К январю 1931 года Военно-морские силы СССР включали в себя, в основном, наследство, полученное молодой Советской республикой от Российской империи:

– три линкора типа Севастополь: «Октябрьская Революция», «Марат», «Парижская Коммуна»;

– два лёгких крейсера типа Светлана («Червона Украина» и «Профинтерн», позднее в 1939 году переименованный в «Красный Крым») плюс в достройке находился третий крейсер этого типа («Красный Кавказ»);

– два учебных крейсера («Аврора» и «Коминтерн»);

– семнадцать эсминцев типа Новик;

– пять подводных лодок типа Holland-602GF

– некоторое количество тральщиков и иных судов.

Кроме вышеуказанного наследия царского режима, в состав ВМС РККА до января 1931 года вошли только две заложенные уже в СССР подводные лодки типа «Декабрист».

В постройке находились восемь сторожевых кораблей типа Ураган и еще четырнадцать подводных лодок (из них четыре типа «Декабрист», шесть типа «Ленинец» и четыре типа «Щука»).

Четыре линейных корабля типа Севастополь были заложены в царской России в 1909 году, спущены на воду в 1911 году и введены в строй в 1914 году.

ТТХ линкоров типа Севастополь на 1914 год: Водоизмещение 25000 тонн, скорость 21 узла, вооружение 4х3х305-мм, 16х1х120-мм, 2х1х75-мм, 4х1х450-мм торпедные аппараты.

В 1919 году на стоявшем в Петрограде на длительном хранении ещё не переименованном линкоре Полтава возник пожар, после которого корабль никогда больше не был введён в строй. Две средние трёхорудийные башни в 1930 году были сняты с линкора и направлены на Дальний Восток для вооружения береговой батареи на острове Русский, а в 1941 году корабль был сдан в отдел фондового имущества для разборки на металл.

В 1921 году линкоры получили новые имена: Октябрьская Революция (Гангут), Марат (Петропавловск), Парижская Коммуна (Севастополь), Михаил Фрунзе (Полтава).

Один из линкоров (Парижская Коммуна) в 1929 году совершил переход из Балтийского на Чёрное море и принял на себя роль флагмана Черноморского флота.

В период с 1921 по 1941 год все оставшиеся в строю три линкора проходили ремонты и модернизацию, в ходе которых они были переведены с угольного на нефтяное отопление, за счет изменения угла вертикального наведения орудий главного калибра была увеличена максимальная дальность стрельбы, было усилено зенитное вооружение, проводились и иные усовершенствования. К примеру, на кормовом срезе линкоров в конце 1940 года установили спаренные 76-мм зенитные орудия 81-К (их наладка и испытания продолжались до весны 1941 года).

В итоге линкоры встретили 1941 год со значительно улучшенными характеристиками. В качестве примера укажу ТТХ линкора Марат на 1941 год: Водоизмещение 25000 тонн, скорость 21 узла, вооружение 4х3х305-мм, 14х1х120-мм, 6х1х76-мм 34-К, 2х2х76-мм 81-К, 6х1х37-мм 70-К, 13х1х12,7-мм ДШК.

При этом два линкора находились в боевом составе Краснознаменного Балтийского флота (Октябрьская Революция и Марат), и один линкор в составе Черноморского флота (Парижская Коммуна).

Дополнительно в СССР предпринимались попытки построить новые, значительно более современные линейные корабли и линейные крейсера, но в итоге эти попытки не увенчались успехом.

Всего с 1938 по 1940 год было заложено по проекту 23 четыре линейных корабля типа Советский Союз водоизмещением по 59000 тонн (Советский Союз, Советская Украина, Советская Беларуссия, Советская Россия), а также в 1939 году было заложено по проекту 69 два линейных крейсера типа Кронштадт (Кронштадт и Севастополь) водоизмещением по 35000 тонн. Все эти шесть кораблей позднее были разобраны на металл. Нужно отметить, что линейный корабль в конце тридцатых годов представлял собой вершину научно-технического прогресса, и закладка кораблей сопровождалась заметным объемом научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ в области новых корабельных систем и морского вооружения, а также заметным ростом капитального строительства.

Четыре новых линейных корабля проекта 23 и два новых линейных крейсера проекта 69 в альтернативной реальности «Кировская весна» не закладывались.

Ход ремонтов и модернизации, а следовательно, и ТТХ трёх действующих линкоров (Октябрьская Революция, Марат, Парижская Коммуна) от нашей реальности не отличаются.

Судьба линкора Михаил Фрунзе в альтернативной реальности «Кировская весна» сложилась иначе. В 1940 году нарком обороны И.П. Уборевич согласовал достройку линкора «Михаил Фрунзе» в качестве броненосца береговой обороны. Вместо демонтированных в 1930 году средних башен на палубе установили восемь спаренных 100-мм орудий Минизини. Вокруг трубы установили расширение прожекторной площадки для монтажа четырех 37-мм автоматов. Еще шесть автоматов группами по три единицы разместили на башнях главного калибра. Погреба боепитания зенитной артиллерии были предусмотрены в казематах, ранее назначенных для демонтированных в двадцатых годах 120-мм орудий. В качестве главной энергетической установки были использованы четыре дизеля от подводных лодок типа К по 4200 л.с. Итого мощность главной энергетической установки составила 16 800 л.с, скорость 8 узлов.

Всего вооружение броненосца береговой обороны включало в себя шесть 305-мм орудий в двух трёхорудийных башнях, восемь спаренных 100-мм универсальных орудия Минизини, десять 37-мм зенитных автоматов.

С учетом того, что дизеля для подводных лодок «К» к моменту согласования чертежа уже были законтрактованы и частью построены, частью находились в постройке, ввод в строй броненосца береговой обороны «Михаил Фрунзе» состоялся уже в апреле 1941 года.

Два из числа крейсеров типа Светлана были заложены в царской России в 1913 году, спущены на воду в 1915 году и введены в строй в СССР: Червона Украина в 1927 году и Профинтерн (Красный Крым) в 1928 году.

ТТХ крейсеров Червона Украина и Красный Крым на 1941 год: Водоизмещение 8000 тонн, скорость 29 узлов, вооружение: 15x1 130-мм (9 палубных, 6 казематных), 3x2 100-мм, 4х1 45-мм орудий, 7х12,7-мм пулеметов; 2x3 533-мм торпедных аппарата, 2 бомбомета, 30 глубинных бомб, 100 якорных мин.

Третий крейсер типа Светлана (Красный Кавказ) был введен в строй в 1932 году по новому проекту. Вместо 15 единиц 130-мм орудий Б-7 он получил четыре 180-мм пушки в одноорудийных бронированных башнях.

ТТХ крейсера Красный Кавказ на 1941 год: Водоизмещение 9000 тонн, скорость 29 узлов, вооружение: 4x1 180-мм, 4x2 100-мм, 4x1 45-мм, 6x1 12,7-мм пулеметов, 4 трехтрубных 450-мм торпедных аппарата, 2 бомбомета, 40 глубинных бомб, 100 якорных мин (катапульту в 1940 году демонтировали).

В 1935 году было заложено два новых крейсера по проекту 26 водоизмещением по 8000 тонн (Киров и Ворошилов), а затем с 1936 по 1938 год по проекту 26-бис еще четыре крейсера водоизмещением по 9000 тонн (Максим Горький, Молотов, Калинин, Каганович). Четыре из них вошли в строй до 1941 года включительно, а два последних в 1942 и 1947 годах. ТТХ крейсера Ворошилов на 1941 год: Водоизмещение 9000 тонн, скорость 36 узлов, вооружение: 3х3 180-мм орудий МК-3-180, 6 одноствольных 100-мм орудий Б-34, 9 45-мм орудий 21-К, 4 12,7-мм пулемета ДШК, 2х3 торпедных аппарата 1-Н, 164 мины, 50 глубинных бомб.

Дополнительно в СССР с 1939 по 1941 годы было заложено семь крейсеров проекта 68 водоизмещением 11000 тонн (Чапаев, Чкалов, Железняков, Фрунзе, Куйбышев, Орджоникидзе, Свердлов). Пять из них вошли в строй в 1950 году. Интересно, что согласно десятилетнему плану строительства кораблей для РКВМФ, в соответствии с программой развития морского и океанского флотов, до конца 1947 года планировалось заложить двадцать шесть крейсеров проекта 68, в том числе 17 единиц по пятилетнему плану военного судостроения на период 1938–1942 годов.

Кроме этого, в СССР имелись два дореволюционных учебных крейсера (Аврора и Коминтерн).

Отдельные замечания по крейсеру «Красный Кавказ»:

Как известно, в нашей реальности одним из недостатков крейсера «Красный Кавказ» было несоответствие системы приборов управления стрельбой (ПУС) Гейслера его дальнобойным 180-мм орудиям главного калибра. Орудия были способны при угле возвышения 50 градусов продемонстрировать впечатляющую дальность стрельбы 222 кабельтовых (41 километр). Общекорабельная система приборов управления стрельбой (ПУС) образца 1928 года в составе имела прибор автомата курсового угла и расстояния (АКУР) и два (по одному на грот и фор-марсах) командно- дальномерных поста КДП-6, обеспечивая стрельбу всем главным калибром по одной или двум наблюдаемым или одной периодически скрывающейся из виду движущимся надводным целям, либо по одной или двум видимым наземным целям. {131} Как видно, управляемая стрельба по невидимой цели при корректировке огня с самолета была невозможна.

Кроме того, поскольку носовой КДП-6 располагался на высоте около 29 метров над уровнем моря, а кормовой КДП-6 на высоте около 22 метров, в связи с кривизной поверхности Земли цель высотой 20 метров (например, эсминец) могла наблюдаться при ясной погоде на дальности не более 37 км, а цель высотой 1 метр (например, береговая батарея) могла наблюдаться только на расстоянии 24 км. Фактическое же состояние атмосферы часто отличается от идеального, так что в реальных условиях боя дальность результативной стрельбы крейсера была еще меньше.

Аналогичное замечание можно сделать и о несоответствии системы управления зенитным огнем образца 1931 года (стрельба на самоуправлении) могуществу 100-мм универсальных орудий Минизини, которые при современных приборах управления зенитным артиллерийским огнем (ПУЗАО) сделали бы крейсер «Красный Кавказ» самым сильным бойцом ПВО советского флота с точки зрения огневого могущества зенитной артиллерии дальнего действия (всего на крейсере имелось 8 стволов 100-мм калибра, а на всех остальных крейсерах только по 6 стволов 100-мм калибра).

Крейсера типа Светлана («Червона Украина» и «Красный Крым») имели по три спаренных 100-мм орудия Минизини, а крейсера проектов 26 и 26бис («Киров», «Ворошилов», «Максим Горький» и «Молотов») по шесть одноорудийных 100-мм орудий Б-34.

На крейсерах проекта 26 установки Б-34 использованы без электродвигателей системы синхронной силовой передачи – с ручными приводами. Таким образом, скорости горизонтального и вертикального наведения как на орудиях Минизини, так и на Б-34 в годы Великой Отечественной войны почти не отличались друг от друга и позволяли вести огонь по воздушным целям только на дальней дистанции.

В альтернативной реальности «Кировская весна» крейсер «Красный Кавказ» в ходе ремонта 1940-1941 годов получил новые 180-мм орудийные стволы взамен расстрелянных в предыдущие годы и новые клиновые затворы, исключающие прорыв пороховых газов в башню при выстреле, а также новый комплект приборов навигации и связи (в том числе радиопеленгатор Градус-К), новую систему приборов управления стрельбой «Молния-АЦ» (которая, в отличии от ранее установленной системы ПУС Гейслера, позволяла управлять стрельбой его 180-мм артиллерии по невидимой цели при корректировке с самолета, то есть на максимальную дальность) и новую систему ПУЗАО «Горизонт-2» (которая обеспечивала центральную наводку орудий по движущейся прямолинейно и равномерно в любой плоскости воздушной цели). Четыре полуавтоматических 45-мм орудия 21-К были заменены на четыре автоматические 37-мм зенитные орудия 70-К, и на палубе у кормового 180-мм орудия были установлены еще два 37-мм автомата 70-К. Их общее число достигло 6 единиц.

