– Йованка, ну признай, что ты меня просто нарисовала! – рыдало привидение истеричным голосом, превратившись в облачко.

Обычно он принимал форму невысокого пожилого господина с гордым лицом и орлиным носом, одетого во фрак или просто в жилет, рубашку с жабо и брюки, из кармана которых выглядывала цепочка от круглых часов-луковички. Видимо, он считал такой облик очень представительным.

Я устало вздохнула:

– Хосс, сколько можно тебе повторять, что я не рисую красками.

А про себя подумала: пусть это и не совсем правда, но ты об этом никогда не узнаешь!

– И вообще, – продолжила я. – Ты опять зависал над кастрюлей с грогом? Пьяница!

– Ик! Я тебе не верю-ю-ю… – не унимался дурной призрак.

На моих руках начали собираться недовольные темные тучи.

– Йованка! Сидра нам! – раздался громкий мужской голос от столика, где сидели пираты.

– Да, и пунша! – поддакнул второй бас.

Я зыркнула в их сторону:

– А не многовато, ли вам, ребята? На сегодня ваши порции закончены!

– Но… – попытался отстоять свой заказ Кольт, однако, его сразу остановили его же товарищи.

– Стой, смотри, уже грозовые появились.

И правда, на моих руках, точнее на коже, вовсю собиралась гроза и сверкали первые молнии. Вот как вы думаете, легко жить, когда ваши мысли рисуется на вашем теле, м-м-м?

– Тогда нам еще сливового пирога, – смиренно произнес первый голос. – Пожалуйста.

Я хмыкнула:

– Хорошо, сейчас.

На самом деле, они были хорошие, простые моряки, а пиратами называли себя, потому что им нравилось, как это гордо звучит. Они еще ни разу никого не ограбили и не напали, но очень любили порассуждать на тему разбоя: как бы лихо они взяли кого-нибудь на абордаж, если бы, конечно, представилась такая возможность.

Ко мне они приходили, впрочем, как и остальные посетители, чтобы отведать пирогов и выпить по одной положенной кружке грога, пунша или глинтвейна. Хмельные разборки мне были совсем не нужны, в моем тихом кафе.

Эти «грозные» пираты на самом деле плавали на воздушном корабле и занимались сбором облаков. Это было сейчас довольно прибыльное занятие, ведь холодильные шары были всем необходимы. Продукты имеют свойство портиться и от этого никуда не денешься.

Но что отличало их команду и было большим плюсом, это свойство рук Берима, достаточно крупного неразговорчивого мужчины с добрыми глазами. Он мог трогать абсолютно ледяные вещи, в том числе облака, т.е. ему были не нужны огромные неудобные рукавицы, замедлявшие работу. Он голыми руками отрывал куски облаков, сжимал их до размеров небольших мячиков и складывал в корзины. Затем эти шары продавались в городе для заполнения холодильных шкафов. Одного шарика хватало на пару месяцев.

Мне нравилось, когда ребята приходили. Всегда можно было ожидать от них новую историю, ведь они заплывали довольно далеко по небу и видели другие материки и города, а также их необыкновенных жителей.

Хосс протрезвел и обиделся, что я не рассказала вам про него. Итак, он эмоциональное и истеричное привидение, потерявшее остатки разума 200 лет назад и в данный момент угрожающее мне сковородкой.

Уже и пошутить нельзя!

Ладно, на самом деле, он призрак развратной гейши из квартала красных фонарей…

– Положи сковородку!

– А что ты всякую ерунду говоришь! – возмущался Хосс.

– Но мы ведь, правда, не знаем, кто ты.

Сковорода печально стукнула по столу.

– Да, это так, – эхом откликнулся призрак, опуская руки.

Ну, кто меня за язык тянул!

– Хосс, не надо, – я встала и подошла к растекающемуся по полу господину. – Однажды, ты все поймешь и вспомнишь.

– Иногда, так сложно продолжать в это верить, – все таки успел расстроиться призрак.

