В очередной раз уложив ребенка спать и подоткнув одеяльце под бочок мирно сопящей племянницы, Алевтина легкими шажками упорхнула в мир грез и фантазий.

Только ночью, когда весь город и домочадцы засыпали, открывался причудливый, полный сказочных событий мир – Медалория. Там эта строгая и справедливая женщина с грустными глазами превращалась в легкую дриаду, порхающую на своих прозрачных крылышках, испещренных тоненькими жилками, по которым струилась золотистая сила. Ее большие светло-серые глаза излучали, казалось, всю мудрость этого прекрасного мира. Стоило только встретиться с ней взглядом, и одолевающие горести, беды и тоскливые чувства отступали, представлялись ничтожными.

Дриада звалась Турией. Она была, если говорить языком древних мифов, амазонкой. Гордая, мудрая и чаще всего молчаливая, она охраняла границы Рандалории от посягательств жестоких врагов. Эти существа, незаметные обычному глазу, попав сюда, отравляли сущность чистого ментального пространства, разлагая его, заражая гнилью, высасывая все самое сокровенное, и только Турия могла их видеть и уничтожать. Но не все знали, какую цену ей приходилось платить за этот дар.

Все шло как всегда: один день сменялся другим, месяц следовал за месяцем. Унылая и серая жизнь липким, ленивым потоком катилась между привычных берегов, неумолимо отсчитывая прожитые годы. Племянница, интересная работа… У нее было все нужное и важное, но не хватало искры, обыденность и обязательства постепенно разрушали радость существования, тянули на дно. Безысходность от осознания, что все происходит как в фильме «День сурка», доводила до исступления, заставляя сжимать кулачки и скрежетать зубами.

«Да сколько уже можно? Почему, почему я ничего не могу изменить? Куда делось озорство, стремление совершать необъяснимые поступки, рисковать? Неужели все мои силы иссякли? Неужели, добиваясь того, чтобы мир правильно относился к моей персоне, я растеряла непосредственность и легкость, получив взамен только мудрость и ничего больше?» – рассуждала так сама с собой Алевтина, устроившись в очередной раз ночью в кресле.

Переживания были настолько сильны, что Алевтина не услышала, как в  углу комнаты раздался треск. А затем появился сноп света, и ее словно перенесло в какое-то неизвестное место.

Где это я? Почему у меня покалывает в руках и что такое со мной происходит? Открыв глаза, я удивилась: откуда в моей комнате голубое небо? Последнее, что я помню это то, как я ночью сетовала на судьбу, а затем щелчок – и темнота…

Я осмотрелась. Вокруг возвышались горы, повсюду лежал снег, который переливался всеми цветами радуги, можно было даже различить какой-то непонятный оттенок, который я никогда раньше не видела. Интересно, что это за место и как я сюда попала? Судя по тому, что на мне только легкое платье и тоненькие носочки, долго я здесь не протяну. Но тут я поняла, что не чувствую холода и спокойно сижу на снегу. Странно… Видимо, я настолько была шокирована происходящим, что отключились все мои чувства. Однако хватит рассиживаться, надо постараться понять, почему я тут оказалась и что все это означает.

Сконцентрировавшись, я попыталась встать и вдруг со скоростью пули полетела вверх. «А-а-а, твою ж ма-ать!» – заорала я во все горло и тут же шмякнулась на снег. Отплевавшись от пуха, который сначала показался снегом, я наконец оперлась на руки и затем встала на четвереньки. Да-а-а-а, видок, видимо, у меня был тот еще. В платье и носках стою в странной позе посреди непонятных гор, покрытых неправильным снегом. Представив себе, как выгляжу со стороны, я закатилась истеричным смехом, который перешел в такой же истеричный вой. Ну вот – разревелась. Размазав слезы и сопли по лицу, я все-таки решила хотя бы встать на колени. Та-ак… Потихоньку передвигаясь, я присела.

