<p>Кайла Май</p> <p>Макс</p>

15 лет назад…

– Привет ;) Не сочтите за наглеца, что так бестактно влез к вам, но вы не можете себе представить, насколько меня поглотила скука, и насколько мой хрупкий организм и ранимая душа ждет общения, может вы согласитесь мне помочь обрести интересного собеседника?

Я открыла желтое мигающее окно одного из самых распространенных на данный момент компьютерных мессенджеров и прочитала пришедшее сообщение.

Ответила банальным “привет”. У меня не было настроения. Таких знакомящихся ко мне добавлялось много и довольно часто.

– У меня белая зависть – всегда хотел себе голубую кепку. Ни в одном магазине не нашел!

Я посмотрела на свою аватарку. На ней я была в кепке и смотрела куда-то в сторону. Немного удивилась. Таким образом со мной парни еще не знакомились. Обычно все начинали свое сообщение со слов “привет, как дела”, а тут выражали заинтересованность вовсе не во мне, а в голубой кепке, которая виднелась на моей аватарке.

Оставить сообщение без ответа я не могла, поэтому ответила о том, что такую кепку купить нельзя, так как она призовая, досталась от известной табачной компании, организовавшей акцию – “купи нашу продукцию и получи купоны”, которые затем можно обменять на различные призы. Объяснила собеседнику, что кепка досталась в обмен на купоны.

– О, так ты куришь? – ответил он и поставил грустный смайлик.

И вновь пришлось объяснять, что кепка не моя, а парня моей сестры, который получил эту вещь по акции. А кепку эту просто давал мне поносить некоторое время, пока мы отдыхали все вместе на море.

Я всегда считала, что нужно говорить правду, ни капли её не приукрашивая, поэтому с упорством объясняла ситуацию и доказывала, что не курю. Это и на самом деле было так.

Виртуально выдохнув от облегчения, парень представился:

– Макс!

– Алина, – ответила ему.

Он сразу заинтересовал меня своей необычностью и неординарностью. Рассказал, что живет в северной столице нашей страны, работает на телевидении сценаристом новостей. Для меня все это было настолько невероятным! Сама я из провинциального городка и в столице, пусть и северной, никогда не была. Это казалось мне чем-то необычным и недосягаемым. Доход моей семьи был небольшим, хватало только на еду и самую необходимую одежду, а тут появился такой видный парень, который показал свою заинтересованность.

Судя по фотографиям его профиля, молодой человек следил за собой – красивый накаченный торс и приятная внешность радовали глаза. Таких симпатичных парней я еще не встречала, и уж тем более с такими не общалась лично.

– А я увлекаюсь гонками, – написал он мне в очередном сообщении.

– Как это? – не поняла я.

– Гоняю по улицам ночного города, – ответил Макс. – Скорость – моя слабость, поэтому в любви мне не везет, ни одна девушка не решается тратить свои нервы. Ты умеешь водить?

– Нет, – ответила ему.

– Садись, я тебя научу.

Не поняв, о чем идет речь, я написала простое “Ок”, после чего Макс продолжил:

– Вот это педаль газа. Это ручник. Нажимай плавно на педаль, Алина.

Присоединившись к этой игре и подключив воображение, я согласно отвечала на сообщения и представляла, как еду в крутой тачке по ночным улица огромного города, как бесконечные огни домов и ярких рекламных вывесок мелькают в окне спорткара.

– Одну минутку, начальник пришел, – написал Макс. И через шесть минут добавил. – Я тут. Получил премию, юхууууу.

– Поздравляю, – написала ему и добавила улыбающийся смайлик.

– Спасибо. Ты первая после начальника, кто меня поздравил. Чем планируешь заниматься сегодня вечерком?

– Дома буду сидеть.

– Почему дома?

Пришлось объяснить парню, что гулять мне не с кем, что живу в таком городе, где девушки особо не гуляют, а сидят дома. Таковы нравы и обычаи нашего маленького городка.

– Тогда я сегодня покатаюсь для тебя и за тебя, – написал Макс, после чего мы попрощались.

На следующий день парень снова мне написал, и я спросила его о том, как прошло катание на автомобиле.

– Отменно! Великолепный Питер предстал вчера во всей красе. Я катался по набережной Невы. Незабываемые ощущения, особенно ночью! Это было потрясающе! Огни домов и Троицкого моста (самый красивый мост) были рассыпаны по глади воды – это супер! Огромная скорость, пейзаж сливается, и получается множество невообразимых даже для самого величайшего фантазера оттенков…

– А ты вчера не забыл, что ты за меня и для меня катался?

– Нет, поэтому и прокатился по самым красивым и впечатляющим местам. А сегодня у меня гонка самая страшная и опасная. Меня всего трясет.

– Почему страшная? Что за гонка?

– Во-первых – сейчас лёд, во-вторых – на крутых поворотах. И у меня разбита фара одна.

– Ты с кем будешь? – спросила его с волнением.

– С пятью самыми крутыми стритрейсерами Питера.

– Сегодня?

– Да, в час ночи.

– Теперь я спать не буду, – ответила ему. Парнишка мне понравился, и я стала переживать о нем. Гонки – это не шутки, тем более по скользкому льду.

– Мне самому страшно, я только сейчас понял, на что пошел.

– А может не поедешь?

– Не могу, я об этом мечтал. И уже согласился.

– И долго это будет длиться?

– Часа три, может меньше. Смотря как проеду. Это страшно. Я летом попробовал проехать по таким правилам, потом недели три в коме пролежал – вылетел через лобовое стекло. Но я заново сел за руль. Впрочем, это и отгоняет от меня девушек, они говорят, что нервы сдают. А я не знаю, как заставить себя полюбить жизнь и не рисковать ею.

– Дай свой номер телефона, – попросила его.

– Будешь мне звонить? – виртуально улыбнулся Макс.

– Ну, на звонить мне денег не хватит, а писать буду.

Мы обменялись номерами телефонов. Все это было настолько невероятным! Симпатичный парень, со своей машиной, да еще и участник гонок. Все это словно из какого-то фильма.

– Только в дороге я отвечать не буду. Выживу – обязательно напишу свои ощущения. А еще я расстроенный пойду за руль.... Вот не ожидал я такого вечера.

– Прям сразу пиши! – попросила его. – Хоть ночью, все равно пиши! А почему расстроенный?

– Потому что есть человек, который сегодня был мне нужен, а она забыла про меня, хотя знает, что будет гонка. Разочарован я в девушках.

– Бывает, – ответила ему одним словом, так как совершенно не умею подбирать ободряющие слова.

– Я тебе первой напишу смску, как проеду.

– Надеюсь, что не забудешь!

– Тебя – нет.

– А ты в машине один будешь?

– Конечно.

– А можно, чтобы с тобой кто-то рядом сидел?

– Хочешь сесть со мной рядом?

– Ну, можно?

– Я бы не стал брать на себя ответственность за жизнь еще и другого человека.

– А вот если бы я была твоей девушкой, я бы с тобой села! Одного не пустила бы.

– Ты очень милая, Алина. Была бы ты моей девушкой, я бы не рискнул твоей жизнью.

– А я бы рискнула, лишь бы быть с тобой.

Я ответила ему совершенно искренне. Макс очаровал меня своей необычностью и неординарностью и, сам того не зная, завоевал частичку моего сердца.

– Спасибо, даже не знаю как реагировать, – ответил он. – Но теперь я почти счастливый.

– Если ты мне смс не напишешь, то ровно в четыре часа утра я сама напишу!

– Я напишу. Постараюсь.

