Многие, пожалуй, хотели бы сбежать из своей реальности куда-то еще… Так и для Князя царства снов Эдирога мир людей – настоящая отдушина, место, в котором он может забыться. Однако обязанности все же настигают его – и когда народ больше всего нуждается в своем Князе, он возвращается. Теперь ему нужно отыскать колдуна, опасного для нескольких миров, и сесть на престол. Но получится ли у Эдирога сделать все так, чтобы остаться в столь любимом им Земном царстве?..
– Вспомни кто ты, Эдирог! Ты – Князь! Но не в этом мире, а в ином, и мир, который ты покинул, нуждается в тебе.
Эдирог сидел за столом маленького уютного ресторана. На подиуме молодая женщина исполняла песню о неразделенной любви, а он потягивал бренди, разбавленный тоником, бросал взгляды то на солистку, то на девушку, которая сидела одна и, наверное, праздновала завершение затянувшихся отношений, которые ни к чему хорошему не привели бы. Никто не пьет шампанское в одиночестве.
Напротив Эдирога сидел Радж Махтур, и вид у него был крайне недовольный.
– Хватит. Земному царству ты уделяешь слишком много внимания. Ты должен, обязан вернуться, иначе быть беде.
– И это говоришь мне ты? Верный телохранитель нашего Владыки. Владыки, который изгнал меня!
– Шенм тебя не изгонял, ты сам выбрал изгнание.
– А что мне оставалось?
– Жить. Быть опорой названому брату, будущему Владыке нашего с тобой мира.
– И забыть, каким унижениям подвергли мою семью.
– Сейчас мы говорим о другом, Князь. Совсем о другом.
Эдирог позвал официанта, попросил принести счет. Расплатившись, они вместе покинули ресторан, вышли на улицу. Ночь встретила их прохладой и звездами, которые зажглись на небосклоне.
– Ты один из Князей, и у тебя так же есть право властвовать над зеркалами. Так будь достоин этого права. Веди нас.
– Ты хочешь, чтобы я вернулся, но кто еще поддержит меня?
– Весь твой народ. Не забывай, ты сам выбрал изгнание, но тебя никто не изгонял. И несмотря на то, что ты позабыл о своих подданных, они не забыли о тебе.
– Это будет непросто.
– А никто и не говорил, что это будет просто. В царстве снов всегда все весьма непросто.
Они сели в новенький шессер тридцать девятой модели отправились на окраину города. Эдирог курил и смотрел на сверкающие огни ресторанов, кабаре, театров и кинотеатров, появившихся не так давно, но уже заслуживших любовь всего человечества. Мир менялся с такой скоростью, что он просто не успевал за ним, хотя жил в нем уже более полувека. И тут его снова хотят вернуть в ад, о котором он старался забыть все это время.
Радж вышел из шессера, начертил на асфальте правильный восьмиугольник с некими геометрическими фигурами и формулой перемещения в его центре.
– Твой мир заждался тебя, мой Князь.
– Так ли это? Я очень сомневаюсь. – Эдирог подошел к символу и выставил перед собой руку. Геометрическая фигура взмыла в воздух и, расширившись вспыхнула золотом.
– Магистры узнают об этом – сказал Радж, глядя на Князя.
– До магистров нам нет дела, как и им до нас.
Эдирог ступил за черту и оказался на вершине заснеженной горы. Было холодно. Мир, окружавший его, был сер и неприветлив. Все, чего мог коснуться взгляд Князя, было окутано непроглядной тьмой. Даже солнце, казалось, погасло и отвернулось от него.
– Где Орион, мой названый брат?
– Он исчез около ста лет назад. Пророки Владыки не чувствуют его.
– Совсем?
– Было несколько моментов, когда его след появлялся, но мы всегда опаздывали. Он между мирами, и проследить его не удается.
Ступив в Пространство, Эдирог изменился до неузнаваемости. Из приятного юноши девятнадцати лет он превратился в высокого мускулистого мужчину с совершено белыми волосами, ниспадающими на плечи, и глазами ярче самих звезд.
Радж указал вперед. Он тоже изменился. Длинные косы седых волос застелили его широкую спину и ниспадали на могучую грудь. Из-под верхней губы выступали клыки, подобные бивням, а в носу серебрилось кольцо, испещренное древними рунами. Вместо трости, на которую он опирался, в его руке был молот которым возможно было сокрушить любое живое и не только существо.
– Ты наш Князь! И ты должен править нами на землях, переданных тебе по праву рождения! Я рад, что ты вернулся.
