Мелодия звонка раздражает мой слух, запрокидываю голову и недовольно морщусь. Какой смертник решил испортить мой единственный выходной?

Медленно, как черепаха, ползу к краю кровати, опускаю одну ногу на пушистый ковёр и блаженно улыбаюсь. Телефон перестает трещать, вот и славно. Запускаю руку в миску с чипсами и запихиваю сразу три штуки в рот.

Снова звонок, стону в голос, нужно ответить, сказать, что не слышала, не получится. Поднимаюсь с кровати и плетусь к столу. Смотрю на дисплей, Курт, закатив глаза, шумно выдыхаю.

Я милая и пушистая, милая и пушистая.

— Привет, Курт, — говорю искрящимся от радости голосом.

— Привет, Каролина, как твои дела? — отвечает напарник тем же тоном.

— Все хорошо, вот… — осматриваю свою гостиную прибывающую в полном хаосе, вокруг горы мусора и грязной одежды. — Кормлю бездомных кошек.

— Ох, нужно было позвать меня, я бы с удовольствием составил тебе компанию.

Закатываю глаза: — Ты просто так звонишь или по делу? — вырывается. Закусываю нижнюю губу, успокойся Каролина! Ты милая и пушистая. Запомни уже!

— По делу, — помедлив, произносит Курт. — Через два часа Юджин будет ждать нас в тренировочном центре.

Задумываюсь: — Но сегодня выходной.

— Да, знаю, похоже новый турнир не за горами.

Странно, обычно между турнирами проходит не меньше трёх месяцев, но после предыдущего ещё и месяца не прошло.

— Хорошо. Спасибо Курт. Пока.

Быстро сбрасываю вызов, пока парень не завёл свой тошнотворный монолог. Бедный Курт все надеется, что я стану его женой и нарожаю ему кучу деток. Мы же с ним такая прекрасная пара, оба целители, идеальная совместимость.

Представив, как потные ладошки парня касаются моей оголенной кожи, зажимаю рот руками из-за внезапного, сильного рвотного рефлекса. Фу, мотаю головой из стороны в сторону, прогоняя мерзкие мысли.

Бросаю трубку обратно на стол и с печалью смотрю на диван, усеянный подушками. Сегодняшний выходной пошёл по одному месту… Я планировала провести этот уик-энд на диване, пожирая чипсы и бездумно пялясь в телевизор, но не судьба.

Хватаю косметичку с комода и плюхаюсь обратно на диван.

Тихий голос диктора отвлекает меня от окрашивания ресниц. Дотянувшись до пульта, прибавляю звук.

Диктор: — Девятнадцатилетний кукловод Зуйков Айрат напал на двоих охранников в отделение местного банка. Заставил их направить друг на друга служебное оружие и одновременно выстрелить в голову.

На экране появляется лицо молодого парня с бешеным оскалом, в его глазах нет страха и жалости, одна лишь жажда.

Вздыхаю: — Бедолага.

Наш мир прекрасен, но в нем есть одна очень неприятная зараза — кукловоды.

На нашей планете, Каям, обитают обычные люди и маги в соотношение один к одному.

Маги в свою очередь делятся на четыре категории:

Фениксы — повелители огня. Высокомерные выскочки, считающие себя лучше всех. Хотя если задуматься, так оно и есть, если бы не они, кукловоды давно бы уничтожили наш мир.

Амфибии — повелители воды. Характером полностью повторяют свою стихию, спокойные, невозмутимые, трудолюбивые педанты.

Целители — исцеление. Добрые, отзывчивые лохи. Готовы помогать всем и вся, даже ценой собственной жизни.

Кукловоды — управляют человеческим телом и разумом. Вспыльчивые одиночки, зависящие от адреналина. Зараза, от которой наш мир всеми силами пытается избавиться.

Поднявшись на ноги и убрав косметичку на свое законное место, открываю шкаф с одеждой.

Надеваю голубое платье с пышной юбкой, чуть выше колен, бежевый кардиган оверсайз и белые балетки.

Смотрю на себя в зеркало и непроизвольно морщу нос. Слишком сладко, волк в овечьей шкуре, блин. Сюда бы кожаную куртку, ботфорты выше колен и красную помаду, тогда было бы классно, а так, гадость.

Отворачиваюсь от зеркала и усаживаюсь прямо на пол в позу лотоса. Нужно настроиться на прекрасную актерскую игру. Глубоко вдыхаю через нос и тонкой струйкой выдыхаю воздух через рот.

В нашем мире маги не делятся на фракции, они могут строить отношения и вступать в брак с тем, с кем пожелают. Именно поэтому среди колдунов часто рождаются дети, обладающие сразу двумя навыками.

Чаще всего это целители, упрочняющие огням или водой, реже рождаются фениксы-кукловоды, ещё резе амфибии-кукловоды. Мне же посчастливилось родиться целителем-кукловодом, мой случай единственный в истории, по крайней мере о других я не слышала.

Представляете, что это за ядерная смесь?! Два противоположных характера столкнулись в моем теле и борется за права правления. Я вспыльчивая добрячка, готовая в любую минуту прийти на помощь своим родным и близким, но не готовая рисковать собой ради незнакомых людей. Обожаю милые вещи разбавлять сексуальными штучками, люблю флиртовать, но при этом очень смущаюсь, общаясь с противоположным полом. В общем живется мне весело, ведь сущность кукловода не принято выставлять на показ. Для всех я целитель второго уровня, слабачка, вот и приходится корчить из себя дурашку-милашку. Единственный плюс моего случая, это страх. Все целители трусы, и я не исключение. Поэтому мне и удалось дожить до двадцати восьми лет без срывов, ведь адреналин достается мне достаточно легко.

Нам кукловодам жизненно необходим адреналин, если в организме его становится недостаточно, наружу вылезает внутренний монстр и начинается месиво. Ограбления, насилие, убийства, все это кукловоды совершают ведомые своим монстром. Он видит цель и не видит препятствий по ее достижению.

Поймав внутренний дзен, поднимаюсь на ноги и натянув дежурную улыбку, отработанную годами, покидаю свой дом.

На скамейке возле многоквартирного дома, к моему большому сожалению, сидит старая соседка, живущая подо мной, Линда Павловна.

— Добрый день, Каролиночка, — приветствует меня старушка.

— Добрый день, Линда Павловна. Как ваши дела?

Противная старушка тут же начинает охать и ахать: — Плохо, Каролиночка, очень плохо. Завтра вот в больницу меня кладут. Марусечка, кошка моя, совсем одна остается, без присмотра, нехорошо это, не подохла бы, — заканчивает жаловаться Линда Павловна и с ожиданием смотрит в мою сторону.

Заставляю себя открыть рот и произнести то, что мне произносить совсем не хочется: — Я могу вам чем-нибудь помочь?

— Думаю да, — тут же оживает ушлая старушка. — Отвезешь Марусю к моей сестре?

— А может ваша кошка поживет у меня? — смотрю на экран телефона. Какая кошка? Куда ее везти? Так я точно опоздаю на собрание.

— Нет, нет, прости деточка, но Марусю я могу доверить только своей сестре, — отвечает старушка и поднявшись на ноги идет в сторону подъезда. Линда Павловна знает я последую за ней, ведь я целитель, а значит не смогу отказать бедной, пожилой даме.

Честно, если я когда-нибудь сорвусь, и мой монстр вырвется наружу, эта старушка будет первая, кого я прикончу. И нет, я совсем не злая, просто Линда Павловна обожает меня эксплуатировать. Первые два раза я была рада ей помочь, мне было не сложно, но это уже переходит все границы. Полы ей помой, в магазин сходи, денег одолжи, теперь вот нужно кошку везти хрен знает куда. И ведь блин не откажешь, нельзя, приходится плотнее сжать челюсти и топать обратно в подъезд.

Сидя в машине, забиваю в навигатор полученный от Линды Павловны адрес и понимаю, что ее сестра живет на другом конце города. До пункта назначения сорок минут, а до собрания час, как ни крути, но я опоздаю. Юджин меня убьет или того хуже, уволит.

Отправляю Курту сообщение с коротким описанием сложившейся ситуации и получаю мгновенный ответ. Парень хвалит меня, говорит, чтобы я не переживала и не торопилась. Это конечно очень мило с его стороны. Только вот сдается мне, что остальные члены команды его не поддержат и меня ждет хорошая публичная трепка.

Преодолев чуть больше половины пути, мой мобильник начинает пищать, сообщая мне о входящем вызове. Дергаюсь, наверное, это Юджин, сейчас начнется…Принимаю звонок, не глядя на экран смартфона.

— Слушаю, — говорю еле слышно, а вот и страх, класс, хоть какой-то плюс от этой поездки. Адреналина от подобных мелких происшествий вырабатывается крайне мало. Будто, посреди изнурительной диеты позволяешь себе маленькую дольку шоколада, мелочь, но приятно.

— Каролиночка. Привет, — слышится знакомый голос.

Я тут же расслабляюсь и впервые за сегодняшний день искренне улыбаюсь: — Привет, дедушка.

— Я забрал твой мотоцикл из сервиса, все готово к твоему приезду.

— Ох, боюсь я не смогу приехать в эти выходные.

— Это еще почему? — голос дедушки тут же меняется, становится строгим.

— Сегодня собрание команды, для целителей, в том числе, а это значит лишь одно…

— Турнир, — заканчивает за меня дедушка.

— Турнир.

Дедушка печально вздыхает: — Перезвони после собрания, может причина в общем сборе совершенно другая.

— Да, конечно, — отвечаю и попрощавшись отключаю вызов.

Мой отец-амфибия, а мать-целитель, с самого рождения родители спорили чей же дар я унаследую. И вот на пятом году жизни упав с велосипеда и поцарапал коленку, я исцелила саму себя. Моя мама была на седьмом небе от счастья, а папа не оставил надежду и всячески стал меня тренировать, надеясь, что в скором времени во мне проснётся магия воды.

Когда мне было семь, во время очередной тренировки, мама не выдержала, попросила отца смириться и оставить меня в покое. Был страшный скандал.

Тогда сидя за столом и слушая громкие обвинения родителей в адрес друг друга, я очень сильно разозлилась. Злилась на себя, за то, что не могу дать папе то, что он хочет. Злилась на родителей за то, что они ругаются. Я злилась на весь мир.

Не выдержав громких криков, я зажмурилась, и мысленно приказала родителям замолчать и сесть за стол. Отец с матерью сначала выполнили мой немой приказ, затем очень сильно испугались, а позже все поняли.

У родителей не было в роду кукловодов, по крайней мере нам о таковых не известно, мое происхождение стало для всех загадкой. У нас даже брали тест ДНК, чтобы подтвердить родство, результат оказался положительным, вероятность девяносто девять и девять процентов.

Когда о моем даре узнал дедушка, он очень сильно расстроился и даже плакал. Не удивительно, ведь дедушка-феникс (маг огня), всю жизнь проработавший надзирателем в тюрьме для кукловодов. В тот день держа меня на своих коленях и глядя в мои глаза, дедушка пообещал обеспечить для меня нормальную жизнь несмотря на мою особенность.

Я переехала к дедушке в загородный дом, перешла на домашнее обучение. Каждый день училась контролировать свой гнев и отыгрывать роль милашки-дурашки. Дедушка построил для меня огромный полигон и научил стрелять. Тяжесть пистолета, свист пуль и запах пороха, несколько лет обеспечивали меня адреналином, но со временем стрельба приелась и потребовалась замена. Тогда дедушка купил мне мой первый мотоцикл. Скорость, вот настоящий наркотик, она до сих пор меня бодрит и питает внутреннего монстра. Жаль только, что в городе я не могу ездить так как мне необходимо для поддержания внутреннего баланса. Если меня неожиданно тормознёт гаишник и узнает, что я целитель, у него возникнет множество вопросов. Ведь я же хорошая девочка. Живу по правилам, не высовываюсь.

Когда мне исполнилось восемнадцать, пришлось вернуться в город. Все целители должны закончить медицинскую академию, и я не исключение.

Каждые выходные я возвращалась в загородный дом и пополняла свой резерв до предела на будущую неделю. Так продолжалось два года, пока однажды нашей группе не назначили внезапную практику на выходные из-за которой, я впервые не смогла вернуться домой и получить свою порцию адреналина.

Пришлось в срочном порядке искать альтернативу. Двадцатилетняя я ничего умнее не придумала, как пойти гулять в самый неблагополучный район города, ночью. Страшно было первые десять минут, потом я поняла, что все абсолютно не так, как рассказывали мои одногруппники. Да, темно, да, много пьяных людей, но не более.

Расстроенная, что ничего не вышло, я сунулась в местный клуб. В котором по счастливой случайности проводились бои без правил.

На ринге творилось настоящее месиво. Два огромных мужика всеми силами пытались убить друг друга. Крики, мат, звук поломанных костей и кровь, все это дало мне то, что было так необходимо.

Моя сущность целителя, страдала. Я невольно переживала за жизни бойцов и благодаря этому сущность кукловода хорошенько напиталась.

Там стоя у ринга, обеспокоенная и одновременно с тем безумно счастливая, я встретила его. Незнакомца, которому отдала свою невинность, прямо там в подсобке ночного клуба. И пускай секс забрал часть моего адреналина, преобразовав его в эндорфин, я все равно осталась в огромном плюсе. Жестокая схватка бойцов, кровь, спонтанный секс, все это настолько напитало моего внутреннего монстра, что я потом еще месяц ходила сытая и довольная.

С тех самых пор, когда мне срочно нужно пополнить запасы адреналина и нет времени на поездку в дом дедушки, я пользуюсь этим грязным методом. Ощущения на утро так себе, ведь секс с незнакомцами, это не повод для гордости, но он неплохо стимулирует выработке адреналина.

— До конца маршрута осталось три минуты, — вырывает меня из раздумий голос навигатора.

Наконец-то! Перевожу взгляд на переноску и фыркаю. Если я лишусь работы из-за кошки, моему самообложению точно придет конец.

В тренировочный центр я неслась как сумасшедшая, парочку раз даже превысила скоростной режим.

На последнем издыхание поднимаюсь на четвертый этаж и распахнув входную дверь тут же произношу дрожащим от нехватки воздуха голосом:

— Простите за опоздание, я не думала, что так получится.

Нахожу взглядом Юджина и тут же сглатываю. Мужчина в ярости, еще бы, я опоздала почти на час, такая наглость неприемлема, тем более от такой, как я.

— Какого черта, ты себе позволяешь?! — рычит на меня капитан команды.

— Прости, я просто…

— Мне плевать! Если я сказал всем быть в тренировочном центре через два часа, значит все должны быть здесь!

— Прости, такого больше не повторится, — отвечаю, опустив голову.

Юджин поднимается на ноги и подходит ко мне вплотную. Хватает мой подбородок двумя пальцами и поднимает мою голову вверх.

— Ты попала в команду по просьбе Льва Максимовича. Я очень благодарен твоему деду за все что он для меня сделал, но, если будешь продолжать наглеть, вылетишь отсюда, как пробка. Ясно?! — орет на меня огромная скала мышц.

Юджин, капитан нашей команды, огромный, суровый феникс пятого уровня. Единственный в нашей команде кого я по-настоящему боюсь, без притворства. Он же может прибить меня одним ударом, особенно в порыве гнева, а злится Юджин постоянно, он же маг огня. Они, как и кукловоды довольно вспыльчивы, но в отличие от нас не теряют рассудок, а направляют свою ярость в правильное русло, то есть в поимку и уничтожение кукловодов.

— Ясно.

Мужчина отбрасывает мое лицо в сторону и возвращается на свое место во главе стола. Следую за ним и занимаю единственный свободный стул рядом с Куртом, который тут же хватает меня за руку и начинает ее поглаживать.

— Оставшиеся три дня мы будем пахать, как проклятые. Турниры просто так не переносят, а значит на кону что-то грандиозное, нужно быть готовыми, — серьезным тоном произносит Юджин. — Нам всем необходимо продумать новые засады и неожиданные комбинации ударов. Итан, я запрещаю тебе все эти дни использовать свою магию, твоя задача научиться контролировать себя.

