Яркие флаги развивались на ветру, громко звучала музыка и разносилась над водной гладью. На берегу стояли толпы людей и создавали атмосферу торжественности своими возгласами. Шум заглушал только ветер, который дул в попутном направлении для участников экспериментального маршрута над океаном.

Перед участниками этого шоу, которое бурно и радостно поддерживала вся собравшаяся публика, стояла сложная задача – пересечь океан на воздушных шарах. Шары, в свою очередь, уже были привязаны к плотам с провизией.

Участники уже добрались до плотов и радостно приветствовали собравшихся и посылали воздушные поцелуи публике.

Чей-то голос, усиленный звучанием микрофона, перечислял имена участников:

– Участники под флагом Парагвая: Шади Порей, Камилла Глоус, Изольда Прут. Участники под флагом Дании: Оливия Паульсен, Лукас Моллер , Анна Нельсон. Участники из Австралии…

Голос диктора пыталась заглушить восторженная публика, которой даже шум прибоя мог бы позавидовать своей энергией и силой.

Такое мероприятие было организовано содружеством нескольких стран, в качестве укрепления дружественных отношений.

Лодки с многочисленными катерами уже стали отчаливать от плотов, прикрепленных к воздушным шарам, выгрузив достаточно запасов. Маршрут занимал собой около недели над океаном и зависел полностью от погодных условий.

Путешествие было опасным, и лишь самые смелые и выносливые участники, которые прошли отбор, смогли отправится по заданному маршруту. Отбор состоял из нескольких этапов и включал в себя в основном физическую подготовку.

На набережной, протянувшейся вдоль склона, находились шатры с памятными сувенирами и уличной едой. Люди расположились по всему склону. Тем, кто оказался у его подножья, хорошо было видно горизонт океана и проходившие по нему катера и яхты, а тем счастливчикам, которые остались стоять на верхушке холма – виднелась вся прелесть воздушных шаров, паривших над океаном.

Погода в этот день выдалась действительно прекрасная: небо было ярко голубым и чистым, лишь несколько небольших облаков предавались плаванью в небесах, что придавало шарм и некую наивность непредсказуемому и бескрайнему океану.

– Ты боишься? – спросил Руфус выглядывая из-за плеча Нелли.

– Нет, – обернувшись ответила Нелли, – уже не боюсь.

Она попыталась улыбнуться, но Руфус догадался, что Нелли встревожена.

– Не бойся, – поддержал он свою подругу, – я с тобой.

Нелли кивнула ему и снова отвернулась лицом к берегу, пытаясь найти в толпе людей знакомые лица. Но плот с участниками стоял очень далеко от берега, и даже малейшая попытка разглядеть лица, которые торжествовали на берегу, стоила огромных усилий.

Нелли и Руфуса связывали лишь дружеские отношения, но она доверяла ему, как доверилась бы своему брату. Его слова ободрили её и всё волнение улетучилось.

В их команде было четыре человека: Нелли, Руфус, Саманта и Чак. Их тренер, оставаясь на берегу, дал им последнее наставление и теперь команде оставалось лишь надеяться на свои силы, чтобы преодолеть ряд испытаний и добраться до финиша первыми. По крайней мере, Чаку больше всех нужна была победа.

Он стоял на плоту и проверял снаряжение. Проверяя, в который раз, узлы, которые связывали плот и воздушный шар, его мысли были далеко, за пределами горизонта. Это заметил Руфус и подошёл к приятелю.

– Как ты, парень? – обратился он к Чаку.

– Всё в порядке, – ответил Чак, теребя в руках канат.

– Ну, раз так, то хорошо. – ответил Руфус, но не поверил ему на слово. И на всякий случай продолжал следить за приятелем, чтобы тот не натворил глупостей.

Чак и правда был обеспокоен, но отношения с Руфусом были не достаточно близкими, чтобы вот так вот, с ходу, рассказывать ему о своих проблемах.

В это время Нелли и Саманта обменивались с соседними командами советами по поводу предстоящих приключений. Команда из Дубая оказалась самой подготовленной и технически оснащённой. Они отдали Саманте один из своих гаджетов, чтобы в непредвиденной ситуации их смогли найти.

Руфус проверял и закреплял провизию. Она состояла из спальных мешков, горючего, а также продуктов, которых должно было хватить на время путешествия.

Диктор призвал команды к готовности. Участники начали подниматься в корзины воздушных шаров по тросам. Воздушные шары находились не высоко над уровнем моря, поэтому командам предстояло набрать высоту.

– Нелли, Саманта, – крикнул Руфус, – забирайтесь первыми.

Он указал девушкам на веревочную лестницу, и те начали подниматься в корзину воздушного шара.

– Иди за ними, – сказал Чак, – я ещё раз проверю все тросы.

Руфус кивнул и забрался в корзину. Через несколько минут к ребятам присоединился Чак.

Саманта и Нелли сели по разным сторонам корзины, а Руфус занялся горелкой, чтобы поднять шар в небо.

– Как ты думаешь, – спросила Саманта у Нелли, – мы сможем продержаться неделю вместе и не подраться? – и сразу засмеялась.

Нелли соединила кулаки и ударила ими друг об друга.

– Держу пари, нам не хватит и пары часов, – ответила Нелли и засмеялась в ответ.

Руфус понимал, что девушки нервничают и пытаются разрядить обстановку шутками. Но глядя на Чака, он начинал волноваться. Его смущало, что парень ведёт себя странно и очень настороженно, как будто знает страшную тайну.

Шары поднялись высоко в небо и отправились на встречу приключениям над бездонным и бескрайним океаном.

На причале ни кого не осталось, люди разошлись по барам. На пустующий берег солнечный свет проливал свои предзакатные лучи. Шары, тем временем уже пролетели достаточно времени, чтобы участников посетило чувство голода.

– Ты только посмотри, – воскликнула Нелли, глядя в бинокль, – это же японцы.

Чак встал и отобрал у неё бинокль:

– Да, это точно их флаг, – пробубнил он, как будто не хотел давать точный ответ друзьям.

– И когда они успели вырваться вперёд? – спросил Руфус, – Все остальные идут ровно.

Он положил ещё один кусок сыра внутрь булки и принялся за него.

– Руфус, – смеясь воскликнула Нелли, – сколько можно? Ты так все булки съешь.

– Я беспокоюсь о сыре, Нелли, – ответил он, смакуя свой бутерброд, – сыр это такая штука, которая без должного употребления может просто пропасть.

– Для это у нас есть холодильник внизу! – сказала Саманта.

– Да, но именно этот сыр в него не влез, – ответил Руфус, не переставая жевать свой бутерброд.

Все ребята рассмеялась, кроме Чака. Он так и стоял, глядя в бинокль.

– Из-за Руфуса у меня разыгрался аппетит, – сказала Нелли, – я пожалуй спущусь поужинать. И тем более скоро солнце сядет, нам нужно быть в корзине до заката.

– Хорошо, я с тобой, – сказал Руфус.

– Разве ты голоден? – рассмеялась Саманта.

– Конечно, – ответил он, – я ведь только начал.

И Руфус начал спускаться вслед за Нелли.

– Такими темпами нам не хватит еды, – заметил Чак и взглянул на Саманту.

Она снова рассмеялась.

– Мы спустимся после вас, – крикнула она Руфусу в след и заметив взгляд Чака, продолжила, – если ты не против, конечно, поужинать вместе. Если что, я могу и одна.

– Я не против. Спустимся вместе. Так будет безопаснее, – ответил Чак.

Он наконец-то отложил бинокль и сел на своё место.

