Тот день не отличался от множества других, которые были последнее время. Утром я позавтракала, заварила себе вкусный китайский чай, а затем, сев в такси, отправилась на работу.

Вот уже год я трудилась в рекламном агентством и всерьез надеялась на должность креативного директора. Мне не раз говорили о том, что у меня большие перспективы, и, хотя, работа не приносила того должного удовольствия, я была рада своей целеустремленности и трудолюбию.

Когда я вечером вернулась домой, там уже был мой отец. Он сидел над какими-то бумагами, явно весь погруженный в работу.

- Привет, - я улыбнулась, заскакивая в кабинет. Кто-то скажет, что жить с отцом, когда тебе уже двадцать пять, не самое правильное решение, но нам обоим это очень нравилось. Так получилось, что папа воспитывал меня один, и он был для меня самым близким человеком. Возможно, когда-то я встречу того единственного, с которым свяжу свою судьбу, но пока у меня на горизонте никого, я не собираюсь расставаться с папой. Не собиралась.

Очень часто наши планы претерпевают изменения, о которых мы не можем предугадать заранее. Так и было и в тот, казалось бы, абсолютно обычный день.

‍

Звонок в дверь раздался неожиданно. У моего отца не так, чтобы много друзей. Мы с папой по жизни одиночки, я тоже не слишком подпускаю к себе кого-либо. Есть, конечно, те, с кем я провожу выходные, но я бы не посветила этих людей в свои тайны. Недоверие? Возможно. Но больше нежелание слишком сближаться. Мне комфортно, когда моя личная жизнь остается моей, и ничьей больше.

- Пап? Откроешь?

- Да, сейчас, - донеслось из кабинета. Я же, устроившись на кровати с ноутбуком, дотянулась до чашки с чаем, рассматривая свою презентацию на завтра. Она не будет решающей в плане должности, но, если я хочу получить это место, я все должна сделать безукоризненно.

В коридоре послышались шаги, затем звук открывающейся двери, а после какой-то шум.

- Пап? – я напряглась и отложила ноутбук.

Отец не отвечал, хотя я продолжала слышать какую-то возню.

Я выскочила из комнаты, сильнее запахивая халат. Что происходит?

Отца в коридоре не было, а шум доносился из кабинета. Я рванула туда, держа в руках мобильный. И то, что я увидела, было для меня больше, чем неожиданность.

Мой отец сидел в кресле, а по краям стояли два амбала, приставив оружие к его голове.

- Что вы делаете?! Кто вы такие?! – закричала я, и поняла, что даже не заметила, что напротив моего папы сидит еще кто-то.

Он мельком взглянул на меня, а затем кивнул одному из мужиков.

- Уведи ее.

Один из тех, с оружием, отошел от отца и бесцеремонно схватил меня.

- Убери руки! Сейчас же! Я полицию вызову.

- Не трогайте ее, - взмолил мой отец, осторожно поднимая голову.

- Не отвлекайся, - буркнул другой, ткнув его стволом автомата или чего-то еще. Естественно, что  в оружии я не разбираюсь.

Меня довольно бесцеремонно схватили за локоть, потащив из кабинета вон. И, хотя я упиралась, моей силы явно не хватало, чтобы соперничать с тем верзилой, что меня тащил.

Он затолкал меня в комнату, закрыв за собой дверь.

- Отпустите, - пропищала я, стараясь набрать на мобильном номер помощи. Но это тоже не осталось не замеченным, а мобильной мой был выхвачен и спрятан в кармане у бандита.

- Сиди тихо, - рявкнул он.

Что-то подсказывало мне, что спорить не стоит. Но то, что я не знала, как там мой папа, добавило мне смелости и хитрости. Мне было необходимо вернуться туда и попытаться поговорить с тем главным. Я понимала, что что-то происходит страшное, радовало лишь то, что пока не было слышно стрельбы.

Я села на край кровати, внимательно из-под опущенных ресниц, следя за своим надзирателем. Тот какое-то время не сводил с меня глаз, а потом ему явно стало скучно, и он стал рассматривать мои снимки на стене. Когда он слегка отвернулся, я рванула прочь из комнаты. Послышался отборный мат, но адреналин в крови не дал мне остановиться. На полной скорости я влетела в кабинет, где застала отца, всего в поту, подписывающего какие-то бумаги.

- Юля, - дрожащим голосом произнес папа, в тот момент, когда меня довольно больно схватили за локоть.

- Ты за девчонкой проследить не можешь? - раздраженно произнес их главный.

- Да она такая шустрая, - оправдался тот. – Я научу ее сидеть смирно, больше такого не повториться.

Я поняла, что у меня не будет второго шанса, поэтому взглянула на главного.

- Что вам сделал мой папа? Пожалуйста, я хочу поговорить…

Он внимательно взглянул на меня, приподняв уголки губ. Затем, кивком головы, указал амбалу, чтобы тот отпустил меня.

- Что сделал? – повторил он мой вопрос. – Он украл у меня пять миллионов. Как думаешь, достаточный повод, чтобы я его немного покалечил?

Сердце заколотилось. Не может быть, чтобы мой отец что-то украл…

- Здесь какая-то ошибка, - пробормотала я.

- Да ну? – усмехнулся этот человек, вставая с кресла. – Это ошибка? – повернулся он к моему отцу.

Папа молчал, бледнее на глазах.

Меня всю затрясло. Да что здесь происходит? Еще чуть-чуть, и я от паники потеряю сознание.

- Давайте поговорим, наверняка есть выход, - пробормотала я. – Мы можем отработать, может, как-то договоримся?

Мужчина улыбнулся, подходя ко мне ближе.

- Интересно, - пробормотал он, вставая прямо передо мной. Он был довольно высок, так что мой взгляд оказался на уровне его груди, пришлось поднимать глаза, хоть и было безумно страшно смотреть в глаза бандиту. – Отец вор, дочь проститутка. Хороша семейка…

Я даже не поняла, о чем он так презрительно говорит. И лишь потом до меня дошло, что он не совсем верно трактовал мои слова.

- Нет-нет, я не о том, - затараторила я. – Я о работе. О настоящей.

- Да ну? – улыбнулся он, а глаза при этом оставались холодными, как лед.

Я сглотнула, понимая, что мне нужно собраться.

- Мы можем поговорить с вами наедине? – спросила я, ежась от взглядов его парней.

Мужчина смерил меня взглядом, а затем кивнул.

- Десять минут.

Я усиленно закивала головой в ответ. Маленькая, но победа.

- Пойдемте на кухню, - тихо предложила я.

Так как возражений не последовало, я сама направилась в сторону нашего пищеблока, надеясь, что этот жуткий мужчина идет за мной и не планирует сделать со мной что-то страшное за те десять минут, что он выделил для нашего разговора.

‍Наша достаточно большая кухня вмиг сузилась до размера спичечного коробка, когда на ней мы оказались вдвоем. Мужчина сел на первый же стул, с любопытством смотря на меня.

Я сцепила руки со всей силы, стараясь не впасть в панику.

- Как я могу к вам обращаться? – спросила я, вжавшись в столешницу.

- Вадим, - коротко ответил он.

- Юля, - тихо представилась я в ответ.

- Итак, Юля, о чем ты хочешь поговорить? – спокойно задал вопрос мужчина.

Я не знала с чего начать разговор, поэтому решила предложить то, что умела.

- Не хотите чаю, Вадим?

Я не знала, насколько допустимо, чтобы я вела разговор, переводя тему. Но мне хотелось как-то сбавить градус напряжения. А пока я буду заваривать чай и разливать его, я немного успокоюсь.

- Если чай будет хорошим, не откажусь, - ответил он, а я мысленно выдохнула. Еще одна маленькая уступка с его стороны. Главное сейчас не испортить все.

Я достала один из своих любимых чаев, на которых была помешана уже некоторое время, и, выставив правильную температуру на чайнике, заварила его.

Те пару минут, что он заваривался, прошли в тишине. Я стояла спиной к мужчине, пытаясь выровнять дыхание и успокоить сердцебиение.

- Вот, - я принесла ему напиток. – Попробуйте, должно быть вкусно.

Он еле заметно хмыкнул и сделал глоток.

- И впрямь очень неплохо. Мало кто умеет правильно заваривать чай.

- Я увлекаюсь этой темой, - с легкой улыбкой, навесить которую стоило немалого самообладания, ответила я.

- Итак, - мужчина взглянул на меня.

И хотя он не закончил предложение, я и сама прекрасно понимала, что время, которое мне милостиво выделили, подходит к концу.

- Подскажите, что конкретно сделал мой папа? – спросила я, переборов новую волну паники.

- Украл у меня деньги, - пожал плечами, - пока я ему доверял. Я такого не прощаю.

- Мы все вернем. Найдем, где взять… - я старалась говорить медленно, чтобы не выдать сильное волнение, - квартиру продадим, в конце концов.

Мужчина улыбнулся, одним большим глотком допивая чай.

- Дарственную на квартиру твой отец уже подписывает, так что, считай, она моя.

Как? Мне казалось, такое только в фильмах бывает.

- Тогда, что вы еще хотите? – спросила я, чувствуя, подступающие слезы. Самообладание дало трещину, еще немного, и я сорвусь.

- А разве непонятно? – Вадим встал со стула, поправляя и так идеально сидящие на нем брюки. – Наказать. Или твой отец думает, что может брать то, что принадлежит мне, а потом всего лишь откупиться? Я напомню, он не в долг у меня взял, он украл.

- Как наказать? – дрожащим голосом спросила я.