Таким образом, в альтернативной реальности крейсер «Красный Кавказ» Черноморского флота получил те самые приборы связи, навигации и управления огнем, которые в нашей реальности достались в 1941 году крейсеру проекта 26 бис2 «Калинин», введенному в строй в 1942 году на Тихоокеанском флоте.

В результате крейсер «Красный Кавказ» стал способен поражать цели главным 180-мм калибром в том числе управляя стрельбой по невидимой цели при корректировке огня с самолёта на дальности до 41 км, а своей универсальной 100-мм артиллерией (8 орудий в четырёх спаренных башнях Минизини) эффективно поражать воздушные цели на высоте до 8,5 км, летящие с параметром чуть более двух километров, а также результативно стрелять из 100-мм орудий по надводным или наземным целям на максимальную дальность 15 км. При этом ПУЗАО позволяли управлять стрельбой по воздушным целям на сопровождении в упрежденную точку (наиболее эффективный метод управления зенитной стрельбой в годы Второй Мировой войны).

«Червона Украина» и «Красный Крым» – без изменения.

Вместо шести крейсеров типа Киров в альтернативной реальности «Кировская весна» заложены и к 1941 году введены в строй четыре крейсера типа Зара. Рассказ о них опубликован отдельно под названием «Кировская весна. Тяжелые крейсера типа Зара»

ТТХ крейсера Александр Пушкин на 1941 год: Водоизмещение 12000 тонн, скорость 32 узла, вооружение: 4х3х180-мм, 6х2х100-мм Минизини, 6х1х37-мм 70-К, 4х1х12,7-мм ДШК.

Вместо семнадцати крейсеров проекта 68 в альтернативной реальности «Кировская весна» в пятилетний план включили четыре крейсера этого проекта, которые были заложены в 1939 году и введены в строй в 1950 году.

В 1938 году, обсудив просьбу испанского правительства о дополнительной поставке обширного списка сухопутного и авиационного вооружения, Совет Труда и Обороны предложил испанскому правительству бартерную сделку: обмен трех крейсеров и четырех эсминцев, итоговой ценой 30 миллионов долларов США («Либертад» и «Мигель де Сервантес» оценили по 10 миллионов долларов за штуку, «Мендес Нуньес» в 6 миллионов долларов, эсминцы по 1 миллиону долларов за штуку), на равноценную партию сухопутного вооружения. Таким образом СССР получил три крейсера и четыре эсминца, которые вошли в боевой состав Тихоокеанского флота в 1939 году. Рассказ о них опубликован отдельно под названием «Кировская весна. Испанские крейсера».

ТТХ крейсера Свобода (Либертад) на 1941 год: Водоизмещение 9000 тонн, скорость 33 узла, вооружение: 3х2х152-мм + 2х1х152-мм, 4х2х76-мм 81-К, 6х1х37-мм 70-К, 4х3х533-мм торпедных аппарата.

ТТХ крейсера Равенство (Мендес Нуньес) на 1941 год: Водоизмещение 6000 тонн, скорость 29 узла, вооружение: 4х1х152-мм, 2х2х76-мм 81-К, 7х1х37-мм 70-К, 4х3х533мм торпедных аппарата.

В 1932 году было заложено по проекту 1 три эсминца типа Ленинград (Москва, Харьков, Ленинград). Они были позднее переклассифицированы в лидеры и вошли в строй в 1936-1938 годах.

ТТХ лидера Москва на 1941 год: Водоизмещение 2600 тонн, скорость 44 узла, вооружение: 5х1 130-мм, 2х1 76,2-мм, 2х1 45-мм, 4 12,7-мм пулемета, 2х4 533-мм торпедных аппарата, 76 мин.

Дополнительно в 1934-1936 годах было заложено по несколько усовершенствованному проекту 38 ещё три лидера (Киев, Баку, Тбилиси). Они вошли в строй в 1936-1938 годах.

Кроме этого, в Италии был приобретен лидер Ташкент, который в СССР получил советское вооружение.

Три лидера по проекту 1 (Москва, Харьков, Ленинград) – без изменения.

Три лидера по проекту 38 не закладываются.

Лидер Ташкент в Италии не приобретается.

В период с 1913 по 1916 годы в России были построены ряд в высшей степени удачных для того времени эсминцев типа Новик, из которых 17 единиц в двадцатых годах удалось отремонтировать и ввести в строй: Артем (Азард, Зиновьев); Валериан Куйбышев (Капитан Керн, Рыков); Войков (Лейтенант Ильин, Гарибальди, Троцкой); Володарский (Победитель); Дзержинский (Калиакрия); Железняков (Корфу, Петровский); Калинин (Прямислав); Карл Либкнехт (Капитан Белли); Карл Маркс (Громоносец, Изяслав); Ленин (Капитан Изыльметьев); Незаможник (Занте, Незаможный); Сталин (Сампсон); Урицкий (Забияка); Фрунзе (Быстрый); Шаумян (Левкас); Энгельс (Десна); Яков Свердлов (Новик).

Пять из балтийских эсминцев по Беломоро-Балтийскому каналу были переведены на Северный флот, а затем два из этих пяти были переведены Северным Морским путем на Дальний Восток и вошли в состав Тихоокеанского флота.

В Великой Отечественной войне приняло участие 17 эсминцев типа Новик, которые числились в боевом составе всех четырёх флотов: в составе Краснознамённого Балтийского флота – 7, Северного флота – 3, Черноморского флота – 5, Тихоокеанского флота – 2.

ТТХ эсминца Яков Свердлов (Новик) на 1942 год: Водоизмещение 1717 тонн, скорость 30,5 узла, вооружение: 4 102-мм орудия (боезапас 834 снаряда) с приборами управления стрельбой системы Гейслера, 2 37-мм орудия и 4 12,7-мм пулемета системы ДШК, 3 трехтрубных торпедных аппарата, 50 мин заграждения, глубинные бомбы, 2 паравана охранителя, 1 гирокомпас, 3 магнитных компаса, лаг «Форбса», 1 радиопеленгатор «Градус К», система звукоподводной связи «Арктур», 1 боевой прожектор. Экипаж 15 офицеров, 44 старшины 116 матросов. {122}

Эсминцы типа Новик распределены между флотами немного иначе: КБФ – 5, СФ – 5, ЧФ – 5, ТОФ – 2.

ТТХ эсминцев без изменения.

Постановление «О программе военно-морского судостроения на 1933–1938 гг.», принятое 1 июля 1933 года Советом Труда и Обороны, предусматривало строительство 1493 боевых и вспомогательных кораблей, включая 8 крейсеров и 50 эсминцев.

Проектно-конструкторские работы проводились с учётом конструкции итальянских эсминцев класса «Маэстрале», заложенных в 1931 году.

Сталин требовал от Наркомата тяжелой промышленности заложить первые эсминцы уже в 1935 году, а всю серию (увеличенную до 53 единиц) сдать флоту в 1937–1938 годах.

{119}

Перезакладка эсминцев проекта 7 по улучшенному проекту «7У».

13 мая 1937 года английский эсминец «Хантер» у берегов Испании подорвался на мине и утратил возможность двигаться своим ходом, однако остался на плаву и вскоре был отбуксирован крейсером «Аретуза» в Гибралтар. После 85-дневного ремонта он своим ходом ушёл на Мальту, где его полностью восстановили.

Через три месяца после инцидента с «Хантером», в августе 1937 года в Москве состоялось совещание Комитета Обороны, посвященное разбору характеристик массово строившихся эсминцев проекта 7. На нем присутствовал лично И.В. Сталин. Информация об инциденте у испанских берегов была воспринята руководителями государства весьма своеобразно: возможность потери хода корабля с линейным расположением котельно-турбинной установки в результате единственного попадания снаряда, мины или торпеды показалась им недопустимой. А проект 7, имевший такую же схему энергетической установки, поспешили назвать «вредительским». Тот факт, что большинство эсминцев во всех флотах мира, включая и отлично зарекомендовавшие себя отечественные «новики», имело линейное расположение ГЭУ, не послужил оправданием. 14 уже спущенных на воду «семерок» было приказано переделать, а остальные – разобрать на стапелях.

По разработавшему проект 7 ЦКБ-17 (до октября 1936 года оно именовалось ЦКБС-1) немедленно прокатилась волна репрессий. От промышленности потребовалось разработать улучшенный проект «7-У», который был утвержден Наркоматом ВМФ 29 августа 1938 года.

Тем временем стало ясно, что программа строительства эсминцев оказалась сорванной. Заместителю наркома оборонной промышленности И.Ф.Тевосяну удалось убедить генсека в том, что переделка всех «семерок» по «улучшенному» проекту сильно затянет сроки сдачи кораблей флоту – в условиях надвигающейся войны это было крайне опасно. Сталин неохотно согласился с предложением достроить 29 эсминцев по проекту 7 и лишь следующие 18 перезаложить по проекту 7У. Последние 6 строившихся единиц, находившихся в низкой степени готовности, решили разобрать.

Позднее стало известно, что гипотеза о более высокой живучести эшелонной ГЭУ в целом не подтвердилась. Опыт второй мировой войны показал, что эсминцы с эшелонной и линейной схемами машинно-котельной установки примерно в равной степени страдали от оружия неприятеля.

Если бы не опрометчивое решение приостановить строительство эсминцев проекта 7, то все 53 корабля «сталинской» серии вошли бы в строй – ну, не к концу 1938 года, как того требовал генсек, так хотя бы к лету 1941-го. А в итоге у СССР к началу Великой Отечественной войны на всех четырех флотах имелся лишь 31 новый эсминец – 22 «семерки» и 9 «семерок-У».

Боевой опыт показал, что качества кораблей проектов 7 и 7У оказались довольно близки. Вторые переняли у первых слабость конструкции корпуса, малую дальность плавания, недостаточное зенитное вооружение, плохую мореходность.

{120}

Строительство эсминцев проекта 7 и 7У из общего числа 53 заложенных

В 1935 было заложено 6 эсминцев и в 1936 году ещё 47 эсминцев этого проекта.

Эсминцы были спущены на воду в 1936-1941 годах и введены в строй в период с 1938 по 1942 год:

ТТХ эсминцев проекта 7 на начало 1941 года: Водоизмещение стандартное 1600 тонн, скорость 38 узлов, вооружение 4х1х130-мм Б-13, 2х1х76-мм 34-К, 2×45-мм 21-К, 2х12,7-мм ДШК, 2×3 533-мм торпедных аппарата; 60 мин КБ-3.

В годы Второй Мировой войны зенитное вооружение всех кораблей всех воюющих сторон постоянно увеличивалось. В том числе, выросло и число 37-мм зенитных автоматов и крупнокалиберных пулемётов на эсминцах проекта 7:

ТТХ эсминцев проекта 7 не отличаются от их ТТХ в нашей реальности.

Инцидент с «Хантером» 13 мая 1937 года на ход проектирования и строительства эсминцев проекта 7 никак не повлиял.

Ещё 10 апреля 1932 года Народный комиссар по военным и морским делам И.П. Уборевич утвердил рапорт о необходимости иметь в корабельном составе ВМС РККА, в дополнение к 3 заложенным лидерам проекта 1, ещё 48 штук эсминцев (по 12 на каждый из четырёх флотов).

Из них 17 эсминцев типа Новик уже входило в состав ВМС РККА, и, таким образом, надлежало построить ещё 31 эсминец.

Строительство эсминцев проекта 7.

В 1935 было заложено 5 эсминцев первой производственной серии, в 1936 году ещё 13 эсминцев второй производственной серии, и в 1937 году завершающие 13 эсминцев третьей производственной серии этого проекта. Итого заложен 31 эсминец проекта 7.

В 1936 было спущено на воду 5 эсминцев, в 1937 году – 13 и в 1938 году – 13 эсминцев.