— Но… — пытается возмутиться Итан.

— Никаких, но! Тебе напомнить, как ты в прошлый раз подставил Оса?!

— Нет, я помню, — сквозь зубы говорит мужчина.

Смотрю на него из-под опущенных ресниц и мысленно ликую. Итан-феникс третьего уровня и второй в моем списке, кого я убью если вдруг однажды сорвусь. Ненавижу его всеми флюидами своей души, с самого моего первого дня пребывания в команде, Итан пытается затащить меня к себе в койку. Просто поразвлечься и убедиться, что все целители в постели, как бревно. Он даже не скрывал этого и открыто мне высказывал свои мотивы, а я в ответ лишь краснела и всячески избегала парня.

— Каролина, твоя задача научить Курта быстро бегать, а то вечно не дождешься, — молча киваю. — Ну все за работу!

Юджин поднимается на ноги, а вслед за ним и остальные ребята. Всего нас в команде восемь человек, как и в любой другой команде участвующих в «Борьбе магов».

Три феникса — один пятого уровня, остальные третьего.

Три амфибии — один пятого уровня, остальные третьего.

И два целителя.

Фениксы и амфибии двух команд одновременно со свистком заходят в лабиринт с противоположных сторон. И в течение часа пытаются выбить друг друга из игры, прямо как в пейнтболе, только вместо шариков с краской у участников игры своя собственная магия. Мы же, целители, остаёмся за пределами лабиринта до тех пор, пока один из участников нашей команды не даст сигнал залпом красных или синих искр в небо. После получения сигнала, мы с Куртом со всех ног несёмся в лабиринт к раненому товарищу.

После того, как хотя бы один из целителей заходит в лабиринт, охота уже переключается с магов огня и воды на нас. Достаточно одной царапины, чтобы выбить целителя из игры, а дальше дело за малым. Фениксы и амфибии не смогут лечиться без своих целителей, а значит при малейшем ранение, выбывают из игры.

— Как успехи Каролина? — спрашивает меня подошедший к нам Оса.

Смотрю на бегущего Курта и со вздохом отвечаю: — Никак, это безнадежно.

Мужчина хмыкает: — Очень странно, что ты не унаследовала магию своего отца. Для целителя ты слишком часто говоришь правду, даже тогда, когда это может кого-то ранить.

Отвешиваю себе мысленный подзатыльник, это надо же было такое ляпнуть. Оса — амфибия пятого уровня, самый внимательный член нашей команды, он подмечает все, каждое слово, случайные движения и малейшие изменения вокруг себя, с ним нужно быть крайне осторожной.

Пожимаю плечами: — Курт не может бежать быстрее, как бы не старался.

— А ты замотивирую его ускориться, — подмигивает Оса.

— Что? — непонимающе смотрю на мужчину.

— Курт!

Парень на последнем издыхание подбегает к нам, его одежда давно промокла от пота, а лицо покраснело настолько сильно, что мне кажется на нем уже можно яичницу жарить.

— Курт, у нас к тебе заманчивое предложение, — говорит Оса с улыбкой. — Если твое время уменьшится хотя бы на двадцать секунд, Каролина сходит с тобой на свидание.

Выпучиваю глаза на затейника, который так круто решил меня подставить, это свидание станет для меня фатальным, я же не выдержу, просто не смогу.

— Что? Эт…о пр..р.авда Каролина? — задыхаясь спрашивает Курт.

— Я… — нервно улыбаюсь, пытаясь найти подходящий путь отступления.

— Я согласен, дайте мне пять минут отдохнуть, и я все сделаю, — с горящими глазами говорил Курт и отходит в сторону.

— Зачем? — рычу на Оса.

— Ой, да ладно тебе, парень пять лет к тебе клинья подбивает, а ты все не хочу, не буду. Вы же оба, целители, идеальная совместимость, разве нет?

— А вдруг я пошла в свою мать и больше люблю амфибий или фениксов?

— Каролина, это всего лишь свидание, я же не говорю выходить за него замуж, чего так нервничать? Не понимаю, — мужчина пожимает плечами и убегает в лабиринт, хитрюга, смылся.

Оборачиваюсь в сторону где сейчас разминается Курт и прикрываю глаза, этого мне еще не хватало.

Шесть лет назад, когда я закончила обучение в медицинской академии, я, как и большинство целителей устроилась на работу в городскую больницу.

Первые два дня меня все устраивало, а потом пришел он, шестнадцатилетний парнишка, который не захотел платить за оказанные ему услуги.

Покинув мой кабинет, он устроил настоящее представление с соплями, слезами, слюнями и прочими прелестями сопровождающих истерику. Парень кричал, что ему сделали больно, что я ужасный специалист и что он будет жаловаться в мэрию города.

Все его слова были наглой ложью, простой перелом, я справилась великолепно, действовала аккуратно, следовала инструкции. Пока парень бился в истерики, все что мне оставалось, это стоять рядом и опустив голову уговаривать себя терпеть ложные обвинения.

Скандал закончился ничем, с наглеца не взяли денег, зато их вычли из моей зарплаты. А вечером того же дня я узнала, что подобные случаи не редкость. Большинство людей нашего мира принимают целителей такими какие мы есть, но есть и те кто просто обожает пользоваться нашей добротой и безотказностью. Мне посоветовали смириться и забыть, но я не могла. Я была в ярости, внутренний монстр просился на свободу.

Пришлось срочно ехать к дедушке, пересаживаться на мотоцикл и гнать на полной скорости по горной дороге до самой вершины. В тот день я могла погибнуть много раз, мне нужно было так много адреналина, что я готова была рисковать собой.

Утром, когда я вернулась домой, дедушка попросил меня уволиться, сказал, что еще один мой срыв он просто не переживет, да и я тоже.

Я сделала так, как просил дедушка, ушла из больницы, а уже через неделю познакомилась с ребятами из команды. Еще через месяц начала замечать постоянный взгляд Курта на себе, а еще через полгода парень решил действовать. И никакие аргументы, что мы не можем быть вместе, на него не действуют, вот уже пять лет, прет как танк, напролом.

Выбегаю из тренировочного центра, как ошпаренная, я знала, что так будет. Курт не просто пробежал стометровку быстрее, он уменьшил свое время практически в два раза, уму непостижимо, как такое вообще возможно.

«Пролетел на крыльях любви» тут же в голове возникает реплика Оса, фыркаю, тоже мне мотиватор.

— Каролина, — взволнованный голос Курта слышится за моей спиной.

Черт! Не глядя, запускаю руку в свою сумочку и отчаянно ворошу все внутри в попытке отыскать ключи от машины.

— Каролина, ты куда так быстро убежала? — спрашивает подошедший ко мне парень.

— Я? Эм…Мне срочно нужно домой, помочь маме с ужином.

— Но ты же одна живешь, — непонимающе хлопает глазками Курт.

— Верно, но по четвергам у нас семейный ужин, — придумываю на ходу. Наконец-то натыкаюсь на связку ключей ладонью и выуживаю ее из сумки.

— Ого, какая интересная традиция, — произносит парень задумчиво. Боюсь даже представить, что он успел себе уже напридумывать в своей голове, наверное, там уже и дом, и дети и собака по кличке Пушок.

— Придется тогда перенести бронь столика на завтра, — вздыхает.

— Бронь? Когда ты успел забронировать столик?

— Пока бежал за тобой.

Мысленно стону и добавляю Оса в свой список, кого я уничтожу при срыве.

— Послушай Курт, сейчас это все совершенно не вовремя, у нас турнир на носу, ежедневные тренировки.

Парень задумывается: — Да, наверное, ты права. Я отменю столик.

— Хорошо, — облегченно выдыхаю. — Пока.

Запрыгиваю в свой автомобиль и тут же срываюсь с места, напряжение бурлит внутри меня, грозясь вырваться наружу.

Выезжая с парковки, бросаю быстрый взгляд в зеркало заднего вида: — И как мне теперь от него избавиться?

Курт хороший парень и мне, наверное, было бы с ним комфортно жить, но вот в постели…Он явно не сможет дать то, что мне так нужно. Ванильный секс это не про меня, я люблю подчиняться властным и доминировать над слабыми. Курт не сможет мне дать ни того, ни другого.

***

Три дня усиленных тренировок, проходят незаметно. Юджин выжимает из нас все соки. Такое чувство, что мы новички, которые хотят кому-то что-то доказать.

Неизвестность пугает, никто и словом не обмолвился о призовом фонде, а значит дело не в больших деньгах, здесь что-то другое, надеюсь стоящее таких усилий.

Закинув все необходимые вещи в машину, выезжаю в отель, сегодня я буду ночевать вне дома.

Завтра первый день турнира, а значит пора подкрепиться, во время битвы лучше не рисковать, иначе можно спалиться. Там столько наблюдающих, зрители, телезрители, судья, они видят и подмечают все, каждый твой шаг, слово.

В отеле быстро принимаю ванну и переодеваюсь, смотрю на свои труды старания в зеркало и расплываюсь в счастливой улыбке, вот это я.

На мне маленькое, чёрное платье с длинными рукавами, плотно облегающее мою фигуру, а на ногах любимые ботфорты выше колен. Волосы я завила в небрежные локоны, а на лице минимум косметики, только красная помада, неизменно сопровождающая меня на охоте. Сексуальная милашка, мой любимый образ, в нем я чувствую себя собою.

Покидаю номер и с гордо поднятой головой спускаюсь на первый этаж. Я не боюсь, что меня кто-то узнает или заподозрит в чем-то из-за внезапного смена имиджа.

Люди с магами живут в мире и согласие, но мало кто занимается кровосмешением, мы слишком разные. Мы все живем в одном городе, но есть невидимая черта за которой начинаются районы, где обитают исключительно люди. В одном из таких районов я сейчас и нахожусь.

Люди, как и маги мечтают об истребление кукловодов, но при этом они боготворят нас. Обожают устраивать тематические вечеринки и притворятся нами.

Сейчас я именно на такую и направляюсь. Там я буду просто Каролиной, офисным-клерком, решившим оторваться перед началом новой рабочей недели.

Перехожу на соседнюю улицу и практически сразу пополам в необходимый мне клуб. Внутри уже довольно шумно, народу набежало достаточно много, все пьют, танцуют и что-то возбужденно обсуждают.

Забираюсь на барный стул и пальчиком подзываю к себе молодого бармена.

— С чего такой переполох? — стараюсь перекричать громкую музыку.

— Залетная пташка? Видишь клетку посередине зала, сегодня будет особенный бой, показательная порка. Тебе повезло, что ты сегодня сюда попала, счастливица.

Ничего не отвечаю, везение тут не причем, лишь предусмотрительность.

Мой первый раз состоялся именно здесь с управляющим данного клуба. После того, как возбуждение спало и мозг мужчины встал на место, он начал паниковать. Наверное, подумал, что я буду жалеть или того хуже обвинять его в насилие, ведь действовал он достаточно жестко, не спрашивал, просто взял то, что хотел.

Я спорить с ним не стала и в итоге после получасового монолога с множеством извинений, мужчина выдал мне vip-карту, которой я пользуюсь и по сей день.

— Кровавую Мери, будьте так любезны, — говорю с плотоядной улыбкой и бросаю vip-карточку на стол.

Глаза новенького бармена тут же расширяются от удивления. Он быстро начинает шевелить своими тонкими ручками и замешивать для меня мой любимый коктейль.

— Почему сегодняшний бой показательный? — спрашиваю вмиг побледневшего парня.

— Один из бойцов, сам «Кукловод», это будет не бой, а избиение младенца.

— Кукловод? — теперь моя очередь удивляться.

— Да, свирепый, непобедимый боец. Он редко участвует в боях, но все его немногочисленные выступления легендарны. Двенадцать побед и не одного порождения.

Хмыкаю: — Интересно, — забираю готовый коктейль и спрыгиваю со стула.

Поднимаюсь на второй этаж, туда, откуда открывается самый лучший вид на клетку. Здесь намного меньше народу, ведь подняться сюда могут только обладатели vip-карты или люди, отвалившие за столик кругленькую сумму.

В ожидание боя, присаживаюсь за самый дальний, свободный стол и осматриваю всех присутствующих.

Ничего стоящего, одни малолетки, живущие за счет своих родителей и сорокалетние дядечки с пузом, которые никак не могут смириться с тем, что уже выросли из подобных заведений. В общих чертах, полный мрак, ни одного достойного кандидата, придется после боя, на кураже спускаться вниз и искать своего спутника на ночь там, среди потных тел.

Выпив свой коктейль и понаблюдав за тем, как двадцатилетняя красотка фальшиво смеется над несмешными шутками своего спутника, который ей в отца годится, поднимаюсь на ноги и подхожу к балкончику.

Представление начинается.

На небольшое возвышение недалеко от ринга, поднимается неизменный ведущий и начинает представлять собравшейся публике сегодняшних бойцов.

Первого я прекрасно знаю, частый гость в данном заведение, один из лучших. Обожает себя, ещё мммм….себя, и кажется ещё любит себя.

Под вторым номером, разбрасываясь эпитетами, ведущий представляет того самого «Кукловода». Под бурные аплодисменты, на ринг поднимается он, тайный незнакомец. Сильный, накаченный, переполненный тестостероном монстр.

Облизываю пересохшие вмиг губы, незнакомец немного уступает в комплекции своему противнику, но от него исходит такая опасность, что хочется тут же подергать зверя за усы.

Первый раунд, все происходит в точности так, как предвещал бармен. Это не бой, а показательное избежание, Кукловод не красуется, он просто выпускает пар за счёт своего оппонента. Ему абсолютно плевать на время, зрелищность, он просто уничтожает тело своего противника.

Будоражит, адреналин струится по моим венам рекой. Мои две сущности схлестнули шпаги и сейчас ведут невидимый бой внутри моего тела. Мне больно и хорошо, одновременно.

Звук гонга заставляет Кукловода остановиться и прекратить уничтожать красивое личико своего противника.

Незнакомец отрывает свой взгляд от еле стоящего на ногах противника и осматриваю зал, после чего резко запрокидывает голову и смотрит прямо на нас, привилегированных особ, забравших себе лучшие места.

Встречаюсь взглядом с незнакомцем и тону. В его голубых глазах столько ярости, жажды и наслаждения, ощущение, что передо мной настоящий Кукловод в самый разгар срыва, а не просто боец по прозвищу.

Незнакомец первым разрывает зрительный контакт и уходит в свой угол ринга дожидаться второго раунда, на нем нет ни единой царапанные, он даже практически не вспотел, вот это мощь.

Мотаю головой из стороны в сторону сбрасывая с себя наваждение: — Класс, — произношу с улыбкой, такого я не ожидала, думала сегодняшний бой просто разыграет мой аппетит, а в итоге я практически насытилась и готова со спокойной душой отправиться в отель, спать.

К моему большому сожалению, второй раунд заканчивается слишком быстро, еще на первых секундах Кукловод отправляет своего оппонента в накат, недовольно морщу нос, мало, мне слишком мало. Придётся спускаться и искать дополнительные приключения.

Внизу, к моему сожалению нет ни одного достойного кандидата. Опечаленная снова сажусь за барную стойку и прошу молодого парня повторить мне мой коктейль, может после второй порции алкоголя я стану не такой придирчивой и мне удастся спасти эту гребаную ночь, которая так прекрасно началась и так плачевно заканчивается.

Хриплый, властный голос заставляет отвлечься от моего коктейля.

— Хочу тебя.

Медленно поворачиваю голову в сторону говорящего и на мгновение теряюсь. Это он, тот самый боец, который пару минут назад так методично вбивал своего соперника головой в боксерский ринг. Осматриваю незнакомца с ног до головы, мужчина уже переоделся в повседневную одежду и больше не похож на машину-убийцу.

Красивый, статный, сексуальный и самое главное, чертовски опасный. Идеально.

Расплываюсь в плотоядной улыбке: — Не интересно.

