Надя идёт в кафе, чтобы встретиться с тем самым сыном бывшей однокурсницы матери, который и богатый, и успешный, и зарабатывает хорошо, и квартиру с машиной ему родители купили. А ещё он, разумеется, холост, потому что всю жизнь ждал именно её. К счастью, на этот раз в её планы вносятся некоторые изменения.
– Олег умный, образованный парень! Не смей позорить меня и одеваться как оборванка!
Я со вздохом потёрла переносицу. Сделала глубокий вдох и в очередной раз попыталась мягко донести свою мысль.
– Мам, я всегда так одеваюсь. Это моя одежда. Думаю, ничего страшного, если…
– Только не говори, что ты пошла на встречу в кроссовках! – оборвала мать. – О, небеса! За что мне такая дочь?
Я с недоумением осмотрела собственную одежду. Тёплый худи, узкие джинсы и белые кроссовки, чисто вымытые специально для свидания.
– А что не так-то?
– Что не так? Надежда! Неужели ты не понимаешь, что на встречу с мужчиной его круга нужно приходить как минимум в платье и на каблуках?
Мама затихла, давая мне короткую передышку, а я снова вздохнула. Просто действительно не могла понять, почему на первое свидание нужно обязательно одеваться, как на собеседование? Вот кому от этого лучше? Лично мне точно нет.
– Мам, Олег писал, что сам он будет в синем свитере и чёрных брюках. Так что не думаю, что мне нужно…
– Олег мужчина! Он имеет право одеваться как хочет!
Вот это новости. А я, выходит, нет?
– А ты не имеешь. Потому что твоя цель – мужчину завлечь. Не забывай, тебе уже двадцать, и все хорошие мужики скоро закончатся.
Я мысленно взвыла. Опять этот разговор. Ко всему прочему, мать причитала в трубке так громко, что, кажется, на эскалаторе её было слышно минимум за пять ступенек. И это с учётом того, что в метро в принципе довольно шумно.
– Ну ты хотя бы причёску сделала? – прозвучало примирительно.
Я провела рукой по собранным в хвост волосам, и… решила не спорить.
– Конечно, мам. И макияж. Полдня в салоне сидела.
Сзади послышался смешок, но я не обратила внимания.
– Ну слава Богу, хоть это, – простонала мама, а я закатила глаза.
– Мам, я к выходу подъезжаю. Говорить неудобно.
– Ну хорошо, беги. Ты же позвонишь мне после свидания? Где вы хоть встречаетесь?
– Встречаемся в «Тахте» на Коломяжском, – терпеливо повторила я. Раз в двадцатый, наверное. – И, да, обязательно позвоню.
Я отключилась и со вздохом взглянула наверх. Эскалатор уже действительно почти закончился. Я вставила в уши наушники, ткнула в телефоне на прерванную маминым звонком песню, включила погромче и шагнула на твёрдый пол под звуки Cranberries, «Zombie».
Как же раздражали эти постоянные встречи. У мамы была, наверное, сотня подруг. Как минимум две трети из них «очень удачно вышли замуж», половина из этих замужних женщин имели детей моего возраста, и, разумеется, не менее половины этих детей были мужского пола. И все, как на подбор, подходили под определение «очень перспективного молодого человека». Сегодняшний Олег по описанию мало отличался от прошлого, Игоря. И позапрошлый парень тоже был во всём хорош. По крайней мере, до момента встречи.
Как же они мне уже надоели. Всё, о чём я мечтала – это чтобы нескончаемый поток перспективных женихов наконец закончился.
В голове гремел голос вокалистки, перекрывая посторонние звуки. Я вышла из метро и направилась к автобусной остановке. «Ин йо хэ-эд, ин йо хэ-э-э-эд, зо-омби, зо-омби, зо-омби-и-и-и-о-о-о».
Меня схватили за локоть.
Я дёрнулась, рефлекторно прижала к груди сумку и шарахнулась в сторону, оборачиваясь на агрессора. Агрессором оказался молодой человек. Красивый. Светлые волосы падали на скулы ровной раздвоенной чёлкой. А улыбка… Я даже рот раскрыла от удивления, приклеившись взглядом к его губам. А потом они зашевелились, и до меня дошло, что мне пытаются что-то сказать. Вытащила один наушник и подняла глаза на парня.
