Автор хотел написать рассказ о Мишке Платове и жажде познания, что толкает нас бороздить просторы космоса, опускаться в глубоководную бездну и исследовать уголки человеческой психики. Эта история должна была отправиться в космос, но главный герой стал действовать самостоятельно.
Я расскажу вам историю про рассказ, который не улетел в космос.
На белом листе прорастали тонкие стебельки букв. Когда ты слаб и молод, то летаешь по ветру туда-сюда – вот и у них ещё не было крепкого стержня. Что можно сделать с написанным словом? Да что угодно! Хоть в землю втоптать, хоть с корнем выдернуть как сорняк.
Один стебель показался достаточно крепким, чтобы у него появилось имя. Ветер прошуршал ему: «Ш-ш-ш, тише, Мишка Платов, будь смелым, гибким, но не сгибаемым. Ты в нашей истории главный герой. Ты – космонавт».
С этого момента и на всю жизнь Мишка полюбил летать. Он упивался свободой, любовью и знанием. Видел, как соседние растения ломаются, выдернутые из материнского лона. Умел слышать шепот ветра, а значит, его дух никто не сломит. Немного подрастет и сможет сам оттолкнуться от земли да как прыгнуть ввысь! Да как завертеться! Лететь над цветочными головами, деревьями, городами, океанами, пока все они не станут ковром-самоцветом. Земля свернется под ним клубком, как божья коровка. Ох, какая блажь быть взрослым и сильным. Так наше слово-герой укоренилось в себе, росло, и ему больше не угрожали авторские правки.
В пространстве героя творился полный хаос. Окружающий фон из людей и событий напоминал толпу в метро. Вот бы увидеть одно четкое предложение, выхватить его телескопом в темноте. Мысль заглядывала яркой звездой и тут же пряталась за облако. А вот уже новая звезда видна. Ох, как их много: какие-то близкие (на расстоянии тысячи лет раздумий), а свет других слишком далек, чтобы согреть или осветить происходящее. В общем, черт ногу сломит в этом рассказе, но дедлайн близко, и автор продолжает.
Я покажу вам фрагмент черновика. А вы постарайтесь открыться, чтобы принять историю в истории. Представьте, что одна галактика захватывает другую, и получается химера – страшный, но естественный процесс.
***
Ученые умеют вляпаться так, что весь мир переворачивается вверх дном. Чтобы вытащить человека из его привычного сценария, психотерапевт трудится не один год. А первооткрыватель делает это как будто невзначай – из серии «оно само». Сначала «оно само» заменило Бога, а теперь нацелилось на личность. Последующие поколения узнают только, что первыми в портал зашли китайцы.
Информации было слишком мало для паники, но достаточно для всеобщего напряжения. Инвестор отвел хищный взгляд от показателей фондового рынка. Подросток с зависимостью от видеоигр, оборвал не пройденную миссию. Девушка, обычно фотографирующая свой завтрак дольше, чем его ест, задумчиво ковыряла вилкой. СМИ переплюнули самих себя: «В Марианской впадине живут русалки», «НЛО приземлился в океан», «Масоны скрывали проход в другой мир», «В Земле есть отверстие» – более дурацкие заголовки трудно вообразить. Но сплетни распространялись только из желто-газетных ртов. Губы прохожих были поджаты и не настроены на болтовню. В коллективном бессознательном крепко укоренилось «озвучить – значит признать». Признавать крушение старого мира, не имея фундамента для нового, никому не хотелось.
Мишка Платов, космонавт первой лиги, прокручивал вокруг пальца обручальное кольцо. Рядом с ним сидели незнакомые ребята и пара товарищей, вот только он был от них где-то далеко-далеко. Сколько он уже ждал под кабинетом начальства? Час, три, а может и все пять. Мысли его спокойно качались чайками на волнах. В невесомости, считал Мишка, человеку тоже нужна точка опоры, и находиться она должна внутри. Он привык не поддаваться общим настроениям и быть в ладах с самим собой. А вот парень слева нервно дергал ногой и, собрав полный рот раздражения, выпалил:
– Океан – это вам не бассейн в Звездном городке. Какого черта нам там делать?
