Тишина, покой и отсутствие боли. Что может быть лучше?! Откуда тогда это навязчивое ощущение тревоги?! Будто дребезжит что-то на краю сознания. Подите прочь! Не до вас. Перевернуться бы на другой бок, и сладко потянувшись, снова погрузиться в умиротворяющую негу. Так нет, не получится.

Дана открыла глаза и какое-то время бездумно созерцала знакомый рисунок дубовой коры. Дерево было для нее всем: и душой, и защитой, и смыслом жизни. Дриада не может жить без своего дуба.

Ну, кто там еще?! Что значит «помоги»?! Ах, вот в чем дело! Долг кровной клятвы. И что же могло случиться с одним из Огненных князей?!

Дана задумчиво стояла над лежащим мужчиной. Его длинные ярко-рыжие волосы не оставляли сомнений в его принадлежности к роду Гроссеу. Мужественное благородное лицо было настолько бледным и осунувшимся, что казалось обтянутым тонким пергаментом. Жизнь едва теплилась в человеке, хотя ран на теле не было. Дана открыла сознание и заглянула поглубже. Фу, какая мерзость! Она передернулась от отвращения, поспешно выныривая обратно. Мысленно позвав подкрепление, невольница чести прислонилась к стволу векового дуба.

«Чувство долга – это необходимость делать то, что не хочется, но надо. Иначе с самоуважением можно проститься», – мрачно размышляла дриада, шагая за носилками, которые несли ее подданные. Перспектива стать сиделкой и лекарем при человеке, совсем не радовала ее. Более того, бесила, рождая внутренний протест. Но, что поделать, время платить долги. Дана усмехнулась.

Она шла по Дубовой Роще и с улыбкой умиления кивала деревьям, здороваясь и узнавая каждое. Оказывается, она так соскучилась. Увидев чистоту и порядок в своем давно покинутом жилище, Дана послала мысленную благодарность тем, кто успел позаботиться о ее комфорте.

– Положите сюда, – вздохнула она, показывая на лежанку. – Для начала мне понадобятся белая омела, софота и душица. Очищающее зелье буду готовить. То, что течет в его жилах, кровью назвать нельзя.

Сознание постоянно расплывалось, и при каждой попытке сосредоточиться, выдавало ответ болезненным импульсом в висок. Шандор страдальчески поморщился, осторожно сползая с коня. Резких движений он старался не совершать. Это было чревато потерей сознания, как и получилось, когда он стремительно обернулся, чтобы посмотреть: есть ли погоня. Хорошо, что конь привык слушаться его без поводьев, да и обморок продлился считанные секунды. Нет, его никто не преследовал. Кавалькада охотников понеслась другой дорогой. Стало быть, все удалось.

Так, вот ты какой, Потаенный Лес! Будто в сизой дымке. Теперь главное: дойти до первых деревьев. Казалось, вот они, рядом, только к ногам словно приковали каторжные ядра. Шаг, еще один. В глазах темно, неужели вечер?! Дыхания не хватает, будто петля на шее. А если ползти?! Да, значительно легче, и не штормит. Вот и спасительная тень первого дуба. Дотянуться, коснуться рукой шершавой коры.

– Помоги! Помоги мне!

Сознание погасло.

Это был сон. Возбуждающий, пьянящий, страстный, и вместе с тем пугающий, болезненный, тоскливый. И везде была она. Мирела. Ее сладкие губы, бесстыдные руки, горячая влажная кожа. И аромат, дурманящий, сводящий с ума, выжигающий разум. Жаркие объятья, неистовые поцелуи, ласки на грани боли. И покорное ожидание бессилия, дурноты, слабости. Нет, только не это! Помоги! Помоги мне!

Глаза открывались медленно. Многотонные веки совершали свой подъем, героически преодолевая силу всемирного тяготения. Свет. Здравствуй, свет! Не думал, что увидимся. Лучи солнца пробивались сквозь листву, а значит, это лес. Шандор, не поворачивая головы, оглядел помещение. Это заняло немало времени, поскольку глаза двигались тяжело, останавливая взгляд на каждой мелочи. К концу осмотра мозг, наконец, сообразил, что напоминала ему комната. Внутренность крупноячеистой корзины, только очень большой. И пока он пытался осмыслить это открытие, зрение подкинуло очередную информацию. Он был не один.

Девушка сидела в плетеном кресле у окна. Распущенные волосы ее были травянисто-зеленого цвета и, окутывая всю фигуру, лежали прядями даже на полу. Сбоку это смотрелось так, будто лицо выглядывало из шалаша. Взгляд она опустила вниз, на руки, которые быстро двигались, что-то растирая пестиком в ступке, стоящей на коленях. Видимо, почувствовав внимание, незнакомка неторопливо повернула голову и вопрошающе воззарилась на мужчину.

Она была красива, утонченной, неземной красотой. Высокий гладкий лоб, изогнутые луки-брови, ровный тонкий нос, четко очерченные вишневые губы и потрясающие своей необычностью глаза. Миндалевидные, чуть приподнятые в уголках, бездонно-глубокие, цвета благородного опала. И за те несколько минут, пока дриада рассматривала его, все оттенки драгоценного камня чередой промелькнули в ее радужницах. Желтый, оранжевый, красный, коричневый, голубой, зеленый, черный. Это было странно, но на ее лице смотрелось абсолютно гармонично. И в выражении этого лица не было и тени приязни, прекрасная холодная маска смотрела на Шандора.

Он хотел поздороваться, но с удивлением обнаружил, что сил на это уже не осталось. Глаза закрылись сами, и он не увидел, как дриада, обреченно вздохнув, встала и высыпала порошок из ступки в широкий кубок. Потом плеснула в него воды. Провести по ладони серебряным кинжалом было делом пары секунд, и вот уже бурая дымящаяся кровь тонкой струйкой полилась в чашу. Остановив кровотечение, она наклонилась над лежанкой и, придерживая спящего за плечи, начала по глотку вливать в его горло снадобье.

Глаза опять не желали слушаться. Веки нехотя вспоминали привычные движения. Так, опять свет. Значит, снова день. Интересно, это какой по счету. Второй, третий?! В предыдущий раз здесь была дриада. Надо ее поблагодарить за спасение. Как только глаза ее увидят. О, вот и она. Сидит все там же, делает все то же. Повернулась. Почему она так смотрит?! Лицо непроницаемо, зато агатово-черные глаза так и брызжут ненавистью.

Шандор открыл, было, рот, но под суровым взглядом красавицы губы сомкнулись сами. А за ними и глаза. И дриада вновь напоила его зельем.

Он просыпался еще много раз. И все повторялось сначала. Пробуждение, чувство благодарности, тяжелый неприязненный взгляд и долгий безмятежный сон, лишь изредка переходящий в кошмар.

На этот раз глаза открылись почти без усилий. В голове ощутимо просветлело, и, хотя двигать ею было еще страшновато, чувствовал он себя значительно лучше. Его сиделка опять оказалась на месте. Заметив, что он проснулся, девушка поднялась и шагнула к столу, на котором стоял широкий серебряный кубок.

– Здравствуй, Душа леса, – с усилием прошептал Шандор ей в спину.

Дриада недоверчиво покосилась через плечо.

– Поправляйся, Гроссеу, – низким голосом произнесла она, отворачиваясь.

– Ты знаешь: кто я, – не удивился он.

Девушка, не прерывая своего занятия, глухо просветила:

– Потомка Огненных князей сложно не узнать. И потом, только он мог потребовать исполнения долга клятвы на крови.

Брови с трудом, но все же поползли вверх.

– Долга чего? – переспросил Шандор.

Красавица повернулась, держа в руках наполненную чашу, над которой поднимался дымок. Она шагнула к лежанке, и Шандор под ее взглядом ощутил, как тяжелеют веки. Минуты не прошло, как он уже спал.

Глаза распахнулись легко. Полюбовавшись на солнечные лучи, проходящие сквозь просветы между ветвями, Шандор рискнул повернуть голову. Дриада сидела напротив и пристально рассматривала его. Алые глаза сверкали, как благородные гиацинты.

– Здравствуй, Душа Леса, – на этот раз слова дались почти без усилий.

– Поправляйся, Гроссеу, – все так же сурово пожелала красавица, и в ее устах это прозвучало, как приказ.

Она встала и направилась к столу, явно намереваясь, приготовить новую порцию целительного зелья.

– Подожди, не усыпляй меня, – мягко попросил он.

Дриада резко повернулась, волосы колыхнулись вслед за ней, и Шандор с удивлением обнаружил, что они ей почти до щиколоток.

– Это почему «не усыпляй»? – с подозрением прищурилась она. – Ты не хочешь поправиться?

Мужчина вздохнул.

– Хочу, конечно, – заверил он. – Только я все не успеваю поблагодарить тебя.

– За что? – недоверие так и сквозило в ее словах.

Пациент удивленно уставился на свою сиделку.

– За спасение, конечно, – ответил он. – Я бесконечно благодарен тебе. И если я могу что-то сделать для тебя… – он замолк под ее пустым бирюзовым взглядом.

– Все, что мне было нужно, уже сделали твои предки, – ровным голосом произнесла дриада, отворачиваясь к столу.

Шандор недоуменно покосился на ее спину.

– Извини, я ничего не понимаю, – признался он. – Я, наверное, сделал что-то не так, нарушил правила. Но я не в курсе. Просто в детстве отец мне рассказывал, что в этих местах есть Потаенный Лес, который видим только мы, потомки Огненных князей. И если случится беда, можно попросить помощи у дриад. Я причинил тебе беспокойство? Извини, – он попытался приподняться, но ничего не вышло.

Лесная нимфа, чуть обернувшись, скептически смотрела на его попытки.

– Гордый и упрямый, – констатировала она, наконец. – Мог бы побриться наголо, все равно остался бы Гроссеу. Лежи, – проворчала она, возвращаясь к своим делам.

На этот раз она не стала усыплять его, а уселась рядом и, поддерживая голову, начала поить приготовленным лекарством. Напиток был теплым, пряным и слегка кружил голову.

Дриада задумчиво разглядывает творение своих рук.

– Сорин, посмотри, какое зелье я придумала.

Он подходит, обнимает ее за талию и заглядывает через плечо.

– И что в нем такого, примечательного? – он игриво целует ее в шею, щекоча усами.

Дана ежится и хихикает.

– Милый, не смеши, – просит она. – А зелье это очень полезное. Оно очищает кровь. Изгоняет из нее всю заразу. Вот если с тобой что-то случится, я тебя спасу.

Он разворачивает ее лицом к себе.

– Дануся, ну, что со мной может случиться?! – улыбается он.

Любимый прижимает ее покрепче, и она, припав щекой к груди, слушает, как бьется его сердце…

Дана проснулась. Несколько минут она лежала, стараясь выровнять дыхание. Надо взять себя в руки. Сорин мертв, и уже семь веков. Пора смириться. Славно поспала. Но, по крайней мере, теперь она может контролировать свои желания. А тогда было только одно: отправиться вслед за ним. Но Хранительница Равновесия не имеет на это права. Погибнет она, погибнет и мир. Единственное, что ей оставалось: уйти в свое дерево, уснуть. Забытье притупило ее боль, но не излечило ее. И осталась саднящая рана в душе, а еще ненависть, жгучая ненависть к людям. Но ее тоже можно держать под контролем. И даже лечить одного их них.

Глаза вели себя прилично, открылись по первому приказу. Опять солнце. Интересно, в этом Потаенном Лесу когда-нибудь бывает пасмурно?! Самочувствие нормальное. Настроение прекрасное. Где-то тут должна быть вечно хмурая спасительница. О, вот и она. Сидит напротив в плетеном кресле. Надо постараться смягчить ее недовольство.

– Здравствуй, Душа Леса, – улыбнулся он.

Девушка не нарушила традицию.

– Поправляйся, Гроссеу, – усмехнулась она, но не встала, как обычно, чтобы отойти к столу.

Шандор рассматривал собеседницу. Сегодня глаза ее отливали всеми оттенками оранжевого турмалина, делая похожей на очаровательную кошечку, притаившуюся в зеленой листве. Смуглая кожа красавицы говорила о том, что она много времени проводит на солнце. Прекрасное лицо было все так же сурово, руки скрещены на груди. Простое коричневое платье не обтягивало ее, но сомнений в прекрасной фигуре не оставляло.

– Все оценил?! – поморщилась дриада.

Мужчина не смутился.

– Извини, но любоваться на красоту никому не запрещено, – примирительно сказал он.

Дриада скептически фыркнула.

– Ты, похоже, долюбовался, – поджала она губы. – И не только.

Шандор попробовал приподняться и, поняв, что это ему удается, сел на лежанке, облокотившись на стену.

– Не понимаю: о чем ты?! – удивленно спросил он.

Прекрасная сиделка скривила губы.

– Ах, неужели?!

Пациент вздохнул.

– Что-то не получается у нас общение. Давай сначала?! Я Шандор. А тебя как зовут?!

Чувствовалось, что вопрос девушке не понравился.

– Дана.

Гроссеу с подозрением взглянул на красавицу.

– А у дриад встречаются одинаковые имена?!

– Нет, – отрезала она, переводя взгляд в окно.

Шандор сглотнул.

– Значит, я удостоился великой чести, – хмыкнул он. – За мной ухаживает сама Верховная Дриада. У меня нет слов.

Девушка неприязненно смотрела на него.

– Так и думала, что у людей бедный язык, – съязвила она.

Терпеть ехидство и колкости такой очаровательной собеседницы было просто невыносимо. И Шандор давно бы уже поставил насмешницу на место, но благодарность за спасение и уважение к ее статусу не позволяли ему сделать это.

– Очевидно, что я тебя раздражаю, – попытался он еще раз. – Только вот не пойму: чем?!

Дриада глубоко вздохнула.

– Ничего личного. Я не люблю всех людей, – неохотно призналась она.

Кажется, разговор завязывался. Шандор уселся поудобнее.

– И чем же люди тебе не угодили?!

Спасительница горько усмехнулась.

