Миледи Де Велье, цокая каблучками по мраморной плитке, зашла внутрь особняка, бросив недовольный взгляд на привратника, по вине которого простояла перед дверью дольше положенного. Не самой же ей открывать?!

Напевая мелодию, юная маркиза веселой пташкой вспорхнула вверх по лестнице, в свои покои, где ее уже ждали стайка ее верных горничных. Вздернув подбородок вверх, Кейтлин горделиво вплыла в собственную спальню, точно так, как несколькими часами ранее она вошла в огромный зал королевского дворца. Девушка нарочито медленно вышла в центр комнаты и медленно покрутилась, небрежно сбросив волосы с плеч и оголив длинную шею, на которой сверкало новое ожерелье.

– Ах, – удивленно вздохнула прислуга как по незримой команде, а миледи Кейтлин довольно заулыбалась.

Кейтлин Де Велье рано осталась сиротой, а многочисленным тетушкам, у которых она находилась на попечении, не было дела до ее воспитания и уж тем более до сохранения ее материальных достатков. Перешагнув порог совершеннолетия, все стороны этих тяжких родственных отношений вздохнули с облегчением. Маркиза Де Велье начала свою самостоятельную жизнь, с прискорбием обнаружив, что ничего кроме родового особняка в столице у нее не осталось. Было еще кое-что… Удивительная красота молодой девушки, которой она очень быстро научилась пользоваться.

– Невероятно…

– Оно восхитительное…

– Неужели это алмазы?

– Я слышала герцог Нерейский собирался подарить такое своей невесте!

Девушки говорили наперебой и вздыхали, обступив свою госпожу и помогая ей раздеться.

– Это оно и есть, – с лица Кейтлин не сходила торжествующая улыбка. – Но, к счастью, герцог решил, что на моей шее алмазы смотрятся лучше.

Горничные слушали свою хозяйку, открыв рты в изумлении и не переставая удивляться щедрости кавалеров маркизы.

– Миледи, а как же его невеста? – наконец подала голос одна из служанок, осторожно вынимая шпильки из волос Кейтлин.

– Какое мне дело? О ней есть, кому позаботиться. Ее брат вызвал герцога на дуэль.

Голос миледи не выражал ровным счетом ничего, в то время как даже во взглядах горничных сквозило беспокойство и тревога.

– Теперь вы станете невестой герцога? – шепотом спросила одна из них, самая храбрая.

– Если сочту его партию подходящей, – Кейтлин засмеялась и две горничные последовали ее примеру.

Маркиза Де Велье не собиралась замуж. По крайней мере, не так быстро. Пока кошельки вельмож полны, а кавалеры щедры на подарки, стоит ли тратить свою молодость на единственного мужчину? Рядом не было никого, кто стремился бы поставить миледи на путь истинный или читал нравоучения, старый король же, завороженный ее красотой наравне со всеми, охотно прощал своей прелестной подданной все ее милые шалости.

– Миледи, – нерешительно подала голос третья горничная. – Не могли бы вы меня отпустить сегодня пораньше?

– С какой стати? – в голосе Кейтлин появились стальные нотки.

– Мне нужно успеть в салон за подарком. Завтра я выхожу замуж, – девушка даже не пыталась скрыть счастливую улыбку. – Мы хотели сделать друг другу сюрприз.

– Чтобы сделать мужчине подарок не обязательно идти в салон, – иронично заметила леди, изогнув свою тонкую бровь. – Твой сюрприз всегда при тебе. – Остальные горничные подобострастно хихикнули.

– Пожалуйста, миледи, – отчаянно взмолилась бедная невеста.

– И что же он тебе подарит? – только и спросила Кейтлин. Подарок невесты ее не интересовал вовсе, она вообще считала такой поступок необдуманным и безрассудным.

– Брошка из чистого серебра в виде бабочки. Она принадлежала еще его матери. Я обязательно надену ее завтра на церемонию, – мечтательно произнесла девушка, уже предвкушая свой поход к алтарю, где ее будет ждать любимый.

Кейтлин едва заметно скривила губы, пораженная наивностью этого несчастного создания. Замужество… Сама она точно не сделает и шага к часовне без увесистого брачного контракта, ну и чего-то повесомее серебряной брошки. А любовь? Любовь пусть останется таким наивным бедным дурочкам.

– Ладно, – смилостивилась госпожа. – Только принеси воды сначала.

Обычно деревянную лохань наполняли мужчины, но Кейтлин это сделала нарочно. Словно сам факт того, что кто-то смеет казаться счастливее, раздражал все ее естество.

– Мы будем рады видеть вас с Риком завтра на своем празднике в часовне святого Николаса.

– Ступай уже, – махнула рукой Кейтлин, а вскоре отпустила и остальных девушек.

Вода в лохани давно остыла, но маркиза будто не замечала этого.

“Любят они друг друга, как же” – фыркнула Кейтлин, наконец вынырнув из почти ледяной ванны.

Завернувшись в длинный шелковый халат и промокнув самостоятельно волосы, миледи вышла из комнаты.

150 лет спустя

Столица королевства Ромерон

Приятная для слуха мелодия, словно трель дивной птицы, разносилась по усадьбе. Так могло бы показаться любому, находящемуся сейчас в этом старинном особняке, лишь хозяйка считала иначе.

Слуги как обычно выполняли свои повседневные обязанности и не обращали ни на что внимание. Кухарка Маяша, недавно принятая в этот дом, улыбнулась, она была рада что ее взяли, несмотря на юность и отсутствие опыта и рекомендаций. Она могла бы остаться совсем без средств к существованию. Единственная дорога была в бордель. Она уже почти решилась ради пищи и крыши над головой поступится всеми своими принципами, даже направилась взглянуть со стороны на этот всем известный дом. Так и стояла, спрятавшись за дерево, ничего не замечая и глотая свои соленые слезы.

Как хорошо, что тогда, в “темном” районе, ей повстречалась леди Кейтлин Де Велье. Репутация у нее довольно скандальная, но для Маяши это был оправданный риск, и она пока не пожалела, что решилась принять ее руку помощи. А сейчас повариха была рада за хозяйку, ведь все в королевстве знают эту мелодию, при которой в маг ящик попадает королевская почта. Маяша подумала, что ее госпожа весьма уважаемая особа, раз сам король имеет с ней корреспонденцию.

Вот только сама леди Кейтлин не разделяла этой радости, и музыка звучала для нее словно похоронный марш. Изящная девушка, с темными, слегка вьющимися волосами сидела у окна, не решаясь открыть эту злополучную шкатулку с письмами. Солнечный свет отражался от ее атласного платья цвета ночи, рядом лежала шляпка с вуалью и невзрачными перьями птицы маюры. Кейтлин потратила много времени и средств, чтобы их добыть. Ведь только избранные маги королевства знают, чем ценны данные перья.

Маюра довольно редкая птица, она хорошо умеет маскироваться. Лишь единицы в курсе, что помимо приписанных ей мифических и религиозных качеств, у нее есть и реальное свойство, пробуждающееся в момент угрозы. Чуя опасность, птичка начинает сиять словно пламя и строит вокруг себя большой непроницаемый щит против любой агрессии, как магической, так и физической. Щита хватает, конечно, ненадолго, но и птичка не сидит на месте, а активно уносит свое тельце в более безопасное место. Так, совершенно случайно, положив одно из перышков в карман, один из ученых магов обнаружил, что перья и отдельно от особи могут построить такой щит, причем сами по себе, без привязки к хозяину, просто уловив негативные колебания фона рядом.

А модницам Ромерона совершенно все равно, чем украшены их шляпки, лишь бы поярче и побольше. Так что Кейт была, право слово, черной вороной в стайке разноцветнх райских птиц. Но она не собиралась объяснять дамам свои секреты. Сейчас она в очередном трауре и выход в свет она может игнорировать, что ее саму более чем устраивало.

Смысла украшать себя по последней моде у Кейт не было, она давно уже плюнула на мнение кумушек, завсегдатаев чайного салона. О ней и так только ленивый не сплетничает. Ох, знали бы они, насколько Кейт в действительности может нарушать этикет. Например, нося штаны под юбкой и маленький кинжал, а сколько бранных слов она знает и может при случае применить. Райские птички совершенно не видят ничего дальше своего носа. А Кейтлин слишком много знает того, что не с кем и обсудить. Пусть и доставались ей эти знания не самым приятным способом.

Леди прикрыла свои насыщенные темно-зеленые глаза, словно мифические болота Арасса, провалившись в которые, согласно легендам, сходят с ума, и потянулась к маг ящику, открывая свой очередной приговор.

Старший следователь Макс Агилар, пытался понять, что он только что услышал. Собираясь сегодня на званый вечер к королю, он предвкушал отнюдь не такой поворот событий. Ромерон пусть и отличался от его родной страны, но ведь не настолько же, или Макс чего-то не понимал в этой жизни. Стоя с натянутой улыбкой, он мысленно повторил слова короля.

– Ваша смекалка и небывалое рвение в расследовании дела государственной важности достойны похвалы. Нам очень повезло с вами, господин Агилар, такие кадры нужно ценить. Мне доложили, что за последние два года вы ни разу не брали отпуск. Не стоит так пренебрегать своим здоровьем. Я просто приказываю вам с завтрашнего дня оставить службу и отдохнуть, как следует.

– Ваше Величество, я…

– Понимаю, ваше состояние. Помню, меня и самого было не оторвать от работы, пока я не встретил королеву, похитившую мое сердце, – на лице короля появилась мечтательная улыбка, а вот Макс нервно сглотнул. Ему определенно не нравилось, в какое русло начинал заходить их разговор. – Вам тоже стоит обзавестись семьей, давно пора. И сейчас, когда вы не обременены служебными делами, самое время заняться поисками будущей госпожи Агилар. Не как король, а как заботливый отец, настоятельно вам рекомендую не затягивать с этим. Есть ли у вас уже кто на примете?

– Нет, Ваше Величество, я еще…

– А это славно! Потому что есть у меня! Я король Ромерона, Август Второй готов отдать вам в жены жемчужину среди своих подданных – маркизу Кейтлин Де Велье. Мы право соскучились без леди Кейтлин в высшем свете, глядишь, хоть вы ее расшевелите. Вот уж поистине двое работяг, – король рассмеялся довольный своей затеей. – Готов заранее благословить ваш брак. Пусть будет он освящен богами, крепок, долог и плодовит.

Голос Августа Второго звучал доброжелательно, а с лица не сходила улыбка, но Макс не питал иллюзий на счет слов короля. Более того, прекрасно понимал, что слова монарха не стоит расценивать как шутку или веселое пожелание. Это приказ. Он должен будет или послушаться, или, вероятно, покинуть свой пост. А это наводило следователя на определенные мысли.

Надеятся, что он испугается? Вынуждают отказаться от своих идей? Не на того напали. Теперь Агилар чувствовал, что нащупал какую-то важную нить и не хотел отступать. Если понадобится, то он справится и в одиночку. А с этой маркизой он что-нибудь придумает.

Старший следователь запоздало поклонился и растянул губы в неестественной улыбке.

– Ваше величество, благодарю за честь и доверие оказанное мне. Приложу все усилия, чтобы оправдать возложенную на меня…

За спиной послышались робкие шепотки придворных, которые превратились в настоящий гул стоило королю показать жестом, что он более не задерживает одаренного своей милостью поданного.

А на что он, собственно, рассчитывал? Что разговор с монаршей особой в зале полном гостей останется тет-а-тет?! Макс нервным движением оттянул ворот своего камзола, направившись к нише с охладительными напитками. Гости бросали на него взгляды, полные неприкрытого интереса и, как показалось самому мужчине, насмешки. Отпивая холодный пунш, он неспешно рассматривал зал и по мимике присутствующих понимал, что с маркизой явно что-то не так.

“В чем же подвох? Она страшная? Охотница до денег?” – тщетно пытался угадать молодой человек. – “У меня и самого в карманах пусто. Или, может, имеет подмоченную репутацию и его хотят скомпрометировать?”

К сожалению, узнать наверняка в ближайшее время не представлялось возможным. Друзей в высшем свете чужой для него страны он еще не успел завести, да и статус с должностью не располагали к этому. Опальный для своей семьи, бывший герцог выбрал свой путь, отказавшись от титула и уехав подальше, чтобы осуществить свою мечту.

Еще ни одно дело не оставалось не раскрытым у старшего следователя, что весьма быстро продвигало его по карьерной службе после распределения в академии. Конечно, не так быстро как могло бы, воспользуйся он своим титулом и связями семьи на родине. Но он избрал другой путь, когда собрал свои вещи и с гордо поднятой головой уехал из родового замка поступать в академию сыска и расследований, а не на банковское дело, как мечтал его отец. После этого с ним запретили общаться, пока блудный сын не вернется и не попросит прощение за свою глупость. На младшую сестренку Софи, правда, суровый отец не произвел впечатления, и она единственная до сих пор поддерживала связь с братом при помощи маг писем. Хоть они этого не афишировали, но Максу было приятно узнавать о жизни своей семьи и о матушке, за которую он очень беспокоился.

Макс уже отчаялся раскрыть дело о странном море, который нападал на магически одаренные семьи королевства Ромерон. Он понимал, что ничего ему не грозит, если он поставит печать “Заморожено” и передаст дело дальше по служебной цепочке, как оно попало и к нему. Но характер и отцовское воспитание не позволяли этого сделать. И вот долгожданная зацепка, которой он поспешил по глупости и наитию поделиться, чтобы выбить себе больше полномочий в расследовании, запустила неожиданную цепь событий, норовя привести его к алтарю с незнакомкой…

Гости пока не спешили подходить к нему, просто расступались, сверля глазами и обсуждая. Король словно поставил на нем невидимое для него самого клеймо. Но вот, наконец, от толпы отделился первый претендент на знакомство. К Максу степенным шагом направился сухенький старичок с супругой весьма большого объема, который она еще умудрилась увеличить благодаря светло-розовому платью с рюшами.

– Примите наши поздравления, молодой человек! Позвольте представиться, граф Дерек Уоррен и моя жена графиня Эмма Уоррен. Будем рады видеть вас среди гостей нашего дома. И мы будем рады получить приглашение на свадьбу, – граф засмеялся и похлопал Агилара по плечу так, словно последнее событие было уже решенным делом.

– Непременно, как только маркиза Де Велье утвердит список приглашенных, – Макс пытался отшутиться, лишь бы не показывать, что он даже не знаком с навязанной невестой.

– Видимо, миледи что-то задержало…– дама в розовом даже не скрывала ухмылку, обмахиваясь веером.

Макс скупо кивнул в ответ и обвел взглядом наполненный людьми зал. Старался запомнить все лица, чтобы не упустить появление нового. Он почти не сводил весь вечер взгляд от входных дверей, вот только это оказалось тщетным занятием. Ни спустя четверть часа, ни даже через час леди Кейтлин не появилась.

“Знал бы наперед, и сам не пришел”.

Пресные лица новых знакомых уже порядком надоели и Макс поспешил ускользнуть из этого театра абсурда на балкон.

Он стоял, облокотившись о каменный парапет и вдыхая свежий воздух, по листьям в королевском саду забарабанили первые капли дождя. Макс протянул ладонь, чтобы словить несколько капель.

– Макс Агилар? – донесся женский голос из-за колоны увитой плющом.

Мужчина обернулся на голос, но лицо его хозяйки было не так просто разглядеть в вечернем полумраке.

– Не думала, что вы такой любитель светских раутов. Вы заставили себя ждать.

Девушка в черном атласном платье вышла из-за колонны навстречу мужчине. На ее голове была шляпка с небольшими полями, из-под которых виднелись темные, почти черные локоны, но вот лицо ее было скрыто полупрозрачной вуалью. Черты лица маркизы смутно виднелись сквозь тонкую ткань, но Макс был уверен, что сними она шляпку и смешайся с толпой, он ее не узнает. Но в том, что перед ним стоит именно она, молодой человек нисколько не сомневался.

Губы ее, лишенные столь популярной среди дам алой помады, выглядели неестественно бледными и мужчине никак не удавалось разглядеть полные они или тонкие, улыбается маркиза или хмурится. Прямой аккуратный нос, и большие глаза, цвет которых, конечно же, не было возможным разглядеть. Девушка не выглядела дурнушкой, а если и так, то умело это скрывала. Невысокая, миниатюрная, окутанная таинственным ореолом. Сама ее фигура будто хранила в себе загадку, чем приковывала к себе все внимание старшего следователя.

– Да. Нетипичное имя для Ромерона, не правда ли? – наконец ответил Агилар своей неожиданной компаньонке.

– Возможно, – леди склонила голову набок, рассматривая мужчину. – Но вполне обыденное для выходцев наших восточных соседей.

Макс улыбнулся уголками губ, почувствовав намек на остроту из уст загадочной леди.

– Господин Агилар, если вы уже закончили проверку моей образованности, можем мы поговорить с вами на более серьезные темы?

Если бы это позволяли строгие рамки этикета, Макс бы непременно присвистнул. Признаться, он действительно пытался в непринужденном разговоре узнать не глупа ли маркиза. С упрямством, которому могли бы позавидовать некоторые парнокопытные, Агилар пытался выяснить, какой недостаток скрывает в себе девушка напротив. А иначе как объяснить ту легкость, с которой король Август Второй готов был отдать свою поданную ему во власть?

"А что если ее предназначение в том, чтобы выведать все улики и ход расследования у меня?" – неожиданно мелькнула мысль в голове у мужчины, но леди Кейтлин в ту же минуту разрушила ее своими словами.

– Могу предположить, что вас уже осчастливил своим решением король. У меня к вам будет деловое предложение.

– Вот как, и какое же? – ухмыльнулся мужчина, в красках себе представляя последующую просьбу. От коллег рангом пониже он часто слышал рассказы о том, как девиц знатных кровей выдают замуж за мелких аристократов с целью скрыть результаты похождений их дочерей. Воспитывать чужого ребенка не самая большая плата за титул. Неужели маркиза…

– Я готова заплатить вам приличную сумму золотых, а взамен вы должны будете отказаться от предложения короля.

– Ч-что? – у Макса будто бы весь воздух выбили из легких.

– Мы с вами оба понимаем абсурдность этой затеи. Как самостоятельный и обеспеченный мужчина, вы вполне можете отказаться от договорного брака. Скажите, в конце концов, что выбрали другую.

– Почему же вы не можете отказаться от такого щедрого подарка своего господина?

Маркиза замялась с ответом, но ее поникшие плечи и опущенные в пол глаза были красноречивее слов.

– Или это вы на самом деле выбрали другого кандидата на свою руку и сердце?

– Досужие сплетни, – тихо фыркнула леди, покачав головой. – Господин Агилар, я овдовела меньше месяца назад. Моей репутации уже ничего не грозит, пожалейте хотя бы свое честное имя.

– Жениться на вдове не такое уж большое пятно на имени, – Агилар облокотился на парапет балкона, пристально разглядывая, как оказалось, женщину напротив.

– Это если овдовела она единожды, – не глядя на него, леди Кейтлин подошла к парапету, поравнявшись с ним.

"Что ж это многое объясняет", – подумал Макс, даже не подозревая как он сейчас далек от истины.

– И что вы намерены делать? – поинтересовался он у стоящей рядом маркизы.

– Я сделала все, что было в моих силах. Дальше остается уповать на ваше благоразумие, – леди медленно повернулась в его сторону. – Надеюсь, что я приду к пустому алтарю.

Леди Де Велье оттолкнулась от каменного парапета и скрылась из виду так же незаметно, как и появилась. Не заходя в шумный зал, она свернула в небольшую нишу, где скрывались от глаз посетителей ступени вниз.

Макс проводил ее взглядом, размышляя о том, что маркиза сильно переоценила его свободу и независимость от монарха. Он такой же подневольный, как и она сама.

Готовясь ко сну, Кейтлин все размышляла, за что же король так облагодетельствовал неплохого, как ей показалось, парня. Она очень не хотела участвовать в закулисных играх сильных мира сего. Обида на монарха все больше душила молодую женщину. Она прекрасно понимала, что ее руками надеются избавиться от парня. И также она понимала, что это вовсе не пустые чаяния.

Король, конечно, дал понять Кейт, что поддержит ее стремление возродить к жизни завод по производству аэростатов и, наконец, подпишет бумаги, на которых все застопорилось. Ведь для верноподданной королевства Ромерон ему ничего не жалко. И уж тем более потому, что он всегда относился к семье Де Велье с уважением и почтением.

Не раз в своем письме Август Второй упоминал о той отеческой любви и заботе, которыми он полон по отношению к Кейтлин. Но Кейт хватало ума видеть в этом не лесть, а принуждение быть благодарной. За то, что опекал, когда она трагически осиротела, за то, что нашел ей удачную партию в мужья, чтобы у нее всегда были поддержка и опора. И, конечно же, за то, что хранит ее тайну, мастерски делая вид, будто ничего необычного не происходит.

Долгожданное разрешение на ввод в эксплуатацию дирижаблей, чуда магической инженерии, а взамен жизнь незнакомого человека. Кейт так давно мечтала об этом, но женщинам путь в мир бизнеса Ромерона был заказан. А уж конкуренты в транспортной сфере не могли и близко допустить, чтобы их оставила с носом леди. В лице маркизы они нашли общего врага и, объединившись, быстро показали, где ее место. Хоть изначально завод и был оформлен на доверенное лицо, те, кому это было нужно, быстро разузнали, как обстоят дела на самом деле. Кейт потеряла тогда много финансовых вложений, а еще больше собственных сил на борьбу с бюрократической машиной и постоянными проверками. А теперь ей открывают дорогу к ее мечте, всего лишь стоит перешагнуть через собственную совесть.

Она пыталась побольше разузнать про старшего следователя, в надежде найти доказательства, что он далеко не агнец божий. Но люди, которых долг обязывал вынюхивать все тайны в чужих жизнях, умели охранять подробности своей. В любом случае, она должна постараться не подпускать его близко к себе, а потом, может, Кейт что-нибудь придумает и Макс Агилар сам от нее сбежит, желательно до свадьбы.

Пока леди пыталась придумать, как избавиться от жениха, личная горничная молчаливо доводила до блеска ее непослушные локоны, расчесывая их специальной щеткой. Кейт всегда расслаблял перед сном этот нехитрый ритуал, но не сейчас.

– Хельга, можешь идти, – неожиданно встрепенулась она.

Миледи резко поднялась из кресла и направилась в свой кабинет, смежный со спальней. Она начала спешно открывать ящики в поисках самописца и бумаги.

“Хм, Макс Агилар, а как тебе такой поворот событий?”

Кейт с горящими в предвкушении глазами и хитрой улыбкой начала придумывать пункты брачного договора. Она полночи писала, зачеркивала, а затем вновь писала, чтобы к утру успеть отправить своего поверенного к будущему мужу.

Утро у самой Кейт началось в обед, слава Всевышнему, ей не перед кем отчитываться в собственном доме. На рассвете она успела оставить распоряжение и бумаги для своего нотариуса, и теперь ей осталось лишь дождаться результата.

Отпивая уже прохладный чай на широком балконе, она видела как в ворота особняка зашел поверенный. Через несколько минут она уже разворачивала бумажный конверт с брачным договором внутри. Еще через пять отбросила его, не зная, то ли радоваться, то ли злиться. Чертов Агилар подписался под каждым пунктом!

Он даже согласился отложить консумацию брака, был не против остаться каждый при своей фамилии и средствах. Обычно мужчин это задевает. Также был согласен переехать в дом жены, что не очень хорошо отразится на его репутации. Вспомнив как накануне она хотела вписать в договор придуманного ею любовника, Кейт горько усмехнулась. Она бы ничуть не удивилась, если бы и с этим пунктом господин старший следователь согласился. Странный мужчина…

– Миледи Кейтлин, госпожа Алисия пытается связаться с вами, – раздался робкий голос горничной в дверях. Удивительно, как тонко они всегда чувствовали, когда их хозяйка находится в плохом расположении духа.

– Хорошо, – вздохнула Кейт, пытаясь не поморщиться при этом. – Принеси мне магофон.

Маркиза уже в третий раз пыталась объяснить сердобольной женщине, по совместительству личной портнихе, что ей не нужно новое платье и она вполне может переделать предыдущее, чтобы никто не догадался. Но та в ответ лишь втолковывала про плохие приметы.

– …Алисия, я безмерно вас уважаю, но, в конце концов, я заказчица. Вы не так сильно возмущались по поводу широких штанин в прошлый раз.

– Ох, девочка моя, я так же безмерно тебе благодарна за помощь, когда я в ней нуждалась больше всего. Но я не буду работать со старым свадебным платьем. Что бы вы сами ни думали о приметах, я настаиваю на новом наряде. Я могу приехать в течении часа и мы быстренько все замерим, я постараюсь успеть.

– Ладно, хорошо, – пошла Кейт на попятную. – Пусть платье будет новым, но приезжать не надо. У вас должен был остаться манекен по моим параметрам, я ничуть не изменилась и доверяю вам в выборе фасона. На этом, простите, я должна прервать разговор. У меня еще много дел.

– Хорошо, платье будет готово к церемонии.

“Фух, одно дело сделано, осталось еще множество. Как же я это не люблю!” – пожалуй, не было для леди Де Велье занятия более отвратительного, чем приготовления к свадебному торжеству.

– Хельга, а куда мы убрали посуду с прошлой церемонии?

– Так все на чердак снесли, по вашему указанию. С глаз долой…

– Ну а теперь доставайте обратно, и попробуйте сменить цвет фарфора. Я найду вам краситель.

Горничная вышла из кабинета, спеша выполнить новое поручение. Кому-то это занятие показалось бы странным, но Хельге было не впервой перекрашивать семейный сервиз.

– Ох, уж эти приметы, – пробурчала еле слышно Кейт. Приглашения она не посчитала нужным разослать и так все придут посмотреть на очередное развлечение.

Надо было скинуть подготовку к свадьбе на Агилара, возможно этот пункт брачного договора и заставил бы его передумать.

“Странная женщина” – не переставал удивляться мужчина, держа в руках два конверта.

Вот только один их них был адресован экс-герцогу Максимилиану фон Агилару, в каждой строчке вложенного в него письма сквозила любовь младшей сестренки и тревожность матушки. А второй… второй конверт был для господина старшего следователя, Макса Агилара от его невесты и любовью там даже не пахло.

Мужчина перечитывал пункты брачного контракта уже второй раз, но никак не мог понять, чем руководствовалась маркиза. В Ромероне, в отличие от его родины, не приняты подобные практики. Сомнительно, что этот договор имеет реальную юридическую силу, скорее леди полагалась на его честное слово и на желание сбежать куда подальше после некоторых пунктов.

Хочет остаться при своей фамилии? Да пожалуйста, хорошо хоть, что не потребовала от него вступить в ее род. Хочет остаться финансово независимой? Макс счел бы себя последним уродом, если бы присвоил себе все активы вдовствующей маркизы. Хочет остаться жить в своем особняке? Это ему даже понятно, в конце концов, в его съемных апартаментах им вдвоем было бы тесновато. А вот последние пункты заставили его подписать договор, не колеблясь.

Он собирался уже подыскивать замену маркизе, всерьез задумался о фиктивном браке, но леди Кейтлин сама предложила ему таковой. Если их мнения совпали по такому щепетильному вопросу, то, возможно, и жизнь под одной крышей станет вполне сносной. Но это все равно не умаляло ее странности в глазах мужчины.

Дни после подписания брачного договора потянулись словно остатки сиропа из банки, столь же медленно и тягуче. Конечно, всему виной было то, что Агилар оказался впервые отстранен от службы. От леди Кейтлин он получил весточку лишь единожды. Женщина прислала записку, в которой спрашивала, будут ли гости с его стороны. Отправив ей ответ, он ожидал какой-либо реакции от невесты, пусть и фальшивой. Но маркиза никак не дала понять, удивлена она или нет тем, что родственники жениха не почтут своим присутствием свадебное торжество.

Все происходящее напоминало Максу какой-то сюр и не покидало ощущение, что он проснется в одно прекрасное утро, смахнет с себя остатки этого кошмара и пойдет на любимую работу. Но, проснувшись в не менее прекрасное погожее утро, он обнаружил только заготовленный накануне фрак. Он никогда прежде не представлял себе, как должен выглядеть этот день, даже не задумывался о том, какими качествами должна обладать его будущая супруга. И теперь, оставшись без возможности выбора, чувствовал неприятный осадок в душе, даже несмотря на то, что романтиком его назвать было сложно.

Для леди Де Велье это утро оказалось еще более хлопотным, чем предыдущие. На лицах слуг, особенно новеньких, блуждала счастливая улыбка, чего нельзя было сказать о невесте.

– Волнуется, – шептались между собой кухарка и ее поварята.

– До чего же красива, – повторяла горничная, смахивая слезы.

Кейтлин, не без помощи Хельги, покрыла голову фатой в четвертый раз, словно спрятавшись за кипельно белой легкой вуалью от всего мира. У порога уже заждалась украшенная белоснежными лилиями карета с запряженными в нее тройкой элитных королевских рысаков. Платье, как ни странно, Кейт понравилось. Алисия невероятно талантливая портниха, а главный талант ее заключается в тонком умении чувствовать своих клиентов.

Необычайно красивая ткань служила наряду главным украшением. Сложный витиеватый узор серебром покрывал подол и корсет, придавая невесте сходство с настоящей снежной принцессой. Рукава фонарики оголяли предплечье и кокетливо спускались вниз, сложная юбка в несколько нахлестов уходила назад, переходя в белоснежный шлейф, укрытый фианитами словно снежинками.

Платье придавало образу Кейт нежности и невинности, и подобным его свойствам она сама была не очень рада. Родовые бриллианты завершали образ: серьги, диадема и браслет легкой россыпью поблескивали в лучах солнца, радуя домочадцев своей красотой.

Ожидаемо, церквушка была набита до отвала, хотя Кейтлин умышленно выбрала самую маленькую часовню в городе. На улице столпился простой люд, каждый хотел взглянуть на очередную жертву черной вдовы. Так за глаза все называли маркизу. Возможно, делали ставки, сколько продержится новый супруг. Впрочем, Кейт была уверена, что все ставки давно озвучены и приняты, в том числе и в высшем обществе.

Кучер помог спуститься с высокого уступка кареты. У входа ее уже встречал очередной прихвостень короля, который получил задание сопроводить ее под венец и показать тем самым королевскую заботу. В тело словно иглы впились взгляды толпы, собравшейся перед церковью.

Кейтлин привыкла держать лицо и шла вперед с невозмутимым видом, но в душе ее коробило от такого пристального внимания. “Кем они ее считают? Вертихвосткой? Нимфоманкой, загоняющей мужей в могилы? Хладнокровной и расчетливой стервой?” На самом деле, ей давно уже плевать на чье-либо мнение. Двери распахнулись, и она встретилась с пронзительным взглядом своего жениха, тут же повернувшим голову в ее сторону.

“Интересно, что думает он?”

Кейт видела Агилара второй раз в жизни, а при хорошем освещении вообще впервые. Не отметить его статную фигуру и мужскую привлекательность она не могла. Может потому и старалась неосознанно держаться подальше, чтобы не привыкать. Он точно мог бы осчастливить какую-нибудь девушку своим вниманием, но ему на пути встретилась Кейтлин.

Едва Макс коснулся фаты и поднял ее, Кейт почувствовала себя безоружной, лишенной последней брони перед гостями и женихом. Падре восхвалял любовь и божественный промысел этого чувства на все лады, будущий супруг возвышался рядом непоколебимой горой, знать Ромерона прожигала спину.

– Вы можете поцеловать невесту, – благосклонно дал разрешение служитель церкви и Кейтлин подсознательно сжала губы в тонкую белесую нить.

Мужчина, не растерявшись, поднес женскую ладонь к себе и поцеловал кончики ее пальцев.

– Милая Кейтлин, хотя бы на публике играйте свою роль, если не хотите, чтобы мы оба прослыли неблагодарными королевской милости.

В этот день Кейтлин впервые за последнее время проснулась отдохнувшей, словно с ее плеч был сброшен огромный груз. Впрочем, так оно и было. Едва торжество осталось позади, молодая женщина могла вздохнуть спокойно. За стенами своего дома маркиза чувствовала себя как в крепости.

– Доброе утро, – неожиданно прозвучал мужской голос, которому вторил скрип половиц на лестнице.

– Доброе утро, – запоздало ответила Кейтлин и обвела взглядом стол сервированный на одного человека, за которым она и завтракала.

Нет, она, конечно же, не забыла о присутствии в доме Макса Агилара, и встала раньше обычного вовсе не для того, чтобы избежать его компании. Вот только выглядела ситуация все равно не очень приятно. Мужчина, словно не замечая этого, сел напротив Кейтлин, не забыв при этом одарить дружелюбной улыбкой и горничную, стоявшую в сторонке, и кухарку, выглянувшую в столовую из-за массивной двери.

Ему даже не пришлось ничего говорить, да и сама Кейт не успела открыть рта, как по волшебному мановению перед Агиларом оказалась и тарелка с горячим омлетом, и кремовница, и крепкий кофе, источающий терпкий аромат на всю комнату. Вот только волшебство тут было ни при чем, если таковой не считать харизму молодого мужчины.

– Кофе без сахара, как вы любите, – отчиталась Хельга, склонив голову перед мужчиной и ее новым хозяином.

Если бы Кейтлин жевала что-то, то непременно бы подавилась в этот момент. И когда только успел, наглец! Сама маркиза кофе не любила, отдавая предпочтение чаю, и наивно полагала, что других напитков в доме и не водится.

– Ваш особняк выглядит очень атмосферно, – нарушил молчание, царившее за столом, Макс.

– Вы уже говорили, – неохотно отозвалась Кейтлин, не привыкшая делить с кем-то трапезу, не считая личных слуг.

Вернувшись накануне из церкви, уставшие и измотанные гостями, норовившими каждый лично поздравить молодых, им было не до обоюдных расшаркиваний и осмотра интерьера. Но еще тогда Макс заметил, что внутри особняк маркизы выглядит словно старинный дворец.

Когда мужчина очутился в выделенных ему покоях, ему показалось, что, перешагнув порог комнаты, он оказался в далеком прошлом. Массивная мебель, украшенная вензелями, тяжелые ткани для портьер и балдахина, секретер из красного дерева, который больше был бы уместен в музее или хранилище коллекционера.

Вспоминая свою первую ночь, проведенную в особняке маркизы Де Велье, и по стечению обстоятельств первую брачную ночь, на которую она, впрочем, походила едва ли, Макс закурил. Кашель, раздавшийся позади, заставил Агилара повернуться. Хельга, прикрыв ладошкой рот, старалась унять кашель и вытереть выступившие слезы.

– Прошу прощения, – Макс потушил сигарету, скорее пагубную привычку, чем наслаждение. За многие годы, проведенные вдалеке от семьи и строгих правил, он привык курить за столом и позабыл, что далеко не каждое общество дам это приемлет.

Вот только взглянув на леди Кейтлин, он с удивлением отметил, что та и бровью не повела на его выходку.

