Будильник сработал в семь, я вскочил с кровати, включил комп и немедленно вышел в Сеть. Удовольствие длилось недолго. Почти сразу же на экране появилось:
CRACKERS/BUDDYBOO/8ER
Я тут же отключился. Черт! Рэйно, как всегда, вышел на связь раньше меня, а это сообщение означало, что кто-то еще проник в нашу Сеть. Это пахло большими неприятностями! Ничего поделать я уже не мог, поэтому натянул свой свитер, причесался и сбежал вниз.
Я проскользнул в кухню как раз когда мать с отцом завтракали.
— Доброе утро, Микки! — улыбнулась мама. — Ты этой ночью снова так засиделся, я даже не ожидала увидеть тебя в такую рань.
— Программа упрямая попалась, — ответил я.
— Что ж, — сказала она, — садись и позавтракай как следует. — Она повернулась, вытащила из микроволновки несколько булочек и выложила их на стол.
— Если бы ты делал домашние задания вовремя, то не пришлось бы сидеть ночами, — проворчал отец, не отpываясь от тостов и утpенней чашки кофе.
Я налил в стакан немного сока и осушил его, кинул в рот булочку и собрался уходить.
— Что? — спросила мама. — Это весь твой завтрак?
— Некогда, — сказал я. — Надо в школу пораньше успеть, опробовать программу.
Отец что-то еще ворчал, да и мама пыталась его успокоить, но я этого из-за двери уже толком не слышал.
Я сел в транс в сторону школы, просто на случай, если вдруг они следят за мной. Через два квартала я соскочил с него и пересел во встречный, а еще через пару пересадок влетел в Забегаловку Бадди. Рэйно сидел в нашей кабинке и пялился в свою чашку с кофе. Уже без пяти восемь, я опередил Джорджи и Лизу.
— Что в Сети? — спросил я, падая на стул напротив Рэйно. Он лишь взглянул на меня исподлобья, и переспрашивать его мне сразу расхотелось.
В восемь появилась Лиза. Это девушка Рэйно, ну по крайней мере она считает себя таковой. Ясное дело: Рэйно семнадцать, на два года старше любого из нас, он носит косуху и прическу гpебнем (отец чуть с ума не сошел, когда я как-то сказал, что мечтаю о такой же), и настолько хладнокровен, что к Лизе не прикасается, даже когда она умоляет об этом. Она шлепнулась в кресло рядом с Рэйно, а он и глазом не моргнул.
В пять минут девятого Джорджи все еще не появился. Рэйно снова поглядел на часы и наконец-то оторвал взгляд от чашки.
— Компилятор взломан, — сказал он.
Мы с Лизой хором выругались. Мы разработали собственный маленький код для того, чтобы спрятать нашу Сеть от чужаков. Я имею в виду, что наши старики бы совсем ошалели, узнай они только, чем мы там действительно занимаемся. А теперь кто-то вскрыл наш код.
— Старик Джорджи? — спросил я.
— Похоже на то. — Я снова выругался. Мы с Джорджи основали Сеть, связав наши терминалы кое-чем, что мы спрятали в расчетной системе его старика. Мой батя не понял бы ничего, если бы на это наткнулся. Но старик Джорджи — дотошный малый. Технарь. Он как-то уже это находил, и попытался разобрать, чтобы понять, что это такое. В тот раз мы еле-еле отбились.
— И как глубоко он влез? — спросила Лиза. Рэйно поглядел сквозь нее на дверь, куда как раз входил Джорджи.
— Вот как pаз сейчас и выясним, — ответил он.
Джорджи приблизился, улыбаясь, но увидев взгляд, которым наградил его Рэйно, сел рядом со мной так, словно кресло было заминировано.
— С добрым утром, Джорджи, — сказал Рэйно с акульей улыбкой.
— Это не я! — вскричал Джордж. — Я не говорил ему ничего!
— Тогда каким образом, черт побери, он это сделал?
— Вы же знаете как, он хитер! Он обожает загадки! — Джорджи покосился на меня, ища поддержки, — Потому я и опоздал. Он меня пытался расспросить, но я ничего не сказал ему! По-моему, он до всего еще не докопался. Он не спрашивал ничего о Сети!
Рэйно наконец откинулся на спинку кресла и с улыбкой ткнул в нас пальцем.