Весь вечер я переживала, а ночью просыпалась и смотрела на экран телефона в надежде получить сообщение. Благодаря заранее включенному будильнику, в четыре часа утра написала ему смс. В ответ пришло сообщение: “я в больнице, завтра расскажу”.

Моему волнению не было предела! Весь день я ждала в интернете, что он придет и все расскажет. Наконец, поздним вечером следующего дня он вышел на связь.

– Да все нормально :) Проехал. На финише когда выходил, меня олух один задел, откинул прямо на стекла. Себе живот распорол. Но все нормально :) Рану уже затянули, зашивать ее я отказался.

– А родители твои как относятся к этому?

– Жутко расстраиваются.

– Ты себя хорошо чувствуешь?

– Неа. После уколов всякие картинки перед глазами, но жить буду. Сейчас в полулежачем состоянии, и так дней двадцать, если не больше.

С этого дня мы стали общаться постоянно. Если не переписывались в мессенджере, то общались через смс-сообщения на телефоне. Я каждый день ходила на учебу и с нетерпением ждала окончания дня и наступления вечера, чтобы пообщаться с Максом. Он говорил, что у него есть девушка из другого города, что он ждет ее в интернете по вечерам, чтобы поговорить. Это меня немного расстраивало, но я не подавала вида. У них были какие-то проблемы, недомолвки и в один прекрасный день Макс написал мне:

– Теперь моя голова забита тобой.

Я едва не подскочила со стула от радости! Это было так приятно и невероятно.

– Ты бы меня сейчас видел! – написала ему.

– А какая ты сейчас?

– Рот до ушей, – улыбнулась ему смайликом.

– У меня такой же был, когда смски от тебя получал, – улыбнулся он в ответ. – У тебя есть особенность – ты загадочно умеешь поднимать настроение. И вообще ты прикольная! Кстати, у тебя улыбка такая красивая, задорная и детская. Смотришь, и сам улыбаешься.

После моих слов благодарности, Макс добавил:

– Я пришел к ней, а болтаю с тобой. Забавно. И понимаю, что, все же, пришел больше к тебе.

В моем сердце распустились цветы и запорхали бабочки от таких слов. Потихоньку я начинала влюбляться. Да что уж там говорить – я влюбилась! Мы общались с Максом постоянно. Иногда он пополнял баланс моего телефона, чтобы я могла писать ему сообщения в течение дня. Я была счастлива, получая от него ответы. Мое сердце билось быстрее, когда звучал музыкальный сигнал на телефоне. Макс всегда мог поднять мне настроение, рассказать какую-нибудь интересную историю, а я в ответ тоже делилась своими моментами из жизни. Я раскрылась и стала общаться с ним не настороженно, как это было раньше, а со всей душой и любовью.

В один из дней он решил пооткровенничать со мной:

– Хочешь, я кое-чем с тобой поделюсь.

– Давай.

– Только это между нами :) Я об этом обычно не говорю и поэтому прошу больше эту тему не трогать. Я папа. Точнее был. У меня была девушка, я ее не любил, и она меня тоже. Но у нас родился сын, по неаккуратности. Я стал папой в 18 лет, и это было потрясающее чувство.

– А потом?

– А потом она нас бросила. Оставила меня на руках с ребенком, которому года не было. Но я любил его безумно! Я воспитывал его и без мамы. А в полтора года я попал в аварию вместе с ним, и он не выжил. Я никогда не думал, что проживу дольше своих детей. Это не представить, это очень тяжело. Я думал, что свихнусь, но справился и удержался, хотя стоял на краю, на грани. Не раз думал, что не смогу, но ни разу не думал, чтобы умереть. Я просто решил жить для сына, а потом постепенно начал улыбаться. Сначала неуклюже, наигранно, а потом улыбка спасла. Хотя я не трогаю эту тему, я скрыл это в глубине памяти.

Макс отправил мне фотографию своего улыбающегося малыша, и я разревелась. Стало больно от его беды. Я скачала эту фотографию себе на телефон и с тех пор периодически ее разглядывала со слезами на глазах.

Макс раскрывался каждый день с новой стороны. Он был очень позитивным и жизнерадостным человеком. Но грусть иногда проскальзывала в его сообщениях. А еще боль. Правда, он списывал это на свою рану, которая тяжело и долго заживала. Несмотря на то, что мы стали духовно близки друг к другу, голосом не общались. Он не звонил, только писал. А я сама позвонить ему боялась. Одно дело, когда ты прячешься за монитором и пишешь сообщения, и другое – когда общаешься голосом. Это меня пугало.

Всю свою небольшую стипендию я тратила на интернет-карточки. Весь интернет с карточек я тратила на общение с Максом. Когда не было денег на карточки, я подключала интернет через стационарный телефон. Но это было дорого. Мама вовсе не радовалась огромным счетам за интернет.

Я поделилась с Максом своими написанными стихотворениями, а он поделился со мной своей записанной песней. Я слушала эту песню и не могла пошевелиться от восторга. Идеальный голос! Мне казалось, что все это сон, что так не бывает. Красивый парень. Талантливый. Добрый. Интересный. И проявляет ко мне симпатию. Я писала для него тексты, он обещал записать с этими словами песни.

Я дорожила нашими отношениями и боялась, что они разрушатся как хрустальная ваза от одного неловкого движения. Макс называл меня любимой сестренкой, а я его братиком. Но сама втайне плакала, когда он писал про других девушек. Плакала от того, что понимала, что нам не быть вместе. Несколько раз писала ему якобы в шутку, о том, что приеду в Питер. Он также в шутку отвечал “приезжай, устрою тебе экскурсию”. Особенно расстроилась, когда сообщила Максу, что летом уезжаю поступать учиться в другое заведение в очень далекий город. Он ничего не ответил на это и продолжил писать веселые шутки. Мне же стало грустно. Увидев мою реакцию, парень стал расспрашивать, почему я расстроена. Пришлось признаться, что мне грустно от того, что нам никогда не увидеться.

– Я возьму командировку к тебе :)

– Когда это будет?

– Да в любое время :) Как только расхожусь.

– Ладно.

– Что ладно? Я лучше у вас погуляю, чем у нас.

Мне не хотелось ничего отвечать, но Макс не успокаивался.

– Алина, что с тобой такое?

– Нервы. Экзамен скоро и всё такое, мне просто надо отдохнуть от всего, – написала ему, вытирая свои слезы, которые не прекращали литься.

Я влюбилась. И мне больно от этого. Он далеко. Я далеко. А скоро уеду еще дальше.

– Солнце, я же не дурак.

– А что мне еще сказать?

– Что сейчас с тобой? Логически – твое настроение испортилось с меня. Значит, тут замешан я.

– Я объяснила уже.

– Я тебе сказал, что приеду.

– Да. Можно я пойду спать? – наше общением за компьютером всегда проходило в вечерне-ночное время.

– И почему твое настроение продолжает быть таковым?

– Ну а что я поделаю? – мне не верилось, что он приедет.

– Обрадуешься :) Не каждый братик поедет навещать сестру, дабы ее веселить и наслаждаться ее улыбкой :)

– Просто я не верю, не может быть такого, – призналась ему.

– Вот с этого и начинала бы. Научись верить в хорошее. Я приеду и тебе объясню, что нужно людям верить.

– И никому не верь....только себе, – процитировала ему слова из собственного статуса, установленного в мессенджере.

У меня было разбито сердце не так давно. Несчастная любовь и все такое, поэтому я не стремилась верить каждому встречному. Но с Максом оплошала. Я верила каждому его слову. Я полюбила все эти буковки и смайлики, которые он мне отправлял. Я полюбила.

– Не верить людям – не верить себе, – прислал он мне.

