Ярослав с дружиной выполняет приказ князя. Чтобы спасти свои земли от набегов кочевников с юга, они должны сжечь ближайшие луга и леса.
Пожар охватил лес и все ближайшие луга. Безжалостный огонь сжег все. Лишь небольшие участки леса и одно старое озеро остались нетронутыми языками пламени.
Недалеко от этого странного места отряд наемников выполнял приказ князя.
– Может хватит? – молодой солдат снял шлем и положил на обгоревшую траву, в руке он сжимал тлеющий факел. – Жалко мне их, – парень посмотрел на сотни обгоревших позади него деревьев.
– Приказ есть приказ. Что велено то и исполняем, – густобровый и усатый десятник положил руку на плечо молодого война и опустил свой факел поджигая еще не тронутую траву.
Рядом появился третий наемник и сказал:
– Как говорила моя бабка, сухое сожжешь, новое вырастит! Будет еще зеленее! – рыжий воин пожевывавший колосок, ухмыльнулся и зашагал в своих узорчатых сапогах за воеводой. Который уже начал окрикивать остальных наемников, подзывая с обочин к дороге.
Ярослав устало вздохнул. Перед его глазами возникли образы детей и жены. Затем он вспомнил кочевников, которые совершали набеги пока князь отправлял их в соседнее княжество решать свои недомолвки с братом. Вспомнил сожженную дотла родную деревню, когда они вернулись на свою землю.
Молодой воин сжал обугленный кусок земли вместе с травой и бросил его в сторону загорающегося полеска. Надел свой вытянутый шлем. Поднял расписной щит и, взяв поудобней факел, зашагал в сторону кричащего воеводы.
Небольшая дружина была послана, чтобы сжечь ближайшие к границе поля и леса, где сейчас властвовали кочевники с юга. Воинов не хватало, так как большую часть князь отправил на войну с соседями. Кто ж знал, что пустынники окажутся так скоро в их родных краях. Не просчитал князь, не просчитал…
Цена этому была велика. Десяток сожженных деревень и одно портовое поселение.
– Родомир, сколько еще? – воевода, устало облокотился о здоровенный меч, воткнутый перед ним в дымящуюся землю.
– Ну, это… – самый младший из дюжины достал сверток бересты и развернул, учено всматриваясь в него. – На юг, похоже. Так точно, на юг! – паренек прятал глаза от чернобрового десятника явно сомневаясь в точности сказанного.
– На юг, значит на юг, – старший, рывком выдрал из земли двуручник и закинул его на наплечник, тот неприятно звякнул.
Двенадцать факелов двинулись на юг по вытоптанной сотнями коней дороге.
Ночь только входила в свои права.
Бледный свет луны пытался поспорить со светом пылающего огня, охватившего соседние поля и полесок. Но ему это так и не удавалось. Слабый бледно-голубой свет луны тонул в оранжево-красном зареве огня.
Когда дружина свернула на тропу и, спустя несколько часов, подошла к сосновой роще их окутал холод. Показалось будто огонь факелов стал холоднее.
Наступила ночь.
Оглушительный вой разогнал слабое потрескивание огня и легкий шепот отряда, пробирающегося по тропе в лес.
– Ей Богу, леший накликал. Помереть всем, как пить дать! – долговязый дружинник заметно начал трястись, сжимая двумя руками факел и поднося его ближе к испуганному лицу.
– А ну, хватит! Дуру пускать! Вы что, бабы сельские?! – воевода шел один без факела и, казалось, его глазам не нужен был свет, чтобы видеть в ночном лесу. Может он знал его еще с детства, бегая здесь еще мальчишкой. А может помнил те годы, когда был егерем.
– Эту волость не тронем. Пройдем по тропе мимо озера и сожжем там полесок, как в бересте написано, так Родомир? – старший обернулся и посмотрел на картографа. Глаза десятника были черны как ночь.
Паренек затараторил оберег и начал оглядываться по сторонам ища поддержки в напарниках. Те начали делать то же самое.
Долговязый, перечислив имена богов, сплюнул и заявил:
– Озеро проклято воевода, проклято! Давайте воротимся назад, покуда головы целы.
Дружина остановилась посреди чащи, высокие стволы которой стрелами уходили в ночное небо, где озаряемая пламенем плыла полукрасная луна. Запах соснового леса смешался с дымом от пожара.
– Проклято, проклято… – зашептались вокруг.
– Ану цыц! Вы что, дети малые? Сказки сказками, а работа работой! Вам семьи ваши не жалко, жен ваших?! Односельчан и братьев ваших. Детей! Которых сожгли лихие песчаники?
Все замолкли. Рядом завыли волки. Снова вернув страх в глаза наемников своим воем.
– Родомир, – один из солдат подошел к бледному парню, сжимавшему факел и прячущему руку под плащ. – Да у тебя кровь! Что случилось, брат?