– Я думаю, что тебя что-то тревожит, – сказала Саманта и села напротив, – ты можешь поделиться со мной и тебе станет легче.

– Со мной всё в порядке Саманта, – сказал Чак и снова встал, делая вид, что поправляет узлы.

– Хватит Чак, – не вытерпела Саманта, – ты очень странно себя ведёшь. Все ребята уже это заметили. И даже сейчас, когда я протягиваю тебе руку помощи и поддержки, ты отворачиваешься от меня.

Чак продолжал раскручивать и закручивать узлы, чтобы избежать конфликта, но под натиском Саманты ему не удалось избежать подобного разговора. И он решил ответить ей в таком же тоне, которым воспользовалась и она.

– Да, Саманта, ты права, – показал свой характер Чак и продолжил, – но я не готов разговаривать об этом. Я должен сам всё обдумать, прежде чем делиться с другими и подвергать их опасности.

Саманта промолчала. Хоть и была она девушкой с характером, но ни кто до этого момента не смел перечить ей в таком же тоне. А тут, вдруг, какой-то парень из её команды, которого она считала другом, вдруг ответил ей и заставил замолчать.

Сначала Саманта открыла рот, но потом передумала и решила не кричать на него.

«Может ему действительно тяжело сейчас», – подумала она и решила не лезть в его проблемы, по крайней мере в данный момент.

Ребята сидели и молчали. Саманта смотрела вдаль, а Чак на Саманту. Ее светло-русые пряди, выпавшие из конского хвоста развивались на ветру, зелёные глаза смотрели на горизонт, а длинные пальцы рук держались за канат. Чак смотрел на неё, но не понимал как в такой ангельской внешности может скрываться такая мужественность и столь сильный характер.

А в это время Нелли и Руфус сидели внизу на плоту и ужинали. Руфус достал два контейнера с салатом и куриные рулеты.

– Какой ты джентльмен, Руфус, – сказала Нелли и улыбнулась.

– Ты мне льстишь, – ответил он.

– Ни капли. Ты ухаживаешь за мной, прямо как в дорогом ресторане.

Нелли снова рассмеялась. Она чувствовала такую лёгкость и беззаботность в общении со своим другом. Ей нравилось проводить время с Руфусом, она могла доверять ему и не притворяться сильной и независимой женщиной. Ведь именно это она и делала в повседневном общении с мужчинами.

– По-моему, – рассуждал Руфус, – здесь намного лучше, чем в ресторане. Ты только взгляни кругом: море, закат, – тут он посмотрел на свой контейнер с едой, – еда конечно же. Это же рай.

Нелли снова рассмеялась.

– Руфус, тебя в бочку посади и дай бутерброд, тебе всё равно рай будет.

– Я так не думаю, – противился Руфус. Он не хотел признавать свою зависимость от еды. Но немного подумав он добавил, – хотя это нужно ещё посмотреть с чем бутерброд.

Нелли снова рассмеялась, а Руфус смотрел на её карие глаза, которые в лучах солнца становились медовыми и понимал, что Рай для него – это глаза Нелли, и даже ни какой бутерброд здесь не имеет значения.

Чак, который слышал смех приятелей, доходивший до него, размышлял. Но тут его мысли будто бы прочитала Саманта и сказала:

– Нет, ну ты только посмотри! Мы тут пытаемся вырваться вперед и одержать победу, а им только веселье и романтику подавай!

Саманта посмотрела на Чака, пытаясь найти в его взгляде поддержку. Чак понял это и ответил:

– Мы ещё успеем догнать этих японцев. Не переживай.

Саманта улыбнулась, она была рада, что Чак простил её выходку и ответил. Хотя его ответ был достаточно сухой.

И действительно, не хватало ребятам поссориться в этом испытании, тогда о победе не могло быть и речи.

Через пол часа Нелли поднялась и отправила Саманту на ужин, а за ней поднялся и Руфус.

Чак не хотел идти вместе с Самантой и снова оказаться с ней наедине, поэтому остался с ребятами. Но они затихли при Чаке, будто бы знали какой-то секрет, предназначенный только для двоих людей. И Чаку пришлось оставить их наедине и спустился к Саманте.

Они поужинали в тишине и вернулись в корзину. Уже смеркалось и солнце медленно тонуло в океане. Кто-то дремал, кто-то контролировал движение соперников, кто-то любовался открывшимися бескрайними видами.

И действительно, когда ещё представится возможность увидеть океан с высоты птичьего полета, да ещё и во все 360 градусов вокруг.

Уже наступила поздняя ночь и практически вся команда спала, только Чак следил за курсом. Его худощавое телосложение казалось слишком уязвимым, а миловидное лицо и темно-русые волосы больше подходили для модельного дефиле, чем для трудного спортивного мероприятия. Но его ясность ума и твердость характера помогали добиваться поставленных целей, не смотря на внешность. Чак продолжал стоять неподвижно и смотреть вдаль.

Вдруг внизу началось какое-то движение. Чак включил фонарь и посвятил вниз, но так и ни чего не заметил. Движение остановилось, но через некоторое время снова началось с новой силой и в этот раз его почувствовала Нелли и проснулась.

– Что происходит? – спросила она сонным голосом.

– Я не знаю, – ответил Чак. Его голос был взволнован.

– Ты проверял?

Нелли взяла фонарь и посветила вниз.

– Да, я смотрел, – сказал Чак, – но ни чего не увидел.

Нелли погасила свет и сказала, что тоже ни чего не видит.

Движение снова прекратилось.

– Видимо свет каким-то образом влияет, – пришел к выводу Чак.

– Хорошо, мы подождем. Возможно это просто течение, – успокоила себя Нелли, а заодно и придала уверенности Чаку.

Но движение снова возобновилось уже с большей силой и напугало девушку ещё больше.

– Я разбужу Руфуса, – сказала она.

– И Саманту тоже разбуди, – попросил Чак.

Когда вся команда проснулась, они принялись вслушиваться в шум, исходивший снизу.

– Я спущусь и проверю, – решительно сказал Руфус.

– Нет, постой, – разволновалась Нелли.

– Не волнуйся, – сказал Руфус и нежно взял девушку за плечи. – Я только посмотрю что там и тут же поднимусь обратно.

– Ты можешь не спускаться до конца, – предложила Саманта, – только до пределов видимости, чтобы разглядеть что там такое.

– Саманта права, – сказал Чак, – тебе нужно только увидеть в чем проблема и сообщить нам. Вместе мы найдем решение.

Руфус кивнул и одел спасательный жилет. Он закрепил фонарь на голове и начал спуск.

Нелли смотрела на него вниз и старалась вместе с ним прочувствовать каждое его движение. Чак спокойно ждал возвращения Руфуса в стороне. А Саманта взяла подругу под руку, пытаясь поддержать и успокоить её своим присутствием.

Через десять минут Руфус начал подъем обратно к ребятам. Всё это время Нелли казалось, что прошла целая вечность.

– Там гигантские рыбы, – задыхаясь ответил Руфус, перекидывая ногу через бордюр шара.

– Что они там делают? – недоумевая спросила Саманта.

– Кто-то забыл закрыть холодильник, – сказал Руфус.

– Чак!!! – воскликнули хором девушки.

Чак удивлённо посмотрел на них, не понимая о чём речь.

– Чак, ты последний поднимался, – сказала серьезным тоном Саманта, – ты убрал холодильник?

– Я.. я.. – затрудняясь ответил Чак, – я не помню.

– Ну, конечно же ты не помнишь, – с яростью воскликнула Саманта. – Ты с самого начала где-то витаешь. Где-то, но не здесь.