– Верить людям – убивать себя, – парировала ответ.

– Не верить – ты убиваешь себя больше, не веря – ты убиваешь надежду.

– А будешь верить – эту надежду убьет кто-то другой, – стояла я на своем.

– Нет уж, милая. Ты сама внушила себе, что счастье свое потеряла! Только ты сама.

– Значит я плохой человек.

– Ты хорошая. Просто нужно быть сильной, солнышко. И верить в добро. В конце концов, "то, что нас не убивает, делает нас сильнее". Вот если сейчас взять себя в руки, сказать, что жизнь не закончилась, и улыбнуться, тогда я уйду спокойно спать, зная, что моя любимая сестренка в хорошем настроении, и я буду писать песни только для того, чтобы послать ей диск, а она будет писать мне тексты.

Макс смог меня немного успокоить, и я сделала вид, что снова в хорошем настроении, но на сердце было тяжело.

– Ок, пошли спать. Только ты мне пообещай, что все теперь хорошо?

– Да, хорошо все.

– Скучаю без тебя, солнце. И днем очень скучал и хотел пообщаться с тобой :)

Макс потихоньку выздоравливал после аварии на гонках, вернулся к работе. Мы продолжали общаться. Он рассказывал про города и страны, в которых бывал, про свою маму, которой часто помогал печатать какие-то документы, про своих друзей.

Я готовилась к выпускным экзаменам, писала дипломную работу. Иногда я писала для себя заметки, выливая на бумагу все чувства:

“Я схожу с ума. Я испытываю такие необыкновенные чувства к Максу, я просто не понимаю, что будет дальше. Он спокойно относится к тому, что я говорю, что поеду в другой город. Я ему это говорю, а у самой слезы на глазах. Ведь я не смогу без него. Вернее, смогу, но точно сойду с ума. Хоть я итак не в его городе сейчас, но, все же, это намного ближе, чем будет потом. Тут хоть есть надежда. А там… Я не хочу уже уезжать, я хочу быть с ним, просто безумно хочу быть с ним. А что у него в мыслях?

Я не знаю, как быть. Я не хочу его терять, он мне очень нужен. Нужен, потому что я люблю его всем сердцем. Пусть так не бывает, пусть он не верит, но я действительно его люблю, и сомневаюсь, что будет кто-то лучше него, что я буду испытывать такие чувства к кому-нибудь другому. Мне хочется кричать, мне хочется, чтобы он, находясь далеко, услышал меня, почувствовал, как дорог мне. Если бы мы были вместе, я бы отдала себя всю, полностью, всю свою любовь, я бы никогда его не бросила, лишь бы он только был со мной. Мой любимый и родной человек. Такого больше нет в мире. И я счастлива, что сейчас мы общаемся, что сейчас я могу надеяться на лучшее. Жизнь, помоги нам соединиться.”

Смс, сообщения, смайлы, картинки… Мы не переставали общаться. Я ревновала, когда он писал про других девушек. Он ревновал, когда я писала про парней. Мы с нетерпением ждали друг друга в сети, писали сообщения на телефон. Мы улыбались и были счастливы. Периодически у Макса случался рецидив с раной, он писал, что ездит в больницу на перевязки.

Макс учил меня хорошему, просил не бояться выражать своих чувств и мыслей. Помогал в трудных отношениях с родителями, давал советы и подсказки. Я делилась с ним о взаимоотношениях со своей мамой, и однажды во время такого разговора он написал:

– Мне нужно тоже кое-что сказать моей маме, что, к сожалению, ее может уничтожить. У тебя случай из более легких. И у меня у самого не хватает решимости. Я не говорил об этом ни с кем, хотя, только лишь с одним человеком, который мне это и поведал. Никто не знает совершенно. НИКТО. Кроме меня и еще одного, ну, и бумаги это хранят.

– Что это? – спросила я с замершим сердцем.

– Я не знаю, как об этом говорить. Это вызывает слезы и жалость. Но я перешел через это, и больше не боюсь. Но я боюсь за людей, которые имеют к этому отношение. Короче, чего крутить вокруг да около…Я тебе говорил, что был избит не раз? Не раз лежал везде, где только можно.

– Да, – ответила я, вспоминая все его рассказы о себе.

– До пенсии я не доживу :)

– Что у тебя? – напечатала с трясущимися руками.

– А что может привести к не хорошему концу, так сказать, а может и к хорошему, конечно, жить-то еще долго. Но все равно меньше, чем на это способен здоровый человек.

– Что это? – повторила свой вопрос.

– Опухоль. Злокачественная. Которая может лечиться годами. Жить с ней можно. Может не так уж и долго. Но все же…

– Где опухоль?

– Сердце.

– Когда тебе сказали?

– В прошлом году, в начале. Поэтому происходят срывы, помнишь, ты как раз на него попала.

– Да, – написала ему сквозь слезы. Я вспомнила, как он однажды был в плохом настроении, писал, что у него срыв, что ему надо в больницу, что такое иногда случается. Но я не придала этому особого значения.

– Я рассказал тебе, потому что хочу совета. Стоит ли говорить родителям, или лучше все отложить, сказать потом?

– Когда потом?

– Когда начнется все это проявляться частенько. Лет через семь-восемь. Я боюсь, если я это скажу сейчас, у мамы будет с сердцем плохо. Хотя у меня мама сильная.

Этот разговор перевернул мою жизнь. Я перестала думать об экзаменах, я плакала днями и ночами, вновь и вновь выливая на бумагу свои чувства, боясь открыться Максу.

“Жизнь, ну почему ты такая жестокая? Живешь, живешь и не замечаешь, что спрятан какой-то подвох, и кажется, что все замечательно, но ты прячешь для нас подводные камни. Зачем? Скажи, зачем? Почему нельзя, чтобы все было хорошо? Почему? И вот у меня, когда вроде бы все кажется замечательным, когда я встретила самого лучшего человека, когда я полюбила его, когда я стала жить мыслями о нем одном, ты опять преподносишь мне сюрприз. Зачем? Ты лишаешь меня самого дорогого, самого любимого человека. Ты отнимаешь у него жизнь. Постепенно он угасает. И осталось ему совсем немного, как он говорит, тем более время летит незаметно. Он достоин лучшего, он достоин жизни, он достоин прожить ее долго и счастливо. Если тебе, жизнь, все равно нужны жертвы, тогда возьми меня вместо него, я тебя прошу об этом, умоляю. Возьми меня! Оставь его, подари ему себя. Он должен жить. Я свое уже прожила, я достаточно повидала. А ему надо жить, ему надо растить своих будущих детей. Ему надо любить жену, будущую свою. Ему надо жить. Ему надо быть. Поменяй наши с ним сердца местами. Отдай ему мое здоровое сердце, а мне дай его. Я выживу. Я справлюсь. Я не боюсь умирать. Но умоляю тебя, дай ему мою силу, мое здоровье, мое сердце. Это все, о чем я тебя прошу, больше мне ничего не надо от тебя, жизнь. Дай ему жить долго и счастливо. Я хочу этого больше всего на свете. Выполни мою просьбу. Прямо сейчас. Прошу тебя.”

Я молилась. Я ревела. Я просила. И продолжала улыбаться Максу смайликами и писать сообщения. А он продолжал общаться, как ни в чем не бывало. Смешил меня, рассказывал, рассказывал, рассказывал. Мы больше не говорили о его болезни. Но каждый держал это в своем сердце.

– С тобой так здорово :), – написал Макс.

– Я так ждала тебя, – призналась ему.

