Он вышел на балкон, облокотился о перила и стал смотреть, как по улице бегут груженные прессованной соломой машины. А на балконе соседнего дома толстяк в тренировочном костюме, выпятив благоприобретенный животик, делал ритмичные взмахи руками и приседал. Этажом ниже целовалась какая-то парочка.

Ветер принес запах свежеиспеченного хлеба…

Минут через пять он вздохнул и ушел с балкона в комнату. Включив телевизор погромче, сел на диван и открыл книгу. Попробовал читать, но почти тотчас же швырнул томик на стол. Передача тоже была неинтересная. Он лег на спину и стал рассматривать потолок, выискивая самую длинную трещину, внимательно изучая каждый отставший кусок штукатурки. Потом переместил свое внимание на холодильник с открытой дверцей. Возле него набежала лужица талой воды.

Встал с дивана, подошел к окну, выглянул. Ничего нового.

Жить дальше было невозможно. Хотелось покончить с собой, а лучше с кем-нибудь другим…

И тогда он проснулся, с трудом, словно сквозь толщу воды выдираясь из этого кошмара. Сел, огляделся, чувствуя величайшее облегчение, радостно вздохнул и пошел в ванную. Там он умылся чистым аммиаком, вышел на балкон и долго наблюдал, как синее солнце спускается к горизонту, а глупые массы героически стараются вывернуться наизнанку, используя четвертое измерение.

Зазвенели часы. Пора.

Уходя с балкона, он подумал: как хорошо, что все оказалось лишь сном.

Жить наяву в таком мире было бы невыносимо. Да к тому же в обличье человека. Ужас!

Остановившись на этой мысли, он сунул два пальца в розетку и стал заряжать подсевшие аккумуляторы.