Мишка ответил новичку, имени которого не знал:
– Вот и не делай. Ты здесь почему сидишь?
Возможно, парень и хотел ответить, но его опередили с дальнего конца скамьи:
– Видать, когда папочка был космонавтом, стыдно быть никем.
Голоса сплелись в пчелиный рой. Мишка ощутил усталость, какая порой накатывает, когда ты не со своими.
– Ладно, парни, хватит – произнес он и взглянул на часы.
Сколько он уже ждал? Механическое сердце показывало начало шестого, а значит, четыре часа ожидания – не меньше. Когда хочешь растянуть мгновение, его конец приходит молниеносно. Когда сидишь в очереди, минуты ползут как улитки. Закон подлости один из наиболее точных, как бы здравый смысл не утверждал обратное. Да и что такое, в сущности, время? Есть ли что надежнее настоящего момента? Разум меняет воспоминания, преображая их через призму «здесь и сейчас». Так что, прошлое как неизменно, так и непостоянно. А будущее и вовсе туманно. В космосе время, свободное от земного порядка, ощущается совсем иначе.
Открылась дверь, и десяток встревоженных глаз уставились на Карпенко – главного по международным вопросам. Не смотря на последние пару бессонных ночей и тяжелые переговоры с США, он бодро воскликнул:
– Бойцы, летим! Нам дали добро.
И сквозь смех добавил:
– Точнее, ныряем.
Присутствующие воодушевились. Чем отличается космонавт от большинства людей, так это радостью принимать вызовы и скукой, когда их нет. Мишка понимал, что им предложили билет в один конец. Он не дурак. У него было четыре часа ожидания, чтобы мысли чайками качались на волнах, и ветер подсказывал решение.
***
Из приведенного выше фрагмента должен был вырасти рассказ для конкурса. Лучшие работы полетят в космос, а эта так и останется незапущенной ракетой. Черновики комиссия не принимает. Дописать автор не сможет: он ушел на моменте, когда Мишка принял решение лететь. Точнее, нырять. Дальше герой будет действовать самостоятельно, и ему не смогут угрожать авторские правки.
Автор оставил нам не историю как таковую, а намек на неё – космос общается с Землей в такой же манере. Мы видим вспышки давно прошедших событий и делаем по ним прогнозы на будущее. Получаем осколок знания, рассматриваем его под микроскопом, показываем другим и выдумываем по нему общую картинку. Играем с идеей, что Вселенная – это одна огромная голограмма, где в каждой крупинке спрятана общая информация. Только разобрав предмет на части, можем понять механизм его работы.
Я расскажу вам о происходящем в мире Мишки Платова. Дело в том, что китайский батискаф совершил погружение в Бездну Челленджера и исчез. Следом направили автономный необитаемый подводный аппарат, который ничего не находил, а на пятый час безуспешных поисков с ним и вовсе пропала связь. США отправили свой АНПА в предположительное место исчезновения, и он сразу же пропал с радаров. Запись с камер каждого обрывается на изображении ярких световых вспышек. В Марианской впадине тьма непроглядная, и специалисты боялись предполагать, с каким источником света столкнулись. Были идеи про злобное электрическое существо, божественный свет и попадание в нечто, напоминающее черную дыру. Так же не исключали, что давление воды просто расплющило всех в лепешку. Но дальше всего зашел астронавт, озвучивший мысль, что в Марианской впадине может быть портал, ведущий на другую планету. Новые идеи часто маскируются под безумные шутки, чтобы не быть втоптанными в землю или выдернутыми с корнем как сорняк.
Страны объединили силы в поиске ответов. Улучшили оборудование, подключили роботов и решили снова отправить людей на разведку. Космонавтов с аквалангистами разбили по парам. Первые были подготовлены лучше: они проводили в тренировочном бассейне много часов и уверенно чувствовали себя в воде. Аквалангисты же никогда не были в космосе.