— Ребята, вы сами просто не знаете, как вам везет. Я был в Сети этой ночью, и заметил как кто-то, не знающий защиты, ковырялся в компиляторе Джорджи. Я кое-что исправил. Когда еще твой старикан это все раскусит…
Я облегченно вздохнул. Поняли, что я имел в виду, говоря о его хладнокровии? Рэйно всегда на шаг нас опережает!
Он стукнул кулаком по столу. — Черт побери, Джорджи, тебе надо за ним получше следить!
Потом он улыбнулся и угостил нас всех. Лиза взяла вишневой газировки, а мы с Джорджи выбрали кофе, как Рэйно. Господи, как же противна на вкус эта гадость! Чашки убрали, и Рэйно расстегнул куртку и влез за пазуху.
— А теперь, ребятки, — сказал он тихонько, — пора всерьез повеселиться. — он достал свой микротерминал. — Начнем урок!
Я никак не могу спокойно смотреть на тот микротерм. Черт побери, это прекрасно! Это Zeilemann Nova 300, но мы потратили кучу времени на его переработку, и он практически построен заново прямо от голой материнки. Скоростной, набитый битком всяким железом, со складным экраном, размером с видеокассету в сложенном виде. Я бы глаз отдал, чтобы такой заиметь. С помощью программатора старика Джорджи мы запихали в его ПЗУ кое-какие хитрые программы, так что теперь в Городской Сети не было ни одной машины, к которой он бы не смог подключиться.
Рэйно вызвал роботакси, и мы вывалились из забегаловки. Теперь транс не для нас, теперь мы поедем с шиком! Мы оплатили такси за счет одной из юридических контор, и катались по всему Истсайду.
Но вскоре созерцать улицы нам наскучило, и мы поехали в библиотеку. Мы там немало забавляемся, поскольку никто там нас не беспокоит. Да и не ходит туда никто. Мы отослали такси, все еще за счет той же конторы, в Вестсайд. Пройдя мимо охраны и библиотекарей и махнув им какой-то корочкой, мы забрались между книжных полок.
Теперь можно было бы, пользуясь карточкой, добраться до библиотечных терминалов, но это не стоит даже половины риска, если твоя карточка сляпана на скорую руку, как наши — их проверяют очень внимательно. К счастью, они постоянно переносят свои терминалы, так что по всему зданию куча подключенных в сеть розеток. Мы нашли свободную, и пока мы с Джорджи следили за обстановкой, Рэйно подсоединил свой микротерминал и вышел на связь.
— Выведи меня в Сеть, — сказал он, вручая мне терминал. Мы не храним программы для входа в Сеть, так что задачка была не из простейших. По модемным линкам я вышел из библиотечной системы в Городскую Сеть. Наши предки никогда этого не поймут. Они все еще считают компьютер просто кучей мозгов в одной коробке. Я могу сделать это из любого места, с помощью любой из сотни копий нашей программы, лишь бы они были связаны вместе. Почти каждый компьютер оборудован модемом, Городская Сеть — отличная система связи, а микротерминал Рэйно достаточно умен, чтобы сделать все чисто и быстро; нас никто даже не заметит. Я вытянул компилятор из компьютера старика Джорджи и вышел в Сеть. Затем протянул терминал обратно Рэйно.
— Что ж, давайте веселиться. Есть пожелания? — Джорджи хотел найти что-нибудь, чтобы поквитаться с отцом, а у меня созревала новая программа, но глаза Лизы засверкали, так как Рэйно протянул терминал сначала ей.
— Я хочу насолить Льюису, — сказала она.
— Господи, — не выдержал Джорджи, — ты же уже делала это на той неделе!
— Так он мне снова двойку вкатил за сочинение.
— А у меня двоек не бывает. И если бы ты читала книжки хоть раз в …
— Джорджи, — мягко прервал его Рэйно, — Лизина очередь. — Спор был улажен, и глаза Лизы ярко сияли.
Она вернулась в Городскую Сеть, и повесила на читательский билет Льюиса пару сотен просроченных книг. Затем она заказала распечатку полного текста Британники в его офисе. Очередь перешла ко мне.
Джорджи и Лиза следили за обстановкой, Рэйно смотрел мне через плечо.
— На этой неделе что-то новенькое?
— Бронирование авиабилетов. Я с отцом две недели назад ходил заказывать ему деловую поездку, и, похоже, заметил кое-что забавное. Я внимательно следил за служащим и засек его пароль.