На спине что-то покачнулось и повлекло меня назад. Упав навзничь, я попыталась потрогать то, что было за моими плечами. Каким-то образом мое тело стало подозрительно гибким. Дома я была как бревно, а тут с легкостью рука завернулась и нащупала какой-то предмет, который… о, Господи, просто торчал из моей спины и шевелился…А-а-а, что это за жуть?  Меня, видимо, усыпили, провели опыт, оказавшийся неудачным, и теперь выкинули умирать в эти горы, с торчащим из спины ужасом, – пронеслось в моей голове. Так, успокойся, Алевтина! Разберемся! Как говорится, не вешать нос, гардемарины! Итак, попытка номер три. Я повернулась на бок, подтянула ноги. Та-ак, вроде получается. Встала на четвереньки. Отлично! Одно колено, второе колено. Ура, стою! Та штука, что торчит из моей спины, – интересно, что это? Я попыталась подвигать плечами, распрямить их. И это зашевелилось тоже, развернулось, послышался шелест, щелчок… В сознании словно молния промелькнула – я поняла, что у меня есть… крылья! Я чувствовала их силу и мощь, видела каждую частичку, каждую жилку, ощущала, как бьется в них золотистая сила.

Неописуемый, всепоглощающий восторг охватил меня в то же мгновение. Это было великолепно! Какая мощь чувствовалась в том, что еще недавно вселяло в меня ужас! Я попыталась пошевелить крыльями, представила, как они расправились, – и у меня получилось! Оказывается, так приятно ощущать ветерок, который нежно касался крылышек, щекотал игривым дуновением, пробегал по самым кончикам! Зажмурившись от нахлынувших эмоций, я попыталась сделать взмах. Один, другой раз, и я приподнялась над землей. О, да-а-а-а, это были новые, непередаваемые ощущения! Но пока хватит, остановимся. Надо осмотреться и понять, где же я оказалась.

Повсюду вокруг тянулись гряды заснеженных высоких гор, которые покрывала какая-то растительность. Это были не деревья, которые я знала, а что-то непонятное, похожее на цветы, но огромных размеров. Растения обладали причудливыми формами и что еще интереснее – необычной расцветкой. Такой я тоже не видела никогда. Уже более уверенной походкой я попыталась подойти к.… дереву, назовем так этот предмет. Дерево было на ощупь плюшевое, мягкое, податливое и пахло чем-то сладким, манящим. Вместо листьев с веток свисали тонкие лианы, образуя причудливые узоры. На концах их отростков красовались бутончики, от которых как раз и исходил этот дурманящий запах, пробуждающий зверский аппетит! И тут у меня заурчало в животе.

Так-так, я много времени потратила на изучение своих новых особенностей и рассматривание ближайшего растения. Пора уже подумать о том, что скоро наступит ночь и еще неизвестно кого можно здесь встретить. Подняв голову, я увидела на стволе дерева что-то, напоминающее дупло. Взмахнув пару раз своими новенькими крылышками, я очутилась на уровне отверстия и попыталась заглянуть внутрь.

– Угу, кто здесь есть?

– Угу, угу, угу… е-е-е-е-есть, е-е-е-есть, е-е-есть! – вторило мне какое-то жутковатое эхо, кроме которого, по-видимому, ответить было больше некому.

Интересно, откуда здесь эхо? Я решила пролезть в дупло этого растения и с грохотом полетела куда-то вниз. Через несколько жутких мгновений я больно шлепнулась на что-то твердое, похожее на брусчатник. Темно было, хоть глаз выколи, и пахло плесенью с примесью грязных носков. Попытавшись ощупать вокруг себя пространство, я наткнулась на какую-то перегородку, из которой торчало что-то похожее на рычаг. Я решила потянуть за него, но ничего не произошло. Хм, и как мне тут теперь передвигаться?

Уцепившись за перегородку, я мелкими шажками пошла вперед с вытянутыми руками, чтоб не наткнуться на что-то острое. Только я сделала пару шагов, как послышалось легкое шуршание, затем что-то похожее на топот маленьких ножек откуда-то из-за угла, и передо мной появились какие-то создания – то ли животные, то ли люди. Ну, все! У меня точно случилось что-то с головой, я все-таки сошла с ума! Крылья, причудливые деревья, удивительные цвета, а теперь еще эти непонятные существа – не то суслики, не то бурундуки, только огромных размеров… подумала я и потеряла сознание.

Мы вышли из коморки и зашагали по извилистым коридорам. На протяжении всего пути стены пульсировали золотистым светом. Было такое ощущение, что свет успокаивал и подбадривал.

