Всем известно, что детское воображение ни имеет границ. Но как быть, если всё то, что прежде выглядело, как невинные попытки привлечь к себе внимание взрослых (именно так посчитала на первый взгляд Аня), становятся более чем реальными вещами. Всё, что до этого казалось лишь детской фантазией, оборачивается кошмаром наяву. Насколько вы уверены, что воображаемые друзья ваших детей на самом деле воображаемые? История особенного мальчика и смелой девушки.
Содержит нецензурную брань.
– С кормлением разобрались. Прошу вас, только не балуйте его конфетами. Особенно перед сном. И не перекармливайте. Излишнее обжорство перед сном может стать поводом для кошмаров.
– Кошмаров? – уточнила невысокая молодая девушка.
– Именно! – статная женщина средних лет давала настоятельные рекомендации. – Так же и вам не советую злоупотреблять пищей перед сном. Однако, по вам не скажешь.
– У меня хороший обмен веществ. – заверила девушка.
– Ага, – безразлично ответила другая. – Я обратилась в агентство в первый раз. Надеюсь он не станет последним.
– Вы видели все мои рекомендации. Я работаю в "Волшебной няне" более трёх лет. Уверяю вас, Настасья Филипповна, проблем не возникнет. К тому-же, Богдан замечательный и умный мальчик. Мы уже успели подружиться.
– Да, – по-деловому начала размышлять Настасья, – именно поэтому я остановила свой выбор на вас. Богдан крайне нелюдимый ребёнок, пусть и на первый взгляд создаётся иное впечатление. Иногда его поведение может пугать, но я уверенна, что это пройдёт.
– Пугать? – недоверчиво переспросила молодая няня.
– Ну знаете, как это бывает… дети у которых нет настоящих друзей придумывают себе ненастоящих.
– У Богдана есть вымышленные друзья?
– Друг. Он называет его Буги. – Настасья хлопнула в ладони. – Итак, вы всё запомнили?
Девушка уверенно кивнула.
– Аня, я вернусь третьего сентября. Постараюсь успеть на самый ранний рейс. А вы постарайтесь как можно больше находиться на свежем воздухе. Излишне не балуйте его. Уж поверьте, у него всего более, чем достаточно. Я хоть и похожа на мать "Горгону", но я люблю своего сына. – Настасья смерила Аню строгим взглядом. – Богдан, сынок!
Мальчик, лет пяти, выбежал из комнаты и сразу же попал в объятия матери. Она его потрепала по копне тёмных кудрявых волос и поцеловала в лоб.
– Ну что, герой, как думаешь, справитесь тут без меня?
– Да, мам.
На лице Ани появилась нежная улыбка. Ей вспомнился момент из детства, когда мама оставляла её у бабушки, а сама уезжала в другой город приобретать товар. Она торговала игрушками на рынке. Аня почувствовала щемящую рану в сердце и быстро отогнала от себя воспоминания.
– Меня уже ждёт такси! – Настасья заправила за ухо выбившуюся прядь каштановых волос. – Я позвоню вам завтра пополудни. Держите телефон при себе, Аня.
– Хорошо. Удачно долететь. – добродушно попрощалась Аня.
Дверь за Настасьей закрылась.
– Чем займёмся? – с лукавой улыбкой спросила Аня Богдана.
После отъезда Настасьи Филипповны Аня с Богданом вышли во двор, но мальчик не захотел играть на детской площадке. Они сходили в магазин на углу дома, закупились продуктами на вечер. Аня помнила пожелания Настасьи, но и на обратном пути ей не удалось уговорить мальчика поиграть на свежем воздухе. От её глаз не ускользнули и подозрительные и не дружелюбные взгляды местной детворы. Богдан с усердием тянул свою няню к подъезду. Позже Аня приготовила на ужин картофельное пюре и запекла куриные ножки. Когда посуда была вымыта, стол протёрт, а полы подметены, они расположились в просторном зале. Аня включила детский телеканал. Ей самой по душе больше были книги. Она посмотрела на мягкую обложку, на которой был изображён древний разрушенный город в тёмно-синих оттенках. Название гласило "Последний Оракул". Выше указывался псевдоним автора "Джеймс Роллинс". Аня открыла книгу и увлеклась чтением.
– Ты мне дашь конфету? – спустя какое-то время спросил Богдан.
Аня только сейчас заметила, что мультики совсем не развлекают ребёнка. Он сидел в позе лягушки и расставлял маленькие игрушечные машинки друг на против друга. На неё он не смотрел.
– Твоя мама меня поругает. – Аня не могла не любоваться таким милым ребёнком, его густые тёмные волосы, карие глазки и пухлые щёчки делали его похожим на ангела. Аня называла "ангелами" тех детей, которые ей казались умилительными. – Но я не могу тебе отказать, герой.
– Мне нравится, когда меня так называют. Потому что я сильный. – серьёзно ответил мальчик.
– Да, я верю, что это так.
Аня ушла в кухню, а вернулась уже с конфетой, завёрнутой в золотистую обёртку. Она протянула её мальчику.