– Тем, что умеют только разрушать. Все расы что-то положили в общую копилку, все, кроме людей. Драконы создали этот мир. Эльфы принесли в него красоту. Гномы научили его трудиться. А люди способны только убивать, – она закусила нижнюю губу.

Ее пациент покачал головой.

– Ну, почему же только убивать?! А строить города, прокладывать дороги, возделывать землю?!

– Чтобы потом разрушать эти города, маршировать армиями по этим дорогам и жечь посевы на этой земле, – подхватила дриада. – История человечества – это история войн. Есть возражения?!

Мужчина пожал плечами.

– Да, с этим трудно поспорить. Но ответь мне на такой вопрос: зачем в мире дриады?!

Красавица погрустнела.

– Мы были созданы, чтобы хранить Равновесие этого мира.

Шандору не терпелось отыграться.

– Тогда почему вы спрятались, отгородились от всех? На семь веков выпали из истории?! Хроник о дриадах почти не осталось. Почему?!

Тоскливые малахитовые глаза были полны боли.

– Потому, что люди не любят вспоминать о собственной подлости, – непонятно объяснила она. – Хватит лирических отступлений. Пора учиться ходить.

Да, лежать и сидеть было просто. Но вот встать на ноги оказалось куда сложнее. Простыня попалась довольно большая, хватило, чтобы обернуться целиком. Дриада поддерживала его за талию, а он, обхватив ее за плечи, делал свои первые, самые трудные шаги. Чтобы пройти до двери и обратно потребовалось немало времени.

– Спасибо тебе, – тяжело дыша, поблагодарил Шандор, с ее помощью усаживаясь на лежанку. – Только почему ты делаешь это сама?! Мне неловко, что со мной возится Первая Душа Леса.

Девушка равнодушно пожала плечами.

– Работа не хуже других. И потом, ты разбудил меня. Считай это моей благодарностью.

– Разбудил?! – переспросил он.

Дриада кивнула, помогла ему улечься и отошла к столу, чтобы заняться приготовлением нового снадобья.

– И сколько же ты спала?! – поинтересовался он.

Спина напряглась, но девушка не обернулась.

– Семь веков, – голос был ломок.

Что-то подсказало Шандору, что развивать тему не стоит. Не сейчас. Новое зелье оказалось чуть горьковатым, с привкусом барбариса и ежевики. А зеленые глаза Верховной Дриады были так близко и переливались, как изумруды.

– Сорин, тебя не было целых два дня, я так соскучилась, – дриада укладывает голову на плечо мужа.

Золотоволосый мужчина нежно целует ее, притягивая к себе.

– Любимая, ты же знаешь, мне надо было сходить в деревню, проведать своих. Сестрица передает тебе привет. Племянник не хотел отпускать. Но ты права, я тоже соскучился. И сейчас я тебе это докажу.

Его ладони скользят по ее спине вверх и вниз, заставляя все плотнее прижиматься к нему.

– Сорин, – страстно выдыхают ее губы…

Дана проснулась. Сердце билось о грудную клетку, как зверь в капкане. Эти сны сведут ее с ума. Они все наполнены его присутствием. Сорин. Его надежные объятья, его теплое дыхание, его шелковистые волосы, отливающие солнечными бликами. Дриада съежилась на лежанке, обхватив себя руками. Только бы человек в соседней комнате не услышал. Надо успокоиться. Впереди новый день и новые заботы. Самое время послать за боярышником и арникой. Пора вводить другие зелья.

Глаза не подвели и на этот раз. Открылись по первому зову. Так-так, опять солнце, это хорошо. В комнате пусто. Осторожно потянувшись, Шандор попытался сесть. Удалось. Рассматривая свои голые ноги, он хмыкнул, представив, как красавица Дана раздевала и мыла его бессознательную тушку. Мужчина осмотрелся и, увидев, скрытый шкаф у двери, по стеночке заковылял к нему. Естественно, именно в этот момент дверь распахнулась и на пороге появилась дриада. Первое, что пришло в голову Шандору: прикрыть руками сокровенное. Стена перестала служить опорой, и болящий грохнулся на пол.

– Ханжа и дурак, – проворчала девушка, помогая ему подняться и дойти до лежанки.

От неловкости Шандор покраснел.

– Почему это?! – обиделся он.

Дриада поморщилась.

– Как ты думаешь, кто ухаживает за твоим спящим телом?! Полагаешь, я делаю это с закрытыми глазами?! И вчерашний опыт показал, что ты слишком слаб, чтобы ходить самостоятельно. Аргументы приняты?! Теперь вопрос: куда это ты направлялся в таком виде? Поразить моих подданных своим великолепием?

Смущенный пациент отвернулся.

– Одежду хотел найти, – пробурчал он.

Сиделка понимающе кивнула.

– Оденем княжеский наряд, почувствуем себя сильным мужчиной и будем вести диалог с позиции силы, – скривилась она.

Терпение Шандора закончилось. Может, именно потому, что она угадала.

– Если ты настолько ненавидишь людей, зачем тогда лечишь меня?! Или тебе нравится издеваться над слабым?! В тех легендах, что рассказывал мне отец, дриады были самыми лучшими созданиями Творца. Они помогали людям. А их Повелительница несла в этот мир свет и добро. Похоже, это не про тебя.

Дриада отшатнулась, как от удара, медленно подошла к шкафу и, достав из него бриджи и рубашку Шандора, аккуратно положила на лежанку рядом с ним.

– Похоже, – согласилась она пустым голосом. – Только та Дана уснула семь веков назад. Проснулась другая. И еще в одном ты не прав, мы не создания Творца. Мы – творения Демиурга. Я появилась на свет в этом лесу волей сотворившей меня Рианы… – по мере рассказа тон ее становился все печальнее.

У Шандора глаза стали, как две монетки.

– Красной Драконицы?! – восторженно переспросил он – Создательницы нашего мира?!

– Риана лишь одна из Демиургов, – спокойно поправила девушка. – И я считаю ее своей матерью. Так же, как меня считают ею все остальные дриады, Риана подарила мне эту способность. Она всегда очень тепло относилась ко мне, хотя при нашей последней встрече, матушка была не слишком довольна своей приемной дочкой. Но, тем не менее, не наказала, а просто уложила спать.

Мужчина ошеломленно рассматривал свою спасительницу.

– Похоже, я попал в сказку, – произнес он, под простыней натягивая бриджи. – Меня с ложечки кормит Верховная Дриада, дочь легендарного Демиурга.

Дана только вздохнула.

– Вот если бы ты попался Целительнице, она бы подняла тебя на ноги куда быстрее. Она, в отличие от меня, родилась человеком, и способностями ее наделил Создатель, хотя без Рианы и тут не обошлось. Жаль, что сейчас в мире нет Кервельской знахарки. Последняя из них, Марисса, застряла между бытием и небытием. Жуткая участь. Хотя у нее есть надежда, в роду Ок’Мена растет дочь.

Шандор недоуменно нахмурился.

– Какая дочь?! У Келеуса и Дилиссии сын, и ему недавно исполнился год. А вдовствующая королева Марисса преспокойно хозяйничает в своем Кервеле. Подожди, сколько я уже здесь?

Дриада развела руками.

– Кажется, ты тоже многое проспал. Но, поверь, иначе было никак нельзя. Только сон и очищение крови. А это процесс длительный.

– Сколько? – холодея, повторил он.

– На ваши мерки, десять лет, – осторожно просветила девушка. – Время в Потаенном Лесу идет иначе.

Шандор ударился затылком о стену и застонал.

– О, Боги! – сдавленно прошептал он. – И что же произошло за это время?

Дриада прошла к своему креслу и уселась, скрестив руки на груди.

– Судя по тому, что я знаю, ситуация в мире непростая. Девять лет назад произошло очередное Вторжение. Ты знаешь, что это такое?

Шандор расширил глаза.

– Конечно. Демоны Нижних Пределов пытаются прорваться через пространственно-временные порталы и захватить наш мир. А Демиурги спасают его от захватчиков. Я читал об этом в тайных хрониках, – под ее одобрительным взглядом объяснил он.

Дана кивнула.

– На этот раз пришлецы получили достойный отпор, и ближайшие пару тысяч лет не сунутся. Драконы, выполнив свою миссию, вновь удалились на покой. Но на эльфийском троне рядом со Светлейшим сидит теперь моя сводная сестрица Карина, Оранжевая драконица, которая усиленно притворяется человеческой магичкой. В Растане, Таранте и Окмене жизнь понемногу налаживается. Восстанавливают то, что было уничтожено остатками разбежавшейся армии интервентов. В Туране, откуда, кстати, все и началось, тишь да гладь. Только князь Илларион в глубокой депрессии, ведь это его дочь, Минерва, всю кашу заварила. Южный архипелаг и не заметил бы Вторжения, если бы их не потрясло, в смысле, землетрясения. Вашей Гроссеты катаклизмы практически не коснулись. У вас другая проблема, – она стиснула зубы и сузила глаза.

Мужчина обхватил голову руками и снова застонал.

– Я же не думал, что исчезну на десять лет.

Верховная дриада сурово смотрела на него.

– Рассказывай, – приказала она, уже зная: о ком пойдет речь.

Шандор покаянно вздохнул, опуская руки.

– Все началось с того, что на охоте я случайно познакомился с девушкой. Сказать по правде, я едва не сшиб ее лошадью… – неуверенно начал он.

– Красивая, фигуристая брюнетка, глаза настолько темные, что зрачков не видно, – перебила его дриада.

Шандор удивленно кивнул.

– Да. Откуда ты знаешь?!

Дриада стиснула руки на коленях.

– Характерные черты. Во-первых, никакой случайностью ваша встреча не была. А, во-вторых, зрачки у нее есть, только вертикальные. Ну, что было дальше, понятно без объяснений. Ты влюбился с первого взгляда и привез ее в свой замок, – скривилась она.

Мужчина вздохнул.

– Ну, почему же в замок?! – проворчал он. – Во дворец.

У девушки было такое выражение лица, будто она проглотила лягушку

– Значит, все верно, – брезгливо поморщилась она. – Сначала я думала, что ты наместник одного из четырех княжеств. А потом узнала, что выхаживаю его королевское величество, актуального правителя Гроссеты. Ты хотя бы отдаешь себе отчет в том, что твоим государством сейчас управляет суккуб?! – сквозь зубы процедила она.

Сбежавший король недоуменно уставился на нее.

– Кто управляет? – переспросил он.

Сдержанность неожиданно покинула дриаду, она вскочила и пробежалась по комнате.

– Ты в своем уме?! Ты понимаешь, что ты натворил? – нависая над сидящим мужчиной, прошипела она.

Шандор отшатнулся от гнева ее глаз, полыхнувших рубиновым огнем.

– Объясни невежде, о, всезнающая, – съязвил он, чувство смутной вины делало его агрессивным.

Девушка вдруг совершенно спокойно отстранилась и, подойдя к креслу, уселась в него.

– К сведению его величества, суккуб – это низший демон, – ровно произнесла она, лицо стало маской, глаза окатили его сапфировой пустотой. – Это плод насилия высшего демона над человеческой женщиной в ходе очередного Вторжения. Появляясь на свет, маленькое чудовище разрывает родительницу в клочья и пожирает ее. До двадцати лет монстр жутко уродлив и похож на своего отца, и, если до этого времени не успевает быть уничтожен, превращается в соблазнительную красавицу, хотя суть внутри имеет прежнюю. Питается силой мужской любви, стараясь найти донора побогаче и познатнее. Места охоты демонице приходится менять раз в десять лет, поскольку она не стареет, и это становится подозрительно окружающим. Твоей мучительнице, по крайней мере, две тысячи лет, столько прошло со времени предыдущего Вторжения. Но самое мерзкое то, что ты способствовал появлению ее выводка.

Король недоверчиво прищурился.

– Ты говоришь сейчас о моих дочерях, – холодно напомнил он.

– Я говорю сейчас о кровососущих тварях! – ледяным тоном отчеканила дриада.

Шандор задохнулся.

– Что?!

Лесная нимфа сверкнула агатово-черными глазами.

– Ты когда-нибудь слышал о вампирах?! – ехидно осведомилась она, и после его кивка, продолжила. – Так вот, эту расу никто не создавал. Они появились сами, как результат соития суккуба и человека, обворожительно прекрасные, владеющие техникой гипноза, но в отличие от родительницы, питающиеся не эмоциями, а живой кровью. И пока мать не научит свое отродье охотиться самостоятельно, они пьют биологического отца. Поройся в памяти, папочка, никаких воспоминаний?! – слова ее были полны яда.

Король отшатнулся.

– Крина и Лала – вампирши?! – выдохнул он.

– Вампирессы, – бесцветным голосом поправила дриада.

Шандор был оглушен.

– Но почему об этих монстрах ничего неизвестно?! Только слухи да бабкины сказки.

Верховная надменно поморщилась.

– Да потому, что историю пишут мужчины. А выживших, кроме тебя, я не встречала.

– И ты можешь предоставить мне доказательства?! – хрипло спросил король, хотя память услужливо подбрасывала ему одно воспоминание за другим.

Бирюзовые глаза переливались морской волной.

– Я покажу тебе, завтра, – пообещала она. – А теперь попробуй ходить сам, уж коль скоро пытался делать это без моей помощи.

Она встала и направилась к двери, огибая комнату по длинной дуге. Королю показалось, что она едва удержалась, чтобы не приподнять подол, лишь бы не коснуться его тени.

Весь оставшийся день Шандор бродил по комнате, держась за стену. От лежанки до двери, потом до окна, снова к лежанке. И думал, думал, думал.

Золотоволосый красавец стоит у стола, затягивая веревки на рюкзаке.

– Сорин, ты опять уходишь, – дриада грустно вздыхает. – Я боюсь за тебя.

Муж успокаивающе обнимает ее.

– Дануся, все будет в порядке. Выслежу, уничтожу, и я весь твой, – жарко шепчет он ей на ушко.