– Вас не раздражает дым? – не удержался мужчина от вопроса.

– Нет, – односложно ответила маркиза, не отрывая глаз от газеты.

– Вам нравятся сигареты? – предположил Макс, зная, что в последнее время и женщинам было тяжело устоять перед пагубной модой.

– Нет, – снова ответила Кейтлин, но, отложив газету, добавила: – Я их произвожу.

– Даже так? – насмешливо поинтересовался Агилар столь громкому заявлению.

– Один из моих покойных мужей владел фабрикой. После его смерти она перешла ко мне, – пожала плечами Кейт недовольная тоном своего собеседника.

– Вам не хотелось бы поменять что-то в своем доме? – Макс постарался перевести разговор в другое русло.

– Мне нравится мой дом. Здесь не было никаких глобальных перемен со времен моей прабабушки.

– Но вы могли бы и освежить интерьер по своему желанию. Зачем такая дань уважения истории?

– Затем, чтобы помнить и не забывать, – вдруг раздраженно отозвалась маркиза и встала из-за стола. – Простите, пожалуйста, мне нужно на работу. То есть на фабрику. У меня назначена встреча с управляющим, – слукавила Кейт. Управляющий, конечно, имелся, но лишь в теории, по факту это было просто выдуманное имя, служившее щитом для леди Де Велье.

– Надеюсь, автомобиль вы не сами водите? – вдруг с улыбкой спросил мужчина, обратив внимание на широкие брюки на леди. Не каждая аристократка решится на подобный наряд.

– Нет, – улыбнулась Кейтлин, оборачиваясь назад. – У меня есть водитель. Удачного вам дня.

– И вам, – повторил Макс, разглядывая ее удаляющуюся фигуру.

Конные экипажи давно стали историей, не больше, чем красивой традицией во время пышных торжеств. На смену им пришли не знающие усталости техно-магические изобретения. В нутро одного из таких и впорхнула маркиза, поздоровавшись кивком головы с подошедшим водителем.

Пожилой мужчина в черной куртке и такой же фуражке, завел автомобиль с помощью маленького кристалла-накопителя, и машина плавно двинулась вперед. Лишь, когда город остался позади, а впереди стелилась пустая пригородная дорога в обрамлении прекрасных кипарисов, Кейтлин спросила, не скрывая улыбки:

– Господин Шарль, а можно я поведу?

– Конечно, миледи, – по-отечески улыбнулся в ответ водитель, безоговорочно доверяя автомобиль своей ученице.

Макс остался в особняке предоставленный сам себе, даже слуги испарились как призраки на рассвете, в один миг разбежавшись по своим делам. Почти в каждой комнате, конечно, висели старинные колокольчики с веревкой для вызова персонала, но такими уже лет сто никто не пользовался. Макс даже представил, каково это стоять и трезвонить, дергая веревкой, и рассмеялся. Он словно находился в музее, посвященном быту аристократии прошлых веков.

Изначально он хотел просто засесть в своей комнате за старинным секретером и закопаться там в ворох собственных бумаг и дел, надеясь продвинуться дальше в своем расследовании. На то, что вокруг творится, ему было все равно. Но промаявшись над кипой папок с четверть часа, отложил их в сторону и взял в руки письмо младшей сестренки. В ответном письме для Софи Макс скрыл факт смены своего статуса, решил дождаться, пока сам поймет, чего ждать от этого брака. Маркиза недвусмысленно дала понять, что самостоятельна и не нуждается в покровителе, а потому, вероятно, будет подводить дело к разводу. Что, впрочем, устраивало и самого Макса. Главную волю короля они выполнили, связав себя узами брака, а уж как у них сложится дальше судьба не должно никого касаться.

Старший следователь не привык маяться бездельем, этот вынужденный отпуск, больше похожий на отстранение от дел, выбил его из колеи. Но в этом упрямец Макс видел некий вызов, что наоборот подзадоривало молодого парня.

И неожиданностью для самого Агилара оказалась леди Кейтлин, а точнее то, как мастерски она подливала масла в огонь его любопытства. Сама то не ведая, и может быть не желая, она заставляла следователя возвращаться мысленно к ней вновь и вновь.

Он, как никто другой, мог отчетливо понять, как нелегко ей далась самостоятельность. В королевстве Ромерон женщины были практически бесправны. И будь бы он хоть чуточку сноб, вполне мог бы ей запретить любые отлучки из дома, посадить под замок вышивать крестиком и был бы в своем праве. Для ромеронских дам был прописан свой круг интересов и сфер деятельности, и молодая маркиза в них никак не вписывалась. А может этого от него все и ждали?

Он обратил внимание с каким вызовом и в то же время затаенным страхом смотрела на него маркиза за утренней трапезой, допивая свой чай и сообщая, что уезжает на целый день на свою фабрику. Да, в контракте было указано, что Макс не станет препятствовать Кейт в ее делах, но все же эта бумага – больше просто формальная договоренность между супругами. При желании Макс мог бы все оспорить. Вот только он прекрасно помнил, как ему самому было тяжело отказаться от привилегий своего титула и шагнуть в самостоятельную жизнь. Но он мужчина, что говорить о маркизе, сражавшейся с предрассудками и суевериями.

Чтобы немного отвлечься перед работой, Макс решил обойти старинный особняк, тем более привычка досконально знать территорию, где придется обитать, победила светские приличия.

– Ох ты, какое дизайнерское решение…

Макс даже сказал это вслух. Как тут удержаться? В горшках для уличных цветов он узнал старинные фарфоровые ночные вазы. Тут не поспоришь, богато декорированные посудины жалко выкидывать. Леди Де Велье вероятно очень рачительная хозяйка. И чувство юмора ей не занимать.

Слуг он обнаружил в кухне, вежливо поздоровавшись, оставил свои пожелания насчет обеда, попросив принести еду в его спальню, и удалился. Большинство людей маркизы смотрели на него с подозрением, не зная, чего ожидать от нового хозяина в их уже состоявшемся быту. Но были предельно вежливы и исполнительны. Макс решил не действовать никому на нервы и напоследок пройтись около особняка.

Мужчина дошел уже до заднего дворика, обойдя весь дом. Пройдя сквозь густые поросли декоративных кустарников, Макс увидел россыпь небольших строений. Чем ближе он к ним приближался, тем отчетливее они напоминали ему семейные склепы. Вот только они было невероятно малы, да и архитектура у каждого захоронения была своя. Странно, ведь обычно семейный склеп строится одним зданием, а уже внутри стоят чаши с прахом. Да даже если это разные постройки, то всяко должны быть выполнены в одном ансамбле с ярко выраженными признаками родового стиля.

На каждой табличке было по одному имени, мужскому. Обойдя весь комплекс и внимательно осмотрев, как оказалось, имитации захоронений, следователя озарила догадка. Это захоронения мужчин, попытавших семейного счастья с одной из прекрасных маркиз. Видимо, неудачно. Наверняка, их настоящие захоронения в их родовых склепах, а здесь только имитации. Вот только для чего? Лучше бы, право слово, хранили портреты или фотокарточки. Тоже странно, но не так по крайней мере.

Невольно по позвоночнику пробежал холодок, Агилар быстро стряхнул с себя это ощущение. Зато появилось желание подняться наверх и заняться расследованием. Совершенно новым, но очень интересным.

Макс скорым шагом вошел в свою спальню. Отсутствие удобного кабинета его не смущало, он привык работать и не в таких условиях. Тем более, маркиза вряд ли будет здесь нарушать его покой. Первым делом он связался с единственным человеком в управлении сыска, который не побоится выполнить его просьбу.

Молодой паренек, стажер без громкого титула, но горящий жаждой деятельности, которого в управлении никто не брал в расчет и уже давно заваливал только бумажной работой. Лишь только Макс пару раз брал его на задания, или вовлекал в процесс. Старшему следователю было жаль парня, ведь рано или поздно за бумажной работой тот огонек в глазах мог угаснуть, а парень был очень перспективный. Прежде он никогда не просил благодарности за свое участие в жизни младшего сотрудника, но теперь обстоятельства вынуждают.

– Тео, как твои дела? – парень очень быстро вышел на связь как-будто держал магофон в руках в ожидании звонка.

– Все в порядке, господин старший следователь. Я поздравляю вас со свадьбой и желаю…

– Ладно-ладно, я понял. Спасибо. Скажи, ты бы мог принести все мои записи из кабинета, если тебя не затруднит?

– Ой, а у нас все замки поменяли, раньше вы давали мне доступ, а теперь вам и самому надо пройти идентификацию личности, когда вернетесь.

Макс от злости едва не скрипнул зубами.

– Ладно, ничего страшного, – немного подумав, добавил: – у тебя сейчас много работы?

– Да ну, какой там, без вас вообще, можно сказать, нет. Просто сижу, перебираю и сортирую дела. Если вам что-то нужно, я с удовольствием все сделаю.

– Мне надо будет, чтобы ты составил личное дело на трех мужчин, – решительно произнес Макс, взяв в руки листок бумаги, на котором уже успел по памяти воспроизвести имена с самых последних табличек в парке.

Кейт спешила в свой кабинет, лавируя между стеллажами и работягами, занятыми сортировкой и разгрузкой табака. Смешно признаться, но здесь, в душном, пропитанном терпким запахом курительных смесей и пота помещении, она могла вздохнуть спокойно. Мужчины, обращавшие на нее внимание, почтительно приподнимали замызганные кепки или кивали.

Узнав о том, что фабрика перешла во владение маркизе, многие из них были готовы к сокращению. Но ей удалось всех удивить. Нет, она не превратила шаткое производство в монопольную мануфактуру, но ее стараниями фабрика только укрепила свои позиции на столичных рынках и даже расширилась. А последнее помогло спасти от голода еще с десяток бедных семей.

На столе уже дожидалась скопившаяся корреспонденция и отчеты начальников производства, скопившиеся за несколько дней ее отсутствия. Поставив выпуск на поток и даже модернизировав один из цехов, у Кейтлин больше не было нужды присутствовать тут ежедневно. Вдобавок ее выручали знания, полученные от супруга, лишь приумноженные ею.

– Утра, Кейт, – в главный офис вошел юрист, обожавший во всем прямоту.

– Надеюсь, доброго? – привычно отозвалась на его приветствие маркиза.

– Если бы… – вздохнул мужчина, садясь в кресло напротив и перекатывая сигарету в пальцах. Никогда Кейтлин не видела его за курением, но и без сигары в руках не могла припомнить. – С южными поставками скоро придется попрощаться, Де Галле перебили нашу цену и такую планку нам не потянуть.

– Все так плохо? – спросила маркиза, пытаясь отыскать лазейку в сложившейся ситуации. Борьба с конкурентами за поставщиков велась всегда и прежде им удавалось достойно преодолевать все препятствия.

– Они готовы к диалогу, но только лично с управляющим.

Леди Де Велье поморщилась, прекрасно понимая, к чему клонит мужчина. Разговаривать с ней никто не будет, как и считаться как с равной. Наоборот, хотят увидеть управляющего-мужчину, чтобы отмести все слухи и не порочить свое имя сотрудничеством с маркизой.

– Справимся, – попыталась приободриться Кейт и даже подмигнула юристу. – В крайнем случае, пошлем тебя. Как тебе такое повышение?

Женщина старалась не засиживаться в офисе, но производственные дела поглотили ее с головой. За каждым письмом приходилось сидеть дольше обычного, старательно следить за каждой написанной буквой. Ни одной завитушки, ни одного мягкого наклона, ни одного непозволительного малодушия, свойственного женщинам по мнению патриархального общества. Кейт пропустила обед и даже не заметила этого, но, когда стрелка на циферблате подошла к пяти, была вынуждена засобираться домой. Поверит ли ее новоиспеченный супруг, что она задержалась, бродя по салонам и модисткам?

В голове после дня работы была уже мешанина из мыслей, планов и даже тревог. Поставки, сроки, объемы сбыта, старший следователь под одной с ней крышей, внимание короля. Возникшей словно из ниоткуда головной боли маркиза была совсем не удивлена. Но вот что действительно застало ее врасплох, так это букет розовых эустом на прикроватной тумбочке.

Тонкие и хрупкие лепестки оправдывали свое название в миру – бумажные цветы. Прекрасные и нежные бутоны были редким подарком, неожиданно оказавшимся у нее. Вот только Кейтлин не была готова получать подобные дары, тем более от мужчины, который пообещал не посягать на нее никоим образом. И как ему хватило наглости воспользоваться ее отсутствием и зайти в ее покои?!

Усталость сменилась недовольством, а последнее заставило уставшую Кейт вспыхнуть как спичку. Полная праведного гнева она преодолела длинный коридор за считанные минуты, остановившись лишь перед дверью одной из гостевых спален. Но не успела она занести руку, как дверь открылась прямо перед ней.

– Вы очень громко топали, – обезоруживающе улыбнулся мужчина, стоя в дверном проеме.

– В своем доме я имею право топать так громко, как того захочу, – напыщенно вздернув подбородок, проговорила Кейт, пожалев об этом в ту же минуту.

– Естественно, – Агилар кивнул в ответ на ее слова, не сводя глаз с маркизы.

– Вам не стоило утруждать себя подарками. Ценю ваш красивый жест, но больше его не приемлю, – быстро, как скороговорку, выпалила Кет, глядя прямо в глаза мужчине.

– Я не понимаю, о чем вы, – равнодушно пожал плечами последний.

– Я о цветах, которые вы оставили у меня в комнате.

– Я не дарил вам цветы, – прямо ответил Макс, которого начала забавлять эта ситуация.

– Ч-что, простите? – опешила Кейтлин.

Обоих отвлек шум, раздавшийся неподалеку.

– Простите,миледи, – склонила голову Хельга, едва не уронившая подсвечник. – Королевский курьер принес букет эустом. Я решила оставить их в вашей спальне.

Хельга виновато сминала накрахмаленный передник одной рукой, а Кейтлин, пунцовая как спелый томат, мечтала об одном – провалиться от стыда.

– Прощу прощения. Вышло недоразумение, – смущенно произнесла леди, не решаясь поднять голову и взглянуть в лицо бездоказательно обвиненного Агилара.

– Я бы не стал оставлять цветы в вашей комнате, – улыбнулся он, и Кейтлин, кивнув напоследок, поспешила спастись отступлением.

Макс продолжал стоять в дверях, глядя в спину удаляющейся маркизе. Его позабавило, как она раскраснелась и смутилась, обнажив на короткое время свою живую душу, заточенную в панцирь из холодных колючек.

Он не стал бы оставлять цветы, так ему хотелось думать. Гораздо приятнее дарить их женщине лично. А леди Кейтлин заслуживала такого обращения. Получив даже те крохи информации, что уже удалось раздобыть Тео, он был уверен в этом.

Макс кинул в камин бумаги, которые принес Тео. Память у старшего следователя была отменной, а оставлять на виду доказательства своего любопытства он посчитал верхом глупости. Макса первый раз в жизни мучала совесть, хотя он давно уже привык просто на автомате узнавать подноготную любого человека, с кем приходилось входить в один круг общения.

Если про саму Кейтлин информации было мало, то досье ее мужей были более внушительными. Первый муж – дальний родственник самого короля, но из практически полностью обедневшей ветви рода. Тут и следователем не надо было быть, чтобы сложить факты. Кейт, уже осиротевшую к тому времени, просто отдали вместе с ее приданым за нужного для короны человека.

Но на что бы ни рассчитывал король, его протеже буквально за месяц сгорел от болезни. В досье было сказано, что молодой человек, получив доступ к большим деньгам, стал злоупотреблять магически измененными напитками, наркотическими, пока однажды не проснулся вовсе.

Кейт долго носила траур и не выходила в свет. А стоило сделать это, обзавелась очередным претендентом на свою руку. Мужчину, привыкшего к сухим отчетам из одних лишь фактов, зацепила фраза, выведенная размашистым почерком помощника Тео.

“Ну и на кой черт мне знать это” – едва не проговорил вслух Макс, глядя на строчку, в которой было отмечено, что процесс ухаживания второго супруга был долгим и красивым. Макс почему-то сразу стал себе это представлять и тем тяжелее было думать о счастливой и улыбающейся леди Кейтлин, если он сам ни разу такого зрелища не удостаивался.

Чем больше он погружался в бумаги, тем более разнообразные чувства его охватывали. От злости он вскочил на ноги, уронив стул, когда прочитал, что второй супруг маркизы был по уши в долгах и имел проблемы с теневым бизнесом. На него наседали как кредиторы, так и теневая власть королевства, с которыми он имел глупость связаться, когда все банки отказали в ссуде. Его буквально поставили на таймер жизни, пока он не расплатится по долгам. Кейт в этом случае была для него наивным лакомым куском, не более чем миловидный бонус к наследству.

Тем не менее, леди Кейтлин пала под обаянием умелого ловеласа и вышла замуж. На этот раз брак продлился еще меньше. В отчете значилось, что маркиз Шавальне погиб от сердечного приступа, но Макс не удивился бы, узнай он, что к этому причастны тени.

На этот раз Кейт осталась не одна, а вместе с огромными долгами мужа перед банками и с его почти разоренной табачной мануфактурой. На следующее же утро к вдове потянулись не только с соболезнованиями, но и с претензиями.

Макс расхаживал из угла в угол, сминая бумаги и отдавая дань огню. Как Кейт справилась? Это уму непостижимо. Быть одной и вытащить из бездны то, что не каждый мужчина бы осилил. А как же тени? Как она смогла договориться? Ведь даже официальные власти порой закрывают глаза на их деятельность, чтобы лишний раз не связываться. Для Агилара это осталось загадкой.

Третий муж, некий Де Санто, даже не скрывал, что попросту поспорил на благосклонность леди Де Велье. Он был азартный игрок и известный кутила. Маркиза ответила отказом, но спустя короткое время их вместе обнаружили в недвусмысленной ситуации на одном из званых вечеров.

Макс пнул ни в чем не повинный стул, живо представив эту сцену. Ему хватило ума, чтобы понять, что это не более чем дешевая постановка, но скомпрометированной маркизе деваться было некуда.

Удивительно, но свою первую брачную ночь с маркизой Де Санто предпочел провести в постели с несколькими дамами низшего света. Там он и был обнаружен мертвым. Смерть от истощения. Старший следователь, грешным делом, даже обрадовался такому исходу событий. Уничтожив последний лист, он направился к своей кровати.

Словам людской молвы, что нарекли леди Кейтлин черной вдовой, он не верил. Куда больше Макс был склонен считать, что маркизе попросту не везло с мужчинами и к сильной духом и характером женщине тянулись только слабые представители противоположного пола.

Ворочаясь и думая ночь напролет о непростом прошлом своей фиктивной супруги, Макс совершенно не выспался, уснув лишь под утро. Чтобы хоть как-то привести себя в чувство, день он решил начать с прогулки.

По возвращению он застал Кейтлин на широком балконе гостиной на втором этаже за завтраком. Солнце подсвечивало ее темные волосы и нежную кожу. Ветер играл с ее пока еще распущенными волосами и вздымал невесомую тюль, делая маркизу похожей на настоящую восточную принцессу. Агилару показалось, что она смутилась при виде него, но быстро совладала с эмоциями, вернув себе маску уверенной во всем леди. А вот ему хотелось улыбаться, а не смущаться, вспоминая ее вчерашний порыв из-за злосчастного королевского букета.

– Это вам, – без лишних приветствий произнес Макс, доставая из-за спины букет садовых свежесорванных цветов. Уж если нарываться на гнев этой бойкой леди, то заслуженно.

– Вы оборвали мои клумбы? – едва удостоив его взглядом, произнесла Кейт.

– Ну, допустим, не ваши, а соседские.

– Вы оборвали цветы в саду графини Майзе?!

– А что больше вас злит: то, что это простые цветы с клумбы или то, что их вам дарю я, а не король, к примеру? – вдруг взорвался сам Макс, хотя даже не собирался поворачивать их разговор в подобное русло.

– У короля был повод, а у вас нет, и это меня злит. Его Величество пригласил нас обоих на бал, – голос Кейтлин звучал ровно, хоть господину Агилару и удалось ее удивить своей спонтанной выходкой.

– Замечательно, – сухо отозвался мужчина, присаживаясь за стол.

– А что же касается букета… – попыталась продолжить Кейтлин, но Макс ей не дал этого сделать.

– Можете его выкинуть. Или вернуть графине, она будет рада.

Кейтлин растерялась на секунду, но, поборов желание фыркнуть, встала и взяла в руки пестрый ароматный букет.

– Доброго вам дня, господин Агилар.

– И вам, леди Де Велье.

Два подчеркнуто отстраненных кивка и вежливые равнодушные выражения на лицах, сменившимися недовольными, едва они остались каждый сам по себе. С гордой прямой осанкой Кейт плыла к автомобилю, догадываясь, что Агилар не сводит с нее глаз, сидя на балконе.

– Прекрасные цветы, – добродушно отозвался водитель, когда Кейт заняла свое место на заднем сидении.

– Да, прекрасные, – с грустью согласилась она. – В салон Алисии, пожалуйста.

Боясь выглянуть в окно или обернуться, Кейт разглядывала свой собственный удаляющийся особняк и мужчину, облокотившегося на резной парапет, в маленьком зеркальце заднего вида.

“Прости, Макс Агилар, но так будет лучше”.

Погруженная в свои мысли, Кейтлин даже не заметила, как быстро они добрались до конечной цели, пожалуй, даже если бы они исколесили весь город, она не обратила бы на это никакого внимания. Господин Шарль остановил автомобиль прямо перед салоном, занимавшим весь первый этаж небольшого двухэтажного дома. Когда-то он весь принадлежал одной Алисии, но, столкнувшись с трудностями, женщине пришлось продать значительную его часть. Теперь на второй этаж вел другой ход и принадлежал он немолодой паре, сварливой как свора бродячих собак.

Скорее в стране произойдет военный переворот, чем что-либо поменяется в модном салоне. Среди манекенов, позирующих в красивых нарядах, витал ароматный запах сдобы с ванильными нотками, а звуки шумной улицы и громких соседей перекрывала незатейливая мелодия из грамофона.

– Кейтлин, девочка моя, – раздался сначала голос, а следом из подсобного помещения выпорхнула и его обладательница. – Наконец-то ты заглянула ко мне.

Внешность модистки могла бы удивить неискушенного посетителя, но Кейт была уже привычна к причудам этого непризнанного гения. Очки для шитья сползли и держались на самом кончике носа лишь благодаря честному слову. Пучок волос на голове чуть тронутых сединой был перевязан сантиметровой лентой и из него, как из игольницы, торчали булавки и пиночки.

– Здравствуйте, – с большим трудом удалось поздороваться маркизе в крепких объятиях статной женщины.

– Дай угадаю, пришла заказать платье? – с хитрым прищуром посмотрела на Кейт хозяйка салона.

– Да, вот только время не в мою пользу. Может есть что-то из готового?

– Нет, – быстро и, как показалось Кейтлин, строго ответила Алисия. – Ничего из этого, – она махнула рукой в сторону манекенов, – я подшивать под тебя не стану. Тем более, что твое платье к балу готово и ждет только примерки.

– Как вы узнали? – опешила маркиза.

– Кейт, милая, это ежегодный бал-маскарад. Ты, пожалуй, единственный человек в Ромероне, кто не в курсе происходящих при дворе событий.

Алисия редко бралась за заказы от аристократов. Да что уж греха таить, у нее таких попросту не было. Но ради Кейтлин у нее всегда были заготовлены ткани и фурнитура побогаче. Приталенное платье из желтого атласа, имевшего больше абрикосовый оттенок, переливалось в лучах солнца. Хоть и лишенное украшений, в виде рюш и пышных юбок со складками, облегая миниатюрную фигуру маркизы, оно показывало в выигрышном свете все плавные изгибы и женские достоинства.

– Ах! А это у нас что? – развеселилась модистка, глядя куда-то за спину леди Де Велье. – Душенька, у тебя появился поклонник?

Кейтлин и сама себе не могла объяснить, зачем она взяла цветы с собой. Наверное, было бы лучше оставить их в автомобиле, а еще лучше выкинуть по дороге. Вот только рука не поднималась…

– Не говорите ерунды, – отмахнулась маркиза. – Это подарок от… мужа.

Кейт запнулась на полуслове, подбирая слова, чем еще больше развеселила Алисию.

– Действительно, всего лишь муж… – нараспев проговорила она, заставив Кейт покраснеть.

– Так давай и мы ему сделаем приятно, – загорелась очередной гениальной идеей модистка, подхватив букет. Алисия аккуратно выудила из него несколько желтых альстромерий и вместе с ними скрылась в подсобке, оставив Кейт наедине с собственным отражением. Маркиза редко бывала при дворе, и хоть молодая женщина в зеркальной глади выглядела уверенно, внутри у Кейт бушевала буря эмоций.

Спустя долгих пять минут Алисия показалась снова, держа в руках золотистую маску, украшенную цветами.

– Это лишнее, – сказала Кейт, рассматривая предложенное украшение. Маска, конечно, обязательный атрибут для маскарада, но вот цветы…

– Вот еще! Поверь мне, как человеку, познавшему сполна семейного счастья, так надо, – поучительно произнесла модистка с видом бывалого вояки.

– Но разве вы не были дважды замужем и оба раза разведены?

– Была, – легко согласилась Алисия. – Но с каждым из них мы прожили душа в душу.

Макс Агилар за последние несколько дней не сдвинулся ни на шаг в расследовании убийств и даже предположить не мог, что вернется к делу в самый разгар королевского бала. Раньше для простого следователя вход на подобные мероприятия был закрыт, но перед супругом маркизы Де Велье открывались многие двери и было грешно не воспользоваться такими возможностями.

Первый мимолетный порыв остаться дома и притвориться больным он отмел и в нужный час стоял в холле, дожидаясь леди Кейтлин. Зная не понаслышке как долго могут собираться женщины, его сестренка, к примеру, могла часами подбирать наряды, он был приятно удивлен пунктуальностью маркизы. Да и одним видом ее он был удивлен не меньше.

Яркий оттенок платья приковывал к себе внимание. У старшего следователя мелькнуло даже сожаление, что в повседневном обиходе она предпочитала темные цвета.

– Позвольте, – женская хрупкая ладошка легла на предложенный сгиб локтя.

В любом другом случае Макс счел бы за счастье быть спутником такой обворожительной леди, но стена, воздвигнутая ею самой, не давала насладиться этим моментом сполна. Оказавшись вместе в комфортном салоне авто, молодые супруги чувствовали себя неловко. Каждый понимал необходимость обсудить дальнейший план действий, но начать разговор первым никто не решался.

– Нам придется танцевать вместе. Хотя бы один танец, иначе король… – леди Кейтлин вымученно улыбнулась, тем самым загоняя мужчину в тупик.

– Если я вам так неприятен, можем обойтись и без этого.

– Это не так, – после короткой паузы опровергла маркиза его слова.

– Приятен? – приподнявшиеся уголки губ и озорной взгляд придали взрослому мужчине какой-то мальчишеский вид.

– Это сказала не я, а ваше самомнение, господин Агилар, – Кейт сама улыбнулась, глядя на повеселевшего спутника.

– Оно меня еще никогда не подводило, – довольно произнес мужчина. И пользуясь случаем ступил на шаткий путь переговоров: – Его Величество обязательно обратит на нас внимание. Нам стоит…

– Не подавать вида, что мы не настоящие супруги, – продолжила за него Кейтлин, радуясь, что между ними и водителем надежная перегородка.

– Могу ли я вас поцеловать? – никогда прежде Макс не думал, что ему придется спрашивать на это разрешение.

– Нет, – губы маркизы привычно сжались в тонкую линию, улыбка упорхнула с красивого лица, а Макс сразу же пожалел, что завел об том речь.

– Как пожелаете, – не стал настаивать он.

Оказавшись посреди банкетной залы, Агилар не мог перестать любоваться ею. Наряд делал ее похожей на светскую леди, но в тоже время, очутившись среди толпы, она выглядела как белая ворона.

“Нет. Скорее как настоящий бриллиант среди подделок, качественных и не очень” – поправил сам себя мужчина.

Теперь, когда он обзавелся новым статусом, многие из гостей стремились поговорить с ним и, конечно же, расспросить о преступлениях, всколыхнувших всю знать Ромерона.

– Это возмутительно и ужасно, – вздыхала и закатывала глаза одна из графинь в розовом наряде, похожим на пирожное. – А вы тоже там были?

– Да, я был на месте преступления по долгу службы, – ответил следователь и охочие до сплетен аристократы подобрались еще ближе.

– Это правда, что тела были иссушены? – спросил совсем молодой юноша, внешне похожий на графиню-пироженку.

– Скорее в фигуральном смысле этого слова. Все жертвы были лишены разом жизненной энергии и магии, словно выпиты.

– Ах, как хорошо, что убийца мертв, – облегченно вздохнула одна из дам. – А как так случилось?

– Скорее всего имел место быть магический откат от использования запрещенных проклятий и мощных артефактов.

– Правда ли, что у убийцы был найден накопитель последней модели?

– Да, но даже он не спас его жизнь, – ответил Макс на очередной вопрос, хотя все естество его противилось против поспешных выводов и ярлыков на жертву последнего убийства.

– Ну вот, а герцог Герес так хвалился своими последними разработками. Это ведь его семейство их производит. Вот бы взглянуть сейчас в его глаза, – довольно пробасил немолодой мужчина, вероятно конкурент того самого герцога.

– Отчего же не можете взглянуть? – тут же сделал стойку профессиональный интерес старшего следователя. Ведь производитель накопителей тоже мог оказаться зацепкой в деле, вряд ли сам герцог знал, как досталось одно из его последних изобретений у обычного камердинера, но мог навести на нужных людей.

– Наследник рода Герес и под дулом пистолета не явится на бал, – засмеялся мужчина. – Ему куда милее спускать семейные активы в игорном доме за покерным столом.

По залу разлетелись первые аккорды предстоящей мелодии. По указу короля центр комнаты быстро опустел, а оркестр приготовился играть. Как бы не хотелось Агилару продолжить разговор насчет герцога, но куда более важным сейчас было уделить время леди Кейтлин. Первый танец должен быть за ними, чтобы не вызвать у короля никаких подозрений. Они же молодожены, как никак.

Кейт с задумчивым видом держала нетронутый бокал шампанского в своих руках. Вокруг разноцветными щебещущими стайками расположились другие дамы высшего света, но не решались заводить разговор с нелюдимой маркизой. Хотя было видно с каким любопытством они переглядывались между собой, то и дело бросая заинтересованные взгляды то на Кейтлин, то на Макса. О теме их разговора гадать и не приходилось.

Макс склонил голову в легком поклоне перед прелестницами и направился к своей жене. Он галантно протянул ей руку, она присела в глубоком реверансе и слегка улыбнулась. Выйдя в центр зала, они стали ждать, когда музыканты настроят свои инструменты и наконец-то уже определятся с музыкой.

“Ангерд” – танец нежности и страсти. Никто из них и не предполагал такого поворота. Этот танец весьма редкое явление на балах, исключительно для женатых пар. Несколько кавалеров, дабы не нарушить придворный этикет, вернули своих дам на прежние места в ряды созерцателей. И все взоры обратились в зал. Кейт поджала губы, мельком взглянув на своего мужа, он в отличие от маркизы улыбался.

Едва зазвучали первые аккорды, и тягуче медленная мелодия разлилась по залу, партнер, едва прикасаясь, кончиками пальцев провел по плечам партнерши вниз. Высокая нота и руки плотно обхватили талию. Наклон и уже Кейт обняла плечи своего мужа, наклонив слегка голову назад. Мужчина – захватчик, женщина – крепость. Начало танца весьма прозаично, как и его окончание. Но это не просто набор красивых па, это целая история.

Макс умело вел, позволяя Кейтлин расслабиться и раствориться в танце. Кожа горела под его ладонями, распространяя приятное тепло по всему телу. Резкий поворот и мужчина легко оторвал Кейт от пола, и она действительно парила: не только телом, но и душой. Быстрый миг эйфории, сердце стучало в такт ускоряющейся мелодии. Краем сознания Кейт зацепилась за мысль, что Макс слишком хорошо танцует для простого следователя, но новое прикосновение супруга смело жаркой волной все мысли.

Партнеры становились все ближе к друг другу, и вот одна рука уже переместилась на спину Кэйтлин для провокационного наклона. Не видя, но чувствуя, как Макс обжег своим дыханием открытый участок декольте, ее фантазия принялась расписывать все происходящее в красках.

Леди всегда сдаются на милость победителя, это закон ангерда. И этот наклон, объятие ни что иное как символ того, что крепость пала перед захватчиком. Но теперь наступал черед Кейт вести свою партию.

Теперь она была обязана смотреть прямо в глаза, проводя своей рукой от плеча к кисти партнера – своего мужа и мужчины, который ее волновал. Кейт сжала руку Макса в тот момент, когда скрипки надрываясь выводили мелодию на новый уровень. Она сначала отошла, почти разорвав контакт рук, едва касаясь партнера, как будто раздумывая, а потом, кружась вокруг своей оси, словно заворачивая в объятия своего мужа, приблизилась вновь, чтобы положить вторую ладонь на его шею. Каждый мужчина на танцполе поощрял свою партнершу крепкими объятиями, но, когда крепкие руки Агилара ожидаемо сомкнулись на ее талии, стало вдруг трудно дышать. Последняя нота и наклон. Почти поцелуй. Глаза в глаза.

Тишина зала взорвалась аплодисментами. Вот только для Кейтлин не было до них никакого дела. Просторная банкетная зала в один миг стала тесной и душной каморкой.

– Прогуляемся по саду? – предложил Макс, чутко видя, что Кейтлин хочется оказаться подальше от толпы.

– Благодарю! Это предложение весьма кстати, – благодарно кивнула молодая женщина, успев заметить довольную улыбку на лице монарха.

Вечерняя прохлада привела Кейтлин в чувства. И хоть на собственной фабрике было гораздо жарче, к волнению, охватившему ее на танцполе, она не была готова. Они с Максом чинно прогуливались вдоль парковых дорожек, словно супруги с большим стажем. Из беседок, встречающихся на пути, слышался девичий смех вперемешку с низкими мужским голосами, заставляя Кейт вспоминать свои первые свидания.

Как же все тривиально. Мужчины сыпят заученными комплиментами (Кейт даже случайно наткнулась в последствии на одну из таких брошюр), а девушки смущаются, прикрываясь веером, скрывая свою неловкость легким смехом. Будучи совсем юной и бестолковой, Кейт и сама репетировала такой смех перед зеркалом, а потом в чайном клубе устраивался целый конкурс, кто изящнее освоил эту науку.

Макс привел ее к скамейке на берегу искусственного пруда. Сбросив туфельки и привалившись к спинке скамьи, Кейт сразу прикрыла глаза.

– Кейтлин, вы сегодня прекрасно выглядите, – неожиданно прозвучал голос Макса приятного низкого тембра.

– Спасибо! Я так поняла, в другие дни хуже? – она заливисто рассмеялась. – Оставьте эти ненужные расшаркивания.