– Почему только одну?
– Завтра я дам тебе больше. – Аня погладила его по голове.
– Это будет не честно!
– Что именно, герой?
– Я, всегда делюсь конфетами с Буги. – Богдан расстроенно пожал плечами.
Аня расплылась в понимающей улыбке. Она понимала, что мальчик имеет выгоду от своего воображаемого друга. Всегда легче сослаться на того-кого не существует и получить вместо одной конфеты две. Она вновь удалилась в кухню и принесла оттуда вторую, точно такую же конфету.
– Мама мне не верит, – мальчик посмотрел на Аню своими большими блестящими глазами, – и мне приходится делиться с ним одной конфетой на пополам, а иногда и свою часть отдавать Буги.
– Почему тогда Буги не ел с нами курицу с пюре?
– Буги не ест мясо. Он любит сладости, молоко – всё то, что любят дети.
– Ты говоришь, что тебе приходится делиться с ним конфетами. А это разве честно? – с наигранной улыбкой спросила Аня. – Он же с тобой ничем не делится.
– Он делает для меня гораздо большее. – равнодушно ответил мальчик.
– Что же? – уже без наигранности спросила Аня. – Богдан?
– Он защищает меня. – теперь мальчик был заинтересован машинками. Конфеты он убрал в карман своих шортиков.
– От кого?
Богдан больше ничего не ответил. Он принялся катать машинки по полу издавая звуки резкого торможения, врезаясь в ножки столика.
Аня проснулась от негромких шагов. Они слышались из кухни. Шею ломило, спина затекла. Ей вспомнилось, что после того, как она уложила Богдана спать, она отправилась в гостиную и вернулась к чтению. Так она и заснула. Неудивительно почему тело чувствовало дискомфорт. Телевизор всё ещё работал, но звук был минимальный. Аня оставила его включенным только ради фона. Читала она под светом напольного торшера, но сейчас тот был выключен, а она, насколько помнила, не гасила свет. Сейчас у неё был другой вопрос: кто находиться на кухне? Следом же она сдавленно усмехнулась над глупостью этого же вопроса.
Первым делом Аня потянулась к торшеру. Сначала резкий свет ударил в глаза, заставляя её зажмуриться. Попривыкнув к освещению, она потёрла глаза и поднялась. Из темной кухни раздался новый звук, похожий на слабое жужжание. Аня чуть не взвизгнула от неожиданности, но вовремя закрыла рот ладонью, подавляя собственный крик. Ярко красная машинка выехала в гостиную.
– Богдан… сейчас не время для игр… – начала Аня дрожащим голосом, но продолжила более уверено: – Почему ты так поздно встал с кровати?
Ответом стала тишина. Аня сделала несколько шагов вперёд и застыла. Ей показалось, что сквозь неё прошёл поток холодного воздуха. Она готова была поклясться, что стоит ей обернуться, и непременно она увидит кого-то или что-то… но нет. В комнате она была одна. Из приоткрытого окна слегка поддувал ветер, сменившийся осенней прохладой. Не раздумывая, Аня прикрыла окно и вновь подошла к дверному проёму кухни. Взяв себя в руки, она резко шагнула в темноту, чтобы не успеть передумать, нащупала в темноте выключатель…
– Богдан! Что ты тут делаешь?
Мальчик сидел на полу, подобрав ноги под себя. Голова безвольно склонилась вниз. Первая мысль, возникшая в голове у Ани, было броситься к нему и начать приводить в чувство, но в эту же секунду пришла более отрезвляющая мысль. И, если она права, то ни в коем случае нельзя было так поступать, ведь Богдан мог оказаться просто лунатиком. Заламывая пальцы, она медленно подошла к нему. Опустилась на пол, стараясь разглядеть лицо. Мальчик что-то невнятно пробормотал и с видимой слабостью приподнял голову. Глаза его были прикрыты, ресницы подрагивали. Он был похож на обычного сонного ребёнка. Аня осторожно взяла его на руки и отнесла в кровать.
Мальчик сладко потянулся. Веки его разомкнулись. Он внимательно смотрел на Аню, гладившую его по волосам. Некоторое время он молчал, и даже снова закрыл глаза. Аня оставила на его лбу поцелуй, подоткнула одеяло и уже собиралась покинуть детскую комнату.
– Ты должна сказать спасибо Буги. – сонно проговорил Богдан. – Он отвлёк от тебя беду.
– Да, конечно… спасибо, Буги. – заикаясь поблагодарила Аня, и она посчитала это лишь детской фантазией и была уверена, что просто подыгрывает Богдану, но лёгкий холодок в этот момент, скользнул по позвоночнику.
Аня долго ворочалась. Сон не шёл. Странное чувство не оставляло. Хотя почему она так переживает? Дети воображают разное. Единственное, что по-настоящему её беспокоило, так это, то, что Настасья Филипповна умолчала о таком! Если её сын занимается снохождением, она никак не могла об этот ни знать! Завтра пополудни Аня обязательно у неё всё расспросит. Ну а сейчас она должна заснуть. Отсеивая все дурные мысли, она постаралась окунуться в приятные воспоминания. Мало по малу у неё всё получилось. Вот только она никак не могла понять, что за тёмный силуэт постоянно маячит на горизонте.