– Заманчиво звучит, – сладко вздыхает Верховная, заглядывая в его голубые глаза. – А вдруг она соблазнит тебя?!

Сорин качает головой.

– Ничего у нее не выйдет. Мое сердце принадлежит только тебе. А ее демоническое обаяние на меня не подействует, ты же знаешь, – он целует ее в нос, щекоча усами…

Дана проснулась. Вот, казалось бы, только что он был рядом. Живой, сильный, веселый. Эта ноющая боль никогда не уйдет. Она лежала, чувствуя, как горячие слезы стекают по вискам. Только бы не всхлипнуть, иначе может проснуться этот горе-король в соседней комнате. Вот ведь дурак какой, повелся на суккуба. А с другой стороны, что, у него был выбор?! Если ядовитая змея решила свить себе гнездо, чтобы отложить яйца, кто сможет ей помешать?! Этот Гроссеу немыслимо долго продержался, да и уйти смог. Это достойно уважения. Не все мозги сперма затопила. Может, как-то помягче с ним?! Вон, как вчера расстроился. Явно ведь не знал, какую гадюку на груди пригрел. И ходил весь день, как заведенный. Переживал.

Глаза открылись и бездумно уставились в потолок. Мозг явно пребывал в шоке от обилия вчерашней информации. Итак, он, король Гроссеты Шандор Гроссеу, умудрился сочетаться законным браком с порождением тьмы. Теперь понятно ее желание провести обряд на центральной площади столицы. Это не для того, чтобы подданные смогли насладиться счастьем своего сюзерена, нет, это чтобы в храм не войти. Все очевидно, теперь. И эти страстные, иступленные ночи, после которых он забывался тяжелым беспокойным сном. А наутро голова раскалывалась, как с похмелья, хотя накануне не пил ни капли. А рождение девочек, которых она позволила показать ему только на седьмые сутки. И у обеих малышек оказался полный набор белоснежных зубов, так поразивших его. А заботливая мать объяснила, что такое редко, но случается. А потом провалы памяти и непонятные шрамы на локтевых сгибах, то появляющиеся, то исчезающие. Сейчас все это предстало перед ним в истинном свете. Он, потомок славного княжеского рода Гроссеу, преемник своего отца, не оправдал его надежд. Связал свою судьбу с чудовищем и породил новых. Что же делать?!

Дана вошла, как всегда беззвучно. Вот, только что комната была пустой и унылой, несмотря на солнечный свет, и вдруг озарилась, заиграла новыми красками.

– Здравствуй, Душа Леса, – печально усмехнулся король.

– Поправляйся, Гроссеу, – не осталась в долгу дриада.

Шандор подтянулся на руках и сел, опираясь спиной на стену.

– Я не знаю, что мне делать, Хранительница, – пряча глаза, признался он. – Несмотря на свой юный вид, ты прожила немало лет и достаточно мудра… – он не закончил, услышав ехидное фырканье.

Дана уже сидела в своем любимом кресле, сложив руки на груди.

– То есть ты хочешь сказать, что я древняя старуха, которой заняться больше нечем, кроме как молодежь поучать, – усмехнулась она, сверкнув цитриновой искрой переменчивых глаз.

Король растерялся.

– Я не это хотел сказать, – попытался он исправить оплошность.

– Да будет тебе известно, смертный, что мудрость у нас не зависит от возраста. И по нашим меркам, я не старше тебя. Тебе ведь тридцать шесть, если я не ошибаюсь?! – осведомилась она.

Шандор удивленно пялился на непривычно добродушную красавицу.

– Учитывая десятилетний сон, да, – подтвердил он. – Так, ты поможешь мне?!

Дана обреченно вздохнула

– А в чем ты просишь помощи?! В восстановлении на престоле?! Или в уничтожении суккуба и вампиресс?

Король нервно сглотнул.

– Но они совсем еще дети, – заикнулся он.

– Им по шестнадцать лет, и они злобные кровожадные твари, – сурово отрезала дриада, глаза ее полыхнули рубином. – Ты полностью исцелен. Я по капле выводила из тебя яд, в который превращалась твоя кровь после столь тесного общения с демоницей. Теперь ты свободен от ее чар. Но стоит вам увидеться, и ты снова побежишь за ней на край света, как покорный ягненок. Так в чем ты просишь помощи? – повторила она вопрос.

Шандор задумался.

– Есть ли способ противостоять ей? – он помолчал. – И уничтожить ее?

Дана пристально рассматривала его, ища что-то в его глазах.

– Есть, – наконец, заявила она. – Но прежде, чем я расскажу тебе о нем, позволь я кое-что покажу.

Она встала и вышла из комнаты. Отсутствовала она недолго.

– Иди сюда, – позвала она, возвратившись и устанавливая на стол большой чан с водой.

Король поспешно встал, кутаясь в простыню. Дана указала ему на свое кресло.

– Садись и смотри, – приказала она.

Дриада провела рукой над поверхностью воды, и жидкость, повинуясь ее жесту, поднялась, образуя вертикальную дрожащую пелену. Муть постепенно спала, изображение разгладилось, и изумленный король увидел двух рыжеволосых девушек, спускающихся по лестнице.

– Крина и Лала, – узнал он дочерей. – Какие взрослые.

– И ненасытнее, – в тон ему добавила дриада.

Меж тем весело болтающие вампирессы спустились в сумрачный коридор.

– Это подземелье дворца, – недоуменно поразился король. – Здесь испокон веков содержатся государственные преступники.

– Содержались, – поправила дриада. – Они и были первыми жертвами. Потом аппетиты возросли, и крови потребовалось больше. И тогда в столице стали исчезать ни в чем не повинные люди. А недавно матушка-королева объявила смотр женихов, и родовитые дворяне толпой повалили в столицу. Догадайся: где теперь эти охотники за венценосными невестами?!

Шандор шумно перевел дыхание.

– Не может быть, – прошептал он, следя за тем, как его дочери отпирают дверь и заходят в камеру смертников.

Картина была ужасающая. По стенам были развешены тела, распятые в кандалах. Все они были в богатых одеждах. Король с ужасом узнавал фамильные цвета дворянских родов. Некоторые узники, похоже, были уже мертвы, но кое-кто еще подавал признаки жизни.

Вампирессы мгновенно преобразились, почуяв свежую кровь. Глаза замерцали багряным огнем, челюсти вытянулись, обнажив внезапно отросшие клыки. Они бросились к своим жертвам и впились в их шеи. Звуков слышно не было, но вид жадно чавкающих тварей, рождал тошноту. Король не мог оторвать взгляд от этого отвратительного действа. Наконец, вампирессы насытились. Лица их прибрели прежний вид и, продолжая беззаботно щебетать, они внимательно осмотрели друг друга. Не найдя компрометирующих следов, сестры взялись за руки и покинули место своего кровавого пиршества.

– И заметь, «они совсем еще дети», – процитировала дриада, жестом возвращая воду в чан.

Шандор опустил голову, руками сжимая подлокотники.

– Что я наделал! – простонал он.

– Хочешь посмотреть на их мать? – вкрадчиво поинтересовалась Дана.

Шандор брезгливо сморщился.

– Нет, – покачал он понурой головой. – До сих пор не верю, что мне удалось сбежать. Но я прекрасно помню, что чем дальше я удалялся от дворца, тем ужаснее себя чувствовал. Сам не знаю, как добрался до Потаенного Леса.

Дана кивнула.

– Ты был очень плох. Она высасывала из тебя жизнь, как паук не спеша убивает несчастную муху. День за днем, планомерно и целенаправленно. Решив обзавестись потомством, демоница приворожила тебя, таким образом, создав себе надежное убежище. Она намеренно поддерживала твое существование, не давая своим отродьям убить тебя. В твое оправдание могу сказать, что противостоять ей у тебя не было никаких шансов.

– Как я могу уничтожить их? – глухо спросил король, поднимая голову. – Всех троих. Я недостоин короны, если допустил такое. Но я должен освободить страну от этих чудовищ.

Дриада вдруг подняла руку и медленно провела по его волосам. И, словно осознав, что делает, судорожно отдернула ее.

– Прости, – прошептала она, стремительно выскакивая из комнаты.

Она бежала через лес к своему дубу, захлебываясь слезами. Правая рука горела, как от ожога.

Сорин тоже хотел освободить мир от подобной твари. Он ушел и не вернулся. И не вернется уже никогда. А бесстыдная дрянь где-то живет. Купается в роскоши. Мучает людей.

Дана с разбегу нырнула в спасительное убежище. Дуб по-отечески обнял ее.

– Успокойся, дыши ровнее, – увещевал он. – Ты должна ему помочь, этому обманутому королю. В память о Сорине. Заверши его охоту, замкни круг. Нельзя жить только воспоминаниями. Это путь в никуда.

Дана постепенно успокоилась и, выходя из дерева, благодарно погладила дубовую кору.

– Я смогу, – прошептала она.

– Верю, – прошелестела листва над ее головой.

Он ошеломленно смотрел вслед убежавшей дриады. Что же было такого в ее бездонном малахитовом взгляде?! Кого она узнала в нем?! Неожиданный укол ревности удивил короля безмерно. Когда она успела завладеть его мыслями?! Может, это тоже какое-то наваждение?! Вылечить от чужого, чтобы навести свое?! Зачем?! Хочет отомстить суккубу его руками? Шандор представил себе демоницу и передернулся при мысли, что прикасался к ней, упивался ее ласками, целовал ее. От отвращения его замутило. Пришлось лечь и закрыть глаза.

– Я принесла лекарство, – послышался тихий голос.

Король открыл глаза и порывисто сел, голова больше не кружилась. Дана стояла перед лежанкой с кубком в руках. Лицо ее было печально, веки слегка припухли.

– Ты плакала? – забирая чашу из ее рук, неловко спросил он.

Она кивнула и, отойдя, опустилась в свое кресло.

– Почему? – осторожно поинтересовался он и тут же оговорился. – Извини, ты не обязана отвечать.

Дриада дернула уголками губ, обозначая улыбку.

– Ах, если бы, – вздохнула она. – Я вынуждена говорить тебе правду.

Шандор от удивления подавился зельем.

– Вынуждена?! – переспросил он. – С чего бы это?!

– Условие кровной клятвы, – пожала плечами печальная красавица.

Мужчина нахмурился.

– Ничего не понимаю. Ты уже второй раз упоминаешь об этой клятве. Кто кому клялся и в чем?

Дриада недоверчиво подняла брови.

– Ты точно Гроссеу?! – с подозрением осведомилась она, и в ответ на его поспешный кивок, объяснила. – Похоже, твои предки не слишком гордились своими делами, если решили скрыть их от потомков. Хотя я их понимаю.

Король допил снадобье и благодарно кивнул.

– Очень вкусно.

Дана насмешливо фыркнула.

– Скорее, кислятина страшная. Зато очень полезно.

Они посмотрели друг другу в зеленые глаза, и отчего-то оба смутились.

– Может, ты мне расскажешь об этой загадочной клятве? – скованно спросил Шандор, рассматривая кубок.

Дана сделала задумчивое лицо.

– Тогда тебе придется осознать, насколько я древнее существо, – усмехнулась она. – Да будет тебе известно, что десять веков назад, в Потаенный Лес, который назывался тогда просто Дубовой Рощей, пришли пять братьев. Пять князей из рода Гроссеу. Ты ведь знаешь историю своего государства?!

Шандор кивнул, заинтересованно глядя на дриаду.

– Да, тогда королевства не было. Только пять соседних княжеств. Но однажды они сошлись на семейный совет и решили объединить свои земли, чтобы в случае опасности, оказать достойный отпор захватчикам. Королевством начал править старший из них, Стефан, остальные стали его вассалами. Так все продолжается до наших дней. Но причем тут кровная клятва?

Дана склонила голову набок, глаза ее отливали золотистой яшмой.

– Видишь ли, поначалу все было не так гладко. Твои предки ведь недаром звались Огненными князьями. И дело не только в цвете волос, хотя это ваша фамильная черта. Сильные, гордые, самолюбивые, они привыкли быть единоличными хозяевами на своей земле, поэтому интересы всего государства ставили на второй план. Начались раздоры, и благородным господам понадобился гарант мира. Понимаешь, к чему я веду?! – король кивнул. – Они пришли ко мне и дали клятву на крови: никогда не обнажать оружия друг против друга, никогда не лгать, глядя в глаза, и приходить на помощь по первому зову. А я своей кровью опечатала их договор. Я не могла отказать им, этой земле нужен был мир и покой, люди устали от постоянной вражды. Так я и оказалась связана с твоим родом определенными обязательствами. Поэтому, когда ты коснулся дуба и попросил о помощи, я проснулась. Долги надо отдавать, – философски вздохнула она.

Шандор кашлянул, привлекая ее внимание.

– А ты когда-нибудь пользовалась своим правом?

Дриада страдальчески поморщилась.

– Как же я надеялась, что ты не задашь этот вопрос, – проворчала она. – Давай, я расскажу об этом завтра?!

Король поднял одну бровь.

– Если ты не можешь солгать, зачем оттягивать время?!

Дана порывисто встала.

– Чтобы подготовиться к тому, что ты узнаешь правду обо мне и будешь меня судить. Тебе приятно было признаваться в своей ошибке?! Почему ты думаешь, что мне это понравится?! – сухо осведомилась она.

Дриада подошла, протягивая руку за кубком. Шандор покорно отдал чашу, но удержав на мгновенье ее руку, легонько сжал ее.

– Прости, – прошептал он.

Вокруг вьются клубы дыма, в воздухе летает сажа. От смрада першит в горле. Она стоит, низко опустив голову, зеленые волосы касаются земли.

– Ты посмела карать, Хранительница, – слова Демиурга громом отдаются в ее ушах.

Дана вскидывает голову. И черные как ночь глаза смело встречаются с алыми.

– Нет, я посмела судить, – твердо заявляет она, а потом силы оставляют ее, и дриада оседает на колени в дорожную пыль. – Риана, они убили Сорина, они убили их всех, – сквозь слезы выталкивает она.