– Добрый день, – снова улыбнулся он.
Я растерянно кивнула.
– Девушка, вы мне очень понравились, и у меня для вас есть предложение. Давайте, если я угадаю, что у вас сейчас играет в наушниках, вы назовёте мне своё имя?
Я опешила. Нет, ко мне иногда подкатывали на улице, но ни разу вот так, внаглую. Окинула парня прищуренным взглядом. Чёрный худи, синие джинсы и белые кроссовки. Чистые, в точности, как и мои.
Возможно, именно белизна этих кроссовок и стала решающим фактором.
– А давайте.
Парень снова расплылся в улыбке, и, гордо вскинул подбородок, выдал:
– Думаю, что это «Zombie», Cranberries.
Я замерла и взглянула с любопытством. Парень глядел со спокойной уверенностью.
– И как ты угадал?
– Ну, тут, в общем-то, два варианта. Лично я склоняюсь к тому, что сама судьба помогла мне назвать конкретную песню из миллионов возможных треков.
– А второй вариант?
– Ну, возможно, я просто стоял на эскалаторе позади тебя и видел, как ты включала музыку.
Я хмыкнула в ответ на его слегка смущённую улыбку.
– Жулик.
Он развёл руками.
– Уговор есть уговор. Так ты скажешь, как тебя зовут?
– Надя.
Его улыбка стала запредельной, и он подался вперёд:
– Скажите, Надежда, могу я надеяться на всего одно маленькое свидание?
Я погрустнела. С одной стороны, парень мне понравился. А с другой… А с другой стороны казалось категорически неправильным соглашаться на свидание с одним мужчиной, когда едешь на встречу с другим. Поэтому я выдохнула, взяла себя в руки и подняла взгляд на встревоженного парня.
– Ты не хочешь? – спросил он. А я… призналась:
– Очень хочу. Но, увы, не могу. У меня дела.
Поджал губы, глянул исподлобья.
– Но ты же оставишь мне свой телефон?
Я хотела. Даже к сумке потянулась за листком бумаги… Но в последний момент передумала. Потому что нечестно это. Не по совести. Вот если бы я ехала не на свидание, а с него… Впрочем, не стоило об этом думать.
Я выпрямилась и нацепила на лицо бодрую улыбку:
– Думаешь, стоит? А как же судьба, которая помогла тебе меня встретить?
– Не понял.
– Я о том, – усмехнулась я, – что если судьба организовала нашу встречу один раз, то она обязательно сделает это снова.
С этими словами я развернулась и поспешила прочь, кляня себя последними словами за излишнюю совестливость и чрезмерное чувство справедливости. Шагов через пятьдесят мои проклятия возымели эффект, разум поддался, и я остановилась. Развернулась, готовясь вернуться назад, дать парню свой номер телефона, договориться о встрече… Только фигуры в чёрном худи на прежнем месте уже не было.
Замерев, я растерянно смотрела туда, где мы разговаривали всего минуту назад, ощущая внезапную тянущую боль в груди. Хотя с чего бы она появилась? Я же сама отказалась, верно? Тогда почему было так больно…
Ещё через минуту я со вздохом развернулась и побрела к остановке.
Спустя полчаса я входила в кафе. Настроение было поганым. Во-первых, пока разговаривала с блондином, ушёл автобус, и его пришлось дожидаться целых двадцать минут. А во-вторых, злилась на Олега, который почему-то не мог найти кафе в центре города или хотя бы возле метро. Тогда бы мне по крайней мере не пришлось ждать автобус.
Но на самом деле, я была зла совсем на другое. На себя за то, что сразу не дала номер. На незнакомого блондина за то, что не подождал. И снова на себя, за то, что вообще переживаю из-за сорвавшегося знакомства с совершенно чужим человеком. И за то, что с момента нашей встречи кручу на повторе всё ту же песню. Как будто ожидаю, что он снова подойдёт и угадает…
Остановившись в дверях, я сердито тряхнула головой, обрывая ненужные мысли, и решительно спрятала наушники. Не до этого сейчас. На данный момент меня ждала встреча с Олегом в синем свитере.