- Доступно, - ответил он, собираясь покинуть кухню. – За чай спасибо, и впрямь очень неплохо.

- Вадим, стойте! – я схватила мужчину за руку. Думай же! Думай! – Давайте мы с отцом как-то отработаем. Не обязательно применять силу. Вы можете и по-другому нас наказать.

Мужчина взглянул на мою ладонь, крепко сжимающую его локоть, и я в смущении отпустила его.

- А ты тут причем, а, Юля? – спросил он, останавливаясь.

- Если с папой что-то случится, мне будет очень плохо. Правда. Поэтому я готова отработать вместе с ним. Я хорошо знаю английский язык, умею работать с рекламой, качественно убираюсь, разбираюсь в чаях. Пожалуйста…

Я с мольбой взглянула в глаза мужчине.

- А что прикажешь делать с твоим отцом? – посмотрел он на меня.

- Пусть занимается какой-то тяжелой работой. Бесплатная рабочая сила… Ну же, Вадим, можно же все это направить в выгодное вам русло.

Мужчина с улыбкой взглянул на меня, а я ждала вердикта.

- Возможно, в чем-то ты права, - наконец, произнес он. - У меня на даче как раз баня строится, пусть твой папочка бесплатно поработает там. Где-то месяц. А ты этот месяц будешь… скажем, делать мне вкусные чаи. Когда я захочу. Будешь следовать за мной и на работу, и дома, и даже ночью. Ты на это горазда?

Я кивнула быстрее, даже, чем осмыслила его слова.

- Тогда, твой отец едет сейчас с нами, а за тобой я приеду завтра. Собирайся.

На этих словах мужчина вышел с кухни, а я немного выдохнула. Хотя делать это было рано, по-моему все только начинается. Естественно, я не верю ему, что я нужна буду только для того, чтобы чай делать, это же бред. Но хотя бы то, что меня ни к чему не принуждают, а дают право выбора, уже несколько радует.

В прихожей послышался шум, и я выскочила туда, вспомнив, что отца увозят сейчас.

- Папа, - я крикнула, наблюдая, как эти огромные мужики с автоматами ведут прочь из квартиры отца. Вадим остановил их, подняв ладонь вверх.

Я подошла к моему отцу, который был бледный, как полотно.

- Пап, все будет хорошо, мы отработаем долг.

- Прости, - лишь шепнул он.

Я постаралась сквозь слезы улыбнуться, но получилось очень плохо.

- До завтра, - отодвинул меня Вадим.

Я кивнула, наблюдая, как они всей толпой покидают мою квартиру. Ой, что это я? Уже не мою.

‍Оставшись одна в пустой квартире, я дала волю слезам. Никогда не была плаксой, но ситуация совсем не стандартная, поэтому проявление чувств мне простительно.

Мои мысли прыгали как полоумные. То я думала о том, что мне предстоит жить в доме у этого бандита, то я переживала, как там папа, то я волей-неволей задумывалась о том, брал ли мой отец чужое.

Мы всегда жили небедно. Не сказать, что зажиточно, но что такое ходить в обносках или видеть сладости лишь по праздникам, я не знала. Раз, а то и два в год мы ездили отдыхать на море, каждые три-четыре года отец менял машину на ту, что поновее. В институт я на бюджет не поступила, училась на платном.

В общем, я хочу сказать, что проблем с деньгами у нас не возникало. И я никогда не задумывалась, почему так. Я знала, что мой папа работает частным бухгалтером последние несколько лет. Зарабатывают столько частные бухгалтеры или нет, я не задумывалась. В моем понимании, мой отец – надежный и ответственный мужчина, не способный на подлость.

А тут такие заявления…

Я мотнула головой, вытерла слезы и пошла заваривать себе чай с ромашкой. По дороге заглянула в кабинет, где обнаружила свой мобильный. Значит, этот верзила оставил его.

Мелькнуло мимолетное желание позвонить в полицию и все им рассказать. Я даже разблокировала мобильный, но затем передумала. Я не знаю, где мой отец. И если я сдам полиции этого гада, то где гарантия, что мой папа останется жив? Надо сначала все выяснить, а потом действовать.

Ночь я не спала. Старалась уснуть, но сон никак не шел. Я очень переживала, боялась и злилась. И все это одновременно.

В итоге, так и не сомкнув глаз, я в шесть утра начала собирать свои вещи. Этот человек не сказал, во сколько приедет за мной, поэтому лучше постараюсь собраться пораньше.

К десяти утра я вся издергалась, порываясь позвонить отцу. Но я не была уверена, что мне можно это делать. А неизвестность хуже всего. Когда ты не понимаешь, что будет дальше, только лишь можешь догадываться, что хорошо не будет.

Ближе к одиннадцати я поняла, что дергаться бессмысленно и решила постараться отвлечься. Я только сделала глоток чая с различными успокаивающими травками, как раздался звонок в дверь.

Я столько часов к этому готовилась, и все равно, когда это случилось, оказалась абсолютно не готова. Хотелось сделать вид, что дома никого нет, малодушно спрятаться. Но я прекрасно понимала, что вчера сама вымолила такой путь решения проблемы, так сказать, напросилась.

Поэтому, тяжело вздохнув, я отправилась к двери.

Руки дрожали, когда я открывала замок. Я чувствовала, как участилось сердцебиение, стало тяжело дышать. Паника давила на грудь, а мозг начал немного затуманиваться.

Я ожидала, что за дверью будет один из амбалов, но, как ни странно, там был сам Вадим.

- Готова? – спросил он, как я только смогла открыть дверь.

Я лишь кивнула, так как язык желал сказать «нет».

- Ты что-то бледная, - расслабленно произнес мужчина, заходя в квартиру. – Все в порядке?

Он издевается? Конечно, не в порядке!

Но признаваться ему в слабости не хотелось. Казалось, что он только и ждет, когда я сломаюсь. А я должна быть сильной, не ради себя.

- Я переживаю за отца, - произнесла я, надевая кожаную куртку. – Как он?

- В порядке, - сухо ответил мужчина. – Поехали, мне еще на работу нужно попасть.

Я в последний раз оглянулась, запоминая квартиру. Я в ней провела свое детство, юность и уже взрослую жизнь. Я люблю это место всем сердцем, и мне до физической боли не хочется его кому-то отдавать. Но отца я люблю еще больше.

Закусив губу, чтобы не расплакаться, я опустила взгляд вниз и пошла по ступенькам.

Вся моя жизнь катится под откос. Я не знаю, насколько я теперь свободна, я не знаю, что будет с моим отцом, я не знаю, где мы будем жить и смогу ли я теперь работать и дальше добиваться должности. В один день моя привычная счастливая жизнь, которую я не ценила, рухнула. И в этом виноват тот, который идет чуть в отдалении от меня, нисколько не переживая по этому поводу. Ненавижу его.

‍- Что от меня будет требоваться?

Я нарушила тишину, которая установилась в автомобиле с того момента, как мы тронулись от моего дома. Сидеть молча и накручивать себя оказалось невыносимо. Я уже додумалась до того, что меня сейчас сдадут в публичный дом или продадут какому-нибудь богатею. Надеюсь, что это всего лишь моя больная фантазия.

Вадим даже не повернулся в мою сторону. Он так же расслабленно продолжал управлять автомобилем, откинувшись в кресле. Я даже подумала, что, может, он не услышал меня, но через некоторое время, мужчина все же ответил мне.

- Я же сказал уже вчера. Будешь моим личным чайных дел мастером.

Я сжала зубы, сдерживая раздражение. Нам обоим ясно, что это не так. Но раз он не хочет говорить, то я явно не смогу его заставить. Да и желание общаться с ним не очень-то возникает.

В моем представлении, такие люди, как мой спутник-бандит, живут в огромных коттеджах с кучей охраны, личным садовником и обязательно чопорной дамой, которая готовит еду каждое утро своему господину. Поэтому, каково было мое удивление, когда мы подъехали к новенькой высотке.

Припарковавшись возле подъезда, мы вышли из авто на чистый тротуар, который, похоже, здесь моют.

В подъезде тоже было невероятно чисто и такой ремонт, словно ты оказался в каком-то музее. Везде мрамор, на стенах картины, а в стеклянной будке не бабушка с вязанием, а внушительных размеров охранник.

- Добрый день, Вадим Владимирович, - поприветствовал он мужчину.

Вадим лишь сухо кивнул в ответ, подходя к лифту. Затем резко остановился и вновь развернулся к охраннику.

- Марат, это Юлия Александровна, моя гостья. Пропускай ее, пока не поступит иных распоряжений.

- Понял, - кивнул охранник.

Я тоже кивнула в знак приветствия, не зная, как вести себя в такой ситуации. Но то, что Вадим озвучил возможность моего прихода и ухода без него, меня бесконечно порадовал. Возможно, я не буду здесь пленницей. По крайней мере, такая надежда появилась.

Мы поднялись на двадцать второй этаж все в той же тишине, от которой уже тошнило. Было неуютно, страшно и как-то обидно. Я понимала, что меня никто не тянул за язык вчера, но иначе мой папа пострадал бы. Возможно, в задачу дочерей не входит охрана отцов, но любящая дочь никогда не бросит своего близкого человека в беде.

Я еще не успела толком заглянуть в квартиру, а только топталась в прихожей, разуваясь и снимая куртку, но уже понимала, что места здесь очень много. Даже прихожая была размером с две наших, а у нас немаленькая квадратура.