Аня отключила будильник и снова упала на подушку. Она совсем не выспалась. События минувшей ночи, ей казались какими-то отстранёнными, далёкими. Да может это был сон и всего-то! Но, нет. Рассудок у неё всё-таки остался. Сном то, точно всё это не было, но вот странные ощущения прошли. С другой стороны, Аня знала, что это не просто странные ощущения, под словом "странные" она имеет виду страшные, пугающие, кровь в венах стынет… но сейчас же всё прошло! Именно так, а значит, всё хорошо. Возможно ей просто не привычно ночевать в новой квартире.
– Ты проспала. – Богдан стоял у изголовья кровати, наблюдая за Аней.
– Прости, герой. Ты проголодался? – протянула Аня.
– Ага. – мальчик утвердительно кивнул. – Но я могу сам приготовить себе поесть. Дело в том, что мама куда-то подевала мой альбом для рисования. Буги сказал мне, что она убрала его на крышу шкафа. Я не достану. Придётся лезть тебе.
– На крышу шкафа, значит?! – усмехнулась Аня. – Как скажешь, герой. Дай мне несколько минут.
Аня твердила себе, что никакого Буги нету. Просто Богдан запомнил место куда в последний раз Настасья Филипповна положила его альбом. Он просто пытается сделать своего воображаемого друга чуточку реальней. Должна же быть от него польза!
Позже Аня с помощью стула добралась до заветного места. Она достала альбом и отдала его Богдану. Мальчик запрыгал от радости.
– Спасибо, Аня!
Ещё полчаса спустя Аня накрыла на стол. Она приготовила манную кашу с сюрпризом (положила на дно тарелки кусочек сливочного масла), и сделала бутерброды с сыром и горячим какао. Богдан разложил карандаши на столе и что-то рисовал в своём любимом альбоме.
– Кушай, а то всё остынет. – заботливо сказала Аня.
Богдан схватил ложку и начал вкусно поедать кашу, откусывать бутерброд и попивать какао.
– Как на счёт того, чтобы сегодня погулять в парке и поесть мороженного? – Аня тут же добавила: – Только немного, а то заболеешь.
– Там сегодня слишком много народа. – ответил Богдан, не отвлекаясь от рисования.
– Точно… сегодня же первое сентября… – задумчиво проговорила Аня.
– Мы с Буги не любим много народа.
– Ну хорошо, а где бы вам с Буги хотелось бы сегодня погулять?
Богдан поставил локоть на стол, а подбородок положил на кулачок.
– Думаю, я знаю одно место. – заговорщически улыбаясь ответил Богдан.
До таинственного места идти оказалось ни так долго, как думала Аня. Они вышли из подъезда и свернули сразу направо. Прошли несколько девятиэтажных домов, затем вышли в ряд редеющих гаражей. Богдан объяснил, что их нужно обойти. Миновав несколько рядов, показался старый железный сетчатый забор с калиткой. Богдан шёл уверенно вперёд и вёл за собой Аню. Калитка, как ни странно, оказалась на редкость податливой, для той, чьи петли окислились и заржавели. Дорожка уводила их в знакомый для Ани лес. Она знала, что где-то в начале находится кафе с открытой верандой, а в минутах десяти ходьбы от него, стоит конюшня "Казачество". Когда-то давно, Аня брала там уроки верховой езды, но после неудачного и болезненного падения пришлось оставить занятие. Лес-то может и был знаком, но вот тропинка, по которой они теперь шли стала для неё открытием. Извилистая, грунтовая дорожка уводила их всё дальше, до тех пор, пока перед Аней и Богданом не выросли густые и особенно зелёные кусты.
– Эй, ты куда? – взволновано прикрикнула Аня.
Богдан, не слушая её, уже встал на четвереньки и скрылся, как казалось, за непроходимыми дикими кустарниками, что превосходили в росте Аню. Она последовала его примеру. Это было удивительно, но перед Аней открылся настоящий небольшой тоннель, образованный этими же самыми кустами.
– Ух ты! – восторженно отозвался Богдан.
Зелёный кустарник, словно по кругу обошёл это место и спрятал от лишних глаз. Посередине находился маленький водоём, совсем маленький, но до прозрачности чистый. Густая трава щекотала голени. И ничего лишнего.
– Вот это да! Я представить себе не могла, что здесь может быть такое место! – Аня оставалась сидеть на коленях.
– Я тоже… – еле слышно добавил Богдан.
– То есть как? – не без удивления задала вопрос Аня.
– Мне показывал его Буги. Во снах. Или в видениях.
На руках у Ани выросли мурашки.
– Богдан, почему у тебя нет настоящих друзей? – по-взрослому спросила Аня.
– Буги мой настоящий друг. – возмущённо воскликнул Богдан.
– Хорошо, хорошо, – Аня решила поговорить с ним по серьёзному, но без лишнего давления. – Ты ведь знаешь, что ни могу его видеть?