В этом городе привидения были не редкость, но обычно, если они появлялись, то быстро решали все свои неоконченные дела и перебирались в мир иной, в общем, просто исчезали. Но Хосс ничего не помнил о своей прошлой жизни. Почему так произошло неизвестно. Я предлагала ему зайти в какой-нибудь храм и поговорить со священником, но это чудо, уже, будучи мертвым, дико боялось исчезнуть. И скрывался, только заметив вдалеке рясу священника.

Я часто подшучивала над ним, говоря, что при жизни он был печальной старой девой с пучком на голове, которая не ела ничего кроме тортиков и держала у себя дома 10 кошек. Он конечно дулся. Но вот будет смеху, если это действительно окажется так.

Хосс появился в моем кафе, когда я только делала здесь ремонт. У меня был обеденный перерыв, я сделала себе аппетитный сэндвич с копченой рыбкой и зеленью и в первый раз подогрела на местной плите яблочный сидр, кинула в него палочку корицы и несколько звездочек бадьяна.

Как только появились первые пузырьки и вокруг начал разноситься восточный аромат, позади меня раздался заунывный голос, пытающийся казаться низким и пугающим.

– О-о-о, недостойная! – вещал он. – Оставь то, что ты варишь, на плите и в страхе убегай из этого дома!

Я недоуменно обернулась и приподняла кружку:

– Будешь? Я угощу.

Огромное белое облако быстро собралось в аккуратную тучку и ответило уже нормальным голосом:

– Да, я бы не отказался!

Пить привидения, конечно, не могли, но вот подышать паром над кастрюлькой, это, пожалуйста. От этого Хосс стал немного желтоватым внутри, видимо сказался яблочный сок. Собственно, так он и остался у меня жить и помогать в кафе. Правда, на следующий день я действительно удивилась, обнаружив на кухне вместо вчерашней тучки горделивого господина.

Ладно, пусть развлекается.

Но тема забытых воспоминаний оставалась для него больной. И он даже не догадывался, как я ему в этом завидовала.

В Портовом городе можно было встретить очень необычных людей. Недавно я случайно познакомилась с мужчиной, под ногами которого вырастали цветы, самые настоящие и не в зависимости от того, по какой поверхности он шел. Его единственным спасением были специальные ботинки, которые изготавливали в одной портняжной мастерской.

А я просто возвращалась с рынка, медленно ехав на велосипеде, в корзине которого подрагивали бумажные пакеты с покупками. Конечно, основные запасы мне привозили по заказу на дом, такие как: мука, сахар, масло и фрукты, но мне все равно нравилось посещать местный рынок и вливаться в гудящую толпу, самой выбирать спелые абрикосы или зелень, еще покрытую каплями росы. Общаться с продавцами.

В тот день, когда я ехала вдоль канала, то заметила странного человека, который огромными и смешными шагами крался вдоль него и заглядывал в воду. А присмотревшись, я поняла, что те небольшие цветочные островки в газоне не были клумбами, тем более размер слишком маленький и шли они непонятным рядочком. Я притормозила. Вот мужчина отрывает одну ногу от травы и… на этом месте сразу вылезает кустик и зацветает синими незабудками. А под второй ногой появились белые маргаритки.

Ничего себе!

Я подъехала к нему поближе:

– Вам помочь?

Мужчина обернулся. Лицо у него было встревоженное.

– Я… – не решался он сказать. – Понимаете, я такой дурак. Решил посидеть на мосту, посмотреть на воду и как ребенок поболтал в воздухе ногами. И вот, ботинки мои уплыли, а без них…

Он не стал продолжать, а горько махнул рукой:

– Сами видите!

Я посмотрела на цветочную дорожку и улыбнулась:

– Но ведь красиво!

Мужчина вздохнул:

– А как мне до дома дойти? На камнях они тоже появятся.

– Ого! – я широко открыла глаза – Неожиданно! Ладно, не переживайте, я попробую поехать вперед, до поворота. Подождите здесь.