– Да, так и есть! – сказал Салазар. – Этот свет с давних времен был целительной силой, которая пронизывала всю Медалорию. По ночам эта сила освещала наши улицы, внушала отвагу и снабжала всем необходимым. Как только мы дойдем до зала, я многое тебе расскажу! – И мы пошли дальше.

Пройдя еще немного, мы оказались на берегу подземного озера. Оглянувшись назад, я увидела, что мы вышли из отверстия в гроте пещеры. Сама пещера была огромных размеров, с ее сводов свисали вековые сталактиты, которые молчаливо грозились обрушиться на головы непрошеных гостей. Озеро с тихим стоном накатывало на прибрежную гальку, скользило по ней, оттачивая ее до гладкости. Возникло ощущение, что это озеро имело огромный разумный потенциал: оно жило своей жизнью, вбирая в себя всю мудрость веков, и окатывало тех, кто всматривался в его воды, непомерной тоской. Стряхнув с себя наваждение, я заметила, что Салазар опять смотрит на меня с большим удивлением.

– С тобой все нормально? Твои крылья – они сверкают, и твои волосы…

Я посмотрела на них… Мои обычные рыжие непослушные кучерявые волосы сейчас горели огнем, пульсировали, так же как и крылья.

Тут же на поверхности черного озера забурлила, закипела вода, образовалась воронка, из которой на берег было выброшено что-то черное, как смоль. Этот черный комок зашевелился, распрямился, и передо мной предстал то ли изящный конь, то ли что-то похожее на него. Какое это было великолепие! Стать, сила и благородство чувствовались за версту. Иссиня-черная шелковистая грива касалась земли, стройные крепкие ноги, на которых не было копыт, обычных для земных лошадей, мягко переступали по гальке. На голове торчал рог, как у сказочного единорога. И крылья, у него были мощные, огромные крылья! Конь шел ко мне, в его глубоких, как бездонное море, глазах читалось: «Я нашел тебя! Как же долго я тебя искал!»

И тут на меня обрушились воспоминания – не мои, они не могли быть моими. Чужие мысли и чувства затуманили сознание, закружили в водовороте.

Я – Турия, воительница славного ордена Мараторна, защищавшая Медалорию от грозного врага, рвущего пространство на миллиарды кусков. И мои последние воспоминания были о том, как тварь, похожая на тень, ползла ко мне, протягивая свои костлявые лапы… Дальше хлопок и темнота…

– Турия? Ты Турия? Не может такого быть! Турия пропала много веков назад, у нас остались только легенды о ней. По одной из них Турия, одержав победу над скрулами, пропала. Не может быть… – глядя на меня с изумлением, прошептал Лорд Салазар и преклонил колено.

Разбудили меня довольно рано и очень необычным способом – мне в лицо тыкал мордой мой Гром. Рядом стоял Салазар, и кто-то очень мелкий и юркий суетился возле дверей.

– Быстрее, быстрее! Нам надо поторопиться, что вы возитесь? – шипел карлик.

Сев на постели, я с удивлением спросила:

– Что происходит? Нам уже пора?

– Ш-ш, – прошипел вислоухий карлик. – Ты своим басом разбудишь всех вокруг, – сверкнув в мою сторону своими крысиными глазками, карлик подошел к двери. Махнув лапкой, он прошептал: – Пора, и скажите этой великанше, чтоб она больше не трубила.

– Может, вы объясните, что происходит?

Салазар не успел прошептать до конца: «Вам угрожает опасность!», как этот юркий карлик-зануда оказался на шее и прошептал:

– Если вы не замолчите, мы не выберемся отсюда незамеченными, и вы никогда больше не сможете поворковать друг с другом. Поэтому закройте рты и делайте то, что я вам скажу.

Он махнул нам лапкой, и мы тенью юркнули в коридор, за которым открылся выход в лес. Вся наша группа спешным шагом направилась в ближайшие заросли.

Как только мы отошли на достаточно большое расстояние, я остановилась и с раздражением посмотрела на своих спутников:

– Кто этот мелкий и злобный грызун, которого я могу прихлопнуть одной левой? И почему мы бежали? Давайте сядем, и вы расскажете обо всем, что произошло после моего исчезновения. Я готова слушать!