– Берестой ободрал, когда доставал. Простите, простите меня окаянного! – парень повалился на колени и заревел, схватившись за голову.
Среди молчаливых сосен, серыми шкурами, замелькали волки. Из кустов стал доноситься рык.
– Ра-а-а-звернулись! – крикнул воевода, расталкивая широкими плечами наемников, жавшихся к нему все ближе. – Ко-о-о-льцом!
Зазвенел скрежет метала доставаемого из ножен. Застучали удары щитов о щиты.
– На-а-а, шаг ра-а-а-зойтись! – наемники не уверено шагнули в стороны друг от друга прижимая к себе холодные щиты.
Старший пинком вернул Родомира в реальность. Хныкающий парень, тут же вскочил и занял свое место, сжимая трясущимися руками меч.
Факелы наемники воткнули перед собой в землю.
– Я.. я говорил все помрем. Ребятушки! Все кости эти твари обглодают. Ай не хочу помирать здесь! – долговязого трясло как в самую лютую зиму. А лязг его зубов не внушал отваги стоявшим рядом.
Первые три волка выскочили справа и накинулись на толстого наемника, зазевавшегося на факел перед собой.
Они, пуская слюну пытались укусить мясистого воина, но железные доспехи и звенящая кольчуга не давали это сделать. Что и спасло ему жизнь. Кода один из хищников почти добрался до горла его пасть сбил размашистый удар меча.
Двое других, заскулив, бросились обратно в ночь, скрывшись в кустах.
Вокруг стоял запах крови и сажи, принесенной с соседнего леса. И страх.
В это время остальные волки заходили с других сторон окружая наемников.
Ярослав, спасший толстяка, помог ему подняться и бросился к остальным.
Стройного кольца уже не было. Скорее полумесяц блестел отражением ударов мечей, добавляя шум и смерть в уже спящий лес.
Ярослав с одним из наемников подбежали к своре что-то разрывавших волков. Отогнав их мечами и факелами, они обнаружили Радомира. Что это именно он. Они поняли по его доспехам и разбросанным рядом свиткам бересты.
Волки становились все отчаянней, воздух кипел запахом крови. Треть наемников слегла или стала кормом, остальные отчаянно сопротивлялись.
Люди уже выбивались из сил и привычное руке оружие, становилось кузнечным молотом в руках ребенка.
Окончательно нарушил шум – рев. Он тяжелой волной пришел из-за соседних деревьев.
Волки заскулили и, огрызаясь, начали оттаскивать пару трупов в темноту. Солдаты на секунду выдохнули и опустились на землю, тяжело дыша. Кто-то бросил меч. Кто-то положил рядом тяжелый, неподъемный щит. А кто-то и во все лег на землю, закрыв глаза красной рукавицей.
Но спустя пару минут из мрака, ревя и ломая ветви, вышел бурый медведь. Под два метра ростом. С опаленной местами шерстью и длинными когтями. Его морда искажалась рыком похожим скорее на крик. Он рычал и упрямо шел с налитыми кровью глазами на поредевшую дружину.
Может он пришел на шум. Может на запах крови, а может и вовсе, по другой, личной причине.
Трое трясущихся солдат сбились в кучу и замерли как вкопанные, вскинув короткие мечи и прижав к себе щиты. Долговязый стоявший посередине закрыл глаза и нервно взглотнул. Уже представляя как его сминает убийственная лапа медведя.
Но когда он открыл глаза, то увидел перед собой воеводу, вскинувшего огромный двуручник запачканный кровью и шерстью.
Чернобровый командир содрал с себя шлем и кинул его в сторону волков, оттаскивавших тело Родомира в темноту ночного леса.
Его один глаз заплыл, а на пол лица был страшный шрам от когтистого удара.
– Ну что, косолапый вот и встретились? – медведь ничего не ответив обрушил удар на воеводу.
Ярослав в это время оттаскивал раненого друга в сторону, когда услышал крики людей.
Он положил толстяка возле дерева и схватил меч со щитом, обернувшись. Друг успел схватить его за руку и крикнуть:
– Не надо, Ярик! Они мертвы, как и я. Уходи, бросай все это к чертям! – из уголков его рта побежала струйка крови.
– Если не кочевники и зверье, так сам князь изведет поборами. Уходи в Заречье, там тебя… – солдат захрипел и начал кашлять.
– Успокойся, не разговаривай. Я тебя обязательно от сюда вытащу. Только помогу ребятам, – он собрался было кинуться в сторону бойни, но его остановили появившиеся в кустах горящие глаза зверя.
Это были волки. Серые, уставшие, все в ранах. От их шкур струился пар, а с зубов капала свежая кровь.
Они бросились к дереву, где лежал раненый наемник, но Ярослав перехватил их, отогнав размашистыми ударами меча.