Мальчик кивнул.
– Расскажешь, как он выглядит?
– Он светлый.
– Светловолосый? – уточнила Аня.
– Я не знаю. Он просто светлый. Иногда даже светится. Он мне говорил, что светлые не могут, как тёмные принимать форму.
– Тёмные? Они тоже твои друзья?
– Нет! – Богдан старательно замотал головой. – Тёмные – злодеи. На героев всегда охотятся злодеи.
– Я думала, что это герои борются со злодеями. Разве нет?
– В фильмах и сказках, да.
– А что касается тебя? У тебя тоже есть злодей?
– Буги спас ночью тебя от него.
– Почему он это сделал? – Аня почувствовала, что "странное" ощущение возвращается.
– Если кто-то ни видит Буги – это не означает, что его нет. – мрачно сказал Богдан и отвернулся от Ани.
Аня решила больше не доставать его расспросами. У ребёнка очень богатая фантазия и он весьма умный для своего возраста. Но он очень одинок. Ему приходиться жить в своём придуманном мире. Может, он думает, что этим привлечёт внимания своей занятой матери?
Аня уже начала переживать, но раздавшийся звонок поступивший на оставленный специально для связи телефон, позволил ей выдохнуть с облегчением.
– Настасья Филипповна! Я уже заволновалась.
– Мне перенесли деловую встречу. Освободилась буквально минуту назад. У вас всё в порядке? – раздался звучный голос с другой стороны трубки.
– Да-да! Недавно вернулись с прогулки и покушали.
– Это мама? – Богдан стоял около дивана, на котором сидела Аня и прижимала к уху руку с телефоном.
Аня хлопнула глазами и кивнула, подтверждая его слова. Богдан без слов протянул ей руку.
– Настасья Филипповна, здесь Богдан, он хочет поговорить с вами. – Аня вложила телефон ему в руку.
– Да, мамочка. Я тоже соскучился. Нет, мне нравится с Аней. Я ни хочу спать. Люблю тебя. – он сунул телефон Ане.
– Раз у вас всё хорошо, то мне пора. У меня ужин в ресторане.
– Настасья Филипповна, подождите. – Аня стрельнула глазами в Богдана, всё ещё стоявшим на месте.
– Что такое?
– Я хотела кое о чём уточнить…
Богдан медленно покачал головой, а затем шёпотом произнёс:
– Она подумает, что ты… – он покрутил указательным пальцем около виска.
Аня осеклась, подозрительно смотря на мальчика.
– Аня, связь плохая, вы меня слышите?
– Да… да… слышу…
– Что у вас там?
– Я хотела спросить о… сладкой вате.
– Вате?
Богдан вопросительно изогнул бровь.
– Мы завтра хотели сходить в парк… и можно ли ему?
– Не больше одной! Аня, попросите, чтобы накрутили маленькую вату. Ему будет достаточно.
– Хорошо.
Раздались короткие гудки.
– Ты же пошутила про парк? – на лице Богдана отразились жалобные нотки.
Ане захотелось рассмеяться, да так рассмеяться, чтобы из глаз слёзы хлынули. А затем, просто разреветься, ведь "странное" чувство не просто засело у неё внутри, оно начало разрастаться.
– Пора спать. – Аня отложила книгу в сторону.
– Может быть, мы не будем сегодня спать? – с надеждой спросил Богдан, смотря на Аню снизу вверх.
– Так не получится, герой. Для здоровья нужен крепкий сон.
– Ладно. Я пойду умываться.
Богдан собрал свои игрушечные машинки в коробку и подвинул её за диван. Аня расправила плед на диване, поправила подушки. Она посмотрела в сторону ванной. Дверь была приоткрыта, горел свет, слышался шум воды. Аня хотела расстелить постель в отведённой для неё комнате: ей больше не хотелось засыпать на диване; лучше она почитает лёжа. В коридоре она остановилась, снова почувствовав "странное". Лишь краем глаза она уловила быстрое движение. Это была тень, но её не отбрасывал человек или даже нечто похожее на такового. Просто чёрный тягучий сгусток скользящий по стенам. Как пятно мазута, только не оставляющее после себя следов. Нечто перескочило через арочный проход гостиной, оказываясь по ту сторону. Взметнулось на потолок и ринулось на противоположную сторону стены, направляясь прямо в ванну. Дверь захлопнулась. Секунду Аня не могла пошевелиться, но в одно мгновение, словно кто-то включил невидимый механизм, она рванула с места.
– Богдан! – кричала Аня, со всей силы дёргая дверь за ручку. – Открой мне дверь!
Она начала со всей силы тарабанить по деревянной дверце. Её настиг невероятный ужас. Она не могла перестать верить своим глазам. Со стороны её бесспорно посчитали бы сумасшедшей, но сейчас её никто ни видел, а даже, если бы и были зрители, её вряд ли бы это остановило. Аня боролась с закрытой дверью отчаянно, пиная её, громко бранясь и, скорее всего она бы её даже выбила, но тут ручка в её руках начала поворачиваться. Аня отшатнулась в сторону.
