В себя я пришел резко. Вот ничего не понимаю и вот уже лежу на относительно мягкой хвойной подстилке и слушаю настойчивый писк комаров, что вились вокруг меня с настойчивостью асов штурмовой авиации вермахта, зашедших на беззащитную автомобильную колону красной Армии.

Стрельнул огонек костра, и я попытался рефлекторно поднять голову и осмотреться. Лучше бы этого не делал. Мозги прострелило ослепляющей болью, и я едва снова не отрубился. Мысли в черепе ворочались туго, словно к каждой прицепили по полтонны дополнительного груза. Даже свое имя пришло в память не сразу.

С трудом попробовал разобраться в собственных ощущениях тела, мысленно проверяя его дееспособность. И инстинктивно потянулся к магии. И вот тогда действительно пришла настоящая БОЛЬ. Не заорал я просто потому, что почти сразу вырубился от взорвавшейся во всем спектре чувств свето-шумовой гранаты, напрочь выкинувшей мое сознание из разума.

Я словно тонул и пытался выбраться, но каждый раз меня снова накрывало целым океаном ослепляющих все и вся чувств. Сосредоточиться очень долго ни на чем не получалось, пока в какой-то момент я не смог отсечь весь посторонний белый шум, что мне транслировали органы восприятия, вызывая страшнейший сенсорный передоз.

Я, после перемещения в свое собственное детское тело из-за ограниченности так и не смог осознать насколько скудно понимание мира обычным человеком. Не магом. Но вот теперь в самый не подходящий момент все включилось сразу. Скорее использование магии в экстремальных условиях боя с вампирами позволило мне совершить эволюцию ауры. Или Покров Теней Предков сработал? Не знаю, но у меня открылось истинное зрение. И я к этому был банально не готов.

Теперь я открывал глаза куда осторожнее. Испытанные не так давно ощущения одним пинком вернули разуму ясность и инстинктивное желание жить. Даже если против будет собственное тело, малость не послушное воле. И пытающееся бунтовать против своего хозяина.

Первый блик огонька резанул светом, оставляя на сетчатке только плавающие пятна. Но это уже не походило на первоначальную попытку оклематься. Заглушенное на время истинное зрение слава всем высшим силам пока меня не особо беспокоило, но я точно знал, что это ненадолго. Час, два или день, но потом меня все равно накроет и продеться моему разуму привыкать к новому восприятию мира. Но это потом.

Перебрал в памяти, все предшествующие моему сегодняшнему ещё не особо понятному положению события.

Вампиры, драка. Использование древнего заклинания — песни. И вроде победа, а тогда почему я валяюсь в лесу около костра? Причем судя по ощущениям тела весьма покоцанный.

Наконец осмотрелся. Я находился на огороженной елями поляне и бьющий в глаза свет костра, намертво отсекал все окружающее. Всмотрелся в округу и сразу заметил фигуру, лежащую неподалеку от меня. Деталей не видно, но почему-то сразу осознал кто это. Вспомнился мимоходом выбитый за пределы боя молодой и наглый вампиреныш, что нахрапом решил меня взять самом начале вместе со своим дружком-клыкастиком.

Он все-таки смог меня как-то утащить. И главное выжить, хотя и не без последствий судя вырванным пулями кускам мяса из груди. И как только нес меня на свое хребте раненый, тварь упорная?

— Надо встать и добить, — сам себе под нос скомандовал я.

Мне было тяжело, но я понимал, что выбора у меня нет. И так мне нереально повезло, что я пришел в себя чуть раньше, чем начавший ускоренно регенерировать кровосос. Не иначе уже хлебнул где-то кровушки. И у меня времени осталось совсем не много.

Со стоном и скрипом всех отказывающих суставов с трудом поднялся на четвереньки и едва снова не рухнул на лесную подложку из подсохшей хвои, что этой ночью заменило мне кровать.

К счастью кровосос был сильно изранен и вымотан. И к тому не очень опытен, иначе никогда бы не оставил своего врага рядом с собой беззащитным. Скорее всего старый опытный кровосос, взял с собой на выгул еще совсем не оперившейся молодняк. Никто из них, не ожидал встретить на рядовом задание кого-то вроде меня. Еще и в обманчиво слабом теле инвалида-подростка. И сейчас едва отошедший от шока первого боя и ранений вампиреныш, просто вырубился насосавшись крови. И восстанавливается в глубоком сне-коматозе. Только опытные представители погибшей Атлантиды могут совладать со своими базовыми инстинктами. И мне очень повезло, что из них выжил именно этот — толком не понимающий, что делать и сейчас бегущий сквозь Тайгу куда глаза глядят.

Осталось только самому не оплошать. И я со стоном пополз дальше уже не стараясь поднятья на ноги. Тошнота и головокружение при первой попытке едва меня не бросила на землю.

— Я должен. — самому себе шептал я и полз, уже почти и не понимая на фоне накатывающей слабости и боли зачем мне куда-то так стараться дойти. Остатки разума, получив последний приказ, заставляли тело двигаться вопреки всему.

Потом даже со своей идеальной памятью мага я не мог вспомнить деталей этой ночи. Только неопределимое желание дойти. И тело, отказывающее мне в этой малости.

Я едва не рухнул сверху на кровососа. Глубоко дыша, что бы прийти в себя взглянул на вампира. Еще совсем молоденький. Больше похожий на истончено-изнеженного подростка с не здоровой тягой к собственному полу, чем на грозного хищника, находящегося сейчас на вершине пищевой цепочки. Даже грязь и кровь, вечные спутники войны, не особенно портили смазливенькую мордашку с экзотично выглядывающими кончиками клыков, что еще не научился нормально контролировать этот вампир-детеныш.

Думаю, что многие опытные солдаты заколебались бы в этот момент. Очень многие. Но не я. Очень хорош помню, как такие же вырезали школы в Вашингтоне. С такой же слащавой улыбочкой высших существ. Пока я не размазал их гравитационным тараном в кровавую кашу. И я совсем не обманывался внешностью почти подростка.

Нащупал камень около головы и взял его в руки. С трудом поднял над головой дрожащими от натуги конечностями.

— Не надо, — внезапно открывший глаза кровосос попытался навести на меня внушение и состроил слезливую, просящую мордашку несчастного ребенка.

— Надо, — одними губами ответил я, едва слышно шепча слова. — Вам, твари, не место на моей земле.

И со всех своих невеликих сил опустил тяжелый камень острым краем прямо на его лицо. Вампир попытался увернуться, но куда там. Его состояние было мало чем лучше моего. Брызнули во все стороны брызги крови, а кровосос закричал. Жалобно, как раненый заяц. Ему так не хотелось умирать. Ему ведь с детства внушали, что он высшее бессмертное существо. А вот теперь я с камнем наперевес доказываю ему обратное. С трудом поднял камень и посмотрел на вытекший глаз и второй смотревший на меня со смесью неверия и ненависти.

— Сдохни, ублюдок, — почти прорычал я и с неведомо откуда взявшимися силами начал раз за разом наносить удары в холеное лицо, все больше и больше напоминающее отвратительную гротескную маску. Пародию на человеческое лицо, вышедшую словно из рук скверного мастера. А я все бил, не в силах остановиться. Моему малость помутившемуся разуму, все казалось, что если я остановлюсь, то все. Эта тварь встанет и отобедает всеми моими мечтами и надеждами. В какой-то момент руки меня подвели, и я промахнулся, рухнув рядом с содрогающимся в агонии теле. И просто лежал рядом, не в силах подняться.

— Как он пропал? — Муромцев находился в не себя от ярости от всего происходящего на базе, — Какого хрена у вас тут творится? Что за атака на охраняемую территорию?

Все произошедшее настолько не укладывалось в привычные рамки, что ученый старательно маскировал растерянность злостью.

— Ладно, — выдохнул, успокаиваясь Александр Львович, — Теперь доложите по порядку.

— Неизвестные проникли на охраняемую территорию, — рассказ начал лысеющий мужчина с майорскими погонами. — При этом им активно содействовал Сергей Петрович, формально руководивший объектом на время вашего отсутствия.

— И имевший доступ ко всем системам безопасности, — прервал майора Муромцев, — Ты мне товарищ майор завязывай по мозгам ездить. Я без тебя знаю, что с Сергеем Петровичем что-то не так. Сейчас наши психологи разбираются с его состоянием. Ты мне объясни почему после получения сигнала тревоги с поста видеонаблюдения тревожная группа не смогла остановить нападающих?

— Потому что их не убивали обычные пулевые раны. — Офицер беспомощно развел руками и выглядел крайне обескураженным. — В тех двух трупах, что нам остались наблюдаются десятки пулевых ранений, которые регенерируют даже после их стопроцентной смерти. Судя по видеозаписи уничтожили этих тварей вообще не мы. В лучшем случае просто отвлекли. А все сделал тот хромой паренек. Не знаю, как, но факт остается фактом — мы понятия не имеем с чем столкнулись.

— Не совсем, — со стула поднялся приданный ФСБ специалист и указал жестом майору на выход. Тот после подтверждающего кивка Муромцева вышел из кабинета и аккуратно прикрывая за собой дверь.

— В некоторых закрытых архивах есть свидетельства о боестолкновениях с подобными существами. — Убедившись, что кабинет плотно закрыт начал привлеченный специалист. — Но до сих пор эти данные у нас проходили по разряду если и не баек, то как минимум не доказанных. И поэтому никто и предположить не мог, что это возможно.

— Андрей Валентинович, — Муромцев мрачно смотрел на вальяжного представителя спецслужб, — Давайте мы не будем сейчас предполагать или искать оправданий. И меня сейчас интересует только одно — судьба этого парня. Что бы наконец осознали всю серьезность, я вам намекну — Сам собирается встретиться с пареньком, пропавшим по вашей халатности в том числе. И если вы не найдете его живым и здоровым, то я при общении с руководством намекну, кто не учел все возможные угрозы. Догадываетесь где вы продолжите службу после подобного провала?

Всю напускную браваду с ФСБ-шника мигом сдуло. До этого разговора с глазу на глаз, мало осведомленный о происходящем на закрытой территории объекта Андрей Валентинович наоборот считал, что сегодня крайне удачный для него день. Обнаружение трупов этих существ могло дать ему лично очень неплохой карьерный пинок. Он и представить не мог, что этим хромым подростком будут особо сильно интересоваться на фоне всего произошедшего. В сказки бойцов, что Володя дрался с этими существами на равных сотрудник спецслужбы особо не верил. Ну что за бред? Инвалид голыми руками разрывает существ, что не смогли остановить и десятки автоматных пуль.

Но Муромцев явно дал понять, что основной целью его деятельности должно быть направлены на возвращение этого паренька. И аргументы у него крайне убедительны.

— Подполковник, — ученый внимательно отследил реакцию офицера напротив и удовлетворённо кивнул своим наблюдениям. — Поднимайте всё и всех, но найдите мне парня. Если надо я напрямую обращусь к армейцам и вам выделят спецназ и вертолеты. Но обязательно сделайте все. От этого зависит очень много. Вы себе даже и представить не можете всей серьезности происходящего.

— Выполняю, — подскочил на ноги Андрей Валентинович, скрывая за показной службовостью искреннее непонимание сути происходящего. Почему этот обычный детдомовец так важен? Настолько, что если ученому покажется его не достаточное рвение, то тот не задумываясь сотрет в порошок подполковника ФСБ?

— Делайте и учтите — время крайне ограниченно. — и жестом отпустил офицера из кабинета ученый.

Александр Львович устало размял посеревшее от бессонной ночи лицо. С момента атаки прошло уже больше восьми часов. Но на след последнего существа так напасть и не удалось. Вокруг их базы были десятки километров тайги с редкими дорогами и еще более одинокими поселками, затерянными в лесной глуши. А эта тварь ушла сквозь подготовленную брешь в системе обороны прямо в тайгу. Группа, посланная в вдогонку не смогла обнаружить ничего и только бесполезно топталась на месте. Муромцев в раздражении саданул кулаком по массивному столу и не много успокоился, выпустив излишки злости в пространство.

Нажал кнопку на селекторе и дождался гудка соединения со своей секретаршей.

— Настя уже подошла? Хорошо, зовите.

И бросил трубку на аппарат, жалобно задребезжавший от неаккуратного обращения.

— Здравствуй, Настенька. — Александр Львович постарался выдавить из максимум возможной любезности по отношение к робко протиснувшейся в кабинет девочке. — садись и расскажи, пожалуйста, все что знаешь о произошедшем вчера вечером.

— У Володи вчера было День Рождения, — всхлипнула, не удержавшись блондинистая девочка, вот-вот готовая в очередной раз разреветься в три ручья.

— Держи, — Муромцев поднялся, свернул шею минералке и набулькал полный стакан воды Насте, — пей и успокаивайся. Нам, чтобы помочь твоему другу нужно четко понимать все произошедшее.

— Хорошо. — девчонка со стуком зубов о посуду выпила в два глотка стакан воды и немного успокоилась. — В общем после мы немного повздорили, и я ушла обратно во временно предоставленный Володе коттедж. А потом я решила выйти и поговорить с ним, но тут …

Настя замялась, не зная, как точно сформулировать слова, что лезли ей на язык.

— Не стесняйся, Настя, говори, что думаешь. Твои даже мимолетные ощущения могут оказаться очень важными, — поощрительно кинул девочке профессор.

— Ну там был Сергей Петрович, но только это был как-бы и не совсем он. А еще те страшные люди. И мне показалось, что они на меня посмотрели как бутерброд. Не больше. — Настя сморщила лобик, тщательно все припоминая и анализируя в меру своих представлений о всем происходящем. — И мне показалось, что Володя точно знал кто это. И очень удивился когда их увидел. А еще они что-то делали с мозгами. Не знаю, как объяснить, но у меня такое чувство, что выпал кусок встречи из памяти. Будто его и не было. Ну а потом он приказал мне бежать в дом. И все завертелось там. Я толком не могла понять, что происходит.

— А ты уверенна, что Володя тебе что-то сказал? — поправил очки Муромцев и еще раз перемотал запись с камеры, что скинули ему с пульта охраны и нашел тот момент, о котором говорила Настя.

— Ну да, — с готовностью подтвердила девчонка. — Я вполне его чётко услышала и меня ноги сами понесли в дом. Я тогда и не сразу поняла, что происходит.

— Интересно, — пробормотал себе под нос профессор, — и что еще не договаривает наш юный друг?

— Вы, о чем, Александр Львович? — спросила Настя, стараясь расслышать тихие слова ученого.

— Да так, — сказал профессор и погладил девочку по светлой голове и растрепал волосы, кое-как уложенные с утра. — Думаю, что наш парень преподносит нам через чур много сюрпризов. И зачастую они не особенно приятные.

— Александр Львович, — в кабинет ворвался давешний ФСБ-шник, — Есть кое-что.

— Настя, — нахмурился Муромцев на мигом развесившую уши девчонку, — брысь отсюда. У вас занятия если я не ошибаюсь должны начаться?

— Иду, — не довольно сказала девчонка и преувеличенно медленно вышла за дверь.

— Вот здесь, — подполковник ткнул пальцем в расстеленную карту, — нашлась машина с выпотрошенным мужчиной. Если бы не ваши события, то все списали бы на дикое животное. Но операм был дан приказ тщательно исследовать все подобные случаи, и они пришли к выводу, что после смерти водителя древний жигуленок еще проехал километров 10, прежде чем встал из-за поломки.

— Слава Российскому автопрому, — в первый раз в жизни искренне возблагодарил недостатки автомобилестроения в родной стране Муромцев. — И какие выводы?

— С высокой долей вероятности похищенный мальчишка и это существо находиться в этом лесном массиве. Другие варианты маловероятны. Сейчас по моему приказу блокируют эту местность со всех сторон. И высылаться вертушки для определения места. Потом будет освобождение.

— Тут сотни квадратных километров тайги, — Нахмурился Александр Львович.

— Я понимаю, — офицер вздохнул, но преувеличенно бодро продолжил, — но его же утянули отсюда живым и поэтому все шансы есть. Он им зачем-то нужен.

— Я вам по результатам исследования тел нападающих напишу инструкцию, как вести себя с похитителем. — махнул Андрею Валентиновичу рукой профессор, поняв, что большего ему сейчас не добиться. — А пока работайте.

— Твою же мать, — снова в сердцах стукнул по столу профессор с отнюдь не старческой силой. — Ну вот почему это все сыпется на мою седую голову?

— Да, — не сдержавшись рявкнул он в трубку телефона, задребезжавшую на столе трелью вызова. — Иду.

Уже тише добавил Муромцев и начал собираться в лабораторию, где проводили вскрытие и анализ тел нападавших. Что это за существа он после рассказов Володи догадывался, но почему-то легко поверил парню на слово, что до возрождения магии их не будет. А зря. Не все парень судя по результату знал сам. И как только они смогли все разнюхать и найти ход сюда?

Если разбирать логически, то единственное кардинальное изменение с прошлой историей Володи — это он сам. И та магия, что он творил в лаборатории. Не ужели они могут засекать всплески использования? Но они и так здесь экспериментируют с метеоритным веществом годами. Разница в уровне выделяемой энергии?

Очень может быть. А пока надо срочно перенастроить всю систему охраны с учетом новых вводных. Страшно представить, что могли здесь натворить эти твари, если бы не этот хромой паренек в очередной раз показавший всем чудеса.

Отказавшись от электрокара Муромцев тщательно все продумал, прогуливаясь не спешным шагом по дорожкам парка. И даже набрал паре знакомых, консультируясь по безопасности объекта.

Лучшим решением, конечно было свернуть и перенести интернат и лаборатории, но что-то пока мешало начать подготовку переезда. Да и парня они обязательно найдут живым и здоровым. Александр Львович и сам не понимал толком на чем основана его такая не логичная уверенность. На видео плохо видно сам бой Володи с вампирами. Только несколько размытых кадров и все. Ну не рассчитана дешевая камера на серьезную съемку. Так что бы в общем понять нюансы происходящего и все.

Но подоспевшие парни из взвода быстрого реагирования рассказывали просто сказки. Несколько гиперскоростных движений и вот летит одно тело, разорванное ударом. Секунда, все застывает и всего несколько пуль успевает выпустить каждый, как мгновение и уже второй летит на землю. Потом новый бросок сзади на пацана, и бойцы охраны даже успевают попасть несколько раз, но тот молниеносно подхватывает упавшего парня и утаскивает в парк. Стрелять в нападавшего с такой ношей они уже и не решились.

Вздохнул глубоко, отгоняя сонливость и более живо зашагал в сторону лаборатории. На этот момент, он сделал все, что мог остальное уже не в его власти. Поэтому пришло время заниматься тем, что у него получается лучше всего — наукой. А точнее ее управлением.

Ученые, собранные им по крупинке со всех научных учреждений страны, при виде него подняли настоящий гвалт, что те сороки. Муромцев поморщился на эдакую демонстрацию и поднял руку, призывая толпу хотя бы к молчанию. На полный порядок он по своему многолетнему опыту и не надеялся. Все еще пошумели несколько секунд и затихли, только отдельные шепотки еще нарушали тишину.

— Господа-товарищи, — начал Александр Львович, — только давайте без балагана. Все свои ответы вы получите от руководителей направлений после совещания. А пока мне срочно нужна ваша работа. Мальчик, что работал с вами захвачен в плен этим существом, напавшим на наш объект. И мне нужно срочно понять с чем мы имеем дело. Иначе армейцы не смогут освободить паренька. А многие из вас уже осознали ценность Володи.

Со сторон толпы на мгновение поднялся одобрительный гул. Видимо паренька успели оценить с самой хорошей стороны для удовлетворения собственных амбиций многие из присутствующих здесь молодых, талантливых и наглых. Увы, но без амбиций не бывает по-настоящему перспективных ученых. А это требует определенной доли здорового эгоизма в их характере, и опытный профессор точно знал на какие скрытые пружины давить для получения результата в этом не самом простом коллективе из умнейших людей своего поколения.

— Поэтому сейчас со мной остаются медики и биохимики, — обвел взглядом всех присутствующих Александр Львович, — остальных прошу вернуться к плановой работе.

Еще несколько секунд, что-то пообсуждав в общем кругу ученые разошлись. Остались только названные Муромцевым специалисты и робко стоящая рядом звезда их коллектива — красавица Юля, обладающая вопреки своей броской внешности еще острейшим умом с огромными познаниями в физике.

— Что-то важное? — первым делом обратился профессор к девушке. Слишком необычно выглядела робко мнущаяся девушка. Ту обычно танком не остановишь. А тут такая стеснительность. Это заслуживало внимания.

— Я не знаю, — только развела руками девушка, даже слегка покраснев от такой мало свойственной ей формулировке. — Но думаю, что вам как минимум стоит обратить внимание. Если я ошиблась, то ничего страшного кроме потери некоторого количества вашего времени не произойдет. А вот если подтвердиться — это реальный шанс обнаружить Володю.

— О как, — неподдельно удивился ученый, — Ну рассказывай.

— Вообщем, я Насте вчера дала маленькую частичку метеоритного материала, с которым мы работаем. Он все равно шел по разряду отходов. — Зачастила Юля, бросив взгляд на нахмурившегося Муромцева, — Он был у нее, когда все произошло. И Настя говорит, что может смутно чувствовать местоположение Володи. Но не уверена. Типа сон ей приснился и сейчас что-то чувствует. Я бы раньше не во что подобное просто не поверила, но за последние дни столько всего произошло необычного. Сама не знаю, что с этим делать и поэтому пришла к вам.

— Любопытно, — только и ответил Александр Львович на данное заявление и начал протирать стекла очков, погрузившись на несколько секунд в свои мысли, — А знаете, что сделайте Юля — приведите сюда эту девочку. Скажем через пол часика.

— Уже делаю, — согласилась девушка и рванула куда-то на ходу скидывая белый халат.

— Теперь вы, — повернулся к так и ждущим его медикам, и биохимикам Муромцев. — Ведите в свою вотчину и показывайте предварительные результаты по этим существам.

И двинулся впереди всех в отдельное крыло, отданное на откуп этим специалистам в этом лабораторном комплексе.

— Можно смело входить без специальных защитных мер, — остановил Александра Львовича руководитель медиков, — С достоверностью близкой ко ста процентам удалось выяснить, что эти существа абсолютно стерильны в плане вирусов и бактерий. Любых, не только болезнетворных.

— О как? — вот теперь профессор удивился по полной, — Я конечно не принадлежу к вашей братии последователей Асклепия, но тем не менее точно знаю, что это невозможно. В наших организмах живет очень много самых различных микроорганизмов.

— В человеческих — да. — Согласился ученый и первым прошел через герметичный шлюз, даже не попытавшись озаботиться чем-то кроме обычного респиратора. — Вот только и до полноценного анализа ДНК я могу с уверенностью утверждать, что перед нами не люди.

И рукой показал на тела, лежащие в секционной комнате морга на анатомическом столе.

— Во-первых, у них отсутствует пищеварительная система в организме. В нашем понимании этого слова, — И наглядно продемонстрировал органы, разложенные по отдельным прозрачным боксам. — И в тоже время она многократно эффективнее человеческой. Напрямую из крови людей они потребляют около 90 процентов питательных веществ. И соответственно их организм способен перерабатывать и потреблять на порядок больше энергии.

— Второе, — продолжил медик после поощрительного кивка Муромцева, — Их иммунная система абсолютна. Мы пока даже и представить не можем на каких принципах она работает. Но факт в том, что любые человеческие болезни для них даже менее опасны, чем для нас насморк. Результатом того, что они выпьют кровь к примеру сифилитика, или больного СПИДом, будет только недополучение питательных веществ. И все.

— А уязвимости вы обнаружили? — не выдержал Александр Львович откровенного восхищения ученого.

— Пока только одно, — на секунду умерил свой восторженный пыл медик, — Они могут потреблять только живую человеческую кровь. Животная или долго хранящаяся будет просто отторгаться их организмом. Это все из недостатков на данный момент.

— Не только, — в разговор вступил биохимик, — Мы уже начали работать с этими существами и пока до окончания далеко. Если мы вообще сможем точно понять многое из того, что сделали с ними. Но кое-что могу сказать точно уже сейчас — у них нет свободных радикалов. То есть теоретически они бессмертные. При определенных условиях, конечно. В частности, им нельзя долго находиться под прямыми солнечными лучами. Из-за этого постепенно происходит деградация организма. И начинаться необратимые процессы старения. И еще — все они модифицированы из людей. Но механизма этого преобразования мы не понимаем.

— Вообщем ничего реального, ребятки, способного помочь нашим подразделениям освободит Володю вы не выяснили? Я правильно понял? — а вот теперь Муромцев был реально на грани бешенства. Этим поставили конкретную задачу. А те ушли непонятно куда в своих исследованиях полностью поглощённые своим слабо контролируемым чувством любопытства. — Меня вам, ребята, слушать не обязательно. Можете в свое удовольствие разбирать на запчасти, любезно предоставленные вам трупы и особо не заморачиваться. Вы походу именно так думаете, ребятки?

Теперь в голосе профессора звучали нешуточные нотки ярости. И все как-то инстинктивно прижали головы. Но даже сами себе не смогли признаться в том, что это ошибка с их стороны. Ведь они же стоят на передовом фронте науки и обеспечивают такие значимые результаты. А значит любые жертвы это такие мелочи, на фоне их успехов. Что там судьба одного калеки на этом фоне. Пусть и такого не обычного. Таких(потенциально) уже больше сотни в интернат навезли.

Муромцев вздохнул, разглядев все мысли на лбу этих высоко ученных эгоистов. Не потому что он вдруг овладел телепатией. Просто сам когда-то думал похожим образом. И только с годами пришел к совсем другим оценкам и суждениям. И поэтому просто бесполезно ему здесь и сейчас распинаться. Не поймут-с. Увы, не так воспитаны.

— Вообщем слушайте меня сейчас очень внимательно. — Начал предельно тихо и вкрадчиво профессор, как никогда сейчас понявший методы принуждения времен дедушки Сталина. По крайней мере их причины. — Либо вы начинаете четко выполнять поставленные вам задачи. Или сами придумайте, что я вам сделаю. И уверяю — у вас фантазия будет победнее моей.

Один из тихо стоявших позади основной массы младший научный сотрудник поднял руку. Робко и оглядываясь на своих коллег, что бросили на него злобные взгляды из подлобья.

— Говори, — кивнул Муромцев, враз заинтересовавшийся такой странной реакцией.

— Я тут кое-что выяснил, — начал тот поправляя очки и отчаянно потея, — Органы чувств этих существ днем заметно слабее. И не намного превосходят человеческие. А вот ночью — это настоящие машины смерти. Видят, слышат и чуют многократно лучше людей. Организовывать нападение лучше днем. В темное время суток шансы значительно уменьшаются.

— Молодец, — с искренним чувством похвалил молодого ученого профессор, — Отныне под твое начало переходит направление по противодействию этим существам. Как тебя зовут?

— Виталий Чигалов, — запинаясь и краснея выдал молодой мужчина, которого явно задвинули в глубокие задние ряды более маститые коллеги.

— Вот и работай дальше, Виталий. — погладил по шерсти его эго Муромцев, — Всем приказываю обеспечить парню максимальное содействие. И учтите саботажа не прошу. Тот паренек для меня важнее чем вы, все вместе взятые или по отдельности. Это вам ясно? И доклад, Виталий, сделаешь мне через три часа. Главное не стесняйся обратиться раньше если кто-то откажется выполнить твои требования. А теперь всем работать.

И вышел, чтобы не ополчить против себя такой обидчивый контингент интеллектуалов еще больше, что как один считали свое мнение единственно верным. И с огромным трудом были готовы признать собственные ошибки.

Подставил Муромцев этого Виталия знатно. Но тот сам решился, когда вылез вперед. И сделал это вряд ли из человеколюбия. Скорее хотел признания своего труда. И его получил. Вместе со всем букетом в придачу. По-другому, увы, никак.

— Александр Львович, — его на входе подхватила малость запыхавшаяся Юля, — привела Настю.

— Отлично, — устало сказал Муромцев, — организуй нам Юленька местечко по тише и подходи с ней вместе. Ты с девочкой вроде сдружилась. Так проще будет разговаривать. А то она меня явно немного побаивается.

Под любимые конфеты Насти, Александр Львович вскоре выяснил, что на уровне холодно, горячо девочка действительно чувствует Володю. Почему, как, а бес его знает. Но по крайней мере Настя в этом твердо убеждена. И поэтому решил придать девушку поисковой группе на вертолете, что будет облетать тот лесной массив, где предположительно находиться парень. Хуже не будет. А там бог весть, что из этого получиться. В любом случае нужно пока было просто ждать. Люди уже получили мотивирующие ЦУ. А ему не помешает хоть пару часов сна после столь беспокойной ночи.

Отдыхал я, приходя в себя долго. Не отвратительно шибающий в нос специфическим смрадом вампир, не больно жалящая мошкара мне не мешали. Сил не было. Последнее сверхусилие я потратил на превентивное убийство кровососа.

Постепенно дыхание начало успокаиваться. И тут я начал чувствовать проникающий в каждую мышцу ночной Сибирский холод. Судороги все чаще начали сотрясать мое тело и наконец мозги отчистились от завладевшей ими апатии на фоне упадка сил. И включилась программа выживания.

— Твою же, — я с тоской посмотрел на почти прогоревший костер. В таком состоянии найти дрова представлялось той еще задачей. Из разряда великих подвигов как минимум. Как же мерзко быть слабым. Особенно на фоне действия недавнего заклинания Покрова, что наделило меня мощью теней Павших предков. Но к магии я и не тянулся, помня не давний сенсорный шок. Ближайшие дни мне крайне противопоказаны любые магические эксперименты. И это, ох, как не вовремя. Если вампир оторвался от солдат, то я могу находиться где угодно. Эти твари и без магии представляли из себя еще те машины. И мог уйти по бездорожью, если нашел еду, и на десятки километров в неизвестном направлении.

— В первую очередь надо проверить надежность смерти этого чувака. — Хмыкнул я сам себе, — А то могу уподобиться этому. И уже мне будут долбить по голове камнем. Или скорее выпьют кровь.

Собственный голос успокаивал в ночной тишине. И поэтому я старался проговаривать свои действия, подсознательно отпугивая ночную тьму и холод. С трудом подтянулся и проверил рядом лежащее со мной тело. Холод, что сковал тело и понизил уровень моего самоощущения. И боль почти не чувствовалась от многочисленных травм моего небрежного транспортирования вампиром по ночной тайге.

— Не жилец, — с удовлетворением констатировал я, глядя на качественно раздробленный камнем череп кровососа. — И слава всем высшим силам. Не уверен, что сейчас смог бы повторить это еще раз. По крайней мере пока.

И надо как-то теперь разобраться с дровами. На четвереньках, содрогаясь с каждым движением от продирающего тело холода, я пополз по кругу подволакивая плохо сгибающуюся ногу. Какие-то ветки нашлись, но мало. И снова скрепя зубами ползал, собирая дрова. Набрал я хворост не сразу, но движение по немного возвращало в тело частички тепла и жизни. Подкинул дрова в тлеющие угольки костерка и согнулся над ним, раздувая робко вспыхнувшие огоньки, дающие мне так нужные крохи тепла.

Протянул дрожавшие руки к пламени. Хорошо. Всем телом впитывал тепло и наслаждался. Как мало оказывается надо человеку для счастья. Замерзнуть до предела, а потом согреться. Начали покалывать отходившие мышцы. На секунду показалось, что я не замерз, а наоборот ошпарил руки кипятком. Едва не взвыл от резко нахлынувшей порции боли.

— Твою же, — я яростно растирал деревянные руки и ноги, которые с каждым новым уколом возвращали свою чувствительность. И это было очень неприятно. Но в своей прошлой жизни я встречал боль и похуже. А потому матерясь и постанывая продолжал свой импровизированный массаж, стремясь побыстрее прийти в себя. При такой ночной температуре, если не предпринять усилий, утро можно встретить в виде обмороженного полутрупа. С черными пальцами рук и ног, что потом мне отрежут. При условии, конечно, что смогут найти вовремя. А в этом у меня была целая масса обоснованных сомнений.

Когда забрезжило солнце над верхушками окруживших поляну елей, я худо-бедно пришел в себя. Нет все так и болело. Тело с трудом отвечало на команды мозга, но я вернул к себе относительную способность соображать. Туго и с усилиями, но понять, что мне надо выбираться отсюда самостоятельно смог. Прожить еще одну ночь без пищи в лесу я не смогу. А найти меня судя по всему не смогли. Что на самом деле не особо удивляет. Люди и не представляют базовые физические возможности вампира. Там, где обычный человек пройдет всего 10 километров. Это существо сможет отмахать под сотню. Причем с грузом в виде моей тушки.

И поэтому меня ищут сейчас совсем не там, где я нахожусь в компании с отвратно воняющим трупом кровососущей твари. Я подобрал подходящую палку-посох из натащенной в потемках кучи валежника. И попробовал на нее опереться. Та немного согнулась, но выдержала. Тонковата, конечно. Но что-то серьезнее подберу по дороге. Куда идти? Да, вперед. Другого варианта нет. Сидеть на месте в непонятной надежде изначально туповатая идея. Найдут в перспективе только мои растащенные зверьем косточки в итоге. И то 50 на 50. Но сначала ….

— И что ты прячешь у себя мой старый враг? — пробормотал я, наклоняюсь над трупом с размноженной головой. И даже сам про себя в очередной раз удивился своей удаче — мне попался совсем молоденький вампир-идиот, поддавшийся своим инстинктам, заливший себя кровью какого-то бедолаги из-за голода и ранений по полной. И в результате впавший в восстановительный сон. Только это уберегло меня от экспресс-допроса в полевых условиях. А потом путешествия в неприятной компании в качестве самоходного запаса крови для этой противоестественной мерзости.

— Ага, — я вытащил из карманов вампира разломанный на несколько частей дорогущий айфон последней модели. Залитый кровью бумажник с несколькими купюрами и пластиковой карточкой. А также простой зажигалкой.

— Очень интересно, — пробормотал я, разглядывая содержимое карманов кровососа. —

По-видимому, вы никогда и не впадали в долгую спячку, как я думал в той жизни. Сидели все время человеческой истории на виду. И не сильно удивлюсь во многом и управляли некоторыми сторонами жизни человеческого общества.

Размышления вслух натолкнули меня еще на одну простую мысль — после потери своей боевой группы они не успокоятся. Как-то они смогли опознать меня как угрозу и найти меня посреди глухой тайги на закрытой территории секретного объекта. Все-таки знаний о магии у этих тварей предостаточно. И им ничего не стоит вычислить источник возмущений снова.

— Да уж, брат, — сам себе сказал я, — Это залет. Эпичных масштабов.

Я еще толком и не приблизился к возвращению и тени своих сил, а за мной уже начали охоту кровососущие плохо убиваемые твари. По возвращении надо будет форсировать разработку новых аккумуляторов для экзоскелета Ратника. Это поможет обычным солдатам выдержать прямое столкновение с вампирами.

Бежать и прятаться бессмысленно. Рано или поздно меня найдут и перережут горло. Единственный вариант становиться сильнее и самому и помочь в этом окружающим меня людям.

Иначе варианта что-либо изменить в нерадостном будущем у меня просто нет. А значит вперед.

Я со скрипом разогнулся и подкинул в руке зажигалку. Единственный полезный трофей от вампира. Хотя? Я с долей сомнения посмотрел на легкую куртку на лежавшем передо мной трупе. Разодранная и не напоминающая модную вещицу, чем она была изначально. К тому же залитая кровью и воняющая мерзким химическим запахом. Но. Я поежился, вспоминая ночной холод и начал сдирать с трупа одежду. Не известно сколько мне здесь бродить. А потому, пришла пора вспомнить былые будни мародера, когда жрал, то что есть и носил, что придётся. И был тому безмерно рад.

Замотал лицо оторванным клоком одежды, что бы хоть немного уберечься от смрада и оперся на свой посох. Мне предстоял очень нелегкий путь, и пришла пора его начинать. Сделал шаг и едва не полетел кубарем, запнувшись о камень единственной здоровой ногой.

— Это будет на порядок сложнее, чем я подозревал. — С ненавистью глядя на в который раз подведшую меня травмированную конечность, сказал я, балансируя на своей деревянной подпорке.

Дальше я шел с утроенной осторожностью, вглядываясь под ноги. Не удачно приложиться при падении головой о скрытый в траве или хвое камень мне совсем не улыбалось. Но такое передвижение дико бесило. Я передвигался в час по чайной ложке. А вскоре дико захотелось есть и пить. И если я воду с трудом нашел, случайно наткнувшись на журчавший в небольшом овраге ручеек, то с едой была куча проблем. Еще не так сильно, конечно, оголодал, но с некоторым сомнением начал поглядывать на бегающих в траве ящериц. И от их поимки меня остановила вовсе не брезгливость. Такое слово в лексиконе солдата, прошедшего войну, по-моему, просто отсутствует. А из-за моей физической ограниченности, из-за которой я вряд ли догоню шуструю рептилию.

Но в какой-то момент повезло — я набрел на поляну, просто забитую созревшей, пусть и не полностью, крупной лесной земляникой. И я пропал на какое-то время, двумя руками загребая в рот ягоду. Полузеленая, кислая и грязная. Но она мне показалась в этот момент самым вкусной пищей на планете.

Не знаю насколько я задержался на этой поляне. Сытость не приходила, и я продолжал объедаться земляникой. Пока меня не выдернуло из этого состояния низкое угрожающее рычание, и я вздрогнул, обратив внимание на раздвинувшего кусты и смотрящего на меня медведя. Тот скорее всего ворчал, так по привычке, просто предупреждая не понятное существо на поляне, что сюда пришел настоящий Хозяин Тайги. И другим следует убраться с его дороги. А если не уйдут, то что же — мишка не откажется доказать кому-угодно свое право силы.

— Я не вкусный, — в обратную сторону рефлекторно пополз по поляне, не сводя взгляда с бурого пришельца на облюбованную мной поляну. Зачем несу эту чушь медведю, неумолимо продирающемуся сквозь кустарник я не знал. Просто говорил, уговаривая свое собственное сердце вернуться из пяток на положенное ему место.

А тот только мазнул по мне взглядом глаз, и сам принялся набивать свой желудок ягодой. Что, впрочем, не помешало мне рвануть оттуда, не поднимаясь на ноги, с хорошей такой скоростью профессионального бегуна. И впервые за кучу времени я и не вспомнил о своем инвалидном колене. Даже и не заметил тени боли, пока со всего маха не покатился в какой-то овраг и не затих на дне, судорожно вталкивая воздух в непослушные легкие.

Даже и не подозревал, что меня может настолько испугать столкновение с медведем нос к носу на тесной лесной полянке. Инстинкты, живущие внутри каждого человека, просто завопили о смертельной опасности при встрече с этим символом леса. Подозреваю, что мной не закусили землянику только потому, что я своим видом и запахом не напоминал зверю его привычный рацион.

А потом я начал тихо смеяться. Причем чем дальше, тем громче и истеричнее. Я — Великий Владеющий, бегаю по лесу на четвереньках от отощавшего медведя, из-за ужаса с трудом разбирая дорогу. И эта мысль еще больше ввергала меня в истерику. Не знаю сколько так ржал, но в конце концов просто перестало хватать воздуха, и я затих, вытирая слезы.

Похоже даже для моего закаленного рассудка наступил какой-то определенный предел и недавно я едва не ступил за грань нормальности.

Слишком много на меня навалилось за последние дни, тем более положа руку на сердце в данный момент я был в огромной мере тем слабым и обозленным на весь белый свет подростком. Взрослое сознание дало знание и опыт. А молодое тело оживило старые воспоминания и вернуло меня во времена дикого гормонального шторма. И это дало такой истерический выхлоп сейчас. Но вместе с тем после этого вернулась и способность мыслить относительно здраво. И я глянул на шишки, лежащие вокруг.

— Твою же дивизию, — сказал я вслух, вспоминая мельком виденную статью про сибирский кедр с его орехами. — У меня под носом всю дорогу лежало такое богатство, а я жрал полу зеленую землянику.

Встал и сморщился от навалившейся после адреналинового шторма боли, разом мне напомнив о каждой косточке в моем теле. И некоторых мышцах, и связках.

Размяв не послушную ногу, выпрямился и поискал взглядом подходящую палку взамен утерянной при бегстве на четвереньках с той поляны. Нашлась уж совсем неудобная и неказистая, но возвращаться и спорить с медведем ради палки я не собирался стопроцентно. Пусть себе оставит, мохнатый жлоб, вместе с земляникой.

— А вот теперь наконец поем, — радостно потер я руки, собирая перед собой маленькую горку кедровых шишек. — А то после земляники такое чувство, что жрать захотелось еще больше.

К сожалению ореха в шишках почти не было. Я раздолбал их камнем и нашел только не большую жмень. Обшарил голодным взглядом поляну и не нашел больше не разбитых мной шишек.

— И что такое не везет и как с этим бороться? — вздохнул и сам себе пожаловался на эту жизнь.

А потом желудок не хорошо забурчал и все ранее съеденное попросилась назад. Причем так активно.

— Фух, — не стоило так накидываться на зеленую землянику. — Пробурчал я, плоская рот водой и прислушиваясь к своему организму — нет ли у него еще каких не приятных позывов. Оказалось, были. Хоть не много пришел я в себя только через пару часов. Ослабленный и вымотанный в край тошнотой.

— Да что же это гадство, — я с трудом встал на ноги и посмотрел на солнце. Оно уже перекатило за половину небосклона и начало отсчет второй половины дня. А еще толком ни куда не дошел. И даже пожрать нашел такое, что лучше бы мне поголодать.

— Да уж, не окреп еще мой желудок достаточно, чтобы жрать всякую подножную дрянь. — Настроение было отвратительным по самое не балуйся. Но двигаться требовалось дальше, даже если подгибаются ноги от слабости.

По пологому выходу выбрался из оврага, куда я навернулся во время моего панического отступления от мехового любителя земляники. И вздохнул, глядя на лесную стену, что была абсолютно одинакова со всех сторон. Продолжать идти я мог только наугад. Даже приблизительного понимания в какой стороне люди у меня не было. Что говориться от слова совсем.

— Давай определимся с первоочередными задачами. — я и не обратил внимание, что все больше и больше начал говорить сам с собой. Это так действует одиночество или у меня со все ускоряющимся темпом едет кукуха?

Задача номер раз сейчас не дойти до людей, а банально придумать что мне есть и где мне спать сегодня без угрозы подморозить себе что-нибудь. Все-таки ночная температура здесь была слишком низкая для моей изнеженной тушки. А поэтому будем просто идти и искать что-нибудь, отвечающее этим требованиям. Сомневаюсь, что встречу за ближайшей полянкой людей. Хоть и хотелось бы.

Внезапно чувства снова обострились многократно, а я из-за всех сил зажмурил глаза успокаивая взбунтовавшийся организм. Этого счастья еще не хватало. Инициация истинного зрения может меня превратить в беззащитную тушку посреди не самого безопасного леса.

Стиснул зубы, и переждал приступ сенсорного шока. Надо найти хоть какое-то приемлемое место для отдыха прежде чем меня накроет капитально.

Несколько минут и меня немного отпустило, и я пошел дальше, подволакивая покалеченную ногу за собой. Лес дальше был все таким же однообразным и бесполезным в плане моих хотелок. Один раз едва не споткнулся о куда-то спешившего по своим делам зайца и рот мгновенно наполнился слюной при мысли о поджаренной тушке.

Но тварюка только насмешливо крутнулась под моим замахом палкой и была такова, исчезнув в кустарнике.

От разочарования желудок еще громче забурчал от голода. А мне так захотелось воспользоваться магией, чтобы решить свои продовольственные проблемы. До зубовного скрежета и бликов перед глазами.

— Как же мне надоело быть слабым и беспомощным. — зарычал я в равнодушное небо над тайгой.

Из-за случайной инициации истинного зрения, я теперь пока не усмирю бунтующие органы чувств могу только мечтать о магии. Нет так-то весьма полезная и радостная штука со мной происходит. Но, блин, как же не вовремя. Мне бы пару спокойных дней где-нибудь под наблюдением медиков и все будет просто прекрасно.

Показалось, что прямо над головой пронесся стрекот вертолета. Я на секунду застыл, а потом в какой-то дикой надежде сдернул с себя окровавленные тряпки и начал махать над головой, слабо осознавая бесполезность этого действа. Но надежда вмиг заглушила голос разума. И я как дебил кричал и махал тряпкой над головой на заросшей буйной растительностью лесной полянке. Только когда звук удалился в непонятном направлении я остановился. И упал, ощутив резкую боль в колене от неумного подпрыгивания в эйфории.

Но вместо разочарования от бесполезности моих действий нахлынула злость. Ну вот какого я раз за разом торможу и поступаю как подросток, вместо холодного размышления над своими поступками? Похоже в моем разуме очень много от ребенка, и он в некоторых случаях полностью подавляет рассудок взрослого бойца.

— На хрен, — я встал на ноги и зло скривился в ответ на боль в ноге. — Похоже самая моя главная борьба предстоит с самим собой. Иначе толку от моих попыток что-либо изменить в этом мире. Придётся начать с себя. И прямо сейчас, иначе я никогда не выйду отсюда. И никто мне не поможет. Сам, Володя, все сам. Впрочем как и всегда. Тебе не привыкать, а потому борись.

И я пошел вперед, волей задавив боль и собственное бунтующее сознание. Я — это моя воля и мое желание. И все будет так как я считаю нужным. Вопреки всему. Даже если мне придётся переломать свое прежнюю личность ради этого в труху. Я живу только так, как хочу. И ничто в этой Вселенной мне не указ.

Я вспомнил все смятые мной уже преграды. Свои победы. И оскалился в злой усмешке. Когда не остается надежды и верить уже некому стоит начать рассчитывать только на себя. И идти вперед вопреки любым известным и пока скрытым преградам. Потому что только я решаю, что и как будет в моей жизни.

И шагнул дальше, наплевав на боль и бушующий в организме гормональный и магический шторм. Разом стало полегче. Куда-то ушла слабость и даже мир уже показался не уж таким мрачным и безжалостным. Я сам решу каким будет мироздание для меня, а потому просто надо идти вперед.

Как-то сразу мне попалась уютная полянка, где удалось набрать еще немного прошлогодних орехов. И даже разрыл случайно замеченную норку мышек и выгреб оттуда хорошую такую горсть. Жаль сами грызуны не попались. В легкую закусил бы ими орешки.

А еще через километр-полтора удалось палкой придавить к земле метнувшуюся из-под ног ящерку. Серо-зеленая с черными полосами на спине. И не особо крупная. Но мне сейчас она вполне может спасти жизнь. И я свернул ей шею, забрасывая тушку в карман потрепанной куртки. А потом и нашел вполне себе уютный отнорок в корнях, ввернутого ветром лесного гиганта. Практически люкс-номер в моих условиях. Взглянул на солнце — оставалось до вечерних сумерек еще пару часов, но вряд ли я найду за это время нечто более подходящие для ночлега. И принялся натаскивать дрова к своему будущему ночлегу. Даже вполне удалось нагрести приличную кучу лапника, вместо матраса. Нижние ветки удавалось вполне неплохо обламывать голыми руками.

Еще полчаса различных бытовых ухищрения и танцев с плясками вокруг моей ночной стоянки и сырость леса, начал отпугивать веселый огонек. А я вздохнул с некоторым облегчением и принялся острым осколком камня свежевать пойманную ящерицу. Удалось не сразу. Инструмент древних предков отчаянно сопротивлялся моим не опытным рукам. Но сдался перед ослиным упрямством и голодом, что уже кружил голову.

Тушка вышла очень скромная. Грамм сто или двести мяса, но и то я проглотил полусырым и без соли с огромным удовольствием и чувством, что никогда не ел ничего вкуснее. И орешки, набранные за время пешей прогулки, проглотил в один присест. Попытавшийся возмутиться такому насилию желудок придавил волей, когда все съеденное попыталось попроситься назад.

И облегченно откинулся на лапник, глядя на пляшущее пламя. Мне предстояла еще одна увлекательная ночевка на дикой природе. В соседстве с этими летающими тварями. Я скривился и прихлопнул комара, что пытался причеловечиться на мою руку. Похоже вонь от вампира начала ослабевать, если эти твари начали на меня реагировать. Весь день об их присутствие ничего, кроме оглушительного звона не напоминало. А вот теперь первая попытка атаки. Но да ладно. Переживу и это. Подкинул веток в костерок, с удовольствием накинувшийся на новую пищу и взметнулся вверх огненным языком, освещая в опустившихся сумерках затерянную в глубинах тайги полянку, что приютила меня на сегодня.

Кольнули восприятие снова обострившиеся чувства. А я понял, что спокойной ночи для меня сегодня не предвидеться. Похоже больше оттянуть инициацию истинного зрения не получиться. А потому придётся довольствоваться тем, что есть. И как-то все сделать здесь. В одиночку, в глухом уголке леса и без еды. И без намека на чью-либо помощь.

Ну что же, Судьба не раз мне выбрасывала плохие кости. Придётся доказать этой даме, что меня так просто не возьмёшь.

Подкинул по максимуму дров, сложив их так, чтобы они прогорали как можно дольше и встав прошелся до недалекого родничка. И напился до бульканья в животе.

Вернулся и откинулся поудобнее на моей подстилке. А затем одним рывком нырнул в глубь своей ауры. Многоцветье магии резануло по моему восприятию, едва не выбив из транса. А на секунду мне показалось, что я закричал. Беззвучно и надрывно, стараясь в этом невнятном калейдоскопе отыскать что-то знакомое и понятное. Но мгновенно потерялся в этом хаосе пока еще чуждого моему не окрепшему мозгу нового восприятия реальности. Не стараясь снова разбирать детали, нырнул еще глубже, чтобы ухватиться за хоть что-то стабильное. И перед внутренним взором загорелся огонек, робко полыхающий внутри туманной дымки моего источника.

Пламя моей магии отгоняло хаос окружающего и вокруг него я начал выстраивать новую реальность, в которой живут все маги. Нет. Окружающий хаос и оставался таким же далеким и непонятным многоцветием. Но я начал его интерпретировать для себя. И с каждым новым шагом становилось легче. Масса забивающий все и вся информации, постепенно становилась понятной.

Я выдохнул и открыл глаза. Силы закончились, но первый шаг я сделал. Еще предстоит не один, но и это уже кое-что.

Потянулся к магии и мир вспыхнул по-новому. Я рассмеялся. Смог. И осмотрелся вокруг себя. И резко напрягся, глядя на странный магический смерч, что вращался не очень далеко от меня.

— И что тут у нас? — я задумчиво почесал подбородок. Никогда не видел ничего похожего.

— Александр Львович, ты надо мной издеваешься? — здоровый мужик в форме искренне искал на лице ученого признаки неудачной шутки. — Ты на полном серьезе предлагаешь мне взять вот эту мелкую на боевую операцию?

И махнул рукой по направлении переминающейся с ноги на ногу Насти.

Муромцев тяжело вдохнул и приказным тоном сказал, когда ему окончательно надоело убеждать командира группы армейского спецназа.

— Не обсуждается, капитан. Без нее в этом зеленом море найдете только хрен с маслом вместо моего паренька. — Профессор взял мнущуюся девчонку за руку. — Посадишь ее в машину как штурмана, что будет тебя наводить на цель. И все. Никто не заставляет тебя тащить мелкую под пули. Вообщем приказ понятен. Выполнять, капитан. Будешь спорить по возвращении.

Офицер что-то мрачно пробормотал себе по нос, но не стал дальше высказываться вслух по отношению к полубезумным идеям этого сумасшедшего старика, с огромными связями наверху.

— И еще. И это самое важное, капитан. — Муромцев щелкнул пальцами, привлекая внимание к своим словам. — То существо, что похитило нашего паренька не человек. Оно многократно сильнее, быстрее и живучее любого из твоих самых подготовленных бойцов. Стреляйте только наверняка в сердце или голову. И постарайтесь найти его днем. Ночью оно на порядок опаснее.

Иван Лыков, что командовал группой спецназа, только раздраженно выматерился про себя. Если бы не грозные приказы с самого верха, то он бы не за что не поверил в рассказанное этим стариком. Но то, что ему начали вещать на этой базе, затерянной на просторах бескрайней Сибири, не укладывалось ни в какие рамки. Осталось только стиснуть зубы и выполнить поставленную задачу. А потом свалить подальше. И забыть все как страшный сон.

— Грузимся, парни, — по рации отдал приказ своим бойцам капитан и подхватил под мышки взвизгнувшую от неожиданности девчонку и посадил в головной вертолет.

— Слушай сюда, — он несколькими движениями застегнул на девочке наушники и объяснил ей как ими пользоваться. — И главное — говори нам где этот паренек только если уверенна. Твои может быть и вероятно, меня не интересует. Уяснила?

Та кивнула капитану, мотнув своей косой в движении.

— Тебе что-то конкретное надо что бы обеспечить успешный поиск? — все-таки решил не отказываться и от призрачной надежды на успех Лыков и поинтересовался у мелкой блондинки конкретикой.

— Пока точно не знаю, — прокричала в шуме набирающих обороты турбин девчонка. — Единственно летите не сильно высоко.

— Ладно, — проворчал капитан и застегнул ремни на Насте, — И не надо так орать. В наушниках я тебя отлично слышу.

Та только покраснела, но согласно мотнула головой.

— Ну значит с Богом, — проверил своих бойцов по рации Иван и отдал приказ на взлет.

Сначала вертушки зашли на квадрат, что показал им ФСБ-шник на инструктаже, и почти сразу встрепенулась мелкая девчонка, что забыв про слова капитана закричала на весь салон звенящим девичьим голоском.

— Его здесь точно нет, — и уже тише добавила, глядя на сморщившегося офицера, — Нам туда.

И махнула рукой на юго-восток, в сторону уж совсем не обжитых мест. Весь тот квадрат занимал огромный лесной массив, с редкими маленькими посёлками. Руки до этого куска богатств Сибири ни у кого еще не дошли.

— Идем туда, — скомандовал капитан, секунду пробуравив взглядом их мелкую проводницу. Но та и не подумала отвести упрямого прямого взгляда, хоть и отчаянно краснела при этом.

Он хоть и не особо верил в таланты штурмана мелкой пигалицы, но в любом случае квадрат, что они пролетали уже и так прочесывали беспилотники и несколько опытных лесничих с командой поддержки. Они бы там были, конечно, не лишние. Но вряд ли особо полезные, по крайней мере до момента боестолкновения.

А значит почему бы и не выполнить формально приказ Муромцева и дать девице покружиться над совсем другим участком Тайги, если ей так хочется. И к нему претензий меньше. И на лицо его старательное исполнение приказов. А то, что они идиотские не его, как говориться, головная боль.

Следующие несколько десятков минут прошли в относительной тишине и покое. Но добравшись до места мелкая резко активизировалась и начала командовать через капитана пилотами. Влево-вправо. Вверх — вниз.

Капитан уже начал чувствовать не шуточное раздражение на свою пассажирку-наводчицу. И подыскивать слова для не сильно жесткого нравоучения для малолетней девицы, что ему повесили на шею. Но Настя встрепенулась и громко закричала, вновь нарушив категоричное требование офицера. Тот только поморщился на ор, от которого у него уже изрядно раскалывалась голова и не сразу сообразил, о чем орет этот беспокойный зародыш женщины.

— Володя здесь. — Настя тыкала пальцем куда-то вниз, и капитан машинально на планшете отметил точку возможного местонахождения похищенного паренька, — Или где-то совсем рядом.

Глядя на перевозбужденную мордашку Иван, не стал уточнять у девицы детали и просто отключил радиоканал от девчушки, чтобы сберечь свой слух.

— Мужики, — обратился он к пилотам, — Вы можете нас выкинуть где-то поблизости, чтобы проверить точку.

— Топливо, капитан, на исходе, — донесли до Лыкова динамики малость искаженный голос командира пары их вертолетов, — А по инструкции вас запрещено оставлять без поддержки с воздуха. Поэтому мы ложимся на обратный курс. Там быстро напоим птичек и выкинем вас не вдалеке. Я тут видел в паре-тройке километров подходящую полянку. Да и этот звонок, что умудряется перекрикивать турбины оставим.

— Добро, — все обдумал и согласился с пилотами капитан. О том, насколько этот похититель опасен ночью еще надвое бабка сказала. А вот остаться без поддержки с воздуха не хотелось. В последней войне 22 года, офицер четко понял насколько это классно, когда по твоему требованию могут в течении пары минут выжечь сотню квадратных метров НУРСами.

Назад они вернулись только минут через 50. Больше всего хлопот доставила мелкая белобрысая стервозина, что закатила всем настоящий скандал, требуя ее взять на второй вылет. Она взывала к словам профессора, что ее стоит привлечь к поискам, но тут уж уперся капитан и пользуясь отсутствием на аэродроме подскока Муромцева продавил свое решение. Тащить с собой в ночь девчонку с шилом в попе он не соглашался категорически. И так за время поиска она вымотала нервы ему по самое не балуйся. Совсем как его девочки, что умудрялись дома вить веревки с прожжённого командира спецназа.

Но тут хотя бы он мог сдать ее на хранения другим и выдвинуться на выполнение задачи. Высаживались они уже в преддверии сумерек. Солнце краем уже опустилось за горизонт, и вся местность погрузилась в тревожные ярко-кровавые тона. Лыков непроизвольно поежился и скомандовал выдвигаться своим бойцам по направлению к указанной мелкой точке.

Шли предельно аккуратно и поэтому к месту поиска подошли уже совсем в потемках.

Сначала ничего обнаружить не смогли, пока какой-то из его бойцов не наступил на труп. И с визгом подпрыгнул, что молоденькая школьница.

— Ты какого верещишь? — взорвался злостью Лыков, у которого и так нервы от рассказов профессора и ФСБ-шника были изрядно натянуты.

— Виноват, товарищ капитан, — вытянулся в струнку боец, что отличался изрядной бледностью на фоне сумерек. — Тут просто труп.

Дальнейший осмотр полянки показал, что паренек действительно был тут. А вот когда? Это еще тот вопрос. Но интереснее другое — как он смог так изуродовать камнем это существо. А в том, что они нашли нечеловеческий труп, капитан убедился, что называется, не отходя от кассы. Уж очень зубки, что не смог выбить паренек, были характерные. Подходящие скорее не человекоподобному существу, а скорее какой-то рептилии или вообще хищнику из неизвестных.

— Что это за мерзость, командир? — голос у светившего тактическим фонариком бойца подрагивал. Ну никак он, не смотря на инструктаж не ожидал здесь встретить персонаж сказок. Из тех, что оригинальные, не исправленные поздним вмешательством различных авторов. И пугали ими в свое время отнюдь не детишек. А суровых взрослых мужиков.