Отворачиваюсь и веду обратный отсчёт:

Три…

Два…

Один…

— Я разве задавал тебе вопрос?

Расплываюсь в плотоядной улыбке и снова поворачиваюсь к незнакомцу.

— Ты так пожирала меня взглядом, что вопросы здесь лишние. Ты меня хочешь. Поэтому, давай без этих игр, каждый получит своё и разойдемся.

Хмыкаю и допив свой коктейль поднимаюсь на ноги, делаю несколько шагов в сторону выхода и оборачиваюсь. Незнакомец не двигается, стоит у бара как вкопанный и сверлит меня пристальным взглядом.

— Передумал? Чего встал? Двигай ногами, — разворачиваюсь и продолжаю свой путь с гордо поднятой головой.

Мужчина подлетает ко мне в считанные секунды и отвешивает хороший шлепок по правой ягодице.

Вздрагиваю от неожиданности и тут же расплываюсь в улыбке, вот он мой алмаз среди множества подделок.

— Не стоит мне дерзить красотка, я слишком опасен.

Смотрю на Кукловода с прищуром: — Обожаю ходить по лезвию ножа, — поднимаю ладонь и провожу острым ноготком по шее незнакомца, в том месте где так сильно отбивает ритм его сонная артерия. — И ни в чем себе не отказывать.

Пробежавшись по ночной улице, мой сегодняшний незнакомец заводит меня в тот же самый отель, в котором я и сама остановилась. Отлично.

За все время что, мы добирались до отеля и ждали лифт, мужчина не проронил ни единого слова и даже не касался меня.

Сильный, опасный, чертовски красивый ходячий сгусток тестостерона, мой внутренний кукловод был в восторге, а вот целитель в ужасе. Иногда меня пугают собственные ощущения и мысли, такое чувство, что я психически больна. Ведь нельзя думать о том, как мне повезло встретить такой шикарный экземпляр, а через пару секунду уже о том, что нужно срочно бежать, спасаться от этого опасного мужчины.

Лифт издает тихий звук, оповещая нас о прибытие, незнакомец проходит внутрь первым, а я сразу же за ним, ощущение, что мы прибыли на важные переговоры, а не…

Лифт срывается с места, а вместе с ним и мой сегодняшний спутник, мужчина рывком разворачивает меня к себе лицом и прижимает своим огромным телом к боковой стенке лифта. Ощутимо прикладываюсь спиной о холодную, металлическую поверхность, запрокидываю голову и скалюсь.

— Нравится играть в кукловода? — рычит в нескольких сантиметрах от моих губ ночной незнакомец.

— Как и тебе, боец по прозвищу «Кукловод».

— Ты, безумна, — усмехается мужчина.

— О да, адреналин наше все.

Незнакомец накрывает мои губы своими, моментально пленит. Прикрываю глаза и хватаюсь за плечи мужчины, чтобы устоять на ногах и не свалиться. Незнакомец перехватывает мои руки своей пятерней и поднимает их высоко над моей головой, теперь я в ловушке. Его вторая рука тоже не остаётся без дела, проникает под мое платье и ползет вверх по моему бедру, выше и выше пока сильные пальцы не достигают своей цели.

Теряюсь, слишком ярко, мое либидо ликует, оно в восторге от всего происходящего, и от ловушки, и от сильных пальцев на моей промежности, и от глубокого поцелуя, который напрочь лишает меня кислорода.

Я несколько раз пытаюсь перехватить инициативу в свои руки, просто из-за вредности, почему-то мне безумно нравится злить этого дикого зверя.

Очередная битва, наши языки сталкиваются в схватке, зубы куцую друг об друга, а из груди выходит весь немногочисленный кислород. Ничего не выходит, снова поражение, сегодня мне придётся быть «хорошей девочкой» и слушаться своего завоевателя.

Мужчина тяжело дыша отстраняется и смотрит на меня поглощающей синевой своих глаз.

— Сегодня, я тут власть, а ты моя пленница, — рычит прямо в мои губы и впивается зубами в нижнюю губу. Вкус крови тут же будоражит мои вкусовые рецепторы.

Черт! Зверюга! Резко отворачиваю голову в сторону, мужчина ничего подозрительного не замечает и впивается губами в мою открывшуюся шею. Лихорадочно ищу кнопку с номером этажа на которую нажал незнакомец, шестнадцать, еще четыре этажа.

Возбуждение уходит на второй план, вперед вырывается любимый страх. Этот идиот прокусил мне губу, ранка уже давно затянулась и это плохо. Стоит ему сейчас поцеловать мои губы, и он все поймет.

Проложив тропу из влажных поцелуев вдоль моей шеи, незнакомец добирается до моего лица. Отворачиваюсь в другую сторону и тут же слышу недовольный цокот над своей головой. Мужчина отпускает мои руки и болезненно хватает за подбородок.

— Мы вроде договорились, — недовольство так и сочится в тоне моего любовника.

— Договорились? Ты просто говорил, а я слушала. Не более.

— Девочка любит пожестче? Смотри не переиграй или тебе напомнить, что средняя продолжительность жизни среди кукловодов, это тридцать лет…

Что-то долго мы едем, прислушиваюсь к ощущениям и понимаю, мы стоим и никуда не двигаемся.

Вопросительно смотрю на мужчину: — У нас пентхаус?

Мужчина самодовольно скалится и прикладывает свою карточку к специальному считывателю:

— Да.

Лифтовые створки тут же послушно разъезжаются в разные стороны, мы оказывается в просторном холле.

Присвистываю: — Весь выигранный гонорар на эти хоромы спустил?

— Нет.

— Ты богат? — спрашиваю заинтересованно, а про себя гадаю, три минуты уже прошли или нет.

— Не надейся девочка, мы проведём вместе всего одну ночь, не более.

Отрываюсь от рассматривания прекрасной копии картины «Поцелуй» и поворачиваюсь к мужчине лицом.

Медленно расстегиваю змейку с боковой стороны платья и скидываю с себя ненужную тряпку. Незнакомец шумно сглатывает, не двигается, стоит на месте и пожирает меня своими потемневшими глазами. На мне сейчас чёрное, кружевное белье, ботфорты на шпильках и чулки. Выгляжу я горячо, знаю и кайфую, от себя и от реакции дикого зверя, напротив.

Раны на слизистой у простых смертных затягиваются довольно быстро, думаю уже можно расслабить свои булки и продолжить начатое. Маленький шаг, еще один и ещё. Прислоняюсь своей грудью к шёлковой рубашке незнакомца и запрокинув голову наслаждаюсь пьяным взглядом мужчины.

Медленно, не торопясь, пуговица за пуговицей расстегиваю рубашку незнакомца и облизываю его напряженные мышцы пресса.

— Рррр… — рычу, от полученного кайфа, в прошлой жизни я точно была кошкой, очень плохой, озабоченной кошкой.

Мужчина поправляет выбившуюся, блондинистую прядь моих волос и шепотом произносит: — Дикая, безрассудная малышка.

Хватает меня за талию и закидывает к себе на плечо, отвешивает хороший шлепок по моей заднице и уносит прочь. Идет уверенно, раз и мы уже в спальне:

— Часто тут бываешь? — спрашиваю, оказавшись на кровати.

— А что? Ревнуешь? — с тихим смешком интересуется незнакомец.

Ничего не отвечаю, ведь мой сегодняшний любовник уже разделся и сейчас стоит передо мной в одних боксерах, такой весь сильный, рельефный, красивый, просто мечта всех девчонок. Ему не в боях без правил нужно участвовать, а сниматься для журналов или в порно.

Незнакомец показательно играет мышцами груди на что я еле слышно шепчу:

— Обалдеть…

— Обычно после подобного, милые девочки отводят взгляд и краснеют, — разносится хриплый баритон над моей головой.

— Милые да, я нет, — продолжаю лицезреть идеальный рельеф.

— А я думаю, что ты довольно-таки милая. Мне нравится.

Смотрю на мужчину с осуждением. Говнюк, такой прекрасный момент испортил, я тут всеми силами прячу свою вторую, нежную, ранимую сущность за семью замками подсознания, а она ему нравится.

Незнакомец примирительно поднимает руки к небу и с широкой улыбкой подминает меня под себя. Теперь я не вижу его прекрасное тело, но ощущаю каждым оголенным миллиметром своей кожи.

— Ладно, не кипятись, я больше так не буду, — насмехается надо мной мужчина.

— Знаешь, я не против быть милашкой, но сейчас ты придавливаешь меня своим прекрасным телом к матрасу, а твой член упирается в мою промежность. С таким положением дел сложно оставаться хорошей девушкой.

Мужчина запрокидывает голову и громко смеётся: — Обалдеть, вот это мне повезло.

Незнакомец накрывает мои губы своими и утягивает в пучину страсти. Я больше не сопротивляюсь, не пытаюсь перехватить бразды правления, расслабляюсь и отдаюсь во власть мужчине.

***

Открываю глаза и прислушиваюсь, за стенкой над моей головой разносится шум, льющийся воды. Оборачиваюсь, в кровати я совершенно одна, похоже моему сегодняшнему незнакомцу тоже не спится, и он решил принять душ.

Воспоминания прошедшей ночи накрываю меня, во рту мгновенно разливается вкус горечи. А вот и мое любимое угрызение совести, каждый раз одно и тоже. Ночью кончаю, утром чувствую себя падшей женщиной.

Рывком поднимаюсь с кровати и начинаю одеваться. Нужно валить, пока мужчина моется, не к чему ему видеть мои ментальные терзания.

Натянув платье и взял в руки ботфорты, на цыпочках покидаю номер и прямо так, босиком спускаюсь к себе в номер.

Сдираю с себя тряпки падшей женщины и валюсь на кровать. Сна нет, я проснулась, а сейчас всего лишь четыре часа, буду завтра, как сонная муха, Юджин меня прибьёт.

Прикрываю глаза, но это не помогает, а становится лишь хуже. Я вижу его, синие глаза полные желания, сильные руки и прекрасное тело. Черт! Накрываю голову подушкой и рисую воображение милых, пушистых барашков, надеясь отвлечься от порочных мыслей, которые меня убивают.

Ничего не вышло, до самого утра я прокрутилась в постели, как юла. Горничная точно решит, что тут был страстный секс.

Приняв прохладный душ, заказываю завтрак в номер и продолжая винить себя в распутстве, уплетаю глазунью с беконом.

Входящий вызов, смотрю на экран смартфона, Курт, похоже пора возвращаться в реальный мир.

Выдыхаю и приняв звонок, приторно-сладко произношу:

— Привет, Курт.

— Привет, Каролина. А ты где?

Напрягаюсь: — Дома, завтракаю, а что?

— Почему тогда не открываешь? — печально щебечет моя заноза в зад…

— Ты что, возле моего дома? — бросаю быстрый взгляд на настенный часы, восемь часов утра: — Сегодня я ночевала у родителей.

— Понятно, скажешь адрес? Я приеду, — оживает парень.

— Зачем Курт? Что-то случилось?

— Нет, просто тренировки закончились и у нас есть свободное время до вечера. Я думал…. я подумал мы могли бы сходить на свидание.

Сжимаю ладони в кулаки и впиваясь в нежную кожу рук длинными ногтями, тут же протыкая ее.

— В восемь утра? — стараюсь говорить спокойно, наблюдая за тем, как маленькие ранки на ладони затягиваются.

— Я…

— Послушай Курт, сегодня слишком много дел, необходимо собрать вещи, перевести их в поселок для участников турнира, морально настроиться на битву… Сейчас совершенно неподходящее время для свидания.

Долгов пауза заканчивается тихим вздохом и фразой:

— Пожалуй ты права, Каролина, прости.

— До встречи Курт, — отключаю вызов и отбрасываю телефон в сторону.

Бедняга, как он вообще умудрился дожить до своих двадцати пяти лет и не попасть в какую-нибудь передрягу. Слишком наивен и добр для этого мира, идеальный представитель целителей, правильный до мозга костей. Интересно насколько моя жизнь была бы проще будь я такая же, как Курт?

Наверное, давно была бы уже замужем, воспитывала детей и готовила изысканные блюда для своих любимых.

Но нет, вселенная распорядилась иначе, подарила мне дар кукловода. И теперь вместо ужина и мужа с детишками, у меня секс с незнакомцами, скорость с запахом смерти и спектакль длиною в жизнь.

Уже подъезжая к дому, я замечаю сидящего на скамейке у подъезда, Курта. Почему он до сих пор здесь? Я же все ему объяснила.

Быстро паркуюсь и выхожу из автомобиля. Сейчас я выгляжу, как целитель Каролина, на мне белый сарафан, скрывающий колени, белые кеды и огромный красный бант удерживающей волосы.

Увидев меня, парень тут же подскакивает и с придыханием произносит: — Привет.

— Почему ты до сих пор здесь? — слишком грубо, но у меня не получается сдержаться. Настойчивость Курт меня уже порядком достала, упрямый олень.

— Я… — парень на мгновение теряется. — Я думал тебе понадобится моя помощь…

«С чего бы это?» чуть не произношу вслух, но вовремя успела себя остановить.

— Не стоило, — говорю смущено. Годы тренировок научили меня даже краснеть, когда мне это необходимо для поддержания имиджа.

— Но я уже здесь… поэтому…

Прищуриваюсь, хитро, возможно я о Курте тоже знаю не всю правду.

Удивительно, но присутствие приятеля в моей квартире действительно помогло мне в сборах. Каждый раз собираясь на турнир, я совершаю одну и ту же глупую ошибку, укладываю в чемодан маленькое, чёрное платье и туфли на шпильке, на всякий случай. И в итоге потом весь турнир хочу гульнуть, но это опасно и безрассудно, шанс попасться почти стопроцентный.

Добравшись до поселка, в котором живут все участники турнира, я натягиваю на лицо милую улыбку. Каждый раз одни и те же лица участников, которые ненавидят меня и презирают. Почему? Потому-что среди всех участников, я белая ворона, целители второго уровня не могут участвовать в турнире, только четвёртого и пятого, а я участвую. И каждый из этих напыщенных индюков считает своим долгом напомнить мне благодаря кому я здесь. Все постоянно шушукаются за моей спиной, обливают помоями с ног до головы, ведь помимо правдивых слухов про моего деда, много неприятных, лживых слов, обо мне, Юджине, и не только. Судя по тому, что я частенько слышу, я дама бойкая, со всеми перетрах…кх…

Я знаю, это просто зависть, ведь несмотря на мой низкий уровень наша команда входит в тройку лучших, во многом благодаря мне, а вернее моей способности быстро бегать и уворачиваться от потоков магии.

— Были на свидание? — спрашивает Оса, когда мы проходим с Куртом внутрь домика нашей команды.

Осуждающе смотрю на улыбающегося мужчину: — Нет.

— Нет? Курт, на тебе разве не парадная рубашка? — не отстаёт Оса.

— Парадная, но свидания не было, Каролина сегодня ночевала у родителей, поэтому мы не успели встретиться, — смущаясь, отвечает парень.

— У родителей? А синяки под глазами такие, будто ты всю ночь не спала, а очень усердно над чем-то или кем-то трудилась, — скалится Итан.

Прожигаю недовольном взглядом веселящихся мужчин, как же сильно мне хочется сейчас показать им всем средний палец и послать на три веселые буквы.

— Я…

— Отставить разговоры, — слышится за моей спиной строгий голос Юджина.

Оборачиваюсь, мужчина оставляет свой багаж в сторону и внимательно сканирует всех присутствующих: — Все уже здесь? Отлично. Тогда выдвигаемся.

— Куда? — интересуется Лев, амфибия третьего уровня.

— На арену, Гэри Хоук велел всем командам собраться. Сейчас мы узнаем, что за приз ждёт нас за победу, — с улыбкой произносит Юджин.

— Надеюсь сумма будет, как минимум в два раза выше, чем обычно, а лучше в три.

— И не надейся Итан, скорее всего кокой-то шишке из правительства захотелось развлечься, вот и перенесли турнир на более ранний срок. Хорошо будет, если сумма не изменится, а не станет меньше, — предполагает Оса.