- Проходи, - произнес мужчина, направляясь вглубь жилья. Я последовала за ним, попутно рассматривая то, куда удалось заглянуть. Вот мы прошли мимо гостиной. То, что это она, я поняла по большому дивану (наверняка мягкому), журнальному столу и телевизору. Дальше были две закрытые двери, которые неизвестно что скрывали за собой. Так, крутя в разные стороны головой, я оказалась на кухне.

- Там санузел, - бросил Вадим через плечо, остановившись на пороге так резко, что я чуть не врезалась в него, - можешь руки помыть или сполоснуться. Дальше по коридору моя спальня, за той дверью твоя. Как приведешь себя в порядке, завари мне чаю, пока из того, что есть. Днем с моим водителем съездишь в специализированный магазин, купишь все, что надо: чаи, чайники и так далее. Все ясно?

- Да, ясно, - тихо ответила я, все еще пребывая в некотором смятении от квартиры. Она такая большая оказалась, что я даже на миг побоялась заблудиться. И вся светлая, практически белая. Страшно трогать, так и кажется, что останется след.

Под пристальным взглядом мужчины я направилась в санузел. Закрыв за собой дверь, я впервые смогла выдохнуть. Пока никаких пыточных обнаружено не было. И меня тут явно никто убивать не будет: такую белизну от крови потом не оттереть. Конечно, это глупо, но почему-то эта мысль меня успокоила. Да и Вадим себя вел так, словно и впрямь хочет от меня только чай. Ладно, буду ему в этом подыгрывать.

Вымыв руки, я направилась на кухню. Она оказалась тоже полностью белой, и лишь столешница на контрасте была из черного камня. Слишком по-рекламному, здесь явно нечасто готовят. Ни одна хозяйка не заказала бы себе белоснежную глянцевую кухню с черной как ночь столешницей. Да здесь даже дышать страшно – следы остаются.

Аккуратно, стараясь лишний раз ничего не трогать, я по очереди открыла все шкафы, с трудом обнаружив чай, заварочный чайник и чашку.

Вскипятив воду, я заварила самый простой черный чай и, выдержав нужное время, налила его в кружку.

Вадима видно не было и, если честно, я немного растерялась. Не кричать же ему? А если чай остынет, он станет не вкусным.

Поэтому, взяв чашку в руки, я отправилась на поиски хозяина квартиры. Тот обнаружился в кабинете, который, как оказалось, здесь тоже имелся.

- Я принесла чай, - тихо проговорила я. Благо дверь была приоткрыта, и мне не пришлось стучаться.

- Ты как-то долго, - не отрываясь от бумаг, произнес мужчина, - но сегодня простительно. Ты пока не освоилась.

Я поставила чашку, стараясь погасить в себе поднявшееся раздражение.

- Я думала, вы подойдете на кухню, - все же произнесла я слова оправдания.

Он хмыкнул, поднимая на меня взгляд.

- Запомни, это тебе придется делать все, чтобы я остался довольным, а не мне за тобой бегать. – После чего он сделал глоток чая, не сводя с меня глаз. – Неплохо. Пока ты оправдываешь себя.

Я на секунду прикрыла глаза, а когда вновь встретилась взглядом с этим высокомерным козлом, полностью меняя тему, задала вопрос:

- Я могу поговорить с отцом?

‍

Вадим глотнул чая, после чего отодвинул чашку на край стола.

- Позвони ему, я не запрещаю, - пожал он плечами.

У меня от сердца отлегло. По крайней мере, мне не запрещают общаться с папой, значит, что он в порядке, так ведь?

- Мне нужно ехать на работу, - мужчина поднялся с кресла, - в два часа приедет водитель, поезжай с ним за покупками, он все оплатит. Можешь купить еще каких-нибудь продуктов, скорее всего, в холодильнике пусто. Но не готовь ничего, вечером привезут еду из ресторана.

Я кивнула, слушая вполуха. Я не могла дождаться, когда же он свалит, и я наконец-то позвоню папе. Еще очень хотелось принять душ, так как чувство какой-то грязи на теле постоянно сопровождало меня, пока я говорил с этим монстром.

- Я поехал.

На этих словах Вадим вышел из кабинета, оставив меня там одну. Но уже через полминуты я вновь услышала голос позади себя.

- Я на всякий случай озвучу это вслух, - от его вкрадчивого голоса по затылку поползли мурашки, - не стоит пытаться быть умнее меня. От меня не спрятаться, и со мной лучше не ссориться. Будь хорошей девочкой, и разойдемся мирно.

Я молчала, не поворачиваясь. И пока я не услышала удаляющиеся шаги, я не разрешила себе выдохнуть.

Когда хлопнула входная дверь, я вышла из кабинета. Не смотря по сторонам, я отправилась в комнату, на которую мне указал мужчина. Только там я разрешила себе осмотреться.

Комната тоже была вся светлой, а панорамное окно открывало вид на город. Если бы я не была настолько измучена, я бы даже залюбовалась. Но сейчас было не до этого. Сев на кровать, я достала мобильный, и дрожащими пальцами набрала номер отца.

После третьего гудка я услышала родной голос.

- Юля?

Я выдохнула, прикрыв глаза. Он жив.

- Папа, привет. Ты как?

- Как же я рад тебя слышать, - произнес отец с облегчением в голосе. – Я долго говорить не смогу, меня тут работой нагрузили. Я в порядке. А ты?

- Тоже.

Я не стала вдаваться в подробности о своих душевных переживаниях, думаю, отцу и так досталось немало, а если он будет знать, что мне тяжело, будет еще сильнее переживать.

- Мне нужно идти, - быстро проговорил папа, - созвонимся вечером?

Я лишь успела ответить «хорошо», как он повесил трубку.

Мое воображение снова заиграло разными красками. Мне представилось, как папа таскает тяжеленные мешки, а над ним стоит надзиратель с кнутом, который не дает лишний раз передохнуть.

Я мотнула головой, отгоняя дурацкие картинки. В современном мире все не так, верно же?

 Разложив свои вещи в шкафу, я отправилась в душ. По дороге, не выдержав, заглянула во все помещения. Вначале я переживала, что здесь есть скрытые камеры, но, рассудив, решила, что ничего постыдного я не делаю. Мне же не запрещали познакомиться с квартирой, а живое любопытство – естественно.

В квартире обнаружилось два разных санузла. И учитывая, что мне указали на один, я сделала вывод, что второй – личный санузел хозяина квартиры.

В ванной комнате обнаружилась стопка полотенец, халат и абсолютно новые предметы личной гигиены. И впрямь, гостевой санузел. Интересно, как много гостей здесь побывало?

Вообще, такая жизнь для меня была очень странной. Квартира красивая, но я словно в музее нахожусь. Не чувствуется, что в ней кто-то проживает, все настолько идеально, словно постановка. Да здесь и впрямь еды даже никакой нет!

Пошарив по кухне после принятия душа, я обнаружила лишь несколько упаковок с крупами, простой черный чай, кофе, сахар, соль. Все. Мне кажется, когда посуточно квартиру снимаешь и то больше всего найти можно.

Учитывая, что я сегодня толком не ела, я решила приготовить то, что есть. Найдя кастрюлю, я поставила вариться овсянку на воде и сделала себе чай. Только я домыла посуду после еды, как раздался звонок в дверь. Я взглянула на часы – уже два. Это, похоже, водитель.

За дверью и впрямь стоял немолодой мужчина с доброжелательной улыбкой на лице.

- Юлия Александровна, Вадим Владимирович велел отвезти вас по магазинам. Меня зовут Роман, я водитель.

- Очень приятно, - улыбнулась я. – Подождите меня буквально пять минут.

- Конечно, - кивнул мужчина, делая шаг назад.

Я вернулась в квартиру, быстро переоделась и поспешила на чайный шоппинг. До сих пор чувствую себя в театре абсурда.

‍

Я попала в рай… Если, конечно, на некоторое время забыть, что мой папа в плену, я сама под тотальным контролем, а наше жилье ушло в счет долгов.

Но когда я зашла в этот магазинчик, я, клянусь, на некоторое время про это забыла.

Чаем и различными травяными сборами я увлеклась пару лет назад. Тогда у меня были экзамены в институте, и я очень нервничала и даже хотела покупать себе таблетки от стресса. Потом я решила лишний раз не травиться химией и залезла в интернет. Там я вычитала, что липа, мелисса, боярышник, зверобой и прочие растения помогают расслабиться и успокоить нервную систему. Я немного скептически к этому отнеслась, но все же купила их. А пропив короткое время, я поняла, что это и впрямь работает. И мне стало интересно…

Оказалось, что различные смеси трав можно использовать и как витаминные сборы, и как успокаивающие, а так же наоборот, придающие энергии. Многие из растений обладают огромным количеством витаминов и микроэлементов, а сами чаи сильно различаются между собой.

Я в это окунулась с головой, а затем стала изучать уже их вкусовые качества, миксовать таким образом, чтобы это было не просто полезно, но еще и вкусно.

Дальше пошли чаи: черные, зеленые, белые, желтые, мате, пуэр… Оказалось, что там такое разнообразие, и каждый из этих видов заваривается при разной температуре, на разное количество времени.

В общем, я этим заболела. А как любой человек, увлеченный какой-то идеей, я впала в экстаз, рассматривая огромное количество товара на полках.

- Роман, - я повернулась к водителю, сопровождавшему меня в магазине, - какую сумму выделил Вадим Владимирович на покупку чаев?

- Он не оговорил лимит, - с легкой улыбкой ответил мужчина.

- Вот как… - протянула я, возвращаясь взглядом к прилавку.