— Сворачиваемся, — скомандовал капитан, скрывая за суровыми командными нотками собственную растерянность. — Второе отделение летит на базу с нашей находкой, а я во главе первого оборудую здесь ночлег. Поиски начнем с самого раннего утра. Ночью все-равно следов не найдём. Вторая группа забирает подкрепление и возвращается к нам. Все, выполнять.

И все засуетились, стараясь не поглядывать сторону своей клыкастой находки, отложив все будоражащие разум мысли на потом.

Эйфория от вновь обретенных возможностей едва не заставила совершить глупость и рвануть исследовать неизвестное магическое явление сразу. Но сдержался. Взбаламученная грубым вторжением аура не сразу придет в норму и мне следовало несколько часов пользоваться способностями крайне осторожно.

— А значит поступим по заветам предков. — Я широко зевнул и поворошил вспыхнувшие угли. — Где как известно утро вечера мудренее.

Подложил веток в огонь и оперся спиной о удобный выворотень, где я устроил ночевку.

Глаза слипались сами собой от усталости и скоро я провалился дрему. Несколько раз вскидывался на непонятные шорохи, но потом опять подкидывал дрова и смыкал глаза. А один раз даже приснился гул вертолета где-то совсем рядом, но я уже наученный горьким опытом не подрывался. Все равно бесполезно. В этом зеленом море разглядеть человека с высоты почти невозможно. И даже если ищут меня, то вряд ли мое неуклюжее скаканье чем-то поможет. Если мне вообще это не приснилось.

Проснулся я опять еще до рассвета от холода. За огнем я в какой-то момент просто не уследил, и от костерка осталась кучка пожухлых углей, уже поддернутых пеплом. Судорожно растер свои затекшие и подмерзшие мышцы и нашел свое состояние удовлетворительным. Было и гораздо хуже. Причем не так давно.

Подбросил остатки собранных с вечера веток и раздул робкие угольки, что нашлись под слоем золы. И вскоре потянуло дымком и теплом от костра. Я протянул ладони к огню и начал впитывать живительное тепло, периодически вытирая слезы, что выступали на глазах.

— Что будем делать сегодня? — задал я себе риторический вопрос, все также поглядывая вновь обретенным истинным зрением в сторону магического вихря на горизонте.

Не знаю почему, но он меня манил с непонятной силой к себе. И это было не любопытство. Что-то совсем другое, что я и понять толком не мог. Но в какой-то момент созерцания магического смерча на горизонте пришло состояние полнейшего отключения сознания. Сам не понял, как встал и пошел вперед, не обращая внимания на то, что у меня сейчас есть гораздо более важные проблемы, чем исследование непонятных явлений, затерянных в сибирской глуши.

Но голос разума потонул в нарастающем ритме, что отдавался в моем источнике резонансом. И эта мелодия-зов вела меня за собой погрузив в некое пограничное состояние. Я уже не отдавал себе полностью отчета в своих действиях. Послушный как манекен шагал вперед. Только боль в поврежденном колене, периодически заставляло разум снова проснуться на долю мгновения, но потом на инстинкте я закрутил крохи доступной магии по организму изрядно увеличив свою выносливость и скорость. И полетел вперед со все возрастающей скоростью, отбросив в сторону мешающую мне палку.

Эта не ясная вибрация по сути разбудила во мне хищника, извечно спавшего в глубине разума любого человека. Породив бесчисленные тысячелетия назад разум, наше подсознание Зверя впало в долгий сон. И только изредка просыпалось, когда человеку приходилось становиться вновь бороться за жизнь на грани.

И вот сейчас этот Зов полностью разбудил во мне хищника, заснувшего не ведомо сколько назад эпох. Причем полностью. Зверь властно, по праву силы, задвинул робко трепыхнувшийся разум человека на задворки мозга, подарив только одну возможность — наблюдение.

Магия, даже в этой невероятно бедной на энергию среде Земли, уплотнилась в организме и перестала паразитно утекать сквозь бреши в ауре. Чавкнуло болото и слева выглянул в мою сторону давешний медведь. Вот только он совсем не испугал Зверя. Я бы сказал, что обрадовал. Подняв рот к светлеющему небу лицо, я издал дикий рев, с добавлением в него капли магии и ликующий рык доминирующего на планете хищника пронесся десятки километров девственной тайги. И могучий медведь весом далеко за полтонны, припал к земле, почуяв страшного врага. Но и ему инстинкты приказывали драться за свое право жить и властвовать на этом клочке земли. И он давно привык к тому, что ему никто и никогда не рискует заступать дорогу.

И медведь взревел ответно встав на задние лапы, показывая свою мощь и силу пришельцу.

А Зверь только радостно оскалился хорошей драке. Как же сильно он соскучился по настоящей стычке грудь в грудь. И легким стелющимся шагом двинулся вперед все больше и больше раскручивая в организме магию привычным Ему способом. Но совершенно не знакомым и не понятным мне-человеку, запертому сейчас на задворках разума.

Но даже в таком ограниченном состоянии я почувствовал, какой не бывалой мощью налились мои мышцы, в которых сейчас бурлил адский коктейль из крови, смешанной с магией.

Медведь с невероятной скоростью, что мало ожидаешь от косолапого увальня, рванул на меня. Вот только Зверь ловко ушел от атаки, с почти танцевальной грацией опытного спортсмена. Хотя не так. Скорее с грацией хищника, не раз охотившегося и на более опасную добычу.

Но и жесткий дефицит магии, ограниченные возможности тела сказывались. Зверь разочарованно взвыл, когда не смог извернуться и достать ответным выпадом медведя. И в то же время оскалился с радостью — чем сложнее бой, тем слаще победа.

Бурый развернулся на месте промахнувшись в первый раз с невероятной скоростью, мало заметной обычному человеческому взгляду. Животное родилось и жило всю жизнь около магического вихря и волей-неволей изменилось. Даже не большие потоки мистической энергии причудливо изменяли живые существа. И этот медведь не являлся исключением. Весом больше восьмисот килограммов. Быстрее и сильнее обычных представителей своего вида. И что самое важное гораздо умнее. Нечто, что пряталось под вихрем тысячелетиями создавало для себя Хранителей из самых могучих хищников в округе. И этот медведь сам того не ведая нес всю свою жизнь дозор и являлся своего рода пунктом пропуска. Не достойный просто не пройдет дальше этого мехового громилы, способного в родных местах посоперничать по эффективности с не плохим таким отрядом спецназа.

Но и Зверь, проснувшийся в моем теле, не смотря на всю ограниченность, совсем не был подарком.

Не уловимый жест рукой и вокруг моих пальцев свиваются причудливым образом потоки энергий. И победно взревев я бросаюсь вперед вооруженный сияющими фиолетовыми проблесками когтистыми лапами из магии. А медведь рвется мне навстречу, стараясь подмять маленькое и хрупкое на его мохнатом фоне тело под себя. А потом рвать на куски впечатляющими когтями, защищая свою территорию. Быстрый и эффективный способ, не раз опробованный Хозяином Тайги на конкурентах. Который еще ни разу не подводил. Но все бывает впервые.

И это мишка узнал на своей шкуре, когда Зверь полоснул его призрачными когтями поперек туловища и перекатился ему за спину. И по кровавой нитке скользнул голубоватый разряд, мгновенно заставивший медведя зареветь от боли и выгнуться дугой. Кровь из, казалось бы, пустяковой царапины хлынула потоком.

А Зверь занес призрачные когти над горлом поверженного медведя ….

Я-человек в глубине своего собственного мозга вздрогнул, когда разглядел глаза Хранителя. Точнее то что пряталось в их глубине. Под слоем животной ярости светился Разум. Не человеческий. Иной. Но разум. И что больше всего поразило — не вероятное тоскливое одиночество. Настолько пагубно действующее на ум, что медведь был даже рад своей скорой гибели. И годами искал ее. Но никогда еще не встречал способного победить его на родной территории. Ни его собственные собратья. Ни пару раз встреченные за его жизнь крупные полосатые кошки. Ни воняющие табаком и порохом двуногие. Никто никогда не смог его победить. А в его дикий разум даже и не приходила мысль о том, чтобы сдастся и спрыгнуть на подходящий сук с высоты.

И я-человек вздрогнул от осознания. Такое знакомое чувство в глубине глаз поверженного противника. Которого уже собрался добить Зверь. Может быть единственного на всей планете, что способен понять меня. Пришедшего сюда не по своей воле из грядущего. Навсегда лишенного семьи и тех, кто способен разделить со мной часть моей ноши.

И тогда я взревел и из-зо всех сил схватил руку, что опускалась на горло медведя. Зверь недоуменно заворчал на мое сознание до этого покорно наслаждавшееся в глубине души покоем. Словно спрашивал; (Ты чего, брат? Нам же так хорошо вместе?)

Но я дрался, как в последний раз. Хотя почему как? Внезапно я понял хитрую суть магического механизма на горизонте. И застонал от собственной глупости. Из меня просто решили сделать следующего Хранителя. Растворив человеческий разум в глубинах пробужденного Зверя. И это страшнее любой другой пытки — заснуть и видеть вечные сны с участием своего бывшего тела. Это даже не рабство. Там есть хоть тень свободы. А тут ты сам себя запираешь навечно в плену собственного разума и становишься просто Зверем на поводке спятившего механизма кого-то из Древних. И даже длину твоей цепи будут регулировать пробужденные в тебе инстинкты, радостно виляющие хвостиком перед своим неодушевленным Хозяином, спрятавшимся за магическим вихрем.

Весь мир сузился до небольшого светлячка. А там в глубине сознания боролись только мы двое. Такие похожие. Две части единого целого. И я побеждал, как ни странно. Голая мощь Зверя раз за разом наталкивалась на мое воображение человека. И в этой борьбе как ни странно сила не имела значения абсолютно. Только воля и фантазия. Но в какой-то момент я понял что, убив своего внутреннего Зверя погибну и сам. Он та часть меня без которой невозможно существование полноценной человеческой личности. Более того — когда-то бесконечно давно именно Зверь зародил разум в процессе эволюции человека. Без этого атрибута слабая безволосая обезьяна была обречена на вымирание. И поэтому он уступил свое место в то далекое время.

А сейчас в определённой степени надо уступить мне. Иначе никак.

И я подошел к израненному Зверю и обнял его. И наша кровь смешалась. Пусть это и было все только в воображении, но по моим жилам словно пробежал жидкий огонь. А я наконец все понял.

— Прости меня. — тихо прошептал в ухо своему внутреннему я, поднявшему бунт не по своей воле.

И мы стали едины.

Я не понимал сути этого процесса. Но во мне слилось мое сознание и подсознание. И я ощутил всю полноту мира разом.

И рухнул, рядом с поверженной тушей мохнатого топтыгина, резко вынырнув из глубин своей души. И рассмеялся. Искренне и счастливо. Даже будучи Великим Владеющим я и не подозревал о кроющейся в собственном разуме мощи. А ведь все так просто. Достаточно заглянуть в глубь своей души и признать всего себя. И тогда ты начинаешь контролировать все ресурсы своего мозга.

Рядом почти по-человечески застонал медведь и я вскинулся, перестав изучать свои возможности.

— Подожди, малыш. Я сейчас. — встал, покачиваясь и привыкая к новому пониманию мира.

Просмотрел раны медведя истинным зрением. Поврежденная призрачными когтями Зверя аура полыхала алым. Хранитель заворчал, разглядев меня, но что-то понял своим внутренним чутьем и успокоился, сдержав свою попытку напасть.

— Я помогу. Не бойся. — прямо посмотрел в глаза хищнику и тот согласно прикрыл веки.

Мои ладони, на ранах медведя засияли от пропускаемой через них варварским способом магии. И медведь взревел от боли, но даже и не дернулся. Лечить я все так же не умел. Но здесь было много лишней энергии от вихря и избыток силы сейчас с легкостью заменил мне мое неумение врачевать.

Не знаю сколько это заняло времени, но в результате я упал совсем вымотанный рядом с теплой бурой тушкой. Даже новые возможности мозга не могли компенсировать не достаток моих умений.

Окончательно я пришел в себя, только от шершавого и влажного наждака, что разом стесал с моего лица всю апатию и осталось.

— Миша, блин, — я попытался рукой подвинуть довольную башню моего не давнего противника, что тормошил меня одним из немногих доступных ему методов.

— Вот ты специально, да? — я поднялся на ноги и увидел на мохнатой ряхе почти по-человечески хитрую улыбку-оскал. Кому-то другому могло бы показаться подобное зрелище скорее страшным, но я только усмехнулся в ответ этой клыкастой глыбе. Или будущему другу?

В ответ мне пришла мне пришла эмпатическая волна одобрения и иронии. А я коснулся его ауры, передав скопом все свои чувства и эмоции, что были сейчас у меня в душе. Радость, что смог найти кого-то так похожего на меня. Не внешне, а внутренне скорее. Не уверен, что есть слова в любом из языков, чтобы описать испытанное мной чувство родства к этому мохнатому жлобу. Я отослал ему картинку, как Мишка меня отгоняет от полянки с земляникой. А тот заметно смутился и прислал в ответ извиняющую волну, мол, я же не знал.

— Пожрать бы чего, а, лесной бродяга? — я потрепал по могучей башне ходячего живого танка. Теперь мне эта меховая гора казалась еще больше, чем раньше. Я стоя в полный рост был ниже, чем медведь в холке. Я конечно, пока еще и сам не гигант. Всего 1 метр 70 сантиметров роста пока.

Но и медведь, уловив мои мысли возмутился и сказал, что еще совсем молодой. Ну точнее не сказал, а подумал. Но мы с ним как-то очень быстро находили общий язык. Даже сам не знаю за счет чего. Тут были и зачатки эмпатии с обеих сторон. И понимание мимики. И еще бог весть что.

— А насчет пожрать, то пошли за мной, — сказал мне медведь, или точнее я так интерпретировал его эмпатические образы с плещущейся рыбой в недалекой речке, что мне пришли от мохнатой башни.

— А это просто отличная идея. — мгновенно согласился я с лесным аборигеном. — Поедим, отдохнем и придем в себя. А вот завтра заглянем к этому рабовладельцу, спрятанному за магическим вихрем.

И медведь согласно заворчал мне в ответ и недобро сверкнул глазами в сторону смерча на горизонте. Он уже давно понял, что эта не понятная штука сделал его своим рабом и отчаянно хотел избавиться от поводка. Но не мог сделать это самостоятельно. А кого попросишь о помощи в глухом лесу на медвежьем?

Особенно когда остальные встреченные сородичи просто животные.

А двуногие вроде и умные, но при виде него постоянно пытаются больно ужалить из громыхающей огнем палки. И почему-то совсем не пытаются его понять.

Так мы переговариваясь понемногу продирались сквозь чащу, по направлению к обещанной Мишкой рыбке с речкой. Я все чаще стал прихрамывать, и медведь заворчал и кивнул себе на спину. И ехидно так намекнул, что такую мошку как я и не заметит. Домчит до цели вмиг.

Я только улыбнулся на подначку и полез на легшего Мишку. Нога действительно стала раскалываться не милосердно. Ну не лекарь. Не лекарь я, что тут поделаешь. Даже относительная доступность магии около этого не понятного смерча мне никак не могла помочь в исцелении моего поврежденного осколком сустава. Эрзац-замена в виде накачки организма энергией помогала только на короткое время боя и все. Потом наступал откат. Как сейчас.

Скорость передвижения верхом на лесном Хозяине увеличилась тем не менее многократно. Полянки и деревья только так мелькали, когда медведь, наслаждаясь вновь обретенной свободой, мчался вперед. Скорость впечатляла. Не думаю, что хоть еще одно живое существо на планете может развить такую скорость по пересеченной дикой местности. Не уверен, что даже вампиры, славящиеся своей физической мощью, смогут сравниться с моим новым другом как минимум в скорости. А тем более в силе.

Эта живая машина, когтями походя корчевала хорошие такие пеньки из-под деревьев, что ему мешали.

К речке мы пришли, когда солнце уже стояло в хорошем таком зените. На глаз уже было минимум час или два дня. И желудок, толком не видевший еды уже давненько, требовательно заурчал. Мишка только покосился на меня и с брызгами кинулся вместе со мной в холоднющую воду. А я смеялся. Давно не чувствовал себя так легко и свободно. Пустив легкий круговорот магии, подсмотренный у Зверя, по организму я перестал замечать брызги и просто был счастлив. И наслаждался всем вокруг. Тем, что выжил и не сдох в клыках вампира и особенно тем, что обрел своего мохнатого друга.

И больше всего тем, что смог не потерять самого себя в глубинах собственного разума.

А сейчас я еще хорошо поем. И ночь наконец проведу в безопасности. А завтра — будет завтра.

Медведь был рыболовом знатным. Просто на зависть любому. Мощными когтистыми лапами он цеплял сверкающую на солнце серебром тушку и одним движением выбрасывал ее на берег. А потом снова. И так раз за разом. В результате всего за пару десятков минут на берегу образовалась солидная такая кучка крупной рыбы. Самая маленькая из них была эдак килограмма в полтора.

Я даже сглотнул от набежавшей слюны. Голод как известно лучшая приправа. И в моих глазах эта кучка сейчас выглядела на порядок дороже и привлекательнее самых изысканных обедов в моей прошлой жизни.

Дровишки под костерок я собрал споро, хотя так и подмывало присоединиться к Мишке в его трапезе. А мохнатый комок так, зараза, вкусно наворачивал рыбку прямо на берегу. Будто специально меня провоцируя. По крайней мере на морде было такое довольное выражение, что его не могла скрыть никакая шерсть и крупный зубастый оскал.

Наконец я справился и под сухой травой робко ожил небольшой огонек. Он все больше и больше набирал силу и вот даже медведь пришел поинтересоваться, а что это я делаю.

— Такую вкусную рыбку в огонь? — не поддельно удивился он моим действиям. — Зачем?

— Увидишь, — пообещал я, не удержавшись и почесав мохнатому добытчику за ушами. Медведь, когда становиться твоим другом, разом превращается из самого грозного хищника в эдакую няшную мягкую игрушку. Главное при этом привыкнуть к коготкам и зубкам размером с небольшой ножик.

Так переговариваясь о кулинарии, я острым камнем выпотрошил рыбьи тушки и обмазал их найденной невдалеке глиной. А затем положил внутрь горки образовавшихся ярко-красных углей.

По поляне почти сразу поплыл ароматный запах. И даже Мишка заинтересованно повел носом и смешно сморщился, принюхиваясь к новому для него кушанью.

Я еще при поисках сушняка обратил внимание на черемшу, что росла в окрестностях нашей импровизированной стоянки и отправился ее набирать, ради того, чтобы разнообразить свой обед. Дикого лука росло в округе много. И буквально за десять-пятнадцать минут набрал хорошую такую охапку. Потом споро обмыл его и кое-как почистил осколком острого камня.

Прикинул количество оставшейся рыбки на берегу и решил еще нафаршировать несколько тушек черемшой изнутри. Не знаю насколько прикольно получиться, но ингредиентов было предостаточно. И ждать уже пекущиеся рыбьи тушки все равно оставалось минут десять. А потому почему бы и не попробовать в нашем элитном ресторане на свежем воздухе еще одно блюдо дня?

Сказано-сделано. И вот я уже раскладываю рядом с костром новые тушки, обмазанные глиной.

А тем временем дошла до готовности предыдущая рыбья закладка. По крайней мере мне так сообщил, ориентируясь на свой чувствительный нос Мишка, коротким рыком. Ему похоже тоже не терпелось, попробовать чего-то нового. Хотя он и тщательно маскировал свое желание, сохраняя на своей мордахе максимально строгое выражение. Которое, впрочем, сразу пропало, когда я разбил камнем первую заготовку и по поляне поплыл чарующий для моего голодного желудка запах.

— Надо подождать. Очень горячее. — я еле успел остановить любопытный нос, что сразу полез проверить чего это там мудрил безволосый мелкий друг.

Я с трудом держался сам, от того, чтобы набить свой рот горячими кусками, истекающими соком. А потому начал разбивать следующие глиняные запеченные куски. А затем, голодно поглядывая на мохнатого мерзавца, что таки выпросил себе первую тушку, быстро закидал новую порцию обеда в угли. И посмотрел на медведя, что аккуратно поедал уже вторую запеченную рыбеху мелкими частичками. Ну по его около тонным меркам, естественно. И наконец присоединился. Первую тушку я проглотил, почти и не заметив вкуса и запаха. И только на второй понял, насколько все-таки вкусно получилось приготовить. Или это голод вместе со свежим воздухом и активными физическим упражнениями повлиял?

Но и медведь поглядывал в сторону доходящей в углях рыбки с явным гастрономическим интересом. Хотя такую тушу в любом случае попробуй прокорми. Жрать топтыгин хотел, наверное, постоянно при таких-то монструозных размерах явно больше стандартных для обычных медведей.

Выгреб из почти потухшего костра рыбу второго захода и быстро разломал глиняную корку. И тут понял, что моя идея с черемшой была весьма удачной — запах поплыл просто божественный. Даже медведь моментом стал корчить умильную мордочку, ну чисто шрековского кота. Я не удержался и рассмеялся. Уж больно уморительно смотрелось на пачке около тонного медведя просительное выражение.

— Да сейчас. Не забуду я про тебя, обжора, — засмеялся в голос отпихивая башню, что пыталась оказаться поближе к остывающей рыбке.

— Даже и не подозревал, что можно сделать такую вкуснотищу из моего обычного обеда, — признался мне мыслеобразами Мишка, после того, как мы умяли последнюю рыбину, фаршированную диким сибирским луком. — Когда раньше наблюдал со стороны за двуногими всегда удивлялся их глупой привычке портить нормальную еду огнем. А ты смотри как все интересно оказалось.

— Это еще что, Мишка, — я блаженно привалился к теплому мохнатому боку, — Вот придем домой к нашим, так я тебя сгущенкой накормлю. Целым тазиком. С орехами и еще чем-нибудь этаким. И мороженным. И еще …

Я мечтательно зажмурился и начал себе представлять самые разные вкусняхи, которыми можно будет удивить такого большого и наивного медведя.

— А мне можно будет с тобой? — огромная медвежья башня повернулась ко мне и взглянула прямо в мои глаза. — Ты меня не оставишь одного потом здесь?

— Ты чего, Миша? — я даже дрему скинул с себя от удивления, — Как же я могу тебя бросить? С чего ты так думаешь?

— Не знаю, просто … — медведь тяжело задумался, подыскивая в своем разуме подходящие для меня образы. — Для меня никто и никогда ничего не сделал просто так, кроме моей мамы.

Разум медведя наполнился теплотой и такой любовью, что меня пробрало до самых косточек. Даже и не представлял себе, что семейные узы у животных могут быть настолько крепкими. Хотя, конечно, мой медведь не совсем обычное животное. Скорее магический мутант. Причем очень не обычный. Странное воздействие магического вихря, что уже вырос на пол неба.

— Как ты думаешь, что там? — вывела меня из состояния созерцания очередная порция мыслеобразов от теплого хищника рядом, что заметил мой интерес.

— Враг, — я сжал кулаки. — Не знаю, насколько опасный, но враг. Друг не захочет становиться твоим хозяином. И завтра мы спросим с него и за тебя, и за меня.

И медведь поддержал мои слова низким вибрирующим рыком, от которого содрогнулся даже воздух в этом уголке девственного леса.

— Товарищ капитан. — В рации зашелестел голос бойца, что обследовал прилегающую к их стоянке территорию, — Здесь есть следы, и судя по всему это наш паренек прошел.

— Отлично, сейчас буду, — Лыков, после того как увидел труп вероятного противника изрядно расслабился и разослал не занятых в оборудовании лагеря бойцов, прочесать прилегающую местность. Хромой паренек наверняка оставил много следов, по которым будут легче его найти. И это наконец дало результат.

Быстрым шагом он выдвинулся по направлению к мигнувшему фонарику. Так себя обозначил нашедший следы боец.

— Смотри, командир, — опытный сержант-контрактник, подсветил поломанные ветки. — Вот здесь он протискивался сквозь подлесок и потом ушел в ту сторону.

И посветил лучом на северо-восток.

— Думаешь, он смог далеко уйти? — задал вопрос Лыков, не слышно подошедшему проводнику из местных, что прибыл со вторым вертолетным рейсом, после прояснения ситуации с похитителем.

— Судя по его физическим кондициям, то паренек и не должен был с поляны этой никуда деться вообще. — Хмыкнул на вопрос тезка капитана, с интересным отчеством Сильвестрович. — А он по вашим рассказам еще и умудрился камнем размножить череп своему похитителю. Поэтому черт его знает. Но единственно — впереди болото, и если паренек в него вляпается, то это будут очень плохо. Сам не выберется.

— Утонет? — дежурно поинтересовался Лыков, сам прикидывая если смысл посылать бойцов на поиски в потемках.

— Хуже. — пыхнул в ночное небо дымом от жуткого самосада Иван Сильвестрович. — На дышится болотного воздуха и его накроют по — полной глюки. Там какой-то непростой газ их под земли сочиться и местные туда никогда не ходят. Знают, что если вдохнешь, то будешь носиться по лесу пока не сдохнешь от усталости. А сны при этом будут такие яркие-яркие. Говорят, раньше местные племена сюда отправляли своих умирающих родных, чтобы обеспечить им легкий уход.

— Вот, бл… дь, — Не сдержался и выматерился в голос офицер. — Если он до этого болота добрался, то мы замаемся искать его. Если вообще не утонет, надышавшись всякой гадости. Сколько километров до этой мечты торчков будет отсюда?

— Да где-то двенадцать- пятнадцать. — Неопределенно пожал плечами проводник и выкинул наконец свою жутко воняющую самокрутку. — Но в такой местности бесполезно мерить расстояние в километрах. Тут надо думать в потраченном на путь времени. Нам идти где-то часов 7 или 8. А вот мог ли туда добраться этот паренек? Это еще тот вопрос.

— Ладно, в любом случае надо устаиваться на ночевку. — решил капитан, — ночью мы его легко пропустим мимо себя, если он будет лежать без сознания где-то в овраге, не смотря ни на какие приборы ночного видео. Устраиваемся и отбой до утра. Выдвинемся дальше с рассветом.

И все разом занялись делами, обустраивая стоянку. Капитан отошел в сторону и присел возле разожженного его бойцами огня.

— Держи, командир, — в руки Лыкова сержант сунул кружку с парящим дымком чаем.

Офицер с удовольствием согрел руки о горячую посуду и сделал большой глоток, наслаждаясь теплом, что прокатилось внутрь комком.

— Может девчонку с собой возьмем? — предложил капитану его подчинённый, сам пристроившийся рядом и хитро прищурился. — А то мы так наугад будем по этим лесам и болотам неделями лазить без толка.

— Не знаю, Игорь, — задумчиво сказал своему старому сослуживцу Лыков. — Не особо охота на закорках мелкую таскать по этому буераку. А здесь нам придется идти только на своих двоих. Да и Иван Сильвестрович выглядит весьма тертым мужиком. Выведет нас дай Бог и так на этого пацана. Главное, что этой клыкастой твари уже нет в живых. С остальным уж как-нибудь справимся.

— Это точно, — нервно хохотнул сержант-контрактник. — Пацаны после того, как пообщались с бойцами охраны серьезно стремались при мысли, что придётся столкнуться с этой тварью здесь.

Капитан только хмуро покосился на своего старого сослуживца. Эти шепотки он слышал, но не думал, что все так серьезно. Сержант как всегда знал все лучше своего командира о происходящем в подразделении и настроении бойцов.

— Кто это вообще такие? — задал наконец самый интересующий его вопрос спецназовец у своего командира.

— Наверняка не знаю. — слегка покривил душой Лыков. Ему профессор все довольно подробно объяснил в рамках его задачи. Да и спец из ФСБ дал почитать ряд архивных материалов о столкновениях с этими существами. Правда вместе с подпиской о неразглашении, на которую пришлось поставить свой автограф.

— Командииииир, — протянул его старый сослуживец, прекрасно распознающий недоговоренность в словах своего капитана. Еще со времен их первой совместной операции в Сирии. — Ты же меня знаешь — я никому и никогда.

— Знать то знаю, — поморщился Лыков, — Но я не уверен, что тебе это знание принесет хоть какую-то пользу.

— А как же потешить чувство своего собственного болезненного любопытства? — не сдался Игорь. — Я же теперь тебя буду донимать пока ты не расколешься? Тем более это ни какие-нибудь суперсекретные сведенья, если их доверили простому командиру обычной группы спецназа.

— Это вампиры. — не стал дальше наводить тень на плетень капитан.

— Ха — ха, — засмеялся сержант, но осекся после того, как его не поддержал Лыков.

— В смысле вампиры? — Игорь резко посерьезнел и внимательно вгляделся в мрачную физиономию своего боевого товарища.

— Бессмертные. Кровь пьют. Очень сильные и быстрые. — сжав кулаки перечислил то немногое, о чем с уверенностью говорили те, кто его инструктировал. — Вампиры и есть. Почти как в сказках. Только им на солнце плевать. И на крест с церковью тоже. Надежно их убивает только пуля в голову или сердце. Желательно не одна.

— Подожди, Ваня, стоп. — сержант поднял руки, собираясь с мыслями. — То есть ты реально не шутишь?

— Я на шутника, бл…дь похож? — вызверился наконец офицер на своего сослуживца и друга. — Чего ты продолжаешь как попугай переспрашивать одно и тоже. Сам, что ли не заметил зубки у того трупа?

— Не заводись, командир, — примирительно поднял руки сержант, — Одно дело видеть клыки у того трупа. Мало ли каких мутантов породила экология матушки-земли. Я вон в кунст-камере в Питере видел вещи и по неприятнее. А тут ты просто на голубом глазу заявляешь, что это вампиры. Это как-то не сразу в башку укладывается.

— Да мне самому веришь нет, тоже не особенно это все укладывается в голову, — вздохнул капитан и залпом допил остатки горячего растворимого кофе в чашке. — Главное, что мы уже с этой конкретной тварью не встретимся. Будем просто нудно и тяжело шастать по тайге и все. Не приятно, но не смертельно.

— Да не могут быть они особо страшными если этот паренек камнем этого забил. — Не согласился сержант, пожевывая подобранную травинку. — Мы бы и так его завалили без особых проблем.

— Да ладно? — деланно в голос изумился офицер и остро посмотрел в сторону своего приятеля-сослуживца. — И как я только сам не догадался, что вампиры такая легкая мишень.

— Ты, Игореша, прежде чем что-то ляпать своим языком думай для разнообразия. — постучал по лбу сержанта Лыков. — Про этого паренька бойцы охраны такое рассказывали, что какой-нибудь Бетмен из вражеского комиксов ряда с этим пацаном выглядит безобидным чудаком в карнавальном костюме.

— Да наврали они все. Сами, наверное, косяков напороли вот и лепили сказки по чем зря. — Не согласился сержант. — В тех рассказах все надо делить даже не на десять, а скорее на сто.

— В этом трупе я насчитал не меньше семи пулевых ранений. Причем уже почти заросших. — Криво улыбнулся в ночь капитан. — Эти раны будущий труп получил еще на базе. А после этого он пробежал с грузом по пересеченке больше ста километров по прямой. Как тебе этот факт?

— Ну а как хромой пацан смог его тогда добить, если он такой крутой был? — Не выдержал сержант.

— Не знаю. Да и в данный момент знать и не хочу. — отрезал Лыков и с хрустом потянулся всем своим могучим телом. — У нас сейчас другая задача. Гораздо легче, благодаря этому пацану. А потому давай объявлять отбой и на боковую. Завтра очень тяжелый день.

Игорь не дождался ответа от замолчавшего командира и встал на ноги.

— Не нравиться мне все это, командир. Очень не нравиться. — Оставил за собой последнее слово сержант и пошел вперед, зычным командирским голосом отдавая приказы бойцам.

— Не тебе одному, друг. — тихо прошептал, смотря вслед товарищу Лыков.

Утром они встали едва только начал сереть рассветом краешек неба.

— Ну что, Иван Сильвестрович, — подошел к проводнику, что раскуривал утреннюю дозу своего вонючего курева. — Приблизительно понимаешь куда идти?

— Ага, — кивнул ему всклокоченный лохматый мужик с двустволкой. — Как твои соберутся пойдете за мной. Я вас выведу к пацану. Или его трупу. Тут как повезет. Паренек по лесу совсем ходить не умеет. Городской. Натоптал нам такую тропу, что не всякий вепрь сможет. Пройдем как по автобану.

— Ну тогда выдвигаемся через десять минут. — Согласился с лесником Лыков и пошел подгонять мешкающих бойцов своего подразделения.

Охотник вел их отряд действительно довольно быстро. Изредка только наклонялся к земле, к чему-то присматривался и хмыкал. А потом опять задавал такой темп, что здоровые лбы из спецназа вешали языки на плечо и начинали умоляюще поглядывать на своего капитана. Но Лыков и сам пер словно танк, не показывая и тени усталости.

— Стоп, лоси, — усмехнулся в бороду охотник. — Перекур. А то вас скоро надо будет реанимировать в полевых условиях.

— Иван Сильвестрович, — неодобрительно поглядывая на присевших на корточки своих сдохших бойцов, спросил у проводника капитан, — Приблизительно можете сказать, как далеко упрыгал наш хромой паренек?

— У меня такое чувство, что этот хромой паренек повыносливее будет ваших бойцов. — Усмехнулся лесник. — Хотя ему изрядно прыти добавил медведь, судя по всему. Мы уже прошли полянку, с которой драпал этот паренек, когда едва не нос к носу столкнулся с медоедом. Так что думаю уже относительно не долго осталось.

— Дааа, — с некоторым сомнением протянул капитан. Он в упор не заметил по дороге ничего из того, о чем говорил их проводник. Но и следопыт из Лыкова был скорее теоретический. Поэтому ничего особо удивительного не было в том, что офицер видел всю дорогу просто девственную тайгу, без всяких признаков деятельности человека.

— Не сомневайся, парень. — Хлопнул его по плечу Иван Сильвестрович. — Дойти то мы дойдем быстро. Вот только скоро начнётся болото.

— То о котором вы рассказывали? — быстро сориентировался в словах проводника капитан. — Не вижу особенных проблем. Наденем противогазы и быстренько вытащим нашего паренька.

— Ну дай-то бог. — согласился проводник, что весь переход вместо своего жуткого курева, жевал травинки. — Только перед тем как зайти в глубь болота построй своих архаровцев. И заставь и слушать меня как родного батьку. А то оттуда выйдут не все. Не хорошее это место. Гиблое.

— Не сомневайтесь, Иван Сильвестрович, — согласно кивнул на слова охотника Лыков. — Ребят я приучил слушать мои приказы от и до. Не подведут.

— Вот и ладушки. — сказал проводник и единым движением встал на ноги. — Поднимай своих и двигаем.

И еще через час движения, лесовик наконец скомандовал новую остановку около кострища и поворошил угли. А затем задержал около следов огня ладонь.

— Даже еще сильно остыть не успела. — задумчиво сказал Иван Сильвестрович подошедшему к нему офицеру и без всякого перехода вдруг спросил у Лыкова, — Что с этим пареньком не так, капитан?

— В смысле? — удивился командир спецподразделения и украдкой смахнул со лба пот. Этот железный охотник умудрился за не полный день загнать группу спецназа, что тех коней. Даже капитан уже чувствовал себя изрядно уставшим, хотя и старался не показывать виду среди своих бойцов.

— Вот отсюда этот парень рванул так, как будто его подменили. — Иван Сильвестрович покосился на кулек с самокрутками и вздохнул. — До этого еле шел. Причем наследил, что бульдозер. А вот отсюда рванул так, будто у него новые ноги выросли за ночь. И идти стал очень аккуратно. Я его след уходящий с места его ночевки еле вижу. А так не бывает.

— А он был один? — сразу напрягся капитан и подал своим бойцам знак готовности. Все сразу подобрались и защелкали затворами, досылая патроны в ствол. — Может его кто-то поймал и уносит отсюда на закорках?

— Один, — поморщился охотник на возню бойцов. — Но с вашим пареньком что-то точно не так. Так ладно, капитан, строй своих ребят. И после моих слов натягивайте противогазы. Чего-то мне это совсем не нравиться.

Инструктаж не затянулся и свелся к простым рекомендациям идти след в след и четко слушать своего командира, что будет дублировать слова проводника. Ну и пожелание смотреть в оба, не расслабляясь, конечно.

Двинулись вперед бойцы уже гораздо медленнее. Проводник раз за разом останавливал группу и долго вглядывался в следы на земле, матерясь про себя.

— Чего там? — к проводнику не выдержал и подошел капитан во время одной из особенно затянувшихся стоянок.

— Не знаю почему, но ваш паренек стал идти дальше словно сверхопытный лесной житель, — хмурый проводник покосился на офицера. — Гораздо тяжелее стало находить его следы.

— Он далеко? — спросил через пару секунд замолчавшего охотника Лыков.

— По идее уже должен совсем рядом. — Со вздохом сказал Иван Сильвестрович. — Паренек ходил здесь по сути по кругу. Его судя по всему накрыло болотными испарениями еще во время ночевки. Он мелкий и за ночь надышался походу хорошо. И утром он уже и не совсем проснулся.

— С ним из-за этого что-то будет? Ну и из-за испарений. — Поинтересовался Лыков у проводника.

— Не должно, — пожал плечами Иван Сильвестрович и почесал свою бороду под резиной противогаза. — Я пару лет назад помогал искать МЧС в это местности заблудившихся туристов. Так вроде ничего страшного с ними не было. Полежали в больничке под капельницей пару денечков и все. Ожили. Хотя когда выводили, то чумные были. Все каменных великанов порывались нам пойти показать.

— Товарищ капитан. Прием, — зашумело в наушнике тактической связи у офицера.

— Слушаю, — буркнул Лыков, поджав тангенту рации, — Что там у вас?

— По-моему мы нашли нашего потеряшку, но вам стоит срочно подойти сюда. — Голос бойцов передового дозора выражал странную смесь удивления высшей степени и тревоги.

Лыков рванул в сторону передового дозора, что вдвинулся на сотню метров в сторону во время стоянки и почти сразу вляпался в скрытую травой лужу.

— Да твою же… — не договорил рвущуюся из груди тираду капитан и стряхнул налипшую на берцы грязь. — Ненавижу болота.

К бойцам он вышел не сразу. Пришлось все же внимательно смотреть себе под ноги.

— Что здесь? — К бойцам дозора постепенно подтянулись и остальные солдаты, после сообщения по радио о нахождении цели своего напрягающего путешествия.

— Товарищ капитан. — солдат показал рукой и протянул бинокль офицеру. — Я честно говоря сам не верю в то, что вижу.

Капитан молча взял протянутый прибор и вскинул его в указанную сторону. И челюсть у него отпала. Посреди болота стояли кругом новенькие каменные блоки. Причем странный материал был отполирован до блеска и резанул усиленные оптикой глаза офицера до зайчиков и цветных пятен. Причем воздух перед этим сибирским Стоунхенджем заметно подрагивал и временами просто скрывал эту картину, смазывая окружающую реальность налетом иллюзорности. А в центре стояла два каменных человека, идеально четко высеченных не ведомым мастером. Где и находился искомый паренек. Если тут конечно не бродят двое оборванных до состояния бомжа подростка.

— Что это такое? — Лыков отчаянно тер глаза. — Откуда в болоте скульптура?

И зло ткнул в сторону этого сооружения пальцем.

— Ты Иван Сильвестрович, не предупреждал о такой хрени. — Капитан искренне пытался понять, как такое возможно в тех местах, где людей и сейчас толком почти не живет. — Идем туда.

И первым подал пример, не дожидаясь от малость обалдевшего от зрелища проводника ответа.

К окружности из внешних каменных блоков вплотную они приблизилась буквально через минут пять. И тут капитан уже задавил трепыхнувшиеся чувства. Только единственно отдал приказ своим бойцам включить камеры в своем обвесе. Это видео у профессора наверняка вызовет массу вопросов.

— Идем внутрь. Втаскиваем пацана и сразу назад. И парни, — капитан щелкнул затвором досылая патрон в автомат. — Не расслабляемся. Здесь твориться какая редкостная дичь.

И шагнул через отчетливо различимую вблизи пелену дрожащего воздуха, что полностью окружала это каменное сооружение. Офицер подсознательно опасался этой преграды, но сквозь дымку из воздуха прошел легко. Даже и не заметил ничего. Только если не большой удар током, сродни статическому электричеству от синтетического свитера. Да и то капитан не был уверен, что это не игры собственного подсознания. Не удержался и провел рукой в перчатке по блестевшей поверхности камня одного из монументальных вертикальных блоков. Материал на ощупь казался теплым и пульсирующим в неком едва уловимом ритме.

— Как живой. — Рядом остановился сержант и тоже не удержавшись повторил жест своего командира. — Как это вообще возможно? Тем более здесь?

А я откуда знаю. — огрызнулся Лыков и отдернул руку, скрывая от своего приятеля секундную слабость, — Чего зависли? Двигаем дальше.

И грозно глянул на по открывавших от изумления рты своих бойцов.

— Ну как дети ей-богу, — вздохнул Лыков и пошел вперед.

Путь к центру этого сооружения, оказался не таким маленьким как смотрелось со снаружи. Пространство внутри оказалось значительно больше. Или оптическая иллюзия или бес его знает, что еще. До этого задания тертый офицер, прошедший несколько горячих точек и жесткую мясорубку на Украине, не верил ни в какую чертовщину. Вся эта мистика представлялась мужчине, чем-то вроде подпорок для слабых духом людей. Ну хочется им верить во всякую лабуду. Да и хрен с ними. Каждый имеет право сходить с ума по своему. Пока не мешает другим.

Но здесь и сейчас, стоя перед проявившимся посреди глухого болота новенького мегалитического сооружения, Лыков был растерян. Ну не рассчитано было его насквозь рациональное мышление на обработку фактов, что не укладываться в привычную картину мира.

Бойцы, не смотря на свое ошеломление вели себя крайне настороженно и смотрели в оба глаза. Полезная привычка, что не раз сохранила им жизни и теперь въелась в подкорку. Стала основным императивом поведения спецназовцев. И именно это спасло бойцам жизнь в очередной раз. Откуда вынырнул искомый ими паренек никто так и не успел сообразить. Но первым же ударом он едва не сломал горло одному из самых крупных и сильных ребят в подразделении Лыкова.

Пулеметчик едва успел вскинуть выше свое орудие труда и удар отбросил стокилограммового мужика на пару метров. А худенький подросток замер перед отрядом людей что пришли его спасти.

— У него закрыты глаза, — негромко подметил кто-то из бойцов около капитана.

И события понеслись вскачь. Словно эти слова стали спусковым крючком для взбесившегося подростка, что атаковал стоявших перед ним бойцов.

— Не стрелять, — взревел раненным носорогом Лыков и ловко подбил ствол рефлекторно дернувшегося бойца вверх. — Ты чего, дебил, творишь?

И мощным ударом сбил с ног оконфузившегося бойца, что едва на рефлексах не выпустил в подростка очередь. На войне быстро учишься стрелять на любую потенциальную угрозу. И кто не учиться этого делать, то тот не выживает. А бойцы капитана были живы. И поэтому предупреждение и жесткая реакция мигом остудила горячие головы солдат.

— Живым брать. — скомандовал капитан и двинулся в сторону жесткой потасовки, что вели с парнем спецназовцы. И проигрывали. Не смотря свое субтильное телосложение подросток раз за разом выбивал из мужиков дух, отшвыривая их с полянки. И только численное преимущество солдат пока помогало сдерживать взбесившегося парня.

— Медик приготовь успокоительное или что-то типа этого, а лучше снотворное. — скомандовал капитан своему отрядному медработнику. — И готовься колоть сразу, как только сможем его обездвижить.

И сунулся вперед. Что бы почти сразу едва не нарваться на жесткий прямой удар в колено.

— Ты за свою хромоногость, что ли мстишь, — простонал один из бойцов, что яростно растирал свою ногу немного в сторонке от замеса.

Капитан кружил вокруг паренька подбирая момент для захвата, а другие на секунду замерли яростно шипя и матерясь.

Володя замер на секунду посреди этой толпы. И просто стоял, словно заснув посреди драки. Даже выглядел, не смотря на грязные и рваные обноски простым пареньком. И не скажешь, что буквально несколько секунд назад он метелил нескольких здоровых мужиков особо не напрягаясь.

— Парень, мы пришли помочь …. — начал было один из спецназовцев. Зря он подал голос. Голова парня наклонилась, словно у ящерицы прислушиваясь к словам, и он метнулся вперед единым слитным движением и круговым ударом пальцев едва не выбил подавшему голос солдату глаза. Тот успел наклонить голову и защитить органы зрения, но скрюченные словно когти пальцы располосовали лоб в один миг. Второго удара в горло ему уже не дал нанести капитан, что наплевав на осторожность мощно пробил ногой в корпус подростка. И выругался, едва не упав по инерции, когда его удар ушел в пустоту. Все снова на мгновение замерло в равновесии.

Мужики охали и поднимались на ноги, приводя в порядок свое дыхание. И смотрели с на подростка с закрытыми глазами с уважительной опаской. Пусть они не понимали, как он это делал, но отмахнуться от наглядного доказательства силы не могли.

— Мы его так просто не возьмем, — прошептал почти на ухо Лыкову свои выводы сержант. — Он нам даже отступить не даст. Надо стрелять в ногу, например.

— Ты сам будешь стрелять в ребенка? — зло сверкнул глазами в ответ капитан и скривился от боли в ушибленных даже сквозь бронник ребрах.

— Этот ребенок насовал люлей куче подготовленных мужиков по самые помидоры, — чуть в сторону прошептал Игорь, и сделал вид, что не замечает яростного взгляда своего командира.

— У меня есть идея гораздо лучше, — взгляд капитана задержался на двустволке их проводника. И махнул рукой охотнику, чтобы лишний раз не провоцировать парня громкими звуками. А он сейчас опять замер в центре круга, организованного десятком потрепанных спецназовцев. И словно заснул стоя за мгновение

— Скажи парням, что бы удерживали его пару минут, — так же тихо на ухо сказал своему сослуживцу Лыков, — И не давали куда-либо дернуться. А сразу после выстрела кинулись на него скопом и вязали.

— Какого выстрела, — начал было спрашивать боец, но сразу осекся, наткнувшись на яростный взгляд капитана, что не терпел в боевой обстановке лишних вопросов. — Выполняю, командир.

— Только тихо прошепчи на ухо каждому. И не дай тебе все высшие силы разозлить этого монстра в центре полянки, что успешно прикидывается временами ребенком. — Добавил подчинённому офицер.

— Иван Сильвестрович, можете сделать прямо здесь и сейчас пару патронов с одними пыжами вместо пуль и дроби? — в ухо спросил Лыков подошедшего к нему после жеста охотника. — А потом выстрелить в нашего буйного потеряшку?

— Сделаю, — лицо проводника осветила мысль понимания.

И присел на корточки доставая пару патронов и быстро проделывая не сложные манипуляции.

— Я готов, — Через минуту сказал Иван Сильвестрович, вскидывая ружье на изготовку.

— Тогда по команде, — капитан поднял вверх руку и осмотрел своих напружинившихся перед броском бойцов, — Давай.

И махнул рукой отдавай всем приказ. Громыхнул раскатистый дуплет из ружья. И перед пареньком на долю секунды замерцала тонкая переливающаяся пленка из воздуха в которой застряли пыжи из ружья. Но это и заставило его на секунду отвлечься, когда его под собой подгреб буквально вал тел навалившихся со всех сторон спецназовцев.

— Давай быстрее. — Лыков с трудом справился с желанием отвесить смачного пендаля едва шевелившемуся с его точки зрения медику. — Коли быстрее ему свое снотворное. И валим отсюда.

Только сейчас офицер заметил, что с многих бойцов послетали в пылу схватки противогазы. Как и с него. А значит и их может накрыть глюками. И внезапно понял почему этот паренек с ними дрался с закрытыми глазами — он банально спал и видел какие-то свои глюки. А все остальное сделал в несознанке. Парень просто не понимал, что с ним происходит.

— Быстро валим. — он подал пример своим пацанам и первым подхватил на плечо смотанного, что куль паренька. Его бойцы явно перестарались с путами. Уж больно их впечатлили возможности этого подростка. И отряд рванул оттуда бегом, все быстрее набирая темп.

— Капитан, — возглас одного из бойцов привлек внимание Лыкова, — кажется наш парень приходит в себя.

— Привал, — выдохнул команду офицер и устало привалился к стволу дерева.

Стремительный марш-бросок вымыл из мышц все остатки сил. И спецназеры почти попадали на месте, восстанавливая дыхание.

— Ну как он там? — спросил капитан у проверившего состояние пацана медбрата.

— Пока не знаю — ответил ему подчиненный, — Вроде начал дергаться, но пока в себя до конца не пришел. Ему походу сейчас надо ставить капельницу с абсорбентом, чтобы как можно быстрее вывести из организма яды. Иначе я не ручаюсь, что не будет последствий.

— До больницы не потерпит? — спросил Лыков.

— Уже почти ночь. — пожал плечами проводник и привлек с себе всеобщее внимание. — Вести вас по темноте я не рискну. Ноги себе переломает половина твоих пацанов, капитан. Поэтому мы здесь смело можем устраиваться до утра.

— Ладно, — только скрипнул в разочаровании мужчина. Ему до смерти надоела тайга с ее прелестями и чудесами. Хотелось, чтобы это задание поскорее закончилась и можно было все забыть. — Устраиваемся, ребятки, на ночевку.

Бойцы зашевелились и начали обустраиваться. А медик засуетился вокруг своего пациента.

— Мне надо его развязать, — сказал Лыкову медик, — Хотя бы ненадолго. Что бы нормально обработать его царапины и ссадины. В этом болоте подцепить какую-то гадость через самый минимальный порез легче, чем высморкаться.

— Давай, — согласился со своим подчиненным офицер, — Я тебя с парнями подстрахую, если этот шустрик опять решить помахать кулаками.

Но все эти процедуры удалось провернуть без особых хлопот. Паренек так и не пришел в себя окончательно. Что-то бормотал, звал какого-то Мишку, но так и не проснулся окончательно. Но такое развитие событий бойцов только порадовало. Многие еще морщились от синяков и ссадин, оставленных этим худощавым подростком в том странном месте из полированных камней.

— Скоро должен очнуться, — сказал наконец медик, когда закончил обработку всех ран паренька. — Действие снотворного вот-вот закончиться, а колоть новую порцию просто опасно. Его организм и так перегружен неизвестным галлюциногеном.

— Будем присматривать, — согласно кивнул Лыков. — Еще одного раунда нам совсем не нужно.

Я приходил в себя тяжело. Сознание временами скатывалось в какую-то серую хмарь, то опять выплывало на поверхность, фиксируя разговоры людей в форме.

— Как он умудрился погнуть мне пулемет, — сетовал здоровый мужик своему приятелю около огня, — Да и меня откинул, словно во мне не сто десять килограмм живого веса. А с амуницией и все сто пятьдесят.

— А сам то по виду дрыщ дрыщем. — Согласился с ним другой военный, что набивал патронами магазин своего АК. — А как после выстрела из ружья перед ним появилась силовая пленка, что остановила все пыжи видел? Это что вообще такое? Он вообще человек, или может какой-то пришелец.

— Ну не зря же за ним послали на поиски и спасение целую группу спецназа? — продолжил разговор солдат.

Я застонал, от резкой вспышки боли и мне сразу перехотелось подслушивать чужие разговоры. Да и вопрос где я на какое-то время перестал меня интересовать. Голова раскалывалась как после жуткой попойки. Когда пили все что удавалось найти в полуразбитых магазинах.

Во время гражданской войны мы часто становились свидетелями таких зверств, что по-другому заснуть не получалось. Но сейчас в голове будто устроили жесткий танцпол пара тысяч угашенных в хлам подростков.

— Помогите, — с трудом выдавил я сквозь не послушное горло сидящем не вдалеке военным.

Но рот я открыл зря. Желудок настойчиво попросился наружу, и я едва не захлебнулся целым фонтаном рвоты.

— Держись, пацан, — меня подхватили сильные руки и повернули мою голову набок.

Мое тело опять содрогнулась в спазмах и меня опять вывернуло, но уже только пеной. В организме уже ничего просто не осталось. Но выворачивать наизнанку продолжало еще минут, наверное, десять.

— Пей, — мне сунули в рот кружку с жидкостью, и я попытался взять ее руками. Но не смог. Кисти были туго стянуты белыми пластиковыми стяжками. Плен? Где я?

— Почему я связан? — без помощи рук напиться нормально не получилось. Больше влаги пролилось на меня и держащего меня военного с сержантским погонами, — Кто вы?

— Команда твоего спасения. — Хохотнул сержант, — От тебя самого. Ты как бросаться больше на людей не планируешь?

Я помотал головой в отрицательном жесте и на меня снова нахлынул приступ дурноты. Даже не хотелось думать над тем, а когда это я бросался на военных? Или где мой медведь?

Несколькими движениями сержант срезал с меня стяжки и снова протянул мне кружку с водой.

— Пей, — и добродушно улыбнулся, глядя на мои попытки не послушными руками взять посуду. — Я подержу, парень. Давай тебе надо много жидкости пить. Так сказал наш медик.

— Спасибо, — в несколько глотков я снова опорожнил посуду и наконец понемногу начал соображать.

— А где мой медведь? — наконец мой разум достаточно прояснился для вопросов.

— Какой еще… — аж подавился воздухом на полуслове из-за моего вопроса военный.

— Говорящий и очень большой. Мы вместе были. — С каждым новым словом, сказанным мной и самому, начинало казаться, что я несу полнейший бред. Опять заболела голова и виски прострелило очередным приступом боли.

А у сержанта натурально начали округляться глаза. К нам подошел здоровенный мужик с капитанскими погонами.

— Здорово, пацан, — он протянул мне широкую ладонь, — Я Иван. Командир этой группы, что послали тебя спасти от твоего похитителя.

— Владимир, — я пожал крепкую руку офицера и болезненно сморщился. Самочувствие не собиралось приходить в норму.

— Ты уже можешь нормально соображать? — он вгляделся мне в глаза и удовлетворенно кивнул. Увиденное офицера похоже устроило.

— Не уверен, но вроде бы относительно могу. — я дал капитану более осторожный ответ. Потому что те события, что мне помнились сейчас выглядели не очень нормальными. Говорящий медведь. Я-Зверь и все остальное теперь начало казаться абсолютным бредом, стоило мне только копнуть чуть поглубже. Хотя в идее объединения сознания с подсознанием что-то было. Я вспомнил магов-метаморфов из своего времени. Они умудрялись на короткое время особой техникой медитации поднимать возможности своего мозга на порядок. У них, конечно, очень особые отношения с собственным организмом, но в этой идее определенно что-то было.

— Что со мной было? — я наконец отчаялся разобраться в своих воспоминаниях и задал вопрос, продолжавшему меня изучающе рассматривать капитану. Словно пытался во мне рассмотреть кого-то другого.

— С тобой? — Иван перекатил в зубах травинку и подал мне новую кружку. На этот раз с дымящимся бульоном из сухпая. — Скажем так. Мы нашли тебя в несменяемом состоянии посреди каменных блоков и скульптур, не понятно, как оказавшихся на богом забытом болоте. Ну или мы тоже надышались той же гадости, что и ты. И дружно видели одинаковые глюки. Ну откуда посреди тайги и болот найдётся свеженькая копия Стоунхенджа с вырезанными из камня странными мужиками.

Капитан хохотнул в голос, но я его не поддержал. Рассказанное капитаном о мегалитическом сооружении мне напомнило кое, о чем, что я уже видел.

— Не надышались. Это древний Гиперборейский механизм. — задумчиво пробормотал я, не обратив внимания на осекшегося и замолчавшего офицера. — Да скорее это Стоунхендж грубая подделка под оригинал, что вы видели. Теперь многое становиться на свои места.

Я осекся, поймав на себе крайне задумчивый взгляд офицера спецназа. Словно он прикидывал как меня связать по аккуратнее.

— Я в норме, — вскинул вверх руки, показывая свое относительное здравомыслие, — И не собираюсь делать никаких глупостей.

— Парень, — Лыков выглядел несколько растерянным и не знал, как по вежливее выразить свое сомнение в моей не адекватности, — Ты сам-то себя слышишь? Ты всерьез говоришь о Гиперборейском механизме в этих болотах. Это вообще что такое? Может лучше тебе какой-то успокоительный укольчик сделать?

— То есть вас самих ничего не смущает в том, что вы видели? — Я вздохнул и протянул ладонь вперед. — В этом мире есть целая куча всего, товарищ капитан, о чем вы и понятия не имеете. Смотрите.

Над моей ладонью сначала робко, а затем все ярче засиял светляк, окутав весь ночлег отряда призрачным синеватым сиянием. Я даже улыбнулся при виде отвисших челюстей тертых опытных мужиков. Это простейшее плетение скоро такими темпами станет моей визитной карточкой. Хоть на гербе своего будущего рода рисуй. Каждому Фоме Неверующему приходиться демонстрировать. А что подходящее плетение — силы жрет совсем капли и при этом очень наглядное.

— Дай сигарету, — Лыков не глядя протянул руку и вытянул из губ своего сержанта раковую палочку.

А тот даже не заметил. Так и сидел с малость отвисшим подбородком. И пялился на крохотный переливающийся оттенками синего огонек у меня над ладонью.

— Что это или точнее, как это? — справившись с непослушными пальцами и сделав глубокий, до кашля, затяг, спросил у меня капитан. — Может мы все же надышались тем галлюциногеном, о котором предупреждал Иван Сильвестрович?

Последний вопрос Лыков задал с такой мощной затаенной надеждой, что я едва не рассмеялся такому не истовому желанию человека не верить собственным глазам. Но сдержался. У мужика и так рушился весь мир. Не стоит еще и смеяться над ним, добивая своей реакцией.

— Это, — я заставил огонек воспарить над моей ладонью вверх, а затем сжал кулак, погасив свечение энергии. — Просто магия, капитан. Самое обычное волшебство.

— Бл…дь, — выругался офицер и выкинул окурок, что дотлел до фильтра. — И почему я так ждал какого угодно ответа, кроме этого. Даже на инопланетян был согласен.

— Ну извините, — я протянул пустую кружку сержанту и одними глазами намекнул служивому на добавку. — Как говориться не я такой. Жизнь такая.

— И что теперь? — Задал вопрос Лыков, прикурив следующую сигарету, что опять стрельнул у подошедшего сержанта с полными кружками.

— Как что? — Я даже удивился такой постановке вопроса или скорее растерянности, что прозвучала в голосе прошедшего огонь и воду спецназовца. — Забудь и живи дальше.

— Да я не об этом, — отмахнулся капитан. — Что будет с нами — со страной, с миром вообще дальше. Приход настоящей магии все изменит. Переломает старый мир в труху.