— Ну давай, покажи, что ты можешь.
Получить доступ было как два байта переслать. Для начала я стер пару заказов, просто чтобы убедиться, что ничего не случится. Ничего. Никаких проверок, никаких паролей, никаких подтверждений.
— Ухх, — сказал я, — да тут вообще никакой защиты нет!
— А я что тебе говорил? Эти взрослые еще дурнее, чем выглядят. Джорджи? Лиза? Давайте сюда, гляньте что мы делаем!
Джорджи было очень любопытно, он рассыпался в вопросах, но Лиза выглядела просто скучающей, мусолила свою жевательную резинку и пыталась встать поближе к Рэйно. А он сказал:
— Пора переходить к делу. Ну-ка, сотри рейс.
Что я и сделал. Просто, как сохранить файл. Я лишь ткнул пару клавиш, нажал ввод, и целый самолет пропал из всех баз бронирования. То-то удивятся прибывшие в аэропорт пассажиры. Я было начал стирать все подряд, но Рэйно меня остановил.
— Может там и нет никаких проверок, но если ты сотрешь сразу много рейсов, тебя могут заметить. Смотри как надо. — Он забрал у меня терминал и набросал программку, висящую там постоянно, и стирающую все рейсы, вылетающие в седьмую минуту часа весь следующий год. — Вот так вот надо делать такие вещи, чтобы не вызвать подозрений.
— Классно, — встрял Джорджи, — Майк, ты гений! Где ты только все эти идеи берешь? — В глазах Рэйно так и скакали смешные чертики.
— Теперь моя очередь, — сказал он, выходя из авиасистемы.
— Что там в плане? — спросила его Лиза.
— Ага, точно, что стоит после ковыряния в авиарейсах… — Джорджи так и не понял, что надо бы замолкнуть.
— Джорджи! Майк! — прошипел Рэйно, — Следите за залом! — и он тихонько добавил, — Пора начинать План.
— Ты думаешь пора? — спросил я, — Рэйно, я не уверен что все готово.
— Все готово.
— Мы попадем в большие неприятности… — заныл Джорджи.
— Трус, — бросил Рэйно. Джорджи умолк.
Над Планом мы работали больше двух месяцев, но я все еще не был уверен в нем по-настоящему. Это был практически готовый условный оператор: ЕСЛИ у нас все получится, ТО мы разбогатеем, ИНАЧЕ . . . о таком ИНАЧЕ даже думать не хотелось совершенно.
Мы с Джорджи следили, а Рэйно ушел в работу с головой. Он вернулся в ГорСеть, вытащил из нашей Сети программу для взлома, и загрузил ее в Торговый Банк. Я как-то пробрался туда, но никогда не лазил по счетам; просто убедился что могу это сделать. Мои данные сидели в их системе уже около трех недель, и никто их так и не заметил. Рэйно считал особенно забавным использовать для взлома Банка их собственные компьютеры.
Пока он возился, я услышал рядом шаги и выбрался на разведку. А, это лишь какой-то старый придурок, ищет место потише, чтобы прикорнуть. К тому времени, как я вернулся, Рэйно уже закончил сборку пpогpаммы.
— Что ж, ребятки, — сказал он, — вот оно. — Он оглянулся, чтобы убедиться, что мы внимательно его слушаем, поднял повыше терминал, и стукнул по кнопке ввода. Вот и все. Я неотрывно глядел в экран, ожидая, что будет дальше. Рэйно считал, что все займет минуты полторы. План вообще-то был его идеей. Он как то услыхал о том, как ребята в Sherman Oaks почти ушли с пятью миллионами баксов, переведя их себе из банка; по глупости они не разорвали вовремя связь, и слили все пять лимонов на свои личные счета, на которых никогда не бывало больше 40 долларов. Тогда-то их и засекли. Но Рэйно крут; он очень умен. Мы не будем жадинами, мы лишь хотим перевести жалкие 50 штук. Да и подозрений особых это не вызовет, мы размажем их по законным счетам, а потом откроем на них два десятка фиктивных. Если получится.
Экран очистился, мигнул, и на нем появилось:
ПЕРЕВОД ОКОНЧЕН. ВСЕГО НАИЛУЧШЕГО.