Сначала я решила, что не буду шиковать. Но затем, подумав, я пришла к выводу, что я же не для себя покупаю все это. Моей задачей будет удовлетворять вкус этого бандита. Значит, я должна приобрести все необходимое, чтобы он остался доволен.

И я пошла в разнос.

В итоге, из магазина мы вышли с тремя огромными пакетами и под довольную улыбку продавца. Помимо чаев, я купила еще и пару наборов для чайной церемонии и три заварочных чайника отдельно. Куда столько на одного человека, я не знаю. Но у меня было оправдание, что каждый вид чая требует своего подхода.

После чайного магазина, мы подъехали к продуктовому. Там я уже не шиковала, взяла необходимые продукты, уложившись в один пакет.

Уже подъезжая к дому, восторг от покупок начал меркнуть, а ему на смену опять пришел страх и злость. Надо было чего-нибудь ядовитого прибрести и в чай добавить. Но, к сожалению, я не смогу отравить человека, как бы сильно я его не ненавидела.

Тирана дома не было, чему я была несказанно счастлива. Охранник сухо поприветствовал меня, явно считая очередной любовницей хозяина квартиры. Но мне, если честно, было плевать, кто и что думает, мне хотелось поскорее отработать долг и начать жизнь с чистого листа.

Вадим приехал через полчаса после меня. Я только успела переодеться и съесть йогурт, как в двери повернулся ключ.

Как бы я не собирала в кулак все свое самообладание, по моему телу все равно проходила дрожь, когда я ждала того момента, как мужчина войдет на кухню. Я его боялась. Потому что он был непонятен. То он собирается избить отца, то идет у меня на поводу. Эти глупости с чаем тоже не добавляли ясности в портрет. А еще он ведет себя так, словно меня здесь ничего не удерживает, я свободна, хотя мы оба понимаем, что это лишь видимость.

Войдя на кухню, Вадим какое-то время рассматривал меня молча. Я тоже не спешила говорить, потому что на общение с ним тратилась куча энергии, каждое свое слово приходилось обдумывать, прежде чем произнести.

- Добрый вечер, - в итоге произнес он.

- Добрый, - пришлось ответить мне.

- Как поездка в магазин? – мужчина прошел мимо меня, подходя к кулеру и наливая себе стакан воды.

- Хорошо. Много чего купила. Для чая, в смысле.

- Отлично, - Вадим поставил стакан на стол, с легкой улыбкой снова смотря на меня. – Покажи, что мои деньги потрачены не зря.

На этих словах он вышел из кухни, а я искренне понадеялась, что поняла его правильно, и он просит заварить ему чай. Хотя, такие люди не просят, они требуют.

‍- Ваш чай, Вадим Владимирович.

Я усвоила урок и не стала ждать, когда мужчина вернется на кухню. Но так как он не высказал предпочтений, я смешала травы на свой вкус, а именно, создала убийственно-успокаивающую смесь. Пусть он и так спокоен как удав, но снять лишний стресс будет не лишним. Для меня.

- Я разве так тебе представлялся? – спросил мужчина, откидываясь в кресле.

- Нет, - я почувствовала вновь накатившее раздражение. Сейчас-то я ему чем не угодила, назвав по имени отчеству? Мне кажется, таким образом наоборот высказывается уважение.

- Тогда не нужно самодеятельности, - мужчина взял в руки чашку, сделав большой глоток. – Для тебя я Вадим и на ты. Вкусно. Что здесь?

Я переключила внимание на чашку, вспоминая, что я клала.

- Лист малины, ромашка, цветы липы…

- Хорошо, - перебил меня хозяин дома, - не мышьяк, и ладно. Завтра ты со мной едешь на работу, будешь давать мастер-класс моему секретарю, которая обычный зеленый чай умудряется испоганить.

- Ладно, - спокойно ответила я. Признаться, мне было интересно, где он трудится, поговорить с его сотрудниками, послушать, что о нем говорят. Потому что я, как ни стараюсь, картину сложить не могу.

Мои мысли перебил звонок в дверь.

- Это ужин, - улыбнулся мужчина.

На этих словах он встал с кресла и пошел принимать еду. А я поняла, что опять дышала при нем через раз. Интересно, а он меня кормить будет или только на себя ужин заказывал?

- Юля, - донеслось с кухни. Я отмерла и отправилась, видимо, все-таки ужинать.

- Ты всегда заказываешь еду? – спросила я, памятуя, что этому странному человеку не понравилось, что я выкаю.

- Да, - коротко ответил он.

- Я могу иногда готовить, - несколько смущенно произнесла я, присаживаясь за стол. Не то, чтобы я старалась ему угодить, просто хотелось чем-нибудь еще занять себя.

Мужчина мельком взглянул на меня, затем отрицательно мотнул головой.

- Не стоит.

Почему-то меня это обидело. Он что, думает, что я неумеха? Я, между прочим, очень неплохо готовлю. Папа всегда в восторге от моих кулинарных шедевров.

Я опустила голову и начала ковыряться в пасте. Аппетита особо не было, все же я до конца не понимала формат нашего взаимодействия. Да и грустно было лишаться квартиры и не знать, как там отец.

- Я могу забрать вещи? – спросила я. – То, что мне нужно. С нашей квартиры. Бывшей.

Вадим пожал плечами.

- Пожалуйста. Завтра после моей работы заедем.

- Спасибо, - я вновь опустила голову, рассматривая макароны.

Так и прошел наш ужин. Каждый думал о своем, а я, ближе к вечеру еще и напрягалась от того, что остаюсь одна в квартире с достаточно сильным мужчиной. Конечно, пока он никак не проявлял себя, но, может, он просто ждет подходящего случая.

Я исподтишка взглянула еще раз на моего временного соседа по жилью и решила, что он навряд ли из тех, кто темной ночью набрасывается на беззащитных девушек. Стоит хотя бы вспомнить, как он скривился, когда подумал, что я предлагаю себя в счет долга отца.

Поздно вечером, когда я закрылась в своей комнате, я снова позвонила папе.

- Привет, как день прошел? – тихо спросила я, косясь на дверь. Да, Вадим разрешил мне звонить, но я не хотела, чтобы он услышал наш разговор.

- Устал очень, - измученно произнес папа, - меня эксплуатируют по полной. Иногда я думаю, что лучше бы меня избили, - со смешком добавил он.  – Как ты, малышка? Тебя не обижают?

Я вздохнула и покосилась опять на дверь.

- Нет, папуль, все в порядке. Ему, похоже, и впрямь нравятся мои чаи.

- Я рад, - после паузы добавил папа. – Ты у него на квартире?

- Да, - ответила я, подходя к окну. Город весь, как на ладони. И много-много огней.

- Ладно, малышка, спокойной ночи. Мне завтра рано вставать. Береги себя.

- И ты, пап, - грустно произнесла я. – Люблю тебя.

- И я тебя.

На этом наш печальный разговор подошел к концу. Я отложила мобильный и продолжила любоваться ночным городом. Когда я шла спать, хозяин квартиры предупредил, что завтра к семи часам он ждет вкусный чай, значит, мне нужно встать полседьмого.

Но, несмотря на ранний подъем, я совсем не хотела ложиться. Мне нравилось смотреть в окно и надеяться, что мы все выдержим.

В тот момент, я четко понимала, чего хочу. Но пройдет всего каких-то несколько недель, и мой мир перевернется с ног на голову. Но тогда я мысленно желала папе сладких снов, а Вадиму ночных кошмаров. Что думали они в тот момент, я пока еще не знала.

‍

- Доброе утро.

Я сегодня встала пораньше и попробовала сделать что-то интересное из тех сборов, что приобрела вчера. У меня не было цели порадовать хозяина дома, но мне и впрямь нравилось возиться с этими травками, экспериментировать и получать кайф от результата.

- Доброе, - Вадим со скрежетом отодвинул стул, притягивая к себе чашку с чаем, - скоро доставят завтрак.

Я кивнула, хотя по мне это чистой воды баловство: сложно себе овсянку заварить или тосты сделать что ли?

Завтрак действительно был привезен через пять минут. Признаться, все оказалось довольно вкусным и необычным: венские вафли с яичницей и беконом. Такого я не пробовала.

- Ты помнишь, что сегодня идешь со мной на работу? – спросил мужчина, подливая себе еще чая.

- Помню, - коротко ответила я. Я была совсем не против: чем больше у меня информации, тем мне будет проще пережить этот месяц. Надеюсь, что месяц.

Компания Вадима была расположена в одной из современных высоток. Если честно, я не успела понять, чем занимается компания, услышала лишь, что это связано с архитектурой и проектированием.

- Доброе утро, Вадим Владимирович, - невысокая секретарша с идеально убранными волосами подскочила со своего кресла, встречая шефа.

Мужчина лишь кивнул ей, хмуро проходя мимо.

- Ольга, это Юля, ближайшие дни она будет делать мне чаи, а ты будешь смотреть и учиться. Если за то время, что она будет здесь, ты не научишься, вылетишь вон, ясно?

Девушка вся покраснела и неуверенно кивнула. Мне стало ее жалко: легко гнобить людей, когда это твои подчиненные.

- Юля, - обратился ко мне этот урод, - будь добра, классический молочный улун. Начнем с простого.

Я тоже кивнула, но абсолютно без смущения, скорее с ненавистью во взгляде. Мужчина, если и заметил, то вида не подал. Он просто развернулся и скрылся за дверью, за которой, видимо, и прятался его кабинет.

Я повернулась к девушке и доброжелательно ей улыбнулась, всем своим видом показывая, что я не такая, как Вадим, хотя и пришла с ним.