– Ты хочешь, чтобы я занял трон, предназначенный мне. Но ты не знаешь, достоин ли я его.
– Это мы и узнаем в скором времени.
Эдирог взглянул на город, над которым возвышались башни древней крепости.
– Это мир, в котором я жил и в котором хотел жить.
– Потому-то ты и здесь. Сны убивают людей, а их души оборачиваются злобными демонами, которые проникают в наш мир. Ты должен с этим что-то сделать, мой Князь.
– Нам нужен зеркальщик.
– Мы построили в тайне целый зал зеркал. Думаю, он подойдет. И там тебя уже давно ждут.
Они продвигались тайком. Заснеженный город хранил молчание, и только скрип ветвей на ветру нарушал тишину. Эдирог уже и забыл, как выглядел его дом, его родной край. И все же того, во что он превратился, он не мог себе представить и в страшном сне.
– Это все дело рук колдуна, – проговорил Радж, приостановившись. – Колдун истязает людей земли и наш народ.
– А что Владыка?
– Владыка при смерти, и, боюсь, это тоже дело рук колдуна, – сказал Радж, а затем указал на старую плакучую иву, чьи ветви склонились до самой земли. – Мы почти пришли.
– Я не знаю, хочу ли я этого.
– А я, напротив, очень долго ждал этого момента.
Когда они прошли под ветвями ивы, и перед ними открылась каменная плита, Радж коснулся ее своим костяным амулетом, и стена, словно состоящая из одинаковых кубов, разложилась по сторонам, открыв проход вглубь скалы.
Они долго шли подземными галереями, пока наконец не вышли в зал, которы й был заполнен стеллажами, набитыми всевозможными склянками и колбами.
– Что это?
– Это наша лаборатория, мой Князь.
Повсюду мельтешили карлики в серых сутанах с накинутыми на голову капюшонами. Они издавали визгливые звуки, которые трудно или почти невозможно было разобрать, однако друг друга они прекрасно понимали. Все они кланялись и что-то бормотали на недоступном Эдирогу языке.
– Они приветствуют тебя, мой Князь.
– Все это весьма странно, – проговорил Эдирог. Он чувствовал себя не в своей тарелке. – Куда дальше?
– В зал зеркал, конечно. – Радж указал на приоткрытые створки, откуда просачивался яркий свет.
– Зал зеркал, мой Князь! Здесь собраны зеркала как новых зеркальщиков, так и тех, чьи имена стерлись в потоке времени. Конечно, это не Зеркальная зала нашего властелина, но она немногим хуже.
Все стены были увешаны всевозможными зеркалами совершенно разных размеров и форм. Эдирог шел между ними и видел в них отражения различных миров в их прошлом и их будущем.
– С чего мы начнем?
– С мелочей. Но не думайте, что все это будет так просто.
– Я и не думаю, – ответил Князь.
– Здесь все зеркала, которые нам удалось собрать почти за полвека. С помощью них мы смотрим в сотни миров, окружающие нас. Мы видим почти все, и в то же самое время недостаточно для того, чтобы выследить колдуна и найти князя Ориона.
– Что от меня требуется, Радж?
– Ты должен отыскать колдуна, пожирателя душ. Однажды мы думали, что поймали его, но то оказалась ловушка, унесшая жизни многих наших воинов.
На зеркалах появлялись лица разных существ из разных миров. Сновавшие повсюду карлики носили с собой пергаменты и постоянно что-то записывали и восторженно повизгивали.
– Если мне удастся найти колдуна, что тогда?
– Ты заручишься благосклонностью Владыки, а это немало, знаешь ли. Кроме того, не забывай, что ты первый претендент на престол.
– А если я отыщу не только колдуна, но и Ориона?
– То по праву наследования Владыкой станет он.
– А я смогу вернутся обратно в Земное царство, – слишком тихо, чтобы его могли услышать, сказал Эдирог. На его губах появилась улыбка, впрочем, ненадолго.
– Зеркала Теней. Где они? – спросил Князь.
– Зеркала Теней? Зачем они тебе?
– Нам понадобится помощь. Ты же не откажешься от помощи.
– Прошу за мной. – Радж указал на винтовую лестницу, пошел первый. Они поднялись на три яруса уперлись в дубовую дверь, обшитую железными полосами. – Мне войти вместе с тобой?
– Нет. Я сам.
Войдя в дверь, он оказался в небольшой комнате с низким сводчатым потолком. Комната имела зеркальный пол и потому возникало ощущение, словно ты находишься внутри некой каменой сферы. Эдирог осмотрелся. Он видел уже такие комнаты, одна из них, правда, гораздо больше, находилась в замке Владыки, а вторая – в Звездной башне его родового замка.