– Чак, мы на тебя не злимся, – сказал Руфус.

– Говори за себя, – ответил Саманта, перебивая его.

– Саманта, прекрати, – остановила подругу Нелли. И продолжила мысль Руфуса, – Мы действительно не сердимся на тебя Чак, но мы одна команда и ты должен доверять нам.

– Я понял, я понял, – Чак оставил свои мысли и вернулся к друзьям, – я признаю свою ошибку. Со мной действительно происходят ужасные вещи и я должен был сразу сказать вам, тем более мы команда. Мне действительно нужна эта победа, дело в том …

– Хватит слов, – Саманта снова перебила, – нам нужно спасти свои запасы, иначе не о какой победе не может быть и речи.

Руфус согласился и подал Нелли и Саманте спасательные жилеты. Чак был расстроен. Он был готов излить душу друзьям, но выбрал не подходящий момент. Он тоже одел жилет и взял с собой верёвку, на случай вдруг она пригодится.

Первым спустился Руфус, за ним Нелли и Саманта, замыкал цепочку Чак.

Свет от фонарей отпугнул рыб, и ребята начали собирать вдоль плота оставшиеся припасы. Нелли пыталась разглядеть рыб, которые отплывали вглубь и возвращались обратно. Они были довольно больших размеров, некоторые больше, чем сама Нелли.

Но её не испугали рыбы, она ужаснулась, когда почувствовала дуновение ветра.

– Что с тобой, Нелли? – спросила Саманта, глядя как её подруга напугана.

Нелли перевела на неё взгляд и широко раскрытыми глазами напугала девушку ещё больше:

– Ветер. Он переменился.

Саманта в ужасе смотрела на подругу и крикнула:

– Бросайте всё! Быстрее наверх!

Руфус и Чак не поняли в чем дело, но они послушно закинули последние припасы в ящик, захлопнули его и побежали к лестнице. Но что-то пошло не так и канат, который удерживал веревочную лестницу оборвался. Девушки упали в воду. Руфус сразу сориентировался и прыгнул в воду за ними. От испуга он забыл, что на них спасательные жилеты, поэтому и кинулся спасать девушек.

Спустя некоторое время все четверо сидели на плоту и недоумевали. Ветер усилился.

– Что случилось? – спросил Руфус, стараясь перекричать порывы ветра.

– Ветер переменился, – тоже крикнула Нелли, – будет шторм.

– А что с лестницей? – спросил Чак.

– Я не знаю, – ответила Саманта, – она нас не выдержала.

– Этого не может быть, – заметил Руфус, – мы не поднимались за вами. Мы были на плоту.

– Да, точно, – подтвердил Чак, – вы поднимались одни.

– Значит веревки отвязались, – предположила Нелли.

Чак стал нащупывать трос, который он захватил с собой. Он понял, что это была его ошибка. В темноте он не разглядел и схватил первую попавшуюся верёвку. В итоге оказалось, что это был тот самый трос, который удерживал одну половину лестницы. Спускался он один, поэтому второй трос его удержал. Но подниматься девушки стали вдвоём, поэтому лестница не выдержала и второй трос отвязался.

– Что мы будем делать теперь? – спросила Саманта.

Её голос не дрожал, она была полна решимости, в отличии от Нелли, которая жутко перепугалась сложившейся ситуации.

– Для начала закрепимся на плоту, чтобы переждать бурю. А потом будем думать дальше, – рассудил логично Чак.

Ребята согласились. Все были мокрые и напуганные. На головах горели фонарики, которые светили друг другу в глаза.

Руфус заметил, что лицо Нелли было мокрым не только от воды, но и от слёз. Но к сожалению он не мог обнять её перед ребятами, он знал что это смутит Нелли и просто оставил её одну, чтобы она смогла перебороть свои страхи, а заодно и пережить эмоции самостоятельно.

Чак привязал злосчастный трос к плоту, он был огорчён и зол только на себя одного. По его вине ребята остались одни в открытом океане: доступа к воздушному шару не было, и можно с уверенностью забыть о победе. Главное сейчас – это выжить в буре и дождаться помощи.

Как и предсказывала Нелли начался настоящий ураган. Ребята держались за плот как могли. Фонари на их головах начинали моргать, и с каждой минутой казалось, что они вот-вот погаснут. Плот качало по волнам, захлёстывая команду свежей порцией воды, которая тут же уходила обратно в океан, но позже возвращалась с новой силой.

Нелли плакала, но Руфус больше не мог смотреть на её слезы и протянул свою руку. Нелли ответила ему и протянула руку в ответ, пытаясь найти его глаза в темноте. Нелли молила о скором завершении этой ужасной катастрофы и даже пообещала Богу, что если останется жива, то сразу признается в своих чувствах Руфусу.

Прошло уже несколько часов, а шторм не думал утихать. Каждое мгновенье казалось, что скоро наступит рассвет, но тьма не собиралась покидать друзей. Фонари давно уже перестали гореть и силы ребят тоже были на исходе. Иногда они перебрасывались парой слов, чтобы убедиться, что все находятся рядом.

Саманта заметила берег, о чём сразу сообщила всем.

– Не может быть, – сказал Чак, – мы находимся слишком далеко. Любой материк отсюда на приличном расстоянии от нас.

– Чак, – не унималась Саманта, – я точно вижу берег.

– Либо ты кошка, либо питаешь ложные надежды на спасение, – пытался образумить её Чак.

В этот момент плот снизу подтолкнула неведомая сила.

– Что это? – испуганно спросила Нелли.

– Не бойся, – ответил Руфус и сильнее сжал её руку, – это всего лишь волна.

Но толчок повторился ещё раз. В этот раз движение заметил сам Чак. Только он увидел не берег, а окружавших их плот акул.

– Ребята, вы только не волнуйтесь, – сказал он. Но его голос, переполненный волнением говорил об обратном.

– Что ещё? – спросила Саманта.

– У меня две новости: хорошая и плохая, – продолжил он.

– Разве тут может быть хорошая новость? – не унималась Саманта.

– Поверь мне, – утверждал Чак.

– Чак, прошу, говори как есть! – попросил его об одолжении Руфус.

– Значит только без паники! Мы окружены акулами…

– Что??? Ты говоришь об этом только сейчас? – перебила его Саманта.

– Дай мне сказать! – взбесился Чак её дерзостью.

– Мы окружены акулами, но мы им не нужны. У них другая цель.

– Интересно какая же? – Саманта не унималась.

– Саманта, перестань, – запротестовала Нелли и решила поставить на место подругу.

– С позволения Саманты я продолжу, – проворчал Чак.

Эта ситуация могла бы выглядеть комично, но порывы ветра, окунающие в океан волны, и полная темнота вокруг устрашали своей реальностью. Ребята из последних сил держались на плаву на плоте, который был сконструирован очень прочно, но из-за непредвиденной ситуации начинал трещать по швам. Многие припасы оказались за бортом. И в дополнение ко всему – ребята начали ссориться.

Чак продолжал:

– Куча еды за бортом. Готовое мясо, которое было замороженным оказалось за бортом и привлекло акул, теперь им нужна добавка.

– Что ты предлагаешь? – спросил Руфус.

– Мы не можем отдать оставшуюся еду, – расстроившись заявила Нелли, – она нам нужна. Неизвестно сколько времени нам придется торчать здесь.

– Нелли права, – поддержал Руфус.

– Подождите, у меня есть идея, – сказал Чак, – Саманта, ты уверена, что впереди есть берег?

Саманта растерялась. Она не ожидала, что Чак поверит ей. Она вгляделась в темноту ещё раз и с уверенностью сказала:

– Да, я уверена, что там берег.