— Отставить разговоры, как курицы раскудахтались, — недовольно бубнит Юджин.

Заняв свободные места на трибуне, осматриваюсь, но не замечаю ничего страшного, все, как всегда.

Лабиринт тот же, команды те же, ничего примечательного, похоже Оса был прав и нас собрали для показательного выступления.

Спустя десять минут, когда все команды участвующие в турнире были в сборе, на небольшую импровизированную сцену поднялся он-Гэри Хоук, самый старый судья, с самым большим уровнем магии, седьмым.

Вообще все маги делятся на пять уровней:

Первый уровень — дети, обладающие магией.

Второй уровень — маги, имеющие два дара или слабые маги.

Третий уровень — присущ большинству магов.

Четвертый и пятый уровень — сильные маги.

Уровни магии выше пятого также существуют, но такие сильные маги рождаются крайне редко, раз в десятилетия.

— Я приветствую вас мои дорогие братья и сестры, — заводит свою шарманку старикашка, каждый раз одно и то же, мы все уже наизусть знаем его слова.

— Вам всем, наверное, интересно, почему мы перенесли турнир на более ранний срок, и какой приз ждет победившую команду.

Все напрягаются и внимательно впиваются взглядами в Гэри.

— В это раз не будет денежного приза, за победу в этом турнире победившая команда получит нечто большее, чем просто деньги. Шанс стать теми, кем мы все восхищаемся. Победившая команда, — прибавляет громкости в голос старый судья. — Станет частью Парламента и будет участвовать в решение важных государственных проблем.

Зал тут же наполняется восхищенными возгласами и хлопаньем в ладоши. Это честь, в верхушку практически невозможно попасть, если ты не родился в правящей семье или не обладаешь магией шестого, седьмого уровня.

Ребята из моей команды о чём-то возбужденно переговариваются, а Юджин выглядит так будто уже одержал победу. В отличии ото всех, я продолжаю сидеть неподвижно, мне это победа совершенно точно не нужна. Моя жизнь и так в постоянной опасности, а уж если, я попаду в Парламент, меня тут же раскроют и отправят гнить в тюрьму.

— Ставки выросли дамы и господа, а значит в этот раз все будет намного сложнее и интереснее, — продолжает говорить старый судья, в зале тут же становится очень тихо: — Каждый из вас повернув голову в сторону и увидев своего соперника из чужой команды, тут же сможет назвать его имя, магию, сильные и слабые стороны. Разве так интересно соревноваться, когда на кону такой приз? Нет.

— Сейчас что-то будет, — восторженно шепчет Юджин.

— В этот раз, против всех вас будут выступать настоящие профи. Те на чьих плечах лежит безопасность нашего мира, те кто защищает нас от уничтожения кукловодами и те, кто будет с вами сидеть бок о бок в Парламенте.

На арену тут же выходит восемнадцать человек, делятся на три команды и встают чуть позади судьи.

— Высшие, — шепчет рядом сидящий Курт. — Дети правящей верхушки, сильнейшие из нас, практически все они имеют пятый уровень магии, владеют холодным оружием и кулачным боем. Нам их не победить.

— Отставить панику, — рявкает Юджин.

— Это не паника, это факт, мы по сравнению с ними дети, — не унимается Курт.

Мужчины начинают спорить друг с другом, а я в это мгновение вижу его, своего ночного незнакомца и перестаю дышать. Невозможно, моргаю несколько раз, но марок не рассеивается, я все еще его вижу.

— Курт, — зову напарника севшим голосом. Парень не реагирует, он слишком сильно увлечен спором с Юджином. — Курт!

— Что такое Каролина? — на этот раз парень откликается.

— Капитан второй команды, кто он?

— Альфред Дефо, феникс пятого уровня, но говорят, что он намного сильнее чем хочет казаться.

— Твою… — срывается с моих губ.

Я переспала с одним из сильнейших магов нашей страны. Какого он делал в той части города? Даже на наших улицах члены правящей верхушки не частые гости, а уж в части города принадлежащей людям их вообще не встретишь, тем более инкогнито.

— С завтрашнего дня начнутся турниры, победившие команды перейдут во второй тур, проигравшие выбывают из турнира, — продолжает вещать Гэри Хоук. — Сейчас же капитаны со своими командами могут подойти к высшим, познакомиться, пообщаться и попросить совета. Этот турнир был придуман не для унижения магов, а для поиска скрытых талантов. В победе заинтересованы все, так что советую вам прислушиваться к словам высших, тем более к словам капитанов, сильнейших в своих командах.

Старый судья заканчивает свою речь, прощается и быстрым шагом покидает арену, его работа выполнена.

— Пойдёмте поприветствуем наших будущих коллег по Парламенту, — произносит Юджин с гордым видом.

— Ох, что-то мне нехорошо, можно я пойду в наш домик, — говорю чистую правду.

Курт тут же хватает мою руку и сканирует меня, я чувствую, как потоки его энергии блуждаю по моим венам в поисках недугов.

— У Каролины тахикардия, пульс сто тридцать два удара в минуту, — выносит свой вердикт напарник.

— Ты боишься? — с насмешкой спрашивает Итан.

Ещё как боюсь, настолько сильно, что у моего внутреннего монстра перенасыщение адреналином, после сегодняшнего дня, еще пару месяцев можно не искать приключений на мою филейную часть.

Юджин прищуривается и внимательно осматривает меня с ног до головы: — Будет очень некрасиво с нашей стороны, если мы поприветствуем высших в неполном составе, пять минут и отправишься в дом.

— Но… — пытаюсь возразить, но мне не дают и шанса.

— Идём, я сказал, от страха ещё никто не умирал, не волнуйся.

Нервно хихикаю, похоже, я буду первой.

Поднимаюсь на ноги и иду вслед за ребятами, держусь позади, стараюсь не выделяться. Если Альфред меня сейчас увидит точно, узнает. Да, на мне нет яркого макияжа и одежда намного скромнее, но все это совершенно не скроет тот факт, что я та самая ночная незнакомка.

Все время, пока мы спускаемся с трибун и идём в сторону высших, я стараюсь не упускать из вида моего ночного незнакомца. К моему облегчению, Юджин подходит к другой команде, не той, где находится Альфред.

— Добрый день, для меня и моей команды это большая честь соревноваться с такими магами как вы, — расшаркивается Юджин.

— Не сомневаюсь, надеюсь в лабиринте вы проявите себя с самой лучшей стороны, — немного надменно проговаривает капитан команды.

— Вы Юджин, верно? — слышится сбоку звонкий женский голос. — Я Мия, амфибия. Ваша команда моя любимая.

— Спасибо, для нас это честь, — растерянно отвечает Юджин.

— Каролина? — девушка указывает на меня пальцем. — Ты невероятная, то как ты самоотверженно бросаешься на помощь своим товарищам и уворачиваешься от потоков магии, восхищает, тем более, что большинство целителей неповоротливы и медлительны, но не ты. Ты особенная.

Неловко улыбаюсь, бросая быстрый взгляд в ту сторону где только что видела Альфреда, и не нахожу его, исчез!

— Я… — произношу, сканируя помещение. — Мой отец, амфибия, а дедушка феникс, похоже именно это сказалось на моем необычном характере.

— Никогда не слышал о таком, — раздается знакомый, хриплый голос за моей спиной.

Прикрываю глаза и шумно сглатываю, мне конец.

— Альфред? Тоже знаешь эту команду? Да, вы похоже местная знаменитость, — весело произносит надменный мужчина.

— Нет, я их не знаю, — произносит мою ночной незнакомец и обходит меня со спины, встаёт напротив и сканирует ледяным взглядом с ног до головы. — А вот с ней, мы встречались.

— И, где же сын главы Парламента мог встретиться с целителем второго уровня?

— Не твоего ума дело, Дэвид.

Капитан команды, которого мы подошли поприветствовать тут же меняется в лице, дежурная улыбка сползает, а глаза наполняются лютой ненавистью. Похоже, эти двое, просто обожают друг друга.

— Так значит, это знаменитая команда…

— Принцепс, мы команда Принцепс, — отвечает Юджин, поравнявшись со мной.

Альфред снисходительно кивает на слова мужчины, заинтересованности в его холодных глаза примерно столько же сколько во мне радости от нашей неожиданной встречи.

— Желаю удачи команда Принцепс, возможно в скором времени мы с вами, все вместе будем сидеть за одним столом.

— Я уверен, что именно так и будет, уж мы постараемся, — гордо произносит Юджин.

Мой ночной незнакомец переводит свой взгляд на дрожащую меня и с улыбкой произносит: — До встречи ненасытная дикарка, — миленько подмигивает и развернувшись, уходит.

Прикрываю глаза, в голове отборный мат и ни одной разумной мысли. Как мне теперь выкручиваться из сложившейся ситуации? Особенно после последних слов? Говорить правду? Навряд ли, в неё поверят больше чем в любую придуманную ложь.

— Кажется я знаю, как познакомились эти двое, вернее знаю в какой плоскости, — хохочет Итан.

— Замолчи, я уверен позже Каролина все нам объяснит, но сейчас не то место и, не то время, чтобы освещать личную жизнь нашего целителя, — шипит Юджин на Итана.

Капитан нашей команды разворачивается на сто восемьдесят градусов и следует к третьей команде высших, чтобы поприветствовать наших противников. Ведь судя по таблице, через три дня именно с ними мы будем сражаться за право попасть в Парламент.

Все наши ребята беспрекословно следуют за Юджином, бросаю быстрый взгляд на всех членов своей команды и понимаю, мне конец.

Пока мы, как маленькие дети хвостиком бегаем за Юджином и обрастаем новыми знакомыми, я в своей голове пытаюсь придумать правдоподобную историю нашего знакомства с Альфредом, но ничего не выходит, все варианты даже в моих мыслях звучат бредово. Я сама себе не верю, что уж говорить о других.

— Юджин, можно я вернусь в наш домик, — прошу мужчину, когда он наконец-то отлипает от очередного высшего.

Капитан команды внимательно всматривается в мое лицо.

— Пожалуйста, мне нехорошо, — уговариваю мужчину.

— Ладно, иди, но помни тебе придется объясниться.

Киваю: — Знаю.

— Я провожу тебя, — тут же отзывается Курт.

— Нет, не маленькая, сама дойдет, — останавливает парня Юджин.

Отворачиваюсь от ребят и быстрым шагом покидаю арену, как же стыдно. Никогда не думала, что мои ночные шалости так глупо вылезут наружу.

Быстрым шагом преодолеваю темный коридор, отделяющий арену и внешний мир, но не успеваю пройти и половину пути, как кто-то хватает меня за запястье и резким движением утягивает в помещение, скрывающееся за одной из множества дверей.

Испуганно смотрю на виновника моей тахикардии: — Ты… — это все, что я успеваю произнести, перед тем, как мужчина накидывается на мои губы.

На поцелуй не отвечаю, но черт возьми, как же сильно, мне хочется это сделать. Сжимаю губы, стараюсь не пускать виновника моих проблем, в свой рот, но мужчину похоже совершенно не смущают мои вялые попытки сопротивления. Альфред немного сжимает мою челюсть своей пятерней, заставляя тем самым открыть рот и впустить его умелый язык в атаку.

Сжимаю руки в кулаки и со всей силы колочу мужчину по груди и плечам. Безрезультатно, не реагирует, вообще не замечает моих попыток выбраться.

— Какого… — произношу, пытаясь отдышаться, когда мужчина все же отлипает от меня.

— Хрена? — с насмешкой произносит Альфред.

— Именно.

— У меня к тебе тот же вопрос, Каролина, целитель второго уровня. Какого хрена?

Сжимаю кулаки и впиваюсь ногтями в свою тонкую кожу, боль отрезвляет, заставляет работать мозг.

— Какого хрена, целитель второго уровня, разодетая как элитная давалка, делала в ночном клубе в районе, негласно принадлежащем людям? — спрашивает Альфред. Достает сигарету, прикуривает и усаживается в кожаное кресло.

Осматриваюсь, мужчина затащил меня в пустой кабинет, здесь есть стол, кресло и шкаф во всю стену, усеянный от пола до потолка разноцветными папками.

— Встречный вопрос, какого высший, сын главы Парламента, участвовать в боях без правил в человеческом ночном клубе?

Альфред хмыкает и внимательно осматривает меня с ног до головы, параллельно выпуская струю дыма.

— Ты кукловод? — прелюдия закончились, началась настоящая опа.

Показательно хлопаю в ладоши: — Какой догадливый мальчик, — отнекиваться нет никакого смысла, да и желания. После того, что я вытворяла накануне ночью, нужно быть полном идиотом, чтобы не догадаться о моем втором даре.

— Вот так просто? Без дурацких оправданий? Признаешься в том, что ты кукловод?

Пожимаю плечами: — Нет смысла. Ты никому об этом не расскажешь, иначе я бы уже сидела в полицейской машине и направлялась в тюрьму для кукловодов. Остаётся лишь один вопрос, — подхожу к мужчине ближе и облокотившись попой о столешницу, произношу. — Чего ты от меня хочешь Альфред?

Мужчина подтягивает меня к себе ближе и укладывает свои сильные, увитые венами руки на мои колени.

Усмехаюсь: — Все настолько просто?

— Хочу тебя, — хрипит Альфред.

— Сколько? — стараюсь говорить спокойно и никак не выдавать возбуждение, захватившее мое тело после одного касания.

Мужчина меня совершенно не слышит, тяжело дыша Альфред наблюдает за тем, как его руки исчезают под подолом моего платья, все ближе и ближе к своей цели. Когда сильные пальцы добираются до кружевной преграды, останавливаю мужчину и отбрасываю его руки в стороны.

— Сколько? — повторяю свой вопрос, недовольно скрестив руки на груди.

— Что, сколько? — бубнит Альфред. Сейчас мужчина больше похож на недовольного ребенка у которого отобрали любимую игрушку, чем на великого мага пятого уровня.

— Сколько ночей ты хочешь?

— Пока не надоест, — отрезает мужчина и возвращается к своему увлекательному занятию.

Снова скидываю руки наглеца: — Помнится, ты говорил, чтобы я не надеялась на что-то большее чем разовый секс и вот я здесь, — осуждающе смотрю на мужчину. — Мне нужна конкретика, Альфред.

Мужчина недовольно поджимает губы и откинувшись на спинку кресла прожигает меня недовольным взглядом. Не отворачиваюсь, выдерживаю натиск, впервые я с кем-то настолько открыта из посторонних. Только родные знают какая я на самом деле, для остальных я либо милашка, либо дурочка, обожающая притворяться кукловодом.

— Турнир, я хочу тебя до конца турнира.

Закусываю нижнюю губу, месяц, не так уж и много, но и не мало, главное не впускать этого красавчика в своё сердце и тогда все будет хорошо. Киваю.

Мужчина тут же активизируется и снова накрывает мои ноги своими руками. Закатываю глаза и скидываю настырные клешни.

— Сначала договор, — произношу и немного отхожу от стола.

Не только, чтобы обезопасить своё тело от натиска врагов, но и себя от совершения глупостей. Поползни Альфреда не остались без ответа, мое тело горит в агонии, воспоминания об умопомрачительном сексе ещё слишком свежи, будоражат, заставляют либидо вопить «ещё», перекрывая своим криком здравый смысл.

— Договор? — недовольно бурчит мужчина, он, как и я горит, но в отличие от меня не пытается скрыть своё состояние.

Киваю: — Да, договор. Я должна обезопасить себя, ты сын главы Парламента, в твоих руках слишком много власти, захочешь, нарушишь свое обещание и заставишь быть с тобой.

— Не льсти себе Каролина.

— Где-то я это уже слышала, — с упреком смотрю на Альфреда.

Мужчина скалится: — Уговорила, будет тебе договор, а теперь иди ко мне, пора заняться делом.

Мотаю головой из стороны в сторону: — Сначала договор, потом секс.

Делаю маленький шаг в сторону двери, разворачиваюсь и со всех ног бегу прочь. Мне бы только добежать до улицы. Там полно народу, журналисты, персонал, простые зеваки, не думаю, что Альфред будет ловить меня у всех на виду. Это же какой удар по его безупречной репутации.