– С тобой всё в порядке? – Богдан сначала высунул голову, потом уже вышел сам. Он посмотрел на неё немного ошалело.
– Зачем ты закрыл дверь? – повышенным тоном потребовала объяснений Аня.
– Она всё это время была открыта. – спокойно ответил Богдан.
– Не ври! – вскрикнула Аня, закрывая лицо руками и тяжело дыша. – Не смей мне врать… – последнее предложение она произнесла почти, умоляя его об этом. Аня сползла по стеночке на пол.
– Я не вру тебе, Аня, честное слово! – Богдан подошёл к ней и обнял за шею.
Аня постепенно переставала трястись. Она уложила спать Богдана в десять, но сама заснуть не могла. Ей грезились тёмные пятна и в конце концов пришлось включить свет. Она лежала, укрывшись одеялом до подбородка и смотрела в потолок. Должно быть ей всё это привиделось. Не было ни каких теней… и дверь стало быть не закрывалась, но почему ей так беспокойно? Почему выдумки маленького мальчика так на неё влияют? Другое дело то, что это вовсе ни выдумка. Однако, эту мысль она даже не рассматривала. Может квартира "плохая"? Аня смотрела телешоу где экстрасенсы рассказывают о "плохих" квартирах: они говорили, что в таких живут призраки, злые духи или даже умершие хозяева. Размышляя и анализируя свои доводы, Аня не заметила, как реальность оставила её.
Аня задыхалась. Она бы закричала, если бы могла. Её горло находилось под давлением чего-то цепкого и холодного. Это был уже не сон. Всё происходило в действительности. Что-то или кто-то душил её, да с таким яростным напором, что ей казалось, что глаза её выпрыгнут из орбит, а язык, как у собаки, выпадет на бок. А самое страшное, что на утро её увидит Богдан в таком виде!
Что было сил Аня перехватила безобразное подобие рук, пытаясь ослабить дикую хватку. Она широко раскрыла глаза, всматриваясь в темноту.
– Тебя здесь нет, тварь! – болезненно продирая горло закричала Аня.
(
– Убирайся из моей головы, мерзкая тварь!
(сука дохлая сука)
Ане удалось уцепиться за что-то мягкое. Она изо всех сил начала трясти это.
(сука дохлая больно мне сука)
– Я убью тебя, мразь!
Всё исчезло. Её больше никто не душил. Темнота стала понемногу рассеиваться. Аня резко открыла глаза, тем самым получив ожог сетчатки. Первое время у неё перед глазами стояли ослепительные круги. Когда зрение более-менее восстановилось, она приподнялась, осматриваясь по сторонам. Её сердце болезненно сжалось. В углу комнаты, сжатый в комок, сидел Богдан.
– Герой, я напугала тебя? – осторожно спросила Аня, разливая по стаканам горячий шоколад.
Мальчик сидел, повесив нос, ковыряя край стола.
– Прости меня. Мне приснился кошмар. – Аня приложила холодную ладонь к огненному лбу. – Всё было настолько реально…
– Это было реально! Почему ты ни веришь мне?
Аня поставила на стол две большие чашки шоколада и села напротив Богдана. Она долго и пристально смотрела ему в глаза. Больше всего на свете Аня хотела ему не верить, но что-то внутри…
– Хорошо, – сдалась Аня, отводя взгляд, – тогда расскажи мне всё, что известно тебе.
– Буги попросил показать тебе фокус. – Богдан поднялся и достал из кармана маленькую красную машинку. – Это для того, чтобы ты мне поверяла наверняка.
Аня напряглась. Мальчик сел напротив арки ведущей в зал. Перед собой он разместил машинку. Богдан потянул её немного назад, а потом отпустил. Машинка уехала в темноту.
– В чём фокус? – в голосе Ане чувствовалась дрожь.
– Сейчас. – Богдан поднял пальчик вверх, давая понять, что для фокуса требуется время.
Аня стала терпеливо ждать. Минута, вторая… она уже хотела встать и сходить за машинкой. Это было что-то вроде спасательного круга: как бы она сейчас пойдёт и возьмёт эту чёртову машинку сама, доказывая (вероятно сама себе), что фокуса ни будет. И вообще ничего не будет!
Раздалось жужжание. Красная машинка вернулась на кухню. За ней заехала синяя, а следом зелёная. Аня помнила совершенно точно, что Богдан убирал эти игрушки в коробку. Она затаила дыхание.
– Буги играет со мной, когда у него есть настроение. – смеясь, пояснил Богдан. – Сейчас он не играет. Он хочет, чтобы ты поверила нам.
– Невозможно… – прошептала Аня. – Кто он такой? Что он такое?
– Он мой друг. Он светлый. Буги помогает. – отчеканил Богдан. – А он – тёмный! – мальчик указал пальцем за Анину спину.
Она вскочила со стула и резко развернулась…
– Чёрт! – выругалась Аня и громко выдохнула.
– Ему нужен я. – обронил Богдан.