Я обвела взглядом зал, высматривая мужчин в одежде нужного цвета, и лишь со второго раза заметила в дальнем углу синюю кофту с капюшоном. Конечно, худи не свитер, но других кандидатов на роль Олега видно не было, поэтому я предположила, что мужчина просто мог не разбираться в названиях одежды и направилась к столику. «Перспективный жених» сидел, отвернувшись к окну, а на столе перед ним лежала красная роза. Я закатила глаза от такой романтичности. Как же, что ещё может придумать успешный мужчина, кроме красной розы. Потом ещё и пыжится будет, мол, символ страсти и любви подарил… Что ж…
– Добрый день, – позвала я, и осеклась.
Просто он обернулся. А увидев меня, расплылся в невероятной улыбке. Потом поспешно стянул капюшон, и светлые волосы послушно легли на скулы раздвоенной чёлкой.
Кажется, я смотрела слишком долго, потому что его улыбка стала ещё шире, и он, наконец заговорил:
– Надежда?
– Олег?
Он на миг замялся, а потом согласно кивнул. Вскочил, и всё с той же завораживающей улыбкой отодвинул мой стул. Жест я оценила. Села, смущённо потупившись.
– Прости, что опоздала. Просто автобус…
– Знаю. Прости, что не подбросил. Не знал, что нам в одну сторону.
Я хмыкнула и перевела взгляд на его одежду.
– Когда ты успел переодеться? Ты же был в чёрном?
Он загадочно улыбнулся и протянул цветок.
– Не знал, какие цветы тебе нравятся, поэтому решил взять универсальный вариант. Но если ты скажешь, какие любишь…
– Лилии.
Словив очередную тёплую улыбку, я окончательно растаяла и впервые подумала, что стоит поблагодарить маму за устроенную встречу.
И тут в сознание ворвался плаксивый голос:
– Мама, её здесь нет… Ну и что, что опоздал? Ну ма-ам.
И я бы не обратила внимания, если бы говорящий по телефону полноватый мужчина в очках не был одет в синий вязаный свитер и тёмные брюки. А в руках не держал три гвоздички. Я скривилась и принялась беззвучно молиться, чтобы мои подозрения не оправдались. Блондин засёк мой взгляд, обернулся и заметно побледнел. И в этот момент мужчина в свитере разглядел меня. Скользнул взглядом по одежде, и на его лице проскользнуло узнавание. Спустя полминуты он уже стоял возле нашего столика и обращался ко мне:
– Надежда?
Я застыла. Просто сидела и смотрела на него, приоткрыв рот от изумления. Приняв моё молчание за согласие, мужчина засуетился:
– Я Олег. Мы с вами договаривались о встрече. Вот, это вам.
И он буквально втиснул мерзкие гвоздички в мои ослабевшие пальцы. Я перевела взгляд на цветы, потом на блондина. Он неотрывно следил за моей реакцией. Несколько долгих секунд мы смотрели друг другу в глаза, а потом я снова повернулась к мужчине в свитере.
– Простите, вы ошиблись. Я не Надежда.
– Но как же…
– Думаю, этот букет вам стоит подарить вашей девушке.
И с этими словами я вернула ему гвоздики. Мужчина растерянно принял цветы и отошёл на шаг. А я невозмутимо достала телефон и перевела в беззвучный режим. Через пару секунд он завибрировал, и я с чистой совестью закинула гаджет в сумку. Спустя минуту послышалось:
– Мама, она трубку не берёт… Ну мам!.. Мам, ну я не хочу жениться!
С этими словами дверь за мужчиной закрылась, а я подняла взгляд. Сидящий напротив парень смотрел пронзительными серыми глазами. И я усмехнулась.
– На эскалаторе, значит, за мной стоял?
Уголки его губ дрогнули и медленно поползли вверх.
– То есть, судьбе ты не доверяешь? – спросила я.
– Доверяю. Но тут решил подстраховаться.
– С ума сойти: ты даже переодеться успел.
Я уже едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться. Счастье бурлило внутри и готово было с минуты на минуту выплеснуться в мир. Но оставался ещё один вопрос.
– И как же тебя на самом деле зовут?
Его улыбка стала запредельной.