Короткий рассказ о жизни гадалки – Лены, работающей под псевдонимом "госпожа Сивилла".
– Отойдите подальше. Вы пугаете людей!
– Конечно.
Отходим к окну, так, чтобы не терять из вида вход в реанимацию.
– Лен, может тебе одеваться попроще, а не в эти ведьмовские балахоны?
– Это мой рабочий костюм!
Из реанимации выходят две женщины. Одной лет сорок, другой около шестидесяти. Лица у обеих бледные, руки по швам, идут к врачу, как на приговор. Нам с такого расстояния, конечно же, ничего не слышно.
– Яш, ну это наверняка мой клиент?
– Пока ещё твой. Там девушка в аварию попала, лежит в коме. Это её мать и бабка.
Многие удивляются, что меня сюда привело. Гадалка я хорошая, с двадцатилетним стажем. Могу и на таро судьбу разложить и по ладони погадать. С самого детства этим увлекаюсь. Только с возрастом поняла, что всё это психология и самовнушение. Но мне-то без разницы, главное, чтобы клиент верил. А он в последнее время идёт плохо. Все вдруг какими-то скептиками стали, даже постоянные ходят всё реже. Вот и решила попробовать что-то новое – спиритические сеансы. Но вызывать не мёртвых, а людей в коме. А что? Свежо, необычно. Уже месяц дежурю в больнице, высматривая потенциальных клиентов. Стою возле реанимации, рядом всегда Яша – похоронщик. Он, как гриф высматривает добычу – людей, чья надежда уже умерла. Я – другое дело, буду помогать им поговорить со своими близкими, дарить успокоение. Яша – упокоение. План у меня такой. Приглашаю к себе на сеанс, там говорю от лица их драгоценного родственника и заверяю, что со мной (то есть с ним) всё прекрасно. И им на душе легче и мне не голодать. Но пока клиент не ловится, выжидаю.
Женщины, поговорив с врачом, идут к выходу. Времени мешкать нет, подхожу к ним. Разговор завожу кротко, учтиво.
– Извините, меня зовут госпожа Сивилла, я гадалка. У вас тут дочь.
– Вообще-то, сын.
Кошусь на Яшу. Стоит, лицо каменное, но глаза ехидно хихикают. Подставил, чёрт окаянный! Ладно! И не из таких ситуаций выкручивалась.
– Конечно, сын! Просто так чётко сейчас вашу дочь почувствовала.
– А что она?
Ага, значит, дочь есть, но навестить не пришла. Занята или мертва? Ну, попробуем универсальную фразу.
– Далеко она от вас. Переживает.
Вижу, заинтересовала.
– Да. Наташа у нас заграницей учится. Подавлена, как и все мы. Вы это правда почувствовали?
Стоят, жмутся, глаза наполнились какой-то слепой верой, что я-то им сейчас и помогу. К делу!
Договорились о сеансе у меня дома. Цену установила десять тысяч. Не так уж и много за возможность поговорить с любимым сыночком. Яша дерёт со своих клиентов куда больше, так что я ещё по-доброму, не наглею.
К вечеру подготовила всё необходимое. Заранее узнала у врача имя. Не бесплатно, конечно. Пришли. Пригласила к столу, накрытому плотной фиолетовой тканью. В квартире тишина, так что слышно, как горят расставленные по комнате свечи.
– Положите передо мной фотографию. Вот так, да. Теперь возьмёмся за руки, чтобы образовать круг. Не волнуйтесь. Сейчас ваш Дима находится на предпоследней остановке своего жизненного пути.
– Ой! – бабушка отняла руку, чтобы вытереть слёзы.
– Не разрывайте круг! Иначе он не придёт. Не надо извиняться. Тише. Выхожу с ним на связь.
Читаю заклинание на латыни. Сама ни во что не верю. Руки женщин подрагивают и сильнее сжимают мои ладони. Неожиданно становится очень плохо, голова кружится, подкатывает тошнота. Хочу освободить хоть одну руку, но бесполезно, держат крепко, как последнюю надежду. Чтоб вас! И тут появляется он. Вполне реальные очертания парня с фотографии, только весь он какой-то прозрачный, призрачный. Бабушка бледнеет и сползает под стол почти без чувств. Тянет меня за собой. Я и сама чуть не теряю сознание от увиденного. Мать рыдает. Дима начинает говорить. Его голос отдаётся неприятными вибрациями в теле.
– Мамуля, бабуля, рад вас увидеть!
Пытаюсь взять себя в руки. Сажусь обратно за стол. Усилием воли изображаю спокойствие. Бабушка тоже поднимается.
– Ох, внучок! Димуля!
– Сыночек!
Женщины порываются его обнять, только руки проходят насквозь. Рыдают, как белуги. Надо что-то делать. Неужели у меня получилось? Я же не верю в подобные вещи. Другой мир существует? А бог есть?! Надо обязательно расспросить этого Диму.
– Так девушки, тихо! Говорить буду я.
Собираюсь с мыслями. Клиентки нервно кивают.
– Дима, расскажи, откуда ты к нам пришёл?
– Вы и так знаете ответ.
Я дрожу всем телом, но делаю вид, что так и надо.
– Ты видел там Бога?
– Нет. С ним встречаются только мёртвые. Но и мне уже не долго осталось.
– Ой, не надо, Димочка! Рано тебе с Богом встречаться! Ты здесь нужен, – бабушка орёт, захлёбываясь слезами.
– Бабулечка, мамулечка, зачем я вам здесь? У меня перелом шейного позвонка. Да ещё и почка отказала. Если очнусь, до конца жизни буду лежать в постели обузой.
– Сынок, вернись к нам! Не станешь ты обузой. Мы тебя вылечим. Мы все узнали: в клинике доктора Петрова ставят на ноги. Всё отдадим, только бы ты выздоровел!
