– Как случилось, что тебя усадили за этот столик? – строго интересуется глядя на меня в упор.

– Дай подумать… Непостижимым образом! С помощью сложившихся звезд и девушки-хостеса, – глупо отвечаю на глупый вопрос.

– Персона с которой планировалась здесь встреча не явилась, я, принял тебя за нее.

За недоразумение извиняюсь. Но не могу не отметить: молодежь нынче наглая и беспринципная. В качестве бонуса регистрации по месту прописки не предлагаю, – иронично хмыкнул уверенный, что последний раз меня видит наивный Славик. – Распоряжусь, чтобы все, что ты закажешь сегодня в этом заведении пробили на мой счет.

Я согласно кивнула. Пусть считает, что урезонил меня высказыванием о нынешней молодежи. И хромает отсюда, раз пока не готов к конструктивному диалогу. Завтра вернемся к животрепещущему вопросу. Не просто же так мне жизнь шанс подкинула. От судьбы в лице меня не уйдешь… Мне как два пальца об асфальт долететь до Углича!

"Жених" пообщался с менеджером, распорядился пробить на его счет, все, что пожелаю заказать и не прощаясь похромал из заведения опираясь на трость. Я окинула взглядом зал. Посетовала, что на всем третьем ярусе занято всего пять столиков. Заказала на каждый столик по бутылке самого дорогого вина… Надеюсь Славик порадуется когда выписка со счёта придет…

Офигевший от счастья официант понесся исполнять заказ. А мне наконец позвонила Таисия. Запыхавшаяся.

– Саша, я уже захожу в вестибюль ресторана, прости, что так задержалась, маму пришлось срочно в Сочи провожать. Ой! И правда Москва город маленький! Саш, представляешь, я только сейчас столкнулась со Стасом Виноградовым! У него дом на краю бабушкиной деревни! Недалеко от Углича… Он меня не узнал. Ногу где-то повредил – хромает…

Старенькие качели жалобно скрипнули, освободившись от соскочившего с них Матвея.

– Стас, я понимаю, что ты расстроен, но это не повод изображать быка на корриде, – брякнул шагнув навстречу старшему брату.

Стасик —Славик остановился, измерил меня негодующим взглядом и угрожающим тоном заговорил:

– Какое совпадение: наглая малолетняя девица объявилась в поле моего зрения. Очень, кстати, надо сказать, объявилась. Пока я не остыл, с удовольствием надеру тебе уши! Ты хоть рубль в своей жизни заработала? Сама? Не путем аферы вроде фиктивного брака, а легальным способом? Нет? Научу зарабатывать! Будешь копать траншею! От рассвета до забора!

– Стас прекрати! Ты в своем уме? – Матвей бросает на меня виноватый взгляд подходит вплотную к брату, что-то тихо говорит.

– Извиниться? За что? Какую нахрен часть суммы ты мне перечислишь? Лучше объясни, откуда малахольная девчонка взялась? И как ты оказался с этой идиоткой рядом?

Н—да. Не такая уж глупая причина у Стасика – Славика, втюхают мужику неизвестно какую внучку, потом от нее не отвяжешься. Тут я его как раз понимаю. – пробормотала себе под нос.

На заднем сидении басовито мяукнул Кеша. Скоро поверю, что коты человеческую речь все же понимают.

– Баранки не гнутся, я пробовала. На берег, насколько мне память не изменяет, вы Стасик, за ключами от дома заехали, если мы вас так бесим, могли бы ключи забрать и следовать дальше. из-за Катьки остались! Это любовь! В которой вы сами себе отчего—то не хотите признаться! А зря…

– Еще раз назовешь меня Стасиком: перекину через плечо, донесу до ближайших зарослей крапивы, посажу в крапиву задницей. – одарив меня убийственным взором, Стасик подхватывает заново наполненную мясом решетку, несет на угли. Думал я останусь стоять на месте и хлопать глазами? Щаз! Поглядывая под ноги, как бы на пчелу какую не наступить, топаю следом за Славиком – Стасиком.

Я… Исключительно для расширения кругозора, развернулась к женщинам и поинтересовалась:

– Извините, не подскажете, как далеко до этого замечательного местечка: Шалимово?

Женщины переглянулись.

– Тоже мне, замечательное местечко ! – хмыкнула та, что повыше.