– В таком случае, я предлагаю довериться Саманте, – предложил Чак.

– В смысле довериться?

– Вот именно, что это значит?

– Мы будем грести к берегу?

– У нас нет ни чего.

Ребята завалили Чака вопросами.

– Мы отправимся вплавь, – ответил Чак.

– Что? Ты шутишь?

– Нет, – продолжал он, – мы скинем оставшиеся припасы с одной стороны плота, и пока акулы отвлечены мы поплывём к берегу. Саманта, какое расстояние до берега?

Все молчали.

– Я понимаю, что это рискованно, но это всё что я могу предложить сейчас, – сказал Чак, – если вам нужно время, то подумайте.

– Расстояние довольно приличное, – неожиданно ответила Саманта, – нам придется плыть около получаса. Но если Чак мне доверился, то я могу рискнуть и поверить ему.

Воцарилась тишина. Ребята молчали. Только океан продолжал грохотать.

Нелли смотрела на Руфуса и крепко сжимала его руку. Он тоже смотрел на Нелли и ждал её решения.

– Я готова. Да, думаю я готова, – Нелли ответила очень решительно.

Чак вздохнул облегчённо, потому что он понимал, что только Нелли может струсить и Руфус останется с ней. Но раз все готовы, то можно приступать к осуществлению плана. За командование взялся Чак.

– Мы с Руфусом откроем все припасы и раскидаем как можно дальше от плота, а вы, – обратился он к девушкам, – плывите к берегу.

– Береги её, – сказал Руфус Саманте.

Саманта кивнула ему.

Чак и Руфус начали кидать замороженные продукты в океан, как можно дальше от плота, в противоположную сторону от берега.

Саманта и Нелли прыгнули в воду и поплыли по направлению куда указала Саманта.

Как только девушки оказались на безопасном расстоянии от плота, Чак и Руфус взяли небольшой холодильник и перевернули его, что вся еда оказалась в воде. Холодник пошел ко дну и вся еда тоже. За ним последовали все акулы.

Парни прыгнули в воду и поплыли за девушками.

Волны качали их тела, создавая препятствия у них на пути. Постепенно океан затих, но густая темнота не оставляла надежды на отдых. Морские глубины пугали своими тварями и ребята плыли в напряжении и с надеждой догнать девушек.

Через четверть часа им удалось это сделать. Руфус был счастлив снова увидеть Нелли. Её мокрые волосы и уставший взгляд нагонял тоску в его сердце. Руфус надеялся, что скоро всё закончится и будет как прежде: он увидит смеющуюся Нелли и будет счастлив.

Прошло около получаса, когда вся команда смогла убедиться в правоте Саманты: впереди действительно был берег. Он был темный, почти черный и без намека на маяк или какой-либо другой свет.

Буря практически прекратилась, волны спокойно покачивали четырёх друзей, помогая добраться до берега. Вода была черной и беспросветной, как и небо над их головами.

Наконец, добравшись до берега друзья обнаружили, что он не из песка и даже не из земных пород – это был бетон.

Бетонные плиты, высотой в два метра над уровнем моря, представляли собой некий пирс. Поплавав вдоль этих плит и не найдя пологого склона, ребята решили лезть вверх. Они помогли девушкам преодолеть высоту и снабдили их веревкой, которую Чак всё время держал при себе.

С помощью каната девушки помогли ребятам подняться. Все четверо легли на плиты и пытались отдышаться. Руфус закрыл глаза и стал засыпать. Это заметила Нелли:

– Руфус, нет! Не спи! Не здесь и не сейчас!

– Эй, приятель, – присоединился Чак, – нельзя засыпать. Нам нужно найти укромное и теплое место.

– Он прав, Руфус, – взмолилась Нелли.

Все четверо были истощены. Но Руфус получил травму, когда прыгнул с плота, но он плыл, и не терял надежды. Он плыл через боль, и теперь, когда он был спокоен, что Нелли в безопасности, силы оставили его.

Нелли держала его руку и умоляла встать.

Чак и Саманта в это время осматривали местность. Вдоль пирса, на бетонных плитах, находились стеклянные витрины.

– Похоже, здесь раньше была набережная, – предположила Саманта.

– Скорее всего так, – подтвердил Чак, – набережная и куча магазинов.

Бетонные плиты заменяли тротуар, магазинчики с витринами находились вдоль них. Всё выглядело заброшено и безжизненно. Не было ни какого намека на людей.

Бетон был холодный и влажный от постоянных волн, которым не мешала высота в два метра. Чак предложил Саманте вернуться и взять Руфуса. Они решили идти вдоль набережной, в надежде отыскать кого-нибудь, кто сможет их приютить на время.

Вернувшись, Чак поднял Руфуса таким образом, чтобы тот рукой опирался на его плечо. А с другой стороны шла Нелли и тоже помогала нести Руфуса. Саманта шла следом и по первой же просьбе подменяла Нелли.

Друзья шли, глядя на своё отражение в стеклах витрин. Они пугались собственных отражений. Света не было, только кромешная тьма. А из витрин на них глядели мокрые, измученные лица с красными глазами.

Нелли снова подменила Саманту и, нежно придерживая Руфуса, шла вперёд. Саманта шла позади приятелей. Вдруг она увидела движение в витрине.

– Ребята, там что-то, то есть кто-то есть…

– Саманта, – ответила задыхающаяся Нелли, – тебе показалось. Ты устала, мы тоже устали. Там даже нет света. Если бы там кто-то был, то обязательно был бы свет и мы заметили.

– Мне кажется, что там не человек, но оно движется, – продолжала Саманта, – и оно движется прямо на нас.

Саманта закричала и толкнула ребят вперёд.

Она была права. Прямо из витрины на них двигался какой-то объект. Этот объект приближался с такой скоростью, что Саманте пришлось поскорее спасать ребят, потому что она подумала, что он вылетит через стекло, не успев остановится. Она была права. Когда это что-то показалось ближе, стало отчётливо видно, что этот объект не бежит, он именно парит над землёй.

«Может это гигантская птица?» – пронеслось в голове у Саманты.

Но тут же она увидела воду внутри витрины. Это был гигантских размеров аквариум, из которого пыталось выбраться живое существо, и заметив ребят оно решилось сделать это.

Это существо вылетело, разбив своим телом стекло и пролетев над бетонным настилом, упало прямо в океан.

Пролетая над тротуаром, друзья сумели немного разглядеть её. Это была огромная черепаха. Её размер превышал всю команду, если бы их сложили вместе.

– Что это было? – Чак был шокирован.

– Кажется, черепаха, – сказала очумевшая Нелли. Она медленно поднялась, но вспомнив про Руфуса, побежала поднимать его.

– Я уже устала, – воскликнула Саманта, – меня уже ни чем не удивить. Что там дальше?

Она начала помогать Нелли. Потом резко перекинула ношу Руфуса на Чака и зашагала вперёд, при этом сокрушаясь:

– Сначала рыбы, потом шар отвязался, одни в океане, потом и свет погас, ещё шторм с акулами, – она повернулась к ребятам, и будто бы только сейчас осознала всё произошедшее, произнесла, – что вообще там делала черепаха? Как она вообще там оказалась? Бывают ли вообще такие гигантские черепахи?

Тут она вдруг села по середине дороги и расплакалась. Саманта расплакалась. Для Чака слезы Саманты были на много удивительное явление, чем гигантская черепаха, выплывшая из витрины.

«Бедная Саманта, – думал Чак, – так трудно быть сильной девушкой. На её месте я бы давно уже расплакался».