– Нет, – улыбнулся мужчина и присел рядом.

– Что нет? – на секунду опешила Кейтлин, поражаясь наглости своего кавалера, когда он смело подвинул полы ее платья, чтобы сесть рядом.

– В другие дни вы выглядите не хуже.

Кейт повернула голову и увидела, что Макс ничуть не стесняясь рассматривал ее лицо. Суровые черты его лица смягчились, в глазах затаились подкупающее озорство и нежность, он был так близко. Кейт вдохнула приятный запах его парфюма, завороженно рассматривала, как играют блики от парковой подсветки в его глазах. Вот только Макс понял ее промедление и молчание по-своему и потянулся за поцелуем.

Кейт вскочила со скамьи так, словно ее ледяной водой окатили. Приподняв подол, резкими движениями продела ноги в туфли, даже не смотря в сторону Макса.

– Спасибо за чудный вечер и прекрасный танец, но мне пора. И не провожай. Я надеюсь, ты сам доберешься до дома, я еще заеду на фабрику ненадолго.

Придуманное резко дело звучало неправдоподобно, но Кейт было все равно, что там про нее подумает Агилар. Она сбегала и это было ясно как день. Быстрым шагом, даже не оглядываясь, она шла по парку, одновременно связываясь с водителем.

Водитель без лишних слов открыл заднюю дверь перед маркизой. Немолодой мужчина уже привык к внезапным подъемам даже среди ночи и умел быстро приезжать к месту требования. Он чутко улавливал настроение и не спешил заговаривать первым, поэтому так долго и продержался на своем месте.

Кейт рухнула на мягкие, обтянутые кожей сидения, из последних сил сдерживая подступающие слезы. Макс – хороший парень, но что она ему может дать? Выстроить очередной склеп в его честь? Вряд ли это предел его мечтаний.

“Может предложить Агилару и вправду брак по расчету? Свои финансы, и положение. Пусть заводит себе любовницу.”

После этой мысли Кейтлин впервые в жизни почувствовала ревность. Она прислонилась лбом к стеклу, наблюдая за проносящимся перед ней городским пейзажем. Наверняка, Макс обидится на такое предложение. Хотя откуда знать наверняка? Почему она видит его благородным рыцарем? Ведь не раз уже обжигалась, думая точно также. Наверное, она устала, просто устала быть одной. В Кейт как бы она не храбрилась и не выстраивала неприступную стену вокруг себя, еще не умерла женщина, хрупкая, ранимая мечтающая любить и быть любимой.

– Господин Шарль, остановите, я пройдусь, – попросила маркиза водителя.

– Как же так, миледи? Ночь на дворе и это не самый благополучный район. Может возле дома прогуляетесь? – встревожился мужчина, заглядывая в зеркало заднего вида.

– Господин Шарль…

– Все-все, я понял, останавливаюсь, – обреченно вздохнув, мужчина не осмелился нарушить приказа.

– Не ждите меня, и поезжайте домой. Я сама дойду, здесь недалеко, – Кейтлин старалась говорить мягче, чтобы не нагрубить ненароком мужчине, годящемуся ей в отцы. Но хотелось ей только одного – остаться одной.

– Как же недалеко?! Эх, миледи, – едва слышно пробурчал водитель.

– Поверьте, со мной ничего не случится. Я благодарна за ваше беспокойство.

Женская фигура плавно скользила по узким улочкам, подальше от сверкающих вывесок и людской толпы. Вечерное платье было надежно спрятано под темным плащом, маска осталась в машине, а накинутый капюшон надежно скрывал лицо.

Впереди показалась дешевая забегаловка, гордо носящая звание трактира, откуда слышалось множество голосов. Кто-то даже горланил на веселе песни. Кейт остановилась, решая, как лучше обойти это “веселое местечко”. Посмотрела в совершенно темный проулок без единого светляка, будто кто-то специально их погасил. В городе встречались такие места для встреч определенного контингента. Еще раз взглянула на таверну, оттуда как раз вывалился крупный мужчина и, сделав пару шагов, начал извергать содержимое своего желудка. Что ж, определенно темный переулок перевесил в свою пользу выбор маркизы.

Оставалось еще немного пройти, впереди уже виднелось освещенное место, как путь преградила крупная фигура, источающая запах затхлости и бражки. Кейт скривилась. Перед лицом появился старинный револьвер, который говорил, что сам обладатель оружия с маленьким магическим потенциалом, раз прибегает к таким игрушкам. Во второй руке у незнакомца был дешевый артефакт, показывающий, что Кейт тоже посредственный маг.

“Предусмотрительный”.

Кейт мысленно усмехнулась: “Такой раритет и выстрелить-то не сможет”. Маркиза хорошо разбиралась не только в магическом, но и в механическом оружии. Она знала как нелегко за ним ухаживать, а это была еще модель на порохе, который сейчас представлял большую редкость.

– Прелестная леди, а ну, снимай свои цацки и выворачивай карманы! Надо же какая птаха залетела ко мне на огонек!

Кейт без единой эмоции на лице откинула капюшон, снимая серьги, семейный гарнитур было жалко, но она была уверена, что сможет его отыскать у перекупщиков и выкупить.

– Красотка-а-а, – протянул грабитель, недвусмысленно почесывая свой пах. – Я думаю, что выход отсюда тебе придется отработать не только цацками.

Кейт вспыхнула от злости. Что же, она пыталась быть доброй.

– Я девушка скромная. Только по любви. Ты меня любишь?

Мужчина громогласно расхохотался.

– Я тебя, голубка, очень люблю и уже сейчас готов показать, как сильно!

Кейт ухмыльнулась и скривилась от запаха, исходящего от незнакомца, и предстоящего действа.

– Тогда целуй!

Бугай бесцеремонно притянул Кейт к себе и впился победителем в ее губы.

Сила противным ручейком привычно начала перетекать в Кейт, разрастаясь бурной рекой. Разбойник дернулся, но его тело было словно парализовано. Он понял, он все понял и даже протрезвел напоследок. Жизнь покидала его. Вместе с силой в Кейт потекли воспоминания жертвы. Они были омерзительны, Кейт старалась мысленно отстраниться. Перед глазами проносились дни: от последних к юности и детству. Потом это все уляжется в ее голове, но сейчас мешанина из чувств и обрывков чужой памяти вызывала головную боль. В юности это был неплохой паренек, такой, как и многие другие, но его путь пошел по наклонной, что прибавило ей горечи от своего поступка.

Фигура, закутанная в плащ, медленно направилась к свету, а в темноте узкого проулка осталось лежать полностью иссушенное тело с зажатым в руке разряженным артефактом.

Макс остался сидеть на скамье, вглядываясь в гладь пруда и не видя ничего ровным счетом. Его лицо ничего не выражало. Только он опять закурил. Эта пагубная привычка преследовала его в моменты нервного напряжения.

“Конечно, кто я такой, чтоб связывать со мной свою жизнь маркизе? Простой следователь, еще и согласившийся жить в доме жены”.

Макс выкинул со злостью недокуренную сигарету, не заботясь о чистоте королевского парка. А уже через час он методично напивался в ближайшей таверне, сидя в дальнем углу и ведя диалог сам с собой.

“Нет, все же она женщина, которая не раз обожглась, и я не могу делать поспешные выводы. Хотя, все ее мужья были высокого положения, а я словно насмешка от короля”.

Агилару по приезду в Ромерон было не до женщин, он усиленно строил карьеру и по городским меркам был даже весьма обеспечен. Он копил, особо не тратил. А куда ему было? Только на еду и жилье. Дамой сердца он не обзавелся, новая одежда ему была без надобности, форму выдавали, даже кормили на службе.

Давно это было, когда с герцогом Максимилианом заигрывали дамы сами. Он уже успел позабыть, как это бывает. Да, тогда он был щедр до подарков, ведь так заведено, а на карманные расходы всегда выделялось предостаточно средств от отца.

“Женщины как же сложно их понять…”

Постепенно с каждой новой чаркой Макс приходил к выводу, что маркиза дивно как хороша, а он мужчина, он – завоеватель. И нужно непременно совершить подвиг. Например? Дальше мысли путались. Выйдя на улицу в предрассветной дымке, Макса озарила мысль, что в таком виде он точно не придется маркизе по душе. Да еще и напомнит первого мужа, этого ему точно хотелось меньше всего. Мужчине стало стыдно за свое поведение. Нужно прогуляться и проветриться, а в особняк явиться в нормальном состоянии.

– Доброе утро, господин Агилар, – раздался голос маркизы прямо за его спиной. Слишком надменно и равнодушно, чтобы поверить будто это правда. – Вас так плохо привечали в гостях, что вы решили вернуться домой позавтракать?

Едкая фраза, брошенная с желанием уколоть побольнее, не достигла своей цели. За грубой бравадой слишком явно читалась женская обида. Хотя это ему было впору обижаться и хмурить картинно лоб под стать миледи: его вчера бросили в парке, а не ее.

– Доброе утро, – охотно отозвался Макс, отпивая из чашки крепкий кофе. Завтрак перед ним оставался по-прежнему нетронутым, господину следователю и от одного вида пышных оладий становилось дурно. – Вы правы, привечали меня действительно плохо. Потому после службы, куда меня срочно вызвали, я решил вернуться в ваш дом и составить вам компанию за завтраком.

Максимилиан, конечно, отдавал себе отчет, что вранье не лучшая тактика для создания крепких и доверительных отношений, но признаваться в пьяном кутеже считал еще более постыдным. А увидев, как на короткое мгновение на лице леди Кейтлин разгладились хмурые морщинки, понял, что поступил правильно.

– Спасибо за заботу, – только и хмыкнула в ответ супруга, усаживаясь напротив.

Волосы маркизы были затянуты в тугой пучок без единого украшения, а на ней самой был снова наряд строгого кроя привычного темного оттенка. Среди пестрой стаи остальных леди Ромерона, эта молодая женщина выглядела так, словно находится в вечном трауре. Что было особенно удивительным для старшего следователя, одним своим видом леди Де Велье как отталкивала, так и будоражила любопытство. Матушка часто поучала младшую сестренку, что в женщине должна быть загадка, вот в леди Кейтлин их было с лихвой.

– Как идут дела на вашей фабрике? – нарушил затянувшееся молчание Макс.

– Прекрасно, – соврала Кейт точно также, как это несколькими минутами ранее сделал и сам Агилар. Дела шли не очень-то хорошо, и причина была одна, с женщиной в бизнесе считаться никто среди поставщиков и перекупщиков не горел желанием, а в существование управляющего партнерам верилось с большим трудом.

– Как ваши успехи в раскрытии преступлений?

– Со мной вы можете спать спокойно.

Кейтлин едва не поперхнулась от этой крайне двусмысленной фразы, в то время как сам Макс предпочел сделать вид, что не произошло ничего из ряда вон выходящего.

Привычная пикировка с утра стала для обоих супругов уже своеобразным ритуалом. Кейт привыкла к его компании за завтраком, хоть ему и себе в том числе продолжала утверждать обратное.

Агилар провел свою супругу до автомобиля, позволив снова удалиться по своим делам. Если он что и понимал в загадочной личности маркизы, так это то, что такую крепость нахрапом взять невозможно, но время точит любой камень.

Едва автомобиль с миледи скрылся из виду, Агилар вернулся в свою спальню. После бессонной ночи спать хотелось безумно, но еще сильнее молодому следователю хотелось потянуть за ту единственную ниточку-зацепку, что появилась накануне.

– Здравствуй, Тео, у меня есть для тебя задание, – первым же делом Макс связался с помощником, жалея, что сам не может попасть в сыскное бюро.

– Слушаю, господин Агилар, – отозвался азартный голос паренька, падкого на приключения.

– Нужно выяснить кое-что про герцога Гереса. Какие грехи за ним водятся, где он проводит свои дни и даже ночи?

– Я вас понял, – отрапортовал Тео, прежде чем отключиться от магофона.

В ожидании какой-либо информации Макс успел задремать. Крепким его сон можно было назвать с большой натяжкой, сказывалось пережитое накануне. Ему то и дело мерещилась Кейтлин, но стоило приблизиться к ней, как она ускользала из его рук словно утренняя дымка.

Проснувшись, Макс с удивлением отметил, что уже почти вечер, а его давно дожидается сообщение от Тео и еще записка от супруги.

Леди Де Велье сообщала, что ей нездоровится и остаток вечера она проведет в постели.

Послание Тео было куда более информативным. Перед законом герцог Ной Герес был чист, так что вызвать его на допрос или для дачи показаний отставному следователю не представлялось возможным. На людях он почти не появлялся, а если и выходил в свет, то непременно в джентльменский клуб с очень ограниченным кругом приглашенных лиц.

Однако звезды были благосклонны, иначе и не назвать ту удачу, по велению которой именно сегодня вылазка под прикрытием в такое заведение становилось возможной. Да и болезнь маркизы стала весьма кстати, да простят его боги за это.

Громкая музыка и гомон многочисленных голосов бил по барабанным перепонкам. Слащавый запах духов и табачного дыма въедался в кожу. Старший следователь королевской службы горько подумал, как долго он от всего этого будет отмываться. У него с маркизой и так довольно натянутые отношения, и ему не хотелось бы, чтобы она невесть что подумала о нем, учуяв парфюм других женщин.

Макс Агилар только что переступил порог знаменитого в столице игорного дома под личиной всем известного повесы и разгильдяя герцога Генри Ратана. Законный же обладатель этого имени в данный момент спал, пуская слюни, в отдельной комфортабельной камере центрального отделения правопорядка. Он, впрочем, неоднократно попадал туда в нетрезвом виде после очередного дебоширства.

И вот впервые на памяти Макса за отпрыском знатного семейства никого не прислали с “выкупом”. Наконец-то старый герцог, отец Генри, проявил твердость и передал блюстителям порядка по магофону заветное: “Пусть сам выкручивается”.

Когда Макс узнал об этом от Тео, его осенило, а почему бы не воспользоваться моментом и членской магкартой герцога, посетив джентльменский клуб темного квартала. Тем более что владелец ее так удачно находится под присмотром и без средств связи.

Максимилиан всегда был немного авантюристом, рискованным и непредсказуемым, что помогало ему в делах и сейчас интуиция словно шептала, что нужно воспользоваться дельной мыслью и самому посетить самый известный клуб города. Конечно, это было нарушением закона, но Макс работал без напарника и доложить на него было попросту некому. Он решил сыграть партейку в покер, посмотреть и послушать, что обсуждают в высшем свете под бокал крепких напитков, и, конечно же, попытаться выудить полезную информацию у производителя накопителей Гереса.

Войдя без проблем в оплот ночного разврата, Макс поймал себя на мысли, что, не покинь он в свое время отца, вполне бы мог и сам быть завсегдатаем подобного клуба.

Однажды ему уже доводилось видеть этот клуб изнутри, но исключительно благодаря современным артефактам слежения. Добившись разрешения от множества инстанций, ему было разрешено провести запись разговора подозреваемого в покушении на одного уважаемого лорда. А вообще посетители этого игорного дома очень тщательно охраняли свой покой, это был своеобразный островок вне закона, благодаря которому королевская казна изрядно пополнялась.

Агилара еще тогда удивило внутреннее убранство клуба, теперь он мог рассмотреть все в живую. Просторный холл на первом этаже поражал своей вычурностью: гобелены, мозаичный пол, на потолке роспись в виде ангелочков-купидонов. В нишах стояли диванчики со столиками. Эти островки были завешены полупрозрачной тюлью с золотыми узорами. Имелись и плотные непрозрачные занавески на тот случай, если гости имели желание скрыться от чужих глаз. Тусклое освещение подчеркивало интимность обстановки. Каждая такая ниша была выполнена в своем стиле и цвете, но непременно с широким диваном и кучей подушек.

В прошлый раз Макс никого не замечал, кроме главного подозреваемого, а сейчас ему стоило большого труда удержать лицо при виде министра культуры, грузного старика, в объятиях двух представительниц древнейшей профессии. В голову тут же взбрела назойливая мысль про собственного отца, а посещает ли он такие заведения втайне от матушки. Но следователь поспешил отогнать ее подальше, следуя профессиональной выручке сосредотачиваться на работе.

Профессор Грибгли поставил бы высший бал за умение держать лицо в любых ситуациях. Как только этот преподаватель не пытался вбить в молодого Агилара умение держать маску на лице. Но его студент был слишком эмоционален и при выпуске единственный средний балл в дипломе получил именно за конспирацию и мимикрию.

Сзади ощутимо хлопнули по плечу.

– Генри, чего у входа мнешься? Там уже четвертую партию без тебя играют.

Это был один из друзей герцога Ратана. Максу пришлось широко улыбнуться и последовать с ним за игральный стол. На втором этаже клуба царила совсем другая атмосфера. Живая музыка, столы, обтянутые зеленым бархатом, вышколенная обслуга, предлагающая завсегдатаям напитки и экзотические десерты, дамы на самый привередливый вкус и цвет, готовые составить компанию любому желающему.

Едва Макс сел за один из игральных столов, как к нему подошла назойливая блондинка в ярко розовом платье. Пока она норовила прижаться к нему своим глубоким декольте, Макс раздражался от того, что она закрывала и без того небольшой обзор. Партии сменяли одна другую, герцог Герес в зале так и не появлялся, а разговоры за столом не блистали ни информативностью, ни интеллектом.

Агилар отхлебнул виски со льдом из бокала и чуть не выплеснул все на стол, поперхнувшись. Да, прав был профессор Грибгли, конспирацию он так и не освоил.

А тем временем, его законная супруга маркиза Де Велье, пребывая в крепком здравии, поднималась по широкой лестнице на второй этаж, любезно и как ни в чем не бывало кивая посетителям борделя.

На секунду Максу показалось, что одним мощным ударом у него выбили весь воздух из легких. Возможно, это обыденное дело, когда под покровом ночи любовники вторгаются в обитель своих избранниц, но это, черт возьми, выходило за грань его понимания. Легкой поступью маркиза пересекла холл второго этажа, каждый шаг ее сопровождался зубовным скрежетом Агилара, пока она не скрылась в одной из малозаметных ниш.

В один миг игра за столом, банк и даже расследование стали не так важны в сравнение с попранной честью и уязвленным самолюбием. Отказавшись от следующей партии, Макс поспешил вслед за леди Кейтлин. Никем не остановленный он быстро добрался до заветной ниши, обнаружив небольшой коридор за ней. К счастью, коридор упирался в одну единственную массивную резную дверь, ведь следователь был в таком гневе, что готов был врываться в каждую встретившуюся на пути.

У самой двери мужчина деактивировал артефакт и лишился чужой личины, злость, клекотавшая в нем, требовала, чтобы блудная и лживая супруга смотрела в его глаза, оправдываясь в содеянном. Дверь открылась бесшумно, не скрипнув ни единой петлей, дав тем самым фору молодому следователю.

Он не знал, чего ему ожидать. В голове проносились образы интимных кулуаров, оргии не без участия его благоверной, но у реальности было то еще чувство юмора…

Небольшой кабинет с единственным окном, расположенным прямо за письменным столом. Массивное кресло, обитое черной кожей, для хозяина и гораздо меньшее по размеру для посетителя. Маленький пустующий диванчик у одной из стен под большой картиной в тяжелой раме. Агилар готов был спорить на что угодно, что за масляным натюрмортом прячется сейф. У его отца в кабинете тоже был подобный. Леди Де Велье стояла спиной к нему у высокого стеллажа, забитого расчетными книгами и другими бумагами.

– Доброй ночи, Генри. Что привело вас… – обернувшись к вошедшему Кейтлин застыла не в силах выговорить ни слова.

Макс быстро смекнул, что у входа в нишу вероятно была какая-то система слежения, она и доложила маркизе о вторжении герцога Генри Ратана на ее территорию.

– Что вы здесь делаете? – злость поутихла в нем немного, не обнаружив леди Кейтлин в объятиях другого мужчины, но все равно требовала выход наружу.

– Могу задать вам тот же вопрос, – гордо вздернув аккуратный нос, ответила маркиза, словно танцуя по шатким нервам своего супруга.

– Я здесь нахожусь по делу, – сквозь зубы выдавил Агилар.

– Вы не поверите, но я тоже, – резко оборвала его Кейтлин. – Думаю, вам пора, у ваших дел оплата почасовая.

Леди Кейтлин держала в руках несколько книг, прикрываясь ими словно щитом. И также, держа их перед собой, прошла за стол и опустилась в хозяйское кресло. Здесь она словно бы почувствовала себя в безопасности и решилась еще раз взглянуть на господина Агилара, столь бесцеремонно нарушившего ее покой, а этот наглец… улыбался!

– Леди Кейтлин, вы ревнуете?

– Вздор, – слишком поспешно опровергла она его слова. – Но я не хочу, чтобы за моей спиной еще обсуждали и ваши походы в бордель. Избавьте меня от этого.

– Так может я к вам хожу, – снова улыбаясь, сказал Агилар, невероятно раздражая маркизу своим весельем.

– За кого вы меня принимаете?! – вспыхнула Кейтлин. – Я владелица этого заведения. Раньше игорный дом принадлежал одному из моих покойных мужей, а теперь…

– А теперь вы сделали из него бордель, – закончил за нее Макс.

– Да, – твердо ответила Кейт, нисколько не задетая таким фактом.

Маркиза сама отбирала девушек, следила за их здоровьем и безопасностью, но занимались они в джентльменском клубе отнюдь не рассадой. Не от хорошей судьбы молодые девушки являлись на ее порог. Впрочем, каждой из них она дала выбор, как когда-то заплаканной девчушке Маяше. Жажда быстрых и больших денег вела девушек в клуб, тем, кто был не готов на подобный шаг, Кейтлин подыскивала другую работу. Да хоть кухаркой!

Но никого из них она не осуждала. Только джентльменский клуб и держал ее состояние на плаву, позволяя выплачивать заработную плату рабочим на фабриках вовремя, несмотря на проблемы то с поставками, то со сбытом.

– Никто меня здесь не ждет, – миролюбиво продолжил Агилар, опускаясь в кресло напротив. – Я и правда был здесь по делу. Надеялся на встречу с герцогом Гересом, но, увы, оказался не так везуч, как хотелось бы.

– Зачем он вам?

– А вам, правда, интересно?

Леди Кейтлин неопределенно пожала плечами. Не говорить же ей мужчине, что она готова выслушать его, лишь бы он поскорее убрался из ее кабинета и не отвлекал от дел.

– У одной из жертв последнего убийства был обнаружен при себе разряженный магический накопитель последней модели его производства. Слишком дорогая игрушка для простого камердинера. Возможно, Скотт Фейтон имел зуб на своего лорда или кто-то воспользовался им, дав ему такую дорогостоящую игрушку. К сожалению, мертвеца не расспросишь, а герцог Герес мог бы пролить свет, как оказался накопитель у простого служки.

– Думаете, Фейтон убил герцога Нерейского?

– Нет. Скорее я думаю, что кто-то мог использовать ненависть Фейтона в своих целях, – рассуждал вслух Агилар, понимая, что дальше этого кабинета его слова не выйдут.

– Вряд ли, – отозвалась Кейт и сразу же приковала к себе все внимание следователя. – У Скотти Фейтона не было причин ненавидеть герцога Нерейского.

– Почему вы так думаете?

– Потому что он его сын. Даже пусть и внебрачный.

– Даже если это так, то откуда вам известны подробности личной жизни старика-герцога? – удивился Макс.

– Ну, скажем так, жизнь Скотта Фейтона зародилась в стенах этого здания. А его мать была одной из… сотрудниц игорного дома, – Кейтлин говорила медленно, тщательно подбирая слова и выражения.

– И все же, это было уйму лет назад.

– Какое это имеет значение, господин Агилар? Если вы хотите успешно управлять любым предприятием, то должны знать его историю.

Макс согласно кивнул, смотря на свою супругу совсем по-другому. Удивительная женщина…

А вот к делу новые факты вязаться не хотели. Но зато это лишний раз подтверждало, что его коллеги сделали поспешные выводы, свалив все таинственные убийства на бедолагу Фейтона. А ведь у последнего и мотивов не было. Судя по тому, что отец держал его при себе, мальчишка не бедствовал. А накопитель вполне мог оказаться его подарком. Знать бы наверняка, какие отношения связывали обоих…

Теперь два преступления становились практически идентичными. В обоих случаях был полностью умерщвлен род. Даже включая бастардов. Кому это может быть выгодно? Месть за что-то?

– Любопытная теория, – в мысли Макса неожиданно ворвался голос маркизы, заставив очнуться.

– Благодарю и прошу прощения, – улыбнулся Агилар. – Привык рассуждать вслух, чтобы не упустить ни единой детали.

– У Фейтона есть сестра по матери и, судя по тому, что она жива и прекрасно себя чувствует, Скотта могли убить действительно лишь из-за причастности к роду герцога, – старший следователь выглядел уставшим и измученным и Кейт просто не могла не улыбнуться ему ободряюще.

– И вы знаете, где ее найти? – заинтересовался Макс.

– Знаю, – сказала Кейт и даже кивнула. – Лиззи Фейтон пошла по стопам матери.

– Леди Кейтлин, прошу вас, если она здесь, разрешите мне с ней поговорить, – Агилар даже подскочил с дивана, заставив маркизу тем самым недовольно поджать губы.

– Только в моем присутствии, – угрюмо отозвалась Кейт. – Не хочу, чтобы вы напугали ее.

Конечно же, ей не хотелось оставлять их тет-а-тет. Сама мысль об этом была ей неприятна и дело не только в моральном спокойствии ее работницы. Но леди Де Велье предпочла об этом не задумываться.

К счастью для господина старшего следователя, девушка была не занята и тут же явилась по приказу хозяйки. Переминаясь с ноги на ногу и не сводя взгляд с леди Кейтлин, девушка нерешительно вошла в кабинет. Но едва заметив в комнате незнакомого мужчину, изменилась до неузнаваемости. Покачивая бедрами, Лиззи Фейтон приблизилась к дивану, накручивая светлую прядку, выбившуюся из прически, на пальчик и бросив томный взгляд на Макса, она присела рядом с ним.

– Чем я могу быть вам полезна? – проворковала плутовка, вызывая дикое желание у леди Де Велье уволить ее в ту же секунду.

Занимаясь своими бумагами, Кейт на самом деле старалась слушать внимательно их разговор, чтобы не пропустить ни слова. Агилар держался холодно и отстраненно, как настоящий профессионал, не давая Лиззи и намека на флирт. И как бы ни старалась Кейтлин, удержать победную улыбку ей не удалось, зато пришелся кстати ворох папок на столе, чтобы скрыть ее.

Элитная эскортница со стажем быстро смекнула, что в случае со старшим следователем ей ловить нечего и охотно отвечала на вопросы, оставив свои ужимки и женские хитрости.

– Его дела шли в гору, он и мне помогал, обещал забрать отсюда. Герцог обещал дать ему безбедное будущее, а теперь… Теперь мне надеяться не на что и вот я снова тут, – Лиззи даже всхлипнула на последних словах. А вот маркиза едва не закатила глаза, прекрасно зная, что Лиззи Фейтон одна из тех немногих женщин, которые перестанут ходить сюда только в том случае, если клуб сравняется с землей.

– Вам стоит быть осторожнее с вылазками в город в позднее время, леди Кейтлин, – сказал Макс, когда за Лиззи закрылась дверь.

– Что вы имеете в виду?

– Сегодня утром был обнаружен труп мужчины не так далеко от центральной улицы и вашего особняка. Его смерть кажется мне странной. Впрочем, это уже покажет экспертиза. С вами все в порядке?

– Да, – еле проговорила маркиза, побелев как мел. – Это ужасно.

– Вам не стоит бояться. Но все же старайтесь не выходить одна и не подвергать свою жизнь опасности. Если позволите, я вас провожу сегодня домой.

– Спасибо, – Кейтлин устало потерла виски, стараясь не поднимать голову.

И хоть времени на полноценный сон у них оставалось мало, даже это не могло испортить Максу настроение. Ему казалось, что ночью они сделали первые шаги навстречу друг другу. Макс не мог сказать пока определенно, хорошо это или плохо, но рядом с Кейтлин он чувствовал себя очень комфортно.

Когда сонная Кейт подходила к облюбованному балкону для завтрака, Агилар тут же привстал, помогая расположиться своей жене в плетеном кресле. С его уст не сходила улыбка, на которую было сложно не ответить.

Такими же искренними улыбками теперь были украшены и лица обслуживающего персонала. При устройстве на работу слугам всегда напоминали, что полагается быть незаметными и никогда не лезть в дела хозяев. Но люди везде люди, со своими слабостями. Вот уже который день весь дом следил и обсуждал брак своей маркизы и возможные причины его поспешности.

– Прекрасная погода, не правда ли? – первым нарушил молчание мужчина, которое, впрочем, сегодня нельзя было назвать тягостным.

Кейтлин засмеялась в ответ, пожалуй, в первый раз на памяти Макса.

– Право слово, я не выдержу подобных бесед по утрам. Давайте, хоть сейчас обойдемся без ненужного этикета. Лучше раскройте секрет, господин Агилар, как вам удалось выспаться?

– Макс, – поправил ее мужчина и тут же добавил: – Ну, раз уж решено отбросить этикет.

– Кейт, – тихо произнесла маркиза, приняв новые правила игры с улыбкой.

Макс откинулся на плетеную спинку, расслабляясь. Он вышел на балкон еще перед первыми лучами солнца. И он наконец-то поймал зацепку. Еще ночью Тео сделал копию с нового дела, которое поручили одному из следователей, пользовавшегося услугами парня “принеси-подай”.

“Шустрый паренек, можно его будет взять с собой на место преступления”, мысленно отметил Макс. “Видно, что парень не будет против поработать сверхурочно, иначе зачем ему было караулить старшего следователя у особняка маркизы в то время, когда все молодые парни или отсыпаются, или с пользой проводят время, развлекаясь. Да и не давал он ему в этот раз никаких распоряжений”.

Вчера он увидел Тео, прячущегося в тени зарослей, дал знак, что тот замечен, и спустился второй раз на улицу, когда они с маркизой уже попрощались перед дверями своих спален. Как бы то ни было, со всем доверием к своей жене, парня подставлять не хотелось.

– Получил наконец-то экспертизу с последнего места преступления, – Макс указал на стопку документов на краю стола и как ни в чем не бывало принялся за завтрак. Исподволь он поглядывал на жену, которая заметно нервничала и также незаметно рассматривала его из-под опущенных ресниц. Порой ему казалось, что на ее щеках начинал играть румянец, но она сразу прятала свое лицо за большой чашкой чая.

“Интересно, о чем она сейчас размышляет?” ловил себя на мысли Агилар.

– И что же интересного в этой экспертизе? – спросила Кейт, будто-то бы исключительно для поддержания разговора.

– Как я уже рассказывал, был убит мужчина. Обычное дело для того неспокойного района, да и жертва не отличалась примерным поведением. Но вот почерк полностью совпадает с делами о семьях аристократов. Я уверен, что это дело рук одного и того же человека. Но убийца сделал это спонтанно, а значит, наверняка, допустил ошибки. Мне не терпится самому осмотреть место преступления.

Кейт продолжала пить чай, смотря на колышущиеся под порывами ветра листья в саду. Максу показалось, она не слушает его. Наверное, он ее еще вчера утомил ее своими рассказами.

– Уверена, у тебя все получится, – Кейт резко повернулась к мужчине. – Что-то я себя неважно чувствую, наверное, пора устроить себе выходной.

Макс растерянно следил за тем, как маркиза отставила чашку и встала из-за стола. Кейтлин старалась медленно ступать, хоть колотящееся сердце и гнало броситься вихрем прочь.

Лишь оказавшись в собственной спальне, она дала волю своим настоящим эмоциям. Быстро закрыла дверь на щеколду и ринулась в смежный кабинет. Маркиза начала перебирать толстые книги в шкафу, одна из которых служила еще и шкатулкой для ценных бумаг. Вот только искомое упорно не желало находиться. А сейчас ее вдобавок била мелкая дрожь, что еще больше мешало поиску.

Как же так? Она никогда не интересовалась сплетнями про эти чертовы убийства, а видимо стоило. Неужели это ее, маркизу Кейтлин Де Велье, хотят подставить? И именно поэтому Макса Агилара заставили на ней жениться, чтобы он мог быстрее сложить факты. Если ее посадят по обвинению в убийстве, то все имущество перейдет к мужу. Неужели Макс в сговоре с королем, а ее просто обвели вокруг пальца в очередной раз?

Хотя… Король намекнул, что ее муж ему не угоден. И если бы брак был реальным, Макс не дожил бы и до следующего утра, не то, что до окончания расследования.

– М-м-м, – Кейт протяжно застонала от безысходности ситуации.

Все было не в ее пользу: упрямство старшего следователя, отсутствие алиби у Кейтлин, пропажа дневника прабабки, который ни в коем случае не должен попасть не в те руки, и, конечно, ее причастность к последнему убийству.

Да, она виновна в смерти мужчины. Грабителя и насильника. Но Кейтлин не была причастна к остальным нашумевшим преступлениям и сейчас не знала, как себя обезопасить и как доказать свою невиновность.

“Возможно, дневник в кабинете джентльменского клуба” осенило Кейтлин и она тут же засобиралась на выход.

– Кейтлин, а как же выходной? – маркиза имела несчастье столкнуться в холле с собственным мужем, который был очень удивлен ее появлением и видом.

– Появились неотложные дела, – виновато улыбнулась Кейт.

Прежде чем Агилар успел сказать хоть что-то еще или, что еще хуже, остановить, маркиза юркнула за дверь. На улице, на подъездной дороге ее уже дожидался автомобиль с водителем.

Макс провел молодую женщину хмурым взглядом, явно не одобряя поспешность, с которой она умчалась снова на работу. Но осуждать подобное было не в его правилах. В конце концов, он ничуть не лучше, и порой ему даже доводилось оставаться на ночь в сыскном бюро. Да и сейчас он тоже спешил. Ему не терпелось взглянуть на место преступления, пока все улики не растоптаны его криворукими коллегами.

Кейтлин сидела на заднем сидении, смотрела в окно и ничего не видела, поглощенная собственными мыслями, они теребила руками край манжеты.

– Господин Шарль, – наконец-то подала она голос. Едва водитель мимолетно взглянул на нее в отражении, она продолжила: – Если вас вдруг спросят, скажите, что отвезли меня с королевского бала прямо до дома.

Пожилой водитель заметно нахмурился, но пока не спешил отвечать.

– Помнится, вы рассказывали, что ваш внук собирался поступать в городской университет. Возмутительный факт, что они повысили стоимость оплаты за обучение практические в два раза. Но я обещаю вам, что это не станет помехой для вашего мальчика.

Господин Шарль еще раз напряженно оглянулся на ее отражение в зеркале заднего вида и, сглотнув, кивнул.

– Да, миледи. Я хорошо помню, что в тот вечер отвез вас прямо домой.