– Метров восемьсот в сторону Углича, до поворота на Родники, не доезжая Родников поворот на грунтовку, по ней прямо километра три, и увидишь накатанную проселочную дорогу, она ведет к заброшенной деревне: Шалимово. За деревней лесок, за леском болото. Только клюква еще не выросла. Подожди до осени.

Женщины рассмеялись.

Здесь и сейчас, – хмыкнул так называемый новобрачный, достал из кармана брюк трубку. – диктуй номер карты, переведу.

– Ха! Нашел дуру, тут зону телефоны не ловят! – цежу недоверчиво, машинально раскрывая титульный лист паспорта… Мать моя! Документ безнадежно испорчен! Кикимора перечеркнула крест-накрест и приписала: На замену…

– Вы зачем удостоверение личности разрисовали? – поворачиваясь к ней интересуюсь угрожающе прищурившись.

– Сашенька, помилуй Бог, ничего я не разрисовывала! – Нателла сгребла сумку в охапку, пятится к задней левой дверце машины.

– Крест кто поставил?

– Крест? А—аа. Так это стандартная процедура, при смене фамилии после замужества. Вы ж теперь Александра Вершинина. Извините, я быстро переоденусь, пока вы финансовые вопросы решаете. У меня сарафан и тапочки с собой. —

Нателла несмотря на крупные габариты, лихо заскочила в салон.

Я чертыхнулась, повернулась к молодожену.

Как любой нормальный человек, я почувствовала крайнюю степень возмущения! А что еще можно чувствовать после такого высказывания?

Самое пакостное, я почему-то не усомнилась в его словах. Не даст покататься самостоятельно. Ни под каким предлогом. На диктатора нарвалась…

– Саш, ты как-то изменилась, похорошела резко. Глаза стали такими пронзительными… – неожиданно отвешивает комплимент, вглядывающийся в моё лицо кикимор – диктатор.

Черти что. Возмущение испарилось. Губы сами растянулись в улыбке. С чего бы вдруг мне так приятно? Можно подумать, комплиментов в свой адрес не слышала…

– Пора ехать, иначе МЧС повторно поднимут на уши, – пячусь к дверному проему, продолжая идиотски улыбаться.

– Согласен, ехать пора. – Игнат подхватывает пакет с испорченной одеждой и туфлями, – где-нибудь по дороге в контейнер выброшу, до сих пор совесть гложет, что у болота намусорили.

Щурясь от яркого дневного света, вываливаемся из амбара…

Мама! Ванькин джип с шоссейки сворачивает…

– За рога? Корову что ли? Теленка тащили за ноги? – не унимается Ванечка, у которого, таких коров целое стадо. А он ко мне с глупыми вопросами пристает!

– Конечно корову, кого еще? Тащили понятное дело теленка! Козлята у коров как-то не рождаются!

Паноптикум. – бросил братик тряхнув головой, запрыгнул в машину, завел двигатель.

Я тоже от шланга отпрыгнула. Прямо Гришке в лапы попала. Эх! Так старательно их с Ванькой избегала в сложных условиях избегания на небольшом по размеру участке.

Принимаю придурковатый вид.

– Гриш, а чего ты с собой Варю не взял? На природу.

– Сашка! Придуриваться потом будешь, давай серьезно поговорим!

– Кто придуривается? Я сама серьезность. В этот знаменательный день…

– Саш, скажи мне, пожалуйста, когда твой отец последний раз брал отпуск? – это Ванька прервал общение с Артемом, к нам подрулил. Я красиво развить мысль про знаменательный день хотела, а он глупым вопросом с мысли сбил.

– Кстати о птичках, вернее о вертолете, дерну—ка я безопасников, какого черта молчат. Извини Саш.

Игнат достал телефон, начал текст набивать.

Я от нечего делать, принялась в голове прокручивать прошедший день. так-то он в самом деле хороший: я разжилась внедорожником, вернее деньгами на его покупку: всё равно куплю, пусть Вершинин хоть на мостик встает со своим кроссовером, у Тайкиной бабушки будет новый дом, у Тайки мопед, вредная Катька с маленькой Ланочкой, улетели к маме – в Израиль. Единственное, что в этом дне слегка напрягает, как-то я к Вершинину начинаю привыкать. Ой! Это я сейчас про тирана – диктатора? Который отказывается дать вездеход на разок прокатится по бурелому?

Не буду я к этому деспоту привыкать!