Я – ангел, который не умеет летать, позор семьи и ошибка природы.
Он – демон, преподаватель боевых искусств в Академии Чистильщиков.
Я была уверена, что наша встреча – случайность, он же тщательно планировал каждый шаг.
Заключить сделку, добиться наказания, сделать своей ученицей… Что дальше? Зачем демону бракованный ангел?
Любимая ученица демона
Мила Ваниль
00. Точка невозврата
– Идем? – спросил Рут.
Мы стояли за стеной, прозрачной с нашей стороны, и наблюдали за Ассоль, сидящей в комнате ожидания. Я – представитель академии, и Рут – исполнитель приговора. Так уж случилось, что в этом году мне поручили набрать новичков из штрафников. Ассоль – отличный кандидат, и это тоже часть моего плана.
– Нет, иди один, – отказался я. – Я ее беру, беседа не нужна.
– Да? – удивился он. – И почему же?
– Она ангел. В академии много ангелов?
Я точно знаю, что ни одного. Ассоль будет первой.
– И мне самому ее уговаривать? – не унимался Рут.
– Ее не придется уговаривать, любой захочет сохранить силу, – усмехнулся я. – А меня она испугается, я же демон. Просто заключи сделку, и я ее заберу.
Рут закатил глаза, однако спорить не стал. Он отправился к Ассоль, и я прильнул к стене, чтобы ничего не пропустить.
Когда он вошел в комнату, малышка не пошевелилась. Уснула, что ли?!
– Ассоль Рухаэль? – произнес Рут.
Она вздрогнула и подалась вперед:
– Да.
– Знаешь, зачем ты здесь?
– Да.
– И понимаешь, что выйдешь отсюда обычным человеком? Ты навсегда останешься на нулевом уровне.
Я поморщился: никогда не любил излишнюю театральность. Впрочем, Рут прав, на контрасте соображается лучше. Дать почувствовать всю глубину трагедии – и предложить альтернативу. Немногие задумываются о выборе, он становится очевидным.
– Человек без магии, с памятью ангела, – пробормотала Соль. – Да, понимаю. Спасибо, что оставляете мне воспоминания.
Это она зря. Сейчас кажется, что в них спасение, но со временем воспоминания превращаются в тяжелый груз. Милосерднее было бы лишать наказанных и памяти.
– Ассоль, хочешь сохранить магические способности?
– Что?
Растерянность, недоверие, досада. Кажется, малышка уверена, что ее дразнят.
– У тебя есть такая возможность, – сухо произнес Рут.
Да, с таким выражением лица штрафников лучше не вербовать. Хорошо, что Соль не ведьмочка с первого уровня, которой практически нечего терять.
– Не понимаю… – Малышка касается ладонью шеи. Кажется, ей тяжело дышать. – Что вам от меня нужно?
– Мне? – удивляется Рут. – Ничего. Ты хочешь сохранить магические способности?
Да. Скажи «да»! Немедленно! Сила огня, какого она медлит?!
– А что взамен? Что я должна буду сделать?
01. Побег из "Изнанки"
Несколькими днями ранее...
Бар «Изнанка» – идеальное место, чтобы напиться. Я сидела за барной стойкой, уничтожала шоты и строила глазки брюнету за столиком в углу зала. В кои–то веки рядом нет брата, который отпугивает парней, проявляющих ко мне хоть какой–то интерес.
А брюнет ничего… Не юнец, от них меня тошнит, но и в отцы мне не годится. Красивый, зараза! Короткая стрижка, легкая небритость, правильные черты лица. Цвет глаз не разглядеть, но могу поклясться, пару раз он взглянул на меня с интересом. Ворот черной рубашки небрежно расстегнут, и на шее что–то поблескивает. Цепочка? Кулон?
Я пересела так, чтобы брюнет мог оценить стройность и длину моих ножек, и повела плечиком, позволяя бретельке топика соскользнуть.
– Можно тебя угостить?
Пересчитала пустые стопки, я медленно перевела взгляд на парня, предложившего выпивку. Он серьезно думает, что девушка, поглощающая крепкие коктейли в таком количестве, нуждается в угощении?
Парень улыбнулся. Золотистые волосы или рыжие? Тусклое освещение искажало цвета. Две серьги в одном ухе, тату на шее, рваные джинсы и худи. Жаль, что брюнет не подошел, но рыжий тоже ничего, хоть и моложе.
Я благосклонно вернула ему улыбку, однако познакомиться мы не успели.
– Ваш заказ.
Передо мной появилась вазочка с солеными орешками, и я резво сорвалась с места. Бармен подал сигнал, с минуты на минуту здесь появятся чистильщики, а мне никак нельзя с ними встречаться. В женской уборной, в третьей по счету кабинке, был вход в портал, через который я и собиралась сбежать.
К счастью, уборная пустовала. Я заскочила в кабинку, приложила к скважине ключ–кольцо… и в ярости стукнула кулаком по кирпичной стене. Портал заблокировали!
– Только не это… – простонала я.
– Есть другой выход.
Я резко обернулась на голос. Рыжий из бара? Что он здесь делает? Он… из наших?
На нулевом уровне ауру видят только чистильщики, поэтому я просто спросила:
– Ты кто? Что тебе нужно?
– Я тут тоже нелегально. Ты со мной?
– Они перекрыли оба выхода, через кухню не уйти.
– Еще есть крыша. Можно перебраться на соседнее здание.
Точно! До выхода на крышу этажей двадцать, и это, скорее, хорошо, чем плохо. Какой дурак будет уходить таким неудобным путем? Во всяком случае, хотелось верить, что никто не поджидает нас на лестнице.
Босоножки пришлось снять через пару пролетов. Бегать на шпильках – то еще удовольствие, а уж вверх по ступенькам – и вовсе катастрофа. Рыжий мчался впереди, я старалась не отставать, но расстояние между нами увеличивалось. Я задыхалась от быстрого бега, все же физкультура – давно не мое любимое занятие. До крыши оставалось совсем немного, когда где–то внизу громко хлопнула дверь. От испуга я споткнулась и больно ударилась о ступеньку коленом.
– Цыц! – зашипел мне на ухо рыжий, зажимая рот ладонью.
Наверное, он так быстро очутился рядом, потому что поджидал меня на площадке.
– Не пыхти! – Он помог мне подняться, и мы замерли, прислушиваясь.
По лестнице кто–то поднимался. Нас преследуют! Переглянувшись, мы рванули наверх. Я забыла и о разбитом колене, и о босоножках, которые уронила при падении, и о том, что разучилась бегать. Одним ударом ноги рыжий выбил дверь, ведущую на технический этаж, потом мы выскочили на крышу… и я согнулась пополам от боли в боку.
– Нашла время! – Рыжий схватил меня за руку, потащил за собой.
Не представляю, как я умудрялась перебирать ногами, чтобы не упасть. Вырваться из железной хватки оказалось мне не по силам.
– Зачем? – Я попыталась воззвать к здравому смыслу. – Нас будут ждать внизу.
А все потому, что сначала нужно думать, а потом делать. В баре чистильщики задержали бы меня за незаконное пересечение межуровневой границы, а сейчас нам обоим грозило обвинение в сговоре и бегстве.
– Они будут ждать здесь. – Рыжий показал вниз. – А мы спустимся там.
Мы как раз очутились перед перилами, установленными по краю крыши. Здание, на которое указывал рыжий, находилось через дорогу от нашего.
– Что?! Ты откуда рухнул? – взвилась я. – Мы не перепрыгнем!
– Перелетим, – спокойно ответил он.
– Э–э–э…
А вот это уже серьезно. Не удивлюсь, если мой «спаситель» – один из чистильщиков. Я наслышана об их методах. Скучно просто ловить нарушителей, так чистильщики могут и спровоцировать на преступление. Провалами памяти я не страдаю. Рыжий не может знать, кто я, если он не видел моей ауры.
– Не тормози! – бросил он с раздражением. – Они вот–вот будут здесь.
– Лучше сдамся, чем открою свою сущность на нулевом! – выпалила я, сжимая кулаки. – Обойде…
И осеклась, потому что он уставился на меня так, как будто увидел демона.
– Ой–йо–о… – протянул он. – Вообще–то, я о себе. Ты со мной?
Нет, он все же ненормальный. Свалился на мою голову! Какой крылатый будет так рисковать? Если бы еще ради себя… Зачем он нянчится с незнакомой девчонкой? Мы друг другу даже представиться не успели.
Позади нас что–то хрустнуло.
– Да! – быстро согласилась я и вцепилась в рыжего, повиснув у него на шее.
Не помню, как мы оказались по другую сторону перил. Знакомое ощущение падения – и рывок наверх. Жесткая посадка выбила воздух из легких, как ни старался мой спаситель смягчить падение.
– Феникс… – Я разжала пальцы и откатилась в сторону.
Огненные крылья опалили кожу.
– Михаэль. – Он слегка улыбнулся и наклонил голову.
– Ассоль. – Кое–как я поднялась на ноги. Скрывать и дальше свою расу теперь неприлично. – Ангел.
Он присвистнул и протянул мне руку.
– Еще один прыжок, если не возражаешь.
А у меня есть выбор? Сдаваться как–то глупо.
Мы перебежали на другую сторону, удачно прячась за техническими блоками, выстроенными на крыше. С соседнего здания нас навряд ли заметили, тем более, в темноте.
– Ладно, а дальше что? – спросила я, отдышавшись после второго прыжка.
Перевоплощения – это всплески магической силы. К гадалке не ходи, все чистильщики города уже спешат сюда, чтобы поймать нарушителя. Да, вляпалась я знатно.
– Внизу у меня байк. – Михаэль уже тянул меня за руку к чердаку. – Прорвемся.
Допустим, шанс есть. Если не придется бежать пару кварталов. Босиком я такое упражнение точно не осилю.
– Соль, ты знаешь, где ближайший портал?
Мы неслись вниз, перескакивая через две ступеньки.
– Давай сразу к границе.
– А что, здесь есть…
– Да! Я покажу.
Стала бы я зависать в «Изнанке», если бы в этом городишке не было границы перехода и удобного способа улизнуть. Сила ветра! Да Кирилл будет в ярости, когда узнает, что портал, на который он угрохал столько сил и средств, заблокирован. Я не удержалась от злорадного смешка.
Повезло, на лестнице мы никого не встретили. У подъезда кто–то стоял, но судя по тому, что нас одарили недоуменным взглядом, это местные. Михаэль уверенно свернул за угол дома, пересек парковку. Я хромала на обе ноги и старалась не отставать.
– Ух ты! Это твой?
Меня очаровывали плавные вытянутые очертания байков. Кажущаяся простота и звериная мощь этих машин привлекали сильнее, чем удобство автомобилей. Впрочем, для жителей верхних уровней вся техника – экзотика.
– Нет, взял напрокат. – Михаэль запрыгнул на байк, рванул какой–то рычаг, заставляя машину взреветь. – Чего стоишь? Садись. И держись крепче. Куда едем?
– Тут недалеко. – Я устроилась позади Михаэля и обняла его за талию, прижимаясь к спине. Плевать на приличия, я просто не хочу упасть при резком повороте. – Знаешь, где заброшенная стройка?
– Дом с призраками, что ли?
Байк сорвался с места и выскочил на улицу, вливаясь в поток машин.
– Угу! – прокричала я, потому что уши заложило от ветра.
– Ой–йо–о… – донеслось до меня. – И там нет засады?
– Если есть, то нас уже ничего не спасет.
Да, будет обидно, если чистильщики обнаружили колодец. Портал из «Изнанки» вел в другую часть города, путая след. А межуровневая граница… она повсюду. Только пересечь ее непросто, особенно если нет официального разрешения. С печатью мы могли бы переместиться на свои уровни прямо из бара. Но так как у нас ее нет, единственный шанс – колодец. Именно так называли нелегальные точки перехода.
Байк мчался по улице, а я не могла наслаждаться поездкой. Адреналин, притупивший чувство опасности, схлынул, и сейчас все мысли были лишь о том, чем все закончится. Если мы с Михаэлем успеем нырнуть в колодец, разборок со старшим братом мне все равно не избежать. Ключ–кольцо я позаимствовала у Кирилла, «позабыв» поставить его в известность. А если не успеем, то отец посадит меня под домашний арест, и мама каждый день будет выедать мне мозг чайной ложечкой, ежесекундно напоминая о правилах поведения и сводах закона.
Расслабилась, называется! А всего–то хотела расслабиться в одиночестве…
– Приехали. – Михаэль притормозил у запертых ворот стройки.
– Давай чуть дальше. Да, сразу за поворотом.
Байк пришлось бросить на улице. Я первой скользнула в дыру, отодвинув доску в заборе.
– Ой! Ай!
Совсем позабыла, что босиком! И мелкие камушки мне об этом напомнили.
– Куда идти? – Михаэль подхватил меня на руки, как пушинку.
– Там сбоку вход… и лестница… на второй этаж.
Честно говоря, у меня к нему вопросы накопились. Странного в фениксе – хоть отбавляй. Как он попал в этот город, если не знает о колодце? Приехал на байке? Но зачем? Нелегалы не забираются так далеко от места перехода. О, кстати! Он умеет управлять байком. Как научился? Где? Фениксы живут на пятом уровне, а техника существует только на нулевом. Даже ведьмы с первого не могут протащить к себе то, что изобретают люди. Закон природы – либо магия, либо техника.
И, наконец, самый интересный вопрос: почему феникс мне помогает? Ему известен наш условный знак. Михаэля прислал Кирилл? Ха! Да я скорее поверю в дружбу с демоном, чем в то, что Кирилл позволит мне бесконтрольно разгуливать на нулевом.
– А дальше? – Михаэль застыл на верхней ступеньке. – Ты уверена…
– Да. Иди вперед, осторожно. Все, стой.
В темноте мы ничего не видели, но я точно знала, что здесь находится стена, в которой скрыт вход в колодец. Вокруг тихо, значит, удалось оторваться от чистильщиков, да и засады, похоже, нет. Я начертила пальцем руну, открывающую вход, и приглашающе взмахнула рукой:
– Прошу.
В лифте Михаэль меня отпустил. Я запечатала дверь и достала кредитную карту. Колодец – не моя личная собственность, так что «проезд» придется оплатить.
– Тебе на пятый? – уточнила я.
– Н–нет… Сойду на первом.
О, кажется, он на мели? Феникс отвернулся, подтверждая мою догадку.
– Я могу оплатить до пятого, без проблем, – предложила я. – Если бы не ты, я не ушла бы от чистильщиков. Спасибо.
– Ладно, – согласился он. – Но я верну долг.
– Я не отказалась бы еще раз с тобой встретиться, но не из–за долга.
О, я очень любопытна, к тому же Михаэль мне понравился.
– Оставишь приглашение? – улыбнулся он.
– Ага. Давай.
Он протянул мне раскрытую ладонь, и я начертила руну, которая позволит ему законно пересечь границу, чтобы подняться на седьмой уровень.
– Как мне тебя найти, Соль?
– Ассоль Рухаэль, клан ангелов ветра. О, приехали. Твой уровень.
– Жди в гости.
Михаэль махнул рукой и быстро покинул лифт.
02. Мелкая
До дома удалось добраться без приключений. Повезло, что у нас глубокая ночь: по дороге никого не встретила, да и родители уже спали. Пробравшись в свою комнату, я со стоном упала на кровать. Бедные мои ножки! И вообще, бедная я. Хорошо бы добраться до источника, а то к утру головная боль и опухшие ступни обеспечены.
– Явилась! – прошипели над ухом.
Я взвизгнула от испуга, и одновременно в комнате зажегся свет. Кирилл! Собственной персоной. С перекошенным от злости лицом.
– Ассоль! Ты ничего не хочешь мне сказать? – прищурился он.
– Хочу! – На всякий случай я отползла на другой конец кровати. – Кир, мне очень жаль, но с порталом в «Изнанке» можно попрощаться.
– Чего?! Мелкая, ты…
Ой, бедненький… И побледнел–то как.
– Это не я! – На всякий случай я отползла еще дальше. Правда, Кир застыл столбом и не пытался меня поймать. – Не я!
– Откуда знаешь? – поинтересовался он мрачно.
Ага, вот теперь его взгляд не предвещал ничего хорошего.
– Ключ–кольцо не сработало, – пискнула я. – Портал заблокирован.
– Сама проверяла?! – Кир швырнул в меня подушкой. – Взяла без спроса?
– Да! Да! – Я поймала ее и отправила в обратный полет. – Хотела побыть одна! Меня тошнит от тебя и твоих друзей! Ты туда тоже ходишь нелегально. И меня научил! Учти, так и скажу родителям, если ты меня хоть пальцем тронешь!
– Ты ори тише, – посоветовал брат. – А то сама их и разбудишь. Что еще случилось?
– Ничего.
– Врешь! – отрезал он. – В зеркало на себя посмотри, чучело.
Проверять, на кого я похожа, не стала, поверила ему на слово. Естественно, после беготни выглядела я, мягко говоря, всклокочено. И босые ноги, потемневшие от грязи, Кир успел разглядеть.
– Ну… чистильщики появились. Пришлось побегать…
Сила ветра! Что–то мне страшно. Даже при свете лампы заметно, что лицо Кира теперь отливает зеленым. С чего это брат меняет цвета, как хамелеон?
– Ты… тебя… – выдавил Кир, с трудом ворочая языком. – Тебя поймали?
– Нет.
– Но… как?
– Я ушла через крышу.
– Ассоль!
– Я не оборачивалась! Я… я там босоножки… потеряла…
Я всхлипнула и заплакала. Слезы – моя главная защита. Кир мог отругать, накричать, даже шлепнуть пониже спины, но, если я начинала реветь, терялся и переставал меня воспитывать.
– Пойдем, мелкая. – Он коснулся плеча, подойдя ближе.
– Ку… куда? – всхлипнула я.
– К источнику, пока родители не проснулись. Или ты хочешь все им рассказать?
– Я еще с ума не сошла.
– Вот и хорошо. Пойдем.
Я расслабилась, а зря. Кир терпеливо ждал у края бассейна, пока я сидела по шею в воде. Магический источник заживляет раны и избавляет от легкого недомогания, так что мои ссадины и синяки исчезли быстро. Кир подал мне полотенце, а потом схватил в охапку и отвесил шлепок. Вот же… гад! Рука у братца тяжелая. Я взвизгнула, схватившись за ягодицы, и попыталась лягнуть Кира, но он легко уклонился.
– Мелкая, я уже не знаю, как с тобой разговаривать! – отчитывал меня он, впихнув обратно в комнату. – Слов ты не понимаешь. Я запретил тебе спускаться на нулевой одной. Ты пообещала!
– Я давно уже не ребенок, – огрызнулась я. – Перестань так со мной обращаться!
– Не ребенок? – возмутился Кирилл. – А ведешь себя как? Это опасно, Соль! Как ты вообще сбежала?
– Ну… мне помогли, – нехотя призналась я.
– Кто?
– Так, случайный знакомый…
– Ассоль!
Кир шагнул ко мне, и я резво отпрыгнула в сторону.
– Не смей меня трогать!
– Хорошо. – Брат отступил. – Хорошо, не буду. Просто расскажи мне все.
Пришлось рассказывать. Кирилл хмурился, иногда цедил сквозь зубы что–то о малявках, которые пьют его кровь, но все же успокоился. Он больше не ругался, велел мне ложиться спать и убрался из комнаты.
Я забралась под одеяло, обняла подушку… и поняла, что не смогу уснуть. Источник, между прочим, бодрит. А еще после него просыпается зверский аппетит.
Можно пробраться на кухню, но с недавних пор ночные перекусы для меня под запретом. Мама заметила, что я перестала «нормально питаться» и на ночь ставит на кухне охранную руну, обойти которую мне не по силам. «Нормально» в ее понимании – не реже трех раз в день, ключевое слово «день». Вот она и завела правило: пропустила ужин, голодай до завтрака.
В животе урчало. Вылезти через окно в сад? На яблонях мама начертать руну не догадалась, можно заморить червячка яблоками. Эх, попросить бы Кира принести пару бутербродов! Он знает, как обойти запрет, только навряд ли станет помогать после того, как я стащила у него кольцо.
Брат у меня, в общем–то, хороший. Он красивый, умный, сильный… У него много друзей, и девушки липнут к нему, как мухи. Не его вина, что он вынужден быть мне нянькой. Я знаю, что это приказ отца.
«Ты должен заботиться о младшей сестре».
Должен… Должен опекать. Должен оберегать. Должен развлекать… Кирилл всегда рядом, сколько себя помню. Поначалу я радовалась этому. Старший брат всегда поможет. Он мой защитник, товарищ во всех играх. Он не позволит никому обидеть младшую сестренку. А потом я случайно услышала разговор, не предназначенный для моих ушей. Кирилл жаловался другу, что вынужден возиться с «мелкой» вместо того, чтобы проводить время, как ему хочется.
Мелкая сделала выводы.
Я пыталась сбежать от его опеки. Пряталась, устраивала истерики, скандалила… По–хорошему тоже просила. Увы, стало только хуже. Отец злился на Кирилла и ругал его за то, что он не может сладить с младшей сестрой. А Кир, конечно же, злился на меня. Наши отношения портились, несмотря на то, что мы оба старались их наладить.
– Соль, не спишь?
В комнату заглянул Кир. Я зажгла свет и, щурясь, уставилась на брата.
– Чего тебе?
Вопрос прозвучал грубо, я совсем озверела от голода.
– Так и знал, что не спишь.– Кир подошел ближе и положил на прикроватный столик бумажный пакет. – Это тебе. – Он криво усмехнулся. – Не благодари.
– И что это?
Я цапнула пакет, открыла его, и в нос ударил одуряющий запах свежей выпечки.
– Ки–и–ир… – протянула я изумленно.
Однако брата уже и след простыл.
Утром никто не пришел меня будить. У родителей, как всегда, своих дел по горло, а Кирилл, который обычно не позволял мне валяться в кровати до полудня, сегодня проявил великодушие. Проснулась я от солнца, светящего в глаза. Странно, я закрывала шторы…
– Апчхи! – Я чихнула и почесала переносицу.
– Будь здорова, Соль. Доброе утро.
Это не Кир… Михаэль?! Что он тут делает?
Я подскочила – и точно, рыжий. Сидит на подоконнике, как будто так и надо, и улыбается.
– Эм… Ты как сюда попал? – Я натянула на себя одеяло.
– Да, вот именно. – В комнату вошел Кирилл и смерил феникса грозным взглядом. – Как?
03. В семье не без урода
– Кир, не смей! Мих, беги! – завопила я, кутаясь в одеяло и хватая подушку.
– Чего это? – хором поинтересовались парни, уставившись на меня.
– Ага! Вы сцепитесь, а мне вас разнимать?
Я подозрительно косилась на Кирилла, держа подушку наготове. Михаэль уже сделал все, что мог. Я пригласила его в гости, но не предполагала, что он явится ко мне в комнату. Брат в праве злиться, застав рыжего рядом с кроватью сестры.
– Мне разрешили прийти. – Михаэль продемонстрировал Киру ладонь, и на ней вспыхнула моя руна.
– Ассоль… – прошипел Кир, поворачиваясь ко мне. – Ты соображаешь, что творишь?
– А что такого? – Я вздернула подбородок. – Это Михаэль, он помог мне сбежать от чистильщиков. Я тебе все рассказала!
– Мелкая, ты начертила руну, с помощью которой можно проникнуть в наш дом! – прогрохотал брат. – Достаточно было гостевой на уровень!
Ой, правда? Подумаешь, перепутала немного…
– Я не обижу твою сестру, – примирительно произнес Михаэль, обращаясь к Киру. – Пусть Соль оденется, а мы поговорим в другом месте. Хорошо?
– Откуда ты знаешь, что он мой брат? – вскинулась я.
– Вы похожи. – Рыжий повел плечом. – Разве я ошибся?
– Не ошибся, – ответил за меня Кирилл. – Поговорить, значит, хочешь? Хорошо, пойдем.
– Кир, не надо! – Я представила, как из феникса летят перья, и содрогнулась. – Он же не сделал ничего плохого!
Брат смерил меня презрительным взглядом.
– Ассоль, настоятельно рекомендую хоть иногда включать мозги. Поверь, они у тебя есть. И тогда ты будешь изрекать гораздо меньше глупостей, – отчеканил он. – Приведи себя в порядок и спускайся в столовую.
Он кивнул Михаэлю, и они оба вышли из комнаты.
В такие моменты я ненавижу Кирилла. Ему ничего не стоит унизить меня публично: сделать замечание, отчитать, указать на ошибку. Он подчеркивает, что имеет на это право из–за того, что старше, и напоминает, что считает меня глупой и никчемной. Я злюсь и огрызаюсь, но все бесполезно, родители всегда на его стороне.
Одевалась я торопливо, опасаясь услышать шум драки. И в столовую заглянула осторожно, ожидая увидеть там погром. К счастью, ничего, кроме накрытого к завтраку стола, я не обнаружила.
Кирилл и Михаэль расположились на террасе, что находилась за прозрачной стеной столовой. Они пили сок их высоких стаканов и мирно беседовали. Интересно, о чем? Мне радоваться, что они нашли общий язык, или беспокоиться, ожидая подвоха?
– Соль, чудесно выглядишь, – улыбнулся Михаэль, едва я вышла на террасу.
– Спасибо.
Кир окинул меня неодобрительным взглядом, но промолчал. А ведь запросто мог сказать, что юбка у сарафана слишком короткая, а верх чересчур открытый. Это вполне в его стиле.
– Вижу, вы подружились? – Я присела на краешек дивана рядом с Михаэлем.
– Ты позавтракала? – поинтересовался Кирилл.
– Нет, но…
– Иди.
– А вы?
– Я – давно. Мих отказался.
– Да, я сыт, – сказал рыжий. – Кир, Соль, прогуляемся после завтрака? Я впервые на седьмом небе.
– Э–э–э…
Я посмотрела на Кирилла. Вот же… гад! Приучил меня таки к тому, что сам все контролирует.
– У меня дела, – медленно произнес брат, одаривая меня насмешливым взглядом. – Пусть Соль покажет тебе… все.
Я нервно икнула, прикрыв рот рукой. Умру от любопытства! О чем же они говорили, что Кир отпускает меня на прогулку с малознакомым фениксом? Хм… Кста–а–ати! Кое–что я так и не выяснила.
– Мих, откуда ты знаешь наш знак? – спросила я.
– Ваш… что? – Михаэль взглянул на меня озадаченно.
– Меня предупредили о чистильщиках, – пояснила я. – Я побежала к порталу, ты – тоже.
– А–а–а… – Он рассмеялся, и я невольно им залюбовалась. Когда Михаэль улыбается, он словно светится изнутри, а от смеха в его волосах появляются огненные искорки. – Нет, Соль, я не знаю никаких знаков. Я хотел познакомиться с красивой девушкой, а она вдруг сбежала. Мне стало любопытно, отчего, и почти одновременно сработал амулет на чистильщиков. – Михаэль коснулся серьги в ухе. – Когда они рядом, я это чувствую.
– И почему ты ей помог? – поинтересовался Кирилл.
– Соль мне понравилась.
– Так понравилась, что ты обернулся на нулевом?
Я нахмурилась: наивно предполагать, что брат не устроит фениксу допрос.
– Ой–йо–о… – протянул Михаэль весело. – Всего лишь раскрыл крылья на пару махов. Понимаете, я… путешественник.
– Нелегал, – уточнил Кир.
– Ага, – согласился он. – И границу я перешел в другом городе. А Соль вроде бы точно знала, как сбежать от чистильщиков. Поэтому я помог ей, а она – мне.
– А как ты научился управлять байком?
– Это несложно. Я люблю зависать на нулевом. Там до тебя никому нет дела.
– Кроме чистильщиков, – фыркнул Кир.
– Есть места, где они редкие гости. Магиков тянет в большие города, где есть развлечения. А я не лезу на рожон и не дразню патрули. Иногда попадаюсь, конечно, но так как ничего не нарушаю, меня просто отправляют наверх.
– И что, родители…
– У меня нет родителей. – Михаэль резко оборвал брата. – Я сам по себе.
– Соль, ты еще здесь? – строго спросил Кирилл. – Иди завтракать, живо.
Конечно! Мне тоже любопытно, что случилось. Если мне не изменяет память, родителей нет у первородных фениксов. Перерождающиеся всегда знают, кто из сородичей вдохнул в них жизнь.
Однако пришлось подчиниться. Во–первых, не хотелось скандалить с братом при Михаэле, а, во–вторых, я проголодалась.
– Сдашь мне ее с рук на руки, – предупредил Кир Михаэля, когда я поела. – Я не шучу. Эта девица только кажется взрослой.
– Кирилл!
Он ухмыльнулся и ушел в дом.
Михаэль взял меня за руку и крепко сжал ладонь.
– Веди, – предложил он.
– Может, к реке?
– Куда скажешь, Соль. Мне интересно все.
По–моему, на седьмом небе нет ничего интересного. Дома, утопающие в зелени, сады и парки, первозданная природа. Ангелы скучны и рациональны.
– Не обращай внимания на брата, – попросила я. Все же неловко, что Михаэль видел, как со мной обращаются. – Кир, он… он всегда такой…
– Он заботится о тебе, – сказал Михаэль. – Хорошо, когда брат и сестра заботятся друг о друге.
– Что? – Мне показалось, он надо мной издевается. – Заботится?!
– Да, он обещал повыдергивать мне все перья, если я тебя обижу, – рассмеялся Михаэль. – По одному, медленно и со вкусом.
– Правда?
– Ну… почти. Я так понял его намеки. А вообще, он говорил о тебе тепло и с любовью.
– Не может быть… – растерялась я. – Кир? Да он притворялся!
– Нет. Почему? – Михаэль крепче сжал мою ладонь. – Если бы у меня была младшая сестра, я тоже опекал бы ее.
– Ты просто его не знаешь! – воскликнула я. – Он следит за каждым моим шагом, постоянно воспитывает, критикует, ругает…
– Ой–йо–о… – Михаэль улыбнулся. – Все так страшно? Может, он просто волнуется о тебе?
– Нет… Когда–то я так думала, но Кир… Это папа заставляет его заботиться обо мне. Потому что… потому что…
О да, я знала причину. Говорят, в семье не без урода. Это про меня. Все ангелы умеют летать, и у меня тоже есть крылья. Но они никогда не поднимут меня в воздух. Отец считал, что я уязвима и беспомощна, вот и приставил ко мне Кирилла нянькой.
Только как сказать об этом Михаэлю? Мне хочется, чтобы он не сбегал, чтобы стал… другом. Я мялась, не решаясь признаться в том, что невозможно скрыть.
А Михаэль вдруг наклонился и поцеловал меня в губы.
04. Соблазнение
Сила ветра! Такого я не ожидала. Кто же целует без предупреждения? Хотя… может, так оно и бывает?
– Соль? – Михаэль отстранился и коснулся моей щеки кончиками пальцев. – Что такое?
– Это мой первый… поцелуй, – выдавила я.
В зеленых глазах заплясали золотистые искры. Феникс словно соткан из огня: мне казалось, что языки пламени полыхают и в волосах, и порой скользят по одежде. А еще Михаэль пылал жаром – не обжигал, но температура его тела определенно выше обычной.
– Не может быть, – рассмеялся он. – Ни за что не поверю.
– Почему же? – Я нахмурилась. – Так я похожа на легкомысленную особу?
– Нет. На красивую девушку. – Михаэль поправил мне прядку волос, заправив ее за ухо. – На очень красивую девушку.
Он снова меня поцеловал: нежно, но настойчиво, надавливая губами, заставляя приоткрыть рот. Я робко попыталась ответить и испугалась собственной смелости.
– Ты восхитительна, Соль, – шепнул Михаэль и взял меня за руку. – Пойдем.
– К–куда? – спросила я, заикаясь.
– К реке. Это же там? Я чувствую воду.
– Да, там…
– А где все? – поинтересовался Михаэль, когда мы вышли на берег реки. – Почему мы никого не встретили?
– Наверху, – лаконично ответила я.
На мостках я разулась. Солнце нагрело доски, и я села, опустив ноги в прохладную воду. Жаль, нельзя свеситься и охладить так же голову.
– Наверху? – переспросил Михаэль.
– На островах.
Судя по недоумению на его лице, он ничего не понял.
– Ой–йо–о–о! – передразнила я рыжего. – Ты живешь на шестом и ничего не слышал об островах?
– Я же сказал, что впервые на вашем уровне. Погоди… Летающие острова? Так это же сказки!
– Для людей на нулевом фениксы – тоже сказки, – возразила я. – Острова существуют, Мих. Архипелаги летающих островов. Там.
Я показала в небо. Михаэль задрал голову, но, конечно же, ничего не увидел.
– Над нами нет острова. Некомфортно жить, когда булыжник загораживает небо и солнце. Если хочешь посмотреть на остров, я покажу место, откуда видно ближайший.
– Хочу! И что там, на островах?
– Там фермы, школы, лаборатории… города, где ангелы учатся и работают. Днем почти все там. Наверху.
Я высушила ноги, обдув их теплым ветром. Летать не умею, зато стихией воздуха владею прекрасно. Хотела надеть босоножки, но Михаэль не позволил. Присел на корточки и сам застегнул ремешки, легко касаясь пальцами лодыжек.
– Полетели? – предложил он, выпрямляясь. – Мечтаю посмотреть, как ты летаешь. Ангел в небе…
– Я не умею летать, – перебила я его.
Получилось грубо, зато сразу стало легче.
– У тебя нет… крыльев? – выдохнул он изумленно, округляя глаза.
– Есть. – Я расправила их за спиной, материализовав. – Красивые, правда?
Он кивнул, соглашаясь. Еще бы! Белоснежные, густые, широкие. Кажется, что они без изъяна.
– Красивые и никчемные, – отрезала я. – Они не могут поднять меня в небо.
– Но почему?
– Предположительно, дефект в магическом коде, отвечающем за полет. Его не могут найти, но других причин вроде бы нет.
Михаэль молчал долго. Честно говоря, я надеялась, что он сможет принять меня такой, какая я есть. Мне хочется верить, что рано или поздно я встречу парня, которому будет все равно, умею я летать или нет. Но, видимо, это будет не крылатый.
– Разрешение у тебя есть, лифт искать не обязательно. – Я выдавила улыбку. Наверняка, она получилась жалкой. – Прощай, Мих. Рада, что ты заглянул в гости.
– Соль! – возмутился он. – Ты меня прогоняешь?
– Разве у тебя не появились какие–то срочные дела? – усмехнулась я. – Ты не хочешь уйти?
– Нет. – Он нахмурился. – А должен?
– Наверное, ты много времени проводишь на нулевом уровне, – сказала я. – Или там, где нет крылатых. Здесь, где летают все, я уродец, у которого нет друзей. Меня жалеют или презирают, но желающих взять меня за руку или поцеловать нет. Я никому не интересна.
– Прости, кажется я… – Михаэль запустил пятерню в волосы, взлохматил их и улыбнулся. – Прости, Соль, но я не уйду.
Сердце чаще забилось в груди, однако я не спешила радоваться.
– Не пожалеешь, Мих? Я не смогу полететь с тобой, чтобы показать остров. Никогда не составлю компанию, чтобы покувыркаться в воздушных потоках. И передвигаюсь я медленнее, чем крылатые, ведь хожу пешком. Мне нельзя посещать другие уровни, а здесь… – Я махнула рукой. – Здесь уныло и скучно.
– Не пожалею, – уверенно ответил он. – Соль, я пришел к тебе, потому что ты мне нравишься, а не потому что ты ангел или крылатая.
Он обнял меня: аккуратно, чтобы не задеть крылья, и прижал к себе. Мелькнула мысль, что я многое ему позволяю, а ведь познакомились мы недавно, и я ничего о нем не знаю. Но да, отношение Михаэля подкупало. Я так долго ждала такого друга, что уже безоговорочно ему верила.
– Пойдем… – Я высвободилась из объятий и убрала крылья. – Покажу, что обещала.
– Ничего, если я задам пару вопросов? – поинтересовался Михаэль.
Мы шли по тропинке к мосту. Я сорвала ромашку и бездумно обрывала лепестки.
– Спрашивай, – разрешила я. – Догадываюсь, о чем… Да, спрашивай. Лучше покончить с этим сразу.
– Ты одна… такая?
– Ага. – Я выбросила стебелек и сорвала другой цветок. – Ты все равно узнаешь… Мой отец – глава клана ангелов ветра. Представляешь, какая ирония? Его дочь – уродец.
– А… Кирилл?
– О, с сыном отцу повезло. Умница, красавец… Кир – лучший во всем, несмотря на то, что вынужден быть моей нянькой.
– Мне показалось, он тебя очень любит.
– Тебе показалось. – Еще один стебелек улетел в траву. – Кир хороший… Я понимаю, почему он меня ненавидит. Отец не позволяет оставлять меня одну, а я могу перемещаться лишь на один остров, где находится школа, через портал.
– Сейчас он тебя отпустил… – заметил Михаэль.
– Да, сейчас стало полегче. Кир окончил школу раньше меня, он теперь учится на артефактора, и отец не так строго следит за тем, чтобы мы проводили время вместе. Но отношения уже испорчены.
– А как ты очутилась одна на нулевом?
– Сбежала… К счастью, родители не узнали, но от Кира мне влетело.
– Ты бывала там и раньше?
– Да, с братом.
– И тоже нелегально?
– Ой, Мих! Как будто это что–то особенное! Ты же сам любишь тусить на нулевом.
– Да, верно…
– Если получится, то я буду там жить, – призналась я.
– В смысле? Разве ты…
– Хранителям можно, – пояснила я. – Отец уверен, что я буду учиться на артефактора, как Кир, но я не хочу. Дождусь совершеннолетия и уйду в хранители.
– Ой–йо–о–о! – воскликнул вдруг Михаэль. – Это он?!
Я не заметила, как мы поднялись на вершину холма. Вдали были видны очертания острова.
– Да, он. Говорят, был восьмой уровень, и на нем жили боги. И острова – его осколки. Хочешь, слетай туда. Посмотри поближе. Я здесь подожду.
– Нет, не хочу. Если только с тобой? М–м? Я смогу тебя поднять.
– Нет! – отказалась я решительно. – Ни за что! Ненавижу, когда меня таскают, как груз.
– Соль, не злись.
Он опять улыбнулся, и я ответила ему тем же. На рыжего невозможно сердиться, его интерес искренен, как и желание помочь. Кажется, я знаю, о чем он еще захочет спросить…
– Соль, а магия? Наверняка, есть какой–нибудь амулет, который может сгладить эффект. Код можно исправить искусственно.
– Родители сделали все, чтобы мне помочь. Нет причин не доверять им.
– Погоди, но я слышал, что есть артефакты богов. Если острова не сказка, то и артефакты – тоже! Перо птицы… Полет птицы… Как же он называется?
– Перо полета, – вздохнула я. – Сказка или нет, но по легенде он у демонов.
– Давай попробуем его найти?
– Тебе солнышко голову не напекло? – фыркнула я. – Ничего, что я – ангел? Нам запрещено…
– На нулевой нелегально приходят и ангелы, и демоны, – перебил меня Михаэль. – Я знаю о войне и о соглашении, но это было очень давно. Вся разница между вами – в природе магии. Соль, я хочу помочь.
– Давай сменим тему разговора? – проворчала я. – У меня нет знакомых демонов.
– У меня есть. Хочешь, я вас познакомлю?
05. Птенчик в клетке
– Я отказываюсь тебе помогать! – выпалил Михаэль, врываясь ко мне в комнату.
Врываясь – громко сказано. Едва он поднялся на этаж, как я почувствовал его оттаянную решимость. Да и без того, откровенно говоря, не сомневался, что так и будет.
Я лениво зевнул, почесал пятку и поднялся с кровати.
– У птенчика проснулась совесть?
Вопрос прозвучал с изрядной долей сарказма, однако Михаэль был не в состоянии воспринимать мой юмор.
– Да! – завопил он так, что у меня заложило уши. – Представь себе, у меня она есть!
Так, а вот истерики я не потерплю. Тем более, на своей территории.
– Остынь! – рыкнул я. – Если хочешь поговорить, веди себя прилично.
Михаэль рухнул в кресло, продолжая сверлить меня ненавистным взглядом. Ой, боюсь–боюсь! Весь спектр отрицательных эмоций я давно воспринимаю, как фоновый шум. Вот если бы кто–то воспылал ко мне любовью, я смог бы испугаться по–настоящему. И то не факт.
В академии студентам запрещено пить алкоголь. К счастью, с некоторых пор я тут преподаю, так что нет необходимости тащить Михаэля в бар, чтобы он хоть немного расслабился. Можно просто достать из заначки бутылочку кайдини.
– Не буду, – пробурчал Михаэль. – Не хочу.
– Брось. – Я плеснул немного в стакан. – Сегодня мое дежурство, никто не узнает.
Именно поэтому я сейчас в академии, а не дома. На летних каникулах здесь остаются студенты, которым некуда податься, и Михаэль – один из них.
Он не ответил, но пить не стал, а я решил не настаивать.
– Судя по твоему потрепанному виду, знакомство с ангелом прошло успешно, – констатировал я, усаживаясь напротив феникса.
Он смотрел исподлобья, по скулам перекатывались желваки. Да, зацепила его девица. И это замечательно.
– Я больше не буду тебе помогать, – процедил Михаэль. – Кольцо можешь оставить себе.
– За пару встреч ангелочек стал тебе дороже матери? – Я изобразил изумление, готовясь уйти от удара.
Откровенно говоря, я бы сам себе врезал за такое. Михаэль напрягся, но у него хватило выдержки остаться на месте. Хм… похвально.
– Кольцо – всего лишь вещь, – ответил он, – а Соль живая и…
Он запнулся.
– И несчастная, – подсказал я. – Да–да, несчастный ангел, который не может летать. Она хорошенькая, правда?
А вот теперь Михаэль попытался напасть. Хитер, зараза! Удар он направил вниз, видимо, в надежде, что застанет меня врасплох. Эх, моя школа! Даже жаль было отвешивать ему тумака.
– Ладно, к делу… – Я потер костяшки пальцев. – Она согласилась на встречу?
Михаэль, снова устроившись в кресле, отрицательно покачал головой. Я вопросительно приподнял бровь.
– Она разрешила мне поговорить с тобой насчет артефакта, – выдавил он.
– Говори, – кивнул я, едва сдерживая улыбку.
– Да пошел ты…
– Глупо, Мих. – Я откинулся на спинку стула. – Допустим, ты пожертвуешь памятью, единственной вещью, которая досталась тебе от матери. Но ради чего?
– Ради кого, – поправил он меня.
– Сомнительно, что ей это поможет. Не ты, так кто–нибудь другой приведет ее ко мне.
– Не понимаю, зачем все это. – Михаэль подвигал челюстью и потянулся к стакану с кайдини. – Если она так тебе нужна, отчего ты просто не заберешь ее?
– Скучно. – Я пожал плечами. – Тебе этого не понять.
– А так – весело?
– Забавно. Но ты прав, я просто заберу ее, когда мне надоест развлечение. Но! – Я многозначительно погрозил ему указательным пальцем. – Тогда у бедняжки–ангела не будет выбора.
– А сейчас он есть?
– Мих, птенчик мой, у тебя был выбор, когда ты закладывал кольцо? Напомни мне, пожалуйста, как злобный демон заставил тебя играть в кости?
Михаэль побледнел. Вот так! Доброхотам полезно время от времени напоминать об истинных мотивах их поступков.
– Ты не заставлял, – признал он. – Это мой выбор.
– Я обещал тебе, что не причиню ангелу физического вреда?
Он кивнул.
– У ангелочка будет выбор. Насильно, как ты понимаешь, я ей артефакт не всучу. Да–да, не надо так на меня смотреть. Мне скучно, я развлекаюсь. – Такими темпами я и сам поверю в этот бред. – А теперь подумай, Мих, прежде чем откажешься окончательно и бесповоротно. У тебя есть мое слово. У следующего, кто будет обрабатывать ангела по моему приказу, слова не будет. Да и настроение у меня может измениться. Ты уверен, что так будет… лучше?
Тишина.
Я встал и потянулся, хрустнув суставами. Бросил взгляд на часы. Хорошо бы проверить, чем заняты подопечные. Во время моих дежурств студенты стараются не отсвечивать, но все же нельзя полагаться только на репутацию. Кто–нибудь рано или поздно обязательно попытается сыграть на доверии.
Я попытался бы.
Михаэля немного жаль. Жители верхних уровней те еще моралисты. К тому же, девочка действительно красивая и нежная. Как в такую не влюбиться? Однако она мне нужна. Она мой шанс, возможно, единственный.
Я узнал об ангеле, который не умеет летать, много лет назад. Случайно услышал разговор матери и тетки. Они не таились, потому что и представить себе не могли, как я впоследствии использую полученные знания.
Тетка рассказывала матери о встрече с ангелом. Я и прислушиваться начал из–за того, что прозвучало непривычное: «Ангел…»
– Как ты могла! – выговаривала тетке мать, хоть и была младшей сестрой. – Ты рисковала!
– Не больше, чем она, – отрезала тетка. – Я не могла не пойти. Ангел, просящий демона о сделке, достоин хотя бы встречи.
– И ради чего верхний высший может пойти на сделку с демоном?
– Ради кого, – поправила мать тетка. – Ради своего ребенка, конечно.
– И что с ним?
– С ней. Это девочка, у нее дефект крыльев.
– Всего–то?
Тетка засмеялась, как будто мать ляпнула глупость.
– Дорогая, она – дочь главы клана. И должна остаться на седьмом уровне. Представь, как тяжело там жить увечному ангелу.
– Так она хотела купить артефакт? – догадалась мать. – Перо полета, верно?
– Купить, обменять… Она была согласна на любые условия.
Теперь смеялась мать.
– Как глупо, – произнесла она. – Артефакт демонов на седьмом уровне? Бред!
– Именно это я ей и сказала. – Кажется, тетка сожалела, что пришлось отказаться от сделки. – Может, ей и плевать на последствия, но я еще не выжила из ума.
Тогда меня не заинтересовала история ангела, который не умеет летать. Но позже я вспомнил об этой девочке…
Михаэль осушил стакан и поморщился.
– Хорошо, Кэри. Я сделаю, что ты просишь.
Давно бы так.
– Скажи, что я согласен продать ей артефакт «Перо полета». Место и время обговорим чуть позже. Свободен.
06. Торговец артефактами
Я позволила Михаэлю себя уговорить. Честно говоря, ему и стараться не пришлось: я верила, что феникс не причинит мне зла. Навряд ли у его знакомого демона есть артефакт, что мне нужен, но отчего бы не развлечься, устроив вылазку на нулевой уровень?
Во–первых, мы с Михаэлем один раз уже удрали от чистильщиков, и у нас это неплохо получилось. Во–вторых, отец отправился с инспекцией на Северный архипелаг, мама его сопровождала, и Кир ослабил контроль. Михаэль и его обаял, и брат охотно отпускал меня на прогулки. В–третьих, мне хотелось увидеть настоящего демона. Да, и чего греха таить, надежда все же теплилась. А вдруг повезет?
История не сохранила достоверных фактов ни о том, как появились острова, ни об артефактах богов. Мы знаем только легенды о противостоянии в Пантеоне, о страшной войне, уничтожившей восьмой уровень. Ангелы и демоны – потомки тех богов, и артефакты Пантеона были поделены: часть забрали демоны, часть – ангелы.
Когда–то и мы схлестнулись в битве, в которой не могло быть победителя. Удалось заключить соглашение о перемирии, ангелы остались на седьмом уровне, а демоны перебрались на минус седьмой. Михаэль прав, разница между потомками богов лишь в природе используемой магии. Мы владеем не только стихийной магией, но еще и рунической, и руны ангелов не меняют порядок вещей, в отличие от рун демонов.
«Перо полета», по сути, бесполезный артефакт. И у ангелов, и у демонов есть крылья. Отрубить их – все равно, что отрубить голову. Не до полетов, когда жить не хочется. Возможно, в древнее время артефакт имел какой–то смысл… Или в те времена рождались такие уродцы, как я. Другие расы не могут пользоваться артефактами богов, они настроены только на нашу кровь.
Теоретически, «Перо полета» не может стоить слишком дорого, потому что не представляет особой ценности. Однако я слышала, что демоны не берут за услуги деньги – они заключают сделки. И это нам строжайше запрещено.
Прогулка на нулевой уровень – нарушение. Чистильщики охраняют этот мир от магов, не позволяя им вмешиваться в жизнь обычных людей. Если никак не проявлять свою сущность, то можно отделаться штрафом. Конечно, если поймают. Но нас с Кириллом никогда не ловили, а Михаэль и вовсе опытный нелегал, так что за безопасность я не переживала. Гораздо сильнее меня беспокоила предстоящая встреча с демоном.
Михаэль привел меня в детский торговый центр. Если в барах и клубах оглушала музыка, то здесь меня оглушили эмоции. Как ни странно, но люди, не будучи магами, прекрасно умеют прятать собственный эмоциональный фон. Они надежно закрываются друг от друга, за редким исключением. Другое дело дети: они не прячутся за щитами, и их эмоции бурлят и пенятся, как волны, бьющиеся о скалы.
Я еще никогда не видела столько человеческих детей разом. Малыши кричали, пищали, плакали, радовались, требовали, бегали, прыгали, играли, шалили… Едва мы зашли в торговый зал, как я вцепилась в Михаэля. Правда, он посчитал, что это от страха.
– Соль, я специально выбрал такое место, – успокаивающе сказал он. – Здесь безопасно.
Возможно, но я чувствовала, как пол уходит из–под ног. Не позаботилась о хорошей защите заранее, и боялась использовать силу.
– Где он? – Я не призналась, что готова дать деру.
– Наверху, в кафе. На пятом этаже.
Мы поднялись по лестнице, и мне показалось, что в кафе тише, хотя бы потому, что дети заняты едой. Впрочем, и посетителей здесь немного.
Михаэль уверенно подвел меня к столику, расположенному у широкого окна. Темноволосый мужчина развалился на диванчике и любовался городской панорамой. Мы остановились, Михаэль деликатно кашлянул. Мужчина медленно обернулся и лениво окинул меня взглядом.
Это он?!
Я без труда узнала брюнета, которому строила глазки в «Изнанке». Да–да, в тот день, когда мы познакомились с Михаэлем. Интересно, это случайность или…
– Привет, Мих.
Демон поднялся, протягивая руку фениксу, а после взглянул на меня. Холодный взгляд серых глаз пробрал до костей. И куда делось обаяние? В баре мне хотелось познакомиться с этим мужчиной, а сейчас – убежать.
– Кэри, – произнес демон, представляясь.
– Ассоль, – выдавила я.
– Присаживайтесь, – велел он.
Именно так: велел, а не предложил. Сила ветра, во что я вляпалась? Кэри гипнотизировал меня взглядом, словно подчинял своей воле. Я опустилась на диванчик, ощущая разом и холод, и жар. Михаэль сел рядом, и я вцепилась в него мертвой хваткой.
– Мороженое? – предложил Кэри. – Сок? Десерт?
– Кофе, – лязгнула я зубами. – С мороженым.
Главное, следить за его руками, чтобы он ничего не подмешал в кофе. Ох, не нравится мне этот взгляд!
– Перестань ее пугать, – попросил Михаэль, обращаясь к Кэри. – Пожалуйста.
Демон вдруг рассмеялся.
– Забавная малышка, – произнес он. – Высокая сопротивляемость.
Он отвел взгляд, подзывая официанта, и я почувствовала себя лучше.
– Наверху забыли о нашей врожденной способности или ты плохо училась в школе? – поинтересовался Кэри, сделав заказ.
Он опять смотрел на меня, но теперь я не ощущала давления. Обычный мужчина, обычный взгляд – такой же холодный, но с примесью любопытства.
– Мы не изучаем особенности демонов, – ответила я.
– Даже так?
Мне показалось, Кэри раздосадован.
– Есть только одно правило, которое должен знать каждый ангел. – У меня хватило наглости улыбнуться. – Никаких демонов.
Кэри снова рассмеялся.
– Ангел с чувством юмора? – Он определенно забавлялся. – Ты мне нравишься, малышка.
– Ассоль, – напомнила я. – Мое имя – Ассоль.
– Ас–соль… – Он поцокал языком, словно пробовал имя на вкус. – Да, неплохо, неплохо…
– Ты о чем?
Если уж демон мне «тыкает», то и я не намерена изображать вежливую барышню.
– Странно. – Кэри задумчиво барабанил пальцами по столешнице. – Я был уверен, что маленьким ангелочкам рассказывают сказки о злобных чудовищах из нижних миров. А вы даже не помните, почему ангелы держат демонов на расстоянии?
Он снова впился в меня взглядом, и в голове зашумело. Мне вдруг захотелось встать и громко закричать, но вместо этого я разорвала зрительный контакт.
– Михаэль, пойдем. – Я встала из–за стола. – Я пришла сюда за помощью, а не ради экспериментов.
Демонологию я не изучала, однако смогла распознать попытку подчинения. Мерзкое ощущение.
– Не спеши, малышка, – попросил Кэри. – Обещаю, это не повторится.
– Ваша врожденная способность – подчинять? – спросила я, вновь заняв свое место. – Поэтому у нас с вами…
– Ты сообразительная малышка, Ассоль, – усмехнулся Кэри. – Да, не все ангелы могут сопротивляться внушению.
– Но у нас нейтралитет, – прищурилась я. – Значит, и в ангелах есть нечто, опасное для демонов.
– Есть, – согласился он. – Но от меня ответа не жди.
К нам подошел официант с подносом. Передо мной появились чашка с кофе и вазочка с ванильным мороженым. Михаэлю принесли горячий шоколад, а демону – молочный коктейль с огромной пенистой «шапкой».
Кэри вытащил из стакана трубочку и отпил коктейль, пачкаясь в пене. Молочные «усы» он облизнул с нарочитым удовольствием. Если это попытка понравиться, то мне его жаль. Он бы еще котика из кармана достал.
Я сидела, скрестив на груди руки и откинувшись на спинку диванчика, и мрачно смотрела на демона. Уйти или остаться? Если уж пришли, может, хотя бы выслушать его условия?
– Хорошо, малышка… – Кэри верно оценил мой злобный взгляд и поправился: – Прости, Ассоль. Пей кофе, пожалуйста. У меня есть артефакт, который, возможно, тебе поможет. Что ты можешь предложить взамен?
Ничего, Кэри. У меня ровным счетом ничего нет.
– А что ты хочешь получить? – спросила я.
07. Малышка
Я наблюдал за Ассоль и раньше, не в моих правилах покупать кота в мешке. Откровенно говоря, выбора у меня нет, однако я испытал приятное чувство, когда увидел ее впервые. Вьющиеся волосы с оттенком светлого меда, нежные черты лица, ярко очерченные губы, озорные искорки в глазах и легкая воздушность во всем – в фигуре, в осанке, в движениях, в манерах.
Михаэль не догадывается, что я испытываю к ней жалость. Я знаю, как использую эту девочку, и знаю, что она не заслуживает такого обращения.
Угрызения совести? Нет, нисколько. Ассоль в итоге останется в выигрыше, а трудности закаляют характер. На седьмом уровне она навсегда останется никчемным ангелом, я же сделаю ее жизнь интереснее и ярче. Ассоль многого добьется, я помогу ей… захотеть перемен.
Не смог удержаться от проверки: у Соль хорошая сопротивляемость, ее нелегко подчинить. Скорее всего, невозможно, хоть я и не стал доводить до предела. Это прекрасно, не придется учить ее защите.
Соль – забавная малышка. Она мне нравится, и это убережет меня от необдуманных поступков, будет держать в узде мой отвратительный характер.
– Мих, мне надо поговорить с малы… – Я осекся, потому что Соль снова припечатала меня злобным взглядом. – С Ассоль наедине.
– Пусть останется, – тут же вскинулась она. – У меня нет от него секретов.
– У меня есть, – произнес я спокойно.
– Соль, не бойся. – Михаэль коснулся ее руки. – Кэри не причинит тебе вреда.
Я кисло усмехнулся, а Ассоль прищурилась и процедила, обращаясь к фениксу, но глядя на меня:
– Я не боюсь. Похоже, этот демон нуждается во мне не меньше, чем я в нем.
Это она зря. Впрочем, сейчас я могу простить ей неучтивость. Малышка напугана и изо всех сил старается казаться храброй, оттого и грубит. Я проигнорировал ее выпад.
Ничего, мой милый ангел. Скоро ты будешь в моей власти.
Михаэль залпом выпил шоколад и встал.
– Я буду неподалеку, – сказал он.
– Жди нас у фонтана, – велел я.
– Кэри…
– Мих, не будь идиотом. Я не страдаю провалами в памяти.
Михаэль умел читать по губам, да и в зале он мне не нужен. Фонтан располагался на первом этаже – достаточно далеко, чтобы наш с Ассоль разговор остался в тайне.
Феникс кивнул и – наконец–то! – ушел. Соль проводила его взглядом и посмотрела на меня.
– Ребенок, – произнес я, внимательно наблюдая за ее реакцией.
– Что? – переспросила она удивленно. – Я веду себя, как ребенок?
– Нет, Соль. Ты спросила, что я хочу получить за артефакт. Я ответил.
– Ребенок?! – Ее глаза расширились от изумления.
Хм… Она не понимает?
– Наш ребенок, – пояснил я терпеливо. – Твой и мой.
Это ложь, мне от нее нужно кое–что иное. Однако сейчас не время обсуждать настоящие условия сделки. Соль должна испытать негодование, потрясение – и совершить ошибку.
Да, она поверила: покраснела, приоткрыла рот, сжала кулаки.
– Ты… – выдохнула она. – Ты…
– Да? – Я ухмыльнулся и приподнял бровь.
– Нет! – выпалила она.
Я и не надеялся, что она согласится.
– Малышка, успокойся.
– Меня зовут Ассоль!
О да, милая, злись. Потеряй контроль над эмоциями, вспыли, не сдерживай себя.
– Ты милая малышка, Ассоль.
– Я ухожу!
Угроза прозвучала, как ультиматум.
– Иди, – вздохнул я. – Если хорошо подумала. «Перо полета» у меня, никто иной не предложит тебе сделку.
– О чем тут думать? – Она вцепилась в чашку, как гарпия в жертву. Лишь бы стекло не треснуло. – Ты соображаешь, что предлагаешь?
– А ты? – парировал я. – Ты прекрасно понимала, что идешь на сделку с демоном. И знаешь, Соль, я тебя не осуждаю. На твоем месте я поступил бы так же. Неужели ты не предполагала, что плата будет высокой?
– Но ребенок, Кэри! Ты хочешь, чтобы я переспала с тобой?
– Полагаю, это единственный способ зачать от меня ребенка. – Я усмехнулся и подмигнул ей.
– Но зачем? Зачем тебе ребенок?
– Не могу сказать.
– Ты хочешь его убить?!
Ассоль раскраснелась, нервно постукивала ногой, ее взгляд метал молнии.
– А еще говоришь, что вам не рассказывают страшные сказки о демонах, – упрекнул я ее шутливо. – Конечно, нет. Не скрою, некоторые из моих сородичей до сих пор проводят ритуалы с жертвоприношением. Однако даже среди них нет идиотов, способных убить собственного ребенка. Да и с ангелами конфликтовать – так себе удовольствие.
– Тогда зачем?
– Я ответил. Кстати, можешь сама его воспитывать.
– Что? – Ассоль растерялась. Она вдруг нахмурилась и вздернула подбородок. – Я тебе не верю. Это бред! И вообще, у тебя и артефакта нет. Ты меня разыгрываешь!
– Да вот же он.
Я снял с шеи шнурок с металлической пластинкой, испещренной рунами. Соль потянулась к ней, но я отвел руку в сторону.
– И как я узнаю, что ты меня не обманываешь? – подозрительно спросила она.
В ее глазах уже горело желание, и я сделал завершающий ход.
– Проверь его, малышка.
– Как?!
– Клятва ангела – и он твой на час. А взамен… угостишь меня кофе.
– Сделка?
Конечно, милая. Демоны любят заключать сделки, а ваши дурацкие законы запрещают это делать. Не говоря о том, что клятва требует применения магической силы.
– Нет, если не хочешь…
Я зажал артефакт в кулаке.
– Ты отдашь мне его на час? Всего лишь за чашку кофе?
– Клятва ангела, – напомнил я. – Поклянись, что отдашь его через час – и он твой.
– Дай руку!
Забывшись, Ассоль начертила на моей ладони руну. Она вспыхнула голубым светом и погасла.
– Отлично, малышка. Теперь моя очередь. Эта руна закрепит нашу сделку.
Я вывел руну на ладони Соль и наполнил ее огнем.
– Сделка заключена.
– Отдай! – Она потянулась к пластинке.
– Держи.
Я положил перед ней «артефакт». Чистильщики уже появились в зале.
Соль успела схватить пластинку и зажать ее в кулаке.
– Ангел и демон? – Страж порядка остановился возле нас. – Полагаю, разрешения на посещение нулевого уровня у вас нет?
Я наблюдал за Ассоль: ее лицо вытянулось и побелело, пальцы сильнее сжали пластинку, взгляд заметался. Ищет Михаэля? Оценивает шансы сбежать? Нет, малышка, ты попалась.
– Вы задержаны, – объявил страж.
– Ах, да… – Я достал из нагрудного кармана пропуск. – Вот мое разрешение.
Ассоль судорожно перевела дыхание.
– Не советую, – сказал ей страж. – Здесь много детей, и если кто–нибудь пострадает, придется отвечать не только за незаконное применение магии.
– И за сделку с демоном, – подсказал я. – Мы только что заключили сделку.
Если бы взглядом можно было убить, я уже осел бы кучкой пепла на пол.
– Артефакт отдай, – попросил я. – Навряд ли ты через час его вернешь, а клятва ангела… сама знаешь…
Ассоль швырнула мне в лицо пластинку и отвернулась.
– Уведите меня! – потребовала она у чистильщика. – Уведите быстрее, иначе дети могут пострадать.
08. Падший ангел
Приговор огласили не в Храме Ветра, а в гостиной нашего дома. Храм находится на летающем острове, и доставлять меня туда – пустая трата сил и времени. Тем более, мой отец – глава клана. Так что с седьмого уровня меня изгнали тихо и мирно, по–домашнему.
Чистильщики не судьи, они исполнители. Их обязанность – ловить нарушителей, а приговор выносят по месту жительства. Так что после задержания меня сразу отправили наверх и передали совету клана. Отец примчался, едва узнав о случившемся. Он забрал меня домой и запер, запретив выходить из комнаты.
Я знала, что виновата, и ждала, как минимум, выговора, однако отец обрушил гнев на Кирилла. Он кричал на него, обвиняя в случившемся, упрекал в том, что брат плохо за мной следил. Я слышала каждое слово: окна в доме открыты, а комната брата находится рядом с моей.
Мы с Кириллом плохо ладили, но сейчас я была на его стороне. Отец ругал его несправедливо, я давно выросла и готова отвечать за свои поступки. Кэри меня подловил, развел, как дурочку, но на нулевой уровень я сбежала сама, и раскрыла свою сущность сама, и сделку с демоном тоже сама заключила. При чем тут Кирилл?
Брат молчал, а я плакала от бессилия. Отец мог наказать сына очень жестоко, и, судя по происходящему, все к тому и шло. Я пыталась кричать в открытое окно, что Кир не виноват, колотила в дверь, но тщетно. Добилась только того, что на окне и двери появились запирающие руны, и до меня больше не долетало ни звука.
Позже, когда мама принесла мне ужин, я спросила ее, как Кирилл.
– Тебя это волнует? – усмехнулась она с горечью. – Соль, вы оба мои дети, но не понимаю, как я умудрилась родить таких разных ангелов.
– Я не виновата, что не умею летать, – буркнула я.
– Да, это мы с отцом виноваты, – неожиданно произнесла мама. – Как и в том, что вырастили тебя такой… бездушной.
– Мама! – удивленно вскинулась я. – Ты считаешь, что…
– Соль, ты отправилась на нулевой уровень, не подумав о брате. Ты же знаешь требования отца. И о репутации семьи ты тоже не думала.
– Что с Кириллом?!
Она промолчала, подтверждая мои опасения.
– Позволь мне его увидеть. Пожалуйста!
– Нет, Соль, хватит. Лучше бы он слепо следовал указаниям отца. И ты была бы в безопасности, и он… Оставь его в покое, Соль. Свою судьбу ты уже не изменишь, не тащи за собой Кирилла.
Я не поняла, что мама имела в виду. Вернее, поняла, что она считает меня дрянью, которая испортила репутацию семьи и навредила Кириллу. Все так, с этим не поспоришь. Но что означает остальное?
«Лучше бы он слепо следовал указаниям отца». Кирилл всегда заботился обо мне, разве не это велел ему отец? Откровенно говоря, в последнее время я получила больше свободы, иначе не смогла бы сбежать на нулевой, стащив ключ–кольцо от портала. И Кир отпускал меня на прогулки с Михаэлем… Значит, это не потому, что я надоела брату?
«Не тащи за собой Кирилла». А вот тут совсем непонятно. Куда я его потащу, если увижу? Я хочу поговорить с ним, попросить прощения, убедиться, что он в порядке. Неужели мама уверена, что я попрошу брата последовать за мной в изгнание? Я не настолько… бездушна.
За сделку с демоном ангела лишают магической силы и отправляют на нулевой уровень, к людям. Я знаю это из истории: сумасшедших, общающихся с демонами, среди нас нет. Не было… Пока не родилась я. Возможно, я не опасалась встречи с демоном, потому что никогда не считала себя ангелом?
Всю ночь я ждала Кирилла. Руну с окна сняли, а он мог летать. Почему–то я была уверена, что брат придет, захочет увидеться… в последний раз. Увы, он так и не появился.
На следующий день состоялось заседание совета, меня допросили, а вечером огласили приговор. Все так, как я и предполагала: изгнание на нулевой. Лишить меня магии должны чистильщики, это тоже их обязанность. Отец сказал, что я отправлюсь к ним утром.
Я собрала сумку – мне разрешили взять одежду и кое–что из личных вещей – и едва дождалась, когда родители уснут. Для верности выждала час после того, как закрылась дверь в их спальню, и вылезла в окно.
Если Кирилл не идет ко мне… то я пойду к Кириллу. Пусть орет, если хочет, я все равно скажу ему, что собиралась.
К соседнему окну я подобралась, цепляясь за лианы, увивающие стены дома. Просто так не рискнула бы – точно знала, что они прочно увязли в кладке и выдержат мой вес.
В комнате было темно, и я спрыгнула с подоконника, надеясь, что ничего не уроню.
– Кир… – позвала я тихо. – Кир, ты здесь?
– Соль?
Брат зажег свет, и я увидела, что он лежит на неразобранной кровати.
– Мелкая, ты чего по окнам лазишь?
Он сел и нахмурился, неодобрительно уставившись на меня.
На языке вертелась ответная колкость, но я сдержалась. Это всего лишь привычка – пикироваться с братом. Я же пришла сюда не для этого.
– Кирилл, прости меня, пожалуйста. – Я встала перед ним, опустив взгляд. – Знаю, что была отвратительной сестрой. Просто хочу, чтобы ты узнал прежде, чем мы расстанемся. Я люблю тебя. И всегда… любила.
– Соль… – выдохнул он изумленно.
– Нет, погоди, – остановила я его. – Прости, что подставила тебя, что думала только о себе. Мне жаль, что я так долго… портила тебе жизнь. Но у меня есть просьба… Последняя просьба, Кир.
– И какая же? – поинтересовался он странным голосом.
Мне на самом деле жаль, что я так поздно поняла, как дорог мне брат. Вольно или невольно, но мы почти все время были вместе. Отец всегда занимался делами, мама заботилась о нем. Кирилл хоть и старше меня, но ненамного. Он фактически заменил мне и мать, и отца, и рано повзрослел, чтобы заботиться о младшей сестре. О глупой младшей сестре, которая обиделась, услышав одну единственную фразу, и не замечала сотни добрых поступков старшего брата.
– Пообещай мне, что будешь счастлив. – Я заплакала, хоть и не хотела казаться жалкой. – Занимайся тем, что тебе нравится. Дружи, люби, чувствуй себя свободным. Пожалуйста, Кир, пообещай…
– Соль, а ты?
– Я? – Я вытерла рукой глаза, но только размазала слезы. Вот же дура! Платок не захватила. – А что я?
– Ты будешь счастлива?
Кирилл встал и подал мне платок, вытащив его из кармана. Я громко высморкалась, пряча смущение.
– Конечно, буду, – повела я плечом. – Здесь мне все равно не место, так почему бы не стать счастливой на нулевом? Эй! Ты не пообещал…
Он обнял меня, прижимая к себе.
– Спасибо, Соль.
– За то, что тебе досталось от отца? – хмыкнула я.
– За то, что пришла, глупая.
– Хотела попрощаться, даже если ты этого не хочешь.
– Думал, ты не хочешь меня видеть.
– Чего это? – спросила я недоуменно, подняв голову.
– Я виноват в том, что произошло. Отец прав, это моя вина.
– Глупости… – проворчала я. – Не думай так, пожалуйста. Никогда так не думай, Кир.
– Ладно, – улыбнулся он.
– Пообещай, что будешь счастлив, – напомнила я.
– Хорошо, Соль, обещаю.
– И не ищи меня на нулевом.
– Слишком много просьб, – усмехнулся Кирилл. – Ты говорила, что всего одна.
– Нет, правда! Не надо. Я постараюсь передать весточку с Михом. Если встречу его там, конечно.
– Хорошо, Соль.
Мне бы насторожиться, что он так легко со всем согласился, но в тот момент я чувствовала себя… счастливой. Впереди маячило туманное будущее, но в прошлом больше не осталось обид и недомолвок.
09. Правильный выбор
Малышка держалась достойно, чем в очередной раз меня удивила. Я был уверен, что увижу ее заплаканной и услышу мольбы о снисхождении, однако Ассоль спокойно ожидала своей участи.
Ее внутреннее состояние выдавала напряженная поза: прямая спина, пальцы, вцепившиеся в сидение стула. На бледном лице ни кровинки, губы плотно сжаты. С удовольствием заглянул бы ей в глаза, но взгляд она опустила.
– Идем? – спросил Рут.