Один из эсминцев первой производственной серии (Решительный) после спуска на воду достраивался на заводе №199 и погиб при буксировке 8.11.1938г.

Сдача эсминцев флоту началась в 1938 году, когда ВМС РККА ввели в строй 4 эсминца, заложенных в 1935 год. В 1939 году вошло в строй еще 13 эсминцев и в 1940 году завершающие 13 эсминцев этого проекта.

Итого в строю ВМС РККА к 1941 году имелось 30 эсминцев проекта 7.

Эсминцы третьей производственной серии (заложенные в 1938 году) имели незначительные отличия от первой и второй серий: усовершенствованное и более мощное электрооборудование, подкрепленный набор корпуса, наконец-таки появившаяся (к сожалению, лишь на трех кораблях) система приборов управления зенитным огнём. Погреба 76-мм боезапаса были перенесены в корму, что устраняло их опасное соседство с машинными отделениями.

В 1935 году был заложен 1 эсминец проекта 45 Опытный (Серго Орджоникидзе). Корабль был спущен на воду в 1935 году и введен в строй 11.09.1941 г.

В 1939 году началось строительство серии эсминцев проекта 30. Всего по проекту 30 было заложено 30 кораблей (в 1939 году было заложено 6 эсминцев, в 1940 году – 13 и в 1941 году – 11 эсминцев этого проекта), из них построено по проекту 30 – 1 (головной ЭМ «Огневой»), 10 единиц были достроены по проекту 30-К, а остальные – разобраны на металл.

ТТХ эсминцев проекта 30: Водоизмещение стандартное 1900 тонн, скорость 36 узлов, вооружение 2х2х130-мм Б-2ЛМ, 1х2х76-мм 39-К, 6×1х37-мм 70-К, 4х1х12,7-мм ДШК, 2×3 533-мм торпедных аппарата; 60 мин; 20 глубинных бомб.

Эсминец проекта 45 не закладывался.

Серия эсминцев проекта 30 включает в себя 8 единиц (по 2 единицы на флот). В 1939 году было заложено 6 эсминцев проекта 30 (4 единицы на заводе № 190 в г. Ленинград для КБФ и СФ, а также 2 единицы на заводе № 200 в г. Николаеве для ЧФ), и в 1940 году 2 единицы для ТОФ (на заводе № 199 в Комсомольск-На-Амуре). Николаевские эсминцы были спущены на воду в 1940 году, ленинградские эсминцы – в первой половине 1941 года, а дальневосточные только в 1947 году. На 22.06.1941 года их техническая готовность составляла менее 50%. Корабли в Великой Отечественной войне не участвовали и достраивались уже после войны по измененному проекту 30-К.

С 1927 по 1935 год по проекту 2 было заложено 18 сторожевых кораблей типа Ураган. Все они вошли в строй с 1931 по 1938 год.

ТТХ СКР типа Ураган на начало 1941 года: Водоизмещение 633 тонн, скорость 20 узлов, Вооружение: 2х1 102-мм, 2х1 45-мм, 3х1 37-мм орудия, 1х3 450-мм торпедный аппарат обр.1913, 2 бомбосбрасывателя, 34 глубинных бомб Б-1, 20 малых глубинных бомб М-1, 21 мина.

В 1939 по 1941 год по проекту 29 было заложено 14 сторожевых кораблей типа Ястреб. Из них вошли в строй 6 сторожевых кораблей в период с 1945 по 1951 годы.

С 1927 по 1938 год по проекту 2 было заложено 48 сторожевых кораблей типа Ураган (по 12 на каждый из четырёх флотов). Все они вошли в строй с 1931 по 1940 год.

ТТХ СКР типа Ураган те же.

В 1936 году было принято решение о замене устаревших 102-мм орудий на надводных кораблях. С этой целью 100-мм артустановку Б-24 модифицировали, оснастив броневым щитом и легкосъёмным стволом-моноблоком длиной в 56 калибров. Модификация получила обозначение Б-24БМ. Все 48 СКР в период ремонта и перевооружения с 1937 по 1940 год получили по два таких орудия вместо 102-мм пушек.

Сторожевые корабли типа Ястреб не закладываются.

С 1933 по 1941 годы были заложены 44 тральщика типа Фугас нескольких производственных серий (проекты 3, 53, 53у, 58). В 1940 году они не закладывались, а в 1941 году было заложено 5 кораблей. Из них в боевом составе ВМФ СССР 22.06.1941 года имелось 39 кораблей.

ТТХ тральщика типа Фугас на начало 1941 года: Водоизмещение полное 535 тонн, скорость 17 узлов, вооружение 1х1х100-мм Б-24БМ, 1×37-мм 70-К, 2х12,7-мм ДШК.

Дополнительно с 1939 по 1941 годы были заложены 20 тральщиков типа Владимир Полухин. Тральщики этого проекта предназначались для обеспечения действий эскадр надводных кораблей и по этой причине обладали сравнительно высокой скоростью – более 22 узлов.

Кроме вновь построенных тральщиков в небольшом количестве имелись в строю и тральщики периода Империалистической войны.

В строю имелись в достаточном количестве катерные тральщики.

Дополнительно по мобилизации предполагалось сформировать достаточной численности отряды тральщиков из буксирных пароходов, рыболовецких и иных судов водоизмещением от 100 до 1200 тонн.

Великая Отечественная война выявила ряд недостатков в организации советских тральных сил. Например, как старые, так и новые тральщики специальной постройки не были подготовлены к противодействию магнитным минам в связи с полным отсутствием электромагнитных тралов. Тральщики часто при выходе в море имели на борту недостаточное количество тралов для борьбы с обычными якорными минами. Не хватало светящихся вех, необходимых для движения судов в ночное время по протраленным фарватерам. Не все тральщики имели гидроакустические приборы для поиска мин. Не все корабли обладали достаточным количеством современных навигационных приборов. Производительность водоотливных средств была недостаточна.

Темпы закладки и строительства тральщиков типа Фугас и их ТТХ остаются без изменения.

Скоростные тральщики типа Владимир Полухин, являвшиеся одной из составляющей «Большого океанского и морского флота», не закладываются.

Вышеуказанные недостатки тральных сил ВМС СССР не имеют отношение к личности И.В. Сталина и сохраняются в альтернативной реальности «Кировская весна».

К 1920 году в СССР завершилась сборка приобретённых в США царским правительством в 1917 году пяти подводных лодок типа Американский Голланд (АГ), которые и в ходе боевой подготовки в тридцатые годы, и в дальнейшем в годы Великой Отечественной войны, зарекомендовали себя положительно.

С 1927 по 1941 год в СССР по семи разным проектам было заложено 286 подводных лодок: Декабрист (Д): 6; К (Крейсерская): 11; Ленинец (Л): 25; Малютка (М): 109; Правда (П): 3; С (Средняя): 44; Щука (Щ): 88.

Из них вошли в строй до 1941 года включительно 237 подводных лодок, дополнительно к 5 подводным лодками типа АГ и нескольким учебным подводным лодкам типа Барс:

Таким образом, по числу подводных лодок СССР к 1941 году вышел на первое место в мире (Англия – 58 подлодок; Германия – 57 подлодок; США – 21 подлодкa; Италия – 68 подлодок; Япония – 63 подлодки).

При этом самыми массовыми подводными лодками в составе ВМФ СССР явились 95 малых подводных лодок типа Малютка, 84 средних подводных лодок типа Щука, 23 средних подводных лодок типа С и 20 подводных минных заградителя типа Ленинец.

Внешний вид подводных лодок в едином масштабе указан на рисунке:

Тактико-технические характеристики советских подводных лодок незначительно изменялись в зависимости от порядкового номера производственной серии. Например, максимальная надводная скорость подводной лодки типа Щука третьей серии составляла 11,1 узел, а к десятой бис серии ее удалось поднять до 14,4 узла:

Основные тактико-технические характеристики советских подводных лодок (дальность плавания, подводная скорость, глубина погружения, число торпедных аппаратов) почти не уступали подводным лодкам иных держав.

При этом артиллерийское вооружение, приборы управления торпедной стрельбой, гидроакустические средства обнаружения целей, а также максимальная надводная скорость у подавляющего большинства советских подводных лодок к 1941 году уже не соответствовала требованиям времени, что значительно снижало их боевую эффективность.

Наиболее вероятным противником для СССР в начале тридцатых годов считалась Япония. Это предположение позднее подтвердилось – именно с Японией СССР имел ряд военных конфликтов в 1938 и 1939 годах. При этом военно-морской флот Японии господствовал в дальневосточных водах ввиду подавляющего численного превосходства над советским флотом в силах и средствах.

В альтернативной реальности «Кировская весна» в 1932-1935 годах в основе программы строительства подводных лодок лежал норматив, рожденный в 1932 году в дискуссии Наркома по военным и морским делам И.П. Уборевича, его заместителя М.Н. Тухачевского, начальника морских сил В.М. Орлова и начальника Военно-Морской академии М.А. Петрова. Согласно данному нормативу для каждого флота (кроме Тихоокеанского) достаточно 6 малых и 6 средних подводных лодок, а также 3 подводных минных заградителя. Для ТОФ же, в связи с очевидной неспособностью достигнуть паритета в надводных кораблях с вероятным противником, представлялось необходимым иметь утроенное число подводных лодок (18 малых, 18 средних, 9 подводных минных заградителей). Иными словами, 50% от общего числа подводных лодок надлежало иметь на Дальнем Востоке.

Дополнительно в качестве меры противодействия морскому могуществу крупных морских держав, в первую очередь Великобритании, планировалось иметь на Северном флоте для прерывания дальних морских и океанских коммуникаций противников 6 больших подводных лодок.

Оперативным назначением малых подводных лодок считалась оборона собственных военно-морских баз от атаки с моря, а назначением средних подводных лодок и подводных минных заградителей – прерывание коммуникаций противника путем артиллерийских и торпедных атак и выставления минных банок в ближней морской зоне.

К концу 1936 года строительство подводного флота первой очереди (6 больших подводных лодок типа Декабрист, 36 малых подводных лодок типа Малютка и 36 средних подводных лодок типа Щука, а также 9 подводных минных заградителя типа Ленинец) было завершено.

Однако уже в 1933 году, когда только что вошли в строй первые средние подводные лодки типа Щука, неожиданно для промышленности оказалось, что подводные лодки этого проекта уже не удовлетворяют новым требованиям моряков, в основном, в силу своей незначительной надводной скорости – около 12 узлов. После напряженных переговоров в апреле 1933 года «Союзверфь» и немецкий концерн «Дешимаг» заключили договор на разработку проекта подводной лодки водоизмещением 700 тонн. Разработка чертежей проекта, обозначенного как тип «Н» (немецкая), была закончена специалистами СКБ к началу 1935 года. Одновременно уже в конце 1934 года – начале 1935 года с широким использованием импортных комплектующих были заложены первые три лодки этого проекта. В 1937 году тип «Н» был переименован в «С» – средняя. В дальнейшем флот желал получить 36 подводных лодок этого типа как можно скорее, но строительство подводных лодок этого проекта сталкивалось с существенными техническими трудностями и шло заметно медленее, чем строительство значительно более простых в производстве подводных лодок типа Щука. Завершающую подводную лодку типа С заложили только в 1940 году, а достраивали часть из них уже в ходе Великой Отечественной войны. Распределение лодок типа С в новых внешнеполитических условиях было решено провести иначе: ТОФ – 6, ЧФ – 6, СФ – 12 и КБФ – 12. Однако, в связи с началом Великой Отечественной войны, три подводных лодок типа С, ранее запланированных к переводу в состав СФ, было решено оставить на Балтике, и, таким образом, в составе КБФ оказалось 15 лодок этого типа.