Слово «спасибо» прилетело ко мне уже в спину. Я быстро начала крутить педали, бросая взгляды на берега. Пакеты жалобно зашуршали. На повороте росла огромная, старая ива, опустившая длинные ветви в воду и вся надежда была на нее.

Я остановилась и присмотрелась, прикрыв ладонью глаза от яркого солнца.

Да, вон они, родные! Булькают возле берега, зацепившись за гибкие ветки. Я перелезла через ограждение и выудила беглецов.

– Эх, вы!

Сказала я смешливо, выливая из них воду.

Увидев меня с находкой, мужчина буквально засиял. Около него уже образовалась очень симпатичная клумба и даже запорхали бабочки над цветами. Но сам он был довольно несуразный, худой с немного вытянутым лошадиным лицом и сильно стеснялся, пытаясь уменьшить, по его мнению «разрушения».

Я передала ему ботинки, предупредив, что в них можно разводить лягушек, но счастливый мужчина в ответ только улыбнулся, став милым и светлым.

– Это неважно! – воскликнул он, натягивая на ноги мокрую обувь. – Как мне вас отблагодарить?

Я, конечно, хотела сказать, что это совсем необязательно, но потом задумалась и предложила:

– Вы не могли бы пойти вместе со мной. Здесь недалеко, до моего кафе. Я вас чем-нибудь угощу. И меня зовут Йованка.

– Брю. – представился удивленный человек. – Конечно, пойдемте, если я могу чем-то помочь. Буду очень рад.

Мы отправились ко мне. Я везла велосипед рядом и уже представляла, какую красоту мы сейчас натворим.

Придя в кафе, я указала Брю на небольшой участок рядом с окнами, на котором росла довольно чахлая трава и попросила его без раздумий здесь потоптаться. Во всю широту души!

Мужчина засмеялся и сказал, что постарается. Я оставила его одного и отправилась варить нам свежий кофе на плите. Хосс не мог пропустить такое событие и с интересом разглядывал получавшийся результат на улице.

Когда я вышла на крылечко, передо мной разлилось целое море из цветов: и колокольчики, и маки, и ромашки, даже колосья пшеницы.

Я ахнула:

– Брю, вам надо брать заказы! Это потрясающее.

Мужчина засмущался и начал неловко обуваться, но я его остановила и попросила пару минут подождать. За это время я тихонько сбегала на другую сторону улицы и, пригнувшись по-шпионски, стащила коврик, который лежал перед лавкой Тимо. И вернувшись, отдала его Брю на растерзание, точнее положив на землю, попросила походить по нему.

Мужчина послушался и скоро я уже так же, по-тихому возвращала цветущий коврик на место. Хихикая очень громко, но про себя.

– Да ладно! – только я смогла воскликнуть я, когда утром зайдя в ванную, увидела свое отражение в зеркале.

Иногда рисунки на моем теле играли со мной злую шутку. А самое смешное во всем этом, что я не знаю, как долго они на мне задержатся.

Правда, один раз получилось действительно удивительно и красиво. Тогда у меня на всей спине проявился большой, изумительный пейзаж. В первый день это была весна: деревья покрыты пушистыми бело-розовыми цветами, в траве, среди лепестков синели незабудки. Вся картина двигалась, качались ветви, кружились лепестки цветов.

На следующий день – лето играло уже зеленой листвой и бесконечно синим небом. На третий день – этот же пейзаж перешел в осенний. Сначала листья порыжели и стали красными, а к вечеру и вовсе опали. У меня шея устала себя же рассматривать. Затем наступила белоснежная зима и по спине полетели снежинки.

Четыре дня, а потом все закончилось.

Я хотела сегодня вам рассказать следующую романтическую историю, но Дядюшка очень просил предупредить вас о Безумном кролике, на тот случай, если вы решитесь заглянуть к нам в город, который еще славится своими старыми трамвайчиками.