Но она, к моему удивлению, не ответила на мою улыбку, а лишь фыркнув, вернулась к своему месту.

- Показать, как делать чай? – предприняла я еще одну попытку сойтись и, что греха таить, выведать что-то про мужчину, с которым, к своему сожалению, живу вместе.

- Я что, по-твоему, совсем тупая, не могу чай кипятком залить? – выплюнула она, утыкаясь в компьютер. – Я что, не понимаю, что ты меня подсидеть пытаешься?

Я удивленно заморгала. Что за глупости?

- Ну, во-первых, - спокойно произнесла я, - я не пытаюсь никого подсидеть, я здесь лишь для того, чтобы научить тебя делать хорошие чаи, которые будут по вкусу Вадиму Владимировичу. А во-вторых, - несколько с вызовом продолжила я, - молочный улун не просто заливается кипятком. Чтобы вкус раскрылся, нужно сначала чайник прогреть, а первую заварку вылить. Температура воды должна быть не более 90 градусов, и выдерживать его надо максимум полминуты, чтобы чай не горчил.

Девушка саркастично подняла бровь и снова уткнулась в компьютер, всем своим видом говоря, что в гробу она видела все эти чайные церемонии.

Ну, я тоже здесь не для того, чтобы уговаривать странную секретаршу, которая вдолбила себе в голову, что я мечтаю занять ее место.

Я подошла к столу, на котором располагались все принадлежности для чая, и начала готовить его.

- Ладно, прости, я не в настроении сегодня, - раздалось сзади.

Я повернулась и пожала плечами.

- Бывает. А где у вас сахар?

- О, - девушка встала рядом, - он на верхней полке, достанешь?

Я кивнула. Мой рост и впрямь был выше, мне будет попроще дотянуться.

Я повернулась к шкафу, доставая банку с сахарным песком и снова возвращаясь к столику.

- Ну вот, - я насыпала его в вазочку, ставя на поднос, - можешь ты отнести, скажем, что вместе делали.

- Ну нет, - улыбнулась она, - скажи, что это твой пример, а я попытаюсь повторить.

- Хорошо, - я подхватила поднос и пошла в кабинет к начальству. Мне на самом деле было любопытно, как выглядит кабинет Вадима.

- Наконец-то, - буркнул он, когда я после стука вошла внутрь. – Почему ты несешь чай?

- Это мой пример, - поставила я перед ним чашку и чайник. – А Ольга попытается сделать все так же.

Вадим кивнул, затем дотянулся до чашки, сделал глоток и тут же поморщился.

- Что это?!

- Молочный улун, - напряглась я. Я его сама очень люблю и довела до совершенства способ его приготовления.

- Да? – мужчина изогнул брови и пододвинул ко мне чашку, - попробуй.

Я сделала глоток и чуть не выплюнула содержимое.

- Там есть полынь, - произнесла я. – Не понимаю, как она там оказалась. Вкус молочного улуна тоже есть, значит, я не перепутала травы. Может их в магазине случайно смешали?

- А в магазине ли? – хмыкнул Вадим.

- Что ты имеешь в виду? – спросила я, не понимая его намеки. – Если ты думаешь, что я могла сотворить эту гадость, то ты сильно ошибаешься.

- А я разве про тебя говорил?

«- А где у вас сахар?

- О, он на верхней полке, достанешь?»

Вот же дрянь.

‍

Я замолчала, не зная, как поступить в данной ситуации. Но Вадим, похоже, и сам все понял и уже для себя решил, как действовать дальше.

- Оля, зайди, - произнес он по громкой связи.

Девушка появилась спустя минуту с невинным выражением лица. Только она не понимала одного: я, действительно, не ее конкурент, и у меня есть свои причины угождать Вадиму, никак не связанные работой. Поэтому, он прекрасно понимает, что эта дрянь в чашке не моих рук дело.

- Хочешь чая? – спросил мужчина, пододвигая чашку к девушке.

- Спасибо, - произнесла она, невинно глядя на шефа, - я не хочу. А что-то случилось?

Она была такой хорошей актрисой, что я на какое-то мгновение засомневалась, что она в чем-то виновата.

- Попробуй, - уже строже произнес мужчина.

Девушка спокойно взяла чашку в руки, сделала глоток и поморщилась.

- Нравится? – все так же с дьявольской улыбкой спросил Вадим.

- Если честно, не очень, - ответила секретарь, ставя чашку на стол. – Не самый вкусный молочный улун.

Я сжала зубы, решая не влезать в разговор. Это сотрудник Вадима и мне, если честно, плевать, что она наговорит. Хотя слушать ее попытки унизить меня и мой профессионализм несколько неприятно.

- А ты не в курсе, почему так произошло? – откинувшись в кресле, спросил мужчина.

- Нет, - все так же спокойно ответила девушка. – Я была занята в тот момент, когда Юлия готовила чай. Но, подозреваю, что ей самой нужно бы подучиться. Хотите, я вылью этот чай и сделаю вам новый?

Вадим хмыкнул и перевел взгляд на меня.

- Ну что же ты, Юля, так оплошала? – спросил он, явно ожидая от меня ответной реакции.

Краем глаза я видела довольное лицо девушки. Вот же дурочка.

- Переделать? – лишь спросила я. Если Вадим думает, что я буду оправдываться или что-то доказывать, он ошибается. Мы оба с ним знаем, что я тут точно не причем.

Мужчина встал из кресла, подходя к окну. Повернувшись к нам спиной, он спокойно проговорил:

- Мое утро было испорчено вот такой мелочью. И если одна из вас признается, что это сделала она, я буду более мягок в наказании.

Мы обе молчали. Я, если честно, устала играть в этом цирке, а вот Оля отыгрывала по полной. Стоя с невинным выражением лица, она явно не испытывала раскаяния или желания признаться в содеянном.

- Ладно, - Вадим хмыкнул. – Повышаю ставки.

Он повернулся к нам, смотря то на одну, то на другую.

- Я не терплю интриг в своем окружении. И непрофессионализма. А еще, - он сел обратно в кресло, - в холле установлены камеры.

Вот тут Оля и потеряла свое лицо. Она резко побледнела, все еще пытаясь взять себя в руки, но получалось уже плохо.

- Переделать чай? – повторила я вопрос, понимая, что дальше разборки могут проходить и без моего участия.

- Да, - ответил Вадим, внимательно смотря при этом на девушку.

Я забрала поднос и вышла из кабинета. Ну и атмосфера тут, брр. Мне кажется, в клетке с тиграми и то проще находиться.

Через пять минут из кабинета вылетела Оля с красным, даже пунцовым лицом. Она суматошно начала собирать свои вещи, не смотря в мою сторону.

- Ну и зачем надо было делать это? – спросила я. – Я же здесь и впрямь только для того, чтобы чай делать.

Девушка зло посмотрела на меня и дальше продолжила собираться. Мне кажется, если бы не выяснилось, что в холле установлены камеры, она точно набросилась бы на меня.

Я пожала плечами, подхватила поднос с новым чаем и отправилась в кабинет.

- Надеюсь, сейчас без сюрпризов? – не отрываясь от компьютера, произнес мужчина.

- Я тоже, - хмыкнула я, ожидая, когда Вадим попробует чай. Ладно-ладно, когда я наливала, я попробовала. А то второй раз накосячить было бы эпично.

- Неплохо, - удовлетворенно констатировал мужчина, делая глоток.

- А что теперь будет с Олей? – не удержалась я от вопроса.

- Она уволена, - буднично произнес мужчина.

Я нахмурилась. Да, она мне не нравится, но выгонять ее из-за чая? Точно, тиран и деспот.

- Не слишком строго? – тихо поинтересовалась я.

- Нет, - ответил мужчина, наконец, поднимая на меня взгляд. – Если бы она случайно подала такую отраву, я бы простил. Но то, что она устроила тут дворцовые интриги, я не потерплю. Я ее держал-то только из-за исполнительности, а здесь и она пошатнулась.

- Твое право, - пожала я плечами. – Могу я идти?

- Пожалуйста, - указал рукой на дверь мужчина. – Будь в приемной.

- Конечно, - кивнула я. Куда я денусь-то?

Когда я выходила за дверь, услышала, как Вадим у кого-то требует себе нового секретаря. Да уж, с его характером, тут скоро все кадры закончатся.

‍Вернувшись после обеда, на который меня милостиво отпустил местный командир, я обнаружила за стойкой ресепшена новую жертву. Девушка выглядела испуганной, из чего я сделала вывод, что ее сюда притащили насильно.

- Привет, - улыбнулась я ей. – Меня Юля зовут.

Старый секретарь, несмотря на всю свою сварливость, не отбила у меня доброжелательность и, что греха таить, любопытство. Я еще не теряла надежды выяснить что-то про их шефа.

- Здравствуйте, - промямлила девушка, поправляя на носу очки.

В этот момент из двери выглянул Вадим, строго взглянув на нас обеих.

- Это… Как тебя?

- Женя, - испуганно произнесла новый секретарь.

- Да, Женя. Документы отправь, которые я говорил и побыстрее. А с тебя чай.

Я кивнула, правда не так быстро и не с таким рвением как девушка рядом.

Мужчина, получив обратную связь от нас, скрылся за дверью. Я вообще не понимаю, зачем он выполз со своего места. Может, проверял вернулась я или нет.

- Значит, ты новый секретарь? – спросила я, ополаскивая чайник.

- Временно, - с улыбкой ответила девушка.