Тем временем, неудовлетворенность заказчика характеристиками принятых в эксплуатацию подводных лодок не миновала и большие подводные лодки. Тип Декабрист и затем тип Правда оказались не вполне удачными, и в развитие этой идеи уже на новом техническом уровне в 1936 году началось строительство шести новых больших подводных лодок серии К (крейсерская). Две из них вошли в строй в 1939 году и четыре в 1940 году (все на Северном Флоте). Планировалось с учетом эксплуатации первых лодок типа К построить еще 6 таких подводных лодок для ТОФ, В 1940 году успели заложить два корпуса, но после капитуляции Франции от реализации этой программы отказались. Четыре уже готовых дизеля 9ДКР мощностью по 4200 лошадиных сил каждый были использованы для ввода в строй законсервированного линкора «Фрунзе» в качестве самоходной плавбатареи, а два недостроенных корпуса подлодок типа К были законсервированы, и в 1945 году разобраны на металл.

В 1938 году рассматривалось предложение промышленности о закладке новой (тринадцатой-бис) серии подводных минных заградителей, но отличие технических характеристик новой серии от предыдущих производственных серий этого проекта было не существенным, и наркомом обороны И.П. Уборевичем решение о заказе принято не было.

Наконец, в 1939 году промышленность предложила новый вариант малой подводной лодки, в котором были устранены недостатки, выявившиеся в ходе эксплуатации малых подводных лодок предыдущих производственных серий. Новый проект предусматривал удвоение числа торпедных аппаратов (4 вместо 2) и переход от одновальной к более надежной двухвальной конструкции главной энергетической установки. Однако, поскольку, в отличии от больших и средних подводных лодок, малые подводные лодки типа Малютка своему назначению как подвижных подводных торпедных аппаратов для обороны советских военно-морских баз вполне отвечали и в прежнем корпусе, Наркомом обороны И.П. Уборевичем было решено разместить заказ не на 36, а только на 12 подводных лодок (по 3 для каждого флота) и вернуться к продолжению их строительства по окончании государственных испытаний, которые планировалось провести параллельно на каждом из флотов. Таким образом, в 1940 году было заложено 7 лодок этого типа и в 1941 году еще 5. Из числа 12 заложенных подводных лодок типа Малютка нового образца (пятнадцатой серии) 4 были введены в строй во время Великой отечественной войны и 8 после её окончания.

Таким образом, в альтернативной реальности «Кировская весна» суммарно с 1927 по 1941 году по семи разным проектам было заложено 155 подводные лодки: Декабрист – 6; К – 8; Ленинец – 18; Малютка (обоих вариантов) – 48; Правда – 3; С – 36; Щука – 36:

Примечание: из числа пяти заложенных в 1941 году подводных лодок все были заложены до 22.06.1941.

В альтернативной реальности «Кировская весна» с 1930 по 1941 год введено в строй 128 подводных лодок:

Примечание: из числа семи введенных в строй в 1941 году подводных лодок одна (С-34) до 22.06.1941, и шесть после 22.06.1941.

Число введенных в строй советских подводных лодок нарастающим итогом на конец года:

Тактико-технические характеристики.

В альтернативной реальности «Кировская весна» ТТХ подводных лодок остаются без изменения, за исключением артиллерийского вооружения подводной лодки типа Щука, которая вместо двух 45-мм пушек по инициативе лично Наркома И.П. Уборевича получила одно 102-мм орудие.

Средняя подводная лодка типа Щ; Vбис серия; Годы строительства: 1932-33; Водоизмещение надводное: 592 тонны; Водоизмещение подводное: 716 тонн; Скорость надводная: 12,3 узла; Скорость подводная: 8,5 узлов; Число 533-мм носовых и кормовых торпедных аппаратов: 4+2; Артиллерийское вооружение: 1x102-мм.

Таким образом, снижение в альтернативной истории «Кировская весна» числа заложенных в период с 1931 по 1941 годы подводных лодок коснулось в основном типов Малютка и Щука:

ВВС ВМФ СССР в нашей реальности 22.06.1941г. включал в себя 3678 самолётов, из них 2777 боевых самолётов (бомбардировщики и торпедоносцы, истребители, разведчики), а также 901 иной самолёт (учебные, учебно-тренировочные и транспортные).

БОМБАРДИРОВЩИКИ Ар-2: 24, ДБ-3: 212, ДБ-3ф: 35, Пе-2: 4, СБ: 338, ТБ-1: 6, ТБ-3: 25, Всего: 644.

ИСТРЕБИТЕЛИ И-153: 263, И-15: 74, И-15 бис: 218, И-16: 651, МиГ-1: 6, МиГ-3: 27, Як-1: 1, Всего: 1240.

РАЗВЕДЧИКИ Р-6: 21, С-2: 19, Кор-1: 13, МБР-2: 756, Р-10: 21, Р-5: 22, Че-2 (МДР-6): 19, Кр-1: 4, ГСТ: 18, Всего: 893.

ВСЕГО БОЕВЫХ САМОЛЕТОВ: 2777.

ВСЕГО ОСТАЛЬНЫХ: 901.

ИТОГО САМОЛЕТОВ: 3678.

{115}

Наиболее массовые бомбардировщики: СБ и ДБ-3/ДБ-3Ф.

Наиболее массовые истребители: И-16 и И-15/И-15бис/И-153.

Наиболее массовые разведчики: МБР-2.

Отсутствие в боевом составе ВВС ВМФ СССР штурмовиков было исправлено уже в годы Великой Отечественной войны.

В Альтернативной реальности «Кировская весна» в боевом составе ВВС ВМС РККА 1500 боевых самолётов (бомбардировщики и торпедоносцы, истребители, разведчики), а также 900 иных самолётов (учебные, учебно-тренировочные и транспортные).

Бомбардировщики: СБ – 84 самолёта, ДБ-3/ДБ-3Ф – 266 самолётов. Всего 350 самолётов.

Истребители: И-16 – 350 самолётов.

Разведчики: МБР-2: 655, Р-10: 108, Че-2 (МДР-6): 19, ГСТ: 18. Всего: 800 самолётов.

Таким образом, в сравнении с нашей реальностью число самолетов-разведчиков Р-10 в ВВС ВМС РККА выросло в 5 раз. Этого, как оказалось, было совершенно недостаточно. Самолётный парк КБФ, ЧФ и ТОФ включал по 24 самолёта Р-10, а в СФ и во флотилиях по 12 таких самолётов. Численность Р-10 уступала численности МБР-2 почти в 6 раз.

Сухопутные самолёты-разведчики Р-10 аэродромного базирования (максимальная скорость 370 км/ч, практическая дальность 1300 км) заметно превосходили как по максимальной скорости, так и по практической дальности разведывательные гидросамолёты МБР-2 (максимальная скорость 234 км/ч, практическая дальность 690 км). Их общее число в ВВС РККА к 1941 году составляло 1568 единиц, и рост их числа в составе ВВС ВМС РККА за счёт некоторого снижения численности разведывательной авиации в тыловых округах не представлял бы никаких затруднений. Однако, в тридцатые годы возможность приводниться, устно доложить итоги разведки или выполнить спасательную операцию представлялась командованию ВМС РККА более существенной, чем максимальная скорость и дальность. Технические характеристики радиостанций, нежелание их осваивать, и привычка к передаче разведывательной информации при помощи докладов и вымпелов привели к недооценке роли самолетов-разведчиков сухопутного базирования в морской авиации, что было исправлено уже в ходе войны.

Детальная информация о причинах, которые позволили СССР произвести достаточное число разведчиков Р-10, и иная информация о самолётостроении содержится в рассказе «Кировская весна. Авиация 1941»

В отечественной военно-исторической литературе со временем устоялась точка зрения о недостаточной численности средств ПВО на кораблях советского военно-морского флота на июнь 1941 года. Более того, в ряде произведений высказывается мнение, что именно это обстоятельство являлось главным и определяющим фактором значительных потерь и неполного выполнения ставившихся флоту в годы Великой Отечественной войны боевых задач.

К началу Великой Отечественной войны корабли ВМФ СССР имели на вооружении немногочисленные 100-мм универсальные орудия (только на крейсерах), значительное количество вполне соответствующих своему назначению 76-мм зенитных орудий 34-К и почти бесполезных для целей ПВО 45-мм полуавтоматических пушек 21-К и недостаточное количество автоматических зенитных пушек. К началу 1941 года ВМФ СССР имел только 38 автоматических зенитных 37-мм пушек 70-К, и к 22 июня их число увеличилось только до 133 единиц. В результате, основные боевые корабли флота (линкоры, крейсера, лидеры и эсминцы) были в достатке вооружены зенитными автоматами только к концу 1942 года, а всего в период Второй мировой войны на советский военно-морской флот поступила 1671 такая артустановка.

Нужно отметить, что, при всех своих недостатках, новые советские эсминцы и лидеры имели по две 76-мм корабельные зенитные пушки, что выгодно отличало их от всех иных эсминцев сороковых годов двадцатого века любых морских держав.

Кроме недостаточного количества зенитных автоматов, ПВО надводных кораблей имела и ещё ряд недостатков. Например, только один корабль ВМФ СССР (крейсер «Молотов») встретил войну с радиолокационной установкой «Редут-К» на борту, позволяющей обнаруживать воздушные цели. В дальнейшем эта РЛС работала напряженно, порой по 20 часов в сутки, но не было случая, чтобы она вышла из строя. Поставки по ленд-лизу радиолокационных установок для вооружения кораблей флота, военно-морских и военно-воздушных баз флота позволили частично решить этот вопрос в 1942-1943 годах, но часть кораблей основных типов воевала без РЛС до конца войны.

Неудовлетворительным было также и оснащение кораблей флота современными приборами управления зенитным огнем – как по их количеству, так и по качеству. К слову, не лучше обстояли дела и с корабельными гидроакустическими средствами.

Однако, для уточнения вопроса о влиянии этих объективных факторов на способность флота решать поставленные перед ним задачи целесообразно оценить потери советских кораблей от авиации противника, и сравнить их с потерями иных воюющих сторон.

Всего ВМФ СССР потерял в годы Великой Отечественной войны 37 боевых кораблей основных классов, к которым отнесём линкоры, крейсера, лидеры и эсминцы. Причины указаны в порядке убывания. На минах: 17, атаки авиации: 15, артогонь сухопутных войск: 1, выскочил на камни: 1, находился в ремонте и затоплен экипажем из-за невозможности дать ход: 1, переломился на волне и затонул в шторм: 1, атаки подводных лодок: 1.

Из числа 15 кораблей, потерянных в результате атак авиации, в момент атаки в море находились только 5 кораблей: 6 октября 1943 «Харьков», «Беспощадный» и «Способный», 21 сентября 1941 «Фрунзе» у сев. косы Тендра, и 26 июня 1942 «Безупречный», ЮВ м. Ай-Тодор. Во всех иных случаях потерянные в результате атак авиации корабли находились на стоянках в военно-морских базах или на рейдах, где основную ответственность за организацию ПВО возлагается на ПВО базы, а зенитный огонь кораблей носит вспомогательный характер.

Всего на 22.06.1941 года в боевом составе ВМФ СССР имелось 66 боевых кораблей основных классов (линкоры, крейсера, лидеры эсминцев и эсминцы). Потери корабельного состава ВМФ СССР от авиации в море (5 потерянных кораблей) составили 8 процентов, а общие потери от авиации (15 потерянных кораблей) составили 23 процента от первоначального корабельного состава.

Для сравнения, Королевский флот Великобритании встретил войну, имея 269 кораблей основных типов (линкоры и линейные крейсера, авианосцы, крейсера и эсминцы), и из этих типов в годы Второй Мировой войны потерял 149. Из них атаки авиации: 52; атаки подводных лодок: 47; на минах: 17; атаки надводных кораблей: 17; другое: 9; атаки торпедных катеров: 4; огонь береговых батарей: 3. Потери корабельного состава Королевского флота от авиации (52 потерянных кораблей) составили 19 процентов от первоначального корабельного состава.