О, это очень удобный транспорт и они такие обаятельные! За небольшую монетку, отданную водителю, вы сможете попасть в любой уголок Портового города. К вашему распоряжению будут: деревянные сидения, покрытые темно-вишневым лаком, окошки со свежим ветром, блестящие натертые поручни и такой запах… сложно его передать, это и старое дерево, и море, и мастика, и нагретая на солнце латунь, и пыль. Какое-то невообразимое очарование.

Наверно, именно поэтому, Дядюшка всю жизнь проработал водителем трамвайчика, носил фирменную кепи, жал в клаксон и слушал, как звенят и шушукают все металлические и деревянные части.

Вот, сначала я вас завлекла, а теперь строго предупрежу. Если вы, стоя на остановке, увидите, что из окна приближающегося трамвая торчит белое длинное ухо – не смейте садиться в этот транспорт! Я уверена, что за рулем окажется Безумные кролик. Никто не знает, имеет ли он права и работает ли он официально в бюро транспорта, но то, что он творит на дорогах – ужаснейший кошмар. Его дребезжащий трамвай носится на дикой скорости, всех подрезает, обгоняет и иногда, выскакивает на обочину. А сам кролик при этом хохочет, как сумасшедший. Надеюсь, вы меня поняли, а что с вами произойдет, если вы все же зайдете в тот трамвай, боюсь, никому будет неизвестно.

Я долго оттягивала этот момент, но раз уж история почти про меня и о Портовом городе, мне придется затронуть тему… о том, кто такой Человек-Тень и что он сделал со мной.

Как бы начать?

С одной стороны, надо бы с самого начала, с того момента, когда все началось, но если позволите, я пока отложу очень непростой для меня рассказ.

Когда я говорила, что не рисую красками, это была отчасти правда, так как иногда мне приходилось брать в руки цветные карандаши, чтобы стать палачом. Я не нахожу жертвы, они сами находят меня, как бы далеко я не сбегала, где бы я не жила. Поверьте, десять лет я скиталась в надежде, что они не смогут догнать меня, но Тень никогда не позволял мне остаться одной.

Один раз я его почти увидела. Это случилось в маленьком городке, уже стемнело и ко мне в очередной раз прямо на улице обратились с фразой о том, что их послал Человек-Тень. Это было немного странно, поскольку, обычно, они находили меня дома. Поэтому я быстро спросила их, где тот, кто рассказал обо мне. Дряхлый пикси махнул рукой в сторону узкой улицы и там, около стены, действительно виднелся темный силуэт.

Я побежала.

Он это заметил и рванул вниз по улочке, перепрыгивая на ходу через мусорные баки. Впервые я увидела его, пусть в плаще и только со спины, но я не могла упускать шанс и бежала со всех сил. Он был быстрее. Темно, вещи под ногами, испуганные кошки, брызги от луж.

Задыхаясь и морщась от боли в боку, я громко закричала:

– Постой! Я только хочу спросить! – и не в силах дальше бежать, ухватилась рукой за влажную каменную стену. – Спросить… за что… за что?

Фигура в темном плаще исчезла. Он существует. Я видела его.

А потом я вернулась к пикси, который с надеждой в глазах ждал меня.

Понимаете, самое страшное то, что они все благодарили меня.

Говорили спасибо. Мне. Их убийце.

– Йованка, ну признай, что ты меня просто нарисовала! – рыдало привидение истеричным голосом.

«А-а-а, да сколько можно!»

– Я тебе тысячи и тысячи раз повторяла! А ну, брысь, от кастрюли!

– А нам еще грога!

– И сидра!

– А мне кусок пирога!

– А я хочу булку!

Дядюшка мягко погладил мою руку с грозовыми тучами:

– Давай, я отнесу.

– Вы мое спасение, – улыбалась я старому еноту среди нашего шума.

Дверь сильно хлопнула:

– А вот и я! У меня незабываемый анекдот!

«Ох, еще и Тимо. И что ему у себя в лавке не сидится».

– Йованка-а-а… почему ты меня не слушаешь? – висело у меня на ноге пьяное привидение и икало.

– Значит так, собрались как-то тролль, пикси и лис…