Они очень хотели отдохнуть от людей, побыть на природе и послушать тишину.

–Слушай, вот было бы прикольно, если бы была такая штука: очки или линзы с наушниками, включаешь их и вместо людей видишь деревья, слышишь пение птиц или там шелест листьев. – Йена мечтательно провела рукой по хвосту и стала изучать его кончик.

– Ага, вон смотри! Старый клен пошел, а вон тополь недоумок на самокате проехал. – у Элгея плохо получалось шутить, и когда получалось, он ощущал некоторое превосходство и ребячью радость одновременно. Тем более, что Йену было не так-то просто развеселить. Ее смех был для него победой.

– Аахах! Рябина на роликах! – Йена сдержанно и как-то несуразно засмеялась.

– Можешь надеть наушники прямо сейчас, – хитро улыбнулся парень с карими, почти черными, в которых не видно зрачков, глазами

– А что там, кстати, с ипотекой, ты не узнавал? Ставки не упали?

– Неа, 20%, есть военная – 16%, – Элгей приложил руку ко лбу, имитируя то, как отдают честь военные, – ну и семейная – 0,1%.

– Нам типа нужно быть семьей, чтобы платить долг до конца жизни? – недовольно скривила тонкие маленькие губы Йена.

– Семьей с ребенком. – не моргая посмотрел на нее Элгей.

– Слушай…

– Нет, спасибо, я не хочу детей.

– Да нет, я тоже не хочу… А если нам сделать ребенка, но не физически, а юридически.

– В смысле? – в этот момент ветер забавно приподнял волосы Элгея так, что он стал похож на попугая Карела, выражающего недоумение или страх с помощью поднятого хохолка и вытаращенных глаз.

– Ну в смысле вписать его в паспорт, типа у нас ребенок и взять семейную ипотеку. Семья же, ребеночек вот. – Йена сделала жест, будто качает ребенка на руках.

– А как ты его в паспорт впишешь?

– По свидетельству о рождении.

– А кто тебе его даст?

– ЗАГС.

– Не понятно.

– У меня у знакомой есть хороший знакомый врач, работает в роддоме. Может быть он бы и не отказался от подработки.

– Фиг знает… Попробуй узнать, конечно, но я фиг знает…

– А в ЗАГС-е у мамы знакомая работает. Будет мед.карта, будет и свидетельство о рождении. А с ним мы с тобой станем счастливыми родителями и купим квартиру мечты.

– С окном в ванной, ага. И с решеткой на окне.

– Ой, дурак!

– Ну узнай, конечно, но я думаю там либо сразу пошлют, либо денег надо миллион.

Они шли по коридору, по бокам которого располагались палаты, где лежали беременные женщины. Кто-то из них спал, кто-то возбужденно разговаривал по телефону, сообщая о своем самочуствии и желаниях съесть что-то, кто-то искал врача, а иные – просто ходили по коридору, придерживая себя за живот.

Минут через 5 вернулся Вагтрах Вашотович. Он шел рядом с официанткой, что несла поднос с тремя зелеными коктейлями в мартинках. Доктор был очень доволен и слегка то ли прихрамывал, то ли пританцовывал.

– Что ж, друзья мои! Давайте выпьем за знакомство! – поднял бокал зав.отделением.

Йена наклонила голову вправо, отчего ее хвост тоже ушел направо, дождалась, когда Элгей возьмет бокал и подаст ей, чекнулась со всеми и пригубила зеленый коктейль.

– Так, вы у нас тут мамаша? – спросил старший лейтенант милиции, сидящий за столом в кабинете, куда ее и еще несколько человек завел полицейский, что сопровождал их.

– Я мать грудного ребенка, мне домой кормить его надо.

– Что вы делали на Тверской сегодня с 19:00 до 21:00?

– Я здесь живу. Шла мимо.

– А как вы оказались в толпе?

– Мы зашли в бар, вышли и пошли домой, а нас как каких-то преступников скрутили и отправили сюда.

– Вы шли в толпе людей, нарушающих общественный порядок.

– Я шла домой к ребенку. В толпе у меня кто-то вытащил его медицинскую карту.

– Карту, говорите…

– А зачем вы ее взяли с собой?

– Чтобы прикрепить его к поликлинике. Он родился неделю назад.

– Так вы, стало быть, шли в поликлинику? А как же вы оказались в баре?

– Нам не хватило документов для прикрепления. На обратном пути мы зашли выпить чая в бар. Ждали там официантку 30 минут, не дождались, вышли на улицу, чтобы пойти домой, попали в толпу, карту выронили…

– Понятно, – полицейский стучал зажигалкой по столу.

– А почему именно в бар? Ни в кафе, ни куда-то еще.

– Он был ближе, муж хотел зайти туда.

– Муж? А где ваш муж?

– Он в коридоре сидит.

– Позовите мужа!

– Пожалуйста, документы. – указала на стол сотрудница ЗАГСа. На ее бейджике блестела надпись «Разводова Уза Олеговна».

Йена положила на стол все документы.