- Ясно, - протянула я, - а на постоянную основу ты сюда не хочешь? Наверное, престижно быть секретарем главы компании?

Я даже замерла, ожидая ее ответа. Да, я сразу взяла быка за рога. А что делать, может эта девушка тоже недолго здесь пробудет. А совсем не факт, что Вадим будет каждый день меня с собой таскать. Возможно, это вообще мой единственный шанс что-то разузнать.

- Нет, не хочу, - помотала головой девушка, оглядываясь на дверь. – Да, здесь платят хорошо, но и требований куча. Вот Оля сюда мечтала попасть и попала, но, как оказалось, ненадолго.

- Ну, она сама виновата – произнесла я, глядя на танцующие листы чая в заварнике. – А почему она мечтала сюда попасть?

Девушка хмыкнула и снова взглянула на дверь.

- Надеялась, что станет любовницей Вадима Владимировича. Красивой жизни хотела.

- Ого, - произнесла я, не зная, как реагировать. – Не вышло?

- Неа, - улыбнулась девушка, - но она не теряла надежды, работала днями и ночами, готова была убить того, кто посмеет покуситься на это место и на шефа.

- Я заметила, - рассмеялась я.

- Да мы уже наслышаны, - щелкая мышкой, с улыбкой произнесла девушка. – Это еще додуматься надо - подсыпать что-то в чай.

- Ничего себе у вас сплетни разлетаются, - ставя все на поднос, произнесла я. - Она, видимо, не поверила, что я не мечу на ее место.

Девушка улыбнулась и, оторвавшись от экрана, тихо ответила:

- Да как сказать. Она подумала, что вы его любовница. Вот и разозлилась.

- Ничего себе, - я даже остановилась, - с чего бы? Я тут тоже, вроде как, наемный персонал.

Девушка пожала плечами.

- Кто же ее знает? Она вообще немного не в себе.

Я улыбнулась и понесла поднос Вадиму. Вот же дворцовые интриги. И вообще, я не понимаю, как можно решить, что я любовница этого… человека? Мне кажется, от меня за километр разит ненавистью к нему.

- Твой чай, - поставила я поднос возле мужчины, после чего развернулась, собираясь выйти.

- Подожди, - окликнул меня Вадим. – Сядь.

Я послушно села в кресло напротив, хотя сердце предательски застучало. Каждый раз, когда он заводит со мной разговор, я очень переживаю. Все же сейчас моя судьба является его заложником, нравится мне это или нет. И за папу я очень переживаю, вдруг он на него снова сильно разозлится, и тогда ему несдобровать.

- Ты там что-то вещала про свои знания английского, - произнес мужчина, копаясь в бумагах.

- Ну да, - неуверенно протянула я.

- Тогда держи, - он протянул мне несколько соединенных между собой листов, - переведи на русский.

- Что это? – спросила я, принимая бумагу.

- Договор. Если хорошо переведешь, то, может, я возьму тебя на постоянную основу.

После этой фразы мужчина снова уткнулся в свои бумаги, всем своим видом показывая, что разговор окончен. Я сначала хотела молча покинуть кабинет, но потом меня одолело любопытство.

- Можно вопрос?

Вадим поднял взгляд, затем коротко кивнул.

- У тебя наверняка здесь много профессионалов. Для чего тебе я?

Мужчина хмыкнул, но затем все же оторвался от бумаг.

- Юля, ты вроде девочка не глупая. И прекрасно должна понимать, что я мог бы каждый день заказываться себе специалиста по чайным церемониям. И да, конечно, у меня есть отличный переводчик.

- Тогда зачем это все? – дрожащим голосом спросила я.

- Я даю тебе шанс, - откинулся в кресле мужчина. – Скажем так, я не планировал наказывать тебе за грехи твоего отца. Но волей не волей, тебя это тоже цепляет. Поэтому, если ты проявишь мудрость и правильное управление ситуацией, ты не останешься в накладе. Надеюсь, ты меня правильно поняла.

- Вполне, - произнесла я, вставая с кресла.

Когда я вышла за дверь, эмоции захлестнули меня с головой? Он считает, что я должна ему быть благодарна за то, что он не избил моего отца? Или что?

Я прекрасно понимаю, что мой папа виноват. Однако мы живем в правовом государстве, но, похоже, не все об этом помнят.

Так что пошел он со своей добродетелью…

‍

Больше ничего путного я не узнала. Было видно, что Женя боится лишний раз что-то рассказывать, но это и не удивительно. Кто я для нее и компании, в которой она трудится? Посторонний человек, а, может, вообще засланный казачок.

Около шести вечера Вадим вышел из своего кабинета, кивком головы показывая, чтобы я шла за ним.

Махнув Жене на прощание рукой, я отправилась вслед за своим хозяином. Чувствовала себя немного рабыней: что он мне скажет, то я и делаю. Но хотя бы он папу не тронет.

Домой ехали молча. Было видно, что мужчина сильно уставший, но мне это было и на руку. Каждый разговор с ним отнимал у меня кучу сил. Поэтому тишина была скорее спасительной, чем давящей.

Как обычно, ужин привезли на дом, и, поев, Вадим удалился к себе, даже не затребовав себе чая. Поэтому, выждав минут десять, я тоже ушла в свою временную комнату. На самом деле, я очень ждала этого момента, потому что тишина и уединение означали, что я могу позвонить отцу.

- Привет, пап, - с улыбкой произнесла я, услышав родной голос.

- Привет, доченька, - тихо ответил папа. – Ты как там?

- Все в порядке, - я постаралась удержать раздраженный вдох. Если так посудить, то я и в правду в порядке: работой меня не нагружают, кормят вкусно, не морально, не физически не издеваются. – Ты как?

- Устал, - папа тяжко вздохнул, - кормят мало, а работы очень много дают. Передышки делать нельзя. В общем, тяжело.

- Папуль, - я закусила губу, чтобы не разреветься. Все-таки мой отец не слишком молод, он может легко подорвать свое здоровье такими нагрузками.

- Не переживай, Юль, - ласково произнес папа. – Ты мне скажи: ты живешь у него в доме?

- Да, - ответила я, поняв, кого папа имеет ввиду.

- Слушай меня, - понизил голос отец, - я был в его квартире, в его кабинете хранятся почти все документы. Выбери время, когда его не будет, и покопайся в них. Может, найдешь какой компромат? Нас это сейчас спасло бы.

Я не верила своим ушам. Мне даже подумалось, что отец бредит.

- Пап, - настороженно произнесла я, - я не буду этого делать. Мы отработаем месяц и будем свободны.

- Да, но без квартиры! – гнул свою линию отец. – У него рыльце в пушку, я это точно знаю, я был его бухгалтером!

Я помотала головой. Бред какой-то.

- Я не буду рисковать, пап. Спокойной ночи.

После этого я отключилась.

Я попробовала заснуть после нашего странного разговора, но сон никак не шел. Мне не верилось, что мой отец подбивал меня на преступление. Я считаю, что для нас сейчас главное – это разобраться с предыдущими грехами, но никак не набирать новых. Возможно, он просто в отчаянии и не знает, как поступить…

Утро после плохого сна началось с неприятной головной боли и боли в горле. Вот вечно я так: стоит понервничать и заболеваю.

Я встала по будильнику, чувствуя, что еле держусь. Но, думаю, Вадиму Владимировичу будет плевать на мое самочувствие.

Я заварила чай с имбирем, чтобы еще и самой подлечиться, и стала ждать мужчину. Тот вышел из спальни прямо по часам, словно передо мной был робот, а не человек.

- Доброе утро, - произнес он, присаживаясь на стул.

- Доброе, - прохрипела я, морщась от боли.

- Что с голосом? – уставился на меня мужчина. Врать бессмысленно, я выгляжу как смерть.

- Немного простудилась, - ответила я.

Вадим встал из-за стола, подходя ко мне и трогая лоб.

- Я бы сказал, не немного, - задумчиво произнес он. – Ладно, отдыхай сегодня, я пришлю к тебе врача.

- Я в порядке, - для галочки посопротивлялась я.

Мужчина усмехнулся и помотал головой.

- Иди в кровать.

Кто я такая, чтобы спорить с хозяином?

Я послушно поплелась к себе в комнату, но по дороге отметила, что дверь в кабинет приоткрыта. Невольно вспомнились папины слова, и в груди зажгло от одной лишь мысли, что я могу это сделать. Стараясь не смотреть в ту сторону, я дошла до своей комнаты и там, в прямом смысле этого слова, рухнула на кровать. Похоже, мне и впрямь нужен отдых.

Врач пришел через час. Им оказался пожилой мужчина с сединой на висках и вечной легкой полуулыбкой на губах. До его прихода я умудрилась уснуть и даже не слышала, как ушел Вадим.

- ОРВИ, - заключил он, осмотрев меня с ног до головы, - я вам выписал необходимые лекарства, и лучше побыть хотя бы дней пять дома.

- Ясно, - кивнула я, думая, что моему надзирателю это вряд ли понравится. С другой стороны, он сам прислал этого доктора, значит должен доверять его рекомендациям.

Проводив врача до двери и поблагодарив за осмотр, я прошла вглубь квартиры. Замерев перед дверью кабинета, я, глубоко вздохнув, толкнула ее и, сглотнув, шагнул внутрь. Я только посмотрю и все.

‍

В кабинете я уже была, но в прошлый раз это было при хозяине квартиры, поэтому чувства были совсем другие.

В помещении творился идеальный порядок. Никаких разбросанных бумаг, открытых шкафов. Все идеально сложено и убрано.