Ослепленная ярким солнцем, останавливаюсь и прищурившись оглядываюсь. Его нет, мужчина не последовал за мной, похоже я действительно переоценила свою значимость для него.

Привыкнув к солнцу, натягиваю на лицо милую улыбку и спокойным шагом дохожу до предоставленного нашей команде, домика.

Оказавшись внутри, наконец-то расслабляюсь и понимаю, что невыносимо сильно устала. Мой внутренний монстр сыт и требует послеобеденного сна. Не противлюсь своим желаниям, поднимаюсь на второй этаж и заваливаюсь прямо так, в уличной одежде на свою кровать, немного отдыха мне не помешает.

Просыпаюсь от громкого грохота, после которого следует череда отборного мата в исполнение Юджина. Открываю глаза и понимаю, что уже поздний вечер, на улице темно, а внизу слышатся голоса всех ребят нашей команды.

Быстро привожу себя в порядок и спускаюсь, оттягивать неизбежное нет никакого смысла, разговор с ребятами в любом случае состоится и чем раньше мы поговорим, тем лучше.

— А вот и она, ненасытная дикарка, — с улыбкой произносит Итан.

Ничего не отвечаю и вообще никак не реагирую, нечто подобное я ожидала, поэтому не задевает.

Занимаю свободное место рядом с Куртом, который к слову совершенно не обращает на меня никакого внимания.

— Рассказывай, — требует Юджин.

Вздыхаю, история в моей голове уже готова, она бредовая до безумия, но других вариантов у меня просто нет.

— Пару месяцев назад, когда у нас был перерыв между турнирами, я отправилась на неделю к дедушке, встретила там свою хорошую подругу детства и мы немного перебрали с алкоголем. Я не помню, что было ночью, но утром я проснулась в одной постели с Альфредом.

Итан присвистывает: — Вот вам и божий одуванчик.

Ничего не отвечаю, склоняю голову и утыкаюсь взглядом в пустую тарелку.

— Ладно, забыли. Надеюсь ваше знакомство никак не помешает нам одержать победу в турнире, — спустя пару минут произносит Юджин.

— Конечно, нет, — отвечаю мгновенно.

— А нас с Куртом уже пять лет морозишь, — недовольно цокает языком Итан.

Курт тут же подскакивает со своего место и пробубнив: — Я сыт, спасибо, — удаляется прочь.

Вопросительно смотрю на ребят.

— Наш наивный мальчик думал, что ты до сих пор девственница, бережешь свой цветочек для него и бла-бла-бла, — закатив глаза, передразнивает Итан.

Утром, проснувшись и позавтракав, мы сразу же отправились на арену, сегодня состоялись первые турниры. Против высших выступили топ пять худших команд, поэтому результат был предсказуем, но все же такого разгрома не ожидал никто. Высшие растоптали своих противников меньше чем за полчаса, это рекорд, никогда ничего подобного не было.

После турнира, вся наша команда в полном составе, отправилась в тренировочный центр, в котором Юджин похоже решил нас убить. Уже три часа мы, как подстреленные носимся по лабиринту, уставшие, насквозь мокрые и злые.

Новый залп искр, срываюсь с места, бегу в лабиринт. Обычно на тренировках большую часть времени я провожу на скамье, но не сегодня. Юджин запретил ребятам получать серьезные травмы на турнире, даже пригрозил вылитом всем тем, кто не сможет уберечь себя. Идиотское требование, но вполне объяснимое. Я целитель второго уровня, мне под силу исцелить переломы, ушибы и неглубокие царапины. Против серьезных повреждений и болезней, я бессильна, но зато я быстро бегаю и уклоняюсь от ударов. Юджин просто не хочет выпускать Курта на турнире, вот и запугивает ребят, чтобы они вели себя аккуратно и не подставлялись.

Очередной поворот и я на месте, опускаюсь на колени рядом с Оса, запускаю таймер на наручных часах и прислушиваюсь. На тренировках никто никого не калечит, маги просто выпускают залп искр, а мы целители запускаем таймер на две минуты, именно столько в среднем нам необходимо при работе с типичной травмой, полученной во время сражения.

Тихий шорох с правой стороны заставляет напрячься, делаю резкий рывок и отскакиваю в сторону, Меня тут же ослепляет яркая вспышка, а рядом слышится отборный мат Оса.

Быстро моргаю приводя свое зрение в порядок, когда картинка стабилизируется, я шокировано перевожу взгляд на капитана нашей команды. Он что бросил в меня огненный шар?

— Какого, ты творишь Юджин?! Совсем из ума выжил?! — рычит на капитана команды, Оса.

— Я тренирую свою команду, — спокойно отвечает Юджин.

— А если бы я не успел?!

— Главное, Каролина успела, молодец, но в следующий раз не останавливайся, беги, — Юджин разворачивается и уходит прочь.

Перевожу шокированный взгляд на Оса и замечаю на его запястье ожог: — Давай помогу, — подползаю к мужчине и начинаю исцелять раненое запястье.

— Похоже, Юджин сходит с ума, — шепчу еле слышно. Мой голос немного подрагивает, я не на шутку испугалась.

— Ещё бы, — морщась, шипит Оса. Исцелить ожог второй степени не трудно, но очень болезненно.

— Ты что-то знаешь? — приподнимаю одну бровь.

Оса ожидаемо кивает. Иногда, мне кажется, что этот мужчина знает все и про всех, данный факт меня не на шутку пугает.

— Юджин учился в военной академии, должен был стать часть высших, но на последнем курсе подрался не с тем парнем. У парнишки оказались очень влиятельные и злопамятные родители. Юджина отчислили из академии, двери, ведущие в Парламент, наглухо закрылись.

— А тут такой шанс, — шепчу с усмешкой.

— Именно, это дело принципа, Юджин одержим победой, и это только начало. Даже боюсь представить, что со всеми нами будет к концу турнира.

Выйдя из лабиринта хватаю свою бутылочку и подхожу к кулеру, это уже моя третья бутылка воды за сегодня.

— Впечатляет, — мужская фигура попадает в мое поле зрение.

Набрав воду, разгибаясь и вопросительно смотрю на стоящего передо мной Дэвида, вот это честь.

— Быстро бегаешь красотка.

— Спасибо, — говорю еле слышно, дело сейчас не только в образе скромницы, но и в том, что мне совершенно не нравится этот высший, слишком высокомерные.

— Знаешь, Каролина, сегодня я провел всю ночь без сна.

— Обратитесь к целителю вашей команды, думаю он сможет вам помочь с данной проблемой.

Дэвид хмыкает: — Боюсь, он не сможет удовлетворить мое любопытство.

Намеки, не хочу играть в эту игру. Интересно, если я сейчас развернусь и просто уйду, это будет слишком неуважительно? Да, пожалуй.

Вздыхаю: — Что вы хотите, Дэвид?

— Понять, что объединяет вас с Альфредом? Всю ночь гадал, но так и не понял.

— Вы с ним не ладите? — задаю встречный вопрос.

— Можно и так сказать, я его ненавижу, — с беззаботной улыбкой произносит мужчина.

— Я не вложу вам в руку новый козырь, нас ничего не объединяет, совершенно, — пожимаю плечами.

Мужчина, не отрывая от меня взгляда, делает большой глоток воды из своего стакана.

— Знаешь…

Дэвид не успевает договорить фразу, рядом со мной как будто из ниоткуда материализуется Альфред и рявкает: — Ушёл.

Дэвид довольно скалится и смотря прямо в мои глаза, произносит: — Это не похоже на ничего.

— Долго соображаешь, — снова рычит Альфред и задвигает меня за свою широкую спину.

Закатываю глаза, похоже, ночь со случайным незнакомцем ещё обернётся для меня огромной опой.

Двое высших брызжа слюной умело втаптывают друг друга в грязь, привлекая внимание всех присутствующих.

Тихо, не издавая ни звука отхожу от «сладкой» парочки и схватив свою спортивную сумку, ухожу прочь, подальше от этого цирка. Тренировка окончила, а значит здесь мне делать больше нечего.

В раздевалке бросаю свою сумку на скамью и раздевшись, иду в душ. Здесь ожидаемо пусто, в турнире участвует чуть больше десяти девушек и практически все они высшие. Все они привезли с собой личных помощников и живут в отдельных домах, им не нужна общая раздевалка, во-первых, это мерзко, во-вторых, они не тренируются. А зачем? Если твои соперники слабаки.

Стоя под потоком воды и намыливая голову шампунем, я размышляю о том, какая это была глупая идея устроить турнир с участием высших. Чувство, что над нами просто решили посмеяться, никак не покидает меня.

Закончив водные процедуры, скручиваю волосы в жгут и аккуратно их выжимаю. Звук открывающейся двери и недовольный голос:

— Биби, ты куда?

— Телефон разрядился, нужно на зарядку поставить, — второй голос звучит совсем близко, похоже я уже не одна. Замираю, на уровни интуиции понимаю, что не нужно себя выдавать.

— Биби, кто эта выскочка, ты знаешь ее?

— Знаю, целитель второго уровня, та девка которая попала в свою команду через постель.

Закатываю глаза, сколько бы я не старалась, сколько бы побед не принесла своей команде, для всех я навсегда останусь девкой попавшей в команду не честным путем.

— Что же в ней такого особенного, что все мужики ее хотят, — звучит недовольный голос.

— Опять ты за свое, романов перечитала?

— Но ты же сама видела, сначала Дэвид подошел к ней, а потом подлетел Альфред и так яростно начал ее защищать. Они же практически подрались, а она просто развернулась и ушла.

— Не придумывай того чего нет. Дэвид просто решил развлечься за счет глупой девчонки, а Альфред защитил ее, просто из-за своего врожденного благородства, — слышится короткий звуковой сигнал телефона.

— Ну все готово, пошли в зал.

Через пару секунд дверь громко хлопает, хватаю полотенце с крючка и с дикой яростью начинаю вытирать свое тело от влаги. Этого я и боялась, лишнее внимание. Меня втянули в интриги высших против моей воли, мало мне было грязных сплетен про себя, теперь они умножатся вдвое.

Ярость бурным, потоком несется по моим венам, монстр в предвкушение потирает ладошки, чувствует, что я теряю контроль над собой. Откидываю полотенце и глубоко дышу:

— Ты сыт, сиди в своём уголочке и не высовывайся, — шепчу сама себе.

Быстро натягиваю платье и не высушивая волосы вылитая из раздевалки, нужно успокоиться, пока я не сорвалась в пропасть.

Не успеваю сделать и пару шагов в сторону выхода, как передо мной возникает Курт.

— Я хочу поговорить, — произносит парень с серьезным выражением лица. Это первые слова от Курта адресованные мне за сегодняшний день, кажется он наконец-то начал оттаивать.

— Не сейчас Курт, — обхожу парня. Я безумно рада, что парень со мной заговорил, но блин, как же не вовремя.

Курт хватает меня за руку и удерживает на месте, оборачиваюсь и вопросительно смотрю на своё запястье.

— Нет, мы поговорим сейчас! — кричит Курт, но тут же тушуется и добавляет более тихо: — Пожалуйста.

Вырываю свою руку из захвата и произношу немного нервно: — Ну давай, говори.

— Когда мы сходим на свидание, Каролина?

Вздыхаю, он опять за старое: — Сейчас неподходящее время.

— А когда? Когда будет подходящее? Я постоянно это слышу, надоело. Вокруг тебя слишком много мужчин, это нервирует. Я прошу тебя всего лишь выполнить своё же обещание. Ты обещала мне свидание, и я хочу получить его прямо сейчас.

Вздыхаю, почему именно я: — Послушай…

— Нет! — безапелляционно выкрикивает Курт и хватает мою ладонь.

Дергаюсь, но не от влажных пальцев парня, а от неприятного щекотания в своей голове. Мгновенно напрягаюсь и оборачиваюсь, но никого не вижу.

Снова щекотание, моя свободная рука дергается вверх, сжимаю ее в кулак. Не показалось, кто-то пытается мною управлять, где-то неподалёку спрятался ещё один кукловод.

Новый рывок, останавливаю весельчака, захлопываю своё сознание и тут же болезненно морщусь. Мой противник явно сильнее меня и похоже намного. Почему он такой беспечный? Разве остались ещё настолько смелые кукловоды? Это же самоубийство действовать настолько открыто.

Новый рывок и снова мое сопротивление, сильная пульсирующая боль простреливает виски. Морщусь и издаю болезненный стон.

— Что с тобой? — слышится обеспокоенный голос Курта.

Я не справляюсь, сдаюсь под натиском чужой силы, моя рука взмывает вверх и отвешивает моему напарнику звонкую пощёчину. Ладонь тут же начинает пульсировать от боли, а щека Курта краснеет.

— Прости меня, пожалуйста, я не знаю, что на меня нашло, — начинаю быстро-быстро извиняться.

Вместо недоумения на лице Курта расцветает счастливая улыбка: — Ничего страшного, это первые эмоции, которые ты проявила по отношению ко мне. Это значит, что шанс есть, ещё ничего не потеряно, я счастлив.

В голове снова начинает щекотать, а рука дергается во второй раз, напрягаюсь и снова морщусь от сильной головной боли: — Давай поговорим позже Курт, мне что-то нехорошо.

— Тебе плохо? — снова тянет свои ручонки в мою сторону.

— Да, голова болит, но ничего серьёзного, сама справлюсь, — тут же обрезаю все возможные попытки мне помочь.

— Ладно, иди отдыхай, — парень разворачивается и сделав пару шагов в противоположную от меня сторону, останавливается и спрашивает. — А как же наше свидание?

Морщусь: — Завтра…

— Договорились, — не дает мне закончить свою мысль Курт.

Я хотела сказать, поговорим завтра, но меня перебили. Мне бы приструнить парня, сказать, что вот так поступать очень подло, но моя голова слишком сильно болит от сопротивления незнакомцу. Поэтому я просто глупо улыбаюсь, тем самым соглашаясь на это чертово свидание.

Курт возвращается в тренировочный зал, а я стою с закрытыми глазами и пытаюсь утихомирить сильнейшую пульсацию в своей голове. Оглядываюсь по сторонам, но не замечаю, ничего не обычного, в этом темном коридоре я совершенно одна.

— Выходи! — произношу довольно-таки громко, просто потому что не могу контролировать себя, просто потому что мне очень страшно. Но в ответ ничего, звенящая тишина, безбашенный кукловод не показывается, прячется.

Неожиданно, громкие хлопки в ладоши раздаются из-под лестницы рядом с которой я стою. Оборачиваюсь и резко захожу в темноту, готовлюсь выговорить наглеце все что думаю о нем и его выходке. Открываю рот, но все грязные слова застревают на полпути в моем горле, напротив меня не просто наглый кукловод, напротив меня наглый кукловод-феникс, сын самого главы Парламента.

— Это не можешь быть ты… — произношу на грани слышимости.

— Я так и знал, что ты кукловод, — довольно скалится Альфред.

— Ты совсем идиот так беспечно выдавать свои способности?! А если бы я не была кукловодом?!

Альфред беззаботно пожимает плечами: — Я был уверен, что прав.

— Что за беззаботное отношение? Разве ты не знаешь, что бывает с кукловодами, которые обнаруживают себя? Ты что хо… — резко замолкаю и напряженно смотрю на улыбающееся лицо высшего. Гнев поднимается во мне волнами, а мой трусливый внутренний монстр, который так сильно испугался сильного оппонента, что скрылся, наконец-то выходит на свет.

Запрокидываю голову и истерически смеюсь: — Ну конечно! Какая же я дура! Ты же высший, сын влиятельного человека, о тюрьме не может быть и речи. Папочка если что прикроет, спасает бедного мальчика от печальной участи.

Выражение лица мужчины тут же меняется, становится напряженным, но меня уже несет, не могу остановиться.