– Ты уже столько всего обо мне знаешь, родная мама обо мне столько не знает :)

– Тоже самое могу сказать тебе, – улыбнулась я. Я рассказала Максу о многом. Практически обо всем, что со мной было. О моей жизни, родителях, переездах, парнях, попытках изнасилования и моих попытках суицида.

– Мы тоже самое всегда друг другу говорим, особенно “спасибо”. Это традиционное :) Поэтому не будем себе изменять, спасибо, родная, что ты у меня есть :)

– Спасибо тебе, солнышко, что ты есть у меня.

– А я счастлив, что ты у меня есть.

– А я-то как счастлива :) что ты со мной.

– Значит мы с тобой оба счастливы :) Не это ли настоящее счастье?

– Это :)

Я долго решалась, чтобы признаться ему в своих чувствах. При онлайн-общении сделать это было страшно, поэтому в один прекрасный момент я отправила ему на электронную почту письмо:

“Решила написать тебе письмо. Хотя не уверена еще, что отправлю его… Но если я это сделаю, значит я безумная. Да, я по жизни безумная. Пусть это будет очередным шагом в моем безумстве. Я не знаю, я не понимаю… Ты мне очень понравился, очень, просто я не могу описать этого всего. Я, в начале нашего общения, еще когда ты называл меня сестрой, испытывала такие неописуемые чувства, я была счастлива, но в то же время была очень печальна, весь день я грустила, что ты есть такой, но не рядом. Сейчас я убиваю в себе эти чувства, притупляю их, потому что боюсь боли, боюсь обмана. Хочется верить в невозможное, но это трудно. Надо думать разумом. А разум говорит мне, что не надо отдавать себя этим чувствам, иначе потом будет очень плохо. Но несмотря ни на что, я продолжаю писать тебе смски, хотя понимаю, что это глупо, что тебе очень многие пишут эти глупые смс, что у тебя их безумное множество. Но я переступаю все принципы и продолжаю глупить, и так будет до тех пор, пока вновь не обожгусь. И тогда я пойму, что, все-таки, я глупышка. Что сказок не бывает. Что пора жить реально, а не виртуально. И я брошу всё. Но в то же время, мне стало интереснее жить с тобой. Ты стал моим гуру. У меня появились светлые надежды, вера в жизнь. И я не хочу это потерять. Я понимаю, что вирт – это вирт.

Это просто игра. И это зло. Что ни говори, это зло. Но я стараюсь видеть только добро в этом зле, и я его вижу, благодаря тебе. Спасибо. Сто раз говорю спасибо”.

– А разве ты можешь меня любить? – написал он мне после этого в интернет-мессенджере. – Ты можешь любить меня как друга, как брата :) По инету. Хотя, может твоя любовь – это в моем понимании “влюбленность”. Просто ты не видела меня, солнышко мое, ты не ставь мне цену больше, чем можно ее поставить в инете. Тем более я должен еще тебе понравиться, надо же мне к чему-то идти.

Макс не сразу ответил мне взаимностью. Я продолжала общаться, делая вид, что все хорошо, что меня это нисколько не задело. Мы продолжали писать друг другу о том, как скучаем, посылали смайлики-поцелуйчики и однажды он назвал меня “любимая”. Я не стала остро на это реагировать, боясь, что он добавит слово “сестра”. Но это не помешало мне в один из дней отправить ему свое стихотворение, которое я написала утром:

“Мне жизнь подарена судьбой,

И имя этой жизни – ты…

Мы познакомились с тобой,

Сбываться стали все мечты.

Тепло, заполнившее душу,

Мне помогло счастливой стать.

Скажу тебе – ты самый лучший,

Хочу себя тебе отдать.

Ты помогаешь мне в минуты,

Когда всё кажется плохим.

И я летаю почему-то

С тобою, лишь с тобой одним.

Тревожно сердце замирает,

Когда тебя я очень жду,

Меня любовью наполняет…

И я во сне к тебе иду.

Я так мечтаю о мгновении,

Когда увижу образ твой,

Я жду мечты осуществления,

Когда ты будешь здесь, со мной.

Когда обнимешь меня нежно,

Когда споешь мне про любовь,

Когда потом зимою снежной

Мы вспомним о знакомстве вновь…

Когда растают все печали,

Когда лишь будем ты и я,

Когда, с тобой рассвет встречая,

Я прошепчу – "люблю тебя".

– Сейчас… я прочитаю еще раз тысячу, – ответил мне Макс и прислал смайлик со слезящимися глазами. – Волшебно! Я бы сейчас тебя поцеловал, если бы не расстояние, большое спасибо. Это классно!

– В автобусе писала это утром, когда на учебу ехала, – призналась ему.

– У тебя это здорово получается – писать стихи в автобусе, это очень прикольно, я себе завидую, что у меня есть ты :)

– Солнышко мое.

– Твое.

Он потеплел. Нам становилось трудно общаться, делая вид, что мы просто брат и сестра. Ненастоящие, конечно же. Но так нам было легче писать друг другу “люблю тебя, сестренка”, “ты самый лучший братик на свете”.

Первая ссора у нас произошла, когда я спросила, в год кого он родился.

– Трудный вопрос :), – ответил Макс.

– Почему?

– По знаку зодиака я водолей. А вот в год кого, хм :) Никогда не знал в год кого.

– Не верю, – ответила ему. не понимая, как этого можно не знать. – Спроси у мамы, в год кого ты родился.

Он как раз совсем недавно писал, что к нему в гости приехала мама.

Макс стал присылать разные смайлики, увиливая от ответа.

– В год кого ты? – повторила я. Не знаю, почему я прицепилась к нему из-за этого года. Но мне хотелось услышать правду. А его нежелание ответить вызывало подозрения.

– В год обиженного тигра!

– Неправда!

– Я ответил тебе – не знаю!

– У мамы спроси.

– Из принципа не буду!

– Да я и так знаю, в год кого ты.

– А мне неважно!

– Странно, что ты этого не знаешь!

– Я не буду с тобой вот так. Знаешь, я тебе уже все сказал, а теперь сама решай! Сиди и верь только себе! А мне сообщи, пожалуйста, когда ты, все-таки, сможешь что-нибудь решить!

– Я ничего не хотела такого, просто спросила, – удивилась я его реакции.

– А я тебе просто ответил, что не знаю и никогда не знал! Проведи опрос – не каждый знает свой знак зодиака! А тут уже в год кого! И не надо потом было разводить “верю – не верю”! Не веришь, не надо! Я не буду что-то доказывать! Я умею верить и себе и людям! И так и буду!

– Зря ты так со мной....

– Зря ты так со мной! Блин, прости, не хочу я с тобой ссориться. Хотя, ссора – это хорошая вещь. Можно понять, что даже если с человеком тяжело, без него – вообще невозможно.

Ответа про его год рождения я так и не получила, но ссора эта вскоре забылась. Мы поняли, что наше общение зашло гораздо дальше, чем общение между братом и сестрой. Макс стал признавался мне в любви, я в ответ писала о своих чувствах. Мы были счастливы!

Наступила весна. На улице потеплело, начали распускаться листочки на деревьях. В моей душе тоже царила весна и любовь. Но по-прежнему мы даже не слышали голоса друг друга.

Он часто попадал в какие-то передряги. Постоянно случались какие-то проблемы со здоровьем, переломы, травмы. Человек-катастрофа.