— А старый мир и так сломан в 22 году и уже не будет прежним. А дальше, — я взял протянутую кружку с горячим сладким чаем из рук сержанта и одним махом выпил почти половину. Жажда с трудом снимала с меня свои оковы. — Как всегда — война. Прямая и не очень. Где на кону наша жизнь. То есть ничего особенного, товарищ капитан. Все, как всегда.

— Все как всегда, — задумчиво повторил мои слова офицер. — Все, как всегда.

Я, не удержавшись, широко зевнул. Измученный последними днями организм настойчиво требовал, как можно больше покоя.

Лыков заметил мое сонное состояние и кивнул. Отдыхай, мол. Потом поговорим еще. И встал на ноги, едва не опрокинув кружку с чаем, которую я так и не допил, и отставил в сторону.

А я уснул, едва не сразу как залез в предоставленный мне спальник. Сержант еще хотел о чем-то поговорить, но я уже его не услышал, уплыв в царство снов. Даже вездесущие сибирские комары не особо мне мешали, настолько я был вымотан. Сновидений почти не было. Показалось, что только закрыл глаза и вот меня уже будят.

— Встаю, — пробурчал я, как всегда с утра крайне недовольный всем миром.

Будил меня задорный парень с медицинской сумкой на боку и целой кучей веселых историй, что он не замедлил вывалить в окружающее пространство за несколько минут пока осматривал меня.

— А у вас кофе найдётся? — Почти взмолился я и яростно растер не желавшие открываться глаза.

— Найдётся, — обнадежил меня медик и показал на костерок, над которым колдовал вчерашний сержант. — Вон иди к Игорю. Он сегодня за старшего над кухней. Если будет добрым, то выделит тебе бодрящего напитка. Я со своей стороны возражений не имею. Твой организм восстановился удивительно быстро.

Я попытался опереться на покалеченную ногу и пошатнулся. С ненавистью посмотрел на подводившую меня в который раз конечность.

— Дадите какую-нибудь подходящую палку? — Я мрачно посмотрел на медика, что с интересом энтомолога изучал мои попытки двигаться. Словно бабочку на булавке, блин. Неприятно быть в чужих глазах всего лишь любопытным объектом. Я скрипнул от злости зубами, и парень заметно смутился.

— Да, сейчас. — он метнулся к недалекой кучку веток и за несколько минут выбрал мне вполне удобный посох по моей руке. — Прости.

Не до конца, похоже, зачерствевший душой парень покраснел и извинился.

— Просто, понимаешь, — замялся медик и постарался объяснить мне свой не особо здоровый интерес к моей персоне, — мне наши парни не поверили, что у тебя повреждена нога и ты с трудом передвигаешься.

— А почему? — Вяло поинтересовался я, надевая великоватый камуфляж, выданный от щедрот бойцов.

— Ха, парень. Да ты вчера раскидывал как котят наших бойцов. — Заулыбался медик, что моментально вернул себе хорошее расположение духа. — Тебя не смогли скрутить самые лучшие наши рукопашники из подразделения. А после того, как я им сказал, что ты еще толком не можешь нормально ходить, то меня вообще на смех подняли пацаны.

— А — а — а, — без особого интереса кивнул я медику. — Понятно. Мне казалось, что я с врагами дерусь просто. Очень хитрый эффект у тех камней, что вы видели вчера. Мозги перекручивает на раз.

— Доброе утро, — кивнул я сержанту, что суетился около котелка, одуряюще пахнущего свежезаваренным кофе. Причем не плохим. Кто-то из пацанов явно завзятый кофеман, если озаботился качественным напитком для отряда. Вряд ли интенданты выдают всем желающим хороший бразильский напиток.

— Угостите, пожалуйста, — попросил я Игоря.

— Без проблем. Тебе сколько сахара? — он набулькал мне полную кружку и замер рядом и с пораженной мордой посмотрел на мою хромую фигуру.

— Без. Грех такой напиток портить подсластителем. — я взял из рук сержанта парящую кружку и поморщившись устроился на поваленном стволе.

— А как ты? — Не выдержал рвавшегося изнутри вопроса Игорь и не особенно вежливо ткнул поварешкой в мою ногу.

— Магия, — не стал я вдаваться в детали выпил первый глоток бодрости. Даже фантомное желание закурить из прошлой жизни под такой чудесный напиток стрельнуло отблеском сожаления.

Вояки на меня странно косились, но новых вопросов задавать не стали. Видимо и так не могли сложить в кучу все виденные ими факты.

— Завтрак скоро? — Из спальника выбрался мятый и не выспавшийся Лыков. Ему судя по всему этой ночью было совсем не до спокойного сна.

— Почти готово, командир, — отозвался сержант, — Наш охотник решил нас порадовать своей особенной кашкой и сказал, что еще минут десять и все. А я решил не спорить с Иваном Сильвестровичем. Ну и правда — чего нам за зря сухпай жевать если есть возможность поесть что-то эксклюзивное.

— Годится, — согласился с колдующим над кофейным котелком, подчиненным капитан и пошел в сторону кустов с вполне определенными утренними потребностями организма.

Солнцу наконец надоело светить вдалеке за горизонтом и первые лучи окрасили тайгу новыми цветами дня.

Вскоре по всей поляне пронесся чарующий запах. И даже у еще спавших спецназеров во сне задергались ноздри. Вскоре из-за угла вынырнул с котелком охотник.

— Ну что налетаем, пацаны, — весело заулыбался Иван Сильвестрович в свою бороду, глядя на всеобщий проснувшийся энтузиазм.

Я сам внезапно ощутил прямо дичайший приступ голода. За пару минут до появления на поляне запаха и не подозревал, что настолько хочу жрать.

— Мне первому, — я в наглую влез первым в очередь, пока основная часть лагеря продирала глаза и принюхивалась. Ну а как же. У детдомовцев просто поразительная чуйка на вкусняшки. И нет. Кормили нас там нормально. Более или менее сытно. Но без всяких вкусных по-домашнему мелочей. И поэтому на такие вещи нюх у наших ребят вырабатывался просто собачий.

— Э, малой, — попытался возмутиться сержант. Не то что ему было жалко. Просто из чувства противоречия. Ну как это так, какой-то мелкий пацан (Пусть и странный донельзя) смог опередить самого сержанта. В армейском то подразделении. Причем по поводу пожрать. Вокруг послышались смешки от сослуживцев, а я подмигнул Игорю и уже протягивал подхваченную по пути миску.

— Стареете, товарищ сержант, — не сдержал внутри кто-то из спецназеров свое ехидство, — Уже молодежь на пятки наступает. Сто процентов на твое место метит. А чего боец классный. Вон нам как люлей вчера навешал. А то, что худой не страшно — откормим.

— Ей, а я как же? — Со смешком возмутился замечанию сослуживца Игорь, — Ты готов так просто променять старого боевого товарища. Эх ты. А я еще тебя прикрывал перед капитаном при твоих косяках. Нет у людей благодарности. Совсем нет.

— Не правда, — продолжил здоровый мужик с погнутым пулеметом. (похоже моя работа, не думаю, что русскому спецназу выдают для охоты на вампиров пулеметы с кривым стволом). — Я наоборот о вас беспокоюсь. Выйдете на пенсию и рванете куда-нибудь в Крым отдыхать и к девчонкам клеиться. В стране демография не очень. Президент сказал повышать надо. Вот и будешь выполнять самый приятный приказ Верховного Главнокомандующего. Настрогаешь нам кучу маленьких сержантиков.

Все вокруг громко заржали. Причем здорово и очень жизнерадостно. Воистину ценить больше всего даже такие простые мелочи жизни умеют лучше всех те, кто хорошо знаком со старухой. Той самой, которая фанатка сенокоса, и нигде не расстаётся со своим инструментом.

— Глыба, — вынырнул из подлеска капитан, — А тебе бы не помешало в Комеди клаб сходить или там на КВН. Чего ты только нам с парнями жизнь продлеваешь регулярно. А как же забота о гражданском населении страны?

— Ну шутить у нас мастаков куча, — Не согласился пулеметчик, пристраиваясь рядом со мной и тоже протягивая миску за кашей. — А стреляю как бог я один.

Вообщем завтрак пролетел весело. Парни из спецназа оказались на удивление спаянными и очень дружными. И как мне показалось очень давно знакомыми. Шутили и смеялись они во время за завтрака обо всем. Кроме войны. Эту тему они обходили по общему молчаливому согласию. И я их понимаю. Война на Украине оставила каждому из не безразличных граждан России свой шрам на сердце. Мозгами ведь легко понимать ее необходимость. Но вот сердце предательски сжимается при вестях оттуда. Мы все ведь привыкли большинство украинцев воспринимать как своих. И тем страшнее оказалось то понимание, что очень многим там удалось за эти тридцать лет свернуть мозги набекрень. Всей страной мы каждый день войны понимали, что сделали определенные специалисты из таких же по крови людей, как и мы. Не всем, конечно, но все же ….

Запиликала рация вызова и капитан отвлекся от своего кофе.

— Прием, я вас слушаю, птичка. — В ответ в наушнике Лыкова что-то не слышно для меня протрещало, но судя по разгладившемуся лицу офицера вести были из разряда приятных. — Просто отлично парни. С меня коньяк. Все сделаем и на точку выйдем.

— Пацаны, — и Иван широко улыбнулся, — нам не придётся совершать весь обратный маршрут на своих двоих. Пилоты нашли местечко для посадки поближе. Всего километра 3–4 отсюда, а потому скоро отстреляемся.

И поляна потонула в одобрительном гуле, малость замаявшихся шастать по не пролазанным дебрям Сибири, спецназеров.

Обрадованные этими вестями солдаты собирались быстро. Не прошло и четверти часа, как наше пристанище на время ночи стало выглядеть на мой непрофессиональный взгляд слабо отличимым от соседних диких полянок. А после того, как Иван Сильвестрович исправил одни ему видимые огрехи, то и думаю охотник со стажем не сразу найдет следы нашего пребывания.

Но шли мы не особенно быстро. Моя нога не была способна даже с опорой на посох поддерживать темп движения полностью здоровых бойцов. А спецназеры похоже не особо возражали. Видимо вчера набегались, а сегодня по полной пользовались не большой передышкой. То-то вчера большинство попадало как загнанные кони. Когда меня привели в относительный порядок почти все уже видели десятые сны.

— Слушай, может тебе помочь идти? — Не выдержала-таки командирская душа расслабленности подразделения и капитан подкатил ко мне с провокационным предложением. За его спиной веселый пулеметчик Глыба состроил настолько уморительную морду и молитвенно сложил руки, словно взывая к моей совести. Я даже не сдержавшись прыснул. Отдыхал все-таки душой с простыми работягами войны. Или не совсем простыми. Уж больно движения у ребят были цепкими и профессиональными. Сам таким был в прошлой жизни, пусть и с другой скажем так специализацией. С магическо-штурмовой, ага.

— Я если будет надо, товарищ капитан, побегу впереди всех. — Отсмеявшись сказал грозно зыркавшему на своих пацанов офицеру. — Просто тех самых сил у меня не много. Стараюсь их не тратить просто так. Вот если вампир заглянет в гости, то моментом включусь. А так на всякий случай по берегу свои фокусы на крайний случай.

После моих слов видимая расслабленность с лиц бойцов схлынула сразу. Сразу как-то завяли улыбки и все подразделение, хоть и не прибавило темп своего передвижения из-за моей хромоногости, но стало передвигаться гораздо тише и аккуратнее. Словно из-за моих слов внезапно ожидали, что вампир выпрыгнет из-под ближайшего куста.

— Володя, — чуть придержал меня за рукав камуфляжа Лыков, — расскажи о этих вампирах?

— А вы уверенны? — Задал я встречный вопрос. — Сейчас вы можете просто все забыть и спокойно продолжить дальнейшую службу.

— Уверен, — мрачно ответил мне капитан. — Тут вопрос в том, что я хочу сравнить некоторые свои наблюдения о войне на Украине с твоими данными. Появились у меня скажем так некоторые подозрения. А ты, уж не знаю откуда, очень много знаешь об всей этой чертовщине.

— Это очень древние твари, — вздохнул я начал по тише говорить, чтобы на не слушали остальные. Зачем взрывать мозг тем, кто о этом не просил? — Появились они в очень давние времена. Около 12 тысяч лет назад. До не давнего я считал, что пока они все спят и проснуться только через два с лишним года. Как показывает практика — я ошибся едва не в последний раз в своей жизни. Что еще?

Я на несколько секунд задумался, суммируя накопленные за долгую войну свои знания о кровососах.

— Регенерация у них бешенная, но работает только при доступе к свежей человеческой крови. Любят ночь. В темное время суток эти ребята на порядок эффективнее. Все чувства острее обычных человеческих. Владеют чем-то вроде супер продвинутого внушения. За редким исключением прямо на ходу способны ввести в транс человека и могут заставить его после сделать очень многое, что напрямую не противоречит базовым человеческим инстинктам.

Рядом отчетливо скрипнул зубами капитан. И его лицо исказилось гримасой ненависти.

— Вы чего, товарищ капитан? — Я сжал плечо мужчины, что сейчас с трудом боролся с бешенством, кипящим внутри него, судя по всему.

— Эти твари в Мариуполе командовали «Азовцами» судя по всему. — Лыков выдохнул и его лицо приобрело нормальный цвет. — После штурма мы нашли подвалы, забитые телами гражданских и наших пленных, которых словно рвали дикие звери. А советники из НАТО, словно сквозь пальцы ушли из наших рук. А они там точно были. По рации с ним пытались договориться о выходе гражданских под огнём. И еще нацики почти все были словно со стеклянными глазами. Ну не может нормальный человек, словно зомби разбивать снарядами собственный дом. Причем у некоторых остались родственники в домах, по которым они стреляли. Я там тогда этого понять не мог. Просто в голову не укладывалось.

— Отряд стой, — спереди колоны раздался негромкий голос проводника, — Тут скулеж какой-то из-за деревьев.

Я протиснулся вовнутрь строя, столпившихся впереди спецназовцев.

— Что тут? — Я едва не попрыгивал за спинами мужиков, что закрыли мне весь обзор.

Снова кто-то пронзительно… заплакал? Я не мог толком разобрать, что происходит. Спецназовцы и не замечали моих попыток протиснуться внутрь их строя. Куда там моим сорока с небольших килограммов до массивных туш бойцов. Нажрали, блин, ряхи. Мало их капитан гоняет.

— Ну пустите, блиин, — я наконец продавил последнюю преграду отчаянным усилием и по инерции едва не уперся носом в землю. Меня на лету поймала сильная рука Ивана Сильвестровича, что стоял чуть впереди остальных.

— Убьёшься, пацан, — буркнул наш проводник и выровнял мою тушку в пространстве одним движением. — Куда так лезешь-то?

— А что тут… — я осекся, не договорив своего вопроса.

Происходящее на затерянной лесной поляне было ясно без дополнительных пояснений со стороны. Привалившись боком к валуну уже хрипела, умирая огромная мама-медведица. А посреди ее передних лап плакал совсем еще мелкий медвежонок. Хотя, наверное, даже не плакал. Рыдал с невероятным отчаяньем и горем, потерявшего все и вся существа. Словно понимал, что смерть медведицы-мамы для него тоже означает неминуемую быструю гибель от когтей других хищников или, если уж совсем не повезет, то долгую от голода.

Малыш на секунду замолчал, набирая воздух в свою тощую грудь для нового плача, но вдруг заметил посторонних на таежном лугу. И посмотрел на меня пронзительным взглядом. Показалось, что медвежонок мне заглянул в самую душу. (Это приблизительно то, что увидел главный герой при этой встрече.)

Память ворохнулась и наружу вылезли воспоминания о навеянной иллюзии. И мой друг Мишка. Могучий и надежный одиночка, который пусть и во сне меня понял.

— Не подходи, — мое плечо сжала рука Ивана Сильвестровича, а я с удивлением обнаружил, что сделал шаг вперед к малышу-медвежонку. — Не смотри, что животное при смерти. И отголосков ее агонии хватит, чтобы вскрыть тебя как консервную банку.

— Пошли, ребята. Нам пора. — Сказал Лыков и отряд начал строиться в походную колонну. — Скоро за нами прилетит вертолет.

— Идем, парень. Мы им все равно не поможем. — Меня с силой за плечо повернул Иван Сильвестрович. — Агония медведицы может длиться еще несколько дней. И она к себе никого не подпустит, чтобы забрать малыша.

— Нет, — я даже сам себе не смог объяснить свое решение. Скорее всего подросток в моем сознании занял гораздо больше места, чем я сам себе думал. Раньше. В прошлой жизни я бы скорее всего прошел мимо, едва заметив маленькое плачущее тельце умирающего медвежонка. Война сделала меня не то что бы совсем безжалостным. Нет. Просто все мои теплые чувства остались только для своих. А остальные проходили по остаточному принципу. Каждый тяжелый и неоднозначный выбор в жизни всегда забирает что-то у человека, что вынужден принимать такие решения. Но это было тогда. Как я уже говорил, после переселения в свое детское тело кое-что изменилось. Моя способность к сочувствию вернулась отчасти к светлым детским стандартам, когда нормальный человек не способен пройти мимо страданий другого.

— Нет, — повторил я и посмотрел на нашего проводника вспыхнувшими от влитой магии глазами. — Мы заберем малыша с собой.

— Не дури, пацан, — только и успел крикнуть мне кто-то из вояк, как я уже твердо шагнул вперед на допинге из магии, что в моих жилах начала кипятить кровь.

Медведица словно поняла, что я хочу сделать. Или мне просто захотелось это увидеть в глазах умирающего животного?

Она подтолкнула носом ко мне своего верещавшего малыша и словно замерла на секунду, приоткрыв мне беззащитную шею

— Прости, — сам не знаю зачем прошептал я и вонзил украдкой вытащенный у Ивана Сильвестровича охотничий клинок под подбородок маме-медведице. Малыш ничего не заметил. От последнего движения своей мамы он буквально кубарем закатился ко мне в свободную руку, и я плотно прижал его к себе.

Спасти ее все равно бы не смог. Я даже не понимал почему умирает эта могучая темно-бурая машина. В истинном зрении на ее ауре быстро расползались темные пятна неизвестного мне воздействия, хотя ее шкура была целой и чистой. Без каких-либо ран и увечий. Да и эти черные пятна совсем не похожи на видимые мной в прошлой жизни проклятия и болезни. Ну и лекарь из меня, что пуля из отходов животноводства если честно. Не до этого направления магических дисциплин мне было всю жизнь. Проклятая война.

— Держите, — я протянул заляпанный кровью и мозгами медведицы клинок обратно охотнику. Тот задержал на лезвие свой взгляд, не решившись поднять голову и взглянуть в мои пылавшие синими искорками магии глаза. Тертого опытного мужика пугал не мой поступок. Тут он меня скорее поддерживал. Его ужасало то пламя магии, что все сильнее и сильнее разгоралось во мне. Или точнее то, что приход позабытых сил нес в этот мир.

Ведь очень тяжело отказываться от привычного, нормального мироустройства к которому ты так привык. Даже если этот мировой порядок откровенное дерьмо. К нему постепенно привыкаешь и начинаешь жить, не замечая всего уродства, что лезет наружу из каждой щели. Так проще.

— Дарю, — пробормотал Иван Сильвестрович и стянул ножны со своего ремня. — И еще держи. Они все равно сделаны специально под этот нож.

— Спасибо, — я с удовольствием принял подарок. Несмотря на то, что его мне сделали отнюдь не из чувства благодарности или еще какого-нибудь светлого и чистого побуждения. Просто мужику было откровенно страшно прикасаться к тому, что побывало в руках колдуна. Я это понял, когда заметил, что Иван Сильвестрович не переставая теребит скрытый под одежкой крестик. Да и меня в отличие от остальных бойцов он тщательно избегал всю дорогу. Но нож был классный, а потому я был охотнику искренне благодарен. А его суеверия — это такие мелочи на фоне всего того, что нас ждет впереди. А потому зачем обижаться и отказываться?

— Идем, — я повернулся к остальным и подмигнул мрачному капитану и довольному почему-то Глыбе. Пулеметчик украдкой показал мне большой палец и улыбнулся. И похоже он не единственный кто в этом отряде бойцов одобрял мои действия.

— Вперед, — скомандовал капитан и в последний раз зыркнул на меня. — И потуши свои фонари. Отвлекает.

Молодец мужик. Упертый и всегда готов оставить за собой последнее слово, даже если многое из происходящего остаётся за пределами его понимания.

Я улыбнулся и наглаживая постепенно начавшего успокаиваться малыша пошел следом за спецназом. Помощь мне никто не предложил. И не потому, что не хотели. Просто мне показалось, что в какой-то степени бойцы признали мое право быть сильным. Быть воином и мужчиной. А он должен отвечать за все свои действия в полной мере. За плохие и особенно за правильные, хорошие. За последние зачастую намного больше, чем в противном случае.

Маленький мишутка у меня на руках наконец задремал или просто впал в ступор, но оставшуюся до поляны дорогу он только тихо сопел у меня на руках. И лишь изредка поднимал на меня свои не по-медвежьи пронзительные глаза. Я раньше никогда не возился даже с собаками или кошками. Слабо себе тем более представлял медведей. Но этот малыш мне показался через чур сообразительным для простого животного.

Присмотрелся к ауре малыша и с удивлением увидел синие пятнышки в ауре. Похоже его мамаша пока была беременна жила в окрестностях мегалитического комплекса Гиперборейцев на этих болотах. И медвежонок родился магическим мутантом. Теперь понятно почему она умерла — перенасыщение взрослого организма магией очень часто вызывает что-то вроде анафилактического шока. Не развитая энергетика рвётся и органы начинают отказывать один за другим. Если медвежонок в ее утробе смог мутировать и приспособиться к магическому фону, то мамаша с трудом смогла выносить своего детеныша и потом почти сразу погибла.

Когда магия возродилась на планете именно поэтому погибло очень много людей сразу. Особенно старшего поколения. Им было почти невозможно приспособиться к радикально изменившейся внешней среде.

Послышался рокот и над тайгой мелькнула крылатая вертолетная тень.

— О, — пропыхтел, с трудом поспевающий за мной на магическом допинге, сержант, — А вот и наши птички прилетели. Скоро будем дома.

На импровизированный аэродром подскока мы вывалились из тайги примерно через минут двадцать. Я не успел и устать и даже удивился про себя. Похоже мои резервы изрядно подросли, пока бегал по лесу в забытье и видел красивые сочные иллюзии, навеянные коварным механизмом Древних.

И в принципе не удивительно — как минимум сутки я эксплуатировал свой организм за пределами человеческих возможностей, постоянно подпитывая себя искрами магии.

А при таком режиме целых три варианта развития событий — сможешь развиться, погибнешь или станешь магом-калекой мало на что способным. Меня даже передернуло от подобных перспектив. Повезло, что парни капитана меня вовремя вытащили. Сколько бы я еще выдержал без фатальных последствий для организма и психики ведомо только Небу.

Медвежонок заворочался у меня на руках и что-то пропищал на медвежьем своим окончательно сорванным рыданием горлом.

— Товарищ капитан, — обратился я офицеру, что начал собирать в кучу своих бойцов, параллельно давай втык особо провинившимся с его точки зрения.

— Чего тебе? — Лыков жестом отпустил бойца и его подчиненные начали грузиться в аппарат.

— А вас сгущенка или еще лучше обычное молоко есть?

— Ты своему зверю? — моментально разобрался в моих мотивах спецназовец, — Сейчас, подожди пару минут, я попытаю своих тайных сладкоежек. Молоко, конечно, вряд ли. Но банку сгущенки у кого-нибудь обязательно отожму в фонд дикой природы.

Тайным сладкоежкой оказался, что удивительно сержант. Никогда бы его не заподозрил в таком вкусном пороке. Но распотрошив его рюкзак пацаны вдоволь поржали над его стратегическими запасами. Даже у капитана разгладилось лицо и появилась тень улыбки при взгляде на целый ворох шоколадок, конфет и одной-единственной заначенной банки сгущенки.

— Изверги, — пробурчал, впрочем, мало огорченный Игорь и вручил мне самолично лакомство для моего медвежонка, что от испуга и такого внимания с кучей незнакомых запахов забился мне под камуфляжную куртку. И только изредка показывал наружу свой любопытный нос.

— У нас еще есть минут десять? — поинтересовался я у Глыбы, что с огромным интересом с некоторыми пацанами приготовился наблюдать за моими попытками кормления малыша.

— Капитан сказал, что полчаса у нас еще есть. — Пожал в ответ плечами пулеметчик, что продолжал давить на мою совесть погнутым стволом своего орудия труда. — Ему там надо с кем-то пообщаться, а летуны не особо и спешат. Им метеоусловия чем-то не нравятся.

— Ну и лады, — согласился я и попросил у бойца, протягивая ему жестянку — Вскроешь?

Поначалу малыш не пожелал показывать свой нос наружу. Он вцепился в мою одежду когтями с такой силой, что его бы пришлось отрывать оттуда с изрядной угрозой целостности камуфляжки. Пришлось ему мазать нос белым сладким лакомством. Медвежонок поначалу фыркал и возмущался, в упор не понимая, что надо слизывать сгущенку.

Спецназовцы покатывались со смеху уже всем кагалом, наблюдая за моими мучениями. Но по чуть-чуть распробовала моя не жданная меховая проблема, то чем я его пытался покормить. И тогда его еще пока не особо большие клыки щелкнули почти рядом с моими пальцами.

— И-и-ии, не, паразит. Не согласен. — возмутился я, — А ну выползай наружу зародыш Хозяина Тайги. За пазухой ты больше на меня прольешь, чем съешь.

Так мне с трудом и не малыми усилиями удалось выманить медвежонка наружу. Тот поначалу едва опять не прыгнул обратно ко мне, но затем повел черным носом четко определив где прячется белая прелесть и начал мучать вскрытую банку.

Все конечно, мелкий не съел. Больше, как я предполагал по разливал и размазал по всей своей наглой медвежьей морде. Но пока он был еще совсем мелким и для ощущения определенной доли сытости Мишутке лакомства хватило. Впрочем, как и запаса позитива для целого стада жеребцов, не ведомыми путями оказавшегося посреди глухой тайги. По крайней мере мне так показалось, когда я мучился с медвежонком, что словно на публику выдавал те еще коленца. То полностью засунет свою мордочку в баночку и ревет не в силах справиться с жадностью и выплюнуть обратно попавшую на язык, но не проглоченную сгущенку. То еще какой прикол. Вообщем полчаса пролетели моментом.

И уже было пора грузиться на борт.

— Ей, — возмутился вышедший нас встречать летун, — на борт с животным нельзя. Тем более диким.

— Он остался без мамки и умрет, если не забрать его с собой, — сказал я летчику и посмотрел на него. — Буянить малыш не будет. Гарантирую. Считайте, что он под снотворным.

— Все равно не положено, — совсем еще молоденький летчик уперся и ни в какую не хотел отступать, — У меня инструкция.

И попытался силой вырвать у меня из рук малыша. Это он зря. Я все еще не отпустил магический допинг и четко видел начало движения.

— Тронешь мальца — я тебе руку сломаю, — капитан пообещал это молоденькому летчику таким спокойным и серьезным тоном, что я враз поверил офицеру. Как и пилот, почему-то побледневший. — Ты сейчас просто водила заказанного рейса. Поэтому вези и не бузи. Ответственность за все происходящее на мне. И за медвежонком есть кому присмотреть. Понял, парень?

Тот только кинул и не стал ничего больше говорить. Только бросил на меня злобный взгляд, разом назначив меня виновным в своем унижении в глазах девушки-пилотессы, что с интересом наблюдала за происходящим.

— Залазь, — девушка протянула мне руку и втянула внутрь салона. — И откуда у тебя, малыш, эта прелесть?

Она, только втянув меня в салон, подробно рассмотрела предмет нашего спора с вторым пилотам.

— Да так, — я с деланным безразличием махнул рукой и позволил восхищенной пилотессе потискать маленькое пушистое чудо, что даже и не соизволило разлепить свои глаза. — В лесу выменял на совесть.

— Ха-ха-ха, — засмеялась на мою реплику девушка, что пришла в экстаз от няшного зрелища спящего медвежонка, перемазанного сгущенкой. Как и лихие спецназовцы, что засмотрелись ладной фигуркой в обтягивающем летном комбинезоне.

— Света, надо взлетать. — Выглянул из кабины и еще больше нахмурился не вежливый пилот винтокрылой машины.

— Пять минут подождут, Вася, — отмахнулась от него девушка и продолжила гладить Мишутку, — Правда, мальчики?

Мальчики, как загипнотизированные качнули головой на изящный жест девушки. В этот момент они могли согласиться и со скалы скинутся в угоду желаниям этой красавицы. Определенные женщины имеют почти магическую власть над мужчинами. И это без капли волшебства.

Я даже порадовался своей пока еще слабо работающей тестостеронной системе. Не хватало мне терять голову еще сейчас. Правда скоро мой организм отойдет от больниц, где я лежал после ранения. Но к тому моменту я надеюсь научусь себя контролировать. Магия мне в помощь. Уж очень интересно выглядели здоровые сильные мужики на секунды, потерявшие над собой контроль.

— Ладно, пора лететь. — С сожалением отпустила шерстку моего Мишутки Света и пошла на пилотское кресло. — И все-таки он прелесть.

Девушка на прощание сверкнула мне и парням белозубой улыбкой и спрятала себя за непрозрачным пилотским шлемом.

— Ну что домой? — Со мной рядом приземлился чем-то очень довольный капитан.

— Типа того, — согласился я и поморщился. После того как наконец уселся, перестал магией поддерживать организм и боль в суставе вернулась с новой силой. Словно из-за всех сил старалась напомнить о себе. Обидно этой заразе что ли, когда о ней забываешь?

Долетели мы до объекта Муромцева относительно быстро. Я всего на несколько минут последовал примеру мехового комка у меня за пазухой, что с поразительным равнодушием отреагировал на грохот турбин и нагло продрых весь путь.

— Володя, — профессор перехватил меня сразу после того, как с трудом выполз из крылатой машины. Суя по всему ученый искренне за меня волновался. По крайней мере мои плечи он сжал с недюжинной силой и словно разом выразил все свои эмоции в скупом жесте.

— А зачем ты притащил сюда этого зверя? — Муромцев заметил любопытный черный нос, что высунулся из-под моей камуфляжной куртки. — Давай я сейчас наберу знакомым и его заберут в зоопарк?

— А Мишутка очень необычный зверь, Александр Львович, — я с благодарностью кивнул седому ученому и взял предложенную им трость.

— И в чем? — сориентировался проф и поприветствовал выгрузившегося капитана кивком и внимательным взглядом. Судя по всему, мысли Муромцева сосредоточились исключительно на тех событиях, что произошли не давно в его отсутствие на объекте. И его слабо интересовал мой новый питомец.

— А на него еще в утробе начала действовать магия мегалита Гиперборейцев, — я разглядел спешившие на аэродром автомобили, что поднимали своим движением пылевой шлейф. — И поэтому вы перед собой видите крайне редкую в нынешних временах аномалию — магического зверя-мутанта. Если его тупо отправить в стандартный зоопарк, то медвежонок в условиях слабо энергетического фона просто начнет хворать и скоро умрет. А я смогу его вырастить.

— А зачем? — Начал спрашивать Александр Львович, и сразу уточнил, видя, что меня удивляет отсутствие энтузиазма у него, — Нет, мне будет крайне любопытно исследовать это существо. И совсем не откажусь по изучать, но ты мне почему-то кажется будешь совсем против такого варианта.

— Из него можно будет вырастить очень полезного в грядущих войнах бойца, — слегка покривил я душой и не стал добавлять, что с большой долей вероятности Мишка будет просто чуть крупнее и умнее своих диких собратьев. Как целенаправленно развить в мутанте нужные качества в будущем мы, так и не поняли. Несмотря на то, что видели не раз перед собой примеры могучих зверей-мутантов способных раз на раз разобрать в прямом бою танк. И зачастую с прикуской в виде роты обычных солдат. А после того спокойно уйти, разметав подошедшую подмогу в виде не особо сильного мага.

С такими мы старались без особой нужды не связываться. На слабеньких магических мутантов, конечно, охотились ради ресурсов спаянные команды охотников. Но с действительно могучими старались не связываться в одиночку даже самые могущественные колдуны и вампиры планеты.

Но Мишутку я взял совсем не из-за достаточно малого шанса вырастить такого могучего бойца. Просто то видение так полностью меня и не отпустило. В глубине души я видел в маленьком меховом сладкоежке друга, подсознательно надевая на малыша придуманный воспаленным сознанием образ.

— Ладно, — не стал спорить с такой мелочью Муромцев, — Ты пока иди. Вон тебя Настя встречает. В твоем коттедже навели полный порядок и его закрепили за тобой. Отдохни пару часов и подходи в мой кабинет. К тебе есть очень важный разговор. И вот еще что.

Александр Львович махнул рукой наконец освободившемуся капитану, намекая на разговор и продолжил.

— Понимаю, что сейчас не до этого, но в какой стадии обещанные тобой аккумуляторы?

Я прикинул, что мне надо для того чтобы закончить. И сам про себя усмехнулся. Прогулка по тайге в компании с кровососом изрядно подняла в вверх мои возможности. А потому больших проблем с окончанием работ я не видел. Не все зло, что в результате приносит выгоду, что называется. Вот вроде напали, едва не похитили или убили. А в результате я получил столько плюшек. Во-первых сила моей магии изрядно подросла. Мне теперь не продеться мучатся недели или месяцы, ради создания простейшего артефакта. Во-вторых, и это самое главное — я узнал о моем враге ключевой факт. То что их можно найти до возрождения магии. И теперь по косвенным можно будет вычислить и убрать множество Атлантов. До того, как они станут непреодолимой опасностью, с которой, придётся считаться каждому человеку на этой планете. А пока одна пуля в голову с расстояния в километр способна уничтожить древнего монстра, атакующий потенциал которого через два с лишним года станет равен общевойсковой армии этого времени.

— Володя, — толкнул меня за плечо профессор и вывел из задумчивости.

— А да, извините, Александр Львович, — я оглянулся и увидел спешащую от автомобилей хрупкую девичью фигурку и помимо воли сердце радостно трепыхнулось. Не смотря на принятое решение и окончательное осознание того факта, что эта Настя не моя Проклятая Ведьма, при ее виде я не произвольно начинал вспоминать ту нежность и любовь, что мы с ней разделили на двоих. И одиночество, что всегда возникает на вершине.

— Завтра за пару часов все закончу и лабораторный образец будет можно собирать. При условии, конечно, что все остальное готово.

— Ладно беги к своей даме сердца, — улыбнулся Муромцев, глядя на мое подпрыгивание на месте. — У меня пока есть дела. А скажем часам к семи вечера я сам к тебе подойду на разговор и принесу чего-нибудь вкусненького.

Я не успел ничего ответить, как на меня налетел белобрысый вихрь и едва не сбил с ног.

Девушка просто молча стояла и обнимала меня. Крепко, едва ли не до хруста в костях. И тихо, почти беззвучно плакала.

Под моей курткой зашевелился малыш и недовольно заворчал на через чур крепкое выражение чувств со стороны всяких там девиц к его грелке.

— Э-э-э, — не сразу нашлась Настя, когда наконец поняла, что у меня на груди кто-то шевелиться.

Она отстранилась и ее лицо сразу перешло из состояния вселенской грусти к странной смеси любопытства и непонимания. Хоть в учебник по актерскому мастерству ее мордашку ставь.

— Кто там у тебя? — наконец обрела способности к членораздельной речи девушка и украдкой смахнула остатки слез с уголков глаз.

— Наш новый друг, — я вытащил из-под куртки не довольного медвежонку, что щурился с недовольством на окружающий мир.

— Откуда у тебя медведь? — Это выражение лица девчонки было поистине бесценно. Я даже пожалел, что у меня напрочь отсутствует талант художника.

— Да так, — деланно безразлично пожал плечами я, — Поменял в тайге на совесть.

Выдал Насте свою последнюю удачную фразу, опробованную на красавице-летчице.

— Господин Волен, наши люди пропали, — Альен низко опустил голову и постарался скрыть перед высшим Атлантом свою непроизвольную дрожь от отголосков гнева Древнего.

— Как? — С трудом успокоил свои полыхавшие от гнева чувства Волен Тир Грахт. — Кто там мог убить Высшего? Ладно те молокососы, что он с собой таскал для общего развития.

Но Алиер Нот Вихт лишь немного мне уступал силой.

— Неизвестно. — Еще ниже спрятал глаза Альен, чтобы не вызвать приступ агрессии со стороны взбешённого аристократа Атлантиды. — Господин Алиер никому никогда не докладывал о своих планах. И мы даже точно не знаем куда именно пошли после приказа из центра наши люди. Все-таки мы смогли определить очень примерное местоположение. Вспышка магии оказалась весьма короткой. А мы давно следим за этим не очень тщательно.

— Это может быть случайностью? Хотя, о чем я это. — Поморщился на такую мысль Высший, — Молокососов, конечно, и мог случайно застрелить и обычный человек при большом везении, но не моего старого врага-друга. Есть что-то от наших агентов в той стране, что занимает часть территории бывшей Гипербореи?

— К сожалению, очень мало, — и глядя на еще сильнее побледневшее от бешенства лицо Древнего Атланта торопясь продолжил, — Не давно мы старались в преддверие возвращения магии установить над той страной контроль с помощью провоцирования ее на войну и экономических санкций и не смогли. Но…

— Жидко обосрались, — ощерился клыками Волен сейчас мало напоминающий утончённого аристократа древнейшей земной цивилизации. Скорее хищника, что увидел свою жертву, истекающую кровью. — Продолжай.

— Тех агентов, что у нас были полностью отстранили от власти из-за того, что они поддержали врагов своей страны публично. И многие просто сбежали и стали для нас бесполезными. — Пожал плечами Альен, и собрал свою дрожь в кулак и твердо посмотрел на своего учителя, — Я приказал их пустить на корм. А новых пока не набрали. Начинающий поддерживать нашу политику человек моментом теряет популярность у собственного народа и не может никуда пробиться. Мы уже начали снова работать над националистическими идеями внутри их страны, но надо время.

— Так, — наконец полностью успокоился Атлант и передумал убивать собственного не радивого ученика. Пока передумал. — Собирай звезду убийц и перенацеливай ее с текущих задач на эту страну. Параллельно подкупай, вербуй. Делай, что хочешь. Но найди мне виноватых в произошедшем. Это может быть опасно для нас. Не время сейчас расслабляться в преддверии нашего триумфа. И запомни, ученик.

Неуловимым глазу рывком Высший схватил Альена за шею и поднял в воздух одной рукой.

— Это твой последний шанс реабилитироваться. Не подведи меня. Понял?

— Да, — с трудом выдавил сквозь ставшее не послушным горло молодой вампир и рухнул с кашлем на пол, после того как удовлетворенный наказанием Высший отпустил свою хватку с горла своего ученика.

— А что у нас на обед? — настроение древнего поползло наверх, как бывало всякий раз после того, как Волен чествовал в своих руках власть над судьбой даже высших существ этой планеты. — Приведи-ка мне сегодня побольше двуногого скота на выбор. Хочу чего-нибудь особенного. И желательно экзотического.

— Да, господин Волен, — с трудом поднялся на ноги Альен и вышел из комнаты, проклиная себя за момент слабости, из-за которого разбудил старого козла.

— Привет, Юля, Антон. — Отвлекся я от Насти, что растеряно хлопала ресницами. — Довезете?

— Только в обмен на подробнейший рассказ, — не повелась молодая ученая на мою попытку надавить на жалость.

Антон только молча протянул руки стремясь меня сжать в своих богатырских объятиях.

— Э, не, стопе медвежуть, — отстранился я от калечащих инстинктов парня. — у меня тут свой мохнатый сладкоежка завелся. Раздавишь малыша.

— Чего? — не понял смысла моей реплики парень.

— Он там медвежонка прячет, — сразу сдала меня Настя, — совсем еще мелкого. И даже не спрашивая что и как. Сама в шоке.

— Медвежонок. Ути-пути, — сразу засюсюкала Юля и протянула руки к меховой прелести, что в неудачный для себя раз решила высунуть свой нос наружу.

Бедного медвежонка начла сразу теребить эта молодая женщина с нездоровым энтузиазмом. Ну вот откуда у девушек такое желание потискать разных милых мохнатиков только берётся? Как только видят на горизонте подходящую добычу, то сразу превращаться из строгих дам в няньку с напрочь отключённым мозгом. Это материнский нереализованный инстинкт что ли?

— Так, фу-фу-фу, — я забрал ошалевшего от такого количества внимания малыша из рук Юли, — хватит издеваться над бедным медведем. — Чего ты на него набросилась, будто всю жизнь мечтала потискать самого грозного сухопутного хищника. И желательно, что бы при этом он не откусил тебе наглую ручонку. И вообще он еще совсем маленький. Маму не давно потерял. Дайте малышу освоиться, а потом будете тискать.

— Юля, — Муромцев заметив заминку на секунду отвлекся от своей в край увлекательной беседы с сиявшим, словно начищенный серебряный рубль, командиром спецназа. — Я тебе просто сказал отвезти Володя домой. Хватит его держать на пороге. Пацан на ногах еле стоит.

Юля заметно смутилась и отдернула загребущие лапки, что пытались достать заныканного у меня под камуфляжкой медвежонка.

— Идемте, друзья-товарищи, — не стал я заострять внимание на смутившейся Юле и пошел в сторону такого знакомого электромобильчика. — А то так жрать охота, что даже и переночевать негде.

Все с готовностью сделали вид, что так и задумывалось и пошли вслед за мной гуськом.

— Юля, — переключил я мысли девушки в более конструктивное русло, — А ты этому мелкому молоко там и еще чего-нибудь нароешь. А то стыдно сказать для детдомовца так и не успел подружиться с кухней. И официальное разрешение от Муромцева получено на поставку на довольствие этого красавчика.

Я помахал одной лапой любопытного медвежонка, теперь окончательно проснувшегося и почти полностью вылезшего из-за пазухи.

— Найдем, — снова разулыбалась девушка при виде няшного медвежонка, что едва не выпадал при движении из-за куртки, но упорно отказывался забираться обратно. — сейчас вас подкину в коттедж и все привезу. Я на сегодня назначена твоей официальной нянькой. Так что можешь меня эксплуатировать.

— Это просто отлично, — обрадовался я и заметил довольную мордаху Юльки и понял, что мне не избежать сегодня допроса.

До моего коттеджа девушка нас довезла по своему обыкновению. С ветерком и лихими пробуксовками.

— И кто только такой лихачке права выдал, — пробурчал я после того, как едва не клюнул носом в приборную панель при резком торможении. — Ты же едешь, как будто ожидаешь пули снайпера из каждого куста.

— А меня нет прав, — засмеялась довольная Юлька, — по суду забрали еще дома. В Нижнем Новгороде.

И довольно засмеялась зараза такая глядя на наши ошарашенные морды.

— Да шучу, — сказала она перед тем стартануть со своей любимой пробуксовкой.

— Да фиг она шутит, камикадзе славянская, — мрачно сказала Настя потирая ушибленный о кресло лоб. — Чуть себе шею не свернула. И так каждый раз, когда с ней ездим.

— Пошли уже, — поморщился я на продолжавшиеся сентенции девушки. — Устал, как стая бешенных собак за последние дни.

— Дом, наконец-то. Как же мне надоели мои пешие прогулки, — при виде дивана в гостиной я плюхнулся на него, не раздеваясь и не разуваясь. — Так лежал бы и не двигался целую вечность.

— В душ иди, — сказала Настя уже загремевшая посудой на кухне. — От тебя воняет как от бомжа.

— Ей, барышня, — возмутился я на наезд, — В лесу не предусмотрено душевых кабинок под каждым кустом.

— За то здесь предусмотрено, — парировала она мне выглянув на секунду из кухни, — Поэтому сдай своего зверя на хранение брату и пошел мыться, а то весь дом провоняешь.

Я, бурча про вселенскую несправедливость пошел в ванную, скидывая свои шмотки на ходу. Антоха только ухмылялся, глядя на мою обиженную морду и не переставая развлекать все больше и больше оживающего медвежонка.

А я впервые задумался серьезно о своем навеянном видении — почему я там видел медведя-хранителя. А потом встретил того, кто возможно в него вырастет когда-нибудь.

Я со всех сторон обдумал эту мысль, но так и не пришел к каким-либо разумным выводом. А потому отбросил на данный момент бесполезные рассуждения. Или это специально заложенная в тонкую ментальную магию Гиперборейского механизма закладка или у меня есть талант в ясновиденье. В прошлой жизни у меня на войне были вспышки интуитивного предвиденья. Но это было связанно сугубо с боем.

В общем доказательств или каких-нибудь выводов по этому поводу сделать я не смог. А потому плюнул и с наслаждением растер свое уже изрядно чесавшееся от грязи тело намыленной мочалкой. Всего через минут 20 отмокания я наконец почувствовал себя почти нормальным человеком. Еще б пожрать от пуза и выспаться и тогда вообще кайф. Как мало иногда надо для счастья. Теперь я, пожалуй, понимаю всех этих любителей дикого туризма на природе. Это что-то вроде бытового мазохизма — ты ставишь себя в трудные условия. Мучаешься, напрягаешься, а потом вернувшись в привычное лоно цивилизации просто наслаждаешься вновь обретенным комфортом. И мир уже не кажется серым и беспросветным.

Даже наоборот — мелочи на которые привык не обращать внимание, вроде ванны, туалета, кондиционера или интернета, начинают играть новыми красками на фоне не давних комаров, сырости и холодов вкупе с подгоревшей костровой кашей.

— Ей, ты там скоро? — в дверь душевой забухала мощная лапища Антона. — Юля уже подъезжает с целой горой вкусняшек для тебя и твоего медвежонка. Только что от звонилась. И держи.

Парень зашел внутрь комнаты и положил чистую и свежую одежду, пахнущую сложным составом запахов цветов и лимонов.

— И полотенце держи, — он повесил на крючок огромное полотенце, в которое меня можно было завернуть дважды. И еще, наверное, на Мишутку бы хватило остатка бархатистой ткани.

— Спасибо, — кивнул я и выключил воду.

Через пару минут уже выходил наружу полностью довольный жизнью и с наслаждением вдыхая запах чистоты и свежести от своего мытого тела и новой одежды.

В гостиную мы ввались вместе с Юлей, которую за горой коробок и корзинок со снедью просто не было видно.

— Э, мальчики, — девушка опасно споткнулась и за балансировала на одной ноге стремясь не пропахать носом паркет коттеджа.

— Ага, сейчас помогу, — Антон двумя руками поймал девушку за талию и одним движением поставил Юлю в устойчивое положение. Могучий все-таки брательник у Насти. Даже жалко, что в прошлой жизни он погиб рано. Может вырос бы на нашей стороне из него еще один Высший Владеющий.

Хотя о чем это я. Все можно изменить. До меня несмотря на все проведенное в этом месте время, плохо доходило, что прошлой жизни уже просто нет. Так и ловил себя раз за разом на том, что продолжаю смотреть на людей вокруг с точки зрения себя прошлого. А это уже и не так. Таже Юлька совсем не обязательно погибнет от рук бандитов в самом начале гражданской войны. И их вспыхнувшие вопреки всему с Антоном чувства не обязательно закончатся в самом начале толком и не начавшись.

Да и брат Насти не станет тем циничным и желчным электромагом, что в своем мехе найдет гибель при зачистке Москвы от распоясавшихся банд царьков, что поделили столицу на отдельные княжества и категорически отказавшие нам в возрождении России.

Как там нам сказали на переговорах — вы глупые детишки валите откуда пришли. Нам и так хорошо. И ложиться под вас, молокососов, мы не станем. Только через наши трупы.

А я с этим согласился. И прямо там на переговорах покрошил уродов не давно освоенным гравитационным тараном, не задумываясь о том, что у этих утырков остались за спиной десятки тысяч бойцов, которых мы потом с огромным трудом и жертвами зачищали больше 2 месяцев. Что поделать — дурной был я тогда и по молодости прямой как клинок. Не признавал компромиссов. А рядом со мной были такие же горячие малолетки и мы не привыкли слушать чужое мнение. Сила ведь и нам изрядно вскружила головы. И смерть врага не особо нас волновала. Даже массовая.

Я вздохнул и поймал себя на очередном флешбеке. И своем зависании при воспоминаниях. Пришло время жить здесь и сейчас, а будущего-прошлого просто нет и пора с этим уже смириться.

Антон уже помог Юле разгрузиться и тащил мне бутылочку с молоком, что приготовили для моего будущего зверюги на кухне по просьбе девушки.

— А вот еще и соска, — Антон натянул на горло бутылки резиновое изделие и вручил мне с торжественностью, — Корми его. Как говориться мы в ответе за тех, кого приручили.

— Давай, — согласился я с этим утверждением и похромал к дивану, где возился запутавшийся в подушках медвежонок.

— В молоко еще и меда, растаявшего добавили и все вместе погрели, — вынырнула из кухни Юлина мордашка, — мне коллега сказал, что малышу будет полезно.

— И судя по всему очень вкусно, — согласился я девушкой, наблюдая за жадностью с которой присосался мохнатик к бутылке. — Мне по крайней мере, глядя на его аппетит отчаянно захотелось жрать. И сделай, пожалуйста, еще порцию.

Попросил я через пару секунд, понаблюдав за тем, с какой скоростью мелкий проглот опустошает бутылку.

— Ему все равно будет одной мало, — я задумался, глядя на ауру Мишутки, в которой продолжали гореть синие искры магии, — К тому же есть у меня одни идея.

— Уже, — Настя отодвинула с дороги Юлю и гордо вручила мне вторую бутылочку. — Я, глядя на медвежонка сразу поняла, что он жрать будет как Антон. А тому всегда мало.

— Ей, малая, — возмутился парень и неожиданно за пунцовел, — Неправда, кушаю я в меру. К тому у меня растущий организм.

— Ага, вширь, — засмеялась довольная перепалкой Настя.

— Так, стоп, бойцы разговорного фронта, — остановил я жестом, готовую надолго занять их перепалку, — Сделайте, будьте так любезны тишину в отдельно взятой комнате. Мне надо немного помагичить. Медведь то у меня не обычный. Попробуем и еду ему сделать под стать. Магического мутанта надо кормить с детства мутантской пищей.

— Э-э, — подвисли от моих слов окружающие. — А это чего не обычный случайно подобранный тобой медвежонок?

Вопрос ребята задали едва ли не в один голос. Даже не сговариваясь и не смотря друг на дружку.

— Что-то вроде, — не стал вдаваться я в подробности, — А теперь цыц, двуногие. У Владеющего намечается интересный эксперимент.

Ребята хотели все мне высказать, но решили промолчать. До сих пор при таком притягательном слове магия — у всех вокруг меня разыгрывалась просто детская вера в чудеса и ожидание чего-нибудь в край не обычного.

— Подожди, проглот, — я погрозил пальцем черному носу, и отодвинул настырно лезущего к полной бутылочке медвежонка. С первой он уже закончил.

— Давай поддержу, а то он тебе ничего сделать не даст. — К моему бедру прижалась горячая ножка Насти, что загребла мелкую медвежуть в свои загребущие лапки. Тот заворчал и даже показал девчушке клыки. Пока еще маленькие, но вот потом его зубки смогут напугать до непроизвольно мочеиспускания многих старых кровососов, что неожиданно встретят в лесу эту машину смерти. Или в городе. Да хоть в горах. По крайней мере я на это надеюсь. Очень, а потому собираюсь сейчас опять не много рискнуть.

Я обнял бутылочку двумя ладонями. И закрутил в ауре магию, все больше и больше энергии накачивая в свои глаза. Окружающий мир неуловимо изменился. Цвета, тени и глубина пространства. Мир одновременно подернуло мистической дымкой и одновременно он обрел те детали, что не осознать без становления магом.

К примеру, я с удивлением заметил в ауре Юли серые нити тяжелых воспоминаний, что заблокировал механизм безопасности мозга девушки. Она вроде и не помнит деталей произошедшего, но ее вполне вероятно мучают кошмары. Юля их не помнит утром, но, наверное, уже много лет не чувствовала себя выспавшейся.

Я покачал головой и для себя позже решил попробовать помочь девушке. Сейчас не много не до этого. Вгляделся в глубь молока с плещущими золотыми искорками меда в истинном зрении и удовлетворенно улыбнулся. Память меня не подвела. Еще с прошлой жизни я помнил, что мед очень магически восприимчивый ингредиент. Такой себе своеобразный пищевой накопитель магии. На его основе вполне успешно в будущем будут делать снадобья и лекарства.

В этом и лежала моя идея по накачке в ауру Мишутки легко усваимовой магии. Напрямую я ему ее передавать все равно не мог. Чужеродная энергия при прямой передаче вполне способна убить и того, кому дарят и самого щедрого товарища. Редко кто мог конвертировать магию в нейтральную. Уникальный талант специалиста поддержки, которого я не имел. И поэтому пробовал подобные обходные маневры.

Осторожно по самой минимальной капле направил силу. И золотистые искорки замерцали ярче. И еще, и еще.

Послышался восхищенный возглас сидевших не далеко от меня людей, но сразу кто-то шикнул на них, и ребята замолчали, не отвлекая меня больше от кропотливого и как оказалось не сложного для меня на данном этапе процесса. Прогулка по лесу все же очень много мне дала в плане количества магии, что мне отныне подчинялась. Но что более важно ее контроля. Больше мне не приходилось пыжиться ради минимального воздействия. Теперь энергия в моих руках стало полностью пластичной и послушной. По крайней мере ее минимальные капли на фоне моего могущества из прошлой жизни.

Когда я оторвался и погасил остатки магии внутри себя, то с удовлетворением встряхнул мягко светящийся напиток перед моими глазами.

— Получилось, — я поднял на свет белый с отчетливыми золотистыми светлячками, что вспыхивали в глубине, напиток.

— Давай мне его сюда, — я натянул на горлышко соску, и Настя отпустила медвежонка, что завороженно наблюдал за бутылочкой в моих руках. Он затих и не сразу сообразил, что его освободили от кольца девичьих рук.

— Иди сюда Мишутка, — я еще раз встряхнул бутылочкой перед носом детеныша и тот жадно повел ноздрями принюхиваясь. — Это вкусно и полезно. Ну давай за маму.

И малыш с жадностью присосался к такому не обычному кушанью.

— И что это ты такое сделал? — я с удивлением обратил внимание на Муромцева, что бог весть как просочился в нашу компанию. Пока магичил, совсем перестал мониторить окружающую среду. Это плохо. Нельзя расслабляться, как показывает жизнь. Смертельно опасно с такими соседями по планете в виде кровососущих тварей, для которых люди просто бутерброд на ножках. А человеческие Владеющие еще и экзотический, и очень вкусный бутер. С осетринкой, ага. И икоркой черной с масличком вологодским.

— Стараюсь вырастить товарища, что поможет нам не раз в будущем, — я погладил по шерстке малыша, что в полусне добивал последние капли смеси из бутылочки. — Но пока не уверен, что получиться. Хотя у меня предчувствие хорошее по этому поводу.

Я еще раз погладил по шерстке задремавшего медвежонку и уложил его на подушки

дивана.

— Может побеседуем под обед? — Я проси просительно взглянул на профессора, — Замаялся за последние деньки, Александр Львович, по самое не балуйся. Да и кишки уже армейский марш играть начали.

— Да не вопрос, — улыбнулся моей просьбе Муромцев, — Накормите нас, девчата?

Профессор простимулировал взглядом замершие фигурки в сарафанах.

— Да, сейчас, — вскинулись девушки и рванули в сторону кухни. — На веранде устраиваемся.

Скомандовали они нам вдогон из кухни уже вовсю гремя посудой.

— Пошли, — протянул мне руку помогая подняться ученый и с легкостью вздернул меня с дивана.

— Ага, — согласился я и схватился за свою трость. Предательская нога так и норовила меня подставить и уронить на пол при любом удобном случае. Скорее бы уже у нас появились хоть минимально квалифицированные целители.

— Основной вопрос к тебе сам понимаешь какой на данный момент, — начал Муромцев с наслаждением сделав глоток чая, из уже расставленных на столе чашек и чайников.

— Вампиры, твари кровососущие. Что же еще. — Со вздохом ответил я и тоже набулькал себе чая, чтобы создать паузу для продолжения не особо приятного разговора. Очень уже мне не нравилось признавать собственные грубые ошибки. Если не смертельные. Нынешних возможностей Атлантов я не представлял даже близко. Хотя кое-что доминирующее в их психологии понять я мог из прошлой жизни.

— Точно могу сказать одно, — я зацепил ложечку меда и размешал в чашке, — Они сюда обязательно вернуться, как только смогут. Причем специализированной группой зачистки. Звезда она у них называется. При чем можете не сомневаться, что это будут не те идиоты, что поперли буром в прошлый раз. Это будет подготовленная группа вампирского спецназа. Опытная и вооруженная огнестрелом.

— Может стоит переехать? — Задал мне очевидный вопрос Муромцев.

— Бесполезно, — я скривился от таких несвоевременных проблем, что упали на голову снежным комом. — Они искренне на подсознательном уровне уверенны, что они выше и совершеннее людей. Нас они считают в лучшем случае атавизмом человеческой расы. Они дескать следующий этап эволюции хомо сапиенс. А мы в лучшем случае что-то вроде домашнего скота. А потому всех бешенных животных, что покусились на господ следует показательно растерзать. Иначе перед своими же будет не удобно. Ну вроде как хозяин держит в хлеве больную чумкой свинью. Ее следует срочно уничтожить, пока болезнь не перекинулась на других.

— Какие занимательные товарищи, — Муромцев с долей ненависти во взгляде сжал кулаки. — С такой знакомой идеологией. Где-то я уже это слышал. Причем не так давно. Более завуалированно, но очень похоже.

— Угу, — мрачно подтвердил я, и с тоской отставил чашку в сторону. Аппетит стремительно исчезал из-за обиды на собственную ошибку. — В будущем они всех смогли убедить в том, что только проснулись вместе с магией. И только сейчас я понял тот простой факт, что они среди людей прятались всю известную историю. Уж очень знакомые клыки торчат из многих войн на нашей планете.

— Ладно, Владимир, завязывай с самобичеванием. — Ученый одним глотком допил чай и отставил в сторону кружку, — сейчас нам надо решить, что делать.

— Да, понятно, — я растер виски, начавшие покалывать болью из-за накопившейся в изрядном количестве усталости, — Главное выявить всех тех в высших эшелонах власти, кому эти твари смогли промыть мозги. Судя по Сергею Петровичу для этого они не используют и капли магии. Есть идея.

Я внезапно подскочил, не обратив внимания на вспыхнувшую от резкого движения боль в колене.