Кейтлин прикрыла веки, не чувствуя ни радости, ни облегчения от своего поступка. Она и так хотела помочь внуку Шарля, безвозмездно. А теперь вышло так, что она шантажом заставила собственного водителя лгать, лишь бы у нее было алиби. Еще ни разу она не чувствовала себя так премерзко.

Дневник, как она и предполагала, оказался в кабинете, в сейфе за картиной. Лишь взяв потрепанную записную книжку в руки, она вздохнула с облегчением. Пожелтевшие от времени страницы, затянутые в кожаный переплет, хранили в себе слишком многое.

“Такие вещи нужно хранить лучше”. Вот только где оно, то самое лучшее место, даже сама Кейтлин не могла себе ответить. Дневник прабабушки самая большая улика против нее. А в их жестоком мире, где обвиняют при первой же удачной возможности и клеймят людей словно животных, этот дневник фактически доказательство ее причастности к смертям. За свою жизнь ей довелось увидеть лишь одного служителя правопорядка, что пытался обелить имя подозреваемого и доказать его невиновность. Поможет ли ей Макс Агилар сделать тоже самое?

Выходя из джентльменского клуба, Кейтлин столкнулась в холле с Лиззи Фейтон.

– Доброе утро, леди Кейтлин, – лучезарно улыбнулась плутовка, пребывая в прекрасном настроении. Впрочем, Лиззи была не из тех людей, что долго горевали по какому-либо поводу.

– Хоть для кого-то оно доброе, – проворчала сама себе под нос маркиза, но Фейтон даже внимания не обратила на слова хозяйки.

– Я провела просто невероятный вечер в обществе графа Уоррена, – говоря это, Лиззи то и дело слегка поворачивала голову, чтобы для маркизы не остались незамеченными новые сережки.

“И когда только успела?” подумала Кейт, но вслух сказала совсем другое:

– Раньше он вас раздражал. Не вы ли называли его невыносимой скрягой?

– Так и было, – Лиззи засмеялась, прикрыв рот ладошкой. – Но в последнее время его дела пошли заметно лучше. Он сам мне вчера хвастался, что дышать стало легче без наступающих на пятки конкурентов.

Кейт провела взглядом удаляющуюся Фейтон, невольно подумав о том, что ей бы тоже стало дышать легче без конкурентов. К счастью, у нее они не такие именитые, но все же…

Вдруг Кейтлин невольно ахнула, поднеся ладонь к лицу. Ведь речь идет об убитых. Они и были его конкурентами! Макс бы обрадовался такой зацепке. Что если она поможет ему в расследовании, а он тем самым выведет ее на негодяя, посмевшего угрожать ее спокойной жизни?

Макс связался с Тео и поехал к переулку, фигурирующему в деле об убиенном. Тео оказался на месте быстрее его самого. Он с предвкушающей улыбкой ожидал старшего следователя.

– У меня сегодня отгул, я весь в вашем распоряжении, – вместо приветствия затараторил помощник.

Макс осмотрелся и мысленно посетовал, что из-за вынужденного отпуска придется осматривать место преступления после основной группы. Но все же он очень надеялся хоть что-то раскопать.

По периметру была натянута оградительная магическая сеть. Макс выразительно посмотрел на помощника, тот с еще более широкой улыбкой достал из кармана универсальный ключ для таких случаев.

– Спасибо, ты предусмотрителен!

Макс деактивировал ленты, одел перчатки и аккуратно шагнул внутрь магического ограждения. Из дела он достал кристалл копию с голограммой положения тела в момент смерти.

– Тео предупреди, если кто-либо будет приближаться сюда.

Макс неотрывно смотрел на жертву преступления и его интуиция просто кричала, что здесь что-то не так. Высушенный мужчина лежал на спине, застыв в расслабленной позе и даже не выпустив револьвер и выявляющий магические силы амулет из рук. Следы борьбы полностью отсутствовали, а единственная гематома на теле – от падения на землю. Даже выражение лица у него можно было назвать безмятежным, но слегка удивленным. Макс начал рассуждать вслух:

– Револьвер и амулет в руках говорят о том, что убитый поджидал свою жертву для ограбления. Классика жанра! Опасности он не видел до последнего. Значит магия, высасывающая энергию, завязана не на заклинании, которое требует времени и магических сил. И это не темный обряд, совершенный группой лиц, как предполагалось в одной из версий в начале расследования. Да и жертва ограбления был проверен на наличие магических сил посредством амулета. Значит с виду тревоги в грабителе не вызывал. Вероятно, у нашего убийцы был при себе артефакт способный высосать силы, причем за доли секунды.

– И он всегда при нем? – включился Тео. – Опасный тип.

– Не исключаю. Также, вероятно, что артефакт легко активировать раз под дулом пистолета наш убийца все же это провернул и не вызвал подозрений. Мне интересен радиус действия этой штуки. Я с таким еще не сталкивался. Это же оружие массового поражения.

– Следователь Хоуп, не связывает эту смерть с нашумевшим делом о семьях аристократов.

– Следователь Хоуп, вообще редко что связывает, – Макс поморщился, вспоминая толстого старикана, которому уже давно пора на пенсию. А он все боялся потерять насиженное место и дать дорогу молодым.

Мерцающую магическую голограмму Агилар отключил, убитый рассказал ему все, что мог. Немного постояв на месте, он начал осматривать подворотню. С виду ничего необычного…

– Господин Хоуп сказал, что убийца поджидал свою жертву в подворотне.

– Чушь, – поморщился Макс. —Тело лежит по направлению к более оживленной улице, значит убийца шел оттуда.

– Но ведь это еще ни о чем не говорит, между ними могла быть какая-то потасовка.

– А еще наша жертва грабитель, это он дожидался в подворотне, не показывая нос на свет, – Макс сделал несколько шагов к таверне, что виднелась за углом, не особо надеясь найти там свидетелей. Те скорее расскажут о пришествии зеленых человечков.

Но его внимание неожиданно привлек стук. Белая бусина, поддетая носком его ботинка, отскочила в сторону и пролетела около метра. Ничем не примечательная внешне, подобные можно встретить довольно часто. Даже у кухарки в доме маркизы на воротнике и манжетах подобные белые бусины. Макс крутил ее в руке и рассматривал со всех сторон. Новая – значит не так давно здесь лежит. Но ее могла оставить любая прохожая. Что если…

В голове у Макса стали возникать совсем нереальные предположения. А что если в этом деле фигурирует женщина? Сообщница? Или наш убийца просто был не один, а с дамой? Скорее всего с дамой низшего света, Максу трудно было представить леди, которую привлекут прогулки по таким подворотням. Тогда это может быть еще одной зацепкой.

Макс показал бусину Тео, а затем положил ее в карман.

– Что думаешь?

– Вы предполагаете, что у преступления есть свидетельница?

– Не исключаю. Ладно, давай пройдемся по району. Попробуй послушать, что обсуждают или аккуратно разговори местных о происшествии. У нас нет ордера на допрос, как и права здесь находиться, поэтому придется действовать аккуратно. Начать можем с ближайшей пивной. Я буду рядом, но делай вид, что мы не знакомы.

Макс вернулся под вечер совершенно уставший. В гостинной он увидел Кейт, которая сидела с книгой у зажженного камина. Она зачиталась и не слышала, как он вошел. Блики огня играли в ее темных волосах. Точечный аристократический профиль делал похожей ее на произведения искусства. Наконец Кейт почувствовала его присутствие и встрепенулась, они встретились глазами. Взгляд маркизы был напряжен, но она приветственно улыбнулась.

– Как прошел день?

– Весьма плодотворно.

– Я рада, – похоже Кейт еще хотела что-то добавить, но замялась, подбирая слова.

– Кейтлин, ты можешь проконсультировать меня по вопросу, в котором обычно хорошо разбираются женщины, или посоветовать у кого спросить, – сказал старший следователь, доставая из кармана свою находку.

Макс смотрел на бусину и не увидел, как побледнела его супруга, когда он перевел на нее взгляд, она была уже собрана.

– Это стандартная фурнитура. Она в огромном количестве используется на разных тканях. Это что-то важное?

– Жаль. Я надеялся, это зацепка по преступлению.

Макс покрутил бусину, но решил все же ее не выкидывать, и снова убрал в нагрудный карман.

– Макс, я случайно узнала, что один из клиентов Лиззи, сейчас очень поднял свой бизнес в связи с убывающими конкурентами. Я подумала, что тебе будет это интересно. Я про графа Уоррена.

Макс просиял.

– Да, это одна из семей, занимающихся тем же бизнесом, что и остальные погибшие. Их проверяли, но причастность к преступлениям обнаружить не удалось. Они сидели ниже травы и боялись за свои жизни, а теперь, когда подозреваемый якобы пойман – расслабились.

– Графиня Уоррен пригласила нас на званый вечер в свое поместье.

– Сейчас мне нужно отправиться к своей модистке, чтобы я смогла составить вечером тебе компанию. Я, как всегда, готовлюсь в последний момент, не думала, что в этом месяце мне предстоит еще один выход. Даже не знаю, что хуже: разгневать графиню Уоррен или нарушить светский этикет. Иногда эти правила раздражают. М-м-м, – замялась Кейт. – А ты в чем пойдешь?

Супруги традиционно начинали свое утро на балконе, который щедро освещало лучами восходящее солнце.

– Хм, действительно, нужно подумать об одежде. Я даже не разбирал еще свой чемодан. Но, по-моему, это сделали твои горничные.

Кейт хотела поправить Макса на “наши” горничные, но передумала. Вместо этого она лишь напомнила себе о том, что этот брак будет недолгий и не нужно лишний раз акцентировать внимание на таких оговорках.

Маркиза хотела ненавязчиво заманить своего мужа к портной и приодеть его. Она никогда не была склонна обращать внимание на тряпки, тем более на мужчинах. Но глядя на своего мужа, ей захотелось подчеркнуть его новый статус. Она размышляла, как это сделать, не обидев его. Да и зная званые вечера, Кейт понимала, что туда приходят не только поговорить, но и посмотреть друг на друга. За себя она никогда не волновалась и даже привыкла выделяться черными нарядами среди разнообразия цветов, положенными ей по статусу вдовы. А сейчас ей вдруг захотелось перемен, быть яркой, как и все остальные знатные леди Ромерона, может и не блистать в обществе, но сделать пребывание, свое и супруга, на званом вечере комфортным.

– Я могу с тобой поехать? Твоя портниха успеет сделать платье и костюм к вечеру?

– Думаю, да, – Кейтлин искренне обрадовалась такому повороту и тому, что ей не пришлось и дальше юлить. По крайней мере, в выборе костюма.

Салон Алисии встретил их столпотворением девиц. Помощницы носились между клиентами, спорящими о своей очередности, и тщетно пытались урезонить вошедших в раж дам. А те и сами уже забыли о главной цели своего визита. Макс удивленно вскинул брови и тщетно пытался подавить улыбку.

– Обычно здесь тихо, – оправдываясь, произнесла Кейт и повела Макса под руку в дальний зал. На них никто не обратил внимания.

– Алисия, – позвала маркиза.

– Да, моя девочка! Ой. Ты не одна. Простите, миледи…

– Прекрати. Алисия, это мой муж – Макс Агилар, а это волшебница портного искусства, госпожа Алисия.

Агилар галантно поцеловал модистке руку, отчего она зарделась словно юная девчонка.

– Очень приятно познакомиться, – сказал он обволакивающе бархатным голосом. По спине Кейт пробежались мурашки.

“Вот же! Умеет произвести впечатление”.

– У нас тут ажиотаж в связи с открытием фестиваля равноденствия. Но не переживайте, для такой пары я всегда выкрою время.

– Мы приглашены на вечер у Уорренам… Ты успеешь нас принарядить?

– Да-да, они часто стали устраивать званые вечера, говорят, сегодня они запланировали нечто грандиозное и даже магический салют. Стали сорить деньгами направо и налево, – шепотом поведала Алисия, а потом сложила ладошки на груди. – Ох, это же прекрасно! Я превзойду саму себя, ради такой пары. Ах! Я как раз разбирала ткани. Представляешь, по твоему совету рискнула заказать поставку из королевства Индиган. Так долго ждала, переживала, а вдруг не то качество или меня надуют, или корабль захватят пираты. Ох, ну я не о том, так они мне положили еще лишних тканей в подарок в надежде на крепкую дружбу и сотрудничество. И я не могу прийти в себя до сих пор. Это нечто невероятное. Это ядовитое великолепие! Я даже не знала, где их применить, думала на тонкую отделку, но ты вошла, и я поняла – только ты сможешь с достоинством представить данную цветовую гамму в свет. А твой муж тебя, надеюсь, поддержит.

– Конечно, поддержу, – произнес мужчина с улыбкой.

– Тогда на примерку! И я вам сейчас продемонстрирую, чем вы сегодня шокируете всю знать Ромерона, – Алисия предвкушающе потерла руки. – Пожалуй, начну с мужчины. Господин Агилар, прошу вас встать сюда.

Алисия начала суетиться вокруг Макса, замеряя его параметры своей незаменимой рулеткой, которая сразу же в стороне создавала магмакет манекена им соответствующего.

– Ох, Кейтлин, я тебе завидую, у твоего мужа шикарная фигура, – начала беззастенчиво хвалить мужчину Алисия, не забывая поглядывать в сторону маркизы, как будто подтрунивая над ней. – Ой, уведут, нужен глаз да глаз за таким и женская хитрость.

Кейт рассматривала Макса, скинувшего пиджак и оставшегося в одной облегающей рубашке, и отметила, что Алисия как никогда права, господин Агилар действительно весьма привлекателен и она уже сомневалась, что было хорошей идеей подчеркнуть это.

Макс тоже уловил реакцию Кейт на слова ее хорошей знакомой, он был благодарен Кейтлин, что она привела его именно сюда, в место, где царили уютная атмосфера и бесхитростная приятная женщина, похоже, играла на его стороне.

– А вот и ткань, дорогие мои.

– О-о-о, – все что смогла сказать Кейт и посмотрела на Макса.

“Он не наденет такое” тут же пронеслось в голове у маркизы, и она была уверена в своем предположении на все сто. Но Макс снова ее удивил, он подошел пощупать, оценить материал, как истинный следователь.

– Господин Агилар, не волнуйтесь, я не покушаюсь на вашу мужественность этим цветом, для вас у меня совершенно особенная идея. Надеюсь, вы мне не откажете в эксперименте?

– Разве могу я отказать двум таким обворожительным красавицам? – ловко вышел из ситуации мужчина, широко улыбаясь при этом.

Уже выходя из ателье, Кейт отвела Алисию в сторонку и шепотом спросила:

– Сколько с нас? Давай я оплачу сейчас.

Алисия удивленно посмотрела на свою дорогую клиентку.

– Так твой муж уже все оплатил.

– А-а-а, ну да. Конечно, – Кейт, не подав вида, что удивилась, развернулась и пошла к выходу, даже забыв попрощаться.

Макс уже ждал на улице.

Хоть леди Кейтлин и называла свою модистку волшебницей только ради красного словца, к вечеру той удалось сотворить настоящее чудо – оба вечерних наряда прибыли точно в срок специальным курьером. Каждый из супругов, получив свой заветный увесистый сверток, отправился в собственные покои на примерку.

К столь необычному платью Кейт выбрала минимум украшений, иначе светское общество совсем ослепнет от сочетания красок. Кейт была в восторге от предложения Алисии, она любила, когда при виде ее персоны у людей вытягивались лица от удивления. Но этот образ превосходил все ожидания: это словно яркая бабочка, наконец-то вылупившаяся из своего темного траурного кокона. Горничная помогла одеться, было видно с какими большими глазами Хельга осматривала наряд, но не решилась ничего комментировать.

Платье с оголенными плечами и юбка воланами, ничего необычного, если бы не кислотно-розовый цвет. Кейт даже не знала название такого оттенка. Да, модницы любили яркость и разнообразие цветов в одежде. Но цвета всегда были приглушенные, пастельные. А здесь же словно “вырви глаз”, настолько яркий цвет, да и ко всему этому при движении розовый переливался синевой и еще больше привлекал к себе внимание.

Маркиза улыбнулась своему отражению и вышла к мужу. Его костюм подчеркивал статную осанку и мужскую фигуру: стройную, но не лишенную рельефных мышц. Иссине-черный цвет был привычным для мужчин, и с первого взгляда его костюм не казался таким уж экстравагантным, как у самой маркизы.

Стоило Максу подать руку, как полы приталенного камзола немного разошлись и стала видна задумка Алисии в парности данных образов. Тонкой полоской стал виден подклад костюма, а ведь он был в том же примечательном цвете, что и у Кейт.

“И как он решился?”

Лицо Агилара озарила предвкушающая улыбка. Как и его супруга он сегодня надеялся приятно провести время, и тот факт, что сегодня они будут действовать сообща, несказанно грел его душу.

Несмотря на то, что в приглашении от четы Уорренов не регламентировалось количество приглашенных, Кейт и Макс и подумать не могли, что гостей будет так много. На подъездной дороге к старинному особняку образовалась самая настоящая пробка, лишая возможности к маневру даже самых опытных водителей.

– Не против немного прогуляться на свежем воздухе? – предложил Макс, подставляя локоть своей спутнице.

И хоть воздух вблизи автомобилей свежим можно было назвать с большой натяжкой, Кейтлин восприняла шанс покинуть тесный салон с радостью. Держась за руки, словно влюбленная парочка, они медленно отдалялись от какофонии галдящих клаксонов вглубь имения. Ужин должен был состояться во внутреннем дворе, поэтому было решено идти прямиком туда, не заглядывая в сам особняк. Его Агилар надеялся посетить чуть позже…

Парковые дорожки были обильно украшены фонарями и садовыми украшениями. Графиня Эмма Уоррен, хозяйка особняка, могла по праву похвастаться экзотической коллекцией садовых кустарников и декоративных деревьев, а вот вкусом – навряд ли. Многие из деревьев были увешаны бантами и рюшами, словно ель в сочельник, что в теплое время года было совершенно не к месту.

– Это ужасно, – не смогла сдержать свой порыв Кейтлин, оглядывая огромный красный тент. Легкая ткань развевалась на ветру и слуги спешили закрепить ее края у колонн такими же отвратительными бантами.

– Фух, слава Всевышнему, – неожиданно вздохнул Агилар по правую руку от маркизы. – Я уже думал, я один такой. Словно пасть огромного чудовища.

Кейтлин проследила за взглядом Макса и едва не рассмеялась. Огромная арка, задрапированная все той же красной тканью, и два белоснежных мраморных фонтана по обе стороны – словно два клыка у разинутой пасти.

– Будем надеяться, что нас с тобой они не съедят, – подыграла она супругу.

– Подавятся, – хмыкнул мужчина и уверенно повел маркизу вперед, где на небольшой площадке встречали всех гостей хозяева приема.

– Рады видеть вас в своем скромном жилище, – распахнула свои объятия леди Эмма Уоррен, словно напрашиваясь на лесть.

– Ваше родовое имение прекрасно, а сад просто выше всяких похвал, – тут же обезоружил бархатом своего голоса Максимилиан немолодую графиню. – Чувствуется рука любящей хозяйки.

Графиня зарделась как волшебный фонарь, а Кейтлин едва удержалась, чтобы не фыркнуть. Эмма Уоррен и палец о палец не ударила ради своего сада, зато, в этом Кейт была точно уверена, рот ее не закрывался от череды бесконечных приказов.

– А вы молодчина, господин Агилар, – граф бесцеремонно хлопнул Макса по плечу как старого знакомого, которыми они ни разу не являлись. – Я знал, что вам под силу растормошить нашу великую затворницу, вытащить жемчужину из ее раковины, так сказать.

Кейтлин стало неприятно от тона графа и его грубых шуточек, но, к счастью, сам Макс пришел ей на выручку.

– Скорее наоборот, это я признателен миледи за то, что она заставила меня, жуткого домоседа, выйти в свет. А в остальном вы правы, моя супруга – настоящая жемчужина, – Макс говорил пылко и хотелось ему сказать еще многое, вот только обидеть остальных дам, окруживших их и прислушивавшихся к каждому его слову, он не желал.

– Вы романтик, господин Агилар. Леди Кейтлин очень повезло, – процедила сквозь зубы графиня, недовольная тем, что ее посмели затмить на собственном торжестве.

– Не могу с вами не согласиться, мне повезло больше прочих, – гордо вздернув подбородок, ответила Кейт, глядя прямо в глаза графине.

Яркий наряд, предвкушение от предстоящего опасного приключения и, конечно, надежное мужское плечо рядом придавали ей уверенности в себе и пьянили похлеще вина. Даже шепотки гостей не могли испортить настроение, а раздавались они отовсюду, куда бы только не шли супруги. Вот только впервые маркиза слышала в них не только осуждение, а и нотки ревности великосветских красавиц, жалеющих о том, что упустили такой образчик мужественности в лице старшего следователя.

Непрошеные мысли о том, что они действительно могли бы быть красивой парой, не желали покидать голову Кейтлин. Вот только каждая такая фантазия разбивалась вдребезги об одно “но”. Она не может быть с ним вместе, не навредив ему. А Макс заслуживает чего-то большего, чем посмертный поцелуй.

– Ты готова? – спросил мужчина, склоняясь к Кейтлин.

– К чему? – на секунду опешила она.

– Прикрывать мою спину, напарник, – задорно подмигнул Макс. – Пока все во дворе, это отличный шанс пробраться в кабинет Уоррена. Я прихватил с собой несколько записывающих кристаллов, – уже шепотом продолжил он.

– О, нет, – замотала головой Кейтлин. – Не оставляй меня одну среди этих пираний.

Агилар тихо засмеялся, чем все равно привлек внимание окружающих.

– А я боялся, ты против незаконной подслушки, – шепнул следователь ей на ухо, уводя подальше от толпы гостей и чудовищно-красного тента.

Дом был пуст, весь обслуживающий персонал был на улице, стремясь угодить собравшимся аристократам, а главное своим строгим хозяевам. Поэтому в полумраке коридоров на броский наряд маркизы Де Велье было некому обратить внимание, кроме ее собственного мужа.

– Кейт, может все-таки подождешь меня снаружи?

Кейтлин только крепче вцепилась в ладонь супруга, и сама повела его вперед.

– Кабинет должен быть в конце коридора, это типовый особняк. Я с тобой.

У массивной двери Макс присел на одно колено, доставая из внутреннего кармана своего камзола внушительный арсенал миниатюрных артефактов. Круглую мигающую бляшку он приклеил около замка. Необычный девайс тут же сменил несколько цветов, что очень удивило старшего следователя. Он убрал все артефакты обратно.

– Дорогая, у тебя найдется для меня лишняя шпилька для волос? – неожиданно спросил Макс, подняв голову.

– Ни в чем не могу тебе отказать, дорогой, – снова подыграла Кейтлин. Ей впервые доводилось взламывать чужой кабинет, адреналин будоражил кровь и чувствовала она себя как секретный агент, как минимум.

Маркиза вытащила из своей прически требуемое и протянула мужчине. Макс изогнул несколько раз шпильку и вставил в замочную скважину, используя ее как отмычку. Аккуратно удерживая шпильку двумя пальцами, Агилар пытался поддеть нужные штифты, “прочесывая” замок.

– Я была почему-то уверена, что замужем за самым честным следователем Ромерона. И откуда такие навыки?

– В академии и не такое приходилось вытворять. Не на занятиях, конечно. Скорее внеучебное время было богато на приключения. Тогда мне казалось это неуместным. Я имею ввиду извечную борьбу между курсами, группами из знати и людей попроще. Как мы только не пакостили друг другу. И вот теперь я оценил эту школу жизни по достоинству и понимаю, почему преподаватели не останавливали нас.

Супруги переговаривались еле слышным шепотом.

Наконец дверь поддалась, с характерным щелчком замок был открыт. Макс сначала сам бегло осмотрел помещение, а затем пригласил супругу внутрь, не забыв при этом закрыть дверь.

– Кейт, просто подожди меня и ничего не трогай. Не думал, что когда-нибудь я опущусь до подкладывания прослушки. Но жизнь и события заставляют.

– Макс, я полностью на твоей стороне.

Кейт сначала наблюдала как супруг ловко находит неожиданные места для кристаллов и уверенными движениями их крепит. Затем отвлеклась, поймав на рабочем столе графа Уоррена краем глаза блеск. Даже сама не заметила, как потянулась и взяла в руку красивый золотой самописец.

– Кейт, я же просил не трогать ничего, – словно из транса вывел ее голос Макса.

Тут же из коридора донеслись шаги. Кейт бросила занимательную вещицу обратно на стол, словно именно самописец навлек на них беду. Агилар же в свою очередь без паники обвел помещение цепким взглядом и устремился к большому старинному шкафу, не забыв и о перепуганной маркизе.

Хозяин неожиданно решил посетить свой кабинет. Макс радовался, что Уоррен предпочитает механические замки магическим, их дольше открывать. Это дало ему время разместить Кейт в узком проеме шкафа свободного от барахла и самому протиснуться внутрь.

Со стороны двери послышались пыхтение и приглушенный смех. Зажглась подсветка.

– Жаннета, ты просто чудо! Моя пышная булочка, я тебя озолочу. Ты такая сладкая.

– Ой, Дерек, вы такой смелый и бесстрашный, – восторгалось графом какое-то юное создание, – а вот я боюсь вашей жены. Она следит весь вечер.

– Жанетта, я завтра же сниму тебе новое жилье и буду там частым гостем, – голос старика-графа перемежался со звучными поцелуями.

– Ох, вы так щедры, мой граф. Я буду всегда вам рада.

Макс только сейчас понял, что ему сложновато дышать. Увлеченный чужим разговором он и не заметил, что, согнувшись в шкафу, явно не предназначенном для двоих взрослых людей, он уткнулся носом едва ли не в декольте маркизы Де Велье. Выпрямившись, насколько это было возможным, мужчина поднял извиняющийся взгляд. Но в темноте его покаяние пропало в пустую. Глаза еще не привыкли, и силуэт маркизы угадывался с трудом, но тактильные ощущения заменяли эту нехватку с лихвой.

Он успокоился немного, хотя ему было слегка стыдно признать, что прежнее положение было гораздо удобнее. В любом случае, супруги были тесно прижаты к друг другу и из этой ловушки не представлялось возможным выбраться, пока хозяин не соизволит покинуть кабинет.

Со стороны входной двери раздался стук. Жаннета пискнула и похоже спрыгнула со стола.

– Тш-ш-ш, – прошипел граф.– Кто?

– Оренн Стаф, ваш управляющий. Простите, Ваше Сиятельство, но вас ищут…

– Я понял, иду… Стой, Оренн. Помоги леди покинуть особняк с другой стороны.

Граф еще немного побыл в кабинете, порывшись в своих бумагах. А затем в помещение вернулись полумрак и тишина. Все это время Кейт и Макс старались не шевелиться и даже дышать в такт. В тишине стало слышно, как в унисон бьются их сердца. Так громко, что оставалось удивляться, как их не обнаружили.

Глаза в глаза, дыхание участилось, адреналин зашкаливал. Может поэтому, Макс потянулся к таким сладким и давно манящим его губам напротив. Вот только на Кейт эта магия интимной обстановки подействовала иначе. Маркиза схватила его за камзол, отталкивая с такой силой, что послышался треск ткани и шум сдвинувшихся коробок. Максу осталось только сделать вид, что это все случайно и кинуть краткое: “Прости”.

Он помог Кейтлин выбраться. Еще раз осмотрел помещение и молча подал руку, предлагая покинуть это место. В коридоре никто не решился нарушить молчание, которое повисло теперь между ними как грозовая туча. Макс закрыл дверь кабинета, и они чинно проследовали обратно в гущу праздника. Все мысли следователя занимала супруга, а не только что совершенное нарушение закона, за который он всегда прежде ратовал.

Он не мог понять эту непостижимую женщину, неуловимую. Может он ей противен? Или у Кейт уже занято сердце, тогда, конечно, это все объясняет. Макс посмотрел на Кейт и, не говоря ни слова, затянул ее в первую попавшуюся открытую комнату на первом этаже.

Кейт взглянула на него непонимающе, выныривая из своих тревожных мыслей.

– Твои прическа и платье, – объяснился мужчина, при более ярком освещении заметив, что прятки в шкафу не сказались благосклонно на внешнем виде Кейтлин.

Кейт обернулась к единственному в гостевой зеркалу и вмиг покраснела. Было ощущение, что подол ее платья пожевал дикий вепрь и выплюнул. Она судорожно начала поправлять свой образ, не зная, за что хвататься в первую очередь. Макс присел рядом, помогая разгладить складки на юбке. В этот момент распахнулась дверь, с силой ударившись об стену.

Графиня Уоррен была в бешенстве, но, заметив их, на ее лице сменился целый калейдоскоп эмоций от удивления до зависти.

– Ах, простите, что потревожила ваше уединение, – с нажимом произнесла она, стараясь скрыть неприязнь. – Но я все понимаю, дело-то молодое. Это будет нашим маленьким секретом.

Графиня гордо удалилась, прикрыв дверь. А Кейт вспыхнула еще сильнее от намеков в их сторону.

– Это катастрофа. Мы попались…

Макс, не меняя позы продолжал свое дело, слегка улыбаясь.

– А, по-моему, у нас наоборот все очень удачно вышло.

Если бы только знатные леди Ромерона умели испепелять одним взглядом, от Кейт уже остались бы только пылающие головешки. По крайней мере она сама была в этом твердо уверена, не без участия фантазии, разыгравшейся буйным цветом, разумеется.

– Добрый вечер, – улыбнулась супругам одна из гостий с видом невинного ангела и хищным оскалом светской львицы. – Миледи Кейтлин, сжальтесь над дамами, скучающими в этот вечер без кавалеров. Разрешите пригласить вашего мужа на танец. Вы еще успеете насладиться обществом господина Агилара, если еще не сделали этого, – при этом леди хитро улыбнулась, бросая многозначительные взгляды на Кейт.

– Вам стоит спрашивать его самого, миледи Марисса, он мой супруг, а не собственность, – собрав все свои силы, холодно ответила маркиза.

– Только с вашего позволения, дорогая, – Макс поднес хрупкую руку Кейт к губам, но вызвал в ней самой лишь глухое раздражение в ответ.

Она молча кивнула, с сожалением понимая, что любой другой ответ будет неприемлем. Хотелось бы ей, чтобы он отказал назойливой поклоннице? Безусловно. Но кем она станет в его глазах? В конце концов, он не пес, чтобы держать его подле себя на цепи.

Смотреть на удаляющиеся спины этой парочки было невыносимо тяжело, а уж видеть, как леди Марисса вешается на Макса и прижимается к нему во время танца было выше ее сил. Но даже в дальней беседке парка Кейтлин не могла найти покоя. Плавная мелодия разносилась на все имение с помощью магии, заставляя представлять танцующих даже вдали от танцпола.

Да и не думать о нем у маркизы выходило из рук вон плохо. Будто бы за то короткое время, что они провели в тесной близости друг к другу, даже запах его въелся в ее кожу. Кейтлин жалела, что не позволила Максу себя поцеловать, поставив его тем самым в неловкое положение. Но она бы жалела гораздо больше, если бы по ее вине с ним что-либо случилось.

После этого в доме четы Уорренов события закрутились с бешеной скоростью. На весь особняк разносились крики супругов, в которых мало что удавалось разобрать. На деле же для паники графов была только одна причина – боязнь, что их может постичь та же участь, что и других владельцев залежей родонита и они могут стать следующими жертвами.

В их дом словно паломники потянулись именитые лекари Ромерона, которые только разводили руками и каждый как один говорил, что у графа всего лишь переутомление. Вот только испуганные Уоррены отказывались верить в столь очевидную и обыденную причину недуга главы семейства.

Графиня то и дело хваталась за сердце и причитала. Она корила мужа за его идею с разработкой и не вспоминала, как сама, получив желаемые золотые, скупала в торговых кварталах все, на что падал взгляд.

Ближе к вечеру в двери особняка постучался еще один гость. Последним посетителем стала сомнительная личность – сухонькая старушка, которая жила за городом как отшельник. Ей людская молва приписывала разные магические умения, в которые любой здравомыслящий человек и верил-то с трудом. Но Уоррены слишком беспокоились за свою жизнь, чтобы спустя рукава относиться к своему здоровью в такой обстановке. Они цеплялись за любой шанс, чтобы не оказаться торжественно похороненными в ближайшие дни. Именно поэтому, когда помощник Оренн Стаф предложил обратиться еще и к ней, схватились за это предложение, словно утопленники за соломинку.

Старушка начала молчаливо обходить дом, поджигая в своих руках пучки дурно пахнущих трав. На все попытки ее разговорить отшельница только гневно цыкала и пугала белесым, пустым взглядом из-под натянутого капюшона. На старухе было пахнущее сыростью тряпье из мешковины. Она постоянно куталась в него, как-будто подмерзая, несмотря на жар полыхающих по всему дому каминов. Тяжело передвигаясь, прихрамывая на одну ногу, она обошла весь дом. Затем пристально посмотрела на главу семьи, выставив свой крючковатый палец в его направлении.

– Вижу, что тянут из вас всех энергию, словно червь подтачивают ауру. Медленно, но верно, смерть идет в этот дом, – прошелестела ведьма, обнажив нестройный ряд гнилых зубов.

Графиня, едва услышав вердикт старухи, благополучно свалилась в обморок, не забыв при этом сделать пару шагов назад к мягкому дивану.

– Говори старуха! Не тяни! – граф Уоррен потерял под конец дня всяческое терпение.

– Кхм, деньги вперед, – ухмыльнулась продажная ведьма.

Граф тут же подозвал Оренна. Его не надо было долго ждать, все слуги умудрялись подглядывать за происходящим действом из всех возможных уголков. Они тоже боялись за свою жизнь, многие уже собрали вещи, ожидая развязки сегодняшнего дня. Не так сильна была их привязанность к хозяевам, чтобы отправляться вслед за ними в мир иной.

– Оренн, отдай старухе положенное, – сам Дерек не мог побороть брезгливость и даже держался от ведьмы на почтительном расстоянии.

– Благодарю, граф. Так вот, та безделица, которой ты пишешь свои бумажки, имеет очень занятные чернила. Черные словно ночь и ядовитые словно гюрза. Мое слово сказано! Прощайте!

Неверящим взглядом Уоррен уставился на собственный письменный стол, заставленный разными принадлежностями и бумагами. Среди прочих лежал и именной самописец, покрытый золотой вязью, и чернильница, не выделяющаяся ничем примечательным с виду.

Едва дождавшись, когда кабинет графа погрузится в тишину, знаменуя, что его хозяин отправился прочь, старший следователь отправился на свою тайную миссию. Если утром ему было жаль расставаться с Кейтлин, которую ждали дела, то сейчас он был рад, что она не увязалась следом. Подвергать ее жизнь и покой опасности Агилар не собирался.