Мы стояли за стеной, прозрачной с нашей стороны, и наблюдали за Ассоль, сидящей в комнате ожидания. Я – представитель академии, и Рут – исполнитель приговора. Так уж случилось, что в этом году мне поручили набрать новичков из штрафников. Ассоль – отличный кандидат, и это тоже часть моего плана.
– Нет, иди один, – отказался я. – Я ее беру, беседа не нужна.
– Да? – удивился он. – И почему же?
– Она ангел. В академии много ангелов?
Я точно знаю, что ни одного. Ассоль будет первой.
– И мне самому ее уговаривать? – не унимался Рут.
– Ее не придется уговаривать, любой захочет сохранить силу, – усмехнулся я. – А меня она испугается, я же демон. Просто заключи сделку, и я ее заберу.
Рут закатил глаза, однако спорить не стал. Он отправился к Ассоль, и я прильнул к стене, чтобы ничего не пропустить.
Когда он вошел в комнату, малышка не пошевелилась. Уснула, что ли?!
– Ассоль Рухаэль? – произнес Рут.
Она вздрогнула и подалась вперед:
– Да.
– Знаешь, зачем ты здесь?
– Да.
– И понимаешь, что выйдешь отсюда обычным человеком? Ты навсегда останешься на нулевом уровне.
Я поморщился: никогда не любил излишнюю театральность. Впрочем, Рут прав, на контрасте соображается лучше. Дать почувствовать всю глубину трагедии – и предложить альтернативу. Немногие задумываются о выборе, он становится очевидным.
– Человек без магии, с памятью ангела, – пробормотала Соль. – Да, понимаю. Спасибо, что оставляете мне воспоминания.
Это она зря. Сейчас кажется, что в них спасение, но со временем воспоминания превращаются в тяжелый груз. Милосерднее было бы лишать наказанных и памяти.
– Ассоль, хочешь сохранить магические способности?
– Что?
Растерянность, недоверие, досада. Кажется, малышка уверена, что ее дразнят.
– У тебя есть такая возможность, – сухо произнес Рут.
Да, с таким выражением лица штрафников лучше не вербовать. Хорошо, что Соль не ведьмочка с первого уровня, которой практически нечего терять.
– Не понимаю… – Малышка касается ладонью шеи. Кажется, ей тяжело дышать. – Что вам от меня нужно?
– Мне? – удивляется Рут. – Ничего. Ты хочешь сохранить магические способности?
Да. Скажи «да»! Немедленно! Сила огня, какого она медлит?!
– А что взамен? Что я должна буду сделать?
Соль задает правильные вопросы. Ну же, Рут, давай! Твой эффектный ход!
– Стать чистильщиком.
Эй, малышка, дыши! Рут, скотина, дай ей воды! Да помоги хоть чем–нибудь!
Я чуть было не рванул в комнату, потому что лицо Соль приобрело землистый оттенок, а мне она нужна живой и здоровой. Однако Рут все же помог – коснулся ее исцелением.
– И что тебя так напугало? – поинтересовался он, когда Соль пришла в себя.
– Неожиданное предложение, – призналась она. – Я никогда не думала о том, чтобы стать чистильщиком.
Да, моя умница. Ты никогда не хотела стать инквизитором, надсмотрщиком, палачом. А еще мы шпионы, разведчики и координаторы. Элитные телохранители. Спецназ и агенты под прикрытием. Правая рука межуровневого совета, да и левая, откровенно говоря, тоже.
– Если ты подпишешь соглашение, то станешь студентом Академии Чистильщиков. – Рут выкладывает карты на стол. – И останешься ангелом, но на службе межуровневого совета.
– У вас есть такие полномочия? Отменить приговор?
– У нас есть право предложить тебе выбор: исполнение приговора или спецкурс академии.
– Спецкурс? Он… особенный?
– Спецкурс для штрафников, нарушивших закон. Особая программа обучения, жесткая дисциплина, обязательный контракт с межуровневым советом.
– А если я… не справлюсь?
– Приговор не отменен.
– То есть, это отсрочка?
– Можно и так сказать. Спрашиваю в последний раз: ты хочешь сохранить магические способности?
Я раздраженно смотрю на Соль. Отчего она медлит? Неужели думает, что сможет жить, лишившись магической силы?
– Да, хочу, – наконец произносит она.
Рут начинает бубнить об условиях контракта, ответственности и обязанностях сторон. Это все формальности. Дождаться момента, когда Соль поставит подпись под договором, и можно забирать ее в академию. Я уже предвкушаю нашу новую встречу.
Чистилище, официальная резиденция чистильщиков, расположена в подпространственном кармане. Это отражение реально существующего острова на нулевом уровне, необитаемого и неприступного. Я стоял у окна и смотрел вниз, на волны, разбивающиеся о скалы. Каким бы хорошим не казался мой план, существовала вероятность, что задуманное не удастся осуществить. Все просчитать невозможно. У Соль был выбор: она могла отказаться от встречи, от артефакта, от сделки. Но после того как под договором появится ее подпись, она в моей власти.
Скрипнула дверь, в комнату вошел Рут.
– Подписала. – Он швырнул на стол свиток. – Кэри, она, конечно, ангел с хорошим магическим потенциалом, но в остальном… В лучшем случае, продержится до первой сессии, и все равно вернется сюда. Зачем ты ее забираешь?
– Она будет лучшей ученицей на курсе. – Я медленно развернулся к Руту. – Спорим?
– Спорить с тобой? – усмехнулся он. – Да ни за что. Какой–то личный интерес?
– Возможно, – ответил я уклончиво. – Я могу ее забрать?
– Забирай. Сколько их у тебя уже?
– Семеро. Могу взять еще троих.
– Если что, вызову.
Соль все так же сидит на стуле, только поменяла позу: сгорбилась, обхватила колени ладонями, рассматривает что–то на полу.
– В присутствии наставника положено вставать, Ассоль Рухаэль, – произнес я жестко.
Соль дернулась и подскочила, а потом увидела меня. Я едва успел закрыться от ее эмоций, проклиная себя за глупость. Знал же, что ее воздействие, пусть и неосознанное, способно вышибить из меня дух. Природа здорово повеселилась, создавая наши расы.
Ненависть – сильное чувство. Оно поможет и ей, и мне.
Соль прожигала меня взглядом, однако молчала.
– Где твои вещи?
Она схватила рюкзак, стоящий у стены.
– Следуй за мной.
Портал выбросил нас к воротам академии.
– Вот мы и дома, малышка.
Она и сейчас ничего не сказала. Только сделала пасс рукой, обрушивая на меня локальную вариацию заклинания «гнев ангелов».
10. Сделка с демоном
Глупо надеяться, что демон пропустит удар. Если он так искусно заманил меня в ловушку, то легко просчитает и бешеное желание отомстить.
Так и вышло.
– Дура, – лениво припечатал Кэри, отмахиваясь от заклинания, как от назойливой мухи. – Твое счастье, что тут уже действуют защитные щиты.
– Ненавижу! – выпалила я.
– Да на здоровье, – согласился он. – Любовь к наставнику не входит в условия договора.
– Зачем?!
– Фу, какая же ты предсказуемая, – нарочито печально вздохнул Кэри. – А поблагодарить не хочешь?
Я прикрыла глаза и сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Он опять пытается провернуть тот же фокус! Играет на моих эмоциях, вынуждает совершить ошибку. И забавляется, глядя, как я на него кидаюсь!
Так, что он там говорил насчет щитов? Академия Чистильщиков находится на нулевом уровне, и если после «гнева ангелов» сюда не сбежались стражи, значит, можно применять силу. Я воспользовалась этим, защищаясь от ментального воздействия.
Ничего не изменилось: меня все так же трясло от злости и все так же хотелось прибить проклятого демона.
– Ну? – Кэри прищурился и скрестил руки на груди. – Легче стало? Это твои чувства, Соль, твои эмоции. Не трать силу понапрасну, мне запрещено внушать что–либо студентам академии.
Угу, так я ему и поверила!
– Зачем ты это сделал? – Я старалась не срываться на крик, но унять дрожь не получалось. – Что тебе нужно?
Кэри поморщился и схватил меня за плечо.
– Пойдем, – бросил он отрывисто. – Так и быть, поговорим.
Выбора он не оставил, тащил за собой чуть ли ни за шиворот. Я вырывалась лишь потому, что хотела идти сама. Бежать некуда, договор я подписала.
Похоже, Академия Чистильщиков находится в лесу. Мы шли по тропе сквозь сосновый бор, взбираясь на пригорок. Никаких признаков жилья – дикая природа. Как вариант, здесь меня демон и закопает, в лесочке, получив то, что ему нужно. Но не вампир же он, чтобы кровь мою пить?
– Смотри.
Кажется, Кэри не заметил моих брыканий: притащил к краю обрыва и подтолкнул вперед. Я тут же попятилась, но демон рявкнул в ухо:
– Не будь дурой! Просто посмотри!
Пригорок оказался холмом, край которого нависал над рекой. С обрыва открывался красивый вид: внизу блестела неширокая река, а на ее пологом берегу стояли корпуса академии, утопающие в зелени.
– Над нами купол, – пояснил Кэри. – Он защищает людей от магии, а нас – от людей. Вон там спортивные площадки, там – полигон. Корпус преподавателей… Общежитие… Аудитории и лаборатории…
Он показывал направление рукой: академия, и правда, лежала перед нами, как на ладони, хоть карту рисуй.
– Тебя выкинули бы на нулевой без магии и без средств к существованию, – продолжал Кэри. – Выжила бы ты? Не уверен. Но если и так, всегда помнила бы, чего лишилась. Ты же получила возможность сохранить силу, тебя обеспечат жильем, едой, одеждой и стипендией. Ты научишься чему–то полезному, работа чистильщиков высоко оплачивается. И льготное право законно находиться на нулевом уровне, как бонус. Что тебе не нравится, малышка?
Он серьезно? Уверен, что я должна прыгать от радости?
– Что мне не нравится? – переспросила я. – Может, мне поблагодарить тебя за подставу? Если бы не ты, меня не выгнали бы с седьмого!
– А тебе там нравилось? – хмыкнул Кэри.
– Это не твое дело! Кто дал тебе право вмешиваться в мою жизнь?
– Никто. – Он повел плечом. – Мне нужен ангел в учениках, и я его получил.
– Зачем?!
– Пока не скажу. Еще не время, малышка.
– Я не малышка!
– Согласен, студентка Рухаэль. Но и тебе не стоит тыкать преподавателю.
– И как же к тебе обращаться?
– Киаран Декарабиа. Для тебя наставник или мастер.
– И что же во мне такого особенного… мастер?
Я не унималась, желая вытрясти из демона всю правду.
– Да ничего, – фыркнул Кэри. – Всего лишь один изъян, благодаря которому ты уязвима. Но придется работать с тем, что есть.
– Я не буду вам помогать.
– Будешь! – Кэри хохотнул. – И мне нравится, что ты артачишься. У тебя есть характер.
– Не буду, – возразила я. – А еще… подам жалобу. Ты не просто меня подставил, ты подставил меня в личных целях!
– Вы, – поправил меня Кэри. – Не «ты», а «вы».
Его голос прозвучал тихо и спокойно, но отчего–то по коже побежали мурашки. Я даже проверила защиту, но нет, он держал слово.
– Все равно не буду… – пробурчала я.
– Будешь. И не пожалуешься.
– И почему же?
– Потому что у меня есть это…
Кэрри извлек из кармана парные браслеты: с палец толщиной, из белого материала. Такое впечатление, что это проволока, изящно скрученная в узор. Нет, это руны! Они переплетались причудливым образом – руны ангелов и демонов, вместе.
– Перо полета, – произнес Кэри. – Это настоящий артефакт.
– Н–ну да… – Я отступила на шаг. – Или очередная подделка.
– Перестань, Соль. Я же вижу, ты чувствуешь, что он настоящий. Хочешь проверить?
И я опять купилась, согласившись прежде, чем подумала о последствиях. Хотя… Какие еще последствия? Я уже объявлена падшим ангелом и изгнана на нулевой уровень. Я уже заключила договор с чистильщиками. Навряд ли произойдет что–то страшное, если я проверю артефакт.
– Сделка?
– Сделка, – кивнул демон. – Артефакт «Перо полета» в обмен на услугу после того, как ты закончишь обучение. Условие – ты должна стараться, быть лучшей ученицей.
– А если не буду лучшей, то услугу окажу, а артефакт не получу?
– Если ты не станешь лучшей, то просить тебя о помощи бессмысленно.
О, даже так… Интересно, что демону от меня нужно? Любопытство разбирало, однако я понимала, что сейчас он не откроет тайну.
– У меня тоже есть условие, мастер. – Есть вещи, которые я не сделаю даже ради артефакта. – Вы готовы его выслушать?
– Удиви меня, Соль.
– Вы должны поклясться, что ваша услуга – это не убийство любого существа, не причинение вреда здоровью и не действие, направленное против членов моей семьи.
– Клятва демона? – Кэри с любопытством на меня посмотрел.
– Да.
– Хорошо, я дам такую клятву. Что–то еще?
Я задумалась: как бы не прогадать и не попасться в очередную ловушку. Но, вроде бы, все честно? Если артефакт работает, то я получу крылья в обмен на какую–то услугу. Хм… И, похоже, я нужна демону живой и здоровой.
– И никаких совместных детей! – добавила я, спохватившись. – Вообще никаких детей и сексуальных домогательств.
– Договорились.
– И артефакт лишь в обмен на услугу. Чтобы я молчала, хочу что–нибудь еще.
– Соль, где ты научилась торговаться? – возмутился Кэри. – И не стыдно? Ты же ангел!
– Вашими стараниями – падший, – парировала я. – Так как насчет моего желания?
– Хорошо, пусть будет желание. Но озвучь его сейчас.
– М–м–м…
Честно говоря, хотелось ввернуть что–нибудь такое, чтобы досадить демону. Что–то подсказывало мне, что просить привилегии бесполезно. Кэрри согласился на дополнительную сделку из интереса, и не стоит перегибать палку. Но что же пожелать?
О, точно! Меня беспокоит Кирилл, как бы он не сбежал на нулевой, чтобы меня отыскать. И ведь не найдет! И не узнает, что я в академии.
– Семье сообщат, где я?
– Нет, – ответил Кэри. – Зачем? Ты вычеркнута с седьмого уровня навсегда.
Навряд ли Михаэль сможет помочь, он тоже не найдет меня в академии.
– Сообщите моему брату Кириллу, где я. И без подстав! Это мое желание.
– Зачем, Соль? Я же сказал…
– Он будет меня искать. Он – будет! Я уверена. Не хочу, чтобы он беспокоился.
– Хорошо. Это все?
Мы снова проговорили условия обеих сделок, Кэри произнес клятву демона, и я позволила ему начертить на моей ладони знакомую руну. Ничего не произошло: небеса не разверзлись, земля не провалилась под ногами, чистильщики не попадали с деревьев.
– Чего стоишь? Протяни руки, – велел Кэри.
Браслеты плотно обхватили предплечья выше запястья. Я не почувствовала ничего особенного.
– Эй, ты опять меня обманул?!
– Пф–ф–ф… – фыркнул Кэри.
И столкнул меня с обрыва.
11. Подопечные демона
– Крылья раскрой, дура! – рявкнул я, прыгая следом за Соль.
Потерять с таким трудом добытого ангела в мои планы не входило. Я не дал бы ей разбиться, однако Соль то ли услышала мой вопль, то ли сама сообразила, что до встречи с землей остались считанные мгновения. Не успел увернуться, и тугое крыло хрястнуло меня по лицу.
Вот зараза… Ура! Летим!
Честно говоря, я сомневался, сработает ли артефакт. Проверить его банально не на ком, других нелетающих ангелов или демонов нет. Если и есть, то я о них ничего не знаю. На другие расы артефакт не рассчитан, это наследие древних богов, если легенды не врут.
«Перо полета» я стащил у тетки. Это было несложно: забытый артефакт валялся на чердаке, в коробке с ненужными вещами. Неудивительно, ведь он бесполезен для демонов, которые прекрасно летают и без него.
В библиотеках минус седьмого уровня я боялся искать информацию, но если артефакт создали, то в этом была необходимость, несомненно. А в архивах чистильщиков ничего не нашел, что вполне объяснимо: они появились после того, как ангелы и демоны разошлись по разным мирам.
Да и не все ли равно? Главное, мне несказанно повезло! Рождение Соль – настоящий подарок судьбы. Все сошлось: уязвимый ангел с изъяном и артефакт, хранящийся на теткином чердаке. Теперь, когда Соль – моя ученица, я ближе к мечте. И я не упущу свой шанс!
Пока «птенчик» барахтался в воздухе, я болтался рядом. Во–первых, страховал, ведь девчонка впервые летает, может и ляпнуться с непривычки. Во–вторых, прикрывал нас завесой невидимости. Ни к чему сопровождать появление Соль в академии представлением «Ангел прилетел».
Она быстро выдохлась: неправильно распределила силы, не пользовалась воздушными потоками. Что ж, можно включить полеты в программу ее обучения, как поощрение за успехи. Не сомневаюсь, что ради этого Соль будет стараться.
Изловчившись, я схватил ее за руку и увлек вниз, сразу за реку, к кампусу.
– Браслеты! – потребовал я, едва мы приземлились. – И без глупостей!
Зря переживал и зря предупреждал, Соль послушно отдала мне артефакт. Из–за полета она забыла о защитных щитах, и ее эмоции я ощущал, как свои: потрясение и растерянность. Сила огня, неужели ни капли радости? Она же впервые летала!
– Как видишь, я не обманул, – сухо сказал я. – И запомни, что за любое пренебрежение к правилам ты будешь нести наказание.
– А? – выдохнула Соль, уставившись на меня.
Кажется, она не слышала ни слова. Слишком много впечатлений? Ох, малышка, это еще не все сюрпризы…
Я терпеливо повторил, Соль кивнула и нехотя выдавила:
– Да, мастер.
– Пойдем, покажу, где ты будешь жить.
Не дожидаясь ответа, я двинулся по дорожке в сторону общаги. Студентов селили вперемешку, учитывая расовые особенности, но спецкурс размещался в одном здании. Так проще поддерживать дисциплину и контролировать нарушителей закона. Откровенно говоря, студенты–штрафники почти не отличались от Соль. Она оступилась, спровоцированная мной, они – под влиянием обстоятельств или чьих–то козней. Настоящим преступникам чистильщики второго шанса не дают.
– Ты можешь свободно передвигаться по территории академии, весь кампус – дом для студентов. Естественно, за исключением корпуса преподавателей. В другие общежития можно заходить только по приглашению его обитателей. Остальные корпуса и площадки в свободном доступе. За пределы купола без специального пропуска ты не выйдешь.
Соль пыхтела чуть позади. Надеюсь, она внимает объяснениям.
– Здесь многое работает не на магии, не стоит пугаться техники. Есть даже специальный предмет: физика. Чистильщики должны знать, как устроен нулевой уровень. Так вот, ты получишь браслет и инструкцию, как им пользоваться. В нем карта кампуса, расписание, специальная диета, связь со мной, каталог библиотеки… В общем, разберешься, он прост в управлении.
А еще браслет всегда подскажет мне, где она находится. И не только она, сведения обо всех моих подопечных поступают на мой компьютер. Старшекурсники умеют блокировать сигнал, но им это уже неинтересно. Зачем, когда время шалостей уже прошло, к тому же есть разрешение на посещение ближайших городов? Штрафников контролируют жестче, но и они к старшим курсам ничем не отличаются от других студентов: такие же старательные, целеустремленные и работящие. В Академию Чистильщиков поступить нелегко, да и набор проводится не каждый год, так что процент лентяев и бездарей невелик, и все они отсеиваются на первом курсе.
– Сейчас каникулы, и в академии мало студентов: кое–кто из свободных, если нет дома, куда хочется вернуться, и твои однокурсники. Преподаватели дежурят по графику, и я в их числе. В этом году я набираю курс штрафников, и я – твой главный начальник. Мой приказ может отменить только ректор. Тебе повезло, до начала учебного года еще есть время, можешь начать заниматься заранее. Все первокурсники, не сдававшие экзамены, должны отчитаться по ряду дисциплин. Расписание получишь уже завтра.
Я обернулся и подмигнул Соль.
– Надеюсь, ты ответственно отнесешься к учебе.
Она одарила меня злобным взглядом, но промолчала. Я сдержал улыбку: про щиты Соль так и не вспомнила, и я отчетливо ощущал ее интерес. Профессия чистильщика тяжелая, зачастую связана с риском для жизни, не терпит пренебрежительного отношения и требует глубоких знаний, но в ней много интересного для тех, кто не любит скучать. Любопытство Соль – лучшее доказательство того, что приобрела она больше, чем потеряла.
Мы почти никого не встретили по пути, но возле общежития спецкурса на травке расположились все мои подопечные. Очень удачно, надо познакомить Соль с однокурсниками.
– Загораем? – поинтересовался я, подойдя ближе.
Их сдуло с травки, однако страха я не почувствовал.
– Небольшой перерыв после обеда, наставник, – ответил за всех наг.
– Замечательно. – Я не возражал против перерыва, лишь бы все задания к концу дня выполнили. – Знакомьтесь, Ассоль Рухаэль, ваша однокурсница.
– Здравствуйте, – пробормотала Соль, отчего–то смущаясь.
Я удивленно на нее посмотрел. Ого, так она их боится? Зря, конечно, но… пусть сама разбирается, не маленькая.
– Привет, Соль. Шииран. – Наг представился первым.
Четвертый уровень, преступление – убийство. Это была самооборона, но Ши пришлось отвечать по всей строгости закона: убитый оказался сыном местного правителя. Нага приговорили к смертной казни, без магии ему на нулевом уровне не место, хвост не спрячешь. Студентом он будет прилежным, и уже сейчас претендует на место лидера. По зеленым глазам с вертикальным зрачком обычно ничего нельзя понять, но настроение Ши выдает хвост в золотистой чешуе. Сейчас он елозит по траве, выписывая круги – верный признак, что Соль вызывает интерес.
– Антарейсусейрахгн. Привет, Соль.
– Антар, мы договаривались, – напомнил я.
Ведьмак с первого уровня очаровательно улыбнулся:
– Можно просто Антар, Соль. Не все могут выговорить мое имя.
– Приятно познакомиться, Антарейсусейрахгн, – выдала Соль.
Даже я поперхнулся, но не из–за того, что малышка продемонстрировала прекрасную память, а из–за того, что… продемонстрировала. Так ей не чуждо тщеславие? Надо запомнить.
Антар уставился на нее в изумлении. Густые ресницы, обрамляющие голубые глаза с воловьим взглядом, затрепетали. У Антара несколько нетрадиционные взгляды на взаимоотношения полов, но меня ничто не волнует, пока нет вреда учебе. Его преступление – покушение на убийство, и это чистой воды оговор. Он работал подмастерьем у алхимика и перепутал ингредиенты. Вместо сонного зелья сварил приворотное, и оно замкнуло мужчину на мужчине. Получилось «весело», учитывая, что один из них оказался приверженцем традиционной морали.
– Барри, – прогудел оборотень, представляясь. – Привет, Соль.
Этот мог бы и полным именем назваться: Бар’Ора, вторая ипостась – медведь, третий уровень. У него с Соль в чем–то схожие истории. В клане Барри считали уродом, потому что у него отсутствуют железы, отвечающие за запах истинной пары. Он украл чужой запах, обманул девушку и поплатился за это изгнанием. Несмотря на пугающую внешность – у него густые брови, маленькие глаза и приплюснутый нос, – Барри весьма добродушен. Я бы сказал, чересчур. Надеюсь, он станет жестче, иначе ему здесь не выжить.
– Нил Дагги. Добрый день, Ассоль.
Таких, как Нил, Соль видела только на картинках, и то не факт. Минус пятый уровень, вампир. С ним все просто, нарушение режима питания. Нил у нас принц, и он тщательно это скрывает. Нила выкрали, когда он был ребенком, и инициировали, но не обратили полностью. Он как бы полувампир: взрослеет, не боится солнечного света и запаха чеснока, но периодически должен пить кровь. Как ни странно, его подставил отец: не зарегистрировал сына вовремя, кормил нелегально. Наследный принц – вампир! Позор! Угу… Теперь наследный принц – чистильщик. Это, бесспорно, лучше.
Нил бледен, как и положено вампиру. Светлые волосы и практически бесцветные глаза усиливают эффект: при солнечном свете он кажется почти прозрачным.
– Велена Клара Дэми. Приветики, Соль.
Ведьма Вел с минус первого уровня. Можно сказать, и эту подставили. Лицензия на работу у нее имелась, порча в их мире не запрещена. Только заказчик подсунул ей волосы не своей соседки, как утверждал, а королевы. За порчу особы королевской крови Вел и сослали на нулевой уровень, а я пригласил ее в академию.
Вел хохотушка, только себе на уме. Она мечтает отомстить обидчикам, но решила для начала стать сильнее. Это хорошо. Есть шанс, что к окончанию учебы мысли о мести выветрятся из ее хорошенькой головки, и Вел не наделает глупостей.
– Лин.
На месте Соль я держался бы подальше от феи с шестого уровня. Я и сам ее побаиваюсь, никак не могу понять, что скрывается за нежной, практически воздушной, внешностью. Лин из ревности отрезала крылья сопернице, но чистильщики признали ее неопасной для окружающих. Вроде бы на нее оказывали психологическое давление, опоили, подчинили… Не знаю, почему я в это не верю. Возможно, потому что чувствую, как от Лин идут эманации ненависти, когда она мило улыбается. Не хотел ее брать, но феи в академии такие же нечастые гости, как и ангелы. Жаль упускать такого перспективного чистильщика.
– Отчет по расписанию, – напомнил я. – Вел, Соль будет жить с тобой.
В блоке у девушек Вел и Лин заняли разные комнаты, рассчитанные на двоих. Лучше я подселю Соль к ведьмочке, целее будет.
– Может быть, ко мне? – Лин робко улыбнулась и скромно опустила взгляд.
Меня передернуло.
– Нельзя, – отрезал я. – Будет так, как я сказал.
Лин изобразила обиду, а я тут же поймал вспышку ненависти. Все же странное поведение, ведь она знает, что я чувствую эмоции. Специально выводит из себя? Ох, доберусь я еще до этой феечки…
– Вел, покажи Соль комнату и познакомь с комендантом, – попросил я. – Соль, через час явишься к корпусу преподавателей, жди меня у входа.
– Кэри! – За моей спиной раздался знакомый голос. – Тебя ждут в деканате, срочно. Фух, еле нашел! Где ты был?
Соль стоит передо мной, говорящий ее не видит. Однако она, похоже, тоже узнала его голос. Ее глаза расширились от изумления. Я поспешно выставил защиту: сильные эмоции ангелов – это всегда боль.
– Уже иду, Михаэль, – ответил я и сделал шаг в сторону.
12. Общага тети Розы
Михаэль.
Рыжий феникс с тату на шее и двумя серьгами в одном ухе.
«Соль мне понравилась».
«Ты восхитительна, Соль».
«Соль, я хочу помочь».
Ой–йо–о–о… Какая же ты сволочь, Михаэль!
Я смотрела на парня, стоявшего напротив, и окончательно прощалась с прошлой жизнью. Наивная и доверчивая Соль умерла, я уже никогда не стану прежней.
Врезать Михаэлю по физиономии, безусловно, хотелось. Однако я заключила следку с демоном, и не могла при всех показать свои истинные чувства. Это же потом объяснять придется, откуда я знаю феникса и за что ненавижу.
Михаэль тоже молчал. Еще и отвернулся, гад! Стыдно в глаза смотреть, правда, Мих?
– Кстати… – Кэри прервал затянувшуюся паузу. – Соль, это куратор вашей группы, из старшекурсников. В академии традиция брать шефство над новичками. Михаэль – мой помощник, ты обязана его слушаться.
Надо было верить тому, что пишут в учебниках. Демоны – зло! Что ж, я снова в этом убедилась. Кэри все, абсолютно все рассчитал заранее! И теперь мало того, что он мой наставник, так еще и Мих постоянно будет крутиться рядом.
– Вел, пойдем? – Я улыбнулась темноволосой девушке. – Боюсь, без твоей помощи я ничего не найду.
– Да. – Она кивнула мне и обратилась к остальным: – Начинайте без меня, приду позже.
В здании общежития было тихо и прохладно.
– Ты его знаешь?– спросила Вел, когда мы поднимались по лестнице на второй этаж.
– Кого? – вздохнула я, хотя сразу поняла, что речь о Михе. Слишком долго я на него пялилась.
– Михаэля.
– Встречала его в одном баре, – ответила я уклончиво.
– Неужели на нулевом?
– Примерные девочки не попадают на спецкурс, верно?
– Верно. – Вел взглянула на меня с интересом. – Можешь не говорить, если не хочешь. Ты не обязана. Это я… – Она лукаво улыбнулась. – Слишком любопытна.
– Я не против поболтать, просто пока несколько… растеряна. Слишком много событий… для одного дня.
Я испугалась, что чуть не проговорилась, но Вел ничего не заметила.
– О, я отлично тебя понимаю, – сказала она. – Первые дни самые трудные. Старой жизни конец, а к новой надо привыкнуть. Вот наша комната.
Мда… Это крошечное пространство – на двоих? Две кровати, два письменных стола, две полки для книг, две настольные лампы. Впрочем… еще утром я не знала, где буду ночевать, так что надо радоваться крыше над головой.
Половина Вел была обжитой: кровать заправлена, на полке – склянки, банки и пузырьки, на столе – книги и букет полевых цветов в стакане.
– Одежду храним здесь. – Вел отодвинула панель и показала мне встроенный шкаф. – Душевая в конце коридора, уборная там же. Все необходимое получишь у коменданта. – И добавила задумчиво: – Которого еще надо найти…
– А здесь больше никого нет? Так тихо…
– Каникулы же. Наших ты видела, они сейчас на спортплощадку пошли.
– На каникулах можно возвращаться домой?
Этот вопрос волновал меня сильнее поисков коменданта.
– Да если бы! – фыркнула Вел. – Нет, летом у спецкурса выездная практика. Здесь же, на нулевом.
Ух ты! Я почувствовала облегчение, потому что не горела желанием видеть родителей. Возможно, еще успею соскучиться, но сейчас меня передергивало, стоило вспомнить вопли отца. А Кирилла беспокоить ни к чему, одно расстройство для обоих.
– Нам повезло, что сейчас здесь никого нет, – добавила Вел. – Есть время освоиться.
– Да, – согласилась я. – А ты тут давно?
– Месяц. Барри и Лин появились после меня, Антар немного раньше, Нил здесь с весны, а Ши угораздило вляпаться сразу после зимней сессии. Сдать экзамены и проскочить на набранный курс он не смог, пришлось ждать осени.
Как все сложно. Видимо, и тут мне повезло. Хотя нет, это же демон все рассчитал.
– А где искать коменданта?
Что–то подсказывало мне, что на встречу с Кэри лучше не опаздывать.
– Ой, да… – спохватилась Вел. – Надо посмотреть в подвале, если тетя Роза вернулась с обеда, то она там.
– Тетя Роза?!
– Ага, – хихикнула она. – Именно так, а не иначе. Она сердится, если к ней обращаются иначе.
– Хм… Интересно.
– Да, и она вроде бы с нулевого, обычный человек.
– Как?
– А вот так. – На пороге комнаты появилась пожилая, но весьма энергичная женщина. – И не слушайте те сплетни, девочки. Тетя Роза сама может рассказать. Так никто не спрашивает!
– Доброго дня, тетя Роза, – поздоровалась с ней Вел.
– Да виделись уже, – отмахнулась она. – А это у нас кто?
– Добрый день. Я новенькая, Ассоль Рухаэль.
– От ты ж… – Тетя Роза всплеснула руками. – Еще одно дитё! Пойдем, деточка, шмутки получать!
– Чего?
Мне показалось, я не расслышала слово, но тетя Роза уже вышла из комнаты.
– Вещи, – пояснила Вел. – Не обращай внимания, она странно разговаривает. И догоняй быстрее, мне уже пора.
– Ой, а в какой стороне корпус преподавателей?
– Там, – махнула она рукой. – Тебе браслет выдадут, в нем карта есть.
Я припустила вслед за тетей Розой. Двигалась она быстро, несмотря на объемные формы. Колоритная женщина! Фиолетовые волосы уложены тугими колечками, что делало голову похожей на барашка. Яркая кофта с огромными подсолнухами обтягивала пышную грудь, малиновые брюки – не менее пышную задницу. На ногах – шлепанцы на высоком пробковом каблуке. Как она еще не свернула шею, прыгая по крутой лестнице, ведущей в подвал, для меня – загадка!
– Зараз не унесешь. – Тетя Роза смерила меня оценивающим взглядом. – Давай сначала в кабинку.
Она втолкнула меня в шкаф, не дав толком осмотреться. Все, что я успела заметить – массивный стол и стеллажи, длинными рядами уходящие вглубь помещения.
– Стой ровно, не шевелись. Ноги на ширине плеч, руки вниз.
Внутренние стенки шкафа оказались зеркальными. Я немного напряглась, когда из них ко мне потянулись красные нити, но тетя Роза крикнула:
– Три–дэ модель! Шоб мерку снять! – И чуть позже: – Все, выходь!
Стеллажи уже заливал ровный белый свет, и между ними шустро скакала тетя Роза. На столе росла горка «шмуток»: зубная щетка, полотенца, мыло, мочалка, бутылочки с чем–то жидким, письменные принадлежности, тетради…
– Чего стоишь? Кидай в мешок, – велела она. – Отнесешь наверх, возвращайся за одеждой. Как раз по размеру подберу.
Как–то я упустила, что студенты одеты одинаково. Даже у нага рубашка, перехваченная ремнем, такая же, как у остальных. Ничего, это не самое страшное.
Я отволокла наверх вещи и вернулась в подвал. На столе высилась новая горка – из брюк, рубашек, юбок, обуви, нижнего белья… В общем, тетя Роза оказалась права, унести все разом мне было бы не по силам.
– Гладильня у вас на этаже, стиральные машинки тоже.
– Э?
– Девочки покажут, – отмахнулась тетя Роза. – Вот твой браслет, деточка.
Она протянула мне широкое кольцо из темного материала. Тяжелый! Камень это, что ли?
– Надень и активируй.
Я просунула руку в кольцо, и оно плотно обхватило предплечье выше запястья.
– Активировать как?
– Палец приложи. Пластинку видишь?
Прикосновение «оживило» браслет: по пластинке пробежала зеленая полоска, передо мной в воздухе материализовалось что–то вроде доски. Тетя Роза достала из ящика стола плоскую коробочку, открыла ее и бодро защелкала пальцами по одной из внутренних сторон.
Пластинка браслета вспыхнула зеленым светом, а на доске появились буквы.
– Ассоль Рухаэль, – прочитала я. – Спецкурс, первый год обучения. Расписание. Карта. Диета. Контакты… Это что?
– Теперь ты привязана к системе, – важно ответила тетя Роза. – Здесь вся важная информация. Управление простое: выбираешь, что нужно, и тычешь пальцем. Пробуй.
Я коснулась «диеты» и поняла, что сильно проголодалась.
«Диета не разработана, нет данных для анализа».
– Это тебя еще не обследовали, – пояснила тетя Роза.
– А пока не обследуют, есть не дадут?
– Тю… Жми на расписание. Видишь, написано, когда ужин? Не придешь в столовую – точно останешься голодной. Суть ты уловила, деточка, дальше сама разберешься.
– Спасибо, – поблагодарила я и потащила мешок с одеждой в комнату.
– Мешок потом верни! – крикнула вслед тетя Роза.
Меня разбирало любопытство, что человек с нулевого уровня делает в Академии Чистильщиков, но время поджимало. Я не хотела опаздывать на встречу с Кэри.
13. Сделка с фениксом
– Мих, у тебя борзометр не зашкаливает? – сердито поинтересовался я.
Не знаю, у кого там пригорело в деканате, но он точно подождет, пока я вправляю мозги фениксу. Благо подопечные наконец–то вспомнили о тренировке и оставили нас одних.
– Чего? – переспросил Михаэль хмуро.
Бедный птенчик все еще под впечатлением от встречи с Соль? Я простил бы ему оплошность, случись это после того, как он увидел ангела.
– Какой я тебе Кэри, когда рядом желторотые новички? – прошипел я. – Хочешь за нарушение субординации огрести? Не стыдно, на четвертом–то курсе?!
Мих посмотрел на меня так, как будто я говорил на древнем языке богов. Мда… Хорошо его приложило. Похоже, Соль и то лучше справилась с потрясением.
– Повторить? – вздохнул я.
– Кэри, как Соль… здесь… – выдавил он.
– Пойдем, по дороге поговорим. – Я зашагал по дорожке в сторону деканата. – Мих, ты экзамен по межуровневому праву сдавал?
– Сдавал… – Он шел рядом, нахохлившись.
– Вот ты и расскажи, какое наказание несет ангел за сделку с демоном.
Тишина. Недовольное сопение. Вопль негодования.
– Ты все подстроил!
– Молодец. Возьми с полки пирожок. И, Мих… последнее предупреждение. Или я пожалею, что позволил обращаться ко мне по имени. Заметь, в исключительных случаях.
На сей раз феникс дольше просчитывал перспективы. Мы уже дошли до деканата, когда он, наконец, выдал:
– Простите, мастер.
– Я подумаю, – пообещал я. – А ты подожди здесь и подумай, почему ты никому не расскажешь о том, как познакомился с Соль.
Каким бы хорошим не был мой план, он не сработал бы, если бы не несколько случайностей. И кольцо матери Михаэля – одна из них. Благодаря залогу я получил помощника, который выполнит любое мое поручение. Все просто: Мих – сирота, и кольцо – наследство матери. На кольце стоит печать мастера, и Мих стал чистильщиком, чтобы найти мир, где родилась его мать. Нет кольца – конец мечте.
Безусловно, я верну кольцо, но сначала Мих поможет мне приручить Соль.
Декан спецкурса поджидал меня в приемной и чуть ли ни за шиворот втащил в кабинет.
– Я получил документы на ангела, – выпалил он, едва поздоровавшись. – Кэри, это правда?
– Вероятно, да, если вы о том, что студент спецкурса Ассоль Рухаэль – ангел, – осторожно согласился я.
Кто знает, что декан имеет в виду? Вдруг кто–нибудь напел ему о моей причастности?
– Но… как?!
– Я посчитал, что ее потенциал…
– Это понятно! – перебил меня декан. – Ты был бы дураком, если бы не попытался завербовать ангела. Но как она попала в чистилище?
– Как все, – сухо ответил я. – Совершив преступление. Сделка с демоном.
– С демоном? Ты его знаешь?
– Я не могу знать всех демонов. Кажется, он скрылся. Узнать подробности?
Чистильщики, проводившие задержание, не проболтаются. Бывшие сокурсники вернули мне долг, только и всего. В протоколе указано, что демон с места преступления скрылся.
–М–м… Нет, не надо. Это не так уж и важно. Где она сейчас?
– Ассоль? – уточнил я. – Заселяется в общежитие. С однокурсниками я ее уже познакомил. Чуть позже отправлю на штрафные работы.
– Уже успела провиниться? – Брови декана поползли вверх. – Она точно ангел?
– Точно. – Я поморщился. – Она девчонка совсем, к тому же избалованная. Потенциал хороший, но характер с причудами. И вы же знаете, какие у нас с ангелами взаимоотношения. Она и так в стрессе, а тут я… вот она и не сдержалась, нагрубила. Снисходительное отношение навряд ли поможет ей в учебе.
– Да, ты прав, – согласился декан. – Но не переусердствуй.
– Отправлю ее мыть полы в общежитии преподавателей, под присмотром куратора.
– Вот и отлично. Кэри, ты отвечаешь за нее, запомни. Ты единственный в академии, кто может справиться с ангелом.
– Непременно, – пообещал я.
Да, демоны в студентах – не редкость, но я – единственный, кто остался преподавать, да еще получил штрафников в подопечные. Есть чем гордиться. В лепешку расшибусь, но мой курс будет лучшим в академии. К сожалению, это не гарантия того, что меня не заставят вернуться на минус седьмой, потому Соль – мой единственный шанс.
Михаэль ждал меня там, где я его оставил.
– Ты поэтому не отдаешь мне кольцо? – мрачно спросил он.
– Сегодня ты на редкость сообразителен! Правда, со знаком минус.
– Кэри…
– Мастер! – рявкнул я, теряя терпение. – Мих, я честно пытался войти в твое положение. И не надеялся, что ты обрадуешься, когда увидишь Соль. Но нарвался ты сам – и тогда, и теперь.
– Простите, мастер…
– Наряд отработаешь вместе с Соль. Через… – Я взглянул на часы. – Тридцать пять минут у общежития преподавателей.
– Только не с ней!
– Неверный ответ.
Я не щадил феникса, но чем быстрее они с Соль поговорят, тем лучше. Пусть даже подерутся, в конце концов! Остальные не должны догадаться, что за черная кошка между ними пробежала.
– Да, Мастер.
Михаэль имел бледный вид. Интересно, каково это, стать предателем для девушки, в которую влюблен? Я не сомневался, что Соль зацепила Миха. Она и мне чем–то нравилась. Я ненавидел ее за то, что от нее зависело мое будущее, но восхищался ее выдержкой. Соль станет достойным противником, уверен в этом.
– Кофе хочешь? – спросил я у Михаэля. – Могу угостить.
– Лучше яду… – пробормотал он прежде, чем ответить: – Да, мастер, спасибо.
– Может, мне с тебя клятву взять? – подозрительно поинтересовался я. – Чтоб ты не переродился с горя?
– Спасибо за идею.
– Не ехидничай, Мих. Тебе не идет.
Мы расположились на террасе столовой, взяв в кафетерии по чашке кофе.
– Я отдам тебе кольцо, – сказал я, ополовинив свою чашку. – Если ты никому ничего не расскажешь.
– И? – Михаэль поправил серьгу.
Слава огню, к нему вернулась способность соображать!
– И присмотришь за Соль.
– Мастер… – Михаэль оглянулся и, убедившись, что поблизости никого нет, продолжил: – Кэри, пожалуйста, не заставляй меня шпионить за Соль. Я уже предал ее один раз, и…
– Разве я попросил шпионить? – спросил я холодно. – Присмотри за ней, как… друг.
– Ты издеваешься? Какой из меня друг?
– Потому и прошу. Соль будет избегать тебя, и ты не захочешь ей помогать. Попробуй с ней помириться. Расскажи, что это я заставил тебя предать, вали все на меня, я подтвержу. Не надо докладывать обо всем, но помоги ей освоиться и защити, если в том будет необходимость. И предупреди, если не справишься с чем–то сам.
– Соль нужна тебе…
– Естественно! Неужели дошло?
– И зачем, ты не скажешь.
– Меньше знаешь, лучше спишь, – ответил я. – Поверь моему опыту.
– Мне нужна гарантия, что ты отдашь кольцо.
– Сделка?
– Сделка.
Я предполагал, что так и будет. Что ж, Михаэль, мы заключим сделку. Но не надейся, что Соль ответит на твои чувства, даже если вновь поверит тебе. Она – моя, хоть мы и ненавидим друг друга.
14. Феникс и пылесос
Выданные тетей Розой вещи я свалила на кровать, время поджимало. С картой разобралась быстро, ей смог бы управлять и ребенок: касаешься пальцем, читаешь обозначения. Направление легко определялось и без компаса, стоило лишь сделать пару шагов в любую сторону. Дело в том, что я видела на карте собственное местоположение, и если шла не в ту сторону, то и стрелочка с моим именем удалялась от цели.
Мелькнула мысль, что у кого–то есть карта, на которой обозначены все студенты академии, но додумать ее не получилось. Есть и есть, в этом нет ничего странного, особенно для спецкурса. Мы же нарушители закона, как не воспользоваться такой картой для контроля?
Честно говоря, все впечатления сегодняшнего дня казались какими–то нереальными. Утром я проснулась дома, в собственной комнате, сейчас иду по дорожке, усыпанной гравием, и рассматриваю корпуса Академии Чистильщиков, а в промежутке – подписанный договор, демон в наставниках, первый полет, странные однокурсники, предатель–феникс и колоритная тетя Роза.
Я не смогла бы сказать, что потрясло меня сильнее всего. Возможно, как раз то, что я так спокойно восприняла перемены в жизни. Хотелось думать, что все к лучшему.
Рыжеволосого феникса у общежития преподавателей я увидела раньше, чем демона. Они стояли рядом и мирно беседовали. С каким удовольствием прибила бы обоих! Увы, нельзя. Хотя бы на одного сил точно хватит, но что–то я не готова оплачивать сладкую месть собственной жизнью. Ничего, потерплю. И отомщу так, что обоим мало не покажется.
Глубоко вздохнув, я подошла ближе.
– О, Соль… – Кэри внимательно меня осмотрел. – Вижу, ты выжила после знакомства с тетей Розой. И даже не опоздала.
– Тетя Роза – милейшая женщина, – буркнула я.
– Милейшая? – он расхохотался. – Повезло, ты ей понравилась. Увидишь еще, как она гоняет студентов.
Михаэль молчал, но я чувствовала на себе его взгляд. Интересно, зачем он здесь? Они с Кэри закадычные друзья?
– В общем, так… – Кэри заложил руки за спину, расправив плечи. – Ассоль, ты стала моей подопечной сразу после того, как подписала договор. Нападение на наставника с использованием смертельного заклинания – серьезное нарушение. Неделя карцера, как минимум.
Мило… Здесь еще и карцер имеется. Хорошо бы узнать, какие еще наказания используются.
– Но я не могу не учитывать твое состояние, – продолжил Кэри. – Поэтому обойдемся нарядом на штрафные работы. Тебе повезло, задание несложное. Уборка коридоров в общежитии преподавателей. Женский этаж – второй.
– Э–э…
У них бытовой магией никто не владеет? Простое плетение, я за пять минут управлюсь.
– Не «э–э», а «да, наставник».
– Да, наставник, – послушно повторила я.
Придется следить за словами, иначе Кэри задушит меня этими нарядами.
– Кстати, забыл предупредить… Магией пользоваться нельзя.
– Совсем? – глупо переспросила я.
– Ага. – Кэри довольно кивнул. – Все ручками, все ручками… Михаэль покажет, где инвентарь. – Он повернулся к фениксу. – Первый этаж – твой.
Ого! Михаэля тоже наказали?
– И к ужину чтоб управились. – Кэри посмотрел на часы. – Я проверю. Мих, если закончите раньше, ты знаешь, где меня искать. До встречи, птенчики.
Я смотрела вслед удаляющемуся демону, в надежде, что прожгу в его спине дырку взглядом.
– Долго стоять будешь? – грубовато поинтересовался Михаэль. – Я за тебя мыть полы не собираюсь.
«Ты восхитительна, Соль».
Сила ветра, какая разница! Было ли увлечение Михаэлем моей первой любовью? Очень надеюсь, что нет. Я потеряла голову, но лишь потому, что он первый, кто не видел во мне урода. Хотя чего это я? Он просто скрывал свои искренние чувства.
– Я не умею мыть полы, – сказала я. – Тебе придется меня научить.
Общежитие преподавателей снаружи казалось не меньше студенческого, но, очутившись внутри, я поняла, что за каждой дверью не комната, а апартаменты. Просто дверей здесь значительно меньше, чем в нашем коридоре. Зато обстановка побогаче.
Михаэль объяснил, что надо вытереть пыль с полок и подоконников, полить цветы, пропылесосить ковровую дорожку, скатать ее и вымыть пол. Затем придет Кэри и примет работу. А потом дорожку можно раскатать обратно.
Слово «пропылесосить» я не поняла, подумала, что это какой–то местный сленг.
– Пылесос. – Михаэль поставил передо мной металлический цилиндр на колесиках. – Шланг, труба, насадка. – Он закрепил на цилиндре шланг, на шланге – трубу, а на трубе – насадку. – Кнопка. Смотри внимательно.
Он выкатил пылесос из подсобки в коридор, прижал насадку к дорожке и щелкнул кнопкой. Пылесос взвыл, я подпрыгнула. Михаэль, держа трубу в руках, медленно провел насадкой по дорожке.
– Пыль всасывается, – пояснил он. – Пылесос потом надо будет вычистить, я покажу, как. А ты, что ль, впервые видишь такое?
Он выключил пылесос и насмешливо уставился на меня.
– Все бывает впервые, – мрачно ответила я.
– Ой–йо–о–о…
– Лживого феникса я тоже впервые вижу, – припечатала я, разозлившись.
Михаэль покрылся красными пятнами.
– Послушай, Соль…
Одна из дверей вдруг отворилась и в коридор выглянул кто–то маленький и зеленый, с всклокоченными волосами.
– Михаэль? – спросило существо высоким женским голосом. – Неужели уборка? Наконец–то!
– Добрый день, буна Лависса, – вежливо поклонился Михаэль. – Да, показываю новенькой, как работает пылесос.
– Новенькая? – Женщина прищурилась, рассматривая меня. – И уже наказана? Отличных студентов подбирает Киаран!
Михаэль ткнул меня в бок.
– Добрый день, – поздоровалась я, пообещав себе огреть Михаэля трубой. Позже. – Ассоль Рухаэль.
– Лависса Берклин, – представилась и она. – Буду преподавать у вас основы шпионажа.
Она еще раз окинула меня цепким взглядом и кивнула Михаэлю:
– Ничего, шумите. Тут скопилось столько пыли… Фу!
Когда она скрылась в комнате, я не выдержала, спросила у феникса:
– Гоблин?
– Хогбун, – ответил он. – Соль, тут не принято обсуждать, кто какой расы.
– Я не обсуждаю, а спрашиваю.
– И это тоже.
– Какое счастье!
Тут я не покривила душой: можно не отвечать на неудобные вопросы.
– Ты поняла, как пользоваться пылесосом?
– Естественно.
– Покажи.
Он меня за дуру держит? Я схватила трубу, щелкнула по кнопке… и насадка присосалась к ковру.
– Силу надо прикладывать, – хмыкнул Михаэль. – Это непросто.
Непросто?! Да он издевается! Зачем такие сложности, если бытовая магия легко справится с любой пылью?
– Это техника? Человеческое изобретение?
– Магтехника. Основа с нулевого, а двигатель на кристаллах работает. Так… с пылесосом разобрались. Перчатки. Тряпки. Ведро. Швабра. Сначала вытри пыль влажной тряпкой. Вон в той банке вода для полива цветов. Лейка. Закончишь пылесосить, позови меня. Помогу скатать дорожку и покажу, как мыть пол.
Михаэль перечислял предметы и показывал их мне. Кроме этого в подсобке целую полку занимали бутылочки с надписями, значения которых я не понимала. Что может храниться в бутылке с этикеткой «Дядя Петя»? И ярким рисунком мужчины с палкой в руке? Слезы дяди Пети? Кровь… дяди Пети? Интересно, тут алхимию преподают?
– Соль, ты все поняла?
– А? Да.
Уж пыль я как–нибудь вытру. И с адской машинкой справлюсь. Правда, не уверена, что успею до ужина. При мысли о еде засосало под ложечкой. Между прочим, я со вчерашнего дня ничего не ела, да и жажда мучила, из лужи напилась бы.
– В этом кране вода чистая? – спросила я.
– Чего?
Михаэль, успевший сделать шагов десять по коридору, оглянулся.
– Или в банке, – добавила я. – Пить ее можно?
– В банке витаминно–минеральная смесь, – каким–то странным голосом ответил Михаэль. – Для растений.
Он так удивился, что ли? Что странного в том, что я хочу пить?
– Ладно, забудь.
Я отвернулась и взяла с полки перчатки. Ничего, еще немного потерплю.
– Пойдем. – Михаэль подошел и схватил меня за руку.
Я треснула его перчатками по плечу прежде, чем сообразила, что делаю. Сам виноват! Кто позволил ему дотрагиваться до меня?!
– Отпусти! – прошипела я, вырываясь.
– Не дергайся!
Михаэль потащил меня за собой и остановился возле небольшой ниши в стене. За стеклянной дверцей я увидела маленький кран и небольшие стаканчики стопочкой, вставленные друг в друга.
– Питьевая вода, – пояснил Михаэль. – Стаканы чистые. Свой, как напьешься, выбросишь. Мусорную корзину сама найдешь?
– Найду…
– Это называется кулер. Они установлены по всей академии.
– А холодильников с бутербродами тут нет? – мрачно пошутила я, набирая воду в стакан.
Вкусная холодная вода приятно освежила и даже притупила голод.
– Держи.
Он сунул мне в руку батончик в яркой обертке.
– Это еще что?! – возмутилась я, чуть не захлебнувшись.
– Мне показалось, ты голодна, – выдал Михаэль, сверкнув глазами. – Не хочешь – выброси.
Он быстро ушел, не позволив мне возразить. Ой–йо–о–о… Хоть бы извинился, гад огненный, прежде чем шоколадками угощать!
15. Призрак и дядя Петя
Повертев в руках батончик, я разорвала обертку. Мысль о том, что феникс мог подмешать в шоколадку какую–нибудь гадость, в голове мелькнула, однако очень хотелось есть. Если это опять подстава, то я молчать не буду. Историю с демоном никому не расскажешь, а на остальные пакости феникса запрет не распространяется.
Навряд ли я когда–нибудь прощу Михаэля. Глядя на его невозмутимую физиономию, хочется выщипать ему все перья, по одному. Однако он не усугублял наши испорченные отношения напоминаниями о прошлом, и это меня устраивало. Хотя разок мог бы и извиниться, для приличия.
Шоколадка закончилась слишком быстро, я и распробовать ее не успела. Напившись воды, я натянула перчатки и схватилась за тряпку. Оказалось, что вытирать пыль несложно, да и поливка цветов не отняла много времени. Пылесос меня пугал, уж больно свирепо он ревел, но делать нечего, я выкатила его на дорожку и щелкнула кнопкой.
Упс! Зверюга со свистом всосал занавеску, потому что прижать насадку к дорожке я забыла, да и вообще держала трубу наперевес.
– Отдай! – возмутилась я. – Выплюни!
И почему тут только одна кнопка, чтобы затягивать внутрь?! Пусть бы еще выдувал обратно!
Ухватив одной рукой занавеску, а другой – трубу, я потянула их в разные стороны. Ширины рук оказалось недостаточно, чтобы вытянуть конец занавески, перехватить же не успевала, слишком мощно пылесос засасывал добычу.
Разозлившись, я прижала занавеску ногой к стене, сдвинув ее в сторону от окна, и дернула трубу. Пылесос взревел громче. Я потеряла равновесие и приземлилась задницей на цилиндр, задев кнопку. И лишь в наступившей тишине сообразила, что надо было сразу выключить пылесос.
Занавеска легко выскользнула из трубы, однако без потерь не обошлось: край выглядел изжеванным, и с него исчезла часть бахромы. Мда, такое однозначно заметят. Оставалось надеяться, что за испорченную занавеску меня не запрут в карцере, а если и запрут, то сначала хотя бы покормят.
Вторая попытка пропылесосить ковровую дорожку получилась успешнее. Насадку я прижала, пылесос включила и даже сдвинула трубу вперед. Шагнув назад, я зацепилась ногой за шланг и чуть не упала.
Р–ры–ы–ы!
Окончательно озверев, я изобрела свой способ: можно все время двигаться вперед, до самого конца дорожки. Так и поступила, благо пылесос на колесиках, на себе его нести не пришлось. Бодро проскакав весь коридор, я повернула обратно, сдвинув насадку в сторону. Примерно на середине пути меня окликнули:
– Студентка Рухаэль!
Причем так зычно окликнули, что перекричали даже рев пылесоса.
– А?
Я остановилась и оглянулась. Не знаю, что напугало меня больше: фигура с головой льва, туловищем козла и хвостом в виде змеи или то, что она была полупрозрачной и висела в воздухе. Одно дело читать о химерах, другое – увидеть ее рядом, да еще призраком. Химера, к тому же, знала мое имя. В общем, ничего удивительного, что я заорала громче пылесоса. А еще, взмахнув трубой, сбила цветочный горшок с полки.
– Ассоль Рухаэль! – рявкнула химера.
– Изыди! – взвизгнула я, чертя в воздухе руну изгнания.
– Не смей! – крикнул Михаэль, появляясь в конце коридора.
Он метнул огненный шарик и точным попаданием разрушил рисунок руны. Пламя опалило мне руку, прежде чем рассеяться. Я взвыла от боли.
– Прекратить бардак! – взревела химера.
Михаэль одним прыжком очутился рядом со мной и выключил пылесос, умудрившись при этом выдохнуть мне на ухо:
– Это твой декан, дура!
Э–э–э?!
– Прошу прощения, мастер Кселар. – Задвинув меня за спину, Михаэль поклонился химере. – Соль не ожидала… э–э–э… увидеть… э–э–э… Простите, но вы же знаете, что на плюсовых уровнях…
Признак химеры, помахивая хвостом–змеей, подошел ближе. Я сглотнула и ущипнула себя за бедро.
– Ну да, ну да… – пробормотал он. – Михаэль, представь меня.
– Соль, познакомься, это декан факультета межмировой истории и главный куратор спецкурса, мастер Кселар.
– Добрый день, – выдавила я. – Ассоль Рухаэль. Прошу прощения, я испугалась от неожиданности. Больше такого не повториться.
– Я тоже… несколько… не прав. – Декан взмыл выше, махнув хвостом. – Ты же новичок, и никто не предупреждал тебя, что я… эм… несколько нематериален. Ведь так?
– Так, – согласилась я.
Зуб даю, Кэри специально умолчал об этой «мелочи». А что еще ожидать от демона?
– Теперь ты знаешь. Как устроилась… Соль?
– Хорошо, спасибо.
– Что ж, не буду мешать. Продолжай уборку.
Призрак покинул общежитие, просочившись сквозь стену. И чего приходил? Я из–за него горшок разбила! Как будто испорченной занавески мало…
– Что с рукой? – Михаэль тронул меня за плечо. – Покажи.
Перед тем, как пылесосить, перчатки я сняла, так что руку обожгло сильно. Пока разговаривала с деканом, терпела боль, но сейчас затрясла кистью.
– Отвали! – огрызнулась я. – Без тебя справлюсь.
Метнувшись в подсобку, я открыла кран и подставила кисть под ледяную воду. Стало немного легче, но ненадолго. Эх, сунуть бы руку в источник!
– Не справишься, – мрачно произнес Михаэль. – Соль, прости, но за использование магии против декана тебя наказали бы сильнее, чем за «гнев ангелов» против демона.
О, прекрасно! Кэри и это ему рассказал!
– Иначе я не успел бы тебя остановить, – продолжил феникс. – Можешь сходить в медпункт, но так ты потеряешь время, а уборки только прибавилось.
Я потерпела бы, но как работать с обожженной рукой? А настаивать на медпункте – это уже ребячество.
– А что ты можешь сделать? – Я протянула ему руку. – На, смотри.
Михаэль провел рукой над моей кистью, и с его ладони посыпались золотистые искры.
– Не дергайся, – предупредил он. – Они лечебные.
Искры впитывались в покрасневшую кожу, и боль постепенно исчезла. Кисть приобрела нормальный вид.
– Спасибо, – буркнула я.
– Применение магии студентами против студентов, особенно с причинением вреда здоровью, тоже запрещено, – сказал Михаэль. – Скажи об этом Кэри, я не буду отрицать.
Чувство благодарности, которое я неожиданно испытала из–за его заботы, растаяло без следа. Уберег от серьезного нарушения? Вылечил руку? Ха! Я думала, феникс защищал меня, но, оказывается, он всего лишь хочет избавиться от чувства вины. Ведь фактически он предложил мне донести на него наставнику, чтобы тот его наказал.
– Непременно, – ответила я, отворачиваясь. – Так и поступлю.
Не собираюсь жаловаться, но и играть в благородство с Михаэлем не хочу. Я схватила веник и совок и отправилась убирать землю и осколки горшка. Странно, что на шум никто не вышел, я кричала громче пылесоса.
– Дай, я сам. – Михаэль попытался выхватить у меня веник.
– Да отстань ты от меня, – взмолилась я. – У тебя свой этаж есть. Вот и иди, работай!
– Ты же не умеешь. И можешь порезаться.
– И не научусь, если сама не попробую. Не надо меня опекать!
– Так я не о тебе забочусь, – ухмыльнулся Михаэль. – Ужин пропускать не хочется. А так, как ты убираешь… мы и к завтраку не управимся.
– Ах ты…
Я замахнулась веником, но вовремя остановилась. Во–первых, такое поведение может показаться другим подозрительным. Это сейчас мы одни, но так будет не всегда. Надо приучать себя общаться с Михаэлем вежливо и отстраненно. Во–вторых, я слишком бурно реагирую на любое его замечание, то есть, выдаю свои чувства.
– Ладно. – Я протянула ему веник. – Убирай сам. Я тоже не хочу пропустить ужин.
– Что еще успела испортить? – поинтересовался Михаэль, сметая мусор в совок. – Только не говори, что ничего, не поверю.
– Занавеску, – ответила я. – Ее пылесос зажевал.
Его гневная тирада, произнесенная почти шепотом, вызвала у меня улыбку. Кажется, я нащупала слабое место. Михаэль – мой куратор, и я должна его слушаться, однако он несет за меня ответственность. Ха! Перед Кэри! Я не пакостила специально, но доставила ему много хлопот. Это ж какие перспективы открываются! Только не надо спешить, чтобы самой не нарваться на неприятности.
– Занавеска потом… – Михаэль осмотрел рваный край и скривился. – Это на поклон к коменданту идти надо.
– К тете Розе?
– Да если бы. Тут свой комендант, дядя Петя.
Я вздрогнула, вспомнив бутылочки в подсобке.
– С ним трудно договориться, домовой он. И за горшок по головке не погладит. Без подарка к нему лучше не ходить. Шоколадку уже съела?
Я сглотнула.
– Так это ты ему приготовил?
– Ну не тебе же, – хохотнул Михаэль. – Но тебе было нужнее.
Медленно. По перышку. Я закрыла глаза, представляя ощипанного феникса. Немного полегчало.
– Ладно, я что–нибудь придумаю. Давай сюда пылесос.
– О, ты за меня и пылесосить будешь?
– Нет. Покажу, как быстрее.
В общем, мой способ оказался не таким уж хорошим. Михаэль показал, как держать трубу, чтобы шланг не мешался под ногами, дело у меня пошло веселее, и вскоре длинная дорожка закончилась.
С мытьем полов я справилась лучше, чем с пылесосом. Мне даже понравилось водить шваброй по полу, выписывая восьмерки.
– Сойдет для первого раза, – вздохнул Михаэль, принимая мою работу. – Жди меня здесь, я…
– А куда это ты собрался? – вкрадчиво поинтересовался Кэри, появляясь в подсобке. – Если за мной, то я уже здесь.
– Если ко мне, то я тоже.
Следом за ним через порог шагнул старичок в широких штанах и рубашке навыпуск с красным поясом. Его макушка едва доставала Кэри до талии. Это и есть домовой?
Я перевела взгляд на бутылочку с надписью «Дядя Петя». Нет, не похож. Что–то тут явно не сходится…
– А это вы в молодости? – спросила я домового, ткнув пальцем в бутылочку.
16. От забора и до заката
– Ой–йо–о–о… – выдохнул Михаэль в пугающей тишине.
– Кхе–кхе! – прокашлялся Кэри.
Мне показалось, что он давится от смеха, однако я боялась поднять на него взгляд. Демон не страшный, однако никакой уверенности в том, что сдержусь и не нахамлю ему, у меня нет. Тут бы с домовым разобраться!
– А что, похож? – отмер, наконец, дядя Петя.
– Н–ну… да–а–а… – неуверенно протянула я. – И без подписи видно, что это вы.
Ох, Ассоль, где ж тебя врать учили?
Дядя Петя просиял и, повернувшись к Михаэлю, довольно произнес:
– Понял, бестолочь? Говорил я вам, не надо подписывать!
Э–э–э?!
– Петрович, правда, ты? – оживился Кэри.
– Дык! – Домовой пригладил бороду и подбоченился. – Собственной персоной.
– И как так получилось? – Кэри взял с полки бутылочку, открутил колпачок и понюхал содержимое. – Вроде тут средство для мытья окон.
– Так это самое… Стали у меня средства для уборки пропадать, так я ребятушек попросил полку зачаровать. А они мне предложили метку поставить, что это мое. Это самое… А я придумал картинку налепить. С портретом.
– Логично, – согласился Кэри. – Попросил бы меня, я бы руну против воров поставил. Клеймо на лоб, которое могу вывести только я.
– Это каждому уборщику по клейму? – возмутился дядя Петя. – Это самое… Я коридоры неубранными для кого держу? Потому и полку зачаровать нельзя! В общем, это самое… Ребятушки портрет сотворили… этим самым… Мих!
– Фотоаппаратом, – подсказал феникс.
– Ага. Это самое… А он мне не понравился. Дед какой–то получился!
Теперь уже и я едва сдерживала смех. В нашем мире домовые не жили, оно и понятно, почему. Ангелы, в совершенстве владеющие высшей магией, устроили свой быт так, что необходимости в помощниках нет. На остальных уровнях домовые не редкость, они даже на нулевом могут селиться, при условии, что местные жители их не видят.
– Так вот… – продолжал дядя Петя. – Обработали портрет этим… как его… это самое… фотожо… фото…
– Фотошопом. – Михаэль незаметно закатил глаза. – Это программа такая, компьютерная.
Сказано это было, кажется, для меня, но я все равно ничего не поняла. Ладно, с местной техникой я еще разберусь. Это ж сколько интересного впереди!
– И стал ты красавец. – Кэри повертел в руках бутылочку и вернул ее на полку. – А подписали для верности, чтобы уж точно не перепутать.
– Ага. – Дядя Петя опять пригладил бороду. – Ребятушки сказали, мол, шибко красив, не узнает никто. Так вот же, ласточка моя, узнала!
Я невольно поежилась. Птенчик, ласточка… Из–за моей проблемы обычные слова звучали, как издевательство.
– Замечательно. – Кэри повернулся к Михаэлю. – Теперь, когда мы выяснили тайну портрета, может, расскажешь мне, что тут у вас происходит?
– Ничего не происходит, – огрызнулся Михаэль. – Закончили уборку, собирались доложить.
– Как это ничего? – возмутился дядя Петя. – Это самое… А ущерб?!
Феникс бросил на меня взгляд и набрал в легкие воздуха, чтобы ответить.
– Занавеску я испортила, – поспешно произнесла я. – И горшок разбила. Простите, пожалуйста.
– Ущерб возмещать надо. – Дядя Петя сурово сдвинул брови. – И магия! Магией пользовались на втором этаже!
– Было? – поинтересовался Кэри. – Соль, отвечай!
Я взглянула на Михаэля. Магией пользовался он, и сказать правду несложно. Почему я должна его выгораживать? Он едва заметно кивнул, мол, говори, как есть. Ага, сейчас! Он не сделает из меня доносчика в первый же день в академии.
– Было, – согласилась я. – Это случайно… С непривычки. Простите.
Михаэль сделал круглые глаза, но промолчал. Значит, сам правду не скажет? Да и черт с ним!
– Я удивился бы, будь иначе. – Кэри усмехнулся. – Соль, ты с браслетом разобралась?
– Да, мастер.
– Советую перед сном внимательно изучить расписание на утро. Здесь не принято опаздывать. Наказание тебе назначит комендант общежития, о выполнении можешь не докладывать. Увидимся завтра. – Он посмотрел на домового. – К Михаэлю претензий нет?
– Это самое… Если не он горшок разбил, то нету. На первом этаже все чисто.
– Отлично. Мих, свободен.
Они ушли практически одновременно. Я с сожалением поняла, что до последнего надеялась на порядочность феникса. Да, я напортачила, но магию не использовала. Он мог бы признаться, если б захотел. Впрочем, о чем это я? Феникс и порядочность? Это фантастика!
Домовой привел меня на задворки академии. На берегу реки он разбил огород: ровные грядки тянулись вдаль, и, казалось, им нет конца.
– Лук прополоть надо, – сообщил он. – Эту вот грядку, от забора. Приступай.
– Прополоть – это как? – спросила я, ощущая себя несмышленым ребенком.
– Это самое… Ты сорняков никогда не видела, что ли? Ну смотри…
Дядя Петя поманил меня пальцем, заставляя наклониться.
– Это лук. Все остальное – сорняки. Их надо вырывать с корнем. Вот так. – Он потянул за стебель, ухватив его у самого корня. – Поняла?
– Поняла.
– И поспеши, закат уж скоро. Если не успеешь, то утречком доделывать будешь.
Увы, я осталась без ужина. Перспектива остаться и без завтрака заставила меня шевелиться. Я полола сорняки, не разгибая спины. Хорошо, что земля была влажной, корни вылетали со свистом. В пылу прополки я не заметила крапиву и схватилась за жгучий стебель. Потом напоролась на растение с колючками и поцарапалась.
Не знаю, как, но до заката я успела дойти до конца грядки. Ладони горели, спина ныла, под ногти набилась грязь, от пота промокла одежда.
– И ладушки, – обрадовался дядя Петя, принимая мою работу. – В расчете.
До общежития добиралась долго. На ужин безнадежно опоздала, больше спешить было некуда, да и ног я под собой не чуяла. Стемнело как–то быстро. Или я не заметила сумерек? Только небо озарил закат, и вот оно уже усыпано звездами. Чтобы не заблудиться, я сверялась с картой, а дорожки, к счастью, освещались: уложенные вдоль них камни тускло мерцали, не позволяя потерять направление.
Мне никто не встретился, но часто я слышала голоса и даже смех. Откуда–то из–за кустов тянуло вкусным дымком. Я сглатывала слюну и ползла дальше.
Почти у самого общежития меня окликнули по имени. Я не узнала голос, но вскоре на свет вышел Нил.
– Соль, мы тебя ждем, – сказал он.
– Меня? – переспросила я. – Зачем?
– Вроде как познакомиться надо. Ты так не думаешь? – усмехнулся он. – Пойдем, я провожу.
Дайте мне добраться до кровати и умереть спокойно!
– Нил, прости… – Я чувствовала себя неловко, однако сил на посиделки совсем не осталось. – Давайте перенесем на завтра? У меня был ужасный день… Я тоже хочу познакомиться со всеми… как полагается. Но сейчас не могу. Честное слово, не могу.