– Минуту, – Уза Олеговна просмотрела все документы, собрала их в стопку и отнесла своей коллеге, что сидела по соседству за перегородкой.

Элгей и Йена занервничали. «Неужели не выйдет?» – думала Йена.

– Щас они по базе пробьют, Вагтрах Вашотович напртачил и мы вернемся обратно за решетку. – шептал ей Элгей.

– Не неси чушь! У нас все оформлено как надо.

Уза Олеговна посовещалась с коллегой и вернулась без документов:

– Свидетельство о браке у вас с собой?

– Да-да, вот, пожалуйста, – суетливо и быстро протянула документ Йена.

– Благодарю. Ожидайте.

Его стол был из спила старого дуба – кусок толстого ствола с виднеющимися кольцами был залит эпоксидной прозрачной смолой, ножки были из окрашенного в черный кованого металла. Стол стоял вплотную к стене сбоку у второго окна в гостинной.

Элгей нашел приложение, загрузил в него свое и фото Йены и получил фото розовощекого младенца. Все младенцы выглядят примерно одинаково. Так что тут вопросов у них не возникло. Они купили платную версию программы, позволяющую им делать таких нейростеный детей взрослыми.

Наделали кучу фотографий до 18-летнего возраста, некоторые выгрузили в png, чтобы легче потом можно было наложить на семейные снимки.

Йена болтала ногой, держа себя за хвост.

– А что, если мы тебя загримируем и отправим как будто ты и есть Рюрик?

– Мне 38 лет, а ему 14. Разница не великовата?

– Да кто заметит? Может у Рюрика была тяжелая жизнь и потом… вы так похожи, а у меня есть знакомая, которая делает профессиональный грим для актеров. Закрасит тебя так, что родная мать не узнает.

– Блин, идиотизм…

Йена грозно посмотрела исподлобья на Элгея.

– Ну класс… может, мне за него еще в армию сходить?

– На медосмотр. Это идея. И платить не придется.

– Ага, а служить ты меня тоже отправишь?

– Успокойся, все нормально будет. Я сейчас позвоню гримерше, получишь паспорт. А насчет армии подумаем. Можно же по контракту.

– Ты меня решила в горячую точку отправить???

– Спокойно. Мы же хотели домик за городом? Посмотри, сколько за службу по контракту платят?

– Ты решила избавиться от меня?

– Смотри, за службу в горячих точках – 200 рубинштейнов в месяц… за инвалидность 1500 рубинштейнов единовременно. За потерю… семья погибших получает единовременную выплату 7000 рубинштейнов. Нам хватит на дом за городом. Подумай.

– Ты реально хочешь, чтобы я пошел служить и меня убили?

– Нет, ты что. Я хочу, чтобы наш сын получил паспорт и отдал долг родине, а мы имели возможность ездить за город в свой дом отдыхать.

– Ладно, манипуляторша… Звони своей гримерше. За паспортом я схожу, но в военкомат сама пойдешь.

Высокий парень с зелеными глазами,молодым, слегка прыщавым лицом в парике, который он как будто стащил у бабушки, что сидела на лавке в соседнем дворе, неуверенно пошел со своей мамой в сторону окна номер 33.

Они припарковались у дома на Тверской, где когда-то снимали квартиру. Там до сих пор жили их знакомые, которые открывали для них ворота, чтобы те могли припарковать свою машину.

Йена с Элгеем обошли все Патриаршие, там же прошлись мимо дома Гурченко. В ее окне странно мигал свет. Они обошли все свои когда-то любимые переулки: Брюсов, Богословский, Трехпрудный… А обратно решили пойти по Тверской, свернув в сад Английского клуба, где сейчас Музей современной истории, выйти из него и оттуда уже зайти за машиной.

Он открыл ноут, ввел пароль, сдержанно улыбнулся.

– Что ж, все в порядке, спасибо.

– И это все?

– Да. А вы что-то хотели? – оторвал взгляд от монитора Пронька.

– Вообще-то у меня есть небольшая просьба…

– Вы же понимаете…

– Да-да, я все понимаю, не волнуйтесь. В зоне вашей ответственности находятся военкоматы и распределение призывников, верно?

– Даже не думайте, я ни за что не нарушу закон! Если вы хотите получить военный билет или отсрочку, я немедленно вызову охрану и…

– Нет-нет, наоборот.

– Что это значит?

– Я хочу отдать сына в армию. По контракту. В горячую точку.

– Похвально, но тут я вам и не нужен. Пожалуйста, пусть он идет в военкомат и оформляется. Не вижу здесь проблемы.

– Да, но понимаете, он всю жизнь мечтал… Но сейчас он в другой стране и через неделю у него день рождения, хотела сделать ему подарок и сказать, что он принят на службу по контракту. Была бы вам очень признательна, если бы получилось все это устроить без его присутствия.

В этот момент раздался звонок в дверь.

– Ты кого-то ждешь? – спросил Элгей, тряся часы.

– Нет. А ты?

– И я нет. Ну соседи наверно. Больше никто не может так через охрану и домофон пройти в подъезд.

– Наверно. Откроешь?