Он подошёл, таща на себе Руфуса, и подхватил Саманту.

– Сейчас не время раскисать, – сказал он, и добавил, – милая. Скоро всё закончится.

Саманта поднялась. Она не прятала слезы, но глаза её смотрели вниз.

Вся команда, уставшая, но живая, продолжила свой путь, держа друг друга за плечи.

Ни кто из ребят не понимал сколько времени они пробыли в пути и, вообще, который сейчас час. Казалось, что они прошли целую вечность, но тьма так и не хотела уходить. Ожидание рассвета тянулось, а надежда найти приют удалялась от ребят всё дальше и дальше.

Но вдруг в этой тьме и нескончаемой веренице магазинных и ресторанных витрин, опустевших давным-давно, появился проулок. Он вел дальше от океана, в глубь этого острова.

Команда пришла к выводу, что до ближайшего материка ещё довольно далеко, а значит они попали на остров.

Они вошли в темный проулок, и услышали голоса.

– Я слышу их, – сказала Саманта, – пожалуйста, скажите что я не сошла с ума и вы тоже их слышите?

– Да, я слышу, – сказал Чак.

Саманта недоверчиво посмотрела на него и обратилась к Нелли:

– Нелли, ты слышишь?

Нелли начала прислушиваться, чем заставила понервничать Саманту, у которой в голове пронеслось: «Ну, всё, я сошла с ума. Ещё и не одна, а вместе с Чаком».

Нелли поспешила успокоить подругу:

– Да, да. Это голоса. Я слышу. Там люди.

Нелли радовалась, как маленькая девчонка. Она почти побежала в ту сторону, но её ноша в виде Руфуса не прибавляла ей скорости.

Ребята собрались с последними силами и пошли на звуки. Они подошли к деревянной постройке из которой слышались человеческие голоса. Из окон струился приглушённый жёлтый свет. Над входом висела какая-то табличка. На ней было написана название этого места, но было оно похоже на корявый рисунок цветными красками. Вывеска уже изрядно потускнела.

Поскольку вокруг не было больше ни каких сооружений, ребята не раздумывая зашли туда. Ни кто из них не подумал постучать в дверь. Все были такие уставшие, что увидев свет они позабыли про все приличия.

– З-здравствуйте, – проговорила Саманта.

Она была шокирована. Перед ней стоял крупный и высокий мужчина. На левом глазу у него была круглая повязка, и всё лицо было покрыто растительностью. Он стоял за высоким деревянным столом, на подобие барной стойки и чистил кружки.

Чак и Нелли дотащили Руфуса до первого свободного стула и посадили его туда.

Мужчина, который стоял за барной стойкой резко поставил кружку на стол и вышел из-за него. Он направлялся к ребятам. У Саманты от увиденного открылся рот и она продолжала стоять неподвижно. Тут в её голове пронеслась мысль, что он пошел к непрошеным гостям, чтобы выпроводить их обратно.

Но местный бармен прошёл мимо них к переполненному столу. Он что-то сказал им и удалился в глубь помещения.

Саманта не знала что делать и решила, что безопаснее для неё будет остаться на месте, ближе к выходу.

Бармен вернулся почти сразу, держа в руках бутылку и стакан. Он подошёл к ребятам, налил в стакан зелёную жидкость из бутылки и помог влить её в глотку Руфусу. Потом он сказал несколько слов Чаку и вернулся на своё место, продолжая чистить кружку. Саманта смотрела большими круглыми глазами на него и не понимала, что происходит. Брутальный бармен увидел, что Саманта в замешательстве, указал ей рукой на стол, за который садились ребята. Его лицо при этом не выражало ни каких эмоций. Саманта кивнула и семимильными шагами пошла в сторону стола, который только что освободила толпа народу.

Как раз за этот стол усаживались сейчас друзья.

– Что это за место? – спросила удивлённая Саманта.

– По-моему прекрасное место и очень хорошие люди, – ответила Нелли, – милый бармен дал лекарство Руфусу и попросил тех людей уступить нам место.

– Но почему всё так выглядит? – спросила Саманта.

– Как выглядит? Что тебе не нравится? – возмутился Чак, – мы наконец-то нашли, где можно отдохнуть и вызвать помощь.

Саманта огляделась вокруг. Всё было деревянным и очень старым. Даже вместо ламп были свечи, как будто они попали в прошлое. Бармен выглядел очень свирепо, хотя вёл себя наоборот. Все окружающие люди были исключительно мужчинами и все носили потрепанную бороду. Это вызывало чувство отвращения у Саманты и она поежилась.

Все остальные постояльцы этого бара продолжали болтовню, будто бы ни чего не произошло и они только что не увидели полностью вымокших и замученных ребят.

Бармен подошёл к друзьям и принес горячие напитки.

– Вы хотите что-нибудь отужинать? – спросил он.

– Я думала, что скоро завтрак, – сказала Саманта.

– Что вы, мадмуазель, – продолжал он, – вечер только занялся.

Саманта ошарашенная его красивейшим баритоном и манерой говорить сидела неподвижно. А Чак, совсем не удивлённый, сказал:

– Да, мы очень голодны, но у нас совершенно нет средств, чтобы оплатить. Понимаете, мы потерпели крушение..

Не успел он продолжить, как бармен сказал почти шёпотом:

– Ни кого не волнует, как вы здесь оказались. Главное вы здесь.

И тут он громко добавил:

– Еда за мой счёт.

И удалился.

Саманта прошептала Чаку:

– Здесь что-то не так.

Чак взял под столом её руку и сильно-сильно зажал её, как будто это был знак.

Но на лице его нарисовалась улыбка и он во всеуслышание сказал:

– Брось, милая, здесь все такие милые. Прекрасное место для ужина.

– Что с тобой, Ча… – Саманта хотела назвать его по имени, как он её перебил.

– Чарли слушает тебя, милая, – сказал он.

– Мы должны скрывать наши имена? – снова прошептала Саманта.

– Я так рад сегодня быть с тобой, Роза, – сказал он, а под столом снова сжал её руку.

Саманта поняла, что была права насчёт странного места и решила подыграть Чаку.

Она сидела вместе с ним на одной половине стола. Напротив них сидели Нелли и Руфус, который уже пришел в себя.

Руфус нежно продолжал держать свою руку на плече Нелли. Они просто сидели и смотрели друг на друга, и им было безразлично то место, в котором они оказались.

Через четверть часа бармен, он же и официант, принёс горячий ужин. Он выкладывал с подноса большие тарелки, от которых шёл пар. Блюда не отличались сильно друг от друга и в основном состояли из одних и тех же ингредиентов. В большей степени это были представители морской флоры и фауны: рыба на пару, суп из морепродуктов, салат из слизкой зелени, напоминавшей водоросли.

Ребята набросились на еду. Все, кроме Чака. Он пытался остановить Саманту, но она будто бы забыла о заговоре и уплетала свою порцию за обе щеки.

Чак делал вид что ест, хотя на самом деле, даже не притрагивался к еде. Он наблюдал за поведением окружающих людей, которые то и дело громко смеялись своими басами.

Некоторое время спустя, в это не-до-кафе, не-до-ресторан, пожаловали ещё одни посетители. Их было двое. Оба мужчины крепкого телосложения. Они подошли к бармену и долгое время что-то выспрашивали у него. Бармен за время этого разговора пару раз взглянул на стол, за которым сидела команда.

Чак понял, что его нашли. И эти вышибалы пришли именно за ним.

Он спросил у ребят:

– Как вы думаете, кто-нибудь знает, что мы потерпели крушение?