“Да, я медленно схожу с ума. Я – это он. Я им дышу. Им живу. Все мысли только о нем. Просыпаюсь и сразу же думаю, все ли у него в порядке. Засыпаю с мыслями и мечтами о нем. И весь день только о нем и думаю. Если он не отвечает на мои смс, у меня в душе такое чувство, такая паника, я очень переживаю. А когда он мне отвечает, что просто спал и не слышал, я плачу, я плачу от радости, что с ним все в порядке. Иногда я плачу от бессилия, от того, что не могу быть с ним рядом, не могу помочь в трудную минуту, не могу обнять его и принять его боль на себя, не могу погладить его волосы, прижаться, обнять, поцеловать. Это сильное чувство, у меня никогда такого не было. Мне трудно дышать без него, без его слов, без его сообщений. Я задыхаюсь. И меня саму удивляет этот факт. Я хочу быть с ним каждую минуту, секунду, мгновение, всю жизнь, всю отведенную нам жизнь, я люблю его безумно. Я сопротивлялась этим чувствам, но они сильнее. Для счастья мне нужен только он”.

Близился конец весны. Макс обещал, что приедет ко мне, и я с нетерпением ждала этого момента.

– Ты со мной потанцуешь? – спросил он.

– Когда?

– При встрече.

– Прям сразу?

– Да.

– Это как? :)

– Просто так :) Я не скажу “привет”, а протяну руку и спрошу “потанцуем?”. Ты потанцуешь?

– Если смогу пошевелиться в этот момент, то да.

Я дописывала дипломную работу и параллельно общалась со своим любимым. Я отправляла ему миллион своих фотографий, записывала ему свой голос, читала стихи. Не было ни дня, чтобы мы не переписывались. Он был везде – в моем телефоне, в компьютере, в мыслях и сердце. Мы каждый день признавались друг другу в любви и мечтали о скорейшей встрече.

– Я тебя люблю, – писал Макс. – И ты – это вся моя жизнь. И не побоюсь я написать это в интернете, что это так в действительности, я отвечаю за свои слова.

– Я люблю тебя очень сильно, – отвечала ему со счастливой улыбкой.

– Поцелуй меня?

– Обняла крепко-крепко. Наслаждаюсь ощущением тепла и любви.... Прижалась вся к тебе и сладко поцеловала твои губы.

– Нежно обнял, прижал к себе. Глажу твои волосы. Спасибо за то, что ты есть :) За то, что рядом с тобой открывается лучшее во мне, за то, что с тобой не бывает грустно, за то, что с тобой тепло, за твою поддержку, спасибо. Самым главным для меня всегда будешь ты, Алина.... Я никому тебя не отдам… И даже если вдруг твое счастье будет не со мной, я не буду угрожать, что без тебя я умру, погибну, нет… Если без меня ты будешь счастлива, я буду жить ради тебя, просто жить рядом и знать, что ты счастлива, и больше ничего мне не нужно :) Это сильные слова и, поверь, это мои чувства.

– Я верю.

– А помнишь, с чего все началось?

– С голубой кепки?

– Да… С голубой кепки.

– Я никогда не забуду тебя, ты для меня единственная и самая любимая, родная и близкая.

Макс рассказал обо мне своему лучшему другу Сергею. Рассказал о своих чувствах, о том, что собирается ко мне ехать. На что тот посмеялся и ответил, что таких как я можно найти миллион и поближе. Что нет смысла ехать к той, с кем познакомился в интернете. Они сильно поссорились из-за этого и перестали общаться. Меня эта новость очень расстроила.

Также Макс рассказывал о том, что у него есть хорошая подруга Ульяна, которая многое о нем знает. Я даже смогла с ней пообщаться в интернете. Она призналась, что любит Макса уже давно, но желает нам счастья. Написала, что мне очень повезло, что Макс – невероятный. Он рассказал обо мне своей маме и всему окружению. Мне было очень приятно. Я стала ощущать себя частью его семьи, его мира.

Наконец, настал тот день, когда Макс собрался ко мне выезжать. Ехать он решил на своей машине. Путь с его города до моего занимает примерно сутки. Но, учитывая, что Макс не знает дороги, ехать придется немного дольше. Я от радости прожужжала все уши своим друзьям и родителям, что ко мне приедет любимый.

– Ты карту изучил? – спросила я его накануне перед выездом.

– Относительно да, я понял, что это трудно.

– А как же ехать будешь?

– Прямо-прямо-прямо :) По шоссе.

– Ты когда будешь останавливаться, то пиши, если связь будет.

– Конечно, буду писать.

– Я буду очень ждать.

– Буду писать, сладкая. Я люблю тебя.

Весь следующий день я не находила себе места. Постоянно писала ему смс-сообщения, переживала, как проходит его поездка. Он периодически мне отвечал, что едет. Называл города, мимо которых проезжал. Я летала от счастья и считала каждую минуту. Но в какой-то момент он перестал отвечать на мои сообщения и пропал. Написал только “мне плохо”. Спустя сутки сообщил, что вернулся в Питер.

Это нанесло мне такой удар, что я выговорила все, что думаю его подруге Ульяне. Я написала ей, что они живут там в столице и с жиру бесятся, обманывая простых доверчивых людей. Придумывают разные истории для девушек и тем самым развлекаются.

На свою гневную тираду я получила короткий ответ от Уляны: “Дура ты, Алина.”

Я писала гневные сообщения Максу о том, что он меня всегда обманывал, что все это придумал. Я выплескивала все свои страхи и тревоги. Я замкнулась. Я не хотела никого видеть и ни с кем разговаривать. Я не могла смотреть в глаза друзьям и родным. И не могла им объяснить, почему Макс так и не приехал, так как сама толком ничего не понимала. Я перестала ему писать. Но через несколько дней не выдержала и отправила ему на телефон смс: “Ты в больнице?”. Больше я не придумала, что писать. Неизвестность меня убивала, и я хотела узнать, что же все-таки произошло.

Он ответил и стал просить прощения, боялся, что я его бросила. Немного позже мы продолжили нормально общаться, я отпустила эту ситуацию, а он объяснил, что тогда произошло.

– Что делаешь? – писала я.

– Продолжаю убиваться. Мыслями.

– Какими?

– Всякими. Например, я все не могу понять, почему ты со мной… Мне казалось, ты меня ненавидишь. Ты такие писала смс…

– Пора понять.

– Да как? Может Ульяна, все же, тебе все рассказала?

– Нет, я с ней не общалась больше. А что она должна была мне рассказать?

– Что было в дороге.

– А что было? И почему она это знала, а я нет?

– Потому что она и скрыла это от меня, а узнал я случайно. Она смс отправляла Сашке, а попала на меня случайно. Как только я выехал.... Серёги нет, в общем, а мы с ним были в ссоре.

– Что случилось?

– Кровоизлияние в мозг. Стоя в Ставрополе, я узнал об этом.... Я был злой.... из-за постов гаи. Номер моей машины не совпадал с номером техосмотра в одной цифре, ошибку допустили в документах и выясняли это. Я был вообще на грани, потом заболел… еще в дороге… с температурой под сорок ехал. Потом про Серёгу узнал, и это было … я просто не знаю, как тогда удержался. Потом ты начала писать “скажи, где ты”, и все. У меня уже все поплыло, я позвонил папе. Он сказал “еду”.

– ….

– Что делаешь, Алина?

– Печатаю, что-то тонкий дипломчик у меня получится.

Я занималась учебой в этот момент и не знала, что ему отвечать. У Макса постоянно что-то случалось, и я немного от этого устала. В мои мысли закрался червячок сомнения. Я начинала думать, что, возможно, он меня обманывает. Но от таких мыслей становилось невыносимо печально.

– Я не понимаю, ты ли это. Я сейчас сижу и себя щипаю. Может я с ума съехал? Или я сплю? Почему ты тогда замолчала и ушла? Резко и быстро?

– Мне было обидно очень.