– Да как хочешь. – Нил повел плечом. – Скажу, что ты не придешь. Барри с удовольствием съест твою порцию сосисок.
При слове «сосиски» в животе заурчало.
– Я не видел тебя на ужине, – заметил Нил. – Уверена, что не хочешь присоединиться?
В комнате меня ждали вещи, сваленные на кровати. Хотелось принять душ и надеть чистую одежду. Голод мучил, но я и раньше могла не есть сутками.
– Хочу, но не могу, – повторила я. – Спасибо за приглашение, Нил.
– Завтра легче не будет, – заметил он. – Ты не в райские кущи попала.
Я вздрогнула. Седьмой уровень называли раем: считалось, что у нас самый лучший из миров, где царят изобилие, благополучие и уют. Знает ли Нил, кто я? Намек это или просто оборот речи?
– Да уж поняла, – ответила я осторожно. – Но я постараюсь.
– Нил, куда ты пропал?
На дорожку выскочила Вел.
– О, Соль! Так чего вы тут? Пойдемте!
Если все по одному будут вываливаться из кустов, то мне ночи не хватит на объяснения. Проще уж дойти, куда зовут…
– Мне пора, – вздохнула я. – Спасибо, ребят, все завтра.
– Эй, ты куда? – удивилась Вел. – Соль…
– Да погоди ты! – Нил поймал ее за руку. – Приятных снов, Соль.
Я благодарно ему улыбнулась и пошла к общежитию.
17. "Ты с нами?"
Поднимаясь на этаж, я убеждала себя, что поступила правильно. Расписание еще не смотрела, но нет никаких сомнений, что Кэри не шутил. Утро меня ждет насыщенное, и отдых – единственное, в чем я нуждаюсь. Однако мне было неуютно: принимая разумное решение, я ставлю под удар отношения с однокурсниками. Меня понять можно, и все же, как говорится, осадочек останется.
Свалка вещей на кровати вогнала меня в уныние. Выудив из кучи полотенце и прочие принадлежности для водных процедур, я отправилась в душ. Источник легко вернул бы мне силы, но такая роскошь доступна только на седьмом уровне. Жители других миров вроде бы владеют лечебной магией, да вот тот же феникс помог мне справиться с ожогом, однако я ничего такого не умела.
Душевая сверкала чистотой: несколько умывальников в ряд вдоль двух стен, отдельные кабинки для мытья, в полу – решетки для стекания воды. О ванне, похоже, придется забыть. Впрочем, сейчас я рада и душу.
Вода сама по себе обладает магическими свойствами, даже если это не источник ангелов. Маги, работающие с водной стихией, умеют использовать ее с выгодой, но мне хватило и освежающего эффекта. Контрастный душ отогнал навалившуюся сонливость, вода смыла усталость.
Вернувшись в комнату, я быстренько распихала вещи по местам: одежду – в шкаф, письменные принадлежности – в стол. Заправила кровать, чтобы не заниматься этим позже, и вышла из общежития.
Как искать однокурсников, я не задумывалась. Они определенно где–то недалеко. Я прислушалась и принюхалась: в крайнем случае, пойду на запах жареных сосисок. Так и получилось – направление я выбрала верное и вскоре вышла на полянку, где вокруг костра на бревнышках сидели однокурсники.
Если бы только они…
Огонь горел в углублении, выложенном камнями. Бревна лежали по периметру квадрата, центром которого был костер. Вел и Ши, Лин и Барри, Антар и Нил попарно занимали три бревна. На четвертом, спиной ко мне, сидел Михаэль. Все держали палочки с нанизанными на них сосисками. От запаха вкусной еды у меня даже закружилась голова. Но феникс…
Я хотела сбежать, пока меня не заметили, но не успела.
– Я выиграл, – произнес Нил, не поворачивая головы. – Соль здесь.
– О, Соль! – Лин помахала мне рукой. – Иди к нам, что ты там стоишь?
Свободное место рядом с фениксом? Я закатила глаза, но перешагнула через бревно и села, отодвинувшись от Михаэля на самый край.
– Привет, – улыбнулась я однокурсникам. – Так вы тут на меня и поспорить успели?
– Я не спорил! – Барри поднял вверх руки, ладонями вперед.
– Я тоже, – присоединился к нему Ши. – Я ставки принимал.
– А я проиграла, – сказала Вел. – Да вообще мы все. Нил утверждал, что ты вернешься, но никто ему не поверил.
– Потому что он слышал, как урчит у меня в животе, – фыркнула я.
– Нет, – возразил Нил, довольно ухмыльнувшись. – Потому что ты сомневалась и произвела впечатление здравомыслящей особы.
– Это комплимент? – смутилась я. – Спасибо.
– Не благодари, это всего лишь анализ поведенческих реакций.
– Не обращай внимания, – вмешался Антар. – Нил любит строить из себя умного.
– Пф–ф–ф… – На бледном лице Нила промелькнуло подобие улыбки. – Что–то стоят из себя лишь дураки. Антарчик, ты мне зубы не заговаривай, лоб подставляй.
– А на что спорили? – поинтересовалась я.
– Так на щелбаны же, – хохотнул Ши. – На что тут еще спорить?
– Ой–йо–о–о… – вырвалось у меня.
Сообразив, что только что выдала себя, я замерла. Сила ветра! Словечко Миха привязалось ко мне, теперь все поймут, что мы хорошо знакомы. Теплилась надежда, что тут многие так говорят, но, увы, тщетно.
– А теперь выиграла я! – Лин захлопала в ладоши. – Между Михаэлем и Соль что–то есть!
– И с чего такие выводы? – проворчала я. – Ну, виделись мы с ним пару раз в баре на нулевом. Я даже не знала, что он здесь учится.
– Не–а, – возразила Лин. – В то, что не знала, верю. Вы оба сильно удивились, встретившись днем. Но ты ошибаешься, если думаешь, что мы тут каждый вечер сосиски жарим.
– Лин! – воскликнула Вел. – Мы же обещали…
– Это вы обещали, – возразила Лин. – А я все расскажу!
– Девочки, не ссорьтесь, – миролюбиво попросил Барри.
Кажется, ему не впервые приходится произносить эту фразу.
– Держи, – буркнул Михаэль, сунув мне в руки сосиску, завернутую в лепешку. – И ешь. Она же не уймется, а тебе кусок в горло потом не полезет.
– Да я сама могу все рассказать, – вырвалось у меня. – Эти посиделки устроил Михаэль, потому что я пропустила ужин. И Лин права, но только наполовину. Между нами что–то было, а не есть. Мих угощал меня коктейлем в баре и один раз даже поцеловал. Но потом меня задержали чистильщики, а он сбежал. И теперь выяснилось, кто он. Это все.
Краем глаза я видела, как каменеет лицо феникса. Я на ходу придумывала достоверную версию нашего знакомства, отнюдь не лестную для него, и он ничего не мог возразить.
– Нет, между вами что–то есть, – упрямо повторила Лин. – Между вами ненависть, а от ненависти до любви…
– Нет! – рявкнули мы с Михаэлем хором.
– Уж скучно точно не будет, – произнес Нил. – Так! За щелбанами по очереди подходите. Раздаю, пока добрый.
– И ко мне, – оживилась Лин.
– Ешь! – Михаэль покосился на меня и добавил едва слышно: – Потом поговорим.
А я, можно подумать, мечтаю о разговоре! Очень хотелось врезать Миху по лбу, да хоть той же сосиской. Только это ребячество, к тому же глупое. Особенно когда очень хочется есть.
Я медленно жевала сосиску с лепешкой, пока однокурсники дурачились, раздавая и получая щелчки по лбу. Заметила, что Нил пожалел девочек, а после щелбанов Лин все, как один, потирали лбы и морщились. Михаэль подал мне бутылку с компотом и еще одну сосиску. Я едва сдержалась, чтобы не съехидничать по поводу его заботы. Вот уж точно, знала бы, кто все это затеял, не пришла бы!
– Мне пора, – сказал Михаэль чуть позже. – И вы не засиживайтесь, утром тренировка. – Он посмотрел на меня. – Соль, тебя это в первую очередь касается. Опоздание хуже недосыпа, запомни.
Сегодняшняя отработка меня кое–чему научила. Как минимум, я не собираюсь игнорировать предупреждения Кэри и Миха.
Сосиски доели быстро. Видно было, что и ребята тоже устали, однако никто не расходился, как будто все чего–то ждали. Я уже собиралась попрощаться, как Ши произнес:
– Соль, ты кто?
– Э–э? – Я не сразу сообразила, о чем он спрашивает.
– Ты можешь не отвечать, – сказала Вел, – а мы не должны интересоваться, но, понимаешь…
– Спецкурс – не простые студенты, – добавил Антар. – Это сейчас здесь тихо, и нас никто не трогает.
– Но начнется учебный год, и все изменится, – подхватил Нил.
– Нас ненавидят, – скривилась Лин. – И боятся. Ведь мы все – преступники.
– Нам лучше держаться вместе, – кивнул Барри.
– Мы не заставляем. – Ши вроде как уговаривал. – Просто хотим знать, ты с нами или сама по себе?
– Вступительный взнос – откровенность? – спросила я. – Вы хотите, чтобы я рассказала о преступлении, которое совершила?
– Да, откровенность, – подтвердил Ши. – Но достаточно назвать уровень и расу. Наше прошлое – только наше.
– Когда вернутся старшекурсники, нам устроят настоящее испытание. – Нил ухмыльнулся. – Так называемое «посвящение в студенты». Мы же просто пытаемся помогать друг другу по мере сил. Так ты с нами?
– Если нет, мы тебя не тронем. – Антар одарил меня улыбкой и взмахнул ресницами. – Но отбиваться от студентов будешь сама.
Времени на раздумья мне, само собой, не дали. И правда, о чем тут размышлять? Кто не с нами, тот против нас. Впрочем, я за дружбу. Отрицательных чувств никто не вызывал, и мы тут все в равных условиях. Вместе легче, не так ли?
– Я с вами, – сказала я. – Седьмой уровень, ангел.
Проняло всех, разве что невозмутимый Нил искусно спрятал удивление за ехидной улыбкой. Все остальные вытаращились на меня, как на диковинную зверушку, а Вел еще и рот приоткрыла.
– А вы не представитесь? – не выдержала я. – Мне тоже интересно, из каких вы миров.
– Ве… ведьма, с минус первого, – заикаясь, произнесла Вел.
– Фея, шестой. – А Лин, кажется, чем–то недовольна.
– Оборотень–медведь, третий, – представился Барри.
– Ведьмак, с плюс первого. – Антар томно опустил ресницы.
– Наг, четвертый уровень. – С Ши давно все понятно, но и он назвался, как полагается.
– Вампир, минус пятый.
Нил – вампир?! Мамочки…
– Какие же вы все предсказуемые. – Он закатил глаза. – Расслабься, Соль, мне дела нет до твоей теплой кровушки. Собственная жизнь дороже.
Даже думать не хочу, за что могли наказать вампира! И вообще, что во мне не так? Из всех именно он вызывал наибольшую симпатию. Правда, до того, как я узнала, что он – вампир.
– Да ладно, – засмеялась я. – Имею право удивиться. Как и вы все.
– Скажем так, – осторожно произнес Ши. – Просто ангелов здесь нет. Ты – первая.
– Приятно хоть в чем–то быть первой, – парировала я и едва сдержала зевок. – Ребят, а пойдемте спать? Иначе я тут на бревнышке заночую.
18. Круг Декарабиа
Мне не хотелось оставлять Соль без присмотра, но пришлось. На следующий день после ее заселения в академию я отбыл на минус седьмой уровень, чтобы присутствовать на семейном дне поминовения.
По мнению деда, главы нашего круга, отсутствие в этот день в храме можно объяснить одной–единственной причиной – смертью. И то, учитывая, что души умерших предков, чью память мы чтим, тоже присутствуют на церемонии, можно сказать иначе: на день поминовения вместе собираются все – и живые, и мертвые.
Не припомню, чтобы кто–нибудь рискнул нарушить это правило. Даже я, позор семейного круга, бунтарь и вольнодумец, всегда прихожу в храм, чтобы зажечь свечи, отстоять положенную вахту и запустить в небо поминальный фонарь. Я пишу на нем одно имя – имя моего отца.
Не люблю минус седьмой уровень, и у меня на то много причин.
Я родился на минус третьем, потому что мой отец работал там – управлял филиалом концерна, которым владеет дед. Такой подарок мать получила после свадьбы, место управляющего для мужа. Так уж получилось, что круг матери сильнее и влиятельнее круга отца. И богаче, намного богаче…
Свинцовое небо минус седьмого не стало для меня родным. Я вырос в мире, не подчиненном строгой иерархии, и привык к свободе, недоступной для подрастающих демонов.
Мой отец никогда не нравился деду. Он пошел на поводу у дочери, и это был брак по любви, не по расчету. Позже дед не единожды упрекал дочь в том, что она вышла замуж, настояв на своем выборе, в качестве доказательства приводя мое воспитание. По его мнению, так дурно влиял на меня родной отец.
Сила огня! Потянуло же меня в воспоминания… И так каждый раз во время вахты. Что еще делать, как ни думать о прошлом? Я открыл глаза и обвел взглядом храм. Это легко сделать, потому что мое место – позади всех. Впереди, на специальном возвышении, естественно, дед. Сразу позади него – три из четырех жен, одна уже умерла. По правую руку – сыновья с семьями, по левую – братья и сестры. Матери здесь нет, после смерти отца она снова вышла замуж, за демона, которого выбрал ее отец, и теперь ее круг – другой, не менее влиятельный и богатый, чем круг Декарабиа.
По закону я должен был отправиться в круг отца, но дед забрал меня к себе. По–моему, он просто меня купил, как покупал все и всех.
Ненавижу…
Я подавил эмоции, усилив щиты, и опять закрыл глаза. У меня не отобрали лишь право вспоминать моего отца.
На самом деле, он никак на меня не влиял – ни дурно, ни хорошо. Он почти всегда был занят, как и мать, и они оба просто не мешали мне расти свободным и независимым от условностей мира демонов и, уж тем более, семейного круга Декарабиа. Но я помню, как отец брал меня на рыбалку, как участвовал в спортивных школьных состязаниях, когда я учился в младшем классе. Он редко уделял мне время, но, уделяя, беседовал со мной, как с взрослым, позволяя иметь собственное мнение.
А потом его не стало. Я был слишком мал, чтобы разобраться в происходящем, да и позже мне не позволили копаться в прошлом. По официальной версии он покончил с собой, но ходили слухи, что его убили. Мне не хочется думать, что это сделал дед, но когда–нибудь я узнаю правду… и не пощажу того, кто виновен в смерти отца.
О жизни в доме деда я предпочитаю не вспоминать. Минус седьмой уровень казался мне тюрьмой, из которой я сбежал при первой же возможности. Однако дед до сих пор имеет надо мной власть. Он лишь ослабил удавку… позволил мне «перебеситься», как он говорит. И Соль – моя единственная надежда на свободу.
Поминальный фонарик растаял в свинцовом небе. Я отряхнул с воротника снег – здесь сейчас зима – и хотел, как обычно, уйти, не попрощавшись.
– Киаран… – Ко мне подошел старший из братьев матери. – Останься на ужин, отец хочет поговорить с тобой.
– Я занят. – Даже если нельзя улизнуть, я попытаюсь. Ни к чему мне эти разговоры. – У меня дежурство в академии.
– Это не просьба, – произнес дядя. – Это приказ.
Приказы деда лучше не игнорировать, это я тоже знаю по личному опыту. Холодок уже бежит вдоль позвоночника, от идеи «сделать из меня приличного демона» дед не отказался. Я с удовольствием разорвал бы все связи с кругом, но это означает полное отречение – и печать позора для матери. Этим меня дед и держит. Пусть она оставила меня, но ведь не по своей воле. Я не могу так с ней поступить, они с отцом подарили мне жизнь.
Ужин длится долго, дед не спешит начать разговор. Это его тактика – заставить меня злиться и нервничать. Знаю об этом, и все равно злюсь. Внешне я спокоен, и демонстрирую всем холодную вежливость пополам со скукой. Родственники не интересуются моими делами, я же прислушиваюсь к болтовне за столом лишь для того, чтобы узнать, не коснется ли что–то, обсуждаемое в круге, меня.
Акции, графики, открытие филиала, отчеты… Дети, школы, салоны красоты, благотворительность… Дед сидит во главе стола, делая вид, что поглощен ужином. Он тоже прислушивается – и не только к словам, но и к эмоциям. Под воздействием алкоголя щиты слабеют, бдительность теряется.
Мне хочется расслабиться и отвлечься, но я не могу себе этого позволить. Я не должен допустить ни единой ошибки, дед только того и ждет.
Наконец ужин закончился, и меня позвали в кабинет.
– Киаран… – Дед скривился, произнося мое имя. – Ты мог бы навещать нас чаще.
Я смотрел на него без вызова, но и без страха. Он сам научил меня, что взгляд прячут только трусы и неудачники. Это нелегко – смотреть на деда. Он, хоть и сед, но силен. У него мощная харизма, и при желании он может сломать защиту и поставить меня на колени. Просто ему это неинтересно. Пока…
– Сожалею, лорд–повелитель. – Вежливый поклон, уважительный жест. – Работа в академии требует моего постоянно присутствия. Особенно теперь, когда мне доверили курс.
– Ты все еще не наигрался? – Дед поморщился, по его лицу пробежала тень. – Я дал тебе достаточно времени, Киаран. Пора взрослеть.
– У меня есть еще пять лет…
– С чего бы? – Он усмехнулся.
– Мы договаривались…
– Нет, Киаран. Ты просил, я обещал подумать. Договора не было.
Сила огня! Нельзя… нельзя срываться. Соберись, Кэри!
В кабинете повисла тишина. Дед не спешит продолжать, я не желаю спорить. Зачем, если это бесполезно? И он непременно скажет, зачем меня позвал. Я умею быть терпеливым.
– Если ты не можешь повзрослеть сам, придется тебе помочь. – Дед откидывается на спинку кресла. – Я подобрал тебе невесту. Хочешь увидеть ее перед свадьбой?
Спокойно, Кэри! Ты знал, что рано или поздно это произойдет. Спокойно, ты должен выиграть время.
– Я был бы рад познакомиться с невестой. Уверен, вы сделали достойный выбор. Однако… – Я сделал паузу, как будто колебался, стоит ли продолжать. – Не знаю, не будет ли непорядочным оставлять в прошлом недоделанное. Я на хорошем счету в Академии Чистильщиков, и мне доверили руководство спецкурсом. Я только набрал новичков… и получается… должен их оставить? Могут подумать, что я испугался трудностей.
Шах! Жаль, не мат, но деду придется менять расстановку сил. Не только он знает о моих слабостях, но и я прекрасно его изучил. Вроде бы мелочь, отказаться от должности, которую он считает игрой, но круг Декарабиа сотрудничает с чистильщиками и не нарушает законы. И, значит, если я сейчас покину академию, это повредит моей репутации – и репутации круга.
– Год, Киаран, – произнес дед после очередной паузы. – У тебя есть год, чтобы достойно уйти с должности. И не надейся найти новую причину, чтобы избежать женитьбы.
Как бы ни так! У меня есть козырь в рукаве: у меня есть Соль. Научить ее за год всему, что ей необходимо знать… невозможно. Но я постараюсь.
В академию я вернулся к утру следующего дня и сразу вызвал Михаэля. На кого еще я мог оставить своего драгоценного ангела? Тем более, феникс получил еще одно задание – передать брату Соль то, что она просила. У Миха до сих пор остался пропуск на седьмой уровень, а мне туда соваться нельзя, не так поймут.
Едва Михаэль зашел в комнату, я присвистнул от удивления. Сила огня, всего на один день отлучился! Как пить дать, феникс подрался, хотя, наверняка, будет заливать что–нибудь про «споткнулся и ударился в темноте». Угу… И дверной косяк поставил ему синяк под правым глазом, ссадину на левой скуле и разбил губу.
– Красавец, – заключил я, рассматривая его опухшую физиономию. – Ну, докладывай…
– Ваше поручение выполнено, – пробурчал Михаэль. – С Соль все в порядке, она в больничке при медпункте.
– Это ты с ней подрался?! – подскочил я. – Мих, ты вообще берега потерял?
– Я не бью девчонок, – процедил он.
– Ладно, рассказывай. – Я взял себя в руки. – По порядку.
19. Лирическое отступление: феникс
Выглядел Кэри отвратительно. Такое впечатление, что его пожевали и выплюнули, но не сочтя невкусным, а отпустив на волю, до поры до времени. Фениксы не владели эмпатией ангелов и демонов, но могли считывать эманации временных потоков. Михаэль готов был поклясться, что визит на минус седьмой уровень дался демону нелегко.
За три года в академии Михаэль так и не разобрался, уважает он Кэри или ненавидит. Скорее, все сразу, как бы парадоксально это не звучало.
Киарана–преподавателя Михаэль обожал. Он мог часами торчать в тренировочном зале, ловил каждое слово сэнсэя и считал его богом боевых искусств.
Кэри–демона Михаэль ненавидел, но при этом его влекло к нему, как муху на мед. Это какой–то вид извращения, не иначе, потому что демон частенько использовал феникса в личных целях, а уж после того, как он проиграл кольцо, и вовсе гонял в хвост и гриву.
Так что, состояние Кэри Михаэля, пожалуй, обрадовало. Не один он страдал!
Утро началось ожидаемо: Михаэль и не сомневался, что Соль доставит хлопот. Изнеженная девчонка, привыкшая просыпаться к обеду, в мгновение не изменится. Кэри велел не доводить до греха, но и спуску ей не давать. Все усугублялось тем, что Соль видела в Михаэле врага и плохо справлялась с эмоциями.
На зарядку Соль не опоздала, однако зевала без остановки и пыталась поспать на плече Вел.
– Это что? – поинтересовался Михаэль, показывая на легкомысленные босоножки Соль.
– Ой… – Вел прикрыла рот рукой. – Это я не доглядела.
Кто–то из парней фыркнул.
– А что? – с вызовом спросила Соль.
– Ты в босоножках бегать собралась или босиком?
– Бегать? – удивилась она. – А пешком дойти нельзя?
– Один штрафной круг за задержку. Соль, у тебя три минуты, чтобы сменить обувь.
Обычно Михаэль наказывал за разгильдяйство строже, но пожалел себя. Соль и пяти кругов не одолеть, оставшиеся придется тащить ее на себе, плюс один штрафной. Хорошо бы один…
– Я покажу, – вызвалась Вел. – Чтобы быстрее.
Михаэль не возражал.
– Что? – Он хмуро окинул взглядом кислые лица сокурсников. – А кто должен был объяснить все новенькой? Правила не я придумал.
– Наш косяк, – согласился Ши.
– Да она засыпала на ходу. – Нил, как обычно, имел собственное мнение. – А утром Вел ее еле добудилась.
– Ничего. – Барри добродушно улыбнулся. – Все были новичками, за каждого штрафовали.
– Может, ты за всех нас побегаешь? – возмутилась Лин.
– Могу. – С Барри невозможно спорить, он всегда идет на уступки. – Но нельзя, ты же знаешь.
– Заканчивайте, – велел Михаэль. – Вон наши красавицы… Ши, ползи уже, что ты тут торчишь? Остальные за мной, бегом марш!
Наг тренируется отдельно, бегать он не может по одной простой причине – у него нет ног.
На стадионе по утрам собирались все студенты, оставшиеся на каникулах в академии. Так тут заведено, ежедневные тренировки обязательны. И студенты спецкурса вполне обходились без няньки, но за Соль, конечно же, надо присмотреть.
Михаэля бесило, что Кэри и это на него спихнул. Забота о новичке – обязанность преподавателя. Он согласился лишь потому, что Кэри попросил, а не приказал в своей обычной манере.
– Общение пойдет вам на пользу, – сказал демон. – Погаси эту войну, ты старше и мудрее. Иначе у Соль будут проблемы, ты же понимаешь.
К сожалению, Михаэль действительно понимал. Проблемы от Кэри – само собой, если он вцепился в ангела, то навряд ли оставит Соль в покое. Но ее вызывающее поведение навряд ли понравится студентам. Спецкурс и так тут недолюбливают.
– Десять плюс один, – напомнил Михаэль, выходя на беговую дорожку. – И ждем окончания представления.
Соль одарила его неласковым взглядом.
– Слушай меня внимательно, если тебе не успели объяснить, – обратился к ней Михаэль. – Спецкурс – это командная работа. За невыполнение общих заданий штрафуют всех. Никто не пойдет на завтрак, пока ты не закончишь обязательную утреннюю тренировку.
Она согласно кивнула и, похоже, расстроилась. Определенно поняла, что будет выглядеть, мягко говоря, бледно на фоне остальных.
Откровенно говоря, Соль можно посочувствовать. Михаэль знал, как она попала в академию. Хуже того, приложил к этому руку, хоть и не по своей воле. Они с Соль – марионетки Кэри. Он манипулирует ими, как хочет, дергает за ниточки. Михаэль предпочел бы держаться от Соль подальше. Во–первых, потому что она ему нравится. Он боялся, что Кэри опять заставит его совершить подлость, и не хотел обижать Соль. Во–вторых, потому что она никогда его не простит. Михаэль прекрасно понимал, что он ее раздражает.
Но что делать? На руках у Кэри все козыри, приходится приспосабливаться.
Соль сдалась после седьмого круга.
– Я больше не могу… – выдохнула она, хватаясь за бок.
Странно, что продержалась так долго, но это к лучшему. Быстрее наберет форму
– Надо, – жестко ответил Михаэль, останавливаясь рядом. – Можешь идти пешком, но учти, что завтрак ждать не будет.
Он мог бы закончить бег раньше, но держался рядом с Соль.
Еще круг Соль одолела на чистом энтузиазме. Потом Михаэль взял ее за руку и потащил за собой, заставляя быстрее перебирать ногами.
– Мих, ты где такой прицеп взял? – крикнул ему кто–то из студентов.
Некогда было рассматривать – кто.
– Там, где взял, уж нет, – бросил Михаэль через плечо.
Позади дружно рассмеялись.
После одиннадцатого круга Соль дышала, как рыба, выброшенная на берег. Она упала на траву и смотрела в небо, раскинув руки.
– Вставай, – потребовал Михаэль через пару минут.
– Да иди ты…
– Руку! – рыкнул он, наклоняясь. – Тебя ждут, не забывай.
Выполняя простые упражнения – разминку – Соль откровенно халтурила, но Михаэль не уставал ее поправлять.
– Ниже! Резче! Тянись! Еще раз!
– У–у–у… – подвывала Соль.
Как тут не озвереть?!
Михаэль вымотался так, как будто побывал на тренировке у Кэри. Вот уж кто точно не щадил студентов. У Соль не хватило бы сил подняться после его упражнений. А тут она хоть и стонала, но на завтрак пришла своими ногами.
После Михаэль отвел Соль на обследование. Его регулярно проходили все студенты, а новички – тем более. У Соль возьмут анализы и будут измерять пульс, давление и прочую лабуду с нагрузками и без. Учитывая особенности ее организма и физическую подготовку, составят график тренировок и диету.
Оставив Соль под присмотром врачей, Михаэль отправился выполнять другое поручение Кэри. Иными словами, получать по морде от его брата.
Михаэль знал, что драки не избежать. Мало того, он о ней мечтал. Соль не могла наброситься на него с кулаками, а он нуждался в хорошей трепке. Кэри сделал его предателем, но виноват в этом он сам.
Кирилл не обрадовался, увидев Михаэля, но выслушал его спокойно.
– Значит, Соль не лишили магии? Она в Академии Чистильщиков? – переспросил он.
– Да, все так. Она просила передать тебе, потому что не хочет, чтобы ты волновался и искал ее.
– А ты, выходит, студент академии?
– Выходит, – согласился Михаэль.
Хук слева прилетел… почти неожиданно. Михаэль успел заметить движение и немного отклонился, позволяя Кириллу нанести скользящий удар. В планы не входило избивать брата Соль, поэтому он лишь оборонялся, создавая видимость драки.
Кирилл остановился, когда на лице Михаэля появилась кровь.
– Убил бы… – прошипел он, сжимая кулаки с ободранными костяшками.
– Верю, – согласился Михаэль. – Я б и сам себя убил.
– Еще скажи, что тебя заставили!
– Не скажу. – Он сплюнул на траву кровью. – Кир, спасибо. Мне пора.
– Стой! Как попасть в эту академию? Что надо нарушить?
Битый час Михаэль уговаривал Кирилла не делать глупостей. Ох уж эти старшие братья! Нет, он завидовал Соль. Хорошо, когда есть кто–то, кому не все равно, что с тобой происходит. Но Кэри спустит с него шкуру, если узнает, что Кир намылился поступать в академию, а он, Мих, этому не помешал.
Кажется, Кирилла он не переубедил, однако они договорились о новой встрече на нулевом уровне.
– Передать что–нибудь Соль? – спросил Михаэль перед тем, как прыгнуть в лифт.
– Передай ей, что я рад тому, что она учится в академии. Это лучше, чем сходить с ума от воспоминаний о потерянном. Но если ты расскажешь ей, что я расспрашивал о том, как поступить в академию, я отлуплю тебя снова.
– Не получится, – усмехнулся Михаэль. – Это был бонус для расстроенного брата. В следующий раз я буду драться в полную силу.
Возвращаясь в академию, он думал о том, что появление Кирилла, наверняка, здорово разозлит Кэри. А, может, и хорошо? Демон задумал что–то нехорошее, он хочет использовать Соль. Для чего? Пока непонятно. Кирилл не связан с Кэри никакими клятвами и сделками и знает всю правду. Он сможет помешать демону. При встрече надо рассказать Кириллу, как поступить в академию, сейчас как раз идет набор первокурсников.
Задержавшись, Михаэль чуть не опоздал к обеду. На поиски Соль он отправился после и обнаружил ее в фантомном тренировочном зале.
– Где?! – переспросил Кэри. – Как она туда попала? У нее в расписании нет таких занятий.
– Библиотека – слишком скучно для нашего ангела, – съязвил Михаэль. – Ей захотелось посмотреть, как тренируется Нил.
– Ну? И что?
– А потом ей захотелось попробовать отнять конфетку у ребенка…
20. Отбросы
Когда–то я занималась спортом, но потом забросила упражнения. Ангелы тренируются для полетов, и мои «земные» достижения блекли перед победами Кирилла.
Кого интересует, что я могу бегать быстрее и прыгать выше, если все соревнования ангелов проходят в небе? Я легко делала сальто, садилась на шпагат и ходила на руках, а брат раскрывал крылья – и побеждал в очередной гонке.
Не то чтобы я завидовала… Нет, я завидовала, но не победам, а всем, кто умеет летать. Но бросила спорт не из–за этого. Просто не хотела тратить время на бессмысленные тренировки.
Жаль, теперь я чувствовала себя неуклюжим поленом. Тело словно стало деревянным, растяжки как будто не было вовсе, а одышка появилась на половине дистанции, которую раньше я преодолевала чуть ли ни быстрее всех в школе. Оставалось надеяться на скорое восстановление физической формы. Становиться посмешищем для всей академии я не желала, хватило позора на сегодняшней разминке.
– Когда бросили заниматься спортом? – поинтересовался врач, проводивший обследование. – И почему?
Честно говоря, вопрос меня напугал. Не слышала, чтобы эльфы умели читать мысли, но кто их знает… Они живут довольно замкнуто, по чужим мирам не путешествуют, да и в свой не приглашают.
– Простите, лорд Сантанэль, а как вы узнали?
Кто придумал, что эльфы красивы? Врач бледен, слащав и вежлив до приторности. Я не сразу поняла, отчего мне кажется, что от него веет холодом, как от ледяной глыбы, но потом догадалась: эльф не только спрятал эмоции за щитами, но и лицо его ничего не отражало. Может, он совсем бесчувственный?
– Результаты обследования, – коротко пояснил Сантанэль.
– А–а–а… Бросила давно, лет пять назад. Перестала получать от этого удовольствие.
– Зря.
Спасибо, я в курсе. Мне уже плохо, а завтра будет еще хуже.
– Рекомендации будут готовы к вечеру. Сегодня советую воздержаться от физических упражнений, кроме плаванья. Я сообщу время, когда вы сможете посетить бассейн.
– Э–э… У меня купальника нет, – ляпнула я.
– Обеспечение студентов всем необходимым не входит в мои обязанности.
Из медблока я выползла к обеду и, не заходя в общежитие, отправилась в столовую. Завтракали мы вместе с однокурсниками, сейчас же в зале никого из них не было. О встрече мы не договаривались, так что я решила их не ждать.
Первая неприятность случилась на раздаче. Если утром я брала какие угодно блюда и поела вкусно и сытно, то сейчас браслет заблокировал доступ к большей части окошек. Я всеядна, но кому не хочется побаловать себя сладеньким, к примеру? Меня лишили пирогов и булочек, в чай не разрешили добавить топинг, а вместо компота выдали высокий стакан какой–то бледно–зеленой бурды.
Здравствуй, диета! Ничего, это неплохо… Я же не хочу, чтобы надо мной смеялись на тренировках.
Вторая неприятность расстроила меня намного сильнее. В столовой огромный зал и летняя веранда, где тоже стоят столики. Приятно поесть на открытом воздухе, когда погода хорошая. Утром ребята заняли стол у стены без окон, хотя и на веранде были свободные места. Я не стала спорить, но сейчас решила расположиться с комфортом.
На веранде сидели старшекурсники: двое парней и девушка за одним столиком и парочка девушек за другим. Я заняла место подальше от них, но не успела переставить тарелки с подноса на стол. Проходящий мимо парень одним движением смахнул все на пол.
– Ты чего?! – выдохнула я, едва пришла в себя от шока.
– Вот растяпа. – Парень смерил меня насмешливым взглядом. – Надо быть аккуратней.
– Чего?!
Я чуть не задохнулась от возмущения. Мой обед на полу, потому что его сбросили. И виновник обвиняет… меня?!
На шум обернулись все, кто находился в столовой, до моего слуха долетали смешки.
– Убирай! – Парень кивнул на пол.
Я ничего не понимала. Он определенно наслаждался происходящим, а на меня смотрел с брезгливостью, но без ненависти. Отчего–то никто не встал на мою защиту. Неужели не видели, что это он перевернул поднос?
– Зачем ты…
Чья–то ладонь закрыла мне рот, заставляя замолчать. Я дернулась, но держали крепко.
– Заткнись… – прошипел Нил на ухо. И добавил громко: – Мы уберем. Прошу прощения, это наша вина. Мы забыли ее предупредить.
Да что такое?!
– Нил, но он же… – возразила я, едва он убрал ладонь.
– Просто заткнись, – повторил Нил тихо. – И делай, что говорю.
К счастью, извиняться перед нахалом меня не заставили. Парень кивнул Нилу и обратился ко мне:
– Новенькая, не повторяй ошибки.
Буквально за шкирку Нил отволок меня в подсобку. Я настолько опешила, что не сопротивлялась.
– Разве Вел тебе не сказала? – Нил сунул мне в руки метлу и совок. – Пойдем, я помогу.
– Не сказала о чем?
Оно произнес какое–то непонятное слово. По–моему, ругательство.
– Молча убираем грязь. Потом поговорим. Соль, ты поняла? Молча!
Да поняла я, поняла… Нил помог смести мусор и принес ведро с водой и швабру. Студенты, обедающие в столовой, делали вид, как будто ничего не происходит. В нашу сторону даже не смотрели.
– Здесь тоже нельзя бытовой магией пользоваться? – спросила я мрачно, когда мы мыли руки после уборки.
– Можно. – Нил повел плечом. – Если хочешь продемонстрировать всем, какой ты расы.
– В смысле?
– Соль, у вас там все такие? – раздраженно поинтересовался он.
– Какие?
– Недалекие! – отрезал Нил. – И альтернативно одаренные!
Кажется, меня только что вежливо обозвали дурой, причем два раза подряд.
– Бытовая магия имеет свой рисунок, – вздохнул Нил. – Ты не знала? Внимательный студент узнает расу по плетению.
– Знала. – Мне стало стыдно. – Просто я… растерялась…
На раздаче я, не особенно надеясь на чудо, приложила браслет к сканеру. Мне тут же сообщили, что необходимое количество калорий я уже получила.
– Это я и без обеда осталась, – уныло произнесла я.
– Ну да. – Нил быстро заставил поднос тарелками. – Прости, поделиться своим не могу. И не из жадности.
– Запрещено, я понимаю.
Без обеда я обойдусь, не привыкать.
– Ты можешь подать заявку на повторный обед, только потом придется объяснять причину. А это… как бы тебе объяснить…
– Неприлично, – подсказала я. – Нил, так… что это было?
– Садись.
Он занял тот же стол у стены, что и утром, махнул рукой Барри. Остальные пока не подошли.
– Приятного аппетита. – Я сглотнула слюну.
Питался вампир отнюдь не кровью, я и сама не отказалась бы от стейка.
– Вел должна была рассказать. – Нил начал с наваристого супа. – Вот же… ведьма. Мы вчера говорили о том, что нам нужно держаться вместе. Это наш стол, хорошие места – для обычных студентов. Так же и в лекционных залах, и в лабораториях, и в раздевалках… Везде. Не лезь на рожон – целее будешь.
– А что, и отлупить могут?
– Догадливая, – похвалил меня Нил. – Вообще, открыто конфликтовать никто не будет. Все исподтишка… Иначе накажут. Они предпочитают предупреждать и не трогают, если соблюдать негласные правила.
– Так это меня, выходит, предупредили?
– Да.
– А если я снова выйду на веранду, то парни меня отлупят в кустах?
– Тебя девчонки отлупят, – «успокоил» Нил. – Но неизвестно, что хуже.
Мда… Как–то совсем безрадостно.
– Они все такие?
– Жизнь такая. Так принято, Соль. Мы – преступники. Никому не интересно, оступился ты или тебя подставили. Просто есть мы и они. И им не нравится, когда мы нарушаем границы.
– А…
– Нас меньше. И кому поверят, когда ничего нельзя доказать? Убийце или законопослушному студенту?
– А ты… Ой! – Я зажала рот ладонью. – Нил, прости! Я больше не буду!
– Ничего. – Нил отрезал кусок мяса. – И ты привыкнешь. – Он прожевал и добавил: – Я никого не убивал. Кровь пью, но редко, по необходимости. Только мертвую… то есть… донорскую. И не в столовой.
– А как же… Михаэль? – Я попыталась сменить тему. – Он же не из штрафников.
– Он куратор. Должность не почетная, кому охота возиться с отбросами типа нас. Однако Мих на хорошем счету у Киарана, и тот назначил его куратором. Тут хочешь, не хочешь… а общаться с нами приходится.
Барри поставил на стол свой поднос.
– Приятного аппетита, Нил, – произнес он. – Соль, а ты уже поела?
– Ага… – кисло улыбнулась я. – Уже.
– Морган ее поднос скинул, – сообщил Нил. – Соль на веранду вышла.
– Ох ты ж… – расстроился Барри. – И зачем, Соль?
– Да не знала я!
– Вел не сказала? Вот ведьма!
Нил хмыкнул. Чую, Вел не такая уж милая, какой хочет казаться.
– А что не так? – спросила я у парней. – Почему Вел не предупредила, если должна была?
– Она на Миха глаз положила, – объяснил Нил.
– Нил! – Барри посмотрел на него с упреком.
– Вот и злится, что тот вокруг Соль увивается, – невозмутимо продолжил Нил.
– Пф–ф–ф… – выдохнула я. – Да я его терпеть не могу! И ничего он не увивается.
– Тебе виднее, – лаконично ответил Нил. – Ладно, я пошел. Соль, у тебя дальше что по расписанию? Могу проводить.
21. Не отнимайте конфеты у детей!
– Дальше… – Я заглянула в расписание и прочитала: – Библиотека, ознакомление. Но до занятий еще есть время.
Мы вместе вышли из столовой. Я сообразила, что не поблагодарила Нила за помощь, но он отмахнулся от меня, как от назойливой мухи.
– Держи. – Он протянул мне булочку. – Все, что смог. И не воображай, что я отношусь к тебе по–особенному. Это нормальная взаимопомощь. Когда–нибудь и ты мне поможешь.
– Конечно, – согласилась я, вгрызаясь в булочку. – А что за занятие в библиотеке?
– Библиотека большая, – сказал Нил. – Сразу не разобраться, как ей пользоваться. Там компьютеры… – Он вздохнул. – Не, пусть тебе библиотекарь объясняет.
– А у тебя сейчас что по расписанию?
– Тренировка в фантомном зале.
– Эм…
Я едва успела справиться с любопытством. Придет время – и мне расскажут, что это такое. Нил и так потратил на меня много времени.
– Фантом – это призрак, но здесь так называют существ, которых генерируют для тренировки.
Объяснил, называется! Стало еще непонятнее и… любопытнее.
– Пойдем, я покажу, – неожиданно предложил Нил. – Это недалеко от библиотеки.
– А можно? – засомневалась я.
– Кот разрешит.
– Кот?
– Он смотритель зала. Кот.
– Э–э–э…
Кажется, мне действительно повезло. Академия огромная, и чудес в ней хватает. Хорошо, что есть время до начала занятий – я могу спокойно со всем разобраться.
Фантомный зал – огромный ангар, поделенный на отсеки. Мы с Нилом шли вдоль глухой металлической стены, на которой через примерно равное расстояние висели таблички с надписями «Лес», «Пустыня», «Море», «Болото», «Заброшенная стройка»…
– Там локации, – пояснил Нил, заметив, что я изучаю таблички. – Что–то типа искусственной реальности.
– А–а–а…
– Под нами, в подвале, фантомогенератор. Грубо говоря, это машина, в нее загружают информацию. Она ее перерабатывает и создает фантома и локацию для него. Кракена не встретишь в пустыне, а песчаного духа – на болоте.
– Так фантомы… это что–то типа чудовищ? – догадалась я.
– Любое существо, представляющее опасность для чистильщика, – поправил меня Нил. – Чудовище – понятие относительное.
– И они действительно опасны? Могут убить?
– Убить не могут. Иначе какой смысл в тренировках? Покалечить – это запросто. Фантомы весьма реалистичны, но за пределы локации не выйдут и исчезают без следа после окончания тренировки. Вот мы и пришли.
Нил толкнул малоприметную дверку, и мы очутились в странном месте. Во всяком случае, мне оно показалось странным – ничего подобного я раньше не видела. У стены располагался длинный стол с разноцветными кружочками, квадратиками и треугольниками. На стене – огромный экран, поделенный на квадраты, и в каждом квадрате – свое изображение.
Телевизор я видела в баре на нулевом уровне. Возможно, это устройство называлось как–то иначе. Вдоль стола двигалось кресло на колесиках, на кресле восседал… черный кот. В одной лапе он держал кружку, другой – шлепал по столу, отчего огоньки мигали, а квадраты экрана то загорались, то гасли.
– Это пульт управления, – сказал Нил. – И экран, чтобы наблюдать за тем, что происходит в локациях. И, собственно, сам смотритель – Кот.
– Кот! – буркнул кот, отсалютовав кружкой. – Допуск предъявляем.
Нил подошел к столу и приложил браслет к сканеру.
– А она просто посмотреть, – сказал он. – Не возражаешь?
Только тут Кот повернулся ко мне, крутанувшись в кресле. Сила ветра! Обычный черный кот, в меру упитанный, и в очках!
– Н–нэ? – протянул он, глядя на меня поверх очков.
– Ассоль, – представилась я. – Здравствуйте.
– Новенькая, – констатировал Кот. – Ко мне на «ты», иначе у меня портится настроение.
– А–а… Хорошо, – согласилась я. – Так можно посмотреть?
– Только недолго и тихо. Нил, иди в болото. Тебя там кикимора ждет. Вводная: добыть прядь ее волос. Правила ты знаешь.
– Не опоздай на занятие, – напомнил мне Нил и ушел.
– Смотри сюда. Нил здесь будет.
Кот ткнул лапой в экран и прихлебнул из кружки. Кажется, лакомился он сметаной, потому что на кошачьих усах повисли белые тягучие капли. На экране появилась болотистая местность: осока, кочки, низкий кустарник. На одной из кочек сидела кикимора и расчесывала длинные волосы деревянным гребнем.
Квадратов, показывающих болото, было несколько. Я видела кикимору спереди, сзади, с боков и даже сверху.
– Слушай правила, коли тут, – обратился ко мне Кот. – Все равно инструктировать придется. Что такое «фантом» знаешь?
– Нил рассказал.
– Ага… Так вот, получаешь задание и идешь в локацию. Есть три попытки. Справился – молодец, нет – приходи в другой раз. Магией пользоваться нельзя. Убивать фантома тоже нельзя. Ему, конечно, не больно, но это неспортивно. А то, понимаешь, зафигачат с порога дротик в глаз… Ох, ты ж!
Нил, пробирающийся по болоту, поскользнулся и, взмахнув руками, рухнул в трясину.
– Хи–хи! Мяу! – засмеялся Кот. – Все на этом сыпятся.
– А что такое? Почему он упал?
– Кикимора кочки жиром медвежьим натирает, – пояснил Кот, позабыв, что выдает секрет. – Осталось две попытки.
– Так кикимора же просто так не дастся?
– Само собой! Она метко плюется ядом. Это же тренировка, надо проявить сообразительность и сноровку.
– А там что?
Я показала на изображение другой локации. На пеньке посреди леса сидел малыш–тролль и сосал леденец на палочке. Вокруг него кругами ходила студентка.
– Это интересное задание, – оживился Кот. – Называется «Отнять конфетку у ребенка». Тролль маленький, но зубы, как видишь, на месте, и когти тоже. И, самое главное, он не хочет расставаться с конфетой. Отберешь – закричит. Задание нужно выполнить так, чтобы он не расстроился.
Студентка, перестав нарезать круги, вдруг прыгнула на спину троллю. Маленький–то он маленький, однако все же побольше нее. Крепко зажав конфету в зубах, тролль запрыгал по полянке на четвереньках, пытаясь сбросить студентку со спины. Я и про Нила забыла.
– Не удержится, – уверенно напророчил Кот.
Так оно и вышло. Отлетев в сторону, студентка вскочила на ноги и запустила в тролля камнем.
– Слабачка… – поморщился Кот.
Когда очередной камень попал троллю по носу, малыш уселся на траву и, вытащив конфету изо рта, заревел.
– Аля, конец игры, – произнес Кот, стукнув по пульту. – Выходи. Тэк–с… Что там у нас Нил…
– А я смогла бы отобрать конфету, – заявила я. – Легко и с первой попытки.
– Н–нэ? – Кот уставился на меня, поправляя лапой очки. – Самоуверенность, знаешь ли…
– Могу показать.
Честно говоря, я не была уверена, что справлюсь, но очень хотелось кое–что проверить. Конечно, когда–нибудь и я получу такое задание, только сколько придется ждать – неизвестно.
Кот сосредоточенно думал, почесывая лапой за ухом.
– Нэ, – наконец выдал он. – У тебя допуска нет.
– Да я быстро. Никто не узнает. Давай попробуем?
– Н–нэ–э–э… А давай! На спор! Если проиграешь, принесешь мне банку сметаны.
– Где я ее возьму?
– А мое какое дело?
– Хорошо. А что я получу, если выиграю?
– Я никому не скажу, что ты полезла в локацию без допуска. Я ж тебе не разрешал, ты сама.
Кот подмигнул. Вот зараза! Но меня уже охватил азарт, и отказываться от пари я не стала.
– По рукам!
В локации я первым делом пощупала ствол дерева. Надо же, как настоящий! Потом выудила из кармана заколку для волос и подошла к троллю.
– Привет, малыш, – поздоровалась я. – Давай меняться?
Тролль удивленно на меня посмотрел, собрал глаза в кучку… и просиял. Заколка у меня красивая, с разноцветными камушками. Конечно, она лучше конфеты!
Обмен состоялся. Я вышла из локации с трофеями: обслюнявленной конфетой и амулетом, который тролль снял с шеи. Нет, правда, зачем отбирать у ребенка что–то силой, если он может поделиться этим сам?
От леденца вкусно пахло клубникой. Булочка Нила не утолила голод, хотелось засунуть леденец в рот. Он же сладкий! Увы, и слюнявый…
Михаэль говорил, что в академии везде есть кулеры. Я повертела головой и неподалеку обнаружила нишу с краном. Слюни можно смыть. И верхний слой леденца – тоже.
Ох, как вкусно!
– Ты что делаешь?! – закричал Нил, подходя сзади. – Выплюнь!
– Амулет обжорства! – завопил Кот, выскакивая из своего убежища. – Брось! Немедленно!
Не отдам! Я крепко стиснула зубы и кулаки. Хотела убежать, но не успела. Голова вдруг закружилась, и я осела на пол.
22. Три желания
Очнулась я в больничной палате. Рядом кто–то противно попискивал. Встать не получилось: голова кружилась так, что я не могла оторвать ее от подушки. К тому же в одной руке торчала трубка, подсоединенная к банке с жидкостью, а на палец другой руки мне прикрепили прищепку с проводом. Все, что я смогла рассмотреть – три пустые кровати, какой–то пищащий агрегат рядом и темноту за окном.
Я облизала пересохшие губы. Вот же засада, и позвать некого. Хотя… как там зовут врача…
– Лорд Сантанэль… – прохрипела я.
Мда, и мышь крикнула бы громче.
Изловчившись, я сняла прищепку с пальца. Агрегат протяжно завыл, под потолком зажегся яркий светильник.
– Какие же мы нетерпеливые, – проворчал эльф, подходя к кровати. – Как самочувствие?
– Пить хочу, – выдавила я.
Эльф подал мне бутылочку с трубочкой и защелкал клавишами агрегата.
– Сказал бы я вам, что не следует тащить в рот всякую гадость, да не могу, – произнес эльф, обращаясь будто бы к агрегату. – И все же, на будущее, не нарушайте правил. Как видите, даже невинная шалость может закончиться плачевно.
Нет, это он все–таки мне. Деликатно намекает, что я зря связалась с фантомным троллем. Понять бы еще, почему я очутилась в больнице и, главное, что мне за это будет.
– Это что? – спросила я, показав на трубку, торчащую из руки.
– Капельница. – Эльф посветил мне в глаза маленьким фонариком. – Следите за пальцем.
– И что это такое?
Я послушно выполняла его распоряжения, недоумевая, отчего нельзя убрать неприятные симптомы магией.
– В бутылке лекарство, которое постепенно поступает в кровь. Видите ли, Ассоль… В конфете был яд. Не смертельный, не пугайтесь. Но он имеет ряд особенностей, и одна из них – его нельзя нейтрализовать магией. Так что придется вам тут полежать до утра, под капельницей.
– А–а–а… – протянула я.
Хоть что–то стало понятнее. Еще бы избежать расспросов, пока не поговорю с Нилом.
– Вы отдыхайте, Ассоль. Отдыхайте.
Тихий голос эльфа убаюкивал. А, может, усыпляло лекарство? В любом случае, я не возражала. Лучше спать, чем отвечать на вопросы.
Проснулась я от того, что солнце светило в глаза. Перевернулась на другой бок, обнимая подушку, и…
– Доброе утро, Соль.
Ой–йо–о–о! Это же голос Михаэля? Мда… Это мы уже проходили. Феникс – на подоконнике, я – в кровати. Разве что его побитая физиономия не вписывалась в сценарий. Как будто он встретился с Кириллом до того, как проник в мою спальню, и брат его отлупил.
– Чего надо? – поинтересовалась я хриплым после сна голосом.
– Неправильно. – Михаэль прищурился и соскочил на пол. – «Доброе утро, Мих. Большое спасибо, что ты заглянул ко мне до того, как вернулся Кэри». Вот что ты должна сказать.
Я резко села, приглаживая взъерошенные волосы. Рядом ничего не пищало, трубки исчезли, да и чувствовала я себя намного лучше. На тумбочке рядом с кроватью стояла бутылочка с водой. Я схватила ее и жадно напилась.
– А где здесь… – нахмурившись, я уставилась на Михаэля.
Организм требовал удовлетворить еще одну потребность.
– Там. – Феникс показал на дверь. – Налево. Ничего, я подожду. Но поторопись, Санта вернется через полчаса.
– Санта? – Я встала и босиком прошлепала в указанном направлении.
– Сантанэль, – пояснил он. – Его так студенты зовут. Могла бы и сама догадаться.
Фыркнув, я скрылась в уборной.
Когда вернулась в палату, Михаэль уже расположился на соседней кровати. Может, он и прав? Стоит его поблагодарить, если он собирается рассказать мне, что произошло, пока я валялась в больнице.
– А здесь кормят? – спросила я у Михаэля, садясь напротив.
– Санта в столовую пошел, и тебе завтрак принесет, когда вернется. Потому я и пробрался сюда, пока его нет. Ты ничего не хочешь мне сказать?
– А ты? – тут же вскинулась я.
– Я? Я хочу надрать тебе уши, Соль. Тебя невозможно оставить без присмотра!
– А–а–а… Понятно. – Я криво усмехнулась. – Совести у тебя нет, Мих.
– Соль… – Его голос прозвучал как–то иначе: тускло и грустно, и я вздрогнула. – Ты как маленькая, честное слово. Что изменят мои извинения? Потешат твое самолюбие? Ты ведь меня не простишь.
– И поэтому тебе тяжело проявить хоть немного порядочности? – возмутилась я.
– Я не хочу, чтобы ты меня прощала.
– Да? И почему же?
Я задала вопрос и поняла, что не хочу знать ответ. Михаэль окончательно уничтожит приятные воспоминания. Так я хотя бы могу обманываться, что нравилась ему… немного.
– Потому что…
– Замолчи! – резко перебила его я. – Ты прав, я не хочу тебя прощать. Ты предатель!
– Легче стало? – помолчав, поинтересовался Михаэль.
– Нет.
– Вот именно. Соль, я могу облегчить твои мучения.
– И зачем тебе это нужно?
– Ну… скажем, я тоже в этом заинтересован. Из–за Кэри мы будем часто встречаться.
– Я уже поняла.
– Ты ведешь себя агрессивно. Согласен, я заслужил. Но тебя уже спрашивают, что за особенные отношения нас связывают. Разве нет?
– Разве да, – огрызнулась я.
Михаэль прав, как это ни печально. Вел ревнует, да и остальные решили, что между нами что–то есть.
– А будет еще хуже, когда начнется учебный год. Нил рассказал мне, что произошло в столовой. На прощение я не рассчитываю, игнорировать друг друга у нас не получается…
– Я научусь! Постараюсь. Честное слово.
– Да, ты будешь стараться, – согласился он. – Но это трудно. Хочешь, я тебе помогу? Серьезно, Соль, без обмана. Могу дать клятву.
– И как ты поможешь?
– Я исполню три твоих желания. Любых желания, Соль, в пределах моих возможностей. То есть, звезду с неба не достану, но если ты захочешь, чтобы я ползал перед тобой на коленях – пожалуйста. Можешь унижать меня, как хочешь. Надеюсь, после этого тебе полегчает.
– Мих, а ты мне не снишься? – поинтересовалась я подозрительно. – Как–то больше на бред похоже.
Михаэль протянул руку и ущипнул меня за бедро.
– Ай! – подскочила я. – Значит, ты умом тронулся. Зачем тебе это?
– Тебе нужно убедиться, что я страдаю. А мне нужен повод, чтобы тебя ненавидеть.
– Пф–ф–ф…
Нет, он точно ненормальный!
– Ага, я заставлю тебя раздеться и голышом пройтись по академии, – предположила я, – а потом твои друзья изобьют меня в кустах, потому что я посмела тобой помыкать.
– Я скажу всем, что проиграл тебе спор, – не моргнув глазом, ответил Михаэль.
– Ты придурок. Наверное, тот, кто тебя отлупил, заодно мозги отбил.
– Подумай над моим предложением. Ты можешь воспользоваться им с пользой для себя. Не обязательно унижать, можно получить выгоду. Три желания, Соль.
Вот же искуситель!
– Хорошо, я подумаю. Мих, а что мне за тролля будет? В карцере запрут?
– Лучше бы тебе не знать, что такое карцер… – вздохнул Михаэль. – Соль, завязывай. Подчиняться правилам не сложно, а в твоем случае – жизненно необходимо. Обычный студент отделается наказанием, в крайнем случае – исключением. А что ждет тебя…
– Не продолжай, – попросила я. – Знаю, что меня ждет.
– И не забывай, что тебе в затылок дышит Кэри.
– Ладно, я поняла. И даже постараюсь следовать твоему совету. Мих, так как меня накажут?
– Не знаю, это будет решать Кэри. Я здесь для того, чтобы ваши с Нилом и Котом версии не расходились.
Как оказалось, вляпалась я знатно. Соблазнившись заколкой, тролль отдал мне не только конфету, но и амулет, висевший у него на шее. Амулет обжорства, между прочим! Кот сотворил его для того, чтобы тролль не выпускал леденец из лап и аппетитно его грыз. Я же, получив амулет, возжелала леденец. Но конфетка была с начинкой!
– Не знаю, кто подменил троллю фантомный леденец на настоящий, – сказал Михаэль, – но предполагаю, что сделано это в экспериментальных целях. Леденец накачали ядовитым веществом, чтобы проверить, как оно подействует на фантома. Других логических объяснений у меня нет.
– А если хотели отравить кого–то другого?
– Навряд ли рассчитывали, что тролль отдаст с конфетой и амулет, а без него жрать эту гадость – безумство.
– Ну да, – согласилась я. – Похоже на правду. Так из–за меня правда выплыла наружу? Экспериментатора будут искать?
– Да пусть ищут, тебе–то что? – усмехнулся Михаэль. – Не ты же это сделала. Кот сказал, что ты без спросу к троллю забрела, как вы и договаривались. Нил вообще не при делах.
– Ну да…
Я пригорюнилась, однако выхода нет, придется отвечать. Подставлять Кота нельзя, наоборот, надо бы добыть ему банку сметаны. Я его чуть не подставила, и еще неизвестно, что раскопает Кэри, когда вернется.
– В общем, это почти все. – Михаэль опять посерьезнел. – Осталось передать тебе кое–что.
– От Нила?
– От Кирилла.
Если бы он меня ударил, я не была бы так потрясена.
– От… Кирилла? – переспросила я глупо, переведя дыхание. – Ты его видел?
– Я встречался с ним сегодня. – Михаэль старательно отводил взгляд. – Кэри поручил мне передать ему твою просьбу.
– И как… – Я сглотнула. – Передал?
– Как видишь.
Сила ветра! Так это Кирилл так его отлупил? Кирилл, точно! Но ведь и брату могло достаться…
– Что с ним? – подскочила я. – Ты сильно его покалечил?
– Можно сказать, пальцем не тронул. Соль, уймись. Короче, он просил передать тебе, что рад тому, что ты в академии. А еще пообещал побить меня снова, если я расскажу, что он собрался сюда поступать.
– Чего?!
Час от часу не легче!
– Что слышала. – Михаэль наконец–то посмотрел на меня. – Я отговаривал его, но, может, зря? Кирилл мог бы защитить тебя от Кэри, его демон не связал клятвой молчания.
– Нет! – воскликнула я. – Нет! Ни за что! Ты увидишь его снова? Скажи, чтобы не смел! Нет…
Я замолчала, внезапно сообразив, как мне использовать феникса. Я должна быть уверена, что Кирилл не совершит глупость.
– Три желания, говоришь? – Я прищурилась. – Если я соглашусь, ты дашь клятву, что не обманешь?
– Да, – кивнул Михаэль.
– Тогда я согласна. И у меня есть первое желание. Сделай так, чтобы я увиделась с братом.
23. Карцер для ангела
Соль умела удивлять. Я попался на шаблонном мышлении: нарисовал себе образ ангела и был уверен, что Соль с трудом будет привыкать к порядкам в академии. Непростительная ошибка для того, кто с детства ненавидит стереотипы.
Соль адаптировалась ко всему так легко, как будто мечтала о поступлении в Академию Чистильщиков. Конечно, основные занятия еще не начались, но я уже загрузил ее так, чтобы не оставалось времени на глупости.
О, это Соль тоже умела! Находить приключения – ее конек. До сих пор вспоминаю с улыбкой ее «войну» с пылесосом и «дядю Петю в молодости». Вторая отработка, за любопытство в фантомном зале, прошла тихо и мирно – у тети Розы не забалуешь. Она лично следит за уборкой вверенной ей территории.
Михаэлю тоже досталось, для профилактики. Драку с Кириллом я не заказывал. Вернулся бы раньше – Соль не отравилась бы конфетой. К сожалению, поганца, подменившего леденец, не нашли: следы он замел профессионально. Наверняка, это кто–то из старшекурсников.
После больницы Соль вела себя на редкость спокойно, и я расслабился. Задания она выполняла, тренировки не пропускала, правил не нарушала. Если и нарушала, но я об этом не знал. Вообще, в пределах допустимого косячили все студенты, тут главное – не перейти черту и не попасться.
Потихоньку я занимался со своими штрафниками, не дожидаясь начала учебного года. Боевые искусства – такой предмет, что без тренировок никак, поэтому я и для старшекурсников проводил занятия. Для желающих, конечно. Так что, в зал ко мне ходили две группы: новички и «бывалые». Только Соль я пока не трогал. У Сантанэля жесткие правила – без его разрешения нельзя увеличивать нагрузку.
Обычно Соль плавала в бассейне, когда я гонял ее сокурсников на татами. В постоянном присмотре не было нужды, но все же я время от времени проверял ее местонахождение, сверяясь с данными браслета. Привычка, которую я считал глупой: мне все казалось, что Соль может исчезнуть. А это невозможно, пока она в академии.
Очередная тренировка отличалась от других таких же только тем, что проводил я ее без Михаэля. Обычно он мне помогал с новичками, к слову, по личной инициативе. Иногда мне казалось, что если бы я не выгонял феникса из зала, он там поселился бы. Собственно, это и сблизило меня с Михом: когда–то и я походил на него.
Так вот, Мих намылился в город, проветриться. Подозреваю, что истинная цель его вылазки – поход по магазинам. Всем студентам платили стипендию, и в городе они покупали разные мелочи и вкусности, которыми в академии не разживешься. Например, шоколадки для дяди Пети – домовой обожал сладкие взятки. Или запрещенные чипсы и газировку. Категорически в академию нельзя проносить лишь табак и алкоголь, на остальное мы закрывали глаза. Должны же у студентов быть хоть какие–то радости!
У Миха, как у старшекурсника, постоянный пропуск, так что он лишь поставил меня в известность, что будет отсутствовать пару часов. Я же, как обычно, попросил его не напиваться. Это наша дежурная шутка, после того, как феникса буквально принесли из бара. Впрочем, это было очень давно, Мих тогда учился на втором курсе.
Немного погодя я вспомнил, что у меня закончились запасы сухофруктов. Есть у меня слабость, люблю сладкое, а так как конфеты и прочие вкусности вредны для здоровья, предпочитаю изюм и курагу. Мих в курсе моего «секрета», и я изредка прошу его купить «конфет» и, естественно, плачу за это сам.
Чтобы узнать, покинул Мих академию или еще нет, я взглянул на карту. Все браслеты зарегистрированы в базе данных, и у преподавателей есть доступ к любому из них. Мих двигался к проходу, за которым располагался портал.
Я взглянул на учеников. Вел и Лин отрабатывали упражнения на манекене, Антар уворачивался от медвежьих объятий Барри, а Нил соревновался в скорости с хвостом Ши. Вообще, наг – прекрасное приобретение. Обычные способы против его хвоста бессильны, в бою у него колоссальное преимущество.
Я пару раз хлопнул в ладоши, привлекая внимание студентов.
– Мне ненадолго нужно отойти. Не поубивайте друг друга, дети мои. – Я улыбнулся. – А если серьезно, прошу соблюдать дисциплину. Я скоро вернусь.
Чтобы догнать Михаэля, я расправил крылья: по воздуху быстрее. В полете сверился с картой – он еще не добрался до портала. Пара взмахов, и я приземлился на тропинке.
Прямо перед носом перепуганной Соль.
– Очень интересно, – протянул я.
Если верить карте, то передо мной стоит Михаэль, а Соль находится там, где и должна – в бассейне.
– Браслет! – потребовал я.
Сглотнув, Соль протянула мне браслет Михаэля.
– Надо полагать, твой – у феникса? – поинтересовался я.
Она кивнула.
Чудесно! Уже спелись! Быстро же она простила Михаэля… Впрочем, это не мои проблемы. А вот выход штрафника за пределы академии и обмен браслетами – определенно мои!
Убью! Обоих!
Ладно, Соль… Она не понимает, во что вляпалась. Но Мих! Он о чем думал?! Он же прекрасно знает, чем грозит такое нарушение. Если кто–нибудь из руководства узнает… Или, тьфу–тьфу–тьфу, ректор!
Стиснув зубы, я сосчитал до десяти.
– Мих в бассейне?
Соль опять кивнула. И правильно, пусть молчит! Если удастся вернуть браслеты хозяевам до того, как об этом узнают, самого страшного можно избежать. Сам с этих придурков шкуру спущу!
Схватив Соль за плечо, я потащил ее обратно в академию.
– Кто–нибудь еще знает? – процедил я.
Соль морщилась, но вырваться не пыталась.
– Нет…
– Вообще никто? Никто из твоих однокурсников?
– Никто! Кэри… – Соль вдруг всхлипнула.
– Чего?
От неожиданности я остановился. Она давно привыкла обращаться ко мне по правилам. И… Кэри?
– Кэри, пожалуйста, отпусти меня. Всего на полчасика. Я не сбегу, честное слово!
– Ты сумасшедшая, Соль, – вздохнул я. – «Кэри» я могу простить, мы сейчас не на территории академии. Но остальное… Мне неинтересно, как ты уговорила Миха. Но неужели он не объяснил тебе, какое наказание ждет вас обоих?
– Карцер, – не моргнув глазом, ответила она. – И что? Я посижу взаперти ради того, чтобы встретиться с братом.
Ах, вот в чем дело! Брат… Я мог бы догадаться. Я должен был предвидеть! Ох, Михаэль, что за игру ты ведешь? И почему не рассказал Соль, отчего наказанные «сидят взаперти»?
– Соль, тебе повезло. – Я не скрывал гнева, и она вздрагивала от каждого слова. – Я перехватил тебя до того, как ты попала в город. Какими бы ни были твои намерения, их расценили бы, как побег, а это – исключение. И исполнение приговора. Ты все еще хочешь встретиться с братом?
Закусив губу, Соль отрицательно качнула головой.
– Иди. – Я толкнул ее вперед. – Направление ты знаешь.
Кэри, ты сам виноват. Расслабился? Тебя провели, как младенца! Усыпили бдительность – и сделали, что хотели. Это счастье, что мне понадобился Михаэль. Если бы Соль поймали в городе… Я содрогнулся, представив, как моего ангела лишают силы. Аж озноб прошиб! Хороший урок: я был уверен, что она никуда от меня не денется.
– Заберешь свой браслет у Михаэля и продолжишь занятия по расписанию, – сказал я, когда мы подошли к бассейну. – Вечером я поговорю с вами обоими. И не только поговорю. Надеюсь, не надо объяснять, что никто не должен об этом знать?
Да, я хотел скрыть происшествие. Мне, как наставнику, тоже не поздоровится, однако об этом я не думал. Не собирался щадить Соль, однако даже меня, циничную сволочь и манипулятора, передергивало, стоило представить ее в карцере.
«Серьезно, Кэри? Ты собираешься использовать ее в битве, которую она может не пережить». – «Я подготовлю ее… А карцер – не для нежной наивной девочки!» – «Очень смешно». – «Да иди ты…»
Разговор с самим собой прервался, едва я увидел Михаэля. Вернее, Михаэля и Сантанэля. Вместе. Словно кто–то провел ледяной ладонью вдоль позвоночника – нехорошее предчувствие в считанные мгновения превратилось в реальность.
– Вы поймали второго нарушителя, мэтр Киаран, – произнес Сантанэль, едва мы с Соль подошли ближе. – Как хорошо, я собирался вас искать. Уверен, вы разберетесь с этим лучше меня.
Сила огня! Теперь ничего не удастся скрыть. Договариваться с Сантанэлем бесполезно, он принципиально точно следует букве закона.
– Я разберусь, – мрачно пообещал я. – И доложу ректору.
Сантанэль кивнул и повернулся к Соль.
– Я приходил к вам, Ассоль. Хотел предложить вам поучаствовать в эксперименте… Но увы, это уже неактуально. Теперь мы встретимся при иных обстоятельствах. Жаль, что вы не бережете здоровье.
Зануда! Я с трудом дождался, когда он отправится восвояси, после чего взял за шиворот обоих студентов и потащил к зданию, в подвале которого располагался карцер.
– Молодец! – шипел я по дороге, обращаясь к Михаэлю. – Умница! Ты все прекрасно продумал! И девочку подставил!
– Я возьму вину на себя, – попытался возразить он. – Я специально подменил браслет…
– Это ее поймали за территорией академии, придурок! – перебил я его.
– Это моя вина, – сказала Соль. – Я заставила Михаэля…
– Не смеши меня! Как ты могла его заставить? Короче! – Я приволок их к карцеру и остановился, чтобы отдышаться. – Я не в восторге, что приходится это делать. Но выбора вы мне не оставили. Соль – штрафник. Она не имеет права покидать академию до особого разрешения. Обмен браслетами категорически запрещен. Наказание в обоих случаях – карцер. У меня все!
– Кэри, прости… – пробормотал Михаэль.
– У нее проси прощения. – Я кивнул в сторону Соль. – Ладно, эта дурища хочет увидеться с братом, ее я могу понять. Но ты… Как ты мог, Мих? Почему хотя бы не сказал ей, что такое карцер?
– Он говорил, – сказала Соль. – Я просто не хотела показать тебе, как боюсь… и сделала вид, будто не знаю.
– А, даже так. Прекрасно. Что ж, тогда пойдем знакомиться с Палачом.
Его так все и звали – Палач. Скорее всего, у него никогда не было другого имени, только серийный номер. Я не зря пугал Соль, есть нарушения, за которые в академии строго карают. Обычных студентов реже, чаще в карцер попадают штрафники. Нарушитель проводит здесь несколько дней, в зависимости от тяжести повреждений после порки магической плетью.
Никто из преподавателей не в силах повлиять на наказание. Число плетей определяет Палач – созданный специально для этого андроид. Он слеп и глух. С ним невозможно договориться, и он не знает жалости.