— Принеси бумагу и карандаш, пожалуйста, Антон, — попросил я скромно молчавшего с края стола парня, и начал в уме прикидывать свою идею.

— У вас сколько есть в загашниках метеоритного вещества? — задал я основной вопрос, без положительного ответа на который не могло быть положительного решения нашей проблемы.

— Ну где-то тонн десять или пятнадцать, — задумчиво ответил Муромцев, что-то мысленно для себя прикинувший.

— Просто превосходно, — едва не подпрыгнул я в нетерпении и выхватил бумагу и карандаш, что притащил мне Антон из дома.

— Смотрите, — я подвинул поближе к ученому листок с бумагой и начал объяснять. — Это древняя гиперборейская руна «Притяжение». Ее надо спаять с серебром и сделать это с долей в сотые процента метеоритного вещества ….

За пять минут на коленке я начертил Муромцеву схему простейшего магического оберега. Слабенького и почти не эффективного против тонких энергетических воздействий в будущем. Мы тогда и не понимали, почему его использовали во времена Гипербореи, что была более чем развита в магии. И мне понадобилось умереть, чтобы понять гениальность этого творения древних артефакторов — они защищают от вампирского внушения. И при этом не требуют для этого магии. Даже при изготовлении. Идеально в современном мире. Или том, который появился на Земле после схлопывания источников.

— Как-то так, — я подвинул наконец законченный чертеж с кратким описанием технологического процесса, — Это надо под любым предлогом обязать носить подавляющее большинство граждан.

— И что делает это устройство? — Муромцев с интересом прочитал мои выкладки на листе бумаге, — Изготовить действительно не вижу сложности.

— Делает людей слабо подверженными внушению кровососов. — Пожал плечами я и втянул воздух с привкусом еды, что начал ненавязчиво щекотать ноздри со стороны кухни.

— А те, кто уже подвергся воздействию? — продолжил выяснять все детали дотошный профессор.

— Если слабое, то просто придут в себя и с удивлением поймут, что почему-то выполняли странные просьбы левых людей. — Пожал я плечами и сглотнул слюну. Девчонки как специально задерживались с кормежкой и издевались над бедным голодным магом.

— А вот если сильное, то от приступов эпилепсии, психических заболеваний и до смерти от кровоизлияния в мозг, если там уже фактически смогли подменить личность человека. Небольшой набор вложенных чужих императивов не заменят нормального человека со своими взглядами и суждениями. И главное способностью думать, а не принимать все на веру.

— Вот только как все это распространить? — Задумался на мгновение Муромцев, — В приказном порядке ведь не заставишь носить миллионы не понятные символы.

— Так сделайте их понятными, — удивился я такой догматичности ученого, — Так будет даже лучше, если вы спрячете гиперборейский символ внутри чего-нибудь знакомого и понятного, например, крестика. Нечего нашим врагам давать ненужную для них информацию. Пусть соответствующие талантливые пиарщики продумают все идеи. А потом массово осветят в СМИ падучую в церкви какого-нибудь чиновника от принятия Святого Креста.

Я даже сам ухмыльнулся коварности собственной идеи.

— Вы только представьте, Александр Львович, насколько популярна станет матушка-церковь если начнет излечивать чиновников от взяточничества и так далее. — Я даже вслух причмокнул от нарисовавшейся в мозгах идеи, — После такой картинки на любого, кто покажется без символа веры будет коситься народ. И для других конфессий тоже организовать подобное, что бы не дай все Боги у нас не началась межрелигиозная рознь.

— А ты коварный тип, Владимир, — Муромцев даже в ладоши показательно хлопнул, словно поздравляя мою находчивость. — Раз ты такой умный, то может поможешь ребятам с комнатой инициации. Что бы побыстрей ее до ума довели.

— Вы в ваших условиях уже сделали все что, только было возможно, — я проводил голодными глазами Настю, что водружала на стол блюдо с парящей дымком толченной картошкой, — Больше в таких условиях и с такими инструментами ничего вы сделать не сможете.

— А при каких сможем? — Хитрый проф задал мне вопрос как раз под тянущуюся к еде ложку.

— Э-э-э, — я подвис размышляя. А почему собственно я так зациклился только на этом варианте инициации. Косность мышления? Привычка? В прошлой жизни до прихода магии смогли инициировать и хоть как-то обучить всего 700 с копейками подростков и молодых людей. И то мы смогли сообща с остатками военных, что не изменили присяге и не разбежались, вырвать страну из двухлетней анархии гражданской войны. И я точно знаю, что десятки тысяч других наших людей просто не успели пройти предварительную инициацию. Просто пропускная способность камеры инициации Муромцева слишком маленькая по объективным причинам. На нее требуется сверхчистое метеоритное вещество. А это на данном этапе сложное лабораторное производство в микрообъёмах. И как изменить это?

А никак. С горечью констатировал я про себя и уже открыл рот, чтобы ответить.

— Пирамиды, — сказал я в ответ совсем не то, что думал говорить изначально. Не знаю откуда пришла эта идея. Раньше я не задумывался об этой возможности, но теперь судя по всему у нас будет более масштабная поддержка государства почему бы не попробовать?

— Вы только мне сразу не говорите, что не получиться. — Продолжил, и параллельно стал себе накладывать еду из заносимых девчатами блюд. Заслужив своей поспешностью пару не одобрительных взглядов от Насти.

— Ты рожай быстрее, а там будем думать, — Муромцев с усмешкой смотрел на мои переглядки с Настей, и, наверное, сам вспоминал свои подростковые брачные игры. Девушка вовсю изображала строгость и взрослость. И всячески демонстрировала ее окружающим. Я же из чувства противоречия все делал наоборот. Причем не осознанно.

— Построить, конечно, копию пирамид Гизы мы не сможем. Но вот реставрировать вполне.

— Я не выдержал и начал в себя активно закидывать пищу, посчитав разговор законченным. Правда почему-то забыл, что в этом времени никто кроме вампиров не знает, что такое это чудо света. (опять эти мерзкие твари будут лезть и мешать, если и не лично, то руками прикормленных людей стопроцентно)

— А зачем? — Не выдержал недосказанности и оторвал меня от поглощения пищи профессор.

— В смысле? — я сначала даже удивился столь наивному вопросу, но потом понял, что пока никто и не подозревает о назначении полу разрушенных концентраторов на Ближнем Востоке.

— 12 тысяч лет назад существовала не только Атлантида и Гиперборея. — Я с сожалением глянул на еще пока полное блюдо картошки с подливой и со вздохом отложил на время ложку. Надеюсь еда от меня не сбежит. — Весь остальной мир тоже вполне себе существовал. Причем на уровне во многом превышающий современный.

— Насколько? — Теперь не сдержалась любопытная до крайности Юлька, перед которой вполне возможно впервые кто-то говорил о таких вещах с абсолютной уверенностью. А ученый с мировым именем сидел и внимательно слушал, подтверждая одним фактом своего присутствия сказанное.

— Другие звезды и планеты. Летали, дружили, торговали и естественно воевали. — Я безразлично пожал плечами, рассказывая о этом как о фундаментальном факте, который стал очевиден после проявления источников. — И на сколько я знаю основали с десяток колоний на различных планетах, предварительно их терраформировав.

— Чего? — Профессор даже закашлялся, подавившись своим возгласом возмущения. — Владимир, а ты точно уверен в своих словах.

— Мы нашли с десяток судов для космических путешествий различного класса. К сожалению, не ремонтно-пригодных, — спокойно парировал я в ответ. — Могу вам если хотите подбросить координаты парочки, что бы не осталось вопросов. Вот только там все работает на других принципах. И, уже даже слегка подковавшись в магии мы мало, что могли понять помимо назначения.

— Магия эта ваша, — поморщился Муромцев, — Звучит даже антинаучно.

— Александр Львович, — я вздохнул и с намеком пододвинул к Насте свою тарелку. Та не стала спорить и шустро пробежалась по столу, собирая мне внушительную горку пищи. — Ну вы же сами открыли неизвестную часть излучения Вселенной. Из раздела так называемой темной материи. Чему вы то удивляетесь?

— Мое открытие — это базовый закон физики, а не какая-то там мистика, — с долей патетики заявил ученый, что похоже готовился оседлать своего любимого конька и начать доказывать, что его открытие — это только наука и ничего более.

— Подождите, Александр Львович, — поднял я руки вверх, стараясь остановить длинный философский спич гениального ученого, в своей упертости могущий посоревноваться с теми же базовыми законами мироздания, — Эта энергия есть? Правильно?

Муромцев настороженно кивнул мне, предчувствуя логический подвох. И не зря — подобный спор уже был тогда.

— Человеческий мозг способен ей управлять в той или иной степени? — продолжал давить я на Муромцева его же аргументами, что он привел в своей теории. — Более того появление разума — это результат мутирующего воздействия этой энергии. А возможно и всей жизни во Вселенной. Все вокруг не случайность. Все изначально заложено при Большом взрыве или акте творения. Не важно. Базовые принципы всего мироздания именно такие. А термин такой, просто сложился таким из-за непонимания, что магию можно назвать и по-другому — наука. Это взаимозаменяемые термины.

— Как-то это перекручено хитро. — Развел руками профессор. — Казуистика, хоть и мне отчасти понятная. И такая знакомая.

Его глаза раскрылись на меня в изумлении.

— Я это говорил там! — он махнул рукой намекая на еще не произошедшее будущее.

— Ну не слово в слово, конечно, — я улыбнулся ошеломленному моей наглостью ученому. — Вы лекции нам читали, а я, балбес, вынес только некоторые принципы.

Александр Львович искренне и добродушно рассмеялся. Его самого позабавила ситуация, при которой, с ним спорят его же еще не придуманными аргументами.

— Вообщем ладно, — отсмеялся ученый, — Я больше пришел тебе рассказать кое-что очень важное. Я был там.

И ткнул пальцем в верх, в небо.

Я даже хрюкнул, едва не подавившись очередной ложкой картошки с подливкой.

— Может еще с нами побудете? — я шутливо сложил руки и с эдакой хитринкой посмотрел на профа. Настроение стремительно повышалось с каждой новой спокойной минутой. — Там высокооо, нет никогооооо. Там также одинооооко, как и здееесь.

Я фальшиво пропел полузабытую строчку из древней для моего сознания песни Арии, когда-то услышанной на привале под гитару от одного из бойцов. Жаль, что тот парень погиб. Пел очень душевно.

Все присутствующие захихикали под эту не замысловатую шутку. Даже Муромцев улыбнулся про себя, сбросив с лица вечно загруженное выражение.

— Не совсем, — совладав с весельем ответил мне ученый. — Несколько пониже, хотя некоторые из сидящих в тех кабинетах мне кажется что думают по-другому.

Все присутствующие опять прыснули смехом.

— Вообщем, твой тезка из домика с красными звёздочками нам поверил. — В этот раз я слушал профессора предельно внимательно. Это уже очень серьезно и мне, нет, всем нам кровь из носа надо обеспечить себе поддержку на самом верху. — И через неделю заедет пообщаться и посмотреть на наши конкретные результат. И если его устроит, то сам понимаешь.

— И знаешь, что больше всего убедило всех принимающих решение в реальности происходящего? — Ученый сам, по-моему, удивлялся словам и выводам, что приводил мне, — Трупы и видео столкновения с этими… — Муромцев пожевал губу и с натугой выдавил из себя слово, — вампирами. Оказывается, у наших спецслужб есть множество данных о столкновениях с этими существами. Но это по большей части трупы убитых странных образом людей. И свидетельства людей о различных необычных существах.

А тут впервые появились реальные факты, подкрепленные оставленными нападающими не человеческими трупами. Все силовики просто перевозбудились на данное обстоятельство.

— Жаль, что в будущем не сохранились архивы ФСБ, — мне захотелось даже сплюнуть из досады, — Во время гражданской палили здания МВД и других спецслужб с особой тщательностью.

— По поводу пирамид ты продумай за эту неделю тщательно. И вместе с тобой и представим идею, пользуясь визитом. — Муромцев встал из-за стола и уточнил на прощание, — Ты завтра точно сможешь закончить с созданием прототипа установки?

— Ну если не будет еще одного визита Атлантов, то вполне, — не стал давать я стопроцентную гарантию. — То что зависит исключительно от меня, я сделаю легко. Эта прогулка по тайге изрядно мне добавила сил и что важнее — контроля над ними.

— Тогда отдыхайте, молодежь, — махнул на прощание проф, — И Юля Матвеевна, отвечаешь за молодежь ты, как самая старшая

— Это за этой еще нужен глаз да глаз, — тихо в сторону, так что бы услышал только я пробурчала Настя, — редкостная оторва. Мне вообще порой кажется, что ей лет меньше чем мне.

Наконец мы остались без бдительного ока профессора и за столом воцарилось веселье. Зазвенел смех, а Антон напропалую стал демонстрировать свои таланты комика довольной Юльке, изрядно подвыпившей притараненного после ухода Муромцева винчика. Какой-то ставшей сверхпопулярной Крымской марки. Я не разбирался. Да и вина только слегка пригубил. Не потому что был особой ханжой или рьяным последователем Святого учения ЗОШ. Просто усталость взяла свое и уже сидел и клевал носом. Периодически себя ловя на мысли, что полностью потерял суть беседы и отвечаю окружающим просто невпопад.

Недалеко с визгом шин тормознул армейский Тигр, и я резко взбодрился. Что это у нас еще за не предусмотренные гости? Снова какие-то проблемы вселенского масштаба?

Я даже мысленно про себя застонал. Ну дай те же, блин, хоть один вечер покоя?

Не знаю кому предназначалась одна из самих искренних молитв в моей жизни. Наверное, всем высшим силам сразу. Потому что в первый раз она сработала.

Из внедорожника вылез в край довольный Глыба с сержантом Игорем. А с водительского спрыгнул Лыков с большой трехлитровой банкой в руках, полной золотистого жидкого меда, судя по всему свежего — качка весны этого года.

— Здорово, малой, — Глыба едва из меня не выбил все поглощенное за столом своим хлопком по плечу.

— Это твоему зверюге, — капитан вручил мне в руки переливающуюся на солнце банку, — ну и сам можешь слегка подкормиться, если успеешь.

— Это те люди, что так вовремя меня вытащили, — я отставил привезенный офицером подарок в сторону и встал, представляя вновь прибывших своим друзьям.

Все расшаркались друг с дружкой, а я пригласил спецназовцев к нам за стол.

— Вы какими судьбами? — После того, как все утолили первый голод я задал интересующий меня вопрос.

— Да так, — не стал вдаваться в подробности капитан, — Решили проведать своего крестника.

— Да к вашему объекту нас прикрепили, — сдал всех моментом Глыба, что подслушал нечаянно наш диалог.

— И как ты только с такими привычками в разведку армейскую попал? — Вздохнул Лыков на замечание пулеметчика отряда.

— Да малой свой парень, — возмутился на это замечание могучий переносчик отрядного пулемета с боезапасом, — Вон как мне врезал.

И похвастался растерявшимся подросткам и Юле своим синяком.

— Я случайно, — отмахнулся я от взглядов товарищей, что скрестились на мне в поисках разъяснений, — И вообще не помню.

— Да он вообще половине отряда кости помял, — подключился к сдаче секретных (я надеюсь) сведений сержант Игорь, что с удовольствием наворачивал картошку.

Я только глаза вверх поднял и перестал реагировать на подколки мужиков, что походу пришли со скуки развлечься по полной за мой счет.

Так как я не особо радовал своих друзей подробностями, то те с удовольствием накинулись на благодарных рассказчиков. Правда армейцы оказались еще теми фантастами. Трупы вампиров в словах сержанта с каждой новой минутой по- моему начали сами с собой размножаться каким-то особо противоестественным способом.

А я так и вообще предстал тем еще монстром, что встал не стой ноги и в полусне размазал отряд спецназначения в полном составе. Причем минут через пять я начал ловить зубами бронебойные пули и отбивать левой пяткой реактивные гранаты из РПГ. Рассказчиком сержант оказался знатным. Я сам слушал его байки просто открыв рот. Капитан только посмеивался с нашей реакции, по-видимому привыкнув к реакции посторонних на своеобразные таланты своего подчиненного. Так незаметно вояки под хороший стол, регулярно обновляемый девушками, уговорили привезенную с собой бутыль чистейшего самогона, настоянного на кедровых орешках.

Я уже и слинять приготовился не заметно, посчитав свой долг гостеприимного хозяина выполненным, но меня поймал по дороге Лыков и жестом отозвал в сторону.

— Слушаю, товарищ капитан, — я протер слипающиеся глаза и приготовился выслушать нечто крайне важное для офицера, судя по его серьезному виду.

— Просто зови, когда наедине — Иван, и на ты. Мне этой канцелярщины и на службе хватает. — Поморщился Лыков и набравшись решимости сказал кое-что очень интересное для меня, — Тут до меня через знакомых дошел слушок, что на твоих похитителей будет открываться полномасштабная охота. С каким-то особенным вооружением. И готовить бойцов будут здесь. Слышал об этом?

— Нет, — я с тоской покосился на такую близкую дверь и вздохнул. Капитан пока не добьется своего явно от меня не отстанет, — Только я здесь при чем?

— Муромцев пообещал начать с моих ребят полевые испытания некого девайса, который потом будет приоритетно поставляться антивампирским подразделениям. И за его разработку отвечаешь лично ты? — вопросительно начал Лыков, хотя его судя по всему маленько дергало при мысли, что секретными военными разработками для страны ведает покалеченный 15-летний пацан.

— А зачем Иван тебе в это ввязываться? — Я внезапно заинтересовался мотивами Лыкова, — Ехали бы себе спокойно служить дальше и не парились о происходящем.

Офицер зло скрипнул зубами и взглянул на меня из подлобья.

— Слушай, Володя, тебе не кажется, что это не твое дело? — Мужчина явно находился на взводе. — Просто можешь помочь нам с парнями приноровиться к новой сбруе. Да и подсказать к чему вообще готовиться.

— Месть плохой советчик в бою, — я вздохнул на брошенный меня хмурый взгляд, — Ладно. Это будет экзоскелет нового поколения. Что конкретно получиться навесить пока представляю смутно, но какие-то теоретические разработки уже есть. Мое дело обеспечить только источник питания. Тренировки?

Я задумался, прикидывая о том, что может помочь быстрее освоиться бойцам капитана.

— У вас повыситься сила и скорость, причем довольно существенно. Бойцам придётся заново учиться двигаться по большому счету. Ходить, ползать и прыгать. Попробуй навесить на своих пацанов по максимуму не удобные ОЗК или что-то подобное. И пусть учатся в этом всем нормально бегать. Как-то так.

— Спасибо за инфу, — Лыков подал мне руку, — Я когда-нибудь может расскажу тебе в чем дело, но поверь — дело из-за моих чувств не пострадает.

— За местью далеко идти не придется, — офицер уже хотел уйти, когда я его окликнул. — Жди этих тварей сюда в гости. Я не думаю, что они сильно задержаться с визитом.

Лыков только мрачно кивнул. А я уверился в том, что этот офицер будет убивать кровососов со всей пролетарской ненавистью. Уж не знаю в чем там дело. Хотя …

На Украине через западных кураторов эти мрази устроили такой треш из фильмов ужасов, что дальше некуда. Раньше я грешил на высокую доступность слабо контролируемого интернета. Куда можно слить любые пытки и издевательства. Но потом я просто понял простую вещь — эти твари превратили Украину в свою кормушку. И со всем своим удовольствием жируют на человеческой крови и страданиях. Мы же для них не люди — максимум просто опасные животные с «Кинжалом» и танком наперевес. А значит с ними можно не церемониться. И творить любую дичь, что только им заблагорассудиться. Мясник не особо замечает страданий забиваемого животного. Это просто работа.

Так и для Древних Атлантов. В преддверии хаоса возрождения магии они просто максимально эффективным способом устраняют себе потенциальную угрозу. И развязанный уже после войны террор — это только следующая форма борьбы. Кровососы сильно не до оценили мощь Российской армии, и перешли к другой тактике изматывания противника.

— Ладно, к черту, — воспоминания о той войне с легкостью смахнули остатки хорошего настроения. — Не у тебя одного капитан счет к этим тварям, что ввергли нашу одну большую Родину в хаос и смертоубийство. А я будь уверен теперь взыщу по полной с реальных заказчиков.

Спать я ложился с мерзким настроением. Даже на Настю не за что сорвался, когда она сунулась поговорить о чем-то. Быстро осознал свой косяк. И все-таки успел извиниться до того, как хлопнула дверь. Не знаю услышала меня девчонка, но к черту. Чистая и светлая девочка, конечно, заслуживает лучшего к себе отношения. Я, наверное, просто сильно устал и знал, что мне нужно Насте сказать, что все будет не так. Она не обязательно станет моей женой. Настя совсем не моя Проклятая Ведьма. И вряд ли ей станет. Но я боялся этого разговора. Цеплялся за иллюзию. И поэтому прогонял ее, невольно обижая. Потому что так еще оставалась надежда.

Сон пропал, не смотря на всю усталость. Поганое настроение, словно передалось моему питомцу и вот на диване захныкало маленькое мохнатое чудо. Я осторожно прикоснулся к его ауре и понял, что малыш не был голодным. Да по другим потребностям ему совершенно не хотелось отлучаться. Медвежонку просто было страшно и одиноко без теплого мамкиного бока.

— Иди ко мне Мишутка, — я встал и проковылял, придерживаясь спинку диване к лежбищу из подушек, что оккупировал мохнатик, — Вдвоем грустить намного легче.

Малыш почувствовал тепло рук и резво перебрался ко мне.

— Я ращу похоже не злобного страшного магического медведя. — Улыбнулся про себя, на то как ко мне начал ластиться медвежонок. — Ты что та кошка.

Я погладил по шерстки малыша и от заворчал мне что-то на своем младеческо-медвежьем. Абсолютно не понятно, но весьма умилительно.

Слазить с рук медвежонок не захотел и пришлось укладывать детеныша рядом с собой. Так и успокоились на двоих. Забота о ком-то зачастую помогает не думать о своих проблемах. Так у меня и получилось. Пока укладывал и игрался с малышом и сам не заметно уснул.

Из сна меня выдернул грохот посуды и с трудом сдерживаемая кем-то ругань.

На мгновение захотелось накрыться с головой и еще поспать, но тут проснулся рядом медвежонок и стал теребить меня пока еще совсем мягкими коготками. Хотя и весьма болюче, не смотря на нежный возраст мохнатика.

— Встаю, — проворчал я и откинул одеяло.

— Ой, — Юля едва не отпрыгнула от моего резкого движения. — А я тут за тобой приехала и решила завтрак пока сварганить, но у тебя тут фиг чего после вчерашнего найдешь.

Я не ответил девушке, только вручил не довольного медвежонка в руки девушки. И поплелся в душ, отчаянно зевая. Едва не до вывиха челюсти. Было полное ощущение того, что мой бы организм с удовольствием поспал бы еще часиков эдак ндцать. Но надо вставать и заниматься этим аккумулятором. Обещал ведь Муромцеву. А свое слово надо держать, особенно когда этого не хочется.

— Я тебе не медвежья нянька, — возмутилась Юля, перед тем как я захлопнул дверь в душевую.

Я только улыбнулся на это возмущение. Девушка сама, по-моему, в крайнем восторге от мохнатой молоты. А своим возмущением просто старается подчеркнуть свое единственно верное мнение на окружающий мир. И доказать всем, что это ее уговорили возиться с малышом, а не она напрашивается потискать медвежонка.

— Все выгуляла, — доложила мне Юля через полчаса, когда я уже с удовольствием пил свой утренний кофе. — Все свои дела малыш сделал и теперь требует завтрака.

— Сделаем, — кивнул я девушке, — Можешь сгонять за Настей. Попробую ей поручить заботу за малышом?

— Она на тебя обиделась, — заявила мне девушка и я вздохнул. На большее время откладывать наше объяснение с Настей похоже не получиться.

— Скажешь, что мне с ней надо серьезно поговорить. Все беги, а я пока приготовлю маленькой медвежути завтрак. — Юля секунду провела в сомнениях, но потом кинула и сорвалась с места.

— Только не убейся, блин, — в спину девушке прокричал я.

Но меня походу слушать не хотели принципиально, по крайней мере характерный визг покрышек электромобиля девушки прозвучал насмешкой над моими словами.

— А пока мы зарядим тебе еду, — я положил любопытного малыша на ковер и начал разогревать молоко с медом на плите. Точную пропорцию, что требовалось я не знал, а потому накладывал мед медвежонку в молоко на глаз. Тем более принесённая Лыковым вчера банка лакомства оказалась просто отменного качества. Когда я ее открыл на полдома запахло весной и свежестью цветов с пряным сладким оттенком.

Даже Мишутка прекратил возмущаться своим одиночеством и заинтересованно повел черным носом, отслеживая аромат.

Мелкий поганец даже спустился со своего насеста на диване и пришел ко мне и боднул в ногу. Дескать, ей, двуногий, а ну гони мою пайку. А то самое вкусное решил оставить себе и не делиться. Я только посмеивался над малышом. Уж очень выразительные мордочки строил медвежонок.

При этом я постепенно приноравливался по ауре малыша различать оттенки его эмоций и желаний. К примеру, капризничал, когда оставался один не по своей прихоти. Просто ему было очень страшно оставаться одному. С ним всю жизнь была сначала его мама-медведица, а потом сразу я. И когда он оставался в одиночестве, то страшно пугался. Его инстинкты подсказывали, что сам он не выживет. А значит надо привлекать к себе внимание того, кто о нем заботиться. Интересно, а человеческие дети точно по тем же причинам возмущаются в младенчестве?

Но только я начал запитывать магией заряженное медом молоко, то малыш замер и преданно на меня посмотрел. Он на каком-то скрытом интуитивном уровне понял важность происходящего для него и просто смотрел на мерцающее золотистыми искорками в моих руках молоко. А затем следующую бутылочку и еще одну. На трех я не выдохся полностью, но сил в организме заметно поубавилась. А мне еще предстоял весьма насыщенный в плане магии день.

Тем более зацокали каблучки, и входная дверь распахнулась.

— Привет, Настя, я улыбнулся гордо зашедшей в мой коттедж снежной королеве. Ну или девушка была искренне уверенна в том образе, что нарисовала для окружающих. Или точнее для одного меня.

— Садись, — я кивнул девушке на медвежий диван и присел с бутылочкой, уступая требованиям еды от медвежонка. Тот своими слюнями мне уже полштанины пропитал.

— Вообщем слушай сейчас внимательно, — я пристроил соску на горлышко и вложил в уморительно свернувшийся трубочкой медвежий язык. — Я понял кое-что очень важное в тот вечер, когда на нас напали вампиры.

Настя вскинулась и хотела вставить в разговор свои пять копеек, но одним жестом попросил ее помолчать.

— Я с самого начала кое в чем очень важном ошибся. — Погладил медвежонка и наконец поднял глаза на девушку. — Ты не моя Проклятая Ведьма. Пока ты просто подросток Настя, из которой в этот раз вырастет кто угодно. Ты прости меня, что я из-за собственного эгоизма почему-то решил все за тебя. Давай на данный момент просто будем друзьями, как и раньше? Хорошо?

Настя всхлипнула и выбежала. Я даже и понять ничего не успел из-за стремительности реакции девушки.

— Ну ты, Шарик, и балбес, — только резюмировала Юля, которая притаилась на кухне и выглянула наружу только с уходом мелкой блондинки.

— Почему? — Удивился действительно сильно. Искренне был уверен, что Настю напрягает моя категоричность в определении ее будущего. — Что я не так сказал?

— Да-а-а, — протянула девушка и с некоторой долей сомнения в моих умственных способностей оглядела меня с ног до головы, — Вот, знаешь, Володя, когда смотришь на тебя со стороны то начинаешь думать, что ты уже вроде взрослый жесткий парень. Вампиров там мочишь. Всякие изобретения создаешь. И еще куча всего, что делает тебя другим. Но вот после таких моментов, я понимаю, что тебе еще реально лет 15.

— Да что не так, — я буквально взорвался на такой долгий подход к снаряду, — просто сказал девушке правду и избавил от моих иллюзий, что невольно ей навязал. И все. Откуда такие обиды то?

— А я вот даже и не знаю, как тебе объяснить настолько очевидные вещи. — Юля захлопнула кухонную дверь и пошла к выходу, — Собирайся уже. И так кучу времени потратили.

— А Мишка? — я поднялся вместе с продолжавшим доедать молоко медвежонком.

— С собой бери, — фыркнула только девушка. — И больше не пытайся ничего объяснять Насте, пожалуйста. Я сама ей объясню, что все мужики козлы. Даже лучшие представители вашего племени. И с этим надо просто смириться и жить.

Я даже зарычал от такого обоснования. Макнула меня Юля, что несмышленыша щенка в лужу. А главное я сам искренне не понимал, где за мной косяк.

В лабораторию Юля меня подвезла как всегда с лихостью, достойной другого применения. Но я даже не возмущался — все пытался найти ответ на очень простой вопрос заданной Юлей. Почему я, блин, балбес? Что не так-то было в моих словах? Я в конце концов просто отчаялся найти смысл во всем этом и списал ситуацию на преусловутую женскую логику. Сейчас мне просто не до этого. Надо наконец окончательно решить вопрос с аккумулятором на экзоскелет.

— Пошли, — Юлька двинулась первая, придержав передо мной дверь. — У нас тут маленько изменили систему безопасности, поэтому в шлюзе не дергайся.

— Добро, — согласился с девушкой и интересом оглянулся, замечая массу мелких изменений в лабораторно-производственном комплексе. Во-первых, теперь весь вход в здание был возможен только через один бронированный шлюз. Автоматическая створка, что сработала на магнитную карту Юли, вполне могла выдержать крупнокалиберную очередь в упор. Причем никого из охраны не было видно вообще. Вся безопасность осуществлялась дистанционно через камеры и притаившиеся в углах турели. Во-вторых, никаких других отнорков не было — если сюда зайдут штурмовики, то им придётся тупо идти в лоб на пулеметы. И терзают меня смутные сомнения, что основная часть обороны состоит совсем не в видимом невооруженным глазом.

— Солидно, — я даже присвистнул. — А главное, как вы все умудрились так быстро переоборудовать. Меня то у вас не было всего-ничего.

— А-а-а, — Юля легкомысленно от меня отмахнулась, — Это спецы из инженерных войск меньше чем за один световой день все сделали по заказу наших. Это типовой проект, заранее просчитанный. Почти все привозят с собой и монтируют на месте. Идем давай быстрее.

Девушка меня втолкнула вовнутрь шлюза. Зашипел воздух, и камера под потолком довернула в нашу сторону с легким звуком электромоторчика.

— А что вас за пазухой? — Ожил не замеченной мной динамик.

— Э-э, медведь, — брякнул я от растерянности правду.

— Какой еще медведь? — Мне показалось что голос невидимого наблюдателя слегка сбойнул от моего ответа.

— Леша, блин, — возмутилась Юля, что судя по всему прекрасно знала оператора. — У тебя повылазило там при взгляде на мою роскошную попу. У парня электронный вездеход, подписанный Муромцевым. Он сюда может пронести активированную ядерную боеголовку. А ты только должен будешь взять под козырек и сказать: «Так точно». И предложить помочь донести.

— А да, действительно, — смущено ответил молодой, судя по голосу, парень, — Проходите, пожалуйста.

Запирающаяся дверь щелкнула магнитным замком и нас наконец запустили в лабораторию.

— А тут все по-старому, — я окинул внутреннюю часть помещения взглядом. — Хотя и не совсем.

Я осмотрел собранное устройство.

— А вы уже со всем разобрались и уже закончила, Юля, — я от восторга едва не расцеловал зардевшуюся девушку. — Ну молодцы. И с иридиевыми деталями смотрю тоже справились.

Я кружил вокруг первого шага к победе и восхищенно цокал языком. Все-таки возможности довоенной промышленности поражали. Всего за несколько дней произвели сложнейшие детали из не самых легких для обработки материалов и доставили в глухой участок Тайги к нашему объекту. Помню, как в том будущем пришлось налаживать производство самых простейших грузовиков. По уровню технологичности едва лучше времен дедушки Сталина послевоенного периода. Так всей толпой едва ли не вывалив языки на плечо носились три месяца. Да и то часть оборудования оказалась одноразовыми артефактами, слепленными на коленке нашим корпусом Владеющих. Технологии уже были в большинстве утеряны. А тут сложнейшую установку (пусть пока и лабораторную) всего за пару- тройку дней собрали. Без магической компоненты она просто кусок дорого и сложного металла. Но и мои усилия без этих людей пропали бы в пустоту.

Я не удержался и залез вовнутрь установки и внимательно изучил ее устройство на предмет отхода от моих чертежей. Все вроде в порядке. Осталось дело за мной.

— Малыш на тебе, — я вручил Юле медвежонка и двинулся к своему уголку. — Все материалы там?

Она только кивнула и начала возиться с проснувшимся Мишуткой, что не оценил мой трудовой энтузиазм.

К управляющему кристаллу я приступил не сразу. Пользуясь возросшим контролем, я сначала сляпал себе на коленке малый оттиск с основными узорами, что требовалось вложить. Как непосредственно в кристалл, так и в саму установку.

Должен сказать, что все что сложнее простейших воздействий сырой силой нам досталось по наследству от Гиперборее в основном. Основа магии — язык, руноглиф методом проб и ошибок мы подобрали с каменных стелл, что нашли на остатках Древней цивилизации.

А потом долго и кропотливо восстанавливали истинное значение. Или точнее по выплавленным в камне символам- буквам смогли воссоздать тончайший энергетический след, что непосредственно являлся тем самым языком программирования реальности, если можно конечно так выразиться о магии.

Энергия этой силы пронизывало все бесконечное пространство Вселенной, где-то больше, а где-то совсем не много. Но в мельчайших количествах присутствовал везде.

И сейчас, пользуясь, этим законом я собирался собрать алгоритм преобразования одного вещества в другое с заранее заданными параметрами. Конечно если бы я не знал точных параметров, то предстояли бы десятки экспериментов, в большей части не удачных. Но я знал. А потому моя задача была на порядок проще.

Впечатав в малый кристалл базовые символы и выдохнул. Все получилось намного проще, чем в прошлый раз — моя сила и контроль действительно выросли за время в Тайге изрядно. Ну и битва на грани с вампирами тоже не мало стимулировала мой источник. Похоже в этой версии истории мне удастся подняться за ту грань, которую мы обозначали высшей в своем мастерстве Владеющих. И называли себя архимагами, хотя я подозреваю, что высшим магам времен Гипербореи и Атлантиды нам бы не дали и ночные горшки выносить.

— Юля, — я выбрался из своего закутка и окликнул девушку, что в наглую игнорировала свои рабочие обязанности и возилась с Мишуткой.

— А, чего? — Она рассеяно оторвалась от мохнатика, который балдел под нежными ручками девушки.

— У вас тут кофе и бутерами можно разжиться без перерыва от производства? — Устало попросил я девушку. Вроде и не сложно, но все равно малость выдохся и решил перед основной работой чуть отдохнуть.

— Ага, — Юля кинула взгляд на часы и добавила, — Будет термос чрез пять минут. У тебя прямо чуйка на пожрать, Володя.

— Трудное детдомовское детство, — улыбнулся я девушке и с удовольствием запустил пальцы в бархатистую медвежью шерстку.

Мишутка аж натурально замурчал. Ну чисто кот. Не прям совпадение стопроцентное, но близко.

— Вот же любит ласку, мелочь мохнатая, — я вернул обратно в устроенное Юлей медвежье лежбище малыша и пошел мыть руки. — Разбалуешь мне грозного хищника. Заставлю рычать вместо него.

Погрозил я девушке, но та только фыркнула на мое заявление и показала мне свой самый не приличный палец.

— Леди у вас не подобающее воспитание, — Я картинно вздохнул и с преувеличенной важностью вздернул нос.

Юлька хихикнула и не стала продолжать пикировку.

— А ты сегодня опять на положении моей няньки? — решил поинтересоваться я причиной такой доброты девушки.

— Типа того. — Возмущенно вскинулась Юля и поведала мне в нескольких предложениях душещипательную историю о потерянном отпуске из-за некого взбалмошного мальчишки и кровососов, что припираются в гости без приглашения.

— А вот и перекус, — Юля показала мне рукой за спину.

Я обернулся и там смущенно переминалась с ноги на ногу контрабандно протащенная Настя.

— Спасибо, — я принял из рук девушки кружку с бутербродом, — Ты как пробралась мимо этих церберов?

— Я сказала Леще, что это твоя невеста и приказала пропустить, — Юля одним предложением вогнала в краску мелкую блондинку, что вспыхнула краской до корней волос.

— Щучу, — молодая ученая искренне рассмеялась, глядя на смущенную Настю, — У всех подростков есть гостевой пропуск к нам. Пока ты по Тайге лазил у нас наладилось нормальное образование и всех воспитанников начали обучать в том числе и на реальных примерах. Мы же тут работаем с метеоритным веществом. Вот и проводим наглядную демонстрацию, пока доводиться до ума камера инициации.

— Ты извини, — начал было я, когда Юля удалилась от нашего закутка, где мы с Настей решили покофейничать вместе. — Я может грубо выразился, просто хотел всем этим сказать, что ты можешь сама делать свой выбор. Тебе никто ничего не навязывал. Моего будущего уже нет, и ты не она.

Я мучительно старался еще что-то придумать, пока моя оправдательная речь не скатилась в бессвязный лепет.

— Подожди, — Настя положила ладонь на мою руку, — Володь с чего ты взял, что я этого не поняла еще раньше? С самого начала мне все это было ясно как божий день. Это до вас, мальчиков, все что связанно с девочками доходит как до жирафов. Да и судя по всему до мужчин тоже. Ты мне сам просто интересен и все. И я о тебе беспокоюсь, а что там с будущим, то бес с ним. Придет время и разберемся.

Я благодарно сжал ладонь Насти. И девушка улыбнулась мне в ответ. На душе после того, как мы снова нашли общий язык сразу полегчало.

— Ладно, пора за работу, — я стал с кресла. — Присмотришь за Мишуткой. Еда ему лежит в сумке рядом. Только погрей, пожалуйста, бутылочку перед кормежкой. Вообщем назначаю тебя официальной медвежьей нянькой.

— Не факт, что предыдущая его мне отдаст. — Хихикнула Настя и кивком головы указала мне возившуюся с Мишуткой девушку. — У нашей Юли, по-моему, нездоровая страсть к маленьким няшным мохнатикам.

— Разберетесь, — я сам с трудом сдержал смешок, глядя на сюсюкающую и пытавшуюся упаковать упирающегося медвежонка в одеяло научную работницу.

— Ага, — кинула мне девушка и пошла к Юле, — Перестань мучать медвежонка, изверг в белом халате.

— Эй, — в ответ возмутилась девушка на наезд моей белобрысой подруги, — Я о нем забочусь не благодарная паршивка.

— Он от твоей заботы скоро обратно в Тайгу подастся, — не стала лезь за словом в карман Настя и потянула Мишутку на себя.

— Вы мне из одного медвежонка только двух не сделайте, — я улыбнулся на потуги девчонок. — А то, когда он вырастет я ему обязательно объясню кто над ним измывался в младенчестве.

— А ты вообще иди работать, — две девушки сразу забыли о своем споре и накинулись на меня общими силами. — А то скоро все придут на смотрины чудо-агрегата, а у тебя еще и конь не валялся.

Так под смешки и прибаутки я пошел обратно в свою коморку.

Положил руку на рабочий алмаз и вызвал истинное зрение. Все мельчайшие грани брильянта вспыхнули не заметными дефектами и сколами, что всегда присутствуют от природы в этом куске упорядоченного углерода. Что бы повысить эффективность следовало бы полностью преобразовать алмаз, но боюсь, что моего контроля просто не хватит. Как и впрочем запаса сил. Но вот убрать самые грубые дефекты….

Я сосредоточил в руках магию. В лаборатории мягко засветилось неровным синим светом. Я попробовал сжать магию в тонкую иглу. Свет резко моргнул, и моя попытка провалилась. Излишек энергии выплеснулся в пространство лишней иллюминацией. Показалось, что от статики непроизвольно заискрилась где-то даже за экранированная проводка. Я упрямо сжал губы — не в моих правилах отступать. Хотя и бесит это изрядно, когда ничего не получается.

При новой попытке я подал совсем не много энергии. Меньше магии по идее должны поддаваться лучшему контролю, хотя и требует определенного навыка. К примеру топором можно срубить дерево, а скальпелем сделать тончайшую операцию на сердце. Здесь был такой же принцип. Правда я был больше лесорубом в магическом плане, и магический «скальпель» в моих руках с трудом удерживался.

Но получилось. Не сразу. Я провел не менее нескольких новых попыток, пока приноровился к этим манипуляциям. И сразу дело пошло на лад. Крупные дефекты убрал всего несколькими легкими давлениями силы в нужных точках. И даже сгладил магией неоднородности в структуре.

Затем пришло время оттиска. Я взял во вторую ладонь ранее подготовленный кристалл. Магия полилась в него потоком. Пока маленьким, но с каждой новой секундой сила свечения кристалла нарастала лавинообразно, по мере того как зажигались ранее созданные в структуре руны. В какой-то момент почувствовал, что все. Еще немного и от переизбытка энергии материал у меня в руках вот-вот переродиться в нечто совсем не понятное. При таком воздействии трудно было предсказать результат. Если вообще возможно. У меня всегда была мысль, что магия — это высшее проявление Хаоса всего мироздания.

Я тогда сразу протянул связующую нить между двумя кристаллами. Как провод между генератором и аккумулятором. Только текла между ними уже структурированная в символы энергия. Таким образом сохранить стабильность рун было можно всего доли секунды. Но тут мне не требовалось больше. Мгновение и первый символ занимает, подталкиваемый моей волей свое место в будущем артефакте. А за ним еще один. И еще.

Все происходило стремительно. Но мое сознание, разогнанное магией до невероятных скоростей, успевало на все реагировать. По быстродействию разум человека гораздо более могучий вычислитель, чем самые совершенные компьютеры, созданные людьми. Только большая часть задействована бессознательно и просто отвечает за «железо», то есть функционирование организма. Мы же не задумываемся, когда совершаем прыжок или к примеру, улыбаемся. Человек сознательно не отдает приказы на посылку импульсов от мозга к конкретной мышце. Но вот бессознательно ….

Сложнейший биологический вычислитель за доли мгновения обсчитывает все и с точностью подает импульс на нужные мышцы и связки. Обычно добраться до этого во многом безграничного вычислительного ресурса невозможно. Но Владеющие нашли обходной путь. Используя магию как топливо, временно отключают мозг от управления организмом. Тело получает шок и умирает, если это состояние продлится хотя бы пару-тройку секунд. Но даже за один удар сердца в этом состоянии можно сделать многое. Совершить чудо с точки зрения обычного человека. За долю секунды брильянт в моих руках засветился нестерпимо ярким светом и потух. Только в глубине куска углерода навсегда поселился блуждающий огонек синего цвета. Почти незаметный при мимолетном взгляде и невероятно притягивающий, если вглядеться. Истинный хаос и идеальный порядок в одном флаконе.

(Приблизительно так выглядит законченный артефакт на основе брильянта)

Я расслабленно откинулся. Ритуал выпил из меня все силы. Лениво было даже моргать.

Но в душе я торжествовал. Почти все готово. Но вплавить несколько гиперборейских рун в саму камеру преобразование — это уже совсем плевое дело, по сравнению с проделанной работой.

— Ты как? — В мою лабораторию ворвался блондинистый мелкий вихрь.

Я махнул рукой или мне показалось, что махнул? Не уверен. Силы так и не было. Шевелиться или говорить не хотелось абсолютно.

— О какая красота. — Мое состояние девушкой было сразу позабыто, и Настя восхищенно завертела у себя перед лицом сверкающим синим огоньком, заключённом в камне.

— Что вы тут? — Внутрь ворвалась Юля, отреагировав на вопли мелкой блондинки. — Ого.

Девушка не вежливо присвистнула на всю лабораторию и попыталась отжать у Насти камешек. Но нет тут то было. Мелкая, но вертлявая девчонка с ловкостью увернулась от загребущих рук Юльки.

— Ну покажи. — Заканючила Юлька, отчаявшись поймать юркую девушку что и язык не постеснялась показать. — Пожалуйста, блин. Я уж умру от любопытства, зараза ты такая.

Наконец Насте надоело издеваться над Юлькой, которую она, судя по ее поведению окончательно занесла в список своих близких подруг. Насколько вообще у нее есть друзья, конечно. Мне всегда казалось, что Настя дружила только со мной и своим могучим братом.

— Держи, — блондинка протянула ладонь на которой лежал камень. — Только не лапай особо. Правда невероятное волшебно?

— Ага, — Юля восторженно осмотрела камень с пылающим синим огоньком внутри, — Не знаю, какой из тебя будет инженер, Володя, но как ювелир ты уже состоялся. Факт.

— Это основной элемент камеры преобразования, — я наконец оторвался от кресла и кряхтя поднялся. — Пошлите. Мне осталось кое-что доделать.

Камень из рук девчонок мне удалось вырвать с огромным трудом. Я для себя пришел к выводу, что конкретно эти мои знакомые девушки еще те сороки. Просто обожают все эти блестяшки. Или не только эти?

В камеру преобразования я нырнул не сразу. Сначала все же досидел остаток принесенных гуманитарной контрабандой бутеров и кофе. Мысль прогуляться до столовой пропала сама собой. Терять лишнее время не хотелось категорически. Тем более на такие мелочи как более вкусная еда.

— Юля, можешь в принципе вызванивать Муромцева со товарищи на, скажем, — я задумался, — Ну примерно часа на три. Первые заготовки по моим прикидкам уже должны успеть дойти до готовности.

— А ты точно уверен? — Юля внезапно решила проявить такое качество, как пессимизм.

— Ага, — я не стал дальше ни в чем убеждать девушку и полез доводить до ума камеру.

Мне еще требовалось привязать управляющий кристалл к установке и проверить проводимость материала на предмет паразитных утечек. Ничего особо сложного, но достаточно кропотливое и нудное занятие. Без надрыва и превозмогания. Как раз та работа, что я ненавижу больше всего.

Но меньше чем за час до срока я справился. Осталось подключить всю установку к электричеству и запустить систему целиком.

— Заготовки под аккумуляторы? — Я протянул руку к девушке, что крутилась рядом со мной, не оставляя ни на секунду.

— Ага, сейчас, — Юлька буквально подпрыгнула на месте развернувшись и рванула куда-то в глубь помещения. — Держи.

Мне в руки ткнулся упакованные в герметичный пластиковый контейнер полоски материала.

— Ну что? — Я подмигнул девушке, которая сама едва не подпрыгивала от нетерпения, — Поехали?

И заложил все заготовки в камеру преобразования. Лабораторная установка была пока рассчитана всего на 4 бруска. Что поделать. Более крупные и промышленные образцы требуют опыта, которого ни у кого еще нет. Вот обкатаем технологию и посмотрим, что нам надо изменить.

Я с некоторым содроганием ожидал того самого первого блина, что как известно бывает очень вкусный. Но, к сожалению, при этом бесформенный. Но пока вроде все шло нормально. Установка загудела и налилась легким сиянием, почни незаметным, но смазывающим детали. А я почувствовал едва уловимый отток магии из пространства.

— Работает, зараза, — я выдохнул эти слова в воздух с облегчением. Даже не подозревал насколько волновался по поводу нашего проекта.

— И что теперь? — Не удержала вопрос внутри, притаившаяся не вдалеке Настя. Я со всеми заботами даже и забыл если честно о ее существовании.

— Ждем, — я неопределенно пожал плечами.

— И сколько? — задала мне уточняющий вопрос Юля.

— Плюс-минус час. — Я как мог ушел от конкретики.

Не потому что не хотел ответить, просто сам точно не знал. Слишком многое лепил на глазок. Нет, основное все вроде просчитано, но, например, параметры чистоты исходного материала или входящего напряжения — это для меня темный лес. А они как раз во многом и влияют на скорость преобразования будущего высокотемпературного сверхпроводника.

— Ой, — Настя едва не подпрыгнула до потолка.

Проснувшийся Мишутка подкрался к ней и легко цапнул девушку за загорелую ножку.

— Это он тебе мстит за невнимание, — я не культурно заржал. — Бросила бедного несчастного мохнатика и полезла совать свой любопытный нос во всякие разные дела.

Настя хотела что-то ответить мне едкое, но малыш словно прочитав мои мысли снова цапнул девушку за нагло маячившую перед ним ножку.

— Мой медвежонок тоже испытывает слабость к мелким блондинистым девчонкам. — Я продолжал натурально ржать, что, по-моему, бесило девчонку еще больше. — Ну что поделаешь. Я привил малышу хороший вкус. Иди ко мне мой маленький.

Мишутка покосился на мои протянутые руки и мне показалось, что задумался. Но потом переваливаясь с боку на бок оставил в покое Настю и косолапо пошел ко мне.

Затих только после того как забрался ко мне на руки. Судя по всему, медвежонок был очень чувствителен к магии в ауре. И только по ее наличию определял того одного существа, что назначил на место мамки. Только, т-сс. Всем я буду говорить, что папки.

— И почему он тебя не дерет когтями и не кусает? — Пожаловалась на несправедливость Настя. — Нам с Юлей он уже все руки расцарапал. Вроде и мелкий, на царапучий пакостник.

Я улыбаясь уложил опять впавшего в сон медвежонка на сооруженный девушками для него насест из подушек. Спал малыш очень много. У меня вообще возникала мысль, что он был готов только иногда отвлекаться от этих важных занятий, чтобы чутка пошкодничать. К примеру, к Насте медвежонок явно относился с определенной долей гастрономического интереса. По крайней мере судя по лёгоньким царапинам на загорелых ножках Мишутка их попробовал на вкус уже не один раз.

— Не волнуйся, Настенька, — я галантно склонил перед девчонкой голову, — проведу с медведем профилактическую беседу, где ему объясню, что ты не вкусная. И даже молоко пока давать не можешь.

И опять довольный заржал. Мне почему доставляло удовольствие мелко троллить блондинку. Может, потому что в краске она была просто невероятно милой? Ну не буду же я всерьез предполагать альтернативу — мне нравиться издеваться над людьми. Какая глупость, правда?

— Ну и как у нас успехи, молодые люди? — В помещение начали подтягиваться приглашённые на демонстрацию ученые и инженеры.

Я кивал всем знакомым и не очень и здоровался. С интересом оглядел принесённый образец экзоскелета и варианты бронекостюма.

Сияние в установке погасло. Компьютер, контролировавший подачу электричества издал писк, оповещая народ о окончании.

— Ну что, товарищи, все готово? — Муромцева я как-то и не заметил.

К установке в этот раз меня не подпустили ученые сам столпились вокруг и вытащил на свет божий результат нашего совместного труда. Сразу озадачив лаборантов комплексом проверок. Еще несколько томительных минут и тут по толпе прошел восторженный щепоток.

— Получилось, — донеслось до меня в этом порыве.

А я счастливо улыбнулся. И даже как-то сел на первое подходящее кресло полностью расслабившись.

А я сидел полностью опустошенный. Вроде и не особо перенапрягся. Просто морально заставить себя встать и двигаться не получалось. Крики и гам вокруг меня в этот момент не трогали. Полная и абсолютная заморозка чувств.

Расшевелила меня Настя. Она с визгом, подавшись всеобщему ликованию повисла у меня на шее. Ее глаза горели огнем радости и неподдельного счастья. Искреннего и такого, что непроизвольно заражает всех вокруг.

— Володя, получилось. — Девушка абсолютно не смущаясь чмокнула меня в губы и похоже сама не поняла своего жеста.

За ее спиной мне показала большой палец Юля, намекая что все просто отлично.

— Владимир, — до меня наконец добрался Муромцев. — Это просто отличная работа. Теперь надо подбирать конфигурацию и устанавливать элемент на экзоскелет.

— Я испытатель, — категорично заявил в лицо профу, почуяв куда клонит ученый. — С конфигурациями и всем прочим я вам все равно не помощник. Ваши ребята явно в этой области ушли подальше меня.

— А «Зевс»? — Растерялся Муромцев и решил напомнить о второй технической новации, что я предложил ему для реализации.

— Для него мне как раз и надо бронекостюм, который мы с вами будем испытывать. — Я разгорячился и от апатии не осталось даже и следа. — Мне для этого надо будет не раз прогуляться в заповедник «Тунгусский Бор». А там я не выживу с моей ограниченной подвижностью.

— А как же те, кто пропадает там при попытках зайти вовнутрь? — Привел последний аргумент пожилой человек. После моих утверждений как-то резко стало заметно сколько лет ученому.

— Я уже маг. Мне не грозит шок от избытка магии. — Мне стало даже аль человека, которому очень не хотелось посылать подростка туда, откуда не возвращаются. Или просто молчаливо это одобрять, стоя в стороне. — Все будет хорошо, Александр Львович. Я давно уже не мальчик и прошел через очень многое.

— Готово, — раздался возглас со стенда. И донесся гул сервопривода экзоскелета. Похоже, что лаборанты уже успели запаять сверхпроводящий элемент из камеры преобразования и заполнить стальной контейнер жидким водородом.

— Пора, — я поднялся и оперся на трость. — У нас нет времени, Александр Львович. Пришла пора действовать или вы надеетесь, что визит кровососов был последним. Некогда оглядываться.

Старик только махнул рукой. А я вздохнул. Мне не хотелось обижать пожилого ученого, ставшего для меня семьей. Но позволить себе потратить время на рефлексию я не мог.

Передо мной расступились сотрудники Муромцева и я взглянул на результат нашего труда.

Пока выглядела наша железяка так себе. Голая метало-композитный основа, опутанный проводами и сервоприводами нового поколения.

— Да уж, — я скептично осмотрел со всех сторон наше общее детище. — Пока не впечатляет.

— Давай залазь, — добродушно улыбнулся бородатый инженер, предварительно обменявшийся взглядами с Муромцевым. — А впечатляться будем, когда до ума доведем.

— И как? — Я действительно попытался сообразить где у этого безумного чуда русского гения положенное оператору место.

— А вот так, — передразнил меня инженер и щелкнул парой клавиш на ноутбуке, через который следил за парамерами экзоскелета.

Метало-композитные детали пришли в движение, и вся конструкция за десяток секунд приняла легко узнаваемое очертание полой гуманоидной фигуры. Причем со спины разошлись сочленения и открылось интуитивно понятное место для человека. По сути изделие представляло из себя своеобразный сетчатый панцирь, натягиваемый сверху на человека, в хаотичном порядке опутанный проводами.

Забраться внутрь мне такое чувство, что кинулись помогать все и сразу. По крайней мере лес рук меня запихнул вовнутрь как котенка в коробку. Раз и все я уже сижу внутри и пытаюсь разобраться с органами управления.

— Так, — ко мне подлез давешний бородач и подсоединил к разъёму в панели перчатки и что вроде резиновой маски с внутренним экраном. — Одевай.

Мир вокруг меня мигнул и погас. Секунда головокружения и появился свет. Экран загрузки ожил и по стеклу побежали десятки тысяч знаков кода. Еще несколько мгновений и загрузка словно зависла на определенном этапе. Не успел я себе нафантазировать то, как замираю в неподвижной машине, как на экране появилась картинка будто слизанная с компьютерной бродилки.

— Все системы полностью готовы к эксплуатации. — Приятный женский голос ворвался в мое сознание, словно минуя встроенные динамики. Качество визуализации было просто невероятным. Я словно стал частью этого костюма. — Проверка системы закончена. Обнаружена одна ошибка. Оператор голосом уточните проблему и решите вопрос. Без этого вы не получите возможности эксплуатировать изделие.

— Кхм, — я откашлялся, силясь прийти в себя и наконец собрать все свои мозги в кучу. — Уточнить ошибку?

— Объём аккумуляторов показывает 117 тысяч 236 процентов от заложенной нормы, — с готовностью отозвался женский голос. — Внимание поступил внешний запрос на связь с приоритетным приказом. Подключаю.

— Ну как ты там парень? — В динамики ворвался голос инженера, что налаживал будущий экзоскелет.

— Странно, — честно признался я бородачу. — Такое чувство, что моим телом стал весь этот костюм. А старое где-то потерялось.

— О как, интересно. — Инженер пропал на несколько секунд. — Слушай, как там тебя?

— Владимир, — отозвался я, недоумевая почему люди создавшую подобную технологию находятся в замешательстве от описанных мной эффектов.

— А меня, Кирилл Антонович. — Представились мне в ответ. — Наверное надо на сегодня заканчивать и понять откуда взялся эффект полного слияния. Так что командуй системе отбой и вылазь оттуда.

— Зачем? — Я решил поспорить не столько из противоречия, сколько потому что придумал способ по побыстрей понять нюансы. — Давайте лучше запустим полностью экзоскелет и разберемся с параметрами в работе. Это будет явно быстрее. К тому же у меня есть еще пара фокусов, которые позволят увидеть недостатки при взаимодействии.

На несколько минут в канале повисла тишина и я начал разбираться с интерфейсом, пользуясь молчанием на другом конце провода.

Я завис на несколько секунд пытаясь понять, как снова вызвать тот приятный женский голос.

— Эй ты, голос, — я наконец отчаялся придумать что-то более адекватное для обращения и решил зайти с вечного «Эй ты».

— Ожидаю приказов, оператор, — моментально отозвался женский голос.

— А у тебя есть имя? — Начать я решил с самого важного в этот момент. Предыдущее обращение царапало мое восприятие неприятными коготками.

— Управляющая нейросеть А 12 06 СА 34, - ответ был все таким же манерно-четким. И обиду от такого «имени» в интонациях я наверняка сам себе нафантазировал. Но это не повод ничего не делать с этим.

— Переименовать в Алису, — я едва пальцы не скрестил, надеясь на положительный ответ.

— Невозможно. — Сразу разочаровала меня заключенная в электронных мозгах девица. — Идентификатор прошит для связи со внешними источниками.

— А для связи с оператором? — Я мгновенно увидел лазейку в логике железной девчули.

— Идентификатор устанавливает пользователь. — Отозвалась мне будущая Алиса.

— Отлично, — я мысленно потер руки. — Переименовать согласно ранее отданному приказу.

— Выполняю.

И все. Больше никакого эффекта.

— Алиса, выведи на экран данные о ошибке. — И перед моими глазами развернулся сложный интерфейс внутренней кухни программеров. Руки бы им оторвать за такое юзабилити. Разобраться без определенных навыков в этом мельтешения не получалось.

— Алиса, — едва не взмолился я, когда отчаялся разобраться самостоятельно. — А когда тебе установили данные о параметрах емкости аккумуляторов?

— Семнадцатое декабря 2021 года в 16 34. — Дала мне ответ система.