– Понимаю. Но ты меня удержала.

– Я люблю тебя, Макс. Я хочу, чтоб ты мне верил, я не могла тебя бросить, как же я без тебя-то? Ты же мой единственный любимый, родной.

– И ты хочешь ждать? Ты хочешь мучиться? Ведь будет тяжело…

– Хочу и буду.

– Ты можешь получить намного лучше, чем я.

– Я не хочу лучше.

– А я не хочу твоей боли… Я не знаю, что со мной было. Меня забрал папа, а я смотрел на него в упор и просто не знал, кто это. Я не сказал ни слова, я просто сидел как в гипнозе.

– Я не откажусь от тебя, Макс. И не уйду.

– Спасибо :) Я не знаю, что бы я делал без тебя. Я люблю тебя. Я больше жизни тебя люблю, Алина.

– *Впервые за весь день улыбнулась*.

– Ты самое лучшее, что было, что есть и что будет. Навсегда в моей жизни.... Я не мог представить себя без тебя. Я пытался, но просто я себя не видел.

– Без тебя такая пустота была…

– А что было? Ты плакала?

– Можно сказать, меня не был. Дня три я была никакая, я не разговаривала ни с кем, я не улыбалась, я не то что плакала, я рыдала… я лежала и ничего не видела… я не отвечала на вопросы… я была роботом просто. Потом очнулась, привела себя в порядок, сходила в салон, подстриглась.

– И неужели ты не хотела ничего тогда?

– Я хотела понять, почему так.

– Хотела понять, но не спросила у меня.

– Я ждала. Я держала телефон все время и не знала, что писать, как писать.

– А я ждал тебя.

– Ну, в конце концов, дождался, что теперь вспоминать? Прошло. Время-то прошло.

– Я неделю жил с мыслью, что потерял тебя. И вот твоя та смс “ты в больнице?”. Я раз триста посмотрел на адресата.... *Крепко-крепко обнял*. Никогда, никогда не отпущу, прости меня за все.

Мы помирились, но осадок и капелька недоверия остались. И снова началась череда дней, наполненная нашими сообщениями. Я купила тетрадку и стала записывать все свои мысли в нее. Я обращалась в этих мыслях к Максу, рассказывала ему, что делаю, что чувствую. Писала в эту тетрадь, даже параллельно общаясь с ним в интернете, описывала все происходящее.

– На кого ты отвлекаешься? – спросил Макс после того, как я не отвечала ему в течение пары минут. – Ты еще с кем-то общаешься?

– На тебя, да параллельно кое-что пишу тебе в тетрадку.

– Что?

– Потом узнаешь. Я там к тебе обращаюсь, рассказываю о своих действиях, мыслях. Вот потом почитаешь. А ты мне свой адрес напишешь? Если мы не увидимся, я тебе по почте пришлю ее.

– У меня аж лоб зачесался :)

– А что? Напишешь? Я требую адрес!

– Крокина дом 11, квартира.. а фиг знает :-D А если в Москве то ст. метро Спортивная, улица Еремова дом 14, квартира, по-моему, 53, а вот индекс даже не спрашивай.

Макс давно уже мне рассказал, что живет на два города, то там, то тут, ездит по работе. Но такой ответ мне не понравился. И вновь раздался в душе тревожный звоночек.

– Кх-кх, да уж, – написала я ему. – Легче лично в руки отдать. Жди в гости. Только с таким адресом я тебя не найду. А сейчас ты где? На Еремова?

– Угу ))

– Так квартира точно 53?

– Неа.

– А сколько?

– А не знаю. Вообще весело это было :) Я продаю эту квартиру и питерскую, я хочу в Алупку :)

– А куда мне тебе прислать посылку?

– На деревню дедушке )) Лучше мне напечатай что-нибудь сейчас. Я почитаю, порадуюсь.

– Ну что за человек! Не может своей девушке сказать свой адрес!

Эта ситуация начинала меня раздражать. У Макса словно раздвоение личности. Он был иногда серьезным и писал очень жизненные вещи, а иногда вел себя как подросток. У меня стала закрадываться мысль, что он просто не хочет нашей встречи.

– Я сказал целых два. Только наше почта так работает, что я это все получу через год. Если получу вообще.

– А может, я приеду и положу тебе ее под дверь! Или в почтовый ящик!

Макс прислал смеющийся смайлик.

– Когда ты приедешь, я, думаю, уже продам квартиры.

– Вот и надейся с тобой на лучшее… значит я себе на память ее оставлю.

– Ты не веришь мне, Алина. Я это чувствую. И ты сомневаешься.

– Я верю тебе, Макс! Почему ты решил так? С чего? Мне обидно.

– Потому что ты не писала мне столько дней… ты не дала мне объяснить, ты сказала, что ты мне не веришь, а самое ужасное – ты все-все мои слова приняла за ложь…

– А что я могла подумать тогда?? Сам пойми, что? И ты тоже не писал мне столько дней! А последняя смска была за мной! Я последняя написала, и следующим должен был быть ты. Ты не писал!

– Представь мое состояние? Я был на грани...... Сергей и ты.... самый дорогой человечек … потерялись одновременно....

– Ты же не мог мне сразу все написать! Ты скрыл.

– Да как я мог тебе сразу написать? Когда я даже не понял все. Когда все опять одним ударом. Да я вообще не я был..... Я просто не знаю, что меня удержало…

– Я тоже мысли не читаю. Я не могла этого знать.

– Понимаю. Прости.

Несмотря на то, что он всегда находил какие-то причины и истории о своих несчастьях, я считала, что во многом виновата сама. Что не верила ему и тем самым его обижала.

– Ты мне очень дорог, Макс. Я не хочу, чтобы тебе было плохо, больно. Я много зла тебе и боли принесла. Прости меня, я не хотела.

– Я люблю тебя больше собственной жизни. Мне никто кроме тебя не нужен, и я тебя не отпущу. Ты ничего плохого мне не принесла. Это я дурак у тебя.

– Ты хороший у меня.

– Это ты у меня хорошая, лучшая самая-самая. А я придурок, который ворвался в твою жизнь и положил на твои плечи свою кучу проблем.

– Я не боюсь проблем. Я очень люблю тебя, очень. И никакие проблемы меня не оттолкнут от тебя.

– Спасибо, что я тебя встретил.... Спасибо большое.

Все чаще Макс стал выплескивать свои переживания и иногда срывался. Он писал, что устал от того, что постоянно все от него что-то хотят. Друзья ищут от него поддержки в то время, как она ему самому нужна. Он писал, что устал терять близких людей. И однажды, когда я не ответила ему сразу же на сообщение, он на меня сорвался. Писал, что ждал от меня слов поддержки, но ничего не получил. В то время, как я сидела и просто не знала, что написать. Он обвинял меня, что я общаюсь с другими, поэтому ничего ему не пишу. Он писал и писал мне яростные сообщения и с трудом успокоился.

– Я просил тебя быть рядом, нежности. А ты молчала. Я и так, ты понимаешь, я и так еле-еле. Каждая мелочь уже злит.

– Прости, что не могу вовремя поддержать. Я не успела просто отреагировать, а ты уже такого понаписал.

– Потому что сорвался, прости. Я пытался удержаться, но не смог.

– Я хочу, чтобы у тебя все было хорошо. Я хочу поддерживать. Я как могу, так и стараюсь. И специально я не молчу, чтобы доводить тебя. Даже в мыслях не было. Если бы я могла, я не оставила бы тебя ни на минуту одного. Держала бы тебя за руку.

– Мало твоего если бы.

Стало обидно. По щекам потекли горячие слезы. Непрерывным потоком они лились и лились, и я ничего перед собой не видела.