По пути к родовому гнезду Уорренов Макс думал о том, как ему поскорее попасть внутрь и провернуть это дело самым незаметным образом. Он мог бы предложить свою помощь, но это чревато последствиями. Во-первых, он не мог узнать так быстро, что им эта самая помощь необходима, а во-вторых, чета графов прекрасно осведомлена о его вынужденном отпуске.

“Значит, придется пробраться тайком”, подумал Макс.

И стоило ему только определиться с выбором, как судьба столкнула его с графиней Эммой Уоррен лицом к лицу.

– Господин Агилар, не ожидала вас встретить, – женский голос тут же отрезал все пути к отступлению. – Не откажете ли даме в удовольствии? Прошу вас, выпейте со мной чаю, загляните в гости.

Даже перед страхом смерти супружеская чета графов не могла отказаться от своих привычек. Так, к примеру, Эмма Уоррен не могла прожить и дня без посещения дамских салонов, гоняясь за ускользающей молодостью, и торговых кварталов. А что касается самого Дерека Уоррена, то любой его путь в городе лежал через публичный дом и объятья Лиззи Фейтон или любой другой молодушки. В общем, времени у Агилара в запасе было предостаточно.

– С удовольствием, – Макс галантно склонил голову перед графиней и предложил ей свою руку, даже не зная, радоваться ему такому повороту событий или нет.

Вслед за водителем, навьюченным бумажными пакетами с покупками, они медленно пошли в сторону дома. У самого порога Эмма оступилась и точно бы упала, не окажись Макс так близко и не успей он ее подхватить.

– Осторожнее, леди Эмма, – как и любой другой мужчина, Макс Агилар не догадывался о сиже женского коварства и о том, что графиня все сделала специально.

– Благодарю вас, вы – настоящий рыцарь, – кокетливо улыбнулась Эмма и добавила: – На месте маркизы Де Велье я бы берега такое сокровище, как зеницу ока.

Макс натянуто улыбнулся, уже понимая, что чаепитие с графиней будет не самым легким и непринужденным времяпровождением. Подобные ужимки и слащавый тон ему были хорошо известны. Когда он еще был наследником знатного герцогского рода, каждая вторая девица в его окружении надеялась отхватить кусочек полакомее. Но это было так давно, что порой Максу казалось, в прошлой жизни.

– Располагайтесь поудобнее, – проворковала графиня, дирижируя слугами словно оркестром. По одному взмаху ее изящных наманикюренных пальчиков на столике перед ними появлялись приборы и разные лакомства.

Графиня расположилась рядом с ним на диване в уютной светлой гостиной, что в общем-то не возбранялось, если бы она не прижималась так явно к мужчине. Максу доводилось стоически терпеть попытки графини привлечь его внимание и внимательно ее слушать. Не прошло и больше десяти минут, хотя Максу они показались вечностью, как он был вознагражден за свои неудобства.

– Чувствую себя такой несчастной, – вздохнула графиня, при этом кокетливо поправляя собственную прическу. – И мне так страшно. Никому нельзя доверять, – Эмма обратилась к мужчине доверительным шепотом. – На званом ужине на нас наслали проклятье. Какой-то подклад или обряд.

– Да что вы говорите? – Изумился следователь ее словам. – И что же это?

Эмма пожала плечами, страдать ей было интереснее, чем выяснять причины.

– Самописец в кабинете мужа, – неохотно выдала графиня.

– Как интересно! По долгу службы мне пару раз доводилось видеть такие штуки. Разрешите взглянуть? – Теперь был черед Агилара наступать на графиню.

Более удачного случая пробраться в кабинет и достать кристаллы и придумать сложно. Графиня неохотно, но все же согласилась на просьбу Макса. Кабинет мужа – последнее место, где ей бы хотелось оказаться в компании молодого и эффектного мужчины. Правду, видимо, говорят, что муж и жена одна сатана.

Под предлогом осмотра диковинного интерьера, который ничем незаурядным на самом деле не отличался, Макс незаметно снял несколько артефактов и наконец подошел к столу. Сама графиня приближаться к нему опасалась и стояла в сторонке.

– Осторожнее, господин Агилар, не прикасайтесь к этой вещице, – Эмма Уоррен схватилась за сердце в притворном порыве.

Но Макс и не собирался брать улику в руки. Склонившись над столом, он внимательно рассматривал самописец и не находил в нем ничего зловещего. Металлический корпус, покрытый необычным золотым узором, стандартная модель. Причудливый рисунок привлек внимание следователя, но не более того.

– Мне бы хоть толику вашей храбрости, – со вздохом произнесла женщина и вдруг начала оседать на пол. – Что-то мне нехорошо, это все это проклятье…

Макс тут же подскочил к графине, помогая ей подняться на ноги и предлагая свою помощь. Эмма практически всем весом навалилась на следователя, изображая сильную слабость. Он помог ей добраться до мягкого дивана и с комфортом расположиться на нем. Но чего он точно не ожидал, что Эмма схватит его за руку и потащит на себя просто с недюжинной силой.

– Не оставляйте меня одну, – попыталась воззвать к его совести или состраданию женщина.

Но глядя на попытки Эммы ослабить корсет, этим чувствам неоткуда было взяться. Единственное, что сейчас чувствовал Макс, так это, пожалуй, презрение.

– Я вызову вам лекаря, – отстраненно отозвался мужчина и даже отошел от дивана на несколько шагов.

– Не стоит так утруждаться, – как змея прошипела графиня, позабыв разом и о своем недавнем недуге и слабости.

Старший следователь покидал особняк в премерзком состоянии. Лишь тот факт, что он убрал кристаллы, облегчал его ношу, но не притуплял ощущение, будто он только что извалялся в грязи.

Чувство брезгливости не покидало Макса. Ему казалось, что только что его пережевало какое-нибудь чудовище и выплюнуло, оставив на нем свои мерзкие слюни. А ведь он даже сочувствовал графине Уоренн, в то время как она сама недалеко ушла от собственного мужа. Они друг друга определенно стоят!

Макс поймал себя на мысли, что не хотел бы предавать доверие Кейт, даже с кем-то, кто ему был бы симпатичен. Окажись на месте леди Эммы кто-либо другой, он бы сделала то же самое – ушел. Макс понял, что крепко попал, раз уже сейчас не может представить рядом с собой никакую другую женщину, кроме Кейт. Неужели, собственная фиктивная жена настолько стала ему дорога?

От этих мыслей на Агилара накатило еще и чувство вины, он ничего не сказал маркизе, уехав в особняк.

Старшего следователя мало радовал солнечный день и прекрасный запах цветущих парков, мимо которых лежал его путь. Он размышлял, как успокоить свою совесть. Только одна мысль приятно грела, что дело он все же сделал и им ничего с Кейт не грозит. Но этого ему было мало.

Тут он вспомнил о своей младшей сестренке, которая, бывало, частенько на него дулась за то, что он мало уделял ей внимания. Конечно, когда Макс начал взрослеть, у него появились другие интересы и ему уже было не до детских игр с сестрой. Но тогда он нашел выход. Софи очень любила наряды и Макс всегда возвращался домой с подарком после долгого отсутствия. И тогда он точно знал, что, доставая из-за спины яркий сверток с очередным шедевром портного искусства, он непременно переключит гнев сестры на милость. И она с радостным писком побежит к себе в комнату примерять очередную обновку.

А что, если Кейт тоже обрадуется подобному подарку? Стоит непременно заглянуть в салон, в который они вместе ходили. Тем более, что у его владелицы есть все мерки его жены и шансы прогадать с размером просты минимальны. Макс обрадовался своей гениальной мысли и поспешил свернуть в направлении салона госпожи Алисии.

На этот раз мастерская по пошиву одежды встретила Макса тишиной. И в этом покое трель колокольчиков над входной дверью разнеслась по всему модному салону, оповещая хозяйку о прибытии клиента. Из подсобки вышла сама Алисия и широко улыбнулась, сразу узнав своего недавнего посетителя.

– Господин Агилар, как я рада вас снова видеть! Что вас привело?

– Здравствуйте! Госпожа Алисия, я к вам за помощью! – Макс поцеловал руку портнихи, склонившись в приветствии. – Я хочу порадовать свою супругу и подобрать ей платье, достойное, чтобы подчеркнуть ее красоту. А вы как никто другой знаете вкусы Кейт. И вот я надеюсь, что вы не откажете мне в помощи.

Алисия тихонько рассмеялась.

– Простите. Вы действительно по адресу пришли, ведь я как никто другой знаю вкусы Кейтлин и насколько она не любит платья. Носит их, пожалуй, только как дань традициям.

Макс слегка опешил после этих слов и даже растерялся. Ему стоило и раньше об этом догадаться, зная, что маркиза весьма неординарна в своих предпочтениях.

– Что же делать? Может украшение… – Начал рассуждать Макс, уходя в свои мысли.

– Я сказала, что маркиза всего лишь не любит платья, особенно громоздкие, но и как любая другая женщина она не откажется от возможности принарядится. Я предлагаю брючный костюм, задрапированный сверху юбкой. Практично и не так вызывающе. Она оценит. И ткань я вам подберу из новой коллекции.

Алисия стала проворно вытаскивать из большого стола отрезы новых тканей, веером разложив их на нем же.

– Вот, замечательные ткани. Вы пока смотрите, что приглянется, а я пойду принесу шкатулку с образцами фурнитуры для украшения.

Вот тут Макс совсем растерялся от обилия расцветок. Свою сестру он знал досконально, а жена была загадкой. Он начал вспоминать, в чем маркиза предпочитает ездить на работу и ходить по дому. Ему очень хотелось удивить ее, Макс и не заметил, как вытащил из кармана найденную на улице бусину с места преступления и начал перекатывать в пальцах. Такая привычка у него осталась еще с академии: что-то крутить в руке пока думает.

– Ой, у Кейтлин оторвалась бусина с лимонного наряда? Пусть она пришлет платье, я обязательно поправлю, раз такое дело.

Макс замер, мысли понеслись совсем в другом направлении.

– Я нашел ее на… – Макс запнулся на долю секунды и продолжил как ни в чем не бывало: – на улице. С чего вы взяли, что она принадлежит Кейт? Таких в городе боюсь больше тысячи, а может и больше.

– Вот, взгляните, – Алисия достала из шкатулки такую же белую бусину и протянула Максу.

– Не понимаю, они одинаковые.

– Нет же, – рассмеялась модистка. – Этой заурядной вещице далеко до вашего украшения. Ваша бусина сделана из особого минерала, не каждая модница может себе такое позволить. И не каждая портная, прошу заметить. Она даже легче, сравните! Ценность их в том, что они универсальные. После правильной настройки они принимают нужный для наряда цвет. А вот недостаток в том, что они одноразовые.

Госпожа Алисия взяла с широкого подоконника прозрачный фужер с водой и поднесла к Агилару.

– Бросайте, – приказала женщина и Макс от неожиданности бросил обе бусины в воду, с интересом наблюдая за ними.

Одна из них, едва соприкоснувшись с водой, изменила цвет на золотистый.

– А почему вы решили, что она принадлежит Кейт? – не отрывая взгляда от блестящего украшения, спросил Макс.

– Но ведь вы… Она же ваша жена… Кому же еще она могла принадлежать? – растерялась модистка, истолковав вопрос по-своему и теперь сожалея, что полезла в личные дела аристократов.

– Ясно. Спасибо за пояснения. Я, пожалуй, попозже зайду…

Макс словно в бреду вышел из салона на свежий воздух, но и это ему не помогло.

Едва замечая, что происходит вокруг, мужчина добрался до особняка маркизы де Велье, женщины, которой он был готов подставить спину и похоже напрасно. Удивительный факт, но предают всегда дорогие сердцу люди, остальные просто огорчают и не более. Вот только Макс был не из тех людей, что рубят сгоряча и прежде, чем делать какие-то выводы, ему хотелось убедиться самому.

Какова вероятность, что эта уникальная по свойствам бусина не с ее платья? Мизерная. Но ведь она есть!

Пугая горничных своей спешкой, Макс практически ввалился в холл.

– Господин Агилар, прикажете принести обед вам в комнату? – из стайки молоденьких служанок первой отмерла Хельга, самая бойкая из всех девушка.

– Нет. Да. Как обычно, – невпопад начал отвечать Макс, едва понимая, что именно у него спросили. – А леди Кейтлин еще нет?

– Нет, господин. Миледи дала знать, что будет только вечером, – покорно ответила горничная маркизы.

“Ну, конечно”, пронеслась едкая мысль в голове Агилара. “Им-то она дала знать”.

Не проронив больше ни слова, Макс быстро поднялся на второй этаж, чтобы столь же стремительно остановиться рядом с дверью, ведущей в спальню Кейтлин. Опасение или даже мания, что его провели, толкали мужчину на неожиданные поступки. Одним из таких было то, что он без какого-либо позволения оказался в покоях супруги. Словно воришка огляделся по сторонам и пользуясь моментом, пока коридор на втором этаже пуст, проскользнул в незапертую дверь.

Сил ждать возвращения маркизы катастрофически не хватало. Агилару хотелось знать наверняка: была ли Кейт действительно на месте преступления, виновна ли Кейт, солгала ли она или сказала правду.

Комната Кейтлин значительно отличалась в интерьере от остальных в особняке. Можно было смело утверждать, что это самое жилое и современное помещение в доме. По крайней мере здесь мебель не выглядела как экспонаты в музее.

Светлая и просторная спальня, нежные кремовые оттенки, невесомый балдахин и цветы на картинах. Признаться, все это мало вязалось с мрачным образом маркизы де Велье и говорило о том, что он действительно очень мало знает свою супругу. Ворох корреспонденции на туалетном столике, прикроватная тумбочка словно манили следователя заглянуть, но Агилар тут же одернул себя. Он здесь не за тем, чтобы читать чужие письма.

Отыскать гардеробную оказалось не так-то просто, из спальни миледи вели несколько дверей. Одна вела в личную ванную, такая была и у него, вторая в кабинет, вызвавший в мужчине еще больше интереса, и наконец-то третья – в гардеробную.

Едва он вошел в маленькую комнату, как она озарилась магическим светом. Светящиеся кристаллы на потолке были единственным источником освещения здесь. Стены были обиты светлым деревом, в тон ему были и стеллажи со шкафами из белого дуба. Гардеробная была словно продолжением светлой спальни и тем больше вещи, находившиеся в ней, выглядели чужеродно. Словно темное пятно, капля черничного варенья на белой салфетке, нелепо…

Платья разных фасонов и брючные костюмы, висевшие на плечиках, туфли и полусапожки, стоявшие стройным рядом на стеллажах, все они были неизменно темных оттенков: синие, фиолетовые, темно-зеленые, преобладающее число черные. В одном из самых дальних шкафов взаперти оказались свадебные платья, словно маркиза хотела спрятать их с глаз долой. Ярких нарядов было так мало, что их вполне можно было пересчитать на пальцах одной руки.

Броский наряд со званого вечера в особняке Уорренов он обнаружил сразу, едва войдя в гардеробную, несколько светлых летних платьев удалось найти лишь хорошенько осмотревшись. Но вот желтого платья, которое ему хорошо запомнилось с королевского приема, нигде не было.

Макс даже вернулся в спальню, чтобы осмотреть ее внимательно, заглянул в шкаф в кабинете, но и там ничего не было, кроме учетных книг и папок с документами. Увы, его существование не могло быть просто игрой воображения, испариться по волшебству оно не могло тоже, если ему не помогли, конечно, в этом.

“Вот дурень!”, в сердцах выругался Макс. “Надо же было так себя накрутить!”

Если платье действительно порвалось, то его вероятно забрала горничная. Она же могла и уронить одну из бусин на улице. Конечно, это не по пути к салону Алисии… но мало ли, куда еще могла торопиться служанка. Строя все новые и новые теории, Агилар даже вздохнул с облегчением и с чистым сердцем захлопнул шкаф.

Створки, привыкшие к женской слабой силе, с громким стуком вернулись на место, а стекла, украшавшие дверцы, задребезжали.

“Как слон в посудной лавке”, подумал Макс и потянулся к ним, боясь, что шкаф сейчас вообще рухнет. Но мебель в кабинете маркизы была довольно прочна, и вместо этого прямо в протянутые руки старшего следователя упала старая потрепанная записная книжка, которую хозяйка спрятала наверху.

Выгравированная надпись на ней говорила, что это принадлежит Кейтлин де Велье, но пожелтевшая бумага от времени, выцветшие чернила говорили обратное. Книга была перевязана кожаным шнурком на старинный манер. Не самое надежное средство, чтобы спрятать свои тайны.

“Что же это такое?”

Макс положил книгу на стол, аккуратно потянул за шнурок и открыл первую страницу.

“Даже не верится, что это происходит со мной и я согласилась выйти замуж за графа Райли Крайса. Такого олуха еще поискать надо, во всем королевстве не сыщется ему конкурента. Но что поделать раз все заслуживающие внимания юноши ушли на войну, а я ношу под сердцем ребенка. Если не хочу сгинуть в бедности и одиночестве, пора наступить на горло собственной гордости… Черт с тобой, Райли, в следующую пятницу я выйду за тебя замуж!

Многие страницы были вырваны, зачеркнуты, но даже оставшихся хватило с лихвой, чтобы Макс настолько погрузился в строчки на пожелтевшей бумаге, написанные ровным витиеватым почерком, как-будто наяву представляя события тех времен, что не замечал ничего происходящего вокруг. Он не слышал навязчивый колокольчик, оповещающий о приходе посторонних. Он пропустил переполох среди прислуги, что пытались отыскать хозяина. Но магически усиленный голос, что разнесся по всему дому, наконец привел его в чувства.

– Макс Агилар, именем короля я приказываю вам немедленно проследовать к выходу.

Макс встрепенулся, не понимая, что происходит. Он вышел из покоев маркизы и быстрым шагом преодолел лестницу вниз. Его ждал целый отряд его же сослуживцев во главе, кто бы сомневался, с грузным следователем Хоупом Маргом.

Сотрудники помладше старались отвести взгляд от Агилара. Прислуга Кейт выстроилась в ряд у одной из стен гостиной.

– Чем обязан? – резко и по-деловому спросил Макс.

Хоуп растянул на своем заплывшем лице такую слащавую улыбку, будто все его мечты сейчас осуществились.

– Макс Агилар, вы арестованы за убийство семей графа Нерейского и графа Норатона, а также за покушение на графа Уоррена.

– По подозрению, – шепнул какой-то смельчак из отряда, желая поправить начальника, и тут же пожалел об этом, стушевавшись под яростным взглядом главного.

– Надеть магбраслеты и увести. Немедленно!

– Помнится, у меня есть пятнадцать минут на сборы, – саркастически подметил Макс, отчетливо понимая, что никто их ему не даст.

Его уводили под шепот шокированной прислуги, не позволив даже накинуть на рубашку камзол. На улице поджидал служебный автомобиль с зарешеченными окнами для преступников. Запах внутри салона оставлял желать лучшего. Мало кто из беднейших преступных элементов Ромерона отличался чистоплотностью. Заходя в это подобие транспорта Макс по взглядам команды уже понимал, насколько все серьезно. Что за чертовщина?!

Каменный мешок был пропитан влагой, один из углов был совсем сырой, от чего там буйным цветом размножалась плесень. В другом углу лежала солома, естественно, отсыревшая. На сколько Агилар помнил, во всех камерах были кровати с матрацем и набором пусть и не нового, но чистого постельного белья. А конкретно эта, самая дальняя камера, всегда пустовала из-за своего углового положения и отсыревших стен. В комитете всегда не хватало финансов, чтобы довести до ума это помещение, да и не было в том никакой острой нужды: казематы никогда не были переполнены.

На уровень выше находились так называемые “комнаты отдыха” для привилегированных нарушителей, таких как, например, молодой повеса граф Ратан. Но чем дальше, тем мрачнее становился коридор и скуднее обстановка. Судя по тишине Макс сделал вывод, что сейчас вообще находится один на нижнем этаже: из остальных камер не доносилось ни звука. Обычно заключенные дебоширят или горланят песни.

Решетки дальней камеры, в которой пребывал сейчас мужчина, выходили просто на стену, в то время как остальные были расположены друг напротив друга.

“Все интереснее и интереснее”, – размышлял Макс, растирая кисти под магбраслетами. Ему и в голову никогда не приходило, что следователь Хоуп настолько его недолюбливает. Он всегда был предельно вежлив с Максом, передавая отчеты и присутствуя на совещаниях.

“Вот лицемер! Что ж, остается только ждать допроса, там ситуация должна проясниться".

Макс от усталости успел задремать, привалившись к стене, но его сон бесцеремонно прервали, постучав по металлическим прутьям решетки.

Открыв глаза, Макс удивился, сам следователь, причем в одиночестве, спустился к камере, а не прислал за ним провожатого в допросную, как полагается. Что тоже наводило на определенные мрачные мысли. Макс не стал вставать, а сделал абсолютно не заинтересованное выражение лица и молча ждал первого хода от своего посетителя.

– Господин бывший старший следователь, как вам апартаменты? – Дождавшись в ответ только улыбку, Хоуп продолжил. – Отпираться нет смысла, мы выяснили, что вы пробрались в кабинет достопочтенного графа Уоррена. Вы пытались воздействовать на него неким магическим образом, а когда это не получилось, вы решили соблазнить его жену, чтобы пробраться в его дом ещё раз и завершить начатое. Также мной отмечено, что ваш приезд в Ромерон и распределение в сыск странным образом совпадает с началом гибели важнейших людей нашей страны. Ваше стремление расследовать эти дела поражает! Как удобно не правда ли?

В академии о вас тоже весьма интересная характеристика, как о нелюдимом и мрачном адепте всегда себе на уме, но стремящемся получить дополнительные знания вне программы. Вы ведь даже не завели себе друзей. Всегда один.

Признайтесь, что вы аранский шпион, цель которого подорвать авторитет Ромерона и нарушить наш спокойный уклад. Признайтесь и тогда ваша казнь будет быстрой и почти безболезненной. Пережить неделю допросов очень непросто. – Хоуп наклонился к решетке, оскалив зубы в улыбке. – Ты сам знаешь, что наш экзекутор творит чудеса в развязывании языков.

– Я хочу ознакомиться с доказательствами и увидеть текст официального обвинения.

– Ну что ж, я тебя предупредил, ерепениться тебе недолго, до первого допроса. – Хоуп резко развернулся и вскоре послышались его удаляющиеся шаги.

Такого поворота Агилар не ожидал. В голове не укладывалось, что он только что услышал. Вопросов стало только больше. Это же надо было так все развернуть. Признаваться он, конечно же, ни в чем не собирался. Собственно, ему и не в чем. Нужно привлечь толкового адвоката, в этом они не могут ему отказать. Хотя… у Макса складывалось впечатление, будто сам король решил убрать его. Мужчина догадался, что дневник, который он случайно обнаружил, принадлежал прабабке Кейтлин, и хоть сам он довольно скептически относился к проклятиям и черным вдовам, Его Величество, вероятно, был другого мнения раз насильно заставил жениться. А теперь эти нелепые обвинения, за которые предусмотрена высшая мера наказания. Макс все больше убеждался, что влез в политические игры. Но тут его внимание привлек шорох.

– Тео?

– Да, это я, господин Агилар. Вот решил к вам пробраться. Держите. Я слышал вас не собираются кормить сегодня. Это мама мне собрала, там бутерброды и чай. Только фляжку верните, чтобы никто не видел.

– Спасибо, Тео, я не откажусь. Ты можешь мне сказать, что вообще происходит? – откусывая бутерброд, спросил Макс.

– Ваше дело ведет Хоуп лично. Я не видел никаких бумаг, но знаю от группы, побывавшей в доме у Уорренов, что там нашли вашу запонку с инициалами в шкафу в кабинете.

Макс поперхнулся отпивая чай.

– Снять ауру не составило труда. Ваша есть в картотеке. И запонка примечательная, ее многие видели на вас. А потом приходила на допрос графиня Уоррен, она переполошила весь комитет своими слезами и обмороками, долго пробыла в кабинете Хоупа. Тут уж я не знаю, но он вышел довольный как кот после допроса.

– Черт!

Тео с жалостью посмотрел на своего начальника, на которого всегда стремился равняться, и от всей души желал ему выпутаться из этой передряги. Он не верил слухам про Макса Агилара, но и ничем толковым не мог помочь.

– Мне нужно возвращаться, иначе заметят. Но я постараюсь еще прийти. Может что-то передать вашей жене?

– Нет-нет, пока это лишнее. Я подумаю. Спасибо.

“Как отреагирует Кейт? Обрадуется, что очередной муж ее покинул или огорчится? Могла ли она обо всем знать? И эта чертова запонка… когда она упала? О чем я только думал? А может Кейт специально тогда ее с меня сняла? Нет не может быть…”

Минуты ползли как улитки, не торопясь складываться в часы. Максу хорошо был знаком этот прием: ожидание, страх перед неизвестностью – один из лучших рычагов давления. Хоуп хотел взять его измором, да вот только ничего у него не выйдет. Не станет Агилар соглашаться, не станет подписывать никакие признания.

Максу приходилось лишь догадываться о том, что уже скорее всего наступила ночь. Он сидел, оперевшись на стену, то проваливаясь в спасительный сон, то возвращаясь в жестокую реальность. Поэтому, когда он услышал легкие шорох и шаги, ему показалось, что это лишь сон. Но шаги приближались, осторожные, тихие, женские. Макс поднялся на ноги и попытался всмотреться в зияющий чернотой коридор. Фонарь возле его камеры неожиданно вспыхнул, освещая женскую фигуру в черном брючном костюме.

– Казематы не лучшее место для леди, – душу Макса раздирали противоречивые чувства: он был рад видеть маркизу, но место явно не было предназначено для подобных встреч.

– В свидании с собственным мужем мне отказали, а ждать твоей публичной казни ради возможности увидеться мне как-то не хотелось.

Макс едва не заскрипел зубами от досады. Чертов Хоуп добрался и до Кейтлин, пытаясь запугать ее.

– Как ты пробралась сюда? – Задал мужчина мучивший его вопрос.

– Один из патрульных был мне очень обязан и не отказал в маленькой помощи, – тихо ответила Кейт, не решаясь подойти ближе к камере Макса.

– Что же за одолжение или услугу ты ему оказала, что он пошел на следственное преступление? – Агилар облокотился на толстые прутья решетки, глядя в глаза леди Де Велье.

– Не то, чтобы это было какое-то одолжение, – пожала плечами Кейт и добавила: – я не позволила его единственной дочери стать путаной.

– Ничего себе, одолжение, – улыбнулся Макс, впервые за этот долгий и тяжелый день. – И что с ней теперь? Чем она занимается?

– С ней все хорошо. Надеюсь, что она сейчас отдыхает, а не пьет на кухне с остальными горничными кофе, который так внезапно появился в моем доме, – Кейтлин улыбнулась в ответ.

– Хельга? – удивленно спросил Макс, даже немного шокированный своей догадкой.

Маркиза кивнула в ответ. Неловкое молчание повисло между супругами. Им явно нужно было поговорить и на куда более важные темы, но начинать было не так-то просто.

– Тебе нельзя здесь находится, – наконец не выдержал Макс. – Ты можешь попасть под подозрение.

– Пытаешься меня защитить? – Кейт сделала несколько шагов к камере, приблизившись почти вплотную к решетке. – А если это я должна сидеть здесь вместо тебя?

– Мне не хотелось бы в это верить, – отозвался мужчина, неотрывно следя за каждым ее движением.

– Я – убийца. Я убила того мужчину в переулке. Он пытался меня ограбить и сделать ужасные вещи, но… это я…

– Ты защищала себя.

– Я повинна в смерти собственных мужей. Они…

– Неудачники, не оценившие подарок, который им преподнесла судьба, – остановил ее Макс. – Кейт, зачем ты пришла?

– Я не убивала герцога и его семью, и остальных, – почти всхлипнула Кейт.

– Кейт, зачем ты пришла? – настойчивее повторил свой вопрос мужчина.

– Это все проклятие прабабки. Я знаю, ты прочитал ее дневник. Но я не хотела никого убивать, – принялась сбивчиво объяснять она.

– Кейтлин, – пользуясь ее близостью, Макс взял ее маленькие хрупкие ладони в свои. – Я знаю, что ты не убийца. Зачем ты здесь?

Макс вдруг понял, что в том, что он попал в такую передрягу, может быть виноват кто угодно, но не эта молодая женщина. Кейт никогда не желала ему зла и даже пыталась уберечь. Уберечь от навязанного брака, предлагая деньги взамен. Наверное, нелегко ей было пойти на такой шаг. Каждый пункт брачного контракта был написан с целью остановить его. Пыталась уберечь от близости, не желая причинить вред.

Агилар был большим скептиком и в проклятие ему верилось очень слабо. А даже если оно и есть… Вдруг он видит ее в последний раз?

Кейтлин стояла, опустив глаза, совсем рядом. Не желая терять больше не минуты, Макс склонился к ее губам.

Кейт не успела отклониться, хотя бы потому что никак не ожидала подобного. Макс одним движением обхватил ее спину, просунув руку сквозь решетку, и притянул вплотную к себе. Кейтлин попыталась дернуться, отскочить в сторону, но Макс предвидел такой поворот и второй рукой не дал ей даже отвернуться. Это было немного грубо, но в то же время именно сейчас Кейт чувствовала себя в мужских руках такой слабой и желанной, она наконец почувствовала себя женщиной.

Как же давно ее так никто не целовал. Если быть честной с собой, ее никто так не волновал, как Макс. Он просто прижался к ее губам своими, а сердце уже готово было выпрыгнуть из грудной клетки, ноги стали ватные. Мужчина попытался раздвинуть ее губы языком, не иначе чтобы окончательно свести с ума.

Кейтлин уже была готова сдаться на его милость, слишком большое наслаждение таили в себе его такие простые прикосновения. Но возникшие будто из ниоткуда образы не дали ей расслабиться.

Кейт покинула управление сыска, точнее самую непримечательные его часть – казематы, также незаметно, как и пробралась внутрь. Она терялась в догадках, не знала, что предпринять, но понимала ясно, что афишировать свою заинтересованность в свободе супруга пока не стоит. Не хватало еще, чтобы и ее посадили в тюрьму за содействие шпиону.

"Максимилиан… ну надо же!"

Избегая освещенных участков дороги, Кейтлин добралась до места, где ее ждал автомобиль с неизменным водителем, господином Шарлем. Она специально велела припарковать машину вдалеке от управления, чтобы не вызвать никаких подозрений. Но видимо ищейка Хоуп не зря занимал свое место и имел отличный нюх. А иначе как объяснить, что с первыми лучами солнца он уже был на пороге особняка маркизы?

– Господин Хоуп ожидает вас в малой гостиной, – тихо проговорила Хельга, зайдя в комнату хозяйки. Горничная выглядела взволнованно, а вот Кейтлин наоборот.

– Благодарю, – холодно отозвалась маркиза.

Она не торопилась на встречу со следователем, пользуясь двумя преимуществами: тем, что она женщина, и тем, что она в отличии от него аристократка.

Может сейчас титулы и перестали иметь такой вес, как во времена ее прабабушки. Ромерон и порядки в нем менялись вместе с развитием всего мира. Но тем не менее некую вольность миледи Кейтлин вполне могла себе позволить. Вспомнив о прошлом, Кейт взяла в руки потрепанный дневник. Накануне Макс посоветовал ей избавиться от него и сейчас, судя по всему, настало подходящее для этого время. Сейчас Хоуп зашел просто побеседовать, а через полчаса может нагрянуть с ордером на обыск.

Кейт положила дневник на серебряный поднос, последний раз провела по нему ладонью, словно прощаясь, и поднесла к нему горящую свечу. Усиленный магией огонь быстро пожирал страницы, унося за собой вековые воспоминания. Одновременно с горечью утраты фамильной ценности, Кейт почувствовала невероятное облегчение.

– Доброе утро, господин Хоуп, – сказала Кейт, когда наконец соизволила спуститься к ожидавшему ее следователю.

– Доброе утро, миледи Де Велье. Рад вас видеть, – тут же подобрался толстяк.

– Не могу сказать того же, – чопорно ответила маркиза, подражая тону злосчастной графини Уоррен. Облегчать жизнь и службу этому ищейке она не собиралась.

– Боюсь, что нынешняя ситуация не оставила мне другого выбора, поэтому я вынужден был потревожить ваш покой в столь ранний час, – Марг Хоуп, казалось бы, явился сюда с чувством победителя, но своим появлением и дерзким тоном Кейтлин спутала все его карты.

– Надеюсь, что это так, – лицо маркизы не выражало ни единой эмоции. – Я вас слушаю, господин Хоуп.

– Ваш супруг подозревается в страшных преступлениях, и что самое ужасное – в государственной измене, – начал свою обличительную речь следователь, но Кейт и тут вмешалась, перебив его.

– Довольно. Я отношусь к уважаемой семье Ромерона, таковой хочу и остаться. Так что не стоит меня клеймить чужим позором.

– Следствие просто обязано проверить все окружение подозреваемого. Вы самое приближенное лицо, снова начал оправдываться мужчина.

–Брак с Агиларом мне навязал король. Его вы тоже подозреваете в измене интересам родины?!

–Ну, что вы, миледи! А что вы скажете насчет графини Уоррен? – Снова попытался нащупать место побольнее ищейка.

– Скажу, что это еще одно доказательство в пользу моей непричастности к заговору супруга, – сделав над собой усилие, сказала Кейт. Куда больше ей хотелось заявить, что Эмма Уоррен лживая прохиндейка.

– Возможно, вы знаете с кем сотрудничал Агилар?

– Он не имел обычая, передо мной отчитываться. Могу лишь сказать, что в стенах этого дома он не принимал посетителей.

– Что ж, его подельников мы найдем рано или поздно, пусть даже это будут сами Тени. Не сомневайтесь. И они все получат строжайшее наказание, – в голосе Хоупа послышались угрожающие нотки, но Кейт сидела напротив с непроницаемым видом.

– Желаю вам удачи, – спокойно ответила она, в то время как ее саму переполняло волнение.

Сам того не ведая, следователь подсказал ей, как вызволить Макса. Тени… Ей пришлось столкнуться с теневиками лишь единожды, когда она расплачивалась с долгами покойного супруга. И вот, кажется, настала пора возобновить старые связи.

– Эй, Агилар, вставай.

Макса из размышлений вывел ни столько голос блюстителя порядка, сколько мерзкий скрежет по металлическим прутьям решетки.

– Хватит бока отлеживать тут, – хохотнул незнакомец. Макс был уверен, что видел его впервые, хотя он никогда и не стремился узнать всех сослуживцев. Тем временем нарушитель его покоя и обладатель яркой рыжей шевелюры продолжил: – Я принес похлёбку, держи.

Мужчина просунул миску под решетку, о столовых приборах тут доводилось только мечтать. Впрочем, на этом уровне казематов арестантам они были без надобности.

– Ешь, – с нажимом сказал рыжий, но Макс даже не сдвинулся с места и уж тем более не притронулся к похлёбке. – Ваша Светлость, это надо съесть, как бы отвратительно это не выглядело и каким бы ни было на вкус. Вам понятно? – шепотом добавил парень в форме стражника.