Отбросив размышления, Князь обошел все четыре зеркала, установленные на бронзовых подставках. Все они были обрамлены зеленой медью и имели как по краям, так и с обратной стороны рунные письмена. Эдирог знал их все наизусть. Подойдя ближе, он коснулся рукой замутненной поверхности зеркала, и она тут же заволновалась, словно водная гладь горного озерца, в которое бросили камень. Он знал, чего хотел, и как только прикоснулся к поверхности зеркала, рассыпался серой пыльцой, которая, не долетев до пола, растворилась в пространстве.
Он оказался в старинном соборе, порог которого целые сотни лет не переступала нога человека или иного существа… до недавнего времени. Собор Петра находился в Тени и был выстроен во времена гонения христиан. Он несколько раз перестраивался и служил убежищем. Но после резни, произошедшей более полутысячи лет назад, где погибли все те, кто ведал об этом месте, никто эту Тень не посещал, кроме одного человека, или, вернее сказать, древнего существа.
Эдирог снова выглядел девятнадцатилетним худощавым юношей с аккуратно уложенными волосами средней длины. Одет он был в расстегнутую у горла рубашку под ручной работы пиджаком, светлые плотные штаны и высокие сапоги с имитацией шпор. Он переступил через поваленную лавку остановился напротив витража с семью розами, на которых вместо капель росы были капли крови.
– От чего невозможно устать, так это от созерцания этого витража, – сказал Варгесс Тельштейн, подойдя сзади. Он тоже рассматривал работу удивительного мастера, имя которого давно забыто.
– Мне нужна помощь, Варгесс, – сказал Эдирог, не оборачиваясь. – Надеюсь, ты сейчас не сильно занят.
– Я рад вам услужить, Князь, но, боюсь, из меня выйдет не самый лучший соратник при данных обстоятельствах.
– О магистрах не переживай. Они, конечно, сильны, но не всеведущи. Кроме того, – Эдирог взял лорда-вампира за руку, – печати в моем мире не работают, как это ни странно.
– Я в вашем распоряжении, Князь. – Варгесс низко поклонился, и со стороны это выглядело даже забавно. Древний вампир, чей рост превышал восемь футов, кланялся юнцу, на губах которого, как говорится, еще материнское молоко не обсохло.
Эдирог вернулся к единственному целому зеркалу в соборе.
– По окончании нашей охоты твой долг будет уплачен, Тельштейн, и ты будешь вправе оставаться здесь сколько угодно, либо подыскать себе новый дом. Но ты должен знать, что, пойдя со мной, ты можешь не вернуться больше никогда. Ты меня услышал?
– Да, Князь, я вас услышал. И я готов.
– В таком случае дай мне свою руку. – Прежде Эдирог коснулся зеркала, а когда рука Тельштейна дотронулась до его ладони, они рассыпались прахом, исчезнув из Тени.
– В первую очередь нам нужно найти Ориона, – сказал Эдирог, спускаясь по лестнице. – Найдем наследника – найдем и колдуна.
– Но как нам это сделать, мой Князь? – Радж спускался следом по лестнице. Варгесс ступал рядом с Махтуром, но в отличие от последнего хранил молчание.
– Сны. Ты сам говорил, что некая сила проникает в сны существ в разных мирах и убивает их. Мы найдем эти сны и, полагаю, таким образом найдем и Ориона.
– Если мне будет позволено сказать… – обратился Варгесс к Князю, когда они спустились в зал зеркал.
– Говори.
– Я встречался с Орионом около семидесяти лет назад. Он посетил Мун-су и, должен сказать, был весьма весел.
– Вероятно, он одурманен. Колдун каким-то образом повлиял на него и, могу предположить, что целью колдуна является трон Владыки. Нам нужно отыскать Ориона; возможно, он наша единственная надежда, друзья. Но сначала поедим, каждому из нас пригодятся силы, ведь нас ждет не увеселительная прогулка.
– Я не против.
– И я тоже, – сказал Радж. – Но что потом?
– Мы вернемся в Зеркальный зал и начнем поиски Ориона, как я уже сказал.
– Мне нужно еще кое-что тебе сказать, или, вернее, показать, – проговорил Варгесс когда они сели за стол и принялись за еду.
– Что?
– Этот камушек. Орион подарил его мне и сказал, что он будет приносить удачу.
– И как, принес он тебе ее?