– Тебя на долго не хватит. Уходи, брат…
– Я нас вытащу, просто держись, – он отбил бросившегося волка щитом.
Другие обошли его со стороны и атаковали стаей.
Ярослав увернулся от одного, а другого полосонул по шкуре блестящим мечом.
Завыв, зверь поник, уткнувшись мордой в холодную землю.
Из кустов выбежала еще пара волков.
Ярослав скинул шлем и отцепил ножны, чтобы быть более подвижным и не так быстро уставать. Взял поудобней щит и приготовился к новому бою.
Но волки чего-то ждали. Они ждали своего вожака.
Ярослав почуял как страх, который он до сих пор игнорировал, без приглашения вошел в его избу, сел за его стол и взглянул ему прямо в глаза, своими иссиня-черными.
Огромный волк или что-то похожее на него, вышло из чащи. В зубах зверь держал чью-то оторванную руку.
Он, точно ухмыльнувшись, блеснул единственным глазом, выплюнул конечность в сторону и бросился на Ярослава.
Парень попытался прикрыться щитом, но от удара он разлетелся в щепки. Зверь повалил воина и защелкал пастью, пытаясь дотянуться до шеи. Но вовремя вскинутая рукоять меча помешала ему окончить бой.
Рядом раздался всхрип после которого послышался хруст костей.
Ярослав ударил эфесом волка в морду и скинул замешкавшегося зверя в сторону.
Волк тут же вскочил на ноги и закружил вокруг своей жертвы, чуя свежую кровь.
Вожак кинулся на Ярослава, но тот отмахнулся мечом. Еще и еще воин взмахивал мечом стараясь задеть волка. Но зверю удавалось уворачиваться от ударов и делать новые выпады в попытке укусить своего оппонента.
Наемник вскользь оглянулся, но его друга уже не было. Около дерева осталась лишь часть тряпья и большая лужа крови.
Ярослав закричал и яростным ударом обрушился на волка. Зверь изогнулся и прыгнул на парня проминая ударом лап его нагрудный доспех, и разрывая звенья кольчуги.
Но этот прыжок дорого ему стоил. Зверь получил тяжелую рану и после своего последнего выпада тут же упал. Вожак волков дернул головой, чтобы видеть своего противника. И встретить смерть лицом к лицу.
Воин сжал зубы и, убрав с лица взмокшую прядь волос, шагнул к зверю собираясь оборвать его жизнь.
Ярослав вскинул в последний раз свой меч и приготовился обрушить его на раненого зверя.
– Постой, – раздался рядом чей-то голос. – Убить, может каждый. А оставить в живых, нет.
Парень заморгал и потряс головой. Ему казалось, что голос звучит прямо в его голове.
Ярослав посмотрел на злобно скалившуюся морду волка. Он поверить не мог что животные могут говорить. В глазу зверя пылал огонь. Если бы у него остались силы, то он обязательно попробовал бы вцепиться Ярославу в горло.
– Обернись, – кто-то хохотнул за спиной воина.
Наемник обернулся и выставил вперед запачканный кровью меч.
– Волки разговаривать не умеют. Но могут многое сказать своими глазами, если попытаться в них заглянуть, – стройная девушка в одном льняном платье сейчас стояла перед Ярославом и мило улыбалась.
Лунный свет нежными лучами касался ее фигуры и робкими бликами пробегал по рыжим волосам.
– Ты очень устал, наверное, храбрый воин, – она подошла и присела рядом со зверем, положив ладонь на его рану. Волк прикрыл глаз и тяжело задышал.
Ярослав не мог оторвать взгляда от этой незнакомки. Он заметил в ее волосах белые кувшинки, что завораживающе светились серебром.
Девушка нежно собрала волосы и переложила их на другую сторону, показав тонкую шею. Встав, она посмотрела в глаза Ярославу и нежно сказала:
– Идем, – девушка аккуратно взяла его за кольчужную перчатку, которая был забрызгана кровью. Другой рукой она забрала у него меч и откинула оружие в сторону.
Они не спеша пошли по бегущей рядом тропинке.
Сучья деревьев царапали и скребли по тяжелым доспехам Ярослава. Но когда девушка оглядывалась, крепка держа его за руку, парень тут же забывал о любых неудобствах и продолжал следовать за ней вглубь чащи.
Спустя время они остановились. Девушка закружилась и засмеялась.
– Ты умеешь танцевать? – ее тонкий голосок лился точно песня.
Ярослав был словно в тумане. Все происходящее казалось ему сном.
– Я могу тебя научить! Ты только сними сапоги, чтобы не затоптать траву, пожалуйста.
Парень покорно стянул грязные сапоги и откинул их в сторону. Босыми ногами он ощутил мягкую летнюю траву.
Девушка подхватила его, и они закружились в танце. Лес кружился вместе с ними. Запели птицы. Рядом с деревьями замелькали светлячки.