Агилар, до этого словно не замечавший мужчину, резко вскинул голову, пытаясь рассмотреть собеседника получше. Последний раз к нему обращались по титулу в отчем доме, с тех пор столько воды утекло, что и подумать страшно. Неужели это его отец герцог фон Агилар пришел ему на помощь? Или это дело прекрасных ручек маркизы, прознавшей о его прошлом?

– Через час вас поведут на допрос к Хоупу, так что подкрепиться нужно прямо сейчас, – заговорщически шепнул рыжий. Небывалая щедрость от стражников и совершенно не свойственный шаг для Хоупа. Этот трус предпочел бы видеть его в допросной измотанным и голодным.

– Мы знакомы? – настороженно спросил Макс.

– Вряд ли вы были бы такому рады, – улыбнулся незнакомец. – Я вам не враг, – напоследок сказал он и исчез.

Нет, он не растворился в воздухе и не ушел порталом, он просто отпрянул от решетки и шагнул в темноту слабо освещенного коридора, словно слился с тенью.

Интуиция прежде не подводила Макса и сейчас она говорила ему, что рыжему можно верить. В конце концов, он сейчас находится в таком незавидном положении, которое трудно ухудшить.

Похлёбка оказалась неплохой на вкус и легла приятной тяжестью в изголодавшемся желудке следователя. Вот только чем ближе становился час допроса, тем хуже становилось Агилару. И не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы понять, его чем-то отравили.

Макс хотел закричать или позвать на помощь, но не смог даже этого. Только хрип и надсадный кашель вырывались из его горла. Когда за ним пришли стражники, он уже едва держался на ногах от накатившей слабости. Вместо одной двери в допросную перед глазами Агилара их было три, и они скакали по стене как наперстки в руках уличного проходимца.

– Господин Хоуп, у него пена изо рта! – не на шутку испугался помощник следователя.

– И без тебя вижу, придурок, беги срочно за лекарем, – огрызнулся Хоуп, брезгливо поглядывая на Агилара, скрученного в спазмах. – Паршиво…

– Господин старший следователь…

– Ну что? – перебил Хоуп ворвавшегося помощника.

– Лекаря нет в управлении, надо везти его в лечебницу.

– И не надейся так просто сдохнуть, Агилар, так легко ты не отделаешься, – прошипел мужчина. – Поедешь вместе с ним.

Помощник с трудом помог расположиться Максу в прибывшей карете скорой помощи. До ближайшей больницы было около десяти минут езды, но, как мог судить сам Агилар, ехали они в совершенно противоположную сторону. Наконец-то это понял и молоденький помощник:

– Куда мы едем? – спросил он у водителя автомобиля.

– Туда, где тебе точно не место.

– Извини, малец, нам не по пути.

Сразу два дула револьверов направились прямиком на испуганного мальчишку. Машина сбавила ход, водитель открыл переднюю дверь, не оставляя мальчишке выбора, если он хочет сохранить свою жизнь. Последнее, что запомнил Макс, как парень выпрыгнул из авто на ходу, и его сознание заволокла темнота.

В одной из маленьких мрачных комнат таверны "Три чарки” не находила себе места маркиза Де Велье. То она присаживалась на кровать, то вскакивала, всматриваясь в окно. Ей обещали, что ее муж будет здесь уже вечером, а Тени слов на ветер не бросают. Солнце клонилось к закату, а кружка ароматного травяного чая уже остыла, маркиза так и не смогла проглотить так любезно предоставленный ей ужин.

В первый раз она познакомилась с представителями теневой власти, попав в долговую яму мужа. Тогда к ней домой пришли мелкие сошки, работающие на теневиков: запугали и намекнули на то, что имущество ей придется распродать, чтобы остаться целой и невредимой. Кейтлин проплакала весь вечер и ночь, а потом, когда не осталось эмоций, взяла и пошла по тому адресу, который ей указали.

Она вошла в обычную пивную, где после работы отдыхали представители рабочего класса и заказала “две с половиной пинты красного эля”. Это был некий пароль. Вскоре к ней подошли те же ребята и спросили, принесла ли она деньги. На что Кейт, в тот момент уже без страха, велела вести ее к главному. Мужчины, ухмыляясь, говорили, что ее тело вряд ли заинтересует их босса, да и цена тому не так высока. Было сложно разговаривать с этими мужланами, пока Кейт не перешла на грубый сленг, который ей стал хорошо знаком с воспоминаний первого мужа Генри. Он не брезговал компаниями из низов под действием психотропных средств, он вообще ничем не брезговал. Кейтлин быстро объяснила, что не на ту они напали и свое мнение им лучше держать при себе, а у нее сугубо выгодное деловое предложение. Мужчины отступили, наверное, ошарашенные выражениями, которые знала и употребляла аристократка.

В тот же вечер на своем прикроватном столике она нашла карточку с временем и местом неподалеку от ее дома, она истлела, как только Кейт прочла предназначенную ей записку. Конечно, было страшно осознавать, что так легко можно пробраться к ней в дом. Но что делать? Она не видела лучшего выхода, как предложить им сотрудничество.

Те, с кем общался ее муженек и кого она сама успела лицезреть, были просто бандиты, не имеющие отношения к теневикам, но получающие от них защиту и мелкие поручения в надежде когда-нибудь примкнуть в их ряды.

За ней приехал черный автомобиль последнего поколения, только вышедший в производство. Дверь сама отъехала, предлагая ей вступить на тот, путь, который она рискнула выбрать. Водителя она не видела за перегородкой, как, впрочем, и происходящего вокруг – окна были закрыты черной магической пеленой.

Едва автомобиль остановился, одна из панелей выдвинулась сама по себе и за не показался ящик с черной повязкой. Кейт сразу сообразила, что от нее требовали. Страх снова подкрался к молодой девушке, окутывая своими липкими нитями.

Кейт вели по дому под руки две служанки, подсказывающие, где начинаются ступеньки и где нужно повернуть. Войдя в помещение, Кейт сразу поняла, что это кабинет. Где еще могло так сильно пахнуть табаком и новой бумагой? С нее наконец-то сняли повязку и когда она проморгалась и привыкла к освещению, смогла разглядеть мощную фигуру за столом.

Мужчину уже посеребрила седина, а его поза и породистое лицо выдавало в нем аристократа, но прежде ей не доводилось его видеть. Хотя, если присмотреться, черты лица немного плыли, возможно тут не обошлось без помощи артефактов, скрывающих настоящую личину.

– Прекрасная леди, я был весьма заинтригован вашим пожеланием меня увидеть. Проходите и присаживайтесь,я надеюсь, мои люди не были с вами грубы? Я, честно говоря, не отслеживаю такие мелкие дела. Но это не значит, что я могу позволить себе прощать долги.

Хозяин кабинета сразу обозначил свою позицию, при этом очень галантно помогая Кейт расположиться. От него веяло силой и дорогим парфюмом, Кейт начала дрожать. Перед ней словно ниоткуда появился бокал красного вина, которое она, не задумываясь, выпила словно воду.

– Да, конечно! Я тоже бы не простила долг. Но я хочу сделать вам взаимовыгодное предложение. Все просто. Я заплачу гораздо больше, чем должен Малкольм, но постепенно. Я хочу восстановить его табачную фабрику и предложить вам долю. Я буду ежемесячно платить процент, который вскоре покроет и превысит долг.

– Хм. Какая женщина! Я сражен, где мои молодые годы… И как вы с этим всем справитесь? Я сомневаюсь, что вам хватит силенок возродить его детище.

– Поверьте, примерный план и знания у меня есть. Это сложно, но я не играю в карты, поэтому не упущу это производство, как мой муж. Для толчка я надеялась на вашу помощь, вам же это тоже выгодно?

– Ха-ха-ха. Еще и помощь! Ох, повеселила, – на глазах мужчины даже выступили слезы от смеха, которые он поспешил смахнуть. – На самом деле, что ваш долг, что процент от прибыли, лишь капля в море для меня. Вот только я не вижу причин отказаться. Тем более, что такая напористая леди вызывает во мне желание вам помочь. Еще бокал? И обсудим перспективы сотрудничества.

Теперь Кейт вспоминала ту встречу с улыбкой. Ей несказанно тогда повезло, и она легко отделалась, маркиза до сих пор платила процент, хотя собственная прибыль была минимальна. Но лучше так.

Гораздо позже, после гибели третьего супруга, она стала владелицей очень прибыльного дома удовольствий, в котором, кстати, и был обнаружен супруг. В высшем свете, кто знал, тот никогда не упоминал и не связывал ее имя с этим домом. Ведь большая часть знатных мужчин Ромерона были постоянными клиентами этого заведения и менять ничего не хотели. Да, были люди, пытавшиеся выкупить дом, надеясь на недалекость в мышлении маркизы и отсутствие деловой хватки. Ей обещали всевозможные проблемы, но она со всем справилась.

Она закрыла глаза на столь необычный бизнес, чего уж тут перебирать, когда сама давно не святая. Она сделала вид, что передала все управляющему и сама никак не участвует в деле. Тогда клиенты быстро вернулись назад. Хотя Кейт на самом деле вникала во все проблемы сама. Познакомилась с девушками, опросила всех и попросила помощи, советов, что никогда бы не сделал мужчина.

Тогда она получила и уважение и, что гораздо ценнее, знания. Девушкам идти было некуда и все изъявили желание остаться, особенно после того, как Кейт подняла всем денежную долю за работу и помощь.

Эти еженедельные женские посиделки творили настоящие чудеса. Между дружескими подтруниваниями над своей хозяйкой в деле соблазнения мужчин, девушки предлагали действительно дельные мысли. И дом удовольствий стал приносить прибыль в несколько раз больше, чем до Кейт. А маркиза хотела денег не на шикарную жизнь, она копила. Копила, чтобы воплотить мечту своего отца. Мечту, которой он посвятил всю свою жизнь и погиб за нее вместе с мамой – воздушные суда.

Больше она ни разу не виделась лично ни с одним из теневиков. После того знаменательного вечера ее доставили домой, но в кармане накидки она нашла еще одну карточку, черную. На ней золотистой вязью было выведено: “Разорви, если понадобится помощь”. Стоило Кейтлин прочесть, как карта снова стала просто черной, но она хранила ее до сегодняшнего дня.

Дверь резко распахнулась, вырывая Кейт из воспоминаний. Четверо амбалов внесли Макса и положили на кровать.

– Принимай посылку! Сейчас дам противоядие. Надо бы выпить. Куда я его положил-то? – Огромный детина шарил по карманам. А Кейт хотелось его убить за медлительность.

Макс был почти синего цвета, его тело сотрясалось в конвульсиях. Кейт сама кинулась к карманам здоровяка.

– Вот нашел!

Схватив желанный бутылек, она подбежала к Максу.

– Хоть бы успеть…

– Макс, ты меня слышишь? Как ты? – Кейт с трудом разжала рот Максу, чтобы влить в него противоядие. Она обеспокоенно вглядывалась в его лицо, ловя малейшие изменения в его состоянии. На лбу мужчины то и дело появлялась испарина, которую Кейтлин вытирала своим платком.

– Что вы ему дали? – зарычала она на теневиков, которые все это время топтались за ее спиной.

– Да мы ж только принесли. Все вопросы задашь блондинчику, который его привез.

– Да очухается он, – поддакнул второй. – Вот вы бабы паникуете. Доставили же, чем недовольна?

За мужчинами захлопнулась дверь. Кейт держала Макса за руку и ждала пробуждения. Она не простит себе если что-то пойдет не так.

“Вот же глупая, почему сразу не уточнила детали готовящегося побега?! И этот блондин, Норд, странная личность…”

Шум и людской гомон в таверне “Три чарки” не шел ни в какое сравнение с королевским дворцом. Последний уж точно больше походил на гудящий улей, где каждая пчелка спешила по своим важным и неотложным делам. У Его Величества, Августа Второго, таких дел с самого утра было необъятное количество. Все утро к нему в кабинет стройной вереницей тянулись помощники и министры.

– Ваше Величество, позволите? – неожиданно раздался голос герцога Кьяри, нарушившего привычный уклад и ворвавшегося в кабинет, минуя длинную очередь.

– Свободны, – монарх махнул рукой, приказывая остальным удалиться. В спешке и неожиданном появлении своей правой руки Кьяри он не видел ничего хорошего. И интуиция его не подвела.

– У меня плохие новости, – заговорил герцог, едва стража закрыла дверь, и они с королем остались одни.

– А ты когда-то приносил хорошие? – нахмурил брови Август Второй, ожидая самого худшего.

– Тот следователь, Агилар, сбежал, – склонившись над монаршим столом доверительно прошептал мужчина.

– Как сбежал? – неверяще переспросил монарх, подняв голову.

– Я запросил подробный отчет, он скоро будет у вас. Но как я сам понял, ему помогли выбраться из тюрьмы.

– Он сам понял, – едко повторил Август, настроение которого резко ухудшилось от услышанной новости.

– Как много этот ищейка успел откопать?

– Не знаю.

– А что девчонка? Она причастна?

– Не знаю, Ваше Величество.

– Хоть что-то ты знаешь?! – разозлился король на герцога, принесшего ему с утра плохие вести.

– Едва узнал, пришел к вам. Подробности скоро будут известны. Я велел Хоупу лично доложить о случившемся, – невозмутимо ответил Вильям Кьяри, который за свою долгую службу при дворе уже привык к переменчивому монаршему настроению.

– Хорошо, спасибо, – после короткой паузы проговорил Август Второй, устало потирая виски. – Ступай пока.

Герцог поспешил удалиться из кабинета, хотя Август Второй и не славился дурным нравом.

– Ваше Величество, позволите? – замаячила голова очередного просителя в дверях.

– Нет, – слишком резко ответил король, даже не глядя в ту сторону.

Он расхаживал по кабинету, будучи мысленно далеко отсюда. Шельмец Агилар со своим рвением найти виновного стал ему как кость в горле. Расследование только утихло, а этот мелкий пройдоха опять разбередил старые раны и обелил честь обвиняемого. Вместе с герцогом Кьяри они нашли идеальный выход из положения – обвинить во всем самого следователя. И вот снова он путает им все карты. Слишком многое стояло на кону, чтобы Август Второй смотрел на это самоуправство сквозь пальцы. Рисковать своей властью и своим положением ради жизни одного подданного? Одним больше, одним меньше…

– Ты меня огорчила, – в никуда обратился король, но его реплика не осталась без ответа.

У большого окна за его спиной стояла женская фигура.

– Чем же?! Я выполнила все предписания. Не моя вина, что ты проглядел последствия.

– Не смей разговаривать со мной в таком тоне! – едва ли не взвизгнул король. – Ты начинаешь забываться. Твоя жизнь и не только, – многозначительно добавил Август, – целиком и полностью в моих руках. Думаешь, люди примут с распростертыми объятиями такое чудовище как ты?!

Женщина молчала, лишь наградила монарха снисходительным взглядом. Что бы делал этот король без "чудовища"…

– Убей их, – отдал приказ Август Второй, но фигура у окна не шелохнулась. – Убей Агилара и всех, кто причастен к его побегу.

– Всего лишь? – хмыкнула женщина, наконец отойдя от подоконника.

В комнате не было часов, поэтому Максу оставалось только догадываться сколько времени он провел в комнате один. Но даже будь у него часы при себе, они вряд ли бы облегчили мучительное ожидание возвращения Кейт и паршивого теневика. Агилар извел себя предположениями, о чем они могли бы говорить. Больше всего ему сейчас хотелось оказаться рядом с Кейт. Теневики – не служба благотворительной помощи…

“Вдруг белобрысый ей угрожает?!”

Наконец-то дверь в комнату открылась и в нее зашла Кейтлин. Не успел Макс вздохнуть с облегчением, как следом за ней снова нарисовался этот наглый тип.

– Макс, – маркиза присела у его кровати и взяла его за руку. – Тебе опасно находиться в Ромероне. Будет лучше, если ты уедешь домой, там тебя точно никто не достанет. Норд может помочь в этом.

– Нет, Кейт, – возразил мужчина и сжал ее ладонь своей рукой.

– Тебя не оставят в покое, а уж если Хоуп доберется до тебя… – принялась уговаривать его Кейтлин.

– Твоя жизнь здесь в не меньшей опасности. Так что, если я и покину Ромерон, то только вместе с тобой.

Норд, оставшийся возле двери, громко фыркнул, пользуясь заминкой Кейт. Он и не думал оставлять их одних для приватного разговора.

– Я не могу уехать, – упрямо произнесла Кейт, отчего улыбка на лице Норда растянулась еще шире. – Пойми, если кто-то пытается подставить меня, я должна выяснить, кто и зачем.

– Значит ты должна и меня понять. Я тоже хочу остаться и обелить свое имя, а не прятаться всю жизнь.

Кейт опустила голову, думая над словами Макса и машинально поглаживая его ладонь своими пальцами, что более чем устраивало самого мужчину. Скрип половиц под тяжелой мужской поступью и хмыканье, которое Агилар мысленно сравнил с ржанием дикой лошади, напомнили им, что они в комнате не одни.

– Нам с супругой нужно поговорить наедине, – попытался спровадить Норда из комнаты Макс. – Оставь нас.

– С такой ли уж супругой? – Норд в ответ лишь приподнял одну бровь и прислонился к дверному косяку, всем своим видом показывая, что он никуда не уйдет.

Макс едва не заскрипел зубами от злости. Он не знал, известно ли теневику о том, что их брак с Кейт фиктивный. Не знал, имеет ли тот ввиду, что он связал себя узами брака не под именем данным при рождении. Так или иначе, выходило, что Норд прав и с этим смириться было сложнее всего.

– И что же мы будем делать дальше? – вынырнула Кейт из раздумий, кажется, даже не заметив перепалки между двумя мужчинами.

– А мое возвращение на родину больше не обсуждается? – одними уголками губ улыбнулся Агилар.

– Не обсуждается, – подтвердила Кейт и улыбнулась в ответ.

– Возможно нам стоит взглянуть на места преступления еще раз… – принялся рассуждать Макс.

– Отличная идея, – вмешался Норд, перестав изображать себя единым целым с дверным полотном. – Я с вами!

На этот раз даже Кейтлин удивленно оглянулась на мужчину, стоявшего позади нее.

– Вы же не думаете, что я позволю вам снова угодить в тюрьму или на гильотину и опозорить тем самым мое бесчестные имя?! – потешался над ними весельчак.

– Мы можем обойтись и без твоей помощи, – медленно, растягивая слова, произнес Макс.

– Вот как? И каким образом опальный бывший следователь будет передвигаться по столице?

– Макс, – мягко возразила маркиза, вмешавшись в их разговор. – Норд прав. Без помощи нам придется очень трудно.

– Вот-вот, послушай красотку, – поддакнул блондин, довольный тем, что Кейтлин заняла его сторону.

– Хорошо, – процедил сквозь зубы Макс, жалея о том, что у него сейчас так мало сил.

На следующий день Максу стало заметно лучше. Кейт отправилась ночевать в особняк, чтобы не вызывать подозрения. Она сказала, что с удовольствием сыграет роль обманутой супруги коварного шпиона. Макс очень не хотел ее отпускать, но здравый смысл победил.

Мужчина встал рано и начал приводить себя в порядок. Принятая ванна заметно оживила его и прибавила бодрости, но отражение в зеркале упрямо демонстрировало внешне уставшего мужчину в мятой одежде, что очень раздражало Агилара.

“А с каких пор его стали волновать такие мелочи, как внешний вид?”

Наверное, всему виной этот франт, который таскается за его женой и постоянно демонстрирует свой оскал, который не иначе как по ошибке зовется улыбкой. Ну просто руки чесались проредить его зубы, чтобы неповадно было лезть в чужие отношения.

“А есть ли эти отношения? Ладно, хватит рефлексировать!”

К завтраку бывший следователь, а ныне коварный шпион, спускался вниз, уже надев маску невозмутимости. Кто бы сомневался, что раздражающий фактор, будет тут как тут.

Норд, сияя своим безупречным внешним видом, наклоном головы пригласил за свой стол.

– Как спалось? – участливо поинтересовался мужчина.

– Лучше, чем в камере, но хуже, чем обычно.

– Принесите нам еще жаркого для моего гостя, сегодня оно восхитительно, – крикнул на весь зал Норд. С утра в таверне было малолюдно, подавальщица не спеша протирала столы, прохаживаясь по залу.

– Любишь решать за людей? Я сам могу определится, когда и чем мне завтракать, – Макс взглядом дал понять, что манипулировать им не удастся и друзьями они не станут. – Что вы хотите в оплату от моей жены за помощь? Я предпочитаю сам решить этот вопрос.

– Да ладно тебе, я хотел как лучше! Тебе силы нужно восстанавливать, вот и заказал. А твоя свобода считай просто подарок Кейтлин за долгое и плодотворное сотрудничество, – невозмутимо отозвался блондин.

В таверну вошла Кейт, заприметив завтракающих мужчин, она сразу направилась к ним. Макс привстал и помог Кейт расположиться рядом, вопросительно взглянув на нее при этом.

– Все в порядке! Я вовремя была дома. Заглядывал Хоуп, но ничего не нашел. За домом и за фабрикой установили слежку, но еще вчера мне оперативно нашли замену – похожую девушку, плюс морок. Так что… Я сейчас как бы в своем кабинете на производстве.

Теперь Кейт вопросительно посмотрела на Макса.

– Я в полном порядке. Готов даже не откладывая посетить особняк герцога Нерейского.

– Хорошо, – кивнула с улыбкой Кейт.

– Без меня никуда, я предупреждал. Раз вы так решительно настроены, пойду распоряжусь, чтобы нам подготовили безопасный путь. Не скучайте тут без меня.

Норд решил не обращать внимание, каким одинаково скептическим взглядом одарила его супружеская пара.

В салоне авто Кейт с Максом тоже демонстрировали полную идиллию. Агилар не выпускал ее руку всю дорогу, словно боялся, что она вмиг исчезнет. Норд же все это время как ни в чем не бывало развлекал пассажиров разговорами ни о чем, не забывая при этом наблюдать и делать выводы.

Сейчас супруги явно играли для него, но он видел гораздо больше того, что они пытались ему показать. Как не крути, эта парочка хорошо смотрелась вместе и импонировала ему своей сплоченностью. В чем он, собственно, никогда не признается, не по статусу. На все воля Богов, чужое счастье ему не нужно он достоин своего собственного. В какой семье без недомолвок? Переживут как-нибудь. А уж подтолкнет ли их сам Норд к сближению или расставанию рассудит время.

По прибытию на место, Норду доложили, что периметр чист. Он без опаски вышел, разминая плечи и ожидая парочку, решившую поработать ищейками. Он еще в салоне успел посмеяться над необычным выбором ролевых игр для супругов. Норд скептически относился к этой вылазке и очень сомневался, что они хоть что-то обнаружат стоящее.

Макс помог Кейт выбраться из автомобиля, невольно озираясь по сторонам. Может это и последнее место, где станут искать его, не хотелось бы так скоро прощаться со своей вновь обретенной свободой. Они быстрым шагом преодолели подъездную дорогу к дверям, охранка уже была аккуратно взломана и не доставила проблем. Весь этот короткий путь Макс чувствовал, как кто-то сверлит его затылок тяжелым взглядом. Холодное, неприятное чувство опасности исходило от наблюдающего. Мужчину насторожило предчувствие беды, но он был уверен, что это Норд, идущий позади, задумал неладное.

Все поверхности в доме уже покрыло толстым слоем пыли. От былого величия не осталось и следа.

– Кейт, постарайся ничего не трогать! – шепотом сказал Макс, намекая на их визит в дом Уорренов, который, увы, не прошел для них бесследно. – И не отходи от меня, пожалуйста.

Больше всего внимания было решено уделить кабинету хозяина. Они уже прошли весь дом, так и не найдя ничего интересного. Макс пытался найти тайники, понимая, что если и было что-то на виду, то эти улики давно уже в управлении сыска. Норд тоже заглядывал в ящики, преследуя, впрочем, свои цели и надеясь разжиться ценным сувениром от покойного герцога. Кейт прохаживалась по кабинету, разглядывая его интерьер, и не решалась прикоснуться к чему-либо, пока ее внимание не привлек один предмет, который мужчины оставили совершенно без внимания.

– Что случилось? – Макс первым заметил задумчивое выражение лица Кейтлин.

– Не знаю… Не могу описать… Очень хочется взять и посмотреть на портсигар.

Они посмотрели на внешне обычную сигаретницу, и лишь Норд предпочел сразу перейти к активным действиям и протянул руки к интересующей их вещице.

– Не трогать, я сам!

У Макса не было с собой артефактов, но его недаром учили работать и без них. Он проверил портсигар на скрытые свойства и не обнаружил опасности. Не спеша, покрутил в руках, стараясь осмотреть внимательнее. Кейт и Норд встали рядом, чтобы ничего не упустить из виду.

– Опять та же вязь, – задумчиво констатировал Макс.

– Ага, руна.

Едва Норд произнес это, стал сразу центром внимания супругов. Он ухмыльнулся, поняв, что они не знают ничего про такие знаки. И с важным видом, выдержав паузу и всласть поиграв на нервах парочки, решил продолжить.

– Специальная руна призыва. Вот основа рисунка. А внутри уже вплетается конкретный узор, настроенный на того, кого призывают. Это очень сложный обряд, замешанный на крови. Но призываемый будет чувствовать эту руну, где бы ни находился, и пока не сделает то, что ему приказали, не успокоится. Мы очень редко ставим такие метки для дел. Они энергоемки и не каждый согласится быть в роли призванного.

Теперь мужчины посмотрели на Кейт.

– Я не участвовала в обрядах.

– Тут что-то другое, – Макс обернул портсигар платком и спрятал в карман. В своей временной комнате в таверне он рассмотрит эту безделушку получше.

– Лови, школяр, – Норд бросил в Макса две увесистые книги, едва переступив порог. Судьба старых и даже раритетных изданий его ничуть не заботила, он достал то, что просил ищейка, и хватит с него благотворительности.

Не спрашивая позволения у хозяина комнаты, Норд прошел внутрь, направляясь прямиком к мини-бару. Кейт вернулась к своей жизни, не рискуя без особой надобности перекладывать всю рутину на плечи двойника. А раз Кейтлин не было рядом, то мужчине не приходилось изображать из себя джентльмена, а им обоим соблюдать правила этикета. В комнате воцарилась вполне ожидаемая атмосфера: безразличие с легкой примесью раздражения.

– Не знал, что у тебя есть абонемент в столичную библиотеку, – заметил Макс, успевший поймать книги и даже заглянуть в одну их них.

Норд вытащил пробку зубами, выплюнул ее в сторону и только потом ответил:

– Я тоже не знал.

– У тебя разве нет каких-нибудь неотложных темных дел? – спросил Агилар, смотря на то, как вальяжно расположился Норд в кресле.

– Есть, но очень даже хорошее дело, – ответил блондин и снова отпил из бутылки какую-то темную коричневую жидкость. Вот уж не чай, точно. – Я прямо сейчас помогаю одной знатной леди присмотреть за ее супругом.

Макс отвернулся обратно к книгам, он уже успел пожалеть, что вообще обратился к теневику, но Норда было не остановить.

– Она очень переживает, чтобы он не натворил дел. Не хватало нам еще вытаскивать его из объятий очередной престарелой графини, – мужчина во всю потешался над Агиларом, хотя ему, конечно, было прекрасно известно, что заявление леди Уоррен ложь чистой воды, да и сама графиня отнюдь не благочестивая монашка. Но отказать себе в удовольствии позлить ищейку он не мог, хотя бы исходя из различий образа жизни.

– Я рад, что обо мне есть кому беспокоиться, – ответил Макс на его выходку и тут же потерял к нему всяческий интерес, целиком и полностью поглощенный талмудами на столе.

Не смотря на мерзкий нрав собеседника, Макс признавал, что Норд оказался очень даже полезен. Благодаря назойливому блондину он теперь знал, что именно ему нужно искать – магические руны. И таких в книгах нашлось немало!

Большинство глав было отдано под их защитные или охранные свойства и лишь вскользь упоминались другие. Но и этого было достаточно, чтобы иметь представление с чем именно они столкнулись.

Руны призыва, одни из самых древнейших, требовали больших усилий для создания и зачастую определенного ритуала. Когда-то они использовались для призыва мертвых душ, чудовищ, нечистой силы, и по этой же причине они были изъяты из общественного доступа. Слишком много находилось смелых глупцов, которые даже не удосужились узнать, с какой опасной силой имеют дело.

Но рисунок найденных на самописце в кабинете графа Уоррена и на портсигаре графа Нерейского имел от них много отличий. Здесь переплетались с десяток разнообразных рунических символов, образуя ядреную смесь. Настоящая головоломка!

Одним из первых Макс нашел в золотистой вязи символ кровной клятвы. Призывник добровольно жертвовал кровь ради такого ритуала, и руна становилась не просто маячком, но и сильным побудителем к действию. Вряд ли, придя на зов такой безделицы, можно улизнуть от выполнения поручения. Темная магия этого просто не позволит.

В еще одной золотистой загогулине Макс с трудом распознал символ зачистки. Сведений о нем в книгах не было и вовсе. Но Агилар слишком хорошо знал историю, и то, что во время магической войны схожим символом помечали дома и целые селения своих врагов. Вероятно, остальные элементы рисунка вносили детали, каким образом должны были быть выполнены убийства, но об этом приходилось лишь догадываться. Но в том, что именно эти вещицы привели в дом аристократов убийц или убийцу, он ни капельки не сомневался.

Впрочем, эту теорию можно легко доказать, если навестить самое первое место преступления. Макс был уверен, что в доме герцога Варельта, они найдут нечто похожее. И тогда дело останется за малым, выяснить, как именно эти безделушки попали в дома ромеронской знати.

– Эй, книжный червь, ты там не уснул? – неожиданно над самым ухом раздался голос Норда, заставив Макса чуть ли не подпрыгнуть от удивления, а самого блондина засмеяться.

– Сложно уснуть, находясь в одной комнате с разбойником.

– Вообще-то из нас двоих только ты сидел в тюрьме, – довольным голосом произнес мужчина. – Нашел, что хотел?

– Да, есть кое-какие зацепки. Но чтобы сказать что-то наверняка нужно попасть в особняк Варельтов.

Норд присвистнул, даже не дослушав Макса.

– Ну, спасибо, что не в королевскую сокровищницу сразу.

Ночь словно темным покрывалом окутала весь город, все добропорядочные граждане Ромерона видели яркие сны. К слову, их было не так уж много. Ночная жизнь королевства вполне себе процветала и не утихала даже в темное время суток. Так и наши герои в этот час готовились к очередной вылазке.

В условленное время Кейт доставили в тихий проулок, ближайший к особняку Варельтов. Естественно, не без помощи теневиков. Пользоваться услугами личного водителя Шарля в такое время и для таких целей было опасно. Едва она вышла из авто, как из тени вынырнули две мужские фигуры, поджидающие только ее. По напряженным позам и взглядам, словно сверлящим друг друга, Кейт сразу поняла, что они опять повздорили. Но при ее появлении на лицах встречающих заиграли совершенно другие эмоции. Макс посмотрел на нее с нежностью, а Норд с гастрономическом интересом хищника, пребывающего не первый день на жесткой вегетарианской диете.

Маркиза не стала заострять свое внимание на этом, только тяжело вздохнула, подумав, что они ведут себя как мальчишки.

– Прекрасно выглядишь! Что при свете солнца, что в тени, я глаз не могу отвести, – нараспев начал практиковаться в рифме Норд, пока Макс не толкнул его плечом, проходя мимо. Агилар подошел к Кейт, собственнически приобнимая за талию.

– Пойдемте, пока здесь малолюдно и есть шанс пройти незамеченными. К рассвету будет полная улица торговцев, направляющихся к рынку. Кейт, ты готова?

– Конечно! – Мягкой улыбкой она поощрила действия Макса. А отвернувшись, не сдержала смешок, заметив выражение лица Норда.

“Да уж, эти двое не дадут заскучать”, мысленно отметила Кейтлин.

Она ни в одной своей смелой фантазии не воспринимала Норда, как мужчину. Скорее лишь как младшего брата. И дело даже не в проклятии, о котором Кейтлин не забывала ни на минуту. В жилах Норда еще бурлил юношеский максимализм, хоть он был не так и молод. Видимо, в жизни ему еще не встречалась женщина, способная дать отказ, от того он так рьяно ввязался в эту охоту и соперничество за внимание дамы.

– Ворота для прислуги мои люди уже открыли, зайдем с торца. Охранку сняли, а чтобы пробраться в дом, придется уже пораскинуть мозгами. Там доисторические замки на механике, мы просто не рассчитали время, чтобы вскрыть.

– А я думал великие Тени могут все, – не смог удержаться от подколки в его адрес Макс.

– Кто бы мне их еще дал, – задумчиво прошептал Норд, и уже громче добавил: – Что имеем, тому и радуемся. Тебе грех жаловаться, бывший следователь. Мы с Кейтлин и без тебя можем обойтись, а ты просто подожди в нас. Вон, сходи пунша выпей.

– Да я бы тебе даже перевозку кур не доверил, как ты вообще попал к Теням, не представляю.

– Исключительно благодаря своей харизме.

– Хватит уже упражняться в остроумии, мы тратим время, – строго высказалась Кейт, словно отсчитывая провинившихся детей.

Маркиза уверенным шагом пошла к особняку Варельтов. А мужчины, условившись о временном перемирии, двинулись за ней следом.

Двери действительно не поддавались. Хоть Макс и сталкивалась не раз прежде с механическими замками, слишком долго копался. Магия и механика были вполне совместимы. Но в данном случае на замке стоял антимагический блок, изобретенный одним из великих умов прошлого столетия, и пока никто не мог воздействовать магией на вещицы с такой занятной начинкой.

Аристократы любили перестраховаться, делая как раз двойные замки. Все, конечно, в этом мире можно вскрыть, но с механикой дольше возиться и знатоков крайне мало. Норд пытался подсказывать, нависая над плечом, что еще больше мешало делу и раздражало Макса. В какой-то момент он не выдержал и резко обернулся, желая послать блондинчика “прогуляться”. Но вместо этого вырвалось:

– Где Кейт?

Оба мужчины заозирались в поисках маркизы. Они тут же бросили свое занятие, в котором ничуть не преуспели, и быстрым шагом стали огибать особняк. Сначала они заметили юбку, аккуратно сложенную у кустов розариуса, потом одновременно подняли голову, услышав легкий шум.

Маркиза стояла на карнизе второго этажа, держась за толстые стебли виноградника, обвивающие дом, и демонстрировала прекрасную растяжку и столь же завораживающие формы, обтянутые кожаными штанами.

Мужчины растерялись, не зная, что делать. Единственное, что пришло им на ум – не мешать, ведь Кейт могла свалиться вниз, испугавшись шума. Оставалось только ждать и быть готовыми подстраховать, если прекрасная покорительница окон надумает сорваться.