— Вот как. — Я искренне обрадовался. Первое же предположение о ошибке оказалось верным. — Алиса, приказываю принять за сто процентов сегодняшние данные о емкости.

После этих слов пауза оказалась гораздо длиннее. Мне даже представились проворачивающиеся механические шестеренки в мозгах этого изделия. Я улыбнулся про себя.

— Подтверждено назначение оператора администратором с высшим правом доступа. — Разродилась наконец Алиса. — Выполняю ранее полученную директиву. Внимание, система полностью готова к эксплуатации.

— Принять для оператора позывной Гром. — Я отдал последний приказ и тут ожил динамик с внешним подключением.

— Володь, — ко мне обратился сам Муромцев, вместо инженера. — Ты готов сейчас проводить всесторонние испытания?

— Так точно, — я непроизвольно перешёл на официальный армейский тон, не смотря на мальчишеское желание с хохмить в ответ.

— Ну тогда с Богом, — вздохнул уставший профессор. — Не подведи нас парень.

— Все будет отлично, Александр Львович, не беспокойтесь. — Успокоил как мог я Муромцева. Чего-то раскис маленько наш железный старик в последнее время. Но и не удивительно на фоне свалившихся в последнее время новостей. И это он еще не знает о массовой смертности людей в 24 году после прихода магии. Эту информацию я пока не решил доверить даже президенту, если конечно смогу с ним пообщаться, как мне пообещал профессор.

Мир вздрогнул в очередной раз. И я вдруг почувствовал себя могучим гигантом. По крайней мере смотрел я на копошившихся людей с высоты метров двух с копейками. Причем с хорошими такими медяшками. Самый высокий человек на площадке с трудом доставал мне до плеча.

— Попробуй сделать шаг. — Бородач с планшетом оказался недалеко от меня и внимательно отслеживал все параметры моего бронекостюма. Правда с броней пока явно напряженка. Я скорее походил на металлический скелет опутанного проводами, со смутно угадывающейся внутри человеческой фигуркой.

Я осторожно шагнул вперед и едва не потерял равновесие. Но мгновенно автоматика костюма подстраховала мои куцые навыки, и я занял в пространстве устойчивое положение.

— Статистика пошла. — Доложили откуда-то инженеру о первых результатах. — Надо продолжать дальше. Накопление идет не быстро.

— Ну надо значит надо, — проворчал я как мне показалось тихо. Но как оказывается не все, что кажется хоть как-то отвечает реальности. Внешние динамики выдали мои слова с грохотом рок-концерта. Меня даже внутри костюма пробрало. А в помещении послышался звон стела и мат. А также рев испугавшегося где-то в уголке моего медвежонка.

— Блин, — я с трудом снова прикусил свой язык, чтобы не погружать в окончательный хаос все помещение.

С внешними динамиками отчаянно матерящийся словно портовый грузчик Кирилл Антонович разобрался сам. Без моей помощи. Только на командном и очень доходчивом языке рявкнул мне не двигаться и молчать. Желательно и дышать через раз. Я даже восхитился — в человеке явно пропадал новый Чехов. Он мне всего одной очень короткой фразой донес всю глубину его мыслей.

В бездействие пролетело всего пару минут, за которые установили лимиты громкости и привели в порядок разворошенный улей персонала лаборатории.

— Давай, — мне наконец дали отмашку, и я снова пошел вперед. В этот раз я приноровился и почти не пытался познакомить с матушкой землей свой композитный девайс. Нет, качался едва не падал, но состояние слияние никуда не делось. И поэтому это было похоже на то, как учишься ходить после травмы и долгого лежания на койке или что-то вроде того. То есть ничего в принципе для меня сложного и необычного.

— Осторожно, — до меня донесся запоздалый крик-предупреждение, и я только ойкнуть успел, как снес кусок бетонной стены. Забавно, я и не подозревал, что за всей этой отделкой скрывается цельно-литая коробка. И зачем интересно?

Впрочем было не до этого. Озверевший Муромцев выгнал нас на испытательный полигон. Не знаю сколько бедному профу сегодня добавилось седых волос, с учетом его и так полностью белой шевелюры.

В шлюз я не поместился и пришлось отключать всю систему и выводить экзоскелет наружу в походном положении. В том, котором я его увидел изначально. Оказывается, со слов инженера, что оказался главным разработчиком, подобное было придумано для удобства транспортировки. Логично. Нажал на кнопочку и вот уже надо везти не огромную статую-скелет высотой за два метра, а относительно компактный ящик метр на метр.

— И сколько весит эта байда? — Я не мог удержаться от вопроса при взгляде на натужно хекнувших двух мужиков, что с трудом подхватили транспортный модуль за ручки перед погрузкой на электротележку.

— 84 килограмма с хвостиком, — Инженер заметно смутился при моем вопросе. Оно и понятно. До появления подобных моей батарей эта бандура могла работать только от сети. То есть являлась скорее стендом для испытаний, чем реальным прототипом. Хотя надо признать, что весьма высокотехнологичным и продуманным. Раньше я не представлял, что у нас есть подобные технологии, пусть и в виде единичных экземпляров.

— А что по поводу слияния? — Я наконец задал тот вопрос, который возник у ученых с самого начала.

— Не знаю, — мрачно буркнул мне Кирилл Антонович. — Надо разбираться представителям «Нейросвязи». Именно они отвечали за разработку управления изделием.

— А можете мне объяснить мне основные принципы на которых работает управление? — Задал я вопрос хмурому бородачу. — Есть у меня одна идея и если я прав, то у нас с вами намечается прорыв не только в этой области.

— Слушай, пацан, — Мужчина мрачно посмотрел в мою сторону, — Я не знаю чьим ты там приходишься сыном или внуком, что тебе дали поиграться с новой игрушкой. Но это тебе не дает право хоть как-то вмешиваться в то, что ты совсем не понимаешь? Понял?

Во как? Я искренне изумился. Не представлял, что на этом объекте есть еще те, кто не представляет моей роли в происходящем здесь. Я даже посмотрел с лёгким интересом на инженера, который совершенно не вписывался в тот коллектив, что я видел раньше. Новенький?

— Кирилл Антонович, — я решил не обострять и начать наш разговор максимально вежливо и не прибегать к тяжелой артиллерии в виде авторитета Муромцева. Наш старик был не в духе и так. Причем я подозреваю, что ему категорически не нравилась идея послать ребенка в смертельно-опасное место откуда никто не возвращался с 1908 года. Вот только и выбора особо не было. И он это понимал и ничего не мог с этим сделать. И это бесило очень влиятельного ученого еще больше. — Вы видимо не понимаете мою роль в вашем изделии. Я разработал и создал аккумулятор для экзоскелета. И без меня ваша железяка просто груда дорого и бесполезного пластика и стали.

— Слушай, ты. — Бородач развернулся в мою сторону с явным желанием схватить меня за грудки. — Чего за дичь несешь. Какой из калеки-подростка ученый?

Он покраснел и почти орал от злости. Не знаю, что его так выбесило. Скорее просто волновался за свою работу, а тут какой-то странный пацан попался под горячую руку.

— Только попробуй. — Я схватил протянутую ко мне руку. Глаза самопроизвольно зажглись синими огоньками магии от бешенства. Слишком долго я был тем, кого боялись миллионы и силу кого признавали целые страны. А тут просто стал пацаном. Хромым и слабым. Слом сознания был жестким, но капли вернувшейся магии все больше и больше возвращали мне меня старого. Жесткого и готового жертвовать собой и другими вояку, что прошел ад третьей мировой. И не боялся ни бога, ни черта. В ад по крайней мере прогуляться мне пришлось. И демоны надолго запомнили мой визит. Те, кто выжил.

Бородач сначала попробовал вырваться из тисков моей хватки. Его лицо покраснело еще больше, но потом он взглянул мне в глаза и вздрогнул. И едва не упал. Его лицо резко побледнело. Прямо хамелеон, блин. По крайней мере цветовую гаму мужик менял с завидной скоростью.

— Ты кто? — Едва не заикаясь выдавил он.

Я отпустил руку и выдохнул. Как же тяжело совладать с собственной натурой в этом подростковом теле. Гормоны бушуют и заставляют иногда сначала делать, а потом думать. Почему- то занесенная рука вызвала жесткую вспышку злости. Вспомнил тех взрослых, что не стеснялись пнуть никому не нужному калеку в прошлой жизни? Сколько таких было. Даже моя весьма хорошая память на этих моментах давала сбой.

— Извини, Кирилл Антонович, я перегнул палку. — Отпустил призванную силу и мои глаза потухли. Опять тяжело оперся на трость. — Мир?

Я протянул руку ошалевшему мужику. Тот с пару секунд потупил, но потом все же протянул свою и осторожно пожал мою ладонь. А затем украдкой обернулся по сторонам. К счастью наша перепалка произошла в глухом коридоре и без свидетелей. А потому ненужных бесед не ожидалось.

— Мир, — Кирилл Антонович не удержался и все задержал мою руку и повторил заданный вопрос. — Что это такое было, парень?

— Обычная и самая простая магия. — Я даже усмехнулся про себя. Такая популярная фраза в моих устах на данный момент. В пору делать своим девизом.

Мужчина недоверчиво дернул щекой, но промолчал над чем-то сильно задумавшись.

— Расскажешь? — Он недолго продержался в молчании и заговорил, когда мы подошли к выходу.

— Слушайте, Кирилл Антонович, — я поморщился при этих словах. Как же меня достали подобные вопросы. — Давайте вы после это выясните у любого из своих коллег по лаборатории. Сейчас объясните мне о Нейросвязи. Есть у меня об этом пару интересных идей, сулящих очень многое в случае реализации.

— Я знаю не очень многое. — Наконец разродился после паузы бородач, пожевав губу. — Я соберу материалы и пришлю тебе через внутреннюю сеть после испытаний.

Дальше мы передвигались молча. А в машины вообще рассаживались по отдельности. Настя вообще куда-то запропастилась вместе с медвежонком, но Юля меня успокоила, что она просто отправилась с малышом в коттедж. Аргументируя тем, что мохнатик и так натерпелся в лаборатории. Нечего его еще больше пугать.

На полигоне сразу внутрь я не полез. Экзоскелет решили испытывать вместе с броней, которой по праву гордился ее изобретатель. Судя по довольной морде Кирилла по крайней мере. Я подошел поближе и сам едва не охнул от изумления. Идея была, скажем так, очень нестандартная. Теоретически ничего нового, но …

Броня не крепились на основу механическим способом. Ее сцепку обеспечивали мощные электромагниты. За счет этого обеспечивалась гибкость и высокая подвижность всей конструкции. Сложная программа с элементами ИИ обсчитывала движение и мгновенно перемещала пластины в требуемое место. Это же являлась еще и мощнейшим усилителем. Фактически второй двигатель. Хотя, судя по подслушанным мельком характеристикам, то скорее первым. По крайней мере по хвастливым репликам Кирилла в нем я смогу с легкостью жонглировать стокилограммовыми гирями. Если мне захочется конечно.

В будущем я о подобной разработке и не слышал. Скорее всего сгорела в пламени гражданской войны. Сколько же мы всего потеряли за то время. Я сжал кулаки, переживая в памяти те моменты.

— Завод горит, — Ведьма спланировала с ближайшей крыши с трудом сдержала слезы ярости. — Эти ублюдки подожгли «Калашников». Просто так. У них не было ни одной причины этого делать.

— Где они? — Я с трудом сдержал рвавшуюся наружу магию. Моя жена даже пискнула от резко изменившейся силы тяжести в отдельно взятом кусочке пространства.

— Забаррикадировались в отдельном цеху, выставив крупняк на прямую наводку. — К нашему разговору присоединился командир ополченцев, что до нашего приходя пытались навести порядок в городе в одиночку, брошенные всеми. — Плюс у них в заложниках почти весь персонал завода, что они сумели похватать после вестей, что вы прибываете к нам.

— Гром, — Жена предостерегающе сжала мое плечо, — Не надо. Мы им пообещали свободный выход в обмен на заложников.

— Я никому ничего не обещал. — Зло сверкнул глазами на Ведьму, что самовольно стала говорить от моего имени и обещать что-то этим бандитам. — Ты забыла, как мало осталось промышленности сейчас? А эти твари будто специально уничтожают те малые крохи, что еще остались в нашей стране. По-любому ублюдки рассчитывают на вечную жизнь от заокеанских кровососов после прорыва за границу. Да и заложников они в живых все равно не оставят. Знаю я эту падаль.

— Там наши семьи. — На меня зло смотрел командир ополченцев. — Сколько они перебьют, пока ты будешь меряться силами с их магами, подумал, стратег?

— Я спасу сколько смогу. А за других… — Я сложил губы в оскал, — Эти ублюдки ответят в полной мере своей кровью, поверьте. А другие после их участи очень подумают о том, чтобы прикрываться детьми и женщинами.

— Я все сказал. — Начавшие в толпе ополченцев шепотки разом затихли после того, как под воздействием моей силы сгустился воздух и все фигуры замерли в причудливых позах.

— Не надо, Володя, пожалуйста. — Только Ведьма смогла частично противостоять моей магии и в спину мне донеслась ее горькая фраза. Вот только меня сейчас не остановит даже танковый снаряд в упор. Хотя сожаление и просьба в словах Насти заставила на мгновение сбиться с шага. Или ей так показалось? А заодно и мне.

К цеху я подходил не скрываясь. А чего бояться? Одинокая пуля для меня не страшна. А в лицо меня никто не узнает из самопровозглашённых князей города. Слава издохшему еще год назад интернету и вообще почти любой связи. Иначе бы они не за что не подпустили бы Грома к себе. Репутация у меня сложилась …. Кровавая, скажем так. Хотя и изрядно перевранная.

— Ты кто такой? — От входа мне махнул рукой мужик с голубой повязкой дружины местных князей.

— Переговорщик. — Я не стал разменивать возможность подойти поближе и нанести удар наверняка, на ненужную браваду.

— А ты от этих… — Мужик в засаленном камуфляже глумливо скривил губы, — От властей Возрожденной России. И на хрена нам ваша Рашка, козлы. Ну че вы приперлись, уроды к нам. Мы и так тут отлично жили. Вас не трогали. Нет свербит у вашего Громова в одном месте. Все хочет возродить великую страну.

Он сплюнул тягучую и желтую от модной наркоты слюну на пол.

— Мы вообще Удмурты, а не москали, как вы. — Палец обдолбанного стрелка плясал на спусковом крючке, когда он втирал мне на белом глазу придуманную в последнее время новую историю родного края самоназванным советом князей города. Правда аргументы я уже где-то слышал. В детстве, ага. И многократно западней. Быстро же им мозги промыли.

— У меня к вашим предложение? — Я стоял спокойно даже и не пытаясь что-либо изображать перед этим обдолбышем. Зачем? Тот под наркотой сам себе все прекрасно придумает и объяснит. Да и актер из меня скажем так, весьма посредственный.

Загудели электромоторы, и створка ворот медленно отползла едва на полметра. Мужик под этот грохот что-то еще вякнул в мой адрес не слышанное и успокоился, скрывшись из видимости.

Я протиснулся сквозь створку и шагнул вовнутрь. Мне надо было подойти к этим нехорошим тварям как можно ближе, чтобы сберечь как можно больше заложников. И сейчас я с раздражением поймал себя на мысли, что думаю не о судьбах взятых в плен людей. Прагматизм мне твердил, что надо сохранить максимальную лояльность населения города. И когда только стали у меня постепенно отмирать нормальные человеческие эмоции?

— Ты что ли переговорщик? — Меня опять встретил грязный и угрюмый мужик с калашом на плече. У них что — принципиальная борьба с чистотой в отдельно взятом городе?

— Ага, — я по привычке был максимально лаконичен.

— Ну идем, тупой москаль, — меня ткнули сзади стволом. — И хотелось тебе, паря, идти на гарантированную смерть? Совсем еще молоденький. Может даже отдадут поразвлечься нашим любителям мальчиков перед тем как перерезать горло.

Не знаю зачем конвойный начинал эти рассуждения. Или запугать хотел. Хотя скорее у этих тварей подобные развлечения уже стали в порядке вещей. И обычные бойцы не видят в них ничего необычного.

— Ты если, что бросайся сразу на стволы. — Продолжил давать полезные с его точки зрения советы замызганный непонятно в чем дружинник местных князьков. — А то потом кричите вы все громко. Спать мешаете.

Под такие слова подталкиваемый стволами я прошел во внутрь большого помещения, где собрались основные силы бандитов. Цех был огромным и с легкостью вместил несколько сотен увешанных оружием, что новогодние елки бойцов. Ну да родина «Калашникова». Логично все.

— Ну и че ты приперся, малыш. Жить надоело или плохо задницу командирам подставляешь и тебя просто списали, как балласт. — Мелкий шестерка вальяжно начал первым, не дожидаясь реакции шестерки самоназванных князьков, которые наоборот замолчали и начали внимательно оглядываться. Моя сила вырывалась даже из подавленного состояния и ощутимо давила на плохонькую интуицию магов-самоучек.

Остальные уже начали понимать, что происходящее чем-то весьма напрягает их главарей. Защелкали затворы в тишине. Только звуки женских криков мешали полностью опуститься пелене беззвучия на цех. Раздался грохот выстрела и из-за колоны вышел полуодетый бугай в фашистских наколках по всему телу.

— Хороша была москалька, — Глава бандитов хохотнул собственной шутке, — Жалко быстро кончилась. Совсем тихо стала кричать под конец. И плакать редко.

Он обвел всех своим свиными глазками и задержался на мне. Его рот открылся в попытке закричать. Но…. Поздно. Я уже понял, где эти твари держат основную массу заложников. А остальные … Что же, я не всесилен. А то, что под конец меня все-таки кто-то узнал даже хорошо — первые и самые важные секунды стрелять будет несколько сотен стволов только в меня. Больше шансов для заложников.

— Это Гром… — начал было кричать татуированный свастикой полуголый мужик, только поздно.

Я выпустил наружу свою силу и словно вздохнул полной грудью впитывая всю разлитую в округе магию. Бандиты только начали стрелять в меня, как я одним желанием и вплетенной руной сжал воздух над головами основной части врага до жидкого состояния, а потом отпустил. И струи ливня ударили сверху по столпившимся в кучу бандитам. Только дождик состоял из жидкого азота, кислорода и других самых разных газов. Холодненький такой дождик с температурой в очень глубокий минус.

Не знаю сколько точно, но люди начали разваливаться на куски промороженного мяса еще живые. Теперь общий крик можно было принять за звуковую атаку плохонького мага.

Я смахнул застывшие передо мной в стене из гравитации пули и шагнул вперед к с трудом сдерживающим мое давление главарям.

— А вы будете жить, — не громко сказал я этим уродам, — И долго. Я отдам вас в руки тех кого вы пытали и мучали. И научу их, как вам прожить подольше и прослежу, что бы они справились.

Теперь они захотели умереть, даже больше чем жить секундой назад. Но поздно…

— Володя, просыпайся. — Меня осторожно за плечо толкнул Кирилл. — Пора продолжать испытания.

А я с трудом пришел в себя от сна-кошмара из прошлой жизни. Воспоминание, которое я упорно гнал из себя коварно вернулось, когда я на секунду задремал на кресле, глядя на готовившийся к испытаниям экзоскелет.

— Иду, — я мрачно смахнул остатки сна и встал на ноги. И прошептал самому небу — Я не допущу произошедшего, чего бы это мне не стоило. Клянусь.

— Ты чего там бормочешь, — опять поторопил меня инженер. — Давай уже. Пора. Времени осталось мало.

— Времени осталось мало, — повторил я пошел вперед.

Совершено секретно.

Указ президента РФ ****************

Число ******* год ********подпись************

Организовать Минобороны специальное подразделение по борьбе с выявленными существами нечеловеческой расы, как представляющими не посредственную угрозу существования России. Ответственный генерал ГРУ ГШ Боровиков Иван Александрович.

Цель: выявление и уничтожение вышеназванных существ по всей территории планеты. Первоочередная задача: разработка методов борьбы и разведки.

Силовая поддержка и штат подразделения неограниченная. Полномочия сотрудников АА.

Научная и информационная поддержка Муромцев А. Л. И его подразделение.

Ответственный ********** подпись ******** число ********* год *********

В этот раз я влазил внутрь бронекостюма с некоторым трепетом. С навешанной магнитными пластинами он разом потерял смешные очертания и некоторую чудаковатость всего изделия. Хищные черные обводы, сливающиеся в сплошную на вид броню, мутноватую и неотражающую почти света.

— Внушает? — Перед тем как надеть на мою голову и руки аксессуары управления самодовольный Кирилл Антонович не преминул спросить у меня о впечатлении.

Я молча показал большой палец, не став уточнять у счастливого изобретателя на сколько повысился расход энергии на такую наверняка очень энергоемкую штуку. Зачем портить человеку триумф?

В этот раз загрузка пролетела моментально.

— Интерфейс готов к работе. Идет проверка подключенных компонентов магнитной брони. — Алиса начала доклад буквально через секунд десять после того, как активировался экзоскелет. — Внимание, Гром. Статус всех систем зеленый. Идет синхронизация новых элементов. Для полноценного обсчета всех данных требуется движение в различных режимах.

— Готов к работе, — я, несколько освоившись во второй раз, одним взглядом вызвал иконку интерфейса связи в углу экрана.

— Приступай к испытаниям по заложенной программе. Прими входящие файлы, ознакомься и повторено подтверди готовность.

Пискнул сигнал сообщения и я развернул пришедший мне файл. Так, вроде ничего сложного. Ходьба, бег и прыжки. И тяжелая атлетика в исполнении на уровень выше, чем у самых сильных спортсменов планеты.

— Принял, ознакомился и готов. — Я коротко доложил волнующемуся на канале инженеру.

— Начинай, — мне показалась, что он даже рукой махнул, забыв о пока не включенных сенсорах и камерах внешнего обзора.

Мир снова неуловимо моргнул и вот я снова почувствовал всю мощь стального тела. И я слегка притопнул поврежденной в реальности ногой. Как же прекрасно снова почувствовать себя полностью здоровым пусть и ненадолго.

Люди предусмотрительно от меня отошли на безопасное расстояние.

— Маршрут построен, — доложила мне Алиса приятным голоском, а я едва не заржал. Разом вспомнил откуда мне знаком компьютерный голосок моей виртуальной подруги.

В этот раз движение давалось намного легче и естественней что ли? Единственное неудобство отражалось в некотором торможении реакции на мои резкие повороты и прыжки. Словно железо с запаздыванием догоняло мои желания. То есть мысленно я уже подпрыгнул, а железяка еще стоит и думает. А вдруг неугомонный человек передумает и оставит меня в покое?

— Кирилл Антонович, — и я в подробностях описал проблему бородачу с инженерным образованием и талантом изобретателя. Гениальный дядька если так подумать. Нужно будет его сохранить с ним нормальные отношения по максимуму.

Он что-то там пощелкал на ноутбуке. Потом еще раз проверили реакцию и опять остановили испытания и наконец подогнали костюмчик под мой размер. Я почувствовал себя на полностью единым с железной кожей поверх меня.

— Теперь к снарядам, — снова ожила иконка интерфейса со знаком связи. — Проверим парень твою силу.

Вместо нормальных гирь мне предоставили литые бетонные блоки разного размера с вмурованной сверху петлей из арматуры толщиной сантиметра в три толщиной на глаз. Причем судя по размеру мне сразу показалось, что изобретатель меня изрядно переоценивает. По виду куски бетона были явно неподъемными.

— Вы меня не перецениваете? — Я с легким чувством удивления осмотрел всю подготовленную композицию.

— В самый раз. — В голосе инженера послышалась довольная собой усмешка. — Мне лучше знать на что способно мое творение. Дерзай, парень.

Я сначала подошел к самому маленькому и рефлекторно поднатужился. Зря. Бетонный блок от моего движение взлетел метров на десять. Я его подкинул словно это воздушный шарик. Веса не заметил от слова совсем.

— Вот это да, — меня до глубины души поразило сделанное собственными руками. В бетоном блоке на глаз было килограмма далеко за двести. В моем времени даже средненькие богатыри-физики (Так называли магов, сосредоточившим свой талант исключительно на усилении возможностей тела. Со временем лучшие из них могли с легкостью потягаться в голой мощи с вампирами на допинге из магии) с трудом могли потягаться в голой мощи с бронекостюмом. Эх, и какую же страну мы потеряли там. В моем времени ходило много сказок о том самом золотом времени до магии. И как оказывается кое-что было совсем не сказками. Наука оказалась на самом деле по возможностям мало отличимой от магии. Что и неудивительно. Это две стороны одной медали.

— Давай следующий, — слова Кирилла наполнились азартом.

Я хмыкнул на это заявление и подошел к следующему снаряду на этой площадке. В этом уже была выдавлена по сырому цифра массы. Пять сотен. В этот раз поднимал без рывка. Не хотелось думать, что будет со мной, если подобная бандура упадет на голову. Прочность железяки хотелось проверить без риска для собственной тушки. В этот раз вес был ощутимым. Костюм протестующе заскрипел, но справился с нагрузкой.

— Критический перерасход энергии. Есть повреждения проводки. Система перешла на дублирующий каналы подачи питания на силовой набор магнитного привода. Внимание в подобном режиме дальнейшее функционирование ограничено по времени. До принудительного отключения изделия осталось 99 секунд 98 ….. 97 ….. 96 …….

Я сбросил бетонный блок на землю и отдышался. Было полное ощущение, что я сам лично совершаю все эти действия. Без дополнительной помощи могучих магнитных приводов.

— Завязывай на сегодня и следуй к ангару, — в динамиках раздался спокойный голос инженера. — Первый дефект прототипа выявлен. Надо исправлять. Это займет несколько часов. Поэтому на сегодня все.

— Подождите, — запротестовал я. — Есть одна идея. Надо проверить.

— Что за идея? — Инженер заволновался. Явно беспокоился за свой труд.

— Не беспокойтесь Кирилл Антонович, — я улыбнулся страхам разработчика этого чудо-костюма. — Ничего с вашим детищем не произойдет. Тут требуется работа по совсем другому направлению. И возможно мне удастся найти ответ по причине полного слияния оператора с изделием.

Динамик на секунду замолчал. На том проводе обдумывали мои слова. Опять сориться и своевольничать я не захотел. К подобному, не сильно преувеличу если скажу это слово, гению требовался бережный подход. Не ущемляющий его чрезвычайно раздутое самолюбие. Особенно на людях. Хотя если он начнет выколупываться и демонстрировать собственную значимость и самодурство, то просто забью на него и поступлю по своему. Я уже давно решил для себя, что ради сохранения моей Родины пойду по любым головам. Даже таким светлым, как у Кирилла Антоновича.

По моему изобретатель обладал сверх развитой интуицией и почувствовал мой настрой сотни метров разделяющего нас пространства. Или просто обладал здравым смыслом и решил не сориться с таким мутным пацаном как я. На всякий случай, как говориться.

— Делай, — зашуршал динамик и мне дали добро на собственные эксперименты.

Я сел на землю полигона. Мало ли. Вдруг потеряю равновесие при изучении собственной ауры.

Сосредоточился. Вдох-выдох. И нырнул вглубь одним броском. Аура встретила меня своим привычным многоцветием и бесконечным хаосом бьющей из источника магии.

— Любопытно, — я зацепил взглядом воронку в месте оттиска родового источника на моей ауре, — Похоже начал оживать, поганец. Чего-то быстро он. Я ожидал, что он покажет признаки жизни попозже.

Но на данный момент проблема не была критичной. Скорее даже наоборот. Еще больше будет развивать мою энергосистему. К моменту возрождения магии, чувствую я подойду еще тем монстром, даже по сравнению со мной прошлым. Или будущим?

Ладно к бесу эти философские рассуждения. Живу я здесь и сейчас. А значит надо действовать соответственно.

Надо идти глубже. Связь доспехом могла сформироваться только на внешней подпитке. Осознано я не использовал магию при управлении экзоскелетом. А потому слияние произошло на уровне глубоких слоев ауры, отвечающих за мыслительную деятельность.

А как? И за счет чего? В этом мне и предстоит разобраться. Повторить подобный эффект может оказаться очень полезно. Даже больше чем все остальное. Если конечно мое предположение верное, что совсем не факт.

Во внутренний слой ауры, связанный с мозговой деятельностью, я вынырнул не сразу. Ориентироваться в этом слое реальности было невероятно трудно. Хаос в чистом виде. Вот, что из себя представлял этот тонкий мир, куда мы можем заглянуть только во сне. И то краешком взгляда. Причем сознание человека зачастую интерпретирует увиденное по своему. Тот мир в мое время называли Астралом. Место, откуда приходят наши души. И через призму которого можно полноценно увидеть собственную ауру. У нас, людей остается связь с этим слоем реальности на всю жизнь.

Аномалию я почуял сразу. Кто-то словно включил эту часть моей аурной оболочки в розетку. Причем находящуюся под высоким напряжением. Ослепительно белые молнии били сквозь этот слой ауры и встряхивали, многократно раскачивая привычное состояние постоянного хаоса.

Я полетел дальше. Туда, откуда шла эта сила. Причем это была не магия. Точнее не совсем магия. Я не чувствовал от разрядов привычного привкуса. Только далекий оттенок. Словно малую каплю магии растворили в океане другой силы. Чем-то похожей, но иной.

Разряды ближе к источнику возмущения били все плотнее и гуще. До поры я уворачивался, двигаясь к цели извилистым противоракетным зигзагом, но уже прямо перед тем как взглянуть за пределы меня прошила неожиданно возникшая дуга ослепительно-белого пламени. Встряхнуло всю мою сущность просто нереально. Будто зубами прикусил оголенные провода. Казалось, что встали дыбом не существующие в этом пласте реальности волоски по всему виртуальному телу. Я в последнем рывке, перед тем, как меня выкинуло обратно в мое тело все же дотянулся до выхода.

— Фиксирую критическое состояние организма оператора Грома. Требуется не медленная эвакуация и медицинская помощь. Введен в действие особый протокол. Разблокирована аварийная аптечка с медпрепаратами.

Алиса что-то продолжала тревожно вещать своим милым искусственным голоском, но я просто лежал и не смотря на плохое самочувствие улыбался. Я понял откуда возникло мое слияние с доспехом и кажется удастся повторить этот эффект осознано. Моя догадка отчасти оказалась верной. Система управления бронекостюма считывала импульсы нервной системы и переводила их в понятные компьютеру двоичные сигналы. В обычных условиях это помогало управлению, но не заменяла его. Технология судя по всему изначально была придумана для протезирования конечностей инвалидов. Но в этой системе аккумулятор, что создан с применяем магии при стимулировании лёгким и незаметным током тела, нес с собой минимальный заряд магии. Совсем крошечный и неощутимый даже для сверхчувствительных магов. И он воздействовал не только на организм, но и на ауру. Фактически человек подключался напрямую к компьютеру.

Только что мной была придумана виртуальная реальность с полным погружением. Кто-то фыркнет пренебрежительно — подумаешь, какие-то игрушки. Это такая мелочь в условиях надвигающегося стремительно на планету апокалипсиса. И будет прав. Но если люди массово начнут приспосабливаться к грядущему магическому шторму задолго до его начала, то это позволит значительно сократить жертвы. Люди понемногу адаптируются и потом гораздо легче переживут всеобщий всплеск энергии до запредельных, по сегодняшним меркам, величин.

Плюс, я даже рассмеялся от пришедшей в голову не много сумасшедшей мысли.

Мне ведь надо добыть радиит для реакторов в заповеднике «Тунгусский бор»? Сколько я там вынесу сам — сто грамм, двести. Если фантастически повезет, то килограмм. Этого с огромным трудом хватит для оснащения одного ядерного буксира на орбите реактором нового поколения, который не требует системы принудительного охлаждения. Радиит из заповедника напрямую поглощает тепло и радиацию, выдавая в ответ поток электричества. А если туда попруться дроны на основе моего доспеха управляемые жадными до лута игроманами и обезбашенной школотой? Искренне думая, что они играют в первую в мире виртуальную игру. Все для этого проекта фактически есть, кроме сервера обеспечивающего связь. Но это вопрос скорее технический. Я даже засмеялся от безумности пришедшей в голову идеи. Но насколько же она заманчива. Одним выстрелом убиваю сразу целую стаю зайцев. Первое — обеспечиваю стране стратегический материал в товарных количествах. Второе — спасу для мира тысячи полезных и нужных людей, не дав им переродиться магическими мутантами, что сожрут целую кучу своих бывших сородичей. Ну и третье — сделаю это за счет задротов, что выложат любые деньги за первую в мире капсулу с полным погружением.

Пока меня вытаскивали из доспеха я продолжал продумывать свой план …. И не находил в нем ошибок. И это мне чертовски нравилось.

Я едва не подорвался сразу после экстренной выгрузки и не бросился бежать к Муромцеву и вещать о своей идее. Медики с трудом заставали меня спокойно лежать пока будут обследовать. Я успокоился только после клятвенного обещания врача, что он мне вколет какое-нибудь снотворное и отправит отдыхать на пару суток, если я продолжу активно мешать людям делать свою работу.

Но дергали меня они не долго. Через минут двадцать шум вокруг меня успокоился и меня перестали всесторонне обследовать люди в белых халатах. Правда, они все же собирались меня отправить в палату на дальнейшее обследование, но тут уже на дыбы взвился я.

— Только рискни, — я зажег в руке свой коронный светляк и посмотрел своим глазами с пляшущими в глубине искорками магии на медика. — Я вас самих при этой попытке отправлю в ваше же лечебное учреждение. Причем с диагнозом тупость. Переть против воли мага, поверьте, не самая гениальная мысль. Как минимум травмоопасная.

Врач раздраженно выматерился, высказав все что думает о глупых мальчишках, играющимися с силами, которых не понимают. Но вскоре он утих, после звонка Муромцева, что подтвердил мое право поступать так как я считаю более важным.

Ему сумел дозвониться и нажаловаться на меня один из подчинённых доктора, который в это время вполне профессионально материл меня. И к огорчению бригады медиков профессор принял мою сторону. А после пяти минут разговора со мной, перевозбужденным от новой идеи и вовсе в приказном порядке заставил врачей поработать таксистами и доставить мою тушку к нему в кабинет. Причем вменяемой, а не обколотой седативными препаратами, что так настойчиво мне советовал один из медиков.

— Успокоишься. Нервишки подлечишь. — На ухо мне приседал один из гордых прихожан церкви Асклепия.

Свой дурной характер сейчас я сдержал. Но видят все высшие силы — далось мне это очень не просто. Хотелось прямо там магической молнией стимулировать скорость движения в сторону от меня этих фанатиков, что под шумок хотели исследовать как можно тщательней попавший в их загребущие лапки неизученный организм.

Вообщем к Муромцеву меня доставили в крайне мрачном расположении духа. А еще больше потому что я осознал тот простой факт — колоться перед профессором мне сейчас придётся до донышка. Особенно в том, что я сознательно умолчал о гибели миллионов. В том числе и его личной. Пусть и потенциальной.

— Здравствуйте, Александр Львович. — Я прохромал к креслу и отставив трость умостился с краешку. Сознаваться в своей если и не лжи, то в чем-то очень близком к этому термину не хотелось. Но куда еще деваться в этой ситуации. Теперь когда появился реальный шанс исправить это. Молчать и недоговаривать дальше — преступление против того во что я верю. И ради чего борюсь.

— Рассказывай, хулиган и гроза врачебного сообщества моего заведения. — Муромцев наоборот был очень довольным собой. Еще бы — сегодня на его глазах родился первый реальный результат в виде бронированного стального гиганта. И это только начало.

— Я кое-что вам не договорил о будущем. — Набрал воздух в грудь, как перед прыжком в воду и начал. — Есть кое-что очень важное.

Рассказывал я о гибели всех ослабленных болезнями или возрастом людей долго. С трудом подбирая слова. Мне было стыдно перед пожилым ученым. Он сделал для меня и моих друзей очень много. А я его готовился принести в жертву собственным амбициям. Очень цинично и даже не пытаясь придумать выход из этой ситуации. Возникшая не давно идея — просто случайность. Звезды сложились на небосводе так и все.

И по моему Муромцев все это понял. Но не стал терзать мою заработавшую в полном объёме совесть своими упреками. Задавал вопросы исключительно по делу. И уже начал чиркать на бумаге и кому-то названивая уточняя мои выкладки.

— Владимир, — профессор в конце концов заметил мое состояние. — Ты чего какой-то смурной сидишь? Еже ничего не случилось и многое можно поправить. Тем более ты предложил хоть какой-то выход.

— Я лгал, точнее не договаривал вам, — решил выложить все Муромцеву и больше не прятать за пазухой камень. — Цинично, глядя в глаза. Просто потому что мне так удобнее.

— Ха-ха-ха. Ну ты даешь, парень. — Я совсем не ожидал от ученого такой реакции. Он натурально ржал чему-то очень довольный. — Ну с чего ты взял, что те, кто принимает у нас решения не предполагали чего-то подобного в результате. Твое данные только уточнили наши и так существующие выводы. Не больше.

— А почему тогда? — Я даже вскинулся старясь задать свой вопрос максимально литературным языком. А не теми словами, что рвались наружу.

— Почему ничего не смогли сделать с этим? — Александр Львович на этот вопрос улыбнулся грустно. — А как ты себе это представляешь? Я только теоретически и во многом ошибочно предполагаю все те законы по которым функционирует магия. Математика она видишь ли, дает только смутные предположения обо всем происходящем. А больше инструментов у нас до тебя не было. Да и ты, уж извини меня за прямоту, Володя, только ремесленник, нахватавшийся по большей части случайных практических навыков, приправленный толикой знаний. Тоже набранных бессистемно. И понятия во многом не имеешь о том, что делаешь. Опираясь больше на интуицию и крохи со стола древних цивилизаций.

— Извините, Александр Львович, — я переборол свою натуру и признал свою вину, перед лицом того человека, которого искренне уважал.

— За что? — Удивился моим слова Муромцев. — Ты чего себе там накрутил-то?

— За ложь. — Твердо ответил я и поднял наконец глаза на профессора. — И за привычное чувство превосходства, что принес из прошлой жизни. Слишком долго я там был одним из самых могущественных людей планеты. Это прямо-таки въелось в кровь и стало моей привычной маской. А вернувшись обратно в детство и почему-то решил, что я самый умный. А это не так. И сам я мало, что смогу сделать ради изменения будущего.

И поймал себя на том, что профессор смотрит на меня совсем как на несмышлёныша. С трудом понявшего столь очевидные истины.

— Ладно, отдыхай на сегодня. — Уселся обратно в кресло Муромцев. — Завтра у тебя тяжелый день.

— И, Володя, — остановил меня уже на выходе из кабинета голос профессора.

— Да, — я обернулся к Муромцеву.

— Предварительное решение по производству твоих аккумуляторов принято. Заводы уже начали разворачивать в районе Пенженской ПЭС. — Александр Львович показал мне модный после войны 22 года жест в виде буквы V. — Так что готовься — предварительный заказ на десять больших промышленных установок. И это только начало. Остальное узнаешь лично от президента. Он очень заинтересовался всем происходящем в нашем забытом богами уголке Тайги и решил навестить нас в ближайшее время. Поэтому параллельно с изготовлением комплектов к установкам распиши, что тебе надо для прототипа капсулы с полным погружением. И да, можешь дальше тоже полностью рассчитывать на научно-техническую поддержку со стороны наших ученых и инженеров. Не стесняйся обращаться.

— Ну в стеснительности я уж точно не был никогда замечен. — С облегчением рассмеялся на эту реплику Муромцева. — В этом вы точно не сомневайтесь. Наглости и самоуверенности у меня одного хвати на полноформатный батальон.

Из кабинета я вышел уже с хорошим настроением. Даже сам до недавнего времени не понимал насколько на меня давит будущее со смертями, которые я не могу никак изменить. Но теперь…. Появился шанс. Небольшой и не особо надежный, но хоть какой-то.

Домой я сразу не пошел. Меня по дороге перехватил заманчивый аромат из столовки и сам не понял, как зарулил вовнутрь. Одуряюще вкусно пахло самым настоящим пловом. Почти как готовил папа, служивший в свое время в Средней Азии.

— О, боец, давай к нам. — Из-за одного из столов мне помахал счастливый сержант, что уминал национальное узбекское блюдо с неподдельным энтузиазмом. Рядом с ним занимались тем же неизменный Глыба, довольно гогочущий над каким-то своим приколом и Лыков, сидевший ко мне спиной.

Я только кивнул знакомым спецназовцам и поспешил за своей порцией истекающей жиром вкусняшки. Даже ограничился при посадке за столик одним кивком, потому что рот умудрился набить еще по дороге к парням. И открывать лишний раз было чревато. Впрочем как и прожевать беспроблемно. Глыба даже хмыкнул, глядя на мои раздувшиеся хомячьи щеки. Хотя и по-доброму, потому что не стал комментировать в каком-нибудь язвительном ключе. Более того не поленился мне принести вторую тарелку, после того как я с тоской начал хлебушком подбирать оставшиеся крошки. На витрине столовой просто уже не было блюда с золотистым рисом и кусочками баранины. Но ушлый пулеметчик подмигнул поварихам и что-то с балагурил, рассмешив персонал самой важной части любого учреждения. Это я вам как тот, кто не доедал говорю. Да что там не доедал. И поголодать пришлось в свое время.

— Ты после куда? — После того как я наконец уговорил свою пайку и расслабленно откинулся на спинку стула, издалека начал капитан, что с удовольствием допивал свой компот из лесной земляники. И откуда только здесь есть такая прелесть?

— Отдыхать, наверное. Хотя еще надо порыться в паре-тройке бумажек. — Я в голос даже застонал от предстоящей мне ненавистной работы.

— Вот из-за бумажек я и не пошел учиться на офицера. — Довольно подмигнул проходящей мимо девице в поварском наряде сержант. — Тоже ненавижу всю тягомотную бюрократию.

— Ты, Игорь, не пошел учиться просто потому что ви есть ленивая жопа, — непонятно кого передразнил Лыков.

Пулеметчик только хрюкнул на это замечание своего командира и едва не заржал в голос. Только сунутый под нос кулак сержанта помог сдержать свои порывы Глыбе.

— Не хочешь уделить чуточку внимания своим боевым товарищам? — Провокационно дал мне полное право на недолго отложить не любимые бумажки Иван Лыков.

— А что случилось? — я всем своим видом продемонстрировал, что готов, но придумайте, пожалуйста, хоть сколько-нибудь правдоподобный повод для моей совести.

— А нам сегодня выделили для испытаний четыре игрушки, на вроде той в которой ты сегодня кувыркался. — Капитан мечтательно улыбнулся. Видимо новая железяка пришлась вояке по душе. Ну да еще бы ему не понравился костюм, будто слизанный из фантастических фильмов Голливуда. Ну что тут еще скажешь. Пока одни создают картинку, другие воплощают ее в реальности. И особенно это всегда касалось нашей армии.

— Идет, — мои глаза загорелись энтузиазмом. Изучить со стороны слияние оператора может оказаться многократно полезнее, чем зарыться на месяцы в изучение присланных Кириллом документов о системе нейроуправления бронекостюмом. А эта задача сейчас, по-моему, принимает приоритет совсем другого уровня.

— Ну тогда вперед, — скомандовал поставленным голосом сержант, — А товарищ Рябинов пока уберётся за всеми. Что бы знал, как над командиром и другом смеяться.

— Чего за дискриминация? — начал возмущаться пулеметчик.

Но мы с Лыковым уже не дослушали перепалку бойцов спецподразделения. Дверь в столовую хлопнула за нашими спинами.

На полигон нас домчал моментом уже виденной мной Тигр. Он стоял около открытого окна столовой, куда меня завел волшебный запах.

На полигоне уже стояли техники вместе с главным разработчиком ноу-хау.

— Ты здесь какими судьбами? — Инженер меня сходу вычленил в камуфляжной толпе могучих бойцов, что не могли в полной мере сдержать свое возбуждение. Во взрослых мужиках проснулись мальчишки и им страсть как хотелось поиграться с новой игрушкой, выглядящей на редкость брутально и грозно. Красивая все же по-своему получилась вещь.

— Да так, — не стал я полностью раскрывать свои планы. — Передавать буду опыт старшему поколению. А вы, когда так быстро умудрились подготовить еще 3 машины?

— Готовые комплекты с собой привезли, — пожал плечами Кирилл, — А вывести их в рабочий режим дело всего 20 минут без навески брони. И пока мы с тобой возились и обкатывали нулевую машину мои ребята закончили с остальными.

За время нашей непринужденной беседы с разработчиком, что стал ко мне относиться совсем по-другому. Если и не как достойному и равному его гению, то уже как к немного поднявшемуся над серой массой точно.

Дальше пошел запуск систем и обучение парней первичным навыкам движения в бронекостюма. И тут мне действительно получилось изрядно помочь капитану и его ребятам. Все же я уже успел слегка обкатать машинку и четко представлял ее возможности.

А вот с подвесным вооружением оказалось не очень. Стандартное вооружение не подходило под габариты и силу нового девайса. А приспособить их пока никто не догадался. Все же эта разработка долгое время была стендовой. И всерьез ее никто не воспринимал.

Лыков в бронекостюме даже раздраженно выругался в пол голоса. Ему не терпелось как минимум на полигоне обкатать машинку по полной.

— Да успеете, товарищ капитан, — успокоил я вояку, который первым прыгнул во внутрь новой игрушки, аргументируя это тем, что командир должен все уметь делать лучше подчинённых. — А пока можете поближе подойти ко мне. Хочу кое-что проверить.

Офицер не стал спорить и придвинулся ко мне на десяток метров. Все испытания во избежание досадных случайностей проводились на удалении сотни метров минимум от зрителей тире разработчиков.

Я потянул магию из собственного источника и наполнил свое тело энергией. Глаза засветились искорками синего пламени. Мне на секунду даже показалось, что Лыков едва не отшатнулся от меня.

Я улыбнулся и хотел, что-то с хохмить на такую не произвольную реакцию вояки. Но мой взор зацепил скрытые в подлеске примыкающему к полигону подозрительно знакомые ауры. И они стремительно к нам приближались.

— К БОЮ. — Заорал я, по привычке вплетя в звук крохи магии. Мой голос пронеся над землей низким угрожающим рыком. — ВАМПИРЫ.

— Алерика. — Командир вампирской звезды показал прекрасной и чарующей на вид девушке клыки в угрожающем оскале, — Если ты, тупая дрянь, и в этот раз не сдержишь свои инстинкты и порвешь всех пленников до того, как мы получим информацию, то твой отец узнает о, скажем так, некоторых шалостях.

Прекрасная на вид девушка резко изменилась и перед всеми предстала хищница, готовая рвать своего врага.

— Ты, командир, не забывайся, — вампирша шипела сквозь выступившие наружу клыки и слова с трудом угадывались через мешавшие звуку преграды. — Я принцесса нашего народа и сейчас просто нахожусь на стажировке под твоим командованием. А потом мы вернемся домой, и ты можешь сильно пожалеть о своих действиях и словах.

— Если мы не выполним полноценно приказ мастера Волена Тир Грахта, то с меня так и так снимут голову. Да и тебе не поздоровиться. Можешь поверить. — Кровосос, заметив, как побледнела при произнесении этого имени девушка удовлетворенно прищурился. Ему в первый раз за все время удалось поставить на место эту заносчивую особу королевских кровей, что навязали ему приказом свыше. — Мастер может и своего внука — твоего отца выпороть. Не то что какую-то шкодную девчонку, которую он еще ни разу в глаза не видел.

— А знаешь, — улыбнулся и спрятал свои клыки обратно в десны командир вампирского звена, — Можешь творить все, что хочешь. А я просто доложу мастеру о личности того, кто сорвал операцию. И пусть меня сожгут, но я умирая буду наблюдать за твоей многодневной поркой как минимум. Хотя и на соседнем со мной костре тоже запросто можешь оказаться.

— Я не нарушу приказ, — глухо сказала Алерика и опустила пылавшие гневом глаза в землю. Чертов дед вернулся не вовремя и сильно поменял все расклады в высшем обществе вампиров. И привыкшие за века к безнаказанности кровососы быстро ощутили на своем загривке тяжелую карающую длань Древнего Атланта, продолжавшего жить по своим законам погибшей тысячелетия назад страны. И никто не смел ему перечить. Даже король, на всякий случай. Что бы не оказаться в ситуации, когда его приказ просто не выполнят подданные если он вступит в противоречие со словом мастера Волена.

— Иди и очаровывай солдат в охранном подразделении. И не вздумай хоть кого тронуть своим клыком. — Отдал свой приказ девице вампир. — И сделай так, чтобы они ничего не понимали о произошедшем допросе хотя бы пару часов.

Принцесса зло зыркнула на командира, который ей поручил самую презираемую работу в подразделении. Среди вампирской аристократии вообще считалось унижением копаться в головах этих волосатых обезьян. Так и испачкаться можно об их грязные мысли. Но вампирша пошла выполнять приказ, мысленно придумывая для командира самые страшные кары и пытки, которые только могла представить ее буйная на подобное дело фантазия. Ослушаться в свете угроз страшило. Вылезший из анабиозного саркофага грозный прадед пугал Алерику. Мастер был известен тем, что за ослушание сжег даже одного из своих сыновей. Причем он тогда еще не переродился в вампира. И за тысячелетия его характер вряд ли смягчился. Скорее наоборот. И поэтому девушка злилась, но шла выполнять приказ.

С охраной из КПП удалось совладать легко. Идиоты с легкостью клюнули на милую мордашку и подустили ее к себе вплотную. Забитые спермотоксикозом мозги не дали им додумать одну простую и логичную вещь — откуда посреди тайги взялась шикарная девица, что-то блеющая о том, как она рада видеть таких мужественных парней и вообще бедная девушка устала и проголодалась. Что интересно Алерика даже не особо лгала. Она действительно проголодалась и очень любила молодых здоровых парней. В качестве обеда или ужина, правда. Но кому интересны такие незначительные мелочи?

В мозгах этих солдатиков помимо кучи ненужной информации действительно блеснуло то зерно истины ради которого боевая звезда и тащилась в эту глушь посреди бескрайнего зеленого моря.

Вернулась обратно к стоянке звезды вампирша в несколько странном состоянии. Ее зацепил не на шутку рассказ этих солдатиков.

— Командир, — Алерика кивнула главному в их отряде без своих обычных высокомерных фразочек и жестов предстательницы высшей вампирской аристократии. — Есть не обычные сведения о происходящем там, внутри того комплекса зданий. Я бы даже сказала весьма настораживающие.

— И-и-и? — Протянул слог кровосос и прищурился, оглядывая девушку и отыскивая подвох. Слишком уж странно вела себя принцесса. Так как ей не свойственно, а значит задумала какую-то подлянку. Уж натуру своей подчинённой он изучил от а до я. Более мелочной и злобной суки вреди своего племени вампир еще не встречал.

— Полуживотные говорят, что был переполох на их объекте несколько дней назад и там сражался хромой мальчишка против необычных существ. И он их разорвал на куски. — На одном дыхание выдала Алерика, что сама не до конца верила в те сведенья, которые выудила из голов солдатиков.

— Чего? — Тоже изумился словам девушки командир звезды элитных вампирских бойцов. — Ты им совсем мозги что ли вскипятила из-за своего неряшливого подхода к делу? Я еще могу поверить, что наших случайно положили их охранники. Все-таки эти обезьяны изрядно поднаторели в убийствах за последние века. Да игрушки стали изобретать чудо как хорошие.

Вампир погладил рукоять своего личного Корда, что притащил трофеем с недавней заварушки из соседней с этой страны. Вампиры там хорошо порезвились и подпитали свои силы на тоннах свежей кровушки на любой вкус и цвет. Ну а почему бы и нет, если руководство той страны было полностью в кармане у Старших. И боевым звездам просто отдали на растерзание людей, живущих там. Надо же где-то набирать силу и опыт новой поросли вампирского молодняка.

— Я все выяснила точно, — нахмуривалась принцесса и снова показала кончики своих белоснежных клыков, демонстрируя уже неподдельный оскал ярости. Ее больше всего бесило, когда сомневались в ее словах.

— И где сейчас этот хромой мальчишка? — Продолжил насмехаться, пользуясь поводом, над высокомерной девушкой командир.

— На полигоне. — Ответила вампирша, а ее кольнула незнакомое до селе чувство. Страха? — Что-то там испытывает.

— А так он еще и изобретатель, — скривил свои губы в глумливой усмешке кровосос. — А пойдем-ка мы посмотрим на этого живчика. Проверим слова нашей прекрасной принцессы. Да, парни? Может там прячется легендарный Гипербореец?

Вокруг раздались с трудом сдерживаемые смешки, а девушка всех окинула неприязненным взглядом. И с трудом сдержала рвущееся наружу бешенство. Как же ее вымораживали эти простолюдины, к которым ее засунул отец после маленького развлечения с десятками порванных трупов в центре Лос — Анджелеса. Под камерами.

Теперь приходилось терпеть их плоские шутки и армейский незатейливый юмор.

К границе полигона вампиры домчались быстрыми и бесшумными тенями, тщательно огибая систему безопасности объекта. Но в душе Алерики не смотря на кажущуюся легкость все нарастала и нарастала тревога. И только когда раздался низкий угрожающий рык-слово «К БОЮ» мало похожей на человеческий голос она успокоилась. Не известно как, но их засекли еще на подходе. А она с сожалением подумала, что они так и не скинули собранные сведенья через спутник. На этом объекте работала мощная система РЭБ, что полностью глушила все посторонние сигналы. Так, наверное, и пропали предыдущие визитеры из нашего племени. Только и успела подумать вампирша и все сразу вокруг завертелось в круговерти скоротечного боя.

Меня сначала не поняли. Люди на секунду застыли, силясь разобраться в обстановке. И в этот момент с подлеска ударило стаккато крупнокалиберного пулемета. Мне показалось, что пули свистнули прямо у моего виска, когда я уже рванул в сторону, уходя из-под прицельного пулеметного огня. Капитану повезло меньше. По металлической фигуре ударило с глухим звоном несколько крупнокалиберных гостинцев, сбивая спецназовца навзничь.

Я в это время уже вжимался в землю. Рисковать и принимать столь увесистый подарок на щит было не самым умным решением. Энергия пули калибра 12,7 мм — это очень солидно. Мою слабенькую преграду разнесет вдребезги и максимум сменит траекторию полета. Да и то это мне вряд ли сильно поможет. Ну какая для в самом деле разница — мне сразу оторвет голову или сначала руку. Результат все равно так себе.

Пулемет на опушке резко заткнулся. Я даже и не понял почему. Не хотелось выглядывать с риском получить шальную пулю в свою дурную голову. Но мне помогли. Яркая красотка выдернула меня из-за укрытия одним движением и поставила на ноги. Я даже и понять ничего не успел. Только увидел выступившие клыки на лице девицы и понял кто она и откуда. Приперлись же твари так не вовремя. Не могли подождать пока молодцы капитана переоденутся в новую сбрую и хоть как-то научаться ей пользоваться.

— Ты идешь с нами. — Голос девушки приобрел чарующие нотки. Я бы даже сказал мурлыкающие. А красота вампирши разом улетела куда-то в небеса. Она в миг стала казаться одновременно и первой школьной любовью, и заботливой женой, с которой прошел и огонь, и воду. Идеал. Воплощение совершенной женщины. Такое мощное внушение снесло бы мозг любому мужику. Свернуло сознание набекрень всем, попавшим под него. Вот только я не все.

— Нет, — я улыбнулся клыкастику с шикарными стоячими сиськами размера эдак третьего.

И пока брови девушки сошлись в недоумении домиком, и она молча открывала и закрывала рот, абсолютно не понимая всего здесь происходящего. Я пустил в себя всю накопленную магию. Мои глаза вспыхнули сиянием энергий.

А в зеленых красивых очах (Ну что тут поделаешь — хороша чертовка, даже не смотря на свою страсть к человеческой крови) напротив появились нотки ужаса и понимания. Наверное, вампирским детишкам в детстве тоже читают сказки. И самым страшным персонажем там наверняка выступают маги. Волшебники далекой и полузабытой Гипербореи, что почти стерли с лица планеты эту зловредную поросль из переродившихся людей. Жаль не до конца. И за 12 тысяч лет успели кровососы расплодиться. Ну да ничего страшного. Простим предкам не большой косяк. И сами его поправим.

Вампирша хотела или отбросить мою тушку, или еще чего задумала. Но не успела. Мой мозг, разогнанный магией до закритичных величин, уже обсчитал все возможные варианты атаки и выбрал наиболее удачный. Хоть мое тело не могло успеть за возможностями разума, но для того что бы по ауре передать поток энергии мышцы не нужны.

Кроткий крик и вампирская красотка падает у моих ног. Разряд был настолько быстрым, что это произошло в один момент. Только яркая искра короткого магического замыкания и вот уже девушка извивается в судорогах от боли и шока.

— Первый раз вижу, как кто-то умирает от тупости, — поведал я свою точку зрения застывшему невдалеке от меня вампиру. Он от удивления даже прекратил возиться с экзоскелетом выколупывая оттуда офицера и смотрел на меня округлившимися от изумления глазами. — Ух-ты, аниме-клыкастик. Жаль фотика нет. Китайские товарищи бы восхитились идеей подобного персонажа для своих рисованных фильмов.

Я пошел вперед к новому противнику на ходу прикидывая расклады и осматриваясь. Крупняк в перелеске молчал, по-видимому подавленный снайперами охраны. Не могли же все тупо проигнорировать ведущийся на территории бой? А грохот крупняка очень хорошо слышен. Звук разноситься на километры.

Вампир цапнул автомат и начал поворачивать ствол в мою сторону. Я про себя похолодел. Не удалась моя попытка сыграть в браваду. Теперь будем надеяться, что мощности щита хватит.

Шевельнул пальцами и передо мной застыла переливающаяся на солнце всеми цветами радуги пленка.

— Сдохни, — заорал, перебарывая врожденный страх перед человеческими магами кровосос и нажал на гашетку модного австрийского автомата. Но не успел довести свое движение до логического конца в виде ливня пуль.

Его руки со стреляющей железякой сжала металлическая лапища ожившего бронекостюма и медленно сдавила, ломая такие обманчиво хрупкие в некоторых руках вампирские кости. Ну и заодно вражескую технику не выдержавшую проверку у дикого русского спецназовца. Варвар, что тут еще скажешь. Немец старался, делал вещь. А Лыков взял и разломал на несколько кусков одним движением закованных в металл пальцев.