Для всех кукловодов и для меня, в том числе, это безумно больная тема. Среди высших кукловоды редкость, в истории всего два известных случая и оба они закончились вполне логично, убийством невинных людей. Только вот тех кукловодов не посадили, а приговорили к домашнему аресту. Коррупция в нашем мире цвете и пахнет.

— Каково это когда твой зад постоянно защищают? Наверное, вообще ни в чем не нуждаешься, захотел адреналинчика, пошел и насытился, никаких опасений, никаких страхов, — криво усмехаюсь.

Я прекрасно вижу, как глаза мужчины с каждым произнесенным мной словом темнеют все больше и больше, но я уже не в состоянии остановиться.

— Сколько тебе? Явно больше тридцать, кукловоды на свободе столько не живут. Вернее, простые смертные кукловоды столько не живут, а вот такие, как ты… — на эмоциях я подхожу слишком близко к разгневанным зверю, тычу пальцем в твердую грудь мужчины и рычу. — Вы живете припеваючи, вам неизвестен страх быть раскрытыми. Скажи, каково это быть свободным? Не думать, а что если…

Запрокидываю голову и смотрю в бушующие синеву глаз Альфреда, мужчина резко перехватывает мою руки и заводит их за спину, пленит меня. Мое бесстрашие рушится на глазах, Альфреду не нужно ничего говорить и доказывать, он разрушает мою браваду без слов, своим взглядом и энергетикой.

Недалеко от нас слышатся знакомые голоса, Итан и Курт о чем-то оживленно спорят, дергаюсь в сторону, но меня не выпускают.

— Отпусти, — рычу, мне нужно бежать, не знаю, как, но я должна оказаться в нашем доме быстрее остальных, иначе меня ждет очередной допрос с пристрастием.

Альфред никак не реагирует на мою просьбу, он все так же продолжает сжимать мои ребра своими огромными ручищами, лишая возможности свободно двигаться и дышать.

— Постойте, — слышится голос Оса совсем рядом. — Мне показалось я что-то слышал.

Замираю, если они сейчас нас найдут, это будет настоящее фиаско. И клеймо шлюхи будет самое безобидное из всего, того что меня ждет. Юджин может расценить подобные обжимания по темным углам, как предательство и просто вышвырнуть меня из команды.

— Не знаю, я ничего не слышал, — отвечает ему Итан.

— Хватит уже, живо все на обед, после нас ждет еще одна тренировка.

В ответ на слова Юджина слышится недовольный стон и топот. Буквально пару минут и коридор снова погружается в тишину.

Перевожу взгляд на Альфреда и снова сталкиваюсь с яростной синевой:

— Нам необходимо поговорить, — произносит серьезным тоном мужчина. — Но я думаю, что этот темный угол под лестницей не самое подходящее место для этого.

Киваю: — Верно, не самое.

Мужчина отпускает меня, и я тут же срываюсь с места, выбегаю обратно в пустынный коридор, делаю шаг и тут же чувствую крепкий захват на своем запястье.

— Отпусти, мне нужно в дом, — пытаюсь вырваться, паника накрывает меня с головой, давненько я не испытывала подобные эмоциональные горки.

— Сначала, мы поговорим.

— Но… — делаю еще одну безуспешную попытку вырваться.

Альфред резко дергает меня за запястье и притянув к себе, быстрым движением закидывает меня на плечо.

— Отпусти меня немедленно! Нельзя, чтобы нас увидели, — рычу, молотя кулаками по твердой спине.

— Будешь слушаться? И делать то, что я тебе говорю?

На мгновение задыхаюсь от возмущения, но понимаю, что сейчас лучший выход для меня — это наступить на горло своей гордости и выполнить условия мужчины.

— Да, — выдавливаю из себя эти две буквы и со всей своей злостью убью паршивца по спине кулаком. Только вот от моего порыва невыносимо больно становится мне, рука тут же начинает ныть и пульсировать.

Ответом мне служит сильный шлепок по моей пятой точке и слова: — Не калечь себя.

Альфред опускает меня на пол и хватает за предплечье, дергаюсь: — Да не убегу я, убери свои клешни.

Мужчина недовольно переводит на меня взгляд и все же отпускает руку. Следую за ним, он ведет меня в противоположном направлении от дома в котором остановилась мы с ребятами. Я стараюсь не привлекать внимание окружающих, всячески прячу свое лицо волосами, но это не помогает. На нас смотрят все, вернее на моего спутника, который как самоуверенный павлин, идет расправив плечи, чеканя каждый шаг.

Снова поползут слухи и снова меня сделают падшей женщиной, мне не жалко я уже привыкла, но нашу возможную победу тоже могут привязать к этой милой прогулке и тогда пострадает вся команда.

Когда мы преодолеваем последний домик для участников и целенаправленно идем к воротам, я напрягаюсь.

— Куда ты меня тащишь? — спрашиваю еле слышно.

— Я же уже сказал, нам необходимо поговорить, — отвечает Альфред и в это же мгновение прямо к нашим ногам подъезжает спорткар аквамаринового цвета.

— Спасибо, Себастьян, — говорит мой незнакомец молоденькому парню, забирая из его рук ключи от автомобиля. — Запрыгивай, — дарит мне белоснежную, умопомрачительную улыбку и скрывается в салоне автомобиля.

Скрипя зубами, забираюсь в спортивный автомобиль и пристегиваюсь: — Очень неприметно, спасибо, удружил, — произношу сквозь зубы.

— Почему тебя так волнует мнение других? — выезжая с территории спрашивает Альфред.

— Потому-что я милый и пушистый целитель, я не могу разъезжать с богатенькими мальчиками на их спорткарах.

— О да, ты само очарование, маленькая колючка. Кстати, ни разу не слышал, что бывают целители-кукловоды, это же просто…какая-то нелепица. Я даже и представить не могу каково это.

Мужчина прилично разгоняется, нарушая все возможные ограничения скорости, а для пущего эффекта еще и одну руку убирает с руля и укладывает ее на мое оголенное колено.

— Отставить поползни, — скидываю руку наглеца.

— Мы же договорились, — сдвинув брови напоминает о моем опрометчивом решение Альфред.

— Сначала договор, потом все остальное.

— Ах, да, договор. Я же как раз хотел тебе его отдать. Пришел в тренировочный зал и что же я там увидел? Флиртующую тебя с Дэвидом, — мужчина достает сложенный вдвое договор из внутреннего кармана пиджака и швыряет мне на колени.

Расправляю бумаги и произношу: — Я с ним не флиртовала.

— Да? А что это была за милая улыбка?

Всматриваюсь в лицо Альфреда, это что еще такое? Ревность? Этого мне еще для полного счастья не хватало: — Я целитель! Милый и пушистый целитель, твою мать! — взрываюсь. — Я всем улыбаюсь.

— Мне не нравится, — произносит мужчина спустя какое-то время.

— Мне тоже, — отвечаю чистую правду.

— Каково это быть целителем-кукловодом? — спрашивает Альфред, когда мы въезжаем в город.

Вздыхаю: — Сложно. Вот смотри, ты сейчас пролетел весь путь на запрещенной скорости и даже если бы тебя остановила полиция, то просто бы выписали штраф и подумали о том, что у высшего феникса сегодня напряженный день. Если бы остановили меня, то тут же бы забрали в участок проверять мою личность, ведь целители не нарушают скоростной режим.

Альфред на мои слова молча кивает.

— Куда ты меня везешь?

— К себе домой, — отвечает мужчина без утайки.

Киваю.

— И даже не спросишь зачем? — интересуется феникс-кукловод с усмешкой на устах.

Махаю договором перед своим лицом: — Я не глупая, Альфред и все прекрасно понимаю.

Отворачиваюсь и углубляюсь в прочтение бумаг, договор явно написан впопыхах, непродуманно и без подводных камней, все предельно чисто и понятно. Месяц я буду принадлежать этому болвану, за свой отказ в чем-либо, я должна буду выплатить огромную неустойку, такую же должен будет выплатить и Альфред при расторжении соглашения раньше времени.

За чтением бумаг я не замечаю, как автомобиль плавно въезжает на частную территорию элитного жилого комплекса. Мужчина вылезает из машины первым и помогает то же самое проделать и мне. Молча, мы поднимаемся на последний этаж и заходим в огромный пентхаус с панорамными окнами.

— Красиво, но предсказуемо, — говорю со смешком.

— Что-нибудь хочешь? Выпить? — игнорирует мою колкость мужчина.

Поднимаю руку с бумагами: — Ручку.

Подписываю договор и отдаю один экземпляр своему владельцу, мужчина просматривает все страницы, где требовалась моя каракуля и довольно скалится.

— Теперь, мы поужинаем.

Беззаботно пожимаю плечами и забираюсь на огромный диван с ногами, но не успеваю оценить его мягкость и удобство, как мой телефон начинает противно пищать.

Достаю смартфон из кармана сарафана и тут же напрягаюсь. Юджин, он меня убьет.

— Слушаю, — отвечаю на звонок, Альфред, который неподалеку разговаривал по телефону с администратором ресторана тут же оборачивается и с прищуром смотрит на меня.

— Ты где шляешься? — без прелюдий рычит слетевший с катушек капитан команды.

— У меня возникло неотложное дело…моя подруга попросила помочь с переездом, я не смогла ей отказать, — выдумываю на ходу.

— И мне должно быть на это не плевать?! Живо возвращайся! У нас тренировка через двадцать минут, если не приедешь, будешь искать себе новую команду.

— Я не успею Юджин, это невозможно.

Ответом мне служат длинные гудки, он бросил трубку, Юджина не волнуют мои оправдания, он выставил свои условия.

Подскакиваю на ноги и дрожащими пальцами начинаю искать приложение такси на смартфоне, ничего не выходит, картинка плывет перед глазами, паника накрывает меня. По голосу капитана команды, я поняла, что он настроен серьезно, не приеду, вылечу.

Спустя несколько секунд мне все же удается зайти в приложение и в момент, когда я уже была готова заказать машину по баснословной цене, мою руку с телефоном накрывает ладонь Альфреда.

— Что случилось? — спрашивает серьезным тоном.

— Юджин сказал, что я вылечу из команды если не вернусь в течение двадцати минут.

— Это невозможно.

— Знаю, но я должна попытаться. Я не могу потерять свою работу, просто не имею право, если я вернусь в больницу, это будет дорога в один конец. Я сорвусь, понимаешь? Однажды не выдержу и совершу преступление, — говорю чистую правду, если меня вышвырнут из команды, это будет конец. Дергаю рукой, но ничего не выходит, Альфред держит меня крепко.

— Отпусти, — прошу дрожащим голосом. Не выдерживаю напряжения и тихонько всхлипываю. Мне чертовски страшно и обидно, моя жизнь и так была невыносимой, но за последние дни она стала ещё хуже.

— Отпусти! — уже не прошу, требую.

Мужчина хватает меня за подбородок и поднимает голову вверх, с удивлением рассматривает мое зареванное лицо, а уже в следующую секунда притягивает мое ослабленное тело к себе и крепко обнимает. Его рука взмывает вверх и аккуратно начинает меня поглаживать по голове.

Именно так делал мой дедушка, когда мне было особенно тяжело. Это простое движение, действует на меня как спусковой механизм, я больше не могу держаться за маленький выступ самообладания, срываюсь, лечу вниз и даю волю своим чувствам. Реву белугой, не стесняясь, довожу себя до состояния, когда истерика сжимает мое горло в текст и становится нечем дышать.

Сильная тряска приводит меня в чувства, замираю и с удивлением смотрю на мужчину.

— Успокойся девочка, это все не стоит твоих слез, — серьёзным тоном произносит Альфред.

— Моя жизнь рушится, — произношу заикаясь.

— Я все решу, — говорит мужчина и для убедительности кивает.

Мотаю головой из стороны в сторону и все же вырываюсь из захвата, разворачиваюсь и растерев влагу по щекам, иду на выход.

— Остановись! — рычит мужчина за моей спиной.

Резко замираю, но не от строгого тона, прилетевшего в мою спину, а от ментального приказа.

— Уйди из моей головы, — рычу сопротивляясь. Приложив огромное усилие, отрываю пятку от пола, но тут же опускаю ее обратно, слишком сильное воздействие.

— Перестань себя калечить, — тёплая ладонь опускается на мое плечо.

Скидываю ее и снова напрягаюсь всем телом, голова трещит, тело не слушается, но я не сдамся, никому не позволю управлять собой против моей воли.

— Остановись! — слышится рычание за моей спиной.

Резкий разворот и вот я уже стою лицом к Альфреду. Удивленно смотрю на разгневанного кукловода, я даже не заметила воздействия, просто подчинилась, даже не успела воспротивиться.

Альфред прикрывает глаза и глубоко дышит, узнаю это состояние, его монстр рвётся наружу, похоже я перестаралась и освободила кукловода.

Замираю, практически не дышу, без понятия какого уровня Альфред, но по уровню силы которая я успела ощутить на себе, там точно не второй и даже не третий. Что он сделает со мной если сорвется? Точно ничего хорошего.

В звенящей тишине проходит целая вечность, все мои проблемы уходят на второй план, сейчас самое важное это остаться в живых.

Альфред резко открывает глаза, в них ледяное пламя, тихая ярость. Мужчина срывается с места, обходит меня и что-то делает за моей спиной. Минута и Альфред снова появляется передо мной, отдаёт мне в руки документы и отходит к окну, разворачивается и устремляет свой взгляд вдаль.

— Пункт номер два, подпункт номер четыре, — разносится строгий голос по огромной гостиной.

Расправляю договор и нахожу продиктованный подпункт.

— В слух.

— До окончания турнира Мишель Каролина переходит в полное владение Альфреду Дефо. Она обязуется выполнять все его требования по первому щелчку пальцев, — заканчиваю еле слышно, прекрасно понимая к чему ведёт мужчина.

Альфред разворачивается на сто восемьдесят градусов и медленно, как хищник, подходит ко мне. Протягивает руку и требует: — Телефон.

Закусываю нижнюю губу, не ожидала что все так обернется. Я помню этот пункт, но и подумать не могла что он будет распространяться на все. Я думала, что договор только про секс, про плотские утехи, а не про всю мою жизнь.

Вздыхаю и протягиваю смартфон: — Что ты собираешься делать?

— Звонить твоему капитану.

— Это плохая идея, — обхватываю себя руками, чтобы не натворить глупостей, на сегодня достаточно.

Альфред ничего не отвечает, прикладывает мой телефон к уху и ждёт ответа.

— Юджин? Добрый день, это Альфред Дефо. Да, тот самый. Это я забрал Каролину, нам с ней необходимо решить один очень важный вопрос. Поэтому сегодняшнюю тренировку она к сожалению, пропустит, но с ее выдающимися способностями не думаю, что это проблема.

Не дышу, слежу за Альфредом, я не слышу, что отвечает мужчине, Юджин и из-за этого волнуюсь ещё больше.

— Да… конечно, до встречи, — отвечает Альфред, выслушав ответ собеседника и сбрасывает вызов.

Вплетаю руки в волосы и тяну их в разные стороны. Это не сон? Не галлюцинация моего больного мозга? Не верю, что он сказал это вслух, такого просто не может быть.

Альфред откидывает мой телефон на диван и подходит ко мне ближе, выпутывает из волос мои окаменевшие ладони и приглаживает волосы.

— Сейчас ты выглядишь, как настоящий целитель, перепуганная мышка.

— Я и есть целитель! — закатываю глаза. — Зачем ты это сделал? Как мне теперь наши отношения объяснить команде?

— А что в этом такого? В нашем мире полно смешанных браков и семнадцать процентов из них, это браки между фениксами и целителями.

— Да, но в таких браках фениксы второго или третьего уровня, но никак ни пятого!

— Ты этого не знаешь, — Альфред нежно поглаживает меня по щеке. — К тому же, скоро все и так будут знать о том, что мы вместе.

— Что? — откидываю руку мужчины от своего лица, его нежные поглаживания будоражат меня, запускают табун мурашек по телу и мешают здраво мыслить.

— Каролина, ты дала мне всего лишь месяц. Неужели ты ждала, что я буду прятаться по углам и видеться с тобой только при лунном свете?