Драконица опускается рядом с ней.

– Милая, мне так жаль, – тихо произносит она, обнимая дочь. – Я ощущаю твою боль, как свою. Но Хранительница не имеет права испытывать такие сильные чувства, Равновесие может пошатнуться.

– Что же мне делать?! – содрогаясь от рыданий, шепчет ослушница.

Ласковые руки утирают слезы с ее щек.

– Спать, дитя мое.

Дана непонимающе заглядывает в глаза Демиурга.

– А как же моя Дубовая Роща?

Риана грустно улыбается.

– Твои девочки уснут вместе с тобой. Отныне это место будет зваться Потаенным Лесом. Он станет невидим для людей.

– А Равновесие? – всхлипывая, стонет Дана. – Кто станет хранить его?

– А вот об этом стоило задуматься раньше, – горько вздыхает драконица. – Этому миру придется рискнуть. Но если оставить тебя в таком состоянии, у мира вовсе нет шанса.

Дана проснулась. Все так и было. Осознание всего ужаса содеянного. Невозможность что-либо исправить. Бесконечная вина перед всеми, и каждым. И бездонная пустота в душе. Пустота и боль.

– Мне нет прощения, – прижимаясь щекой к родному стволу, прошептала дриада.

– Ну, что ты милая, – ласково зашелестела листва, ветви склонились, чтобы погладить ее по плечам. – Мир уже простил тебя. Он выжил. Ты не сожгла его своей ненавистью. Осталось только простить себя. Ты оступилась, но не упала. Иди вперед и не оглядывайся.

– Спасибо, – растроганно всхлипнула Дана, гладя дубовую кору.

Она шла к своему жилищу, шла на встречу с тем, кому не хотела рассказывать эту страшную правду о себе, шла и знала, что будет честна до последнего слова.

Он плохо спал в эту ночь. Мысли, одна вытесняя другую, роились в голове. Признание собственной вины, глубокое раскаяние и ощущение своей полной никчемности не давали ему покоя. И сквозь все это просачивалась горечь оттого, что дриада никогда не увидит в нем равного. Только холод и презрение подарят ему переливчатые опаловые звезды. Вспоминая ее руку на своих волосах, он стиснул зубы.

Утро пришло незаметно. Как и Дана. Вот только что комната была пуста, но чуть заметное дуновение воздуха, и дриада уже сидит в своем кресле.

Шандор поспешно приподнялся и оперся на стену.

– Здравствуй, Душа Леса, – склоняя голову, произнес он.

– Поправляйся, Гроссеу, – кивнула голубоглазая красавица и привычно сложила руки на груди. – Я пришла рассказать тебе: почему моя Дубовая Роща стала Потаенным Лесом, почему люди так мало помнят о дриадах, и почему твои предки предпочли обойти эту тему молчанием.

Лицо ее стало печальным, глаза позеленели.

– Я отдаю себе отчет в том, что после моего рассказа, твое отношение ко мне изменится. Но ты задал вопрос, и я должна ответить, – она вздохнула. – Да будет тебе известно, что семь веков назад на этой земле обитала еще одна раса. Очень малочисленная, исключительная, почти волшебная. Истинные оборотни. Уникальные существа, имеющие сразу две ипостаси, гармонично вписывающиеся и в мир людей, и в мир обитателей леса. Они жили охотой и земледелием, мирно, никому не причиняя вреда, не враждуя с соседями, готовые помочь каждому, – она помолчала. – Его звали Сорин. Он был моим мужем.

Шандор не испытал ревности, когда она произнесла его имя. Только желание утешить, потому что видел, какую боль она причиняет себе.

– Сорин?! – переспросил он. – «Солнечный»?! Странное имя для волка.

Изумрудные глаза удивленно расширились, и тут же сузились, почернев.

– Ах, вот в чем дело, – ядовито протянула она. – Люди решили спрятать свое преступление за ложью, объявив всех оборотней волками и приписав им собственную жестокость и кровожадность. Так знай, король, оборотнями были все хищники окрестных лесов. Добродушные медведи – увальни и силачи, быстрые волки – умельцы на все руки, грациозные рыси – кокетки и озорники, хмурые росомахи – тугодумы себе на уме. Мой Сорин был лисом.

Она прижала руку к шее, будто ей трудно стало дышать.

– Он был охотником на нечисть, – хрипло продолжала дриада, глядя в пол. – В те времена суккубы и вампиры не были редкостью. Обладая гипнотическим даром, они подчиняли себе людей. Но не оборотней. Вторая ипостась не давала разуму затуманиться. И он был первым в своем ремесле, – она перевела дух. – Однажды он напал на след очередной твари, но упустил ее. Он заглянул в свою деревню, чтобы отдохнуть и продолжить поиск, когда туда нежданно нагрянули люди.

Девушка замолчала, сжав зубы и медленно поднимая голову, в глазах ее клубилась тьма.

– Они убивали всех. Расстреливали из луков, забивали палками, топили в колодцах, кромсали ножами. Всех, включая новорожденных младенцев. Маленького лисенка, племянника Сорина, с размаху ударили головой о стену. А потом они просто ушли. В соседнюю деревню. А потом в следующую. И за считанные часы одной расой в этом мире стало меньше. Погибли все, все полтысячи оборотней.

Дриада прокашлялась.

– Когда, почуяв недоброе, я прибежала туда, то едва не сошла с ума. И тогда я потребовала исполнения кровной клятвы. И Огненные князья услышали. Они пришли на следующее утро, все Гроссеу, во главе с королем Милошем. Кто воспользовался телепортом, кто прискакал на лошади. Двадцать пять человек. Старшему было за семьдесят, младшему едва исполнилось шестнадцать. И я повела их в человеческое селение, к тем, кто устроил эту жуткую бойню. Твои предки по моему приказу согнали все население в большую конюшню, – она на миг закрыла глаза. – И первый факел в стену, политую маслом, бросила я сама.

Шандор с ужасом смотрел в ее бездонные черные глаза.

– Их крики до сих пор будят меня по ночам, – мертвым голосом призналась дриада. – Я взяла не свое, посмела вершить самосуд. Я виновата перед твоими предками за то, что втянула их в свое преступление. Но нелюди, посмевшие совершить такое, не имели права на жизнь, – она отвернулась.

Король ошеломленно покачал головой и выдавил:

– А детей-то за что?!

Дана резко повернулась, недобро прищуриваясь.

– А ты считаешь, что мучители и убийцы способны воспитать достойных людей?! – вопросом на вопрос ответила она.

Шандор понимающе кивнул.

– Ты права. Если тебе важно мое мнение, то, поверь, я тебя не осуждаю.

Дриада недоверчиво смотрела на него. Глаза ее медленно светлели, приобретая малахитовый цвет.

– Я не горжусь тобой, но не осуждаю тебя, – твердо повторил король. – Ты была в своем праве. Пусть жестоко, но ты вырвала заразу с корнем. Объясни только, откуда в нашем мире появились оборотни?! – явно желая отвлечь ее от воспоминаний, спросил он.

Дана недоуменно разглядывала собеседника.

– Они – творение Золотого Дракона, великого Дариана, – наконец, ответила она, все еще не веря, что мужчина разговаривает с ней, узнав ее жуткую тайну.

– И что же они положили в «общую копилку»? – заинтересовался беглый король.

Дриада печально вздохнула, снова глядя в пол.

– Они показывали этому миру всю его изменчивость.

Шандор нахмурился.

– А почему их создатель не заступился за своих детей?!

– Демиурги не имеют права вмешиваться в ход истории, – еле слышно прошептала Верховная. – Риана заверила меня, что Дариан сам похоронит всех оборотней, оплакивая каждого. А я так и не узнала: где могила мужа. К этому времени я уже спала. Моя ненависть к людям была настолько сильна, что Равновесие мира могло пошатнуться в любой момент. А это войны, разрушения, гибель сотен и сотен. Усыпив меня, Риана зачаровала Дубовую Рощу, сделав ее невидимой для людей, но только не для Гроссеу. Мы же связаны кровной клятвой, поэтому ты и смог разбудить меня. Мне сказочно повезло, что эти семь веков мир продержался без Хранительницы, – она помолчала. – Я очень виновата. И с этой виной мне придется жить.

Король понимающе кивнул.

– Знакомое чувство. Отец доверил мне королевство, а я таких дров наломал. Женился на демоническом отродье, да к тому же чудовищ породил. И в довершение всего, сбежал, как последний трус, спасая свою никчемную жизнь.

Он был так убит горем, что дриада, обладавшая от природы чутким добрым сердцем, пожалела его.

– Мы оба не оправдали возложенных надежд, – грустно согласилась она. – Но вместе мы сможем освободить мир от этих гнусных тварей. И не кори себя, если бы ты не вырвался из этого кошмара, то они постепенно свели бы тебя в могилу. И кто бы тогда позвал меня на помощь?! – ободряюще улыбнулась она.

Улыбка настолько изменила ее, что Шандор внутренне ахнул. От холодной маски не осталось и следа. Юное девичье лицо непередаваемо милое и слегка смущенное каленым железом выжигало в его сердце память о постыдной слабости.

– Я сделаю все, как ты скажешь, – твердо заверил он. – И очень благодарен за то, что ты спасла меня, несмотря на свое отношение к людям. А еще больше за то, что поможешь хотя бы частично исправить то, что я натворил.

Глаза дриады переливались медовыми оттенками.

– Не думала, что для меня когда-нибудь станет важным мнение человека, – задумчиво произнесла она. – Но, видимо, всему свое время. Завтра я расскажу тебе: как можно уничтожить эти порождения тьмы.

Дана порывисто встала и, кивнув на прощанье, поспешно удалилась.

– Что со мной?! – она прижалась щекой к стволу дуба.

– Загляни в себя, – добродушно прошелестела листва. – Твои мысли полны человеком. Ты пытаешься отстраниться от интереса к нему, тебе кажется, что, думая о нем, ты предаешь Сорина.

– А разве нет?! – горько вздохнула она, разворачиваясь и упираясь затылком в ствол.

– Нет, конечно, – голос в голове мягко улыбнулся. – Одна глава твоей жизни закончена. Начинается другая. Солнечный Лис всегда будет жить в твоей памяти, но сердце твое бьется чаще при мыслях об этом человеке. Не борись с собой, проиграешь. Потратишь силы, изведешь себя и его, но все равно будешь с ним. Ты же знаешь, мне ведомо будущее.

Дана резко повернулась и уперлась в дерево лбом.

– И скоро это случится?

– Ты куда-то торопишься, бессмертная?! – усмехнулся дуб. – Но это будет. Вспомни, в отличие от тебя, я – творение Создателя, Оплот сущего. Поверь, все идет правильно.

Дриада благодарно погладила кору.

– Спасибо, – прошептала она.

Этой ночью ей снился Шандор. Он стоял, упираясь ладонями в ствол дуба с обеих сторон от ее головы. Он наклонился так близко, что она чувствовала его дыхание на своих губах. Она видела, что он хочет ее поцеловать, но не решается. И тогда она улыбнулась.

Король не спал в эту ночь. Вставал, ходил по комнате, шлепая босыми ногами, присаживался в кресло и тут же вскакивал. Желание увидеть Дану пульсировало в виске, порождая глухую боль. Ее рассказ ничего не изменил в его отношении к девушке. Наоборот, он глубоко сочувствовал ей. Ее утрате, ее боли, ее вине перед всем миром. На этих хрупких плечах лежала такая ответственность, что ему и не снилось. Ах, если бы узнать способ: как помочь ей, облегчить ее ношу. Но кто он такой?! Завороженная суккубом безвольная кукла ее стараниями возвращенная к нормальной жизни. Разве может он надеяться, что однажды бесконечно любимые глаза посмотрят на него иначе?! От этих мыслей Шандор еще больше помрачнел. Желание убедиться, что с ней все в порядке, раздирало его на части. Промучившись еще два часа, он все же приоткрыл дверь в соседнюю комнату. Дана спала. Ее зеленые волосы разметались поверх тонкой простыни, обозначая контуры стройного тела. Шандор замер в восхищении, его взору предстало сказочное зрелище. Лицо ее было безмятежно, губы чуть приоткрылись в улыбке. Словно почувствовав его взгляд, дриада недовольно пробормотала что-то и повернулась на другой бок, успев одарить тайного наблюдателя видом стройной ножки до самого бедра. Это было выше его сил, и Шандор бесшумно прикрыл дверь.

Утро он встретил, стоя у окна, уже полностью уверенный в собственном ничтожестве, но готовый ценой жизни искупить свою вину перед многострадальным народом Гроссеты.

– Ты совсем не спал? – спросил за его спиной тихий голос.

Он резко обернулся. Дана стояла в дверях своей спальни и смотрела на него солнечно-янтарными глазами.

– Здравствуй, Душа Леса, – обнимая ее взглядом, поздоровался он.

На этот раз дриада нарушила традицию.

– И тебе здоровья, король Шандор, – смущенно отводя глаза, кивнула она.

Исцеленный пациент ошеломленно сглотнул. Она запомнила его имя! Эти вишневые сочные губы произнесли его.

– Я сказала что-то не то?! – неловко поежившись, поинтересовалась девушка. – Ты смотришь так, будто собираешься меня съесть. Если что, на вкус я не очень, – хмыкнула она.

Король укоризненно покачал головой.

– Что ты говоришь?! Просто любуюсь. Ты, наверное, тысячи раз слышала, что невероятно хороша.

Дриада едва заметно улыбнулась, подошла к столу и поставила на него деревянный ларец, который держала в руках.

– Давненько я не слышала комплиментов. Веков семь. И еще десять лет в придачу, – прозрачно намекнула она.

Шандор поверить не мог. Лесная красавица не отталкивала его.

– Ты самая удивительная девушка на свете, – на одном дыхании произнес он. – И у тебя потрясающе красивые глаза.

– И какие они на этот раз?! – поднимая голову, спросила Дана.

Король прокашлялся.

– Теплые, карие, как дымчатые топазы, с золотистой искрой, – выдохнул он и неожиданно признался. – Насмотреться не могу.