Вампир не заорал от боли. Скорее завизжал как подраненный заяц с ужасом глядя на свои конечности, крошившиеся в металлических пальцах капитана. Дернулся раз-другой и с трудом вырвался из хватки спецназовца. Правда не весь. Ошметки его рук так и остались в манипуляторах бронекостюма Лыкова, которого окатила, струя бледно-красной крови вампира из оторванных конечностей. Все. Этого клыкастика боевой единицей можно больше не считать. Даже вампиры долго не живут после травматической ампутации обеих рук. Если, конечно, не зальются кровью по самые брови.

А затем стального гиганта снесла с ног граната из подствольника. Я только глазами успел хлопнуть. Раз и все. Лыков уже лежит на земле и странно шевелиться, дергаясь в попытках подняться. По-моему ему повредило какой-то механизм экзоскелета. Потому что движения стали хаотичными и рваными. И не удивительно. Я если честно похоронил офицера после первой очереди из пулемета, которую принял грудью офицер.

Мне в следующее мгновение стало не до размышлений. На меня летел очередной кровосос с очень недобрым выражением лица. Выглядел вампир покоцанным. Несколько пуль разорвали кровососу плечо, но плоть этого существа восстанавливалась едва не на глазах. Похоже кровушкой перед визитом к нам эти паразиты заправились по полной. Одной рукой автомат он и не пытался схватить. Тот болтался за плечом твари и опасности для меня пока не представлял. Но вот модный глок клыкастик наводил на меня вполне уверенно, и первая пара пуль не заставила себя ждать. Хорошо еще, что пленка щита вполне уверенно держала пистолетный патрон.

Я полностью отвлекся на полубезумного урода с пистолетом и не сразу заметил, что еще двое начали шустро утягивать с поля боя продолжавшую биться в припадке девку в сторону. Раз за разом принимая на себя пули окончательно очухавшихся снайперов охраны.

— Не уйдешь, тварь. — Не знаю кому заорал я и коротким разрядом синей молнии отбросил в сторону любителя пистолетов. Не убил. И даже не особо повредил его организму. Все же предел прочности вампиров многократно больше чем у людей. Но зато смог подставить кровососа прямо под пули бойцов. До этого тот хитро мной закрылся от пуль охраны и те не рисковали стрелять совсем рядом со мной, чтобы не задеть.

Я же рванул со всех ног вперед к последней парочке. Сил на действительно мощную магию не было. Но вот задержать кровососов я вполне должен до подхода подмоги. Или хотя бы до того момента, когда стрелки нафаршируют их тела достаточным количеством свинца и стали до несовместимой с жизнью концентрации. Утягивающий девку в лес по-голливудски прилизанный красавчик, которого не особо портили даже вырванные пулями куски мяса из тела, что-то зло зашипел своему напарнику по транспортировке девицы сквозь клыки. Что они там решают стало ясно буквально сразу. Вампир заступил мне дорогу, давая беглецам последний шанс на спасение в виде подлеска на краю полигона из которого они нас бодро атаковали всего с минуту назад. И слава всем высшим силам, что в этот раз бойцы охранных подразделений были начеку. Если бы они быстро не подавили пулемет, то эти твари уже меня бы потрошили нас всех на запчасти в нескольких километрах отсюда. С полной звездой убийц из королевской гвардии мне пока не тягаться в прямом бою.

— А вот и тот, кто посмел обидеть моего железного друга, — я излучал в пространство просто гигатонны наглости и самоуверенности. Кровососам, правда, не стоит знать как мало подкрепленной убойной магией мощи стоит за моими словами. — Какой нехороший клыкастик. Надо тебе теперь сделать бо-бо по попке.

— Маг, — вампир почти выплюнул это слово, — Что ты забыл с этими полуживотными? Лучше помоги нам и мы подарим тебе бессмертие.

— Ага. — Кивнул я и продолжил за разговором тянуть время. Мне даже для применения простейших плетений из прошлой жизни теперь требовалось куда больше приложить усилий. А это соответственно занимало совсем другой путь секундной стрелки на часах. Банально не хватало пропускной способности каналов в ауре, что качали энергию источника. Да и качали по меркам прошлой жизни совсем крохи магии. — А также обалденно модную в этом сезоне клыкастенькую улыбку. А девчонку вашу попользовать потом дадите? Выглядит ваша кровососущая дрянь должен признать отпадно.

Чушь из меня лилась просто потоком. А параллельно я вкачивал в свитую руну концентрации в моей ауре максимум всей доступной силы, выжимая источник как мокрую тряпку. До дна или точнее до последней капли. Таким не хитрым образом я мог активировать гравитационный таран и с теми крохами силы, что имелись в моем распоряжении.

— А может просто пристрелить такого наглого типчика? — Словно к самому себе обратился кровосос и эдак намекающее качнул автоматно-гранатометным комплексом из подствольника которого курился дымок. — Зачем нам пускать в свое общество настолько глупого мага, что не видит очевидных перспектив нашего сотрудничества?

— Если бы жиденько не обосрался переть против мага, то уже бы палил вовсю. — Я усмехнулся максимально глумливо и провоцирующее. — Можешь попробовать кровососик. Я вот здесь стою и жду проявления последней глупости в твоей бессмертной жизни. Не страшно проститься с будущими непрожитыми тысячелетиями в богом забытом уголке России?

Вампир зло ощерился и вскинул автомат вверх. Наверное разозлился, хотя скорее всего понял, что я тяну время. А врагу ни в коем случае нельзя отдавать инициативу. Это знают любые разумные, даже если они на досуге потребляют кровь людей. Пули рвали воздух в моем направлении, но мое сознание уже ухнуло в состояние разгона. И мир почти замер. Выстрелы в таком состоянии смотрелись скорее волшебно, чем угрожающе. Цветок огня и влетающий из него раскалённый металлический кусочек.

Любоваться можно просто бесконечно. Но подготовленная руна уже трещала под напором закаченной силы. Или точнее мой слабенький на данном этапе контроль над магией не справлялся. Работать мне над собой вообщем еще и работать.

Заглянул в самую суть своей силы. Туда, в глубь того к чему максимально предрасположена самая суть, моя душа и вызвал одной волей свою стихию в этот мир. И мироздание, казалось, вздрогнуло. Маленький и робкий огонек горевший внутри меня — снаружи оказался всесокрушающим пожаром вечной основополагающей стихии Вселенной. Долго удерживать здесь я ее не мог. Совсем не те пока силы у меня. Но ударить гравитационным тараном прямо в строну летевших в мою тушку пуль — легко. Пространство словно смялось мятой бумагой и тут же пришло в норму. А искривление пошло дальше отдаляясь от меня облаком искажающей реальность гравитации. Пули поглотило и выплюнуло измятыми и деформированными кусочками, в которых только с добавлением не малой толики воображения можно было разобрать некогда смертоносную сталь.

На лице обреченного кровососа отобразилась обреченность. Понять происходящее он успел. Но вот отреагировать не могло даже его модифицированное лучшими магами-генетиками Атлантиды тело. Просто не успевало. Гравитация и соответственно пространство, в основе которого и лежит сила тяжести, единственное, что гораздо быстрее скорости света. А будущий вампирский труп не успел бы увернуться и от банальной сверхзвуковой пули.

Облако разнонаправленной гравитации, корежащей пространство, накрыло нелюдя с головой. И над полигоном раздался дикий животный вопль на пределе возможностей нечеловеческого горла. Даже у меня на секунду волосы встали дыбом на загривке. А я слышал, поверьте, многое. Но не особо часто это приходилось делать в упор. Обычно я уничтожал врага за километры.

Что-то чавкнуло и звук оборвался вместе с распадом моего плетения на быстро истаявшие ошметки, после выгорания всей вложенной в плетение энергии. На будто молотую в мясорубке землю опускался дико изломанный труп с торчащими белыми осколками костей по всему телу. Уже подтащивший начавшее осмысленно двигаться тело красотки к лесу кровосос обернулся и выматерился на неизвестном мне языке. Одним броском он зашвырнул тело девушки вглубь тайги и набирая все ускоряющейся темп побежал ко мне. Тварью явно овладела ярость если он, наплевав на все последствия, двигался ко мне с единственной целью — отомстить за своих товарищей. Снайпера продолжали садить в кровососа на расплав стволов, вот только эффективность их огня резко упала. Скорость и реакция разозлившейся твари многократно превышала человеческую и опытные стрелки мазали как салаги. Я же похолодел. Магия почти вся во мне уже выгорела. Все таки призыв собственной стихии весьма энергоёмкое удовольствие. Пусть я и воспользовался лазейкой для слабосилков, но даже такой эрзац-вариант почти полностью опустошил мои неглубокие резервы.

— Посторонись, братка. — Меня отодвинула себе за спину закованная в сталь бронекостюма лапа сержанта. — Не по-товарищески это. Сам морды супостату чистишь, а друзей не зовешь. Нам знаешь, как обидно. Вон и Глыба подтвердит.

А я рассмеялся. Похоже моя смерть в очередной раз откладывалась. Прорваться через двойной заслон из закованных в экзоскелеты спецназовцев вампиру не выйдет по крайней мере без тяжелого вооружения. Чего бы там он о себе не думал о своих возможностях, но голыми руками продавить магнитную броню не выйдет.

Вампир резко оттормозился перед нами и на его морде показалась настоящая вселенская обида на судьбу — вон он добежал и желал порвать потерявшего силы человеческого волшебника. И вот его встречают стальные бронированные фигуры, которые даже выглядят хищно и угрожающе. И это они его еще не начали толком бить ногами.

Кровосос бы может еще чего подумал, что с этим делать. Но его остановившаяся в десятке метров от нас фигура стала прекрасной мишенью для стрелков и сразу несколько пуль порвали грудь вампира. Тот даже покачнулся от инерции попаданий.

— Куда, скотина? — Взревел не хуже медведя пулеметчик, заметив попытку побега противника, которого он собрался больно бить. И не придумал ничего лучше, чем кинуть в сторону убегавшего противника неведомо где подобранный лом. Железяка полетела с неожиданной скоростью. Все же сила у ребят, облаченных в экзоскелеты, была впечатляющая.

Мне на секунду показалось, что лом попадет в бегунка, но тот все же успел увернуться и заскочить в лес через несколько секунд.

— Далеко не убежишь, — злорадно сказал сержант и показал мне рукой на стремительно приближающуюся точку на небосклоне. — Аллигатор летит. Сейчас поджарят жопы этим уродам.

И действительно — из-под крылатой машины по лесу ударили дымные хвосты. И там через несколько секунд раздались взрывы. Один за другим. Несколько десятков и гектары леса превратились в ад, с летающими стальными осколками. Такими жадными до крови людей. Но думаю, что и от вампирской сегодня не откажутся.

— Баста, карапузики, — я сплюнул в сторону горящего леса.

— Это точно, — прогудел динамиками бронекостюма рядом со мной Глыба. — После работы штурмового вертолета остаётся только воспоминание о противнике. И то не очень хорошее.

— Что там с нашими? — Я отвлекся от созерцания горящих деревьев и посмотрел в сторону где-находились наши гражданские. Пули над головой и запах сгоревшего пороха в воздухе живо мне напомнили о уже ведущийся войне. Первые выстрелы третьей мировой звучали все громче. И они сотрясли воздух впервые не сегодня. И не здесь. А на Украине в 14 году.

— Вроде нормально, — из крупняка прицельно начали садить по вам с капитаном. До нас штурмовики противника не дошли. Они сразу поменяли планы после того как снайпера подавили пулеметную точку.

— Помоги, — я отпустил магию и поморщился. Боль как всегда брала свою многократно увеличенную плату после краткого периода затишья.

— Опирайся, братка, — мне вместо трости подставили металлическую клешню бронекостюма. — Сержант, глянь что там с командиром?

Пока я едва ковылял в сопровождении могучего спецназовца обратно к нашим, которые не торопились вылазить из укрытий, Игорь разблокировал экзоскелет капитана. Лыков выглядел вполне целым. Хоть и морщился при ходьбе и слегка прихрамывал при движении.

— Все целы? — Первым делом офицер поинтересовался нашим состоянием.

Его подчинённые ответили дружным так точно, а я только ограничился кивком.

— Сам-то как? — Спросил я на автопилоте, не особо на самом деле интересуясь состоянием Лыкова. Меня реально штормило после использования гигантского количества магии по моими сегодняшним меркам. Не готов мой организм пока к подобным нагрузкам. Как и аура на которую и ложиться основная нагрузка. Как и прокачка основной части энергии во время активного использования.

— Живой и целый, — ответил, не вдаваясь в подробности офицер. — Так слегка помяло отдачей. Но броню не пробило и я отделался больше испугом, чем могло бы быть при попадание такого гостинца в неприкрытую грудь. крепкая все-таки вещь получилась у наших умников.

— Еще бы оружие не забили подвесить. А то пока испытаем так. Потом начнем разбираться с вооружением. — скрипнул зубами в раздражении Лыков. Его поддержали одобряющим ворчанием его коллеги по нелегкому ремеслу солдата.

— Стойте, — я остановился около тушки с оторванными руками. И приложил два пальца к шее. Тук. Почувствовал через несколько секунд я слабенький удар сердца кровососа. Тук. Еще прошло несколько секунд прежде чем я убедился в своем диагнозе. Выжила, тварь. Удивительно живучие все же эти кровососы. Не представляю, как выжил бы человек если бы ему вырвали с корнями из плечевых суставов руки.

— Этот пока живой, — объявил я своим напарникам по бою.

— Да ладно? — Удивились спецназовцы и неверяще уставились на обезрученное тело.

В их головах просто не укладывалось, что после такого можно выжить.

— Он же одной крови тут потерял литра три. — Как-то потеряно сказал вслух капитан. — Не считая других более очевидных причин для гибели.

— Это не люди, — я пожал плечами на замечание офицера. — Хоть и весьма похожи все же стоит к ним подходить с нашими мерками. Вызывайте медиков. Может чего удастся выбить из этого клыкастика. Информация о противнике нам нужна как воздух.

— Уже, — прогудел басом Игорь. — Обещали быть через три минуты. Плюс группа зачистки. Командование базы решило тщательно проверить лес.

— Вот и отлично, — Лыков наконец пришел в себя окончательно и начал командовать своими подчиненными. — Сержант на тебе обследование места происшествия. Понял?

— Так точно, — в тоне вечно веселого и любящего пошутить Игоря не было и тени улыбки. Спецназовец был полностью собран и готов к любым неожиданностям.

— Ты, — Офицер ткнул пальцем в пулеметчика, временно лишившегося своего рабочего инструмента, — Собирай все тела в кучу и ожидай прибытия медиков. Их предупреди о вероятной опасности нашего единственного живчика и, если будет необходимо сопроводи и проконтролируй во избежание различных не особо нам сейчас нужных эксцессов.

— Так точно, — умудрился принять строевую стойку в своем не особо предрасположенном для этого бронекостюме Глыба.

— Подождите, — я наконец сообразил, что меня мучило помимо моего физического состояния последние минуты. — Это вампирская звезда королевской гвардии.

Я пять сморщился и растер гудящие от перенапряжения виски. Моя вечная спутница боль начала понемногу стучаться в глубь моего черепа.

— Я вот даже не буду тебя спрашивать, что ты имеешь в виду этими словами. — Офицер посмотрел на меня характерным взглядом сотрудника сталинского Смерша. Мне даже зябко стало под таким прицелом из серо-стальных глаз капитана. — Ты к чему это начал говорить?

— Их должно быть пять. — Выдал я на одном вздохе. — В такой группе всегда пятеро бойцов. Но я видел только четверых. Где еще один?

— Всем не расслабляться, — моментально отреагировал на мои слова офицер. Лыков приобрел полезную привычку сначала действовать, а уже потом выяснять насколько я прав. Похоже крупнокалиберная пулеметная очередь в грудь изрядно стимулирует такие привычки. У тех, кто выживает.

У рысцой подбежавшего солдатика, что больше носил коробки за учеными чем служил, капитан с рыком отобрал автомат и погнал его поднимать всех залегших солдат и отправлять их к нему на инструктаж.

— Отбой, — к нам подбежал лейтенантик с винтовкой СВД. — Я снял пятого. Он за пулеметом сидел.

— Ты уверен? — Капитан навис над снайпером всей своей массивной фигурой. Лейтеха даже стушевался от такого напора.

— Ну, — несколько растерял свою самоуверенность стрелок. — Да, наверное.

— Ты в армии или где? — Разъярился на подобный доклад капитан. Его военной душе слова вроде и может быть глубоко ненавистны, судя по всему. — Что значит наверное?

Но лейтенант не успел ответить капитану. В подлеске послышался шорохи и вверх взвилась укутанная пылью и пеплом фигура, облаченная в нечто вроде маскировочного костюма «Леший». По крайней мере я до этого в упор не смог различить скрытую камуфляжем фигуру даже на фоне изрядно почерневшего леса.

— Поздно, — мрачно отреагировал я на раздавшиеся со всех сторон выстрелы. Вампир, подхватив на плечо тело с земли и стартанул в глубь тайги. А вертушка как раз ушла после отработки всех положенных целей. И теперь даже отследить направление отступления выживших членов звезды будет сложно. Если вообще возможно.

Капитан и сам понял, что это бесполезно и раздражено щелкнул предохранителем, прекратив переводить по напрасну боеприпасы.

— Прекратит огонь, — Рыкнул он на бойцов и с ненавистью уставился в глубь леса.

Потом все набежали на место нападения как-то сразу. Целая куча людей занялась полигоном и трупами нападавших. Да и наших солдатиков охраны положили в землю кровососы достаточно. Я мельком насчитал не менее 10–12 трупов, пока шел к группе разработчиков. Кирилл уже вовсю охал над покореженным костюмом капитана и грозился лично оторвать руки тому уроду, который попортил его изделие. Правда увидев кровососа с вырванными из плечевых суставов конечностями отвернулся в сторону и проблевался. А также умерил свои кровожадные планы. Может понял, что с отрыванием и без него тут прекрасно справляються?

На меня же накатила вселенская апатия. Я нашел себе тихий уголок и забился в него, мечтая только об одном — капельке покоя. Сил просто не было на осознанные действия или даже мысли. Хотелось спать и никуда не спешить хотя бы один вечерок.

Муромцев тоже прибежал и что-то у меня спрашивал. Но я видимо отвечал совсем не то. Он нахмурился и начал кого-то вызванивать. С полигона меня забрала вездесущая Юлька, на которую искоса ломал глаза сержант. Он только что не облизывался на соблазнительную фигурку молоденькой и привлекательной ученой.

Правда у самой Юли сейчас была совсем другая забота, а именно я. В первый раз я видел, как записная лихачка везла меня максимально бережно. Без своих вечных пробуксовок и резких, на грани фола и разбитого носа, торможений.

— Ну ты все же как? — Девушка спародировала джентльменское поведение, и сама открыла мне дверь электрокара. Причем на удивление без своих фирменных подколов и комментариев. Чувствую в соцсетях Юля еще тот тролль. Зубастый и изрядно ехидный.

— Да вроде норм, — пожал я плечами и взял протянутую мне ладонь. — Устал только, как бешенная собака. Отдохну сегодня и приду в себя.

Из-за дверей моего коттеджа раздался негодующий медвежий рев. Я прищурившись посмотрел в ту сторону.

— Хотя не уверен, что мне дадут отдохнуть. — Я против воли улыбнулся. Мохнатику пофиг на прибывших с целью дружеских посиделок кровососов.(По крайней мере так должно было быть если судить по голливудским киношкам. Интересно вампиры сами заказывают у режиссёров такие сценарии или просто люди сами настолько тупы, что людоедов изображают в сверкающих доспехах?) Моему медвежонку в данный момент важнее его собственные заботы. И плевать Мишутке на все морские знаки. Здоровый эгоизм малыша. Что ту поделаешь?

— Пойдем помогу разобраться этим милым негодником, — Юля пристроилась рядом со мной.

— Не потеряют в лаборатории? — Я по немного начал оживать и интересоваться окружающим пространством.

— Да там сейчас такой переполох из-за сегодняшнего, что бедную девушку и затоптать может стадо озабоченных лосей, не заметив. — Фыркнула на мое замечание девушка. — А после того, как садисты в белых халатах узнали, что один из напавших живой.

Юля патетически закатила глаза, показывая мне всю глубину поразившего медицинский сектор энтузиазма пополам с толикой фанатизма.

— Короче на сегодня я опять медвежья нянька, — заявила категорично девушка. — А то мне твоя Настя уже вся в слезах звонила и жаловалась, что не может справиться с этим чудовищем.

— Вот мы и дома, — выдохнул я и шагнул в открытую дверь.

А там меня встретил кавардак и натуральный филиал дурдома. Зареванная Настя пыталась достать залезшего под диван Мишутку. А тот обиженно ревел дурниной на все ее попытки.

— Володя, — мелкая блондинка увидев меня натурально разревелась в три ручья и осела на пол где стояла. Только между всхлипами продолжала повторять. — Он не слушается и вообще …

Я присел рядом и приобнял девушку. Та только уткнулась мне в плечо. Похоже малыш все же сумел ее довести. Через несколько минут, поняв, что за ним не пытается залезть эта злая девица, Мишутка сам вылез и натурально захныкал. Мохнатик жаловался мне на то, что я отдал его этой блондинке и не понимал где я был. А он так скучал. Да уж. Богатая у меня фантазия. Что там мне говорил на своем медвежье-младенческом малыш мне не ведомо. Но почему-то я интерпретировал все эти всхлипы именно так.

Так я сидел, успокаивая всю честную компанию.

— А что с тобой случилось? — Наревевшись Настя потянула носом воздух. — ты как-то странно пахнешь. Петардами что ли?

— Ага, — засмеялся я на такое предположение девушки. — Фейерверки запускали с парнями. А оптом еще и гости подтянулись глянуть на такое зрелище. Правда не очень вежливые гости. Пришлось их малость воспитать.

Сегреиин пришел в себя с гудящий словно крупногабаритный колокол головой. Воспоминания с трудом возвращались к командиру вампирской звезды. Только боль подобравшегося к его укрытию огня встряхнула его организм и заставила мобилизовать все ресурсы могучего нечеловеческого организма. Невдалеке от него пронесся протяжный стон, а Сегреиин наконец разлепил глаза и сосредоточился на окружающем его мире.

— Где я? — С непроизвольным стоном выдал вампир и в его память хлынули последние воспоминания.

— Нас заметили, — зарычала Алерика моментально преображаясь в хищницу, готовую разорвать любого врага. Выдвинувшиеся на полную длину клыки деформировали челюсть и исказили некогда прелестные черты лица. Такой девушкой можно было пугать до уссачки самых матерых маньяков и насильников на планете. Вечная импотенция им гарантирована.

— К бою, — скомандовал кровосос, моментально оценивая сложившуюся ситуацию с самых разных сторон. И выбора особого не было — придётся атаковать сходу. Уйти им не факт, что удастся без потерь. Поднимут вертушки и с воздуха будут их загонять, что дичь по этому древнему Лесу, помнящему еще закат Гипербореи.

— Вы на сближение и входите в ближний бой. Так люди не смогут нам ничего противопоставит. — Скомандовал своим бойцам Сегреиин. — Атакуете только после того, как причешу из пулемета угрожающие вам позиции. А то срежут вас, как куропаток на взлете. Выполнять.

Под конец прикрикнул вампир, подавив попытки возразить у принцессы. Навязали же им проблемку в виде высокородной аристократки, которая имеет странное представление о дисциплине.

Все двинулись вперед, рассыпавшись широким фронтом, чтобы максимально затруднить стрелкам людей прицеливание и наведение своих стволов.

Командир пристроил пулемет под удобным упавшим стволом и навел его на странную металлическую фигуру.

— Люди изобрели новую игрушку, — прошептал себе под нос вампир. Не смотря на пренебрежительный тон массово принятый в их среде, командир звезды точно знал насколько могут быть опасны люди. В недавней войне к западу от этой большой страны он едва не сдох под завалами завода на берегу мелкого моря. Только чудом он сумел выйти оттуда. Артиллерийскому снаряду одинаково безразлично чью плоть рвать на куски. Для нее не существует высших существ, что бы там сами о себе не думали эти люди или совсем не люди. Да и выйти ему дали с трудом. Его ослабленного по городу гоняли солдаты людей полночи. И только зарывшись в кучу воняющих трупов, смог избежать внимания гортанно кричащих на своем языке бородачей, которые шли по его следу с искусством волкодава почуявшего кровь врага.

Для себя Сегреиин цель определил сразу — не известно какую угрозу нес для них металлический гигант, но лучше поберечься на всякий случай. Первая очередь хлестнула по мальчишке и железяке. И та сразу рухнула, откинутая чудовищной энергией 12,7 миллиметровой пули. Правда пацаненок вроде уцелел, но да бес с ним. Сейчас не до человеческих детенышей. Тем более хромых. Потом пойдет кому-то на питание. Восстановится после боя им будет надо однозначно. Слишком уж много пуль полетело в сторону набиравших скорость вампиров. Даже в ствол дерева, укрывший его пулеметную точку клюнуло несколько случайных гостинцев.

— Чего вы сильно прыткие, еда, — прошептал командир вампиров и прошелся очередью небольшому укрытию, из которого наиболее удачно начал бить пулемет людей. Сегреиин уже хотел поменять свою позицию на всякий случай. Даже приподнялся слегка подтаскивая за собой свое оружие. Но тут — удар, вспышка боли и темнота.

Снова невдалеке раздался стон и вампир наконец разобрался со своими сбойнувшими воспоминаниями. И начал действовать. Во первых пощупал свою голову. В ней под руками крошилась корка от ударившей по касательной пули. Человек при таком раскладе бы не выжил. Кости черепа вампира не выдержали и лопнули под напором, вдавившись в мозг. Но он не человек. И потому сквозь боль и страх вытянул из кармана шприц с препаратом последнего шанса. Созданного исключительно для вампиров.

Для людей подобный боевой стимулятор нес только смерть. Причем весьма болезненную и непростую. Но кровососа на короткое время возносил на пик его сил. Недолго. Минут буквально десять, за которые ему надо найти свежую кровь, иначе — шок и гибель, когда тело в попытке регенерировать полученные нервной системой повреждения начнет сжирать самого себя.

Снова такой знакомый стон невдалеке. И Сегреиин решился. Одним движением вколол себе стимулятор и моментом вскочил на ноги. И потратил полсекунды на оценку ситуации. А обстановочка была кране грустной. Люди победили. Не известно как, но все его бойцы лежали мертвыми, кроме стонущего не вдалеке вампира. Его специалиста по штурму вообще такое чувство, что засунули в бетономешалку с булыжниками и долго крутили внутри. Все кости переломаны и вылезли наружу белыми гранями сколов.

— Ненавижу, — только и дал себе труд прошептать Сегреиин, когда побежал все ускоряясь дальше, по пути подхватив последнего бойца, которой к его удивлению оказалась Алерика. Спасал вампир свою подчинению вовсе не из милосердия. Если подобное чувство вообще еще не отмерло в кровососах. Ему было надо срочно знать все о произошедшем. Если в этой стране появилась нечто способное крошить гвардейскую боевую группу вампиров в прямом бою, то это надо донести до королевского совета любой ценой. Конечно если прошедшая гибель не случайность, что тоже бывает. И поэтому он нес обгорелую и посеченную осколками принцессу тупо ради информации. В любом другом случае бросил. Нет у вампиров чувства товарищества. Оно априори атрофируется, если кто-то начинает считать себя высшим существом. Зачем зародышу бога привязанности к низшим, ведь верно?

А с утра следующего дня мне пришлось плотно заняться всеми нашими делами по развертыванию массового производства аккумуляторов. Хоть и рвался искать и добивать вампиров в зеленке. Чересчур сильную неприязнь я вынес из прошлой жизни по отношению к этим тварям. Но едва я об этом заикнулся, то Муромцев устроил мне форменную истерику. И нет, он не кричал. Говорил наоборот очень тихо. Но сталь в его аргументах позвякивала отчетливо.

— Ты чем-то кардинально сможешь помочь в поисках? — По привычке ученый снял очки и начал протирать в них стекла, подобранной со стола мягкой тряпочкой.

— Ну я могу рассмотреть их ауры. — Не пожелал сразу я сдаваться больше наверное от взбрыкнувшей подростковой упрямости.

— На каком расстоянии? — И махнул рукой призывая меня к молчанию. — И главное. Вам придётся обследовать сотни квадратных километров тайги. А это очень продолжительно по времени. Часы или дни. Ты смажешь держать так долго свое умение видеть ауры активным? А самый обычный тепловизор сможет.

Вообщем разбил мои хотелки профессор на сотни наклеиваемых кусочков и отправил меня цеха лаборатории. Мол, ты мне обещал детали для десяти промышленных установок и проект вирткапсулы. Дай будь любезен. Причем желательно вчера. А кому бегать по лесам найдется без одного хромого недоросля у которого ветер в голове, не смотря на имплантированное относительно взрослое сознание. Да и не забыл ткнуть меня носом в собственную техническую малограмотность. Дескать твои сверстники начали уже образовываться. А ты еще ни разу не посетил аудитории и лекции. Пора исправляться.

Хорошо хоть график посещений лекций мне выдал Муромцев свободный иначе и не знаю как бы я все успевал. Но прежде всех этих важных дел пришлось решить вопрос с размещением моего мохнатика. Таскать его с собой в лабораторию не вариант. Мне уже коллектив ученых и лаборантов в лице Юли передал свое «Фе» по этому поводу. Пришлось организовывать около коттеджа вольер и находить среди бойцов охраны любителя животных. Его при содействии капитана отдали в мое временное подчинение.

А кинолог только обрадовался. Еще бы такая лафа подвалила. Всех забот покормить и убрать за одним маленьким медвежонком. Это не свора в десять собачьих голов, которая была раньше на его попечении.

Вообщем жизнь после последнего визита кровососов плавно наладилась. Даже мой мало устроенный быт с помощью нежных ручек Насти пришел в норму. Девушка проявила изрядную настойчивость и в явочном порядке переехала в мой коттедж. Аргументируя это тем, что ей в общаге попалась соседка вредина. И не могу же я отказать своей потенциальной жене в такой малости, как комната? Причем когда она меня убеждала на ее лице было такое выражение, что я не рискнул спорить. Казалось, что умудриться в случае отказа проклясть и без всякой магии. По крайней мере в способностях женщин, даже еще маленьких, превратить жизнь мужика в ад, из-за своих надуманных (или нет) обид я не сомневался ни на грамм. А следом за сестрой явился Антон, мотивируя это присмотром за морально-нравственным состоянием сестры.

Я же просто посмеивался. И так было ясно, что детдомовцы просто балдели от наличия своего, ну ладно, почти своего, жилья. По меркам мечтаний из нашего общего недалекого прошлого более чем роскошного. Все же ученые из команды Муромцева были высококлассными, а значит и весьма балованными ребятами. С претензиями к личному комфорту. А мой коттедж мне как раз и достался по наследству от одного из птенцов гнезда великого Муромцева. Причем о профессоре с приставкой великий говорили все его сотрудники имеющие отношение к науке. Не знаю, конечно, насколько искренне говорили ученые, а не подлизываясь, но не раз слышал восхищенные слова в адрес нашего руководителя от молодых ученых.

Работа с начинкой для промышленных установок оказалась ……. Сложнее, чем я думал. За несколько дней с начала я с трудом смог создать только один комплект, да и то не полностью и перепортил кучу материалов. Алмазы зачастую трескались от воздействия концентрированной магии и приходилось выбрасывать дорогие камешки. Муромцев хмурился на новые заявки и зло зыркал в мою сторону. Видимо его финансы все же были не безграничны. А я только пожимал плечами. Ну не смог. Что тут поделаешь.

— Володя, — наконец Муромцев не выдержал после очередных предоставленных ему осколков и решил со мной поговорить. — В чем проблема? В лабораторной установке все работает. Она продолжает исправно выпекать по двенадцать заготовок под аккумуляторы в день.

— Да не знаю я, — Взорвался в ответ на завуалированную претензию профессора. — Точнее знаю. Но как бороться с этой проблемой при своих нынешних весьма ограниченных магических возможностях просто не представляю.

— А ты поделись бедой, — успокаивающе пожал мое плечо Муромцев. — Может на двоих что-нибудь дельное и сообразим.

— Да как вы поможете. — я разочарованно махнул рукой. — Исправлять дефекты камней и магией сложно. А уж без нее.

— Исправлять природные камни мы действительно не можем, — профессор хитро прищурился. — Но вот создать новые с заданными параметрами — вполне.

Я же завис. В этом времени умеют делать бриллианты. Вот что значит зашоренность мышления. Я слишком привык полагаться исключительно на свою личную силу. И в принципе на магию. Техника и обычная наука в нашем времени была в сильном загоне из-за последствий вакханалии гражданской. Почти вся промышленность встала. И люди с легкостью начали переключаться на более доступную магию. Надо тебе высокие урожаи в сельском хозяйстве — зови друида. Нужен металл — маг земли и огня тебе в помощь. И так почти со всем. И я так и не смог перестроиться и понять, что здесь и сейчас наука во многом напоминает магию. По сложности решаемых ими задач так уж точно.

Новые искусственные камни подвезли буквально на следующий день. Причем самые разные на выбор и я онемел. Такого качества и чистоты кристаллы мне встречались только однажды — клан Алмазовых вроде как добывал их в Якутии. Там. В моем будущем. А сейчас у меня возникло стойкое ощущение, что нас всех хитрые Алмазовы просто водили за нос. Они или сохранили технологию производства камней из этого времени. Или что более вероятно нашли склад с готовыми и потихоньку барыжили сверхценными камнями, выдавая их за уникальные природные образования. Теперь я понимаю почему Алмазовы с такой готовностью влились в создаваемую нами новую Россию. Они искренне надеялись восстановить технологию. Именно поэтому их представители усердно штудировали все наши с таким трудом собранные архивы.

С новым материалом дела пошли на лад. И концу недели первый комплект оснастки был полностью готов. Дело оставалось только за его монтажом. Я даже малость усовершенствовал технологию и теперь мне не требовалось на месте работать со всей собранной установкой. Было достаточно только все собрать в кучу с учетом моих рекомендаций и выверенных учеными параметров тока. И все заработает.

Наша лабораторная установка тоже не останавливалась и штамповала батареи, словно горячие пирожки. Точно по двенадцать в сутки. Не останавливаясь ни на миг. А Кирилл Антонович с ребятами доводил до ума свой экзоскелет. Правда без бойцов капитана Лыкова. Тот как ушел почти сразу со своей группой на поиск и добивание ушедших вампиров, так и не возвращался. И я уже прикидывал какие могут быть у нас проблемы после того, как королевский клан узнает реальные расклады в нашем глухом уголку планеты.

И меня если честно слегка потряхивало от этих мыслей. С какой следующей ответкой заявятся кровососы? И не пора ли переносить нашу дислокацию куда-нибудь подальше от любых любопытных глаз?

Но все эти терзания я глушил в работе. Темп времени для сжался по боевому расписанию и просто летел вперед в нескончаемых делах.

Даже Настя, отловив меня вечером субботнего дня, заснувшего на террасе с кружкой кофе категорично потребовала сделать передышку. Целую истерику закатила в стиле сварливых жен. Подсмотрела где-то такие способы манипуляций мужчинами? Или у женщин это в крови и просто ждет своего часа, чтобы проявится?

Даже не поленилась найти неуловимого Муромцева и пожаловаться на меня. Дескать совсем Володя себя в горб загоняет. А профессор не преминул насильно меня оставить отдыхать в воскресенье. Когда я с утра заявился в лабораторию, то мой электронный пропуск просто не сработал, выдав дежурному красный ответ о сегодняшнем закрытом доступе для меня.

Я даже профессору позвонил, чтобы возмутиться, но спорил как-то вяло. Сил действительно почти не осталось. И банально хотелось жутко спать. С проектом вирткапсулы все оказалось ….. хорошее слово, наверное, в этом случае сложно. Не то, что бы не решаемо. Но раз за разом мне приходилось погружаться все глубже в изучение высшей нервной деятельности человека. А это требовало времени и не мало. Даже консультации с привлеченными по моей просьбе специалистами по изучению мозга РАН, не особо помогали. Все работа с аурой им была не доступна. А как объяснить требуемое мне я не понимал. И слов таких не знал, да и вообще во многом плавал. Ох и прав был Муромцев, когда назвал меня простым ремесленником нахватавшимся крупиц знаний с чужого барского плеча. Нет, интуитивно магией и несколькими изученными рунами Гиперборейцев я пользоваться умел. Но вот понимать в этом?

Это как гвоздь и молоток. Теоретически интуитивно понятно, что надо бить по шляпке и тогда крепеж объединит две деревяшки, но вот как и зачем? Это тому, кто забивает гвоздь понимать физику для эффективности процесса не обязательно. От слова совсем. А теперь я сходу решил замахнуться на совсем другое. Что вроде чтобы спроектировать табурет, умея исключительно забивать гвозди. И это требовало упорной работы. К счастью и здесь дело двигалось. Не совсем гуманными, правда, методами. Мне потребовались подопытные. Муромцев при такой моей заявке даже материться по — первой начал. И не знал до этого момента, что он умеет это делать. С виду такой благообразный старичок интеллигентного вида. А боцманский загиб выдал такой, что я заслушался и мне захотелось срочно записать некоторые слова.

— Будут, — под конец выдал мне он мрачно. — Не прямо завтра, но будут. Приговоренных после отмена моратория на смертную казнь у нас сейчас хватает. Особенно после трибунала над военными преступниками. Договорятся с ними в обмен на пожизненное.

Согласиться, конечно, профессор согласился. Вот только поглядывать в мою сторону стал мрачно и с какой-то неопределённой грустинкой во взгляде. Все же Муромцев смотрел на мою внешность подростка. Слабого и болезненного, часто забывая откуда я пришел в это время. На фронтах третьей мировой и гражданской мне приходилось видеть и делать, скажем так, многое чем я не горжусь.

И вот первых подопытных доставили, а мне прописали лечебный принудительный отдых.

— Да и ладно, — принял я для себя решение и пошел обратно к автостоянке, где теперь оставлял выделенный мне автомобиль с сопровождением и водителем. После последнего нападения кровососов меры охраны стали просто параноидальны. Да и визит Биг босса из домика с красной звездочкой на вершине башни ожидался в ближайшее время. Вот все суетились как могли, показывая свое служебное рвение.

Да, президент, нас посетит. Когда не уточнялось, но то что он будет обязательно, как шепнул мне Муромцев во время одного из своих визитов в лабораторию, решенный факт. И по-моему сейчас округу нашей базы патрулировала уже не меньше полноценного полка с приданной вертолетной эскадрильей. Да и ПВО по-моему подтянули генералы-перестраховщики. Рассказ выжившего вампира взбудоражил всех армейцев, словно термоядерный взрыв в центре столицы. Нет, сначала вампир упирался. И только изрекал всякую пафосную муть про высшую расу настоящих людей. И всех остальных полуживотных. Безволосых обезьян вроде нас, которых придет и покарает доблестная гвардия короля Георга. Я даже поперхнулся по первой от этого имени. Что-то оно мне напоминало?

Но с моей не большой магической поддержкой химики и фармакологи, работавшие в каком-то подразделении СВР, быстро подобрали состав сыворотки правды, который и сломал сознание кровососа. Причем сломал полностью. Вампир в итоге превратился в пускающий слюни овощ. Но перед этим он поведал очень много крайне тревожной информации.

Во-первых королевство вампиров охватывало больше половины земного шара. И напоминало чем-то сетевую структуру какой-нибудь тоталитарной секты, а не обычное государство. Их были точно десятки миллионов и прямо или косвенно они контролировали почти все государства так называемого золотого миллиарда, планируя после возвращения магии открыто стать на пьедестал мирового господства. Даже начали подготавливать общественное мнение к этому с помощью Голливуда. Что же. Мне всегда была странно смотреть и слышать в западных фильмах одобрение людоедам. А кто кровососы как не банальные поедатели человечины еще? А их возносили на пьедестал и делали героями. Помню, как во время штурма занятого кровососами Вашингтона объединёнными войсками России и Китая я удивлялся тому, что зачастую против нас воюют обычные люди. Пока не посмотрел парочку фильмов на которых воспитывали с малых лет их детей. Те самые Окна Овертона в действии. (Социологическая концепция, используя которую можно в общественном сознании приживить самую любую идею. И это не теория. Использование этой технологии успешно обкатано в рамках ЛГБТ-сообщества.) Кажется, что призывают изначально к доброму и хорошему. Быть толерантным, то есть относиться к чужим порокам с пониманием. Мол, чего уж там. Извращенец, зато во всем остальном человек хороший.

Дальше — больше. С пониманием начали призывать относиться ко всем, а потом эти все стали требовать себе больших прав, чем нормальные. На фоне их всех потребление в пищу человеческой крови уже и не кажется чем-то со всем уж таким невообразимым. Ну мало ли. Кто-то любит, скажем, спать к примеру, с козой или собачкой. А тут всего лишь иногда пьет кровь. Такая мелочь на общем фоне. А потом вообще оказывается, что вампиры не мрачные упыри и людоеды. А просто гемоглобин зависимые. Даже звучит как простое отличие. Ну сдадут сколько-то крови граждане их демократических стран на благо всего общества. Так им еще и приплатят не много. Такая малость, ведь правда? Даже выгодно.

А об десятках тысяч порванных кровососами людей ежемесячно обществу знать не обязательно. Их самые правдивые и честные СМИ просто обойдут такой незначительный нюанс. Скажут, грабители или злобные русские, китайские, марсианские (нужное подчеркнуть, тут все в зависимости от ежедневной конъюнктуры) или ДТП с массовой гибелью и все.

— К сожалению, уничтожить их не чисто военными методами не удастся, — заметил генерал из Генштаба, который присутствовал на допросе. — Для этого придётся выжигать ядерным оружием планету до тла вместе с нами. И то не факт, что эти твари не выкрутятся.

Генерал вздохнул и сгорбился. Навалившееся на него осознание реальности оказалось сильно подавляющим для старого вояки.

— Это не значит, что мы не сможем начать охоту на этих тварей по всей планете, отстреливая как бешенных собак. — Не ожидал такой жесткости от Муромцева, но ученый после всех услышанных подробностей от накаченного наркотой по самые уши кровососа был настроен крайне решительно.

— Не значит. — Согласился с профессором генерал, — Вот только это не поменяет ситуацию принципиально.

Они отошли от меня и продолжили спорить и не заметив в расстроенных чувствах как я погрел уши на этом разговоре высокопоставленных государственных служащих.

Вообщем вот такая у меня прошла неделя. И сейчас впервые мне было нечего делать. Просто спать? Как-то скучно. Слушать нытье Насти на тяжелую учебу тоже не хотелось. Блондинистая лентяйка отчаянно мне завидовала из-за того, что я почти не появлялся на занятиях и лекциях. И поэтому постоянно пилила по этому поводу.

Я даже завис около автомобиля, предоставленного мне.

— Володя, — из водительского окна высунулся мой сопровождающий и махнул мне рукой. — Наши вернулись. Точнее Лыков с парнями. Ты просил сказать, когда они будут.

— Точно, — я даже по лбу себя хлопнул. — Хотел же увидеть и потрещать с парнями по поводу результатов их рейда. Что бы знать к чему нам готовиться.

— Садись, — кивнул мне на соседнее кресло водитель, — домчим с ветерком.

— Можно и без ветерка, — ответил я, плюхаясь на соседнее с шофером кресло. — Как оказалось мне сегодня абсолютно некуда спешить. Добровольно-принудительный выходной у меня на ближайшие сутки.

— Мне бы так, — только вздохнул водила и покосился в мою сторону. Особо при мне выражать свое негодование парни из приписанных к нам армейских подразделений не собирались. Моя фигура после крайнего боя с кровососами у солдат вызвала сложные чувства. С одной стороны выгляжу крайне безобидно. Но за моими действиями на полигоне наблюдали десятки внимательных глаз. И языков потом изрядно привравших сослуживцам о всем происходящем на том поле боя. Я даже устал удивляться тем фантастическими подробностям, которые до меня доносила людская молва через общительную Настю. Эта мелкая проныра умудрилась подружиться буквально со всеми ис ней делились слухами абсолютно все.

В военном городке нас встретило всеобщее возбуждение. Все куда-то спешили и едва не красили траву по традиции в зеленый цвет. Весной, ага.

— Оу, поздравляю товарищ майор, — с бывшим капитаном я столкнулся на входе в военный городок. Лыков что-то бурно обсуждал на въезде со своими неизменными спутниками в виде сержанта и пулеметчика. — И когда только успели. Вроде только вернулись как мне сказали.

— Приказ пришел еще до последнего нападения, — поморщился Лыков и протянул руку в мою сторону. — Здорово, Володя. Ты какими судьбами?

— Да так, — я только сейчас понял, что приехал сюда без плана и с одной единственной целью — утолить свое любопытство. — Просто внезапно организовался выходной и решил проведать вас и узнать, как дела.

— Ясно, — кивнул мне в ответ офицер и посмотрел на наручные массивные часы на запястье. — Мы в принципе уже освободились. Как насчет шашлыков у тебя? Посидим, потрещим. Есть и у меня к тебе пара вопросов.

— Легко, — даже обрадовался я. Давно следовало откровенно побеседовать с человеком, который все глубже и глубже погружался в наши дела. А в непринужденной обстановке это будет сделать проще. — Только с вас мясо и алкоголем себя тоже сами обеспечивать будете.

Я состроил жалостливую морду и развел руками.

— Почему-то все говорят мне, что я еще не дорос до таких вещей. — Продолжал напропалую петросянить, вызывая у спецназовцев смешки. А настроение у меня самого повышалось на пару градусов каждую минуту. Полезно все же иногда отдыхать. Тем более с людьми, которые уже доказали, что всегда встанут рядом. Даже на пути вампиров. А те твари менее твердых духом людей могли заставить ссаться одним своим видом.

— Лады, — отсмеялся теперь уже майор. — Тогда встречай нас через полчасика.

— И ту прекрасную девушку пригласи, — не выдержал и вставил свои пять копеек любвеобильный сержант, похоже твердо решивший покорить эту неприступную вершину. — Ну которая Юля.

— Идет, — я со смешком дал пять довольному Игорю и прыгнул обратно в машину к своему водителю. Точнее с трудом залез из-за своей ноги. Но благодаря хорошему настроению мир уже не казался мрачным и нелюдимым.

— Юля? А ты что делаешь сегодня? — Не дожидаясь приезда я набрал по выданному мне девайсу девушку, которую решил охмурить балагуристый сержант.

— Да ничего, — показалось что мне зевнули прямо в ухо. — Точнее сплю по всем моим планам. А ты чего от меня хочешь маленький рабовладелец?

Ну да. Загонял я малость прикрепленную ко мне нянькой девушку. После этого и стал в ее устах именоваться исключительно рабовладельцем и извергом.

— В этот раз ничего страшного. — Улыбнулся я в ответ на подколку девушки. — Работать заставлять не буду. Скорее наоборот. Что вроде маленького праздника с посиделками под шашлычок намечаются.

— Вот как, — голос девушки стал на мгновение задумчивым. — А в честь чего?

— Парни из выходя из похода вернулись. — Не стал я скрывать от Юли деталей своего хитрого плана. — Вот пока матерые спецназовцы отвлекутся на твою чарующую красоту, я буду у них выпытывать сверхсекретные детали.

Я рассмеялся на возмущенный визг в трубке. Веселая все-таки девушка эта Юля. Всегда за любой кипиш, кроме голодовки.

— Мохнатика выделишь мне на потискать. — Выставила мне встречное условие после излияния всех своих эмоций в междометиях девушка. — И вино я притащу сама. Есть у меня заначка для себя любимой. Все. Жди, как наштукатурюсь приду.

И в трубке запищал сигнал отбоя.

Я только откинулся на спинку и продолжил улыбаться. Градус настроения стремительно взлетел в небеса. Уже и забыл насколько хорошо хоть иногда не думать о вселенских проблемах и просто отдохнуть. Причем планирование и подготовка мероприятия зачастую бывает не менее приятной, чем сами посиделки в кругу друзей. Друзей?

Я обкатал на языке эту мысль вслух, не обратив внимания на взгляд водителя. А ведь действительно. Как еще назвать людей готовых встать рядом с тобой плечом к плечу против всего мира?

А парни встали. Отчаянно труся, но нисколько не сомневаясь в своем решении. Уж эмоции твёрдости и уверенности в себе я легко могу считать с открытой истинному взору мага ауры простых людей. Даже Юля и та стала за это время очень близким человеком. Я в прошлой жизни и не знал толком, что такое семья или настоящие друзья. Проклятая Ведьма все же была в первую очередь соратником. Вместе мы были одним из самых разрушительных боеголовок третьей мировой. И это понимали. Любовь? Не знаю. Между нами была глубокая и крепкая связь, но война нам давала мало выбора. Приходилось быть в первую очередь жестким бойцом и командиром. Даже для своих детей. Иначе они не выживут в предстоящих битвах. Мы с Ведьмой из собственных детей готовили с самого раннего возраста солдат. Мерзко, но выбора не было. Мы сами не справились с проблемами и пришлось переложить их на плечи следующего поколения.

Я встряхнулся и зло усмехнулся. По ауре даже пробежала искорка энергии, за которой не уследил. Машина вильнула, а водитель глухо выматерился от неожиданности.

Мои эмоции по немного становиться опасными для окружающих. Пора начинать себя жестко контролить.

К дому мы подрулили через несколько минут за которые я себя окончательно взял в руки. И сразу ухмыльнулся картине маслом на моем участке. Настя в классической позе не довольной жены поджидала меня прямо на пороге коттеджа. Даже поварской передник и упертые в бока руки предусмотрела актриса.

— И что это все значит? — Едва не попрыгивала от накрученных эмоций девушка. — Какие-то праздники о которых я узнаю в последнюю минуту? И когда я должна успеть все подготовить?

— Не злись, — я не удержался при виде Насти и ущипнул ее за бочок. Девушка взвизгнула и подпрыгнула от неожиданности на месте. И даже не стала в ответ сильно возмущаться. — Парни все с собой притащат. Наше дело только обеспечить место.

— Ну вот что же вы все мужики за тормозы? — Всплеснула руками девушка и кинулась обратно на отчаянный вопль Антона. Тот кричал изнутри дома что-то о сбегающей из кастрюли воде.

— Вух, — мне навстречу вывалился взлохмаченный Антон в одних трениках. Футболку, обляпанную чем-то красным он уже снимал с тела. Похоже кулинар из моего товарища так себе. Даже если его просто просят просто присмотреть за готовящимся блюдами.

— И чего тут у вас за кипиш? — Я протянул Антону руку и с интересом оглядел натюрморт передо мной. — И где ты успел так извазюкаться?

— Да, блин, — махнул рукой парень в расстроенных чувствах. — Этот домашний тиран припахала меня помогать на кухне, а ты же знаешь насколько из меня хороший повар.

Я только рассмеялся на признание, вспомнив пару забавных эпизодов из детдома. После них его и перестали ставить в дежурство по кухне. Повара даже вздрагивали от одной идеи привлечь Антона. Здоровый парень, удивительно ловкий в драке, становился тем самым слоном из посудной лавки в царстве кипящих кастрюль и сковородок.

— Так. А чего это мы зависли здесь? — Теперь ультимативно требовать помощи Настя явилась с внушительным половником наперевес. И где только нашла подобный устрашающий агрегат расправы?

— Ты, — она ткнула в мою сторону поварешкой. — Бегом картошку чистить. А с тобой будет отдельный разговор, ходячее бедствие.

Вообщем заботу Настя нам всем нашла быстро. И вскорости подъехавшую Юльку тоже озадачила. Правда смилостивилась, когда та со страдальческим видом продемонстрировала свой свежий маникюр. И молодая ученая была загружена просто сервировкой. Вообщем шухер намечался грандиозный, судя по подготовке и всеобщей суете. К моменту, когда подкатили чуть запоздавшие мужики у нас уже все было готово.

Лыков даже крякнул при взгляде на нашу поляну.

— Вы со вчера что ли начали готовится? — Посмотрел на заставленный всевозможными блюдами и бутылками стол. — Вроде мы не на день опоздали.

Дальше праздник покатился своим чередом. Расхрабрившийся сержант, постоянно оказывал знаки внимания довольной как слон Юле. Та просто купалась в лучах мужского внимания и вовсю кокетничала с Игорем.

— Ну так как у вас там были дела? — Отвел я в сторону Лыкова и махнул рукой в сторону тайги, намекая на их выход за головами напавших на нас кровососов.

— А вот черт его знает. — Моментом потерял хорошее настроение офицер.

— В смысле? — Удивился я неоднозначному ответу.

— Да без смыслов, — раздраженно отмахнулся от меня майор. А затем вдохнул и продолжил с куда большей конкретикой. — Два дня вообще кружили без толку. А потом случайно зацепили тепловой след. Спустились и едва не потеряли одного из своих. Эта тварь выскочила будто из-под земли и попыталась вцепиться в горло бойцу. Если бы не случайность, то порвал бы там кровосос половину отделения минимум. А так от неожиданности кто-то дал очередь. Причем точнехонько в тушку противника. И тот кинулся уходить дальше в лес. Вторую мы вообще тогда не увидели. Вертолет проштурмовали участок леса, но есть ли от этого толк? Лазили оставленные нами бойцы по пепелищу до самого вечера и ничего не нашли. Или порвало тварь на куски, присыпав останки землей или еще что. Бес его вообщем знает. А мы продолжили дальнейшие патрулирование. Еще пару раз мелькала на тепловизоре похожая засветка, по которой сразу проходила штурмовка с воздуха. В основном подвесными стрелковыми модулями. Но спускались вниз и нашли только оторванную руку в самом конце поиска. Были бы это люди, то …

Майор красноречиво промолчал под конец нашего разговора. Да и понятно. Тяжело ребятам с таким противником. Жаль не успели к этому случаю довести до ума экзоскелеты. Тогда бы уже дрались почти на равных.

Запиликал мой телефон. Я только взглянул на экран и сразу ответил на вызов.

— Да, Александр Львович. Слушаю. — Я сделал пару шагов в сторону и прислушался к голосу профессора.

— Володя, тут твой тезка поездом к нам заглянул. Хочет поговорить. — Не особо тонко намекнул мне ученый о приезде президента. — Машина за тобой уже выехала. Собирайся.

— А вот теперь вечер перестает быть томным. — Не громко сказал я, опуская средство связи. Как-то все на голову кучей свалилось. Я даже растерялся. Все же в нашем времени это историческая личность масштабами мало чем уступающая великим политическим деятелям прошлого. И такая же не однозначная как не крути.

— Что? — Не разобрав мои негромкие слова повысил голос майор. — Говорю мне не надолго отъехать надо. Скоро буду. Отдыхайте.

И пошел к уже затормозившей машине настраиваясь внутренне на непростую беседу, которая может дать очень много для моей цели — победить и выжить на фронтах Третьей Мировой. Желательно всей страной.

Алерика с трудом открыла глаза. Ее жестко штормило от воздействия того мага, который столь успешно притворился обычным мальчишкой. Причем калекой.

— Хитрый Гиперборейский выродок. — Простонала принцесса и ее грубо сбросили на землю.

Только сейчас девушка поняла, что кто-то тащил ее на плечах. Именно из-за этого её так нещадно болтало и штормило последние минуты.

— Ты говорить можешь? — Алерику грубо встряхнули, и девушка согнулась в рвотном позыве. И так мутная и туго соображающая голова зазвенела христианским набатом и ее вытошнило бледно-зеленой желчью.

— Тьфу ты, мерзость. — Выругался ее командир. И да. Даже сквозь эту муть в мозгах она узнала голос Сегреиина. Так вот, кто ее вытащил из лап ужасного человеческого мага, которые поедают живьем ради силы непослушных вампирских младенцев. По крайней мере так говорилось в их сказках. Раньше Алерика в них не верила. Но теперь….

Она огляделась. Командир расположил их на какой глухой поляне, грубо скинув принцессу на камни и ветки, мало позаботившись о комфорте девушки. К тому же никого другого видно на поляне не было. И этот факт пугал. Их атака явно пошла не так, как вампиры привыкли.

— Говори, — в голосе Сегреиина послышалось отчаянье, и он ударил девушку по щеке. — Ну, королевская сука, я же не зря чуть не сдох пока тебя тащил. Говори, ублюдочная стерва.

Может принцессе пришлось бы еще не раз испытать на себе гнев своего командира, выражавшийся в физическом воздействии, но тут послышались вдалеке голоса. Человеческие?

Сегреиин тоже почуял пищу и метнулся куда-то вглубь леса, оставив девушку в покое на несколько минут.

Пока Алерика пыталась собраться с мыслями назад вернулся ее командир и снова подхватил ее на плечо. Тошнота на мгновение подступила к горлу, но путешествие оказалась недолгим. В ноздри принцессы ударил дурманящий запах свежей крови. Такой желанный. Пряный, с металлическим привкусом и означающий для измученного организма кровососа одно — жизнь. А то, что она за счет полуживотных? Право, какие незначительные мелочи.

Алерика открыла глаза и обнаружила невдалеке расположившуюся на отдыхе группу этих безволосых обезьян. Самка взрослая. Самец и двое мелких детенышей, буквально на один укус и два глотка. Раньше принцессе такие нравились больше всего. Но сейчас ей было все равно. Ее организм настойчиво требовал глотка жизни из вен любого, кто окажется ближе.

Самцом уже занялся командир, который был изрядно искромсан оружием солдат на той базе. Даже его череп блестел открытой белой костью. Его словно стесали на гигантской терке и потом заботливо отполировали до блеска мелким песочком.

Остальные сидели крепко скрученные веревками едва ли не до состояния мумий. Даже кричать не могли. Только бешено вращали глазами. Алерика про себя поморщилась с аристократическом снобизмом высокорожденной. В ее компании золотой молодежи была своя культура потребления пищи. Животное должно было кричать и все осознавать до последнего. Плюс организовывались своего рода игры, когда жертве оставляли призрачные шансы и загоняли ее словно на охоте до полного изнеможения и отказа от сопротивления.

Но сейчас принцессе было наплевать на любые условия. Ей просто хотелось жрать и жить. До помутнения в глазах и голодных спазмов организма. Поэтому она впилась в шею ближайшему детенышу с ослепительно голубыми глазами. Маленькая самка даже вскрикнуть не смогла от боли и ужаса. Только продолжала беззвучно плакать, глядя на свою мать, пока жизнь не покинула ее тело с последним глотком вампирши из ее вен.

Кровь придала принцессе сил. И к следующей цели она уже отнеслась с долей привычного этикета — сначала выпила второго детеныша этой самки, которая в отчаянье билась в путах и по мнению принцесски сходила с ума от наблюдаемого ей зрелища.

А вот закончить начатое нормально не дал Сегреиин, который не дожидаясь финала быстро и по-простолюдински одним укусом и несколькими глотками осушил жертву.

— Зачем? — Змеёй прошипела взбешенная Алерика, которой вместе с поглощенной кровью вернулась и значительная доля самомнения высокородной аристократки.