– Конечно, – ответила Нелли, которая ела рыбу и рот её был полон, – я сразу отправила сообщение через GPS. Саманта дала мне его на сохранение. И сразу, когда мы добрались сюда и сели, я отправила сигнал.

– Какая ты молодец, Нелли, – похвалил её Руфус.

Глаза Чака округлились:

– Ты почему не предупредила нас! – почти кричал он. Но вспомнив, где они находятся сразу сбавил тон. – Ты должна была предупредить, возможно кое-кто не хочет быть найденным.

– О чем ты говоришь? – воскликнула Саманта.

– Тише-тише.. – взмолился Чак, – прошу разговаривайте тише, нас могут услышать.

– Ча.. Чарли, немедленно объяснись! – потребовала Саманта, – мне надоели эти игры.

– Я объясню, обещаю, – сказал Чак, – не сейчас. Сейчас мне нужно поскорее уходить. Ты со мной?

Он вопросительно, и в то же время умоляя дать положительный ответ, обратился к Саманте. Она в ответ взглянула на него с долей жалости и хотела дать положительный ответ. Но ее губы произнесли:

– Нет. Я остаюсь.

Она отчаянно смотрела, как Чак вышел из этого кафе. Он дождался удобного момента, пока сорвиголовы были отвлечены и не смотрели на их стол, и быстро улизнул за дверь.

Саманта глубоко в душе хотела бежать за ним, но трезвый ум удержал её на месте. Она взглянула на друзей и глядя на их беззаботные и счастливые лица, ей хотелось зарыдать.

Она опустила взгляд на свои колени и погрузилась в себя.

– Куда вышел Чак? – спросила её Нелли.

– Он не приедет, – ответила Саманта, – он больше не придет, – отчаянно повторила она, не веря своим словам.

Уже забыв, о том что позади нее стоят те самые вышибалы, она судорожно сжимала в руке GPS, и старалась рассчитать в уме время, через которое их найдут. Решив обернуться в последний раз на дверь, она увидела что те самые вышибалы выходят из кафе.

Её пульс участился и она искренне надеялась, что Чак уже далеко и с ним всё будет в порядке.

Чак незаметно вышел из кафе и осмотрелся. Он пытался вспомнить тот маршрут, по которому ребята дошли до этого места. Приблизительно догадавшись с какой стороны они пришли, он побежал в противоположную сторону.

В его голове мелькали мысли, одна безумнее другой. Он хотел вернуться и сам сдаться вышибалам, возможно всё бы и обошлось. Но тогда в глазах Саманты он бы выглядел жалким.

«О чем я только думал, – размышлял он, – даже сбежав от всего этого я более жалок. Хорошо, что она не пошла за мной – это может подвергнуть её опасности. Ведь я даже не знаю куда иду».

Чак действительно бежал в неизвестном направлении, но он понимал, что он удаляется от океана и бежит вглубь острова.

Он до сих пор думал, что попал на остров и страх остаться здесь навсегда преследовал его во время бега.

Темнота вокруг давила на глаза и даже с учащенным сердцебиением глаза закрывались и хотелось спать.

Чак чувствовал, что бежит по твердому грунту. Ему нужно было начать соображать, чтобы заставить работать мозг и не спать.

«Под моими ногами твердая почва, значит скорее всего это дорога. Если есть дорога, значить есть и люди, возможно даже машины. Но сейчас полная темнота и даже нет намека на существование других людей. Если нет людей, но есть дорога, значит здесь опасно».

Как только он пришёл к этому выводу, он почувствовал впереди препятствие и остановил свой бег. Темнота вокруг открыла в нем новое чутьё. Протянув руку и медленно двигаясь вперёд, он почувствовал что-то холодное и твердое. Это была бетонная стена.

Он продолжал щупать её во всех направлениях. Она оказалась очень высокой, что невозможно было найти её конец. Тогда Чак начал двигаться вдоль нее. Постепенно с шага он снова перешёл на бег, держа эту стену на расстоянии вытянутой руки от себя.

Через несколько метров ему стало казаться, что стал наступать день. Он был уверен, что вот-вот и появится рассвет. Но рассвет так и не наступал. Тогда Чак понял, что этот свет исходит из-за этой стены. Чем дальше он бежал, тем больше он был уверен в этом. Видимо в этом месте стена была ниже, чем раньше.

Чак стал осторожнее и навострил слух. Ему казалось, что он здесь не один. И он был прав. Он стал вслушиваться и услышал рычание. Эти звуки исходили из-за стены и Чак подумал, что за ней находятся волки.

Ещё через несколько метров он заметил ворота и решетку. Он прислушался ещё раз, в надежде услышать человека. Но ни чего, кроме рычания, не доходило до его слуха.

Тогда он подошёл ближе к воротам, чтобы найти выход и поскорее сбежать отсюда. Но только он подошёл к решетке, как тут же на него обрушился грозный лай собак. Не просто лай дворовых собак, а хищный лай. Собаки набросились на решетку, в надежде, что она не выдержит и они получат свою добычу в виде Чака.

Чак отпрыгнул назад, он успел разглядеть этих животных – это были гигантские чёрные псы, напоминавшие доберманов. Но выглядели они более свирепо. Скорее всего это была специально выведенная порода животных: смесь волка и добермана.

От лая собак начали загораться фонари и у Чака округлились глаза, которые уже привыкли к темноте.

Ему удалось разглядеть высоту стены, вдоль которой он шёл всё это время. Она была высотой с десятиэтажный дом, но именно в этом месте она была всего лишь три метра. Здесь же и находились ворота, которые прятали эту местность от жилых зданий.

Чак сообразил, что собаки тут не к добру и что скоро появятся люди, которые не впустят его туда. У него не было выбора: идти назад – его там ищут вышибалы, пройти ворота – загрызут собаки.

Тогда Чак посмотрел наверх и увидел металлический настил, которым были покрыты небольшие сооружения. Чак, долго не думая, стал карабкаться по решетке вверх. Его посетила сумасшедшая мысль: бежать на другую сторону по этому настилу. И эта мысль вела его к спасению. Другого варианта он не видел, а времени для размышлений уже не было, потому что охрана с фонариками уже бежала выяснять по какой причине эти звери устроили шквальный лай среди ночи.

Чак забрался наверх, наступив на морды нескольких собак, которые пытались схватить его через решетку своими клыками.

Настил еле выдерживал его вес, но деваться ему было не куда и он, пытаясь найти места поустойчивее и попрочнее, направился в сторону, где можно было спрыгнуть и оказаться в безопасности.

Собаки продолжали прыгать внизу, пытаясь достать Чака. Их лай разносился по пустырю, который был ограждён бетонной стеной.

Чак перешагивал с одного места на другое, проверяя выдержит ли его настил или нет. За ним уже поднимались охранники. Сами того не зная, они помогли Чаку добраться до края, так как освятили всю крышу фонарями. Он и так приспособился хорошо видеть в темноте, а сейчас разглядеть путь ему стало ещё проще.

Дойдя до края он прыгнул вниз, в темноту, не глядя и не думая о том, что там внизу.

Чаку повезло, ведь он упал с трёхметровой высоты на что-то мягкое – это были кусты. Он вскочил и побежал дальше в надежде спрятаться от преследователей.

Охрана в это время добежала до края крыши и осветила кусты, чтобы найти сбежавшего. Но от него не осталось и следа. Чак лег на землю под кусты и продолжал лежать неподвижно, чтобы шевелением не выдать себя.

Когда многие люди ушли для того, чтобы успокоить собак и сообщить о происшествии, на крыше осталось лишь пара человек. Они упорно продолжали светить фонарями вниз, чтобы найти беглеца.