Я было заорал, но вспомнил, что мы в библиотеке. Джорджи выглядел уже не таким испуганным. Лиза, кажется, готова была броситься Рэйно на шею. А Рэйно лишь скривил губы в полуулыбке, и быстpо начал сворачиваться.
— Все, pебятки, веселье кончилось.
— А как же моя очередь? — пробормотал Джорджи.
Рэйно вышел из всех сетей и выключил питание теpма. Он медленно повернулся и исподлобья посмотрел на Джорджи.
— В следующий pаз. — Джорджи проглотил это, да и что ему оставалось делать? Рэйно свернул микротерминал и засунул его обратно за пазуху.
Мы поймали роботакси у библиотеки и поехали в местечко, приглянувшееся для обеда Лизе. Джорджи наконец понял, как пудрить мозги такси, и следующий пассажир мог бы быть очень удивлен, но Рэйно не дал ему ничего сделать. Да и за обедом они не разговаривали.
После обеда я предложил прокатиться до Лавки Мартина. Это мое любимое место времяпрепровождения. Мартин — единственный известный мне взрослый, который на самом деле может работать за компьютером не перегревая собственные мозги, он никогда не говорит со мной как с ребенком, и никогда не приказывает не трогать что-либо. Да и вообще Мартин очень рад видеть нас всех, особенно с тех пор, как Рэйно купил Лизе на день рождения тот пакет программ для анимации за 3 штуки баксов.
Когда мы вошли, Мартин сидел за терминалом.
— О! Привет Майк! Рэйно! Лиза! Джорджи! — мы все кивали, — Рад видеть всех вас снова. Чем могу служить сегодня?
— Мы просто, поглядеть, — сказал Рэйно.
— Почему нет, глядите, за погляд не беру. — Мартин отвернулся к терминалу и нажал еще несколько клавиш, — Проклятье!
— В чем проблема? — спросила Лиза.
— Я сам — проблема, — ответил Мартин, — мне принесли пакет программ, который я якобы написал, но он выпадает и я не могу понять, что именно не в порядке.
— А что за пакет? — поинтересовался Рэйно.
— Да, это потрясающая система. Ну знаешь, все в одном, все эти будущиесуммы-в-настоящих-долларах, амортизация, налогообложение, инфляция, скидки…
— Брось ты говорить эти умные слова, — отмахнулся тот, — как там все это считается?
Мартин начал рассказывать, и Рэйно сказал мне:
— Похоже, это для тебя работенка.
Мартин вытащил свои триста фунтов сала из кресла, и на лице его было написано облегчение, когда я уселся перед терминалом. Я проверил параметры, просмотрел код программы Мартина и немного подумал. Он сделал всего несколько ошибок, мы ведь все не идеальны. Я вывел текст программы и начал вводить поверх новую прямо без подготовки.
— Ты посмотришь, что там не так? — спросил Мартин.
Я не ответил, так как был погружен в машинный код. Через десяток минут я собрал ее и прогнал тесты. Все, разумеется, работало превосходно.
— Я не могу поверить, ребята, — сказал Мартин. — Вы программируете быстрее, чем я говорю.
— Ничего особенного, — ответил я.
— Ну тебе-то может и ничего. Я знал парня, который с детства умел говорить по-арабски, так он тоже говорил, что ничего тут особенного. — Он покачал головой, дернул себя за бороду, посмотрел мне в лицо, и улыбнулся. — В любом случае, Майк, спасибо тебе огромное. Я даже не знаю как и … — он щелкнул пальцами. — Короче, когда нибудь я приберегу для тебя что нибудь эдакое, что тебя действительно заинтересует. — Он подвел меня к витрине, вытащил ее и поставил на прилавок. — Посмотpи, это последнее слово в микротерминалах. Zeilemann Starfire 600.
У меня перехватило дыхание! Через какое то время я осмелился коснутся его. Откинул дисплей, пробежался пальцами по клавиатуре, и понял, что хочу его, ужасно хочу иметь такой!
— Он очень мощный, — сказал Мартин. — Битком набит новинками.
Рэйно скептически смотрел в техописание.
— Мой 300-й все pавно быстрее, — сказал он.
— Еще бы, — ответил Мартин. — Ты же его в усмерть заапгрейдил. Но этот 600-й почти его догоняет прямо в фабричной поставке, и цена на него — 1400 долларов. Я думаю, ты не меньше 3 тысяч отдал за апгрейды своего.