– Кэри, можно тебя на минутку? – попросил Михаэль.
Я кивнул и отошел с ним в сторону, оставив Соль у входа.
– Мне, правда, жаль…
– Если ты позвал меня за этим, то лучше заткнись, – посоветовал я.
– Ты же знаешь, что Палача можно обмануть.
Да, это так. Он всего лишь машина. Преподаватель вводит данные о нарушении, программа определяет число ударов, после чего датчики следят, чтобы провинившийся занял место для наказания. Андроид определяет, кто перед ним, после сканирования браслета. Идиотов, желающих получить порку за другого, нет.
– Хочешь получить двойную порцию, Мих?
– Да.
– Нет.
– Кэри, пожа…
– Я тебя услышал, Мих. Мой ответ – нет.
Я знаю наверняка, что следящих камер в академии нет. Это принципиальная позиция ректора. Браслеты – да, но наблюдать за каждым шагом студентов – это перебор. Подобная техника используется только в фантомном зале, по необходимости. И все же просьбу Михаэля я не одобрю, ему и так сильно достанется.
Оформление занимает немного времени. И без того перепуганная Соль не успевает испугаться сильнее.
– Она первая, – говорю я Михаэлю. – Ты – следующий.
Захожу в комнату для экзекуций вместе с Соль. Повинуясь механическому голосу, она раздевается по пояс, обнажая спину. Мало того, что ей страшно, так теперь еще и стыдно. Я старательно отворачиваюсь, чтобы ее не смущать, но все же она бормочет едва слышно:
– Наставник, пожалуйста, оставьте меня одну.
– Так надо, – отвечаю я жестко.
Щелкают браслеты, фиксируя Соль на стене. Палач отходит в сторону и активирует магическую плеть. Я быстро срываю рубашку и встаю к стене, закрывая собой Соль.
«Кэри, ты – придурок!»
Первый удар плети обжигает мою спину.
24. "Не смей меня жалеть!"
Кэри удалось удивить меня сильнее, чем когда он появился в Чистилище, как мой наставник. Да что там говорить! Он поверг меня в шоковое состояние, закрыв собой от плети.
Я знала, что будет, если нас поймают. Михаэль не поскупился на подробности, описывая ужасы карцера. Я же рассуждала так: в случае неудачи накажут обоих, и феникс постарается и придумает идеальный план, чтобы избежать порки.
Мы же все рассчитали! Кэри ведет занятие в зале, где все мои однокурсники, а я нахожусь в бассейне, и в это время там больше никого нет. И надо же, все пошло наперекосяк. Кэри срочно понадобился Михаэль, а Санте – я. Заподозрила бы феникса в очередной подставе, если бы он избежал наказания!
Пока шли к карцеру, я думала о Кирилле. Как уговорить брата не совершать глупость? Мне не удалось с ним встретиться, да и Мих теперь не скоро сможет покинуть академию. Вступительное испытание скоро начнется, а ведь Кир упертый – если что задумал, так непременно сделает. Но едва мне велели снять рубашку, как страх липкими щупальцами сдавил шею.
И Кэри, как назло торчал рядом! Хотелось думать, что он обязан присутствовать на наказании, но я была уверена – он собирается насладиться моим унижением. Он же демон! Разве от него можно ждать иного?
Кэри, прижимающийся грудью к моей обнаженной спине, заставил усомниться в реальности происходящего. Кажется, я не дышала, пока Палач отсчитывал удары. И сказать ничего не могла, язык попросту отнялся. Зато чувствовала Кэри так, как будто он касался не спины, а обнаженного нерва. Его тяжелое прерывистое дыхание опаляло затылок. Он старался не наваливаться на меня, но от каждого удара его кидало вперед, и он прижимал меня к ледяной стене – и тут же отстранялся. Он не кричал, но я слышала его немые стоны.
Мне это снится! Или я потеряла сознание от боли? Да, вместе с памятью и остатками разума!
Сила ветра! Кэри… Зачем?!
Когда все закончилось, он не сразу отошел. Повис на скобах, за которые держался, перевел дыхание, облизал пересохшие губы.
– Скажешь кому – убью, – пообещал он хриплым шепотом. – Одевайся!
Я с трудом отлипла от стены и успела увидеть спину Кэри лишь мельком, он быстро натянул рубашку. Однако и этого хватило, чтобы осознать, от чего он меня защитил. Вспухшие багровые полосы сочились кровью…
На глаза навернулись слезы, и я не смогла их сдержать. Кэри швырнул мне в лицо одежду.
– Быстро! – прошипел он. – Рыдай, но не смей говорить с Михом. Ну?! Может, мне тебя одеть?
Пальцы не слушались, я едва справилась с пуговицами. Волосы рассыпались в беспорядке, когда Кэри сдернул заколку. Не дав опомниться, он схватил меня в охапку и перекинул через плечо. Если не ощущала бы, как ему больно, подумала бы, что демоны бесчувственные.
– Сделай вид, что потеряла сознание.
Притворяться не пришлось, распущенные волосы закрыли лицо. Я не увидела Михаэля, а Кэри бросил ему на ходу:
– Зайду за тобой.
Лязгнул засов, стукнула дверь. Меня бесцеремонно сбросили на кровать, скрипнувшую металлическими пружинами. Я откинула назад волосы и, наконец, смогла выдавить:
– Кэри…
– Наставник или мастер! Соль, не зли меня. Я и так в ярости. – Он оперся на тумбочку возле кровати и прожигал меня взглядом, полным бессильной боли. – Можешь не притворяться, Палач не придет проверять, как ты себя чувствуешь. Никто не придет, кроме меня. Не пытайся отсюда выйти, замок подключен к системе. Вода там. – Он показал на кулер. – Уборная за перегородкой.
– Кэри, спасибо.
Я не могла поблагодарить его официально. Меня защитил не наставник, а демон Киаран Декарабиа. Мужчина, поведение которого ставило меня в тупик, а теперь и вовсе не поддавалось объяснению. Зачем он это сделал? Разве не в его интересах меня проучить?
– Думаешь, я посочувствовал? – Кэри рассмеялся. – Нет, Соль. Я всего лишь оберегаю свое имущество. У нас сделка, помнишь? Твою шкурку не должны портить шрамы.
Да, Соль. Вот и ответ.
– Кэри, хочешь, я обработаю… спину? Если никому нельзя знать, то и попросить о помощи больше некого.
– Воспользуюсь магическим лечением.
– Но эти раны не лечатся магией.
И следов после них, кстати, не остается. Конечно, если Михаэль ничего не перепутал.
Губы Кэри скривились в усмешке. Он окинул меня взглядом, от которого неожиданно бросило в жар.
– У тебя ладные сиськи, – сказал он. – Если дашь потрогать, позволю тебе проявить милосердие.
Я опять лишилась дара речи и таращилась на демона, ловя ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег.
– Понятно, не дашь, – усмехнулся он. – Так и ты обойдешься. – Он наклонился ко мне и процедил, чеканя слова: – Не смей меня жалеть, ангелочек!
И, не дожидаясь ответа, вышел, грохнув дверью.
Я ничком упала на кровать и расплакалась, как маленький ребенок. Нет, я не обиделась на Кэри. Что бы он ни говорил, я запомню, как он принял на себя удары плети. Как бы ни старался казаться мерзавцем, не забуду, что он не абсолютное зло. Нет, плакала я от усталости: мощные эмоциональные потрясения вымотали меня сильнее кросса по пересеченной местности. А еще есть Михаэль, его никто не закрыл собой…
Я пыталась убедить себя, что не стоит жалеть феникса. Он подлец и предатель! И все же… жалела. Надеюсь, Кэри поможет и ему. Михаэль говорил, что преподаватель может смягчить наказание. Рубцы от плети нельзя вылечить магией, но можно облегчить боль обычными средствами, а их на нулевом уровне хватало.
Рыдала до икоты, но не могла остановиться. И тут помог Кэри. Я не заметила, как он вернулся. А он рванул меня за шиворот и плеснул в лицо воду.
– Надеюсь, это слезы раскаяния. – Он набрал еще воды в стакан и сунул его мне. – Приведи себя в порядок, чучело. Да, да… Умойся. Мне надо кое–что тебе сказать.
Судорожно всхлипывая, я причесалась и умылась. Кэрри, сгорбившись, сидел на кровати и смотрел в стену. Иногда он поводил плечом и морщился, вероятно, забывая о том, что я рядом.
– Я слушаю, наставник, – произнесла я, замирая перед ним.
– Надеюсь… – Он взглянул на меня. – Забудь о том, что я сделал. Я не шучу, Соль. Проболтаешься – и тебя ждут крупные неприятности. Никто не должен знать. Ни Михаэль, ни врач, который будет осматривать тебя через несколько дней.
– А что я скажу врачу? Он не найдет повреждений, – пробормотала я.
– Соври что–нибудь про чудесный метаболизм ангелов. Навряд ли Сантанэль что–то про это знает. И больше никогда… Слышишь? Никогда не попадай в карцер! Меня может не оказаться рядом.
– Я постараюсь, наставник. – Я говорила вполне искренне. – Прошу прощения…
– Избавь меня от этого. – Кэри махнул рукой и опять поморщился. – Сила огня, я и забыл, как это… – вырвалось у него.
– Вы попадали в карцер студентом?
– Надо было отойти раньше, чем закончилась порка. Пара ударов для профилактики – и ты не задавала бы сейчас вопросы!
– А как Михаэль?
– Переживет. Я дал ему лекарство.
– А вы?
– Соль, а ты упрямая.
– Вам нужен послушный ангел?
– А ты как думаешь?
На лице Кэри промелькнула улыбка. Уверена, ему нравится пикироваться со мной. Нравится, когда я веду себя смелее, чем должна.
– Думаю, в любом деле важно доверять партнеру. Кэри… – Я сделала паузу, позволяя ему оборвать меня, но демон молчал. – Если хочешь сотрудничества, то не отталкивай, когда я пытаюсь увидеть в тебе хоть что–то хорошее.
– А если не хочу?
– Тогда я, пожалуй, проверю, что ты со мной сделаешь после того, как я расскажу всем, как…
– Заткнись! – потребовал он.
Кэри никогда не отличался чувством такта, и я давно не реагирую на его грубость. В общем–то, выводить его из себя – то еще «удовольствие», но, кажется, на ближайшие дни это мое единственное развлечение.
– Вот. – Он поставил на тумбочку баночку с мазью. – Я не могу выпить лекарство, в нем сильное снотворное. Если хочешь помочь… я не против. И расскажи, зачем хотела видеть брата.
25. Черно–белое
Не люблю травиться алкоголем, но в тот день хотелось напиться до беспамятства. Придумать объяснение своему поступку и то не получилось, Соль определенно мне не поверила. А уж понять, что толкнуло меня не безумство – тем более.
Я не сомневался, расставляя ловушку для глупого ангела. Не знаю, что такое жалость – демонов этому не учат. Почему же закрыл собой девчонку? Сила огня, какой же я кретин!
Забыть обо всем – вот единственный выход. Хотя бы на один вечер! Но и этого я не мог себе позволить. Во–первых, принял дежурство по академии, во–вторых, меня вызвал ректор.
Несмотря на то, что карцер существует, студенты нечасто подвергаются такому наказанию. И каждый случай ректор проверяет лично. Правда, не всегда с такой поспешностью. Оно и понятно: Соль только зачислили, да еще она из штрафников, а пересечение границы купола скрыть мне не удалось. Оставалось надеяться, что ректор не захочет ее навестить, чтобы побеседовать лично. Мой поступок можно объяснить только личной заинтересованностью, а за такое можно и должности лишиться. Вот дед обрадуется, если меня вышибут из академии!
Когда до меня дошло, что защищая Соль, я подставился, и весь мой тщательно спланированный план мог полететь горгулье под хвост, напиться захотелось еще сильнее.
– Итак, Киаран, Ассоль Рухаэль пыталась сбежать?
Ректор обожал принимать подчиненных в неформальной обстановке: уютная гостиная, кофе или чай, бисквиты и печенье. Я нечасто видел его в истинном обличие, из–за размеров. Драконом он больше собственной резиденции, так что ему приходится обращаться в человека. Правда, выглядит он все равно необычно: вместо кожи – чешуя, и хвост не исчезает.
– Нет, мэтр Теодор. – Я вертел в руках кофейную чашку из костяного фарфора. Иногда мне казалось, что ректор специально подсовывает мне изящные вещицы, чтобы проверить, насколько я владею собой. Ведь стоит чуть сильнее сжать пальцы, и тонкая керамика треснет. – Ассоль не хотела сбежать. Поверьте, это так. Мне она не смогла бы солгать.
– Тогда что же?
– Она искала встречи с братом. У них сильная привязанность друг к другу. Соль с первого дня беспокоилась о том, что брат последует за ней в академию.
– А ее брат… – Ректор взглянул на меня вопросительно.
– Насколько я знаю, он старше ее года на три и учится на артефактора. Из–за того, что у Соль дефект крыльев, он опекал ее с детства. Наверное, беспокоится за сестру.
– Так Соль хочет его отговорить… – Ректор задумался, постукивая пальцами по подлокотнику кресла. – А феникс? Почему старшекурсник помогал ей? Или она его… заставила?
– Ангелы не умеют подчинять, – мрачно произнес я. – У них другая особенность…
– Да–да, я вспомнил. Так почему же?
– Соль познакомилась с Михаэлем до того, как попала в академию. Случайно, в баре на нулевом уровне. Кажется, у них взаимная симпатия. И с братом ее Михаэль тоже знаком.
Часть правды лучше, чем полностью выдуманная история. Соль так и однокурсникам сказала, потому что спалилась, ругаясь с Михаэлем.
– Соль – красивая девушка? Кажется, Михаэль до ее появления был так неравнодушен только к урокам боевых искусств.
Я чуть не поперхнулся кофе. Неудачный момент я выбрал, чтобы отпить глоточек!
– Да, – ответил я. – Соль… очень красивая девушка.
Сила огня! Это ответ?! Я запал на хорошенькое личико? Только не это!
Внезапно вспомнилось, как Соль краснела, пряча грудь, как я касался ее обнаженной спины. Кровь прилила к лицу… к кое–чему еще.
– Пусть встретится с братом, – сказал ректор, к счастью, не заметив моего смущения. – Под твоим присмотром, Киаран. И пусть убедит его поступать в академию.
Я поставил чашку на стол. Еще немного – и она точно треснет.
– Соль скорее уговорит его не делать этого.
– Значит, ты убеди, что так будет лучше.
– Но почему? – вырвалось у меня.
Мне только заботливого братца тут не хватает! И так задача не из легких, Соль не расположена беспрекословно мне подчиняться, а брат будет вертеться под ногами и мешать.
– Так будет лучше, – твердо повторил ректор.
Если ангелов и демонов считали потомками богов, то истинные драконы почти на всех уровнях слыли их посланниками. Они вообще не из нашего измерения. Поговаривали, что Теодор может видеть будущее.
Ладно, после сегодняшнего меня трудно чем–либо удивить. Но еще один ангел в академии? Да ни за что!
Если бы не Кэри, регулярно навещавший меня в карцере, я потеряла бы счет дням. В первые часы после заключения не замечала, как давит замкнутое пространство, но чуть погодя в полной мере оценила, как тяжело дышать, когда не видишь неба.
Пусть я не умею летать, но воздух – моя стихия. Я сходила с ума в крохотной комнатушке, где помещались лишь кровать и тумбочка, внутри которой я нашла полотенце, зубную щетку и средства гигиены. Кэри приходил утром и вечером, приносил еду и ругался.
– Опять лежишь? – рычал он вместо приветствия. – Займись чем–нибудь! Выйдешь отсюда, как дохлая рыба…
В первый день я его игнорировала: лежала, накрывшись с головой одеялом. В темноте стены не так давили. Однако, отлежав все бока, едва дождалась очередного визита Кэри.
– Чем я могу заняться, наставник? – хмуро поинтересовалась я.
– Тренируй тело и мозги, – посоветовал он.
Кэри показал мне комплекс упражнений и напомнил, что в уме можно решать сложные примеры.
– Книгу я принести не могу, письменные принадлежности – тоже. Вычисляй, вспоминай то, что когда–то учила наизусть. Повторяй плетения рун, не наполняя их магией.
Только благодаря этому я справлялась с паническими атаками – не позволяла себе расслабляться, старалась не думать о солнечном свете. Если кружилась голова – отжималась, если хотелось плакать – вычисляла квадратные корни из пятизначных чисел, если думала о Кэри – читала вслух стихи одного из любимых поэтов.
Хотелось бы мне не вспоминать о демоне? Я поняла, что это невозможно. Меня сильно потряс его поступок. Мало того, Кэри продолжал заботиться обо мне. Не уверена, что в рацион заключенного в карцер нарушителя входят вкусные булочки с кремом и соки из свежих фруктов. И навряд ли наставник должен тратить время на беседы, подбадривая и поддерживая, заставляя чувствовать, что жизнь продолжается.
Чем больше я думала о Кэри, тем сильнее его ненавидела. Да, ненавидела. За все! Он, как ураган, разрушил то немногое, что у меня было. Он же помогал мне строить будущее. Потеряв повод для ненависти, я не перестала ненавидеть, вот же парадокс!
Если бы Кэри не был демоном… Если бы мы встретились при иных обстоятельствах… Как обычный мужчина, Кэри интереснее Михаэля. Кэри взрослый, уверенный в себе. Он так же остер на язык, как Кирилл. Я могу разговаривать с Кэри о чем угодно, с ним даже ругаться забавно. А какие у него широкие плечи… и рельефные мышцы…
Кэри… Кэри… Ненавижу!
Как я могу иначе относиться к тому, кто мною манипулирует?!
– Выходи.
Кэри не говорил, когда меня выпустят, и очередное его появление застало врасплох.
– К–куда? – спросила я, заикаясь.
– Тебе здесь понравилось? – тут же ухмыльнулся он. – Прости, малышка, я к тебе в дворецкие не нанимался. Дальше придется самой о себе заботиться.
– А Михаэль? – Я сообразила, что срок заключения закончился. – Его тоже отпустят?
Кэри поманил меня пальцем, а когда подошла, вытолкал в коридор.
– Соль, как ты меня достала…
«Ага, как же! А то я не чувствую притворство в твоем вздохе».
– А сейчас утро или вечер?
– День! – рыкнул он, захлопывая дверь. – Стой здесь.
Михаэля он выпустил из соседней комнаты. Выглядел он, мягко говоря, бледно: как будто искры, пляшущие вокруг него, погасли. Фениксы тоже любят воздух, к тому же, выпороли его по–настоящему.
– Привет, Соль, – улыбнулся он мне. – Как ты?
– Привет…
– Потом поговорите! – оборвал меня Кэри. – Как вы оба меня достали!
Кажется, я поняла. Демон изо всех сил старается скрыть радость по поводу нашего освобождения. Это вполне в его духе.
Солнечный свет резанул по глазам, а голова предательски закружилась. Я пошатнулась и почувствовала, как рука Кэри легла на плечо.
– Упадешь – на себе не потащу, – пообещал демон. – Будешь лежать на травке, пока не подберет кто–нибудь.
Его слова настолько расходились с тем, как крепко он меня поддерживал, что я невольно улыбнулась.
– Значит, так, дети мои… – Кэри встал напротив нас с Михаэлем и одарил обоих суровым взглядом. – Сегодня никакого расписания. Сходите к Санте… к Сантанэлю, потом можете отдыхать. С завтрашнего дня все, как обычно. Свободны!
Он быстро ушел, а мы какое–то время пялились ему вслед.
– Ты как? – повторил Мих свой вопрос чуть погодя.
– Нормально. А ты?
– Да тоже, как видишь…
– Мих, прости меня.
– Ой–йо–о–о… Вроде бы я должен извиняться.
– Ты предупреждал, это я настояла.
– Я не выполнил твое желание.
– Ты сделал все, что мог. Засчитано, – улыбнулась я. – В следующий раз придумаю что–нибудь не такое… экстремальное.
– Угу… Ладно, чего время терять? Пойдем к Санте. Ой–йо–о… Как же хочется размять крылья!
– Ну так лети, я тебя не задерживаю.
Я повела плечом и ушла вперед, не оглядываясь.
26. В подвале у тети Розы
Михаэль не взлетел. Он вскоре догнал меня и шел позади, не пытаясь заговорить. Я тоже не была расположена к беседе. Несколько дней в карцере – и я уже не испытывала лютую ненависть к фениксу. Мне удалось иначе взглянуть на Кэри и, если не понять и не простить, то хотя бы спокойно относиться к неизбежному, а вина феникса лишь в том, что он попался на шантаж.
Кэри все мне рассказал, и у меня нет причины не верить ему. Взаимная эмпатия порой весьма удобна. Выяснить бы еще, в чем сильны ангелы… Но всему свое время. Обязательно покопаюсь в библиотеке, в ней, наверняка, есть материалы о войне ангелов и демонов. А Мих… Может, на его месте я не стала бы играть с демоном в кости, однако на шантаж поддалась бы. Кольцо – единственная зацепка, единственный шанс отыскать родных. И не мне осуждать его за желание найти семью.
Санта довольно быстро провел осмотр, и я ушла, не дожидаясь Михаэля. В общежитии было тихо: однокурсники на занятиях, и меня это вполне устраивало. Я долго и тщательно приводила себя в порядок, избавляясь от специфического запаха карцера, устроила стирку и уборку.
Вел давно сказала, что у тети Розы можно получить удобную сумку для необходимых на занятиях вещей, и что сделать это лучше сейчас, на каникулах. Я все откладывала, но теперь отправилась в подвал к тете Розе. Все равно нужно убить время до ужина.
Дверь в «царство» тети Розы была открыта, однако ее самой за столом не наблюдалось.
– Теть Роза! – крикнула я. – Вы здесь?
– Енвентарьзация! – Голос тети Розы прозвучал где–то далеко за стеллажами. – Завтра приходи! А лучше через неделю!
Енвен… Что? Впрочем, без разницы. Если тетя Роза сказала, что занята, то переубедить ее невозможно. Однако уходить не хотелось. Во–первых, любопытство разбирало, что за зверь «енвентарьзация», во–вторых, у меня шампунь закончился, а занимать у Вел не хотелось.
Чтобы не кричать на весь подвал, я отправилась на поиски тети Розы: вдоль стеллажей, на голос.
Полки, полки, полки… Они тянулись стройными и бесконечными рядами, однако по пути никто не попадался. Несколько раз я поворачивала, упираясь в тупик, уходила то направо, то налево – и вскоре поняла, что заблудилась. Про карту в браслете забыла напрочь. Оставалось лишь набраться храбрости и позвать тетю Розу, чтобы она вывела меня из своего лабиринта. Вот только я примерно представляла, что она со мной сделает, когда я оторву ее от «енвентарьзации». В общем, я не настолько любила мыть полы.
– А чой это ты тут делаешь?! – гаркнули за спиной.
Я взвизгнула, шарахнулась в сторону и налетела на полку.
Тетя Роза! Пока я сидела в карцере, она перекрасилась в розовую блондинку. Синий рабочий халат едва сходился на груди, и, кажется, под ним ничего не было, кроме белья.
– В–вас ищу! – Я лязгнула зубами.
– Сказала же! Енвентарьзация! Пока все не пересчитаю, ничего не дам!
Пересчитает? Я едва сдержала смешок, когда поняла, что тетя Роза переиначила на свой лад слово «инвентаризация». Но как долго она будет переписывать и пересчитывать целый… подвал?
– Ну… Может, вам помочь?
Мне все равно до ужина делать нечего, а так, глядишь, хоть шампунь выпрошу.
– Помочь? – Тетя Роза просияла и схватила меня за руку. – Пойдем, деточка! А то, понимаешь, ни одного студентика по разнарядке…
Из ее причитаний я поняла, что «енвентарьзация» – дело муторное, и обычно находятся помощники из проштрафившихся студентов, а тут, как назло, никого.
– Это потому что я в карцере сидела, – пошутила я. – А то непременно накосячила бы.
– А тебе вроде отдыхать положено, – спохватилась тетя Роза.
– Скучно отдыхать, – призналась я. – Лучше уж тут, с вами.
– Осспидя… напридумывали этих карцеров, дитёв только мучают… – бормотала она себе под нос, таща меня между стеллажами. – Изверги!
Я не возражала.
– Как ты вообще сюда попала, деточка?! Ой… – Она резко остановилась, и я врезалась ей в спину. – Все забываю… Прости дуру старую!
– Вы не старая, – ответила я. И, спохватившись, добавила: – И не дура. Это я дура, сделку с демоном заключила.
– С нашим, что ли? – подозрительно прищурилась тетя Роза. – Ну, этот может.
– Э–э–э… – Я на мгновение лишилась дара речи. Уж больно проницательной она оказалась. – Нет, конечно. С другим демоном.
– Ну–ну… – Она покачала головой. – Ладно. А мы пришли. Залазь на стремянку. Пересчитывать по два раза, не халтурить! – Мне погрозили пальцем. – С тетрадей начинай.
Конечно, весь подвал мы с тетей Розой не пересчитали, только несколько секций стеллажа с письменными принадлежностями, постельным бельем и полотенцами.
– Ох, спасибо, деточка! – радовалась тетя Роза. – Без тебя я б три дня по стремянке прыгала.
– Завтра не смогу, – предупредила я. – Мне уже расписание прислали.
– А и не надо, немного осталось. Чайку со мной попьешь? С конфетами!
Променять ужин из полезных белков, витаминов и минералов на вредные углеводы? Да с удовольствием!
Коробку шоколадных конфет тетя Роза вытащила из холодильника, что стоял у нее в подсобке. Я чуть слюной не подавилась от одного только запаха!
– Зубы береги, – предупредила она.
– Шоколад старый? – не поверила я.
– Тю! Орешки там попадаются, внутри. Ешь, ешь, деточка.
Я не заставила себя долго упрашивать. Сладкий шоколад таял во рту, крепкий чай горчил – непередаваемое наслаждение!
– Как чаек? Нравится?
Тетя Роза достала откуда–то сахарное печенье, высыпала на блюдце горкой, пододвинула его мне.
– Замечательный! Правда, сначала я думала, что это кофе.
– Это нормально заваренный чай, – отрезала тетя Роза. – Не то, что в вашей столовке… Там не чай, а писи сиротки Хаси!
Я поперхнулась печеньем.
– Чего?
– Говорят так. – Она махнула рукой. – У нас, там… Ты не повторяй, тут не поймет никто.
Откровенно говоря, я тоже не поняла. Писи, в смысле… Ой, лучше про это не думать.
– А вы с нулевого уровня, правда? – вспомнила я о том, что говорила Вел.
– А то ж…
– А как вы тут… – Я осеклась. Тетя Роза вроде бы сама обещала рассказать, но все же местные правила уже хорошо отпечатались в голове.
– Я тут не за нарушение закона, – хохотнула тетя Роза. – Если ты об этом подумала. У нас для таких случаев есть тюрьма. А у меня другая история…
– Вы простите, я не хотела.
– Цыц! – шикнула она. – Я расскажу. Студенты правду не знают, им байки интереснее.
История оказалась грустной. Жила тетя Роза в городе у теплого моря, с мужем и дочкой. По ее словам, неплохо жила, не хуже других, а то и лучше. И вот как–то поздно вечером, почти ночью, возвращались они от мужниных родителей домой, из поселка – в город. На пустой дороге машина заглохла. Пока муж разбирался, что да как, со скал чудище спустилось. И задрало и мужа, и дочку. Тетя Роза дитя свое прикрывала, защищала, но чудище вырвало ребенка из рук.
– Упырь то был… – вздохнула она. – Прорвался через этот… лифт… со своего уровня. Когда чистильщики подоспели, в живых только я осталась. Хотели на маньяка списать, но на меня отвод глаз не подействовал. На меня вообще ваша магия–шмагия не действует.
– Мне так жаль… – пробормотала я. – Простите, что заставила вспомнить.
– Отболело уже, – отмахнулась тетя Роза. – А я вот тут оказалась. Сначала случайно, потом упросила, чтоб оставили. Мне должность дали… Ничего меня там не держало, да и сил не было… А тут как будто мир другой, не так муторно. И дети растут, радуют… Соль, а ты зачем приходила?
– Да так… – смутилась я.
Теперь как–то неудобно выпрашивать шампунь, после таких откровений.
– Говори, чего надо. Закончилось чего? Порвалось?
– Закончилось. Шампунь…
– Тю! Ты три раза в день голову моешь? Как руки, перед едой?
– Нет, я пролила…
Тетя Роза тяжело вздохнула, но поднялась и скрылась в недрах подвала.
– На! – Вскоре передо мной поставили бутылочку с шампунем. – И вот еще… Ексклюзиф!
Тетя Роза протянула мне рюкзак из плотной синей ткани. Я уже попривыкла к манере ее речи, потому в «ексклюзифе» сразу расшифровала «эксклюзив». Кто его знает, может, рюкзак в академии – действительно что–то уникальное?
– Вот ты где!
Мы с тетей Розой вздрогнули одновременно.
– Кира, тебя стучаться не учили? – возмутилась она тут же.
Кира, он же Кэри, он же Киаран, взирал на меня так сурово, что мне захотелось спрятаться за тетю Розу.
– А что? – пробурчала я, защищаясь. – Вы же сказали, что я могу отдыхать до завтра.
– Я ничего не говорил о том, что ты можешь пропускать ужин. – Кэри скрестил на груди руки. – И ты, вроде бы, в курсе, что это тоже считается нарушением правил, если на то нет уважительной причины.
– У меня уважительная! Я тете Розе помогала!
– Чай пить? – Он принюхался. – С конфетами?
– Кира, она мне помогала считать, – вмешалась тетя Роза. – Отстань от девочки!
– Тетя Роза, вам помощники еще нужны? – хищно улыбнулся Кэри.
– Конечно!
– Вот эта… девочка… вам завтра и поможет. Вместо бассейна. Студентка Рухаэль, все понятно?
– Так точно, наставник, – вздохнула я.
– Это за то, что пропустила ужин, – уточнил Кэри. – Повторишь фокус, я тебя на огород к дяде Пете отправлю, картошку копать. А сейчас – марш за мной!
Я едва успела поблагодарить тетю Розу, демон выволок меня из подвала чуть ли ни за шиворот. И рюкзак забросить в комнату не позволил.
– А мы куда? – спросила я чуть погодя.
Корпуса академии остались позади, Кэри уверенно шел к порталу.
– Я все ждал, когда ты, наконец, поинтересуешься. – Он остановился и развернулся ко мне. – Ты хотела увидеться с братом. Тут недалеко есть укромное местечко, подождешь там, а я приведу Кирилла.
– Что…
У меня подкосились ноги, и я опустилась прямо на дорожку. Сила ветра! Демон добрался до Кирилла… Но как… зачем…
– Соль… – Кэри присел и, взяв меня за подбородок, заставил посмотреть ему в глаза. – Я, конечно, жуткое зло. И ненавижу тебя так, что только и делаю, что извожу. Но встреча с Кириллом – распоряжение ректора. Чтобы ты не пыталась больше сбежать.
Мне стало стыдно. Все же инстинкты сильнее разума. Демоны – зло… Даже если это не так, ангелу тяжело думать иначе.
– Кэри, прости…
– Наставник! – рыкнул он. – И засунь свои извинения, знаешь, куда…
Он встал и протянул мне руку.
– Просто это неожиданно, – пробурчала я. – Очень.
Он помог мне подняться и сказал:
– Ректор узнал, что твой брат хочет поступить в академию, и просит, чтобы ты помогла ему не передумать.
– Чего?!
– Ты должна уговорить брата подать документы в академию, Соль, – жестко произнес Кэри. – Ректор сказал, что так будет лучше.
27. Лирическое отступление: Кирилл
В последнее время Кирилл все чаще задумывался, отчего он так не похож на родителей. Не внешностью, конечно же, в родстве нет сомнений, а характером. Отец – жесткий, бескомпромиссный, властный. Твердой рукой он руководил и кланом, и семьей. Он не признавал полутонов и никогда не менял решений, чтил законы и традиции. Наверное, таким и должен быть настоящий лидер. Таким он хотел видеть и сына. Мать полностью зависела от мнения мужа, и всю свою жизнь посвятила ему, а не детям. Нет, она заботилась о них: следила, чтобы правильно питались, опрятно одевались. Однако любви и тепла не дарила.
Разве Кирилл и Соль не должны были вырасти такими же, как они? Такими же, как большинство ангелов: эгоистичными, высокомерными, самовлюбленными. Высшая каста, потомки богов, изгнавшие демонов в ад…
Сначала Кирилл думал, что виной всему любовь к нулевому уровню. Там он сталкивался с представителями разных рас, у молодежи есть свои «заветные» места для тусовок. Там он повидал всякое, и никакого особенного превосходства у ангелов не замечал. Да, магия сильнее, место проживания красивее, но те же демоны не слабее их, а крылья и вовсе есть у многих. Однако из ангелов не он один бывал на нулевом, даже отец как–то признался, что баловался этим в молодости.
Ответ, как ни странно, нашелся, когда с сестрой случилась беда.
Соль не такая, как все ангелы. Жить на седьмом уровне и не уметь летать – приговор. Даже родители между собой называли ее уродцем, Кирилл сам это слышал. Она раздражала отца, напоминая ему о том, что в чем–то он оказался несовершенен. Она раздражала мать, которая отчего–то чувствовала вину перед мужем. Кирилл понял все это позже, когда повзрослел. В детстве же ему просто поручили заботу о сестренке.
Это Соль его воспитала. Она требовала внимания и не позволяла зацикливаться на собственных желаниях. Она нуждалась в любви и ласке – и дарила свое тепло брату. Он научился учитывать и отстаивать ее интересы, понял, что такое сочувствие и отзывчивость.
Конечно, не все складывалось гладко. Кирилл пытался усидеть на двух стульях: быть другом сестре и, одновременно, чувствовать себя своим среди сверстников. И это тоже стало уроком. Нельзя быть хорошим для всех. Нельзя смеяться над сестрой, чтобы тебя приняли в компанию. Кирилл был уверен, что Соль ничего не узнает, но она узнала – и он потерял ее доверие.
Тогда Кирилл выбрал сестру, но она так его и не простила. Их жизнь превратилась в череду постоянных ссор. Кирилл очень старался все вернуть, но его попытки разбивались о каменную стену, которую Соль воздвигла между ними. Он нарушал требования отца, брал ее с собой на нулевой уровень, не контролировал каждый шаг… И Соль связалась с демоном.
Отец этого не простил. Да Кирилл и сам не мог себя простить. Хотя… в чем–то это обернулось к лучшему.
Во–первых, Соль избежала «выгодного» брака. Отец хотел использовать ее для заключения союза с другим кланом. Во–вторых, она все же не лишилась силы, а попала в Академию Чистильщиков. Ей будет тяжело, но там она такая же, как все. Больше нет причин чувствовать себя ущербной и одинокой. В–третьих, и это самое главное, наконец–то Соль простила брата. Вернее, призналась, что давно простила.
После того, как Соль изгнали, отец потребовал от сына полного подчинения. Дочь уже покрыла его несмываемым позором, поэтому Кириллу нужно было доказать всем, что он достойный сын своего отца. Что в далекой перспективе означало стать главой клана, а в ближайшей – перевод на другой факультет.
Кирилл учился на артефактора не просто так, и уж, тем более, его не прельщала политическая карьера. Вообще, о поступлении в Академию Чистильщиков он думал давно. Там больше шансов добиться желаемого, однако он не хотел оставлять Соль, а тащить ее за собой – слишком эгоистично.
Он не последовал за Соль сразу, потому что жалел родителей. Мать особенно, но и отец казался надломленным, несмотря на жесткое поведение. Если вслед за дочерью и сын покинет семью, что с ними будет? Однако, как показало время, на желания Кирилла отец плевал так же, как на потребности Соль.
И Кирилл опять сделал выбор в пользу сестры. Ей он нужнее.
После драки с Михаэлем, когда Кирилл отвел душу, встреча на нулевом не состоялась. Феникс попросту не пришел. Кирилл все же заглядывал в «Изнанку», в надежде, что получит от него весточку. Михаэль обещал помочь с поступлением, если Кирилл не передумает. Иначе оставался лишь один вариант: нарушить что–нибудь, чтобы попасть к чистильщикам. Они точно расскажут, что нужно делать.
Михаэль в баре так и не появился, зато сообщение для Кирилла оставил некий Киаран, представившийся преподавателем академии. Он назначил встречу и предложил Кириллу навестить сестру.
Кирилл, конечно, не сразу поверил, но Киаран, улыбнувшись, сообщил ему, что он – демон, и ангелу ничто не мешает воспользоваться даром, чтобы узнать, правда ли это.
Соль ждала на полянке в лесу. Она сидела на бревне, обхватив колени руками: бледная, похудевшая, потерянная. Но первое впечатление оказалось ложным. Едва увидев Кирилла, Соль подскочила и бросилась к нему с радостным визгом. Они обнялись и долго стояли, не шевелясь, а потом Кирилл слегка отстранился, чтобы заглянуть сестре в глаза.
Взгляд Соль излучал уверенность и спокойствие. Навряд ли она замечала, каким тоскливым он был раньше. Теперь от грусти не осталось и следа. Может, в нем есть немного усталости… Но ведь это нормально, она же студентка и, наверняка, не прохлаждается с утра до вечера.
Демон сказал, что не будет мешать встрече, так что на бревно они сели вдвоем, крепко держась за руки. И «Как ты?!» прозвучало одновременно.
– У меня все хорошо. – Соль ответила первая. – Кир, мне тут даже нравится. Не так скучно, как дома.
– Трудно?
– Не легко, – рассмеялась Соль. – Но мне подходит.
– У меня тоже… все в порядке, – соврал Кирилл.
Не рассказывать же сестре об очередных закидонах отца.
– Как… они? – спросила она и отвернулась.
– Нормально.
И тут Кирилл ограничился одним словом. Ни к чему ей знать, что даже имя «Ассоль» в доме под запретом.
– Соль, расскажи подробнее, – попросил Кирилл. – Как ты живешь, что делаешь…
Соль охотно делилась впечатлениями: ей, и правда, нравилось в академии. Она взахлеб описывала однокурсников и учителей, говорила о занятиях, о магтехнике, жалела, что не может показать брату комнату в общежитии.
– Еще покажешь, – заметил Кирилл.
– Нет! – отрезала Соль, мигом посерьезнев. – И думать забудь!
– О чем? – Он попытался обернуть все в шутку.
– Я знаю, мне Мих рассказал. Не надо поступать в академию из–за меня! Я против!
– Да почему же, Соль?
Язык оторвать этому фениксу! Он и оторвет… Когда поступит.
– Ты уже учишься. Ты же выбрал специальность сам, отец тебя не заставлял. Значит, тебе интересна артефакторика…
– А, знаешь, почему я ее выбрал? – перебил ее Кирилл. – Из–за тебя.
Если Соль все узнала, то единственное, что он может сделать – успокоить ее. В его решении нет никакой жертвы.
– Из–за меня? – глупо переспросила Соль.
– Я хочу создать артефакт, который поможет тебе летать. Всегда хотел. И здесь больше шансов это сделать. Здесь больше информации, возможностей…
– Что?..
Соль так сильно вцепилась в руку, что Кирилл поморщился от боли.
– Я сразу сюда не поступил, потому что не хотел оставлять тебя одну, – пояснил он. – А теперь ты здесь. И я тоже… буду.
– Кир, не надо…
– Да ничего меня не держит на седьмом уровне. Понимаешь? Ни–че–го! – Последнее слово он произнес по слогам. – А еще, я обещал тебе кое–что, помнишь?
– Что обещал?
– Что буду счастливым. Ты забыла? И я хочу быть свободным, дружить и любить – здесь. На седьмом уровне это… невозможно.
– Ты чего–то недоговариваешь?
– Ты умница, Соль. Всегда чувствуешь… глубже… – Кирилл вздохнул. – Отец хочет, чтобы я бросил учебу и занялся политикой. Готовит приемника. Соль, ты все еще будешь уговаривать меня не поступать в академию?
– Не буду… – пробурчала она. – Но возьму с тебя два обещания.
– Попробуй, – рассмеялся Кирилл.
– Во–первых, ты не будешь меня опекать. Вообще не будешь! Никак! Это понятно?
– Это будет трудно, но я постараюсь. Я понимаю, почему ты… Правда, понимаю.
– Во–вторых, ты не будешь мстить. Никому!
– Ты про этого ощипанного феникса?
– Кир, он не так уж и виноват. Его заставили. Шантажировали.
– А ты его уже простила? – взвился Кирилл. – Может, вы еще и дальше встречаетесь? Да я его близко к тебе не подпущу!
– О, началось… – фыркнула Соль. – Я не простила, но поняла его мотивы. Мы не встречаемся. И нет, ты не будешь выбирать, с кем мне встречаться!
– Хорошо, не буду, – проворчал Кирилл, помолчав.
– Тут кроме феникса есть, кому мстить, – добавила Соль. – Я лучше сейчас скажу, ты все равно узнаешь. Только сначала пообещай мне, что не будешь мстить. Поклянись!
– Ага, сейчас…
– Кир… ну, пожалуйста… – Соль заглянула ему в глаза. – Поверь, так будет лучше. Мне лучше, не ему. Тебе нельзя вмешиваться.
Скрепя сердце, он дал клятву, смутно подозревая, что услышит. Интуиция не подвела. Он знал, как Соль подставили, однако ни она, ни Михаэль не упоминали имени демона.
– Кэри… То есть, Киаран Декарабиа, преподаватель академии… Это тот самый демон, – призналась Соль. – И он руководитель моего курса.
– Ты ему нужна? – вскинулся Кирилл.
– Я не могу сказать.
– Ты заключила с ним новую сделку?
– Я не могу сказать. Кирилл! Ты обещал…
– Да, – согласился он. – Спасибо, что поделилась. Мстить я не буду, но и в обиду тебя не дам. Не подскажешь, где тут узнать условия поступления?
28. Новые грани демона
Кажется, Кэри немного ошалел, когда я передала ему просьбу Кирилла. Ведь сам же требовал, чтобы я его уговорила! Неужели обманул, ожидая, что я поступлю наперекор? Хитрость сработала бы, если бы Кирилл не намекнул, что дома ему житья нет. Кэри, ты попался в собственную ловушку!
К счастью, над Кириллом у демона нет власти. Скорее, наоборот, ведь брат не связан никакими клятвами и сделками и может испортить Кэри жизнь. Достаточно тому же ректору настучать, чем его преподаватель занимается в свободное от работы время. Именно поэтому я взяла с Кирилла клятву, что он этого не сделает. Я защищала не демона, а брата. Еще не время тягаться с Кэри, он старше, опытнее и сильнее нас.
Кстати, а зачем ректору понадобился Кирилл?
Странно, но Кэри об этом ничего не знал. Он мог бы уйти от ответа, однако признался, что лишь передал просьбу. Скорее всего, дело в том, что Кир – ангел, как и я. А как ректор о нем узнал? Ах, да! Я же рассказала все Кэри, пока сидела в карцере, а демон не обещал хранить секрет.
И все же лучше так. Кирилл настроен решительно. Мне еще дома показалось странным, что он так легко дал обещание быть счастливым. Просто я, глупая, думала о том, чтобы он не последовал за мной на нулевой уровень, а он уже тогда знал, чем хочет заняться. Хорошо, что он поступит в академию свободным, а не на спецкурс.
Кэри, скрипя зубами, отправился провожать Кирилла в приемную комиссию. Я же, чуть ли ни подпрыгивая на одной ножке, вернулась в общежитие. Не знаю, к добру или к худу, но я радовалась, что Кир будет рядом. К добру! Точно, к добру. Еще занятия не начались, а я уже узнала столько интересного! А предметы, которые мы будем изучать? Шпионаж, разведка, магтехника, межуровневое право, вождение… О да! Теперь я поняла, где Мих научился управлять байком! В Академии! Когда закончу обучение, останусь на нулевом, заведу себе байк… или даже машину. Красненькую! С откидным верхом. А фантомный зал? Да Кирилл обалдеет, когда увидит! Кстати, я хотела достать сметану для Кота…
Бах!
Я подошла к двери в общежитие в тот момент, когда она распахнулась. И неожиданно получила ею по голове.
– Ай!
Я схватилась за ушибленное место. Сила ветра! Да это ж кто такой сильный? Синяк под глазом мне обеспечен. А нечего витать в облаках!
– Со–о–оль? – прогудел басом Барри. – Соль, я тебя ушиб? Прости!
Вот же… медведь!
– Ничего, все в порядке, – ответила я.
Хорошо бы лед приложить, а еще лучше – той волшебной мази, что есть у Кэри. Я сама обрабатывала ему спину после порки, и уже на следующий день страшные рубцы затянулись, а отек спал. Сила ветра, опять Кэри! Я потрясла головой.
– Соль вернулась! – крикнул Барри, заглянув в общежитие. – Ау! Соль здесь!
– Тоже мне, событие, – фыркнула я.
Оказалось, однокурсники меня ждали. Из комнат высыпали парни, сверху по лестнице скатились девчонки.
– А я думаю, где ее носит? – всплеснула руками Вел. – Вроде в комнате была, а куда делась – непонятно.
– С возвращением, Соль, – сладко пропел Антар.
– Ну ты даешь! – выдал Ши.
Нил ничего не сказал и смотрел, как обычно, с прищуром.
– А кто это тебя так? – поинтересовалась Лин, показывая на подбитый глаз.
– Это я, – грустно признался Барри.
И все хором выпалили, уставившись на меня:
– Ну?!
– Эм… – Я растерялась, оказавшись в центре внимания. – Все в порядке. Спасибо.
– Это ты Барри за синяк благодаришь? – усмехнулся Нил.
– Я нечаянно! – возмутился оборотень.
– Вас, за то, что ждали.
– Больно надо… – Нил закатил глаза.
– Не обращай на него внимания, – сказал Ши. – Как ты… вообще… ну… умудрилась?
Вроде бы из них никто еще в карцер не попадал?
– Люблю быть первой, – ответила я, улыбнувшись. – И, простите, но подробностей не будет. Я не хочу об этом вспоминать.
– Отстаньте от Соль! – заявила Лин, схватив меня за руку. – Пойдем, я тебе примочку сделаю, от синяка.
– Эй, это моя соседка! – возмутилась Вел. – У меня тоже примочки есть!
– А я первая предложила. – Лин показала ей язык.
– Девочки, не ссорьтесь, – пробасил Барри.
– Увидимся завтра на тренировке. – Я махнула парням рукой и позволила Вел и Лин увести меня наверх.
Засыпая после двойной порции примочек, я поняла, кто поможет мне достать сметану для Кота. Тетя Роза! А кого еще просить? Только ее. Но это уже завтра, когда приду к ней на отработку.
– Кто? – коротко поинтересовался Кэри, едва я появилась в зале.
О да! Мне, наконец–то, разрешили посещать тренировки по боевым искусствам.
– Э–э? – не поняла я.
– Кто глаз подбил? – уточнил он.
В зале мы были одни, однокурсники еще не подошли.
– Дверь, – честно ответила я.
Даже двойная порция примочек не помогла, хотя, конечно, могло быть и хуже – Барри силен.
– Ой ли? – усомнился Кэри.
– Угу. Я сама виновата, правда.
Он кивнул и вышел из зала, но быстро вернулся.
– Держи. – Он протянул мне знакомую баночку. – Иди, спрячь в шкафчик.
– Кэри… Ой! – Я легко ударила себя по губам. – Простите, мастер. Спасибо, но…
– Я не хочу видеть синяки на твоем лице, – резко прервал меня Кэри. – Мне дорого твое красивое личико, Соль.
И вот как после этого благодарить? Так и хочется ехидно ответить! Хорошо, что в зале появился Антар, я зажала баночку в кулаке и побежала в раздевалку.
Уже во время разминки мне хотелось убить Кэри. И когда–то методы Михаэля казались мне жестокими? Ха! Да он младенец по сравнению с Кэри!
Кстати, Мих тоже пришел на тренировку. И только ему Кэри не делал замечаний. Мы же – особенно я! – ошибались во всем.
– Тяни носок, Лин! Соль, плечи! Антар, угол наклона! Я сказал, плавно, Барри! Повтори еще раз, Соль. Не так. Не так. Соль, не гни колени! Соль! Ты понимаешь, где у тебя колени? Ши, подбери хвост. Соль, а ты живот! Шея, Нил! Соль, следи за ступнями. Не отрывай пятки от пола!
Если бы он только придирался! Он ходил по залу, держа в руке трость, которая приземлялась на озвученное место нарушителя. Если честно, то бил Кэри не больно, но это было ужасно обидно.
Конечно, я не умею делать все так, как надо. Я впервые такое вижу! Мы занимались у зеркальной стены, и когда Кэри показывал упражнение, комментируя каждое движение, все представлялось простым и понятным. Что сложного в том, чтобы перетечь, как он выражался, из одной стойки в другую? Ага, как же! Ноги не гнутся, плечи не распрямляются, а равновесие постоянно теряется.
Когда мышцы разогрелись, Кэри стал гонять нас по залу – кругами, зигзагами и «восьмерками», боком, на карачках, на полусогнутых ногах, приставным шагом и спиной вперед.
– Спина ровная! – рычал он, когда мы, гуськом, пересекали зал вприсядку. – На носочках! Ногу ровнее! Хвост тоже!
Ши делал примерно то же самое, что и мы, но с учетом особенностей хвоста. Я периодически заваливалась на бок, теряя равновесие. Лин и вовсе подвывала, когда Кэри шлепал ее тростью по бедру.
– Как меня это достало! – вырвалось и у Вел.
– Дура! – припечатал Кэри. – Сейчас тебе тяжело, но когда–нибудь скажешь спасибо за эти уроки.
Я молчала и старалась, как могла. Если хочешь добиться результата, надо трудиться, как бы тяжело не было. А я хотела… Я хотела стать такой же сильной, как Кэри. Нет, сильнее его. Иначе я никогда не смогу бросить ему вызов. И если он делится знаниями и умениями – надо брать по максимуму. Сдохну в этом зале, но добьюсь своего!
– Небольшой перерыв, – сжалился над нами Кэри, чуть погодя. – Мих, спарринг?
Феникс ничуточки не запыхался! Значит, это возможно. Отчаянно завидуя ему, я упала на мат возле стены, рядом с Вел и Ши.
– Сейчас будет интересно, – сказал наг, обращаясь ко мне. – Смотри внимательно, в первый раз это особенно завораживает.
– Да ладно! – откликнулась Вел. – И в двадцать первый тоже. Если я когда–нибудь так смогу… Эх!
Михаэль и Кэри разделись по пояс, и я невольно взглянула на спину каждого. Мда… Видимо, воспоминания о карцере еще долго будут меня преследовать. Шрамов нет: ни на спине Миха, ни на спине Кэри. Но где–то внутри меня, кажется, они остались.
Поклон. Стойка.
Ой, мамочки!
Я не смогла бы описать это словами. Я не успевала следить за движениями, мозг фиксировал лишь отдельные сцены. Бой длился недолго, и за это время я, кажется, не сделала ни единого вздоха. Как же красиво! Да именно так… Четкие линии, отточенные движения – ничего лишнего.
Михаэль в итоге оказался в захвате у Кэри, а я поймала себя на том, что смотрю на демона… с восхищением. Сила ветра! О чем я вообще думаю? Почему вспоминаю, что в «Изнанке» я положила глаз на Кэри, а не на Михаэля? Почему тепло разливается по всему телу, едва представляю, как Кэри закрывал меня от плети? О нет, только не надо в него влюбляться, Соль! Не смей этого делать!
Странно, зачем я ему нужна? Он умен, хитер, силен… Уверена, он умеет больше, чем показал в спарринге с Михаэлем. Тогда зачем? Почему? Что такого могу сделать я, чего не может он?
– Чего расселись? – Кэри оделся и грозным взором окинул нашу компанию. – По парам, быстро. Как обычно. Вы все еще двигаетесь, как мешки с навозом. Соль, ты в паре со мной.
Упс…
29. Бои по правилам и без
За этой девчонкой нужен глаз да глаз. Да что такое! Вчера вечером отправил ее в общагу целую и невредимую, а сегодня она явилась на занятия с синяком. Дверь ее двинула, как же! Узнаю, кто за ручку дергал… А, собственно, и что? Да ничего… В смысле, ничего я не сделаю. Синяки в академии – дело обычное. У нас тут студенты не вышиванием занимаются.
Просто меня злит, что у Соль синяк под глазом! Надеюсь, она достаточно благоразумна, чтобы не рассказывать всем про мазь. Я, правда, это сделал? Отдал ей последнюю баночку из собственных запасов? Сила огня, где мои мозги?!
Поздно сокрушаться. Тем более, я ни о чем не жалею. Мне приятно думать, что Соль – моя. Приятно заботиться о ней, воспитывать ее для себя. Я опасался, что она капризна и беспомощна, но оказалось, что Соль – крепкий орешек. Она быстро адаптируется в академии, быстро набирает хорошую физическую форму, не ноет и не боится трудностей. Да, я рад, что Соль – мой ангел.
– Ты когда–нибудь дралась? – спросил я, когда мы обменялись поклонами. – Или, может, знаешь какие–нибудь приемы борьбы?
– Разве что сковородкой промеж глаз, – улыбнулась Соль. – Мастер, а я смогу… так же, как вы?
– Ты о поединке? – уточнил я. – Сможешь. Только попробуй не смочь! Смотри внимательно, я покажу тебе простой прием. Мих, подойди!
Феникс не пропускает ни одной тренировки, и мне это только на руку. Он мой «птенчик для битья» – прекрасное учебное пособие для новичков.
– Нападай, – велел я Михаэлю.
Он замахнулся рукой, и я перехватил запястье, вывернул руку и толкнул Миха в спину. Он кувыркнулся через голову и поднялся.
– Теперь то же самое медленно.
Мы повторили. Соль, нахмурившись, внимательно за нами следила.
– И еще раз.
Фиксируя почти каждое движение, я показал ей, как проводят захват.
– Теперь ты нападай, – сказал я ей.
Соль попыталась ударить меня ногой по коленной чашечке. Безуспешно, потому что двигалась она неуклюже, и я разгадал ее маневр сразу. Вот паршивка! Перехватив ногу, я уронил Соль на мат.
– Сковородкой, говоришь? – усмехнулся я. – Врать нехорошо.
– Вы спросили, дралась ли я, мастер, – ответила она. – И не знаю ли я приемы. Так вот, не дралась и не знаю, но я видела, как дерется брат.
– Поднимайся. Хорошо, я буду уточнять задание. Ударь меня рукой.
Я схватил Соль за запястье, крутанул, заламывая руку… и услышал тихий вскрик. Нет, я не подал виду, что испугался. Довел движение до конца, зафиксировал положение и отпустил Соль. Но, сила огня, каких усилий мне это стоило! На висках выступил холодный пот, а в глазах потемнело.
Я не могу причинять Соль боль? Но это же бред! Я – преподаватель боевых искусств. Без этого здесь никак. Конечно, я не выбиваю ученикам челюсти и не ломаю носы, но даже падение – боль. И травмы не так уж редки, особенно когда бои идут между учениками.
– Теперь ты, – произнес я, потому что Соль не спускала с меня глаз. – Сможешь повторить?
– Попробую.
Я замахнулся. Соль схватила меня за запястье – и замерла. А через меня снова как будто прошла молния. Я смотрел в широко распахнутые глаза Соль, голубые, как небо, и всей кожей ощущал ее смятение и смущение.
Что вообще происходит?!
– Докручивай! – рыкнул я, дернув руку в нужном направлении. – Вот так, поняла? Соберись, Соль! Ты не в танцевальном кружке!
Кажется, ей полегчало. Мне – ни капли.
– Мих, давай ты, – подозвал я феникса. – Я буду контролировать. Отрабатывайте.
С Михаэлем у Соль дела пошли веселее. Она с каким–то маниакальным удовольствием заламывала ему руку. Все еще не простила и отрывается? А меня, выходит, простила? По идее, ко мне она должна испытывать сильную ненависть, ведь я поступил с ней гораздо хуже.
Я показал Соль еще пару приемов, но работала она в паре с фениксом. Наблюдая за ними, я отметил, что Соль – перспективная ученица. Двигается плавно, не рывками, интуитивно уходит от ударов, ловит движения противника. К счастью, мне не сильно хотелось убить Михаэля, когда он кидал Соль на мат, иначе мое желание защитить ее стало бы проблемой.
Что–то я расслабился. Или это Соль, наконец, узнала, в чем сила ангелов? Как же я упустил… Вчера она виделась с братом! Могла спросить у него. И сегодня тренируется на мне?! Но воздействия я не почувствовал…
– Занятие окончено. – Я хлопнул в ладони. – Всем спасибо. Свободны. Соль, задержись.
Спецкурс гуськом потянулся к выходу. Михаэль посмотрел на меня вопросительно, а я отрицательно качнул головой и указал ему на дверь. Мне нужна только Соль, ее ждет еще один урок.
– Ругать будешь? – поинтересовалась она, едва мы остались одни.
– Есть за что?
Она пожала плечами, улыбнулась и потерла переносицу.
– Было бы за что, отругал бы при всех, – сухо добавил я. – Хвалить тоже пока не за что. И, Соль, отвыкай от панибратства. Если забудешься, проблемы будут у тебя, не у меня.
– Простите, мастер, – произнесла она и отвернулась.
Обиделась? Пусть. Лучше так, чем писать объяснительную декану, а то и ректору. Во время учебного года дисциплина строже, особенно для спецкурса.
– Соль, что ты чувствуешь, когда я к тебе прикасаюсь?
– Ничего, – с вызовом ответила она.
– Не лги.
Она смерила меня злобным взглядом и фыркнула.
– Соль?
– Меня передергивает от омерзения.
Понятно, откровенного разговора не получится. Я шагнул к Соль, намереваясь взять ее за руку, и тут же получил яростный отпор. Соль попыталась провести выученный захват. Наивная! Это же самое простое, классика. Я без усилий прижал девчонку к стене, зафиксировав руки над головой.
– А теперь расскажи про омерзение, – попросил я, усмехаясь.
– Кэри, отвали! – потребовала она, но как–то… смущенно.
Перехватив ее запястья одной рукой, другой я провел по плечу. Соль вздрогнула и сглотнула. Она не вырывалась, наоборот, как–то обмякла. Я коснулся пальцами щеки, очертил ими абрис лица. Испуганно замерев, Соль облизала губы.
– Противно? – поинтересовался я шепотом, наклоняясь к уху. – Очень?
Мое дыхание опалило ее губы. Соль зажмурилась… и приоткрыла рот.
Нет, силу ангелов она не использует, в этом я уверен. Соль реагирует на меня, как на мужчину. Она плавится в моих руках, как кусок льда на солнце. Сила огня! Хорошо это или плохо?
Я отпустил ее. Однозначно паршиво то, что я тоже на нее реагирую. Едва не поцеловал!
Соль открыла глаза. Разочарование во взгляде? Ну–ну, малышка. Ты же не думала, что я упаду к твоим ногам? Нам нельзя давать волю чувствам.
– Выкинь глупости из головы, – произнес я строго. – Соберись и работай. Ты ангел, а не суккуб, нечего меня соблазнять.
Соль вспыхнула: на щеках выступили ярко–красные пятна. Не успел закрыться и поймал волну ненависти.
«Так–то лучше. И я не должен переживать из–за каждой твоей царапины, не должен заботиться и оберегать сверх меры. Боюсь, испытать к тебе ненависть уже не смогу, да и не было ее никогда, если уж начистоту. Скорее, не смогу стать равнодушным. Но я умею притворяться. И гораздо лучше тебя, малышка».
– Я могу идти, наставник? – процедила Соль, прожигая меня взглядом.
– Нет, не можешь. Жди здесь, я сейчас вернусь.
Из подсобки я вынес меч в ножнах. Биться на клинках учу студентов тоже я, но эти занятия начинаются на втором курсе, у меня же всего год, чтобы подготовить Соль.
– Это флисса. Прямой узкий однолезвийный меч. Гарды нет. На конце рукояти – голова животного.
– Ритуальный меч демонов… – изумленно выдохнула Соль.
– Надо же, ты это знаешь? – Я усмехнулся и освободил клинок от ножен. – Да, он. Видишь, руны?
Я показал ей орнамент, дал рассмотреть голову тигра.
– И зачем он здесь?
– Для тебя.
Соль отшатнулась.
– Не так же буквально, – поморщился я. – Какой смысл тебя убивать? Нет, Соль. Я хочу, чтобы ты научилась владеть им.
– Чего? Кэри… – Она замолчала, перевела дыхание и продолжила: – Простите, наставник. Но вы в своем уме?! Ритуальный меч демонов? Правда? Я его даже в руки взять не смогу!
– Сможешь. И потише, Соль. Не нарывайся.
– Разве он не должен убить меня на месте?
– Должен, если того хочет владелец меча. А я не хочу. Соль, это всего лишь вещь. На мече нет руны, убивающей ангелов. Возьми его.
– Да ни за что!
– Соль! Прекрати истерику. Это приказ!
– Прекратить истерику или взять меч? – пробурчала несносная девчонка.
– И то, и другое, – отрезал я. – Живо.
Откровенно говоря, я тоже сомневался бы, подсунь мне Соль ритуальный меч ангелов. Но и разбирать с ней каждую руну, доказывать, что не хочу причинить вред – увольте. Нет у меня на это ни желания, ни времени.
Я вернул меч в ножны и протянул его Соль, рукоятью вперед. Вот чего у ангелочка не отнять, так это решительности. Стоит надавить – и сомнения она отбрасывает.
Зажмурившись, Соль сомкнула пальцы на рукояти – и ничего не произошло.
– Все? Убедилась? – проворчал я. – Сними ножны. – На всякий случай отошел подальше, чтобы неловким движением мне не отсекли что–нибудь жизненно важное. – А теперь вытяни руку вперед. Да, так. И держи меч.
Весит флисса немного, есть мечи и потяжелее, однако с непривычки рука быстро устает. Мне же надо, чтобы Соль билась этим мечом.
Как я и предполагал, надолго ее не хватило.
– Тяжелый… – пробурчала она, опустив руку.
– Правда? – наиграно удивился я. – Смотри.
Забрав у нее меч, я подбросил его в воздух, поймал, сделал несколько выпадов, прокрутил его в руке. Соль заворожено за мной наблюдала.
Будешь тренироваться. Укреплять мышцы – в первую очередь.
– Зачем мне это? – спросила она мрачно. – Это входит в программу обучения?
– Нет, это факультатив. Но ты обязана его посещать. Как только сможешь победить меня в поединке, скажу, зачем. И это же будет ответом на вопрос, зачем ты мне нужна.
– Это вообще реально? Победить преподавателя боевых искусств?
– Это обязательно, Соль. И поверь, ты сможешь.
30. Жар–птиц с мозгами
Вот чего я такая везучая, а?!
Мало того, что связалась с демоном, так он мне еще и нравится. Сила ветра, я окончательно сошла с ума! Кэри, огромное спасибо за то, что не позволил мне потерять остатки гордости.
Я шла через парк к столовой и от злости пинала носком обуви камушки и ветки. Есть не хотелось, но игнорировать приказы Кэри недальновидно. Тем более, опыт есть.
«Кэри, я тебя ненавижу!»
Интересно, если повторять фразу почаще, то меня отпустит? Я понимала, что это всего лишь влечение. Демон меня пожалел, проявил внимание, заботу – и я растаяла. Это злило еще сильнее! Понимать умом и тянуться сердцем… Может, это и есть мое наказание? Настоящее наказание за сделку с демоном.
Я не дам волю чувствам, и все быстро забудется. А если нет – Кэри поставит меня на место, как сегодня. Надо сосредоточиться на учебе, вот и все. Тем более, заданий у меня хоть отбавляй, а еще семестр не начался. Победить демона на мечах? Если это вызов, Кэри, то я его приняла.
В столовой поискала взглядом однокурсников, но никого не увидела. Они ушли раньше и, наверняка, уже пообедали. На веранде сидел Михаэль, но, конечно же, я заняла место за столом для спецкурса.
Помешивая ложкой суп, я думала о том, как несправедлива жизнь. Оступишься один раз – и все идет наперекосяк. Как в игре в кубики – один упадет, и вся башня рушится.
– Приятного аппетита, Соль.
– Спасибо… – Я удивленно посмотрела на Михаэля, который сел рядом вместе с тарелкой и чашкой. – Тебе жить надоело?
– Мне можно, я ваш куратор, – невозмутимо ответил он. – Или ты о том, что не хочешь меня видеть?
– Вовсе нет. – Я повела плечом. – Прости, если так кажется.
– Ой–йо–о–о… И что он с тобой сделал?
– Что? – переспросила я. – Ты о ком?
– Кэри, – пояснил Михаэль. – Ты осталась с ним, и теперь на тебе лица нет. Чем вы там занимались?
– Если тебе любопытно, чем мы занимались, то спроси у Киарана, – вспылила я. – Вы же друзья.
– Ой–йо–о… – вздохнул он и отвернулся. – Будет любопытно – спрошу.
– Приятного аппетита, – сказала я, потому что феникс взялся за еду.
Отчего–то чувствовала себя виноватой. Как будто Михаэль хотел помочь, а я ему нагрубила. Неужели у меня, и правда, такой побитый вид и скверный характер?
– Извини, – буркнула я и сунула в рот ложку с супом.
– Уже второй раз, – заметил Михаэль. – Точно все в порядке?
– А если и нет, то что?
– Со мной ты можешь поговорить о том, о чем не можешь с остальными, – напомнил он. – У нас есть общий секрет.
– Ты знаешь, что Кэри от меня нужно?
– Нет.
Я фыркнула. Даже если знает – не скажет. Кэри умеет навязывать сделки и затыкать рот.
– Правда, нет. Мне кажется, у тебя больше вводных, чтобы строить предположения.
– Почему?
– Вы общаетесь… Он может намекнуть или проговориться о какой–то мелочи.
– Может, и намекает, – произнесла я мрачно. – Только я его намеков не понимаю. Мих, Кэри реально победить на мечах?
Феникс поперхнулся котлетой и уставился на меня.
– Чего? – переспросил он, откашлявшись.
– Ну… Как это называется… Фехтование? На флиссе.
– Ой–йо–о… Соль, Кэри – лучший мечник из всех, кого я знаю. Флисса – это часть его самого.
– Он обещал, что расскажет мне, для чего я нужна, когда я выиграю бой. – Так и знала, что Кэри хитрит! – Получается, никогда.
– Нет, ну… Рано или поздно ты точно узнаешь. А он что… учит тебя?
Я кивнула.
– Значит, хочет, чтобы ты старалась.
Михаэль отставил пустую тарелку и в пару глотков осушил стакан с зеленой бурдой.
– Соль, вот тебе и вводная. До мечей Кэри не допускает никого раньше второго курса. Исключения есть, но редко… Я о них только слышал. И то, его брали измором и сдавали экзамен. А тебе, как я понял, он сам предложил?
– Не предложил, а приказал.
– Тем более.
– Он готовит меня для битвы?
– Может, для убийства…
– Нет, исключено. Это входит в условия сделки. «Это не убийство любого существа, не причинение вреда здоровью и не действие, направленное против членов моей семьи», – повторила я, вспоминая наш с Кэри договор.
– Тогда не знаю. – Михаэль развел руками и уважительно добавил: – А ты мудро поступила, обговорив эти условия.
– Для чего демоны используют ритуальные мечи? – Я проигнорировала похвалу. – В библиотеке можно найти информацию?
– В нашей библиотеке можно найти все, что угодно, – усмехнулся феникс. – Или почти все. Если знать, где искать. Демоны ведь используют флиссу, чтобы убивать ангелов.
– Видимо, не только. На флиссе Кэри нет такой руны.
– Ну вот. Ищи, Соль. Направление ты уже знаешь. У тебя сейчас есть занятия?
– У меня отработка, – вздохнула я. – В подвале у тети Розы.
– А–а–а… Вот почему Кэри ухмылялся, – пробормотал Михаэль. – Доедай, я подожду. Потому что мне туда же.
– А ты…
– Не спрашивай, – перебил он быстро. – Приучи себя не интересоваться этим, целее будешь.
– Спасибо за совет…
Что–то я уже боюсь начала учебного года. Все только и делают, что пугают! И Кэри… и Мих туда же.
Тетя Роза пришла в восторг, заполучив двух помощников. На стремянке теперь сидел Михаэль, я вносила данные в огромный толстый журнал, а тетя Роза нами руководила. К слову, у нее это отлично получалось. До ужина мы успели закончить инвентаризацию, даже осталось время для чаепития. Михаэля тоже пригласили, хоть он и не из нашего общежития.
Тетя Роза расщедрилась, выставила на стол сладости и бисквиты. Я не могла удержаться и перепробовала все, хоть и замечала недовольные взгляды Михаэля. Вообще, он прав: запрещенные сладости аукнутся мне уже завтра, на утренней тренировке. А если я собираюсь серьезно заниматься борьбой и фехтованием, то зефир и пастила мне в этом не помогут.
– Я больше не буду, – тихо сказала я Михаэлю, когда тетя Роза зачем–то отошла к стеллажам. – Это так, стресс снять.
– Я тебе завтра сниму стресс, – ехидно произнес он. – Парочкой дополнительных кругов.
– Кто б сомневался…
– О ком шушукаетесь? – Тетя Роза бухнула на стол металлическую коробку. – Обо мне?
– Нет, конечно, – возмутилась я. – Теть Роза, а у вас нет сметаны?
– Тю… – удивилась она. – Тетя Роза похожа на дойную корову?
Михаэль обидно заржал и тут же получил от нее подзатыльник.
– Да я не это имела в виду… – смущенно пробормотала я. – Может, вы знаете, где купить сметану?
– Знаю, в городе. – Тетя Роза показала Михаэлю кулак. – А у тебя деньги есть?
Мда, как–то я об этом не подумала. Отчего–то решила, что с тетей Розой можно договориться на обмен: от меня услуга, от нее сметана. Вроде я должна получать стипендию, но только когда начнется учебный год.
– Нету денег…
– Соль, а ваши монеты у тебя остались? – спросил Михаэль.
– Наши?
– С седьмого.
– Они разве тут…
– Так! – Тетя Роза отвесила Михаэлю еще один подзатыльник. – Ты меня не подсиживай! – И обернулась ко мне: – Деточка, так что ж ты молчишь? Я могу обменять монеты.