Чак почувствовал, что он погрузился в сон. Лёжа на мягкой земле и окутанный листьями, он был расслаблен так сильно, что уснул.

Он пытался бороться со сном изо всех сил, ведь в любой момент за ним могут прийти. Он перевернулся с живота и лег на спину, чтобы разглядеть нет ли никого на крыше. Там стояло двое охранников.

Чак дождался, когда они отвлекутся и пополз между кустов в поиске безопасного места. Высокая трава и неухоженные кусты спасли его, укрыв от лишнего взора.

Чак добрался до перелеска и вошёл в него. Здесь его увидеть не могли. Он прошел сквозь густую стену деревьев и вышел в поле. Это было ухоженное поле и на нем рос урожай. Чак схватил первый попавшийся овощ и с жадностью съел его. Он продолжил свой путь вдоль поля и увидел на его краю небольшой дом. Из окна этого дома яркий свет освещал небольшой участок.

Его чутьё подсказывало, что это место не опасно, и он отправился на свет.

Дойдя поближе и войдя в сад, которым был окружен дом, он заметил, что дом был ветхий, но ухоженный.

Он постучал в дверь. Ему ни кто не ответил. Тогда он подошёл к окну, которое было достаточно высоко, и постучал в него.

Чак услышал шаги, которые приближались к двери. Шаги были настороженными и тяжёлыми, как будто человек, который шел к двери, не мог поднимать свои ноги хорошо и обшаркивал ими пол.

Через дверь он услышал голос:

– Кто там?

Этот голос был с хрипотцой и дрожал, как будто боялся гостя.

– Моё имя – Чак, я путник, я потерпел крушение в океане и очень устал.

Дверной засов задёргался и Чак услышал, что с другой стороны двери отпирают замки. Дверь открылась и на пороге он увидел пожилого человека с блистающий в темноте сединой. Он держал ружьё в руке, дуло которого было направлено в потолок. Чак понял, что боятся не чего и ружьё – это лишь средство защиты.

Старик показал Чаку рукой жест, как предложение войти в дом и Чак сразу вошёл внутрь. Сразу при входе была небольшая лестница, которая вела вверх. Чак начал подниматься. Пожилой человек остался позади, чтобы закрыть все замки и засовы у двери.

Чак прошел внутрь дома. Дом был бревенчатый и в самом его центре стояла большая белая печь. Из-за печи раздавалось шуршание и на встречу Чаку вышла пожилая женщина с платком на голове. Чак молча разглядывал её морщинистое лицо.

– Это моя жена, – сказал старик, который поднялся вслед за Чаком, – она хозяйка в доме.

Чак еле заметно улыбнулся и немного наклонился, чтобы показать своё уважение.

– Я прошу прощение за поздний визит, – стал оправдываться он.

– Ни чего страшного, – поспешила утешить его женщина, – мы все сталкиваемся в разными ситуациями и всем нам нужна бывает иногда помощь.

Она усадила Чака на скамью, а сама ушла за печь.

Старик сел напротив и стал пристально разглядывать руки гостя. Они молчали долгое время, у Чака крутились в голове разные мысли, и ему показалось, что эти люди для него родные. Этот дом вселял в него чувство покоя и комфорта.

Из-за печи вышла пожилая хозяйка дома и позвала гостя к столу. Стол представлял собой высокую лавку, которая стояла вдоль стены и не была широкой. А для сидения ему послужил деревянный табурет.

Женщина поставила перед ним пироги и похлёбку. Чак с огромным чувством благодарности посмотрел на неё и набросился на еду.

– Ешь, сыночек, ешь, – приговаривала она.

Держа ложку в правой руке, он черпал водянистую похлёбку. В то же время, левой рукой он тащил ржаной черный хлеб в рот. Он ел с таким аппетитом, что давился и проглатывал куски хлеба в надежде наконец насытиться.

Он почти сутки ни ел ни чего и потратил столько энергии, что до конца не мог почувствовать вкус еды. Ему казалось, что он ест вату. Но на вид еда была очень аппетитной, поэтому он уплетал предложенные ему блюда за обе щеки.

Когда с похлёбкой он покончил и к нему вернулись вкусовые рецепторы, пожилая дама подвинула к нему пирожки и поставила перед ним компот. Чак уже был сыт и, не торопясь, приступил к новым блюдам.

Он медленно смаковал и одновременно рассказывал женщине и старику о своем путешествии.

Конечно, он решил опустить детали о своей команде и злополучном кафе. Его рассказ выглядел как описание одиночного путешествия по океану и о том, что он потерпел крушение недалеко от берега.

Пожилая пара смотрела на него и улыбалась. Они были так рады встретить путника. Наконец-то в их доме есть гость.

Пара была бездетной, и кроме участка и сада у них ни чего не было. К тому же, жили они далеко от города, поэтому можно только представить насколько счастливы они были такому ночному гостю.

Так они просидели около часа, выслушивая истории путешественника. Вдруг в дверь постучали.

Пожилая пара переглянулась между собой. Неужели ещё один гость пожаловал.

– Прошу вас, не открывайте сейчас, – вдруг взмолился Чак.

Чак умоляюще смотрел на пожилую пару в надежде на то, что они выполнят его просьбу.

– Не волнуйся, сынок, – ответила на его просьбу женщина.

– Я их отвлеку, – сказал старик, – а ты делай то, что считаешь нужным.

Чак кивнул и в его взгляде страх сменился надеждой, а сердце наполнилось любовью и уважением к этим людям.

Старик спустился вниз и своим хриплым баритоном ответил незваным гостям:

– Кто там?

– Это служба безопасности, – ответил один из вышибал.

– У нас всё хорошо, мы ни кого не вызывали.

– Мы осматриваем территории. Сбежал опасный преступник и мы должны удостовериться, что вы действительно в безопасности.

Старик понял, что просто так от них не отделаться и решил тянуть время.

– Хорошо, я открою сейчас.

Он начал стучат своей палкой по лестнице, делая вид что медленно спускается к двери. Потом он уронил палку на пол, чтобы вышибалы решили, что старик упал.

– Старец, ты в порядке?

– Я хорошо, ребятки, упал просто. Сейчас я поднимаюсь. Подождите чуток.

Старик продолжал разыгрывать комедию, а вышибали стояли в нетерпении за дверью, в надежде поскорее вломиться в дом.

Через некоторое время им надоело ждать и они начали вышибать дверь.

– Не шумите, ребятки, – взмолился старик, – я уже открываю. Ключи уже нашел.

Открыв одну щеколду за другой, и позвенев для приличия ключами, старик открыл дверь перед новыми гостями.

Вышибалы ворвались в дом и обыскали всё. Старуха успела убрать остатки еды со стола, которые оставил Чак, и спрятала все улики, которые бы выдали его. Она легла в постель и притворилась спящей.

Вышибалы всё осмотрели и как ни в чём не бывало покинули дом, оставив после себя бардак.

– До свидания, ребятки, – сказал им в след старик и закрыл дверь.

Он сразу побежал к жене.

– Где он? Куда ты его спрятала?

Она молча посмотрела на окно и старик всё понял, глядя на вздернутую занавеску.

Чак шел вперед, совершенно не оглядываясь назад. Он шёл через поле. Его расстраивала мысль, что он не успел достойно попрощаться с людьми, которые приютили его, пусть даже на короткое время.

Когда в дверь неожиданно постучали, то Чак в первую очередь испугался за стариков, а только потом уже за себя.

Он шёл и прокручивал в своей голове все события, которые успели с ним случится.