Я подошла к столу, мельком взглянув на папку, лежащую на нем. Открыть ее я не осмелилась. Обойдя стол, я увидела рамку с фото. На ней был запечатлен Вадим в обнимку с какой-то девушкой. На фото он был каким-то другим: веселым, не опасным. Если бы я увидела его таким, наверное, даже заинтересовалась им. Интересно, это его девушка? Если так, то у них очень странные отношения, потому как мужчина весь день работает, а вечером едет сюда. Конечно, может это пока я здесь, так сказать, сторожит меня.

Я отвела взгляд от фотографии и посмотрела на ящики стола. Нет, я не могу. Не буду копаться в бумагах и искать что-то странное. Если меня Вадим поймает, то второго шанса нам с отцом уже не даст.

Да и, если честно, не только страх быть пойманной меня останавливал. Я просто не считаю это правильным. Не могу переступить через себя. Я не шпион и не интриганка, я не смогу сыграть эту роль.

Я вышла из кабинета с твердым намерением оставить эти нехорошие мысли. Буду действовать так, как планировала вначале. Месяц пролетит быстро. А сейчас пойду лучше спать.

Проснулась я от того, что дверь в мою комнату приоткрылась. Спросонья и, видимо, из-за болезни я даже не сразу поняла, где я.

- Ты не выходила, я решил посмотреть, как ты, - произнес тихо Вадим, переступая порог моей комнаты.

- Я, похоже, крепко заснула, - пробормотала я в ответ.

Я села на кровати, пытаясь отойти ото сна. По инерции я натянула одеяло почти до груди, хоть и спала в одежде. Просто когда кто-то застает нас спящими – это все равно, что видит нас без одежды: мы в тот момент абсолютно беззащитны.

- Пойдем поужинаем, - убрав руки в карманы, произнес мужчина. Сегодня он был на редкость спокоен: ни этих высокомерных интонаций, ни презрения в глазах.

Я кивнула и, спустив ноги с кровати, нащупала домашние тапки.

Ужин, естественно, был из ресторана. Я начинаю к этому привыкать и, к моему удивлению, мне перестает казаться это чем-то неправильным. Еда вкусная, а время на ее готовку не тратится. Так если есть средства, то почему бы не воспользоваться такой возможностью.

- Заварить чай? – спросила я, подходя к столу. Болезнь болезнью, но мои обязанности никто не отменял. Да и вопреки всему происходящему я чувствовала вину за то, что ворвалась в кабинет, пока его хозяин был на работе.

- Нет, - мужчина улыбнулся, подходя к кухонному шкафу, - сегодня будем употреблять то, что покрепче.

Я удивленно проследила за тем, как он достает бутылку красного вина, а затем открывает ее.

- Ты не против? – спросил он, указывая мне на напиток.

Я пожала плечами. Вино я люблю, но обычно я пью его в компании друзей. А выпивать в компании этого человека как-то странно.

Вадим налил мне и себе в бокал вина, а затем протянул свой к моему, предлагая чокнуться. Я ответила на его жест, все так же чувствуя себя странно.

Сделав небольшой глоток, Вадим сел напротив, доставая еду.

- Как твое самочувствие? – спросил он.

- Неплохо, - ответила я, следуя его примеру, - доктор сказал, что несколько дней нужно в постели провести.

- Я в курсе, - кивнул мой собеседник, - я ему звонил. Побудешь, значит, дома.

- И какой тут от меня толк? – хмыкнула я.

- Предлагаешь, наплевать на твое здоровье? – улыбнулся мужчина.

Видимо, болезнь и вино действуют на меня странно, потому как я искренне улыбнулась ему в ответ.

- Нет, я буду рада, если ты дашь мне вылечиться, - ответила я, утыкаясь взглядом в еду.

На некоторое время мы замолчали, и стало снова как-то некомфортно и тяжело.

- Как там твой отец? – неожиданно задал вопрос мужчина.

Я удивленно взглянула на него.

- Я думаю, ты в курсе, - тихо произнесла я. – Говорит, что нормально. Только работы много.

- Ну а он как хотел, - хмыкнул Вадим. – Конечно, работать бухгалтером и отмывать мои деньги ему нравилось больше, но за все приходится платить.

Настроение окончательно вернулось в стандартное состояние. Видимо, то понял и мужчина, потому как, мельком взглянув в мою сторону, снова вернулся к еде. Ну а что я могу на это сказать? Согласна я с ним? Нет. Мне жалко отца, да и не знаю я, что он на самом деле натворил. Может, этотт человек вообще преувеличивает.

- А что с твоей мамой?

Сегодня день откровений?

Если честно, такого вопроса я точно не ожидала. Но ответить на него мне было не сложно.

- Она ушла, когда мне было пять. Бросила меня и сбежала с каким-то мужиком. Растил меня папа.

Я смело взглянула в глаза Вадиму, как бы говоря, почему я на стороне своего отца и буду до последнего его защищать. Он самый близкий для меня человек и будет таким оставаться и дальше. Ничего не сможет пошатнуть мою веру в него и если он и оступился, то только потому, что хотел для нас лучшей жизни.

‍- Я обещал, что отвезу тебя на квартиру, - сменил тему Вадим, - вчера я несколько устал, а утром ты заболела. Если хочешь, можем завтра съездить.

Я про вещи помнила, только постеснялась напомнить мужчине. Думала, что он забыл, и хотела поднять этот вопрос как-нибудь позже. Но оказалось, что он все помнит.

- Да, хочу, - ответила я, допивая вино. – Что я могу забрать?

Вадим непонимающе посмотрел на меня.

- Что хочешь.

- Просто, - я покрутила в руке пустой бокал, - я думаю на будущее. Скорее всего, нам с отцом придется снимать квартиру, а там, возможно, не будет много чего: стиральной машинки, чайника, мебели… Но сейчас мне некуда все это деть.

- А, ты об этом, - улыбнулся Вадим. – Можешь не беспокоиться, заберешь технику и мебель, когда найдете жилье.

Я выдохнула. Одна проблема решена. Да, мы потеряли квартиру, но хотя бы ее внутреннее убранство сохранили.

- Спасибо, - искренне произнесла я.

Мужчина кивнул и опустил взгляд.

Вообще, на протяжении тех нескольких дней, что я живу здесь, я неоднократно меняла мнение об этом мужчине. Все усложнялось еще тем, что я не знала всей правды. Да, я поверила, что мой отец украл деньги, но почему так получилось и один ли он замешан – я не знаю. Может, его вообще кто-то заставил и запугал, это же неизвестно.

Я постаралась заглушить назойливую мысль о том, что папа не ищет решения проблемы, а пытается как-то выйти сухим из воды при помощи шантажа. Вполне вероятно, что он напуган и просто запутался.

- Поздно уже, - мужской голос вырвал меня из своих мыслей, - пора спать.

Я так-то почти весь день проспала, поэтому не слишком горела желанием опять лечь в кровать, но как-то противоречить хозяину дома смысла не видела.

Поэтому, молча собрав посуду со стола и загрузив посудомойку, я, пожелав спокойной ночи, отправилась в свою комнату. Все это время Вадим спокойно наблюдал за моими действиями, никак не комментируя их, из чего я сделала вывод, что какое-то очередное правило я не нарушила. А то может он снова останется не доволен тем, что я проявила инициативу и прибралась.

Уже лежа в кровати, я включила мобильный, думая, звонить или нет отцу. Я не хотела опять поднимать эту тему, но и убедиться в том, что с ним все в порядке, мне тоже было важно. В итоге, взвесив все за и против, я решила, что один вечер можно и не созваниваться. В конце концов, если что-то произойдет, он может и сам набрать мой номер.

Кстати, этот вопрос напрягал меня не меньше. За то время, что мы выплачиваем долг, папа сам мне ни разу не звонил. Сначала я думала, что он боится за меня: вдруг не вовремя раздастся звонок и это мне как-то навредит. Но сейчас-то он уже знает, что вечером я вполне свободна, но все так же не пытается сам со мной связаться. Это меня слегка обижало.

Поэтому, я решила, что сегодня буду говорить с ним только в том случае, если он сам захочет поговорить. Но этого так и не произошло, хоть я и уснула только часа через два.

Утром, встав по будильнику, я поняла, что уже вполне здорова. Чувствую я себя замечательно, и лишь небольшая боль в горле и чуть заложенный нос напоминают о моей болезни.

- Ты пока можешь не выполнять свои обязанности, - раздалось сзади в тот момент, когда я смешивала два чая вместе.

- Почему? – спросила я, обернувшись. Если честно, мужчина меня немного напугал, но признаваться в этом я не хочу. Пусть думает, что я всегда начеку.

- Тебе нужно как следует выздороветь, - ответил Вадим.

- Я в порядке.

Я достала чашки и разлила нам чай.

- Мы сегодня поедем на квартиру? – спросила я, делая глоток. Чай был слегка горячим, но для моего больного горла это было как бальзам на душу.

- Я же обещал, - ответил мужчина.

Я кивнула, опуская взгляд.

- А что… что ты планируешь сделать с квартирой? – спросила я, крутя чашку в руках.

- Пока не знаю, не думал, - ответил мне Вадим.

- Если… - я закусила губу, пряча снова взгляд,  - если ты ее будешь сдавать, можем мы ее снять?

Мужчина сделал шаг ко мне, с легкой улыбкой заглядывая в глаза.

- Она тебе дорога?

Я кивнула, снова закусив губу.

- Что ж, - Вадим пожал плечами, - если я надумаю ее сдавать, то в первую очередь тебе.