У Ярослава кружилась голова от происходящего. Но он продолжал смотреть в ее глубокие серые глаза. Что с первого ее появления больше не позволяли ему отвести взгляд.
Девушка прижалась к воину и обняла его. Он испугался, что может испачкать ее и быстро снял грязные перчатки, бросив их на землю. Затем Ярослав нежно обнял ее хрупкое тело, и они продолжили кружиться в танце дальше.
Когда танец закончился девушка отпрянула и легонько засмеялась обнаружив, что ее белое платье все же испачкалось.
Незнакомка схватила наемника за руку, и они отправились дальше по тропинке в чащу леса.
Ярослав ощущал холод ее руки. Но стоило девушке оглянуться и посмотреть на него своими серебряными глазами. Как ему сразу же начинало казаться, что нет огня сильнее, а холод ему лишь мерещится.
Когда они вышли на небольшую поляну девушка весело подбежала к парню. Но затем погрустнев сделала пару шагов назад. Она украдкой взглянула на его покореженный нагрудник и порванную кольчугу.
Ярослав тут же отстегнул кожаные ремни и грязный доспех тяжело упал на чистую траву. Он снял с себя кольчугу, оставшись лишь в длинной рубахе.
Девушка радостно подскочила к нему и обняла. Поцеловала Ярослава в щеку, а потом закружилась в танце вокруг.
Воин смотрел как ее волосы развиваются при свете луны, как ее легкое платье вздымается и ее изящные ноги аккуратно приминают траву.
Он улыбнулся. Заметив это, девушка засияла. Она взяла его за руки, и они покружились. Потом девушка отошла от него на пару шагов и скинула с себя платье, обнажившись.
Ярослав отвел взгляд. Но девушка подбежала к нему и коснулась мягкими ладонями его лица. Повернула его голову в свою сторону и, улыбнувшись, указала пальцем ему за спину.
Парень обернулся и увидел озеро. Оно возникло словно из неоткуда. Тихое, холодное озеро молчаливо чего-то ждало. Его гладь серебром играло с луной от чего на поверхности водоема то и дело возникали яркие отблески.
Ярослав разделся. Взявшись за руки, они не спеша вошли в воду.
Приятно теплая вода окутала их тела пуховым одеялом.
Девушка ударила ладонью по воде, и струйка брызг обрызгала парня. Он рассмеялся и сделал то же самое.
Они плавали, купались и ныряли, наслаждаясь тихой ночью.
Ярослав догнал ее на середине озера, схватил за талию и прижал к себе.
Сейчас он не замечал сотни глаз, смотрящих на них. Не замечал звуки голосов, доносящиеся с противоположного берега. Он смотрел только в ее пепельного цвета глаза.
Парень хотел ее поцеловать. Но когда он наклонился к ней девушка тут же нырнула, уйдя под воду. Перед Ярославом остались лишь пару кувшинок из ее рыжих волос.
Она вынырнула около другого берега и засмеялась, водя тонкими руками по воде и подзывая к себе Ярослава.
Ярослав улыбнулся ей в ответ и быстро переплыл оставшуюся часть озера, оказавшись рядом с девушкой.
Взявшись за руки, они вышли на другой берег. Аккуратно поднялись по склону и встали около ряда странных деревьев.
Девушка отпустила парня и закружилась около стволов то прячась, то показываясь из-за них.
Парень счастливо улыбался. Сейчас он уже не думал ни о чем, кроме загадочной незнакомки.
Девушка поманила его на одно пустое место среди ряда деревьев.
Когда он подошел она обняла его за плечи и поменялась с Ярославом местами, нежно сказав:
– Спасибо тебе, – она поцеловала парня в губы. Его глаза засияли, а тело перестало слушаться словно окаменев.
Он не чувствовал больше ничего кроме прикосновения ее губ. И теперь уже своих корней, длинных ветвей и распустившихся широких листьев.
Девушка наклонилась и всмотрелась в часть коры отдаленно напоминающее лицо. Провела по нему нежно ладонью и сделал так же с соседними деревьями.
Все лица влюбленно смотрели ей в глаза и ветвями пытались обнять, дотронуться. Так же и Ярослав тянул свои ветви к лесной наяде. Он кричал ей шорохом своих листьев. Кричал всеми силами, но она уже не слышала его. Она все читала по его глазам и улыбалась в ответ, кивая.
Наяда, спускаясь к озеру, проводила ладонью по соседним деревьям, стараясь улыбнуться каждому.
Встав перед озером, она на мгновение замерла, а потом медленно стала погружаться в него. Когда ее волосы коснулись воды она повернулась и еще раз улыбнулась всем. Всем, кто стоял на том берегу. После чего скрылась в озере. Скрылась ровно в тот момент, когда первый луч рассвета коснулся его серебряной глади.