Многие недоумевали, как можно искать биологическую жизнь, а совершить переворот в физическом мире. Мишка Платов всей душой хотел найти ответ. И, как у каждого героя, у него были препятствия на пути к своей цели. Читателю неинтересно наблюдать за обычным человеком, если он не находится в состоянии разрешения личного конфликта.
Препятствие № 1. Жена, которая магнит и теплота. Запустишь огрубевшие руки в волосы, как в цветочное поле, и раны заживают. Даже в захватывающей миссии на Луну Мишка думал о жене. Скучал по её простой природе, которая, в отличие от Лунной, не выворачивает душу наизнанку, не пудрит мозг иллюзиями, не заставляет прыгать как нелепый воздушный мячик. Скучал по возможности наслаждаться бытием рядом с ней, проживать обычную человеческую жизнь с нормальными обедами и удобной кроватью.
Тяга к познанию вырывала его железными клешнями от любимой и бросала в открытый космос. Наши привязанности, воспитание и предпочтения создают гравитационное поле, заземляют. Мишка думал, а кто же он без этого всего? Что в сухом остатке?
Препятствие № 2. Страх глубины, где ничего не ясно. В космосе бессчётное множество светил, огромных, ярких – волшебнее, чем первые новогодние игрушки в руках младенца. А вот как можно жить без света и воздуха, Мишка Платов не представлял. Рыбы всегда казались ему инопланетянами и пугали так, что он сам покрывался чешуей мурашек. Это что-то родом из детства, где Мишка стоит с отцом на пирсе, мужчина рядом достает рыбу, измученную на крюке, и кидает её в ведро. Рыба скользкая, вонючая, дерганная. Мишка отворачивается. Если и есть инопланетяне, думал он, то они должны походить на рыб.
Никто о его страхе не знает – он в ладах с самим собой. На тренировках или при посадке космического корабля в океане нет времени думать о глупостях. Да и страх глубины не означает, что он не может плавать. У Мишки есть воля и точка опоры внутри – он та ещё птица. Вот только погружение в глубину – противоположный полету процесс. В космосе ты расширяешься, а здесь сжимаешь себя до точки. Так и до большого взрыва недалеко.
Тяга к познанию сталкивала его лицом к лицу со страхом, заставляла смотреть на своё отражение, а потом нырять сквозь него дальше на глубину. Страх оставался россыпью мурашек, напоминая о живом сердце.
Препятствие № 3. Капитан, покинувший корабль.
Жена дома, страх россыпью мурашек, а Мишка с напарником Юрой в подводно-космическом корабле «Рассвет 3». Глубина обволакивала их железное тело, старалась присвоить. Они уже не чужеродный объект, вторгшийся в природу. Они частицы, свет, звук, сила, вспышка, вибрация, идея, хлопок!
Оглушительное перемещение. Первое время Мишка находился в пространстве за сознанием и не мог мыслить. Ощущений было много, но ни за одно не удавалось ухватиться. Сердце рыбой дергалось в грудном ведре. Крючок, крючок, равновесие – точка опоры внутри.
Мишка потянул руку в сторону Юры и увидел два вытаращенных, словно плохо забитые гвозди, глаза. Мысль загорелась звездой: они выжили, совершили прыжок в невозможное. Следующая вспышка сознания обожгла: если сейчас не собраться и не предпринять ряд действий, они погибнут. «Рассвет 3» запустил установку купола. Из багажного отсека выкатились маленькие роботы и тоже принялись за работу. Мишка нащупывал знаковую систему, которая могла бы достучаться до Юры. Тот оставался в оцепенении все время, пока устанавливалась их космическая палатка. А потом вскочил, скинул шлем, упал на колени и начал молиться. Молитва перешла в крик, крик в стон, стон в смех, смех в крах. Как пара несдержанных слез превращается в шумные фонтаны рыданий, так слабый смешок превратился в безумный яростный хохот. Мишка упал рядом, стараясь потушить эмоциональный пожар, но Юра уже был от него далеко-далеко.