– Сейчас почему молчишь?

– Плачу.

– Почему.

– От слов “мало твоего если бы”.

– Так его мало. Тебя ведь рядом нет.

– Я могу быть рядом. Ты только скажи.

– Ага, проезжая Москву.

Немного ранее я говорила ему, что после окончания колледжа поеду учиться в другой город и по пути буду проезжать Москву, где мы сможем с ним увидеться. Самолет будет только поздно вечером, а в Москву я приеду рано утром на поезде.

– Я могу и не ехать никуда, – ответила ему, подразумевая, что смогу остаться в этом городе, чтобы быть ближе к нему.

– Для чего? Губить учебу и работу? На меня? Тогда, поверь, жизни у нас с тобой не будет. Я буду злиться сам на себя и ссориться постоянно.

– Вот видишь. Ты просто не хочешь.

– Ты понимаешь, что ты говоришь? Глупости! Причем тут “хочу-не хочу”. Я говорю серьезные вещи. Ты подумай. Тут со мной – все это видеть – постоянный мой загон, срывы.

– Если ты так думаешь, получается, что мы никогда не сможем быть вместе.

– У меня есть другой вариант. Давай так. Ты поедешь учиться, работать и вообще все свои планы осуществлять. По дороге на Москву мы встретимся, просто чтобы узнать друг друга. Я займусь делами, здоровьем, переездами. Попытаюсь работать, а потом пройдет время, несколько месяцев, и мы решим с тобой.... Если я действительно буду для тебя всем.... там вдалеке, и ничто тебя не остановит, тогда мы будем вместе.

– Хорошо, – ответила ему, преодолевая невообразимую боль в душе.

– Обещай мне одно?

– Что?

– Что ты не будешь молчать.....и что мы… мы с тобой, все у нас будет хорошо.

– Хорошо.

Прошло еще пару недель. Я отлично защитила диплом и написала об этом Максу сообщение. Вечером того же дня с радостью зашла в мессенджер, и мы снова поссорились.

В последние дни у нас все стало не так. Он немного отдалился, не сразу отвечал на мои сообщения, а если и отвечал, то не на все. Я обиделась, и, наверное, немного охладела, видя, что он не стремится ко мне. Я не видела его реального желания встретиться. Да, он писал, что любит. Но если любишь, то пойдешь на все ради встречи с любимым. Разве не так? Я готова на все. Но он не готов это принять.

Сегодня он был не в настроении и снова выплеснул на меня свои какие-то страхи. Не желая продолжать бессмысленный разговор, я попыталась отключиться от сети:

– В общем. Я не хочу тебе сейчас что-то доказывать и объяснять, я зашла на немножко совсем. Но, по-видимому, уже ухожу.

– Почему ты уходишь, как только на горизонте появляется проблема? И твои смс в большинстве своем в последнее время просто холодные и абсолютно от меня далекие. Ты не пишешь ничего. Ты даже не сказала мне про защиту.

– Что не сказала??? Я тебе сразу написала, когда защитила диплом! И до этого тебе я писала!

– Ты стала дальше и холоднее.

– Придумывай себе сказки, если тебе удобнее.

– Я разве сделал тебе что-то плохое? Ты даже сейчас язвишь и срываешься. Хотя я говорю спокойно. Ты не можешь мне ничего объяснить.

– Если ты зашел сюда только для того, чтобы поссориться и высказать все свои глупые мысли, то у меня была другая цель.

– Я зашел сюда чтобы сказать тебе самое главное.

– Сказал? Спасибо.

– Я еще не сказал, а только подвожу к этому. Ты злишься на меня по пустякам, а степень раздражительности уже является признаком злости.

– Макс, ближе к делу, пожалуйста, у меня просто нет возможности быть тут долго.

– Я люблю тебя. Я больше жизни тебя люблю, и всегда буду любить. Ты можешь отдалиться от меня еще сколько влезет. Но я человек, и тебе нужно это принять, и мне еще может быть больно. Последние дни я живу болью, Алина.

– Может, ты просто не хочешь меня понять?

– А может тебе стоит объяснить?

– А мне нечего объяснять, нужно просто понять. Просто понять! Что не тебе одному больно. Что не все так прекрасно у меня. Мне просто нелегко. И ты знаешь почему. Просто ты не хочешь это принять, и тебе кажется что это все легко и просто.

– Ты думаешь, что ты пишешь? Я знаю эту жизнь со всеми трудностями.

– Ты извини меня, я не могу в инете больше быть. Это последний день, когда я тут.

– Почему последний?

– Потому что очень много накрутило денег, и нечем расплатиться, и завтра отключат мне инет.

– Я тебе нужен?

– Нужен.

– Ты мне очень нужна. Я не могу без тебя и я не хочу без тебя. Будь со мной прежней? Как раньше.

– Позвони мне, Макс.

– Так дело в этом?

– Я столько раз тебе и на день рождения звонила, и ты обещал, что позвонишь, но так и не позвонил. Я устала врать друзьям, что мы с тобой разговариваем по телефону, потому что я хочу, чтобы это было так. Мне даже просто иной раз хочется позвонить, спросить, как дела, сказать, что очень скучаю и люблю, но я знаю, что ты просто не возьмешь трубку.

Я и правда пыталась его поздравить на день рождения. Долго набиралась храбрости, приготовила речь. Позвонила. Но мне никто не ответил.

– Я просто боюсь этого… Внутри, в глубине души я боюсь.... Боюсь пустить тебя ближе…

– Я знаю это. Поэтому ты все еще не со мной рядом. И в Москве ты просто побоишься меня увидеть. И так будет всегда.

– Я могу перебороть страх, но мне нужна тут твоя помощь. Я сам не справлюсь. Я ведь у тебя ничего не отнимаю, я ничего не требую, не угрожаю. Я тебе помогал, как мог, и я ведь рядом… Это мое время, и я его дарю тебе, свое время… Я у тебя ничего не прошу, кроме поддержки.

– Вот именно. Ничего! Ничего нет. Ничего. И ты еще думаешь что-то изменить? Если ничего нет?

– Есть многое, например, есть чувства и есть то, к чему стремиться.

– К чему стремиться? Ты не хочешь ни к чему стремиться.

– Я бы на тебя посмотрел, Алина! Да никому не пожелаю я пережить смерть собственного ребенка, близких друзей, самых близких!!!

– Это не значит, что всю оставшуюся жизнь нужно жить в страхе.

– Какие глупости ты пишешь!

– Если бы ты принял меня, было бы лучше и легче.

– Ты даже не можешь себе представить, каких сил мне стоило выжить после всего этого, и ты пишешь мне такое. Да.... Я думал, ты понимаешь гораздо больше. Так я тебе скажу, Алина, не каждый человек смог бы с этим жить, а я не могу все отпустить. Мне нужно время, и мне нужна помощь близких, а близких у меня просто не осталось, кроме тебя, а ты сейчас просто в спину кидаешь ножи. Я всю свою жизнь отдал сыну, и я его потерял. И каждый день я просыпаюсь и пытаюсь услышать только его смех или крики. Я держу на кухню его дудоньку и каждый вечер по привычке грею молоко. Он был для меня всем. У меня в холодильнике стоят банки пюре уже сколько лет. Я не могу их выкинуть, потому что это были его любимые. Я набираю Серёгин телефон и слышу только одно – “заблокировано оператором”. Я прохожу мимо его дома и знаю, что его больше нет. Мама, папа давно перестали быть родителями, они друзья.