Напряженно смотрю на мужчину, он абсолютно прав, именно так я и думала!

Альфред притягивает меня к себе ещё ближе. Между нами больше нет и миллиметра расстояния: — Если во время тренировки мне приспичит схватить тебя за твою аппетитную попку посреди тренировочного зала, — мужчина демонстративно лапает меня. Склоняет голову и шепчет прямо в ухо: — Я это сделаю, даже не сомневайся.

Стою с открытым ртом и не могу поверить в то, что говорит мужчина, он не шутит это понятно по его глазам, сделает и не раз.

Громкий звон дверного звонка заставляет вздрогнуть и отпрянуть от мужчины. Альфред, тихонько посмеиваясь, отходит от меня и идёт открывать входную дверь.

— Ранний ужин, — демонстрирует мне два именных пакета из небезызвестного ресторана. — Поможешь?

Киваю и подхожу к обеденному столу, достаю все содержимое и раскладываю по тарелкам, которые только что достал из шкафчика Альфред.

Ужин проходит в тишине, каждый из нас сидит и думает о своём. Я должна придумать, как мне быть дальше, как все объяснить ребятам, но вместо этого весь ужин в моей голове крутится один единственный вопрос.

Под самый конец, когда на моей тарелке уже практически ничего не осталось, не выдерживаю и все же произношу:

— Мне интересно…

— Говори, — прожевав кусок стейка дает добро мужчина.

— Каким образом маг огня пятого уровня имеет еще и дар кукловода, причём по моим ощущениям тоже далеко не второго уровня?

Мужчина прокручивает бокал с вином и сделав глоток терпкого напитка, отвечает:

— Ни пятого, а седьмого, ни второго, а пятого.

Смотрю на улыбающегося мужчину, никогда о таком не слышала, этого просто не может быть…

— Но как? — произношу еле слышно.

— Тренировку, вечные тренировки с самого раннего детства.

— И я так смогу? — не то, чтобы я хотела увеличить свою уровень, просто любопытство.

— Нет, не сможешь, уровень можно увеличить только до двадцати одного года.

Киваю, это я и так знаю: — Но мне все же интересно. Что это за тренировки такие? — не сдаюсь.

Альфред мотает головой: — Не могу, это секрет высших, и я не вправе его раскрывать.

Закатываю глаза: — Ну конечно.

В гостиной снова тишина, я больше ничего не спрашиваю, лишь размышляю о том, как бы изменилась моя жизнь, если бы я росла среди высших. Мысль абсурдная, ведь среди моих родственников нет ни одного высшего. Мы все обычные, среднестатистические маги, все кроме меня, я исключение, урод.

— Иди сюда, — хрипит Альфред, вырывая меня из тяжелых мыслей.

Поднимаю взгляд на мужчину и не понимающе моргаю. Альфред широко раздвигает свои ноги и призывно постукивает по своим коленям.

Я знаю, чего он хочет, да если быть честной, и я этого хочу. Хочу забыться, отпустить все и раствориться в приятных ощущениях.

Поднимаюсь на ноги и аккуратно с грацией кошки подбираюсь к своему хозяину. Звучит так себе, но меня подобное заводит, люблю быть слабой в сильных руках.

Склоняюсь и оперившись руками о ноги мужчины, сексуально выгибаю спину. Приближаюсь к лицу Альфреда и укусив нижнюю губу, оттягиваю ее на себя. Резко отпускаю и наслаждаюсь тихим смешком.

Облизываю пострадавшую губу, но не успеваю отпрянуть, мужчина срывается с места, хватает меня за талию и усаживает к себе на колени.

Целует так, что все мои тяжелые мысли тут же улетучиваются из головы. Стону, наслаждаюсь и включаюсь в процесс, помогаю Альфреду избавиться от футболки и с наслаждением ощупываю каждую мышцу его прекрасного пресса.

Мужчина забирается под подол моего платья и быстрым движением разрывает на мне кружевные трусики.

— Эй! Сума сошёл? Ты хоть представляешь сколько они стоят? — вырывается неосознанно.

Бельё, это единственная часть гардероба в выборе которой я могу быть абсолютно свободной и покупать то, что мне по душе. Поэтому, на нем я никогда не экономлю, всегда беру самое лучшее.

Альфред показывает мне красивое кружево, которое еще минуту назад было моими трусиками.

— Красное? Мне нравится, выглядело на тебе, наверное, потрясающе, — хрипит с плотоядной улыбкой.

Вырываю бывшие трусы из лап неандертальца и выкидываю в сторону, не могу больше смотреть на этот кошмар.

— Верно, выглядели оно просто потрясающе, но увы и ах, ты этого уже никогда не увидишь.

В ответ Альфред опасно рычит и набрасывается на меня с новой порцией умопомрачительных поцелуев.

Холодный воздух обволакивает мои плечи, выныриваю из сна и не открывая глаз, чтобы не потерять связь со сновидением, поправляю одеяло. Расслабляюсь, но тут одеяло снова отлетает в сторону, а горячая ладонь накрывает мою грудь и с силой сжимает ее.

— Мне нужна твоя помощь, Каролина, — шепчет мне в самое ухо Альфред.

Хватает мою ладонь и накрывает свой восставший член. Утренний секс, это конечно прекрасно, но…я ненавижу, когда меня будят! Просто терпеть не могу!

Вырываю ладонь от внушительного бугра и с размаху пяткой пинаю мужчину в коленную чашечку.

Альфред тут же убирает свои руки от моего обмякшего тела и что-то неразборчиво шипит, матерясь через каждое второе слово.

Натягиваю одеяло повыше и с блаженной улыбкой расслабляюсь, секунда и вновь одеяло улетает в сторону, одна мужская ладонь снова на моей груди, а вторая спускается вниз живота. Пинаю Альфреда, но на этот раз промахиваюсь, мужчина успевает отклониться от моего неоригинального коварства.

Рывок и вот я уже лежу на спине с распахнутыми глазами, мужчина с коварной ухмылкой нависает надо мной.

— Прекрати копошится в моей голове! — рычу на Альфреда. Он снова это сделал, снова залез в мою голову и управлял мной, как куклой.

— Расслабься, если прекратишь сопротивляться и делать себе больно, то получишь колоссальное удовольствие от подчинения мне, — хрипит змей искуситель.

Мои руки против моей воли ползут вверх, дергаюсь, но уловив недовольное выражение лица Альфреда, расслабляюсь. Он все равно не отстанет, сделает так как хочется ему, поэтому почему бы мне не расслабиться и не получить удовольствие?

Мужчина наклоняется ко мне, и обхватив ртом, набухший сосок начинает его ласкать своим горячим языком. Тихий стон вырывается из моего горла, я беззащитна, меня никто не держит, но при этом я не могу пошевелиться.

Новый рывок и вот я уже стою на коленях соблазнительно оттопырив попку, моя голова упирается в подушку, а руки все так же покоятся над головой.

Удивительно, но Альфред оказался прав, если расслабиться и не сопротивляться, то я совершенно не чувствую его в своей голове, вот что значит пятый уровень.

Сильный шлепок обжигает мои ягодицы, мужчина совершенно не жалеет сил.

— Ай! Ты оху**?! — ору на Альфреда.

Ответом мне служит хриплый смех: — Это за непослушание.

Напрягаюсь изо всех сил, но не противлюсь воздействию, обхожу невидимые щупальца мужчины и забираюсь в его голову, но тут же наталкиваюсь на стену.

— Ай! — смеётся Альфред. — Похоже, меня комарик в голову укусил. Расслабься красотка, и получай удовольствие.

— Удовольствие? А ты сможешь мне его доставить? Я вот в этом совершенно не уверена.

Новый шлепок, но не такой сильный, а за ним сразу же следует практически невесомое поглаживание:

— Язва.

Альфред входит в меня резким толчком, с низким рыком запрокидываю голову и закатываю глаза от удовольствия, перемешанного с болью. Мужчина тут же вплетает свои пальцы в мои волосы заставляет прогнуться еще сильнее. Толчок, ещё один, с каждой секундой ритм ускоряется, кровать ходит ходуном, а мне становится невыносимо хорошо.

***

— Если я опоздаю, я лично скину тебя с этого дурацкого балкона! — психую на Альфреда.

Утренний секс, расслабленный завтрак, все это отняло у нас слишком много времени и если мы не соберёмся в течение пятнадцати минут то, я опоздаю на тренировку.

— Расслабься, посмотри какая прекрасная погода, — развалившись на шезлонге говорит мужчина, попивая кофе в одних боксерах.

Разматываю мокрое полотенце с волос и кидаю в наглую морду: — Я поеду на такси.

Мужчина скидывает мокрую тряпку со своего лица и с печальным вздохом произносит: — Почему с тобой так сложно?

Ничего не отвечаю, у меня на все это попросту нет времени. Сегодняшний день и так обещает быть дерьмовым, а ещё и этот довольный жизнью высший хочет меня вывести из шаткого равновесия.

Убегаю обратно в спальню, нахожу своё смятое платье за прикроватной тумбой и натягиваю прямо на голое тело.

Заказываю машину и бегу в ванную за чистым полотенцем, необходимо хоть немного просушить волосы, а без фена это ой как непросто сделать. В этом огромном пентхаусе есть все, но фена нет.

Звуковой сигнал сообщает мне о прибытие машины, выбрасываю полотенце в корзину для стирки и открыв дверь тут же сталкиваюсь лицом с твердой грудью Альфреда.

Отстраняюсь и обхожу высшего, но не успеваю сделать и двух шагов, меня хватают за руку и разворачивают, хорошо хоть в голову не полез.

— Куда собралась? — недовольно спрашивает мужчина.

— На тренировку.

— В таком виде? — взгляд Альфреда замирает на моей груди от чего соски ещё больше набухают и сильнее впиваются в тонкую ткань.

— Я не виновата, что ты порвал все мое белье. За время поездки волосы высохнут, и я прикрою ими все непотребство, не переживай, никто ничего не заметит.

— На чем ты собралась добираться?

— На такси.

— Нет, — отрезает мужчина и утягивает меня обратно в спальню.

— Что значит нет?! Я опаздываю! Мне и так придётся придумывать небылицу о том почему я ночевала не в доме вместе со всеми!

Альфред усаживает меня на кровать, а сам открыв шкаф, хватает спортивные брюки и натягивать их на свои сильные ноги.

— Кстати об этом, я хочу, чтобы ты переехала ко мне. Мне совершенно не нравится, что с тобой под одной крышей живет ещё семь мужчин.

Запрокидываю голову и громко смеюсь: — Ты шутишь?

В ответ лишь тишина, по выражению лица Альфреда понимаю, не шутит: — Мы так не договаривались, — произношу серьезным тоном.

— Ты подписала договор, — уничтожает меня одной фразой.

Скрещиваю руки под грудью, и прикрыв глаза произношу:

— Просто отвези меня на тренировку или дай уехать на такси.

Мужчина натягивает футболку и небрежно бросает:

— Погнали.

Ладонь Альфреда прожигает мою талию до самых костей, мужчина наотрез отказывается держать свои руки при себе, весь путь, что мы шли по территории поселка для участников, он не отпускал меня. Каждый кто встречался нам на пути шокировано провожал наш необычный дуэт. Но реакция всех этих случайных, незнакомых мне людей ерунда, по сравнению с тем, что меня ждало в тренировочном зале.

— Не отпустишь? — обреченно спрашиваю уже у самых дверей.

— Расслабься.

Альфред отталкивает дверь от себя, секунда и вот практически все маги, присутствующие на тренировке смотрят на нас, в упор, без утайки. Отыскиваю взглядом свою команду и тут же сталкиваюсь с разочарованием во взгляде Курта. Я всегда хотела избавиться от назойливого парня, но я никогда не хотела делать ему больно, он хороший человек и не заслуживает такого. Тем более сегодня, в день, когда мы должны были отправиться на свидание. Мне стыдно и впервые в жизнь внутренний кукловод не нашептывает мне, что я все делаю правильно. Он молча сидит в своем темном углу и осуждающе качает головой.

— Доброе утро, — произношу еле слышно, когда мы подходим к ребятам ближе.

— Доброе утро, господин Альфред, — приветствие Юджин моего спутника и повернувшись ко мне рявкает. — Ты опоздала, сегодня бежишь в два раза больше, ясно?!

— Ясно.

— Тогда вперед, чего встала?!

Я срываюсь с места и иду в сторону беговой дорожки, мы действительно опоздали на двадцать минут. Я не могла заявиться на тренировку в платье, да еще и без нижнего белья, поэтому пришлось сначала идти в дом и переодеваться.

Проходит минута, а за ней еще пять, но на беговой дорожке я совершенно одна. Я специально выбираю самую дальнюю у стены в надежде хоть ненадолго спрятаться от обжигающих взглядов.

— Привет, — через полчаса ко мне подходит Курт и запрыгивает на соседнюю, свободную дорожку.

— Привет, — говорю еле слышно и закусываю нижнюю губу до легкой боли.

Я жду миллиона вопросов и обвинений в свой адрес, но Курт не произносит ни слова. Молча увеличивает скорость и устремив взгляд в стену вставляет в уши беспроводные наушники.

Через какое-то время, когда я практически перестаю чувствовать свои ноги, а легкие жжет огнем, Юджин окликает нас с Куртом и начинается основная часть тренировки, лабиринт.

Три часа беспрерывной беготни, осуждающие взгляды парней и ни одного слова от Курта.

Вытираю пот с лица полотенцем и иду к кулеру за очередной порцией воды.

— А вот и она, звезда сегодняшнего дня, — радостно произносит знакомый голос.

— Зачем вы это делаете? — делаю глоток живительной жидкости и перевожу вопросительный взгляд на Дэвида.

— Мне просто любопытно, что в тебе такого особенного? За Альфредом Дефо давно ведётся охота, многие одинокие высшие девушки соблазняют его уже ни один год, а он зараза такой никому не отвечает. Многие его сравниваю с древнегреческой статуей, такой же красивый и такой же холодный, — хмыкает мужчина. — А тут ты девушка без рода, без выдающихся способностей, да еще и целитель, чем зацепила? Признавайся.

Ничего не отвечаю и никак не реагирую, это все очередная игра Дэвида, я не буду пешкой.

Резкий рывок, разворот и вот я уже прижата лицом к горячей груди Альфреда.

— Свалил, — рявкает мужчина.

Сильная ментальная волна удобряет меня по касательной, резко запрокидываю голову и шокировано смотрю на удерживающего меня Альфреда. Мужчина прожигает своего оппонента яростным взглядом, даже мне становится боязно.

— Ого, как все серьезно, — продолжает веселиться Дэвид:

— Аккуратнее мой друг, такими выходками ты можешь обречь себя на вылет из совета или даже сесть в тюрьму.

Альфред ничего не отвечает, только ещё крепче прижимает меня к своей груди, укладываю подрагивающую руку на широкую спину и аккуратно, тонкой струйкой пускаю по телу мужчины тепло. Такой хитростью пользуются многие целители, например, когда человек слишком сильно боится лечения. Тепло заставляет человека успокоиться и расслабиться.

— Лучше следи за собой, рано или поздно все твое дерьмо полезет наружу, — отвечает Альфред и схватив меня за руку утаскивает прочь.

Мужчина, не обращая внимания на пристальные взгляды заталкивается меня в женскую раздевалку и сам заходит следом. Закрывает дверь на замок и усевшись на скамейку, подзывает меня к себе: — Иди ко мне, — лаза мужчины сейчас очень темные, как бездна моря, а голос дрожит. Он на грани, внутренний монстр Альфреда рвётся наружу, мне бы бежать, спасать свою пятую точку, но вместо этого я подхожу к мужчине и усевшись к нему на колени, обнимаю. Эта внутренняя борьба с самим собой слишком хорошо мне знакома, я знаю каково это, балансировать и стараться удержаться на самом краю.

— Ты применил свою силу на Дэвиде, у тебя теперь будут проблемы? — спрашиваю еле слышно, когда чувствую, что сердцебиение мужчины возвращается к спокойному ритму.