«Надеюсь, с ними всё в порядке, – размышлял он у себя в голове, – вышибалы наверное не нашли меня в доме и спокойно оставили стариков одних. Они же не могут причинить вред таким прекрасным людям».

Потом он вдруг вспомнил о Саманте:

«С ней всё в порядке, я уверен. Ребята позаботятся о ней».

Находясь наедине со своими мыслями, он потерял счёт времени. Но ощутив под ногами твердую почву он вернулся в реальность.

Он уже вышел с поля и оказался на дороге.

Его обувь и низ штанов промокли насквозь. Почва в поле была влажная, будто после дождя. На траве были капли росы, которые хотели убежать вместе с Чаком и поэтому цеплялись за его одежду.

Он стоял посреди асфальтовой дороги и не знал куда идти дальше. Это была трасса, но на ней не было машин. Просто пустая безжизненная дорога посреди поля.

Чак посмотрел по сторонам и только сейчас он понял, как он безнадёжен. Ему не куда было бежать.

Он обернулся. За ним ни кто не следовал. Он стал ни кому не нужен.

«Они найдут меня, – думал он, – но не сейчас».

Чак снова двинулся в путь. Он решил идти вдоль дороги.

Темнота не хотела уходить, и о рассвете можно было только мечтать.

Чак надеялся, что вот-вот появятся предрассветные лучи и озарят ему путь. Тогда у него появится хоть какая-то надежда. Но его ожиданиям не суждено было сбыться.

Вдруг он услышал звук мотора позади. Он остановился и увидел, что к нему направляется автомобиль.

Ни марку, и даже не цвет автомобиля Чак не мог разглядеть, его ослеплял свет фар.

Автомобиль ехал довольно быстро. Он приблизился к Чаку и проехал мимо, даже не заметив бедолагу.

Но вдруг автомобиль затормозил и начал движение задним ходом в направлении к Чаку.

Видимо, водитель проехал мимо, не ожидая, что на таком пустыре можно встретить человека. И удивившись, что здесь стоит мужчина – вернулся назад.

Автомобиль подъехал ближе и Чаку удалось увидеть, что он белоснежного цвета. Остановившись напротив него водитель опустил стекло. И какое было удивление Чака, когда он увидел хрупкую блондинку за рулём.

– Чак? Это ты, Чак?

Чак только кивнул, и пытался разглядел лицо девушки. Его удивило, что она знает его по имени.

– Виола!? – воскликнул он.

Он узнал её.

– Почему ты здесь? Почему ты в таком виде? Садись скорее, у меня есть кофе.

Чак послушно последовал к дверце автомобиля и сел на пассажирское кресло рядом с девушкой.

– В кого ты превратился, Чак? Ты теперь фермер?

Девушка не унималась. Она была удивлена, встретив в таком месте своего знакомого.

Чак был тоже потрясен, поэтому вместо объяснений он молча сидел и пил горячий кофе прямо из термоса.

– Вижу, что с тобой произошло что-то странное. Хорошо, что я взяла с собой в дорогу еду. Нам далеко ехать. Отсюда ближайший город в четырех часах езды.

Виола не унималась и продолжала говорить.

Чак смотрел на неё, а она на дорогу. И перед его глазами сразу стали всплывать картинки их общего прошлого. Они были друзьями ещё со времён колледжа. Не просто друзьями, а чем то больше.

Чак заметил, что Виола осталась такой же болтушкой с белокурыми волосами. В ней кипела жизнь. И она отдавала всю свою энергию окружающим. Потому рядом с ней хотелось жить.

Но если взглянуть на Виолу глазами обычного прохожего, то вряд ли можно увидеть девчонку, она больше похожа на статную девушку входящую в светское общество, которая ездит на дорогом автомобиле, носит только дизайнерские вещи и встретить её можно только на дорогих мероприятиях.

Но в глазах Чака она выглядела совсем иначе.

Её разговоры о светских раутах вдруг сменились на тему её семьи, оказалось что её мама больна и лечится далеко за городом, в закрытом госпитале. Именно поэтому Виола оказалась спасителем Чака на ночном и пустом шоссе.

– А почему ты едешь так поздно? – поинтересовался Чак.

– Я не хочу, чтобы ни кто из моих друзей не знал о моих проблемах, – и тут Виола позволила себе открыться, – ты понимаешь, Чак, в глазах окружающих я выгляжу иначе. Все думают, что я счастлива и богата. Все думают, что я не испытываю ни каких трудностей. Но это не так. Совсем не так.

Чак молча слушал, а Виола продолжила изливать свою душу, глядя вперёд на ночную дорогу.

– У меня даже друзья все думают, что моя семья богата, что они живут в Швейцарии. А мне приходится поддерживать эту легенду, чтобы не оказаться обычной пустышкой в этом обществе.

Виола замолчала. Чак был растроган её историей. Он смотрел на её профиль и видел, как одна слезинка покатилась по её щеке.

– Я не знаю, зачем я тебе это рассказала, – вдруг заговорила снова Виола, – наверное, потому что ты не из моего круга общения.

Саманта поняла, что могла обидеть Чака и сразу поспешила добавить:

– Я имею ввиду, что ты не такой как они, ты лучше.

Чак и не думал обижаться, у него на сердце тоже было не спокойно и вдохновившись её поступком Чак начал свою историю.

– Ты знаешь, я тебе тоже должен кое-что рассказать. У меня тоже не всё гладко. Хотя ты наверное догадалась, раз нашла меня в таком виде на трассе. Я же проигрался. Очень много проиграл. Мне даже пришлось влезть в авантюру, чтобы подзаработать. Мне сказали, что я могу поучаствовать в одном мероприятии и в случае выигрыша отобью весь свой долг. Я и согласился. У меня в команде были классные ребята, они стали моими настоящими друзьями пока мы готовились все вместе к отбору. А потом, потом я их подвёл.

Он замолчал, чтобы перевести свое дыхание и в памяти прокрутить все моменты произошедшие с ним в последнее время.

– Я подвёл их, – продолжал Чак, – когда я понял, что мы не вырвем победу, я решил бежать. Мы были в открытом море и я отвязал узел на нашем плоту. Так мы и оказались здесь.

И Чак рассказал всё Виоле. Всю историю с самого начала.

Виола помолчала, глубоко вздохнула и сказала:

– А я то думала, что ты просто пьяница и живёшь на улице.

И они оба рассмеялись от своих ложных представлений друг о друге.

Чак выдохнул спокойно, ему просто необходимо было выговориться и он был рад, что Виола просто выслушала его и не стала осуждать, а даже обратила всё в шутку.

– Мы с тобой значит квиты, – сказала она.

Впереди замерцали огни большого города.

– Мы подъезжаем, – сказала Виола, – я не буду давать тебе адрес и номер телефона. Не хочу мешать свое прошлое и настоящее.

Чак молча согласился, он даже и не думал просить помощи. Она и так его очень выручила, подобрав около того поля.

– Если нужно будет, то судьба обязательно нас сведёт снова, – продолжила Виола, чтобы дать Чаку надежду в его трудной ситуации.

Подъехав к городу Виола остановила машину.

– Куда ты теперь? – спросила она Чака.

– Я ещё сам не знаю, – ответил он, – но всё будет хорошо.

– Конечно, – поддержала его Виола.

Чак вышел из машины и закрыл за собой дверь. Виола поехала в город. Чак махнул ей вслед рукой, желая удачи.

Впереди мерцали огни зданий и улиц, на которых ночная жизнь кипела и не прекращалась до самого утра.

Чак пошел вдоль дороги, навстречу новому для него миру.