Салазар со вздохом сел напротив меня на небольшой камень и начал…

– После вашего исчезновения в течение 19 катунов (1 катуны = 20 тунов = 7200 дней (19 лет 265 дней)) все обитатели Медалории жили беззаботно, растили детей и восхваляли нашу спасительницу леди Турию – великую воительницу! Но вот с Западных гор потянуло холодом. Сначала гнильцой стали отдавать плоды молодых растущих возле Западных лесов деревцев Алазии, затем появились болота и топи, а после этого пришли они – голодные и злые скворлы. Они уничтожают все вокруг, высасывают энергию из всего живого, оставляя только оболочку, такую же голодную и злую. Но это полбеды, главная беда в том, что, судя по рассказам странников, и скруллы кое-где стали появляться. Вы знаете, для нас они невидимы, их можете разглядеть только вы и ваш Гром. Представляете, как нам сложно с ними бороться. И поговаривают, что в разломе, там, на Западе, появилось что-то пострашнее скруллов и скворлов – там начал хозяйничать тот, кто жаждет не просто насыщения, а господства!.. И вот все мы, скованные страхом, ожидали, когда же и до нас дойдет эта нечисть. Но друид Хазнар предсказал появление девы из прошлого, чье имя Турия. Она, по пророчеству, должна поразить врага. Вместе с друидом пришел и наш юркий дерзкий карлик, – усмехнулся Салазар, – знакомьтесь, Юнгвар Хлоббинсон, его величество снурок. Он ведет нас к друиду.

Юнгвар Хлоббинсон выглядел очень мило: плюшевая мордочка была чем-то похожа на мордашку лисенка, большие остроконечные ушки заканчивались кисточками, на лапках имелось по два пальчика, которыми он ловко теребил соломинку; живые, мудрые, но сейчас прищуренные глазки внимательно смотрели на меня.

– Очень приятно! Прошу прощения за раздраженный тон, последние дни очень насыщенны, и у меня не всегда получается сдерживаться!

– Да, не страшно! Моя задача – довести вас в целости и сохранности до моего друга. Я дал слово и его сдержу, хотя это будет сложновато, судя по тому, какая вы большая и неповоротливая! Не знал я, что леди Турия такая неловкая, да еще и без памяти. Храните меня боги! – Снурок закатил свои глазки и смешно сложил лапки на груди.

В другое время я бы ответила ему соответствующим образом, но сейчас мне не хотелось вступать в перепалку. Задумалась я над словами Салазара: «Друид сказал, что появится дева…», и вновь в памяти возникли пустые глазницы скрулла… Тяжелые мысли так и лезли в голову. Но пора идти дальше – впереди очень много дел. Теперь я четко знаю свое предназначение!

Глава 8. Дворец

Наша дорога была на удивление спокойной. Чувствовалось затишье – какая же последует буря?

Гром шагал рядом, вселяя уверенность, моя рука теребила его шелковистую гриву. Салазар опустил голову и о чем-то думал. Только сейчас я обратила внимание, что он довольно-таки привлекателен. Широкие плечи, накачанные икры, мощный торс. От него веяло силой и бесстрашием.

Карликовый зверек шел осторожно, постоянно шевелил ушами, прислушивался. Почему-то он меня раздражал, но в то же время и вселял доверие. Странное, противоречивое чувство!

Взлететь бы сейчас, вспомнить ощущение силы в крыльях, упоительное чувство свободы при полете в небесах… Но стоит мне высунуться, как налетят враги и убьют всех нас – такими словами бросил в меня, как дротиком, не очень-то любезный Юнгвар Хлоббинсон.

Наш маленький отряд двигался около шести часов, делая короткие перерывы на отдых. На рассвете мы вышли на поляну, и передо мной открылся чарующий вид: гора Даландрие, а над обрывом парил мой дворец.

Добраться до него было непросто: мощные вихри создавали воздушную подушку, которая удерживала огромное строение, словно оно было невесомым. Стены в брызгах утренней росы блестели разными оттенками, переливались множеством красок неизвестной мне палитры. Мой мозг смешивал земные реалии с воспоминаниями о здешнем месте, и еще не все пазлы сложились в сознании. Боже, как красиво всходили здесь… два солнца! Все было другим в этом мире, таким знакомым, но позабытым. Быстрее вернемся в замок, я чувствую его!