За спиной Аня, конечно же, никого ни увидела. Голова у неё разболелась очень сильно. Она выпила две таблетки анальгина и села на диван. Богдан уже ждал её.
– Богдан, я верю тебе. – серьёзно сказала Аня. – Ты и… Буги мне верите?
– Буги знал, что ты придёшь. Мы тебя ждали.
– Правда? – у Ани тряслись руки, поэтому она сцепила их замок, чтобы Богдан этого не видел. – И зачем же я вам?
– Ты должна помогать таким, как я. Тёмные могут причинить тебе зло.
– Я заметила. – Аня потёрла всё ещё ноющую шею.
– Нет. Они
Она замешкалась. Быстро поднялась и подошла к круглому настенному зеркалу. Аня задрала вверх подбородок, внимательно рассматривая шею. На ней образовались сине-фиолетовые кольца.
– По-настоящему…
– Ага.
– И что в этом хорошего? – недоумённо спросила Аня.
– Ты можешь то же самое.
– То есть, хочешь сказать, я могу навредить этому тёмному?
– Ага.
– Но почему я?
– У тебя такой дар.
– А у тебя какой дар? – потрясённо прошептала Аня.
– Буги говорил, что во мне много света. Тёмные питаются такими как я. У меня день рождения завтра. Мне будет шесть. Буги сказал, что тёмные приходят к пятилетним малышам в канун их день рождения. Тогда самый яркий свет.
– То есть, – Аня нервно начала заламывать пальцы, – остался одни день…
Аня готова была вырывать волосы со своей головы. Она хотела забрать Богдана и убежать куда глаза глядят. В другой город, в другую страну… неважно! Что она может? Простой человек… с сомнительным даром. Она же не волшебная фея или ещё какой сказочный герой готовый сражаться с силами зла! Наверное, она рехнулась, но всё-таки выхода другого не видела.
– Как я могу победить тёмного?
– Они боятся зеркал. Его нужно отправить туда. Там он потеряется и никогда больше не найдёт выхода. Буги отыщет его в зазеркалье и убьёт.
– Почему Буги не может его туда и засунуть? – несколько раздражительно осведомилась Аня.
– В этом мире, Буги не может сражаться с тёмным. Он помог найти тебя. – грустно ответил Богдан.
Время невозвратимо утекало. Оставалось только надеяться на лучшее… и на себя немного. Аня до последнего молилась, чтобы всё это оказалось страшным сном, наваждением. Боги, как это всё "странно".
2 сентября, 18:10
Аня мерила шагами гостиную. На одном месте она находиться не могла. Как это по-русски говориться "шило в заднице". Да, а время-то на месте не стоит. Ане казалось, что она не выдержит до полуночи и попросту сойдёт с ума. Её к такому жизнь не готовила. Она дожила до своих двадцати семи лет, но чтоб такое…
– Мы справимся. – Аня сжала ручку Богдана.
– Ага.
Аня пыталась читать и выглядеть решительной, но как бы она ни силилась, удавалось плохо. Богдан вероятно чувствовал это: он ни отходил от Ани ни на шаг. Ужин провалился с треском. Аня сожгла сковородку с тушёной капустой (Богдан был немного этому рад), разлила целую коробку молока, а пока протирала пол, расплакалась, но совсем тихо. В общем, всё валилось из рук. Сейчас они сидели бок о бок на диванчике. Богдан сжимал в руке красную машинку, Аня смотрела на закрытую книгу.
Аня крепко обнимала Богдана. Слабость и страх отошли на второй план. Она начинала злиться. Аня чувствовала себя загнанным в клетку зверем. Это было ужасно. Богдан закрыл глаза и засопел. Аня прижала его ещё ближе, облокотившись на спинку у изголовья кровати. Она начала читать молитвы. Волнение и страх отразились на её эмоциональном и физическом фоне. Теряя бдительность и упуская реальность, Аня погрузилась в сон.
3 сентября, 00:13
Аня пробудилась неожиданно. Её словно окатили холодной водой. Она была вся в липком поту. Её сердце подскочило и так же стремительно упало, когда её руки не нащупали маленькое тело рядом.
– Богдан… – проговорила Аня, не оставляя попыток найти его. Она готова была перевернуть кровать, если это поможет найти его. Подушки и простыня полетели на пол. Только когда до её осознания дошло, что его здесь нет, она посмотрела на открытую дверь спальни.
– Аня, проснись, прошу тебя! – в комнату залетел Богдан, врезаясь в неё. Он прижался к Ане и задрожал. – Он тут… он тут…
– Тише… – Аня оглядела комнату. Она сразу прочувствовала мистическую атмосферу. Тщетные попытки оставить свет во всей квартире и перевесить зеркала в детскую комнату были напрасны. Аня присела на корточки, заставляя Богдана взглянуть на неё. – Эй, герой, мы справимся. Нам нужно быть сильными, слышишь, герой?
– Ага.
– Заберись на кровать. – Аня посадила ребёнка на середину кровати. – Будь тут, понял меня?