– Да? – удивилась я. – Но там какая–то мелочь, в кармане случайно завалялась.
– Эта твоя мелочь больших денег стоит, – заявил Михаэль, ловко уворачиваясь от очередного подзатыльника. – У тети Розы есть знакомый коллекционер монет, нумизмат. И что–то мне подсказывает, что у него нет ни одной монетки с седьмого уровня.
– Я вот узнаю, есть или нет, – проворчала тетя Роза. – Будешь менять?
– Она процент берет… – опять встрял Михаэль.
– А вот с нее не возьму! – заявила тетя Роза. – Иди отсюдова! Жар–птиц недоделанный…
– Чего это недоделанный? – возмутился Михаэль. – У меня все на месте.
– Мозгов не доложили! – отрезала тетя Роза.
Я, подперев рукой голову, слушала их перепалку и жевала шоколадную конфету. Как хорошо, спокойно на душе… Как никогда не было дома. Может, потому что я, наконец, там, где никому не мешаю?
31. Веселая студенческая жизнь
Если долго мучиться, что–нибудь получится. Любимая поговорка нага вполне оправдывала себя. Экзамены, которыми пугал Кэри, мы сдали вполне успешно. Кирилла зачислили в академию. Учебный год начался вовремя.
Вступительные испытания проводились в один день и с одинаковыми требованиями для обычных студентов и для спецкурса. Разница лишь в том, что студенты спецкурса, не сдавшие норматив, отправлялись обратно в Чистилище.
Экзаменационная комиссия проверяла навыки в управлении магией и физическую подготовку. Первую половину дня мы торчали на полигоне, вторую – на стадионе.
Не знаю, как другие девчонки, но Вел и Лин сразу заприметили Кирилла.
– Соль, смотри, какой красавец, – толкнула меня Вел, едва Кэри привел нас на полигон.
– Ты о блондине? – подхватила Лин. – Да, хорошенький…
Я махнула Кириллу рукой и улыбнулась. Еще раньше мы договорились, что не будем открыто демонстрировать родственную связь, но и шарахаться друг от друга глупо.
– Соль! – прошипела Вел. – Ты и этого знаешь?!
– Не будь жадиной, оставь его нам, – поддержала ее Лин.
– Что значит «оставь»? – возмутилась я. – Как будто я с кем–то встречаюсь. И вообще, это мой брат.
– Да ладно! – воскликнули девчонки хором.
– Он тоже ангел?
– Родной брат?
– Информация только для своих, – предупредила я. – Да, родной. Старший. Если хотите, я вас познакомлю.
– Соль, ты не удивилась, что он здесь, – заметила Лин. – Знала? Откуда?
– Помните, я в карцер попала? – вздохнула я. – Я тогда пыталась сбежать, чтобы встретиться с братом. А после наказания ректор дал разрешение. Тогда Кирилл и сказал.
– Скрытная ты, Соль, – упрекнула Вел.
– Если когда–нибудь попадешь в карцер, чего я тебе не желаю, сама убедишься, что к откровенностям происходящее там не располагает, – довольно резко ответила я. – И вообще, в сотый раз повторяю, с Михаэлем я не встречаюсь. И Киаран мне не нравится.
– Угу… – хором отозвались Лин и Вел.
Кажется, чем чаще я это утверждаю, тем меньше мне верят.
С однокурсниками у меня сложились хорошие отношения. Вроде как делить нам нечего, наоборот, один за всех – и все за одного. С любым из них я могла поговорить о чем угодно, но болтали мы мало. Кэри гонял нас так усердно, что вечером едва хватало сил, чтобы сходить в душ и доползти до кровати.
И все же с Михаэлем я проводила больше времени, чем остальные. Демон всегда ставил нас в пару на тренировках, да и на дополнительные занятия по фехтованию мы ходили вместе. Нил как–то заикнулся, что тоже не прочь присоединиться к нашей компании, но Кэри наплел ему что–то про мои уникальные способности и особую миссию, возлагаемую на меня межуровневым советом, в подробности которой даже он не посвящен. После чего однокурсники дружно решили, что между мной и Кэри тоже что–то есть. В чем–то они, конечно, правы… но наши отношения точно далеки от романтических. Особенная «любовь» Кэри – это тренировки до кровавых соплей. А Михаэль ему в этом помогает.
До библиотеки я так и не добралась – банально не хватало ни времени, ни сил. Кэри как будто чувствовал, что я задумала, и каждый день увеличивал часы тренировок, гоняя меня практически на пределе.
Результаты чувствовались. Я едва ползала, ныла и кляла демона, а потом вдруг обнаружила, что утренняя тренировка превратилась в легкую разминку, пределы выносливости расширились, а экзамен по нормативам я сдала лучше Кирилла. Ну да, над ним демон не измывался…
Кстати, мне разрешили тренироваться в фантомном зале. Тетя Роза не подвела – сметану Коту я достала, и досадный инцидент мы дружно стерли из памяти. Кот «по блату» генерировал мне интересные задания: обхитрить хитреца, расшевелить ленивца, помирить врагов. Он говорил, что для успешного прохождения локации есть два пути – путь силы и путь мудрости. Я всегда выбирала второй путь, и это ему нравилось.
К началу учебного года академия ожила: с каникул вернулись старшекурсники. Везде стало тесно, спецкурсу все чаще напоминали, где его место. Я откровенно радовалась, что попала в академию намного раньше: я освоилась здесь, привыкла к распорядку, обзавелась хорошими знакомствами.
По сравнению с Кириллом я чувствовала себя опытным студентом и учила брата «тонкостям академического этикета».
Кир заселился в общежитие сразу после вступительных испытаний, не возвращаясь домой. Жаль, что не в наше, но тетя Роза сообщила мне, что водит дружбу с комендантом его общаги и попросит его «присмотреть за пацаненком». Я не расспрашивала брата, как родители отнеслись к его выбору – он определенно не хотел об этом говорить. И так понятно, что не обрадовались. Боюсь, отец мог и избить Кирилла, он всегда был скор на расправу. Или же, наоборот, брату удалось сбежать? Одно я знала наверняка – в академии у отца нет власти, здесь Кир в безопасности.
Дольше всего Кирилла пришлось убеждать, что не надо пытаться изменить правила, пусть даже и неписанные.
– Я должен стоят и смотреть, когда какой–нибудь придурок будет обижать мою сестру?! – негодовал он.
– Если надо, я сама могу за себя постоять. Я из штрафников, понимаешь?
– Не понимаю! И не желаю понимать. Ты ни в чем не виновата…
– Кир, я осуждена и приговорена. Невиновных на спецкурсе нет.
– Соль, это неправильно.
– Ты сделаешь только хуже! Здесь не любят тех, кто на стороне штрафников.
– Мне плевать!
– Мне сделаешь! Отыграются все равно на мне, ты и знать не будешь. И вообще… если не нарываться, то нас не трогают.
Но, кажется, я так ни в чем его не убедила. Мне и самой как–то не верилось, что Кирилл сможет промолчать, если какой–нибудь урод смахнет со стола мою еду. А уж если ударит, то и подумать страшно, что будет.
– Хотя бы не говори всем, что я – твоя сестра…
Кирилл смерил меня таким взглядом, что стало стыдно.
Наше общежитие тоже заполнилось студентами. Правда, старшекурсники со спецкурса отнеслись к нам дружелюбнее. Оно и понятно, как говорит Нил, все мы в одной лодке.
Староста всего курса, волколак Терри, представился официально. С остальными я знакомилась по мере необходимости. А еще у Лин появилась соседка – последняя студентка, которую отобрал Кэри перед самым началом учебного года. Нора Эркке отказалась от предложенной дружбы, чем очень нас удивила, а Кэри потом сказал мне, что она – дриада с третьего уровня. Ага, и посоветовал с ней не связываться. Ему виднее, у него доступ ко всем делам студентов, и он точно знает, какое преступление она совершила.
Вообще, Нора вела себя вполне адекватно, только замкнуто. Лин жаловалась, что вместо соседки у нее бесчувственное бревно. Я лишь усмехалась про себя, насколько фея была близка к истине. Но экзамены Нора сдала, в командной работе никого не подводила, и я относилась к ней так же, как к остальным.
Начались занятия, и тренировок стало меньше. Правда, я не ощутила послаблений. Наоборот, Кэри злобствовал еще сильнее. Он требовал все больше отдачи, не прощал ошибок, и я все чаще уходила от него в слезах. При нем, конечно же, не плакала. Это все потом, в раздевалке, от бессилия и усталости.
Лекции и практические занятия мне нравились. На первом курсе нам преподавали межмировую историю, основы шпионажа, физику и химию нулевого уровня, программирование и магтехнику. От занятий магией меня освободили, потому что я владела силой ангелов на высоком уровне, включая управление стихией, руны и псионику. А Кэри заставил меня записаться на факультатив и изучать руны демонов.
Я все больше склонялась к тому, что он готовит меня к какому–то заданию на минус седьмом уровне, но ничего конкретного так и не узнала. Михаэль оказался прав, информации о демонах в библиотеке – целый этаж, но найти нужную – та еще задачка.
Жизнь в академии определенно нравилась мне больше той, что я вела на седьмом уровне, но, как оказалось, я рано расслабилась.
Студенты активно готовились к Сайману. Как объяснил Михаэль, это праздник людей нулевого уровня, но связан он с магическими силами. Вроде как с потусторонним миром и духами, я не вникала. Во–первых, не до праздников, когда спишь четыре часа в сутки, во–вторых, как я поняла, Сайман – всего лишь название с нулевого. Проще говоря, это осенний студенческий праздник. А, в–третьих, спецкурс все равно не пригласят.
Сложно представить, что студенты будут веселиться у костров вместе со штрафниками. В чем–то я оказалась права, но ошиблась в главном. «Чудесную» новость сообщил нам Терри, где–то за неделю до Саймана.
– Я вам сочувствую, искренне, – сказал он.
Начало мне не понравилось, но продолжение оказалось еще хуже.
– Новички спецкурса, то есть, вы – одно из развлечений во время Саймана. Каждый получит задание, это своеобразное посвящение в студенты. Можно отказаться его выполнять, но не советую. Отказника сделают мишенью для издевательств на ближайший год. При выполнении задания вас, скорее всего, поймают – и придется отвечать за содеянное. Преподаватели не любят эту традицию.
– Что, и в карцер попасть можно? – мрачно поинтересовался Нил.
– Запросто.
– А что заставят делать? Например? – спросила Вел.
– Каждый год они придумывают что–то новое. Но всегда это какая–то шалость, проказа… с нарушением правил, само собой. Я изображал привидение в общежитии преподавателей.
– Поймали? – Антар взмахнул своими густыми ресницами.
– Сложно не заметить того, кто гремит цепями и завывает, – вздохнул Терри. – А бегать, обмотавшись простыней, нелегко.
– То есть, нас шутки ради подставляют под наказание, – сказала я. – Мило!
– Это можно пережить, – ответил Терри. – Отчислить вас не могут, преподаватели в курсе традиции. Бороться с ней бессмысленно, так что все зависит от того, как сильно вы их разозлите. Кстати, бывает и так, что задание выполняют и не попадаются. Так что всем удачи, она вам пригодится.
Так что на Сайман нас пригласили – в качестве главного блюда.
32. Второе желание
Покорно ждать подставы от старшекурсников? Нет, увольте! Возможно, мне не удастся избежать расправы, но я хотя бы попытаюсь взять ситуацию под контроль.
Однокурсники вели себя по–разному. Ши, Нил и Лин злились, как и я, Барри и Вел заявили, что им все равно, Антар ныл, а Нора, как обычно, держала нейтралитет. Подумать над единой стратегией не удалось, Терри предупредил, что командная работа запрещена.
– Привлекать третьих лиц можно? – спросила я.
– Запрета нет, но никто вам не поможет.
А вот это мы еще посмотрим!
– Хочешь попросить о помощи брата? – поинтересовался Нил чуть позже.
– А кого еще? – вздохнула я. – Воспользуюсь родственными связями.
Я солгала, впутывать Кирилла нет никакого желания. Я примерно представляла, какие проблемы у него будут, если он вмешается. Нет, у меня есть «тайное оружие» – феникс и два желания.
– Надо поговорить, – сказала я Михаэлю, улучив момент.
– Говори.
– Наедине и без лишних ушей.
– Ой–йо–о…
Как бы Мих не причитал, но встречу назначил. И место выбрал сам – на крыше библиотеки.
– Желание? – спросил он, когда мы уселись под парапетом.
– Даже два, – кивнула я и улыбнулась. – Отделаешься от меня одним махом.
– Хочешь, чтобы я выполнил за тебя задание?
– Я не настолько бессовестная.
– Да я могу. – Михаэль повел плечом. – Без проблем.
– Не нравится мне твоя жертвенность, – поморщилась я. – Завязывай уже. Я хочу, чтобы ты присмотрел за Кириллом во время Саймана.
– В смысле? – удивился он.
– Киру не понравится ваша игра. Он будет возражать, полезет в драку, вызовется выполнить задание вместо меня. Не знаю, что взбредет ему в голову, но спокойно наблюдать, как надо мной издеваются, он не будет. Мих, помешай ему. Делай что хочешь – запри, обмани, отвлеки… Но Кир не должен вмешиваться.
– Принято, – согласился Михаэль. – А что еще?
– Знаешь, какие будут задания?
– Да, – вздохнул он.
– Тогда вот мое третье желание: расскажи все, что знаешь.
– Прям все? – ухмыльнулся Михаэль. – Я многое знаю, Соль.
– О заданиях, – уточнила я. – Не придуривайся, ты прекрасно меня понял.
Он замолчал, уставившись в небо. Что там такое? Я подняла голову, но не увидела ничего, кроме синевы с белыми крапинками облаков. Сморгнув, отвела взгляд – высота манила, но нам с ней не по пути.
– Никто не узнает, обещаю, – добавила я.
– Ой–йо–о, дело не в этом.
– А в чем же?
Я умею приставать, как пиявка. Жизнь в академии научила меня простой истине: будешь щелкать клювом, останешься без обеда.
– Ладно, давай так… Оставь желание себе. Я расскажу тебе… кое–что… просто по дружбе. А ты пообещаешь, что никому и никогда. Идет?
– Что–то ты меня заинтриговал, – призналась я. – Договорились.
– Сайман – не для травли новичков спецкурса. Это испытание на профпригодность.
– Э–э–э?! И для кого интересно?
Навряд ли Михаэль обманывал, это вполне в духе академии. Но… испытание? На закаленность нервной системы – это я еще могла понять. А профпригодность тут каким боком?
– Ты все еще плохо понимаешь, кто такой чистильщик, – вздохнул Михаэль. – А, может, просто не чувствуешь себя на стороне закона.
– Это сейчас к чему? Откуда ты знаешь, что я чувствую? – немного обиделась я.
– Ну… Если для тебя чистильщики – злобные дядьки, которые гоняли тебя на нулевом…
– Так, стоп, – перебила я феникса. – По–твоему, у меня совсем мозгов нет? Я и тогда понимала, что нарушаю закон.
– Я не знаю, что ты чувствуешь и о чем думаешь, и пытаюсь объяснить, почему испытание, – терпеливо произнес Михаэль. – Соль, хватит уже, а? Ну ненавидь ты меня как–то спокойнее, что ли…
А вот теперь точно обидно. Я давно забыла о ненависти, да и не цапалась с ним ни разу с тех пор, как начался учебный год. Сам же недавно упоминал дружбу!
Но эту обиду я проглотила.
– Прости, я тебя внимательно слушаю, – пробормотала я, отворачиваясь.
– Это ты прости. – Он внезапно накрыл мою кисть ладонью. – Я привык отталкивать тебя, чтобы держать на расстоянии.
– Да иди ты… – буркнула я.
Мих лишь крепче сжал пальцы.
– Чистильщики – это и есть закон, – продолжил он. – Потому что невозможно следить за выполнением законов и вести себя, как преступник. А еще у нас власть над простыми гражданами, и это большая ответственность. Конечно, идеала не существует, но все же базовые принципы порядочности и соблюдение этических норм обязательны.
– Все равно не понимаю. Во время Саймана проверяют, порядочные ли мы?
– Не вас проверяют, Соль, – улыбнулся Михаэль. – Тех, кто дает вам задания. Вас тоже, но это немного другое. Вообще, вся эта травля спецкурса – миф, поддерживаемый преподавателями. Вы – удобная модель.
– Всегда мечтала, чтобы на мне эксперименты ставили, – проворчала я. – Получается, когда мы приходим в академию, все активно убеждают нас, что спецкурс – это нечто ужасное? И специально травят, проверяя психику?
– Примерно так. И кульминация – Сайман. Новички со спецкурса получают роль «звери», с обычного – «охотники». Вам важнее умение выжить и приспособиться к любой ситуации, найти верное решение, выкрутиться, не сорваться, потому что спецкурс – это спецназ межуровневого совета. Других проверяют на уровень жестокости, дают власть над «слабым», искушают. Если кто–то переходит черту, то его отчисляют.
– А скажи, Мих, – прищурилась я. – Это Кэри велел рассказать все мне?
– Ой–йо! Ты сама спросила, не помнишь?
– Ну и что? С чего это ты делишься тем, что я не должна знать? Тебе за это не попадет?
– Попадет, если ты меня выдашь. – Мих взъерошил рукой волосы. – Очень даже попадет. Но я тебе доверяю, это раз. И два, ты и так показала хорошую стрессоустойчивость. Кэри с тобой такое провернул, что любой крышей тронулся бы.
Я фыркнула, но промолчала. Как же! Мих сам признался, «просто по дружбе», и это я прекрасно запомнила.
– К тому же, ты уже ищешь выход, пытаешься использовать связи и знакомства, чтобы пройти испытание.
– Плюс в карму? – усмехнулась я. – А задание не скажешь?
– Скажу. – Мих ехидно улыбнулся, но смотрел он при этом не на меня. – Уж больно хочется, чтобы ты Кэри обставила. Вдруг получится, а?
– Мое задание связано с Кэри?
– У него в комнате хранятся награды, которые он получил студентом, выигрывая чемпионаты по фехтованию. Тебе нужно будет украсть один из кубков.
– Это вообще реально?! – вырвалось у меня.
– Не–а. Учитывая, что Кэри глаз не сомкнет в ночь Саймана.
– А если меня поймают на воровстве, то наказание будет настоящим?
– Вполне.
– Карцер?
– Нет. Обычная отработка. Карцером вас только пугают. Соль, не сдавайся, подумай. Ты сможешь, я в тебя верю.
Ага, если только Кэри сам не вынесет мне кубок, в чем я что–то сомневаюсь. Хотя…
– Постараюсь, – пообещала я. – А задания для остальных?
– Нет, Соль. Я и так сказал тебе слишком много лишнего.
– Мих…
– А?
– Я могу использовать третье желание?
– Тебе помочь?
– Нет. Я хочу честный ответ на вопрос.
– Задавай без желания. Отвечу.
– Это план Кэри? Он все придумал?
– Нет, Соль. – Михаэль поднялся и потянулся, хрустнув суставами. – Это мой план.
Если верить чутью ангела, то он сказал правду. Что ж, за Кирилла можно не волноваться, и осталась самая малость – придумать, как обхитрить Кэри.
33. Как обхитрить демона
Ненавижу Сайман. Между прочим, с первого курса. С того самого момента, как стоял перед перепуганной нимфой из штрафников и лихорадочно придумывал задание, подходящее для девчонки.
Кстати, спасибо деду, это он воспитал во мне неприятие жестокости, а бессмысленной – особенно. Хотя, нет, вру. Основу заложили родители, а он закрепил их уроки. Меня бесило все, что нравилось деду, и мое главное правило – не быть похожим на него. Если это не делает из меня настоящего демона, мне плевать.
Соль – моя боль. Жертва, которую я принес на алтарь собственного эгоизма. И все же успокаиваю себя тем, что поступил с ней жестко, но не жестоко. Она не стала несчастной, попав в академию, а теперь, когда сюда поступил ее брат, я все чаще вижу на ее лице улыбку. Конечно, когда она уверена, что меня нет рядом.
А Сайман я ненавижу. Каждый год – одно и то же. Бессонная ночь на дежурстве и противостояние с загнанными в угол новичками. Преподаватели рассредоточены по всем зданиям академии, но правил немного – не играть со студентами в поддавки и следить, чтобы они не портили имущество академии.
Мне кажется, что в дежурствах нет необходимости. В ночь Саймана академия под контролем у ректора. Он вмешивается в самом крайнем случае, однако не помню, чтобы он хоть раз не успел вовремя. Похоже, Сайман – испытание не только для студентов, но и для преподавателей. Однако я никогда и ни с кем это не обсуждал – тут такое не принято.
В этом году я ненавижу Сайман еще сильнее. Потому что новички спецкурса – мои ребята. Потому что, согласно правилам, я нахожусь в своей комнате и не имею права покидать общежитие. Потому что я ничем не могу помочь Соль, да и остальным – тоже.
И я ничего не могу приказать Михаэлю. У него свое испытание: старшекурсники – наблюдатели, и их задача – пресекать конфликты, но так, чтобы участники об этом не догадались. А еще он может помочь одному из наших подопечных: первому, кто догадается об этом попросить.
Вот только я до конца Саймана останусь в неведении, хватило ли у Соль сообразительности воспользоваться поддержкой.
Ненавижу Сайман!
Сегодня мне, как никогда, хочется напиться. В общежитии, кроме меня, никого нет. Ах, да... Домовой на страже. Позвать его на кружечку эля? Нет, плохая идея. Поддатый дядя Петя поет заунывные песни под гармошку, а я и сам, того гляди, начну выть на луну.
Ночи прохладные, к утру бывают и заморозки, но я все же устроился у открытого окна. Пил маленькими глотками эль и прислушивался к звукам, доносящимся с поляны.
Там сейчас горят костры, и бьют барабаны. Студенты веселятся, пируют и пьют горячий пунш, сваренный в огромных котлах. Ритуал повторяется каждый год. Я знаю, под какую дробь на поляну приводят штрафников. Знаю, сколько времени занимает жеребьевка. Кого–то непременно отправят сюда, в общежитие преподавателей. Жаль, из моего окна не видно крыльцо.
Зато я прекрасно чувствую Соль. И «слышу», как она заходит в здание и идет по коридору – прямо к моей двери.
Вздохнув, я засунул под кровать пустую бутылку. Сила огня, Соль, я разочарован! Ты могла бы проявить смекалку, могла хотя бы попытаться стать незаметной. Нет же, ты идешь ко мне в надежде, что я в очередной раз тебе помогу.
– Да! – буркнул я, едва услышал стук в дверь.
– Доброй ночи, мастер.
Соль остановилась на пороге и кокетливо взмахнула ресницами. Как пить дать, научилась этому у Антара. Я чувствую ее смятение и раздражение, так что все в порядке: она прикидывается наивной девочкой, но происходящее ей не нравится.
– Чего тебе? – грубовато спросил я.
– Кэри… – Она вздохнула и выдержала паузу. – Я хотела предупредить…
Я молчу, не одергивая ее за «Кэри». Хочу досмотреть представление до конца.
– Мне нужно принести книгу из закрытой секции библиотеки. Слышала, что хранитель грозился отправить в карцер того, кто осмелится прикоснуться к древним фолиантам…
Молчу, но пальцы нервно выбивают дробь на подлокотнике моего любимого кресла. Не сомневаюсь, что так и будет. Даже за попытку проникновения в закрытую секцию хранитель библиотеки готов четвертовать любого. И мне абсолютно не нравится такой расклад.
– Я не прошу помощи. – Соль вздернула подбородок и посмотрела на меня с вызовом. – Хочу, чтобы ты знал. Я обещала тебе не попадаться.
– Откажись от задания, – равнодушно предложил я.
«Откажись немедленно! На этот раз мне не удастся спасти тебя от наказания!»
Она отрицательно качнула головой.
– Не хочу, чтобы меня травили. Лучше карцер…
Дикий вопль вдруг разорвал тишину. Уж на что я привычный к выходкам студентов в Сайман, но это где–то за гранью. Режут там кого–то, что ли?
– Спасите! Помогите!
Ого! А это ведь голос дяди Пети.
– Оставайся здесь! – резко бросил я Соль, выбегая из комнаты. – Узнаю, что отвлекала меня – лично придушу!
Для верности я запер дверь заклинанием.
Я не преувеличивал, потому что готов убить любого, кто причастен к издевательствам над домовым. Причинение физического вреда – серьезное преступление.
Крики доносились из подсобки на втором этаже, но пока я поднимался по лестнице, они стихли, зато теперь я слышал приглушенные рыдания.
Домовой сидел на полу подсобки и проливал слезы над дохлой мышью. Я ущипнул себя за руку, потому что точно знал, ручных зверьков у него не было, да и гонял он полевых мышей не хуже кошки. Когда я заметил неподалеку опорожненную бутылку из–под самогона, все прояснилось. Дядя Петя напился в хлам.
Или его напоили, что вероятнее. Он не стал бы тратиться на выпивку, но от подарка никогда не откажется. Так кто же принес ему бутылку?
Соль?!
Так… Она заперта. Окно открыто, но через него она не удерет, на нем стоит защита, вроде купола, что накрывает академию. Значит, у меня есть время заняться домовым.
Выслушивать пьяный бред я не стал. Мне совсем неинтересно, как на дядю Петю набросилась мышь, но пала в неравном бою.
– Мышку жа–а–алко, – причитал домовой.
Под этот аккомпанемент я оттащил его в комнату, что он занимал, уложил на кровать и помог уснуть. Надеюсь, небольшое ментальное воздействие не сочтут за преступление.
Пустую бутылку я забрал, чтобы выяснить, кто принес ее в академию.
Соль сидела на краешке кресла, когда я вернулся. Она тут же подскочила и спросила:
– Что случилось?
– Может, ты мне расскажешь? – предложил я.
– Э–э–э…
Кажется, ее удивление искреннее. Что ж, и сбежать она не пыталась.
– Ничего, – отрезал я. – Тебя это не касается.
– Мне пора, – сказала Соль. – Я пойду?
– Стой. Уж прости, но… – Я шагнул к ней. – Руки разведи в стороны.
Соль краснела, как маков цвет, когда я ее обыскивал. Мало ли, что ей удалось стащить, пока меня не было? Вроде бы на первый взгляд все на месте, но проверить не помешает.
– Теперь иди, – разрешил я, убедившись, что ее карманы пусты. – Если попадешься, навещать в карцере не буду.
Соль ушла, но недалеко. Обогнув здание общежития, она появилась под моим окном.
– Что–то забыла? – поинтересовался я, опершись на подоконник.
– Ага, – ответила она, обшаривая кусты. – Вот это.
Свет из окна упал на то, что она держала в руке.
– Со–о–оль! – взревел я.
Но она помахала мне свободной рукой и бросилась наутек.
Я упал в кресло, злой и счастливый одновременно. Ангелочек все же развела меня, как мальчишку. За то, что напоила дядю Петю, я ей еще всыплю, но разыграла она все, как по нотам. Усыпила бдительность, отвлекла внимание и обхитрила, выбросив нужную вещь в окно. Барьер не пропускал только живых существ, а один из моих кубков улетел в кусты легко и непринужденно.
– Ой–йо–о–о! – послышалось за окном. – Кэри, а она тебя сделала!
А вот и главный руководитель.
– Твоя идея? – крикнул я, не поднимаясь из кресла.
– Не поверишь. Нет!
– Не поверю, – согласился я. – Что ты руку не приложил, ни за что не поверю.
– Приложил, – хохотнул Михаэль. – Но идея не моя. Ладно, мне пора. Потом поговорим.
Кажется, мой птенчик тоже успешно прошел испытание. Я хмыкнул и прикрыл глаза: можно расслабиться, стрела в одно болото дважды не попадает.
34. Сайман
Перед Сайманом нервничали все. Или мне так казалось, потому что градус моей ненависти к Кэри рос в геометрической прогрессии. Пожалуй, так сильно я не злилась, даже когда демон появился передо мной в Чистилище.
Мне нравилось учиться в академии, но Кэри мог хотя бы попытаться предложить поступление, а не делать из меня преступницу. Тогда сейчас я не переживала бы за брата и не тряслась бы, опасаясь, что тщательно продуманный план провалится с треском из–за какой–нибудь случайности. Я верила, что Мих не обманывает, однако он не мог все предусмотреть.
Бутылку из–под самогона я достала у тети Розы. Просила с выпивкой, но она наотрез отказалась «доводить деточку до карцера». С алкоголем в академии строго. Может, оно и к лучшему: спаивать дядю Петю мне не хотелось. С домовым пришлось договариваться, и получилось даже лучше, чем я планировала. Он согласился устроить представление для Кэри за помощь в уборке позднего урожая. У дяди Пети на грядках еще лежали кочаны капусты и огромные оранжевые тыквы.
К слову, вся поляна Саймана была украшена этими самыми тыквами. Я лично срезала их и таскала под навес, где дядя Петя ловко впаривал плоды студентам за шоколад и сладости. Потом тыквы вычищали от мякоти, вырезали в толстой кожуре глаза и рот, как у пугала, и внутрь ставили зажженные свечи.
Если бы не Кэри, я тоже веселилась бы на Сайман: делала фонари, варила пунш, жарила мясо, танцевала у костра. Но вместо этого мы с однокурсниками ждали, когда начнется игра. И пусть я знала, что это испытание, а не травля, все равно испытывала отвращение к происходящему.
Увидев на поляне Кирилла, я разозлилась сильнее. Михаэль обещал! Феникс общипанный! Ни о чем нельзя попросить!
Первокурсников выстроили напротив нас, и выяснилось, что это они должны озвучить задания. И так как их больше, будет жребий. Новички говорили по очереди, задания записывали на бумажках, бумажки кидали в невесть откуда взявшуюся шляпу. Наверное, тоже атрибут Саймана, ведь не впервые обычных первокурсников больше, чем штрафников.
Я сверлила взглядом Михаэля, который стоял неподалеку от Кирилла. Мало того, что брат тут, так феникс еще и с заданием обманул. Никто не упоминал кубки Кэри.
«И зачем?!» – кричала я мысленно.
Михаэль же украдкой прижал палец к губам. Молчать? Не возмущаться? Да я ему все перья повыдергиваю!
Побледневший Кирилл так крепко сжал губы, что они превратились в тонкую линию. Я пыталась улыбнуться ему, но получалось плохо. И почему Михаэль просто не рассказал ему то же, что и мне? Тогда Кирилл не выглядел бы таким взвинченным.
Когда очередь дошла до брата, последнего в ряду, он скривился и произнес:
– Я не буду в этом участвовать.
– Хочешь к ним? – прищурился старшекурсник по имени Дарел, руководивший новичками.
– Да! – Кирилл шагнул вперед и показал на меня. – Вместо нее!
За спиной тихо фыркнул Нил.
– Как трогательно! – прошипел Дарел. – Защищаешь сестру? А на остальных плевать?
– Могу и за всех, – с вызовом ответил ему брат. – За каждого из них. То, чем вы занимаетесь, воняет дерьмом. Они ничем не хуже нас. И если их приняли в академию, значит, они достойны охранять закон.
В чем–то Михаэль не соврал. Я наблюдала не столько за Кириллом, сколько за старшекурсниками, обступившими нас плотной толпой. Многие прятали улыбки и никто не пытался осадить Кирилла. Наверное, Дарелу досталась роль провокатора.
И все же Кирилл нарывался. Пусть не на карцер, но все же… Убью Михаэля, когда все закончится!
– Почему вы все ведете себя, как стадо? – Кирилл обернулся к первокурсникам. – Всем нравится то, что происходит?
– Это традиция, – робко ответила ему одна из девушек.
– Сильный всегда прав, – засмеялся кто–то из парней.
– Зря ты так, – заявил Дарел. – Поплатишься…
– Да хватит уже! – К ним подошел Михаэль. – Так до утра спорить будете. Не хочешь писать задание? – обратился он к Кириллу.
– Нет, – ответил брат.
– Тогда вытянешь его для сестры.
– Да пошел ты…
Кирилл ударил Михаэля по лицу. Я вскрикнула, дернулась к ним, но кто–то крепко схватил меня сзади.
– Стой спокойно, – прошептал на ухо Нил. – Не мешай.
Смотреть, как брат дерется с фениксом, было бы невыносимо, если бы я не заметила, что они наносят друг другу скользящие удары. Только тогда я заподозрила, что наблюдаю за представлением. И Нил, получается, в курсе? А меня предупредить не надо?!
Не знаю, заодно ли с Михаэлем Дарел, но именно он оттащил Кирилла. Мих же, схватив шляпу, насильно сунул руку Кира внутрь и заставил вытащить бумажку.
– Читай! – велел он мне, пихнув бумажку под нос.
Вот тут я и увидела то самое задание: «Принести любой кубок из комнаты преподавателя Киарана Декарабиа». В суматохе, кажется, все забыли, что никто такого задания не давал.
Ладно, Михаэль, живи.
– И чего стоим? – Мих прищурился, глядя на меня. – Вперед, выполнять!
Честно говоря, я была рада убраться с поляны. Несколько минут медитировала в кустах, успокаиваясь, а потом отправилась к Кэри. К счастью, дядя Петя не подвел. Я сама перепугалась, когда он взвыл где–то на втором этаже.
А Кэри… Кэри повелся на мой развод. Чувствовала, как он злится из–за того, что я к нему заявилась. Переживала, что не оставит меня одну в комнате. Но все получилось так, как я задумала. Кубок я добыла и вскоре вручила трофей Дарелу.
Кэри за мной не погнался, но я не обольщалась. Он не забудет и не простит. Однако расплата ждет меня завтра, а сегодня испытание закончилось. Честно говоря, мне понравилось придумывать, планировать и организовывать. Если бы не все эти игры втемную, то выполнение задания доставило бы удовольствие.
Когда меня наконец–то оставили в покое, я устроилась у почти погасшего костра в стороне ото всех. Никто из однокурсников еще не вернулся, Михаэль где–то пропадал. Зато вскоре рядом присел Кирилл.
– Ты как? – спросил он, набрасывая мне на плечи куртку.
Я невольно улыбнулась – брат, как обычно, заботится обо мне. Я не замерзла, но ночь холодная.
– Почему не предупредил? – поинтересовалась я в ответ. – Склонности к эффектным выходкам у Миха научился?
– Все должно было выглядеть правдоподобно, – вздохнул Кирилл. – Прости, Соль.
– Не извиняйся. Спасибо, Кир. Ты хороший актер. Я верила в происходящее, пока не заметила, как кулак Миха летит мимо твоего носа.
– Может, я хорошо умею уворачиваться, – буркнул он.
– Не, – засмеялась я. – Просто я видела Михаэля в поединке. Он двигается раза в три быстрее.
– Думаешь, другие тоже могли заметить?
– Если и заметили, то промолчали.
– Ох, я же тут принес… – спохватился брат.
Он достал из–за пазухи сверток и протянул его мне.
– М–м?
Мясо, завернутое в лепешку, сохранило тепло. Тут же лежали кусочки запеченной тыквы. А я поняла, что жутко проголодалась.
– Что ребятам попалось? Расскажи, – попросила я, уминая угощение.
– Да ерунда… Ты же слышала, в основном просили что–то где–то достать. Книгу из библиотеки, склянку из лаборатории… О, нага отправили выкладывать узор из камней на дне бассейна. И все бы ничего, но я слышал слух, вроде там сегодня дежурит ваш декан. Но больше всех не повезло Нилу.
– А чего так?
– Шпиль главной башни знаешь?
– Кто ж его не знает…
Башен у нас несколько, но главная – ректорская.
– Так вот, там он должен повесить нижнее белье буны Лависсы.
– Ох, ничего себе! И кто ж это такой умный? Я прослушала… Надеюсь, его отчислят.
– Не надо меня отчислять, – услышала я голос Нила. – Я хороший. И справился с заданием.
– Да не тебя, а того, кто это придумал! – воскликнула я. – Ой… Ты это… сделал?!
– Не одна ты умеешь заводить связи. – Нил плюхнулся рядом с нами. – Мяса больше нет?
– На тебя не брал, – отозвался Кирилл. – Так это туда все побежали? Смотреть на шпиль?
– А то! – Нил потянулся. – После обращения всегда хочется есть. Пойду поищу чего–нибудь, чтобы не сожрать кого–нибудь.
Присказка такая у нашего вампира. Он вообще любит присказки.
– Эй, погоди, – остановила я его. – Так как ты справился?
– Залез в комнату к буне Лависсе, пока Киаран вокруг дяди Пети хороводы водил.
– А шпиль? Это же высоко!
– Соль, учи матчасть, – вздохнул Нил. – Ты ж знаешь, что я вампир. А вампиры могут оборачиваться в летучих мышей.
– А как узнал про дядю Петю?
– Наблюдательность! – Он поднял вверх указательный палец. – И немного шпионажа. Да ладно, Соль, ты не сильно скрывалась. Это мой тактический ход, только и всего. Удачно получилось.
Чую, завтра Кэри устроит нам разбор полетов. Впрочем, не все ли равно? Главное, Сайман мы пережили, и будет, что вспомнить.
35. Приглашение на помолвку
Время течет особенно быстро, когда его мало. Года за три я научил бы Соль виртуозно владеть мечом, год – на шлифовку умений и навыков, и можно было бы не переживать за то, что она справится с заданием. Увы, дед сократил срок моей вольной жизни.
Я знал, что рано или поздно дед потребует моего возвращения в круг. Может, он и оставил бы меня в покое, не будь я таким строптивым и неуправляемым. Но по молодости мне не хватило хитрости притвориться послушным, а теперь уже поздно изображать преданного внука. У нас война, и дед сделает все, чтобы поставить меня на колени.
Уверен, что невеста, которую он нашел, дочь какого–нибудь влиятельного демона. Так можно убить сразу двух зайцев: принять в семью демоницу из известного круга и вернуть домой блудного демона, то есть, меня. Жениться и преподавать в академии у меня не получится: жена может последовать за мужем, но лишь по собственному желанию. Что–то я сильно сомневаюсь, что демоница из высших захочет жить в общежитии. Так что ждет меня должность какого–нибудь мелкого клерка в дедовской корпорации. А оно мне надо?
Нет, я не вернусь на минус седьмой уровень. Никогда. Ни за что.
Соль – способная ученица. Без преувеличений, она лучшая из всех, кого я тренировал. Не знаю, в чем причина. Может, все ангелы такие, а, может, мне достался самородок. Или все дело в том, что Соль хочет летать, а у меня единственный в мире артефакт, который может ей помочь?
Не знаю, да и не хочу знать. Но год – слишком маленький срок, чтобы хорошо подготовить Соль, особенно, когда дед дышит в затылок. С другой стороны, чем больше времени я провожу рядом с ней, тем сильнее привязываюсь. Я умело скрываю свои чувства, но не от себя.
Мне нравится Соль. Нравится ее жизнерадостность и трудолюбие. Нравится, как легко она находит общий язык со всеми, кто ее окружает. Нравится, что в ее характере сочетаются несгибаемое упорство и ненавязчивая доброта. Последнее, наверное, закономерно, ведь она ангел, несущий свет.
Мое имя переводится, как «темный». Так и есть, я – порождение тьмы. В имени Ассоль есть слово «солнце». И это так, она – дитя света. Природа создала нас врагами, и даже в наших именах заложено противопоставление.
Мне ли мечтать о такой девушке, как Соль? Особенно после того, что я с ней сделал. Тем более, после того, что собираюсь с ней сделать. Даже прощение вымаливать бессмысленно – такое не прощают никому.
Так что мне нравится и то, что она меня ненавидит. Я умело подогреваю в Соль это чувство, стоит ей дать слабину. Ее влечет ко мне. Хотелось бы мне знать причину! Вокруг нее постоянно вьются парни, но никому не удалось вскружить ей голову. Михаэля она простила – кто бы сомневался! – однако они хорошие друзья, не более того. Нил тоже в пролете, хоть и нарезает круги вокруг моего ангелочка. Соль предпочитает его компанию – никогда бы не подумал, что она сойдется с вампиром! – только ухаживаний не видит в упор. Зато время от времени забывает о своей ненависти ко мне и заигрывает… Нет, конечно, не откровенно, просто я чувствую ее лучше, чем кого–либо.
Союз ангела и демона? Это невозможно. И именно поэтому у меня есть шансы вырваться из круга Декарабиа.
После Саймана время полетело еще быстрее: тренировки, уроки, занятия с Соль. Спецкурс тоже отнимал силы. Оно и понятно, характер у каждого из моих студентов сложный, тяжелый, а местами даже вредный. Решать их проблемы, сглаживать, а лучше предупреждать конфликты – мои прямые обязанности. Поэтому, получив вызов от ректора, я был уверен, что студенты где–то накосячили.
Выяснить, кто и когда, не успел, в полученном сообщении мигало слово «срочно». По дороге я перебрал в уме все, что случилось в последние дни. Вроде бы ничего не тянуло на головомойку от начальства: в карцер никто не угодил, за несанкционированные эксперименты в лаборатории Антар свое получил, Барри за драку – тоже, попытку Лин и Норы разводить в комнате мухоловку я пресек. Конечно, могло случиться что–то, о чем я пока не знаю, и такой расклад мне не нравился.
Кофе мне не предложили.
– Киаран, когда ты собирался сообщить мне, что уходишь из академии? – поинтересовался ректор, постукивая хвостом по полу.
По его хвосту вполне можно определять настроение. Постукивание – верный признак того, что ректор раздражен.
– В смысле? – изумился я. Причем, вполне искренне. – Я никуда не ухожу.
– У меня другая информация.
– И откуда, позвольте спросить?
Не люблю, когда меня держат за идиота. Хвоста в этой ипостаси нет, но могу ж и обернуться… и тоже… постучать.
– От лорда–повелителя Декарабиа.
Я так и сел, хоть мне и не предлагали. Дед! Сила огня, как он посмел! Что это за игры у меня за спиной?!
– А я смотрю, ты не сильно удивлен, – сухо заметил ректор. – Значит, информация не совсем неверная?
– Чтоб он провалился… – пробормотал я.
– Учитывая, что ниже минус седьмого ничего нет, проваливаться ему некуда.
Что?! Он еще и ехидничает?
Я сжал пальцами виски: голова внезапно разболелась так, что напоминала гудящий котел.
– Ну–ну, Кэри… – внезапно мягко произнес ректор. – Не нервничай так, давление поднимется. Версию твоего деда я уже выслушал. Позволь услышать твою.
Самое паршивое, что дед мог… Есть у него такое право, как у лорда–повелителя круга. Отец Соль тоже в академию примчался, требовал, чтобы Кирилл вернулся в клан. Но студенты под защитой академии, а преподаватели – нет. Приказ старшего для ангела или демона – закон. И если дед объявил ректору, что я нужен кругу, то ректор не может возразить, что академии я нужнее.
– Дед хочет, чтобы я вернулся на минус седьмой, женился и получил должность под его присмотром. – Врать ректору нет смысла. – Я не собираюсь уходить из академии, мэтр Теодор. Что он вам сказал?
– Да то же самое и сказал. – Ректор заметно расслабился. – Что ты дорабатываешь год, а потом «берешься за ум». Правда, в свойственной вам, демонам, манере...
Я стиснул зубы, потому что никогда не позволял себе «свойственную манеру» в академии. Обобщать, по меньшей мере, несправедливо.
– Прости, Киаран, – тут же добавил он. – Ты не такой. Ты собираешься ослушаться лорда–повелителя?
– Нет.
– Но… как же…
– У меня есть план, мэтр Теодор. И увольнение в него не входит.
– Так я могу на тебя рассчитывать? Мне не надо искать нового преподавателя?
– Придется, если мне не удастся переиграть деда. Но и тогда я что–нибудь придумаю.
– Тогда ты знаешь, что делать с этим. – Ректор протянул мне конверт. – Его оставил для тебя лорд–повелитель.
Приглашение на помолвку Киарана Декарабиа и Дельфины Марбас. Имя не проставлено, это информационное сообщение: где, когда и с кем. Помолвка! А свадьба, вероятно, назначена на следующее лето.
Я сжал картон, и он осыпался на ковер пеплом.
– Простите, мэтр Теодор, я намусорил…
– Ничего, Киаран. Не страшно. Я могу чем–то тебе помочь?
«Загляните в мое будущее, мэтр Теодор. Мне удастся осуществить задуманное?»
– Мне нужно навестить деда. Я могу отлучиться на несколько часов?
– Да, конечно. Завтра? Я предупрежу декана.
– Спасибо, мэтр Теодор.
Я был уверен, что объявлю о своем решении через год, как мы и договаривались с дедом, но этот раунд остался за ним. Что ж, пришло время объявить, что помолвка не состоится.
36. Взломщики
Свободный вечер выдался неожиданно. Кэри отправился куда–то по делам и велел мне отдыхать. Так и сказал: «Ты много работаешь, передышка пойдет на пользу». Честно говоря, эти слова повергли меня в шок. Хорошо, что рядом никого не было, потому что я тут же ляпнула:
– Кэри, с тобой все в порядке? Что–то случилось?
Учитывая, что я давно не обращалась к демону по имени, обалдел и он. Настолько, что вместо обычного рыка я услышала вполне миролюбивое:
– Спасибо, Соль. Все хорошо.
Я ему не поверила: выглядел Кэри неважно, да и чувствовалось, что ему плохо. Вот только что это, волнение или страх, я не смогла понять.
Зато у меня появилось время, чтобы поработать в библиотеке. По моей просьбе хранитель отобрал несколько книг по демонологии, давно пора их изучить. В основном меня интересовало ритуальное оружие – та самая флисса, которую Кэри насильно мне вручил. Логично предположить, что она используется в каких–то обрядах, но ничего подобного я не нашла и ничего нового не узнала.
Демоны заговаривали флиссу против ангелов, об этом я и так слышала. В остальном же это обычное оружие: битвы, дуэли, поединки. Для жертвоприношений не подходит, хоть это радует.
Но зачем–то я демону понадобилась! С мечом в руках – и никак иначе. Я уже научилась фехтовать, но до уровня Кэри мне еще далеко, даже Михаэль намного сильнее меня. Кажется, я еще нескоро узнаю, в какой игре демон хочет меня использовать…
Если только не поговорить с ним нормально. Я внезапно поняла, что никогда просто так не спрашивала у Кэри, зачем ему понадобился ангел. Всегда говорила об этом с вызовом, с агрессией, с уверенностью, что правды он мне не скажет. Мне не приходило в голову поговорить начистоту, без обид и обвинений. В конце концов, на сделку я уже согласилась, и навряд ли демон хочет, чтобы я провалила задание. А если это так, я лучше подготовлюсь, если буду знать, что мне предстоит.
С такими мыслями я и добрела до общежития преподавателей. С тех пор, как выпал снег, вечерами студенты сидят по теплым комнатам. Утренней пробежки по морозцу, да беготни между корпусами хватает с лихвой. Так что по пути я почти никого не встретила.
К преподавателям без приглашения не ходят, поэтому я обогнула его, чтобы взглянуть на окна комнаты Кэри. Если он дома, кину в стекло снежок. Можно спросить и у дяди Пети, но мне не хотелось выслушивать бесконечные жалобы на все на свете. С приходом холодов домовой захандрил, и его раздражало все, даже конфеты не помогали.
Окна темные, значит, Кэри еще не вернулся. Подождать или поговорить завтра, после тренировки? Мне хотелось немедленно, я и так потеряла много времени, однако ждать на морозе – то еще удовольствие.
Под окнами общежития растут кусты. Сейчас они завалены снегом – этакий «заборчик», за которым вполне можно спрятаться. Я стояла на дорожке за газоном и еще одним рядом кустов, то есть, достаточно далеко от общежития. Зимой темнеет рано, и не все дорожки парка освещаются. Свет на кусты падал лишь из окон других комнат, поэтому я подумала, что тень у стены общежития мне померещилась.
Не знаю, что заставило меня присмотреться внимательнее, но вскоре я заметила, что за кустами прячутся двое студентов. Нет, а кто еще? Не преподаватели же решили поиграть в разведчиков. Я шагнула за ствол ближайшего дерева и замерла, время от времени осторожно выглядывая.
Студенты чего–то мудрили под окнами Кэри. Хм… Кто–то явно решил воспользоваться его отсутствием. По снегу бесшумно не подкрадешься, поэтому я воспользовалась эффектом неожиданности: выпрыгнула из–за дерева и ломанулась к ним прямо через кусты, сразу выбрав одну цель. Как я и предполагала, студенты побежали в разные стороны, но догнать одного из них труда не составило.
Однако, сорвав с головы нарушителя шапку–маску, закрывающую лицо, я пожалела, что вмешалась.
– Кирилл? – выдохнула я изумленно. – Что ты тут делаешь?
– На пробежку вышел, – огрызнулся брат. – Неужели не заметно?
– Ты с ума сошел?! – Я разозлилась и стукнула его по плечу. – В карцер захотелось? Тебе рассказать, как там прекрасно?
Честное слово, такое впечатление, будто мы с Кириллом поменялись местами. Обычно это я вляпывалась в переделки, а он ругал меня и прочищал мозги нравоучениями.
– Не кричи, – попросил Кирилл.
– Я не кричу! – прошипела я. – Даже не начинала. Что тебе понадобилось в комнате Кэри? Ты не знаешь, что на окне магический щит? Не знаешь, что за такое тебя отправят в карцер? Кто с тобой был?
– Ну, я… – К нам подошел Михаэль. – Соль, уймись и иди отсюда. Тебя это не касается.
– О, вы таки спелись! – Я треснула и его. – Твоя идея? Вот от кого точно не ожидала!
Кирилл и Михаэль действительно сдружились. Кто бы мог подумать! Правда, я рассказала брату о том, почему феникс подчинился требованию демона. Мне показалось, они понравились друг другу еще там, на седьмом уровне, и не хотела, чтобы между ними стояло мнимое предательство.
– Ой–йо–о! Ты еще Кэри пожа…
Михаэль заткнулся, потому что я стукнула его снова.
– А ты знаешь, это идея. Лучше я пожалуюсь ему до того, как вы совершите глупость, чем потом вас поймают и запрут в карцере на пару недель.
– Некому жаловаться, – подал голос Кирилл. – Кэри нет в академии. Соль, правда, лучше сделай вид, что ты ничего не видела.
– Сделаю. Если вы расскажете мне, что задумали.
– Соль, а что ты сама забыла в общежитии преподавателей? Да еще с другой его стороны? – ехидно поинтересовался Михаэль.
– Мне надо поговорить с Кэри. Проверяла, вернулся он или нет. Ты мне зубы не заговаривай!
– Не, ну она точно не уймется, – вздохнул Кирилл.
– А ты бы на моем месте что делал? – горько усмехнулась я. – Прошел бы мимо?
– Оттащил бы подальше, всыпал и запер бы где–нибудь, – пробурчал он. – Соль, ты девочка! Не надо сравнивать.
– Пф–ф–ф… Нет слов!
– Соль, послушай… – Михаэль положил руку мне на плечо. – Я понимаю твое беспокойство, и мне жаль, что ты нас увидела. Но я знаю, что такое карцер, и если рискую, то есть причина.
– Зачем Кира с собой потащил?
– Никто никого не тащил, у нас одна цель, – ответил Кирилл. – Идея моя, и каждому из нас нужно что–то свое.
– Что?! – воскликнула я. – Убедите меня, что это действительно важно. И, может, я вам помогу.
– Нет! – дружно произнесли оба.
– Я скажу, – добавил Михаэль. – Но никакой помощи не приму. Соль, мне нужно кольцо. Мое кольцо. Я знаю, что Кэри хранит его в комнате.
– Он же обещал отдать…
– Он придумает сотню причин, чтобы этого не делать! Ты знаешь, я уважаю Кэри, как преподавателя. Но мне нужно мое кольцо.
Да, это я могла понять.
– А тебе что нужно? – хмуро спросила я брата.
– Артефакт.
– Какой еще…
Я осеклась. Только один артефакт, хранящийся у Кэри, мог понадобиться Кириллу. Перо полета.
– Ты точно в своем уме, Кир? Если Мих хочет вернуть свое, то ты… Это же воровство!
– Я хочу на него посмотреть, Соль. Подержать в руках, пощупать, посмотреть плетения. Я не заберу его у Кэри.
Мальчишки! Злиться бесполезно, если они что–то задумали, то осуществление планов всего лишь вопрос времени. Но я, как и они, прекрасно понимала, что шансов остаться незамеченными практически нет.
– Там защита… – напомнила я. – И окно заперто.
– Любую защиту можно нейтрализовать, – сказал Кирилл.
– И тебе лучше не знать подробностей, – добавил Михаэль. – Но знаешь… Пожалуй, ты права. Сегодня уже не получится, Кэри скоро вернется.
– Откуда ты знаешь, когда он вернется?
– Вот так, по делам, он ходит в одно место, домой на минус седьмой. Это примерно одинаковый промежуток времени, плюс–минус час. В общем, иди куда шла, Соль. А мы вернемся в общежитие.
– Точно? Уйдете?
– Точно, – заверил меня Михаэль. – Ты молодец, постаралась. Нас, наверняка, уже заметили.
Я ему не поверила. И Кириллу, кивающему в подтверждение его слов, тоже. Ведь все равно полезут в комнату к Кэри! Не сейчас, так позже, дождавшись удобного момента. Но сейчас я знаю об этом и могу помочь. В академию можно попасть только через одни ворота. Я пойду навстречу Кэри и задержу его.
– Мне срочно нужен Кэри, – сказала я вслух. – Прогуляюсь к воротам.
И сбежала прежде, чем меня остановили.
37. Сопротивление (бес)полезно
Не ожидал, что дед встретит меня с распростертыми объятиями – и ошибся. Весь круг в честь моего визита он, конечно, не собрал, однако хватило и того, что мне предложили присоединиться к ужину.
Я оценил этот ход. Дед прекрасно знает, что я в бешенстве после его разговора с ректором, и знает, что его проницательность взбесит меня еще сильнее. Я был готов прорываться к нему с боем и требовать, чтобы меня выслушали, а вместо этого – «Добро пожаловать, дорогой Киаран», «Поужинаешь с нами?», «Как хорошо, что заглянул, давно не виделись».
Ужин я высидел, и даже мило улыбался, когда ко мне обращались.
– Чай подайте в кабинет, – велел дед, вдоволь насладившись своей мелкой местью. – Пойдем, Киаран.
Да, да… Выпьем чаю, съедим по шоколадке, поговорим, как любящие родственники.
– Прошу прощения, у меня мало времени, – сказал я, едва мы остались одни. – Мне был обещан год, лорд–повелитель.
Дед не стал делать вид, что удивлен.
– Год, чтобы полностью решить дела и вернуться домой. А не год до того, как ты сообщишь начальнику, что уходишь.
– Но не прошло и половины срока. Зачем вы вмешались?
– Я не должен перед тобой отчитываться, – сухо напомнил дед. – И все же. Во–первых, ты не собирался предупреждать об уходе, и я это исправил. Во–вторых, помолвка не обязывает тебя немедленно вернуться, можешь доработать положенный срок. Или ты до сих пор надеешься избежать женитьбы?
– А у меня есть хоть один шанс? – усмехнулся я. – Я до сих пор удивлен, что вы позволили мне учиться в Академии Чистильщиков, а брак по вашему желанию – ожидаемый приказ. Для вас я не внук, а раб.
Деда невозможно вывести из себя, но сейчас мои слова попали в цель. Его пальцы, сжимающие чашку, побелели, а по лицу пробежала тень.
– Ты молод и глуп, Киаран. И все еще не понимаешь, что я забочусь о тебе.
– И о своей выгоде не забываете, – киваю я. – Породниться с кругом Марбас – удача, верно? А что не так с этой… Дельфиной? Она хромая или слепая? Или попросту дуроч…
Не знаю, как выдержало дерево. Дед так шарахнул кулаком, что чайный сервиз, подлетев в воздух, усыпал стол осколками.
– Следи за словами, щенок.
Пока слуги убирали со стола, мы обменивались многозначительными взглядами.
«Ты в моей власти». – Дедовский прищур весьма красноречив.
«А это мы еще посмотрим». – Полагаю, он так же легко считал и мою дерзость.
– Я предлагал тебе познакомиться с невестой до помолвки, – произнес дед, едва слуги закрыли за собой дверь. – Теперь ты знаешь дату и время, когда вас представят друг другу.
– Помолвки не будет.
– Киаран! Не выводи меня. Ты знаешь, что при необходимости тебя приволокут на эту помолвку силой.
– Помолвки не будет, – повторил я, наслаждаясь моментом. Он будет коротким, но все же бесценным. – Я объявил отбор невест.
Если бы на столе осталось хоть что–то бьющееся, то оно осыпалось бы стеклянной пылью. И не факт, что ударившись о стену, а не о мою голову. Но увы, вблизи взбешенного деда самой хрупкой вещью оказался я. Вернее, мои щиты. Их смела мощь лорда–повелителя: меня швырнули на пол и ткнули мордой в густой ворс ковра.
– Повторишь? – прошипел дед, не ослабляя давления.
– Отбор невест, – прохрипел я, корчась от боли. – Я… объявил… отбор.
Именно так, в прошедшем времени. Официально. Моя заявка уже оформлена, ей нельзя дать задний ход. Дед может замуровать меня самом глубоком из своих подвалов, но отменить отбор не в его власти. Впрочем, я надеюсь, что у него хватит здравого смысла не препятствовать моему решению.
Боль отступает постепенно. По мнению деда, я достаточно наказан, но легкого избавления не заслужил. Я медленно поднялся на ноги и прижал к лицу платок – из носа потекла кровь.
– Полагаю, это не сиюминутная прихоть. Ты готовился, Киаран.
Я промолчал, да дед и не ждал ответа. Он знал, что не услышит правды, и уверен, что его догадка верна.
– И кто же она?
– Узнаете… в свое время.
– Нет. Это меня не устраивает. – Дед посмотрел на меня брезгливо, как на нагадившую собаку. – Ты приведешь ее на бал, что состоится в дни зимнего солнцестояния.
– А если нет?
– А если нет, то в академию ты не вернешься. Ты покинешь дом только при условии, что дашь слово.
– Даже если ее нет? – усмехнулся я.
– В это я никогда не поверю. Ты не настолько глуп, Киаран.
Да неужели?
Произнося слова клятвы, я представлял, что скажет Соль, когда узнает о своей миссии. Дольше тянуть нет смысла. По моей просьбе отбор назначат на лето, но я не смогу привести ангела на бал к демонам и не объяснить, зачем это необходимо.
Отбор невест – древнейшая традиция, и нарушить ее не может ни один из нас. То есть, можно заключить брак по любви или по расчету, но если демон хочет провести отбор, ни один закон не отменит его решения. Отбор – это состязание, в нем участвуют все желающие. Абсолютно все, независимо от расы и местожительства.
Демон, объявивший отбор, образует свой круг. Так я выйду из–под опеки деда, официально и законно, без отречения. А я хочу вырваться не только из круга, но и с минус седьмого уровня, поэтому жена–демоница меня не устраивает. Но демона может победить только ангел. Поэтому мне так нужна Соль. Кто из ангелов в здравом уме и по собственной воле захочет выйти замуж за демона? Никто. Только та, с которой я заключил сделку.
– Ты забыл об условии безопасности для своей избранницы, – напомнил мне дед после того, как я дал клятву.
С удовольствием, надо сказать, напомнил.
– В этом нет необходимости, – произнес я. – Никто не посмеет и пальцем ее тронуть.
И это так. Соль – дочь главы клана ангелов. Несмотря на то, что ее изгнали, никто из демонов не причинит ей вред. Межуровневый скандал класса «премиум»? Ха! Я легко его организую.
В академию я вернулся в паршивом настроении. Хорошо, что уже поздно: есть шанс никого не встретить. Мне в таком состоянии очень хочется убивать. После отбоя надо сходить в спортзал, иначе не усну.
Соль ждала меня у ворот. Я без труда узнал ее – почувствовал, едва переступил барьер. Внутри все оборвалось: что–то произошло, иначе она не прыгала бы здесь, пытаясь согреться.
– Что случилось? – спросил я, подходя.
– Ничего. – Она шмыгнула носом и потерла его рукой в варежке. – Мне нужно поговорить с Кэри.
Кэри, не мастер. Что–то определенно случилось.
– Так нужно, что не терпит до завтра?
Странно, но присутствие Соль успокаивало. Не уверен, что не сорвался бы на любом из студентов, но она… рядом с ней я чувствовал себя лучше.
– Ну… да. – Она кивнула. – Не терпит.
– Пойдем. Расскажешь по дороге. Хотя нет. Стой смирно.
Я окутал ее теплым коконом, согревая. Бестолочь, а не ангел. Пусть ее стихия – воздух, но подогреть его не такая уж проблема. Зачем мерзнуть?
– Спасибо, – поблагодарила Соль.
– Ерунда. Ты и сама могла бы. Так зачем я тебе понадобился?
Мы медленно пошли по направлению к жилым корпусам академии.
– Да, собственно, рассказывать нечего, – вздохнула Соль. – Ты и так все знаешь. Я не хотела говорить об этом при посторонних.
– Ты о чем?
– О нашей сделке.
Мда… На ловца и зверь бежит? Интересно, с чего бы Соль вспоминать об этом сейчас, да еще караулить меня на морозе?
– И что сделка?
– Кэри, я хочу знать, как ты собираешься меня использовать. Наверное, я давно должна была спросить. Поначалу это вызывало лишь отторжение, но сейчас…
«Да, Соль? Что «сейчас»?»
– Сейчас я поняла, что мне нужно знать. Это какая–то битва, так? На флиссе? Мне будет спокойнее, если ты расскажешь. Условия сделки я не нарушу.
Вот оно как… Меня практически раскусили, но Соль не хватает знаний о демонах. Наверняка, она искала материалы о мече, но не подумала о том, чтобы почитать обо всех ритуалах и традициях. Иначе сейчас не спрашивала бы, а обвиняла.
– Пожалуйста, Кэри, – добавила она, так как я молчал. – Я никому не скажу. Просто… чувствую… что пришло время.
– Да, пришло, – согласился я. – Соль…
И в этот момент сработал маячок. Не знаю, чем порой думают студенты, но время от времени даже в самые светлые головы приходит дурная затея забраться в комнату к преподавателю. Об этом знают все учителя, и у каждого из нас установлено несколько уровней защиты от проникновения. Щит с моего окна благополучно сняли, но угодили в сеть, попытавшись вскрыть сейф.
Сила огня! Где бы взять сил, чтобы никого не убить?!
– Что? – встревожено спросила Соль. – Что случилось?
– Ты меня отвлекала? – процедил я сквозь зубы. – Пыталась задержать? Соль! Я же тебе поверил…
– Кэри?
– О, только не надо делать вид, что ты не знаешь, кто забрался в мою комнату! Какое–нибудь дурацкое пари? Соль, клянусь, пойдешь в карцер вместе с нарушителями! И я палец о палец не ударю, чтобы тебя защитить!
– Кэри, пожалуйста, не надо!
Соль вдруг повисла на мне, обняв за шею. Даже не знаю, что поразило меня больше: слезы или признание вины. Кажется, я до последнего надеялся, что это лишь совпадение, и Соль непричастна к взлому.
– Кэри, выслушай меня, умоляю! Ты успеешь покарать… если захочешь…
Она всхлипывала вполне искренне, а спешить действительно некуда. Из сети нарушителям не выбраться.
– Слушаю, – холодно ответил я. – У тебя две минуты.
– Я уговаривала их не делать этого. Честное слово, это так! Но Миху нужно кольцо, а Кир только хотел взглянуть на артефакт. Кэри, они запретили мне помогать им. А я действительно искала тебя… Пожалуйста, Кэри, только не карцер… Хочешь, я заключу с тобой еще одну сделку? Проси что угодно, но накажи их как–нибудь иначе. Я не вынесу… если Кир…
Соль выпалила все это, цепляясь за меня в таком глухом отчаянии, что мне стало жаль ее. Несмотря на гнев, к слову, весьма справедливый. Несмотря на то, что такое я не прощал никогда и никому. Мне бы встряхнуть ее хорошенько, осадить и напомнить, что правила академии едины для всех, но вместо этого я ее обнял. И, клянусь, в тот момент я не думал о том, как ловко было бы получить согласие на участие в бале в обмен на смягчение наказания для Михаэля и Кирилла. Мне просто хотелось, чтобы Соль перестала плакать.
– Я подумаю, – вздохнул я. – Разберусь. Ты пойдешь со мной.
38. Договор на доверии
Придурки! Идиоты! Кретины!
Как у них наглости хватило вообразить, что Кэри можно обмануть! Он до общежития не дошел, а уже знает, что в его комнату проникли воры. Я собственноручно прибью обоих! Если мне хоть что–нибудь достанется после того, как Кэри до них доберется.
Я злилась на Михаэля и Кирилла и одновременно за них переживала. Это серьезное нарушение, а что такое карцер, мне известно. До сих пор помню, как Кэри вздрагивал от боли, когда я наносила мазь на его раны. А ведь он демон! Сильный, выносливый, терпеливый. Слезы лились сами собой, стоило мне представить на его месте брата.
Странно, что я стала просить Кэри о помощи. Ведь он, как никто другой, заинтересован в наказании нарушителей. И все же мне казалось, что я могу на него повлиять. Ведь он меня обнял!
– Кэри, пожалуйста… – Я продолжала ныть, едва за ним поспевая. – Я выполню любое твое желание.
– Тогда заткнись, – коротко бросил он, не оглядываясь.
– Кэри…
– Соль! – Он резко остановился. – Ты можешь… Да что ж такое!
Я не успела затормозить, врезалась в его спину, поскользнулась и упала. Снег и теплая одежда смягчили удар, да и группироваться я давно умею, но Кэри оказался рядом быстрее, чем я успела подняться.
– Соль! – Он дернул меня вверх и поставил на ноги. – Сила огня, Соль…
Неожиданно мы оказались близко, лицом к лицу, и я вдруг увидела язычки пламени, пляшущие в зрачках демона. Интересно, у всех так? А почему я раньше этого не замечала?
– Ушиблась? – спросил Кэри хриплым голосом.
– Нет…
Он коснулся моего лица пальцами, стер слезы с одной щеки, потом с другой. Чувство какой–то щемящей нежности заставило меня перевести дыхание, и во рту неожиданно пересохло, едва я поняла, что ощущаю эмоции Кэри. Что заставило его так обнажиться? И почему он…
Поцелуй окончательно выбил из меня дух. Кэри прижал губы к моим губам как–то робко, застенчиво, как будто целовался впервые в жизни, и тепло разлилось по телу, согревая меня изнутри.
Я ответила на поцелуй, вынуждая Кэри действовать смелее. Я не понимала, почему, но меня влекло к нему – опять, как будто он не ставил меня на место, как будто не смеялся над моими чувствами. А потом страшная догадка заставила меня отпрянуть.
– Кэри, ты… – выдохнула я, едва ворочая языком.
– Что? – тихо откликнулся он.
– Ты воздействовал на меня силой демонов! – воскликнула я. – Зачем ты… так…
У Кэри весьма красноречивый взгляд, но в темноте его не рассмотреть. Зато я прекрасно чувствовала его эмоции: обида, разочарование, а затем пустота. Вероятно, он спрятался за щитами.
– Ты же сказала, что выполнишь любое желание, – произнес он после паузы. – Хотел, чтобы ты быстрее согласилась.
Злость окончательно высушила слезы. Сколько еще я буду попадаться на эту удочку? В демоне нет ни капли искренности! Он даже не возмутился, хотя мне показалось, что я ошиблась, и Кэри позволил мне ощутить его настоящие чувства.
– Твое желание… это поцелуй?
– Поцелуй – маленькая плата за смягчение наказания для двух воришек, – возразил Кэри. – Я хочу большего.
– Чего же? – растерялась я.
– Девственность ангела.
Сила ветра! Да он издевается?!
– Никогда не кидайся обещаниями, – нравоучительно сказал Кэри. – Другой демон сначала заключил бы с тобой сделку на любое желание, а потом… – Он замолчал и зябко повел плечами. – Пойдем, Соль. Кое–кто заждался карцера.
– Нет! – Я снова вцепилась в него. – Кэри… Я согласна.
– Серьезно? – усмехнулся он. – Ты подожди, пусть воздействие выветрится.
– Нет, я согласна. Давай заключим сделку.
– Соль, ты все еще полна сюрпризов. – Кэри отодвинул меня в сторону и зашагал по тропинке. – Договор на доверии, – бросил он через плечо.
Михаэль и Кирилл висели в воздухе посередине комнаты. Кэри зажег свет и с минуту любовался их лицами, красными от злости. Перед тем, как войти в общежитие, он предупредил меня, что если я издам хоть звук, от карцера парней ничто не спасет. Так что я помалкивала, забившись в угол комнаты, пока Кэри деактивировал магическую сеть.
– Я жду объяснений, – процедил он, скрестив на груди руки.
– Соль ничего не знала, – начал было Кирилл, но Кэри не дал ему закончить.
– Пропустим эту часть, – сказал он. – Коротко и по существу. Что вы тут забыли?
– Я хотел забрать свое кольцо, – произнес Михаэль. – Кэри…
Демон метнул на него такой яростный взгляд, что даже я поежилась.
– Простите, мастер. – Михаэль сглотнул. – Я не верю, что вы вернете его по доброй воле.
– А ты? – Кэри обратился к Кириллу. – Обеспечивал поддержку? Только ангел мог незаметно справиться с рунами, защищающими окно.
Я встрепенулась: Кэри подсказывал брату правильный ответ. Михаэль пытался забрать свое, но Кир покушался на чужое.
«Ну же, Кир! Соглашайся!» – мысленно взмолилась я.
– Нет. – Кирилл повел плечом. – То есть, и это тоже. Но я хотел взглянуть на артефакт «Перо полета». Только взглянуть, я пытаюсь сделать похожий для Соль.
Кэри взмахнул рукой, шагнул к Михаэлю и протянул ему что–то на ладони.
– Прости, я должен был вернуть его раньше, – произнес он.
– Я могу… забрать? – изумленно выдохнул Михаэль.
Кэри кивнул, а я поняла, что он отдает фениксу то самое кольцо. Глупые мальчишки! Нет никакого сейфа, демоны, как и ангелы, умеют создавать подпространственные карманы, вещи оттуда нельзя выкрасть. Кирилл мог бы и догадаться! Да и я хороша, даже не вспомнила об этом.