– Мне – нет, но, возможно, он и не для меня предназначался. Возможно, через меня он хотел что-то сказать тебе, мой Князь.
Эдирог взял ничем не примечательный камень, рассмотрев, сунул его в карман брюк.
– Возможно.
Позже они вновь собрались в зале зеркал. Они выбрали себе зеркала в пол с золотым обрамлением и бирюзовыми камнями в верхней их части. Именно через эти зеркала можно попасть в сны, тревожащие естество людей и не только.
Радж исчез, рассыпался пеплом первый и в тот же миг очутился среди бушующего огня. Горел лес, поле и весь город с его башнями, замками и домами простых людей. Он проходил по улицам, но ни крика, ни взываний о помощи не слышал. Он старался защититься от пламени, пожиравшего деревянные строения и их крыши, но ничто не могло его защитить. Он обошел полгорода и только тогда услышал детский плач. Одним мощным ударом ноги он сорвал с петель входную дверь, бросился по лестнице на второй этаж. Следующая дверь сразу не поддалась, и тогда он стукнул об пол тростью, и та мгновенно преобразилась в молот. Дверь разлетелась фонтаном щепок, и только тогда Радж увидел маленькую, лет семи, девочку. Приблизившись к ней, он коснулся ее лба, и вдруг почувствовал прохладу. Девочка рассыпалась прахом, а затем и он сам.
Варгесс Тельштейн в свою очередь оказался среди цветущего сада, который обрамляли золотые поля пшеницы, тянувшиеся до самого горизонта. Будучи лордом-вампиром, он не был подвержен ментальному давлению, как Эдирог и Радж Махтур, однако он все же его чувствовал. Он бесконечно долго бродил по саду, не ощущая ничего, кроме этого самого давления, пока не обратил внимание на одинокое дерево, которое росло на пологом холме. Его крона раскинулась широко, бросая тень на зеленую лужайку. Варгесс шел к ней так же долго, пока наконец не запретил себе думать, и вот тогда-то он оказался в тени этого самого дерева. В его корнях, сплетенных в странного вида узлы, походившие внешне на человеческие лица, зияла дыра. Варгесс спустился в нее, и хотя наклон был почти вертикальный, он смог проделать спуск без вреда для себя. По ступеням, сплетенным из корней, он спускался все ниже, пока не вошел в огромный зал, края которого невозможно было увидеть. Весь его пол был завален костями, а его свод был унизан гниющими телами, с некоторых из которых еще сочилась кровь. Корни потянулись и к нему, но он отсек их своей рапирой. Понимание того, что все эти корни питали растение на поверхности, пришло не сразу, но когда он это понял, то до него донесся старческий крик. Тельштейну понадобилось приложить все свои силы, чтобы освободить старика от корней, и только потом он коснулся его лба и растворился вместе с ним в пространстве и времени.
Эдирог появился в кромешной темноте; он не видел себя, не видел ничего вокруг. Он просто шел на горестный женский плач, который слышался то с одной, то с другой стороны. Он бродил бы еще очень долго пока в его руке вдруг не появился тот самый камень, который передал ему Варгесс Тельштейн. Он стал словно факелом во тьме, и Эдирог нашел ту бедную женщину, что так горько рыдала. Когда он к ней приблизился, Князь увидел, что она держит на руках новорожденное дитя. Он коснулся ее лба, и она рассыпалась прахом, после чего и он сам превратился в прах, растворившийся в пустоте.
–Теперь ты понимаешь, почему я тебя призвал, мой Князь, – проговорил Радж. – Наши жрецы не то чтобы не справляются, они просто не в силах противостоять силе колдуна.
– Я понимаю.
– Нам всем нужен отдых, а затем мы продолжим поиски Ориона.
– Ты прав, Радж!
Они возвращались в мир грез снова, снова и снова, пока в одном из них Эдирог не увидел Ориона. Он почивал на подушках среди обнаженных женских тел, утоляя свою жажду вином, а голод – плодами персика, сливы и винограда. Эдирог протянул к нему руку, но она вдруг стала превращаться в пыль.
– Я за тобой вернусь, брат!
– Зачем? – взгляд Ориона был блуждающим, словно он не понимал, что происходит и где он находится. А затем добавил:
– Ты получил мой камень удачи?
Эдирог сунул руку в карман, и тогда его правая рука перестала распадаться и вновь материализовалась. Сжав камень в кулаке, Князь прыгнул вперед и схватил Ориона. И они вместе превратились в пыль, рассевшуюся в пространстве.
– Орион! – выкрикнул Радж.