Тяга к познанию не позволила нашему герою отправиться вслед по стопам безумия. Мишка заправился кислородом и вышел из купола. Гравитация была похожей на родную. Пыль от его костюма отпрыгивала разноцветными блесками. Он видел оранжевый свет, как в пустыне на закате дня. Он видел густые зеленые облака, скользящие на фиолетовой простыне. Из почвы торчали камни, напоминавшие панцирь стегозавра. На ощупь земля казалась живой, дышащей.
Со всех сторон надвигался туман. Забыв про приборы, Мишка шел ему навстречу словно загипнотизированный. Ему даже показалось, что впереди стоит улыбающийся Гарик – его лучший друг и космонавт, погибший на задании. А вокруг не туман вовсе, а дым от сигареты. Их дружба была построена на этих «пойдем переговорим» и «дай огоньку». Как же ему не хватало этих пятиминуток. Мишка, бывает, заглядывал к товарищу на могилу. Поджигал сигарету, клал на памятник и стоял, пока та не догорит.
Да что это с ним. Он практически ничего не видел. С громким треском падали на него воспоминания, и не доставало рук, чтобы их ловить. Запоминается не плохое и не хорошее, а яркое. Такое, как его первая поездка на мотоциклах с друзьями. Хватая ртом попутный ветер, отдавая ему вслед восторженные возгласы, они неслись все дальше и дальше. Скорость, вскружив им головы, знала своё дело. В такие моменты и чувствуешь, что живешь. Глаза щипало от пыли, но сердце трепетало в предвкушении новых горизонтов.
А что будет с ним, когда его не станет? Мысль о скорой смерти резанула голову бритвой. Потом её заменил звук, подобный долгому писклявому, все никак не прекращающемуся, гудку. Это тишина так становилась громче. Кислорода не хватало. Усилием воли Мишка вернул себя в настоящий момент. Нужно действовать сейчас, а не скользить по памяти, перебирая упущенные возможности. Туман прошел сквозь него и двинулся дальше. Рядом пролетело что-то огромное, чего Мишка не успел разглядеть. Ещё раз пролетело, и Мишка замер. На земле ползли тени птиц и махали листвой ветви деревьев. Из-за зеленых облаков выглядывало светило. Повсюду была жизнь, тени которой он видел. Мишка чувствовал, что новый мир приветствует его. Сердце стреляло праздничным фейерверком, голова закружилась, и он упал.
Позже наш космонавт проснется в окружении дивных существ. Осознает, что лежит без костюма. Станет жадно вдыхать воздух, который так похож на родной. Ощутит себя рыбой с легкими вместо жабр. Постарается угадать внешний облик незнакомцев по их теням: треугольные силуэты, изящные рога, три пальца на руках. А потом начнет вслушиваться в чужеземную речь, глотать звуки как свежий воздух. Захочет дотронуться руками до треугольных тел, чтобы узнать из какого они теста, но поймает лишь пустоту. Тень есть, а того, кто её отбрасывает, нет. Как такое возможно? Перед ним призраки? Духи? Попал ли он в мир без материи? Мишка не будет знать, как общаться с этой планетой. А вопросов всегда будет больше, чем ответов, но именно это и даст ему мотивацию жить. Позже ветер подскажет, что дух неуловим. Чтобы узнать дух, не нужно стараться его поймать – лучше просто наслаждаться игрой.
Здесь мы оставим героя, ведь я обещал вам историю не про Мишку, а про рассказ, который не полетел в космос. Автор хотел написать историю про космонавта, который так сильно верил в знание, что оказался на другой планете. Героя, который стремился к расширению своего кругозора и считал, что точка опоры должна быть внутри. Можете себе представить, каким было разочарование автора, когда слово, совсем недавно бывшее слабым стебельком, осмелело настолько, что покинуло черновик. Слово совершило прыжок в неизвестность. Оно летело над цветочными головами, деревьями, городами, океанами, пока все они не стали ковром-самоцветом. Земля свернулась под ним клубком, как божья коровка. Автор остался ни с чем. Один нелепый черновик не смог реализовать его замысел, но так ли это важно с точки зрения Вселенной? Главное, что Мишка жив. Он все ещё умеет слышать шепот ветра: «Ш-ш-ш, тише, Мишка, ты – космонавт».