Кэри снова взмахнул рукой, и теперь я не гадала, что у него на ладони. Парные браслеты я узнала сразу.
– Смотри, – сказал он Кириллу. – Ты мог бы попросить, я показал бы артефакт. Если тебе удастся повторить работу мастера, который его создал, станешь величайшим артефактором нашего времени. Странно, что ты не знаешь, древние вещи уникальны, еще никто не смог сделать копию.
– Я попытаюсь, – ответил Кирилл. – Простите, мастер, что я не догадался попросить. И… спасибо.
Брат долго вертел браслеты в руках, считывал руны, шевелил губами, проговаривая что–то про себя, сканировал плетения, а после вернул их Кэри.
– Это все? – уточнил он. – Все, что вы хотели?
– Соль…
Теперь мое имя произнес Михаэль, но и ему Кэри не позволил продолжить.
– Я же попросил, ни слова о Соль. Если у вас все, то убирайтесь отсюда.
– Как? – хором выдохнули парни.
– Вас что–то не устраивает?
В голосе Кэри появились такие ледяные нотки, что в комнате стало так же холодно, как и снаружи.
– Вы не накажете нас, мастер? – поинтересовался Михаэль, кашлянув.
– Завтра получите предписание. Но если так неймется… Неделю будете чистить дорожки от снега. Кажется, ожидается метель. Вон, немедленно! Оба!
– А как же Соль? – Кирилл все же рискнул задать этот вопрос. – Вы и ее накажете?
– Соль останется здесь. Или я обязан отчитываться перед вами?
Внешне Кэри оставался спокойным, хоть и цедил каждое слово, но я ощущала гнев, который он сдерживал. Наверное, Михаэль и Кирилл тоже его почувствовали, потому что покинули комнату, опустив головы.
Когда за ними закрылась дверь, Кэри упал в кресло и прижал пальцы к вискам. Он словно забыл о том, что не один, поэтому я рискнула спросить:
– Мне уже можно говорить?
Он кивнул, не удостоив меня взглядом.
– Спасибо… Я благодарна тебе… вам… мастер… – Отчего–то мне стало очень трудно подбирать слова. – Я сделаю то, что обещала.
Он никак не отреагировал.
– Вам нехорошо?
Тишина.
– Кэри, тебе плохо? – не выдержала я, подходя ближе. – Кэри…
Я коснулась его руки, привлекая внимание. Он вздрогнул и посмотрел на меня каким–то мутным взглядом.
– Кэри?
– Все в порядке, Соль. Присядь. Нам надо поговорить.
39. Черный шторм и солнечный ветер
И что меня толкнуло открыться перед Соль? Никогда раньше не совершал такой ошибки. И не совершу впредь. Никогда.
В конце концов, мои чувства к Соль – моя проблема. Она не поверит в их искренность, всегда будет искать подвох. И это моя вина.
Когда я задумал свой план, вероятность успешного исхода была невелика. Я попытался, потому что ничего другого не оставалось. Едва Соль попала в мои сети, я решил, что смогу завершить задуманное. Но не предполагал, что полюблю ангела.
А как это еще называется? Как?! Влечение? Похоть? Грязные мыслишки появляются в голове, когда я смотрю на Соль, но они – лишь фон. Мне хочется большего – ее доверия.
В искренности ее влечения я не сомневаюсь, но не понимаю, чем это вызвано. Может, ей нравятся плохие парни? Закадычная дружба у Соль с Нилом, вампиром с минусового уровня, и ведьмой Вел, а не с Барри, добродушным оборотнем, или с Лин, феей из соседнего мира. Одно знаю наверняка, Соль я не достоин. Она – мой свет, мой луч надежды. А я – тьма, подчинившая ее собственной воле.
Зря надеялся, что переживу откат, потроша манекены в тренировочном зале. Зря поддался чувствам и открылся Соль, ее недоверие ударило больнее, чем воздействие деда. Зря не выгнал ее вместе с мальчишками. Разговор надо отложить…
Подавлять эмоции мне сложно. Внутри демонов постоянно бушует пламя, и гнев делает его черным, а если к нему добавляются боль и разочарование, то рождается шторм. Сегодня мне так досталось, что я на грани. И амулет, который я сжимаю в ладони, почти не помогает. Единственная, из–за кого я сдерживаюсь – Соль. Пока помню о ней, шторм под контролем.
В глаза будто насыпали песок, а в уши льют раскаленную лаву. Связь с реальностью истончается, внутренности обугливаются…
– Соль, зови ректора, – хриплю я, с трудом цепляясь за искорку света в густой мгле. – По экстренной… сейчас…
Искорка вспыхивает и разливается заревом, поглощая тьму. Свет обрушивается дождем, смывая бушующее пламя. Боль отступает: я могу дышать, чувствую прохладу и облегчение. Соль послушалась, и Теодор успел помочь прежде, чем случилось непоправимое. Я ж и общежитие мог обрушить в таком состоянии…
Наконец–то открываю глаза – и вижу перед собой перепуганное лицо Соль. Странно, что ректор не вышвырнул ее из моей комнаты.
Кстати, где он?
– Мэтр Теодор?
Я попытался отодвинуть Соль в сторону, за что получил чувствительный тычок в плечо.
– Соль, ты в своем уме?!
Она врезала мне еще раз, после чего с размаху села на кровать и закрыла лицо руками.
Ну да, ее же влечет…
– Прости. – Я опустился рядом с ней и приобнял за плечи. – Я не хотел тебя пугать. Соль, прекращай. Зря осталась, надо было уйти с ректором. Поговорим завтра.
– Не было никакого ректора. – Она всхлипнула и дернула плечом, сбрасывая мою руку. – Кэри, ты… ты…
Она не договорила, скорчив кислую рожицу.
– Как не было? – растерялся я. – А кто же тогда… Соль, ты?!
– Давай, наори на меня. – Она поежилась. – Это ты прекрасно умеешь. Заманивать и обманывать, манипулировать, издеваться, дразнить… Только о помощи нормально попросить не можешь.
Я молчал, но отнюдь не из–за того, что сердился на Соль. От потрясения сложно произнести даже слова благодарности.
– Не переживай ты так, – добавила она. – Я никому не скажу. Если ты действительно в порядке, то пойду. Поговорим, когда сможешь… или сочтешь нужным.
– Не спеши, – попросил я. – Соль, как…
– Тебе повезло, глупый демон, – дерзко ответила она. – Сегодня я случайно прочитала о черном шторме. И о том, что его нейтрализует.
– Солнечный ветер… – прошептал я.
– В качестве благодарности можешь простить мне «глупого демона», – сказала она. – И я с удовольствием выполнила бы твою просьбу, но тьма уже вырвалась наружу.
Она ткнула пальцем в угол комнаты, и я заметил, что комод прилично обуглился.
– Ректор не успел бы, Кэри. Так что, прости, пришлось самой.
– Спасибо, Соль, – искренне поблагодарил я. – Не знаю, что еще добавить… Спасибо.
«А теперь, Кэри, в качестве награды, расскажи ей об отборе».
Я вздрогнул от мысли, пронзившей меня, как игла.
– Что, опять? – нахмурилась Соль. – Кэри, как ты еще академию не разнес по камушку?
– Нет, не опять. А академия цела, потому что у меня не было таких приступов.
– И что же его спровоцировало? Ты так разозлился из–за Миха и Кира?
– Нет, конечно.
– Ох, прости. – Соль всплеснула руками. – О чем это я? Не мое дело, верно? Кстати, я еще не поблагодарила тебя за то, что не отправил в карцер этих придурков. Спасибо, Кэри. И от данного слова я не отказываюсь.
– От какого слова?
– Ты вроде бы хотел переспать со мной. Смешно! Ты уверен, что я девственница?
– Это не так?
– Так! – Она покраснела и отвернулась. – Мне раздеться прямо сейчас?
– Уймись, Соль. Я сволочь, но не насильник.
Глупая малышка. Я ляпнул про девственность в уверенности, что она отступится и перестанет ныть. К счастью, о том, что Мих и Кир проникли ко мне в комнату, больше никому не известно, а я предпочитаю обходиться без карцера, наказывая студентов за проступки.
– Что тогда? Что ты хочешь?
– Хочу, чтобы ты спрятала колючки, успокоилась и выслушала меня. Сейчас либо позже, если устала.
– До отбоя еще час, – нехотя пробурчала Соль. – Но отдохнуть необходимо тебе.
– Я в порядке. Дай мне несколько минут.
Первым делом я показал Соль ящик, где хранил чайные принадлежности, а после закрылся в ванной комнате, чтобы подержать голову под ледяной струей воды. Шторм штормом, но и без него такое ощущение, будто меня пожевали и выплюнули. Впрочем, так всегда после визита на минус седьмой. А ведь будет еще хуже, когда я расскажу Соль правду.
Расскажу, в этом нет сомнений. Перепуганной малышке, попавшей в беду, было не до нее. Но держать в неведении повзрослевшую Соль – глупо. Тем более, бал уже скоро.
Соль заварила чай и раздобыла где–то коробку шоколадных конфет.
– Откуда? – поинтересовался я, вытирая мокрые волосы полотенцем.
– Дядя Петя дал.
– Дал? – хохотнул я.
– Взаймы дал, – пояснила Соль. – Тебе не все равно? Садись, пей. И конфеты ешь. Сладкое иногда бывает полезным.
– Погоди, а где твоя чашка?
– Моя? – удивилась она. – Ты попросил сделать тебе чаю, я и сделала.
Я не просил. Просто показал ей, где все хранится. Михаэль легко сообразил бы на двоих, а Соль… Гордая? Пожалуй… Я должен был предложить, не надеясь, что она поймет.
– Налей и себе.
– У меня режим и диета, – буркнула она.
– Сладкое иногда бывает полезным. – Я вернул ей реплику. – Но на конфетах я не настаиваю. Выпей горячего чаю, ты же замерзла.
Идиллия. Мы с Соль сидим за столом и пьем чай: тихо, мирно и даже с удовольствием. Она права, шоколад восстанавливает силы. Не лекарство, конечно, но лучше, чем ничего. Жаль, что спокойного разговора не получится, но все же я постараюсь вести себя мягче.
Сложно произнести первую фразу, дальше – легче. Я как будто в затяжном прыжке: со свистом лечу в пропасть, в надежде, что за спиной расправятся крылья.
Между «Я не хочу возвращаться на минус седьмой уровень» и «Соль, ты нужна мне» – бездна. И чем дальше, тем острее я понимаю, что Соль не горит желанием меня спасать. Она не перебивает, слушает внимательно, но ее взгляд темнеет прямо на глазах. Я рассказываю о подслушанном в детстве разговоре, о своем плане и об отборе невест. О том, какие испытания предстоит пройти, чтобы выиграть. О приглашении на бал в круг Декарабиа. Мне больно смотреть на закаменевшее лицо Соль, но ведь иного я и не ожидал. Невозможно надеяться на понимание того, кем манипулируешь.
– Тебе так важно покинуть круг? – спросила Соль, когда я закончил.
– Не только круг, но и уровень. Да, важно.
– Но почему?
Хороший вопрос. Только это уже личное, так откровенничать я не готов.
– Там ужасно… Ты не представляешь, как давит свинцовое небо. Я родился выше, и все, чего хочу, остаться здесь, чистильщиком. И только ты можешь в этом помочь.
– Ты не просишь помощи, – напомнила Соль. – Мы уже заключили сделку. Кэри, если я выиграю отбор… наш брак… он будет настоящим?
Меня передернуло от холода, хотя в руках – чашка с горячим чаем.
– Нет, Соль. Я понимаю, что любви в нашем союзе не будет. Я сволочь, но не насильник. Я получу свободу от круга, ты – крылья. И на этом все.
– Это очень жестоко, Кэри, – тихо произнесла Соль. – Но выбора у меня нет, я выполню свою часть сделки. Правда, гарантировать победу в отборе не могу. Бой на флиссе… – Она покачала головой. – Не думаю, что превзойду тебя в этом к лету.
– Навряд ли курицы, что будут участвовать в отборе, сильны в фехтовании. Ты же сносно владеешь мечом. Соль… прости меня…
Я должен был это сказать. От моих извинений нет толку, они не помогут. И все же…
– Нет, Кэри. Не уверена, что когда–нибудь смогу тебя простить. Мне пора. До завтра.
Соль исчезла прежде, чем я успел ее остановить. Но так даже лучше. О чем нам еще говорить? Свет ангела – мое спасение и мой яд. Ничего, я приму свое наказание, а Соль никогда не узнает о моих чувствах.
40. Доживем – узнаем
Я сбежала от Кэри, потому что боялась расплакаться, но когда вышла из общежития, то поняла, что не чувствую ни обиды, ни ненависти, ни злости. Ничего не чувствую, внутри разлилась какая–то безжизненная пустота.
Всерьез я не задумывалась о семейной жизни, но не представляла, что и не придется. Кэри все решил за меня, искусно расставил ловушку, обманул, подтолкнул… и добился желаемого. Полгода назад, в Чистилище, я предпочла бы остаться без магической силы и жить, как обычный человек на нулевом уровне, если бы узнала о планах демона. Сейчас же я не понимала, как ко всему относиться.
С одной стороны, благодаря Кэри я получила возможность учиться в Академии Чистильщиков. И здесь мне нравится, здесь я на своем месте. Я забыла о своем уродстве, у меня появились друзья, мне интересна будущая работа. Замужество, тем более, фиктивное, не так уж и плохо.
С другой, я – жертва коварного манипулятора. Кэри тщательно и скрупулезно ломал мою жизнь, добиваясь собственной цели. Пусть где–то я получила от этого выгоду, но ведь случайно. Демон думал только о себе и о своем благе, хоть и не забывал заботиться о нужной ему вещи.
Да, именно так. Я для него всего лишь вещь, его безропотная собственность, которой он предусмотрительно заткнул рот.
А как же тогда чувства? Что делать с ними?
Меня влечет к этому злодею, как бабочку к огню. Я убеждала себя, что обманываюсь, заставляла забыть, отрицала и скрывала, но ничего не помогло, мне нравится Кэри. Я влюблена в засранца–демона! И мне жаль его…
Кэри лишь вскользь упомянул о мотивах, что заставили его бежать с минус седьмого, навряд ли когда–нибудь он захочет делиться этим со мной. И все же я чувствовала, что дело не в прихоти. И черный шторм – тому подтверждение. Кэри жесткий, часто безжалостный, но довести его до такого состояния студентам не удалось бы. Иначе кто бы стал держать в академии безумца, способного спалить все дотла?
Все сложно… Слишком сложно, чтобы понять сразу. Слишком сложно, чтобы определить, черное это или белое. Мне такое не по силам, и вполне возможно, что из–за личных мотивов. Одно я знала наверняка: если бы Кэри попросил помочь, я не смогла бы отказать. Отсутствие доверия, вот что заставило меня сказать, что никогда его не прощу.
– Соль!
Кирилл и Михаэль появились передо мной так неожиданно, что я попятилась, услышав их дружный вопль.
– Что он тебе сделал? – выпалил брат.
– О чем ты с ним договорилась? – спросил более прозорливый феникс.
– Ничего. Ни о чем, – буркнула я и двинулась вперед, заставляя приятелей расступиться.
– Со–о–оль…
– Идите… знаете куда? – обозлилась я. – Оба!
Как же! Эти олухи тащились за мной, дыша в затылок.
– Скажи хотя бы, тебя он в карцер вместо нас не отправил? – попросил Кирилл.
– А если и да, то что? – Я остановилась и развернулась к брату. – Вернешься и морду ему набьешь? Чтобы уж наверняка составить мне компанию?
– И вернусь! – вскинулся он. – Ты ничего плохого не делала!
– Кир, остынь, – вмешался Михаэль. – Никто ее в карцер не отправлял.
– Действительно! С чего вам вообще обо мне беспокоиться? – набросилась я на него. – Я же просила не делать глупостей!
– Соль, не злись, – вздохнул Кирилл. – Пожалуйста, прости.
– Скажи, как Кэри тебя наказал, мы отработаем, – предложил Михаэль.
– Никак. – Я перевела дыхание. Некрасиво срываться на них, хоть и балбесы оба. – С чего вы вообще взяли, что я осталась там из–за этого? Я искала Кэри, когда встретила вас. Мы говорили о другом.
– О чем? – спросил Кирилл.
– Не о вас.
– Соль! – Михаэль вдруг схватил меня за руку. – Он сказал тебе? Он поэтому отдал кольцо?
– Мих, я не знаю, почему Кэри отдал кольцо. Может, потому что ты попросил? В любом случае, я рада, что для тебя все закончилось.
– Соль… – Михаэль крепче сжал мою руку.
Кирилл легко просчитывал меня, когда мы жили на седьмом уровне. Здесь же он уступал Михаэлю. Неудивительно, ведь феникс давно знает Кэри, а история с кольцом и вовсе сделала его соучастником грандиозных демонических планов. Глупо скрывать от Миха правду.
– Да, он сказал, – ответила я.
– И?
– Соль, вы о чем? – нахмурился Кирилл.
– Я не могу. Мне нельзя.
– Кир, Кэри сказал ей, зачем она ему понадобилась, – мрачно пояснил Михаэль. – Соль, и намекнуть не можешь?
– Ты же знаешь Кэри. – Я подумала и добавила: – На самом деле, ничего страшного. Вам не стоит переживать.
– Смеешься? – возмутился Кирилл. – Да я теперь не усну!
– Спросите у него, – предложила я. – Может, он и вам расскажет. А мне пора. Вам, кстати, тоже!
В общежитие я влетела за мгновение до того, как тетя Роза опустила на дверь засов.
– Тю, Соль! – изумилась она. – Пташка поздняя!
– Так дела, теть Роза. – Я шмыгнула в сушилку, чтобы не оставлять на полу мокрые разводы от растаявшего снега. – Простите.
– Дела, дела… как сажа бела… – проворчала она. – Спать иди, поздно уж.
Попрощавшись, я убежала к себе. Тетя Роза в своем репертуаре: ничего не знает, но насквозь видит.
– Ты чего такая? – поинтересовалась Вел, оторвавшись от учебников.
– Какая?
Я без сил опустилась на кровать. Мне бы тоже кое–что сделать к завтрашним парам, но в голове все так же пусто.
– Никакая, – объяснила Вел. – На тебе лица нет.
– Да прям… – не поверила я и подошла к шкафу, чтобы заглянуть в зеркало.
Лицо, само собой, на месте. Бледноватое только. Может, даже зеленоватое, и синими отливами под глазами. Я похлопала себя по щекам, чтобы вернуть румянец.
– Замерзла, наверное.
– Ну–ну… – усмехнулась Вел. – Не хочешь, не говори.
– Не придумывай, нечего говорить, – отмахнулась я. – Ты очередь в душ заняла?
– Да я уже сходила, – ответила она виновато. – Ты сегодня поздно вернулась.
– А, да… Ничего, я потом.
– Ты выгляни, может, там Лин.
Обычный вечер обычного учебного дня. Обычный разговор, обычные хлопоты. И только ощущаю я себя необычно: постепенно пустота наполняется обидой и тоской. А еще я чувствую себя преданной. Это какой–то кошмар! Кэри никогда и ничего мне не обещал, наоборот, отталкивал, едва меня заносило. Он всегда держал меня на расстоянии, всегда подчеркивал, что между нами ничего не может быть. Зачем он меня поцеловал? Зачем открылся? Теперь я уверена, что это так, что он не пытался обмануть. Он опять дал мне возможность взлететь – и отобрал крылья.
– Вел, ты когда–нибудь любила?
– Чего? – Ведьма уронила учебник. – Соль, ты влюбилась, что ли?
– Я спросила!
– Ну… Нет, наверное. Мих мне нравится, но тягаться с тобой мне не по силам.
– Мы с ним только друзья.
– Ты это ему скажи, – фыркнула она.
– Он знает.
– Он по тебе сохнет! Так кто, если не он? Нил?
– Зря спросила, – проворчала я. – Забудь.
– Ой, не говори, если не хочешь. – Она снова уткнулась в учебник, но ненадолго. – Может, тебе погадать?
– Чего?
– Я гадаю, Соль. Я же черная ведьма. Могу и приворот, отворот, сглаз и порчу.
– Не надо мне порчи.
– Да гадание не опасно.
– А что нужно делать?
– Тебе – ничего. Только сформулируй вопрос и держи его в голове. Но вопрос конкретный, чтобы на него можно было ответить «да» или «нет».
– М–м–м… Ладно. Давай попробуем.
– Тогда думай, о чем спросить. – Вел подошла к своим полкам. – А я все подготовлю.
Дурацкая затея, но сосредоточиться на задачах по физике я не могла. Хотелось хоть какой–то определенности. Кому же не хочется заглянуть в будущее? Может, и не сбудется гадание, но все же интересно.
Вел достала доску, мелом начертила на ней непонятные мне знаки, расставила по углам черные свечи.
– Дверь запри и свет погаси, – велела она. – Вопрос придумала?
– Ага, – кивнула я.
Ну о чем я могу спросить? Люблю ли я Кэри? Люблю, чтоб он провалился! Любит ли он меня? Любит. Пусть какой–то извращенной любовью, предательской и жестокой, но любит. Может, демоны просто не умеют иначе. Выиграю ли я отбор невест, вот что меня интересует.
Вел зажгла свечи, вынула из мешочка камни и что–то долго над ними шептала. Потом велела мне дунуть на них и снова шептала. А после высыпала камни на доску. Обычные разноцветные камни, разного размера, без надписей.
– Пф–ф–ф… – выдохнула она немного погодя. – Ты точно правильно вопрос думала?
– Вроде да. Мне и нужен был ответ, да или нет.
– Так вот, и да, и нет. Я такое впервые вижу.
– В смысле?
– И да, и нет, – повторила Вел. – При равных условиях. Не или–или, а именно так.
Я выиграю отбор и проиграю? Это как?
– Бред это все, – заявила я, зажигая свет. – Если бы все гадания сбывались…
– Они сбываются, – перебила меня Вел. – Поживем – увидим.
41. Моя любимая
После зимней сессии все мои подопечные получили официальное разрешение посещать близлежащий город. Откровенно говоря, я ими горжусь. Красавцы же! Экзамены на «отлично», дисциплина тоже. Мне вообще повезло с курсом, хорошие студенты – трудолюбивые, целеустремленные, жадные до знаний. Вот как их оставить, а? И, главное, ради чего? Ради сомнительного удовольствия жить на минус седьмом уровне под чутким руководством дедули? Да ни за что!
Соль старалась даже больше обычного, и в учебе, и в тренировках. У нее сильный характер. Со стороны посмотришь – девочка–одуванчик, нежная блондинка с кукольным личиком. Но стоит узнать ее ближе… Какой там одуванчик! У нее во взгляде – закаленная сталь, и алмазный стержень внутри – не гнется и не ломается.
Уж и не знаю, кто кого сильнее теперь выматывает на тренировках, я ее или она меня. Мне даже во сне снится ее требовательное: «Еще! Еще!» Впрочем, ничего другого от нее я и не слышу. Соль замкнулась в себе, и улыбки от нее не дождешься. Она молча слушает наставления и так же молча их выполняет. Единственный раз она соизволила ответить, когда я предложил подготовить ее к балу.
– Танцам будешь учить? – поинтересовалась Соль сдержанно. – Или этикету?
– Если не хочешь, чтобы над тобой смеялись, то да.
– Ты забыл, кто я?
– И кто же? – спросил я, чувствуя себя глупцом.
– Меня учили этикету и танцам, Кэри. Я дочь главы клана.
– Да, но, возможно, есть особенности…
Криво усмехнувшись, Соль отбарабанила протокол приема и сценарий бала.
– Неужели все так похоже?
– Почти зеркально. – Она вздохнула. – Не парься, Кэри. Я тщательно изучаю материалы о демонах. Не хочу проиграть твой отбор. Если уж ты присвоил себе мою жизнь, то пусть у меня хотя бы будут крылья.
– Ты так к этому относишься?
– Сформулируй иначе. – Она повела плечом. – Суть от этого не изменится. Лучше позаботься о наряде для бала. Моей стипендии на платье и туфли не хватит.
И то верно. Я хотел сам сделать выбор, но передумал. В том, что Соль получит разрешение для выхода в город, сомнений не было, так что я просто дождался этого дня.
Накануне студенты сдавали последний экзамен, завтра у нас начинается выездная практика, а в промежутке, то есть, сегодня – бал. Соль явилась ко мне утром, в назначенное время, и первым делом спросила:
– Что мне сказать однокурсникам?
– В смысле?
– Сегодня праздник зимнего солнцестояния, – напомнила она. – Вечеринка в городе. Все уверены, что тоже там буду.
Мда, об этом я как–то не подумал.
– Придется организовать тебе «залет».
– Прекрасно… – пробурчала она.
– У тебя есть идея получше?
– Была бы, не спрашивала бы. Пойдем быстрее. Я сказала Вел, что у нас тренировка.
Такая Соль мне не нравится. Вернее, я все равно ее люблю, но от нарочитой грубости и подчеркнутой холодности внутренности скручиваются в тугой узел. И это я сделал ее такой. Моя вина в том, что Соль воздвигла между нами каменную стену. Это хорошо, потому что не дает мне ложной надежды. И плохо, потому что убивает саму Соль. Не знаю, почему так, но я это чувствую.
– Соль, я кое о чем умолчал.
– Свадьба уже сегодня? – поинтересовалась она, не оглядываясь.
Мы бодрой рысцой двигались по тропинке к порталу. Соль – впереди, а я следом.
– Нет. По легенде ты – моя любимая.
Соль резко остановилась, и я чуть не сбил ее с ног.
– Чего? – переспросила она, обернувшись.
– Не могу же я сказать деду, что у нас сделка.
– Угу… – Ее глаза потемнели. – Ага…
– Побежали, портал уже недалеко.
В лесу вход в портал один, а выходов в городе – несколько. Ректор настроил его так, чтобы толпа студентов не вываливалась в одном месте, что неизбежно привлекло бы внимание местных властей. Я выбрал тот, что вел в квартиру многоэтажного дома. Отсюда до торговых центров рукой подать.
– Насколько… любимая? – спросила Соль, когда мы уже шли по улице города. – Что мне нужно изобразить? Скромную влюбленность? Страсть?
– Насколько любимая, изображать нужно мне.
Ответ получился более резким, чем я рассчитывал. Опасная тема, зыбкая почва. К тому же, Соль нервничает, то и дело оглядываясь на проносящиеся мимо машины. Городишко, где они с братом отжигали в баре, маленький и тихий, а здесь прохожие спешат по своим делам, автомобили носятся по проспекту. С непривычки, пожалуй, тревожно. Я еще помню то время, когда сам впервые очутился на улице этого города.
Я взял Соль за руку, переплетая ее пальцы со своими. И тут же пришлось попросить:
– Не дергайся. Представь, что я тебе нравлюсь.
Соль одарила меня злобным взглядом и отвернулась.
– Так насколько любящей я должна быть?
– Настолько, что приняла вызов. Ради того, чтобы быть со мной, ты согласилась участвовать в отборе невест.
– И целоваться придется? – скривилась она.
– Придется, – твердо ответил я. – Давай репетировать.
– Поцелуи?!
– Отношения. – Я не смог сдержать улыбки. – Ты же огрызаешься по любому поводу и шарахаешься от меня, как от…
– Как от демона, – подсказала Соль, перебивая. – У меня другое предложение. Воздействуй на меня, как ты умеешь, и притворяться не придется.
Ее слова неожиданно прозвучали, как пощечина. Я не использовал на Соль силу демонов с тех пор, как она поступила в академию. Хотел ответить грубостью, но воздержался. Отшутиться тоже не получилось.
– Прости, – пробормотала Соль, прерывая молчание. – Мне тяжело относиться к тебе, как к любимому, но я постараюсь.
«Мне тоже, Соль. Но не потому что я тебя ненавижу, а потому что больно видеть в твоих глазах равнодушие, а порой и отвращение».
– Надо было подумать об этом раньше. – Я крепче сжал ее руку. – Просто представь, что я – твой парень. И мы готовимся к знакомству с семьей.
Хорошо, что я не доверился собственному вкусу. У Соль выбор наряда занял мало времени, и результат меня полностью удовлетворил. Она остановилась на вечернем платье небесного цвета с завышенной талией и воздушной юбкой, а консультант подобрала к нему аксессуары. Еще я купил меховую накидку – белую и легкую, как первый снег. И украшения, оттеняющие природную красоту Соль.
Вещи мы оставили в квартире с порталом. Я временно закрыл ее для других посетителей.
– Вечером приду за тобой, – наставлял я Соль на обратном пути. – И буду очень зол. Готовься к тому, что уволоку буквально за шиворот, а друзьям твоим скажу, чтоб не ждали. Вернемся мы не поздно, но вещи в поездку собери заранее.
– А что, твои родственники могут побить? – мрачно поинтересовалась Соль.
– Я официально оформил твой визит. Они скорее отгрызут себе руку, чем причинят тебе вред. Я же говорил, бояться нечего.
– А если б было чего, я все равно пошла бы, – ответила она с вызовом.
– Почему? – растерялся я.
– Я отвечу тебе, когда выиграю отбор.
– Самоуверенности в тебе многовато, – съязвил я. – А влюбленную девушку изобразить не можешь.
– Кэри, мне еще испуганную студентку изображать! – огрызнулась Соль. – Пожалей меня, а? Я не гений перевоплощений. И не переживай, будет у тебя влюбленная девушка. Лучше скажи, есть какие–нибудь особенные пожелания? С кем быть любезной, кого игнорировать…
– Держись официально и на расстоянии. И никому не верь. Особенно лорду–повелителю.
– У меня есть одна просьба…
Мы остановились перед входом в академию. Соль посмотрела на меня, нахмурившись, и тут же отвела взгляд.
– Слушаю, – отозвался я.
– Не оставляй меня там одну. Даже если в туалет приспичит, не оставляй.
– Ты же сказала, что ничего не боишься, – усмехнулся я.
– Я сказала, что пошла бы на бал в любом случае, но не говорила, что ничего не боюсь.
Она произнесла это так тихо, что меня прошиб озноб. Если бы не знал, что доверие невозможно, то принял бы ее слова за признание в любви.
«Я боюсь, Кэри, но иду на бал, потому что ты мне дорог».
Как жаль, что это всего лишь игра моего воображения.
42. Минус седьмой
Кэри не обманул: заявился в назначенное время в общежитие, расшвырял взглядом попавшихся на пути студентов, перепугал Вел и обрушился на меня с таким гневом, что изображать ничего не пришлось. Честное слово, я уверовала в то, что совершила нечто ужасное, и искупить вину нужно немедленно, иначе завтра группа отправится на выездную практику без меня. При этом Кэри умудрился не озвучить проступок, сотрясая воздух ядовито–шипящим возгласом: «Как ты могла!»
– Сильно, – признала я на пути к порталу. – Только так и не поняла, что однокурсникам говорить, когда вернусь. Ведь спросят же, чем я тебя разозлила.
– Придумай что–нибудь, – хмыкнул Кэри. – Мне фантазии не хватило.
Мне удалось незаметно прихватить с собой «сумочку с красотой». Мы с девчонками редко пользуемся косметикой: бегать кросс с макияжем, мягко говоря, непрактично. Однако у нас есть все необходимое, благодаря предприимчивой тете Розе. Так что к сборам я подготовилась основательно.
Если бы не страх, холодом сковавший сердце, я радовалась бы предстоящему балу. Давно не надевала красивое платье, чтобы развлечься. Моим спутником на подобных мероприятиях обычно был Кирилл, но сегодня рядом Кэри. Мне не понадобится изображать влюбленность – я просто перестану притворяться равнодушной.
Но, сила ветра, демоны! Стоит представить, что это минус седьмой уровень… и вокруг только демоны… Бр–р–р! И пусть Кэри гарантирует безопасность, мне все равно страшно. Наверное, из–за памяти крови.
– Тебе необязательно говорить всем, что ты ангел, – напомнил Кэри. – Даже если будут спрашивать.
– И что, никто не догадается? Не узнает?
– Дед узнает, – нехотя признал он. – Ему я представлю тебя официально. Но для остальных достаточно имени, а появление ангела на балу у демонов примерно то же самое, что появление демона на седьмом уровне. Теоретически возможно, по приглашению, но… дураков нет, так?
– Я пригласила бы тебя, если бы меня не изгнали.
– Серьезно?
– Мне кажется, мы могли бы стать друзьями, если бы ты дал мне шанс.
Кажется, мне удалось щелкнуть Кэри по носу. Во всяком случае, он долго молчал, прежде чем ответить.
– Я не мог рисковать, Соль. А как бы ты поступила на моем месте?
– Не знаю. Я не на твоем месте. Да и неважно все… теперь.
Это так. Выбор сделан, отбор объявлен. Все, что мне остается – выиграть его и выйти замуж за демона. Можно и проиграть, оставив его в дураках, но тогда я останусь без крыльев. И, выходит, все зря?
В городской квартире первым делом я выставила Кэри из комнаты.
– Мне нужно время, чтобы собраться. Без надзора!
Творить волшебство лучше в одиночку. Я умею создавать иллюзии, но они ненадежны. Мне нравится оттенять естественную красоту обычными средствами. Подчеркнуть контур глаз, слегка удлинить ресницы. Немного пудры, едва заметный штрих румян. Волосы я распустила и подкрутила кончики горячим воздухом. Чулки, платье, туфельки, украшения…
Я повертелась перед зеркалом, осматривая себя со всех сторон. Чудо, а не девочка! Давно не наряжалась, и как–то непривычно видеть прежнюю Соль: глупую, беззаботную и капризную.
– Ты закончила? – спросил Кэри за дверью. – Поторопись, а то опоздаем.
– Заходи, – разрешила я и открыла флакончик с духами.
Капелька на запястье, капелька на волосы.
Кэри застыл на пороге, уставившись на меня, но такую реакцию я и ждала. А вот к чему не была готова, так это увидеть демона в классическом пиджаке и галстуке–бабочке. Брюки, рубашка и жилет, как говорится, в наличии, но отчего–то меня заклинило именно на пиджаке и бабочке. Просто я никогда не представляла Кэри… таким светским, что ли.
– Ужасно выгляжу? – поинтересовался он хмуро. – Смешно?
– Нет, что ты, – поспешила я возразить. – Ты… неотразим.
– Издеваешься, – вздохнул он. – Сам знаю, что все это нелепо, но иначе никак.
– Нет же! Не издеваюсь. – Я подошла ближе и провела ладонью по лацкану пиджака, словно стряхивая невидимую пылинку. – Тебе идет костюм.
– В любом случае, сегодня я с этим смирюсь. – Кэри поймал мою руку и поцеловал тыльную сторону ладони. – Ведь я буду сопровождать прекрасную даму.
– Льстец, – фыркнула я.
– Мы влюблены, забыла? – напомнил он.
– Забудешь такое, как же, – проворчала я. – Выходит, я прекрасная лишь потому, что ты изображаешь влюбленного?
– Нет. – Кэри не выпустил мою руку, сжимая ее крепче. – Ты очень красивая, Соль. Это правда.
– М–м… – Я тряхнула волосами, удовлетворившись комплиментом. – Так мы опаздываем или как?
– Или одно из двух, – фыркнул Кэри. – Не показывай тетю Розу.
Он накинул мне на плечи меховую накидку, взял под руку и открыл проход.
Разница между нулевым и седьмым уровнями незначительная, но все же ощутимая. На нулевом меньше солнца, меньше простора, меньше спокойного безмолвия. Я не летаю, но Кирилл жаловался, что и воздушные потоки не такие сильные, как в родном мире. Но привыкла я к новым условиям легко, а вскоре и вовсе забыла о неудобствах.
Разница между седьмым и минус седьмым уровнями – чудовищная. Никогда не бывала внизу, но желание Кэри жить повыше перестало казаться мне блажью, едва я вышла из портала.
Воздух здесь тягучий и липкий, небо – тяжелое, как свинец, а снег – пепельный. Мы переместились в помещение, однако я сразу прилипла к стеклянной стене, не в силах оторвать взгляд от местного пейзажа: холмы, покрытые пепельным снегом, до самого горизонта.
– Нравится? – спросил Кэри.
– Нет. Но завораживает. Здесь тоже зима?
– Это не снег, Соль.
– А что же?
– Пепел.
– И тут везде… так?
– Еще есть озера с огненной лавой. Хочешь взглянуть?
– Поверю на слово, – выдохнула я.
– Пойдем, нас уже ждут.
Длинный коридор привел нас в просторный холл, где слуга принял у меня накидку. Здесь тепло, даже душно. Неужели Кэри купил дорогую вещь лишь для того, чтобы я не замерзла при переходе?
Мне нужно было побывать на минус седьмом. Пусть демон и заручился моим согласием на отбор самым бесчестным способом, но увидеть все своими глазами – бесценный опыт. Ощутить, проникнуться атмосферой, сравнить, в конце концов. Для эмпата тяжелое испытание, столкнуться с эмоциями, вызывающими неприязнь. Общий фон ощущается всегда, я давно привыкла не замечать его, а здесь все пропитано темной энергией – гнетущей, тяжелой, мрачной. Я никогда не чувствовала ничего похожего от Кэри. Он – особенный демон? Если да, то мне сильно повезло.
Кроме атмосферы никаких особенных отличий в архитектуре я не заметила. Дизайн мрачноват, но в остальном – те же стены, те же окна, те же залы… И сами демоны внешне такие же, как и большинство жителей верхних миров.
Кэри вел меня через анфиладу комнат, я же почти не смотрела по сторонам. Уже не он поддерживал меня под руку, а я цеплялась за него, борясь с дурнотой.
– Что с тобой? – поинтересовался он шепотом, остановившись у скульптуры демона с рогами, хвостом и крыльями.
– А с ним? – спросила я вместо ответа, указав на скульптуру.
– Боевая ипостась.
– У тебя тоже такая есть?
– Вот не погасила бы черный шторм, увидела бы, – хмыкнул Кэри. – Соль, ты мне зубы не заговаривай. Тебе нехорошо?
– Кэри, а ты тоже…
Я замолчала, сообразив, что сейчас не время и не место для такого разговора.
– Что – тоже?
Он окинул меня хмурым взглядом, а потом на его лице мелькнуло понимание.
– Сила огня! Соль, ты не закрылась? Поставь щиты, немедленно!
– Разве это не расценят, как неуважение?
– Это расценят, как глупость! И почему я был уверен, что со времени нашего знакомства мозгов у тебя прибавилось?
– Так ты тоже чувствуешь себя неуютно рядом с ангелом, – вздохнула я. – Мне жаль, правда.
В академии я смогла бы надерзить, парировать и даже поставить его на место. Здесь сложно вести себя иначе. Мне действительно жаль Кэри, он стал для меня особенным демоном. К тому же, я помнила о том, что мы должны выглядеть влюбленной парой. В отличие от Кэри, который явно забылся.
– Вовсе нет, – возразил он. – Обычно щиты не нужны. Только когда ты злишься, и то, потому что твоя энергия со знаком, противоположным моему. Разве тебе нужны щиты от меня?
– Нет…
Прохладный ветерок коснулся кожи – уютный, мягкий. Меня как будто обняли, защищая от духоты, оберегая от негатива. Я замечала, что на нас поглядывают с интересом, но еще никто не рискнул подойти. Демоны обходили нашу пару стороной, а мы так и застыли возле скульптуры.
Кэри опять открылся, позволяя мне ощутить нежность и тепло, словно подпитывая меня приятными эмоциями.
– Глупая Соль, – прошептал он, ласково касаясь пальцами моей щеки. – Ты же маг ветра, отчего не пользуешься силой?
– Мне приятно, когда ты обо мне заботишься, – вырвалось у меня.
Чуть ли ни впервые я честно призналась в собственных чувствах. И, улыбнувшись Кэри, приготовилась открыться в ответ.
– Кхе–кхм…
Рядом кашлянули, и мы с Кэри отпрянули друг от друга. Полыхнуло такой силой, что щиты я выставила практически подсознательно. И отступила, мечтая спрятаться за спиной у Кэри. Пожилой мужчина прожигал меня взглядом, заставляя нервничать.
– Лорд–повелитель… – Кэри склонил голову, приветствуя демона.
Сила ветра! Так это его дед?
– Так вот куда ты пропал, Киаран. – Лорд–повелитель обернулся к внуку. – Это твоя жертва? И не жаль девочку?
Не в бровь, а в глаз. Кэри уверял, что дед ничего обо мне не знает, но, похоже, ошибался. И все же сейчас я на стороне Кэри.
– Простите, но я не жертва, – выпалила я прежде, чем Кэри ответил деду.
– Да, верно. – Меня опять смерили презрительным взглядом. – Ты – самоубийца. И что он пообещал тебе за участие в отборе? Деньги? Сколько? Я дам вдвое больше, если ты сейчас же откажешься от глупой затеи.
Все же Кэри прав, дед ничего не знает. Во всяком случае, об артефакте.
– Зачем же платить, если вы уверены, что я проиграю? – усмехнулась я. – Тем более, не могу назвать сумму. С Кэри я не из–за денег. Я…
– Лорд–повелитель, позвольте представить вам мою избранницу, – перебил меня Кэри. – Леди Ассоль Рухаэль.
Леди? Нет, если по протоколу… И все же в устах моего наставника «леди» по отношению ко мне звучит смешно.
– Руха…эль? – переспросил лорд–повелитель севшим голосом. – Я не ослышался?
Кэри широко улыбнулся и притянул меня к себе.
– Вы не ослышались, лорд–повелитель, – подтвердил он.
43. Бал
Только ради этого стоило привести Соль на бал! Выражение дедовского лица – бесценно. Он непременно отомстит позже: найдет повод унизить меня или наказать, но момент триумфа я запомню надолго. Да, дедуля определенно не ожидал, что моя спутница – ангел. И не какой–то там, а самая настоящая принцесса. Ангелы давно отказались от титулов, но по сути все верно, ведь Ассоль Рухаэль – дочь главы клана ветра.
Растерянность, изумление, злость, гнев… Надеюсь, Соль все же активировала защиту от ментальных волн. Сам виноват, надо было предупредить заранее. Я покосился на нее: губы плотно сжаты, а взгляд почти стеклянный. Умница, закрылась.
– В кабинет, – выдохнул дед, переведя дыхание. – Немедленно! Оба!
– Я обещал Соль танец. – Улыбка дается легко, хоть я и перечу деду. – В конце концов, это вы настояли на приглашении. Невежливо так принимать гостью.
Изумительный момент, когда зубовный скрежет – не просто оборот речи. Желание задвинуть Соль за спину пришлось подавить, все равно не поможет.
– Ки–а–ран… – процедил дед по слогам. – Не усугубляй.
Его взгляд обещал мне долгую и мучительную смерть. Жаль, что он не понимает, для меня даже это предпочтительнее, чем жизнь на минус седьмом уровне. Хорошо, что Соль не посмеют тронуть.
Я показал деду руну официального визита, подхватил Соль под руку и повел в зал, откуда доносилась музыка. Разговор в кабинете неизвестно чем закончится, а помелькать среди гостей необходимо. Во–первых, пусть знают, что у меня есть любимая. Во–вторых, кукольный вид Соль обманет будущих соперниц. Ее не будут воспринимать всерьез, и жестоко просчитаются.
Соль молчала, как будто воды в рот набрала.
– Может, отомрешь? – предложил я шепотом. – Он страшный, но тебе ничего не сделает.
– А тебе? – внезапно спросила она.
Странно, но я почувствовал, что Соль интересуется этим не из праздного любопытства. И злорадства в ее голосе не слышалось, скорее… беспокойство? Нет, показалось. С тех пор, как я остался один на один с дедом, никто не заботился обо мне.
– У меня хорошая сопротивляемость. – Пришлось обернуть растерянность в шутку. – Дожил же я как–то до своих лет.
Может, Соль и хотела что–то ответить, но мы, наконец, вошли в зал. Я давно не хожу на приемы, что дед устраивает в своем доме, но атмосфера праздника вдруг пробудила детские воспоминания. Мне только казалось, что впервые я попал сюда после смерти отца, но это не так… Я помню, как прятался за портьерой, наблюдая за танцующими, как искал взглядом в толпе гостей самую красивую пару – маму и отца. Детям не место на балу, поэтому я прокрался сюда незамеченным…
– Киаран, ты ли это?
Вполне дружелюбный вопрос одного из кузенов заставил меня вздрогнуть. В планы не входило знакомить Соль с многочисленными родственниками.
– Нет, не я.
Ехидный ответ должен был подсказать кузену, что к разговору я не расположен, однако Эрик не из тех, кто понимает намеки.
– О, точно ты, – рассмеялся он. – Да еще и не один.
Многозначительный взгляд в сторону Соль я проигнорировал.
– Лорд–повелитель пожелал, чтобы я представил ему свою избранницу. Прости, я обещал ей этот танец.
Заиграл вальс, и я, проклиная любопытного кузена, повел Соль в круг. Если б мог, выбрал бы что–нибудь менее сложное: она уверяла, что умеет танцевать, однако я вполне могу оттоптать ей обе ноги. Что ж, в любом случае, наше появление на балу не останется незамеченным.
– Кэри… – позвала Соль.
– М–м?
– Сделай лицо попроще, если хочешь, чтобы нас приняли за влюбленную пару.
– У самой улыбка фальшивая, – огрызнулся я, старательно следя за музыкой.
– Сложно изображать счастье, когда тебя используют.
Соль произнесла это без ненависти, а поморщилась, потому что я все же наступил ей на ногу.
– Прости…
– Это не сложнее боя на флиссе, – сказала она. – Веди меня увереннее, на нас все смотрят.
Соль не преувеличивала, за нами действительно наблюдали. Я удивился бы, будь иначе. Своего я добился, Соль заметили. Как только отбор объявят официально, все присутствующие на балу будут вспоминать детали, чтобы оценить ее шансы на победу.
«И–и–и! Раз–два–три! Раз–два–три!»
Невидимый хлыст снова бьет меня по икрам, а в ушах звучит голос учителя танцев: «Раз–два–три!»
Я солгал, улыбка Соль не фальшивая. И взгляд мягкий и теплый, словно обволакивающий уютным светом. Так легко обмануться и принять игру за истинные чувства…
«Отпусти себя, Кэри… Хотя бы на время этого танца… Поверь, что Соль тебя любит».
И я верю, кружа Соль по паркету. Мой солнечный ангел, моя чистая девочка… Я верю, что мы будем вместе. Верю, что ты испытываешь ко мне нечто большее, чем жалость. Верю, что буду хорошим мужем, если ты этого захочешь.
Раз–два–три… Раз–два–три…
Музыка смолкла лишь для того, чтобы танцующие поменялись партнерами.
– Вы позволите…
– Нет! – рычу я, не оборачиваясь на голос.
Я никому не позволю танцевать с Соль. В конце концов, я дал ей обещание, что не оставлю ни на минуту. Жаль, не смогу сдержать слово.
– Пойдем. Если заставить деда ждать еще танец, в академию тебе придется возвращаться одной.
На лице Соль промелькнул испуг, а на лбу залегла морщинка. Я покинул зал, крепко держа ее за руку и игнорируя всех, кто пытался привлечь мое внимание. Скажут, что я невежлив? Пусть, мне все равно. Среди демонов у меня и так сомнительная репутация.
– Жди здесь. – Я распахнул перед Соль дверь в собственную комнату. – Сюда не посмеют войти без моего разрешения.
– Нет, – возразила она, сделав шаг назад.
– Соль, некогда спорить. Здесь ты в безопасности. Я поговорю с дедом и вернусь за тобой.
– Нет! Я пойду с тобой. Он хотел видеть обоих.
Я собирался втолкнуть Соль в комнату и запереть дверь, но что–то в ее взгляде заставило меня передумать. Я словно почувствовал, что этого она мне точно не простит.
– Соль, я переживаю не за тебя. – Признаваться в этом стыдно, но она достойна правды. – Дед жесток в гневе, и я не хочу… чтобы ты это видела. Тебя он не тронет.
– Я пойду с тобой, – повторила упрямая Соль.
Дед швырнул меня на колени, едва мы вошли в кабинет. Его выдержки хватило, чтобы воздержаться от унижений перед гостями, но присутствие ангела не остановило.
– Щенок! Как ты посмел! – прошипел он. – Неслыханная дерзость!
Обычно я предпочитаю не тратить силы на борьбу, дед сильнее, но сейчас, когда рядом Соль, трудно изображать покорность. Я попытался встать, за что и получил первый удар.
– Бить слабых – любимое занятие всех владык? Странно… Мне казалось, что сила дается для другого.
Дед медленно перевел взгляд на Соль. И кто ее за язык тянул! Это же разозлит его сильнее. А расплачиваться, между прочим, мне.
– Тебя охраняют закон и имя, – произнес дед. – Но я не потерплю оскорблений.
– Вы оскорбляете себя сами, унижая внука, – парировала Соль. – Мой отец поступал так же, воспитывая сына, и в итоге брат сбежал из дома. Неудивительно, что Кэри…
– Продолжай, – перебил ее дед, внезапно сбавив тон. – Весьма интересно выслушивать нравоучения от падшего ангела.
Надо же, как быстро он узнал, кто такая Соль. О моем участии в ее судьбе он догадается сам. Я и не мечтал это скрыть, он ни за что не поверил бы в настоящую любовь.
– Я всего лишь защищаю того, кто мне дорог.
– Он тебе дорог? Неужели? – Дед прищурился и ухмыльнулся. – Разве ты не мечтаешь отомстить?
– Хотите узнать, о чем я мечтаю? – Соль сложила на груди руки. – Уличите меня во лжи, если сможете. Готовы?
Дед кивнул.
– Я люблю Киарана Декарабиа, – выдохнула она. – Люблю так сильно, что согласна участвовать в отборе.
Сегодня просто мой день! Второй раз наблюдаю, как с лорда–повелителя слетает маска надменности и самоуверенности. Он смотрит на Соль, как на диковинного зверя, и дышит, как рыба, выброшенная на берег. Про меня он забыл, и я, воспользовавшись этим, поднялся на ноги.
– Отбор, значит… – Дед рванул воротничок рубашки и повел шеей. – Хорошо. Будет вам… отбор. А сейчас убирайтесь отсюда, оба.
– С удово…
Я не дал Соль закончить: схватил ее за руку и вытащил из кабинета.
– В портальный зал. Живо! Пока он не передумал.
Я перевел дыхание, когда мы переместились в квартиру, где переодевались. Соль не проронила ни слова, да и взгляда моего избегала.
– Разочарована? – не выдержал я, наблюдая, как аккуратно она снимает украшения.
Она положила серьги на туалетный столик и повернулась ко мне.
– Очень. Я так хотела потанцевать, а меня выгнали с бала.
– Ерничаешь? – догадался я. – Ладно… имеешь право… Соль, но как тебе удалось обмануть деда?
Она сбросила туфли и подошла ко мне, ступая мягко, как кошка.
– Ты не все знаешь об ангелах, Кэри, – произнесла она тихо. – Наклонись, скажу кое–что на ухо.
Я повелся на уловку, хотя мог бы возразить, что здесь мы одни, подслушивать некому.
– Будь добр, потерпи, – прошептала Соль.
А потом обвила руками мою шею и впилась поцелуем в губы.
44. Просто химия
Целовать Кэри – сладко и горько одновременно. Я отпустила себя, перестала сдерживать чувства, и они накрыли меня лавиной, не оставив ни единого шанса. Я готова зайти дальше, потому что точно знаю: люблю этого мужчину и хочу его, здесь и сейчас, немедленно. Поцелуй отравляет его недоверие, но с этим я готова мириться.
А чего еще ждать от обманщика и манипулятора? Искренности? Любви? Понимания? Не уверена, что демоны на это способны. Сегодня я убедилась, что Кэри – особенный, остальные гораздо хуже. Мне не стоит надеяться на что–то настоящее.
Я целовала Кэри жадно и неистово, торопливо. Боялась не успеть, ведь он в любой момент мог оттолкнуть, посмеяться и напомнить, где мое место. Я не дарила ему нечто особенное, а мстила: за все слезы и обиды, за обман и издевки, за использование вслепую.
В первый момент он растерялся. Я едва сдержала смешок. Как же легко удивить демона! Кэри, как и его дед, уверен, что хитрость сильнее искренности. Он во всем ищет подвох, но пасует перед чистыми чувствами.
– Соль, подожди! – Кэри все же удалось вырваться из моей хватки. – Остановись, иначе я не смогу остановиться.
– Не останавливайся.
Я нащупала пряжку ремня и попыталась ее расстегнуть. Кэри не позволил – перехватил руки и толкнул меня на диван.
– Соль! Я не шучу.
– Я тоже, – ответила я с вызовом. – Или ты боишься?
– Ты пожалеешь…
Он навис надо мной, опаляя лицо рваным дыханием. Никогда не соблазняла мужчин, но Кэри, без сомнения, хотел того же самого, что и я. Желание легко читалось во взгляде, в движениях, в жестах.
– Это ты пожалеешь, если остановишься. – Дерзить мне не привыкать. – Локти кусать будешь, но второго предложения не дождешься. Никогда.
– Со–о–оль… – простонал Кэри. – Что ты творишь, Соль…
Почему я должна его уговаривать? Сколько можно ждать? Горько, когда тебя отвергают, но… я же предчувствовала, что так и будет? Кэри не нужна обуза в виде озабоченного ангела. Ему нужен боец, который за шкирку вытащит его с минус седьмого.
– Не хочешь, и не надо, – пробормотала я, отворачиваясь. – Выйди, я переоденусь.
Кэри проигнорировал мою просьбу. И встать не позволил, пригвоздил к дивану жадным поцелуем. Платье не выдержало его напора: смешно, но Кэри злился, срывая с меня одежду. Она мешала ему, раздражала, а получив доступ к обнаженной коже, он покрывал ее поцелуями, задыхаясь от удовольствия.
Мы барахтались на диване, увлеченно раздевая друг друга. Кэри преуспел в этом больше, чем я, но когда на мне ничего не осталось, вдруг остановился.
– Соль, а ты…
Он нервно сглотнул, скользнув взглядом по животу и ниже. Кто бы мог подумать, что его будет волновать такая мелочь, как девственность! На алтарь своих желаний он принес меня, не задумываясь о последствиях.
– И что? – спросила я раздраженно. – Тебе не все равно?
– Нет. Мне не все равно.
Я крепко зажмурилась. Жаль, что провалиться под землю от стыда не получится, это всего лишь образное выражение. Ладно, Соль, не хнычь. Ты же знала, как демон умеет унижать.
Что–то теплое коснулось мочки уха. Щетина уколола щеку.
– Глупенькая… – прошептал Кэри. – Конечно, мне не все равно. Я буду аккуратен и нежен… если ты… позволишь…
– Да, – всхлипнула я, демонстрируя уязвимость. – Да!
Хотя бы в этом он не обманул. Я чувствовала кипящую в нем энергию, страсть, дикое желание, но он сдерживал звериные порывы, заботясь обо мне. Было больно, но недолго. Кэри сделал все бережно, постарался доставить удовольствие. Не знаю, смогла ли я его удовлетворить, но мне было комфортно и во время процесса, и после, в объятиях демона, неожиданно теплых и уютных.
Жаль, что длилось это недолго.
– Нам пора возвращаться, – произнес Кэри, дыша мне в макушку. – Пока студенты празднуют…
– Хорошо, что хоть кто–то следит за временем, – мрачно пошутила я.
– Соль, ты же понимаешь, что…
– Что это ничего не изменит, – перебила я. – Да, прекрасно понимаю. Ты мой наставник, а я – студентка спецкурса. Не забуду, не переживай.
Я вывернулась из его объятий и встала, чтобы одеться. Вещи, которые ношу в академии, не пострадали, хоть это радует. А вся эта красота… больше не нужна. Зачем мне платье? Я не смогу объяснить, откуда оно у меня.
– Соль… – позвал Кэри.
Он сел, но прикрылся подобранной с полу рубашкой.
– М–м?
– Спасибо.
Я чуть не упала, от неожиданности перепутав штанины брюк. Однако с ехидным ответом тянуть не стала.
– На здоровье!
– Это искренне…
– Не сомневаюсь.
Я села к туалетному столику и безжалостной рукой начала стирать поплывший макияж.
– Иногда ты меня пугаешь, – признался Кэри. – С виду такой… ангел… а внутри…
– Учителя хорошие были, – улыбнулась я его отражению. – Но так же удобно, правда? Я ничего не требую, ты ничего не обещаешь. Мы оба знаем, что это порыв… химия…
– Химия… – повторил Кэри задумчиво и потянулся за штанами.
– Хочешь серьезно? – Я развернулась к нему. – Без ехидства и притворства?
Он кивнул, застегивая пряжку ремня.
– Пока между нами сделка, ничего другого быть не может. Ни чувств, ни отношений, ни дружбы.
– Пока? – переспросил он хриплым голосом. – А потом?
– До «потом» надо дожить. В первую очередь, мне, – отрезала я.
Нет, правда, на что я надеялась? Что он вдруг отменит сделку? Ради каких–то там… чувств? Эта мысль даже не пришла ему в голову. Только «потом»…
– И все же спасибо за подарок, Соль.
– Да я тоже не в накладе.
Я попыталась отшутиться, но Кэри и не подумал улыбнуться в ответ.
– Жаль, что я не могу подарить тебе нечто столь же прекрасное…
– Можешь.
– Например?
– Артефакт.
Мне определенно нравится мучить себя. Кэри ожидаемо скривился: пусть на мгновение, но мне хватило, чтобы почувствовать горький комок в горле.
– Не насовсем, – добавила я, не дожидаясь отказа. – На один полет, до академии. Я могу дать клятву ангела, что верну…
– Не надо, – перебил он. – Держи.
Я не поверила собственным глазам – Кэри достал артефакт из подпространственного кармана и протянул мне.
– Не забудь о защите. И позволь мне быть рядом, ты никогда не летала зимой. Холодные потоки… у них есть особенности…
Сила ветра! Он всерьез думает, что я чего–то не знаю о холодных потоках? Моя стихия – воздух! Разве что практики не было, тут он прав.
– Спасибо, Кэри. – Настала моя очередь благодарить. – А вещи? Их же нельзя оставить здесь.
Это сейчас портал заблокирован, но демон не сможет держать его закрытым вечно.
– Можно. Собери все.
Пакет с порванным платьем и прочими вещами Кэри убрал в шкаф, запечатав дверцу личной руной. И славно! Мне было бы неприятно, выбрось он все ненужное в помойку.
Переместившись в лес рядом с академией, мы оба расправили крылья. Я взлетела первой, Кэри – следом. Он держался чуть позади и снизу, не мешая. Я же просто наслаждалась полетом, без суеты и головокружительных пируэтов. Всего несколько минут, до академии рукой подать, тем более, по воздуху, но дольше на морозе можно выдержать только с дополнительной защитой.
– Чудесно! – Я опустилась на землю около общежития. – О лучшем подарке я и не мечтала.
Кэри хмыкнул, пряча крылья.
– Артефакт будет твоим, Соль.
– Непременно.
Правда, до этого еще надо дожить. И выжить на отборе. И выиграть, между прочим. А сегодня артефакт вернется к хозяину. Я протянула Кэри парные браслеты.
– Спасибо, наставник. И с праздником вас!
– Точно, – улыбнулся он. – С праздником, Соль. Увидимся завтра.
В общежитии было тихо, темно и пусто. Даже тети Розы нет, и она празднует день зимнего солнцестояния. Но я совершенно не жалела, что не веселюсь с друзьями в городе. Я провела вечер с Кэри, а после полета и вовсе чувствовала себя абсолютно счастливой.
45. Каникулы
После вечера, проведенного с Соль, остались смешанные чувства. Я ощущал себя счастливым и использованным одновременно. Не рассчитывал получить от Соль такой подарок, но навряд ли она заботилась о моем удовольствии. В ней как будто проснулась хищница, которая взяла то, что хотела. Стать добычей ангела… странно, но Соль имела на это право, я поступил с ней гораздо хуже.
Мне хотелось бы обнулить прошлое. Соль права, пока между нами сделка, о доверии не может быть и речи. Но стоит ли надеяться на будущее? Ведь память невозможно стереть.
Я так и не сомкнул глаз ночью, перебирая в памяти мельчайшие детали: появление Соль на балу, стычка с дедом, неожиданное заступничество… Я и надеяться не смел, что ангелочек осмелеет настолько, что надерзит лорду–повелителю. «Я люблю Киарана Декарабиа». Это было… сильно. И ведь имя специально произнесла полностью, чтобы дед не усомнился, кого именно она любит. Но как ей удалось произнести это искренне? Я тоже ощущал ее эмоции, и в них не оказалось фальши. Неужели… так и есть? Разве меня можно полюбить? За что?
Как бы я хотел получить ответы на все вопросы…
Утром подопечные ждали меня в условленном месте, недалеко от ворот академии. Есть у штрафников замечательная традиция, каникулы они проводят среди обычных жителей нулевого уровня. Дома студентов спецкурса никто не ждет, поэтому академия отправляет их в «полевые условия», под присмотром наставника. Это вроде как практика на адаптацию, никаких заданий нет. Студенты просто отдыхают и учатся обходиться без магии.
Вот и у нас первый такой выезд. И, что меня особенно радует, отдыхать мы отправляемся в полном составе. Ши должен был остаться в академии, потому что он наг. Нет среди жителей нулевого особей с хвостом вместо ног, и Ши непременно привлек бы внимание, а отводить глаза студент первого курса будет с трудом, силы и опыт еще не те. Однако сокурсники постарались – придумали способ, как взять Ши с собой. Правда, я был уверен, что наг не согласится, и ошибся. Ши сказал, что лучше так, чем вообще никак. В итоге он с нами, в инвалидной коляске, хвост надежно упрятан в меховой мешок, а вертикальные зрачки скрыты за темными стеклами очков.
– Ну что, готовы? – спросил я после приветствия. – Ничего не забыли?
– Так точно, наставник! – дружным хором ответили студенты.
– И учтите, хоть одно нарушенное правило – и все отправляются обратно, ближайшим порталом.
Это так, для порядка. Уверен, что каждый из них предвкушает поездку и никаких «шальных» мыслей в их головах нет. Я и сам рад немного развеяться, ведь отправляемся мы горнолыжный курорт. Кроме штрафников с нами Михаэль и Кирилл. Куда ж без феникса… А брат Соль получил разрешение у ректора, предпочтя провести каникулы с сестрой. Вообще, я не против, будет кому присмотреть за этой неугомонной девицей.
Из портала в лесу мы разбрелись разными путями, чтобы не вываливаться из ниоткуда в одном месте шумной толпой. А после вновь собрались на железнодорожном вокзале. Заботу о Ши взяли на себя Барри и Антар, все же наг здорово ограничил себя, согласившись изображать калеку. Соль сопровождали два верных рыцаря, Михаэль и Кирилл, а Нил присматривал за девушками.
Мы могли бы переместиться в горы порталом, но весь интерес в том, чтобы испытать все, в том числе, путешествие на транспорте. Портал – это обычно, обыденно, а поезд – очень увлекательно. Я себя помню таким же желторотиком, как мои подопечные. В поезде интересно все: от электровоза до спальных мест, и попытка подраться за право занять верхние полки меня ничуть не удивила.
Парни решили, что девушкам удобнее внизу. Девушки взбунтовались и потребовали справедливой дележки. В итоге кидали монетку.
Ехали мы в плацкарте, в общем вагоне, но никто на моих ребят не косился. Молодежь везде шумная, к этому все привыкли. А они, распределив места «по справедливости», прилипли к окнам. Понятия не имею, что интересного в однообразных белых пейзажах, но завораживает, факт, особенно под стук колес.
Вечером, когда стемнело, все набились в один отсек, заняв и нижние, и верхние полки, и резались в какую–то настольную игру, пока я не разогнал их по местам. И не спали долго – шушукались с соседями и бегали парами в конец вагона, поторчать в тамбуре. Я не мешал развлекаться, лишь бы крылья да клыки никому не показывали.
На базу отдыха прибыли к вечеру следующего дня – ничуть не уставшие, полные сил, энергии и энтузиазма. Еще бы, после тренировок в академии, поездка – уже отдых. Мы заняли отдельный домик, именуемый здесь шале. Привыкшие к аскетизму студенты сочли его царским дворцом.
Откровенно говоря, шале и мне понравился, и куда сильнее, чем дворец. В простоте и естественности есть своя красота, а уж уют и вовсе проще найти там, где нет показной роскоши. Шале строят из камня и дерева, а покатая крыша нависает над террасой. Центр первого этажа – огромная светлая гостиная с панорамными окнами, а на втором – спальни и ванные комнаты. Внизу же есть камин, кухня и что–то вроде библиотеки.
Кухню мы договорились не использовать. У нас оплачен полный пансион, и проще посещать столовую, чем возиться с приготовлением пищи. К тому же, сомневаюсь, что кто–то из моих студентов умеет хорошо готовить. А некоторых и вовсе к плите подпускать нельзя, а то вместо супа можно полакомиться каким–нибудь приворотным зельем. Главным по камину я назначил феникса, его немалому удовольствию. Все огневики любят естественный огонь. Спальни студенты опять делили, подбрасывая монетку. Я занял комнату на первом этаже, подальше от шума и суеты.
Еще одно преимущество отдельного жилья – Ши мог свободно передвигаться внутри дома. Я только попросил его не прогуливаться перед панорамными окнами первого этажа, дабы не заметили соседи.
После ужина пришлось пресечь попытку отправиться на прогулку: волевым решением я загнал подопечных в шале.
– Вечерами гулять в горах небезопасно, – пояснил я, игнорируя недовольные взгляды. – Особенно когда местность незнакома. Я понимаю, что теоретически навряд ли кто–нибудь из вас умудрится убиться, но практически сейчас все вы – обычные люди. И, сорвавшись в пропасть, придется падать, а не взлетать, расправив крылья.
Далеко не все здесь умели летать, но воспользоваться воздушной «подушкой» мог каждый. Впрочем, мой посыл они поняли.
– Можно по территории базы прошвырнуться, – предложил Нил. – Тут есть бар и танцпол.
– О! – Я поднял вверх указательный палец. – Спасибо, что напомнил. Выпить пива в умеренных количествах, здесь, при мне, я разрешаю. Хотя предупреждаю, что лучше не увлекаться, сами же пожалеете об этом, когда вернемся в академию.
– А что, накажете? – нахмурился Антар.
– Организм тебя накажет, – ухмыльнулся я. – На первой же утренней пробежке. Кстати, по этой же причине не рекомендую увлекаться фондю и выпечкой. М–м–м… Так вот, бар, как вы уже поняли, под запретом. Никакого алкоголя крепче пива. Узнаю – накажу всех. А я узнаю, поверьте.
– Верим… – вразнобой отозвались приунывшие студенты.
И ведь знаю прекрасно, что выпивкой никто из них не увлекается, но отчего–то запретный плод, как всегда, сладок.
– Танцпол – пожалуйста. Но не сегодня. Сегодня я хочу провести спокойный вечер.
– Танцевать тут опасно? – поинтересовалась Лин.
– Видишь ли, в таком месте люди, как правило, навеселе. И отчего–то чаще провоцируют конфликты, драки и прочие… неприятности. Вот, к примеру, ты на танцпол выйдешь, в своей мини–юбочке, да с распущенными волосами, кто–нибудь прицепится, приставать начнет, непристойности предлагать…
– И получит в лоб! – возмутилась она.
– Угу… И хорошо, если выживет. А если нет, то драка будет знатной. В общем, дети мои, знакомство с аборигенами отложите на потом, будьте так добры. Пожалейте старого наставника.
Я, конечно же, ерничал, но студентам понравилось. Они похихикали над «старичком Кэри», и разбрелись по спальням. В гостиной у камина остались Соль и Михаэль. Навряд ли из–за меня: я сразу отправился к себе, а в гостиную вернулся позже, в надежде, что там никого нет.
Они ничего не делали, даже не разговаривали, только сидели рядом и смотрели на огонь, и все же я испытал огромное желание отодвинуть Михаэля подальше от моего ангела. Ревность? Похоже. Хоть в ней нет смысла. Если бы Соль любила феникса, она не захотела бы дарить мне девственность.
– Кэри? – Соль заметила меня первой, что неудивительно, и обернулась. – Иди к нам.
Хотел отказаться, но она улыбнулась, и ноги сами принесли меня к камину. Я опустился на звериную шкуру рядом с Михаэлем, скрестив ноги.
– Чего вы тут?
– Да просто так, – отозвался феникс. – Я люблю огонь, а Соль…
– А Соль устала от шума, – вздохнула Соль. – Кэри, хочешь горячего шоколада?
– М–м–м… Не откажусь. А где…
– На кухне есть кипяток, шоколад, молоко и сахар. Я сварила, – похвасталась Соль.
– Я же просил…
– Никто не заметил. Это то немногое, что я умею готовить.
– Ладно, неси свой шоколад.
Идиллия, да и только. Вспомнить хотя бы тот день, когда мы втроем впервые столкнулись в академии. Мих готов был меня убить, Соль метала гром и молнии, а я… я к обоим относился, как к марионеткам, что играют по моему желанию. И вот, пожалуйста, мы сидим у камина и мирно пьем шоколад, наблюдая, как пляшут языки пламени. Я с удовольствием назвал бы Соль и Миха друзьями… если бы не испортил все в самом начале.
– Кстати, Соль… Здесь есть спортзал.
– Мне продолжить тренировки?
– Настаивать не буду, но ты знаешь, что в твоих же интересах…
– Угу, хорошо.
Михаэль молча встал.
– Ты куда? – спросил я, почувствовав волну обиды.
– Не буду мешать, – отрывисто произнес он. – У вас свои секреты.
– Останься, – попросил я, прислушиваясь к звукам в шале.
Все остальные наверху, на лестнице никого нет, значит, нас никто не услышит.
– Соль, ты ничего ему не говорила?
– А я могу? – удивилась она. – Я же связана клятвой.
– Ты мог бы и сам спросить, если любопытно, – упрекнул я Михаэля.
– И ты ответил бы? – пробурчал он.
– Случай с кольцом ничему тебя не научил, – вздохнул я. – Соль должна выиграть отбор невест, чтобы я мог жениться на ней и покинуть круг Декарабиа.