– Да…
Аня вышла из комнаты. В коридоре было тихо. Она зашла в гостиную. Шторы вздымались от ветра. Аня подошла ближе, отдёргивая ткань. Окон не было, да что уж там окон, за ними ничего не было. Бездна, окутанная тьмой. Аня почувствовала себя настолько старой: её ноги буквально одеревенели. Она смотрела в самое сердце зла. Ей показалось, что даже слышит его ритмичные постукивания.
(
В этот раз она среагировала быстро. В арочном проходе гостиной стояло обезображенное Нечто с пустыми глазницами и кривыми гниющими зубами. Её дыхание участилось. Невольно она сделала шаг в сторону. Нечто двинулось вперёд, и непросто двинулось, оно просто скользило по воздуху. Полы дымной мантии плавно плыли за ним.
– Что ты такое? – вырвалось из уст Ани.
Аня в несколько шагов оказалась за спинкой дивана.
– Аня, милая моя, подойди ближе! – Аня чётко услышала голос матери. – Подойди, моя девочка, у меня есть подарок для тебя.
– Мама? – обескураженно промямлила Аня, выходя из своего убежища.
– Подойди, милая, мы все тут, ждём тебя.
– Мамочка! – непроизвольные слёзы скатились по щекам Ани.
– Моя девочка, подойди ближе, милая моя, мы все тут.
Аня смахнула слёзы с лица. Эта чертовщина пользуется ей. Её мать давно мертва. Как бы не было приятно и заманчиво идти на её голос, Аня отступила, и пелена перед её глазами расступилась. В двух шагах от неё Нечто раскрыло пасть.
– Мама всегда называла меня котёнком, мерзкое ты чучело! – Аня занесла кулак, и ударила нечто между пустых глазниц. – А ты такое тупое недоразумение, что даже не потрудилось это выяснить! – второй удар пришёлся существу по височной кости. Послышался глухой треск.
– Тупая сука! – нечто кинулось на Аню.
Аня отскочила с места, где стояла секунду назад, и залетела в кухню. Она кинулась к подставке с ножами, выхватывая самый большой из них. Держа нож перед собой, Аня медленно обходила помещение кухни. Всё было тихо. Она уже было подумала, что Нечто отправилось в спальню Богдана, но преждевременно ошиблась.
– Тупая сука, дохлая сука. – затрещал голос позади.
Аня развернулась, выбрасывая руку с ножом вперёд. Пусто… и снова тихо. На её плечо легла стальная рука и сразу же сжалась, пронзая нежную кожу острыми когтями. Аня взвизгнула, отшатываясь. По её плечу растекалась горячая жидкость, с солоноватым запахом. Нечто стояло совсем близко, готовясь нанести удар. Тонкая худощавая рука потянулась к горлу Ани. Забыв про боль, Аня полоснула ножом наугад. Раздался слабый вой. Аня узрела, что из изуродованной конечности брызнула чёрная жижа. Пока Нечто недоумённо разглядывало свою сочившуюся рану, Аня выбежала в гостиную.
– Какая же ты у меня жестокая, доченька! Разве этому я тебя учила? – раздался за спиной голос матери.
– Нет! Ты не моя мама! – захлестнувшие Аню слёзы, мешали чётко видеть помещение.
– Я тебя так любила… а ты… ты ненавидела меня!
– Это неправда… – шёпотом ответила Аня.
– Сдохни сука!
Она почувствовала острую боль в районе лопаток. Аня упала на колени. Нечто нависло над ней, готовясь к последней атаке. Оно перевернуло Аню на спину, замахнулось, целясь когтями прямо в горло. И тут в её голове всплыл образ мальчика с карими глазами и копной каштановых волос. Она безнадёжно улыбнулась.
3 сентября, 01:07
Богдан сидел на кровати, укутавшись в одеяле. Какое-то время он слышал звуки, доносившиеся из зала. Минут десять царила полная тишина. Богдан стянул одеяло с головы на плечи. Всё было по-прежнему тихо. Он решил проверить свою догадку. Может Аня справилась и всё закончилось? Но почему тогда они всё ещё в этом неестественном месте? А вдруг Аня ранена или… того ещё хуже. Богдан больше не мог бездействовать. Ему нужно выяснить всё, что происходит за пределами его комнаты. Он выглянул в коридор.
– Аня?
(мы тут милый мы все тут ждём тебя)
Услышав знакомый голос Ани Богдан направился прямо по коридору, и остановился напротив входа в гостиную. Он заглянул в комнату. Всё выглядело как обычно, если ни считать мрачно-синего свечения по всей квартире. Богдан и сам заметил, что от его ладоней исходит слабое сияние. Он несмело переступил порог гостиной. Сверху послышались странные звуки, похожие на стрекот кузнечиков. Богдан поднял голову, осматривая потолок. Никого. Он прошёл в центр гостиной. Смерил взглядом комнату. Обходя диван, он обо что-то споткнулся и чуть не клюнул носом в пол, но Богдан успел выставить руки перед собой и тем самым смягчил падение. Тяжело дыша он обернулся.
– Аня!