Только я сделала шаг в нужном направлении, как меня откинуло ударной волной. Неожиданно! Все бросились ко мне на помощь, и тут из глубины леса вышел старец. Изможденное, перекошенное лицо, усталые глаза и спутанные волосы говорили о том, что незнакомец давно не отдыхал и не спал. В руках он держал посох, на верхушке которого потрескивали искорки. С победным рыком он бросился в нашу сторону, поднимая посох в попытке ударить в очередной раз. Но я-то уже была настороже! Собрав силы, прочувствовав нарастающий гнев и пропустив его через себя, я с силой выпустила из рук сгустки энергии, которые прошли сквозь старца, как через масло. Старец удивленно раскрыл глаза, попытался сделать еще шаг и замертво упал на землю.

– Нет, нет! – закричал Юнгвар. – Ты убила его, убила! Ненавижу, ненавижу тебя! Это друид, который ждал Турию, и к нему я должен был тебя привести!

Он подбежал к телу, попытался перевернуть его на спину и с ужасом отскочил.

– Не может быть… этого просто не может быть… – Снурок сел на землю, обхватил голову и начал раскачиваться. Ничего не понимая, я уставилась на Салазара, который подошел к неподвижному телу.

– Он уже не тот друид, которого мы знали… На нем отпечаток скворлов, он сам стал скворлом. Если им удалось поработить его, то на что они теперь способны, знают только Боги! Свободен ли твой дворец, вот в чем вопрос?

Я летела и летела во тьме, падала в пустоту, меня крутило, бросало из стороны в сторону, пустые глазницы страха смотрели с любопытством и предвкушением моего провала. Страх сковывал мои движения, не давал сил распрямиться, взять под контроль свои движения и воспользоваться крыльями. Вдруг сквозь затуманенное сознание я услышала голос мамы, такой теплый, родной, мягкий: «Дочь моя, вспомни о крыльях за спиной! Верь в себя, как я верила в тебя всегда! Помни о том, что перед тобой весь мир!»

И я увидела ее лицо, мудрые глаза, смотрящие с любовью. А потом возник образ папы: «Вперед, лебедь наша! Перед тобой весь мир!»

Их слова наполнили меня огромной силой, крылья с шумом расправились, и золотистый свет заполнил пространство. Открыв глаза, я увидела тревожный взгляд незнакомого мужчины:

– С тобой все в порядке? Как ты себя чувствуешь?

– Сколько я пробыла без сознания? – резко сев, спросила я, с недоверием осматривая оказавшегося рядом мужчину.

На вид ему было лет 35-40. Темные волосы слегка посеребрила седина, аккуратные усы и борода покрывали смуглую кожу лица. Глаза мудрые, с морщинками вокруг смотрели с озабоченностью и сочувствием.

– Тише, тише! Ты пролежала неделю, мы думали, что это последний твой бой. Как хорошо, что мы ошиблись! Сейчас тебе надо подкрепиться и пора в путь! То, что ты увидела в разломе, – это не тот скрулл, который встречался раньше. Это что-то другое, более сильное и ужасное. Мне не хватило мощи сдерживать его, не говоря уж о том, чтобы затянуть разлом. Твоя сила впечатляет, но это дорого тебе обходится. Пока ты была без сознания, я попытался заглянуть в твой разум, и меня так накрыло, что я еле смог выбраться. Я знаю, что ты Турия, твое тело, глаза, волосы – все от нее, – с грустью произнес незнакомец, – но в то же время ты – не она. Так кто же ты?

– Не знаю, что ты хотел найти в моем сознании, но не стоит больше этого делать. Мой мозг не помойное ведро, в котором можно поковыряться любому. Мне очень жаль, что ты разочарован. Не знаю, что нас связывало раньше, но связь была – судя по тому, с какой грустью ты говорил о том, что я не та. Я Турия, которая на Земле звалась Алевтиной и жила как обычный человек. Ту, земную жизнь я помню отчетливо, и там я обычная женщина, без крыльев и суперспособностей, а здесь воительница, могущественная и бесстрашная. У меня мелькают какие-то обрывки из воспоминаний той, легендарной Турии, и да, ты прав – я не та, которую ты знал. Мне очень непросто! Все навалилось – маги, бурундуки, скруллы, скворлы. Слишком много всего! – с надрывом выпалила я.