Таким образом, реально существовавшие недостатки в численности сил и средств ПВО вообще, и в частности, недостаток береговых и корабельных радиолокационных станций, приборов управления зенитным огнем, количества автоматических зенитных пушек малого и среднего калибра были существенными, но не определяющими факторами снижения способности флота выполнять боевые задачи по предназначению.

Ни И.В. Сталин, ни К.Е. Ворошилов в явной форме не препятствовали насыщению флота зенитными автоматами, радиолокационными станциями и приборами управления зенитным огнем. Следовательно, в альтернативной истории «Кировская весна» отличия от нашей реальности не значительны и касаются, в основном, распределения 133 зенитных автоматов 70-К по кораблям ВМС РККА на 22.06.1941 года. Кроме того, при монтаже 37-мм зенитных автоматов на корабли, с этих кораблей демонтируются 45-мм полуавтоматические пушки 21-К для их хранения во флотских арсеналах. В дальнейшем, именно ими в первое время вооружались мобилизованные из торгового и рыболовного флота тральщики и сторожевые корабли второй очереди.

Распределение 37-мм зенитных автоматов 70-К основано на двух нормативах, которые казались вполне разумными в 1940 году: по 6 зенитных автоматов на большие корабли (линкоры, крейсера) и по 2 зенитных автомата на лидеры эсминцев и эсминцы.

К окончанию 1941 года перевооружение боевых кораблей основных классов (линкоров, крейсеров, лидеров эсминцев и эсминцев) ВМС РККА было завершено, однако к этому моменту стало понятно, что, во-первых, недостаточно иметь по 2 зенитных автомата на эсминец, во-вторых, недостаточно иметь по 6 зенитных автоматов на крейсер или линкор, и, в-третьих, зенитные автоматы нужно ставить также и на многочисленные сторожевые корабли, тральщики, канонерские лодки, минные заградители и иные боевые корабли, катера и суда ВМС РККА, как специальной постройки, так и мобилизованные. Но это уже другая история.

Из Управления ВМС РККА, которое входило в состав Народного комиссариата обороны СССР, в 1937 году был образован Народный комиссариат Военно-Морского Флота СССР – центральный орган управления, осуществлявший руководство ВМФ СССР с 30 декабря 1937 года по 25 февраля 1946 года.

Народный комиссариат обороны СССР не разделяется на два наркомата.

Управление ВМС РККА остаётся в составе Народного комиссариата обороны СССР.

Командный состав ВМФ СССР на 22 июня 1941 года.

Наркомат ВМФ:

Нарком ВМФ СССР Адмирал Кузнецов Н. Г.

Начальник ГПУ ВМФ Армейский комиссар 2-го ранга Рогов И. В.

Начальник штаба – первый заместитель наркома Адмирал Исаков И. С.

Зам. наркома ВМФ по вооружению Адмирал Галлер Л. М.

Заместитель наркома по боевой подготовке Вице-адмирал Левченко Г.И.

***

Северный флот:

Командующий флотом Вице-адмирал Головко А. Г.

Член Военного Совета Дивизионный комиссар Николаев А. А.

Начальник штаба Контр-адмирал Кучеров С. Г.

***

Краснознаменный Балтийский флот:

Командующий флотом Вице-адмирал Трибуц В. Ф.

Член Военного Совета Дивизионный комиссар Яковенко М. Г.

Начальник штаба Контр-адмирал Пантелеев Ю. А.

***

Краснознаменный Черноморский флот:

Командующий флотом Вице-адмирал Октябрьский Ф. С.

Член Военного Совета Дивизионный комиссар Кулаков Н. М.

Начальник штаба Контр-адмирал Елисеев И. Д.

***

Тихоокеанский флот:

Командующий флотом Вице-адмирал Юмашев И. С.

Член Военного Совета Корпусной комиссар Захаров С. Е.

Начальник штаба Контр-адмирал Богденко В. Л.

{99}

Управление Военно-морских сил РККА в 1941 году – должность, звание, ФИО, возраст в 1941 году:

Начальник УВМС Адмирал флота Кожанов Иван Кузьмич, 44 года.

Первый заместитель начальника УВМС Адмирал Смирнов-Светловский Петр Иванович, 44 года.

Начальник главного морского штаба Адмирал Озолин Яков Иванович, 48 лет.

Заместитель начальника УВМС по кораблестроению Адмирал Галлер Лев Михайлович, 58 лет.

Заместитель начальника УВМС по боевой подготовке Контр-адмирал Кузнецов Николай Герасимович, 37 лет.

Заместитель начальника УВМС по политической части Армейский комиссар 1 ранга Шапошников Михаил Романович, 42 года.

***

Начальник Военно-морской академии Исаков Иван Степанович, 47 лет.

***

Северный флот:

Командующий флотом Адмирал Душенов Константин Иванович, 46 лет.

Начальник штаба Контр-адмирал Смирнов Павел Спиридонович, 43 года.

Заместитель командующего флотом по политической части Армейский комиссар 2 ранга Волков Яков Васильевич, 43 года.

***

Краснознаменный Балтийский флот:

Командующий флотом Адмирал Киреев Григорий Петрович, 51 год.

Начальник штаба Вице-адмирал Сивков Александр Кузьмич, 49 лет.

Заместитель командующего флотом по политической части Армейский комиссар 2 ранга Гришин Александр Сергеевич, 50

***

Черноморский флот:

Командующий флотом Адмирал Викторов Михаил Владимирович, 49 лет.

Начальник штаба Вице-адмирал Калачев Владимир Петрович, 45 лет.

Заместитель командующего флотом по политической части Армейский комиссар 2 ранга Гугин Григорий Иванович, 45 лет.

***

Тихоокеанский флот:

Командующий флотом Вице-адмирал Юмашев Иван Степанович, 46 лет.

Начальник штаба Вице-адмирал Селитренников Василий Васильевич, 59 лет.

Заместитель командующего флотом по политической части Армейский комиссар 2 ранга Окунев Григорий Сергеевич, 41 год.

***

Флотилии:

Амурская краснознаменная Вице-адмирал Кадацкий-Руднев Иван Никитич, 52 года.

Днепровская Вице-адмирал Хорошхин Борис Владимирович, 49 лет.

Каспийская Контр-адмирал Исаков Дмитрий Павлович, 46 лет.

Северо-Тихоокеанская Контр-адмирал Новиков Тихон Андреевич, 39 лет.

/Примечание Автора:

Из 23 вышеуказанных военачальников в нашей реальности до 1941 года не были подвергнуты репрессиям только 4 человека (Кузнецов, Галлер, Исаков, Юмашев). Л.М. Галлеру это предстояло позднее – в 1947 году после «суда чести» над группой военачальников, в том числе над Кузнецовым и Галлером, Лев Михайлович был арестован и сошел с ума в тюремном заключении в 1950 году.

Еще 1 человек (Хорошхин Б.В.) был арестован в 1938 году и затем в 1939 году освобожден, после чего для поправки здоровья ему был предоставлен длительный отпуск, фактически к военной службе, адекватной его опыту и знаниям, приступил с июля 1941 года, получив назначение командиром Охраны водного района Главной базы Балтийского флота. Принимал активное участие в постановке минных заграждений в Балтийском море, за что был награждён третьим орденом Красного Знамени. В частности, 6 июля командовал отрядом кораблей минной постановки, участвующем в морском бою в Ирбенском проливе. С августа 1941 года Хорошхин командовал Ладожской военной флотилией. Неоднократно отличался в боях, вывозил из окружения противника бойцов и командиров, транспорт, артиллерию. После ряда поражений советских войск в боях с финнами, несмотря на массированный вражеский обстрел, флотилия вывезла кораблями личный состав трёх окружённых и прижатых финнами к побережью Ладоги стрелковых дивизий (142-я, 168-я, 198-я, всего около 26 тысяч человек), десятки тысяч гражданских лиц и раненых, большое количество боевой техники (155 орудий и 781 автомашину), тысячи лошадей с повозками. 16 сентября 1941 года Хорошхину было присвоено звание контр-адмирала. В октябре 1941 года Хорошхин был отозван в распоряжение Военного совета Балтийского флота. В ноябре он был отправлен командиром бригады речных кораблей Волжской военной флотилии, затем с июня 1942 года был командиром бригады траления, с июля – заместителем командующего флотилией. 1 августа 1942 года при боевом тралении фарватера Волги бронекатер Хорошхина подорвался на мине и затонул вместе со всем экипажем в районе деревни Ступино в 150 километрах к югу от Сталинграда.

Остальные 18 человек были безвинно арестованы и расстреляны в период репрессий 1938-1940 годов.

Все вышеуказанные безвинно репрессированные военачальники советского военно-морского флота были реабилитированы в 1955-1956 годах/

Доклад начальника Штаба РККА М. Н. Тухачевского на расширенном заседании Реввоенсовета СССР о военно-морской обороне СССР от 7 мая 1928 г.

Совершенно секретно.

Цельность Советского Союза как политическая, так и экономическая не может быть нарушена морскими операциями противника. Морские операции могут иметь только вспомогательное значение путем производства десантов для развития в дальнейшем сухопутных действий. Оборона страны путем строительства вооруженных сил должна так использовать ассигнуемые государством средства, чтобы сухопутным и воздушным силам противников были противопоставлены наши мощные средства борьбы. Затрата средств на создание могущественного военно-морского флота имела бы оправдание лишь в том случае, если бы мы были намного сильнее наших вероятных противников на суше и на море (что на деле как раз наоборот) и если бы мы могли создать флот, способный вступить в единоборство с английским флотом (что явно невыполнимо).

Отсюда подавляющая часть средств должна быть затрачена на наши сухопутные и воздушные силы. Военно-морские средства должны обеспечить: а) превосходство над морскими силами соседей – вероятных противников /Примечание Автора – здесь М.Н. Тухачевский подразумевает Польшу, Финляндию и Румынию/; б) создать затруднения деятельности линейного флота крупных морских держав на западе, в) обеспечить стратегический план озерными и речными флотилиями; г) создать мощную подвижную береговую оборону; д) обеспечить за собой господство в воздухе над Балтийским и Черным морями.

Для выполнения этих задач с учетом возможностей СССР требуется (по сравнению с соседями):

Балтийское море: Миноносцы – 6; Крейсера – 1; Подлодки: 9.

Черное море: Миноносцы – 6; Крейсера – 2; Подлодки: 5.

Линейный флот не нужен. У соседей его нет, а против Англии он оказался бы беспомощным. Однако, учитывая имеющиеся линкоры, их следует сохранить, как неприкосновенный запас, как дополнительное средство на время войны. Для обучения личного состава в мирное время, если хватит средств, можно оставить один учебный линкор, желательно в Черном море. Тральщики и сторожевые суда должны мобилизоваться за счет гражданского флота. Береговая оборона должна слагаться из действий: а) береговых батарей; б) особо выделенных стрелковых частей; в) морской авиации; г) подводного и москитного флотов.

Предлагаемые мероприятия крайне тяжелы в политико-моральном отношении, но зато соответствуют интересам обороны СССР. Экономия, достигаемая на предлагаемых мероприятиях, позволяет создать:

Артиллерия: 14‑дюймовых батарей – 6 по 4 орудия; 12‑дюймовых батарей – 5 по 4 орудия; 8‑дюймовых батарей – 10 по 4 орудия; 6‑дюймовых батарей – 11 по 4 орудия; 3‑дюймовых зенитных – 96 орудий. Кроме того, принятый уже план береговой охраны;

Самолеты: тяжелых бомбовозов – 300; истребителей – 105; разведчиков – 245.

Эти дополнительные средства во много раз целесообразнее и более практически разрешают вопрос береговой обороны и вместе с тем они могут быть подтянуты на любой решающий фронт войны.

Предлагаемые мероприятия являются примерно-ориентировочными. Штабу РККА неоднократно уже приходилось поднимать этот вопрос в различных вариантах, но, не имея никаких определенных по нему решений, Штаб до сих пор не приступал к детальной проработке вопроса. Для такой проработки необходимо получить окончательное решение РВС СССР.