Дриада резко опустила голову, отчего зеленые пряди рассыпались по полу.

– Я тебя обидел?! – испугался Шандор. – Извини, я не хотел.

Девушка, понурясь, повела плечами.

– Ты испытываешь ко мне чувство благодарности, это объяснимо. Я не вправе рассчитывать на большее.

Король дар речи потерял, но ненадолго.

– Дана, что ты говоришь?! – он протянул руку, но так и опустил, не коснувшись ее плеча. – Это я не смею даже мечтать о том, чтобы ты посмотрела на меня без отвращения.

Дриада медленно подняла голову, волосы колыхнулись вокруг нее, глаза позеленели.

– Я рассказала тебе правду, – горько прошептала она. – И была удивлена, что ты не отвернулся от меня после этого. Видимо, признание собственных ошибок сделало тебя более терпимым.

Шандор вздохнул.

– Твой поступок не красит тебя, но вполне объясним. Я вижу твое раскаяние и глубоко сочувствую тебе. Скорее, мне непонятно твое великодушие в отношении меня.

Девушка пожала плечами.

– Разве можно всерьез осуждать человека, находящегося под действием темных чар?! Честно говоря, я даже не слышала, чтобы кто-то мог вырваться из этого плена. Ты хоть что-нибудь помнишь?!

Король слепо уставился в окно.

– Бесконечный пьяный угар. Похотливые настойчивые руки. Дурманящий аромат спальни. Постельные фантазии, вызывающие тошноту. Сейчас вызывающие, а тогда, рождающие все новые и новые позывы к страсти. А потом бессилие и слабость. Апатия. Тяжелая голова. Две рыжеволосые курчавые милашки с белоснежными зубками. Странные видения, в которых очаровательные ангелочки склоняются к моим рукам, безвольно лежащим поверх одеяла. Постоянные провалы памяти. И повсюду черные, завораживающие глаза, – он брезгливо поморщился.

Дриада сочувственно вздохнула.

– Ты предельно честен и строг к себе, – кивнула она. – Но твоя единственная вина состоит в том, что ты – король. И твой дворец – самое надежное убежище для желающих упиваться своей безнаказанностью.

Шандор повернулся.

– Спасибо, что пытаешься ободрить меня, – вздохнул он. – Но как бы то ни было, я виноват перед своим народом за то, что впустил в свой дворец и в свою душу порождения тьмы, – он виновато взглянул на дриаду.

Теперь ее глаза переливались солнечным сердоликом.

– Может, мы оба уже перестанем посыпать голову пеплом?! – лукаво осведомилась лесная фея. – Густота волос и их объем от этого, конечно, увеличатся, но делу этим не поможешь.

Не ожидавший ее шутки король растерялся и неожиданно для себя спросил:

– А что тебе снилось сегодня ночью?

Дриада вдруг смутилась, глаза ее потемнели, став как шоколадные ониксы.

– Мне снился ты, – помолчав, призналась она.

Шандор ошеломленно уставился на нее.

– И что я делал? – с подозрением уточнил он.

Дана покусала нижнюю губу.

– Ты собирался меня поцеловать, но все никак не мог решиться, – прошептала она.

– А что делала ты? – продолжал допытываться недоверчивый страдалец.

Нимфа фыркнула.

– Ждала твоего решения. А почему ты спросил?! – заинтересовалась она.

Король открыто смотрел в ее теплые, карие глаза.

– Мне не спалось. Я думал о тебе. Мучился собственным несовершенством. Меня съедала тревога и желание увидеть тебя хоть на миг, – он хмыкнул и покаялся. – Ты улыбалась во сне.

Дриада вспыхнула, от чего стала еще милее. Она поспешно поправила платье, будто он застал ее в момент переодевания.

– Разве такое поведение подобает королю?! – неловко пробурчала она. – Кто тебя воспитывал?!

Шандор виновато развел руками.

– Все, кому это приходило в голову. Матушка, отец, наставник, когда родителям было не до меня. А потом венценосные предки неудачно выбрали время для романтической прогулки в горах. Неожиданно сошла сель. Мама погибла сразу, а еле живого отца привезли во дворец, и он скончался у меня на руках. И было мне двадцать лет. А через три месяца я поехал на охоту, остальное ты знаешь, – вздохнул он. – Прости, если обидел тебя, я не хотел. Уверяю, у меня и в мыслях не было ничего дурного. Ты так сладко спала, что я успокоился и сразу ушел.

– Сразу ли?! – хитро прищурилась красавица, ее переливчатые глаза смеялись.

– Почти, – сознался уличенный преступник. – Надеюсь, кара не будет слишком сурова.

Дана сделала вид, что размышляет.

– Зря надеешься, – вынесла она вердикт. – Я собираюсь отправить тебя на смертный бой, – девушка произнесла это будто бы в шутку, но Шандор понимающе кивнул.

Пока они здесь любезничают там, в Гроссете, погибают невинные люди.

Дриада побарабанила пальцами по крышке ларца.

– Видишь ли, чтобы очистить твою кровь, я добавляла в зелья свою, – начала она свой рассказ.

– Зачем? – удивленно перебил король.

– Это чтобы быстрее вывести из тебя отраву, – пожала плечами она. – Моя кровь – лучшее противоядие. Но, как всякое лекарство, в неумеренных дозах она все тот же яд, поэтому понадобилось столько времени, чтобы исцелить тебя. Теперь ты здоров, а значит, снова беззащитен перед темными чарами.

Шандор выжидающе смотрел на нее.

– Я дам тебе амулет, – продолжала нимфа. – Он хранит каплю моей крови и не позволит затуманить твой разум. Но увидев, что ты не поддаешься на ее очарование, суккуб поймет, что у тебя есть оберег и попытается заставить тебя снять его. Помни, как только ты дрогнешь, ты пропал. А вместе с тобой все королевство.

– Ни за что, – твердо произнес беглый король. – Поверь, я не подведу.

Дриада открыла деревянный ларец, и начался урок прикладной демонологии.

Уже прощаясь вечером, Дана погрозила ему пальцем.

– У тебя завтра трудный день. Тебе надо отдохнуть. И не вздумай забивать голову лишними мыслями, – она осеклась под его пронзительным взглядом.

Шандор еле слышно спросил:

– Они вообще лишние или лишние только сейчас?!

Глаза дриады медленно переливались из золотисто-желтого в коричнево-терракотовый цвет.

– Мы поговорим о них, когда оба будем свободны, – осторожно пообещала Дана. – Главное: береги себя.

Она шагнула на порог своей спальни.

– Я буду молиться за тебя, – тихо пообещала она.

Шандор неверяще смотрел на закрытую дверь. Его невероятная мечта дала ему надежду. Пусть пока только слабую, но он сделает все, чтобы оправдать ее доверие. Он ведь никогда еще не любил прежде. Свою семейную жизнь король воспринимал, как страшный сон, кошмар, приснившийся грозовой ночью. Но вот настало ясное утро, и жуткие призраки рассеялись.

– У него получится? – дриада умоляюще сжала руки перед грудью.

– Детка, я же сказал, что вы будете вместе, – снисходительно вздохнул голос в голове. – Какой из этого напрашивается вывод?

– Я так боюсь за него, – девушка обняла ствол дуба и прижалась к нему. – Я уже потеряла одного, мне страшно потерять и другого.

Листва над ее головой зашумела.

– Все будет хорошо. Если не считать те десять лет, что он проспал, этот король довольно молод, но не так прост. Это с тобой он белый и пушистый. А на деле Шандор серьезный и ответственный правитель, просто у него не было шанса показать это. Ты рассказала ему, как поймать суккуба в ловушку, поверь, он совсем не глуп и придумает, как прикончить злобную нечисть.

Дана вздохнула.

– Я знаю, что ты прав, но все равно мне страшно, – призналась она.

– Это и есть любовь, – мягко усмехнулся голос в голове. – Иррациональное необъективное чувство, заставляющее идти на любые жертвы во имя самого, в общем-то, обыкновенного человека. Сколько смотрю, столько и удивляюсь.

Дриада благодарно погладила дуб.

– Спасибо, родной, – прошептала она.

Этой ночью ей опять снился Шандор. Он все-таки решился. Его теплые губы были так нежны, что хотелось плакать от счастья…

Король, как ни странно, спокойно спал в эту ночь. Наверное, уходя, дриада все-таки усыпила его. Зато проснулся он бодрым и хорошо отдохнувшим.

– Здравствуй, Душа Леса, – улыбнулся он вошедшей красавице.

Глаза дриады вспыхнули золотистыми искрами.

– И тебе здоровья, король Шандор, – улыбнулась она в ответ. – Собирайся, я провожу тебя. До ближайшего селения дойдешь за полтора часа, а там купишь лошадь или возьмешь по праву сильного, – хмыкнула она. – И еще до полудня будешь в столице. Суккуба с ее выводком сейчас с Гроссете нет. Они в летней резиденции.

Король удивленно воззарился на девушку.

– Откуда ты знаешь?

Стоя на пороге, Дана пожала плечами.

– Деревянные предметы есть везде. А мне, как Верховной дриаде, не в силах отказать даже мертвое дерево. Иначе как бы я показала тебе эту жуткую сцену в подземелье.

Шандор поежился, подхватывая собранный с вечера рюкзак и следуя за ней. Они шли по утреннему лесу, и птицы звонким пением приветствовали их.

– Я все сделаю так, как ты учила. Ты веришь мне? – король вопросительно заглянул в ее глаза цвета осенних листьев.

Верховная Дриада кивнула, не задумываясь.

– Конечно. Но это не избавляет меня от переживаний.

Шандор все-таки решился протянуть ей руку, и девушка подала ему свою.

– Ты будешь волноваться за меня? – его голос дрогнул.

Дана не хотела обсуждать сейчас эту тему, но и солгать она не могла.

– Я буду следить за тобой. Вот только помочь ничем не смогу, – вздохнула она.

Король несмело сжал ее пальцы.

– Спасибо, – тихо произнес он. – Ты уже помогла. Остальное должен сделать я сам. Но мне будет легче от сознания, что я не один, – он помолчал и, вспомнив ее вчерашнее обещание, перевел разговор на другое. – В легендах, что рассказывал мне отец, не говорилось, что Верховная Дриада – искусная чародейка.

Дана удивленно покосилась на него.

– А я таковой и не являюсь. С чего ты взял?!

– Но ты же на моих глазах сотворила водяную завесу, можешь разговаривать с деревьями, не удивлюсь, если и телепорты создавать умеешь, – пояснил Шандор.

Дриада закатила глаза.

– Ну, положим, порталы я открывать не умею, да мне это и не нужно. А вот зайти в дуб моей Рощи и выйти из дуба через полмира могу легко, – спокойно подтвердила она в ответ на его изумленный взгляд. – А чему ты удивляешься?! Я же кровь от крови и плоть от плоти этого мира. Силы природы питают меня, поэтому и подчиняются мне, все, кроме огня. Огонь не моя стихия, он подвластен только драконам. И все это не является чародейством. Это родилось вместе со мной. Пойми, это не Дар, а моя суть. Ты же не считаешь подарком Создателя умение дышать.

Шандор смотрел на нее круглыми глазами.

– Ты не устаешь поражать меня?! – поинтересовался он.

– Нет, – фыркнула Дана. – Это забавно.

Тут они вышли на опушку леса и остановились в тени первых деревьев. Оглянувшись, Шандор заметил, что там, где они прошли, трава поднимается обратно, будто ничего и не тревожило ее. Дриада отвела нижнюю ветку дуба, и та просто брызнула новыми листьями. Он вопросительно посмотрел на дриаду.

– Ничего сверхъестественного, – пожала плечами лесная фея. – Плодородие тоже в каком-то смысле мне подвластно.

Они помолчали, стоя рядом.

– Давай без долгих прощаний?! – смущенно попросила Дана. – Ты просто иди. А я не буду смотреть тебе вслед.

Шандор чуть заметно улыбнулся.

– И потом встретимся, будто не расставались, – предложил он, и лесная нимфа кивнула.

Король поцеловал ее руку и, не оглядываясь, пошел через поле к дороге. Он шел и старался не думать о дриаде, что осталась стоять с опущенной головой в тени вековых дубов. Он сосредоточился на том, как уничтожить демоницу, пойманную в ловушку. Он перебирал в голове все, что рассказала ему Дана, и, наконец, его осенило. Теперь главное: поскорей добраться во дворец.

Как и предсказывала дриада, в ближайшее селение Шандор вошел через полтора часа. Народ посматривал на него с опаской, но трактирщик охотно продал ему коня по вполне приемлемой цене.

Солнце еще не вошло в зенит, когда беглый венценосец въехал в свою столицу. Пожилые привратники у ворот как-то странно разглядывали его и, взимая обязательный сбор, перешептывались с подозрением.

– Не мучайтесь, служивые, – усмехнулся монарх. – Я не призрак.

– Ваше величество, – обрадовано зашумели солдаты. – А мы и смотрим, вроде это Вы. Может, Вас до дворца проводить?!

Шандор усмехнулся.

– Спасибо, я дорогу помню.

Он уже скрылся за поворотом, когда до привратников дошло, что они взяли въездную пошлину с правителя своего королевства.

Шандор ехал по городу и с удивлением замечал перемены. Вроде людей на улицах было столько же, но больше никто не гулял, все куда-то торопились. Не было фланирующих парочек, кумушки не судачили на перекрестках, дети не носились вокруг фонтанов, а покорно держались за руки родителей. Весь город будто спешил закончить свои дела до темноты.

Гвардейцы, стоящие у ворот дворца, отвесив челюсти, смотрели на проезжающего мимо них короля. Никто даже не сделал попытку остановить его.

– Узнали, – констатировал их сюзерен.

Капитан дворцовой стражи выскочил из помещения караульной.

– Ваше величество?! – неверяще спросил он.

Шандор спрыгнул с коня.

– Рад тебя видеть, Больдо. Вижу, меня тут не забыли.