– Мне очень жаль, очень! Я не смог спасти тебя тогда, давно, гордыня подвела меня и лишила твоей любви на многие катуны. Я был молод, ослеплен своей мощью и желанием властвовать! Но, потеряв тебя, я понял, что все это пыль по сравнению с твоей любовью. Если позволишь, я буду рядом и постараюсь вернуть тебя.

Заглянув в глаза незнакомца, я утонула в их глубине, но, тряхнув головой, произнесла:

– К сожалению, ничего не помню, и для того, чтобы что-то обещать, не та ситуация. Время покажет… И может, вы найдете немного времени и объясните, кто вы и как оказались рядом?

– Неужели ничего не напоминает обо мне? Хоть что-то?

– Абсолютно ничего! Ноль, просто зеро! – ухмыльнулась я. – А должно?

– Судя по тому, какие у нас были отношения, должно хоть что-то напомнить. – Подойдя ко мне очень близко, незнакомец взял мое лицо в руки и заглянул в глаза.

Он стоял очень близко, тепло его тела отзывалось во мне, пробуждая животное желание, но больше ничего. Никаких воспоминаний.

– М-да! Только желание и больше ничего! Странно! – опустив голову, пробубнил незнакомец.

– Все-то ты увидел! Нет никакого желания! – попыталась оправдаться я.

– Может, ты и могла скрыть от меня многое, но только не свою страсть, – с огоньком в глазах произнес мужчина.

– Меня очень удивляет тот факт, что память у тебя есть, но подобраться к ней я так и не смог. Либо ты их запечатала сама, либо что-то произошло, когда произошел откат в тот момент, когда ты пыталась затянуть разлом, – задумчиво глядя куда-то мимо меня, произнес незнакомец.

– Да, да! Это понятно, ну не совсем, но все-таки можно узнать, кто ты?

– Я – твоя любовь! Я – маг! Я – Радобор!

– Ммм, понятно! Ничего не говорит! – закатив пафосно глаза и ухмыльнувшись, произнесла я. В душе, конечно, сильно удивившись. Бла, бла, сколько спеси-то: я – любовь! Чья? Нет, конечно, он был о-о-очень красив, меня влекло к нему, но такой тон… как будто осчастливил – это все пронеслось в голове Алевтины за считанные секунды.

– Все прекрасно, познакомились, а теперь пора собираться и обсудить план возвращения моего дома, Маг!

– Согласен, моя Турия! Но я не Маг, мое имя Радобор.

– Хорошо… Радобор! – произнесла Алевтина-Турия (мысленно показав язык).

Ротандр представлял собой огромный город, находящийся в скалистых породах небольшого хребта Западного Саяна. Управлял им король гномов Нандарулл, сын Грандуилла. Во времена правления Турии город был мощнейшим центром сосредоточения воинов и умельцев ковать железо! С королем Грандуиллом Турию связывало соглашение о военной поддержке (ряд), которое было подписано после того, как Турия спасла королю жизнь во время набегов мятежников. Туда-то и направились Турия и Ротандр!

Рассекая крыльями потоки воздуха, Гром мчался за горизонт. Мы с ним наслаждались свободой и полетом, сзади скользил на облачке Радобор.

– Где твоя Брунгильда, Радобор? – прокричала я, вспоминая боевого дракона мага. – На ней ты смотрелся эффектнее.

– Ее больше нет! И ты понимаешь, каково было для меня ее потерять.

– Прости, я не знала! Мне очень жаль.

Весь остаток пути мы пролетели молча и в тишине, только слышен был свист ветра в крыльях Грома.

Прибыв в Ротандр, мы решили войти в город инкогнито. Неизвестно, что изменилось за долгое время и кто сейчас стоит у власти. Радобор спрятал наши с Громом крылья заклинанием, обратил себя в обычного мужчину средних лет, а меня в такую же обычную женщину.

– Гром, какая ты милая лошадка! – посмеялась я.

– Ха-ха-ха, женщина, посмотри на свою убогую оболочку, ты не лучше, – огрызнулся Гром.

– Ладно вам, пошли! – усмехнулся в свою фальшивую бороду Радобор. – Наша легенда: мы супруги и приехали торговаться с гномами – у них замечательные кирки и мотыги.

– О, Радобор, почему супруги? Ко мне вернулась память, и если она мне не изменяет, мы так и не стали супругами! – возразила я.