— Можно я попробую? — спросил я. Мартин подключил меня к своей системе, я загрузил его и вышел на связь. Это было прекрасно! Тихо и быстро; ну, возможно, не так быстро, как машинка Рэйно, я не замечал разницы. — Рэйно, это полный улет! — я посмотрел на Мартина. — Может быть, мы заключим какую нибудь… ?
Мартин перевел взгляд на свой терминал, где сверхнавороченная программа все так же гоняла тесты без малейшей ошибки. — Я подумаю, Майк. Ты несовершеннолетний, я не могу легально устроить тебя к себе на работу. — он дернул бороду и облизнулся. — Но я нашел очень богатого клиента, и неплохо получаю за консультации, и не думаю, что будет так уж плохо, если ты… Вот что. Я может и не могу тебя нанять, но мне никто не мешает покупать написанные тобой программы. Ты будешь моим консультантом по… хмм… скажем еще семи проектам вроде этого, и тогда мы будем в расчете. Устроит тебя такой вариант?
И не успел я согласно заорать, Рэйно оттолкнул меня от Мартина. — Я покупаю ее. Давай счет, — он вынул кредитную карту из кармана свитера. Мартин отвесил челюсть. — Ну, чего же ты ждешь? Моя карта в порядке.
— Счет? Но я оставил одну для Майка, — начал было Мартин.
— Счет. Ты ничего нам не оставил.
Мартин сглотнул. — Хорошо, Рэйно. — Он взял карту и прогнал ее через проверку. — Надо же, чисто, — сказал он удивленно. Списывая с нее сумму он рассмеялся. — Я не знаю, где вы, ребятки, берете такие деньги!.
— Банки грабим, — сказал Рэйно. Мартин рассмеялся, и Рэйно, и все мы вместе с ними. Рэйно взял терминал и мы вышли из лавки. Снаружи он сразу отдал его мне.
— Рэйно, спасибо, но … я бы и сам мог договориться.
— С днем рождения, Майк.
— Рэйно, у меня день рождения в августе.
— Давай-ка начистоту. Ты ведь почти на меня работаешь.
Приближалось время окончания занятий в школе, и мы поехали к Бадди. По дороге, в такси, Джорджи взял у меня терминал, осторожно вскрыл его и изучил платы внутри.
— Можно запросто удвоить скорость модема.
— Оставь как есть, — сказал Рэйно.
Мы разошлись возле забегаловки, и я сел на транс до дома. Повезло, родители еше не пришли с работы, так что я взлетел по лестнице и спрятал Starfire в своем шкафу. Хотел бы я иметь таких крутых родителей, как у Рэйно. Они небось никогда не задают ему дурацких вопросов.
Мама появилась в обычное время и спросила, как дела в школе. Мне мало что пришлось рассказать, плита сообщила, что ужин готов, и мать стала накрывать на стол. Через пять минут пришел отец, и мы сели есть. В разгар обеда зазвонил телефон. Я подскочил к аппарату — это был старикан Джорджи, и он хотел услышать моего отца. Я передал трубку ему и навострил уши, но отец ушел в другую комнату и говорил очень тихо. Аппетит у меня пропал, да и все равно, не люблю желе. Папа недолго говорил тихо.
— Он ЧТО?! Хорошо, спасибо что сообщили! Я разберусь со всем этим немедленно! — и повесил трубку.
— Кто это был, Дэвид? — спросила мама.
— Мистер Хансен, отец Джорджи. Майк и Джорджи снова болтались с этим панком Рэйно! — он неожиданно повернулся ко мне, как раз когда я почти успел смыться за дверь. — Майкл! Ты сегодня был в школе?
Я старался говорить спокойно, но наверное желе залепило мне глотку.
— Д-да, да, был.
— Как же мистер Хансен видел тебя выходящим из городской библиотеки?
Я замялся.
— Я-я д-делал там практическую работу.
— По какому предмету? Давай, Майкл, что ты там изучал?
Слишком много вопросов. Я замолчал.
— Дэвид, — сказала мама, — не слишком ли ты спешишь? Я уверена, всему найдется хорошее объяснение.
— Марта, мистер Хансен нашел в своем компьютере что-то, что туда засунули Джорджи и Майкл. И он опасается, что они лазят в банки.
— Наш Микки? Да это просто дурные шутки.