Бездыханное тело Ани распласталось по полу. Богдан схватил её за плечи, пытаясь привести в сознания, начал трясти.
– Аня! Очнись, Аня!
По разгорячённым щекам Богдана покатились слёзы, размером с градины. Он уже ни кричал, просто тихонечко завывал. Почувствовав на своей спине прикосновения, он оторвал мокрое лицо от Аниной груди.
– Аня…?
Девушка открыла глаза…
Мальчик взвизгнул, поднялся на негнущихся ногах, и отшатнулся.
Аня смотрела на него через пустые глазницы. Она начала подниматься на ноги, но все её движения выглядели механическими, слишком резкими. Всё что осталось от Ани встало к Богдану спиной. Затем с оглушительным скрипом, голова Нечто, развернулась на сто восемьдесят градусов. Из пустых глазниц посыпались опарыши и тараканы. Сквозь гнилые острые зубы выползали жуткие мухи. Нечто раскрыло зловонную пасть и двинулось к Богдану, отделяясь от тела Ани.
Богдан отступал назад до тех пор, пока не упёрся в стену и не сполз по ней на пол. Он сжался в комок, закрывая ладонями лицо.
Тихо…
Всё тихо…
Тихо…
Богдан пытался рассмотреть хоть что-то через щёлку между пальцами.
Всё тихо…
Мальчик отнял руки от лица… и закричал, что было мочи. Прямо перед ним раскрылась пасть, издавая неистово пронизывающий визг.
3 сентября, 01:37
Аня открыла глаза. Всё её тело пылало. Ей казалось, что все кости в теле переломаны. Боль была адской. Она постаралась сесть, в глазах сгустился туман. Аня судорожно начала шарить руками вокруг себя. Ладонь коснулась стального и прохладного предмета. Она быстро нащупала рукоятку ножа и встала на четвереньки. Отталкиваясь руками от пола, начала постепенно переносить вес на ноги. Пошатываясь она сделала несколько шагов вперёд, вглядываясь в темноту. Первым, что Аня увидела, был сгусток чёрной массы в человеческий рост. Она подошла ближе, сжимая рукоятку ножа так, что костяшки пальцев побелели. Ей пришлось закрыть рот рукой, чтобы сдержать громкий вздох. На стене, раскинув руки и ноги широко в стороны, висел Богдан. Он буквально висел на ней, удерживаемый неведомой силой! Из его тела, подобно тысячам светящихся нитей, выходило сияние и впитывалось в Нечто!
Аня бесшумно потянула носом воздух. Она собрала все последние силы и занесла руку с ножом над головой. С диким воплем она вонзила остриё лезвия в область черепа. Послышался омерзительный хруст. Когда Аня почувствовала, что нож вошёл почти до основания рукояти, она провернула нож против часовой стрелки. По квартире громоподобным эхом пронеслось зловещие рычание.
Аня отпрыгнула в левый угол комнаты. Пустые глазницы прожигающим взглядом следили за ней. Богдан перестал светиться и мягко опустился на пол. Он был без сознания.
– Ну давай, мерзкая крыса! – шептала Аня. – Тебя там ждут, все ждут!
Нечто кинулось к Ане с нечеловеческой скоростью. В последний момент она увернулась и не успев сгруппироваться, больно рухнула на пол, но тут же перекатилась, и начала отползать назад. Нечто стояло напротив зеркала, словно завороженное своим внешним видом. Пустые глазницы с удивлением уставились в отражение. Аня заметила, что по зеркальной поверхности пошла рябь, так бывает, когда в воду кидаешь камешек. Затем зеркало разверзлось светом, создавая внутри себя воронку, утягивая тёмное существо. И всё прекратилось. Аня, теряя себя, успела доползти до Богдана и крепко его обнять. Потом её мир погрузился во тьму.
3 сентября, 08.15
Не до конца очнувшись ото сна, Аня схватила телефон и не посмотрел на экран ответила на звонок.
– Алло…
– Аня! Вы что? Спите?
– Да… то есть нет! – Аня слишком резко села на кровати, и у неё потемнело в глазах. – Простите, Настасья Филипповна, мы вчера заигрались, легли позже обычного.
– Я буду дома через полтора часа. Я уже в аэропорте.
– Да, хорошо… – Аня провела по лицу ладонью.
– Тут такое дело… я понимаю, что у вас договор, но я бы вам доплатила, если вы согласились бы помочь мне сегодня с подготовкой праздничного стола.
– Я только с радостью, – встрепенулась Аня, поглаживая по спине сопящие маленькое тельце. – Тем более я ухожу в отпуск…
– Тогда собирайтесь!
Аня отложила телефон в сторону. Она погладила Богдана по волосам.
– С днём рождения, герой! Мы справились.
– Ага.
– Теперь вам с Буги ничего ни угрожает.
– Буги ушёл. – сонно ответил Богдан. – Он больше не будет со мной играть. Теперь ты мой друг.
Аня слегка вымученно улыбнулась, но улыбка была ликующей.
Чего не скажешь о пустых глазницах, что ещё несколько лет будут преследовать Аню в жутких кошмарах.