– Это легенда! – резко ответил Радобор. – И когда-нибудь я добьюсь, чтобы это стало не легендой, а реальностью.

Торговая площадь была заполнена. Люди, гномы, снурки – кого здесь только не было! Толпа гудела, как пчелиный рой. О, созолы! Я почувствовала, как заурчало в животе от голода.

– Радобор, давай купим созолов, я их просто обожаю, и вот это руффало!

– Да, конечно, дорогая!

Почему-то от этих слов мне стало тепло, они всколыхнули что-то внутри, но сознание быстро вернуло меня на землю.

– Два созола, руффало и кружку амброзии, – бросив на прилавок мешочек с серебром, сказал Радобор.

Юркий снурок моментально нырнул в комнатку и тут же появился с готовыми созолами и кружкой амброзии.

– Пожалуйста, возьмите, господин! Руффало подадим после того, как вы закончите трапезу. Еще что-то? – спросил снурок, склонившись к Радобору.

– Да, я хотел бы услышать, как обстоят дела в городе. Мы идем с Южных равнин, давно не были в этих краях и не знаем, что изменилось. Слышал, что на Западе образовались топи и происходят страшные вещи.

– В нашем городе дела обстоят довольно сносно. Король нас защищает, и этого достаточно, – сухо ответил снурок. – Еще что-то?

– Милый, Юнгвар Хлоббинсон посоветовал нам этот город как радушный и приветливый, а оказалось, что все совсем не так. Пошли скорее, здесь так и веет надменностью, – скорчила я гримасу сожаления.

– Вы знаете Юнгвара? – сверкнул глазками снурок.

– Да, Юнгвар наш друг, он и посоветовал отправиться за мотыгами… и не только в эти края! – склонившись к снурку, сказал Радобор.

– Тогда пройдите за мной! – И снурок юркнул в дверь коморки. Мы поспешили за ним, пока дверь не захлопнулась, и пошли по коридорам вглубь здания. Складывалось впечатление, что конца и края нет этим коридорам, они вели все ниже и ниже, как будто образуя спираль, направленную в центр планеты.

Наконец мы остановились перед едва заметной дверью, больше похожей на щель.

– Минутку! – Снурок стукнул три раза, и дверь отворилась.

В глубине комнаты сидел старец. Кожа его была похожа на кору дерева, на кончике носа торчала бородавка, седые волосы густой копной обрамляли старческое лицо с почти белыми глазами.

– Ингвар, что-то случилось? Я чувствую, ты не один и гости твои не так уж просты, как можно подумать!

– Да, мой друг! Это друзья Юнгвара.

– Юнгвара? Значит, они знают, как там поживает Хазнар, мой друг!

– К сожалению, он уже не поживает! Его душу поглотила тьма, и он стал скворлом.

Старец долго молчал, затем произнес:

– Хазнар всегда пытался спасти мир, и думаю, что все не зря! Я – Нигалист – Друид! Это мой маленький друг Ингвар Хлоббинсон, брат Юнгвара. Вам повезло, что попали к нам, но думаю, это не просто везение. И вы не простые путники! Ты – маг и очень сильный маг! Твою Душу я чувствую за версту. А вот ты… – старец закатил глаза и произнес:

Врата закрыть должна лишь та,

Чьи крылья золотом блистают!

Врага повергнет лишь она,

В чьих венах кровь Богов проистекает…

И отключился. Ингвар подскочил к старцу и уложил на кровать.

– Он устал, пусть отдыхает! Пошли!

Выйдя из комнаты, снурок произнес:

– Это были слова из пророчества и касались они, видимо, вас, госпожа! Прошу вас, приказывайте, и я выполню любое ваше желание. – Преклонив колено, Ингвар опустил голову.

– Боже, Ингвар, вставайте, я рада принять вашу помощь! За ней как раз мы и пришли! Радобор, подними же его с колен, ведь как-то неловко! Верните моих созолов, я так голодна, что готова съесть туртурра! – попыталась я шуткой исправить положение и направилась к выходу. Хм, странно, до Друида мы шли очень долго, а выйти получилось за считанные секунды! Надо же, как интересно, ма-а-агия!