— Ты не представляешь насколько это серьезно! Майкл Артур Харрис! Что ты делаешь целыми ночами за своим терминалом? Что за гадость была в компьютере Хансена? Отвечай! Что ты делаешь?!
Я завелся.
— Не твое дело! Не суй свой нос туда, что ты не поймешь никогда, ты, старое ископаемое!
— Отлично! Я не знаю что с вами не так, проклятые дети, но толку от разговоров не будет! — он ворвался в мою комнату. Я старался обогнать его на лестнице, но он наступил мне на руку. Мама вбежала в комнату следом за нами, как раз когда он вырвал все провода из моего терминала.
— Дэвид, — сказала мама, — тебе не кажется что ты слишком строг? Ему ведь он нужен, чтобы делать домашние задания, не так ли, Микки?
— Не заступайся за него, Марта! Я знаю, что делаю! Эту штуку я унесу в подвал, а завтра позвоню в кабельную компанию, и они обрежут эту линию! Если ему есть что делать на компьютере, он прекрасно сможет пользоваться терминалом в моем кабинете, где я буду следить за ним! — и он вышел, унося мой терминал. Я навалился на дверь и заперся. — Давай, дуйся, — донеслось с лестницы, — тебе это не поможет!
Я в ярости швырял вокруг подушки, пока не успокоился немного, а затем вынул Starfire из шкафа. Я достаточно следил за отцом через плечо в свое время, чтобы выучить его номера счетов и пароли, так что я вышел на связь и занялся делом. Через полчаса все было готово.
Я вышел на терминал отца. Он был включен и, как я и ожидал, отец просматривал школьные журналы. Отлично. Он ничего не найдет там; мы уже давно научились их править. Я влез к нему и вывел на его дисплей сообщение.
— Папа, — гласило оно, — тут кое-что поменялось.
До него доходило несколько секунд. Я подошел к двери и на всякий случай убедился, что она хорошо заперта, хотя все равно напугался немного, заслышав его топот на лестнице. Я и не знал, что он умеет так орать.
— МАЙКЛ!! — он пнул дверь. — Открывай! Немедленно!
— Нет.
— Если не откроешь ее пока я досчитаю до десяти, я ее вынесу к чертям! Раз!
— Пока ты это не сделал.
— Два!
— Позвони к себе в банк!
— Три!
— B320-5127-OlR. — это был код доступа к его счету. Пару секунд было тихо.
— Молодой человек, я не знаю что ты думаешь из этого выжать…
— Я не думаю. Все уже готово.
Поднялась мама, и спросила, — Что происходит, Дэвид?
— Заткнись, Марта! — теперь он говорил очень тихо. — Майкл, что ты сделал?
— Обставил тебя. Уничтожил тебя. Похоронил тебя заживо.
— Ты хочешь сказать, что влез в банковский компьютер и стер мой счет?
— И депозит. И заклады тоже.
— Господи…
— Он просто злится, Дэвид, — сказала мама, — Дай ему время остыть. Микки, ты ведь не делал всего этого, не так ли?
— А потом я влез в DynaRand, — продолжил я. — Стер твою работу. Твою пенсию. И на карточку к тебе тоже влез.
— Дэвид, он ведь не мог! Не мог ведь?
— Майкл! — Он ударил в дверь. — Я сверну твою тощую шею!
— Погоди! — вскричал я. — Я все скопировал перед стиранием! Можно все восстановить!
Он прекратил молотить в дверь и постарался перебороть себя, говоря спокойно. — Дай мне копии немедленно, и я все забуду.
— Не могу. Я делал копии на другие компьютеры. И я защищал файлы, и спрятал их так, чтобы никто, кроме меня, не добрался.
Тишина. Но я тут же понял, что это не совсем тишина; мама с отцом говорили, но очеть тихо. Я прислушивался как мог, но все что я понял, это слова мамы «почему бы и нет?», и отца «ну а если он не врет?»
— Хорошо, Майкл, — наконец сказал отец, — Чего ты хочешь?
Я обмер. Вот ведь задачка; чего же я хотел? Я совершенно не думал об этом до сих пор. Я, и вдруг остался без плана действий! Я хихикнул и задумался. Действительно, они ничего не могли мне дать такого, что бы я не мог добыть сам, ну или с помощью Рэйно. Рэйно! Я хочу связаться с ним, вот что я хочу. Ведь я все это провернул без него!