Пожилой вояка прищурился.

– Как можно?! Хорошо выглядите, повзрослели.

Король смотрел ему прямо в глаза.

– И поумнел, – заверил он. – Пойдем, ты мне расскажешь о том, что я пропустил, а заодно и поможешь кое в чем.

Передав поводья подскочившему гвардейцу, Шандор поманил капитана за собой.

Родной дом тоже встретил блудного сына переменами, и не в лучшую сторону. Во дворце царил полумрак. На окнах были опущены тяжелые плотные шторы. Редкие свечи на каминах едва разгоняли сумрак. Слуги крались вдоль стен серыми тенями. Подземный склеп, да и только.

Король в сопровождении капитана прошел в свой кабинет.

– Больдо, я могу на тебя рассчитывать?! – напрямую спросил он, раздвигая занавески и распахивая окно.

Бывалый воин кивнул.

– Конечно, Ваше величество. Но можно я задам вопрос?!

– Валяй, – разрешил беглец, усаживаясь за стол и, жестом предлагая собеседнику занять кресло напротив.

Больдо поклонился и сел.

– Где Вы пропадали столько лет?!

Его король усмехнулся.

– Был на излечении, – сообщил он. – От глупости и доверчивости. Как я понимаю, королевы и принцесс во дворце нет?

Капитан покачал головой.

– Они сейчас в летней резиденции. Но думаю, кто-нибудь из желающих выслужиться уже послал им весточку.

Шандор пытливо всматривался в его глаза.

– А ты, по-прежнему, не из таких?! – и, увидев нахмуренные брови старого вояки, покаялся. – Прости, друг, люди со временем меняются.

– Но не Больдо Иванеску, – проворчал капитан.

Король улыбнулся и, поднявшись, шагнул к вставшему мужчине.

– Значит, все по-старому, – обнимая капитана, облегченно вздохнул он. – Мой наставник снова со мной. Давай без церемоний.

– Тогда объясни мне, беспутный мальчишка, где ты шлялся десять лет?! – растроганно проворчал бывший учитель наследника.

Король заговорчески подмигнул и поманил старого друга за собой.

– Сначала мы кое-что сделаем, а потом поговорим.

Управились они за час, в течение которого глаза капитана становились все круглее и круглее, так что к исходу часа он и вовсе напоминал сову.

– Шандор, объясни мне: что происходит?! – строго потребовал он, как только они вернулись в кабинет. – Для кого все эти приготовления?!

Король поморщился.

– Больдо, ты знаешь: кто такой суккуб?! – в ответ спросил он.

Его друг недоуменно пожал плечами.

– В детстве бабка рассказывала мне сказки о демонах в женском обличии, которые пьют жизненную силу из мужчин. У них в деревне каждую красотку готовы были объявить суккубом, – ухмыльнулся он.

– Жаль, что твоя бабка не рассказывала этих сказок мне, – вздохнул Шандор. – Хотя, не думаю, чтобы меня это спасло.

Капитан ошарашено смотрел на своего венценосного ученика.

– То есть ты хочешь сказать… – не закончил он.

Король кивнул.

– Да. И если ты знаешь о суккубах, то догадываешься: кем являются принцессы, – он намеренно не называл их дочерями.

Больдо несколько минут сидел с открытым ртом, потом захлопнул его и гневно воззарился на воспитанника.

– Ты понимаешь, что ты натворил, безумец?! – взорвался он. – Ты кого во дворец привел?!

Шандор поежился под его яростным взглядом.

– Извини, я не маг, чтобы противостоять темным чарам, – убито произнес он. – Да, я виноват, что сбежал. Зато теперь я знаю, как уничтожить эту тварь.

– Так, где ты был? – в который раз уже поинтересовался сердитый капитан.

– В Потаенном Лесу, – улыбнулся король.

У наставника опять отвисла челюсть.

– Но это же сказка, – недоуменно прошептал он.

– Не совсем, если ты видишь меня перед собой, – хмыкнул бывший ученик. – Я отвечу на все вопросы, только сначала расскажи мне, что было после того, как я исчез.

Капитан нахмурился, вспоминая.

– Придворные вернулись с охоты без тебя. Королева была в ярости, и все прямиком отправились в тюрьму по обвинению в государственной измене. Больше о них никто не слышал. Тебя поискали, но недолго, а потом объявили без вести пропавшим, поскольку тела так и не нашли. Королева недолго страдала, не прошло и пары месяцев, как она утешилась с Марком Раду, твоим главнокомандующем. Теперь я понимаю, почему спустя полгода он выглядел вдвое старше своего возраста. Через год его не стало. Следующим был твой Первый Советник Харман Стан. Он продержался два года. Не думаю, что тебе интересны дальнейшие подробности.

Король брезгливо кивнул.

– Сейчас все яснее ясного, – продолжил меж тем Больдо. – И жуткие слухи, ползущие по городу. И исчезновение десятка благородных дворян, прибывших на бал по случаю шестнадцатилетия принцесс. Шандор, она примчится с минуты на минуту. Ты точно знаешь: что делать?!

Решительный кивок был ему ответом.

– Да. И нам пора готовиться. Главное, чтобы ты следовал моим указаниям.

Шандор объяснил другу его задачу и, обняв на прощанье, проводил.

Королева не заставила себя долго ждать. В коридоре послышались голоса и стук каблуков. Дверь распахнулась, и на пороге появилась она.

Мирела ничуть не изменилась. Жгучая брюнетка грациозно облокотилась на дверь, давая полюбоваться на то, как эффектно обтягивает ее идеальную фигуру багровое платье с глубоким декольте. Антрацитовые глаза вопрошающе уставились на мужа, сидящего за столом.

– Ах, Шандор, где Вы пропадали столько лет?! – низким грудным голосом простонала она, протягивая к нему руки. – Как Вы могли оставить меня?! Одну, с двумя маленькими дочерями?! – ее пристальный расчетливый взгляд совсем не вязался с ее интонацией. – Что же Вы молчите?! Вам даже нечего мне сказать?! – она трагически сдвинула брови.

Король встал и, обойдя стол, подошел к жене.

– Пойдемте в спальню, дорогая, – спокойно предложил он.

Глаза демоницы удовлетворенно блеснули.

– Конечно, – томно промурлыкала она, подцепляя мужа под локоток. – Встреча воссоединившихся супругов – дело не требующее суеты. Нам есть, что обсудить.

В коридоре королева скороговоркой приказала слугам не беспокоить их величества, и торопливо потащила мужа в сторону покоев.

Но дело до постели не дошло, оно не дошло даже до спальни. Едва венценосная чета вступила в полумрак гостиной, король вдруг резко выдернул руку и толкнул жену вглубь комнаты.

– Что это значит?! – взвизгнула женщина.

Но зажженные Шандором свечи показали ей ответ. Королева стояла в центре начерченной на полу пентаграммы, по краям которой лежали четыре искрящихся камня, а коварный муж укладывал пятый на его законное место.

– Так вот где ты был, – меняя тон, протянула демоница, поняв, что попалась. – В лесу, у этой деревянной куклы. Она что-то повесила тебе на шею, как же я сразу не догадалась?! Что это, амулет?! Зачем?! Что она наговорила про меня?! Все это ложь! Неужели ты ей поверил?!

Шандор насмешливо смотрел, как суккуб бьется в прозрачном цилиндре, пытаясь найти выход.

– Не трудись, Мирела, – посоветовал он. – Я знаю: кто ты, и что тебе было нужно от меня.

Роковая красавица сверкнула глазами.

– Мне нужна была твоя любовь, – страстным шепотом произнесла она, грудь ее начала призывно вздыматься. – Только ты был мне нужен.

К своему полному удовлетворению король не ощутил ни малейшего желания ответить на этот призыв.

– Конечно, – согласился он. – А еще мой главнокомандующий, мой Первый Советник, и неизвестно столько несчастных мужчин, не устоявших перед твоими чарами.

Королева якобы смутилась.

– Ах, так это просто ревность, – пожала она покатыми плечами. – Но тебя так долго не было, а слабой женщине нужна поддержка. Выпусти меня, и я докажу, что только ты – мой единственный.

Шандор покачал головой.

– И не подумаю.

Мирела чуть наклонилась, подставляя его взгляду, шикарное декольте.

– Боишься, сил не хватит, чтобы удовлетворить страстную женщину?! – игриво изогнула она одну бровь.

Но реакция мужа ее разочаровала. Он зевнул.

– Бери на «слабо» кого-нибудь другого. Я слишком большой мальчик, чтобы доказывать что-то. Тем более, какая ты женщина?!

Демоница в бессилии ударила кулаком о прозрачную стену, и, проверяя его осведомленность, холодно напомнила:

– Та самая, что родила тебе двух дочерей.

Шандор скривился.

– Не мне, а себе, – поправил он. – И не дочерей, а кровожадных убийц.

Королева сузила глаза.

– Все твоя любовница, – оскалилась она. – Эта лесная жаба наговорила про девочек гадостей.

Король понимал, что она намеренно пытается вывести его из себя, поэтому совершенно ровно ответил:

– Не наговорила, а показала. Трапезу этих «девочек» в подземелье дворца.

Демоница решила сменить тактику.

– Твоя деревяшка фригидная прежде чем раскрывать чужие секреты, свои бы поведала. Лучше бы рассказала тебе о своем бывшем, – ехидно фыркнула она. – С оборотнем она жила, грязная извращенка.

Не увидев ожидаемой реакции, она нахмурилась.

– Ты знал?!

Шандор кивнул.

– Конечно. И даже то, что он был охотником на таких, как ты.

– Мерзавцем он был, – вдруг потеряв контроль над собой, рявкнула Мирела. – Он выслеживал меня, вынуждал скрываться, бросая любовников. А сам меня не хотел. Чертов оборотень.

Король понимающе кивнул.

– Так вот почему ты ненавидишь Верховную Дриаду. Ты завидуешь ей. Лис не повелся на твои прелести. И не только потому, что своей природой был защищен от твоих чар, но и потому, что был предан своей избраннице. Вот что взбесило тебя.

По лицу демоницы вдруг пробежала судорога, оно перекосилось. Злобная оскаленная морда проступала сквозь совершенные черты.

– Да как он посмел? – шипела она, не замечая, что тело ее подергивается. – Предпочесть мне эту дубовую чурку?! Он за это поплатился. А вместе с ним и все «домашние зверушки» этой любительницы нетрадиционных отношений, – она злобно расхохоталась. – Ты знаешь, что с ними произошло?! О! По лицу вижу, что знаешь. Догадываешься, чей это был план?! Да глупых людишек и натравливать особенно не пришлось, они сами рвались в бой. Ну, не могли они поверить в миролюбие существ, обрастающих шерстью к ночи. Вот и нанесли упреждающий удар, – она захихикала.

Шандор порадовался, что сегодня еще ничего не ел. От отвращения его мутило.

Тело пойманной демоницы, меж тем, претерпевало странные метаморфозы. Она становилась уже в плечах, отчего платье перекосилось, но не сползало, а вытягивалось назад. Кожа темнела, а лицо все больше превращалось в отвратительную морду.

– Что ты так смотришь на меня, дорогой?! – ерничая, спросила королева, не замечая изменений. – Да, это я уничтожила расу мерзких зверей, претворявшихся людьми. Человечество должно быть мне благодарно. Ты взбешен?! Тогда сдвинь один камушек и сними тот амулет, что дала тебе эта мнимая праведница, давай померяемся силами. Ты считаешь себя спасителем невинных душ?! Да ты просто жалкое орудие в руках этой святоши. Твоя любовница мстит за своего нелюдя, а ты воображаешь себя рыцарем на белом коне.

Трансформация завершилась, и на короля теперь смотрел жуткий монстр. Землисто-серая кожа, круглые, как плошки, глаза, рот от уха да уха. Платье все-таки опало, но чудовище не замечало этого. Ничего от женщины не осталось в нем. Бесполое горбатое существо, карикатурно повторяющее человека. Но оно все еще не оставляло надежды спровоцировать короля на неосмотрительный шаг.

– О чем же еще рассказать, чтобы кровь забурлила в твоих жилах?! – притворно задумалась демоница. – Может, о том, как я устроила сель в горах?!

Она насмешливо наблюдала, как побелело лицо короля.

– Так это ты?! – сдавленно прошептал он.

– Конечно, – удовлетворенно кивнула она. – Мне нужно было укромное местечко для моих будущих крошек. Этот дворец подходил идеально. Но под ногами путались твои бестолковые предки. Пришлось от них избавиться. Ну, что, где твоя фамильная гордость?! Или боишься не устоять, потомок Огненных князей?!

Король закрыл глаза. Ему безумно хотелось немедленно придушить глумливую тварь, но он заставил себя успокоиться.

– Да уж, устоять перед таким сложно, – согласился он, открывая глаза. – Хочешь полюбоваться?!

Он подошел к зашторенному окну и раздернул занавески.

– Ты ничего не перепутал?! – проворковал насмешливый голос за спиной. – Я не боюсь солнечного света.

Король развернулся.

– Зато его боятся те твари, что прикованы сейчас в подземелье, на месте собственных жертв. Они ждут своего часа.

Демоница яростно зашипела.

– Не смей! Немедленно освободи девочек! – потребовала она, колотя кулаками по невидимой преграде.

– А ты, оказывается, заботливая мать, – удивленно протянул король. – Но, чтобы растить свое потомство, ты, не задумываясь, посылала на смерть чужих детей.

Мирела брезгливо поморщилась.

– Да какое мне дело до каких-то ублюдков, когда мои малышки хотят кушать?! Выпусти их сейчас же! Чего ты хочешь?! Ну, хорошо, я не буду против твоего амулета. Я забуду про твою связь с этой лесной растрепой. Что она могла дать тебе в постели, деревяшка говорящая. Ты получишь такое удовольствие, какого не знал ни один мужчина в этом мире. Ты ведь этого хочешь?! – снова добавляя в голос страстные нотки, промурлыкала она.