Начальник Штаба РККА Тухачевский

{43}

На историческом заседании Реввоенсовета СССР 8 мая 1928 года под председательством Наркомвоенмора К.Е.Ворошилова, М.А.Петров /Примечание Автора – фактический начальник штаба ВМС/, представляя Морские Силы СССР, решительно возразил М.Н.Тухачевскому и обосновал необходимость для СССР флота разнородных сил при сохранении линкоров в качестве главной ударной силы.

Вот сокращенный текст принятого постановления:

1. Признать необходимым укрепление и развитие Военно-Морских Сил в общем плане военного строительства.

2. При развитии Военно-Морских сил стремиться к сочетанию надводного и подводного флотов, береговой и минно-позиционной обороны и морской авиации, отвечающему характеру ведения боевых операций на наших морских театрах в обстановке вероятной войны.

3. Учитывая роль морских операций на Балтийском и Черноморском театрах в общем ходе будущей войны, считать основными задачами Военно-Морских Сил РККА:

а) содействие операциям сухопутной армии в прибрежных районах; б) оборону берегов в условиях совместного разрешения этой задачи средствами морских сил и сухопутной армии; в) действия на морских коммуникациях противника; г) выполнение особых морских операций.

Успешное выполнение вышеуказанного Военно-Морскими Силами возлагает на флот, береговую оборону и морскую авиацию следующие задачи: а) на флот: 1) содействие сухопутным операциям при выполнении поставленных задач; 2) непосредственную огневую поддержку прибрежных укреплений; 3) ведение активной обороны на море путем операций малой войны; б) на береговую оборону: оборону пунктов, имеющих важное стратегическое значение (баз флота, политических и экономических центров); в) на морскую авиацию: обеспечение Военно-Морских Сил в их операциях, действия против флотов, а также против военно-морских и воздушных сил и баз противника.

4. По составу флота руководствоваться нижеследующим: а) основным фактором, сообщающим операциям флота боевую устойчивость и активность действий, являются линейные корабли; б) развитие легких сил (крейсера, миноносцы, торпедные катера, сторожевые суда, канлодки) должно отвечать требованиям современной морской войны и соответствующей организации флота на наших театрах, с учетом особенностей характера использования морских сил в будущей войне; в) развитию подводного плавания уделить особое внимание, при учете специальных операций подводных лодок и обеспечения возможности совместных их действий с надводным флотом; г) развитие минно-позиционных средств флота сообразовать с необходимостью обеспечения выполнения указанных выше задач Военно-Морских Сил…»

{123}

Первые программы военного кораблестроения Рабоче-Крестьянского Военно-Морского Флота (РКВМФ), а именно 1926 и 1929 годов, были ориентированы на замену устаревших балтийских и черноморских подводных лодок, а также на постройку немногочисленных легких сторожевых судов (фактически – миноносцев) и шести десятков торпедных катеров. Одновременно значительные средства (до 40 процентов ассигнований, выделенных на программы) предполагалось направить на ремонт и модернизацию четырех линейных кораблей и на постройку монитора с 356-мм орудиями.

Ни «шестилетняя» программа (1926 года), ни так называемая программа первой пятилетки (1929 года) к 1933 году не были полностью выполнены. Из-за сокращения ассигнований на военное кораблестроение в 1929 году и трудностей в работе промышленности удалось, и то частично, модернизировать всего два линкора, отказавшись при этом от ремонта линкора «Фрунзе» («Полтава») и постройки монитора. Из новых кораблей, согласно официальному отчету, за 1929-1932 годы вступили в строй семь подводных лодок, восемь сторожевых судов и 59 торпедных катеров.

Одновременно с постройкой указанных кораблей в 1930-1933 годах Политбюро ЦК ВКП(б) и Совет Труда и Обороны (СТО) приняли ряд решений, которые изменяли направленность строительства РКВМФ. Они конкретизировались с утверждением 7 июля 1933 года «Программы военного судостроения на вторую пятилетку (1933-1938 гг.)». Суть их сводилась к следующему:

1. Одновременное развитие флота – не на двух, а на четырех основных театрах – для создания прочной морской обороны берегов СССР.

2. Приоритет подводного кораблестроения при развертывании массового строительства подводных лодок (369 единиц, с учетом предыдущих программ и постановлений).

3. Преимущественное пополнение новыми кораблями Балтийского, Черноморского и воссозданного Тихоокеанского флотов, для которых, кроме подводных лодок, эсминцев и торпедных катеров, предполагалось построить также легкие крейсеры нового типа.

4. Строительство подводных лодок и эсминцев для Северного морского театра, где в 1933 году создали Северную военную флотилию (с 1937 года – Северный флот).

5 марта 1936 года члены Политбюро одобрили предложения наркомтяжпрома Г. К. Орджоникидзе, Наморси В. М. Орлова и начальника Главсудпрома Р. А. Муклевича по увеличению количества серийных эскадренных миноносцев. Программу постройки последних на 1936-1938 годы довели до 53 единиц. Эта программа фактически являлась прологом и «нулевой очередью» будущего грандиозного плана.

Через некоторое время представленная В. М. Орловым перспективная программа развития флота после обсуждения в Политбюро ЦК ВКП(б) и в СТО СССР была утверждена закрытым правительственным постановлением 26 июня 1936 года. С учетом крейсеров, лидеров, эсминцев и подводных лодок, построенных и строившихся по планам первой и второй пятилеток, программа 1936 года предусматривала создание флота из 533 боевых кораблей основных классов общим стандартным водоизмещением около 1307,3 тыс. т. В общей сложности для четырех основных морских театров предполагалось построить восемь линкоров типа «А», шестнадцать – типа «Б», 20 легких крейсеров, 17 лидеров, 128 эскадренных миноносцев, 90 больших, 164 средних, и 90 малых подводных лодок.

Завершить грандиозный план военно-морского строительства предстояло в десятилетний срок. 16 июля 1936 года в развитие этого плана СТО при СНК СССР принял еще одно постановление – «О программе крупного морского судостроения, – поставившее задачи Наркомату тяжелой промышленности (Наркомтяжпрому) и конкретизировавшее сроки выполнения программы на ближайшие два года. Всего в 1937- 1938 годах намечалось вести строительство восьми линкоров, восьми легких крейсеров, восьми лидеров, 114 эсминцев, 123 подводных лодок. Сдача флоту восьми первых линейных кораблей (четырех – типа «А» и четырех – типа «Б») планировалась на 1941 год.

Начавшаяся Великая Отечественная война перечеркнула грандиозные планы создания в СССР «большого морского и океанского флота».

{121}

Боевой состав и группировка Военно-морского флота СССР на 22 июня 1941 г.

{99}

В первой половине Великой Отечественной войны 1941-1945 года нашей истории сформулированное в 1928 году предложение М.Н. Тухачевского об оптимальном корабельном составе флота (1-2 крейсера, 6 миноносцев и 5-9 подводных лодок) и методах береговой обороны (преимущественно авиацией, береговой артиллерией и москитными силами), а также позиция М.А. Петрова о главенствующей роли линкоров в боевой устойчивости флотов были проверены в ходе боевых действий.

Против Краснознаменного Балтийского флота действовала группировка ВМС Германии, включающая в себя авиацию, 10 быстроходных минных заградителей, 5 малых подводных лодок и москитный флот.

Против Черноморского флота действовала группировка ВМС Румынии, включающая 4 эсминца, 1 подводную лодку и москитный флот, а с 1942 года к ней присоединилась группировка ВМС Германии, включающая в себя авиацию, 6 малых подводных лодок и москитный флот.

Против Северного флота действовала группировка ВМС Германии, включающая в себя авиацию, 6 эсминцев, 6 подводных лодок и москитный флот.

Сходство корабельных группировок наших врагов с «оптимальным корабельном составом от Тухачевского» просто поразительное!

Что касается Советского Военно-морского флота, то как Краснознаменный Балтийский флот, так и Черноморский флот в своем составе имели линкоры и крейсера, а также многократно превосходили противника в численности боевых кораблей других классов, но это превосходство не обратилось в господство на море. КБФ и ЧФ не только не смогли пресечь (потопление до 30–60 % транспортов) или сорвать (потопление более 60 % транспортов) коммуникации врага на театре военных действий, но и надежно защитить свои коммуникации.

Например, Краснознаменный Балтийский флот в ходе эвакуации морем крупной группы советских войск из Таллина 27 августа – 30 августа 1941 допустил следующие потери: до Кронштадта дошли 119 из 135 (88 %) кораблей и катеров, а также 32 судна из 75 (43 %). При этом из принятых на борт кораблей и судов 27 800 человек погибло около 11 000 человек, в том числе немногим более 3000 – гражданские лица. Это не считая моряков из составов экипажей погибших кораблей и судов. Учитывая временные рамки перехода, это огромные потери. {124}

Черноморский флот в период с 1 по 4 августа 1942 года на основании разрешения Ставки Верховного главнокомандования оставить Севастополь смог эвакуировать морем только около 3% защитников Севастополя. Удалось эвакуировать около 3000 человек. «По германским данным, немцы под Севастополем взяли в плен 90 000 человек, по нашим данным, мы оставили там 79 539 человек. По-видимому, истина лежит где-то посредине.» {127}

Из всех трёх воевавших с Германией советских флотов наибольших успехов в решении поставленных перед ним задач достиг Северный флот, в составе которого в первой половине Великой Отечественной войны ни линкоров, ни крейсеров не было. Полученные же в 1944 году от Великобритании линкор Royal Sovereign («Архангельск») и крейсер Milwaukee («Мурманск») до конца войны в боевых действиях не использовались. «Из проведённых за время Великой Отечественной войны в Арктике в составе внутренних конвоев 2568 судов погибло только 11 отечественных и три союзных транспорта, что составляет чуть более 0,5%. Наверное, это и есть наиболее однозначный ответ на вопрос, в какой мере Северный флот справился с защитой своих внутренних коммуникаций в ходе Великой Отечественной войны.{130}

Линейные корабли Краснознаменного Балтийского флота фактически выполняли (и достаточно эффективно) роль плавбатарей на защите города Ленинграда, а линейный корабль Черноморского флота заметного вклада в оборону Союза ССР не внёс.

Таким образом, поддержанное в 1928 году РВС предположение М.А. Петрова о том, что «основным фактором, сообщающим операциям флота боевую устойчивость и активность действий, являются линейные корабли», своего подтверждения в годы Великой Отечественной войны на Балтийском, Черноморском и Северном театрах военных действий не нашло.

10.04.32 Народным комиссаром по военным и морским делам И.П. Уборевичем был согласован целевой корабельный состав на десятилетнюю перспективу до 1.01.1942 года

Линкоры: 3 шт. (2 – КБФ, 1- ЧФ)

Тяжелые крейсера: 5 шт. (1- ЧФ, 2 – ТОФ, 2 – СФ)

Легкие крейсера: 2 шт. (2 – ЧФ)

Учебные крейсера: 2 шт. (1 – КБФ, 1 – ЧФ)

Лидеры: 3 шт. (1 – КБФ, 2 – ЧФ)

Эсминцы: 48 шт. (по 12 на каждый из 4 флотов)

Тральщики: 96 шт. (по 24 на каждый из 4 флотов)

Подводные лодки: 120 шт. (48 на ТОФ, по 24 на БФ, СФ, ЧФ)

Канонерские лодки: 24 шт. (по 6 на каждый из 4 флотов)

Минные заградители: 24 шт. (по 6 на каждый из 4 флотов)

Сторожевые корабли: 48 шт. (по 12 на каждый из 4 флотов)

Торпедные катера: 120 шт. (48 на ТОФ, по 24 на БФ, СФ, ЧФ)

Бронекатера: 96 шт. (по 24 на каждый из 4 флотов)

Катера-охотники: 96 шт. (по 24 на каждый из 4 флотов)

Сторожевые катера: 48 шт. (по 12 на каждый из 4 флотов)

Мониторы: 24 шт. (по 6 на каждый из 4 флотов)

Всего боевых плавсредств: 759 шт.