Брат переехал с женой в другой город, потому что его жена любила меня. Я один. У меня есть только ты. Была ты и Серёга. А теперь только ты, но ты тоже отпускаешь мою руку, и я чувствую, что скоро останусь вообще один. А для человека ничего нет страшнее, чем быть одному.

– Ты не хочешь пустить меня ближе, Макс. Ты не понимаешь, что всего через две-три недели больше не будет этих смс, не будет инета, переписки этой. У меня не будет такой возможности больше. Не будет. Смс может и будет, но редко, потому что время там другое, далекий часовой пояс. Ты спишь – я работаю, ты не спишь – я сплю. Так будет.

– Я хочу пустить, но мне нужны силы и мне нужна ты… Не твоя злость, обиды, мне нужна твоя помощь…

– А сколько можно еще ждать, Макс? Времени нет уже. Я помогала, как могла, но на тебя это не действует. Я не ухожу, не оставляю тебя, я просто не понимаю, как мы будем общаться дальше. Я бы могла тебе звонить часто, но это бесполезно – впустую звонить.

– Ты можешь просто стать ближе, отпустить обиду, злость и двух-трех недель мне хватит.

– Я не могу быть ближе к тому, кто сам далек, кто ничего не пишет и отвечает через несколько часов на мои смс, от которого я не чувствую присутствия, только последние два дня ты стал более-менее писать, потому что я попросила.

– Ты могла бы мне писать милые добрые смс с температурой под сорок?

– А ты же молчал. Ты не говорил, что у тебя температура, ты просто писал “я сплю, наверное, заболел”.

– Потому что это был бред… Я спал все дни подряд.

– Откуда я могла это знать?

– Как только я почувствовал себя человеком, я тебе написал.

– Ладно, не хочу об этом. Мне, действительно, надо выходить, уже час тут, собиралась на десять минут.

– Пока. Люблю тебя.

– Люблю тебя.

Эту ситуацию мы тоже пережили. Но Макс сильно изменился. Или раскрылся. Раньше он был таким светлым весельчаком, а стал пессимистическим страдальцем. Да, жизнь у него не сахар. Но я стала сомневаться, а реально ли она у него такая. Слишком уже много всего происходило и продолжает происходить. То его избили, то он повредил бедро и не может ходить. Он постоянно мне писал о каких-то передрягах. А я постоянно его жалела и волновалась.

Я получила диплом об окончании колледжа и стала собираться переезжать в другой город. С Максом мы общались. Хоть и с натяжкой, но я верила ему и надеялась, что в нашу встречу в Москве все разрешится. Он обещал встретить меня и отвезти в аэропорт. Мы боялись, что не сможем друг друга отпустить, мы боялись реальности. Но встречу ждали с нетерпением.

Сутки до Москвы я ехала в поезде и все время тряслась от нервного напряжения. Мы переписывались редкими, но милыми смс-ками. Чем ближе становилось окончание пути, тем сильнее я волновалась. В ночь перед прибытием мы все так же общались, и я выражала ему свое нетерпение о встрече.

– Алина… Мне надо тебе кое в чем признаться.

– В чем?

– Я наркоман. Я тебя не достоин и не могу быть с тобой, прости.

У меня затряслись руки. Чем дальше, тем становилось хуже. Я понимала, что он оттягивает нашу встречу. Он ее не хочет. А может, он вообще не тот, за кого себя выдает? Что вообще происходит?

Боль в груди просто разрывала меня на части. Я сидела в вагоне в три часа ночи и ревела. Хотелось кричать, выть, но я могла лишь беззвучно давиться слезами, так как вокруг спящие люди.

– Я все равно хочу с тобой встретиться, Макс, – написала ему спустя некоторое время. Оставить все вот так, как есть, я не могла. Это же не может закончиться на такой ноте. Полгода общения, любви и нежности, тепла и света стали превращаться в какой-то комок грязи. Мне жизненно важно было с ним встретиться и все прояснить.

– Я в Питере, Алина. Я не в Москве сейчас. Но если ты так хочешь, я утром поеду в аэропорт и куплю билет в Москву.

Конечно же, я хотела.

Вышла из поезда я вся опухшая и безразличная ко всему миру. Не помню как, но добралась самостоятельно до аэропорта. Не зная ни города, ни транспорта, ни-че-го. Я все ждала, что он выйдет откуда-нибудь из-за угла и скажет: “Алина, вот он я”. Но этого не было. Я всматривалась в лица прохожих, ища его. Но его не было.

Макс писал, что он в аэропорту, но билетов нет, что он ждет, может кто-нибудь сдаст свой билет, и он сможет его выкупить. А я сидела в своем аэропорту в зале ожидания и плакала. Весь день. А билетов все не было и не было. Он не приехал. Не прилетел. Его не было рядом. Все эти полгода он писал, что так хочет быть рядом. Но потом закрутилась карусель несчастных событий, и появились разные препятствия.

Я улетела в другой город и поступила в университет, нашла себе подработку в свободное от учебы время. Макс еще некоторое время писал, обещал приехать, а потом просто пропал. Просто пропал.

Он мне не отвечал ни по каким контактам. Через какое-то время я позвонила с рабочего телефона на его номер, трубку подняла какая-то женщина. Я попросила позвать Максима, она удивилась и сказала, что я ошиблась номером.

Он исчез из моей жизни.

Я долго страдала и убивалась, писала стихи, в которых изливала свои чувства, писала ему письма. И лишь спустя долгое время душевные раны смогли потихоньку затянуться.

Настоящее время. Спустя 15 лет.

Я уже давно счастлива замужем (не за Максом), и у меня прекрасные дети. У меня любимая работа и хорошие друзья. Макс больше не появлялся в моей жизни. Я много раз пыталась ему написать, найти в интернете хоть что-нибудь о нем по фамилии, имени, адресу электронной почты, номеру телефона. Но ничего. Пусто. Да и неизвестно, настоящие ли данные он о себе писал. Тетрадь со своими записями о нем и обо мне я порвала и выкинула. У меня осталась только огромная часть нашей с ним переписки, которую я сохранила много лет назад и привезла с собой на диске. Зачем? Не знаю. Иногда я перечитываю наши сообщения и улыбаюсь. Много было хорошего, веселого, нежного. Я никогда больше не встречала такого интересного в переписке человека. После него многие пытались со мной познакомиться в интернете, и в каждом из них я пыталась разглядеть Макса. Я надеялась, что это он, просто общается со мной от другого имени. Но тщетно. Либо это был не он, либо он просто проверял от другого имени, как у меня дела. Ни с кем больше я не откровенничала. Никогда. Всех пытающихся со мной познакомиться встречала “с ножами и вилами”. Я больше не доверяла интернет-знакомствам. Я заранее ненавидела каждого, кто начинал стучаться в мой монитор.

Макс, все-таки, оставил меня в неведении. Ведь до сих пор я не знаю, что с ним. Кто он на самом деле? Наркоман, который все придумал? Больной злокачественной опухолью парень, который таким образом поставил со мной точку, чтобы не причинять потом боль, если мы станем вместе жить? Просто кто-то, кто развлекается таким образом в интернете, обманывая наивных девчонок? Или он тот, каким себя и описывал, просто с ним что-то случилось?

Я не знаю. И вряд ли когда-нибудь уже это узнаю. Но я благодарна, что он был со мной те прекрасные шесть месяцев. Он во многом мне помог морально и психологически. Он научил меня любить жизнь и укрепил мою веру в то, что никому нельзя верить, кроме себя. Да и себе, порой, верить тоже нельзя.

Я посвящаю эту историю тебе, Макс.

Я тебя отпускаю.

Основано на реальных событиях. Имена персонажей и указанные в тексте адреса изменены.