Снурок быстро привел нас к столику с уже остывшими созолами и начал рассказ:

– В городе на троне сидит гном Нандарулл. Он жаден, бестолков и трусоват. Практически делами заведует его брат – Брандуил. Нас обложили налогами и податями, очень сложно стало жить, многие уходят из города. Войска становятся сильнее, а простой народ живет хуже и хуже. Брандуил, в отличие от Нандарулла, жесток, коварен и хитер. Что вы хотите найти в городе?

– Нам требуется войско, обмундирование и оружие. А еще нужны корабли, хоть гномы и не моряки и жутко боятся воды, зато у них есть все для строительства. Мы хотим пойти и потребовать присягнуть королю на верность древнему «ряду».

– Хорошо, просто так вам в замок не попасть, но провести окольными путями смогу. Встретимся вечером в этом же месте. Постарайтесь не высовываться – неспокойное нынче время!

Вечером мы с Радобором пришли в назначенное место. Ингвар уже нас ждал и переминался с ноги на ногу от нетерпения.

– Моя госпожа, поторопимся! – воскликнул он, открывая дверь рядом с входом в коморку, которую мы посещали днем.

Войдя внутрь, я почувствовала запах сырости. Воздух был липким и влажным. Вокруг висела паутина и торчали корни каких-то растений.

– Это подземный тоннель! Не переживайте, госпожа! Замок не настолько далеко, как кажется, это если идти поверху, по площади, тогда часов семь на лошади, а здесь путь займет часа два-три.

Мы шли по темному тоннелю, только факел снурка освещал путь.

– Что-то мне не по себе, Радобор, – прошептала я. – Нет ли тут засады?

– Погоди, Турия! Я с самого начала пытаюсь услышать, что мне шепчут стены. Плету заклинания истины, но мне тяжело, как будто стены давят со всех сторон и мне все труднее и труднее двигаться вперед.

– Может, тебе спросить у Ингвара? Думаю, у тебя есть пара заклинаний правды.

– Что это даст? Мы не попадем к королю и только спугнем его, – возразил Радобор.

– Хорошо, я буду начеку, а ты постарайся что-то выяснить у стен. Или хотя бы с корнями поговори, – прошептала я.

– Язва! – усмехнулся Радобор.

– Госпожа, что-то не так? – сверкнул Ингвар глазками.

– Все так! Мы обсуждали зловонный запах, который тут присутствует.

– А-а-а, эта сырость, будь она неладна! Откуда ей тут взяться, непонятно.

И тут мне пришла в голову мысль: действительно, почему стоит запах сырости, ведь здесь нет топей и влаги?

– Мда-а-а, – протянула я и приготовилась.

– Госпожа, мы уже пришли! За этой дверью тронный зал! – с улыбкой произнес Ингвар.

Действительно, дверь находилась прямо под огромным троном, на котором восседал мелкий гном. Трон охраняло два десятка воинов, стоявших с копьями наизготовку.

– К чему весь этот цирк, Радобор? – прогремел бас короля. – Как только ты вошел в город, твоя вонь расползлась повсюду. Маскарад не скрывает ни твоей сущности, ни… – гном бросил мерзкий оценивающий взгляд в мою сторону, – твоей девки. Ты же знаешь, я хоть и не маг, но чую таких как ты за версту!

– Нандарулл, ты все еще жив, друг мой! – скинув с себя чары учтивости, холодным металлическим тоном произнес Радобор. – Смотрю, жив и здоров и вполне упитан, но все так же неучтив, как и раньше! Встречать гостей вооруженным до зубов – хотя что мне твои солдатики, так только, поразвлекаться – не очень-то хорошо!

– Ты меня упрекаешь в негостеприимстве, когда сам тайком пробрался в тронный зал! – заверещал король.

– Тише, тише, Нандарулл, мы так хотели к тебе быстрее попасть, что воспользовались коротким путем, – ответила я.

– Ты кто такая? Кто дал тебе право говорить, женщина!

– У меня право по рождению, смертный червь! – вскипела я, расправляя крылья, о чем тут же пожалела: неконтролируемая ярость захлестывала мой разум, но сейчас было нужно совсем другое.

Король затрясся, упал на колени, его тело выгнулось, глаза закатились, и он заговорил, но чужим голосом, спокойным, холодным и мертвым:

– Теперь я вижу тебя! Миллионы веков я гоняюсь за тобой и никак не могу поймать, но час встречи и твоего уничтожения близок. Ты падешь, Турия – богиня жизни!