Оставив вне поля нашего внимания катера и речные мониторы, дадим далее несколько таблиц, показывающих отличие кораблестроительной программы в альтернативной истории «Кировская весна» от нашей реальности.

Вначале опишем закладку кораблей в период с 1931 года (точка бифуркации) по 1941 год.

Итак, здесь отсутствуют линкоры и линейные крейсера «большого флота» (минус 6).

Вместо 6 крейсеров типа Киров с 180-мм артиллерией в 1935-1937 годах заложены 4 крейсера типа Зара (минус 2) и потом вместо 7 крейсеров типа Чапаев заложены 4 крейсера этого типа в 1939 году (минус 3). Всего по крейсерам минус 5.

Вместо двух серий лидеров заложена только первая серия из трёх 3 лидеров по проекту 1 (минус 4).

Вместо 84 эсминцев заложены только 39, из них 31 эсминец по проекту 7 и затем 8 эсминцев по проекту 30.

Никаких изменений с тральщиками типа Фугас не происходит, но 20 тральщиков типа Владимир Полухин не закладываются (минус 20).

В период до 1938 года заложено на 24 единиц больше сторожевых кораблей типа Ураган, и не закладываются в 1939-1941 годах 14 единиц СКР типа Ястреб (плюс 16).

Заложено на 133 единицы меньше подводных лодок (минус 133)

Итого снижение числа заложенных плавсредств составляет 197 единиц (42%).

Опишем ввод в строй кораблей в период с 1931 года (точка бифуркации) по 1941 год.

Как видно, ввод в строй одного линкора Михаил Фрунзе весной 1941 года увеличил число линкоров в строю на 33%.

Ещё у СССР стало на три крейсера больше – это результат того, что вооружение испанскому правительству не подарили, как это было в нашей реальности, а обменяли на корабли. Тихоокеанский флот именно тогда, когда это казалось особенно остро нужно (в 1939 году), получил три испанских крейсера и четыре эсминца.

Поскольку не закладывали вторую серию из трёх лидеров, а также не покупали «голубой крейсер» Ташкент, число введенных в строй лидеров закономерно снизилось на 4.

На 10 единиц снизилось число введенных в строй эсминцев (за счёт отказа от проекта 45 и уменьшения серии эсминцев проекта 7).

Сторожевых кораблей больше на 30, и все они типа Ураган.

Подводных лодок меньше на 109 единиц.

Таким образом, всего в реальной истории до 1941 года было заложено 542 боевых кораблей и подводных лодок суммарным водоизмещением 969 тысяч тонн.

В альтернативной истории до 1941 года было заложено 351 боевых кораблей и подводных лодок суммарным водоизмещением 448 тысяч тонн.

Можно, таким образом, заключить, что затраты на кораблестроительную программу в альтернативной реальности «Кировская весна» в сравнении с нашей реальностью, с учетом снижения затрат на строительство новых судостроительных заводов и снижения затрат на НИОКР по теме Большого флота снизились не менее чем в два раза.

В межвоенный период в результате навигационных аварий погиб эсминец Решительный (1938), подводные лодки ТОФ Щ-103 (1936 год), СФ Щ-312/Щ-424 (1939 год); СФ Д-1 (1940 год).

В реальной истории ещё погибла на финской мине подводная лодка КБФ С-2 (1940).

С учётом потерь, корабельный состав на 22.06.1941 года в реальной истории (РИ) и в альтернативной истории (АИ) описан в таблице:

Таким образом, несмотря на отсутствие интереса к «Большому морскому и океанскому флоту», в альтернативной истории «Кировская весна» в составе ВМС РККА больше на 1 линкор (Михаил Фрунзе в варианте броненосец береговой обороны) и больше на 3 крейсера (полученные от правительства республиканской Испании в обмен на поставленное в Испанию сухопутное вооружение).

Лидеров эсминцев на 4 меньше, но в итоге стало на 33 единицы больше лёгких сил (если сложить лидеры эсминцев, эсминцы и сторожевые корабли).

Число тральщиков не изменилось.

Заметно (на 100 единиц) меньше подводных лодок.

Общее число плавсредств в строю снизилось с 343 до 280 (на 18%).

Значительно (примерно в три раза) сократились затраты на строительство и оснащение судостроительных заводов, а также иные затраты на безрезультатную попытку построить «Большой морской и океанский флот».

Боевой состав по типам и по проектам кораблей по флотам представлен в таблице:

С учетом того, что по мобилизации буксирные, рыболовецкие и иные суда частично были мобилизованы в тральщики, далее указано число боевых кораблей кроме тральщиков, канонерских лодок, минных заградителей и т.п.

ВМС Германии к началу Великой Отечественной войны

4 февраля 1941 г. на совещании у Гитлера при рассмотрении плана «Барбаросса» … Предлагалось выделить двадцать восемь торпедных катеров, пять подводных лодок, десять минных заградителей, три флотилии тральщиков специальной постройки, семь флотилий переоборудованных тральщиков и сторожевиков, три прорывателя магнитных минных заграждений и два тральщика с мотоботами на борту.

Положение ВМФ Германии в июне 1941 г. было не из лучших. Буквально месяц назад потоплен линкор «Bismarck». Однотипный с ним «Тирпиц» еще не закончил курса боевой подготовки после вступления в строй и являлся не боеготовым. Линкоры «Scharnhorst» и «Gneisenau» вместе с тяжелым крейсером «Prinz Eugen» блокированы в Бресте. Тяжелые крейсера «Lutzow», «Admiral Scheer» и «Admiral Hipper» находились в ремонте: первый – после попадания торпеды, а «адмиралы» – после рейдерства. Все четыре легких крейсера, «Emden», «Кeln», «Leipzig» и «Nurnberg», являлись учебными, то есть большая часть их экипажа состояла из новобранцев, а потому корабли фактически были не боеготовы. Из имеющихся тринадцати эсминцев пять ушли на Север для действий против советского Северного флота, пять несли службу во Франции и на Северном море и только три находились на Балтике, где, в основном, обеспечивали боевую подготовку вновь вступающих в строй подлодок.

Что касается германских подводных сил, то их полностью задействовали на британских коммуникациях и вопрос о перенацеливании на Балтику даже не поднимался. Для действий против КБФ выделялись пять учебных малюток IID серии. В отличие от учебных крейсеров они имели полноценные экипажи, фактически состоявшие из инструкторов, то есть эти корабли являлись вполне боеготовыми. Имеемые в наличие два десятка миноносцев с трудом справлялись с эскортными задачами в Атлантике. Таким образом, можно сказать, что выделенные силы для боевых действий на Балтике – это, собственно, все, чем располагал германский флот к июню 1941 г.

{124}

***

По другим данным:

Главным противником Балтийского флота оказались не вражеские надводные корабли, а самолёты люфтваффе, прочно захватившие господство в воздухе, и немецкие сухопутные войска, шаг за шагом занимавшие морские базы.

Проанализировав опыт Первой мировой войны, командование кригсмарине сосредоточило на Балтике основную часть своих минных сил.

К июню 1941 года здесь находилось 10 больших быстроходных минных заградителей водоизмещением 2000–3000 т со скоростью хода 17–20 узлов; самый крупный из них, «Пройссен», имел вместимость 5504 брт.

Кроме того, в подчинении флотских структур, выделенных для действий на Востоке (штаб командующего крейсерами адмирала Шмундта и штаб начальника миноносцев контр-адмирала Бютова), находились: часть 22-й флотилии подлодок – 5 субмарин, пять флотилий торпедных катеров (1-я, 2-я, 3-я, 5-я и 6-я) – 30 катеров и 4 плавбазы, 5-я флотилия быстроходных тральщиков специальной постройки – 6 кораблей типа М-35, четыре флотилии вспомогательных тральщиков из мобилизованных судов (15-я, 17-я, 18-я и 31-я) – в общей сложности 28 кораблей, 5-я флотилия моторных тральщиков – 10 «раумботов». Кроме того, имелись 11-я флотилия охотников за подлодками (8 единиц) и 3-я флотилия эскортных кораблей (11 единиц).

{126}

***

ВМС Финляндии к началу Великой Отечественной войны

Военно-морские силы Финляндии в первой половине июня 1941 года привели в боевую готовность и в соответствии с поставленными задачами разделили на две группировки.

В группировку А (шхерный флот) вошли: броненосная флотилия (два броненосца береговой обороны); охранная флотилия, состоявшая из: 1-й полуфлотилии канонерских лодок (четыре единицы) и 2-й полуфлотилии сторожевых катеров (6 единиц); минная флотилия (шесть надводных заградителей); флотилия тральщиков в составе: 1-й и 2-й полуфлотилий (7 и 8 единиц). В шхерный флот также включался конвойный отряд, в который входили: конвойная флотилия сторожевых катеров (5 единиц), 1-я и 2-я флотилии ледоколов (по четыре вооруженных ледокола) и подвижная база снабжения (три плавучие базы и семь других судов).

В группировку Б (отдельный отряд флота) вошли: 1-я полуфлотилия торпедных катеров (5 единиц), 2-я полуфлотилия сторожевых катеров (5 единиц); флотилия подводных лодок (5 единиц); группа надводных минных заградителей (2 единицы); группа тральщиков (10 единиц); группа минных катеров (4 единиц); группа сторожевых катеров (4 единицы); группа кораблей связи (2 единицы) и две плавучие базы.

/Примечание Автора: финские броненосцы береговой обороны имели водоизмещение 4000 тонн, скорость 15 узлов, бронирование включало пояс толщиной 51 мм, а также бронирование башен (102 мм), рубки и палубы; вооружение включало 2х2х254-мм, 4х2х105-мм, 4х1х40-мм, 2х1х20-мм, и таким образом, условно соответствовали крейсеру. Канонерские лодки имели водоизмещение 406 тонн, скорость 15 узлов, вооружение 2х1х102мм + 1х1х40мм и таким образом условно соответствовали сторожевому кораблю/

{124}

***

По другим данным Корабельный состав ВМС Финляндии к началу Великой Отечественной войны:

Броненосцы береговой обороны – 2 (VeinaTnoinen, llmarinen).

Минные заградители – 8 (Louhi, Ruotsinsalmi, Riilahti, Pommi, Baltic, Frei, Poseidon, Suomi).

Канонерские лодки – 4 (Homeenmaa, Uusimaa, Karjala, Turunmaa).

Подводные лодки – 5 (Vetehinen, Iku Turso, Vesehiisi, Vesikko, Saukko).

Сторожевые корабли – 11.

Сторожевые и торпедные катера – 20.

Тральщики -14.

{125}

Таким образом, корабельный состав Краснознамённого Балтийского флота в альтернативной реальности «Кировская весна» по основным типам боевых кораблей на 36 единиц меньше, чем в реальной истории.

При этом силы и средства КБФ значительно превосходят объединённые силы и средства Германии и Финляндии на данном ТВД.

В портах Норвегии были сосредоточены немецкие военно-морские силы (5 эскадренных миноносцев, 6 подводных лодок и другие корабли), а в Финском заливе – финские ВМС (до 60 кораблей). {128}

***

К началу войны гитлеровцы располагали против Северного флота 6-й флотилией новейших эскадренных миноносцев, состоявшей из пяти кораблей типа «Редер», тремя норвежскими миноносцами типа «Стег», норвежским минным заградителем типа «Гломан и Лауген», вспомогательным крейсером «Бремзе» (около десяти тысяч тонн водоизмещением), шестью подводными лодками дальнего действия типа «U-67», десятью норвежскими сторожевыми кораблями различных типов, десятью – пятнадцатью тральщиками, десятью сторожевыми катерами типа быстроходных морских охотников, а также вспомогательными судами, то есть имели в строю до пятидесяти боевых единиц – целый флот с подходящими базами, расположенными в удобных местах Варангер-фиорда (Киркенес, Варде и Вадсе) в непосредственной близости к нашим коммуникациям.

{129}

***

Примечание Автора. Здесь глубокоуважаемый А.Г. Головко ошибся.