Если Соль впечатлил размах моего обмана и склонность к манипулированию, то Михаэль, прекрасно сдавший экзамен по межмировой истории, уловил самую суть.
– Ты охренел? – выдохнул он, забив на субординацию. – Как ангел будет сражаться с демонами?
– Только ангел и может победить демона. Мы равны по силе, – напомнил я.
Соль нервно хихикнула.
– Кэри, после твоего дедули мне ничего не страшно.
– После… – Михаэль прищурился. – Так вот где вы были вечером перед отъездом.
– Киру ничего не говори, – попросила Соль. – Ему ни к чему знать.
– Кэри, ты… – Михаэль запнулся, не закончив фразу.
– Договаривай, – холодно произнес я. – Сволочь? Мерзавец?
– Мих, не надо, – прошептала Соль.
– Что бы ты ни задумал, на меня больше не рассчитывай, – процедил Михаэль, обращаясь ко мне. – Никогда.
– Мих!
– Учту. – Я легко поднялся, передав пустую кружку Соль. – Спасибо за шоколад. Не засиживайтесь долго, завтра у нас насыщенный день. Приятных снов.
Наверное, на месте Михаэля я поступил бы точно так же. Вот только он – не на моем месте, и никогда не поймет, почему мне так нужна Соль.
46. Правда или действие
Мне совсем не хотелось обманывать Кэри, но незаметно отвлечь его внимание могли только я и Михаэль. Вроде бы демон и не стремился пересчитать нас перед сном, однако мы решили не рисковать. А все потому, что однокурсники решили поиграть в «Правду или действие». Действительно, чем еще заняться на отдыхе!
Правила обсуждали вместе еще в поезде, и без алкоголя в первом туре никак. Кэри очень «удачно» запретил посещать бар, как будто предчувствовал. Однако кого из студентов останавливали запреты? Особенно на каникулах, вне академии, где не действуют обычные правила и нет карцера.
Раздобыть текилу вызвался Нил. Второй этаж для любого из нас – не препятствие, если нужно уйти через окно. Правда, Кэри в любой момент мог устроить проверку, оттого мы с Михаэлем и засели у камина.
Разговор оставил на душе какую–то муть. Мне показалось, что Кэри чем–то расстроен, а после того, как Михаэль вспылил, стало еще хуже. И, как назло, я лишь бессильно наблюдала за тем, что происходит. Как бы я не относилась к Кэри, выставлять чувства напоказ неуместно.
– Что–то Нил долго, – произнесла я, нарушая затянувшееся молчание. – Может, вляпался куда?
– Соль, я найду способ разорвать вашу с Кэри сделку.
Михаэль смотрел на меня так серьезно, что мурашки побежали по коже.
– Э–э–э… Я вообще–то о Ниле.
– А я о тебе, – отрезал он. – Не может быть, чтобы не было способа.
– Не надо, Мих, – вздохнула я. – Я хочу выиграть этот отбор.
– Соль, ты не понимаешь! Он выставляет тебя против монстров…
– Понимаю, – перебила я. – Я была на минус седьмом уровне. Кэри прав, ангелы не слабее демонов.
– Кир сделает артефакт, я уверен. Да если и нет… Хочешь, я буду твоими крыльями?
Необычное предложение. Хотя не такое уж и неожиданное.
– Не хочу. И не в артефакте дело…
Закончить я не успела, по лестнице скатился Барри.
– Айда наверх! Нил вернулся, – сообщил он.
– Что ж так тихо… – поморщился Михаэль. – Громче надо, чтобы Кэри точно услышал.
– Уже идем. – Я поднялась и сказала фениксу: – Не вмешивайся. Если хочешь, это мое третье желание.
– Ой–йо–о–о… Как все серьезно. Ладно, я понял. А желание оставь себе, вдруг еще пригодится.
Наверху все было готово к игре. Из бара Нил принес не только выпивку, но и цветные пакетики с разными вкусностями вроде соленых орешков, чипсов и шоколадных конфет. Расположились мы в спальне, наиболее удаленной от комнаты Кэри. Хорошо бы, конечно, шумовую защиту поставить, но за использование магии влететь может гораздо сильнее, чем за нарушение режима.
– Пиши! – Вел вручила мне три бумажки и карандаш, едва я втиснулась на свое место между Киром и Нилом.
Такое же задание получил и Михаэль.
– Чего писать? – не сразу сообразила я.
– Действия для второго тура. Соль, ну ты чего! – упрекнула Лин. – Забыла?
– Только обязательно что–нибудь провокационное, – напомнила Вел.
Игра в «Правду или действие» тем и хороша, что правила можно придумывать свои. Откровенно говоря, мы нечасто собирались вместе просто так, чтобы отдохнуть и расслабиться. Не до того было, учеба у всех на первом месте. Но сейчас хотелось отрываться и делать глупости. Только мы понимали, что слишком зажаты для этих самых глупостей.
Поэтому первый тур – для того, чтобы напиться. В нем вопросы будут задаваться по очереди, а за отказ отвечать, надо выпить стопку текилы. Когда текила закончится, а градус настроения повысится, придет время второго тура, где действие – задание по жребию.
«Поцеловать соседку справа», – вывела я на одной бумажке. «Расстегни бюстгальтер брюнетке», – на другой, и «Передай губами кусочек шоколадки той, что напротив тебя», – на третьей. После чего скатала все бумажки и бросила их в коробку с заданиями для парней.
Так как девушек меньше, мы договорились, что соседом противоположного пола будет считаться тот, кто дальше по кругу.
К концу первого тура напились все, даже обычно сдержанная и замкнутая Нора. Собственно, нас развезло после первой же стопки: свежий воздух, потеря навыка и кураж свое дело сделали. Вопросы друг другу задавали простые, но отвечать отказывались через раз, поэтому бутылка быстро опустела.
– А теперь, други мои… – Ши положил бутылку посередине круга и крутанул. – Поехали!
Отвечать выпало Нилу.
– А скажи–ка мне, как на духу, – прищурился Ши. – Как впервые кровушку попробовал? Если помнишь, конечно. Вампиров не кровью вскармливают, вместо молока?
Нил скривился. Мне показалось, он выберет действие, но нет.
– Слишком много вопросов, – сказал он. – Отвечу на первый. Я родился обычным человеком, так что прекрасно все помню. В детстве меня выкрали и насильно инициировали. Тогда и кровь попробовал, ее в рот влили. Раунд?
Ши поднял обе руки в знак согласия. Бутылку закрутил Нил, и она указала на Нору.
– О, прекрасная дева, – насмешливо произнес Нил. – Не пришла ли пора поведать нам, какой вы расы? А то как–то нехорошо получается. Мы тебя в компанию вроде как приняли…
– А кто–то еще не знает? – фыркнула Нора. – Дриада с третьего уровня.
– Так то слухи, – подмигнул ей Нил. – А теперь – официальная информация.
Норе выпало задавать вопрос Барри.
– Расскажи о своем самом ужасном поступке, – попросила она.
Барри помрачнел, тряхнул головой и выбрал действие.
– Тяни жребий, – оживилась Вел.
Прочитав написанное на бумажке, Барри помрачнел сильнее.
– Покажи любимую позу в сексе, – озвучила задание Лин, заглянув ему через плечо.
– О–о–о! – протянули девочки.
– У–у–у! – отозвались парни.
– С кем показывать? – поинтересовался Барри.
– С Норой! – чуть ли ни взвизгнули мы хором.
– Э, нет! Я на вопрос ответила! – возмутилась она.
– Я тогда так…
Барри поднялся, почесал в затылке, потом подошел к кровати и взял подушку, положил ее на край, наклонился и…
Смотреть на него без смеха было невозможно. Это и есть наша цель – поржать и подурачиться всласть.
– Все с тобой ясно, – простонал сквозь смех Михаэль. – Завалил – и сзади.
– Хорошо смеется тот, кто смеется последний, – мудро заметил Барри, возвращаясь на место.
Следующей жертвой бутылка выбрала Лин.
– За что тебя изгнали из родного мира? – выдал оборотень.
– Блин, Барри! – взвилась Лин. – Вот от тебя я точно не ожидала!
– Выбери действие. – Он невозмутимо повел плечом.
Лин задумалась, но ненадолго.
– Я отрезала крылья той, что меня предала, – сказала она, сверкнув глазами. – И ничуть об этом не жалею.
Мда, а вот тут совсем не до смеха. Лучше бы она выбрала действие.
– И не надо так на меня смотреть! – Лин обвела всех гневным взглядом. – Эта дрянь называла меня подругой, а сама соблазнила моего парня.
– Если парень соблазнился, то стоил ли он твоей любви? – осторожно предположил Ши.
– Нет, конечно, – ответила Лин с горечью. – Но я ей верила, понимаете? Верила, как самой себе… А она… за спиной…
Кир, сидящий рядом, приобнял ее за плечи.
– Забей, – сказал он тихо. – Это в прошлом. Если ты здесь, значит, не так уж ты и не жалеешь…
И то верно. За время, проведенное среди студентов спецкурса, я убедилась в том, что никого по–настоящему злого и мстительного среди нас нет. Никто не откровенничал специально, но проговаривались все. Я знала, за что наказана Вел. И Ши рассказывал, как его подставили. «Преступление» Нила и вовсе лишь в том, что отец кормил его кровью без регистрации. Даром, что король… Было стыдно признать, что сын –вампир, а в итоге… В общем, Нил у нас принц, да.
– Лин, крути бутылку, – попросила Вел. – Нечего тут сырость разводить.
Феечка сильно постаралась, чтобы горлышко бутылки указало на Кирилла.
– У тебя есть девушка? – спросила она, не сводя взгляда с брата.
– Есть! – Кир засмеялся и ткнул меня в бок. – Соль – девушка всей моей жизни!
– Э, нет! – запротестовала Вел. – Она твоя сестра, так нечестно! Отвечай или выбирай действие.
– Ой, тоже мне вопрос… Нет у меня девушки, нет. Так, сейчас моя очередь? О, снова Нора! Э–э–э… Ты будешь танцевать с мужчиной, который ниже ростом, чем ты?
– Пригласит, тогда решу, – улыбнулась Нора.
Следующей оказалась я.
– Со–о–оль… – сладко протянула дриада. Я напряглась, уж больно хищно она на меня смотрела. – Расскажи о своем первом сексуальном опыте.
– Ик! – дернулась я.
Все уставились на меня. Ага, щаз! Так я и призналась…
– Действие.
– Чего?! – нахмурился Кирилл.
Конечно, брат уверен, что я все еще девственница. Михаэль вопросительно приподнял бровь. Остальные разочаровано заныли, мол, никто не хочет делиться самым интересным. Я вытащила бумажку с заданием и расслабилась.
– Сесть на колени к парню напротив и поцеловать его, – прочитала я для всех.
Напротив меня сидел Михаэль. Поцелуй с ним я переживу, не впервой. Правда, Вел немного позеленела, но это ее проблемы. Мы всего лишь играем.
Так как мы расположились на полу, для выполнения задания Мих сел на стул. Я легко запрыгнула ему на колени и обвила рукой шею.
– Ничего личного, – хихикнула я, прежде чем коснуться его губ.
– О–о–о! – взвыли довольные однокурсники. – Один! Два! Три!
Я не собиралась целоваться взасос, но Михаэль коварно придержал рукой мою голову, не позволяя отстраниться. Только поэтому счет дошел до десяти.
И не успела я отдышаться, как поперхнулась воздухом, услышав голос Кэри.
– Весело у вас тут…
В комнате мгновенно наступила ледяная тишина. Кэри стоял на пороге и пожирал взглядом меня и Михаэля. Не будь я эмпатом, и то догадалась бы, что чувствует демон. Это было написано на его лице, потемневшем и как будто замороженном.
– Мы тут… играем… – произнесла я, не узнавая собственный голос.
Кэри кивнул, скользнул взглядом по лицам однокурсников, прищурился, заметив бутылку, поджал губы и вышел.
47. Вера в любовь
Как ни странно, убивать не хотелось. Я и не рассчитывал, что на каникулах студенты будут вести себя идеально, сам был таким же. Даже если мы уважали преподавателя, нарушить прямой запрет не считалось оскорбительным. Главное правило: меньше знает, лучше спит. По поводу выпивки я свою позицию обозначил, чтобы студенты не наглели. И проверять их не собирался, всего лишь искал Соль.
Ангелочек, безусловно, мастер бить ниже пояса. И почему я увидел ее именно с Михаэлем? Мне показалось, что их поцелуй длился дольше, чем наш с ней секс. И все же я не ощущал ненависти, лишь щемящую грусть.
Когда ты стал таким жалким, Кэри? Тебя даже шоколадом напоили не по доброте душевной, а чтобы усыпить бдительность.
Студентов я накажу, когда вернемся в академию, дополнительным уроком по физподготовке. Для их же пользы, между прочим. А Соль… Сила огня, не могу же я запретить ей жить, как она хочет! И не буду. Пусть целуется, с кем пожелает.
Спустившись, я оделся и покинул шале. Собственно, как и собирался. Чуть раньше я понял, что не могу уснуть и решил сходить в спортзал. И Соль искал, чтобы предложить ей составить мне компанию. А если б ушел сразу, удалось бы сохранить иллюзию дружеских отношений.
Да кому они нужны, эти иллюзии? Дед как–то сказал мне, что если я родился демоном, то никогда не стану никем другим, как бы ни старался. А демоны берут то, что им нужно, и не верят ни в дружбу, ни в любовь.
В спортзале я долго тягал железо, пугая дежурного инструктора свирепым видом, а когда вернулся в шале, студенты уже спали. Во всяком случае, свет в окнах на втором этаже не горел, а проверять, чем они там занимаются под покровом темноты, я, конечно же, не стал. Зато уснул мгновенно, едва добрался до кровати.
Мне даже сон приснился: стою у алтаря, ко мне медленно подходит невеста, вся в белом, а лицо скрыто под густой вуалью. И вот свершается обряд, нас объявляют мужем и женой, я откидываю вуаль, чтобы поцеловать невесту… И просыпаюсь в холодном поту, потому что вместо Соль вижу Михаэля.
Страшнее кошмара я не видел, аж во рту пересохло. За окном уже рассвело, но на часы я не посмотрел. Встал, чтобы напиться, и застыл посреди гостиной.
Чудная картина: мои подопечные, чинно сложив курточки на коленках, заняли оба дивана. И, главное, ровненько так сидят, тихо. И головы все дружно повернули в мою сторону.
– Чего? – мрачно поинтересовался я, сглотнув.
– Мастер, мы вас ждем, – ответил за всех Ши. – На завтрак пора идти.
– Идите.
Я повел плечом и прошлепал на кухню.
– А вы не с нами?
Ага, прям в пижамных штанах и побегу.
– Вы что, дети малые? – Я налил стакан воды, демонстративно повернувшись к ним спиной. – Заблудитесь? Это в том же направлении, что и бар.
– Мастер…
Я поперхнулся водой, потому что голос Нила прозвучал прямо за моей спиной. Вампир, чтоб ему пусто было, умел передвигаться совершенно бесшумно.
– Чего тебе?
Я аккуратно поставил полупустой стакан на столешницу.
– Мастер, это я принес текилу. Простите, что нарушил запрет.
– Неужели никаких случайностей? – усмехнулся я. – Никакого «нашли под кроватью» или «купили до того как…»?
Нил отрицательно покачал головой. Не сказал бы, что он сильно раскаивался, но сожаление я ощущал. Остальные смотрели на нас во все глаза, затаив дыхание.
– Нет, мастер. Мы заранее договорились сыграть, и не стали… менять планы.
– Хоть за это спасибо. Было бы неприятно осознавать, что вы еще и лжете.
Я взял стакан, плеснул туда еще воды и отправился к себе, махнув студентам рукой, мол, убирайтесь. Ничего, пусть помучаются неизвестностью.
Завтракать не хотелось, но от чашки кофе я не отказался бы. Вроде на кухне есть кофемашина, а если Соль нашла шоколад, то есть и капсулы с кофе. Дождавшись, когда гостиная опустела, я вернулся на кухню. Но не успел опуститься с чашечкой горячего напитка в кресло, как стукнула входная дверь.
Кто вернулся, я узнал сразу. Ауру Соль невозможно перепутать.
– Кэри…
– Если у тебя нет ничего срочного, то поговорим позже.
– То есть, никогда? – усмехнулась она, устраиваясь напротив меня.
– Студентка Рухаэль, я пью кофе и не намерен выслушивать…
– Мы просто играли, – перебила она, сцепив руки на коленях. – Я не захотела рассказывать о своем первом сексе, выбрала действие. И выпало такое задание. Михаэль сидел напротив.
– Зачем ты оправдываешься? – поинтересовался я, отставляя чашку. – Я о чем–то спросил? Потребовал объяснений? Возмутился?
– Мне показалось… – Соль смутилась и опустила взгляд. – Что тебе не все равно.
«Показалось!» – вот что я должен был ответить. Но я промолчал, совершенно неосознанно любуясь волосами Соль, рассыпавшимися по пушной окантовке капюшона. Они отдавали золотом, вернее, солнечным светом.
– Я немного выпила, – добавила она едва слышно. – И вообще ни о чем не думала. Не думала, что этот поцелуй может кого–то ранить.
– Кого–то? – вырвалось у меня.
– У меня и кроме тебя поклонники есть, – выдала несносная девчонка, сморщив нос.
Я аж задохнулся, но сказать ничего не успел.
– Какая разница, если я выбрала тебя!
Разве я спросил, кто? Э–э–э… Минуточку! Что значит «выбрала»?
Насупленный, немного настороженный взгляд исподлобья. Чуть выпяченная губа: признак то ли обиды, то ли огорчения. Какое счастье, что между нами расстояние – сложно удержаться, чтобы не попробовать на вкус припухшие вишневые губы.
– Соль, а почему рассказывать не захотела? Нечего вспомнить?
Она вспыхнула и одарила меня гневным взглядом.
– Кэри, ты дурак или прикидываешься?
Похоже, дурак. Но мне интересно, что она ответит.
– Неужели так ужасно? – Я подлил маслица в огонь. – Тебе не понравилось?
– Кэри!
Я не заметил, как очутился рядом с Соль, и навис сверху, заставив ее прижаться к спинке кресла.
– Так, может, повторим, малышка? М–м–м?
Честное слово, я лишь дразнил ее. И наслаждался искренними эмоциями, купался в них, как в чистом ручье. Соль трепетала, как пойманная бабочка. Может, она и предпочла бы ненавидеть, но испытывала иные чувства. Ее влекло ко мне так же сильно, как и меня к ней.
– Д–да–а–а… – выдохнула Соль.
– Да?
Сила огня, я не рассчитывал, что она согласится!
– Да, повторим.
Соль положила руки мне на плечи, и не оставалось ничего другого, кроме как уволочь ее в свою комнату. Не знаю, чем я думал, явно не головой. Говорят, что дуракам везет. Вот и мне повезло, никто из студентов не вернулся неожиданно. Я успел зацеловать малышку Соль и заставил ее кричать от удовольствия. Правда, по моей вине она пропустила завтрак, однако ничуть из–за этого не огорчилась.
– Я хотела прийти еще ночью, – призналась Соль, приводя себя в порядок, – но побоялась тебя подставить.
– Ты права, лишнее внимание нам ни к чему, – вздохнул я. И тут же добавил, спохватившись: – Не пойми неправильно, тебе самой будет проще, если…
– Забавно. – Соль грустно улыбнулась, перебивая.
– Что?
– Ты беспокоишься обо мне, и не спорь, я это чувствую, но ты же подвергаешь опасности.
И снова виртуозное попадание. У нее дар или все ангелы такие?
– Думаешь, я беспокоюсь о своей фаворитке? – Я криво усмехнулся. – Верь чему хочешь, Соль. Ты сама сказала, что пока между нами сделка, ничего другого быть не может.
Она неожиданно подошла и обняла меня, прижавшись щекой к груди.
– Я хотела бы верить в любовь, Кэри, – едва слышно шепнула Соль. – Не отнимай эту веру, хотя бы пока я нужна тебе.
Я мог бы сказать, что моя потребность в ней не исчезнет и после отбора, но это всего лишь слова. Соль достойна лучшего, чем просто обещания. У нее не останется сомнений, потому что я сделаю все, чтобы наш брак не стал пустой формальностью.
– Нам пора. – Я мягко отстранился, поцеловав Соль в макушку. – Склоны ждут.
48. Кольцо феникса
Каникулы получились чудесными и познавательными. Мы не только катались на горных лыжах и сноубордах, но и путешествовали по окрестностям и наблюдали за жизнью простых людей. Я окончательно убедилась, что мое место на нулевом уровне, потому что здесь чувствовала себя комфортнее, чем в застывшей роскоши мира ангелов.
Мы любовались горными пейзажами, с удовольствием пробовали местную еду, знакомились с людьми, испытывали технику. Кэри научил меня управлять снегоходом, и я потратила всю стипендию на аренду, не слезая с машины сутками. Со второго курса у нас начнется вождение, вот где я точно оторвусь!
Но все хорошее рано или поздно заканчивается: подошли к концу и каникулы. Вернувшись в академию, я с головой окунулась в учебу и еще больше времени уделяла тренировкам. Отношения с Кэри как–то незаметно перешли в новую плоскость – вроде не друзья, но уже не враги, – и я чувствовала себя спокойнее и увереннее. Мы не стали и любовниками, но он больше не относился ко мне, как к досадному недоразумению, а я не велась на его шуточки и подколы. Откровенно говоря, сил хватало только на тренировки, которые с каждым днем становились жестче и тяжелее.
Михаэль все больше избегал Кэри. Если раньше свободное время феникс проводил в зале, то сейчас его чаще можно было встретить в библиотеке.
– Ты и раньше недолюбливал Кэри, но утверждал, что в боевых искусствах он бог, – сказала я как–то, случайно встретившись с Михом за обедом. – Так отчего тренировки забросил?
– Не могу смотреть, как он приносит тебя в жертву, – процедил Михаэль.
– Ты вообще в меня не веришь? – усмехнулась я. – Не веришь, что ангел может победить демона? Но позволь напомнить, они не выиграли войну.
– И вы тоже, – возразил он. – А у тебя даже боевой ипостаси нет!
– Она и не нужна. Да и шансы у меня неплохие, ведь соперницы – девушки, которые не так уж хорошо владеют флиссой.
– Это тебе Кэри сказал? – Михаэль одарил меня снисходительной улыбкой. – Несведущего легко обмануть, Соль. Всех демонов с детства учат обращаться с мечом. Кэри неплохо с тобой поработал, этого у него не отнять.
– Ты о чем? – нахмурилась я.
– Он приручил тебя, как и собирался. Вспомни, так ли давно ты мечтала отомстить? А теперь ешь у него с рук.
– Мих, прекрати. Ты просто не знаешь…
– Это ты не знаешь, как коварны демоны, – отрезал он. – И сделка с Кэри ничему тебя не научила.
Михаэль словно специально хотел меня обидеть и заставить сомневаться, и ему это удалось бы, не будь я эмпатом. Нет, Кэри вел себя искренне. Я могла не доверять демону, но доверяла собственным чувствам.
– Не хочу ссориться, – ответила я дипломатично. – Время покажет, кто из нас прав. А что ты ищешь в библиотеке?
– Да так… – Михаэль отвернулся. – Ничего особенного.
А вот тут я всерьез обиделась.
– Жаль, – сухо произнесла я. – Я привыкла считать тебя другом. Кстати, уверена, что Кэри тоже. Но если ты думаешь иначе – твое право.
Я ушла из столовой, и Михаэль даже не попытался меня остановить. Не знаю, чего в его поведении было больше: обиды или ревности. Но это же не повод для ссоры!
На следующий день Михаэль пришел на тренировку, как и прежде. Кэри повел себя, как ни в чем не бывало, но я уловила легкие нотки облегчения и даже радости. Я все лучше чувствовала демона, и порой это пугало.
А после тренировки Михаэль вызвался меня проводить, и я не возразила, хотя давно могу ориентироваться на территории академии с закрытыми глазами. Так как Мих хотел поговорить, к общежитию мы отправились окольными путями.
– Соль, ты… прости… – начал он неловко.
– Какая–то грустная традиция, не находишь? – поинтересовалась я.
– Что поделать, на адекватное поведение таланта не хватает, – мрачно пошутил Михаэль.
– Ладно, проехали. Я рада, что ты решил продолжить тренировки.
– Если бы я мог хоть как–то предотвратить твое участие в отборе…
– Я просила не вмешиваться, – напомнила я.
– Да, ты просила, – вздохнул Михаэль. – Помню. Мне было тяжело смириться с тем, что ты приняла сторону Кэри. Ты знаешь, как я к тебе отношусь.
Он не спрашивал, а утверждал. Все верно, так и есть, я знаю.
– Мих…
– Нет, послушай, – перебил он. – Я надеялся, что когда–нибудь… когда ты станешь не нужна Кэри… что я могу рассчитывать на нечто большее, чем дружба. Однако в горах окончательно понял, что шансов у меня нет.
– Это так заметно? – кисло спросила я.
– Да, для тех, кто хорошо тебя знает. Но недавно я понял, что не готов терять и друга. Как ни странно, это касалось и тебя, и Кэри.
– И замечательно. Я действительно рада, что ты вернулся.
– А в библиотеке я искал информацию… Кольцо, что вернул мне Кэри, помнишь?
– Конечно, помню.
– Соль, ты знаешь, откуда берутся фениксы?
– Э–э–э… – Странный вопрос. Никогда не задумывалась. – Рождаются от других фениксов?
Михаэль не просто так спросил, факт.
– И про возрождение из пепла не слышала? – обиженно поинтересовался он.
– Ой, слышала, конечно, – спохватилась я. – А ты, правда, так можешь?
– Не знаю, не пробовал. Вообще–то, фениксы не могут иметь потомство. Наверное, как раз из–за этого, иначе нас стало бы слишком много. Мы перерождаемся, теряя память, но информацию о количестве прожитых жизней можно считать с ауры.
– Интересно, – пробормотала я. – Вот так и бывает, дружишь с фениксом, а ничего о нем не знаешь.
– Соль, это моя первая жизнь.
– Значит, ты родился обычным способом?
– Вероятно. Но перворожденных давно нет. Так давно, что даже фениксы не помнят, как это бывает. Меня подкинули чистильщикам младенцем, и на шее у меня висело кольцо, на обычной веревочке.
– И по кольцу ты пытаешься отыскать родителей?
– Да, – кивнул Михаэль. – Кольцо со странностями… Чистильщики, само собой, пытались определить, с какого оно уровня, хотя бы, но ничего не вышло. Оно было гладким, но с внутренней стороны стояла печать мастера. А теперь… вот, смотри…
Он протянул мне кольцо на ладони, освещая его магическим огоньком. По ободку тянулась смутно знакомая вязь, напоминающая рисунок рун.
– Погоди… Этот узор похож на тот, что на артефакте!
– Точно, – согласился Михаэль. – Ты тоже заметила. И появился он после того, как твой брат вбил себе в голову, что это тоже артефакт.
– И?!
– И он оказался прав. Если предположить, что кольцо принадлежало одному из родителей, то он… ангел или демон?
– Ничего себе… Но артефакт мог оказаться на любом из уровней, чисто теоретически. Ты что–то нашел в библиотеке?
– Нашел легенду о том, что прародителями фениксов были боги.
– Ну… логично, – хмыкнула я. – Артефакты – тоже их рук дело. Потому ни ангелы, ни демоны не могут создать ничего подобного.
– Издеваешься? – Михаэль раздраженно повел плечом. – Мои родители – боги?
– А вдруг? Только, боюсь, в этом случае, ты ничего не узнаешь.
– Есть еще печать мастера. Я искал похожие рисунки в старых книгах, но, увы…
– Покажи.
Чуда не произошло, печать я не узнала. Да и не слышала ничего о кольце–артефакте. Перечень хранящихся на седьмом уровне предметов знают все ангелы.
– Кольцо как–то себя проявляло? Что оно делает?
– Да ничего, – вздохнул Михаэль. – Может, что–то и делает, но у нас с Киром не получилось его активировать.
– Покажи его Кэри, – предложила я.
– Нет.
– Мих, это глупо… Он же может помочь.
– И обязательно что–нибудь за это попросит! Нет.
– Хочешь, я ему покажу?
– Не вздумай! – возмутился Михаэль. – Я не для этого тебе рассказал. И не смей говорить с ним о кольце!
– Глупо же… – Я расстроилась, но взяла себя в руки. – Ладно, как хочешь.
Мы незаметно сделали круг, вернувшись к спорткомплексу.
– Я продолжу поиски в архивах, – сказал Михаэль.
– Помогу тебе, как только разберусь с отбором, – пообещала я. – Побежали, а? Что–то я уже замерзла. Только, чур, короткой дорогой.
Снег почти сошел, но по ночам еще держались крепкие морозы. Где–то на полпути мы попрощались, Михаэль свернул в свое общежитие. А я натолкнулась на Кэри, едва феникс скрылся за поворотом.
– Ай! – взвизгнула я, врезаясь в демона.
– Соль! – прошипел он, удерживая меня от падения. – И где тебя носит, а?
– С Михом гуляла, – брякнула я. – А что?
Я не видела в темноте лица Кэри, но исходящие от него ревность и негодование почувствовала.
– Разговаривали мы, – поспешила добавить я.
Кэри не устраивал сцен ревности, но мне не хотелось его расстраивать.
– А что случилось? Ты меня искал?
– Искал…
Потянуло чем–то нехорошим: то ли тоской, то ли отчаянием.
– Кэри?
– Я могу только догадываться, как ему это удалось, но отбор начнется через три дня, – глухо произнес Кэри. – Я получил официальное уведомление.
– Через три?! – ахнула я.
«Он» – это дед Кэри, лорд–повелитель круга Декарабиа. И это действительно удар ниже пояса. Мы надеялись, что к лету я лучше овладею искусством боя на флиссе. Но… три дня…
– Три дня, Соль, – эхом отозвался Кэри, как будто прочитал мои мысли.
– Ну… ничего, – нарочито бодро заявила я. – Раньше отмучаемся.
– Соль…
– Выиграю я этот отбор, – пообещала я, придавая уверенности голосу.
Я должна его выиграть. Иначе Кэри вернется на минус седьмой уровень, а мне он нужен здесь. Очень нужен.
49. Чаепитие у ректора
Я храбрилась перед Кэри, но вернувшись к себе, поняла, что испытываю не страх, а отчаяние. Убиться тапком, как говорит тетя Роза! Я переживаю из–за демона, который манипулировал мной, как марионеткой. Серьезно? План, продуманный до мелочей, на грани срыва из–за вмешательства властного дедули. Да, вполне серьезно… Мне искренне жаль демона, изо всех сил пытающегося вырваться из–под влияния лорда–повелителя.
Кэри принес меня в жертву, но кто я для него? Ангел с изъяном, удачно подвернувшийся под руку. Это потом, постепенно узнавая друг друга, мы сблизились настолько, что стали почти друзьями. Но сделка есть сделка, и я сдержу обещание.
Вот только кажется мне, что это не последний сюрприз от дедули.
Собственно, с первой трудностью Кэри предстоит разбираться уже завтра. Он рассчитывал, что во время отбора у меня будут каникулы, а теперь надо как–то оправдать мое отсутствие в академии во время занятий. Плохо то, что я учусь на спецкурсе: за пропущенные лекции могут и отчислить, а для меня это означает исполнение приговора.
– Наплету что–нибудь ректору, – мрачно пообещал Кэри. – Только он может дать официальное разрешение на прогулы.
А ведь еще непонятно, сколько дней мне придется отсутствовать. Представление и жеребьевка, три тура конкурса, объявление победительницы и официальное бракосочетание. Если участниц будет много, то один тур может длиться несколько дней.
То ли Кэри недостаточно красиво врал, то ли, наоборот, придумал нечто удивительное, но ректор пожелал побеседовать со мной лично. Статус вызова – срочно. Оставалось надеяться, что Кэри попадется где–то по пути к ректорской башне, но, увы, и тут не повезло.
До этого я видела ректора лишь издали. Мэтр Теодор нечасто баловал студентов своим присутствием. Ходили слухи, что он ведет какой–то особенный предмет, но попасть на занятия без его желания невозможно. То есть, он сам отбирает учеников, исключительно из старшекурсников, но никто и никогда не рассказывал о том, чему он учит.
Никакого особенного трепета я перед ректором не испытывала, хоть и знала, что он дракон. Представители его расы живут на шестом уровне, хоть и осталось их мало. В другие измерения, где драконы – боги, я не верила. А если и боялась, то разоблачения, потому что не знала, что придумал Кэри.
– Добрый день, Ассоль, – поприветствовал меня ректор, едва я переступила порог его гостиной. – Чаю?
– И вам доброго дня, мэтр Теодор. – Я вежливо поклонилась. – Нет, спасибо, я только что пообедала.
Он слегка нахмурился, словно намекая на неправильный ответ. Заметив накрытый к чаепитию стол, я поспешила исправиться.
– Впрочем, с удовольствием выпью чашечку.
В голове мелькнула шальная мысль: если ректору важно напоить меня чаем, то там что–то подмешано. Сыворотка правды? К слову, есть и такая. Но он не может не знать, что у ангелов иммунитет к ядам и искусственно созданным веществам.
Ректор сам разлил чай.
– Ассоль, тебе нравится в академии? – начал он издалека.
– Очень, – призналась я. – Здесь мне лучше, чем дома.
Он кивнул, отпивая из своей чашки. Вкусный чай, отдает земляникой и липой.
– И ты нашла здесь друзей?
– Да.
– А тот демон, с которым ты заключила сделку… – Ректор сделал паузу, слегка улыбнувшись. – Ты все еще хочешь ему отомстить?
– Э–э–э? – Я поперхнулась чаем.
– Не смущайся, Ассоль. – Ректор водил пальцем по ободку блюдца, пока я откашливалась. – Студенты спецкурса поначалу мечтают отомстить обидчикам. А в твоем случае… не уверен, что осудил бы тебя за это.
– Нет, – ответила я твердо. – Мстить я не хочу. Жаль, что попала на спецкурс, потому что это несколько ограничивает мой выбор, но, вообще, я благодарна демону за то, что учусь здесь.
– Вот как… Не спеши со следующим ответом, Ассоль. Скажи честно, ты хочешь участвовать в отборе невест добровольно или демон тебя заставил?
Хорошо, что я отставила чашку, иначе от нее остались бы осколки.
– Кэри вам все рассказал?!
Выпалив это, я вспомнила о том, что говорила нам буна Лависса на лекциях: «Болтун – находка для шпиона». Кажется, меня только что развели, как младенца!
– Киаран? – переспросил ректор. – Нет, он поведал мне милую историю о соревнованиях на минус седьмом уровне и о своей лучшей ученице, которой непременно нужно на них посмотреть.
Лучшая ученица? Мог бы придумать что–нибудь более убедительное!
– Проговорилась… – пробурчала я недовольно. – Вы ловко меня провели, мэтр Теодор.
– И в мыслях не было, – откликнулся он. – Видишь ли, Ассоль, я знаю все о вас с Киараном. И если бы хотел, чтобы ты рассказала правду, то так и поставил бы вопрос. Но меня интересует другое. Впрочем, ты уже ответила…
И когда успела? Я всего лишь удивилась.
– Откуда вы знаете?
– Должность у меня такая, – улыбнулся ректор. – Не переживай, доносчиков среди твоих друзей нет.
Час от часу не легче! Так он знает… все? Абсолютно все?!
Меня бросило в жар, стоило представить, что ректор каким–то неведомым образом наблюдает, как мы с Кэри целуемся. И не только! Но потом подумала, что мэтр Теодор давно мог вмешаться, если знает о нас все. Значит, либо его «все» сильно преувеличено, либо… это не имеет никакого значения. А то, что имеет, его и интересует.
– Кэри меня заставил, – ответила я. – Но я хочу участвовать. И хочу выиграть этот отбор, чтобы сбылась его мечта. Пожалуйста, отпустите меня.
Ректор удовлетворенно кивнул.
– Я так и подумал. Ты не замечаешь, что наставник для тебя – Кэри.
Упс! Как легко засыпаться на мелочах…
– Я подпишу разрешение, Ассоль. Но хочу предупредить, что это исключение из правил не ради тебя и не ради Киарана. Союз ангела с демоном для этого измерения – судьбоносный момент. Я не должен вам мешать.
Я не совсем поняла, что ректор имел в виду, но обрадовалась, что могу участвовать в отборе. В конце концов, мы с Кэри не преследуем какую–то великую цель, а что ждет нас в будущем, неизвестно никому, даже ректору.
Правда, мне не понравилось, что он запретил рассказывать о нашем разговоре Кэри, да еще предупредил, что это жесткое условие. Мол, проболтаюсь – и никакого отбора. С другой стороны… Чем меньше демон знает, тем лучше спит. Меня устраивает то, что ректор не собирается вмешиваться в наши личные дела, и это главное.
– А однокурсникам что сказать? – спохватилась я на пороге. – Байку о соревнованиях на минус седьмом?
– Да почему бы и нет? – пожал плечами ректор. – Только учти, Ассоль, от учебы тебя никто не освобождает. Сдавать все придется вовремя, договариваться с преподавателями об отработках – самостоятельно.
– Да, мэтр Теодор, – улыбнулась я.
Вот что меня точно не пугает, так это учеба.
– Эм… И вот еще что… – Он посмотрел на меня как–то странно, словно неожиданно заметил нечто необычное. – Если что–нибудь понадобится, обращайся. В любое время, Ассоль. Не стесняйся, поняла?
– М–м–м… Да, конечно. Спасибо, мэтр Теодор.
Не представляю, что мне может понадобиться. Но запомню, вдруг пригодится.
50. Две невесты для демона
Отбор невест – древняя традиция, но для влиятельных кругов обычны договорные браки. Я не сомневался, что отбор, объявленный одним из Декарабиа, наделает много шума, и желающих принять в нем участие будет предостаточно. Однако ритуальный зал Храма Огня встретил нас с Соль тишиной.
Первая мысль: дед опять меня переиграл. От страха по спине вдоль позвоночника побежали струйки пота. Он не мог отменить отбор. Никто не может!
Соль деликатно кашлянула, привлекая мое внимание. Когда я посмотрел на нее, она указала на тень за колонной.
– Кто здесь? – громко спросил я.
Из–за колонны вышла девушка в темном костюме. Я окинул ее взглядом, оценивая шансы на победу в отборе. Девушка была похожа на цветок: красивая, изящная, но хрупкая. Навряд ли такая удержит в руках меч.
И что, это все? Никто не хочет бороться за право выйти за меня замуж? Сила огня! Я и не думал, что победа будет такой легкой. Правда, в такую удачу поверить невозможно.
– Приветствую вас, лорд Декарабиа, – произнесла девушка, натянуто улыбаясь.
– У меня нет титула.
– Киаран? – Она предложила другой вариант.
Я сдержанно кивнул.
– А ваша спутница – моя единственная соперница?
– Единственная? – переспросил я.
– Вы видите кого–то еще? – Она развела руками. – Я – нет.
– Киаран Декарабиа! – Зычный голос эхом отразился от стен зала. – Подойдите.
Лорд–распорядитель отбора ждал меня в алькове, за столом. Он не поленился произнести мое полное имя, не забыв и не перепутав ни одного слога, и потребовал официально подтвердить заявку. После чего передал мне свитки с именами судий отбора, предложив убрать тех, чьему мнению я не доверяю.
– Среди оставшихся проведут жеребьевку, – сказал он. – Каждый тур будут судить пятеро, всего – пятнадцать лордов.
Я честно просмотрел список. Естественно, лордов из круга Декарабиа там не оказалось, а вычеркивать кого–то еще нет никакого смысла. Если дед сможет оказать давление, шанс навредить мне он не упустит. Но говорят, что судьи неподкупны. Остается только надеяться, что это не миф.
– Если есть желающие принять участие в отборе, подойдите! – объявил лорд–распорядитель. – Назовите себя.
– Дельфина Марбас.
Первой к столу подошла девушка. Я вздрогнул, услышав ее имя. Моя несостоявшаяся невеста? Не зря я ждал подвоха: похоже, дед каким–то неведомым образом устранил конкуренток Дельфины, настаивая на своем решении. Но если это так, Соль грозит реальная опасность. Она единственная, кого дед не смог запугать или подкупить. Конечно, ее защищают законы, но… «случайность» никто не отменял.
– Ассоль Рухаэль, – произнесла Соль.
– Вы не демон, – заметил лорд–распорядитель.
– Я – ангел, – ответила она.
Он ничуть не удивился, значит, знал заранее.
– Отбор невест – традиция демонов.
– В правилах нет ничего о том, что участвовать в нем могут только демоны, – возразила Соль.
Похоже, лорд–повелитель не надеялся, что Соль вдруг откажется от участия, потому что легко согласился с ее доводом и стал зачитывать регламент отбора.
Несмотря на то, что выучил его наизусть, слушал я внимательно. Неизвестно какие «неожиданные» изменения могут появиться, ведь законы можно трактовать по–разному. Я воспользовался тем, что в правилах не указана раса, отчего бы деду не найти похожую лазейку? Но вроде бы все, как обычно.
В первом туре девушки должны показать свои умения в домоводстве. Так как обычно участниц больше двух, то жребий выбирает что–то одно: кулинарию, рукоделие или что–то еще. Второй тур – проверка магических сил. Третий – поединок на флиссе.
– Так как вас двое, отбор займет три дня, без перерывов, – сказал лорд–распорядитель. – Начнем завтра. Печати, пожалуйста.
Он ловко развернул перед девушками свитки, и каждая из них начертила руну, подтверждающую личность. После чего на столе появился мешочек с чем–то тяжелым.
– Пожалуйста, проверьте, – обратился ко мне лорд–распорядитель. – Здесь камни, на каждом из которых руна, обозначающая женские умения.
Я высыпал содержимое мешочка на стол. Всего тринадцать камней: игла, ложка, крючок, цветок, туфелька, чашка, банка, шляпка, спицы, ножницы, погремушка, ведро и огонь. Боюсь, значение каждого символа поняла лишь Дельфина. Я не углублялся в тему, посчитав, что домоводство – это то, что знает каждая женщина. Тем более, Соль уверяла, что ее всему учили. Но судя по тому, с каким недоумением она смотрела на камни, это, мягко говоря, не совсем так.
– Сложите камни обратно и потрясите мешок, – попросил лорд–повелитель. – Хм… кого бы попросить достать один камень?
– Например, меня.
Я стиснул зубы, услышав знакомый голос. Было бы странно, если бы дед не явился на церемонию. Но что за страсть к эффектным выходам!
– Вы не возражаете, Киаран? – спросил меня лорд–повелитель.
– Возражаю, – скрипнул я зубами.
– И чего ты боишься? – Дед приподнял бровь. – Я не могу вытащить оттуда то, чего там нет.
Да, конечно! Если кто и имел доступ к камням, то он. Перещупал, небось, все… и легко выберет нужный.
– Я не возражаю, – произнесла Дельфина.
– Я тоже не возражаю, – неожиданно присоединилась к ней Соль.
«Не волнуйся, – сказал мне ее взгляд. – Все под контролем».
Я кивнул и передал мешочек деду. Он вытащил камень с руной «цветок» и передал его лорду–распорядителю.
– Итак, леди. Завтра каждая из вас представит цветочную композицию. Повод и происхождение растений – на ваше усмотрение. Киаран, надеюсь, вы помните, что не имеете права помогать никому из участниц отбора – ни словом, ни делом.
– Я помню, что будет, если нарушить это правило, – проворчал я.
Никакой слежки, никакого контроля – всего лишь магия, которая оставит клеймо на лице, если я помогу Соль. Она знает, я ее предупредил. И клеймо будет означать, что отбор проиграл я.
– Приятно было познакомиться… Кэри, – выдохнула Дельфина и, цокая каблучками, покинула зал.
Вот же стерва! И, наверняка, этому научил ее дед. Соль, проводив ее взглядом, обернулась ко мне.
– Возвращаемся? – спросила она.
– Минутку, Соль. – Я повернулся к деду. – Это было эффектно, лорд–повелитель. Но сдаваться я не собираюсь.
– А я просил тебя сдаться? – усмехнулся дед. – Играй дальше, мой мальчик. Тем более, от тебя уже ничего не зависит.
Из моей груди вырвалось глухое рычание, но Соль схватила меня за руку.
– Кэри, нет. Не ведись на провокацию.
– Не ведись, – захохотал дед. – А она права, Киаран. Ассоль… – Он окинул меня взглядом. – Жаль, что вы не хотите здесь жить. Будь по–другому, я, пожалуй, согласился бы на этот брак.
Соль наступила мне на ногу, иначе я вцепился бы деду в глотку. Не факт, что достал бы, но попытался бы точно. И не потому что он как–то оскорбил Соль. Просто он вел себя так, как будто Дельфина уже выиграла отбор. Он уверен в том, что победит выбранная им невеста. А я совершенно бессилен, потому что не знаю, что он придумал, и, не могу ему помешать.
51. Флорариум
От деда Кэри пришлось оттаскивать чуть ли ни за шиворот. Я чувствовала, что лорд–повелитель оказывает на внука ментальное воздействие, однако открывать свои козыри не спешила. А вдруг это тактика такая? Дед вполне может проверять, владею ли я тайным оружием ангелов.
Когда–то давно, при первой встрече, Кэри сказал, что в ангелах есть нечто, опасное для демонов. Я долго искала информацию, предполагая, что это тоже что–то ментальное. И демоны, и ангелы – эмпаты. Демоны умеют подчинять, внушая ложные чувства. А ангелы?
Ответ оказался и прост, и сложен одновременно. В одной из древних рукописей я вычитала, что когда демоны атакуют, ангелы могут воспользоваться «зеркалом сознания». Поначалу думала, что это только защита, ведь я могла сопротивляться воздействию. А потом на лекции по физике увидела интересную демонстрацию: зеркало отражало луч света, причем в любом направлении, если менять угол наклона зеркала.
Уж не знаю, как меня осенило, но «зеркало сознания» вдруг заиграло для меня новым смыслом. Ангел не просто защищается от ментального воздействия, но может отражать поток и перенаправлять его в любую сторону. Оставалось только проверить это на практике.
Так как демон в академии один, пришлось просить Кэри поучаствовать в эксперименте. Правда, я его обманула: сказала, что это для тренировки сопротивляемости, потому что не хочу проиграть магический бой на отборе. Кирилл тоже согласился помочь, ему одному я могла рассказать о сути опыта.
Кэри обрушил на меня эманации страха, а я попробовала перенаправить их на Кирилла. Получилось не с первого раза, потому что никто не учил меня строить зеркальные щиты, но физика нулевого уровня определенно помогла с настройкой направления. Я довела до белого каления Кэри и замучила Кирилла, а после ощущала себя выжатой досуха, но зато худо–бедно овладела тайным оружием ангелов.
Что бы ни задумал дедуля, у меня есть, чем его удивить. Правда, ему необязательно знать об этом заранее. До кровавой разборки между Кэри и дедом не дошло, но они меня здорово разозлили.
– Да что с тобой?! – выпалила я, едва мы с Кэри переместились в знакомую квартиру на нулевом уровне. – Он тебя впервые провоцирует, что ли? И воздействует впервые?
Очень хотелось отвесить ему подзатыльник, чтобы быстрее пришел в себя. Пустой взгляд Кэри пугал меня гораздо сильнее выходок его дедули. К счастью, обошлось без этого. Кэри выдохнул и неожиданно сгреб меня в объятия.
– При тебе – впервые… – пробормотал он. – Прости, Соль.
Ой–йо–о–о… Как сказал бы Михаэль. Если я не выиграю отбор, то придется придумывать, как вызволить Кэри с минус седьмого. Не оставлять же его на растерзание дедуле! Нет, я выиграю… выиграю… выиграю… Вел сказала, что выиграю! И что проиграю – тоже. Может, гадание подсказало, что выиграю я не все туры?
Ректор разрешил нам с Кэри закрыть проход через квартиру на время отбора, так что возвращаться в академию мы не спешили. Правда, и ничем особенным не занимались: просто сидели, прижавшись друг к другу, и даже не разговаривали.
Такое впечатление, что Кэри только что осознал, во что меня втянул. Навряд ли он сожалеет, ведь на кону все еще его свобода, однако странное поведение говорило именно об этом. Не хотела бы я оказаться на его месте. Это только кажется, что выбор очевиден.
– Почему именно Дельфина? – спросила я, когда почувствовала, что Кэри успокоился.
– Не уверен, что могу ответить, – вздохнул он. – Наверное, нам теперь лучше и не разговаривать вовсе. Магия может принять за подсказку любую фразу.
– Дед хочет, чтобы ты женился на ней. – Это не вопрос, всего лишь рассуждения. Кэри не нужно отвечать. – Она красивая.
– Соль… – Он досадливо поморщился. – Не ревнуй, это глупо.
– Да, – согласилась я.
Действительно, ревновать глупо. Кэри мне в любви не признавался. Сомневаюсь, что демоны вообще умеют любить.
– Мне надо вернуться в академию, а потом – обратно в город, – сказала я. – Вернусь поздно, скорее всего, только к отбою.
– Зачем? – напрягся Кэри.
– А задание выполнять кто будет? – усмехнулась я. – Разрешение ректора у меня есть, а тебя ставлю в известность, потому что ты – мой наставник.
– Сила огня, я с ума сойду, – простонал он, закрывая лицо ладонями.
– Побей кого–нибудь, – посоветовала я. – Мих будет рад спаррингу. И не хнычь, отбор продлится всего три дня.
– Я так жалок? – хмуро поинтересовался Кэри.
– Нет, мне просто нравится тебя злить. – Я широко улыбнулась. – Все будет хорошо, обещаю.
Не знаю, послушался ли Кэри моего совета. Мне оставалось только сожалеть, что не могу сама потратить время на тренировку.
Цветочная композиция – вполне адекватное задание. Меня учили основам флористики и языку цветов, и единственная проблема – это доступность природных материалов. Скажем прямо, выбор у меня ограничен. Во–первых, я не могу свободно перемещаться между уровнями. Растительный мир везде примерно одинаков, но в том–то и дело, что примерно. На каждом уровне есть необычные растения, и если бы я могла стащить кое–что из нашего сада… Но нет, это невозможно. И Кира просить не буду, не стоит оно того.
Во–вторых, на нулевом уровне весна еще толком не наступила. Конечно, здесь есть и другие широты, но, опять же, путешествовать по миру я не могу. Так что придется воспользоваться цветочным магазином в городе.
В–третьих, я не рассчитываю на победу в этом туре. Дельфина, наверняка, подготовилась заранее. У нее есть и средства, и возможности, чтобы представить нечто поистине необычное. К тому же, я ничего не знаю об эстетических предпочтениях демонов. Вот не догадалась спросить у Кэри заранее! А теперь – не могу, запрещено правилами.
И, наконец, в–четвертых, за победу в каждом туре начисляются баллы. На домоводстве они минимальные: главное, выиграть магический поединок и бой на мечах.
В общем, все против меня, но сдаваться я не собираюсь. Тем более, только Кэри не может мне помочь, про других в правилах ничего нет. А кто знает все о растениях лучше, чем дриада?
– Нора, выручай! – взмолилась я, разыскав однокурсницу. – Даже если занята, бросай все и пойдем со мной. Умоляю!
– А что случилось? – недоуменно поинтересовалась она.
Я предусмотрительно отвела Нору в сторону, чтобы нас никто не услышал, но все же не могла сказать ей правду.
– Я хочу сделать флорариум. И не спрашивай, зачем! Обязательно скажу, но не сейчас. Пожалуйста, сходи со мной в город. Нужен совет, какие растения лучше подойдут. А еще они должны быть живыми.
– Это так срочно?
– Ага. Очень. Я могу заплатить за консультацию.
– Будешь должна, – прищурилась Нора.
– Хорошо, – согласилась я.
Флорариум – это что–то вроде мини–сада в стекле. Такая маленькая оранжерея со смыслом. Я хотела сделать ландшафт, напоминающий пейзажи минус седьмого уровня, украсить его подходящими растениями и заключить все это в стеклянную сферу.
Нора быстро уловила идею и предложила выбрать засухоустойчивые растения: кактус, каменную розу, агаву и крестовник. Еще я купила сосуд, керамзит и грунт, а Нора помогла донести все до квартиры с порталом.
С флорариумом я провозилась почти до самого отбоя, но осталась довольна результатом. Пусть моя композиция и не отличается оригинальностью, зато она выглядит мило и интересно. Опять же, есть и изюминка – все растения живые, не срезанные.
Кэри ждал меня в лесу, у выхода из портала.
– Поздно, – буркнул он в ответ на мой удивленный взгляд. – Вдруг заблудишься.
– А это не сочтут за помощь?
– Нет, потому что это никак не связано с выполнением задания. Кстати, а где…
– Там оставила, целее будет.
– И то верно, – вздохнул он.
Кэри проводил меня до общежития, а потом я еще полночи сидела над учебниками и переписывала пропущенные лекции. Конспектами поделилась Вел, и за это я пообещала рассказать ей, где пропадаю. А почему нет? Через несколько дней все решится, и скрывать будет нечего.
52. Первый тур
Не представлял, что на душе будет так паршиво. А ведь отбор только начался! Странно, но я уже не уверен, чего хочу сильнее: чтобы Соль выиграла или чтобы не пострадала. Я сам загнал себя в угол: она моя единственная надежда на свободу и она же – та, кого я люблю. Если Соль не победит в отборе, ни о каком совместном будущем можно не мечтать. Но как же бесит собственное бессилие!
«Верь мне, – сказала Соль. – Все будет хорошо». Только я знаю, что нельзя недооценивать деда. И нет ничего хуже ожидания.
Соль не позволила мне взглянуть на то, что приготовила для первого тура.
– Не уверена, что тебе можно заранее смотреть, – заявила она. – К тому же, не хочу знать, что облажалась, до того, как начнется тур.
Так что мне оставалось только гадать, что спрятано в коробке размером с небольшой торт. Соль передала ее распорядителю, и мы отправились в зал.
Сегодня там было тесно, и толпа зрителей напугала Соль. Видимо, после вчерашнего она не ожидала, что демоны проявят интерес к отбору. Я и тут не мог ее поддержать: ни словом, ни жестом. Однако она быстро пришла в себя и с невозмутимым видом заняла отведенное для невест место. Я сдержанно кивнул деду, окруженному родственниками, и встал напротив Соль.
Дельфина пришла чуть позже. Они с Соль обменялись несколькими фразами и фальшивыми улыбками. Потом в зале появились судьи. Жеребьевку провели без моего участия, согласно регламенту отбора, и оставалось лишь надеяться, что деду не удалось никого подкупить.
Помощники распорядителя вкатили в зал два столика, накрытых непрозрачным магическим куполом. По условиям судьи не должны знать, где чья работа, и это тоже дарило надежду. В конце концов, почему бы Соль не быть лучшим флористом, чем Дельфина! У ангелов на седьмом уровне райские кущи, а на пепле минус седьмого растут одни кактусы.
Когда лорд–распорядитель убрал купол, по залу пронесся гул. Я уловил смесь удивления и восхищения. Вот только авторство цветочных композиций не стало сюрпризом. Кто еще мог сотворить такой нежный, светлый и теплый букет, как ни Соль? Орхидеи причудливой формы и изысканные розы, тщательно подобранные по цвету и размеру, в плетеной корзине ручной работы. Но, откровенно говоря, суровый минимализм Дельфины произвел на меня более сильное впечатление. Кусочек мира демонов, заключенный в стеклянную сферу, приковывал взгляды всех присутствующих. На склоне пепельных дюн росли миниатюрные суккуленты. Дельфина использовала простенькое заклинание, зациркулировав воздушный поток внутри сферы, и казалось, что там идет черный «снег».
Отчего–то у меня не было сомнений, какая из композиций наберет больше баллов. Даже меня проняло, а я не выношу пейзажи родного уровня. Что же говорить о тех, кто тут родился и вырос? К тому же, срезанные орхидеи и розы быстро увянут, а цветы в сфере проживут долго.
Каждый из судий внимательно рассмотрел обе работы, а после заполнил бланк и опустил его в урну для голосования. Немного погодя лорд–распорядитель объявил результат: вполне ожидаемо победила композиция со стеклянной сферой.
Я взглянул на Соль и немного успокоился. Она хмурилась, но не выглядела разочарованной или подавленной. А вот дед, случайно попавшийся мне на глаза, определенно злился. Интересно, с чего бы, если тур выиграла его подопечная? Кстати, эта победа мало что значит. В первом туре обычно отсеиваться большая часть участниц, чтобы сократить количество боев, и баллы тут самые низкие.
– Леди, прошу вас...
Лорд–распорядитель пригласил Соль и Дельфину занять места рядом со своей работой. И вот тут у меня отвисла челюсть. У зрителей, похоже, тоже. Навряд ли кто–то не знал, что Соль – ангел, но если даже я не сомневался, что ее композиция – это корзина с цветами, то что же испытали остальные, когда Соль встала рядом с флорариумом?
– Итак, первый тур состоялся, – произнес лорд–распорядитель. – Победа в нем присуждена Ассоль Рухаэль.
Лучше бы я не стоял, как болван, с отвисшей челюстью. Надо было хватать Соль и уходить. Однако пока я осознавал, насколько недооценивал ангела, ко мне подошел дед.
– Поздравляю, – сказал он. – Эффектное начало.
Я вежливо поклонился, предпочитая держать язык за зубами.
– Не отказался бы от такого подарка, – весьма недвусмысленно намекнул дед, кивая на флорариум. – По правилам конкурса обе работы принадлежат тебе.
Я прикинул, чем это может грозить Соль. Вроде бы вполне безопасно? Кажется, дед всего лишь хочет стать единственным обладателем красоты, восхитившей всех, кто присутствовал в зале.
– Дарю, – улыбнулся я. – Мне приятно, что вам так понравилась работа Соль.
После этого оставить в зале корзину Дельфины показалось мне невежливым. Я размышлял, где удобнее ее выбросить, не тащить же с собой в академию, когда Соль негромко ойкнула.
– Ты чего? – поинтересовался я.
Мы уже покинули зал и шли к порталу.
– Меня кто–то укусил. – Соль морщилась, потирая плечо. – Пчела, что ли…
– Откуда здесь пчела?
– Из бутона вылетела.
Сердце тревожно забилось. Пчела из бутона? Бред! Я едва дотерпел до квартиры, а букет и вовсе вышвырнул в портальном зале.
– Покажи! – потребовал я.
– А это не будет расценено, как помощь?
Соль все еще кривилась и держалась за плечо. Она стойко переносит боль, но укус определенно причинял ей страдания.
– Это не имеет никакого отношения к заданиям отбора, – отрезал я. – Показывай.
Похоже на укус. Или укол, кто его разберет… Во всяком случае, жала я не обнаружил. А вот разливающаяся по руке краснота наводила на нехорошие мысли.
– Что–то меня тошнит, – призналась Соль. – И перед глазами как–то… плывет все…
Сомнений не осталось: это яд. Так и знал, что дед сделает все, чтобы уничтожить Соль. И ведь попробуй, докажи теперь, что это он виноват!
Я подхватил Соль на руки. Надо поспешить, Санта сможет ей помочь. Сам я не очень хорошо разбираюсь в ядах. О том, что придется объяснять, как яд попал в организм, я не думал.
– Куда? – запротестовала Соль. – Нельзя.
– Я не смогу помочь, нужен врач.
– Оставь меня здесь и приведи Антара.
– Чего?!
– Антар. Он разбирается… в ядах… – Соль перевела дыхание. – Завтра второй тур.
– Соль!
– Яд меня не убьет, – напомнила она. – Он отнимает силы. Антар сможет помочь. А Санта… ему не надо знать…
Сила огня! Из–за этого отбора я скоро лишусь последних мозгов! Как бы я не беспокоился о Соль, но ее план предпочтительнее моего. Убийство ангела спровоцировало бы расследование, чего дед не может допустить, а яд всего лишь лишит сил, выведет Соль из игры.
Антара я притащил в квартиру буквально за шиворот, объяснив по дороге, что от него требуется. К счастью, мои подопечные весьма дружны между собой, он согласился помочь, не раздумывая и не задавая глупых вопросов.
Тщательно осмотрев Соль и даже попробовав на вкус каплю ее крови, Антар сказал, что знает, где взять противоядие.
Я остался с Соль. Она была в сознании, но ослабела так, что едва могла говорить. Держа Соль за руку, я старательно уговаривал ее потерпеть и клял себя за то, что доверился Антару. Где его носит?! Почему я послушался Соль, вместо того, чтобы отнести ее к врачу, который точно поможет?
– А вот и мы, – бодро сообщил Антар, появляясь в комнате.
– А он что здесь делает? – мрачно поинтересовался я, кивая на Нила, вошедшего следом.
– Так противоядие же…
Нил, увидев лежащую Соль, присвистнул.
– Я же говорил, – вздохнул Антар.
– Ну, знаешь…
– Лекарство принесли? – рявкнул я, теряя терпение.
– Лекарство – это я. – Нил широко мне улыбнулся. – Если вы, конечно, не против, что я немножко покусаю Соль.
53. Второй тур
– Привет, сестренка!
В коридоре я столкнулась с Нилом, и он, широко улыбаясь и демонстрируя клыки, пропустил меня вперед.
– И незачем так орать, – огрызнулась я, оглядываясь по сторонам. – Ты же обещал!
– Злая ты, Соль, – вздохнул Нил. – Я тебе, можно сказать, братом стал…
– Побратимом, – поправила его я. – И ты прекрасно знаешь, как я тебе благодарна. Только не надо кричать об этом на все общежитие.
Мы вышли на морозный воздух и, в ожидании сокурсников, начали разминаться перед бегом.
– А еще ты зануда, – сообщил Нил, подпрыгивая и делая взмахи руками. – Рядом никого не было, и я не идиот.
– Прости, я нервничаю, – призналась я, повторяя за ним упражнение.
– Сегодня опять пропадешь?
– Угу…
– Я помру от любопытства. – Нил опять вздохнул. – И ты будешь в этом виновата.
– Всего три дня, Нил. И я все расскажу.
– Это… опасно? – поинтересовался он хмуро.
– А ты как думаешь? – рассмеялась я. – Кто вчера меня спасал?
– Ну да, глупость сморозил. Соль…
– Со–о–оль! – Из общежития выскочила взбешенная Вел. – У тебя совесть есть?!
– Э–э–э…
– Кто вчера дежурил по этажу?
– Я с Лин поменялась, – ответила я. – Она забыла, что ли?
– Лин, значит… – Вел помчалась обратно. – Ну, феечка, погоди!
– А что случилось? – крикнул ей вслед Нил. – Потоп?
– Эта гадина сушилку не проверила! Убью! – не оборачиваясь, ответила Вел.
В дверях она столкнулась с группой старшекурсников, сразу за ними вышел Барри.
– Дом, милый дом, – пробормотала я, внезапно испытав легкую грусть.
Вечные разборки между Вел и Лин, галдящие студенты перед утренней тренировкой, тетя Роза «на боевом посту», с веником наперевес… По дому на седьмом уровне я не скучала: то ли некогда было, то ли душой к нему не прикипела. А с академией иначе, здесь все стало каким–то родным и уютным.
Пожалуй, вчера я впервые поняла, во что вляпалась благодаря Кэри. Как ему вообще в голову пришла такая мысль, выставить ангела против демонов! Одним своим присутствием на минус седьмом уровне я нарушала все устои существования этих двух рас. И, естественно, ставила себя под удар. Пусть официально никто из демонов не может причинить мне вред, но зато какой простор для «случайностей»! Как, например, эта «пчела», полная отравы, единственное противоядие от которой содержится в крови вампиров.
– Ты везучая, Соль, – сказал Антар. – Выделенный концентрат можно достать только на минусовых уровнях, а вероятность того, что рядом окажется полувампир, и вовсе стремится к нулю.
Именно так, истинный вампир запустил бы процесс превращения, и я потеряла бы свою сущность.
Помню, как Антар объяснял детали Кэри: яд отнимал силы, но я все слышала и понимала. Помню, как Нил прокусывал вену на запястье, смешивая мою кровь со своей слюной, а потом капал на ранку кровью из надреза на ладони. Помню, как Кэри, наплевав на присутствие Антара и Нила, держал меня за руку и обещал кары небесные любому, кто посмеет тронуть меня хоть пальцем.
Кстати, пустые слова. Кэри бессилен против деда, это я поняла еще в нашу первую встречу с лордом–повелителем. Чем–то он его держит – чем–то сильным, серьезным. Тем, что Кэри не может проигнорировать, потому что уйти из круга можно и иначе, став изгоем.
Когда мне полегчало, мы вместе вернулись в академию. Антар и Нил пообещали молчать о том, чему стали свидетелями. Кэри пообещал прикрыть их прогулы, а я – ответить на все вопросы позже, через три дня. К тому времени я либо стану женой Кэри, либо Кэри станет мужем Дельфины, либо… рассказывать об отборе будет некому. В конце концов, это к ядам ангелы маловосприимчивы, а прибить нас магией или мечом вполне реально, не говоря уже о «случайностях» вроде упавшего на голову кирпича.
– Как ты себя чувствуешь? – поинтересовался Кэри по дороге к порталу.
– Нормально, – отмахнулась я.
– Пожалуйста, будь осторожна. Боюсь, попыток избавиться от тебя дед не оставит.
– Сам будь осторожен. И не лезь на рожон. От того, что ты выяснишь, кто выпустил пчелу, ничего не изменится. Конечно, если хочешь, чтобы отбор не отменили.
– Постараюсь… – процедил Кэри.
Любопытно, это он сейчас на деда злится, которого не достать, или на меня, потому что я напрочь забыла о субординации? Что–то давненько я не слышала его рыка «Наставник, Соль!»
– Магический поединок вроде под защитным куполом проходит?
– Да.
– Значит, нападения извне можно не опасаться. До начала они будут офигевать, что я полна сил и энергии, а после… после ноги в руки – и быстрее домой. Вот и вся тактика.
– А ты полна? – мрачно спросил Кэри. – Сил и энергии.
– Могло быть и хуже. Не переживай, я справлюсь.
Если не верить в собственные силы, то можно не мечтать о победе.
Я попросила Кэри первым войти в зал, а сама задержалась у входа всего лишь на мгновение. Но и его хватило, чтобы насладиться тем, как с лица Дельфины сползает самодовольная улыбка. Дедуля, как прожженный игрок, невозмутимо окинул меня взглядом, но Дельфина себя выдала. Она обрадовалась, что Кэри один, и весьма огорчилась, когда поняла, что я не выбыла из отбора.
Правда, вскоре наступила моя очередь огорчаться. Хотя это слово тут неуместно. Откровенно говоря, я испытала настоящий шок, когда узнала, кто будет моим противником в магическом поединке.
– Второй тур! – объявил лорд–распорядитель. – Участники: Ассоль Рухаэль и Виттор Декарабиа.
Шах и мат. Виттор – это дедуля Кэри, лорд–повелитель собственной персоной. Но почему он?!
– Протестую! – взревел Кэри, выходя вперед. – С каких пор лорд–повелитель круга Декарабиа стал невестой?!
Лорд–распорядитель остановил его взмахом руки.
– Лорд Декарабиа – представитель Дельфины Марбас.
– И это разрешено правилами?!
– Это не запрещено правилами, – ответил лорд–представитель. – Как и участие ангела в отборе. Ассоль Рухаэль тоже может воспользоваться помощью своего представителя.
Если честно, больше всего я боялась, что Кэри выкинет что–нибудь эдакое, в своем стиле. Все же нервы у него из–за отбора совсем истрепались, а дед, насколько я поняла, умеет филигранно выводить его из себя. Если Кэри сейчас взбрыкнет, то до поединка дело может и не дойти. А яму мы себе вырыли сами – показали демонам, что достаточно создать прецедент.
Зато теперь понятно, отчего дедуля так радовался перед началом отбора. Наверное, он и мысли не допускает, что какая–то девчонка может победить его в поединке. Он прав, если бы мы сражались на флиссе, то у меня не было бы ни единого шанса. Но в магии… Еще посмотрим, кто кого!
К счастью, Кэри взглянул на меня, и я едва заметно качнула головой, мол, не смей, оставь, как есть. Страшно представить, что он сейчас испытывает, но жалеть демона я буду позже. После того, как надеру задницу самоуверенному лорду–повелителю круга Декарабиа.
Кстати, наблюдателей и сегодня было немало. Кажется, даже больше, чем вчера. Однако едва мы с дедулей подошли к лорду–распорядителю, пространство вокруг нас изменилось. Вместо каменного пола зала под ногами появился песок, а мерцающие матовые стены – щит – отделили нас от зрителей.
– В целях безопасности поединок проводится в подпространстве, – объявил лорд–распорядитель. – Можно использовать любые приемы и заклинания, в том числе смертельные. Поединок длится до победы одного из вас, но не дольше часа. В том случае, если никто из вас не одержит победу, количество начисленных баллов будет зависеть от сложности используемой магии. Вопросы?
«Да, у меня есть один! Почему никто не предупредил, что второй тур можно не пережить? Кэри, ты труп! Вот только разберусь с твоим дедулей…»
Конечно, вслух я ничего не произнесла. И даже где–то на краешке сознания мелькнула мысль, что Кэри поступил правильно. Знала бы я заранее, извела бы себя. А сейчас поздняк метаться, как говорит тетя Роза, пора действовать.
Сбоку от площадки повисли в воздухе огромные песочные часы, а лорд–распорядитель исчез. Часы перевернулись, песок посыпался, время пошло.
Нападать я не спешила. Тщательно активировала защиту, чтобы меня не закопали в песочек первым же заклинанием. Дедуля наблюдал, занимаясь тем же самым.
– Послушай, Ассоль, – обратился он ко мне. – Поверь, мне совсем не хочется тебя убивать. Закон на моей стороне, но твои сородичи все равно поднимут визг. Может, договоримся?
– Не поднимут, не переживайте, – отозвалась я. – Меня изгнали, я – падший ангел. И вы это прекрасно знаете.
– И тем не менее… Что пообещал тебе мой внук? Я могу дать больше…
– Я уже говорила, что люблю Киарана. Можете дать мне двух?
– Но он тебя не любит, иначе не втянул бы в отбор. Иначе не позволил бы биться со мной, потому что исход этого поединка предрешен.
– Вы так самоуверенны, владыка? – усмехнулась я. – Тогда бейте, не тратьте время на уговоры.