А Кейтлин и не думала падать, она подтянулась на руках к заветному окну. Встав на подоконник, легким движением руки достала нож, прикрепленный к бедру, и вставила между деревянными створками окна. Она раскачивала их до тех пор, пока старая деревянная рама не затрещала, поддавшись натиску, и путь в недра дома был свободен.

Кейт глянула вниз, только сейчас заметив наблюдателей с ошарашенными лицами. Милая улыбка и воздушный поцелуй был послан удивленным мужчинам, прежде чем Кейт прыгнула внутрь.

Норд попытался было также залезть в окно, но виноградные стебли не выдерживали его веса. Мужчины переглянулись и уныло побрели ко входу, который явно изнутри открывался без каких-либо проблем. Тут они были солидарны в своих эмоциях и задетой мужской гордости, но решили промолчать по поводу безрассудства маркизы.

– Я думаю, весь дом осматривать смысла нет. Скажите, прекрасная нимфа, куда вас на этот раз тянет? – Норд залип взглядом на округлых бедрах Кейт, так удачно подчеркнутых одеждой.

Макс рыкнул и тут же выбежал из дома. Оставшись вдвоем, они недоуменно переглянулись, даже Норд оторвался от созерцания женских прелестей и уставился на дверь, не понимая, куда понесло Макса. Правда через полминуты Агилар уже стоял возле Кейтлин, протягивая ей ее юбку, которую не догадался сразу захватить.

– Спасибо! – Кейт быстро зафиксировала ткань и оказалась опять в легком платье. И не догадаешься, какие тайны сокрыты под ним.

– Не знаю, пока никуда, давайте пройдемся.

На втором этаже Кейт резко развернулась и вошла в ближайшие двери, это оказалась библиотека. Не такая большая, как у нее самой, но все же несколько стеллажей с книгами присутствовали.

“Может здесь только необходимое?” размышляла маркиза. У знатных семей принято иметь гигантские библиотеки, даже если они не читают. Эти мысли вытеснило желание прикоснуться к красивой статуэтке, стоящей на читальном столике. Макс успел поймать Кейтлин за руку и отстранить, когда она словно в трансе двинулась к столику.

– Присядь пока, я осмотрю ее сначала. И если все в порядке, заберем с собой.

Кейт послушно опустилась в кресло, стараясь не уснуть, разглядывая магических светлячков, что кружили по комнате. Макс и Норд тихо спорили над обнаруженной уликой.

Кейт решила себя занять хотя бы осмотром книг, оставшихся без хозяина и сиротливо ютившихся на пыльных полках. Она встала и начала осматривать корешки книг. В основном это были труды, связанные с экономикой, географией и историей. Ее внимание привлек томик “Воздушные суда: технологии и схемы”. У ее отца был такой же. Она тут же взяла его в руки, поддавшись воспоминаниям из детства.

Макс словно шестым чувством ощутил, как напряглась Кейтлин. Устремив взгляд в ее сторону, он увидел как краски схлынули с ее лица и она словно окаменела, склонившись над книгой.

– Кейт?

Она молчала.

Макс тут же подошел к ней и взял за руку. Рука была ледяной. Мужчина присел на одно колено перед креслом, ловя взгляд жены.

– Это книга моего отца! Что она здесь делает?! Я помню, что… Нет, я не помню, когда видела ее последний раз. Он часто с ней ходил на завод и делал пометки синим карандашом. Вот, смотри, это его почерк! Он хотел модернизировать уже существующие суда в нечто более совершенное. И поэтому записывал свои мысли и дополнял схемы. Он не мог отдать эту книгу. Что она здесь делает?! – Кейт листала страницы книги, обнаруживая раз за разом заметки своего родителя.

– Мы выясним. Я обещаю!

Кейт заметно потряхивало, она прижимала найденную книгу к груди, не желая даже на мгновение отпускать. Макс помог ей встать и мягко повел на выход из этого дома, принесшего столько потрясений. Норд, не вмешиваясь, последовал за парой, не забыв при этом захватить статуэтку.

Кейтлин то вздрагивала внезапно, то дрожала, словно бы от холода, то внезапно застывала, словно каменное изваяние, не говоря ни слова и даже не шевелясь. Обмениваясь тревожными взглядами, оба спутника маркизы пытались разговорить ее, но с каждой минутой это больше становилось похожим на допрос партизана. Кейт глубоко замкнулась в себе. А мужчины не находили более подходящих слов, чем обещание, что они все вместе разберутся в происходящем.

Едва прибыв в таверну, они почти силой заставили ее выпить успокоительный отвар. После чего Кейт забылась тревожным сном прямо в комнате Макса, но даже во сне она иногда вздрагивала и крепче прижимала книгу отца к груди.

Приглушив во всей комнате свет и оставив гореть лишь настольную лампу, мужчины разместились за столом, разглядывая свою находку.

– Тяжелая, – хмыкнул Норд, взвешивая на одной руке статуэтку.

– Похоже на бронзу.

– Ага, – подтвердил теневик. – Просто безделушка. Эх, побывали в таком дорогом особняке и не могли утащить вещицу поценнее… – притворно вздохнул мужчина.

– Бедная сиротка, – сквозь зубы прошипел Макс, забирая у того из рук бронзовую фигуру.

Аккуратно держа ее на весу, Макс старался не упустить ни одной детали из виду. Ему раньше не приходилось видеть подобное, аристократические семьи, как правило, предпочитают украшать свои дома зверями с семейной символики, доблестными рыцарями и принцессами. Хотя в горгулье, сидящей на крыше башни, тоже был свой шарм. Тело чудовища обвивалось вокруг маленькой башенки, а когти вонзились глубоко в черепицу. Пасть горгульи была раскрыта, словно она шипела или рычала на тех, кто посмел ее потревожить.

– Как символично, – мечтательно протянул Норд. – Чудовище, призванное в мир людей, чтобы защитить и покарать виновных.

– Ты еще и поэт, – невольно улыбнулся Агилар.

– Не без этого, – довольно кивнул Норд. – Я многосторонняя личность. Рисунок тот же? – Спросил он и кивком головы указал на башенку, которую облюбовало крылатое порождение кошмаров.

– Похоже на то, – хмуро отозвался Макс, разглядывая витиеватый золотистый узор, который покрывал черепичную крышу башни, а точнее ее основание.

Пусть даже часть золотых рунических символов была скрыта под лапами и хвостом чудовища, у Макса не оставалось никаких сомнений, что это именно та руна, которая им встречалась ранее.

– И что будем делать, господин бывший старший следователь? – словно бы с издевкой произнес Норд.

Ситуация на самом деле была не радужная, даже несмотря на то, что они нашли настоящую зацепку в этом деле. Им предстояла самая сложная задача – вычислить, кто именно мог подбросить все эти вещи в дома аристократов. И стоило признаться, что куда проще было бы найти иголку в стоге сена.

– Понятия не имею, – устало отозвался Макс, подперев голову руками и уставившись невидящим взглядом на статуэтку. – Все три предмета разные, у них нет ничего общего, кроме рун, нанесенных на них, думаю, гораздо позже изготовления. Не представляю, каким образом выяснить, кто именно их подкинул.

– Не проще ли сначала выяснить, что именно связывает этих троих? А еще заодно как связана с ними она сама, – Норд кивнул на спящую Кейтлин. Макс был признателен ему за подкинутые идеи, но в то же время зол.

– Ну вот иди и проверяй, умник, – вскипел мужчина, на что его собеседник только хмыкнул, поражаясь внезапной вспыльчивостью.

Норд пожал плечами, аккуратно поднялся из-за стола, чтобы шумом не разбудить Кейт, и вышел из комнаты. Он бы не занимал высокий пост среди теней, если бы не обладал сильной выдержкой.

Если все трое окажутся каким-либо образом связанными с маркизой Де Велье, это не сулит делу ничего хорошего. Как профессионал в своем деле, Максимилиан не мог не задуматься о том, может ли быть замешана в этом Кейтлин. Что если всему виной изощренная женская месть за своих родителей? Но как мужчина, которому эта женщина была дорога, он ненавидел себя за подобные предположения. Он доверял Кейтлин, не верил, что эмоции, которые она испытывала, были лишь фальшью или актерской игрой. Да еще и эти сложности в виде рун, ритуалов.

“Нет, все это бред. Кейт не причастна”, мысленно заключил про себя Макс. “Он должен обязательно найти того, кто пытается подставить его жену”.

Утвердившись в своем решении, Макс почувствовал облегчение. Тяжело подозревать близкого тебе человека. Потерев глаза от усталости, он бросил взгляд на спящую Кейт и на небольшой диванчик в углу. Порой там засыпал Норд, напившись содержимым мини-бара под предлогом охраны Агилара. Но сам Макс там спать не хотел. Он, черт возьми, два долгих месяца был джентльменом, и заслужил такую малость, как спать на кровати и рядом с собственной женой.

Кейт снился океан, необычно теплый. Он укачивал ее на своих волнах, а она сама словно растворялась в его мощи. То и дело горячие капли обжигали лицо, словно поцелуи. Кейт разомлела под напором стихии, желая погрузиться еще больше в эту желанную негу. Жар плавно спустился на шею, которую Кейт в блаженстве вытянула, волны сдавили спину и перешли на грудь. Тут в Кейт начал потихоньку просыпаться здравый смысл. Ночной туман окончательно развеялся, и она резко распахнула глаза.

Напротив оказались глаза ее собственного мужа, пронзительно синие, ничуть не уступающие океану из ее грез. И не было в этом взгляде ни капли раскаяния. Только бесконечное желание.

Макс потянулся к губам Кейт, за что сразу получил одной из декоративных подушек, которую Кейт ловко подхватила у изголовья кровати.

– Совсем с головой не дружишь?

Настрой мужчины быстро сменился. Он вскочил с кровати. Прошелся по комнате, резким движением распахнул окно, впуская свежий утренний воздух. Его плечи были напряжены. Штаны и рубашка, на которой он рискнул растегнуть лишь пару верхних пуговиц, изрядно помялись. Ему не впервой засыпать в одежде, но не в таком обществе…

– Скажи мне честно, Кейт, в чем дело? Я тебе не нравлюсь? Если так, то не буду больше и пытаться. Не нужно прикрываться проклятием, – Макс сказал это, даже не оборачиваясь. Его голос был тихим и уставшим.

Кейт сразу охватило чувство стыда и понимание, насколько она обижает Макса своим поведением, а ведь он ей действительно нравится и даже больше…

– Но проклятие…

– Как видишь, со мной ничего не произошло. У любого проклятия есть срок действия, может у твоего истек? Ну, или мы чудесным образом соблюли все необходимые условия, или твоему проклятию больше нравятся брюнеты, или на четвертом муже оно решило отдохнуть… Кейт, я не боюсь!

– Я хочу быть в этом уверена. Если бы ты мне не нравился, я бы так не переживала. Извини… Макс, я правда хочу сначала убедиться, что не опасна для тебя. Пойми, я просто не выдержу, если потеряю тебя по собственной вине.

– Хорошо. Сначала выясним. Я рад что услышал именно эти слова, а не то, насколько тебе противен. Надеюсь, просто прикасаться к тебе мне не запрещено? – Агилар впервые улыбнулся за это утро, посмотрев на Кейтлин хитрым прищуром своих глаз.

Кейт вскочила с постели, чуть не запутавшись в одеяле.

– Не все сразу. Ты специально меня провоцируешь! Я в ванную.

Маркиза быстро исчезла за дверью. Оказавшись в относительных безопасности и одиночестве, Кейт прислонилась спиной к стене и закрыла лицо руками. Губы предательски расползались в широкой улыбке.

"А вдруг он прав и у нас все получится? Вдруг все и правда позади… Как бы мне хотелось, чтобы это оказалось правдой…"

Чем больше Кейт думала о проклятии, тем больше у нее болела голова. Она подошла к белоснежной раковине и включила воду.

Макс ненадолго смог отвлечь ее от размышлений по поводу гибели семьи, а теперь вместе с водой на нее бурным потоком обрушились и воспоминания. С каждой минутой в ней крепла уверенность, что ее родители погибли вовсе не случайно. Вчера ею руководили эмоции, но теперь Кейт была уже собрана и холодна. Ей просто необходимо во всем этом разобраться, расставить все по полочкам в своей голове.

Кейт поспешила привести себя в порядок, только сейчас заметив, что ее платье постигла весьма печальная участь. Кое-как расправив его, Кейт вернулась в комнату. Боясь собственных чувств, она поспешила скорее ускользнуть от Макса, прикрываясь делами. К слову, у нее они они действительно были. Но оставить производство без контроля на день было не так страшно, как остаться с собственным мужем наедине. Какой бы заманчивой и не казалась эта затея.

– Я хочу поехать на завод, в кабинет отца, одна. Может быть, там я вспомню что-нибудь.

– Хорошо, я буду ждать тебя здесь, – разведя руки в стороны ответил Макс.

– Прости, просто мне нужно время. Вечером я привезу тебе одежду, – сменила тему маркиза, коря себя за невнимательность.

– Спасибо, это точно не будет лишним, – мужчина улыбнулся уголками губ, провожая ее фигуру взглядом. – Я буду скучать.

Кейтлин отвернулась, пряча улыбку, и лишь пройдя по коридору с десяток шагов произнесла полушепотом: “Я тоже…”

– Стой же ты! – Норд пытался остановить Макса, внезапно сорвавшегося с места, но преуспеть в этом деле было не так-то просто.

– Пусти меня, – Макс попытался обогнуть его, но Норд снова преградил ему дорогу. – Мне нужно найти Кейт!

– Остынь, чайник. Дай женщине по тебе соскучиться, – блондин скрестил руки на груди и прислонился спиной к двери, всем своим видом показывая, что так просто его отсюда не сдвинуть. – Мы не для того тебя из тюрьмы вытаскивали, чтобы ты в разгар дня по улицам шастал. Давай тогда уже сразу в управление возвращайся.

– Да к черту это управление! Как ты не понимаешь?! Она в опасности!

– Ну это я прекрасно понимаю. Я тебе больше скажу, на улицах Ромерона все в той или иной опасности.

– Все дело в убийце. Кейтлин может оказаться… – Агилар замялся, тщательно подбирая слова и даже не зная, как правильно назвать эту степень родства. – В общем, прабабушка Кейтлин была женой графа Крайса, одного из.

– Ну и что?

– И она была беременна!

– Подозрительная осведомленность, – улыбнулся Норд, хитро прищуривая один глаз.

– Если Кейт окажется наследницей Крайсов, ее могут тоже убить…

– Уговорил, речистый, – Норд поднял ладони вверх, словно признавая поражение. – Но это не значит, что я отпущу тебя одного, да еще и безо всякого прикрытия.

Макс порывисто кивнул, сейчас он был согласен на что угодно, лишь бы поскорее отыскать Кейт и убедиться, что ей ничего не угрожает.

– Совсем ополоумели со своими аристократами. Та пусть хоть все поубиваются, – причитал Норд, навешивая на Макса амулеты для отвода глаз и маскировки. – И за что меня так угораздило?

Всю дорогу к заброшенному заводу отца Кейт, Максимилиан провел как на иголках, представляя все самое худшее. Ему и так повезло, что он знал хотя бы, где именно искать маркизу. У проходной стоял автомобиль Кейтлин, неподалеку прогуливался личный водитель Шарль, на которого Макс не обратил никакого внимания, промчавшись мимо.

– Кейт! – разнесся эхом голос Макса по пустующему цеху, больше напоминающему огромный ангар.

Завод пустовал, но не был запущен. Чистота и порядок говорили о том, что работа здесь готова начаться в любой момент. Но этот самый момент не наступал уже долгие годы, пока наследница талантливого инженера билась с бюрократической системой королевства и предрассудками его жителей.

– Кейтлин! – с облегчением вскрикнул мужчина, обнаружив ее в кабинете. Он сгреб ее хрупкую фигуру в охапку, боясь выпустить хоть на миг, и прижал к себе.

– Что вы здесь делаете?! – маркиза перевела ошарашенный взгляд с Макса на вошедшего Норда. – Что-то случилось?!

– Ага, отряд потерял одного бойца. Он сошел с ума, – сказал Норд прежде чем пройти в самый дальний угол кабинета, делая вид, что поглощен содержимым книжного шкафа. На самом же деле, он понимал, что горе-влюбленным есть о чем поговорить и без него.

– Есть подозрения, что следующей жертвой может быть род графа Крайса, – полушепотом начал пояснять Макс нахмурившейся Кейтлин. – Прежде наш убийца убил даже бастарда своей жертвы, а уж законных родственников он точно не пощадит.

С каждым новым словом мужчины маркиза становилась все более задумчивой.

– Все в порядке, Кейт? – от Макса не укрылось ее состояние.

– Да, – после недолгой паузы на выдохе сказала она. – Тебе не стоило рисковать понапрасну.

– Но…

– Я не имею к ним никакого отношения, – Кейтлин перебила Макса на полуслове, глядя в окно и будто бы не решаясь перевести взгляд на супруга. Маркиза подошла к старому деревянному секретеру, отодвинула один из маленьких выдвижных ящичков наверху и, взяв его содержимое, медленно вернулась обратно к супругу. – Вот.

Кейт вложила в ладонь Макса небольшую брошку в виде бабочки.

– Это все, что у меня есть от настоящего прадеда. И это все, что у него было до встречи с маркизой, – Кейт горько ухмыльнулась. – Целое состояние для простолюдина, настоящее серебро. Мой дед – внебрачный ребенок, и к его появлению на свет Райли Крайс не имел никакого отношения.

Кейт скрестила на груди руки, погруженная в самые нелицеприятные мысли. В свете того, что она теперь знала о происхождении своего мужа, захочет ли он иметь дело с такой, как она? Не самая лучшая партия для наследника герцога.

– Ну и слава Богу, – второй раз за последние десять минут удивил ее Макс и снова сгреб в свои объятия, покрывая легкими поцелуями лицо и ладони маркизы. Наследница, не наследница, все равно. Зато сейчас жива и в относительной безопасности.

План был прост, Кейтлин сама его и предложила. Пока она, как главная виновница последних сплетен королевства, будет блистать на вечере Крайсов, тем самым отвлекая на себя все внимание, Норд и Макс проберутся в особняк. Здесь начиналась самая тяжелая и малопонятная часть плана – найди то, не знаю что. Кейт надеялась, что ей удастся что-то почувствовать и подсказать мужчинам.

Макс будет весь вечер под иллюзией, в качестве обслуживающего персонала, а Норд, как гость для его прикрытия. Вот через Норда они и смогут общаться при крайней необходимости.

Макс, конечно, хотел обойтись на этой вылазке без Кейт, опасаясь за ее эмоциональное состояние. Зная светское общество не понаслышке, ей предстоит выдержать тонну злорадства, завуалированную сочувствием. А ведь это ее первый выход после громкого скандала, связанного с его арестом и обвинением. И каждый, словно пиранья, не упустит шанс укусить побольнее и побольше. Но Кейт в этом вопросе была категорична. Ей и самой не нравилась идея, что Макс решил отправиться в графский особняк. Но унизить своим опасением мужчину она, конечно, не могла, поэтому решила быть хотя бы рядом, чтобы не сходить с ума от ожидания. Норд же, единственный, ни за кого не переживал. Для него такой выход в свет был просто развлечением.

У Кейт скопилось за это время немалое количество карточек с приглашениями на разные вечера. Каждый хотел развлечься за ее счет. И Крайсы были не исключением.

Маркиза Де Велье собиралась на званный вечер, как на войну. Побольше косметики, которую Кейт так не любила, но на этот раз нужно подчеркнуть черты лица и придать надменность выражению. Изгиб бровей, острые стрелки, кровавый оттенок помады – все это придавало резкости образу. Толстый слой пудры скроет любые проявления эмоций. Словно театральную маску Кейтлин выводила на своем лице настроение, скрывая страх. Тугая прическа, до боли, чтобы не позволить себе расслабится.

Яркое платье и драгоценности она надевала как броню, их цель сегодня – отвлекать внимание от самой Кейт. По крайней мере, на это был расчет. Она готовилась сама, без помощи Хельги, это был словно ритуал, помогающий настроится на нужный лад. Она должна со всем справиться. Ради своей семьи и ради Макса, который уж стал неотъемлемой ее частью.

Едва Кейт вошла в ярко освещенную гостиную, в просторной комнате повисло секундное затишье. Ни для кого из гостей ее появление не осталось незамеченным. Еще одна секунда и гул голосов стал еще больше, чем прежде. Аристократы не упускали возможности обсудить свою менее счастливую соплеменницу. Со всех сторон ей слышались шепотки, произносящие ее имя, а хозяйка особняка уже спешила к ней, демонстрируя радушную улыбку.

– Кейтлин-душенька! Я так рада вас видеть. Как вы, дорогая? Ох, такой удар, это ужасно. Как вы справляетесь? Замечательно выглядите, – бесконечно тарраторя хозяйка увлекала Кейт к мягким диванчикам, где уже сидели знатные матроны Ромерона и с предвкушающими улыбками ждали свою жертву.

Кейт понимала, что общими фразами не отделаться. Ей нужно завладеть вниманием и привлечь, как можно больше слушателей. Которые уже потихоньку и так подтягивались в сторону мягкого уголка гостиной. Она решила не разочаровывать гостей и, всхлипнув, начала свою партию.

– Это невероятное потрясение! Кто бы мог только подумать… – с каждым новым словом Кейтлин, вокруг нее сужался круг из благодатной аристократической публики.

– Вы не подозревали о том, что он шпион?

– Леди Элизабет, вы же не думаете, что король благословил бы мой брак с врагом королевства?! Мне слабо верится в это обвинение, возможно от нас что-то скрывают. Об этом сейчас твердят все, кому не лень. Вы бы тоже это могли слышать, если бы чаще выходили из модных салонов.

Молоденькая леди, отъявленная модница Ромерона и младшая наследница Крайсов, потупила голову.

– Куда больше меня возмущает факт измены!

Женщины вокруг разразились слаженным вздохом, чем заинтересовали и мужчин, начавших проявлять интерес к их прекрасной компании.

– Бедная графиня Уоррен, – прикрыла рот ладошкой графиня Крайс, но Кейт лишь хмыкнула в ответ, вздернув высоко свой напудренный носик.

– К сожалению, это не первый гулящий мужчина в Ромероне. И даже не первый среди моих мужей. Но и тут есть одна загвоздка, которая не дает мне покоя, – заинтриговала своих собеседниц маркиза. – Я бы ничуть не удивилась, если бы молодого мужчину обнаружили в обществе не менее молодых прелестниц, пусть даже и сомнительного происхождения и репутации. Но ведь речь идет не о первой встречной девушке, а о графине Уоррен. Ума не приложу, как эта ситуация стала возможной. Как мог мужчина обойти охрану и бдительную, умудренную жизненным опытом, женщину?

Кейт намеренно говорила эта, зная, что уже на следующий день вся столица будет гудеть о непристойном поведении леди Эммы, а о выдуманной измене Макса все и забудут вовсе.

Маркиза так увлеклась, что даже вздрогнула, когда мужская рука неожиданно легла на ее плечо. Мужчина с подозрительно знакомыми ледяным взглядом и в темно синем костюме стоял за спиной.

– Полно вам, миледи, так убиваться. Вы так молоды и прекрасны. Разрешите вас украсть из этого цветника и пригласить на танец?

Для Кейт это было желанным побегом. Она тут же приняла руку “незнакомца” под перешептывания и завистливые взгляды дам, оставшихся скучать на диванчиках.

– Прекрати так крутить головой. Все с твоим Максом в порядке. Расслабься, на нас все смотрят. Сделай заинтересованный вид, нам еще по дому предстоит прогуляться.

Кейт улыбнулась, собрав в кулак все свои силы, и посмотрела на Норда.

– Мда… Ты мне горло хочешь перегрызть или так показываешь заинтересованность?

Мелодия закончилась, Норд галантно поцеловал руку маркизы в знак благодарности за оказанную честь. Публика ловила каждое движение этой экстравагантной пары.

– Мне душно, – Кейт произнесла оговоренную фразу.

– Действительно, здесь душновато, разрешите проводить вас на свежий воздух?

– Господи, надеюсь они не последуют за нами? – шепотом пробормотала Кейт.

– Воспитание не позволит. Но, судя по любопытству во взглядах, они очень хотят подержать нам свечку, – в привычной манере весело отозвался мужчина.

Весь первый этаж был в распоряжении гостей, так уж заведено. Тут были выходы на балконы и в сад, и даже пару гостевых для непродолжительного отдыха. Кейтлин с Нордом быстро прошмыгнули на большую веранду, пока коридоры были пустые.

– Чувствуешь что-нибудь?

– Кроме отвращения? – Кейт иронично подняла одну бровь.

Норд улыбнулась словам маркизы, а сама Кейт заозиралась по сторонам.

– Даже не знаю, – тихо произнесла она. – Давай пройдемся вокруг, может что-то проясниться.

– Вперед, рулевой, – Норд поставил локоть своей спутнице и они вместе не спеша двинулись вдоль особняка.

Макс с первой минуты почувствовал появление Кейт в особняке Варельтов. Все изменилось враз, поведение и слуг, и гостей, и хозяев. Хищные пираньи, по ошибке названные сливками общества, взяли его хрупкую девочку в оборот, выуживая подробности его ареста и измены. Им даже доказательства не нужны, лишь бы был повод полить кого-нибудь грязью. Ему бы очень хотелось быть сейчас рядом и защитить Кейтлин от чужих нападок. Но приходилось довольствоваться тем, что поблизости Норд и она не одна, в нужную минуту тот обязательно придет на выручку.

Агилар вновь был увешан амулетами с подачи теневика. Оставалось лишь диву даваться, как он умудрился все спрятать под униформу.

– Эй, ты, принеси еще вина, – раздался рядом надменный голос, обращаясь к Максу.

Мужчина кивнул, и, опустив голову, вышел из большого зала. Видел бы его сейчас отец в ливрее официанта, старика бы хватил удар. Не такое будущее он пророчил своему единственному наследнику. Естественно, Макс не собирался быть весь вечер мальчиком на побегушках. Хочется графу Крайсу испить вина? Пусть возьмет его сам. Агилар же, миновав кухню, двинулся дальше по коридору.

Норд молчал, от них с Кейт еще не было никаких весточек, но это не повод бездельничать. Самописец, портсигар, статуэтка в личной библиотеке – все вещи принадлежали главам рода, вероятно, должны были находиться в тесном контакте с ними. Макс решил проверить эту теорию и двинулся вглубь особняка в поисках кабинетах лорда Крайса.

Чем дальше удалялся мужчина, тем тише становились голоса гостей. Толстые каменные стены родового имения этому отлично способствовали. Казалось бы, официант-самозванец должен был почувствовать облегчение, оказавшись вдали от чужих глаз. Вот только с Агиларом все было наоборот: с каждым шагом тревожность только нарастала и не покидало ощущение, будто кто-то наблюдает за ним.

У его отца были в распоряжении несколько тайных ходов и даже комнат, в имении потомственного банкира и казначея, не позволяющему никому сделать и шагу без его ведома, иначе и быть не могло.

Легкие шаги позади заставили его ускориться, а прожигающий спину взгляд – петлять коридорами и переходами как рысак в лесу. Макс повернул за угол и застыл, готовый в любую минуту обрушить удар на своего преследователя. И чуть было не сделал этого, но вовремя опознал в белобрысой макушке своего товарища.

– Набегался? – растянул губы в улыбке Норд.

– Идиот, – сквозь зубы прошипел ему Агилар.

– Ты очень, очень нехороший друг…

– Ты что-то узнал внизу?

– Кроме подробностей твоих похождений? – снова улыбнулся блондин. Во всем особняке было бы сложно найти человека, который получал больше удовольствия от приема, чем Норд. – Ничего я не узнал, – мужчина сдался под испепеляющим взглядом Макса. – Кейт, не может понять. Ей хочется походить по всему имению, а мне что-то подсказывает хозяева будут против экскурсии.

– Паршиво…

Норд неопределенно пожал плечами в ответ.

– Я хочу проверить кабинет Крайса. Есть кое-какие идеи на этот счет, – уже спокойно проговорил Макс.

– Хорошо. Он там, – Норд махнул рукой, безошибочно на развилке находя верный путь.

– Есть хоть что-то, чего ты не знаешь?! – удивился Агилар.

– Нет, – самодовольно протянул теневик, ступая следом за Максом. – Теперь я даже знаю, как хорошо танцует маркиза, и как она…

Не дав ему договорить, Макс сгреб Норда и силой прижал к стене, схватив за грудки.

– Не смей, – почти прорычал он ему в лицо. – Не смей к ней прикасаться.

Макс отпрянул от Норда, потирая кисти и жалея: то ли о том, что дал слабину, то ли о том, что не ударил Норда. Оставшееся расстояние до кабинета они прошли молча, если не считать того, что беззаботный теневик пытался насвистывать гимн Ромерона, но постоянно сбивался на популярные в простонародье романсы.

Оказавшись перед нужной дверью, оба застыли. Кабинет был не заперт, внутри пусто. Слишком легко…

Макс первым вошел внутрь, озираясь по сторонам.

– Похоже все чисто, – тихо произнес он, оборачиваясь к Норду.

Но в ответ услышал лишь звук удара и глухой стук от падения бессознательного тела. Блондин кулем упал вниз, его яркая шевелюра быстро окрашивалась в красный цвет от хлынувшей крови. В дверях, где еще несколько секунд назад никого кроме их самих не было, стоял мужчина во фраке и ухмыляясь перебросил револьвер из руки в руку. Секундного оценивающего взгляда на оружие было достаточно, чтобы понять, что это был не выстрел. Незнакомец ударил по затылку Норда затылком револьвера. Вот так ирония для беззаботного теневика…

– Я же просила не вмешиваться! Мне не нужна ничья помощь, да еще и такими топорными методами! – раздался женский недовольный голос и в кабинет, минуя напарника и тело Норда, зашла женщина.

Маркиза?!

Макс не мог оторвать взгляд от вошедшей женщины. И она не осталась в долгу, смерив его презрительным.

Непостижимо. Мужчина всматривался в стройную фигуру, которую природа щедро одарила женской красотой и грацией, и не мог поверить, что такое возможно. Последние два месяца каждый день он всматривался в такие же глаза насыщенного темно-зеленого цвета, словно проваливался в болота Арасса, ловил улыбку на схожих пухленьких губках. Но лишь схожих. Перед ним была настоящая маркиза Кейтлин Де Велье, которую ему не раз довелось видеть на портретах в доме его любимой жены.

Но разве такое возможно? Ей должно быть не менее ста лет, а она выглядит едва ли на тридцать.

– Ступай прочь, – не поворачивая головы, сказала маркиза. И хоть смотрела она только на Макса, он сразу понял, что обращалась она к своему спутнику. Его так просто она не отпустит.

– Не велено, – с гадкой ухмылкой ответил незнакомец. – Лучше выполняй свою работу.

Маркиза скривила лицо в недовольной гримасе, ее кулаки сжались, показывая Максу немалое раздражение на спутника, вмиг оказавшимся конвоиром. Несколько секунд леди Кейтлин понадобилось, чтобы взять себя в руки и спокойным голосом сказать:

– Безмерно рада нашему знакомству. Хоть оно и будет недолгим.

– Не могу сказать того же, миледи, – с трудом нашел слова Макс, впервые угодивший в такую патовую ситуацию.

Любое его движение оборвется выстрелом револьвера, да и может ли он что-либо сделать?! Даже если отбросить тот факт, что перед ним женщина, как смириться с тем, что это родственница его Кейт.

– Не дергайся и больно не будет, – маркиза улыбнулась, обнажив стройный ряд белоснежных зубов. – От судьбы не убежишь, кто-нибудь из нас тебя прикончит.

Макс следил за каждым движением приближающейся женщины и никак не мог понять последнюю, весьма двусмысленную фразу: имела ли маркиза в виду себя и своего конвоира или говорила про себя и свою правнучку.

Быстрым движением Агилар выхватил свой собственный револьвер, спрятанный под ливреей. Конвоир не успел среагировать, а вот миледи даже не дернулась. Напролом она шла на Макса, не страшась смотрящего ей прямо в грудь дула.

– А силенок хватит? – медленно и тягуче произнесла маркиза, в то время как ее напарник целился в лже-официанта. – Оружие, – хмыкнула миледи. – Самый ненадежный союзник и самый капризный. У меня есть кое-что получше.

Маркиза, приблизившись почти вплотную к Максу, стянула с правой руки черную кожаную перчатку.

– Сидел бы спокойно в своей Арании и не знал бы горя. Ни ты, ни моя девочка. Оно и к лучшему, что ты не успел с ней попрощаться, – леди Кейтлин протянула ладонь, чтобы подарить своему зятю смертельное касание.

Тонкий шелк ей был не помеха, в отличии от более грубой ливреи.

“Какие же кругом идиоты”, сетовала маркиза. И было на что. “Мнят себя высшим обществом и даже не в состоянии разглядеть на прислуге аранский высококачественный шелк”.

– Я успел, – поправил ее несостоявшийся убиенный, когда ладонь леди Кейтлин легла на его нагрудный карман, не причинив ему никакого вреда. – Я успел попрощаться со своей девочкой.

Последние слова Макс почти прошептал, в то время как леди Кейтлин интересовало только содержимое его кармана. Аккуратно поддев тонкими изящными пальцами, она вытащила серебряную бабочку, которая слегка потускнела с годами. Или ей только казалось, что раньше она была ярче. Ей эта заколка принесла немало горя, но женщина все равно улыбнулась, вспоминая лишь только хорошее.

– Она отдала ее тебе? – вскинула брови в удивлении маркиза.

Макс улыбнулся одними уголками губ, не желая отвечать на этот вопрос. Возможно, его милая Кейт и отдала бы ему это брошку, но… он ее просто стащил. Шестое чувство гнало его к ней, хотелось увидеться, обнять, поцеловать перед этой вылазкой. И он пробыл бы с ней весь день, если бы она не выставила его вон со словами, что он мешает ей готовиться к приему. Желая иметь с собой хоть что-то напоминающее о любимой, он схватил с ее столика первую попавшуюся вещь. Ею оказалась бабочка-брошка.

– Что ты медлишь, ведьма? – резкий окрик заставил маркизу поднять голову. В глазах леди Кейтлин стояли слезы, а губы сжались в тонкую нить от переполнившей злобы. – Или его прикончу я сам, – сказал незнакомец, потерявший терпение.

– Стреляй, – беззвучно, одними губами прошептала маркиза.

Агилара не нужно было просить дважды. Выстрелы раздались почти одновременно. Макс нацелил револьвер на мужчину и нажал на спусковой курок, не мешкая ни секунды. Леди Кейт почти молниеносно набросилась на него, одновременно с раздавшимся вторым выстрелом. Комнату заполнил дым, глаза щипало от пороха. А сам Макс покачиваясь, едва выстоял на ногах от повисшей на нем маркизы.