— Заткнись тупая дрянь. — Сегреиин отвесил принцессе увесистую пощёчину от которой голова вампирши мотнулась из стороны в сторону. Для нее не больно. Скорее унизительно. И Алерика моментально вспыхнула гневом.

— Как ты посмел, простолюдин? — Она вновь преобразилась в хищницу и с трудом протискивала слова сквозь деформированную клыками челюсть.

— Легко, — усмехнулся командир погибшей почти в полном составе звезды. — До ближайшей помощи сотни километров. А по нашему следу идут людские загонщики по-видимому прекрасно осведомленные о наших возможностях. Подсчитать для тебя шансы выжить? Причем без пищи. Этих обезьян отловить просто повезло. У них сломалась машина и они просто не успели вызвать военных для эвакуации уже после того, как закрыли часть тайги радиусом в 300 километров местные армейцы. Сообщение по радио услышали, просто не успели позвонить. Ребёнок капризничал и было не до этого. И мы теперь одни с около нулевыми шансами выжить. И ты думаешь я буду терпеть твои выходки на фоне этого бардака.

Они еще прободались взглядами. И принцесса сдалась под насмешливым прищуром командира. Особенно после того, как вспомнила ужас, испытанный при встрече с магом.

— Что там произошло? — После того, как девушка опустила глаза вниз и спрятала клыки обратно в челюстной мешок.

— Маг, — выплюнула Алерика, пугающие каждого вампира слова. — Человеческий маг.

Сегреиин вздрогнул от этих слов и сразу поверил. Кровососы могли лгать, воровать и обманывать сородичей в миллионах разных ситуаций. Они были подлы и коварны. Безумно жестоки по отношению и к себе подобным в любых случаях, что не раз демонстрировали на протяжении своей очень долгой истории. В любых случаях, кроме одного — маги людей. Единственное, что являлось прямой угрозой существования их народа. Ни ядерное оружие, ни обычное их не особо волновали. За тысячелетия кровососы научились виртуозно манипулировать человечеством и растворяться в нем. Но магов им не получиться обмануть. Те сразу видели их суть и могли это доказать другим людям, объединив против кровососов 7 миллиардов человек.

— Как все произошло и кто он? — Наконец справился с дрожью от возвращения кошмара из детских сказок в реальность Сегреиин.

— Хромой мальчишка, который находился рядом с железным истуканом, — зло выплюнула принцесса. — Зря ты не послушал меня, когда я распотрошила тех солдат. Они ведь говорили, что предыдущую группу распотрошил мальчишка.

— Знай свое место, — снова занес руку, но не ударил гордо вскинувшую лицо принцессу. Не потому что та была права, а он ошибался. Просто вдалеке затарахтел вертолетный двигатель.

— Люди, — с ненавистью посмотрел в сторону темнеющего неба Сегреиин, будто стараясь рассмотреть невидимую точку крылатой машины. — Быстро маскируем остатки нашей трапезы и машину. Потом уходим на юго-восток и попробуем оторваться от преследования, пока нас тупо не раздолбали с воздуха.

Алерика не стала спорить и с тревогой прислушиваясь споро принялась за работу. Ей первой раз в жизни стало безумно страшно и очень не хотелось умирать. А смерть уже взмахнула над ее головой своей косой. И Алерика отчётливо услышала свист рассекаемого лезвием воздуха. И ей так захотелось жить. Просто до одури. До почти животного мерзкого страха, едва не переходящего в панику.

Алерика сжала свою вторую ладонь, силясь убрать дрожь и искоса посмотрела на командира. Тот действовал твердо и решительно. По нему не было видно и капли сомнений, не смотря на все произошедшее.

— Уходим, — критически рассмотрев непритязательный натюрморт, который они соорудили за несколько минут. — Больше возиться и закидывать все это ветками нет смысла.

И они рванули вперед через тайгу, все больше ощущая на своем загривке хватку вышедших на охоту за ними людей. Не привычное чувство для кровососов. Так себя бы чувствовал волк, за которым бы пришел с топором наперевес барашек.

— Стой, — подал голос командир, после нескольких часов рыси на максимально доступной вампирам скорости в этой жуткой пересеченке. Вертолеты казалось уже жужжали со всех сторон и требовалось уходить дальше, но ранения не давали возможности продолжать бег в таком же темпе. Даже вампирской регенерации требовалось время. Все же они не Древние, которые развивали свои способности тысячелетия.

Забились двое вампиров в какую-то нору, что нашел командир.

— Отдыхай, — наконец дал добро Сегреиин, и девушка едва не упала там, где стояла. Сил не было. Почти все ресурсы организма были направленны на лечение организма. Причем девушка на вид была гораздо целее, но удар мага по ней не прошел бесследно. Ее до сих пор простреливала вспышками боли, хотя на теле уже и не осталось следов от покромсавших тело мелких осколков. Ко всему прочему ее начало лихорадить. Температура скакала как при болезни. Хотя вампиры никогда не болели человеческими хворями. Такое состояние у них наблюдалось только при восстановлении сильнейших ран, вроде вырванного легкого или отрубленных ног.

— Что с тобой? — Сегреиин наконец обратил внимание на принцессу, которую колотило все больше.

— Не знаю, — простучала зубами в ответ девушка. — Очень мне холодно, а потом опять жарко. Я не понимаю, что со мной.

Если бы вампирша могла физически плакать, то сейчас бы рыдала в три ручья. От боли и непонимания происходящего. А еще от страха, который обволок ее мысли липкими щупальцами.

— Посмотрим, — Сегреиин уже бывал тяжело ранен и не раз. Все же уже больше ста лет служил в гвардии короля Георга и бывало за это время всякое. Особенно туго было во время второй мировой на восточном фронте. Они тогда очень плотно работали с Гитлером и почти в открытую служили в частях СС. Была тогда у руководства вампиров идея уничтожить Россию. Уж слишком сильно пострадали интересы вампиров в большевистском государстве. Красные откуда-то узнали их секрет и целенаправленно охотились за ними. Или точнее некоторые из них узнали, после того как вампиры потеряли осторожность и в наглую полезли за наследием упавшего в тайге Тунгусского метеорита.

К их сожалению сразу магию в прилетевшем камне кровососы не учуяли. А когда полезли, то уже было слишком поздно. Все остатки метеорита собрали и вывезли в неизвестном направлении. А проникнуть в эпицентр падения космического гостя вампиры не могли. Их корежило в перенасыщенной магией зоне так же, как и смертных. Их аура за тысячелетия перенастроилась и уже не могла так просто начать впитывать магию. Для этого было надо время. Очень много времени. Все условное бессмертие имело свой минус — низкую адаптивность и почти нулевую эволюцию их вида.

— Странно, — пробормотал Сегреиин, досконально ощупав девушку. — Ты полностью целая и не должна так мучатся.

— Что со мной? — С трудом выдавила через непослушные губы Алерика. — Я поправлюсь?

— Не знаю, — Ответил ей командир погибшей звезды. — В любом случае нам скоро надо уходить. И если через пару часов не сможешь двигаться, то ….

Он не договорил, но вампирше и так все стало понятно. Нести ее или еще как-то заботиться о ней Сегреиин не собирался. В его приоритете стояло только собственное выживание.

— Пожалуйста, не бросай меня. — Девушка справилась с первым желанием истерично потребовать у командира спасения в ультимативном тоне, угрожая ему собственной семьей. В данной ситуации угрозы скорее приведут к обратному результату. — У меня есть деньги. Вынеси меня из этого леса и можешь рассчитывать на благодарность любых размеров.

Сегреиин несколько секунд молчал, а потом не выдержал и заржал прямо в лицо дрожащей в лихорадке принцессе.

— Кому нужны твои бумажки в этом проклятом лесу? — Истерика похоже от подобного предложения накрыла вампира с головой, и он все никак не мог успокоиться и продолжал всхлипывать, выдавливая слова сквозь смех. — Я как встречу русскую пулю обязательно предъявлю ей бумажку с мертвым американским президентом. Ты совсем дура что ли? На хрена трупу любое количество денег? А если я тебя потащу на закорках, то точно не смогу выскочить из окружения. И сдохну в результате.

— Тогда… — Алерика облизнула сухие губы и страдальчески сжалась от своих слов, которые уже была готова произнести. Чего только не сделаешь если очень хочется выжить? — Спаси меня и я буду твоей. Ты сразу станешь своим в высшем обществе.

Девушка даже выгодно изогнулась, подчеркивая достоинства своей фигуры, на которую изошли слюнями все самцы, которых она встречала за свою жизнь. Включая ее нынешнего командира. Она не раз замечала сальные взгляды, которыми провожал ее Сегреиин.

— Хм, — вампир хмыкнул уже скорее задумчиво и протянул руку к лежавшей девушке. Сжал пальцами выпирающую грудь и больно сдавил, внимательно всматриваясь в лицо Алерике и решая для себя какой-то очень важный вопрос.

— Раздевайся, — Сегреиин требовательно потянул куртку Алерики.

— Может не сейчас? — Робко пискнула девушка, которая продолжала отвратительно себя чувствовать. — Потом, после того как выйдем и тогда …….

— Раздевайся, — твердо ответил на попытку отложить расплату по договору Сегреиин и еще больнее сжал грудь девушки, превысив болевой порог отдельно взятой вампирши в несколько раз. Алерика вскрикнула и вдруг поняла, что кровосос напротив может сделать с ней все что хочет и так. У нее не было толком сил сопротивляться чужим желанием. И она сломалась. Поняла, что свое от нее командир возьмет в любом случае. И единственный шанс выжить это постараться сделать так, что бы Сегреиин захотел повторить и ради этого вытащил ее. А уж когда выйдем. С предполагаемым супругом может случиться очень многое не хорошее. Достаточно будет просто намекнуть парочке ее воздыхателей и Сегреиина сразу вызовут на дуэль и очень постараются расчленить на множество маленьких кусочков.

— Я сама, — девушка через голову потянула куртку и спрятала блеснувшие злобой глаза за тканью. И очень много обещающую усмешку. Если бы Сегреиин ее заметил, то удавил девушку превентивно прямо в этом уголке чужого леса.

Алерике было плохо, но она старалась очень сильно. Искренне борясь за свою жизнь таким способом. Хотя до этого момента знала об интимных отношениях только теоретически. Вампиры все же были весьма консервативны и придерживались строгих правил в отношение добрачных связей. Евгеники должны были тщательно проверить родословную и дать свое добро на брак представителей своего общества. Чистота крови, что тут поделаешь. А за связь с этими полуживотными вполне могли сжечь, если застукают. Да и позорно это — спать с пищей. Все равно, что человек бы сочетался с козой или барашкой. По крайней мере именно так считало подавляющее большинство вампирской аристократии.

— Больно. Осторожнее, прошу. — Прошептала Алерика, но Сегреиин только рассмеялся и стал вести себя еще грубее, вызывая у девушки крики совсем не удовольствия. Ему похоже нравилось мстить таким образом высокомерной аристократке, которая до этого задирала перед ним нос и вела себя исключительно по-хамски с каким-то простолюдином по папиной блажи, приказывающий ей.

Закончив Сегреиин затрясся в порыве схватил девушку и с силой сжал ее голые груди, до крови раздирая нежную кожу девушки своими огрубевшими пальцами.

— Не надо. Больно. — Закричала девушка и попыталась оттолкнуть вампира. Сейчас Алерике ее идея отдаться этому подонку уже не казалось удачной. Боль просто раздирала внутренности девушки от продолжавшихся сильных толчков рычавшего от удовольствия Сегреиина. Но крики только придали еще больше сил и напора движениям вампира, который еще больше возбудился от сопротивления принцессы.

— Кричи, сука, — кровосос отвалился от девушки и теперь стоял наперевес со стоячим агрегатом. Похоже желание тела девушки совсем не прошло у него, и вампир приготовился ко второму раунду.

— Не надо, — прошептала девушка со страхом и болью взирая на своего насильника. — Пожалуйста.

Принцессе внезапно впервые поняла почему люди плачут. И если бы у вампиров была такая функция в организме, то из ее глаз бы брызнули потоки горьких слез. Но вампирша не могла плакать и поэтому только продолжала умолять своего бывшего командира и из-зо всех сил сжала крепче ноги.

— Вот тебе королевская сука, — Сегреиин пощечиной швырнул тело девушки обратно на землю и навалился сверху, раздвигая стиснутые ноги.

Во второй раз все длилось дольше. Девушка от разрывающей внутренности боли даже потеряла в конце концов сознание. И у вампиров есть свой болевой порог. Испытанное девушкой насилие явно многократно превысило его и организм милосердно отключил сознание.

Впрочем, данное обстоятельство не помешало Сегреиину доделать свое дело с уже отключившейся девушкой.

— Хороша все-таки принцесска, — удовлетворенно шлепнул по обнажённому бедру девушку кровосос. — Жаль только плакать не умеет, как человеческие самки. Так намного интереснее, хоть они быстрее заканчивались.

Сам себе сказал Сегреиин о своем маленьком и тщательно сберегаемом от сородичей секретике. За такое простолюдина могли отправить и на костер. Но девушка точно отключилась, и вампир не боялся лишних ушей в этом глухом углу, когда произносил признание в страшном грехе по меркам их общества. Вдали опять раздался надоедливый стрекот винтов крылатой машины. Сегреиин мрачно выругался и с тоской посмотрел на голую девушку, которая стала приходить в себя и с ужасом посмотрела на своего бывшего командира.

— Не удастся нам еще позабавиться, — сообщил изнасилованной девушке кровосос, пока натягивал спущенные ради процесса штаны. — Наши поклонники опять появились на горизонте. И мне пора идти. Пока- прощай, принцесска. Счастливо тебе сдохнуть.

Он сделал ручкой девушке, издевательски поклонился и начал выбираться из закутка, куда они не так давно забились.

— А как же я? — Алерика подхватилась с земли за своим насильником. Страх смерти перевесил ненависть и омерзение перед Сегреиином. — Помоги мне.

— Зачем? — Даже искренне удивился последним словам девушки кровосос. — Все что мне надо было от тебя я уже получил. Рисковать дальше не рационально. У меня одного шансов выбраться больше. И неужели ты рассчитывала потрясти своими сиськами и заставить меня спасать тебя? Что серьезно?

Он оглушительно захохотал на обиженное выражение лица девушки до которой наконец дошло, что ее не только изнасиловали против её желания. Но и банально кинули с оплатой их сделки.

— Ты серьезно переоцениваешь ценность своей дырки, — И Сегреиин посвистывая махнул рукой и рванул в сторону от приближающегося звука.

— Ненавижу, — прошептала девушка и сжалась в комок на земле. — Что бы ты сдох в мучениях, тварь.

Вдалеке послышалась взрывы и пулемётная очередь. Похоже крылатая машина заметила стремительную фигуру ее насильника и теперь обрабатывала всеми калибрами землю.

И первый раз в своей жизни вампирша искренне желала людям победы. Стрекот удалился от укрытия принцессы.

— Пронесло, — с облегчением сказала девушка вслух и начала приводить себя в порядок после всего, что теперь очень хотелось забыть и никогда не вспоминать. Бежавший недалеко ручеек помог ей оттереть песком с тела кровь и слизь. И чужой запах, оставшийся на ее коже. И только теперь девушка с трудом пришла в себя. Холод и ненависть словно заново запустили в измученном теле жизнь.

— Если тебе повезет выжить, бывший командир, то я обязательно тебя найду. — Больше самой себе давала клятву девушка. — И даже холодные камни северных морей содрогнуться от той участи, которую я тебе приготовила.

Месть дала принцессе недостающие силы для борьбы за свою жизнь. И даже неведомая хворь отступила на задворки сознания, оставив после себя только пробегающую по обнаженному телу дрожь.

Так вовремя слинявший бывший командир Алерики, как это неудивительно спас своим поступком ей жизнь. Вряд ли, конечно, Сегреиин рассчитывал именно на такой результат. Просто … не повезло ему. Вертолёт случайно зацепил своим телевизором характерную инфракрасную сигнатуру. И все ринулись в погоню за кровососом, уходя от лежки ослабевшей принцессы и давая ей время прийти в себя. Все же боеспособность у девушки в данный момент была весьма сомнительная. И несколько спокойных часов были как нельзя кстати для Алерики.

Окончательно она выползла из своего укрытия только ближе к обеду, кода солнышко уже стояло в середине небосвода.

— Все тихо. — Вампирша напрягла все свои органы чувств и прислушалась к окружающему миру. Стрекот кузнечиков, квакающие жабы в недалеком болоте и пение пичуг в глубине леса. Только запах далекой гари в месте воздушной штурмовки напоминал ей о опасности, кружившей в этом обманчиво мирном небе.

Дальше девушка выдвинулась с многократно увеличенной осторожностью. Сил на полноценный марш-бросок в лучших гвардейских традициях вампиров у нее толком не было. Самочувствие пришло в норму. Но почти вся раннее выпитая кровь ушла на восстановление организма и поддерживать дальше высокий темп она просто не могла. Тем более ей достались только два мелких детеныша в качестве закуски. Гораздо более питательных взрослых полуживотных выпил Сегреиин.

Алерика стиснула зубы и с трудом подавило пламя черной ненависти, которая заполыхала в ее темной и опаленной сильными эмоциями душе.

— Сейчас не время, — прошептала, уговаривая саму себя успокоиться принцесса. — Моя месть никуда не денется. Надо только выбраться отсюда и потом, даже если этот урод подох под ракетами и снарядами. У него обязательно найдутся родственники и дети.

Алерика мечтательно улыбнулась, разом вернув свое внешнее очарование для любого возможного наблюдателя со стороны. Вот только не дай все боги этого мира кто-нибудь смог бы заглянуть в ее мысли в этот момент. Девушка начала смаковать будущие пытки заранее. И фантазия у нее что не скажи была богатая. Как и опыт. Правда раньше она тренировалась только на людях, но с вампирами получиться еще лучше. Человеки ведь такие хрупкие по сравнению с ее народом.

Выдвинулась девушка вперед только после того, как солнце начала постепенно скатываться к закату. Все вампиры были именно ночными существами и чувствовали себя в темное время суток гораздо увереннее. В отличие от людей, что надоедливыми стрекозами продолжали кружиться где-то вдалеке.

— Да что вам так неймётся? — Едва криком не выдала себя принцесса, когда ей в очередной раз пришлось припадать к земле и молясь что бы жужжащая стрекоза и в этот раз пролетела мимо, не заметив мелкую тепловую засветку.

Алерика уже поняла основной минус установленного на вертолетах сенсорного оборудования — пока вампир активно не действовал стремительно разгоняя собственный метаболизм и соответственно температуру, то его с трудом могли различить на фоне остывающей после жаркого летнего денька земли. Сегреиин не разобрался в том вопросе и рванул вперед от той норки со всей своей скоростью и был моментально замечен патрульным вертолетом в небе. И девушка старалась не повторить ошибок своего насильника. Выжить она собиралась вопреки всему и сейчас ей стало даже плевать на человеческого мага и важность этих сведений для ее народа. Только месть полностью завладела девушкой и к ней она сегодня шла. Наверное, в этот момент рассудок вампирской принцессы был не совсем нормальным с точки зрения представителей ее народа. Насколько вообще могут быть нормальными существа, питающиеся другими разумными. И тщательно стерев с памяти, что они вышли со своей пищей из одного корня. Ведь очень хочется поверить, что ты чем-то лучше других людей только по праву рождения. Это легко и удобно. Вот ведет только эта идеология исключительно к деградации и саморазрушению — зачем работать над собой и к чему-то стремиться? Ты и так лучше остальных по факту. А если что-то не получается, то просто виноваты внешние недочеловеки или внутренние, какие-то неправильные собственные сограждане. Нужное, как говориться, подчеркнуть в зависимости от сложившейся в данный момент ситуации.

Еще двое ночей девушка аккуратно пробиралась по этим глухим местам, вздрагивая и замирая при каждом звуке с неба. И уже начала верить, что все-таки выберется из этого проклятого леса. По ее прикидкам она уже должна была выйти за границы контролируемой солдатами людей области Тайги. Или почти выйти. И сейчас Алерику интересовал только один вопрос — пища. Ее силы были на исходе. А вокруг пока были только деревья и болота. Свежей крови на ножках вокруг не бегало. По крайней мере легкодоступной. Армейцы регулярно шарили по лесу, но соваться к ним и рисковать принцесса банально боялась. Эти ребята уже наглядно доказали ей свою хватку и профессионализм. Если сунется, то ее быстро добьют с воздуха, даже если атака удастся и она перекусит вкусной свеженькой кровью, возвращая силы измученному до крайности организму вампирши.

В конце концов ей повезло. Девушка наконец стала замечать, что из округи пропали камуфлированные бойцы. А звук барражирующих вертолетов отдалился и был уже почти не различим на фоне обычных звуков живого леса. Но и ее силы стремительно кончились. В какой-то момент она просто вырубилась на примечательной полянке, рядом с небольшой заросшей грунтовой дорогой и весело журчавшим холодным лесным ручьем, безразлично бежавший вдаль. Мимо лежавшей в полубреду от слабости девушкой.

Скорее всего история принцессы вампирского королевства на этом бы закончилась. Она бы просто тихо умерла от голода и слабости в богом забытой дыре этой суровой к нежелательным гостям страны, которая уже не раз в своей истории создавала самым разным пришельцам из-за бугра создавала не совместимые с жизнью условия.

Так должно было бы быть и в этот раз. Но …..

Андрей, приехавший из Новосибирска к бабушке с дедушкой на лето, шел с удочкой и насвистывал мелодию, играющую в его китайском смартфоне. И был счастлив. Ему нравились эти беззаботные деньки лета в деревне у родни. С детства привык проводить здесь время, отдыхая от большого и шумного города. Охота с дедом и самостоятельная рыбалка плюс сбор даров сибирской природы в отведенное для этого время. Кто не пробовал — не поймет весь кайф от подобного времяпрепровождения. Тем более это его последнее такое спокойное лето. 11 класс школы закончен и парня ждала взрослая жизнь, в которой будет гораздо меньше возможностей для такой беззаботности. Тем более парень выбрал себе не самую спокойную в будущем профессию. Он, как и подавляющее большинство мальчишек, подрастающих после 22 года мечтал стать военным. Шоком для западного общества стало повальная поддержка молодежью страны, возрождения своей Родины из пепла прошлых проклятых годов. И большинство понимало, что это стало возможно в первую очередь благодаря армии РФ. Ее могучему гиперзвуку. Хищным самолетам и самой эффективной в мире ПВО. Ну а также в первую очередь благодаря обычному пехотному Ваньке, на своих плечах выдерживающий то, от чего лопается закаленная сталь и вечный гранит.

Ореол силы и таинственности вокруг армейской романтики владел молодым поколением русских всех национальностей. Стало модно гордиться своей страной и историей. И запад потерпел свое самое главное поражение в этой войне — мнение молодежи было однозначно.

Андрей, конечно, не думал подобными словами и терминами. Он был просто счастлив от сопричастности к могучей стране, в которой возможно все. И горд, что у него такая Родина.

Парень замечтался и не заметил подозрительного кома под ногами. Он запнулся о впавшую состояние прострации Алерику и едва не посчитал носом кочки на земле. Оглянулся и увидел ослепительно красивую девушку на земле. Даже общая чумазость и лохмотья не мешали увидеть ее очарование.

— Девушка, что с вами? — Как истинный мужчина Андрей сразу бросился на помощь. Он хотел стать русским военным, а они не бросают в беде слабых и всегда помогают нуждающимся в любой ситуации. Этому образу и старался соответствовать парень, не задумываясь насколько он правдив. Просто так стало принято считать в нашем обществе.

Девушка толком не дышала, и Андрей вскинул ее худенькое тельце на руки.

— Не бойся. Я помогу. — Сказал в мутные глаза Алерики. — Сейчас позвоню в полицию и скорую.

Парень с трудом одной рукой набрал на телефоне нужные цифры. И пошел вызов, хорошо еще что здесь ловила связь.

— Ало, — ответили Андрею в трубке.

— Тут девушка, без сознания и похоже очень истощенная. — Школьник тщательно и не упуская ни одной детали выдал все свои наблюдения оператору. При волнении парень всегда начинал действовать четко и собранно. Словно вместе с адреналином в его организме запускалась какая-то программа. Четкий и понятный алгоритм, согласно которому он и действовал. Вот как сейчас.

— Вы находитесь …. — через пару минут они уже все решили с дежурным на том конце провода и Андрей выдохнул. Ему посоветовали положить девушку на землю и ждать. Вертолет МЧС должен был прибыть на полянку не вдалеке. Перемещать найденную Андреем красотку кроме, как по воздуху и в кратчайшие сроки не решились. Мало ли какие травмы у молоденькой девушки?

Алерика с трудом открыла мутные от слабости глаза. Ее голова лежала на чьих-то коленях.

Она с трудом всмотрелась в совсем молоденького паренька, который был немногим старше того проклятого человеческого мага на базе.

— Не беспокойся. — Андрей заметил, что найденная им девушка открыла глаза и смотрит на него. — Я уже вызвал помощь. Скоро прибудет МЧС и полиция. И тебя доставят в больницу.

Парень, сочувствуя прелестной девушке провел по ее черным, как смоль волосам рукой словно успокаивая и вселяя в нее надежду. Он сейчас чувствовал себя героем читаных приключенческих книг. Спасенная прекрасная незнакомка посреди леса и …. А дальше его сознание залитое адреналином под самую пробку рисовала самые разные картинки. Вот благодарная девушка, влюбиться в своего благородного спасителя, а дальше. Дальше он пока в мыслях не заходил.

— Что? — Переспросил замечтавшийся Андрей у девушки, которая что-то сказала ему.

— Наклонись ближе, — во второй раз ухо парня уловило тихий звук, и он понял не громкий шепот из полуоткрытых красных губ девушки. Таких призывно манящих и вкусных даже на вид.

Уже громко рокотал над ними винт вертолета с эмблемой МЧС, который садился неподалеку. Вот только Андрей уже ничего постороннего не слышал. Он попал под очарование Алерики и наклонился ухом к самым ее губам. Миг и его сознание проясняется от дикой боли. И он пытается рефлекторно вскочить и отбросить преобразившуюся в чудовище прелестную девушку. И парень смог. Пусть и ценой оставленного в клыках Алерики шмата мяса, вырванного из шеи.

Все же сил у вампирши почти не было и толом зачаровать парня у нее не вышло. Еще бы пара секунд и тогда все прошло относительно легко и безболезненно, но проклятая стальная птица уже села и к ним бежали люди. Причем двое из них были вооружены автоматами и одеты в полицейскую форму. Сильно дернуться в таком своем состоянии девушка бы не смогла против вооруженных людей. А попадать в руки медиков для нее чрезвычайно опасно. Даже младший медперсонал мигом осознает, что она не человек. Слишком много различий у их вида. Таже нормальная температура тела у них колеблется от плюс 8 до 51 градуса по Цельсию в зависимости от самых разных обстоятельств. А после того, как ее раскроют, то за ней придут мрачные и суровые ребята во главе с этим ужасным человеческим магом. Этого допустить ни в коем случае нельзя.

Глоток крови, придал принцессе сил и она упруго вскочила на ноги. С сожалением посмотрела на надкушенного и недоеденного парня. Жаль, но совсем нет времени. Один полицейских оказался сообразительным и уже сдернул с плеча автомат. Девушка рванула к близким деревьям, по пути прихватив одного из медиков. Очередь все ударила по ней, но вскользь. Ничего серьезного не задев. Обычному человеку сложно уследить за стремительными движениями кровососа.

Медика она выпила быстро, наплевав на все аристократические заморочки. Сейчас она боролась за жизнь и стала тем, кем и была на самом деле — хищником, которого гнали загонщики. Военные, которые услышали на частотах МЧС и полиции панические вопли о монстре примчались очень быстро. Похоже вертолеты продолжали патрулировать небо совсем рядом. Буквально пять минут и невдалеке начинают высаживаться армейцы, перекрывая девушке пути к отступлению.

Алерика грязно выругалась. А ведь почти вышла. Если бы этот малолетний дебил продолжил чуть дольше залипать на ее сиськи, а не начал названивать, то она сытая уже бы уходила в сторону больших городов этой страны. А там очень легко затеряться. В этом все вампиры большие мастера.

Но делать нечего. Пока есть силы нужно срочно рвать когти и уходить из района облавы, пока не перекрыты все лазейки. По лесу она уже не кралась, а бежала со всех своих длинных и сильных ножек. Прятаться и красться, как раньше нет смысла. Тогда они отвлеклись на Сегреиина и ушли вслед за бывшим командиром, что и дало ей возможность проскользнуть.

Это скорость и сыграла с принцессой злую шутку. В спешке она выскочила на группу спецназа. Почти успела вцепиться в одного и прорваться. Вот только среагировали остальные очень быстро. Солдаты противника явно много знали о возможностях кровососов и очередь из автомата откинула девушку от военного. И ей пришлось срочно бежать дальше, пока ее не порвало на куски пулями сослуживцев солдата.

А потом начался ад. С неба раз за разом начали бить по ее маршруту ракеты. Все больше осколков находили ее нежное тело и все сложнее стало избегать новых огненных цветков, регулярно вырастающих на ее пути.

— Они не отстанут. — Вжавшись в землю прошептала девушка. — Вцепились в меня, как волкодавы.

Еще один взрыв совсем неподалеку и Алерика вскрикивает от впившегося в руку крупного осколка. Прилетел совсем на излете и поэтому застрял в ней, а не срубил конечность под корень.

Девушка выдернула стальную занозу и внезапно обратила внимание довольно крупную реку, блеснувшую не вдалеке от нее и перевела взгляд на неровный окровавленный кусок металла в ладони.

— Похоже с выбором у меня нынче так себе, — пробормотала Алерика, в голове которой родился призрачный план на спасение.

Стиснула зубы и начала осколком пилить себе руку в суставе. Боль была по-настоящему адской. Но как другим способом доказать ее преследователям, что она погибла под бомбежкой Алерика не знала. Только оставить часть себя и тогда возможно, ей удастся притворившись бревном спуститься вниз по течению. Вампирша и сама не поняла на каких морально-волевых она отрезала до конца свою конечность в суставе. Под конец ей показалось, что доделывала дело уже не она. Кто со стороны, кому безразлично ее боль и страдание.

До берега после всего этого она добралась с трудом. Все же пилить себе руку иззубренным осколком реактивного снаряда штурмового вертолета это удовольствие не из тех, которые хочется повторять. Но смогла. И уже на последних силах столкнула подходящее бревно в воду и неуклюже обмоталась с ним обрывками собственной одежды. И только когда выгребла на середину течения и ее подхватило водой расслабилась и сознание принцессы уплыло в темноту.

Общение с главой государства вызывала у меня некоторый трепет. Все же в моем времени фигура без всяких сомнений историческая. Последнего президента России ставили в один ряд с такими деятелями прошлого, как Сталин или Петр Первый. Да и эти времена многие вспоминали с теплой ностальгией. Простые люди так и прямо заявляли, что с радостью бы променяли все новые чудеса и магию на простую спокойную жизнь под властью человека-эпохи. Причем эпохи не только для моей Родины на самом деле — именно главнокомандующий Россией по сути вывел мир из этапа нового колониализма, которое финансовыми путами скрутило в удушающих объятьях весь мир. Не сам, конечно. Да и не одна Россия к этому стремилась всеми силами. Но вот ассоциация этих процессов с главой нашего государства была забита в головы у большинства жителей планеты. Даже тех, кому очень не нравился новый миропорядок, в котором нельзя за резаную бумагу купить к примеру танкер с нефтью или золото. Или заставить за эту же бумаги рабски трудиться сотни миллионов рабочих в странах третьего мира. Те да. Были недовольны. Но и сделать ничего не могли. Военная мощь России после операции Z не вызвала ни капли сомнений ни у кого. И каждый понимал, что может реально поплатиться за косой взгляд в сторону, почуявших за собой силу русских любой национальности.

Я вздохнул перед дверью кабинета Муромцева, прогоняя дрожь и настраиваясь на разговор. Сам не понял как под эти мысли добрался до места. Вроде только садился в машину около своего дома?

— Проходи, — меня, несмотря на мой тщедушный и хромающий вид тщательно осмотрели малоприметные сотрудники ФСО с цепкими взглядами профи. Даже вздрогнул от пробежавшегося по позвоночнику холодка опасности. Эти ребята могли с высокой долей вероятности завалить меня, не смотря на всю мою магию. Я видел гораздо глубже, и серая внешность меня не обманывала. Люди передо мной были практически венцом сегодняшнего физического развития человека, как вида. Скорость и реакция от природы у этих ребят была на порядок выше чем в среднем у людей. А потом опытные наставники еще помножили природные данные на годы упорных тренировок и судя по всему какую-то стимулирующую реакцию боевую химию. По крайней мере у меня сложилось именно такое впечатление при пристальном взгляде на ауру сотрудников охраны президента.

Дверь перед моим лицом распахнул один из этих людей, и я прошел внутрь, отодвинув все посторонние мысли и свое волнение на потом. Сейчас предстоял один из важнейших разговоров в моей новой жизни, от которого зависит очень много, если не все. По крайней мере для меня.

— Ну, здравствуй, первый официальный русский волшебник. — Человек, который меня встретил в глубине кабинета Муромцева одновременно напоминал самого себя из старой хроники, которая мне попадалась в моем времени. И в тот же момент был другим. На экране президент казался добреньким дедушкой, что с усмешкой смотрит на внуков. Но в жизни аура силы и власти подавляла. Даже грозный и требовательный Муромцев на фоне этого не высокого человека терялся и сразу казался на пару десятков сантиметров ниже. При всей своей славе признанного во всем мире гения.

Добрый вечер, — я шагнул вперед к столику с нехитрой снедью, которую употребляли мужчины под пыхтевший парком самовар. — И я пока не волшебник. Только учусь.

Сам не ожидал от себя, что начну хохмить на таком уровне общения. Это наверное от нервов. Все же не рядовая для меня встреча. Там в будущем было проще. Я благодаря своей личной силе мог плевать на любые авторитеты и идти напролом. Да и уважать по большому счету было некого особо. Большинство элит будущего вынесло наверх только благодаря случаю, кроме вампиров конечно. Но тех я просто ненавидел, как бесполезных паразитов на теле человечества.

Здесь был совсем другой человек. Нет, ему тоже во многом повезло в конце 90-х. Всего один раз выпало на рулетке «Zero». А вот остальные два с половиной десятилетия он выгрызал себе и своей Родине место под Солнцем, плюя на всех, кто против. И ведь добился же своего. Я же этого в будущем повторить не смог. Погиб, пытаясь.

— Присаживайся, — улыбнулся на мою незамысловатую шутку президент и пододвинул мне кресло к их столику, за которым уже стояла третья кружка. Похоже меня ждали вполне целенаправленно. — И прежде, чем я начну у тебя спрашивать многое меня интересующее в этой не тривиальной ситуации — опиши мне, будь добр, свое виденье дальнейших действий.

Не смотря на мягкость тона и вполне читаемую доброжелательность ко мне со стороны главы государства, я внутренне собрался, прекрасно понимая, что мне ни в коем случае нельзя облажаться при этом разговоре. Меня сейчас по факту проверяют и решают стоит ли брать такого мутного типа как я в команду и доверять серьезные дела.

— К-хм, — я прочистил сухое горло и сделал глоток из кружки, собираясь с мыслями. — Сейчас перед нами стоят две основные задачи. Первая тактическая, хоть и очень важная — обнаружение и противодействие вампирам. Желательно с зачисткой максимально возможного их числа.

— Почему? — Спросил у меня собеседник все с той же доброжелательностью в голосе. И сталью со льдом в голубых глазах. Словно два разных человека сидели в одном теле передо мной.

— Сейчас они уязвимы. — Я приободрился и начал говорить все увереннее. В неизвестной здесь еще науке — вампироведенье я явно был самым крупным специалистом на планете. Не считая самих кровососов, конечно. Но те вряд ли согласятся консультировать своих врагов по вопросам геноцида паразитирующей на людях собственной расы.

— После возрождения магии. Получив доступ к силе эти твари станут на порядок опаснее и смертоноснее. А часть их элиты — Древние Атланты по могуществу сравняются с самоходной ядерной боеголовкой и кардинально решить вопрос с ними не получиться. — Я выдохнул от длинной речи и выпил еще один глоток вкуснейшего чая с какими-то необычными травками. Только сейчас заметил насколько вкусный чай притаился у нас на столе. — А сейчас даже Древних убьет простая пуля в голову достаточного калибра. Или в сердце. Скажем так идеальное сочетание затраченных ресурсов для достижения столь глобальной цели.

— Осталось только их найти, — Президент с улыбкой смотрел на меня и подкинул очень интересный вопрос. — Что как показывает практика наших предков очень непростая задача.

— В смысле? — Не удержался я от вопроса и моментом прикусил язык под укоризненней взгляд профессора. Все же перебивать главу государства не очень вежливо.

Но президент и не заметил бестактности моего вопроса и продолжил вести свой экскурс в историю.

— В наших закрытых архивах есть упоминания о боестолкновениях с подобными существами во время Великой Отечественной и незадолго до нее. — Глава государства задумчиво постучал изящной ложечкой по кружке. — Главная проблема была не столько убить. Хотя и это было не просто. Скорее опознать. И найти среди обычных людей. После поражения Гитлера те словно растворились в человечестве и до вашего случая не вылазили на поверхность. Хотя и ходили смутные слухи про операцию на Украине. Многие сотрудники нашего ведомства вообще считали эти факты едва не сказками.

— Ну с этим вопросом можно помочь. — Я напряженно прикидывал все имеющиеся факты и не находил другого выхода, хотя мне отчаянно и не хотелось светиться раньше времени. Вот только после рассказа майора я был уверен почти на сто процентов в том, что вампирская верхушка скоро и так узнает обо мне. И отсидеться в сторонке точно не удастся. За мной будут раз за разом приходить боевые группы противника. И однажды я не справлюсь. Не стоит недооценивать кровососов. Две их ошибки в отношении меня — от незнания. Думать древние твари умеют. Да и опыт имеют колоссальный.

— И как? — Вырвал меня из раздумий голос главы государства.

— Приманка, — я вздохнул. — Человеческий маг для них хуже, чем красный флаг для нацистов. Вызывает ненависть и ужас. Постараются уничтожить любым способом.

— И будут раз за разом подставляться и попадать в расставленные ловушки. — Закончил за меня мой тезка. — Это понятно. Сам не боишься?

— Боюсь, — согласился я и мне показалось, что президент довольно улыбнулся уголками губ. Или не показалось и ему понравилась моя реакция? — Вот только они и так будут раз за разом приходить за мной. Этим я рискую подставить всю программу Александра Львовича.

— С чего взял? Они о тебе пока не знают. — Даже не знаю серьезно сейчас предлагал нажать на заднюю передачу президент или так тонко троллил меня. Абсолютно не читаемый человек. Даже аура была словно слегка приморожена и почти не реагировала на внешне показанные эмоции. Себя в руках мой собеседник в руках держал на зависть каменным статуям с острова Пасхи.

— Узнают. — Я скривился и все же договорил. — Я на 99 процентов уверен, что упустили минимум одного из сбежавших кровососов. И он обо мне доложит на самый вверх в королевский совет. И тогда они спустят с поводков всех своих убийц. Причем самых лучших.

— А какие мне красивые доклады генералы нарисовали. — Притворно восхитился искусству своих бюрократов с большими звездами на погонах президент, но не подверг почему-то мои слова сомнению. Поверил мне? Сомневаюсь. Скорее у него были свои каналы получения информации, альтернативные официальной вертикали. И в особо важных вещах проверка полученных докладов шла параллельно для уточнения всей объективной информации. Особенно такой сверхважной, как боестолкновение вооружённых сил РФ с мифическим противником на территории сверхсекретного объекта.

— И как ты предлагаешь представить тебя миру, чтобы не вызвать лишнего интереса? — Продолжил допытывать меня президент. — У нас все же помимо вампиров на планете полно заклятых друзей, которые не преминут любым способом нанести удар стране. Особенно если почуют угрозу себе. А единственный маг на планете — это потенциально опасно для врагов. Да и «друзья» не особо не обрадуются. На нас и так косо смотрят вчерашние вынужденные союзники. Уж больно мы лихо перевернули все мировое устройство всего за несколько месяцев.

— Ну им не обязательно знать о моих не стандартных возможностях. — Я задумался на секунду, прикидывая варианты. — К примеру, можно представить меня юным гением с проектом вирткапсулы. Игрушки не думаю, что кого-то сильно испугают. Даже такие совершенные и слабо отличимые от реальности.

— Вирткапсулы? — Президент стрельнул глазами в сторону Муромцева, а старый ученый вздохнул. Похоже он еще не успел рассказать обо всех назревших наших идеях.

— Тут есть одна неприятная информация от нашего юного друга. — Александр Львович начал рассказ осторожно подходя к основной теме. — Я немного ошибался товарищ президент в оценке последствий возрождения магии. Точнее кардинально недооценил последствия.

— И-и? — Одной интонаций потребовал продолжения доклада глава государства. И даже ни одного мускула не дрогнуло на его лице, хотя наверняка понимал, что так не докладывают о победах и достижениях.

— Погибнут или переродятся все люди на планете ослабленные болезнями или в возрасте. — Наконец разродился Муромцев и быстро продолжил, словно ему могли не дать договорить самое важное в этом докладе, — Но у Володи появилась идея, как смягчить возможные последствия перестройки мира.

Муромцев говорил и говорил, словно самого себя убеждая, что у них появиться шанс.

Мой тезка поднял руку призывая старого ученого к молчанию. И тот послушно замолчал. Похоже и сам профессор не решался доложить президенту о его смерти. Но только похоже ученый сильно недооценил главу нашего государства. Я даже про себя поразился выдержке этого человека. По моему его не особо взволновало известие о собственной почти гарантированной гибели через всего два с небольшим хвостиком года. Единственный вопрос, что мне задал этот человек, обладающий стальной волей был совсем не о возможности его личного выживания.

— Какой процент людей сможет пережить с помощью твоих капсул предстоящее нам событие? — Я из-за всех сил искал волнение на лице человека напротив и не находил. Действительно. Правильно сказали в свое время о некоторых людях — гвозди бы из них делать.

— Больше половины, приблизительно. — Я сам стушевался от циничности прозвучавших от меня слов. — Мы в будущем очень многое не понимали о процессе первичной инициации планеты и людей. В то время было совсем не до наблюдений и исследований.

Я горько усмехнулся, вспомнив дикую войну все против всех на опаленной пожаром безумной гражданской бойней земле.

— В той вакханалии, что воцарилась после того, как пришла магия. Там был натуральный ад. — Я совсем поплыл, неожиданно припомнив дикие картины первых дней того безумия. — Даже людоеды-вампиры на фоне некоторых тварей, что мы встретили кажутся вполне нормальными ребятами. Кровососов хоть понять можно. Определенная логика в их действиях присутствует.

На мое заявление хмыкнули, и президент продолжил расспрашивать Муромцева о самых разных вещах, выясняя для себя всю подоплеку происходящего на этой базе. Вникая в разнообразные детали и мелочи. А я погрузился в воспоминания о первых неделях после возрождения магии. На фоне отдельных людей и вампиры не выглядели особо мерзкими с их то диетой.

Мне вспомнился дикий вой поджариваемого заживо нашего совсем молоденького мальчишки из последнего набора Муромцева. Я глотал злые дикие слезы и ничего не мог сделать. Сам висел на вертеле каннибалов из так называемого на Дальнем Востоке игрового клана.

Попались мы глупо. Шли на переговоры, еще не понимая, что эта кучка безумцев творила на своей земле. Тогда мы только начали восстанавливать Россию. И первая крупная удача с Новосибирском нас изрядно воодушевила и расслабила. Слишком легко все получилось. Там сохранила часть контроля армейская группировка и с нашей помощью относительно легко зачистила распоясавшиеся банды и некоторых опасных мутировавших животных в окрестностях города. Окрестные города-спутники и более мелкие поселки после такой демонстрации силы сами упали нам в руки.

Все наши ребята тогда были очень воодушевлены успехом и верили в то, что все получиться. Как и я. В первые недели я не выделялся не силой особой, ни волей. И поэтому шел в фарватере вложенной нам профессором за время учебы идеей возрождения страны.

Все изменились после призыва помощи из региона Дальнего Востока. На нас вышли через чудом сохранившееся железно-дорожное сообщения ребята из Игрового Клана, как они сами себя назвали и попросили о помощи. Чудовище терроризирует население их города, и они ничего не могут сделать. Мы не задумались, почему кому-то надо искать помощи в борьбе с обычной муровавшей свиньей. За нами присылали самолет и обещали обязательно присоединиться после нашей помощи. По наивности поверилось легко. А чего не поверить то 17 — летним пацанам, которые только что с относительной легкостью подчинили Новосибирск?

Я полетел, взяв с собой совсем молоденького и ничего не умеющего толком парня из последнего набора Муромцева. И как же нас радушно встретили, суки. Девушек предложили и стол накрыли, как самым дорогим и желанным гостям. Вот только утром я проснулся прикрученный арматурой к вертелу и полностью раздетый. А рядом кричал мой товарищ. Его уже поджаривали. Причем медленно. Наслаждаясь криками.

— Что это значит? — Заорал я от страха и боли сразу не попробовав дотянуться до своей магии. — Вы какого творите, ублюдки.

— Ей, непись. Не бухти и до тебя дойдет очередь. — В мой бок со смехом воткнули самую обычную столовую вилку. — Опыт с тебя мы заберем чуть позже. Пока самый мелкий на очереди.

Я наконец вспомнил о том, что маг и потянулся к силе. Вот только вся энергия из меня ушла, словно сквозь решето в камень в центре странной полянки.

Пока я ворочался и пытался отчаянно придумать выход из этой ситуации вокруг меня продолжали веселиться эти нелюди. Громко бахала какая-то кислотная музыка из установленных не вдалеке колонок и повизгивала крашенная в сине-зеленый цвет девица, скачущая посреди толпы на каком-то парне.

— Зачем вы это делаете? — Я устал бороться и попытался разговорить моего тюремщика или повара? Не уверен, но совсем молоденький парнишка азартно намазывал меня смесью каких-то специй.

— Как это еще зачем? — Даже по-моему удивился вопросу парнишка. — Ради опыта конечно.

— Какого, бл…дь, еще опыта? — Не сдержался я от дикости слов и безумия всей происходящей ситуации.

— Не ори, — Тихо и почти миролюбиво сказал парнишка, а затем снова воткнул в мой бок вилку. И провернул ее, вызывая из моего осипшего горла новый крик. — Зачем тебе непись это знать. Или это какой-то квест. Секретный?

Я застонал в мыслях от полного идиотизма всей ситуации, но вслух сказал совсем другое.

— А ты сам как думаешь? — Не стоит сейчас пытаться в чем-то разубедить этого психа. Тот явно не поймет моих слов о реальности. Но вот сыграть ради своего спасение в какую-то странную хрень? Ха да легко. Бешеную мотивацию моим стараниям придавали вопли безумной толпы-каннибалов. Я был готов притвориться хоть пони с крылышками если это поможет.

— Ну мне и фартит, — восхитился парнишка и закинулся какой-то пилюлей розового цвета. Зрачки парнишки резко расширились и глаза на несколько секунд закатились, переживая первый наркотический приход. — Теперь, когда я получу навык Милка точно не посмеет мне отказать и тоже будет давать, а все остальные будут только завидовать и смотреть со стороны, пока я ее не разрешу другим ее пользовать.

Откуда и кто внушил подобные дикие мысли этому молоденькому парнишке мне было не особо интересно. Сейчас просто дико хотелось выжить и желательно отомстить этим отбросом, потерявшим остатки человеческого вида.

Я поспешно спрятал свой блеснувшей мрачной злостью взгляд в землю. Не стоит моему тюремщику видеть истинные чувства бродившие у меня внутри.

— А какой навык выдашь в награду? — Паренек постепенно пришел в себя от дозы и утер слюну свисавшую с подбородка. — И учти сразу — отпустить я тебя не смогу. Меня сразу изгонят из клана и отправят на перерождение. Пробовал тут один. Мы его больше не видели.

— Да нет. Какой отпустить? — Я изобразил на своем лице удивление, а про себя выматерился. Простой путь явно не для нас. — Для начала просто расскажи мне о вашем клане. Я летописец и веду историческую хронику Темных времен и великих Героев грядущих противостояний.

Сам не знаю с какого дальнего уголка сознания мне язык прыгнул этот бред. Но происходящее вокруг изрядно расшатало скрепы моего разума и, по-моему, я слегка начал заражаться витающим в воздухе вокруг этих нелюдей безумием.

— Собрал нас еще в день Срыва мира в игру Артуриус. — Начал этот парень, поверивший тому отборному бреду, который вывалил ему на голову. Скорей всего мой поток сознания удачно попал в струю их безумия. — Он нам показал магию. Огненную.

Глаза моего тюремщика-повара блеснули алчностью. А я понял какую награду надо обещать этому обдолбаному малолетнему каннибалу.

— И сказал, что часть нашего мира провалилась в параллельную реальность и поэтому вокруг твориться вся эта дичь. — Паренек пересказывал свои первые дни случившегося Апокалипсиса с каким-то равнодушием. Похоже они на самом деле верят в то, что этот мир — игровой. И как в такую чушь можно всерьез поверить? Похоже кланлид этой банды отморозей — менталист, которому зачем-то очень нужны маги. Вот он, почуяв силы и свернул напрочь мозги перепуганным малолеткам, которых возрождение магии выдернуло из-за мониторов компьютеров и бросило посреди штормившей жизни гражданской войны все против всех.

Поварёнок продолжал дальше рассказывать разные малозначительные детали, тщательно подчеркивая свою роль в грабежах и убийствах «неписей» считая это истинным героизмом. Я едва не сблеванул от подробных описаний ритуалов этих мразей, но один момент заставил меня серьезно задумываться. После того, как том камне в центре перерезали горло беспомощному магу, которого до этого долго пытали, делая его кричащим куском мяса, в котором не оставалось и тени разума. Каждый из этой шайки чувствовал резкий прилив сил и бодрости. А если у кого-то были раны, то ему давали кусок мяса мага, и он восстанавливался буквально на глазах.

— Интересно, — про себя пробормотал я всем полученным сведеньям, едва не выйдя из образа игрового летописца.

К счастью этот паренек не обратил на мою оговорку никакого внимания и продолжил вещать о своих «подвигах».

— Так, когда ты выдашь мне навык? — Напряженно раздумывая над всей этой ситуацией я не сразу заметил, что поваренок несколько минут уже закончил свой рассказ и теперь смотрит на меня требовательным взглядом с выражением почти детской обиды и наивности.

— Как только смогу прикоснуться к камню в центре, — не знаю откуда ко мне пришло это решение. Просто интуиция, что ли? — Причем до того, как меня начнут поджаривать. Тогда я уже не смогу тебе выдать навык.

Паренек не решительно замолчал и замялся, искоса продолжая поглядывать на скакавшую посреди поляны Милу верхом на каком-то парне. Музыка замолкла, но перевозбужденная толпа и не заметила этого, полностью поглощенная действом в центре. Одурманенные малолетки продолжали бесноваться и вопить во все горло.

— Я дам тебе умение потока пламени. — Даже не знаю почему повелся мой тюремщик на этот лютый бред, который я ему вливал в уши. Скорее всего наркота не способствует развитию интеллекта. Другого объяснения я просто не нахожу такой доверчивости на грани маразма.

— А может я скажу кланлиду о задание? — Продолжал бороться с искушением паренек.

— И ты думаешь он оставит тебе награду за квест? — Я усмехнулся как можно более глумливо. — Не ужели думаешь у него нет своих любимчиков. Хотя бы вон тот парень, который сейчас лежит под Милой?

Я целенаправленно бил по самому уязвимым порокам в мозгах наркомана передо мной — жадности и зависти.

— Это его брат, — скрипнул зубами в злости тюремщик.

Я мысленно потер руки. Похоже нашел менталиста. Обычно родственники все владеют магией. Причем не обязательно одинаковой. Вон Антон слабенький электромаг, а Настя уже довольно могущественная ведьма-универсал, владевшая многими аспектами. Но лучше всего тонкими аурными манипуляциями, которые в просторечье назвали проклятиями.

— Но только сразу умение выдашь, непись. — Протянул паренек и перерезал веревки, которые опутывали меня.

Время на доли секунды замерло. Показалось, что все начали медленно поворачиваться на звук моей упавшей мешком тушки.

— Не трогайте его пока, — закричал всем поваренок, защищая свою надежду стать магом. Жадность она такая. Ходит всегда под ручку с глупостью. И это паренек понял уже после того, как раскрыл рот. На него моментом навелось несколько стволов и в последний момент из глаз паренька улетучилось хмельное наркотическое выражение. Адреналин изгнал всю муть, что скопилась за последнее время и он все понял. Или я просто захотел это увидеть?

Не важно. Счет пошел на секунды. Слава всем высшим силам непонятный камень лежал не подалеку. И я рванул к нему в броске, напрягая все мышцы и связки. Не замечая лопающиеся в сверхусилие капилляры и брызнувшую из носа кровь. Висел я на вертеле вниз головой. И резкое изменение давления украсило меня красными струйками поперек голого торса.

Не знаю, что сыграло тогда решающую роль — неожиданность или просто глупое везение. Но я дотянулся до камня и мазнул по его боку окровавленной рукой перед тем, как в меня впилось десятки злых жужжащих стальных ос.

И магия вернулась ко мне в многократном размере. Алтарь источника пробудился и признал мое право мага, дав накопленную силу.

Оглушительный грохот разорвал звенящую тишину. И передо мной в стене сгустившейся гравитации застыли раскаленные пули, продолжая бешено вращаться и стараясь продавить накопленной инерцией преграду из магии.

— А теперь поговорим, — я улыбнулся разом побледневшим и протрезвевшим каннибалам.

— Эй, тезка, — меня окрикнул президент и я вздрогнул, вываливаясь из еще не произошедших событий. — Я спросил о второй задаче. Первую то ты обрисовал и все надо тщательно обдумать.

— Извините, — я смутился под насмешливыми взглядами. — Задумался. Вспомнилось кое-что в данный момент абсолютно не важное из прошлой жизни.

— А вторая задача на мой взгляд комплексная и скажем так маго-техническая. — Я сделал паузу и налил себе кипятка в кружку из самовара, добавив из чайничка заварки и тщательно собрал все свои мысли в кучу, пользуясь не большой технической паузой. — Нам надо решить две основные проблемы, которые возникли там.

Я махнул рукой вверх, почему-то подсознательно ассоциируя будущее с небом.

— Первое — это связь. Надежная и стабильная. Обычное радио почти не будет работать после возрождения магии. Магические бури будут создавать помехи даже самым устойчивым каналам. А проводная будет сильно повреждена в вакханалии Гражданской войны. Поэтому я предлагай модернизировать радиитом реакторы «Зевсов» и вывести максимально возможное число этих ядерных буксиров на орбиту. — Я снова потянулся к чашке. Не столько за чаем, хотя он был весьма вкусным, сколько беря паузу и продумывая дальнейшие слова.

— А спутники куда денутся? Зачем нам заморачиваться с этим проектом. Дорогим и непростым в реализации? — Глава государства нахмурился, просчитывая в голове последствия воплощения моих предложений.

— Собьют почти все после начала всеобщей вакханалии. — Я хмыкнул, вспоминая из прошлой жизни, как ошалели люди, внезапно лишившиеся интернета. Только тогда многие осознали насколько много жизни тратят в сети. — Наши западные партнеры, не смотря на разгоревшийся собственное пламя гражданской войны с удовольствием подкинуть дровишек нам. И будут использовать свои привычные инструменты СМИ и интернет, будоража придуманными и правдивыми страшилками и так ошалевшего в край обывателя.

— И поэтому мы обрубим связь и собьем их спутники, — моментально просчитал дальнейшее развитие ситуации президент. — И, конечно, перед этим подкинем в их бурлящий котел немного своего отборного варева.

— Как-то так. — Согласился я с такой трактовкой будущих событий моим тезкой. — Если не вдаваться в кучу деталей, которые я подробно описал в своих бумагах. Впрочем они малозначительные.

— Вирткапсулы, — напомнил мне об еще одной детали президент и достал блокнот, сделав там пару пометок. Меня пробрало чувство неутоленного любопытства и жуть как захотелось одним глазком заглянуть под обложку старенькой потертой записной книжки. Да и думаю половина шпионов самых разных стран планеты отдали бы не задумываясь руку за эту возможность. Причем на выбор. И не сильно бы торговались если продавец потребовал две.

— Нам надо массового наладить добычу радиита для реакторов. Плюс построить миллионы капсул полного погружения в кратчайшие сроки, чтобы спасти как можно больше наших людей. — Я пожал плечами и хитро улыбнулся. — Так почему бы не сделать это за счет богатеньких геймеров, которые туда ринуться плотным потоком. Еще бы — первая игра в мире с полным погружением. И знать о том, что в реальности они будут просто добывать нам столь необходимые ресурсы в закрытом заповеднике «Тунгусский Бор» — совсем необязательно.

Президент на мои слова расхохотался. Я наверное впервые видел у него настоящие эмоции. Похоже сильно понравился главе государства мой не стандартный подход к проблеме.

— Ну ты и жук, — он даже вытер выступившую от хохота слезу. — Там в будущем, случайно не служил в аналоге моей родной конторы? Очень уж подход интересный. Прямо как рассказывали наставники в школе КГБ о некоторых секретных операциях прошлого. Там тоже все умудрялись провернуть так, что враг еще и денег нам оставался должен после того, как мы его обчистили до пустых карманов.

— Почти, — я улыбнулся. И вспомнил выпестованный мной Корпус боевых магов. Решали мы там задачи иногда очень далекие от прямых боевых действий. Что поделать. В будущем как нельзя стали актуальны слова другого великого человека — «Кадры решают все».

— И еще, — я решил пользоваться хорошим настроением и попробовать пропихнуть в уши высшего государственного чиновника еще одну авантюрную идею. — Нам очень нужны Египетские пирамиды. Немножко скажем так модернизированные.

Смех резко закончился. В комнате будто сгустилась атмосфера. Но в глубине глаз президента я разглядел веселые огоньки. Или я просто сам себя в этом убеждал, нервничая из-за звеневшей в кабинете тишины.

— Продолжай, — наконец обронил предельно серьезно президент.

— Нам нужно до возрождения магии инициировать как можно большее количество магов. — Начал я, тщательно подбирая свою аргументацию. — Установки профессора маломощные и существенно повысить их работоспособность не выйдет. А в Египте стоят малость разрушенные концентраторы природной магии для бедных государств планеты времен Гипербореи и Атлантиды. Под шаманим маленько и готово. Можно потоком инициировать будущих волшебников. Вот только как это сделать практически?