Демоны коварны. Навряд ли дедуля жаждет сохранить мне жизнь. Скорее всего, усыпляет бдительность и отвлекает.
– Я пытался, девочка… – вздохнул демон и ударил.
И сразу черным штормом, чтоб его разорвало! Солнечный ветер отнимает много сил, мой резерв опустел наполовину, однако и его – тоже. Едва осел песок, я едва сдержала крик. Как–то не ожидала увидеть перед собой демона в боевой ипостаси. Сила ветра! Вот же гад! Нападать, используя когти, он не будет, но это дополнительная защита. И, наверняка, он рассчитывал на эффект неожиданности. Точно! На меня обрушился огненный дождь.
Я выбрала оборонительную тактику. Лучше продержаться час, чем не дожить до третьего тура. Хотя гневом ангелов все же дедулю приложила. Без особой надежды, но с огромным удовольствием. Какое–то время мы «танцевали» по песку, перебрасываясь не особенно сильными заклинаниями, а потом началась ментальная атака.
Я ждала ее. Пока готовилась к отбору, изучала о демонах все, что нашла в библиотеке, и потому знала, что в обычной магии мы равны по силам. И только ментальная может дать преимущество: демону, если он умеет подчинять, или ангелу, если он умеет отражать.
У «зеркала сознания» есть еще один плюс. От ментальной атаки можно закрыться щитом. Правда, щит можно пробить, но все же… А от отраженной ментальной атаки закрыться нельзя, когда магия возвращается к хозяину.
Дедуля давил умело. Я потратила на защиту почти весь резерв, позволив демону нарастить мощь, а из остатков создала зеркальный щит. Если ничего не получится, то мне конец. Ментальная волна ударила в зеркало. Лишь бы поток не ушел в сторону! На мгновение показалось, что поверхность зеркала качнулась…
Взревев, демон рухнул на колени, а потом и вовсе завалился на бок.
В оглушающей тишине я стояла, пошатываясь, и наблюдала, как сыпется песок в часах. Что–то теплое потекло по подбородку. Когда я успела заплакать? Стерев капли ладонью, я увидела на ней кровь.
Удивительно, но думала я только о том, реальность это или игра подсознания. Не могла же я победить лорда–повелителя, правда?
54. Как проиграть, победив
Не знаю, почему я не остановил Соль. Когда услышал, что биться она будет с дедом, выбора попросту не осталось. Стоило представить, что я навсегда останусь на минус седьмом уровне, как темнело в глазах. Но от мысли, что дед убьет Соль, останавливалось сердце.
Зря я посмотрел на нее. В ответном взгляде прозвучало: «Верь мне», и выглядела Соль спокойной и собранной, уверенной в себе. И я промолчал, позволил ей войти в подпространство, упустил единственный шанс спасти мою девочку.
Когда дед атаковал Соль, меня и вовсе накрыло. Отчаяние выжигало изнутри, сжатые кулаки онемели. От осознания собственного бессилия хотелось убивать. Красная пелена не упала на глаза только благодаря Соль. Я не могу сорваться, пока она борется с дедом за мою свободу, это равносильно предательству.
– Сильная девочка. – Теплая ладонь легла на мое плечо. – И храбрая.
– Мама… – выдохнул я, не оборачиваясь.
Я не мог оторвать взгляд от поединка: мне казалось, что если я это сделаю, Соль проиграет. Но мама… Мы так давно не виделись… Ее новый муж запретил мне посещать их дом, а дед не приглашал ее в свой, когда я появлялся на минус седьмом. Честно говоря, я и не искал встречи, полагая, что так будет лучше для маминого спокойствия.
– Стой спокойно, но слушай внимательно. – Мама опустила руку, скользнув ладонью по спине, как будто погладила. – Я обещала мужу, что только поздороваюсь с тобой. Эта девочка – ангел без крыльев?
– Да, – ответил я, вздрогнув.
Откуда она знает? Соль чуть не упала, уклоняясь от огненного шара, но, изловчившись, ответила деду спиралевидным вихрем. Неожиданный вопрос вызвал смутную тревогу.
– И ты отдал ей артефакт «Перо полета»? Чтобы она билась за тебя? – едва слышно спросила мама.
Сила огня! Меня прошиб холодный пот, во рту пересохло, и язык намертво прилип к нёбу. Я отрицательно мотнул головой и с трудом выдавил:
– Нет. Еще… нет…
– Отец понял. Он обнаружил пропажу артефакта. Альва потребует вернуть.
Альва – ее старшая сестра, моя тетка. Никому не нужный артефакт пылился на ее чердаке. Браслетов не хватились бы, если бы дед не догадался, чем я подкупил Соль. Как я мог так беспечно надеяться, что обману лорда–повелителя! Он прав, я всего лишь щенок…
– Кэри, он никогда тебя не отпустит, – вздохнула мама.
– Знаю…
Я наблюдал за тем, как Соль сражается с дедом, и понимал, что все зря. Даже если ангелу удастся каким–то чудом выстоять в этой схватке, продолжать отбор нет смысла. Я не смогу дать Соль то, что обещал. Лучше бы я сразу договорился с теткой! Но нет, я боялся, что дед прознает о том, что я выкупил артефакт, и догадается, зачем он мне нужен. Он и догадался… когда узнал, кто такая Соль…
– Разорви круг и уходи.
И это советует мне мама? Она единственная, кто пострадает. Ее разлучили со старшим сыном, неужели этого мало? У меня есть брат и сестра… Им тоже суждено вырасти без матери? Из–за того, что я хочу свободы?
Усмехнувшись, я отрицательно качнул головой.
– Не думай обо мне. Уходи.
– Спасибо, мама. Прощай…
Это все, что я могу ей сказать. Она и так надолго задержалась возле опального сына. Ее муж меня ненавидит, а дед и вовсе не позволил бы подойти, если бы не был занят поединком с Соль.
Надо прервать поединок, немедленно! Не смогу скрыть от Соль правду, ей больше не за что сражаться.
Я шагнул к лорду–распорядителю, и то же мгновение дед упал на песок. Единодушный возглас удивления сменился мертвой тишиной. Не я один не мог поверить собственным глазам. Соль… уложила деда? Юный ангел сильнее матерого демона?
– Отражение… отражение… отражение… – эхом пронеслось по залу.
Соль медленно осела на песок. Из ее носа хлынула кровь, и я раненым зверем бросился к ней и, конечно же, налетел на преграду.
– Пусти! – Одним движением я сгреб лорда–распорядителя за шкирку. – Немедленно!
– Регламент! – возразил он, отшвыривая меня, как щенка.
Мгновения казались вечностью, пока судьи оценивали поединок. К счастью, защитный купол вместе с подпространством убрали раньше, чем объявили результат.
Краем глаза я заметил, что дед сел, обхватив голову руками. Жив… Я бросился к лежащей без сознания Соль и подхватил ее на руки. И она вновь спасла меня от опрометчивого поступка.
– Результат поединка – ничья, – произнес лорд–повелитель. – По количеству баллов победу одержала Дельфина Марбас. Общее количество баллов – ничья. Все решит третий тур.
Какая, к демонам, ничья?! Соль победила! Но дурацкие правила гласят, что победитель должен покинуть подпространство самостоятельно. Дед, хоть и был в сознании, не мог идти. Соль и вовсе у меня на руках. Только из–за этого я не стал спорить, поспешил к порталу.
– Киаран, останься, – остановил меня один из дядьев. – Отец хочет тебя видеть.
Вот же… гад! Едва жив остался, а своего не упустит.
– Я никому не могу доверить Соль, – ответил я. – А ей нужна помощь, и, желательно, подальше отсюда. Передай деду, что я вернусь, как только смогу.
– Сегодня, – жестко сказал дядя.
– Сегодня, – согласился я. – Уйди с дороги.
Соль очнулась, едва я вынес ее из портала.
– Кэри… – выдохнула она хрипло, едва сфокусировав глаза.
– Тише, малышка, – прошептал я. – Тише, все хорошо.
Уложить на диван, где еще вчера она боролась с ядом. Принести мокрое полотенце, чтобы вытереть кровь с лица. И, наконец–то, поделиться энергией, потому что обморок Соль – это последствия полного истощения сил.
Она прижимается ко мне и ни о чем не спрашивает. Вскоре ее начинает бить озноб, и я окутываю ее огнем, как одеялом, и грею. Постепенно мышцы расслабляются, а на щеках появляется румянец.
– Он не добил меня, потому что я потеряла сознание? – спросила Соль, перебираясь ко мне на колени.
– Потому что не мог пошевелиться после твоего удара, – хмыкнул я. – Ты победила, Соль. Победу присудили не тебе, но ты победила.
– Да ла–а–а–адно… – недоверчиво протянула она. – Правда, что ли? Мне это не почудилось?
– Я не знал, что ты так умеешь. Вокруг шептались о каком–то отражении…
– Да ла–а–а–адно! – засмеялась Соль. – Неужели ты не знаешь об оружии ангелов? А говорил, что знаешь.
– Когда это я такое сказал?
– В кафе, при нашей первой встрече. Второй…
– Ты видела меня раньше? – вскидываюсь я. – Правда?
– Однажды… в тот день, когда познакомилась с Михаэлем. Я даже строила тебе глазки.
– Нет, малышка. Я знал только о том, что ангелы владеют чем–то похожим на подчинение, и все.
– «Зеркало сознания», – сказала Соль. – Я смогла отразить атаку, отправив ментальную волну обратно хозяину. Но я не владела… это чистой воды экспромт и… чудо. Кэри… мне жаль, что я не смогла…
– Тс–с–с, – прошептал я, прижимая палец к ее губам. – У тебя все получилось. Я рад, что ты жива, это главное.
– Но как же третий… – начала было упрямая Соль.
– Поговорим об этом чуть позже, – перебил я ее. – Ты можешь идти? Я провожу тебя в академию, а потом у меня… дела…
Зря я запнулся, она тут же насторожилась.
– Какие дела, Кэри? Где?
– Соль, поговорим позже.
– На минус седьмом?
И почему она такая проницательная? Сила огня! Почему я соврать не могу, а?!
– Соль, мне надо поговорить с дедом. Это ненадолго.
– Я с тобой.
– Нет.
– Кэри…
– Нет, я сказал! – рявкнул я, хотя совсем не хотел на нее кричать. – Ты сильная, Соль, но не всесильная! И лимит чудес на сегодня ты уже исчерпала. Он ничего мне не сделает, я скоро вернусь.
– Тогда я подожду тебя здесь, – неожиданно тихо и покладисто произнесла она. – Хорошо?
Я не ошибся, дед потребовал вернуть артефакт. Даже лежа в кровати он выглядел грозным и сильным, хоть я и знал, что сейчас он мухи не обидит.
В спальне мы были не одни: поодаль стояли старшие сыновья, а рядом с кроватью – тетка Альва, которую я обокрал. Несколько демонов точно справились бы со мной, вздумай я артачиться, но артефакт я отдал сразу. С поклоном вернул его тетке и принес извинения за кражу.
Нахмурившись, дед выгнал всех детей из спальни.
– И что ты теперь задумал? – процедил он, по привычке прожигая меня взглядом.
– Ничего, лорд–повелитель.
– Вернешься домой и женишься на Дельфине? Или разорвешь круг?
– Вернусь и женюсь, – твердо ответил я.
Разорвать круг я всегда успею, пусть хотя бы мелкие вырастут. Да и матери будет, куда идти. Я забыл, что после отбора получу право основать собственный круг. О Соль стараюсь не думать. Главное, она жива… и теперь свободна от обязательств. Выучится на чистильщика, ей нравится на нулевом. Сойдется с фениксом, они симпатизируют друг другу…
– А она утверждала, что любит тебя, – проскрипел дед. – Ангелы глупы. Могла бы получить артефакт, если бы назвала свою цену.
– Может, и любит, – усмехнулся я. – Но хватит и того, что я ее люблю. Поэтому завтрашний бой она проиграет, а я женюсь на Дельфине, как ты и хотел.
– Отмени отбор. Зачем проводить третий тур?
– Нет. У меня будет свой круг. Я никогда не подчинюсь вам, лорд–повелитель.
Я произнес эти слова с особенным удовольствием. Пусть я проиграл, но и дед не выиграл. А Соль… У нас есть немного времени, до конца учебного года… Если, конечно, она не плюнет мне в лицо, когда узнает, что я ее обманул.
55. Последнее желание
Неужели сбылось гадание Вел? Я победила, но проиграла… Кто бы сомневался, что демоны найдут лазейку, чтобы присудить мне поражение! Но если мы оба упали, и поединок оценивали по сложности используемых заклинаний, то дедуля, несомненно, победил.
И все же нет. Навряд ли это то, о чем предупредили камни ведьмы. Ведь я спрашивала об отборе, а это всего лишь второй тур. Всего лишь! У меня никакого преимущества, хотя я надеялась заработать баллы на магии. Как теперь выиграть поединок на флиссе?
Поежившись, я попыталась встать, чтобы дойти до ванной комнаты, но едва приподнялась с дивана, комната перед глазами закружилась, как карусель. Ожидаемо, хоть я и надеялась на лучшее. Кэри делился со мной энергией, но после магического истощения быстро восстановить силы может только источник, что на седьмом уровне.
До ванной комнаты я все же добралась – медленно, держась за стенку, – и так же вернулась обратно на диван. Мда… Теперь мне уже ничто не поможет. Везучая Соль? Угу… С ядом справилась, самого лорда–повелителя уложила на обе лопатки. Но на третий тур можно не приходить: флиссу я не подниму.
Было у меня как–то истощение, и последствия я хорошо запомнила. В бунтарский период моего бурного взросления вляпалась я как–то в бои без правил. Старшеклассники на седьмом развлекаются, как могут, и в нашей школе был подпольный клуб магов, где детки мерялись силами, устраивая магические бои. Я же не могла пройти мимо! Летать не умею, так хоть тут хотелось доказать, что я чего–то стою.
Доказала, да… До финала дошла и соперницу уложила, только сама тоже прилегла, полностью израсходовав резерв. Кирилл не смог прикрыть мои похождения, и отец, наоравшись всласть, запретил мне пользоваться источником, заставив в наказание восстанавливаться самостоятельно. Несколько дней я провалялась в кровати, даже ложку толком ко рту поднести не могла, и никакое «поделиться энергией» не помогло. В общем, свой «подвиг» я повторила, и навряд ли Кэри удастся поставить меня на ноги к завтрашнему дню.
Ничего, есть у меня запасной вариант, благодаря неугомонному дедуле. Одна радость – лорд–повелитель навряд ли сможет выступить против меня в завтрашнем поединке. У него не истощение, его собственной ментальной атакой приложило. Лишь бы Кэри он не навредил… Он ведь может? Может… Если почувствует, что проиграл. Но ведь это не так. Пусть его план не удался, но ему, наверняка, доложили о моем бессознательном состоянии. Тогда зачем он позвал Кэри?
Неизвестностью я мучилась долго, Кэри вернулся только через час. На лице – натянутая улыбка, взгляд – как у побитой собаки, а в руках – бумажный пакет с масляными пятнами и картонный стаканчик с кофе.
– Как ты? – спросил он, останавливаясь у порога.
– Жива, как видишь, – попробовала пошутить я. – Рада, что и ты тоже. Что это у тебя?
– Тебе принес. – Он подошел ближе и протянул мне пакет и стаканчик. – Нечто вредное, сладкое и жирное.
Пахнуло вкусной выпечкой. Я заглянула в пакет.
– М–м… Пончики! И где взял?
Я с удовольствием откусила еще горячее хрустящее тесто, пачкаясь в сахарной пудре. За переживаниями и не заметила, как проголодалась.
– Тут, недалеко. Прогулялся немного…
Даже так? Что же там произошло, что Кэри не рискнул сразу вернуться ко мне? Ведь знал же, что я беспокоюсь и жду.
– Бери, – предложила я ему, протягивая пакет.
– Нет, спасибо. Ешь, пока не остыли.
Эмоциональный фон Кэри серый, но спокойный: вроде бы его ничего не тревожит, а радоваться нечему. Я не приставала с расспросами. Сам расскажет, и так понятно. Как только соберется с духом. Пончики умяла и кофе выпила, а Кэри все молчал, устроившись рядом на диване.
– Все так плохо? – не выдержала я.
– Все еще хуже, – отозвался он. – Соль, я хочу извиниться…
Хорошо, что я доела, иначе точно подавилась бы. Чего угодно ожидала, только не того, что Кэри вдруг опустится передо мной на колени.
– Тебе дедуля по голове съездил, что ли? – поинтересовалась я, не узнавая собственного голоса.
– Ассоль, прости меня, пожалуйста, – произнес Кэри, глядя мне прямо в глаза. – Мне искренне жаль, что я использовал тебя.
На всякий случай я ущипнула себя за руку. Ой, блин! Больно! Значит, не сплю. И это мне не снится. Сила ветра! Да с чего это вдруг?!
– Я не жду твоего прощения, – продолжил Кэри покаянную речь. – Но должен был сказать то, что сказал. Наша сделка больше не имеет силы. Я не могу отдать тебе артефакт, потому что его у меня нет.
– И куда он… – Я откашлялась. – Куда он делся?
– Вернулся к хозяину, – не моргнув глазом ответил Кэри. – Он никогда мне не принадлежал, я украл его.
– У дедули?
– У тетки.
Очень хотелось выругаться. Но еще больше – обнять Кэри. Я вполне осознала, что осталась без крыльев. Ему и объяснять ничего не надо, понятно, кто подсуетился, чтобы забрать артефакт. Вот только Кэри мог молчать об этом до конца отбора. Мог – но не стал. И за одно это хотелось расцеловать его в обе щеки. Я все же что–то для него значу!
– Соль, у меня есть просьба. Понимаю, что тебе не хочется возвращаться на минус седьмой, но ты не могла бы прийти на третий тур, чтобы проиграть?
– Чего? – переспросила я, опешив.
– Если ты не явишься, то отбор не будет считаться завершенным, и мне не позволят основать свой круг.
– А если явлюсь и проиграю, ты женишься на Дельфине и останешься на минус седьмом, но не под контролем деда?
Надеюсь, мой ледяной тон подморозит Кэри яйца. Или хотя бы приведет в чувство!
– Да, – кивнул он. – В моем положении просить об этом…
Не знаю, откуда взялись силы, но соскочила с дивана я резво. И пощечину отвесила Кэри смачную, от всей души. Аж ладонь загудела.
Он дернулся и вскочил на ноги.
– Соль!
Ну наконец–то!
– Давно хотела это сделать, – прошипела я, тряся рукой. – Но сначала боялась, а потом повода не было.
– Это перебор, не находишь?!
– Не нахожу! – отрезала я. – Совести у тебя нет! Ты же такой взрослый… умный… сильный… Мастер, чтоб тебя! И не понял, что я участвую в отборе не ради артефакта?!
– Соль… – изумленно выдохнул Кэри.
– Прощения просишь, а сам оскорбляешь, – пожаловалась я. – Недоверием…
Собственно, о чем это я? Он же демон. Пусть и не такой, как все, но в тот день, когда демон доверится ангелу, мир перевернется.
Обратно на диван я не вернулась, ноги подкосились. Кэри подхватил меня и прижал к себе.
– Соль…
Мне льстило его потрясение. Оказывается, победить демона легко – его всего лишь нужно полюбить.
– Спасибо, – сказала я, обнимая его за шею. – Спасибо, что не скрыл правду. Но отбор я выиграю. Даже не мечтай, ты не женишься на Дельфине.
– Соль, ты стоять толком не можешь. – Он опустился на диван, устраивая меня на коленях. – Я же знаю, что такое истощение.
– У меня есть право пригласить представителя, – напомнила я.
– У тебя есть знакомый демон? – вздохнул Кэри. – Я не могу, ты же знаешь. А флисса…
– У меня есть Михаэль.
В наступившей тишине я слушала, как бьется сердце демона. Какой же он глупый! Всерьез решил, что я отпущу его? После всего, что между нами было? Хотя… отпущу, конечно. Вот вырву из лап дедули – и пусть делает, что хочет. Артефакт жаль, но я никогда не умела летать, не стоило и надеяться, что смогу. Без этого вполне можно жить – здесь, на нулевом уровне. И без Кэри, наверное, можно… Ведь рано или поздно я закончу академию, и мы расстанемся.
Я провела пальцами по покрасневшей щеке. Пусть он и заслужил, но я не должна была… так.
– Больно? – прошептала я, когда Кэри дернулся, уклоняясь от ласки.
Он отрицательно качнул головой и ответил:
– Он не станет мне помогать.
– Я сама с ним договорюсь. Дельфина выйдет на бой, как думаешь?
– Скорее всего. Дед точно не сможет. И он уверен, что ты вне игры.
– Отлично. Мих же сможет ее победить?
– Мих сможет. Но он не станет…
– Кэри… Верь мне, пожалуйста, – попросила я.
Феникс не захочет помогать демону, факт. Михаэль вполне ясно высказался по поводу отбора, иллюзий я не питала. Но у меня осталось одно желание. Посмотрим, сдержит ли он слово.
56. Вера
К вечеру я достаточно окрепла, чтобы не падать после пары шагов, и мы с Кэри вернулись в академию. Мы мало разговаривали, но демон щедро делился теплом и энергией. Иногда в молчании больше смысла, чем в словах, и мне казалось, что наши отношения окончательно переросли вражду. Пусть это не любовь, о ней не было сказано ни слова, но ведь есть дружба.
– Может, все же к Санте? – хмуро предложил Кэри, провожая меня до общежития.
– Угу, и он закроет меня на недельку, – фыркнула я. – Будет обидно, остался всего один тур. Кэри, у меня есть просьба. Наглая.
– Поцеловать на прощание? – пошутил он.
– Рада, что к тебе вернулось чувство юмора, – ответила я серьезно. – Но нет, до свадьбы воздержись. Найди Михаэля, пожалуйста. У тебя же есть доступ к информации через сеть.
– И откуда ты все знаешь… – проворчал Кэри, активируя свой браслет.
– Все знают, что у преподавателей расширенная версия.
Прокручивая карту, демон вдруг изменился в лице. В эмоциональном фоне появились удивление и тревога.
– Что такое? – тут же спросила я. – Что–то с Михом?
– Сейчас…
Он увеличил экран, что–то напечатал, полистал страницы. Тревога сменилась глухим отчаянием. Я терпеливо ждала: все равно расскажет, что случилось, а нет – узнаю сама.
– В общем… – Кэри свернул экран и потер пальцами висок. – Поговорить с Михаэлем нельзя, в ближайшую неделю. Соль, он в карцере.
Я замерла, не веря тому, что услышала. Сила ветра! И тут дедуля постарался? Нет, навряд ли. Но… Мих – и в карцере? За что?!
– Не знаю, что он не поделил с преподавателем межмировой истории, но тот отправил его в карцер, – добавил Кэри. – Официальная причина: оскорбление преподавателя. Но зная Миха…
Он покачал головой.
Как–то я тоже сомневаюсь, что феникс станет без причины оскорблять преподавателя. Да и с причиной… Мих – старшекурсник, он давно уже перерос период бунтарства.
– Давно? – спросила я, сглотнув.
– Сегодня днем. Соль, я ничего не могу… Мих – не мой подопечный, да и смысл… все уже…
Он недоговаривал, но я все понимала. В карцер Мих отправился днем, значит, уже наказан. Даже если устроить ему побег, сражаться на мечах он не сможет. И что теперь? Сдаться и подарить Дельфине Кэри? Да ни за что!
– Найди Кирилла, – попросила я. – Только не говори, что и он в карцере!
– Соль, что ты задумала?
– Поверь, тебе лучше не знать. Просто скажи, где Кирилл, а дальше я сама.
– Нет.
– Кэри!
– Я не стою всего этого, Соль. Остановись.
Очень хотелось закричать, даже стукнуть упрямого демона, но я сдержалась: мы стояли перед общежитием, у всех на виду. Вместо этого я тихо сказала:
– Кэри, я не ответила тебе, когда ты попросил прощения, не потому что не хочу прощать, а потому что давно простила. А теперь ответь ты, только честно, хочешь остаться на нулевом уровне?
– Не такой ценой.
– Да или нет, Кэри. Только честно, ничем не жертвуя.
Он долго прожигал меня взглядом. Это молчание было равносильно «да», ведь отказаться значительно проще, когда ничего не держит. Значит, хочет, но признаться в этом тяжело.
– Да, – произнес Кэри глухо. – Но…
– Без «но», – улыбнулась я. – Доверься мне, мастер. Делами займись, только Кирилла найди.
С братом я встретилась у фантомного зала. Моя просьба его, конечно же, не обрадовала, но согласие я получила. Осталось только вытащить Михаэля из карцера. И сделать это мог только ректор.
Если Палач – андроид, а вся система карцера – программа, то всем этим кто–то управляет. Кто, если не ректор? Он сам сказал, что я могу обратиться к нему с просьбой в любое время. Что ж, стесняться не буду.
Мэтр Теодор не удивился моему визиту. И принял сразу, как только я отправила запрос.
– Чего же ты хочешь, Ассоль? – поинтересовался он, едва я вошла в знакомую комнату.
– Михаэля, – ответила я. – Вы можете сделать так, чтобы его отпустили из карцера?
– Могу. – Ректор посмотрел на меня с интересом. Он ждал чего–то другого? – Ты уверена, что хочешь именно этого?
– Вы можете сделать так, чтобы лорд Декарабиа отпустил Кэри?
– Кхм… Ну–у–у… – Он смутился. – Теоретически могу, но практически… не хотелось бы никого убивать…
– Мне нужен Михаэль, – повторила я. – Он наша единственная надежда.
– Он не в лучшей форме, – вздохнул ректор.
– Об этом я позабочусь.
– Молодость, молодость… – бормотал он, чертя на пергаменте руны. – Держи. Покажешь Палачу, заберешь Михаэля из карцера. А могла бы попросить, чтобы я сразился вместо тебя.
– Мэтр Теодор, простите, но я знаю, как Михаэль обращается с флиссой, – улыбнулась я. – А вас в бою никогда не видела.
Вместо того чтобы оскорбиться, ректор рассмеялся.
– Иди, Соль. Спасай своего демона, – сказал он на прощание. – Но учти, семейного общежития в академии нет.
Э–э–э? Он серьезно думает, что мы с Кэри… Впрочем, такое замечание вселяет уверенность, что все получится.
К Михаэлю я заявилась с баночкой чудодейственной мази от Кэри. Он согласился не вмешиваться, но лекарство принес сам, за что я его искренне поблагодарила. До источника еще добраться надо, а мазь хоть немного облегчит боль.
Михаэль мне не обрадовался, даже наоборот, разозлился так, что чуть комнату не спалил. Искры так и летели, когда он орал, чтобы я убиралась. К тому времени я вымоталась так, что на споры не осталось сил. Так что медленно сползла по стеночке, села на пол и ждала, когда он успокоится.
– Соль, зачем ты здесь? – наконец спросил Михаэль, смирившись с тем, что я не уйду. – Неужели не понимаешь, что сейчас не лучшее время…
– Ты мне нужен, Мих, – ответила я. – Мне жаль, что я не пришла просто так, потому что могла это сделать. Нет, я хочу тебя использовать.
– Время третьего желания? – догадался он.
– Да.
– Боюсь, я ничем не смогу помочь в ближайшие дни. Но если это терпит…
– Не терпит. У меня есть разрешение от ректора, ты можешь покинуть карцер. Кирилл отведет тебя на седьмой уровень, источник вернет тебе силы. Завтра третий тур, бой на флиссе. Ты выступишь вместо меня?
– Ты спрашиваешь или ставишь меня перед фактом? – усмехнулся Михаэль.
– Спрашиваю, Мих. – Я коснулась затылком стены, потому что комната закружилась перед глазами. – Но буду рада, если ты согласишься. Если нет, разрешение и источник в твоем распоряжении, и еще вот это. – Я достала баночку с мазью. – От Кэри.
– Запрещенный прием.
– Знаю. Так ты поможешь?
Чем дольше Михаэль молчал, тем отчетливее я понимала, что проиграла. Может, надо было просить у ректора пропуск на седьмой уровень? Источник вернул бы мне силы, и я смогла бы сама участвовать в поединке с Дельфиной.
– Пойду. – Я с трудом поднялась с пола и положила на стол разрешение от ректора и баночку. – Кирилл ждет снаружи, попроси его нанести мазь.
Кажется, держалась я исключительно на вере в то, что все получится. Попрошу Кира, чтобы он довел до общежития, иначе завалюсь под кустик, а сердобольные студенты отволокут меня к Санте. А мне на третий тур надо явиться кровь из носу. Кэри хотя бы освободится от опеки деда, когда я проиграю Дельфине.
– Я помогу, – сказал Михаэль. – Я же обещал тебе три желания.
57. Откуда берутся фениксы
– Я подписался на это исключительно из–за Соль, – жестко предупредил Михаэль, явившись утром к порталу.
Мы с Соль ждали его, обмениваясь хмурыми взглядами. Решающий день, и от нас обоих ничего не зависит. Соль определенно чувствовала себя лучше, но бой на мечах – это не прогулка по парку.
– Знаю, – ответил я коротко. – И все же спасибо.
– Я еще не выиграл, – хмыкнул Михаэль.
– Спасибо за то, что согласился помочь.
Даже если ничего не получится, я благодарен обоим – и Соль, и Михаэлю. Я безжалостно их использовал, вынуждал делать то, что мне выгодно, но в итоге они поддерживают меня добровольно. Пусть из сострадания и из чувства долга, но я и на это не рассчитывал. И уже неважно, выиграет Михаэль или проиграет, я знаю, что все равно вырвусь на свободу, просто позже, чем рассчитывал.
Единственная моя потеря – это Соль. Без нее мне будет невыносимо одиноко, но я приму это, как наказание. Будущего у наших отношений нет, как бы сильно мы не любили друг друга. Ангел и демон – счастливая семья? Этого не допустят ни демоны, ни ангелы. С артефактом не получилось, но я могу сделать кое–что для Соль. Например, рассказать правду дисциплинарному совету, чтобы приговор отменили.
– Мне не нравится твое настроение, – тихо сказала Соль, когда мы шли к залу, где проводился отбор. – Как будто ты смирился с поражением.
– Может, это предчувствие, – мрачно пошутил я и крепче сжал ее руку.
Предчувствие не обмануло. Я проиграл деду – абсолютно и безоговорочно. Дельфина не явилась на третий тур.
Честное слово, если бы зал не был полон, я смеялся бы в голос. Но побоялся, что из–за моей истерики пострадают Соль и Михаэль. Если к ангелу за три дня тут как–то привыкли, то рыжеволосый феникс отчего–то раздражал демонов так, что даже Соль поглядывала на них с хмурым любопытством. Причем самые сильные эманации шли от судий.
– Мы можем подождать? – спросил я у лорда–распорядителя, хоть и догадывался, что он мне ответит. – Каков регламент?
– Ждать нет смысла. Дельфина Марбас заявила, что снимает свою кандидатуру. Так что… – Он похлопал меня по плечу. – Осталось только объявить итог отбора.
– Тогда почему вы не начинаете?
Лорду–распорядителю не пришлось ничего объяснять: опираясь на плечо сына, в зал вошел дед.
– Ой–йо–о–о… Это я зря сюда приперся? – прошипел Михаэль, обращаясь к Соль. – Дуэли не будет? Ты и так победила?
– Победила и проиграла, – сказала Соль. И добавила: – Все, как нагадали.
Не знаю, кто и что ей там гадал, но ситуацию она обрисовала верно. В отборе победу присудят Соль, но мне это не поможет. Есть условие: при отсутствии соперниц инициатор отбора имеет право жениться на той невесте, что выстояла до финального тура, но свой круг мне основать не дадут. То есть, гипотетически я могу жениться на Соль, но тогда мы вместе с ней останемся на минус седьмом уровне, под контролем деда. И почему я решил, что он будет цепляться за Дельфину до самого конца? Ведь главная его цель – сломать меня и прижать к ноге, чтобы не рыпался.
И все же я твердо встретил взгляд лорда Декарабиа. Сейчас он празднует победу, но за годы, проведенные в академии, я многому научился. Как минимум, открытой войны между нами уже не будет. Я придумаю новый план, рассчитывая только на себя, и уничтожу деда. Клянусь, я сделаю это!
Объявление лорда–распорядителя не заняло много времени. Пока демоны шумно обсуждали, состоится ли свадьба, дед подозвал меня жестом.
– Вернусь, как только провожу Соль и Михаэля, – сказал я ему.
– Я останусь с тобой, – возразила Соль, подходя к нам. – Михаэля провожай.
– А я рыжий, что ли? – возмутился феникс. – Вместе пришли – вместе уйдем. И вообще, я еще не все тут посмотрел.
Я был уверен, что дед разозлится на Михаэля, но он рассмеялся, рассматривая его с каким–то жадным интересом.
– Приглашаю всех вас, – объявил дед. – Киаран, проводи друзей в малую гостиную. Я скоро буду.
Что еще он мог задумать? Как там Соль говорила… Ноги в руки и бежать?
– Соль, ты знаешь дорогу, – сказал я ей, едва мы вышли из зала. – Уходите. Я сам разберусь с дедом.
– Ой–йо–о… – пробормотал Михаэль. – Так противно, что я приду к тебе в гости?
– Мих, перестань, – попросила Соль. – Дедуля непредсказуем, поэтому Кэри переживает, чтобы с нами ничего не случилось.
– Вот именно, – кивнул я. – Идите отсюда, быстро.
– Я никуда не уйду, – покачала головой Соль.
– Я тоже, – сказал Михаэль. – Втроем отбиваться легче.
– Да идите вы… – невежливо буркнул я. – Куда хотите.
Не драться же с ними! Соль упрямая, а Мих и того хуже. И, откровенно говоря, мне приятно, что они остались рядом. Да и дед, скорее всего, хочет лишь поглумиться. С чего вредить, когда уже добился своего?
Через портал мы перешли в дом деда. Я повел Соль и Миха не через анфиладу комнат, а боковым коридором, где мы могли столкнуться только с прислугой. И почему малая гостиная, а не кабинет? Дед, как всегда, чудит.
В комнате никого не было.
– Присаживайтесь, – предложил я и отошел к окну.
Говорить ни о чем не хотелось. Скорее всего, дед даже выполнит обещание, у меня есть время до лета. Но как сказать Соль, что я не возьму ее в жены? Она же примет это на свой счет и обидится…
– Соль, – позвал Мих. – Слушай… Кольцо потеплело.
– То самое? – удивилась она. – Ты так и не выяснил, что это за артефакт?
– Не успел. Ой–йо–о–о… Оно горячее. Может, снять?
– Что у вас там? – не выдержал я. – Мих?
Вместо ответа он показал мне кольцо его матери, надетое на палец.
– И это артефакт? – не поверил я. – Брось, я держал его в руках.
– Руны появились позже.
– Кэри, ты видел печать? – поинтересовалась Соль.
– Я не рассматривал кольцо. Убрал в подпространство, да и все.
– Мих, покажи ему, – попросила она.
– Нет, – заупрямился феникс.
– Мих!
– Михаэль, верно? – В комнату медленно вошел дед. – Первородный?
– Откуда вы знаете? – вскинулся Мих.
– Вижу по ауре. Что за кольцо? Артефакт?
– Лорд–повелитель, вы хотели что–то сказать, – не выдержал я, мысленно добавляя: – «Мне».
– И до тебя очередь дойдет, – пообещал он. – Михаэль, я знаю все артефакты, принадлежащие демонам. Полагаю, среди артефактов ангелов ты кольцо не обнаружил.
Кажется, Соль знала о кольце больше, чем я, потому что спокойно смотрела, как Михаэль снимает его с пальца и протягивает на ладони деду.
– Даже так… – Прищурившись, дед окинул феникса внимательным взглядом. – И откуда оно у тебя?
– Мать меня бросила, – хрипло ответил Михаэль. – Вместе с этим кольцом. Вы знаете, почему оно потеплело?
– Знаю. – Дед довольно кивнул. Внешне он казался радостным, но во взгляде застыла огненная лава. Опасный признак. – Его настоящий владелец рядом. Это слабый артефакт, почти бесполезный. Он ищет того, на кого настроен.
Минуточку… Что?! Дед только что сказал, что мать феникса где–то рядом? Ничего себе!
Незаметно подошедшая Соль взяла меня за руку. Мы переглянулись, и она пожала плечами: тоже ничего не понимает.
– Что? Интересно? – ухмыльнулся дед, обращаясь к нам. – И никто из вас не знает, как появляются первородные фениксы? – Он выдержал театральную паузу. – Так вы же любите друг друга? И дети когда–нибудь появятся. Такие вот… рыжие и огненно–воздушные.
Эффект дед произвел, факт. И у меня челюсть отвисла, что уж говорить о Соль и Михаэле. И почему я никогда этого не слышал?!
– Догадываюсь, кто твоя мать, малыш, – сказал дед фениксу. – Подозревал, что она связалась с ангелом… А вот, кто отец, можешь спросить у нее.
– И кто его мать? – спросил я севшим от волнения голосом. – Если она в нашем доме…
– Все верно, Киаран, – кивнул дед. – Вы с Михаэлем родственники. Кузены.
– Ой–йо–о–о! – выдал Михаэль. – Только не это!
58. Ещё одна сделка
С одной стороны, все справедливо: я осталась без артефакта, Кэри – без долгожданной свободы, и все стараниями дедули. С другой, за демона я переживала сильнее, чем за собственные крылья. Я никогда не умела летать, и лучше бы не пробовала, а Кэри будет мучиться на минус седьмом уровне, ведь он другой, не такой, как все демоны. Кстати, и я вместе с ним, ведь мне за него замуж выходить.
Как–то раньше не задумывалась, но ведь я, как штрафник–чистильщик, должна работать на межмировой совет, то есть… не смогу жить с мужем? А, может, это повод, чтобы муж жил со мной? Надо будет узнать все, хотя бы у того же ректора.
Об этом я думала в зале, где проводился отбор, а потом…
Нет, кто бы мог подумать! Фениксы – дети ангелов и демонов! И почему я не догадалась? Мих же говорил о родстве с богами. А уж новость о том, что Кэри и Мих – братья… Было забавно наблюдать, как они таращатся друг на друга с неподдельным изумлением. Дедуля – мастер интриги!
– Поэтому старейшины так нервничали из–за Михаэля? – спросила я у него. – У вас помнят, откуда берутся фениксы?
– Ваши старейшины тоже помнят, – нехотя произнес он. – Но фениксу повезло очутиться среди демонов, а не среди ангелов.
– Повезло?! – воскликнул Михаэль.
– И почему я не бастард? – горько посетовал Кэри. – Мих, будут предлагать официальное усыновление – беги.
– Нет, не предложу. – Дед отрицательно качнул головой. – Но об этом чуть позже. Киаран, Ассоль, вы не против, если мы обсудим ваше будущее при Михаэле?
– Нет, – тут же ответила я. – Не против.
– Нет никакого нашего будущего, – проворчал Кэри. – Лорд–повелитель, вы всерьез полагаете, что я позволю Соль похоронить себя в нашем мире?
– А это не тебе решать, – прищурился дед.
Михаэль, забрав кольцо, устроился в углу комнаты, меня же дед поманил к себе.
– Ты говорила, что любишь моего внука, Ассоль, – сказал он, едва я подошла ближе. – Если это так, ты легко сделаешь выбор.
Знакомые парные браслеты легли на стол, а рядом с ними – свернутый в трубочку пергамент.
– Так как отбор ты выиграла без сражения в третьем туре, то выходить замуж за Киарана не обязательно. У него нет права основать свой круг, его жена станет частью моей семьи. Ты же согласилась участвовать в отборе ради этого артефакта?
– Сначала – да. – Я сглотнула, уловив, куда клонит дед. Сволочь! А чего еще ожидать от демона? – Но потом это стало неважным.
– Тогда ты выберешь это? – Он взял в руки пергамент. – Брачный договор и жизнь на минус седьмом уровне с любимым мужем. Или «Перо полета», но без Киарана?
– Ой–йо–о–о… – пробормотал Михаэль. – Кэри, так вот в кого ты такой.
Кэри дернулся, как будто его ударили, а дед довольно улыбнулся.
– Приятно слышать, что внук не безнадежен, – сказал он. – Соль, решить нужно сейчас, без раздумий.
– Тут не о чем думать. Я выбираю…
– Соль, остановись! – перебил меня Кэри. – Мне не нужна такая жертва.
– А ты уверен, что я выбрала тебя? – не удержалась я. – Заберу артефакт, а замуж выйду… да хоть за твоего брата!
Мне надоело, что Кэри постоянно от меня отказывается. Благородно, слов нет! А хочет ли он вообще на мне жениться? Может, я просто придумала сказку о любви?
– Если ты обо мне, то, пожалуй, откажусь, – фыркнул Михаэль. – Мне еще жить охота.
– Ты бессмертный, переродишься, – отрезала я. – И, по–твоему, я стану причиной твоей гибели?
– Не ты! Он! – Мих ткнул пальцем в Кэри. – Он меня одним взглядом испепелит.
Кэри с потемневшим лицом хоть и пугал, но давал надежду. Если это не ревность, то что же тогда?
– Выходи, – выдохнул он, отворачиваясь. – Мих позаботится о тебе лучше, чем я. И артефакт ты заслужила.
Дед наблюдал за нами, но не вмешивался. Я все еще сомневалась, но не в выборе, а в том, хочет ли Кэри на мне жениться. Не получится, что я навязалась ему? Мы вообще не говорили о совместном будущем. Надо было выиграть отбор, спасти Кэри… но и все. Если сейчас спрошу, будет ли ответ правдив, потому что идет от чистого сердца, а не из жалости?
– Я выбираю Кэри.
Вот и все. Не могу я выбрать артефакт! Это всего лишь вещь.
– Дурочка, – прошептал Кэри.
– Еще какая! – хмыкнула я. – Но ты не переживай, если я тебе не нужна, то смогу стать незаметной.
– Зачем тебе это? – рыкнул он.
И почему так обидно из–за того, что он не понимает?
– Просто… ты мне нужен, – выдавила я.
Мы с Кэри схлестнулись взглядами. Его, злой и раздраженный, больно царапал, однако когда на мои глаза навернулись слезы, смягчился. Кэри опять меня пожалел!
Наверное, мы еще долго играли бы в гляделки, но дед кашлянул и сказал:
– Значит, брачный контракт.
– Да, – подтвердила я.
– Отлично. – Он убрал браслеты. – А теперь послушай меня, Киаран. Ты меня изрядно достал, можешь этим гордиться. И у меня нет никакого желания наблюдать, как ты будешь вести войну изнутри, вернувшись в мой дом. Я готов тебя отпустить, но с одним условием. Если он… – Дед посмотрел на Михаэля. – Если наш незаконнорожденный родственник согласится хранить в тайне, что его мать из круга Декарабиа.
Так дедуля боится огласки? Мда, сегодня просто день сюрпризов.
– Что скажешь, Михаэль? – спросил он.
– То есть, вы не позволите мне познакомиться с матерью? – уточнил Михаэль. – И назвать Кэри братом?
– Называйте друг друга, как угодно, хоть любовниками, только между собой. А насчет матери ты правильно понял. Вернее… Можешь с ней увидеться, но тогда ее накажут за измену. Видишь ли, она была замужем, когда ты родился. Репутация круга Декарабиа не сильно пострадает, ведь твоя мать – всего лишь женщина. Наказание коснется только ее. Впрочем, может, ты хочешь отомстить? Она же бросила тебя младенцем.
– Она выносила меня, позволила мне родиться, – возразил Михаэль. – И оставила кольцо, настроенное на нее. Она хотела, чтобы я ее нашел.
– Возможно. – Дед повел плечом. – Только я этого не хочу. Я не преувеличиваю, спроси у Киарана, как здесь наказывают за измену.
– Он не преувеличивает, – хрипло подтвердил Кэри. – И лучше тебе не знать, как.
– Подумай, стоит ли оно того. Тем более, в обмен на молчание я предлагаю свободу для твоих друзей.
– Мих… – позвала я, с удивлением обнаружив, что мой голос тоже сел.
Он обернулся, посмотрел вопросительно.
– Не соглашайся из–за нас. Возможно, есть способ… увидеться… Он же демон, а они искусно плетут интриги.
– Ой–йо–о! – поморщился Михаэль. – У фениксов нет родителей, я как–нибудь переживу. Но… Кэри в должниках! Представляешь, как это круто?
Кэри закатил глаза, а дед хлопнул в ладоши.
– Сделка! И клятва о молчании от каждого из вас, – заявил он.
Почему–то мне показалось, что он с самого начала знал, что отпустит Кэри, только сделал это на своих условиях. А Михаэль – досадная случайность, которую он ловко вплел в план.
И все же, хорошо, что все закончилось. Пусть я не выиграла, но и не проиграла тоже. Могло быть и хуже, учитывая методы дедули.
– Мих, поговорим позже, хорошо? – сказал Кэри, едва мы вернулись на нулевой. – Возвращайся в академию.
– А вы? – нахмурился феникс.
– Нам с Соль надо поговорить. Срочно. И серьезно.
Михаэль перевел взгляд на меня, и я кивнула ему, мол, иди, все в порядке.
– Кэри, если ты ее обидишь, ты труп, – предупредил он демона.
– Молоко на губах не обсохло, – ухмыльнулся Кэри. – Иди уже, птенчик.
– И это вместо «спасибо», – нарочито горько пожаловался Михаэль прежде, чем скрыться в портале.
59. Перо полета
В добрые намерения деда я не поверил ни на мгновение. Любую сделку можно обойти, мне ли ни знать об этом. Похоже, сейчас ему выгодно отпустить нас, но наступит день, когда он напомнит о себе, и я не предскажу, что он потребует. Ведь я так и остался в его круге.
И все же дышать теперь легче. Скорее всего, в ближайшие несколько лет дед нас не тронет. Пока Соль не закончит учебу, пока не получит распределение… И я непременно что–нибудь придумаю, чтобы защитить ее и Михаэля. Рыжий феникс тоже под угрозой, от деда и бессмертие не спасет. Тем более, Мих не успокоится, будет искать отца. Если бы я точно знал, которая из теток его мать! Расспросил бы потихоньку… А так, скажешь что–нибудь лишнее не той – и конец обоим, и тетке, и Михаэлю.
Как забавно, что Мих – мой кузен. Не потому ли нас тянуло друг к другу? Ведь почему–то из всех студентов я выделял именно его, а он исправно ходил на тренировки, хотя специализировался на межмировом праве. Жаль, что наши отношения не сложились, я рад назвать его своим братом, но Мих… Он упертый, а я отвратительно с ним обошелся. Так и будет больно колоть при каждой встрече, пусть и словами.
Соль другая. Она простила меня, я это чувствую. Может, все ангелы такие? Мне одинаково сильно хочется сжать ее в объятиях, потому что люблю, и отвесить затрещину, чтобы она меня возненавидела. Меня нельзя любить! Ей – нельзя! Она заслуживает лучшего.
Соль проводила Михаэля взглядом и обернулась ко мне.
– Будешь рассказывать, какой ты плохой? – спросила она, хмурясь. – Не трудись, бесполезно. Я и так все про тебя знаю. Лучше догони Михаэля, ему сейчас нужна поддержка.
– Знаю, что нужна. – Проницательность Соль не сильно удивила, но и не обрадовала. – Но он справится, я поговорю с ним позже. Ты важнее.
– Правда? Важнее причинить мне боль?
Соль обняла себя руками за плечи, как будто замерзла, и отошла к окну, задернутому шторой. Она не повысила голос, не выглядела расстроенной или агрессивной, но от ее слов грудную клетку словно сжал панцирь – ни вдохнуть, ни выдохнуть. Так вот как это выглядит с ее стороны?
– Наоборот, – возразил я, подходя ближе. – Не хочу, чтобы ты страдала из–за того, что твой муж – демон.
Соль не отодвинула штору, но стояла ко мне спиной. Прячет лицо? Эмоции за щитами, и такое настроение мне совсем не нравится.
– Кэри, я не рискну спросить, любишь ли ты меня, но… я тебе небезразлична, верно?
– Я люблю тебя, Соль.
Признание далось легко, потому что никого и никогда я не желал сильнее.
– Тогда пожалей меня, пожалуйста.
– Пожалеть? – переспросил я, ничего не понимая.
– Я устала, и не хочу сейчас быть сильной. Не смогу спокойно выслушать, что ты готов отказаться от меня ради моего же счастья. Давай потом? Обещаю, что…
Я рывком развернул Соль к себе, схватив ее за плечо. Так и есть, из глаз уже брызнули слезы. Я прижал ее к себе, стиснув так, что она вскрикнула.
– Кэри, задушишь…
– Я люблю тебя, глупая… так люблю, что готов отказаться… и я тоже глупец, потому что от этого больно нам обоим…
Я немного ослабил объятия, и Соль подняла голову, хлюпнула носом, переводя дыхание.
– И почему ты уверен, что вместе нам будет хуже, чем врозь?
– Нет, я так не думаю. – Я стер влагу со щеки Соль. – Я боюсь, что не смогу стать для тебя хорошим мужем.
– А раньше тебя это не волновало?
– Нет. Раньше – нет, – улыбнулся я.
– Кэри, но я тоже боюсь, – призналась она. – И не тебя, а себя. Я не уверена, что готова к семейной жизни. Мне нравится в академии, я хочу стать чистильщиком. Не забывай, что я – штрафник. Я не смогу стать тихой домашней женой, готовить обеды и воспитывать детей.
– Семейная жизнь – это не только домашние обеды и дети, Соль. – Я стер слезы и с другой щеки, а после поцеловал. – Но у меня и дома нет, только комната в общежитии. И навряд ли кто–то из коллег обрадуется, если я приведу тебя туда.
– Точно, – согласилась она. – Ректор сказал, что семейного общежития в академии нет.
– Ректор?
– Ну… он странный. И он все знает.
Все же слухи не врут? Ладно, сейчас это неважно.
– А если бы я была демоном, ты не сомневался бы? – спросила Соль.
– Я даже не подошел бы к тебе, – рассмеялся я. – Нет, Соль, ты хороша такой, какая ты есть. И сомневаюсь я только в себе.
– Зато я в тебе не сомневаюсь. Кэри, ничего особенного я не жду. Мне хочется быть нужной тебе… Тогда ты перестанешь повторять, что мы – не пара.
– Но ты нужна мне. Соль, ты мой воздух, понимаешь?
– И ты предпочтешь умереть, задохнувшись? – усмехнулась она. – Правда, Кэри?
– Уже нет. – Я привлек ее к себе и прижался щекой к макушке. – Знаешь, ты права. Вместе нам не будет хуже, чем врозь. Но жить в разных комнатах, встречаться только на занятиях… я не согласен. И я что–нибудь придумаю. Тем более, ректор все знает.
– Скоро о нас узнает не только ректор. Мы же обещали все рассказать, помнишь?
– И хорошо. – Я жадно поцеловал ее в губы. – Пусть все запомнят, что ты моя, малышка.
Как ни хотелось нам провести вместе ночь, но пришлось возвращаться в академию. Мы договорились, что расскажем обо всем позже… и вместе. Конечно, укороченную и слегка измененную версию, я не собирался посвящать студентов в тонкости моих взаимоотношений с дедом. Соль с этим согласилась.
Я с удовольствием объявил бы о родстве с Михаэлем, но тут дед связал нас по рукам и ногам. Может, информация о том, что фениксы рождаются от связи ангела с демоном, и начнет гулять среди студентов, но никто не должен знать, что мы с Михом – кузены.
Проводив Соль, я отправился на поиски феникса и столкнулся с ним и Кириллом, едва свернул на главную аллею.
– На ловца и зверь, – фыркнул рыжий братец. – Кэри, мы тебя ищем.
Вроде бы Мих не в тоске и печали, это радует. И что они с Кириллом успели натворить, пока я беседовал с Соль?
– Куда бежать, кого спасать? – буркнул я. – Опять вляпались?
– Нет, тут такое дело… – протянул Кирилл.
Дело, как минимум, меня заинтересовало. Оказывается, в последнее время Мих и Кир на пару штудировали архив, по крупицам собирая сведения о богах. Вроде это и миф, но для мифических существ боги прилично наследили. Артефакты, например. Летающие острова. Да и само существование ангелов и демонов, как бы, намекает. Между прочим, больше парных рас нет. Так вот, Мих искал связь богов с фениксами, а Кир – сведения о древних артефакторах. И что–то его уже натолкнуло на мысль, что старые вещицы создавались при помощи магии более сильного существа, чем ангел или демон.
Но богов давно нет, а сделать для Соль «Перо полета» брат мечтает чуть ли ни с того времени, как она родилась. Так вот, когда Михаэль рассказал, откуда берутся первородные фениксы, Кирилла осенило.
– Богов нет, но если ангелы и демоны – их потомки, то объединенная сила может сработать! – взахлеб говорил он, размахивая руками.
– И что, об этом до сих пор никто не догадался? – скептически спросил я.
– Где ты видел ангела, который согласится сотрудничать с демоном?
Я приподнял бровь и усмехнулся.
– До вас с Соль, – тут же поправился Кирилл. – Даже в академии мы пересеклись впервые. Кэри, давай попробуем? Ты тут единственный демон.
– Сейчас?
– Да! У меня есть заготовка, я всего лишь проверю активность рун. И если получится… если получится…
Если получится, то Кирилл сможет сделать артефакт для Соль. Он же срисовывал руны!
– Пойдемте, – сказал я.
Во время разговора Михаэль молча стоял рядом и отворачивался, когда я бросал на него взгляд. Соль сказала, что ему нужно время, но я не уверен, что оно что–то изменит. Наше знакомство с Соль началось с обмана, но Миха я предал после того, как мы подружились. Навряд ли он когда–нибудь об этом забудет.
В лаборатории никого не было: студенты уже разошлись по общежитиям, а дежурный призрак активизируется только в случае нарушения техники безопасности.
– Что нужно делать? – спросил я, устраиваясь рядом с Кириллом. – Ты учти, я не силен в артефакторике.
– Я буду вырезать руну, одновременно наполняя ее силой. Эта заготовка – копия одного из простых артефактов, что хранятся у ангелов. Определитель ядов, слышал?
– Угу… Так мне тоже наполнять руну силой?
– Да, одновременно со мной. Давай, на счет три. Один…
Хотелось верить, что у нас получилось. Когда наши с Киром силы сплелись в одну, у меня все волоски на теле встали дыбом, такой отдачей повеяло от вспыхнувшей руны.
– Как проверять будем? – сипло поинтересовался я, едва мы закончили.
– Мих, сделай несколько пробирок, чтобы мы не видели, – попросил Кирилл. – Для чистоты эксперимента. Вода и какие–нибудь растворы… Алхимическая лаборатория рядом.
Феникс поставил перед нами три пробирки.
– В двух – разные яды, в одной – вода, – сказал он. – Удачи.
Кирилл опустил пластинку с руной в пробирку. Ничего не произошло. Он вопросительно посмотрел на Михаэля, но тот лишь пожал плечами. Тогда Кирилл бросил пластинку в другую пробирку.
– А–а–а! – заорал он, срывая голос. – Получилось! Получилось же!
Прозрачная жидкость окрасилась в красный цвет.
– Да! Да! Да! – Кирилл прыгал, как ребенок, и даже обнял меня в порыве. – Кэри, у нас получилось!
Михаэль отреагировал сдержанно, но и он улыбался, и даже пару раз одобрительно стукнул Кирилла по плечу. Немного успокоившись, ангел сказал:
– Вообще, артефакты для определения ядов существуют, но они… как бы… более громоздкие, что ли? В них вплетено много заклинаний, используются особенные материалы, а тут – всего одна руна. И прежде никто не мог сделать такой же артефакт! Теперь Соль сможет летать!
– У меня есть просьба, – сказал я. – Пожалуйста, пока не рассказывайте ей, хорошо? Во–первых, если вдруг не получится, она избежит повторного разочарования. А, во–вторых… Кир, подари его ей на свадьбу.
– Да когда она еще замуж выйдет… – нахмурился Кирилл.
– Скоро, – улыбнулся я. – Очень скоро.
– И я его зна… ю… – Он уставился на меня, приоткрыв рот. – Да ладно!
Михаэль покачал головой и закатил глаза.
Из лаборатории мы вышли вместе, но Кирилл вспомнил, что забыл что–то дезактивировать и метнулся обратно.
– Ты как? – спросил я у Михаэля.
– Лучше всех, – отозвался он. – Это ж каждый день узнаешь, что у тебя демоны в родственниках.
Ожидаемо. Мих и сарказм – почти синонимы.
– Я помогу тебе, – пообещал я. – Постараюсь помочь. Если тетка была замужем, когда забеременела, то как–то она скрыла беременность от мужа. Значит, жила отдельно. Попробую узнать…
Неожиданно Мих кивнул.
– Только не нарушай условия сделки, Кэри. Я не хочу, чтобы Соль страдала, если тебя накажут.
– Пф–ф–ф! Я умею обходить условия. Не переживай.
«Больно надо!» – должен был сказать Михаэль, но промолчал.
– Мих, а за что ты в карцер попал?
– Любопытно? – усмехнулся он.
– Скорее, переживательно. Что–то мне не верится, что ты оскорбил преподавателя.
– Зря. И оскорбил, и в морду дал.
– За что? – изумился я.
– Он моего друга оскорбил. Я не смог сделать вид, что ничего не слышал.
– Кирилла?
Михаэль отрицательно качнул головой и отвернулся. Я не стал настаивать, мало ли кого он считает своим другом. Только выдохнул:
– Завидую…
– Мне?
– Вам обоим. Такая дружба дорогого стоит.
Из лаборатории выскочил Кирилл.
– Мих, время! – выпалил он, подбегая. – Общага сейчас закроется!
– Ой–йо–о! – воскликнул феникс. – И чего ты там копался, бестолочь? Побежали!
Кирилл сорвался с места, а Михаэль задержался, всего лишь на мгновение.
– Надеюсь, ты стоишь такой дружбы, – сказал он, – брат…
Рыжая шевелюра феникса, прекрасно заметная даже в темноте, перестала мелькать перед глазами, а я все смотрел ему вслед, не смея поверить, что правильно расшифровал последнюю фразу. Он ведь подрался из–за меня, я правильно понял? Он назвал меня другом… и братом.
– А ты счастливчик, Кэри… – пробормотал я, запрокидывая голову.
Сложно поверить, но и демоны умеют плакать.
В ясном ночном небе россыпью сияли звезды. Не я подарю Соль крылья и небо, но какую–то роль в том, что это стало возможно, сыграл и я. Гордиться нечем, но все же, не будь сделки, она так и осталась бы калекой среди ангелов.
Сердито смахнув набежавшие на глаза слезинки, я отправился к ректору. Это для студентов время отбоя, а он принимает посетителей до полуночи. Мне позарез надо обсудить с ним предстоящую свадьбу и нашу с Соль совместную жизнь в академии.
60. Крылья для ангела
Свадьбу сыграли летом, после сессии. Официальная регистрация состоялась намного раньше, по требованию дедули, но она практически ничего не изменила в нашей с Кэри жизни. Я все так же с утра до ночи училась: поначалу наверстывала пропущенное, а потом готовилась к экзаменам. Кэри все так же преподавал и руководил нашим курсом.
Откровенно говоря, на свидания не оставалось ни сил, ни времени. И все же нас тянуло друг к другу. Периодически то у меня, то у Кэри срывало крышу, и мы сбегали в город, чтобы провести вместе хотя бы полчаса. Кажется, демон не врал, когда говорил, что я для него – как воздух. Я тоже задыхалась, когда долго не видела… мужа.
Странно думать так о Кэри, особенно когда привыкнуть к статусу жены нет никакой возможности. Ректор категорически не хотел решать вопрос нашего совместного проживания, да еще и пообещал Кэри – штрафы, а мне – отработки, если наши взаимоотношения помешают, соответственно, работе и учебе.
Если Кэри и злился, то мне этого не показывал. Только извинился и попросил подождать.
– Закончишь обучение, и я к тому времени найду другую работу, – сказал он. – Ту, где платят больше. У нас будет свой дом, обещаю.
Честно говоря, я не сильно расстраивалась из–за того, что не нужно заниматься уборкой, готовкой и прочими мелочами, мне и в общежитии хозяйственных дел хватало. В любом случае, жить нам на нулевом уровне, тут никакая бытовая магия не поможет. Так что, да, женой я себя не ощущала.
Нам с Кэри и свадьба была не нужна, это все мои любимые однокурсники придумали.
– Что за фигня! – возмущались Вел и Лин, в кои–то веки совпав во мнениях. – Мы тебя нормально замуж выдать хотим!
– Ты мне должна, – нахально напомнил Нил. – Хочу погулять на твоей свадьбе.
Ритуалы бракосочетания во всех мирах схожи, но все же у ангелов и демонов они не одинаковы. Мы с Кэри не хотели следовать традициям своих рас, и выбрали удачный, на наш взгляд, вариант: свадьбу по обычаям нулевого уровня. Не знаю, как об этом прознала тетя Роза, наверняка, проговорился кто–то из наших, но она активно включилась в процесс подготовки.
Мне не пришлось ничего делать, только платье купила – белое, с фатой. Мы с Кэри, посоветовавшись, все же пригласили на церемонию родственников. Он – деда, я – родителей. Кэри не смог позвать мать, муж запретил ей видеться со старшим сыном. Я же, наоборот, совсем не мечтала встретиться с родителями, и, как оказалось, они – тоже. Через Кирилла они передали сдержанные поздравления – спасибо, что не проклятия, – и деньги в качестве подарка. На них я и купила платье и аксессуары.
В день свадьбы Кэри подкатил к общежитию на машине, украшенной цветами и воздушными шариками. В академии есть свой автопарк, нас же учат вождению. Тетя Роза перекрыла вход, практически собственной грудью, и заставила жениха выкупать невесту. Девчонки спрятали меня в одной из комнат, и я давилась смехом, слушая, как бедный демон угадывает, где отпечаток помады с моих губ, и придумывает пятьдесят эпитетов, чтобы описать мой характер.
А потом была церемония… на стадионе. Только он смог вместить всех желающих полюбоваться на свадьбу ангела и демона. Там поставили арку из цветов и положили на газон ковровую дорожку, по ней я и шла к Кэри, а вел меня Кирилл. В свидетели Кэри пригласил Михаэля, а подружками невесты, естественно, стали Вел, Лин и Нора.
Прозвучали клятвы, мы обменялись кольцами и поцеловались под дружное «Ура!» с трибун. Шатры с накрытыми столами стояли на поляне, где в прошлом году праздновали Сайман.
– Дед не пришел? – спросила я у Кэри, улучив момент. – Я не вижу его среди гостей.
– К счастью, нет. И это лучший подарок, который он мог сделать. Правда, он еще прислал деньги. – Кэри поджал губы. – Хотел вернуть, но потом подумал, что если он так хочет, чтобы я принадлежал к его кругу, то хоть какую–то компенсацию мы заслужили. И чего ты улыбаешься, м–м?
– Мне нравится, когда ты говоришь «мы», – призналась я. – Все сильнее и сильнее. Оставишь деньги на наш будущий дом?
– Если ты не возражаешь.
Когда мы наедине, Кэри очень ласков и покладист. Он обожает звать меня малышкой и предупреждает мои желания. Даже если мы не нежничаем друг с другом, я постоянно ловлю на себе его взгляд, полный тепла и света. И это совершенно не мешает ему становится строгим и требовательным наставником, когда мы в академии. Он все так же гоняет меня на тренировках и отправляет на отработки, если есть за что. Мне это нравится, потому что так правильно. Как там говорит тетя Роза… Тяжело в учении, легко в бою!
Подарков нам не дарили, мы попросили гостей не делать этого. Хватило и того, что нам организовали свадьбу. Да и где хранить подарки? В комнате общежития или в подвале тети Розы? Ведь на нулевом уровне на свадьбу принято дарить посуду, бытовую технику и остальные нужные в хозяйстве вещи. И все же без подарков не обошлось.
Первый вручил ректор, после того, как Кэри нашел меня в сарае у дяди Пети. Я туда не сама забралась, это Нил с Барри устроили похищение невесты. Ненормальные! Это хорошо, что Кэри не разозлился всерьез, все же на территории академии со мной не могло произойти ничего плохого. Но все же эманации испуга я уловила, когда он вышиб плечом дверь сарая.
Мы долго целовались в полумраке, и мне не хотелось возвращаться к шатрам. Кэри снял гостиничный номер в городе, но уходить со свадьбы было еще слишком рано. Когда мы вышли из сарая, на грядке с колосящейся зеленью нас поджидал ректор
– Пойдемте со мной, – сказал он.
Мы и предположить не могли, куда он нас ведет! И уж, тем более, не представляли, какой нас ждет подарок.
Вход в подпространство располагался сразу за башней ректора.
– Я выбрал это место, потому что так мне удобнее было стабилизировать поля, – пояснил ректор. – Но вас никто не побеспокоит. Пароль от портала будет только у вас двоих. И, может, там не очень уютно… зато тихо. Это временное пристанище, пока вы в академии.
Не очень уютно?! Маленький домик, утопающий в зелени. Цветы в палисаднике, терраса с открытыми окнами. Легкий ветерок развивает занавески. Скамейка под липой. В голубом небе – ни облачка.
– Это… наш дом? – спросила я у Кэри, ущипнув себя за руку.
Нет, вроде бы не сплю, и на иллюзию это место не похоже.
– Ваш, – ответил за Кэри ректор. – Я создал его для вас. Погулять здесь не удастся, но дом и все, что в нем – настоящее.
Кажется, демон обалдел не меньше моего. Очень сильные маги способны сотворить простые локации, как, например, место для магического поединка. Но такое… Видимо, мэтр Теодор, и правда, дракон не из нашего мира. А, может, он… бог? Никто не знает, как они выглядят!
– Я не бог, Ассоль, – вздохнул ректор. – Прости, ты слишком громко думаешь. Я из другого измерения, их много. Когда–то я хотел предложить Киарану стать моим учеником, но увидел, что еще не время. Теперь понял, почему… М–м–м? Почему я говорю об этом сейчас? Потому что предложение актуально для вас обоих. Это почти то же самое, что и работа чистильщика, но выполнять ее придется в других измерениях. За более высокую плату, разумеется. Я научу вас особенной магии, покажу, как ходить по измерениям. Подумайте, не стоит спешить с ответом.
– Это секрет, который нужно хранить? – поинтересовалась я. – Про измерения?
– Если ты попробуешь им поделиться, то просто не сможешь ничего сказать, – улыбнулся он. – Не хотите посмотреть дом? Время здесь течет так же, как и снаружи, так что не задерживайтесь, гости будут ждать.
– Спасибо, мэтр Теодор, – выдохнул, наконец, Кэри. – За этот удивительный подарок.
– А, чуть не забыл! – воскликнул ректор. – Я немного… э–э–э… взял на себя смелость… Я отменил бронь на номер, деньги уже вернулись на твой счет, Киаран. Вы же проведете брачную ночь здесь?
– Спасибо, мэтр Теодор, – улыбнулась я. – Конечно. Здесь прекрасно!
Когда он ушел, мы быстро прошлись по комнатам. Их всего три: гостиная, спальня и что–то вроде кабинета, но на двоих. Маленькая кухня сияла чистотой, как и все остальное.
– Нет, готовить ты не будешь, – сказал Кэри. – Есть можно в столовой.
– Я все равно не умею, – засмеялась я. – Но какао сварю. Как–нибудь утром… и подам его тебе в постель.
Кэрри ответил на это жарким поцелуем.
– Нам пора… – сказал он чуть позже, с сожалением отстраняясь. – Кинешь букет невесты – и сбежим сюда. Хорошо?
– Договорились! – пообещала я.
Маневр не удался. Мы станцевали вальс жениха и невесты, я бросила букет в толпу визжащих от восторга студенток. Но едва мы с Кэри сбежали, чтобы уединиться, нас догнал Кирилл.
– Сестренка, на минутку, – попросил он. – Я подарил бы это раньше, но здесь почти никто не знает… а вдруг еще и не получится…
– Ты о чем? – удивилась я. – Ничего не понимаю.
А вот Кэри, кажется, понимал.
– Просто отдай, – сказал он. – Все получится.
– Это подарок, – объяснил Кирилл. – От нас с Кэри. Потому что я один не смог бы его сделать.
Я не поверила глазам, когда брат протянул мне парные браслеты, как две капли воды похожие на артефакт «Перо полета».
– Кир, вы на пару с Кэри дедулю ограбили? – Это первое, что пришло на ум. – И вы еще живы?!
– Нет, конечно, – усмехнулся Кэри. – Кир сам сделал артефакт. Но только ты можешь проверить, как он работает.
– Мы вместе трудились, – возразил Кирилл. – Руны активирует сила ангела и демона. Соль, попробуешь?
Как зачарованная, я надела браслеты и замерла.
– Подтолкнуть? – съязвил Кэри. – Обрыва тут нет, но…
Одним махом я расправила крылья и, повернув их под нужным углом, подпрыгнула.
– Глаза открой! – рявкнул Кэри.
Он схватил меня за руку и дернул в сторону, уводя от столкновения с толстым суком. Но испугаться я не успела, меня захлестнула эйфория от полета. Ветер сорвал фату, растрепал волосы, а я набирала высоту, все еще не веря в то, что лечу. Где–то рядом парил Кэри, готовый в любое мгновение прийти на помощь. Чуть выше, в потоке воздуха, кувыркался радостный Кирилл, вместе с огненно–рыжим фениксом. Уверена, что Михаэль знал о подарке, потому и присоединился к нашему полету.
Мечты сбываются: даже когда нет надежды, стоит верить в друзей. Я заключила сделку с демоном, и меня изгнали из рая, но это не сломало меня, а сделало сильнее. Я ничего не добилась бы, слепо следуя правилам.
Кэри поймал меня за руку, и мы вместе медленно спустились к башне ректора. Кирилл и Михаэль оставили нас, повернув назад, к поляне, где все еще праздновали нашу свадьбу.
– Ты счастлива? – спросил муж.
– Конечно, – ответила я. – А ты?
– Абсолютно.
Подхватив меня на руки, Кэри шагнул через порог дома. Позади тихонько скрипнула дверь, отделяя нас от всего мира. Ангел и демон могут быть счастливы вместе: если любят друг друга.
Конец