Он попытался разжать ее руки и тут же подхватил вновь, не давая упасть. Положив ее аккуратно на пол, он заметил, как быстрыми ручейками растекалась вокруг кровь. Ее конвоир, сраженный метким выстрелом прямо в сердце, лежал без дыхания, а вот миледи повезло меньше. Закрыв своим телом Макса, она теперь умирала мучительно долго.

– Я позову на помощь, – спохватился Макс, порываясь встать с колен.

– Нет, – собрав последние силы, крикнула леди Кейтлин и зашлась в хриплом кашле. – Скажешь, что застрелили твою прабабушку?

Миледи улыбнулась, надеясь тем самым успокоить мужчину. И может, если бы не кровь, появившаяся от кашля на ее губах, она бы в этом и преуспела.

– Вам еще можно помочь, – будто умолял ее Макс, пытаясь воззвать к ее инстинктам.

– Во внутреннем кармане… ключ… отдай Кейт… И береги ее… – медленно, откашливаясь после каждой фразы, говорила маркиза. – Я уже не смогу.

“Уходи красиво и с загадочной улыбкой. Если мы вдруг засветимся, тебя тут быть не должно. Да, не делай такие большие глаза, неужели ты не веришь в нас?!… Мы немного пройдемся и тоже покинем это веселое место” – все, что сказал Норд на прощание.

Его сетования, что приходится отрываться от столь прекрасной прогулки и компании, только разозлили Кейт. Она прекрасно видела, что стоило им вдалеке увидеть Макса, как азарт захлестнул теневика с головой. Он рвался догнать конкурента, который без него мог найти что-то стоящее внимания. Ребячество…

Кейтлин осталась в одиночестве посреди парка. Норд за считанные секунды просто растворился рядом с ней.

“Вот, действительно, ушел красиво, мне бы так научиться. Да-а-а, портить репутацию, так окончательно…”

Вернувшись в гостиную, маркиза мысленно отругала Норда, мог бы и проводить, а уж дальше затеряться в толпе. Хотя… Юные барышни с такими плотоядными взглядами смотрели за спину Кейт, что не нужно посещать гадалку, было ясно, кого они выискивают. Действительно, Норд не затерялся бы.

Маркиза, вымученно улыбаясь, подошла к хозяевам дома.

– Прошу меня простить, но у меня так разболелась голова, я вас вынуждена покинуть, – Кейт не забыла схватиться за виски, массируя их.

– Да-да. Конечно. А где же ваш спутник? – не скрыла интерес хозяйка дома, за что получила гневный взгляд от собственного мужа.

– В отличие от некоторых дам высшего света, я умею давать отпор на непристойные предложения. За смазливой внешностью и красивыми манерами очень часто скрываются коварные личности, – быстро нашлась с ответом Кейт, тем самым отомстив Норду за сложившуюся ситуацию.

– Ох, – послышался слаженный тихий вздох со всех сторон от юных дев, расположившихся неподалеку.

Маркиза наконец спокойно выдохнула, покидая этот вертеп. Но, обернувшись почти у самых дверей, заметила, как несколько дам друг за другом пытались незаметно просочиться к дверям ведущим в сад. Вероятно, упражняться в отказах на непристойные предложения…

– Шарль, вези домой, – она откинулась на спинку кресла, прикрывая глаза и молясь деве-заступнице, чтобы с мужчинами ничего не случилось.

Сердце сжималось от дурного предчувствия, но мысль остаться караулить в машине она сразу же отмела. Мужчины не хотят, чтобы их считали слабаками и контролировали – эта истина ей хорошо была известна.

Переступив порог дома, Кейт сразу наткнулась на обеспокоенную Хельгу, которая сразу же бросилась навстречу хозяйке, будто бы ждала ее. Кейт вопросительно подняла брови.

“Что же могло произойти?”

– Миледи, вас ожидают, – полушепотом произнесла горничная, косясь в сторону каминного зала. – Простите, мы не знали, как себя вести, мы пытались не пускать гостя. Но…

– Хоуп?

“Кто еще мог пожаловать на ночь глядя, презрев на законы этикета?!” подумала Кейт и решительным шагом направилась выгонять зарвавшегося гостя. Слежка за домом была снята, благодаря ее стараниям, а этот наглый тип все никак не уймется.

– Нет-нет, постойте…

Горничная пыталась остановить хозяйку, но Кейт ее уже не слышала. Разозлившись, она с силой толкнула дверь, да так, что та ударилась о стену.

– Как мило вы нас приветствуете! Польщен. Такая экспрессия. Ну что ж, невестка дорогая, я вижу, вы разделяете мои чувства по поводу знакомства.

В креслах около камина расположились мужчина в возрасте и юная девушка, так похожая на Макса. Она вскочила, приветствуя хозяйку, а мужчина только слегка повернул голову, а затем недовольно жестом приказал своей дочери сесть на место. Несомненно, это были отец и сестра Максимилиана.

Кейт заметила на небольшом столике рядом с камином полупустые тарелки, заварник и чашки. Долго ждали…

– Уже развлекаетесь на вечерах? Говорят, с другими мужьями вы выдерживали траур, – наконец мужчина встал и по-хозяйски прошел в центр комнаты, в упор осматривая Кейт.

От пронизывающего взгляда герцога становилось не по себе. Сильная и независимая женщина терялась перед его напором, чувствовала себя нашкодившим ребенком.

– Я не ожидала вас увидеть, – совладав с духом, произнесла Кейтлин, но герцог фон Агилар даже не заметил ее реплику.

– Черная вдова, кто бы мог подумать… – герцог все больше распалялся с каждым новым словом. – И как только моего сына угораздило с вами связаться?! Вы – знатная аферистка. Собрали целое состояние от своих столь неудачных браков. Но от моего сына вы не получите ничего. И не надейтесь! В Арании ваш брак не признают. Я знаю, что Максимилиан жив, – герцог мельком взглянул на кольцо с большим синим камнем. – Мне нужна от вас лишь информация! Все, что вы знаете. Я щедро оплачу. И гарантирую, нашу семью вы больше не увидите. Впрочем, того же требую и от вас.

Герцог выжидательно уставился на хозяйку дома. По сжатым кулакам было видно, что волнение все же охватило его. А Софи и не скрывала свое беспокойство, она смотрела умоляющим взглядом и кусала губы.

Кейт нахмурилась, ей было очень неприятно слышать такие слова. Любому другому она дала бы сиюминутно отпор, но этот выпад в свою сторону она стерпела, не проронив ни слова. Дело бы даже не во власти и силе стоящего перед ней человека. Какими бы ни были разногласия между ними, Генрих фон Агилар любил своего единственного сына. Как и сама Кейт. От того, она понимала гнев герцога, вероятно только сегодня узнавшего о женитьбе сына.

Соблазн выдать Макса отцу был слишком велик. Герцог смог бы забрать его и укрыть, но она не могла принять такое решение, не посоветовавшись с мужем. А может просто сама не хотела отпускать его.

“Что же мне делать?”

– Макс… – начала было маркиза, но ее тут же перебил мужчина напротив.

– Максимилиан! Моего сына зовут Максимилиан, – гневно поправил он Кейт.

Кейт прикрыла глаза, тщетно пытаясь сосчитать садовых гномов и успокоиться.

– Леди Кейтлин, вам известно, где находится мой брат? – вернул маркизу к реальности тонкий голосок Софи.

– Да, – ответила Кейт, стараясь смотреть лишь на девушку в кресле, но краем глаза отмечая, как подобрался мужчина, услышав ее ответ.

Софи только собралась задать Кейт следующий вопрос, как послышался шум у входных дверей и вскрик Хельги.

– Лекаря срочно! Господин ранен, – крики Хельги заставили Кейтлин и ее гостей выбежать из гостиной.

– Хельга, успокойся! Никаких лекарей. Это не моя кровь.

Голос Макса заставил сердце Кейт пустится вскачь, а ее саму поспешить. Она бы с радостью заключила его сейчас в объятья, вот только мужчина был занят тем, что поддерживал Норда. Теневик, бледный как полотно, едва мог сам стоять на ногах.

– Куда вы пропали? Что с вами произошло? Чья это кровь? – из Кейтлин сыпались вопросы как из рога изобилия. Она помогла Максу расположить Норда на диванчике в гостиной.

– Что здесь происходит?! – громогласный голос Генриха фон Агилара заставил всех обратить на него внимание. Софи пряталась за спиной отца, выглядывая из любопытства, чтобы оценить обстановку.

– Не сейчас, – устало вздохнул Макс, едва увидев ближайшего родственника. Но герцога Арании такой ответ не устроил.

– Я присмотрю за ним, – Кейт положила ладонь на руку Макса, словно пытаясь поддержать. – Ступай.

В сторону герцога, у которого от ярости едва дым из ушей и ноздрей не шел, она старалась не смотреть.

– Софи, не подходи, – раздался позади голос мужчины и Кейт сразу же вспомнились слова Макса о том, как его отец любит всех контролировать. Вот уж точно.

– Но он же ранен! – всплеснула руками молодая девушка и подбежала к диванчику, несмотря на запрет отца.

Макс с отцом покинули гостиную, устраивать семейные разборки на глазах у всех для аристократов такого уровня было непозволительной роскошью. Кейтлин заозиралась по сторонам в поисках горничной, но ее будто ветром сдуло. Что неудивительно, зная как сильно Хельга боится одного вида крови. Оставив Норда на попечение Софи, она решила сама сходить за всем необходимым: теплой водой, бинтами… Кейт была напугана не меньше Хельги, но показывать слабину она не привыкла.

Попросив у кухарки Маяши теплой воды, Кейтлин с кувшином в руках вернулась обратно. Вернулась и застыла в дверях, не в силах сдержать улыбку от увиденной картины.

Пока Кейт отсутствовала, кто-то из прислуги принес Софи аптечку. И теперь девушка со всем только возможным старанием бинтовала Норду руку, которую тот по-хозяйски расположил на ее коленях. Иногда блондин тяжело вздыхал, словно бы от боли, не забывая при этом бросать игривые взгляды на свою целительницу. О том, что у Норда на самом деле разбита голова, кажется, все позабыли, увлеченные бинтованием здоровых конечностей.

– Тебе помочь? – обратилась Кейт к юной врачевательнице, которая только сейчас заметила появление маркизы.

– Спасибо, я справляюсь, – девушка покраснела от смущения и отвела взгляд.

– Это я вижу, – с улыбкой произнесла Кейтлин, переводя взгляд с Софи на Норда, внезапно ожившего и излечившегося.

Совместными усилиями Кейт и Софи быстро привели Норда в порядок. Смыли запекшуюся кровь с лица, промыли рану и даже отыскали в аптечке лекарство, притупляющее боль. Горе-рыцарь без устали благодарил свою спасительницу, позабыв напрочь о Кейтлин. Но маркиза на него не обижалась и тщательно прятала улыбку от его неловких ухаживаний.

– Пойду, попрошу нам чай, – взглянув на часы над камином, сказала Кейт.

Герцог с сыном отсутствовали уже около получаса. Это не могло не заставить Кейт волноваться. Она бы даже подумала, что Генрих фон Агилар попросту уволок сына прочь из Ромерона, если бы не Софи, тихий смех которой был слышен даже в коридоре. Кейтлин шла по пустующему особняку и замерла на полпути к кухне, услышав голос Макса за одной из дверей.

– Сколько раз мне тебе повторить? Я не могу уехать из Ромерона. Не сейчас.

– Хватит позорить мое имя! Мы немедленно возвращаемся домой, – раздался следом голос его отца. – Пусть хоть все ромеронцы перебьют друг друга.

– И на кого же я буду похож тогда? – пытался возразить Макс.

– На настоящего аранского герцога, – припечатал его Генрих фон Агилар.

– Раз тебя так заботит свое имя и престиж родины, подумай о них. На носу политический скандал и Арания может выйти из него победителем.

Голоса стихли ненадолго. Вероятно, герцог, потомственный банкир и казначей, принялся в уме подсчитывать возможную прибыль от падения королевской ромеронской семьи.

– Думаешь, король Август Второй позволит тебя опорочить его имя?! – засомневался старший герцог.

– Я не собираюсь этого делать. Я хочу обнародовать доказательства его грязных махинаций…

– Тебе все равно придется вернуться в Аранию, – перебил сына Генрих. – Поиграл в свободу и хватит. Ты – мой сын, на тебе лежит огромная ответственность за наш род.

– Я подумаю, – устало отозвался Макс.

– И об этом недоразумении придется забыть, – продолжал раздавать указания герцог. – Тебя ждет договорной брак с лучшей партией Арании!

Кейтлин отпрянула от двери, услышав приближающиеся шаги и поспешила скрыться за поворотом.

– Состарится, пока ждать будет, – уже в дверях ответил отцу Максимилиан. – Мне нужно найти свою жену.

Не дожидаясь ответа, Макс пошел прочь. Увидеть отца было неожиданностью, и не самой приятной. В пустых спорах он потратил столько времени… А ведь ему надо связаться с Тео, узнать, что известно управлению о случившемся, и, конечно же, поговорить с Кейтлин.

Кейт бежала, не останавливаясь, пока не оказалась в собственной спальне.

“Что ж, разве не этого она и сама добивалась? Помочь Максу уехать, скрыться от преследования… Но как же горько на душе”.

Кейтлин прислонилась лбом к дверце шкафа, с силой зажмурив глаза. А когда и это не помогло, подняла голову вверх, чтобы остановить рвущиеся наружу слезы.

“Нужно собрать и переодеться. Она сможет принять любое решение Макса”.

Стук в дверь заставил ее вздрогнуть и быстро утереть все-таки выступившие слезы.

– Кейт, ты здесь? – Макс сначала заглянул в комнату, а, увидев наконец Кейт, вошел в спальню. – Что случилось?

– Все хорошо. Вы поговорили с отцом?

– Да. Извини за его… – Максимилиан сделал паузу, подбирая слова, – импульсивность. Он всегда такой был. Ты из-за него расстроилась?

– Все хорошо. Правда. Что ты решил? Вернешься в Аранию?

– Не сейчас точно. Ты забыла все, что я тебе говорил? С приездом отца ничего не поменялось, – Макс подошел вплотную к Кейт, подняв ее подбородок и вглядываясь в глаза.

– Что случилось у Крайсов? – Маркиза поспешила перевести тему разговора, а еще ей стало стыдно, что она сразу не поинтересовалась самым главным.

– Кейтлин, присядь. Ты только не волнуйся. В то, что я скажу, трудно поверить, но…

Макс плеснул воды из кувшина и протянул бокал Кейт, усаживая ее в кресло.

– Да? – маркиза в нетерпении потянулась вперед, изнывая от любопытства и беспокойства.

– Кейт, – Макс вздохнул, отведя взгляд. Начать такой разговор было совсем не просто.

– Не тяни, – не удержавшись, поторопила она Макса. – Я уже сама сейчас начну строить версии, и они вряд ли будут лучше. Я не кисейная барышня, меня трудно напугать.

– Я разговаривал с твоей, – Макс снова замялся и взглянул на Кейтлин, – бабушкой, маркизой Кейтлин Де Велье.

Кейтлин подняла брови в недоумении, пытаясь с трудом переварить услышанную информацию.

– Э-э-эм, каким образом? Вы устроили спиритический сеанс? Ты видел ее призрак? – Кейт с улыбкой перечисляла возможные варианты, не веря в правдивость слов мужчины. – Она почила уже как…

– Она живее всех живых и прекрасно выглядела. Точнее была живой. Прости. Это она закрыла меня от пули… – Макс резко отвернулся, как бы то ни было, ему было тяжело говорить своей любимой женщине о том, что он не смог спасти ее родственницу, а еще тяжелее – говорить о том, что она собиралась его убить. Не найдя в себе больше слов, подходящих для оправдания убийцы, он достал из кармана ключ. – Вот, она просила передать его тебе.

Макс подошел к находившейся в ступоре жене, все еще не верящей его словам, но, когда она опустила свой взгляд на ключ, в ее глазах мелькнуло узнавание.

– Ты и правда ее видел?! – в голосе Кейтлин слышалось неподдельное удивление.

Она зажала ключ в руке, который полностью повторял рисунок со старой шкатулки. Когда-то она принадлежала ее прабабушке, а теперь пылилась без дела. Открыть без ключа ее было невозможно, не повредив самой шкатулки. У Кейтлин не поднялась рука избавиться от этой вещицы, хотя она была уверена, что ключ безвозвратно утерян.

В детстве Кейтлин любила засыпать под тихую мелодию этой шкатулки. С оборотной стороны находился заводной механизм, его было достаточно, чтобы заставить шкатулку петь, но не более. Отец рассказывал ей небылицы, что внутри спрятаны настоящие сокровища Де Велье, и она охотно внимала каждому его слову.

– Как там Норд? – вопрос Макса заставил Кейт вынырнуть из своих мыслей.

– Жить будет, если не заиграется. Симулянты редко умирают, – мысли о парочке, оставшейся внизу, заставили Кейт улыбнуться и ненадолго забыть о проблемах. Но лишь ненадолго… – Вас никто не заметил?

Хоть Кейт и удалось добиться снятия слежки, благодаря протекции короля. Она сомневалась, что Хоуп так просто оставит ее дом и ее саму в покое. Несостоявшаяся невеста короля – слишком шаткое положение в обществе, чтобы иметь вес над управлением сыска.

– Из-за выстрелов в имении Крайсов поднялся настоящий переполох. Мы легко ускользнули оттуда. Мой бывший помощник, Тео, сообщил, что все силы были переброшены туда, так что мы пока здесь в относительной безопасности.

– На долго ли… – задумчиво протянула Кейт.

– Ты точно сама справишься? – с беспокойством заглядывая Кейт в глаза, спросил Макс.

– Да-да, ступай. Думаю, подъем на чердак я как-нибудь осилю, – улыбнулась маркиза, чувствуя при этом нежную благодарность за подобную опеку. Вот только ей нужно это сделать самой. Не потому, что у нее остались какие-то тайны перед Максимилианом, а потому что речь идет о ее семье и ее корнях.

Агилар кивнул, прекрасно понимая, как важно сейчас побыть Кейт одной.

– Если я вдруг понадоблюсь, я буду в каминной гостиной, – все же сказал он.

– Хорошо.

Супруги разошлись в разные стороны коридора. Кейт думала, ей придется поднять все вверх дном, чтобы отыскать шкатулку. Детство прошло, и она давно ее спрятала с глаз долой. Нет, вранье. Никак это не связано с детством. Как только она поняла, что сама стала причиной смерти своих мужей, она в слезах спрятала все вещи, принадлежавшие прабабушке. Потом кое-что вернулось на свои места, чтобы напоминать… о том, какое она чудовище.

На удивление, пыли на чердаке было совсем мало, а уж на шкатулке, которую Кейтлин без труда нашла на старом шкафу, там же, куда она ее положила, пыли не было вовсе. И какое-то шестое чувство подсказывало ей, что старания Хельги или какой-либо другой горничной тут совершенно ни при чем.

Шкатулка легко поддалась, затвор замка даже не скрипнул. Словно бы она не стояла замкнутой сотню лет. Кейт задержала дыхание, боясь поднять крышку. Что ее ждет внутри? Настоящее сокровище семьи Де Велье? Вот только в детские сказки отца она больше не верила.

Собравшись с духом Кейт подняла крышку старой музыкальной шкатулки. В обтянутом красным бархатом ящике лежали свернутые в свиток страницы. В некоторых из них, самых первых, Кейтлин узнала вырванные страницы из дневника прабабки. Остальные были ей незнакомы. Разной структуры, исписанные разными чернилами, но неизменно одним и тем же почерком. Слишком знакомым для Кейт.

Август Второй опрокидывал бокал за бокалом крепкого бренди в собственной спальне.

“Какие же идиоты его окружают, ни на кого нельзя положиться”, сетовал он, обращаясь в пустоту.

Королевская семья испокон веков пользовалась родонитом для отделки своей резиденции и многих общественных зданий в городе. Правильно подготовленный родонит в несколько раз усиливал родовую магию королевской семьи, направленную на подчинение воли подданных и на продление собственной жизни и здоровья. А тут, так некстати, этот минерал стал известен широкой публике. А зачем королю подданные с увеличенным магическим потенциалом? Так недалеко и до переворота. Да и запасы невосполнимого минерала бездарно истощают. Ему самому нужно раз в пятьдесят лет менять кристаллы, да и в наследство оставить. Август Второй злился от собственной беспомощности.

“Как он мог утратить контроль над выработкой кристалла, на котором собственно и строилась основа власти рода…”

Монарший отец его всегда недолюбливал, поэтому Август и помог ему быстрей покинуть трон и этот бренный мир заодно. А сам тем временем сменил кристаллы, увеличив их объем вдвое, и все равно ему казалось, этого мало. Ведь он собирался еще долго править.

С каждым годом все труднее становилось отпираться от наседающих советников. Придворные министры требовали наследника, ссылаясь на его возраст. Но Август с этим не спешил. В глубине души он просто боялся, что его сын поступит с ним так же, как и он со своим отцом. Все строил планы: как бы обмануть судьбу и прожить как можно дольше.

Он даже завидовал старшей Де Велье. Глупая женщина так бездарно тратила свою силу и попалась на его шантаж, чему, конечно, он был безмерно рад. А была бы поумнее, могла бы добиться большего. Но теперь у него нет и этой бесспорно полезной особы. Связь кровной присяги слабела с каждой минутой и сейчас была не больше тончайшей шелковой нити.

“Как все хорошо начиналось и пошло коту под хвост. Нужен новый план”, горевал монарх в одиночестве.

Утром короля разбудили слуги и личный лекарь с микстурой, которая всегда спасала Августа после принятия спиртного. В весьма бодром состоянии он проследовал в свой кабинет, где его уже с утра ждал список дел.

– Ричард, что у меня на сегодня?

– Совет соберется к вечеру, на повестке дня упадок сельского хозяйства и обеспечение военнообязанных. Вашей аудиенции нижайше просит барон Корф Сантини, граф Лафар и маркиза Кейтлин Де Велье.

Король замер, не веря услышанному.

– Повтори. Хотя нет, дай сюда свои бумажки, сам посмотрю.

“А на ловца и зверь бежит, что ж, прекрасная маркиза, мы с вами непременно встретимся”.

– Ричард, отправь маркизе посыльного с карточкой.

Пока Максимилиан с жадностью поглощал строчки найденных страниц, в его голове медленно зрел план. Словно мозаика, деталь за деталью, все вставало на свои места. Кейт тоже склонилась над листками, она была более сентиментальна. К глазам подступали слезы стоило ей раз за разом окунаться в этот дневник и прокручивать в голове жизнь своей прабабушки. Кейт было очень жаль свою тезку: и по-человечески, и по-женски. Сколько ночей она сама провела в слезах, порицая свою родственницу за дерзкий нрав и накликанную беду на их семейство? Не счесть. Она никогда не задумывалась о том, как страдала старая маркиза Де Велье. Нет, она не монстр, она – их ангел-хранитель.

– Вот так поворот! А с вами, ребятки, не соскучишься!

Кейт с Максом вздрогнули от неожиданности, не услышав, как к ним сзади подошел вполне здоровый Норд. Теневик уже засунул свой нос в чужой дневник и даже присвистнул от удивления.

Макс отложил листы на край стола и обернулся назад, только сейчас заметив, что помимо Норда к ним пожаловал еще один гость. В дверях стояла его младшая сестра, которая не решалась пройти дальше в гостиную и помешать разговору.

– Софи! – Макс мгновенно преобразился, на его лице не осталось и тени раздражения. Он раскрыл свои объятия для младшей сестренки. Софи рассмеялась и бросилась на встречу, утопая в его объятиях. Норд с Кейт тут же притихли, наблюдая такую сильную привязанность и любовь.

– Я так рада, что ты в порядке! Мы очень переживали за тебя, особенно когда узнали… – молодая девушка шмыгнула носом, стараясь не расплакаться.

– Совенок, ты же знаешь, я не превзойденный мастер не только влипать в передряги, но и выбираться из них. Как ты уговорила отца взять тебя с собой?! Тяжело представить даже, но я очень рад тебя видеть.

– Поверь, это было не легко! Я даже больше скажу: до границы он и не знал, что взял меня с собой.

Макс округлил глаза, выпуская сестру из объятий, а Софи снова задорно рассмеялась.

– Твоя школа!

– Не думал, что я так плохо на тебя влияю. Софи, а теперь у меня к тебе просьба: уехать и прихватить отца с собой! Ты справишься?

Норд при этих словах скривил недовольную минут и даже не пытался ее скрыть.

– Нет, не справлюсь, мы ведь только приехали, – Софи надула губки, как маленькая капризная девочка. Она краем глаза выхватила фигуру Норда и быстро отвела взгляд. – Мы можем помочь тебе.

– Соф, я серьезно, здесь опасно, тем более для таких маленьких заноз как ты.

– Я за ней присмотрю, – словно хищный лис улыбнулся Норд.

– Только попробуй, смотритель, – Макс напрягся, сжимая плечи вмиг покрасневшей Софи. Макс глубоко вдохнул, стараясь унять зарождающееся желание придушить Норда, и снова обратился к сестре: – Софи, познакомься, это моя супруга, маркиза Кейтлин Де Велье.

Макс подвел друг к другу самых дорогих женщин в своей жизни. Он очень надеялся, что они смогут подружиться или хотя бы найти общий язык.

– Очень приятно познакомиться. Я всегда мечтала о младшей сестре, – заговорила первой Кейт.

– Мне тоже очень приятно. Я рада за брата, он изменился, – доверительно шепнула ей смущенная Софи.

– Чудно, вот и познакомились! – Громко хлопнул в ладоши Норд, которому надоели вежливые расшаркивания и то, что на него никто не обращает внимания. – Давайте вернемся к делам, пока к нам еще и отец семейства не пожаловал.

– Кто бы говорил о делах? – по-доброму усмехнулся Макс. – Меньше надо было бока отлеживать в доме графов.

– А вот с этого места поподробнее, пожалуйста, – Норд уселся в кресло, изобразив полную готовность внимать словам Агилара. – Я так понимаю, что пока я был в отключке, ты познакомился с родней супруги? – Норд насмешливо приподнял одну бровь при этом.

– Можно и так сказать, – подтвердил Макс.

– А учитывая, что бабуля Кейт валила всех направо и налево… Прости, Кейт! – Кейтлин подняла вверх руки, не желая включаться в перепалку двух мужчин. – Почему ты еще жив?

– Наверное, с меня хватит и одной проклятой маркизы, – улыбнулся Макс, бросая хитрый взгляд на Кейтлин.

– Это не научно. Так в чем же причина? Почему на тебя не подействовало проклятие “карающей длани”?

– Норд, ты хочешь еще пару деньков поваляться в постели с травмами? – резко прервал его Макс. Он подошел к Кейт и сжал ее в собственнических объятьях, видя как ей не нравится тема их разговора. Софи крутила головой и непонимающе хлопала глазами.

– Кстати, я слышал, что она может выуживать информацию из своих жертв, – все никак не унимался Норд. – Это правда? Мне просто интересно.

– И когда ты все успеваешь? – искренне восхитился Макс. У них в управлении сыска анализ информации происходил куда дольше. Он взглянул на жену, которая аккуратно пыталась выскользнуть из его рук. Вот только он ее так просто отпускать не собирался.

– Макс, не надо. Я все же не до конца уверена, что безопасна для тебя. И да, я могу заглянуть в прошлое человека, если вас это интересует.

– Оу, а ты не хочешь поработать на нас? – в предвкушении улыбнулся теневик. А Кейт наконец смогла выбраться из теплых рук мужа и присела в кресло.

– Не хочет, – вместо нее ответил Макс, стараясь, чтобы его голос звучал строго и уверенно. Он подошел к Кейт, присел с ней рядом и тихо произнес: – Ты так много сделала для меня, рисковала и своей репутацией и даже жизнью, вытаскивая меня из тюрьмы. Думаешь, после этого я буду бояться твоих поцелуев?

В гостиной воцарилось неловкое молчание, которое неожиданно прервала Софи.

– Так может это взаимная жертвенность и сняла проклятие? Ой, простите, что влезаю. Я просто читала о таком в книге, – Софи засмущалась. – В одном любовном романе, там было проклятие, и герои сняли его, даже не подозревая об этом. Я же правильно поняла, вы про какое-то проклятие говорите?

– Да, Софи, твоему брату несказанно повезло, прямо как герою любовного романа, – Норд не сдержал легкий смешок.

– У самой маркизы были другие догадки на этот счет, – улыбнулся Макс наивности своей младшей сестренки. – Она думала, что проклятие можно обмануть только силой бескорыстной любви.

– Ох, – вздохнула Софи, прижимая руки к груди. – И ей это удалось?

– Отчасти, – подала голос Кейт. – Но единственным мужчиной, с которым ее связывала обоюдная и бескорыстная любовь, был ее собственный сын. Этим и воспользовался король, заставив маркизу работать на себя.

– Это ужасно, – поникла Софи. – Нельзя оставлять это просто так…

– А мы и не станем, – Макс ободряюще сжал ладонь Кейтлин.

– Убить его и дело с концом, – вдруг резко выразился Норд, ни разу до этого момента не демонстрировавший свою кровожадную и скорую на расправу натуру.

– Нет, так мы ничего не добьемся. Все улики нужно передать на суд общественности.

– И что сделают твои суд и общественность королю? Погрозят пальчиком?!

Извечный спор двух мужчин прервался нетерпеливым стуком.

– Хельга, что-то случилось? – спросила Кейт, едва увидела обеспокоенную горничную.

– Простите меня, миледи. Я не знаю, как так получилось. Вам пришла пригласительная карточка еще днем, а я закрутилась и только сейчас вспомнила, – быстро затараторила Хельга. – И еще к вам посетитель.

– Кто? – встревожился Макс, беспокоясь не остался ли за ними хвост.

– Господин Теодор Корсон.

– Пригласи его, – распорядилась Кейт, взяв из рук горничной приглашение от короля.

– Макс! Ой, простите, миледи Кейтлин, – с криком забежал помощник следователя и стушевался под взглядами. Он не ожидал, что его встретят такой большой компанией.

– Что случилось, Тео? – поторопил его Макс, зная, что без веской причины тот не нарушит их конспирацию.

– Король был убит в собственном кабинете.

– Что?! – разом вскрикнули все присутствующие.

– Ну, хоть у кого-то на это духу хватило, – невозмутимо отозвался Норд.

– Его тело нашли высушенным, и еще двоих стражников постигла та же участь.

– А убийца?!

– Убийца не найден, в комнате больше никого не было. Только тела. Не считая пепла, золы, сажи, даже не знаю, как назвать…

– Похоже, со старушки труха сыпется. Ну а что? Возраст… Ой, прости, Кейт, – снова ляпнул не то Норд.

– Если хочешь стать моим родственником, – едва слышно произнесла Кейт, кивая на Софи, – советую тщательней подбирать слова и выражения.

– Поздравляю, Тео! Ты достоин этой должности, – поднял свой бокал Макс, салютуя своему когда-то подчиненному, а сейчас полноценному коллеге.

– Не уверен, что я справлюсь, – проблеял виновник тоста, зардевшись как девчонка.

– Брось, Теодор, я уверена, у тебя все получится, – не могла остаться в стороне Кейтлин, желая поддержать юношу, которые не раз приходил им на выручку.

Молодые люди собрались своей небольшой, но дружной компанией, чтобы отметить новое назначение Тео. С завтрашнего дня он станет полноценным старшим следователем, заменив Хоупа на его посту.

Увольнение последнего было делом рук вовсе не Кейтлин или Макса, эти двое были горазды простить все обиды и притеснения на радостях от того, что все это осталось позади. А вот отец Макса, Генрих фон Агилар, подобным милосердием не страдал и ложные обвинения своего сына принял слишком близко к сердцу. Герцог не был намерен прощать нанесенную ему обиду от ромеронцев и самолично подал все улики в королевский суд, разнося в пух и прах все обвинения злосчастного следователя.

Ромерон ждали впереди большие перемены, даже невзирая на то, что король Август второй не успел оставить после себя наследников, никто из аристократов и простых людей не хотел больше видеть никого из представителей этого семейства у власти. Страна стояла на пороге чего-то нового. Послы всех соседних государств спешно стекались в столицу. Каждый стремился оказать влияние на своих соседей. Но и тут герцог фон Агилар оказался проворнее всех. Он первым среди прочих заручился дружескими поддержкой и связями между родной Аранией и Ромероном.

– Все хорошо, Кейт? – чуткая к сердечным переживаниям Софи самая первая заметила перемену в настроении Кейтлин.

– Да, все в порядке, – поспешила успокоить ее маркиза. – Пойду распоряжусь насчет закусок.

На самом же деле ей не было никакого дела до закусок. Но ей было просто необходимо побыть наедине. Волнение из-за предстоящих перемен в королевстве и радость за повышение Теодора омрачала личная скорбь.

Завтра утром герцог фон Агилар покинет ее особняк и вернется в родную страну, а вместе с ним уедут и его дочь, и единственный наследник – Макс. Как бы Кейт ни старалась, она не могла найти подходящие слова, чтобы попрощаться с ним. Незаконность их брака герцог также доказал в суде, не оставив им двоим никакого выбора.

– Погоди, Кейт, – Макс догнал ее в коридоре. – Нам нужно поговорить.

У Кейтлин болезненно сжалось сердце, а сил хватило только на то, чтобы просто кивнуть. Им действительно надо поговорить, а ей так много хотелось сказать ему. Хотя бы то, что она не знает, как теперь жить без него.

Макс увлек Кeйт за собой на мягкий диванчик, стоявший рядом с большим створчатым окном.

– Ты знаешь, Кейт, Арания – удивительная и прекрасная страна, – заговорил первым Макс. – Я просто уверен, что тебе бы там очень понравилось.

– Да-да, конечно, – ответила Кейт, которую совершенно не интересовали красоты его родины.

– Правда у нас совершенно нет воздухоплавательных мануфактур. Там бы ты совершенно точно была первой и единственной в этом деле, – тем временем продолжил мужчина.

– Возможно, – едва слышно прозвучал ее голос.

– Боже, Кейт! А ведь еще говорят, что мужчины не понимают намеков… Я хочу, чтобы ты поехала вместе со мной!

– Что?! – растерялась Кейтлин. – Зачем? Что мне там делать?

– Леди Кейтлин Де Велье, согласны ли вы стать моей законной супругой во второй и, надеюсь, последний раз?

– Да, – выпалила Кейт, едва Макс успел закончить фразу.

Макс притянул ее к себе и усадил на колени. Он без всякого страха впился в ее губы страстным поцелуем, сметая все тревоги, царившие у них на душе последние несколько дней. Кейт чувствовала себя так, словно готова взлететь в небеса, несмотря на то что объятия Макса были столь крепки, что Кейтлин не могла даже вздохнуть. Затем поцелуй перешел в нежный и извиняющийся. Макс гладил Кейт по спине. Когда их глаза встретились Макс ласково произнес:

– Так-то лучше, леди Кейтлин фон Агилар.