Я развел руками, намекая на свою слабую компетентность в нынешних политических раскладах на мировой и Ближневосточной арене.

— Да уж. Умеешь поражать, молодой человек, своими амбициозными запросами. Вынь и полож ему на блюдечке Египетские пирамиды. — Президент встал после моих слов и задумчиво прошелся взад-вперед, вертя между пальцами замысловатую ручку из дерева, которой делал пометки по ходу нашего разговора в свой блокнот.

Я потянулся к чаю, стараясь действовать как можно тише и не нарушать раздумья главы государства. Слишком многое сейчас зависело от рождающегося в тиши кабинета Муромцева решения. Как и от человека перед нами. Больше чем просто жизни миллионов наших соотечественников. Фактически судьба цивилизации, как таковой. По крайней мере человеческой. Вампиры то обязательно хорошо устояться на обломках старого мира и примутся разводить обычных людей слово скот на фермах. Если ничего не изменить.

— Ну допустим. — Внезапно сел обратно на стул один из могущественных людей на планете в это время. — Сколько времени и ресурсов потребуется на реставрацию и возвращения пирамиде изначальной функциональности?

— Все требуемое я расписал в переданных Александру Львовичу документах, — Я кинул в сторону молчавшего Муромцева и тот моментально встрепенулся после моего жеста с готовностью выложив перед президентом стопку бумаг.

— Действительно, выглядит относительно не сложно на фоне наших возможностей, — быстро просмотрел документы мой тезка. — И все сделать можно в течении максимум месяца. А вот как реализовать политическую возможность, но это я думаю можно тоже сделать. Не без проблем, конечно, но …..

Президент опять задумался и сделал пару пометок в своем блокноте.

— Ладно, с этим всем ясно. — Наконец отодвинул от себя бумаги мой тезка и внезапно мне подмигнул. — А не хочешь, Володя, стать моим приемным сыном?

И вот при этих словах я натурально обалдел и просто сидел с открытым ртом, не зная, как реагировать.

— А — а, — я старался выдавить из своего горло хоть слово и …… не получалось. Вопрос-предложение президента полностью выбило меня из колеи. В голове все просто смешалось и мне явно требовалось время.

— Ты пока, Володя, подумай над моими словами, а я тебе рассажу одну историю. — Глава государства стал абсолютно серьезным. С трудом угадываемые смешинки в глубине глаз пропали полностью. Но в то же время словно гигантский груз упал на плечи этого человека, разом вернув его внешности истинный возраст. Моложавый, подтянутый мужчина передо мной исчез — его место занял много поживший и повидавший человек.

— Было время, — начал он издалека, — когда я еще не думал о карьере в органах государственной безопасности. Просто жил и был счастлив своей беззаботной юностью.

Лицо мужчины напротив просветлело при воспоминаниях о былых деньках. Он разом перестал мне казаться выточенной из камня глыбой, и напомнило о том, что все мы люди. Даже если это приходиться старательно прятать свою личность от всех в силу разных причин.

— Так вот. — Продолжил мой тезка после небольшой паузы. — И был у меня приятель, с которым мы ухлестывали за одной девчонкой из соседнего двора. Дрались за нее жутко. Никто не хотел уступать. Сразу после школы мы с ней сошлись. Мой товарищ в это время уехал поступать один из Киевских институтов. Собирался учиться на инженера. У него была мечта — создавать самолеты. А я, оставшись без конкурента наконец смог растопить сердце нашей обшей юношеской влюблённости. А дальше все получилось само собой. Молодые, гормоны ударили в голову.

В голосе президента могучей страны прорезались мечтательные нотки. Похоже эти воспоминания он всегда очень бережно хранил в самом дальнем уголке своей души.

— А затем я начал исполнять свою давнюю мечту — поступил в Высшую школу КГБ СССР. — В голос лидера государства при этих словах вернулись знакомые стальные нотки. — А Надя закатила мне истерику и потребовала отказаться, когда я пришел и сообщил ей об этом. Она хотела простой и спокойной жизни, а не мотаться за своим мужем-разведчиком по всему миру. Просто хотела детей и тихого семейного счастья. Но я не смог отказаться от своей мечты. Да и не хотел если честно — мне тогда весь мир казался черно-белым. Молодой, не любил искать компромиссы. И между любовью и службой я выбрал то, что выбрал.

Президент замолчал на секунду и посмотрел на меня. Пристально и прямо, словно на секунду давая возможность заглянуть в душу и убедиться в абсолютной искренности произнесенных слов. Я вдруг вспомнил, что уже видел этот взгляд и эти глаза. У моего отца, да и в зеркале похожее выражение не редко мелькало, и невероятная догадка молнией стрельнула у меня в разуме.

— Да, — кивнул, увидев на моем лице написанную крупными заглавными буквами догадку мой ДЕД? — Моего приятеля, с которым после нашего расставания сошлась Надя, звали Виктор Громов. Вот только я до последнего времени не знал, что она уехала беременная от меня. Да и она сама похоже не подозревала.

— Вы мой дед. — Я совсем растерялся и просто не знал как реагировать. Слишком долго знал, что остался один на этой земле. Дедушку и бабушку похоронили еще в 90-х. Тяжко тогда было на всей постсоветской земле. От плохих условий жизни люди умирали пачками. Все эти демократические реформаторы убивали миллионы, гораздо более эффективнее, чем нацисты времен Великой Отечественной. Пусть и не так очевидно, пряча правду под огромным слоем лжи. Только отец выгрыз с огромным трудом свое место под солнцем лихого десятилетия. И создал не большой, но вполне успешный мебельный бизнес, который успешно развивался и кормил нашу семью все эти годы.

— А как вы узнали? — Я не мог не спросить. Все же невероятное стечение обстоятельств. Голова кипела от открывшихся мне сведений. Только Муромцев не выказал и капли удивления происходившему разговору. Он точно все знал.

— Просто. — Мой дед похоже увидел быстрый взгляд в сторону профессора. — Да, правильно предположил. Александр Львович выяснил о одаренных одну очевидную вещь — силой владеют кровные родственники. И такого примечательного товарища как ты не могли не пробить по всем архивам и сделать ДНК анализ. Представляешь мои чувства, когда профессор прибежал ко мне с данными о выявленном родстве. Мое ДНК всегда хранилось в закрытой базе данных и поиск мгновенно дал результат. Только с допуском высшей категории.

— Честно говоря я в данный момент не совсем соображаю, — начал я аккуратно подбирать слова, чтобы с дуру не ляпнуть какую-то глупость так и лезущую на язык. — Слишком давно я был уверен, что один в этом мире и вся моя родня мертва. Привыкнуть к другой мысли …. Не просто, скажем так.

— Я не тороплю, — кивнул мне мой новообретенный родственник. — А пока давай поговорим о следующем.

И завалил меня вопросами с дотошностью профессионального следователя лет двадцать отработавшего в Следственном Комитете. И зацепившим крылом следственный отдел НКВД, как минимум.

Президента, а из доброго дедушки человек напротив моментально преобразился в жесткого руководителя стоило нашему разговору коснуться дел, интересовало абсолютно все, что я помнил о ближайших событиях. В первую очередь глобальная политика и экономика. Периодически не отрываясь от разговора, он черкал в своей потертой записной книжке новые пометки и даже записывал цифры и даты событий, которые его взволновали особенно.

Разговор затянулся надолго. Я охрип от долгого монолога и уже едва мог ворочать языком. А глава государства наоборот казался все тем же живчиком, которого я увидел в самом начале. Вот, что значит привычка к бумажной работе и совещаниям.

К разговору об усыновлении и нашем родстве мы по молчаливому согласию не касались. Дед только поинтересовался на какой стадии находиться разработка и что может кардинально ее подстегнуть.

— Ладно. — Смилостивился надо мной президент глубоко за полночь. — Сегодня отдыхай. А завтра я сам загляну к тебе, и мы все окончательно решим.

Я кивнул и не стал спорить. Сам уже просто с ног валился от нервного перенапряжения и упавших как снег на голову новых фактов.

Домой я добрался с кучей мыслей, продолжавших настойчиво стучаться в мою бедную голову. Как? Что? Зачем? В конце концов уже перед самым порогом я плюнули перестал предугадывать все последствия завтрашнего дня.

— Главное быть верным себе, — тихо прошептал я перед порогом, на секунду задержавшись перед открытием двери и окончательно переваривая все произошедшее. — В конце концов это не меняет моей главной цели — драться за себя и свою Родину всеми возможными способами. А остальное уже не так важно. Появился дед. Отлично. Тем более такой. Это поможет в главном. А дальше будет потом. Еще не факт, что все получиться. Враги только умножаются. Вполне возможно, что я просто не доживу до светлого будущего. Так чего самому себе делать лишний раз нервы?

Я окончательно для себя разложил по полочкам все события и просто толкнул дверь в дом. Сильно активный получился у меня отдых. Пора просто поспать.

В коттедже все было уже тихо. Гости по-видимому уже разбрелись по своим норам, оставив в благодарность гору грязной посуды. Хотел уже тихо просочиться в свою спальню, когда заметил шевельнувшуюся фигуру на гостевом диване.

— И кто это тут у нас? — Я подошел поближе и всмотрелся в лежавшего на Мишуткином месте человеке. — Настя?

Я даже удивился немного. Не осталось сегодня сил на более мощные эмоции. Похоже блондинка все же сдружилась с моим мохнатым питомцем и убаюкивая капризничающего медвежонка, и сама усыпила себя рядом. Что удивительно сам малыш похоже был не против такого соседства. По крайней мере сопел он со всем наслаждением детства, закинув на мою потенциальную жену свою лапу. Я даже умилился такой нежной картине.

Осторожно разъединил скульптурную группу. Спящие ничего особо не поняли. Просто не довольно посопели несколько секунд и опять нырнули глубже в царство сновидений. Потянулся к магии и организм вмиг налился силой. Даже усталость и сонливость куда-то делась. Постоял, стараясь насладиться такой тихой и мирной картиной передо мной.

— Пошли, уложим тебя маленькая копия Ведьмы, — прошептал я тихо на ухо Насте и легко поднял ее на руки.

Она во сне улыбнулась и рефлекторно обхватила мою шею руками. Даже пробормотала несколько не разборчивых слов. Я осторожно, словно младенца, понес девушку в ее комнату. Там удалось ее уложить не сразу. Настя крепко обхватила меня за шею и не хотела отпускать, тесно прижавшись ко мне. Я аккуратно расцепил кольцо рук и накрыл девушку одеялом, предварительно стянув с изящных маленьких ступней кроссовки.

Она недовольно опять что пробормотала. Я прислушался к чужим не осознанным словам.

— Папа, посиди …. — И опять несколько совсем неразборчивых слов, а закончила вполне отчетливо. — Тигренку скучно. Прочитай еще страничку сказки.

Вспоминает родителей и отчий дом. Я вздохнул и погладил по светлым волосам, рассыпавшимся по подушке.

Все сироты во сне видят дом и семью, даже если никогда ее не имели. Самая большая мечта людей, потерявших родных — это вновь обрести место, которое хочется назвать домом. Или человека рядом с которым обретешь свой дом в любом уголке планеты. Многие сегодняшние люди этого не понимают и с легкостью меняют самое важное в жизни любого нормального человека на карьеру или просто банальные бабки. Придумывают тысячи причин и предлогов. Бедные несчастные люди, не смотря даже на миллионы денег, заработанные ими. Они сами своими руками обрекают себя одиночество, под конец жизни жалуясь окружающим насколько они не счастливы. Не понимая простую вещь — они сами обменяли высшее благо человека — семью на никчемную кучку резанной бумаги или циферки на электронном счете. Вот воистину вывернутые наизнанку люди — основные природные инстинкты криком кричали им простую вещь. Любите, будьте счастливы. Родите карапуза, а лучше трех.

Вот только глухи они к призывам. Все ведь так просто измерить деньгами — ребенок дорого. Потом, может быть, когда- нибудь. Дружба не рациональна — придётся ведь чем-то жертвовать ради этого. Как минимум собственным удобством. Бедное, несчастные люди потерявшие себя и свое место на родной земле.

Я вздохнул и еще раз погладил рассыпавшиеся светлые волосы. К черту, почему я должен отказываться от своего родства? Да, мой дед не однозначная фигура в политике. Но какого хрена меня должно волновать чужое мнение? Зачастую составленное из завываний убогих и обиженных? А их при поступи такого гиганта, как Россия хватает. Зачесалась задняя левая нога. И моя Родина потянулась почесать зудевшее место, ненароком раздавив десяток-другой мелочи вроде прибалтийских болонок. И даже не заметила оставшееся от них слегка мокрое и плохо пахнущее место.

Я развернулся к выходу и пошел к себе. Завтра будет тяжелый день. Нужно только сделать еще одно дело.

Мишутка уже ворочался на диване и недовольно ворчал. Скоро совсем проснётся, мохнатая скотина и придет под мою дверь скребтись. Уже не раз так делала мелкая когтистая пакость. И главное громко. Весь дом может перебудить пока не встанешь и не впустишь его.

Утро началось почти стандартно. Оголодавший медвежонок скреб меня своими не окрепшими коготками и настойчиво толкал меня черным носом, недвусмысленно мне намекая, что голодный медведь в доме — к беде. Примета есть такая народная.

— Еще пять минуточек, — сонно пробормотал я попытался перевернуться на другой бок. Куда там. Подобные хитрости на стремительно росшего и мужавшего не по дням, а по часам малыша уже не действовали. Мое персональное мохнатое лекарство от лени чувствительно прихватило меня за бедро клыками.

— Да, блин, — едва не подпрыгнул я от неожиданности. — Ты несносный зверь, Мишутка.

Потирая пострадавшую часть тела сказал лезущему ко мне черному влажному носу.

— Зато сытый, — с отчетливым зевком проворчал мне в ответ медвежонок смутно знакомым голосом, а я вылупил на него глаза.

Он че говорит? Как? Его же горло не может издавать членораздельных звуков? Наверное, только обалделость моей плохо проснувшейся физиономии не дала наглым родственникам-квартирантам издеваться надо мной дальше. От двери послышался лошадиный гогот Антона и тихое похихикивание Насти. Они надо мной издеваются, понял я наконец все происходящее и окончательно сбросил с себя последние ночные мороки.

— Вот только не надейтесь, что вам это сойдет с рук. — Заявил я и встал с кровати. — Моя мстя будет страшна, изверги. Нельзя так будить с утра по раньше. Я с испуга чуть новую теорию по развитию магических мутантов не родил против шерсти.

А те только ржали на мои угрозы, довольные как стадо индийских слонов в московском зоопарке с приходом лета.

— Балбесы, — мне оставалось только и махнуть рукой на счастливых подростков, придумавших такую классную каверзу. Честно говоря, сам едва сдерживался от ползущей на мою морду улыбки, когда вспоминал стадо гигантских мурашек, промаршировавших по мне после того как Антон заговорил вместо медвежонка. И похоже же так, собака сутулая, изобразил. Я спросонья и чехлы нарезать не сразу смог, что меня просто разводят эти паразиты.

— Ну, — я оделся и спустился вниз в кухню, где уже вовсю копошилась наша маленькая домохозяйка. — Кормить в этом доме будут, или только издеваться горазды над усталыми волшебниками?

Я попытался состроить грозный и обиженный вид, но … не получалось. Суетящаяся на кухне в поварском передничке Настя вызывала только тонны нежности и домашнего уюта.

До попадания в мое детство я и не знал, что моя потенциальная жена умеет готовить и вообще быть обычной хозяйкой. Там в будущем ни разу не видел ее у очага. Даже детей пришлось почти сразу скидывать кормилице — нас постоянно ждала война. И участие одной из сильнейших Владеющих на планете подразумевалось, как само собой очевидное. Я скрипнул зубами, только сейчас в полной мере начиная понимать, чего мы лишились на бесконечной войне будущего.

— Ты пока только учишься. — Настя с хохотком бросила в мою сторону расшитым полотенцем. — И вообще, хватит возникать, Володя. Садитесь жрать, кушать подано.

— И очень вкусно подано, — поднял вилку с куском омлета, в подтверждение своих слов Антон. — Так что харе возмущаться. Настька вообще предлагала на тебя вылить ведро воды. Скажи спасибо отстоял тебя.

— Ей, — моментально возмутилась на подобные наезды девушка и треснула своего брата половником по макушке. Грязным, в жире и сале картошки, которую жарила девушка тонкими ломтиками на сковородке. — Я вообще то просто шутила. Ты, скотина перекачанная, вообще предлагал намазать его и маленькую медвежуть перцем под носом.

— Ну вы и садисты, — констатировал я и наколол на вилку кусок омлета побольше с обшей сковородки, которую Настя выставила на центр стола. — Кстати, ребята.

Я наколол на вилку огромный кусок переработанных куриных яиц и с удовольствием схомячил одним укусом. С утра у меня аппетит просто медвежий. Я посмотрел на поглощавшего мед с молоком в полупромышленных количествах малыша. Вот где у нас вырастет еще та машина, судя по аппетиту.

— И-и-и? — Потянула Настя, не дождавшись продолжения моего вопроса. — Ты чего то собирался сказать, проглот? Меня чего уже начинает маленько типать от таких твоих заходов.

— Да все очень просто, — я в конце концов прожевал кусок и доложил Насте часть информации. Потом ведь можно уточнить детали? Правда? — Дед сегодня в гости прийдет. Родной. Нашел меня, случайно, ага.

— Так, все я должен идти поработать, — сообщил я окружающим, проглатывая последний кусок на сковородке. — Всем пока. И до встречи.

— Эй, — заорали мне в спину. — Ты совсем охренел сообщать нам о визите своего родного деда и тупо смываться подальше без объяснений?

Я восхитился искреннему негодованию в голосе девушки. Как же мне нравилось ее бесить.

— Не беспокойтесь, — я сделал ручкой друзьям-товарищам. — Я позвоню перед приходом родни. Минут эдак за тридцать. Или сорок?

Работа сегодня летела просто космическими темпами и скоростями. Наверное, хорошее настроение влияет хорошо на работоспособность. Или мне просто повезло, но получилось довести до ума проект вирткапсулы. В конце концов все заработало и ни один из добровольно-принудительных помощников не пострадал. Осталось мелочи по сути — разработать все программы, но за это отвечал уже совсем другой коллектив, работавший с этой темой на удаленке. Вполне профессиональные ребята, надо сказать. Которые просто писались от восторга, когда узнали, что разработана методика полного погружения. И готова первая вирткапсула в железе.

Очень помог с этим как ни странно прорывом один ученый, вызванный в приказном порядке Муромцевым. Аркадий Стригин работал с методикой сна под воздействием слабого электрического тока. Наложение его работ на мои идеи дало мгновенный результат. Стимулирование обратной связи слабыми токами на основе моих батарей по его способу стало той не достающей каплей, которая помогла закончить работу.

В черновую, конечно. Еще требовались усилия десятков людей по доводке всей задумки до реально работающей системы, но все основные трудности остались позади. Я как-то даже выдохнул и внезапно понял, что самое важное уже сделано. И могу немного расслабиться. На данный момент оставалась не сложная доводка оснастки под промышленные установки по выпуску аккумуляторов. Но это уже было просто банальной рутиной.

— Володя, — меня от бездумного рассматривания стены оторвал голос нашего разработчика боевого экзоскелета.

— Да, Кирилл Антонович, — я крутанулся на кресле в сторону нашего признанного гения, который после первого в истории боевого применения своей экипировки был просто на седьмом небе от счастья. Как истинный циник-ученый он не замечал трупов, которые образовались в результате. Считал это такими мелочами на фоне своего изобретения.

— Идем, — он поманил меня в сторону отдельного помещения, отданного исключительно его команде под доводку изделия. При эксплуатации регулярно вылезали нарекания к боевой экипировке. Вот устранением детских болезней занимался инженер и его коллектив, не отходя от кассы.

Я поднялся и похромал вслед возбужденному сверх всякой меры изобретателю. Даже его робость передо мной куда-то делась. После всего увиденного на полигоне при нападении кровососов Кирилл начал косился в мою сторону так, словно я ходячая граната с выдернутой чекой, о которой точно знаешь одно — рванет. Вопрос только в сроках горения замедлителя.

— Смотри, — инженер придвинулся в плотную к испытательному стенду и театральным жестом сдернул с него ткань.

А вот под ним я увидел маленькое чудо. Новый вариант боевой экипировки уже казался вполне законченной и очень высокотехнологичной штукой, словно слизанной из фантастических фильмов о далеком космосе и боях бравых космодесантников с ордами злобных пришельцев. Полностью зализанный и очень гармоничный доспех визуально не имел стыков. Магнитная броня бронированными чешуйками полностью покрывала весь корпус и создавала подсознательную ассоциацию готового к броску хищника. Доспехвыглядел словно живым. Этакое своеобразное металлическое существо, полностью заточенное под одно — убивать.

— Нет слов, — я не удержался и провел рукой по броне изделия. — Выглядит как пришелец из далекого космического будущего.

— Он твой. — Кирилл просто сиял от довольства собой. Заслуженно надо сказать. Я-то всего лишь повторил давно мне известное, да и то с огромным трудом, а вот ученый придумал и воплотил в металле свою мечту. — Сделано по спецзаказу и полностью подогнано под тебя. — Кирилл Антонович подмигнул мне и щелкнул клавишей на компьютере.

Доспех ожил и раскрылся сбоку, открывая доступ мне внутрь.

— Залазь, — кивнул мне разработчик. — Теперь это полностью твоя игрушка по приказу Муромцева. Но на техническое обслуживание прошу к нам.

Я не долго думая отставил трость и забрался внутрь. Зажужжал механизм и бронекостюм закрылся. В этой модели уже было не нужно возиться с эрзац вариантом управления в виде перчаток и резинового шлема, как в предыдущей. Я просто влез и сразу за этим побежала перед глазами полоса загрузки интерфейса. Я даже и не осознал момента перехода в режим прямой связи мозг-компьютер. В одну секунду я человек из костей и мяса и в следующее мгновение уже чувствую себя бронированным стальным бронекостюмом, способным шутя согнуть рельсу или завязать бантиком стальной лом.

— Потрясающе, — я, помня свой предыдущий опыт решил начать с настройки всех параметров, но не понадобилось.

— Приветствую, Гром, — зазвучал внутри моей головы компьютерный голос Алисы.

— Мы переустановили с твоего первого экзоскелета все программы и сохранили твои настройки, — прорезался голос довольного Кирилла. — А также существенно облегчили конструкцию, сделав ее гораздо мобильней и быстрей. Когда мозги не сдерживают ограничения тела человек способен двигаться гораздо быстрее.

— Насколько? — Сразу заинтересовался я. Основное преимущество кровососов как раз скорость и, если получиться хоть ненадолго сравняться по этому параметру.

— Вампиры быстрее, — Сразу понял подоплеку моего вопроса Кирилл и разрушил мои надежды. — Причем существенно. Но так шансов все же у солдат гораздо больше.

— И еще, — продолжил расстраивать меня разработчик этого чудо-девайся. — Самый главный для тебя минус — использовать твои фокусы сидя внутри не получиться. Таким образом ты гарантированно выведешь из строя машину. И остаешься заблокированный и полностью отрезанный от информации.

— Вот, блин, — простонал я в голос, уже представивший себе картину тотального вампирского геноцида. — Но вот почему так-то в жизни бывает, а, Кирилл Антонович? Только тебе принесут бочку меда и там обязательно плавает ложка гамна? Закон жизни такой что ли?

Пока я ругался на всеобщую мировую несправедливость инженер, посмеиваясь, проверял всю телеметрию, которая шла из моего доспеха. Вот он наконец в последний раз щелкнул клавишами.

— Заканчивай бухтеть, Володя. — Разработчик выдернул из моего доспеха компьютерные провода и отдал мне отмашку. — Все, свободен. Можешь идти и проверять полную работоспособность изделия на полигоне. Если будут какие проблемы с изделием — свисти.

— Ага, — мрачно кивнул я. Вот же жук этот Кирилл. Всего несколькими словами умудрился мне испортить настроение полностью. Я уже раскатал губу и начал думать, что получил в свои руки красную кнопку с надписью «Всех убить». А на деле получалась крутая штука, но лично меня скорее ограничивающая, чем усиливающая. Все же я в первую очередь силен как боевой маг, пусть и в перспективе. Но да и ладно. Я перестал себя накручивать и улыбнулся. С этой штукой парни того же Лыкова смогут почти на равных драться с кровососами. Да и в принципе это только самый первый шаг из череды других. И он уже состоялся.

— Вам новое сообщение, — мелодичный голос Алисы прервал мои мысли.

Я одним желанием развернул иконку маленького конвертика замигавшего в углу экрана.

— Скоро буду у тебя. Подъеду ровно к четырем часам дня. — А вот и обещанный визит деда. Я представил удивленные физиономию Насти с Антоном и расхохотался в голос. А день перестает быть томным. Настроение поползло наверх еще быстрее чем не давно портилось. К тому же есть у меня хорошие новости для единственного кровного родственника. Вирткапсула наконец заработала и все программные примочки для нее сейчас допиливают умники их целого ряда компаний по разработке игрового софта.

Обещали запустить первую тестовую версию максимум через пару-тройку месяцев. А жизнь то налаживается.

К себе в дом я пошел на своих двоих. Или точнее на ногах экзоскелета. Юля при моем виде только подняла большой палец к верху, демонстрируя одобрение. Но от своей работы на большее отвлекаться не стала. Что-то увлеченно просчитывала с помощью сложных математических программ высунув наружу кончик розового языка.

Картинка была настолько милой, что я не удержался и остановился, скомандовав Алисе сделать фото. Как-нибудь потом придумаю прикол с рассылкой этой милоты всем желающим по внутренней сети нашего закрытого объекта.

По гравийной дороге я решил не сдерживаться и проверить всю скорость, которую позволял развить экзоскелет.

— Алиса, снять все ограничения на скорость, — приказал я нетерпеливо отбивая железным копытом ритм. Все же от подростка мне досталось очень много и сейчас отчаянно хотелось пошалить.

— Рекомендовано вне боя воздерживается от красного режима эксплуатации, — немедленно решила обломать все мои надежды электронная зануда. — Есть серьезный риск повреждения отдельных механизмов и узлов изделия.

— Приказываю включить красный режим эксплуатации, — рявкнул я голос в моей голове. Вот же противная железяке. Весь кайф мне хочет обломать.

— Отчет о попытке преднамеренной порчи изделия будет отправлен разработчику, — пообещала настучать на меня Алиса. — Подтвердите использования критичного режима эксплуатации.

Перед моими глазами замигала надпись о использовании боевого варианта системы. Я с мелким мстительным удовольствием подтвердил использование. Интерфейс моргнул и изменился. Исчезли десятки лишних в бою пиктограмм и на нижнюю часть панели вылезли только ряд окошек с данными о состоянии брони и обрабатываемая компьютером информация с наружных сенсоров контроля поля боя.

— А удобненько, — я оглядел впервые увиденную раскладку. В прошлый раз ничего подобного не было. Вся система была по сути голая и не доведенная до ума. Но теперь ребята Кирилла похоже смогли собрать в кучу все замечания и исправить их. Все-таки возможности современной науки и промышленности меня поражали. Нет, с помощью магии конечно тоже можно было сделать усиливающую обычного бойца экипировку. А если к работе приступить опытный артефактор, то вообще могла получиться просто красота. Но вы знаете сколько надо времени Владеющему на изготовление одного комплекта экипировки со схожими возможностями — месяцы.

А экзоскелеты пекут словно пирожки и это в условиях ограниченной производственной базы лаборатории. И то уже полностью как я слышал готовы пять десятков броне костюмов, которые уже обкатываться бойцами на полигоне. А когда поставят специализированный завод-гигант? То-то же.

По аллее к дом у я мчался с невероятной скоростью. Спидометр в углу постепенно подбирался к фантастическим 70 километрам. Ровные дорожки, конечно, не бездорожье, но все равно я был в восторге. Только представьте себе штурмующую врага нашу пехоту. На скорости в 70 километров, ага. Причем почти неуязвимую для любой стрелковки. Что сделать с одетым в такие костюмы солдатам можно только калибром 12 и 7 миллиметров. Да и то не убьет, как показала практика с тогда еще капитаном Лыковым. Максимум удастся заклинить механизмы доспеха. Человек же внутри останется целым. Все за броневое воздействие шикарно гасила сложная конфигурация магнитных полей, управляемых самообучающейся нейросеть. Жалко, что у наших бойцов на Украине таких не было. Мне взгрустнулось, когда я вспомнил операцию Z. Тогда парадным маршем прошли по Киеву уже бы в первый день и вытащили Кровавого Клоуна на свет божий и суд человеческий сразу. И не было этих выматывающих месяцев полной неопределенности и страха обычных мирных людей, которых киевская власть довела до натуральной истерики своими решениями.

К коттеджу я подбежал всего через несколько десятков секунд. Даже и понять не смог, что подбегаю. Едва от резкого торможения не пропахал носом землю. Слишком уж большую инерцию набрал за эти недолгие секунды, а доспех как не крути весил солидно. Даже без всего навесного вооружения, которое под машину пока разрабатывалось. Вернее, подгонялись под возможности машины старые стволы, стоявшие на вооружении армии. Новое тех задание оружейникам вряд ли успели сформулировать заказчики в лице Минобороны. Сами доспехи пока официально не приняты на вооружение. Местной охране их вручил в добровольно-принудительном порядке Муромцев, которого не шутку взволновали нападения кровососов. И профессор искал любую возможность обезопаситься от новых атак. Плюя при этом на положенные бюрократические процедуры. На объекте уже начали жить в режиме необъявленной войны и на многие стандартные процедуры уже внимания просто не обращали.

К примеру бойцам Лыкова местные умельцы уже умудрились приспособить на броню обычные пулеметы. Жутко кустарно получилось, но ведь работало. И так во всем. Время все ускоряло и ускоряло свой бег. Дыхание новых боев, казалось, коснулось каждого и люди работали, не щадя себя.

Я посмотрел на часы — уже почти четыре. Скоро прибудет мой дед. Пора парковать мою броню на участке и готовиться встречать гостя.

Настя не заметила меня, когда я уже без костюма аккуратно зашел во внутрь. Она танцевала и слегка фальшиво подпевала компьютеру, с которого басом пел какой-то рок певец из старых. Медвежонок валялся на диване и удивленно смотрел на скачущую в танцевальных па Настю. Судя по морде малыша ему так и хотелось покрутить когтем у виска и сообщить мне, что срочно надо искать новую самку. Старая похоже сломалась. По крайней глаза у медвежонка стали гораздо больше обычного. И он даже бутылочку с молоком выронил из своей клыкастой пасти. И это при его медвежьей любви пожрать-то.

Я хотел подшутить и подойти сзади к девушке, приобняв неожиданно за талию. Могу вам со всей ответственностью заявить не все мои идеи хорошие. И не надо этого повторять в домашних условиях. Особенно если твоя девушка родом из детдома.

Настя, блин, — я сполз пол, держась за ушибленные колокольчики. Пошутил, называется. Мелкая блондинка не долго думая, когда я ее схватил сзади за талию подпрыгнула разворачиваясь на месте и со всего маху дала острой коленкой мне между ног. Причем еще в полете поняла кто перед ней, но остановить начало движения не смогла. Или не захотела? По крайней мере на мордашке было сложное выражение испуга, узнавания и глубокого морального удовлетворения, когда она меня со всего маху чуть не лишила будущей детоделательной функции.

— Ой, прости. — Только через пару секунд отмерла Настя и рванула куда в кухню. Оттуда она притащила замороженную курицу и едва не добила остатки моей мужественности приложив кусок ледяного мяса к моему паху со всем пылом своей ведьмачьей души.

— Там, — в комнату влетел Антон с анимешно-огромными глазами. Он задыхался от желания сказать все и сразу о событие, которое его так взбудоражило. И даже сразу не понял все происходящее здесь и сейчас.

— Ты чего тут валяешься, хотя не важно. Вставай бегом к нам приехали, и ты не поверишь кто. — Слова Антон выплевывал с пулеметной частотой, стараясь максимально насытить единицу времени информацией.

— М-мм, — промычал я, точнее грязно выматерился таким не тривиальным образом.

— Ну здравствуйте молодежь, — к нам зашел мой дед и удивленно посмотрел на разложенный на полу натюрморт из меня и мороженной курице на моем паху. — Забавно вы тут я смотрю веселитесь.

— Петрович, — один из рыбаков толкнул в бок своего приятеля, внимательно следящего за поплавком своей удочки. — Смотри, там, по-моему, бревно шевелиться.

— Вася, — устало отмахнулся вышеназванный Петрович. — Ты не пробовал покупать на рыбалку более качественную водку? Не чудилась бы тебе с утра всякая фигня. Ну какое, блин, шевелившееся бревно?

— Да, я серьезно, — тихо возмутился на наезд пожилой рыбак. — да и пили мы с тобой совсем немного к тому же хорошую домашнюю самогонку. Так, чтобы сбрызнуть удачный клев. Не больше. Давай, подплывем и посмотрим, что там?

Вася начал сматывать свой спиннинг, яростно орудуя катушкой.

— Ты ведь не упокоишься? — Задал риторический вопрос своему приятелю Петрович и устало вздохнув, начал собирать снасти.

Через минут десять рыбаки-любители закончили все приготовления и начали выгребать против течения. Идти на веслах было относительно не далеко — бревно зацепилось за что-то метрах в ста у противоположного берега относительно не широкой сибирской речки.

— Аккуратнее подгребай, чтобы самим не пропороть лодку о камни, — предупредил своего приятеля Петрович и наклонился к уже совсем близкому бревну.

— Девка, — изумленно сказал вслух пожилой рыбак, после того как вытащил ворох тряпья и веток на лодку и начал разворачивать худенькое тельце красивой девушки.

— Живая? — Деловито осведомился бывший милицейский следователь, которого приятель именовал исключительно Васькой.

— Вряд ли, — с сомнением протянул Петрович, после того как осмотрел девушку. — Руки нет и сама ледяная, словно из холодильника моего старого морга достали. Хотя следов трупного окоченения нет. Наверное, просто совсем свежий жмур.

— Жалко, — мельком глянул в сторону тела девушки Вася, усиленно выгребая к берегу. — Совсем еще молоденькая девчуля. Да и красотка каких еще поискать. Даже смерть не смогла испортить такую милую мордашку.

— Это да, — согласился с милиционером на пенсии Петрович. — Хотя сколько я на таких молодых и глупых насмотрелся за время своей работы в больнице не сосчитать. Все спешили куда-то, жить торопились и очень часто глупо умирали.

— Что с ней случилось? Криминал? — Деловито поинтересовался Василий, который только что понял выражение, что бывших не бывает. Стоило на горизонте появится возможному криминальному труппу, и он сразу начал мыслить, как мент, прикидывая что, как и откуда. Пенсионер, любящий принять сто грамм под рыбалку со своим приятелем куда-то разом исчез. Теперь в лодке уверенно греб старый волкодав, сточивший зубы на уголовниках за почти тридцать лет службы, но совсем не потерявший хватку.

Вася сразу заметил странность в найденном теле, только окончательно не смог сформулировать свои выводы. Мозги с трудом снова перестраивались на рабочий лад.

Лодка через несколько сильных гребков клюнула носом в берег и закачалась на мелкой волне, бившей в корму.

— Давай ее сюда, — первым наберег спрыгнул Петрович и протянул в сторону товарища руки, принимая на них худенькое девичье тельце.

— Что же с тобой случилась, малышка, — старый врач бережно отнес принятую девушку к их палаткам и положил на надувной матрас, не вдалеке от искрившего мелкими осколками пламени костра.

— Твою же, — выругался в это время Вася после короткого разговора по телефону. Он сразу принялся названивать своим бывшим коллегам. — Чего-то милиция, тьфу ты, полиция тормозит, Петрович. Придётся ехать за подмогой и показывать им сюда дорогу.

— Накрылась наша рыбалка, — согласился с очевидной вещью бывший медик. — У тебя хоть перегара-то со вчерашнего нет? А то еще куча нервов тебе вымотает какой-нибудь ретивый служака по дороге. Ты же тут не в своем любимом Питере, где каждая собака тебя знает. Это, брат, Сибирь.

— Да не, — хохотнул на это замечание Василий, и достал откуда-то из-под обшлага теплой куртки красную полицейскую корочку. — Прорвусь, да и пили мы так, совсем по граммулечке.

— Ну тогда давай, — Согласился с такой постановкой вопроса Петрович. — Только постарайся по быстрей.

— Не уж-то трупов стал бояться? — Поддел приятеля бывший следак питерского СК. И хохотнул собственной шутке.

— Да нет, — не повелся на юмор пожилой мужчина, — Просто странное тело. Я понять кой-чего не могу. Или мне просто мерещиться на нервной безалкогольной почве?

— А ты заметил, что она такое чувство, будто сама себя привязалась к этому бревну, когда ее из воды доставал? — Спросил, грея остывшую за ночь Ниву, Василий. — Ты же помнишь я как-то тебе рассказывал про того маньяка, который заставлял своих жертв самих себя связывать? Я с того дела стал докой в узлах и могу тебе точно заявить, что эта девица сама себя привязала к тому бревну. Причем скорей всего уже однорукой.

— Да брось, — Не поверил медик. — Ни один человек после потери руки не сможет нормально и осознанно действовать. Шок, потеря крови и это, не считая еще кучи всего другого. Должной помощи девушке не оказали, и она всего за несколько минут истекла бы кровью. Показалось тебе, старый друг. Не ищи загадок там где их нет. Просто какой урод убил, а потом таким образом избавился от тела. Бритва Оккама. Знаешь такой философский принцип?

— Я слишком трезвый для постижения глубин твоего интеллектуального упадка в бездну, — хохотнул на эти слова подполковник на пенсии и захлопнул дверь в Ниву. — Ладно, давай. Скоро буду. Наверное, я все же постарел. Уже мерещиться всякая хрень.

Зря, наверное, такими словами себя успокоил бывший мент. Не услышал вопящего голоса внезапно обострившейся интуиции.

Обратно на поляну около речки Вася вернулся только минут через сорок, после того как смог дозвониться и сориентировать следственную группу на местности. Причем пришлось еще и ждать их, что бы проводить. По своему опыту следователь точно знал, что искали бы сами провинциальные полицейские место преступления очень долго. Сам был таким. Пока соберётся и раскачается.

Не ладное Вася почуял еще при подъезде. Интуиция подсказала, что Петрович бы не за что не допустил погасшего костра. Не смотря на свою профессию он не любил трупы. И оставшись наедине с телом усопшей обязательно поддерживал огонь. Всегда говорил, что тот отлично его ускакивает. Не забывал повторять, что живое пламя гораздо более лучший психолог, чем 90 процентов выпущенных в мире профильных специалистов. А алкоголь вообще всех ста.

Разбросанные ошметки мяса Вася заметил еще сразу при въезде и из машины выпрыгивал быстрее чем в двадцать лет спешил на свидание с волнующей его девчонкой.

— Охренеть, — присвистнул молоденький лейтенантик, вылезший из притормозившей следом полицейской машины. — Вы, Василий Сергеевич, говорили нам совсем о другом происшествии. Кто это здесь?

— Петрович, — хмуро сказал бывший сотрудник МВД в отставке и наклонился к земле и оторванной человеческой руке. — Это его часы.

Он с силой сдернул надорванный кожаный ремешок. А на лице заиграли желваки. Мужчине отчаянно захотелось мести убийце своего друга, с которым его многое связывало. В то, что это нападение какого-нибудь животного он не верил даже с первого взгляда на останки своего товарища. Следов крови почти не было, не смотря на разодранное и изрядно подъеденное тело товарища. Жидкость из вен кто-то выкачал намеренно. Зверь так не поступит. Просто убьет и съест.

— А где тело девушки? — К Василию подошел опер. — Товарищ подполковник, вы говорили о том, что выловили из воды однорукое тело молоденькой женщины?

— Судя по всему пропало, — мрачно сказал бывший мент и отошёл в сторону, набирая своего старинного приятеля из одного не простого отдела ФСБ.

— Кузьмич, здорово — это Вася, — в откликнувшуюся трубку сказал пенсионер неожиданно твёрдым и злым голосом. — Тут у меня случилось кое-что до крайности странное. Да, как раз как ты любишь.

— Ага, — прошипел я. — Сам в шоке от таких развлечений.

— Внук, ты же маг, — Мой дед покачал головой при виде всей этой картины. — К тому же в тебя моя кровь. Встань и борись с такой малозначительной мелочью, как боль.

Последняя фраза прозвучала громовым набатом. Нет, говорил мой дед, как обычно. Просто — мне стало стыдно услышать от этого человека такие слова. Я действительно кое-что забыл. Я маг. Я волшебник. Да и внук очень не простого человека, как показывает жизнь.

Сила заструилась по моим жилам. На мгновение показалось, что я вспыхнул огнем. Такое количество энергии, которое я решил одномоментно переработать заставило клетки моего организма закипеть.

Но боль ушла. Я встал быстрым и легким движением здорового человека.

— Здравствуй, дедушка, уж извини за эту картину. — Я усмехнулся всей этой ситуации и щипнул за попку Настю, которая стояла и краснела рядом со мной, здесь и сейчас. Не в силах адекватно реагировать на все происходящее.

Девчонка только взвизгнула и попыталась меня треснуть открытой ладошкой, но не тут то было. Магия уже заполнила мой организм под завязку. В глазах стали мерцать огни энергии, а я, увернувшись от пощечины с легким смачным чмоком поцеловал девчонку в щеку, против ее воли. Точнее Настя просто не ожидала. Сомневаюсь, что она была бы против. Скорее наоборот, но признаться четырнадцатилетней девчонке в симпатии к кому бы то ни было … скажем так, не просто. Если вообще возможно. Даже если парень явно нравиться. Особенно если человек не безразличен.

— Завязывай, — натурально захохотал мой дед, расслабившийся при осмотре этой пасторальной картине и на короткое мгновение переставший быть лидером нации. — Давай, зови меня за стол и знакомь со своими друзьями. И даже больше, судя по всему.

Мой дед подмигнул в край покрасневшей Насте. В моменте вообще возникло стойкая иллюзия того, что внутри Насти запылал костер. Столь насыщенный красный цвет разлился по лицу девушки, что у меня на секунду возникло желание проверить одну вещь. Если поднести к щеке девушки спичку — она загорится?

— Владимир Владими …… - поперхнулся словами Антон при взгляде на главу государства.

— Ты меня очень разочаровала внучка, — Мастер Волен покосился на Алерику, едва стоявшую на ногах от слабости. Культю девушка прижимала к себе и со зверским голодом наблюдала за нацеживающим себе стакан красной жидкости из висевшего на ремнях теле человеческого детеныша своего прадеда.

Вампирская аристократия молоденьких детенышей людей всегда предпочитала больше других. Для полноценного питания одного вампира требовалось несколько малышей, а это дорого и трудно. А значит и недоступно подавляющему большинству кровососов.

— Мастер, — наклонилась ниже к земле Алерика. — Там был маг. Я ничего не смогла с этим сделать. К тому же командовал операцией Сегреиин, не послушавший мое предостережение.

— А вот командир звезды еще несколько дней назад доложил совсем другое. — Осуждающе покачал головой Древний Атлант. — И чему я должен поверить по-твоему больше. Тому что вернулись древние страшилки нашего народа или тому, что одна маленькая и избалованная дрянь провалила всю операцию из-за своего неумения подчиняться приказам. В чем она уже была не однократно замечена. А?

Мастер Волен одной резкой пощёчиной бросил едва стоящую на ногах Алерику. Молча, стоящий в углу Сегреиин едва видимо усмехнулся кончиками губ. Опыта в под коверных играх у достаточно старого и опытного вампира было предостаточно. Все же больше ста лет активной военной карьеры не проходят даром, и он подстраховался в своем докладе, переложив всю вину на избалованную принцесску. Все же шансы выжить у этой девицы были не нулевые, что и показала практика. Девушка все же добралась до дома, хоть и не в полном комплекте.

— Он бросил меня в том страшном лесу. — Алерика едва встала с земли начала обвинять своего бывшего командира во всем подряд, мешая в кучу все злые обиды сразу. — А перед этим еще и изнасиловал.

— А что еще ты придумаешь? — Задумчиво сказал старый мастер. — Чувствую слишком много воли стали давать нашей молодежи последнюю тысячу лет. Пора это уже поменять. А то стыдоба — уже и у пищи начали перенимать привычки. Отвратительно.

— Мастер, — уважительно наклонил голову, скромно молчавший Сегреиин. — Я не знаю откуда ваша правнучка взяла эту дикость, но я вам докладывал, что мне пришлось во время отхода вызвать на себя весь огонь и внимание преследователей. Только это и позволило нам обоим вырваться из того леса. К сожалению принцесса себя чувствовала плохо и двигаться с должной скоростью не могла. Пришлось таким не стандартным способом обеспечить отход моей последней выжившей подчиненной, которая единственная видела все произошедшее. И могла в полной мере доложить ради объективной картины всего произошедшего. Сам я выжить не особо и надеялся. Но ради принцессы был готов пойти на такую жертву.

Сегреиин врал настолько нагло, что ему … верилось. Даже сама Алерика помутившимся сознанием от боли и слабости уже толком ничего не понимала и задавалась вопросом. А может ей что-то действительно привиделось во время той лихорадки? Галлюцинации?

Да, нет. Девушка увидела блуждающую по тонким губам бывшего командира звезды характерную усмешку. И отчетливо вспомнила, как он ее насиловал с такой же — брезгливо-сладострастной гримасой. Ненависть колыхнулась в душе девушки горячей и очень темной волной, но Алерика задавила ее. На время. Девушка не собиралась кому-либо прощать и спрятала это чувство в далеких глубинах разума. Оставив на потом. Время для удара в спину обязательно придет, чего бы там себе не думал этот напыщенный простолюдин, обласканный ее прадедом.

Но сейчас она ненавидела и своего безразличного ко всему своего предка, с легкостью менявшего свою внучку по выгодному курсу. Он уже обсуждал с подошедшим отцом, как удачнее сплавить ее с рук, пока о слабости и позоре их крови, проигравшей в прямом бою кучке пищи не узнали другие аристократические семьи. До сих пор очень многие оппоненты Мастера Волена и вообще правящего клана Тир Грахтов были не довольны узурпацией власти одним семейством после падения истинного императорского дома Атлантиды на закате войны с Гипербореей.

— Сразу вспомнят эти слизняки о праве крови. — До Алерики донеслись слова старого мастера. Похоже кусок мяса в виде собственной родственницы сейчас активно собирались продавать. Пока только не решили кому выгоднее. Душу вампирши окутал настоящий мрак. С ней даже не пытались поговорить. Продавали как скот на рынке в стародавние времена. Даже к ценным рабам из людей относились не в пример заботливей. О домашней скотине ведь надо беспокоиться, иначе сдохнет до попадания на стол, правда?

А о родной внучке и дочери. Принцессу королевского дома обсуждали словно она какая-то дешевая человеческая шлюха. Этому отдавать не стоит — мало получим выгоды, а вот об этом стоит подумать. Много чего можно слупить за глупую и бесполезную высокородную самку.

— Дешевые сутенеры, — максимально тихо и незаметно прошипела Алерика. Но прадед заметил. Тонко усмехнулся и продолжил свою беседу с ее отцом дальше, мало волнуясь о настроениях правнучки.

Внезапно слух принцессы зацепил ранее фоновый шум работавшего на компьютере интернет-канала. Такие знакомые нотки в чужом голосе на языке северной страны из которой она не давно с таким трудом и потерям выбралась. Она сразу напряглась и прислушалась, тщательно разбирая, о чем там говорят.

— Ну, — в голосе Волена Тир Грахта раздались угрожающие и шипящие нотки. — Я второй раз повторяю, малолетняя тупая дура. Встала и пошла приводить себя в порядок. Скоро мы решим с твоим замужеством. Ты к тому моменту должна выглядеть идеально и максимально выгодно продать свою симпатичную мордашку.

— Подожди, — Алерика и не заметила, что только на миллиметры разминулась со смертью. В голове Древнего Атланта явно промелькнули в этот момент очень кровожадные мысли. Но он не стал бы легендой их народа если бы не умел давить свои сиюминутные порывы. Но кто бы только знал, чего это Волену Тир Грахту стоило.

— Это он, — взвизгнула принцессе с неожиданным страхом и злостью. Девушка тыкнула оставшейся рукой в сторону продолжавшего бубнить на русском языке экрана.

— Кто он? — Уже взбесился ее отец, не отличавшийся долготерпением. Его больше всего бесило только одно — открытое неповиновение. Что сейчас в открытую продемонстрировала строптивая дочь. Пожалуй, только от Мастера, его прямого родственника король был готов стерпеть такую небрежность.

— Подожди-ка, — Мастер придержал за плечо отца Алерики, полновластного (почти) короля вампиров. И сделал несколькими кликами мышки на уже освоенном ноутбуке звук погромче.

— Горд представить вам своего чудом найденного внука. — Президент России завершал свою речь на импровизированной пресс-конференции. — Детали не буду рассказывать. Это все же касается сугубо моей личной жизни. Но знакомьтесь. Мой внук и тезка — Владимир.

Журналисты загомонили и не особо вежливо начали выкрикивать со своих мест десятки одновременных вопросов, которые моментом слились в мало разборчивый шум.

Президент страны, не давно вернувшей себе ступеньку наверху мирового пьедестала, вопреки желанию многих других, поднял вверх руку и толпа постепенно успокоилась, начав вполне дисциплинированно поднимать руки.

— Господин президент. Я представляю Би- Би — Си. — Первое слово дали вполне профессиональному журналисту из Великобритании, который превосходно говорил по-русски. Лишь изредка допуская в своей речи некоторые неточности и ошибки. — А почему вы так громко решили об этом заявить? Это ваше внутрисемейное дело и вроде бы не ваших правилах выносить сор из избы?

— Это да, — согласился глава России с журналистом из страны, которая не давно потерпела на Украине крупнейшее геополитическое поражение, но при этом старалась держать лицо и не показывать свою злость и огорчение победителям. Единственно теперь представители Англии стали подчеркнуто вежливы и воспитаны. — Но в сегодняшней ситуации есть очень маленький нюанс. Мой внук — гений.

Глава северной страны обвел всех своим хитрым КГБ-шным прищуром.

— И он изобрел кое-что очень важное, которое в корне поменяет человеческую жизнь и даст рывок экономике нашей Родине. — Президент прервался и сделал глоток воды из стакана. — А таким не хитрым образом решил обеспечить ему возможность заняться этим делом. После моих слов инвесторов в такой перспективный проект набежит целая куча. Ну как я мог отказать случайно обретенному внуку в такой малости. Считайте, что сегодня я просто рекламный агент.

— Но он же совсем мальчишка, — этот вопрос поднялся гулом над всей толпой, которые печенкой чувствовали, что их где-то обманывают. Вот только где?

— И в чем изобретение? — В этот раз дали слово китайскому журналисту. Вопрос представитель Поднебесной задал прямо новоявленному внуку главы России.

— А давайте я продемонстрирую. — С возвышения поднялся покалеченный подросток с палочкой. Он заметно прихрамывал и вообще двигался с очень большим трудом, частенько замирая и давая остыть своей натруженной ноге.

Помощники сдернули покрывало и перед зрителями предстала прозрачная капсула с удобным ложем в форме человеческого тела.

— Перед вами прототип капсулы виртуальной реальности с полным погружением. — Мальчишка со смехом уточнил на чей-то вопрос. — Рабочей и испытанной. Любой желающий может проверить, а мы с вами будем поддерживать связь и смотреть на большом внешнем экране за всем происходящем.

Дальше на компьютере полились испробывания нового российского проекта на более чем трех миллиардную аудиторию. И интернет взорвался. Все срочно захотели играть с такую замечательную штуку. Тем более цена объявлялась относительно умеренной. Всего 3 тысячи новых рублей. К доллару это было около двух с копейками тысяч. Вполне подъёмная цена для десятков миллионов задротов по всей планете. Которые в нетерпении били копытом и уже начали активно интересоваться, когда и где можно приобрести такую замечательную игрушку.

— Это он. Точно. — Напряжением в голосе Алерики можно было резать броневую сталь танков. Теоретически.

— Ты что скажешь по этому поводу? — В грудь побледневшего Сегреиина ткнул узловатый когтистый палец Древнего Атланта. И в этот раз Мастер не собирался шутить

— Похож на того пацана на полигоне в тайге. — Сегреиин поборол не вольную дрожь и честно рассказал, что знал. И снова спрятал глаза в пол, стараясь по меньше привлекать внимание могущественного старика.

Насколько Мастер сумел понять расклады в новом для него времени страна, расположившаяся большей своей частью на территории Гипербореи много значила в современных условиях. И не удивительно, если учитывать чьими потомками они были. И если выходят в СМИ подобные материалы, то это очень непросто. Противник затеял новую игру, смысла которой старый кровосос не понимал. И это его бесило. Причем сильно. Если внук главы враждебного государства действительно маг, то ……

Волена Тир Грахта пробрало холодком предчувствия. Очень нехорошего предчувствия. Парнишка на экране, особенно в купе со своим хитрым дедом, выглядел очень опасно и тревожаще. Особенно если принять во внимание две вещи — он маг, по словам внучки. И его дед умыл кровью вампиров в не такой давней войне, не смотря на все усилия их расы. И помощь самых могущественных людских стран. Переиграл вчистую, как детей и одним махом вычистил из своей страны всю их агентуру, которую растили последние сорок лет.

— Что будем делать? — Теперь Волен был абсолютно серьезен и мелочи вроде внутриполитических раскладов в их вампирской аристократии ушли на задний план всего происходящего.

— Надо его уничтожить. — Георг решительно рубанул рукой по воздуху. — Это самое простое и очевидное решение.

— Мы уже пытались, — Мастер не повелся на такой простой заход. — И потеряли звезду.

— Послать десять звезд. — Король не хотел делать из этой ситуации проблему. — Против такой силы не выстоит никто. Даже если там возродился Гипербореец.

Мастер Волен одним рывком приблизился к королю и схватил его за грудки.

— Ты не говори вслух, малыш, о том, чего не понимаешь. — Атлант шипел в лицо своему внуку с полыхающими злостью и страхом глазами. — Маги той страны способны пройти весь этот мир, не заметив и тени сопротивления. Взад и вперед. Не останавливаясь. А потом высадиться десантом на другие планеты Вселенной. Никогда не относись презрительно к магам. Запомни, тебе понятно?

Страх было странно слышать в голосе Древнего. Именно поэтому, наверное, король и не посмел возмущаться. Если что-то способно напугать до такого состояния его всемогущего деде, то это безусловно …. Тревожило. Мягко говоря, если можно так выразиться.

— Но отправить туда надо двадцать команд, а лучше тридцать для гарантии. В этом ты прав. Проблемы надо решать пока они не стали непреодолимыми. — Волен Тир Грахт отпустил воротник своего внука. — Командуй своим гвардейцам. Пора нам навести порядок в этой северной дикой стране. А то чего-то она решила выбиться из общего ряда послушно идущих на заклание барашков. А маг там или не маг. Решим.

— Я пойду с ними, — Волен и не понял, когда смогла встать на ноги внучка и привести себя с помощью крови в относительно вменяемое состояние. — Я должна уничтожить того, кто опорочил мою честь.

Ни прадед, ни ее отец-король и не заметили, как вздрогнул при последних словах Сегреиин. Только мазнул в сторону принцессы не видящим взглядом. Словно целился своим любимым «Кордом» в сторону врага. Взгляд у бывшего командира был именно таким. Слегка прищуренным и очень ненавидящим. Бывший командир звезды уже понял, что обрел в лице изнасилованной принцессы лютого врага, который никогда не забудет свою боль и унижение в том диком лесу на севере страшной для врага страны.

— Как уничтожить потенциального врага с минимально возможными потерями? — Мастер Волен все же решил умерить свою гордость и посоветоваться со своим венценосным родственником, который знал о происходящем намного больше него. Особенно о особенностях этой северной страны, живущей на землях уничтоженного 12 тысяч лет врага (по крайней мере сами вампиры себя в этом очень истово и старательно убеждали все эти бесчисленные столетия). Ассоциации пугали старого кровососа. Он вспомнил свои предыдущие попытки уничтожить людей на той территории. А еще лучше — подчинить. Но это ему ни разу не удалось. Особенно в древности больше тысячи лет назад, когда он натравил на эту землю многочисленных уроженцев степи.

— Просто пошлем своих лучших бойцов и много. С запасом. — Георг хищно улыбнулся и с сожалением потрепал остывающий труп белокурой молоденькой девочки, висящей на путах обеденной комнаты. Королю хотелось есть, но в данный момент пища здесь закончилась. Девочка из-за не досмотра слуг умерла от шока. А мертвую кровь вампиры не пьют. Она бесполезна для них. И даже немного опасна.

— Внук, — В трубке раздался напряженный голос деда.

— Слушаю очень внимательно. — В первый раз я слышал в голосе этого стального человека столько не передаваемой через провод тревоги. — Они уже почти пришли за тобой. Генерал ФСО оказался предателем. Случайно наружка засекла его контакт с подозрительными лицами. Судя по перехвату скоро у тебя будет враг. Беги. Их много, и я уже ничего судя по всему не успею сделать. Только ребята твоего знакомого майора не далеко, но их мало. Они не смогут удержать их.

— Я понял, дедушка, — Если честно я даже и не испугался. Давно был полностью готов к смертельному бою до конца и вот время пришло. Кровососы за мной пришли. Причем гарантировавшей мое уничтожение силой, или я с ними не воевал 14 лет и не знаю повадок древних тварей. Но вот только и я припас пару сюрпризов.

— Дед, слушай очень внимательно. — Через несколько секунд раздумий начал я тщательно проговаривать свой план.

Меня очень внимательно выслушал стальной человек на том конце провода. Даже его голос не дрогнул при мысли об собственноручном уничтожении внука, если все пойдет совсем плохо.

— Обещай, что все точно сделаешь? — Я почти рычал в трубку, закидывая себя в доспех и с трудом успевая добежать до комнаты Насти с Антоном. Их надо успеть вывести до начала боя. Пока ребята беспомощны. И я должен о них позаботиться.

— Я поднял МИГи с кинжалами до звонка тебе, — глухо сказал президент и я в первый раз услышал, как дрогнул голос моего деда. Не легко признаваться, что готов пожертвовать родной кровью ради страны. Но вот только я и сам такой.

— Все норм, дедушка, — я выдохнул с облегчением. По крайней мере за меня с гарантией отмстят. Для солдата и это слишком много. — Ты же знаешь — Родина все, остальное ничто.

И отключил связь, врываясь с разбегу в комнату моих друзей.

Эту книгу вы прочли бесплатно благодаря Телеграм каналу Red Polar Fox.