Я решил, что наверное будет лучше, если мои предки не пронюхают о Starfire, так что я высказал отцу свое первое требование — вернуть мой терминал. Он потратил кучу времени, пока влез в подвал и принес его. По дороге он завернул к терминалу в кабинете и убедился, что я его действительно стер. И заметно смягчился, когда принес его обратно.
Я все время думал, но к моменту его возвращения так и не придумал ничего лучше, чем попросить оставить меня в покое и не указывать, как жить. Успешно втащив терминал в комнату я снова запер дверь, вышел в Сеть и вернул отцу его работу. Затем я попытался найти Рэйно и Джорджи, но не смог, так что оставил им сообщения. Пол-ночи я не спал и играл, просто чтобы иметь гарантию, что отец ничего не предпримет.
На следующее утро в первую очередь я вышел на связь, но ни Рэйно, ни Джорджи не показывались. Я спустился, и мы провели завтрак в полном молчании, а потом мать с отцом ушли на работу. Я прогулял школу и провел весь день, заканчивая игру и отрабатывая кое-какие хитрые программы. Ужин по возвращении родителей прошел в той же тишине, а после ужина я заметил, что Рэйно был в Сети и оставил комментарий, когда его можно будет разыскать. Я поймал его на связи около восьми, и он сказал, что Джорджи всерьез попался, и скорее всего уйдет из Сети насовсем. Я рассказал Рэйно о том, как я одурачил своего старика, но он похоже не слишком впечатлился. Сказал, что есть кое-какие задумки, и что он не сможет появиться в забегаловке, чтобы все обсудить. Так что мы расстались, и я снова сел играть, а потом все-таки уснул.
Когда я проснулся, на будильнике было 5:25, и я никак не мог понять что именно меня разбудило, пока не напряг слух. Отец снимал дверные петли!
— Папа! Прекрати, или я тебя сотру напрочь! И копий не останется!
— Попробуй, — прорычал он.
Я вылетел из кровати, включил машину, загрузился, и … о, нет. Я попробовал снова, но бесполезно, я не мог выйти на связь.
— Я обрезал твой кабель в подвале, — сказал отец.
Я скхватил Starfire из шкафа, засунул его под свитер, но не успел я подскочить к окну, как отец вместе с дверью ввалился в комнату. Следом вбежала мать, открыла мой комод, и начала швырять мои носки и белье в чемодан.
— Ты попался!, — сказал я отцу. — Я не отдам тебе твои файлы! — Он схватил меня за руку.
— Майкл, тебе надо кое-что узнать. — Он притащил меня в кабинет, и достал несколько пачек древнего бумажного хлама из стола. — Это — подтверждения. Это то, чем пользуются древние ископаемые вроде меня, которые не доверябт компьютерам. Я проверил все на работе и в банке; все что проходит через компьютеры, проверяется по бумагам. И ты не сможешь ничего поменять больше чем на сутки.
— Сутки? — Я рассмеялся. — Тогда ты все равно попался! Я по прежнему могу вынести тебя напрочь в любой день, с любого терминала ГорСети.
— Знаю.
В кабинет спустилась мама с чемоданом, вытирая глаза.
— Микки, пойми, мы любим тебя, и все это делаем для твоего же блага. — Они приволокли меня в аэропорт и сдали с рук на руки своре старых солдафонов.
Уже прошло несколько недель, и я привык к Военной Академии фон Шлаггера. Мне говорят, что я способный парень, и при условии примерного поведения мне нет причин не окончить ее через каких-то пять лет. Я, однако, очень устаю от всех этих «старичков», которые рассказывают мне, каким хорошим я стану теперь, когда нам поставили в казарме туалет.
Конечно, меня тут никто не держит, можно уходить когда угодно. До Форта Маккензи, где кончается дорога, всего триста миль.
Иногда, по ночам, когда свет гасят, я достаю свой Starfire и пробегаюсь пальцами по кнопкам. Это все, что я могу сделать, ведь ночью электричество в казармах отключают. Я лежу во мраке и думаю о Лизе, о Джорджи, о нашей Забегаловке у Бадди, и обо всем том веселом времечке, что мы проводили вместе. Но больше всего я думаю о Рэйно и о его великих планах.
Hикак не могу дождаться, когда же он вытащит меня отсюда.