Орион лежал на полу, тяжело дыша. Вокруг него суетились карлики в своих сутанах. Их песнопения и повизгивания оглушали, но как и Варгесс, Радж видел, как Князь приходил в себя, и его взгляд становился осмысленным.
– Радж! – громко сказал Эдирог. – Присмотри за Князем, а мы с Тельштейном вернемся и найдем колдуна!
Радж кивнул.
– Ты готов? Эдирог сжимал в кулаке камень, от которого тянулась серебрящаяся струйка, связывающая его с зеркалом.
– Да, мой князь. – Лорд-вампир обнажил рапиру и взял протянутую руку в свою.
Они вернулись в грезу и снова шли меж обнаженных женских тел, которые ласкали друг друга и утоляли свою жажду и голод вином и экзотическими фруктами. Они шли, пока не увидели зеркало, в коем ни отражалось ничего, кроме тьмы.
– Пора с этим покончить! – Эдирог коснулся зеркала, и Варгесс вместе с ним. Они оказались в тесной комнате, где кроме зеркала были одни сундуки да шкаф, набитый всяким хламом. Они вышли, и пока поднимались, на них то и дело налетали монстры, с которыми они расправлялись в считаные минуты. Только однажды Эдирог остановился, выглянув в окно, и его взгляд помутнел. Он увидел крепостные стены и башни, которые наблюдал последний раз очень давно, в своей бесзаботной юности – более двух тысяч лет назад.
– Нам нужно идти, – сказал Князь, ускоряя шаг.
Они поднялись еще на три яруса, уперлись в дубовую дверь, оплетенную корнями. Эдирог вышиб ее ударом ноги, ступил в залу с зеркальным полом. Там перед зеркалом с медным обрамлением стояла фигура в плаще и с посохом в руке.
– Ты пришел как раз вовремя, Князь!
– Зачем ты это делаешь?
– Ради тебя!
В тот же миг Эдирог услышал, как рапира покидает ножны.
– Мой Князь, берегитесь! – воскликнул Тельштейн за секунду до того, как нанес удар.
Эдирог умело парировал его кинжалом, а затем, высоко подпрыгнув, коснулся лба Варгесса, в один миг превратившийся в прах.
Колдун вышел в центр залы и сбросил с головы капюшон. Под ним скрывалось лицо – знакомое, родное, чья улыбка приносила радость его сердцу и чьи слезы приносили ему безмерные муки.
– Женевьева…
– Да, мой сын, это я!
Князь не убрал кинжал. Он смотрел в лицо своей матери, чьи глаза светились ярче самих звезд.
– Я все это делала для тебя! – сказала она.
– Но мне это все не нужно!
Зеркало позади Женевьевы вспыхнуло, и в зале появился Орион, за ним Радж и личные гвардейцы Владыки. Они заковали Княгиню в кандалы и исчезли, превратившись в пыль, которая не успела осесть на пол.
– Теперь, если захочешь, ты можешь вернуться в Земное царство, мой брат.
– Да, – ответил Князь.
– Но помни, – сказал Орион, – если вдруг мне понадобится твоя помощь, я призову тебя.
– Я знаю.
В уютном ресторанчике, где на подиуме молодая женщина исполняла грустную песню о неразделенной любви, Эдирог заказал бренди с тоником и, увидев молоденькую грустную девушку с бокалом шампанского в руке, подошел к ней.
– Здесь не занято?
https://www.litres.ru/evgeniy-aleksandrovich-kuragin/pechat-kaulme/
Аннотация
«Ад пуст! Все демоны сюда слетелись!» – писал когда-то Шекспир. Но что, если демоны не просто среди нас… А внутри нас самих, и это не страшная одержимость, а привычная повседневность? Впрочем, не может в таком мире все быть просто и безопасно. Мария, двадцатидвухлетняя сотрудница Бюро печатников на Естафьевке, на одном из выездов обнаружила девочку, окруженную зеленым сиянием, и этот случай свел ее с магистром седьмого класса Лаврентием Эдмундовичем. Для них обоих это стало лишь началом загадочных и жутких событий, ведущих к некоему ордену, который считается давно исчезнувшим…
Месть ради Мести:
https://www.litres.ru/evgeniy-aleksandrovich-kuragin/mest-radi-mesti/
Аннотация
Старый Город – место, в котором не существует справедливости. Жуткие события замалчиваются, преступников покрывают. А оттого у многих есть причины, чтобы мстить со всей жестокостью – а особенно у Трехпалого. И никакие преграды не остановят его от того, чтобы добраться до своих целей и совершить то, что он планировал много лет…