Король меж тем ходил вокруг пентаграммы, срывая занавеси с зеркал, которые они с Больдо собирали по всему дворцу и устанавливали здесь целый час.

– Кто это?! – недоуменно прошептала демоница, тыча когтистым пальцев в свое изображение.

– Знакомься, Мирела, это ты, – сообщил ей муж.

Огромные и без того глаза стали еще больше.

– Нет, ты врешь, – не веря, покачала она головой, и отражение повторило ее движение. – Не может быть, я же красавица.

Шандор кивнул.

– Да, редкая. Убедись сама.

– Нет! Нет! Нет! – завопила королева, всем телом бросаясь на преграду.

Но, куда бы она ни поворачивалась, отовсюду на нее смотрел ее истинный облик.

– Нет! – истошно визжала она, крутясь на месте и не в силах отвести взгляда от зеркал.

Внезапно она переломилась пополам, как сломанная кукла, и упала на пол, продолжая содрогаться всем телом. Конвульсии длились недолго, и вскоре она затихла.

Шандор подождал еще немного, потом сдвинул ближний камень, и вошел в пентаграмму. Но не успел он наклониться над лежащей фигурой, как когтистые лапы схватили его за горло.

– Попался, дорогой, – злобно прошипела демоница, открывая глаза. – Амулет тебе не поможет. Пусть чары мои не действуют, но я легко могу свернуть тебе шею. И что ты теперь скажешь?!

Но король был готов к подобному повороту событий.

– К чему слова?! – прохрипел он, вонзая серебряный кинжал в грудь монстра. – Я принес подарок. Узнаешь?!

Пальцы чудовища разжались, чтобы ухватиться за торчащую рукоять.

– Клинок Сорина, – булькая черной кровью, выдохнула тварь.

Она содрогнулась еще раз, и безвольной грудой осела на плиты. Густая черная лужа растекалась под нею, стирая линии пентаграммы.

Король брезгливо вытер руки о лежащее багровое платье и отшвырнул его прочь. Затем он поднялся с колен, дошел до двери и постучал условным стуком. Дверь тут же распахнулась.

– Шандор, как ты?! – бросился к воспитаннику капитан.

Король, молча, показал ему на шею, где уже проступали пятна синяков.

– Только не говори, что намеренно подставился, – прорычал наставник. – Иначе я сам тебя убью.

Бывший ученик покаянно вздохнул.

– Я разозлил ее, чтобы она проявила истинную суть. Вид собственного уродства не давал твари сосредоточиться и собраться с силами. Но, чтобы я мог нанести удар, она должна была поверить, что я беззащитен, – прохрипел он.

Капитан подхватил друга под руку и, подведя к дивану, усадил.

– Безответственный, самонадеянный мальчишка! – взорвался старый воин. – Был бы жив твой отец, он бы тебе показал!

Король на миг прикрыл глаза.

– Он мне уже никогда ничего не покажет, потому что эта гадина все решила за нас, – сипло произнес он.

Больдо в ярости развернулся, и взгляд его, наконец-то, упал на мертвую демоницу.

– Что это?! – ошеломленно отступил он.

– Моя бывшая жена, – усмехнулся Шандор, потирая ноющую шею. – Поздравь меня, я – вдовец.

Капитан обошел вокруг монстра, с отвращением рассматривая его.

– Ты уверен, что убил ее?! – на всякий случай, поинтересовался он.

Король осторожно повертел головой.

– У этой твари сердце находится посередине, так что я попал, куда целился. Но чтобы тебе было спокойнее, я отсеку ей голову.

Он собирался встать, но наставник удержал его.

– Нет уж, я сам, – твердо заявил он. – За моего короля и мою королеву.

Сверкнул отблеск меча, и голова бывшей правительницы откатилась в сторону.

– А что ты будешь делать с ее выводком?! Извини, но у меня язык не поворачивается назвать их твоими детьми, – мрачно пробурчал капитан, вытирая клинок и пряча оружие в ножны.

Шандор благодарно похлопал его по руке.

– Ты сделал то, что я просил?!

Тот кивнул.

– Князья Гроссеу соберутся на семейный совет завтра поутру, я послал им вестников. А твой народ начинает заполнять площадь, всем хочется увидеть воскресшего короля.

Шандор вздохнул.

– Они жаждут зрелища, это понятно. Можно было бы, конечно, обойтись и без показательного выступления, но я слишком много задолжал этим людям. Пойдем, прогуляемся в подземелье, – позвал он друга.

Они молча дошли до камеры смертников.

– Подожди здесь. Я позову, – распорядился монарх, открывая каземат.

Тела прежних узников были убраны еще днем. Все они были мертвы. Превращение в низших вампиров им не грозило, жадные до крови чудовища не оставили в них ни капли. Теперь места своих прежних жертв заняли сами вампирессы. Серебряные кандалы и ошейники оставляли на их коже быстро исчезающие черные ожоги, от чего очаровательные мордашки кривились.

– Ой, папочка! – ненатурально обрадовались принцессы хором и, перебивая друг друга, затараторили. – Какое счастье, что ты пришел! Скорее спаси нас! Эти предатели схватили и притащили нас сюда! Ну, теперь-то они у нас поплатятся!

– Как?! Выпьете их досуха?! – сурово спросил Шандор, брезгливо рассматривая их лица.

Вампирессы переглянулись.

– Что ты такое говоришь?! – настороженно спросила младшая, Лала.

– О чем ты? – деланно удивилась старшая, Крина.

Король поморщился.

– Не питайте иллюзий, я все знаю.

Девицы вновь посмотрели друг на друга.

– Так, вот кто презентовал нам серебряную бижутерию, – догадалась младшая.

– Как ты мог, ты же наш отец! – возмутилась старшая.

Король проигнорировал эту реплику.

– Мне нужен ответ только на один вопрос. Как вы заманивали сюда свои жертвы?!

Вампирессы самодовольно фыркнули.

– С чего бы нам раскрывать тебе свои маленькие женские секреты?! – ядовито прошипела Крина.

– И где наша мать?! – обеспокоенно напряглась Лала.

Монарх прошелся по камере.

– Вы отвечаете на мой вопрос, я отвечаю на ваш, – равнодушно предложил он.

Узницы пристально смотрели друг другу в глаза, будто совещались, потом одновременно кивнули.

– И после того, как мы ответим, ты нас отпустишь, – начала торговаться Крина.

Шандор поморщился.

– Это не обсуждается, – отрезал он.

Вампирессы негодующе дернулись и тут же зашипели от боли.

– Тогда мы ничего тебе не расскажем, – пригрозила Лала.

Король развел руками.

– Значит, мое любопытство останется неудовлетворенным. Думаю, я это переживу. Итак, девочки, пора прогуляться.

Сестры в ужасе глядели на него.

– Что значит «прогуляться»?!

Его величество пожал плечами.

– Выйти на балкон, медленно, без плотных зонтов и капюшонов. И не рассчитывайте сбежать. Серебра с вас никто не снимет.

– Ты хочешь убить нас! – завизжали вампирессы, кривясь от ожогов.

Король равнодушно смотрел на их тщетные попытки вырваться.

– Естественно, – подтвердил он.

– Ты же наш отец! – завопила Лала. – Ты не можешь так поступить!

– Позови маму! – заскулила Крина. – Где она?!

Шандор выжидающе молчал.

– Мы все тебе расскажем, – перебивая друг друга, заторопились принцессы. – Если ты о тех напыщенных павлинах, то мы по одному выманивали их с бала. Народу было много, и их исчезновение никого не насторожило. Эти озабоченные кобели из штанов выпрыгивали, стоило обратить на них внимание. Мы внушали им, что бояться нечего, а потом говорили, что в подземелье есть тайная комната, в которую может проникнуть не каждый, и там их ждут незабываемые ощущения. Заметь, мы не соврали ни словом. Они добровольно рвались туда, как хорьки в курятник. Перед входом мы завязывали им глаза, они не возражали. А потом возражать было бесполезно. Мы всегда так завлекали еду. Мамуля нас научила. Она с детства нам внушала, что люди – это еда, и питать к ним какие-то чувства – глупо. Они же не миндальничают с антрекотами. Почему мы должны?! – девицы скорчили гримасы. – А теперь скажи, где мама?!

Король с трудом сдерживал тошноту.

– Откровенность за откровенность. Ваша мать мертва. Я убил ее.

Вампирессы неверяще уставились на него.

– Убийца! Негодяй! Мерзавец! – завизжали они наперебой, по кукольным лицам пробегала дрожь, но трансформироваться они не могли, серебро сдерживало их.

Однако Шандор уже не обращал на них внимания. Он выглянул в коридор и позвал:

– Больдо, проследи за тем, чтобы этих проводили в тронный зал, – кивнув в сторону беснующихся тварей, распорядился он. – Серебро не снимать!

Капитан забеспокоился.

– А ты?

Сюзерен похлопал его по плечу.

– А я пойду каяться перед народом, – объяснил он. – Держите их в тени. Как позову, выводите на балкон, – и, вздохнув, он отправился навстречу собственному позору.

День уже клонился к вечеру. Было тепло, но не солнечно. Капризное светило лишь изредка проглядывало сквозь пелену облаков.

Когда король, стремительно миновав тронный зал, распахнул балконные двери, его взгляду предстала дворцовая площадь, заполненная людьми. То ли народ настолько соскучился, то ли не верил в возвращение своего пропавшего монарха, но его выход был встречен радостными криками.

– Шандор! Шандор! – скандировала правая сторона площади.

– Король! Король! – поддерживала левая.

Вернувшийся правитель растроганно проглотил комок в горле и поднял руку. Площадь стихла.

– Приветствую вас, жители Гроссеты! – громко произнес он.

Толпа отозвалась радостным гулом.

– Я пришел, чтобы просить у вас прощения, – четко выговаривая каждое слово, продолжал он. – Я виноват перед вами в том, что поддался темным демоническим чарам. Королева Мирела была суккубом.

Народ ахнул. Женщины в ужасе прижимали ладони ко рту. Мужчины недоуменно переглядывались. И тут над притихшей площадью взвился сердобольный женский голос:

– Не виноват он! Разве мог он устоять?! Он же не маг! Что поделать, не родит наша земля чародеев. Птичек-вестников и то из Таранта привозим.

Народ одобрительно загудел. Король опять поднял руку.

– И еще повиниться хочу, – уже увереннее произнес он. – За то, что пропадал десять лет. Но я вернулся, чтобы искупить свою вину.

Он оглянулся и кивнул стоящему в зале Больдо. Капитан и четыре гвардейца вывели на балкон сопротивляющихся сестер. Вздох удивления пронесся над толпой.

Наставник короля неожиданно шагнул вперед, вскидывая руку, и показывал народу отрубленную голову суккуба, невесть каким образом, оказавшуюся у него.

– Вот, что осталось от поганой демоницы, – прокричал он – Король Шандор освободил нас от власти темных сил.

Увидев голову матери, вампирессы взвыли, и это доказало собравшимся, что уродливая оскаленная морда и есть королева.

– Смотрите, это те самые кровожадные твари, что не давали городу спокойно спать по ночам, – показал на них Шандор.

– Неправда! Он оговаривает нас! – хором выкрикнули принцессы.

И в этот момент солнце, наконец, решило посмотреть, что же творится на земле. Тучка медленно уплывала, и площадь начала постепенно заливаться светом.

– Нет! – истошно завизжали девицы, извиваясь в оковах.

По мере уползания тени, кожа их чернела и лопалась, обнажая кости, глаза вылезали из орбит. Визг перешел в жуткий вой. Народ в ужасе затаил дыхание. Не прошло и минуты, как к ногам застывших гвардейцев осели две кучки пепла.

– Зло повержено, – сурово констатировал король. – Народ свободен.

Тому, что творилось на площади, трудно было найти название. Люди, осознав, что темные времена закончились, радовались, как дети.

– Да здравствует Гроссеу! – слышалось со всех сторон.

Король приветливо помахал подданным рукой и вернулся в тронный зал. Дежурная улыбка тут же исчезла с его лица.

– Они благодарят меня за то, что я избавил их от кошмара, который сам же накликал на их головы, – горько вздохнул он, опираясь на спинку трона.

Больдо, вошедший вслед за ним, жестом отпустил своих гвардейцев и, подойдя, обнял воспитанника за плечи.

– Шандор, посмотри на это иначе, – предложил он. – Ты – единственный, кто боролся. Остальные покорно умирали, отдавая демонице свои силы. И если бы не ты, проклятые твари продолжали бы убивать. Может, пора оставить прошлое в прошлом?! Ты вынес из этой истории печальный опыт, но он не должен бросать тень на твою грядущую жизнь. И, поверь, сейчас тебе очень нужна та, что не даст твоему сердцу зачерстветь. Так, стоп. Посмотри мне в глаза, – потребовал он. – Я знаю этот взгляд. Ты что-то скрываешь.

Смущенный венценосец поднял голову.

– Кто? И когда? – строго спросил учитель.

Король обошел трон, уселся на ступеньку и похлопал ладонью рядом с собой.

– Садись, я все расскажу, – пообещал он.

Через два часа капитан пребывал в шоке от новостей.

– Верховная Дриада, – ошеломленно прошептал он. – Мальчик мой, она же бессмертная, как богиня.

– Вот именно, – понуро согласился Шандор. – Я понимаю, что шансы мои призрачны. Но, Больдо, если бы ты знал, какая она замечательная. Добрая, понимающая, честная.

Капитан внимательно смотрел на воспитанника.

– И, что характерно, ни слова о внешности. А как она выглядит?

Король улыбнулся.

– Как богиня. У нее потрясающие глаза, которые все время меняют цвет. И шикарные волосы, почти до пят.

Старый вояка прищурился.

– Под это описание подойдет немало девушек.

Шандор покачал головой.

– Нет, только одна.

Наставник хмыкнул и поднялся.

– Сегодня был трудный день. Тебе надо отдохнуть. В левом крыле для тебя приготовлены покои, – он похлопал воспитанника по плечу и удалился.