– Современная медицина творит чудеса. Оно недёшево, но бабушка из своих похоронных выделит, – встреваю я, чтобы не забывали, кто тут главный.
– Выделю, выделю! На тебя, дитятко, ничего не жалко. Ты только вернись! Без тебя не жизнь, а одно горе бу-уде-е… – последние слоги съедает бабулин платок, в который она громко сморкается.
Душа Димы долго молчит, ходит по комнате кругами, гасит свечи, точно мрачная осенняя туча закрывает собой последние лучи солнца.
– Поймите, сейчас моя душа чиста. Я прожил хорошую, пусть и короткую жизнь. Когда моё тело окончательно сдастся, я попаду в рай. Если же вернусь, то всю жизнь буду чувствовать себя ничтожеством. Стану ненавидеть весь мир за свою беспомощность и жизнь без возможностей. Душа моя почернеет. Бог не примет меня таким.
– Но у тебя ведь будем мы. Мы всегда позаботимся, никогда не оставим.
Дима задумался. Между этими тремя ощущалась сильная связь. Скорее всего он прав, его уход будет лучшим вариантом для всех. Но женщины упорно отказывались это принимать.
– Мне пора.
– Не уходи, сынок. Побудь с нами ещё хоть минуту!
– Я вернусь, мама.
И душа Димы исчезла. С клиентками прощались шумно. Женщины не переставали плакать и благодарить, и даже вручили мне на пять тысяч больше, чем договаривались. Я была под впечатлением от самой себя. Возможно, я первый человек в мире, сотворивший подобное. Нужно было попробовать ещё раз! Может, удастся вызвать кого-то из мира мёртвых?
С миром мёртвых ничего не вышло. Оказалось, я могу вызывать только ещё не покинувшие землю души людей с «предпоследней остановки». Но и это отлично! Правда, после того раза, ощущения были отвратительные, словно по мне проехался каток, а всё тело покрылось зудящей сыпью. В больнице сказали, это от нервов. Выписали успокоительное. Чуть позже я узнала, что Дима очнулся. Его перевели в реабилитационную палату. Родня была в эйфории. Мне уже не нужно было дежурить с Яшей в больнице, раздавая визитки. Теперь клиенты, прослышав о моём даре, потянулись сами. Ценник я, конечно, подняла, за такое-то дело. А с тех, кто побогаче, запрашивала тройную плату. С них не убудет, а я так в скором времени и на домик в солнечной Испании заработаю. Заживём там с мамой в своё удовольствие и больше никакой работы. Разве что, вечерами по старой памяти буду раскладывать карты местным амигос.
Но что-то в моей жизни пошло не по плану. Я провела очередной сеанс. Родственники были рады проститься с любимым отцом и мужем, который наотрез отказался возвращаться в наш мир и через пару дней стал уже Яшиным клиентом. Но у меня после этого выпала половина волос. Я, конечно, дама в годах, но не настолько же. Одним успокоительным тут не обойтись. Пошла к трихологу. Сказали, нужна пересадка волос. Деньги космические. Пришлось ещё втрое увеличить ценник. Следующий сеанс прошёл вполне удачно для клиентов. Я же потеряла три зуба. Они выпали наутро сами собой. Врач назначил анализы. Оказалось, сбоит весь организм, но из-за чего – непонятно, предположили, что стресс. Прописали антидепрессанты и витамины. Но с зубами нужно было что-то делать. Решила вживить имплантаты. А на остальные поставить виниры. А что? Всегда их хотела! Ещё парочка жён депутатов, тройка детей бизнесменов и голливудская улыбка мне обеспечена.
Прошёл месяц. Последнего на неделе клиента я встречала в чалме. К этому времени я лишилась большей части волос. Оставшиеся зубы пошатывались, как старый забор. Тут уже не виниры, тут протезы нужны. Зудящая сыпь только усиливалась, по рукам и ногам пошла экзема. Глаза потухли, образовав под собой впадины, такие же чёрные и глубокие, как марианский жёлоб. Моё тело разваливалось. Ещё немного денег, чтобы отбить все потери и накопить на домик и завязываю с этим делом!
Сеанс, как обычно, прошёл успешно. Для клиента. Я же слегла в кровать и больше никого не принимала. Не потому что не хотела, а из-за того, что было тяжело даже просто ходить. Ну ничего. Небольшой перерыв, подлечусь и снова в дело! Вечером ко мне пришёл Яша. Провела его сразу в спальню. Не могу ни стоять, ни сидеть. Легла обратно в кровать. Яша сел в кресло.
– Ну что Лен, какой гроб заказывать будешь?
– Тьфу на тебя! Издеваться пришёл?
– Выглядишь плохо. Завязывай с этими сеансами.
Меня обуяла такая злость, что я даже привстала.
– Яша! Совсем обалдел?! Ты представляешь какой это стресс? Я тут пытаюсь расслабиться и восстановить силы. Мне ещё полтора миллиона не хватает на домик!
– Продолжишь в том же духе, и он тебе не понадобится. Посмотри на себя.
Я обессиленно выдохнула. Яша поднялся.
– Какой твой любимый цвет?
– Зачем тебе? Фиолетовый. Иди Яш. Я справлюсь. Закрой за собой сам.
Через неделю, когда мне стало полегче, я провела ещё один, на этот раз последний сеанс. А потом улетела. Нет, не с мамой в Испанию. В другой мир. Похороны проходили красиво, с почестями. Были и родственники, и клиенты. Яша сделал маме хорошую скидку по дружбе. Принёс охапку фиолетовых лилий. Было бы приятно, если при жизни, а не вот так. И о чём я только думала?!