Я отметила, что он сказал «тебе». Не «вам». Возможно, это лишь оговорка, потому как разговаривает он сейчас со мной, но вполне вероятно, что он просто не хочет, чтобы речь хоть как-то заходила о моем отце. Он всегда говорит о нем с презрением, и это пугает. Потому что, если папа оступится, он точно его больше не простит.

‍Я зашла в квартиру и поняла, что я пока не осознала в полной мере того, что это больше не мое жилье. Да, возможно, нас пустят сюда жить, но это место больше нам не принадлежит. Да и как я здесь буду обитать, зная, кто теперь настоящий хозяин?

Вадим прислонился плечом к стене, наблюдая, как я оглядываюсь по сторонам. Я прошла вглубь квартиры, проводя рукой по стене и осматривая, казалось бы, привычные вещи, которые я раньше и не замечала.

Оказавшись здесь, я почувствовала жуткую горечь во рту и, наверное, впервые разозлилась на отца. Да, я не знаю, что побудило его совершить преступление, но из-за него мы лишились жилья и месяц выступаем в роли рабов. Хотя, как ни крути, на Вадима я злилась больше. Он не предложил никаких вариантов решения проблемы, просто ворвался к нам и запугал. Так не делают.

Оглянувшись, я убедилась, что мужчина не следует за мной по пятам, и прошла в свою комнату.

Там я открыла ящик стола, доставая оттуда свои украшения и некоторые личные вещи. Затем взяла ноутбук, собираясь покинуть комнату, как взгляд упал на стену, увешанную моими фото.

Злость, требующая выхода, нашла свою жертву. Я с улыбкой маньяка отложила свои вещи и подошла ближе к стене. Затем, методично я начала снимать фото и рвать их. Те, что были в рамках, я тоже не пощадила. Если получалось, ломала рамку или била стекло.

Видимо, я слишком увлеклась, потому что через некоторое время на пороге появился встревоженный Вадим.

- Все в порядке? – мужчина оглядел комнату, полную беспорядка.

- Относительно, - хмыкнула я, - извини, я немного намусорила здесь.

Немного – это я преуменьшила. Везде обрывки фото, обломки рамок. Убраться быстро не получится.

- Я переживу, - смотря на меня, произнес Вадим.

- Тогда, поехали? – я подхватила свои вещи и направилась на выход. Стало ли мне легче? Стало. Я почувствовала, что негативные эмоции, которые съедали меня все это время и которым я не давала выхода, покинули меня. Теперь я могу думать более здраво. По крайней мере, я на это надеюсь.

Вадим молча последовал за мной, никак не комментируя мою выходку. Он вообще меньше стал ко мне придираться, то ли из-за болезни, то ли просто так.

- Я, кстати, проверил твой перевод, - произнес мужчина, открывая мне дверь в машину.

- И как? – спросила я, стараясь не задумываться о его джентльменских замашках. Скорее всего, это просто хорошая привычка и никак не обусловлено вежливым отношением ко мне.

- Неплохо, - поджав губы, ответил Вадим. – Возможно, я даже смогу тебе предложить должность в фирме, после того, как кончится твое чайное наказание.

Я хмыкнула, отворачиваясь к окну. Мужчина завел машину, аккуратно выруливая со двора.

- Так что скажешь? – нарушил он тишину.

Я вздохнула, поворачиваясь к нему.

- Я вынуждена отказаться, - как можно вежливее произнесла я.

- Почему? – спросил Вадим, не поворачиваясь ко мне.

Я сцепила пальцы, опустив взгляд вниз.

- Не смогу на тебя работать, - тихо произнесла я. Как мне кажется, такого объяснения должно быть достаточно.

- Понятно, - коротко прокомментировал мужчина мой ответ.

 Я не видела смысла ему врать. Я не смогу с ним находится дольше положенного. Сама мысль, что я стану добровольно проводить с ним время, меня коробила.

Я аккуратно взглянула на профиль мужчина, пытаясь распознать его эмоции. Злится ли он за мой отказ? Вынашивает план мести? Или ему все равно?

Но сколько бы я не вглядывалась, я так и не смогла найти ответа на свой вопрос. Вадим был как всегда спокоен. Мне бы хоть чуточку его спокойной уверенности.

Мужчина добросил меня до своей квартиры, а потом отправился на работу. Уже дома я приняла душ, переоделась и только собралась перекусить, как раздался телефонный звонок.

- Соскучился? – со смешком произнесла я вслух, увидев кто звонит. – Да, папуль.

- Привет, малышка, ты как? – спросил меня отец. Но по его напряженному голосу я поняла, что у него что-то произошло.

- Я-то в порядке, - торопливо ответила я. -  Что у тебя случилось?

- Прости, что вчера не позвонил, не мог. Я в больницу попал.

‍Передо мной за один миг пролетели жуткие картинки того, как моего папу избивают до полусмерти. Какая еще причина может быть для того, чтобы он оказался в больнице.

- Что случилось? – дрожащим голосом спросила я.

- Несчастный случай, - произнес папа со вздохом, - оступился на лестнице и упал. В общем, перелом руки.

Я понизила голос, хотя прекрасно знала, что в квартире одна.

- Скажи честно, тебя избили?

Ответ я ждала с бешено колотящимся сердцем. Потому что если отец подтвердит мои худшие предположения, я не знаю, что мне делать дальше.

- Нет, малышка, - спокойно ответил папа, - я и впрямь упал.

Почему-то я поверила. Может, потому что отец был достаточно спокоен, может, потому что ему разрешают мне звонить. А может, потому что хотела верить, что у него все в порядке.

- Ну, ты как? – немного успокоившись, уточнила я.

- Нормально. Рука, конечно, болит, но терпимо. Пока меня не нагружают работой.

- Ну, конечно, - произнесла я, считая, что по-другому и быть не может, - тебе нужно отдыхать.

- Как ты сама? Он хорошо с тобой обращается? – неуверенно спросил отец.

- Все в порядке, пап, - ответила я как можно тверже. – Со мной все хорошо.

- Это радует, - с облегчением в голосе произнес он. – Мне пора, малышка.

- Конечно. Люблю тебя.

- И я тебя.

Я повесила трубку, чувствуя, что глаза щиплет от набежавших слез. И дело было не только в том, что папа заболел. Скорее я расстроилась из-за того, что не могу сейчас быть рядом с ним. Что мы вынуждены общаться только по телефону, и мне приходится на слово верить, что с ним все в порядке, как, в прочем, и ему.

А еще бесило, что Вадим ни слова не сказал о том, что мой папа пострадал. Не верю, что он не знал, просто не посчитал нужным сообщить. Ну, конечно, он тут хозяин, а я кто? Никто.

Я глубоко вздохнула, чтобы немного успокоиться. Гнев и безрассудные поступки мне точно не помогут.

Вадим сегодня вернулся раньше обычного, я даже не успела морально подготовиться к его приходу. Заявив с порога, что ждет от меня чай, он прошел в кабинет, явно чем-то недовольный.

Я потушила в себе желание заварить ему какую-нибудь гадость, доставая обычный черный чай и некоторые сушеные листья и ягоды, чтобы придать ему дополнительный вкус.

Только я собралась отнести поднос в кабинете, как на пороге кухни появился мужчина собственной персоной.

- Ты с отцом разговаривала? – сходу спросил он, беря в руки чашку.

- Да, – коротко ответила я.

- Тогда ты в курсе, что у него теперь на руке красуется гипс, - произнес он, глядя прямо на меня.

- В курсе, - тихо ответила я.

- Отлично, - он сделал еще глоток, все так же внимательно смотря мне в глаза, - но это не повод, чтобы не работать. Благо, руку он сломал левую.

- А тебе не кажется, что это несколько жестоко заставлять больного человека работать? – сквозь зубы процедила я.

- Не кажется. Мне вообще кажется, что он нашел отличный повод, чтобы откосить от работы, - с тем самым презрением, что я видела у него в первую нашу встречу, проговорил мужчина.

- Ты хочешь сказать, - сощурив взгляд, уточнила я, - что он специально упал?

- Это не исключено, - поднеся чашку ко рту, с легкой усмешкой ответил Вадим.

Перед глазами появилась кровавая пелена ненависти. Да как он смеет? Отец там мучается от боли, а он говорит такие гадости.

Не совсем осознавая, что я творю, я сделала шаг вперед, выбивая чашку из рук мужчины. Она отлетела в стену, предварительно выплеснув из себя весь чай, и только потом разлетелась на мелкие осколки.

Вадим стиснул челюсть, а затем сильно схватил меня за запястье, дергая на себя.

- Еще раз покажешь зубы, и наш договор полетит к чертям, ясно тебе?!

Я тяжело дышала, он не лучше. Весь мой внутренний мир протестовал против его условий и настаивал на том, что нужно прямо сейчас врезать ему между ног. Но голос разума, совсем тихий, твердил, что нельзя. Что я сделаю только хуже. Я же почти неделю уже выдержала, значит, и остальное время смогу мириться с нашим положением. Нужно лишь притвориться послушной.

- Ясно, - сквозь зубы произнесла я. – Извини.

Вадим ослабил хватку, делая шаг назад.

- Прибери все тут, - выплюнул он, разворачиваясь и покидывая кухню. А я закусила губу, чтобы позорно не разреветься.

Когда тебе двадцать пять хочется думать о будущем, о работе, о мужчинах. И никак не хочется жертвовать своими идеями, волей и характером ради того, чтобы просто иметь возможность дальше жить. Лишь бы не сломаться.

‍