Во-первых, учебно-артиллерийский корабль «Бремзе» имел стандартное водоизмещение 1435 и полное водоизмещение 1870 т. Основные размерения 103,62 / 9,5 / 2,5-3,8 м, скорость 29 узлов, вооружение 4х1х127-мм, 4х1х20-мм. Как видно, это эсминец без торпед. Название типа («учебно-артиллерийский корабль») относится к 1931 году, когда Германия прилагала усилия к тому, чтобы избежать обвинения в нарушении требований Версальского мирного договора.

Во-вторых, из числа трёх норвежских миноносцев типа «Стег» стандартным водоизмещением 220 тонн один (Стегг) был в 1940 потоплен кораблем «Бремзе», и немцы ввели в строй только 2 таких корабля (Трюгг и Снёгг).

В третьих, что касается эскадренных миноносцев типа Редер, то пять эсминцев 6-й флотилии включали в себя четыре эсминца типа 1934 (Z-4 «Рихард Байцен», Z-7 «Герман Шёман», Z-10 «Ганс Лоди», Z-16 «Фридрих Экольдт») и один эсминец типа 1936 (Z-20 «Карл Гальстер»).

ТТХ германского эсминца Z-4 «Рихард Байцен»: Водоизмещение стандартное 2232 тонн, скорость 38 узлов, вооружение 5х1х127-мм, 2х2х37-мм, 6х1х20-мм, 2х4х533-мм ТА.

Таким образом, ТТХ германских эсминцев ближе к лидеру Ленинград, чем к эсминцу проекта 7 и тем более к эсминцу типа Новик. Так что при корректном сопоставлении сил сторон отнесём их к лидерам эсминцев.

Таким образом, корабельный состав Северного флота в альтернативной реальности «Кировская весна» по основным типам боевых кораблей на 10 единиц больше, чем в реальной истории.

При этом силы и средства СФ значительно превосходят объединённые силы и средства Германии и Финляндии на данном ТВД.

Главным противником советского Черноморского флота с первых дней стали военно-морские силы Румынии. К середине 1941 г. они насчитывали 35 кораблей и судов, объединенных в две дивизии – морскую и речную.

Самыми крупными и современными румынскими кораблями являлись два эскадренных миноносца «Regele Ferdinand» и «Regina Maria». К началу Великой Отечественной войны они мало уступали советским лидерам и эсминцам.

Еще два эскадренных миноносца, «Marasti» и «Marasesti», также итальянской постройки, относились к эпохе Первой мировой войны. В 1926–1927 гг. корабли прошли капитальный ремонт и к середине 1941 г. являлись уже морально устаревшими, но вполне отвечавшими черноморским условиям. Во всяком случае, они явно превосходили советских «однокашников» типа «Новик».

К июню 1941 г. Румыния имела всего одну подводную лодку «Delfinul», построенную в 1931 г. в Италии. Она приблизительно соответствовала своим советским одногодкам типа «Щ».

В составе румынского флота было много кораблей, построенных еще на верфях Австро-Венгерской империи. В частности, такими были все три миноносца серии «250-тонного» типа «Sborul», «Naluca» и «Smeul». К тому времени они уже морально и физически устарели, но все равно были вполне пригодны для применения на Черном море в качестве сторожевых кораблей.

Также к австро-венгерскому наследию относились все семь речных мониторов. Несмотря на свой почтенный возраст, они явно превосходили по огневой мощи корабли советской Дунайской флотилии.

В 1920 г. Румыния приобрела во Франции пять мореходных канонерских лодок, правда, одну из них – целенаправленно на запчасти для остальных. Оставшиеся четыре – «Capitan Dumitrescu С», «Locotenent-commandor Stihi Eugen», «Sublocotenent Ghiculescu» и «Locotenent Lepri Remus» – дожили до Второй мировой войны, но последняя погибла еще 11 января 1941 г., подорвавшись на собственном минном заграждении у Сулины. При водоизмещении 430 т лодки имели по два дизеля в 450 л.с., которые обеспечивали им ход до 12 узлов. Уже в ходе войны их вооружение заменили и оно составило по одному 88-мм орудию, 37-мм и 20-мм зенитному автомату. Таким образом, эти канонерки были явно слабее не только советских сторожевиков типа «Ураган», но и тральщиков типа «Фугас».

Перед самой войной, в 1940 году, вступили в строй минный заградитель своей постройки «Admiral Murgescu» /Примечание Автора – «Admiral Murgescu» с водоизмещением 812 тонн, скоростью 16 узлов и вооружением 2х1х102-мм + 2х1х37-мм + 1х1х20-мм, по своим боевым возможностям был достаточно близок к СКР типа «Ураган»/

Боевые катера в середине 1941 г. были представлены тремя торпедными и тринадцатью сторожевыми катерами Дунайской речной дивизии. Также в состав речной дивизии входили три плавучие батареи типа «Bistrita» (100 т) – постройки 1888 г. и вооруженные всего одним 57-мм орудием.

***

ВМС Германии

Нейтралитет Турции в годы Второй мировой войны исключал проход в Черное море боевых кораблей воюющих государств. За время войны проводок через Черноморские проливы боевых кораблей специальной постройки обеих противоборствующих сторон не было. Это предопределило довольно компактную и стабильную группировку германских ВМС на театре.

Наиболее крупными германскими кораблями на театре стали подводные лодки. Их переброска осуществлялась комбинированным способом: сначала на автомобильных трейлерах, затем на буксире по Дунаю. Из-за указанных сложностей успеть к штурму Севастополя они не смогли. Всего на Черное море в 1942–1943 годах прибыло шесть подводных лодок. С ноября 1942 года они достаточно интенсивно действовали на советских коммуникациях у кавказских берегов, и к моменту окончания боевых действий представляли единственную им угрозу. В ходе решения боевых задач потерь у подлодок не было. Лишь 20 августа 1944 года U-9 погибла во время налета советской авиации на Констанцу.

Кроме 6 подводных лодок, на Черноморском ТВД германские ВМС с 1942 года развернули строительство из местных материалов достаточного для решения поставленных перед ними задач москитного флота (торпедные катера, самоходные десантные баржи и прочие маломерные суда различного назначения).

Военно-морские силы Италии на Черном море

В ходе Второй мировой войны итальянцы весной 1942 года перебросили на Черное море шесть сверхмалых подводных лодок типа СВ и с мая по октябрь 1942 года десять торпедных катеров типа 500.

{127}

Таким образом, корабельный состав Черноморского флота в альтернативной реальности «Кировская весна» по основным типам боевых кораблей на 10 единиц меньше, чем в реальной истории.

При этом силы и средства ЧФ значительно превосходят объединённые силы и средства Германии и Румынии на данном ТВД.

Вашингтонское соглашение, действовавшее с 1922 по 1936 год, установило для флотов Америки, Англии и Японии отношение 5 : 5 : 3. После 1936 года, а частично и несколько раньше, Япония энергично вооружалась {77}

Таким образом, корабельный состав Тихоокеанского флота в альтернативной реальности «Кировская весна» по основным типам боевых кораблей на 29 единиц меньше, чем в реальной истории. Однако, из анализа числа кораблей по отдельным боевым классам видно, что наличие 3 испанских крейсеров, 15 эсминцев и 12 сторожевых кораблей не только компенсируют снижение числа подводных лодок с 89 до 45, но и делают советский ТОФ заметно сильнее, чем он был в реальной истории.

При этом силы и средства ТОФ значительно уступают силам и средствам Японии на данном ТВД.

Как видно из вышеуказанных таблиц, в реальной истории силы и средства ВМФ СССР по состоянию на 22.06.1941г. превосходили силы и средства флотов наших врагов на Балтийском, Черноморском и Северном театрах военных действий. Численное превосходство ВМС РККА сохраняется и в альтернативной реальности «Кировская весна», но реализуется несколько иначе.

В нашей реальности в ходе реализации мечты И.В. Сталина о «Большом морском и океанском флоте» СССР фактически построил перед Великой Отечественной войной «флот береговой обороны», самыми характерными представителями которого явились три прибрежных линкора типа «Севастополь», четыре тяжелых крейсера типа Киров с девятью 180-мм орудиями главного калибра и дальностью плавания 3000 морских миль и рекордно большое число тихоходных подводных лодок типов Щука и Малютка с дальностью плавания около 4000 морских миль и 45-мм орудиями главного калибра.

Не менее интересно, что в альтернативной реальности «Кировская весна» в ходе строительства «флота береговой обороны с финансированием по остаточному принципу» СССР за примерно вдвое меньшие деньги получил вполне сбалансированный флот, в котором, кроме трёх с половиной линкоров (считая Михаил Фрунзе за половину линкора), имелось четыре прекрасно забронированных тяжелых крейсера типа Зара с двенадцатью 180-мм орудиями главного калибра и с дальностью плавания в 5000 морских миль (по некоторым оценкам, лучших в мире) и два неплохих легких крейсера типа «Principe Alfonso» с дальностью плавания в 5000 морских миль, а также достаточно многочисленный флот эсминцев, сторожевых кораблей и подводных лодок на каждом театре военных действий.

При этом значительное снижение суммарной численности заложенных в СССР кораблей и подводных лодок в сравнении с нашей реальностью не только не снизило способность СССР оказывать сопротивление агрессии Германии и ее союзников, но, напротив, заметно усилило эту способность.

Как известно, наиболее востребованными в годы Великой Отечественной войны боевыми единицами оказались тральщики и сторожевые корабли, остро необходимые для сопровождения многочисленных конвоев в ходе повседневной боевой службы. Именно этих кораблей, без особой шумихи произведенных в тридцатых годах, как раз и не хватало в составе ВМФ СССР. Именно их в альтернативной реальности построено больше.

Боевая эффективность же советских подводных лодок вообще, а особенно самых массовых подводных лодок типов Щука и Малютка, оказалась по ряду причин совершенно неудовлетворительной. Впрочем, не исключено, что одно только их наличие как в некотором роде подвижных подводных торпедных аппаратов на защите советских военно-морских баз отвратило и реальных, и потенциальных противников СССР от атаки военно-морских баз с моря. Но этой цели вполне было возможно добиться значительно меньшими затратами.

И все же наиболее существенным фактором, способствующим усилению боеспособности советского военно-морского флота в альтернативной реальности «Кировская весна» в сравнении с нашей реальностью, является не столько иной корабельный и самолётный состав ВМС РККА, сколько то, что в связи с отсутствием на флоте репрессий 1937-1938 годов военно-морскими силами в целом, а также флотами, флотилиями, соединениями кораблей и подводных лодок руководит иной высший и старший командный состав. Эти военачальники по своему опыту в командовании крупными флотскими соединениями и по своей оперативно-тактической подготовке на 1941 год существенно превосходят тех лиц, которые в силу сложившихся обстоятельств оказались назначены на данные должности в нашей реальности.

Определяющим фактором роста боеспособности ВМС РККА СССР автору представляется замена наркома ВМФ Н.Г. Кузнецова на командующего ВМС И.К. Кожанова, Первого заместителя-Начальника главного морского штаба И.С. Исакова на первого заместителя П.И. Смирнова-Светловского и начальника главного морского штаба Я.И. Озолина, Командующего СФ А.Г. Головко на К.И. Душенова, Командующего КБФ В.Ф. Трибуца на Г.П. Киреева и Командующего ЧФ Ф.С. Октябрьского на М.В. Викторова.

При этом автор ни в коем случае не ставит под сомнение любовь к Родине, героизм, иные высокие моральные качества всех военнослужащих ВМФ СССР, которые приняли участие в Великой Отечественной войне в нашей истории. Но в альтернативной истории у руля советского флота автором поставлены иные военачальники, те, которые стояли у истоков его создания. Справедливость требует дать возможность и им, хотя бы только и на полях литературного произведения, внести свой личный вклад в победу над гитлеровской Германией и ее союзниками в Великой Отечественной войне.

Москва, 2012-2022 годы.