Король стоял у открытого окна в своих новых апартаментах и смотрел на дворцовый парк. Горящие в аллеях фонари освещали вековые дубы. Он стоял так уже несколько часов, с безумной надеждой всматриваясь в тени деревьев, а вдруг где-нибудь мелькнут зеленые, как листва, распущенные волосы. Он хотел спуститься туда, но боялся, что этим лишит себя последних иллюзий. Она не придет, это невозможно, и обещание свое она дала только для того, чтобы подбодрить его перед схваткой с чудовищем. Нельзя, нельзя ослеплять себя несбыточной надеждой. Мечты столкнутся с реальностью, и разобьются, как волны об утес. Он все это понимал, головой. А сердце не давало ему отойти от окна.

Ах, как же она волновалась, следя за каждым его шагом! Он замечательно придумал про зеркала, идея сработала. Но разве можно было так безрассудно наклоняться над мерзкой тварью?! Неужели он забыл все, что она говорила?! Однако Великий дуб был прав, Шандор оказался не так уж прост. И только когда от вампиресс остался один пепел, Дана убрала завесу и облегченно вздохнула. Но сразу вслед за облечением пришло новое беспокойство. А что теперь?! Ждать, когда он придет, или отправиться в столицу самой?! Можно, конечно, зажать гордость в кулаке, и заявиться в королевский дворец в роли спасительницы, но у человека и без нее дел невпроворот. Дриада вздохнула. Да, у человека. У того самого человека, который теперь так много значил для нее. Дана вспомнила, как недолюбливала его поначалу, как приписывала ему все мыслимые грехи, как злилась на него за то, что вляпался в историю с суккубом. Потом мысли перетекли на то, как она выхаживала его, как не спала ночей, держа его за руку, как делилась кровью и жизненной силой. Она и не замечала тогда, что влюбляется в него, что каждый вдох этого истощенного, но несломленного человека становится бесценным для нее. Она думала, что сны о муже посылала ей совесть, не позволяя забыть Сорина. Оказалось, все не так. Это она сама не отпускала прошлое, потому и прошлое не отпускало ее. Солнечный Лис навсегда останется в ее памяти, но нельзя жить только воспоминаниями. Дана опять вздохнула. Так что же делать?!

А ночью ей опять приснился Шандор. Он стоял у окна в богато убранной комнате, стоял и смотрел на нее, и беспросветная тоска была в его глазах. Он ждал.

Он не спал всю ночь, но наутро совсем не чувствовал себя разбитым. Ему предстоял трудный разговор. И Шандор не хотел оттягивать его. Приведя себя в порядок, король решительно направился в тронный зал. Дворец преобразился. Он был чист и светел, повсюду стояли цветы, предки на портретах приветливо взирали на своего потомка.

Огненные князья прибыли из всех четырех княжеств телепортами, установленными в родовых замках еще в незапамятные времена. Четверо рыжеволосых мужчин, наместники княжеств, Главы родов, разом поклонились своему сюзерену. Шандор, дежурно улыбаясь, прошел к трону, но не сел на него.

– Рад видеть всех вас, родичи, – поздоровался он.

Князья склонили головы.

– Процветания роду Гроссеу, – прозвучала традиционная фраза.

Король кивнул.

– Именно об этом я и хотел с вами поговорить, – вздохнул он. – Думаю, все уже в курсе последних новостей. Поэтому я хочу сделать заявление.

Он помолчал.

– После случившегося я считаю себя не вправе носить тот титул, что достался мне по наследству. Каждый из вас достоин его более чем я, – глухо закончил он.

Секунд пять висела тишина, а затем началось.

– Извини, Шандор, – оглядываясь на закрытую дверь, пробасил самый старший из собравшихся, князь Константин, – но ты уверен, что у тебя в порядке с головой?! В конце концов, за время твоего отсутствия ничего особо тяжкого не произошло. Да, некоторые дворянские роды потеряли своих наследников, так новые подрастают. Но Растану, Окмене и Таранту было не до нас. Интервенции, слава Богам, не случилось.

– Вот именно, – поддержал его князь Григор. – Мы все понимаем, что ты терзаешься чувством вины, но зачем же рубить с плеча?!

Князь Лусиан, ровесник короля, его давний друг, подошел и положил руку на его плечо.

– Шандор, никто из нас не рвется занять твой трон. Все знают, насколько это тяжкая ноша. Тебя готовили к управлению государством с рождения. Ты прекрасный дипломат, талантливый стратег и....

– Полный дурак, – закончил за него смущенный похвалой король.

Все рассмеялись, включая самокритичного венценосца.

– А с этим никто не спорит, – заверил князь Карол, самый молодой из всех. – Ну, ошибся ты, с кем не бывает. И что теперь?! Опять хочешь сбежать?! Предоставишь кому-то из нас нести твою ношу?!

Шандору стало невыносимо стыдно. Как он мог забыть о своем долге перед народом, перед страной, перед семьей, в конце концов. Эгоистичный болван!

– О, кажется, наш монарх, начал что-то осознавать, – насмешливо протянул князь Григор, подмигивая остальным.

– Главное: вовремя напомнить молодежи об ответственности, – солидно согласился князь Константин. – Так что, давай уж, сынок, правь нами. Продолжи дело своего отца.

Князь Лусиан сжал плечо друга.

– Все будет хорошо, Шандор, – улыбнулся он. – Ты справишься.

Князь Карол закатил глаза.

– Только, надеюсь, следующая королева Гроссеты будет человеком, – фыркнул он.

И князья вновь добродушно рассмеялись.

– Тут, как повезет, – в тон ему отшутился хозяин. – Спасибо вам за то, что поддержали. И за то, что мозги вправили, – усмехнулся он.

– Для этого и существует семья, – обнимая его, произнес князь Константин. – Надеюсь, мы отпразднуем твое возвращение?! Чарку родичам поднесешь, Ваше величество?!

– И не одну, – улыбаясь, заверил Шандор, по очереди обнимая каждого. – Вам надо отдохнуть. А вечером прошу к праздничному столу, – пригласил он.

Оставшись в одиночестве, Шандор задумчиво обошел трон и все-таки сел на него. Да, это его крест, ему и нести. Размышляя о будущем, он откинулся на спинку трона. И тут двери распахнулись, и в зал стремительно вошел Больдо.

– Ваше величество, – громко начал он, потом подошел ближе и заговорчески понизил голос, – в нашем парке гуляет та, чье описание не спутаешь ни с кем, – глаза его были, как две монетки.

Шандор неверяще покачал головой.

– Не может быть, – выдохнул он.

– Может, – уверенно заявил капитан, поднимая воспитанника с трона и подталкивая к двери.

Король перепугал половину слуг, пока стремительно несся по коридорам дворца.

Это, действительно, была она. Дана стояла, прислонившись спиной к стволу мощного дуба. Глаза ее отливали солнечным сердоликом.

– Не ждал?! – складывая руки на груди, неловко поинтересовалась она.

Шандор уперся руками в ствол на уровне ее головы.

– Ждал, – любуясь переливами ее глаз, прошептал он. – Все время думал о тебе.

Дриада прикусила нижнюю губу, скрывая улыбку.

– А я волновалась, – тихо произнесла она. – Но ты – молодец. Все правильно сделал.

Король на миг зажмурился.

– Теперь мои мысли перестали быть «лишними»?! – напрямик спросил он. – Я хочу кое-что тебе сказать, если позволишь.

Дана кивнула.

– Я люблю тебя, Душа Леса, – признался он, глядя в ее медовые глаза. – Люблю с той минуты, как увидал. Ты самое прекрасное, чистое, доброе существо на свете. Ты достойна гораздо большего, но я хочу, чтобы ты знала о моей любви.

Дриада медленно расцепила руки и положила их на грудь короля.

– Я тоже хочу открыть тебе свою тайну. Ты совершенно напрасно не веришь в себя. Я вот, например, верю. Потому, что люблю тебя, Гроссеу, – сверкая золотистыми глазами, улыбнулась она.

Король ошеломленно сглотнул.

– Целоваться будем?! – дриада вопросительно подняла одну бровь. – Или ты с древними старушками не целуешься?!

Поцелуй получился таким страстным, что все окрестные дубы в смущении отвернули ветки.

– Поверить не могу, – прижимая любимую к себе, покачал головой Шандор. – Я не сплю?!

Дана провела ладонью по его щеке.

– Нет, – заверила она. – Хватит, отоспались. И ты, и я. Может, тебя смущает мой возраст… – не закончила она.

– Ничуть, – поспешно заверил король, накрывая ее ладонь своей. – Если ты хочешь посвятить мне часть своей вечной жизни, я буду счастлив. Только прости, я буду стареть у тебя на глазах, – виновато вздохнул он.

Дана улыбнулась.

– Глаза моей души всегда будут видеть тебя таким, как сейчас, – прошептала она.

Шандор взял ее руки в свои.

– Дана, выходи за меня замуж, – срывающимся голосом предложил он.

Дриада глубоко вздохнула.

– Видишь ли, все не так просто, – глаза ее позеленели. – Я же не совсем человек. А королевству понадобится наследник. Прости, – горько прошептала она.

И в этот миг в спину короля кто-то деликатно постучал.

– Извините, что прерываю вас на самом интересном месте, – фыркнула невысокая девушка с каштановой эльфийской косой, появляясь в зоне видимости. – Но мне нужно срочно пообщаться с сестрой.

– Карина?! – удивленно ахнула дриада, бросаясь на шею незнакомки.

Король в полном шоке рассматривал ту, которая, как он помнил, была Правительницей эльфов, а, кроме того, Демиургом этого мира. На вид девушка, как девушка. Ну, красивая, так его Дана куда лучше.

– Он считает тебя первой красавицей вселенной, – громким шепотом выдала драконица его мысли. – И с трудом верит в мою магическую суть.

Король смешался.

– Мои извинения, Светлейшая, – склонил он голову.

Дана рассмеялась.

– Итак, Шандор – Карина. Карина – Шандор, – представила она. – На этом церемонии окончены. Рада видеть тебя, сестрица, – она погладила плечо Демиурга.

– Взаимно, – улыбнулась та. – Кстати, могла бы и заглянуть на огонек. Да, не оправдывайся, – жестом остановила она дриаду. – Знаю-знаю, ты была занята. Красавчика этого выхаживала. И вообще, я здесь по делу. Наш венценосный герой сделал тебе предложение, я правильно поняла?!

Дана смущенно кивнула.

– Значит, я вовремя. Мамуля велела присматривать за тобой. И как раз на этот случай шепнула мне одно подходящее заклинание, – деловито сообщила Карина, за руку выводя дриаду в центр поляны.

Король шагнул вслед за ними.

– А ты стой здесь и слушай сюда, – обернулась к нему драконица. – Если хочешь детей, замри на месте, а лучше и глаза закрой, – строго приказала она.

Ошеломленный происходящим король так и сделал.

– Классный парень тебе попался, сестричка, – услышал он шепот неугомонной Карины. – Не спорит. Как скажешь, так и делает.

– Это он просто перед тобой благоговеет. Ты же у нас Великий Демиург. И потом, тебе ли жаловаться, – фыркнула Дана. – Видела я, как Светлейший пылинки с тебя сдувает и на руках носит.

Драконица хихикнула.

– Надеюсь, только это?!

– Зря надеешься, – сладко пропела дриада.

Карина ухмыльнулась.

– Будет и на твоей лужайке хоровод, – пообещала она. – Теперь стой смирно. Я поколдую чуть-чуть.

Шандору казалось, что прошла вечность.

Но вот девичьи руки обняли его за талию, и он открыл глаза, прижимая ее к себе. Дана смущенно пожала плечами.

– Теперь я такая, как ты, – улыбаясь, сообщила она.

– Э, нет, – поправила ее Карина. – Ты, по-прежнему, Верховная Дриада, Хранительница Равновесия этого мира, и, по-прежнему, бессмертна. Но теперь ты биологически совместима с человеком.

Замороченный король переводил взгляд с одной на другую.

– И что это значит?! – осторожно уточнил он.

– Только то, что теперь Дана может иметь детей, сколько захочет, – попросту объяснила улыбающаяся Карина.

Шандор заглянул в глаза любимой.

– Это правда, – подтвердила она.

– Спасибо, – растроганно прошептал счастливый король.

Карина сделала приглашающий жест.

– Обращайся, – фыркнула она. – Ну, мне пора, а то мой ревнивый супруг примчится меня искать. А вам желаю счастья!

Драконица скосила на Шандора лукавые медные глаза, что-то шепнула Дане на ушко и пропала.

– Ох, уж мне эта шутница, – убито простонала дриада, сконфуженно поглядывая на короля.

Он заинтересовался.

– И что такого она тебе сказала?!

Дана скорчила задумчивую гримасу.

– Ну, как бы тебе объяснить, – протянула она. – Ты же знаешь, что на стволах деревьев каждый год образуются кольца. Вот и у меня теперь будет что-то подобное.

Шандор недоуменно смотрел на нее, но она так густо покраснела, что до него дошло.

– Это что же получается?! – не поверил он. – Раз в году я буду спать с девственницей?!

Его будущая жена развела руками.

– Свадебный подарок моей сестры. Ты не рад?!

В ответ король хитро усмехнулся.

– Я в полном восторге. А теперь, моя королева, пойдем, я познакомлю тебя с будущими родственниками, – и он потянул ее за руку в сторону дворца.

– Данка, ты уверена, что ты не суккуб?!

– Милый, с чего вдруг такой вопрос?!

– Да с того, что была бы моя воля, я бы тебя из постели не выпускал.

– И что?! Мне тоже здесь нравится.

– Данка, признайся, колдонула меня?!

– Я просто подумала, что глупо ходить у воды и не напиться.

– Ага, использование служебного положения, я так понимаю?!

– Ой-ей-ей! Моралист! И что теперь?! Донесешь на меня?!

– Нет, я буду тебя шантажировать!

– И чего же ты хочешь, вымогатель?!

– Попробуй угадать!

– Дорогой, мои мысли двигаются в правильном направлении?!

– Да, и руки тоже…