— Нет, он такой же, как я.

— Что? — переспрашиваю. — Он тоже кукловод?

Вместо ответа Альфред, смотря прямо в мои глаза медленно кивает и произносит строгим голосом:

— Закрываем тему, больше ничего не скажу. Правда слишком опасна.

— И много среди высших кукловодов? — спрашиваю, немного отойдя от шока.

Альфред ничего не отвечает, крепче прижимает меня к себе и укладывает свое лицо на мою грудь.

— А какой уровень магии у Дэвида? Он тоже сильный? — вопрос слетает с моих губ быстрее, чем я успеваю подумать.

В ответ снова тишина, лишь хватка на моей талии усиливается до такой степени, что становится болезненной. Мысленно зашиваю свой рот нитками, ни к чему сейчас задавать подобные вопросы, тем более Альфред только что чуть не сорвался.

Несколько долгих минут проходят в полной тишине, после чего мужчина глубоко вдыхает воздух около моей кожи, ставит меня на ноги и уже совершенно спокойным тоном произносит:

— Пошли.

— Куда?

— Сегодня второй день турнира, ты забыла? Надеюсь сегодняшние противники будут порасторопнее, а то никакого веселья.

Закатываю глаза, высокомерный высший вернулся. Здравствуйте, я совершенно точно по вам не скучала.

— Вчера были самые слабые команды среди нас. Даже мы их раскатаем на раз два. Не волнуйся, завтра против вас будем мы, — подхожу к мужчине вплотную и запрокинув голову с кровожадной улыбкой произношу. — И мы вас разобьем в пух и прах.

Мужчина в ответ скалится: — Буду ждать с нетерпением.

У самого стадиона мы разделяемся, я поднимаюсь на трибуну и сажусь рядом с ребятами, а Альфред присоединяется к своей команде, которая уже в полном составе ожидает своего выхода.

Сегодня нас ожидает девять турниров, вместо трех, вчерашние соревнования были настолько скоротечны и предсказуемы, что организаторы похоже решили вымотать высших, чтобы у ребят был хоть какой-то шанс пройти дальше. И они оказались совершенно правы, две команды из девяти смогли одержать победу и пройти дальше.

Девятая игра, противники Альфред и его команда, которые единственные еще ни разу не проигрывали и судя по тому, что я вижу сейчас, и не собираются. Они действуют жестко, а капитан команды и вовсе объявил охоту на бедного целителя, который даже войти в лабиринт не успел, а уже выбыл.

— Каролина, — зовет меня Итан. — Если завтра нас поставят против этого монстра, ты уж постарайся ночью, чтобы мы победили.

— Отставить! — не отрывая взгляда от происходящего в лабиринте произносит Юджин.

Только я собираюсь ответить паршивцу, как слышу сбоку робкое:

— Ты его любишь?

Оборачиваюсь, Курт смотрит на меня глазами полными печали и разочарования: — Я…я не знаю, пока рано говорить о любви. Он просто мне нравится, — и ведь даже не вру, мне действительно нравится этот высокомерный высший. Но если бы не дурацкий договора, я бы держалась от него как можно дальше.

— Ясно, но ты же не забыла о своем обещание? Сегодня у нас свидание Каролина и я хочу получить свой приз.

Курт накрывает мою ногу своей ладонью, намного выше коленной чашечки, слишком интимно. В это же мгновение со стороны Итана раздается свист, а уже через секунду я скидываю наглую ручонку:

— Что ты творишь?!

Смотрю в глаза напарника и не могу поверить в то, что в них вижу, это что злость? Неужели этот божий одуванчик умеет злиться?

— Я ждал тебя долгие годы, а ты ушла к первому встречному высшему. Что я должен делать, оставить все так как есть? Не могу, я должен уберечь тебя от самой большой ошибки в твоей жизни.

— Заткнулись! — рявкает Юджин: — Задолбали уже со своей Санта Барбарой. У нас на кону такой приз, а головы моих целителей забиты всякой ненужной хренью! Все что вас должно волновать это победа, остальное потом, после окончания турнира.

Курт открывает рот, чтобы что-то возразить Юджину, но тут же захлопывает его встретившись взглядами с ним.

Еще пять минут невыносимого напряжения и команда Альфреда одерживает очередную победу.

Ну что же, на сегодня мы имеем две победы, я испытываю гордость за ребят, но в то же время и разочарование, ведь чем больше будет народу во втором туре, тем сложнее нам придется.

После церемонии награждения, Гэри Хоук объявляет противников на завтрашний день и к моему несчастью, против нас будут биться Дэвид и его команда. Как только старый судья заканчивает свою речь, огромная волна магов поднимается с трибун и следует к выходу.

Поднимаюсь вместе со всеми и из-за всех сил стараюсь затеряться в толпе. По взгляду Альфреда брошенного на экран таблоида, когда объявили наших противников, я понимаю, что меня ожидает очередной вынос мозга. А я этого не хочу, по крайней мере не сейчас, когда мужчина в ярости.

Мне удается улизнуть незамеченной и даже добраться до нашего домика, пять минут спокойствия и входная дверь с противным скрипом открывается, а на пороге стоит Юджин с хозяином моей жизни на ближайший месяц.

Альфред как хищник, медленно, бесшумно подходит ко мне и схватив за руку тащит на выход: — Мы уезжаем.

— Куда?

— Она никуда не поедет, — Курт хватает меня за вторую руку и тянет в противоположную сторону.

Гостиную небольшого, уютного домика накрывает гробовая тишина, все присутствующие неверующе смотрят на целителя, осмеливающегося перечить высшему.

Альфред медленно поворачивает голову в сторону Курта и сквозь зубы произносит: — Что, прости?

На удивление Курт не отступает, а твердо отвечает: — Она никуда с вами не поедет, я не позволю Каролине совершить ошибку.

Осмелевший целитель тянет мою руку на себя. Бесит! Я что похожа на куклу?! Что за перетягивание живого каната?! Хочется возмутиться, наорать на двух идиотов, но я молчу, в моих словах нет никакого смысла. Эти упрямые бараны меня не послушают, только зря нервы себе истреплю.

Альфред издает зловещий смешок и рычит: — Не зли меня мальчик, ты конечно целитель, но в порыве гнева я с тобой такое сделаю, что никакая магия восстановиться не поможет.

— Стоп! Курт, что за цирк ты тут устроил? Отпусти Каролину, теперь она будет жить со своим парнем.

Шокировано смотрю на Юджина. Что он только что сморозил? Парень? Какой еще парень?! Перевожу вопросительный взгляд на Альфреда и понимаю, это все с его подачи. Он что-то про нас наплел, что-то, что помогло ему осуществить свой план и забрать меня из этого дома.

— Парень? — еле слышно переспрашивает Курт и наконец-то отпускает мою руку.

— Да, мы встречаемся, так что с этого момента постарайтесь держать свои руки при себе, если не хотите лишиться целителя в разгар турнира, — произносит Альфред и обняв шокированную меня за талию, выводит на улицу.

Несколько минут мы идем в полной тишине, я пытаюсь переварить все то, что произошло за последние несколько минут, но не могу, всего слишком много.

— Что ты сказал Юджину?

— Правду, — отвечает мужчина сквозь зубы, прижимая меня к себе еще плотнее.

— Какую правду?! Мы не встречаемся! Это ложь!

— Я ему этого не говорил.

— Что? — резко останавливаюсь, ужасная догадка всплывает в моём сознании. — Ты рассказал ему про договор?!

Альфред медленно кивает и оглядывается по сторонам:

— Может мы поговорим в машине? Ни к чему всем знать об особенностях наших отношений.

Прикрываю глаза, дикая ярость бурлит в моих венах, никто и никогда не относился ко мне, как в вещи, никогда я еще не чувствовала себя такой униженной. Знаю, я сама подписалась на все это, но Альфред перешел черту. Сделал меня шлюхой в глазах Юджина и это только первый день, боюсь представить, что будет дальше.

Резко распахиваю глаза и даю волю своему внутреннему монстру, опасно, безрассудно, но я должна выпустить пар.

Лезу в голову Альфреда и просто пытаюсь превратить мозг моего обидчика в кашицу. Вначале мужчина морщится, но уже через пару секунд выталкивает меня из своей головы с такой силой, что я от неожиданности теряю равновесие и валюсь с ног прямо на пыльный асфальт.

Мужчина тут же подходит ко мне и как пушинку поднимает на руки:

— Никогда больше так не делай, ты могла выдать себя, — произносит мой обидчик, двигаясь к воротам.

— Это подло Альфред, ты поступил очень подло, — говорю дрожащим голосом. Гнев, слабость, усталость, страх, все это перемешивается в один жгучий коктейль и превращается в горькие слезы.

Мужчина ничего не отвечает, только еще сильнее прижимает мое дрожащее тело к своей мощной груди, дожидается, когда к его ногам подадут автомобиль и усаживает меня внутрь. Заправляет мои выбившиеся из косы пряди за ухо и вытирает с лица дорожки слез, разгибается и захлопывает дверь.

Всю дорогу до пентхауса мы проводим в полной тишине, у меня нет желания ни то что говорить с Альфредом, а даже сидеть с ним рядом, но у меня нет выхода. Я сама, своей собственной рукой отдала ему себя на целый месяц и теперь не имею право выбирать и возмущаться.

Приняв тропический душ и немного успокоившись, я выхожу из ванной и возвращаюсь в гостиную. Альфред, облокотившись на стену и попивая вино гипнотизирует прекрасный вид, открывающийся из окна. Подхожу ближе и выхватив бокал из рук мужчины, делаю внушительный глоток:

— Я знаю, что сама подписалась на все это и не имею право возмущаться, но я прошу тебя предупреждай о своих планах заранее. Я не хочу срываться, я не хочу в тюрьму.

Альфред несколько секунд молча смотрит в мои глаза, после чего все же кивает. Не успеваю расслабиться и сделать еще один глоток вина, как слышу:

— Что в тебе такого особенного, Каролина? Почему все мужчина мира к тебе тянут свои клешни?

Издаю грустный смешок: — Звучит красиво, но реальность уродлива Альфред. Курт, считает, что из нас получится идеальная пара из-за того, что мы оба целители. Итан, просто хочет пополнить свою коллекцию женщин еще одним именем. Дэвид, использует меня как красную тряпку, чтобы вывести тебя из равновесия. А ты, тебе Альфред просто нравится наш секс, нравится, что со мной можно быть самим собой и не скрываться. Никому из вас нет никакого дела до моих чувств, вам просто хочется удовлетворить свои потребности за мой счет. Так что во мне нет ничего особенного, я просто девушка, пытающаяся выжить в этом жестоком мире мужчин.

Возвращаю бокал Альфреду и развернувшись произношу еле слышно: — Пойду переоденусь.

Резко сажусь и схватив телефон выключаю будильник, четыре утра, вот и настал день х. Оборачиваюсь, Альфреда нет, вторая половина кровати пуста, но простынь помята, а значит он спал.

Поднимаюсь с кровати и умывшись выхожу из спальни, подхожу к кухне откуда доносится тихий шум и тут же застываю на пороге комнаты. Мужчина готовит, неужели этот невыносимый, вспыльчивый, высокомерный богач умеет пользоваться сковородой? В жизни бы не подумала.

— Доброе утро, — произношу хриплым голосом. Вчерашний день вызвал во мне бурю неприятных эмоций и заставил перед сном хорошенько поплакать из-за чего сегодня я проснулась с опухшим лицом и головной болью.

— Доброе, завтрак практически готов, присаживайся, — с милой улыбкой произносит мужчина, чем еще больше вводим меня в ступор.

Забравшись на барный стул, получаю чашку свежесваренного кофе.

— Спасибо, но не стоило. Зачем ты поднялся в такую рань?

Поведение мужчины вызывает море вопросов, после вчерашнего я ожидала многого, скандала, пренебрежительного отношения, расторжение договора, но никак не заботы.

— У тебя тренировка через час, быстренько завтракай и выезжаем, — говорит мужчина, ставя передо мной тарелку с яичницей и свежими овощами.

— Спасибо, но я могла добраться и на такси, тебе не стоило вставать в такую рань, — насадив на вилку свежий огурец, порезанный соломкой, закидываю его в рот.

— Послушай, я обдумал твои вчерашние слова про Дэвида, и ты абсолютно права, он использует тебя, как оружие против меня. Я не могу отпустить тебя на турнир, не будучи уверенным, что ты сможешь противостоять этому уроду. Так что завтракай и выдвигаемся, сегодня у тебя часовая тренировка с самым лучшим тренером, — смеется Альфред, только вот глаза мужчины остаются серьезными.

Молча киваю. Тренировка с Альфредом действительно может оказаться полезной, ведь играть против высших, это не то же самое, что против привычных соперников.

***

— Куда ты меня ведешь? — спрашиваю мужчину, шагая за ним по длинному коридору.

— А ты как думаешь? — отвечает вопросом на вопрос Альфред.

— Судя по маршруту, на стадион, но зачем? У меня тренировка.

— Верно, — Альфред достает связку ключей из кармана спортивных штанов и открывает двери, ведущие на арену. — У нас индивидуальная тренировка, Каролина, а значит нам необходим свободный лабиринт и этот единственный.

С открытым ртом смотрю на пустующие трибуны: — Мы что будем тренироваться здесь?

— Чудеса дедукции, отмирай красотка и приступаем. У нас в запасе всего час, потом набегут рабочие.

Все отведенное время, Альфред гоняет меня по лабиринту, выжимает из меня все соки и все же в конце концов загнав в ловушку, прижимает к стене. Тяжело дыша облокачиваюсь спиной на стену лабиринта и произношу: — Ты выиграл, но все же я держалась молодцом, ты в меня ни разу не попал, — произношу с улыбкой.

Жгучее желание доказать Альфреду, что я чего-то стою, сыграло свою роль. Я смогла увернуться от всех потоков магии, пущенных в меня за этот долгий час.

— Ты молодец, Каролина, хитрая как лиса. Но все же я обвел тебя вокруг пальца и поймал.

Мужчина подходит вплотную и прижимается ко мне, так что я чувствую все, весь рельеф его красивого тела. Гипнотизируя мужчину, закидываю свои руки на его могучие плечи и тянусь к манящим, полным губам.

Альфред срывается первым, мои невесомые прикосновения срывают крышу изголодавшемуся кукловоду, мужчина вгрызается в мои губы страстным поцелуем. Его руки забираются под свободную белую футболку и сжимает изнывающие полушария. Адреналин, азарт, запах наших тел и громкое дыхание, все это превращается в жгучий коктейль под названием, возбуждение. Мы оба пьяны и до безумия жаждем получить долгожданную разрядку.

И вот когда я зависаю на самой вершине, мужчина останавливается. Распахнув глаза, шиплю сквозь зубы: — Какого, ты остановился?!

— Здесь кто-то есть, — шепчет в ответ Альфред и вынимает свою руку из моих спортивных штанов. Облизывает свои блестящие, пропитанные моими соками пальцы и развернувшись ко мне спиной приветствует урода, который посмел лишить меня удовольствия.

— Альфред? Каролина? Тоже решили проверить лабиринт перед соревнованиями? — с усмешкой спрашивает Дэвид.

— Мы уже уходим, — отвечает Альфред и схватив меня за талию уводит прочь.

Дэвид с хитрой улыбкой провожает наш дуэт, нет никаких сомнений, он понял, чем мы только что занимались. Вот только вот мне на это плевать. Я хочу закончить начатое, немедленно, иначе просто помру от перевозбуждения.

— Альфред немедленно найди пустое помещение, — хриплю на мужчину, когда мы практически добираемся до выхода.

— Потерпи малышка, я не оставлю тебя без сладкого, — шепчет в ответ змей искуситель, но не успевает воплотить обещанное в жизнь. Его снова окликает приставучий Дэвид. Ненавижу этого парня всем сердцем.

— Альфред, понимаю тебе сейчас не до меня, но нужно поговорить.

— Позже, — рычит мой мужчина.

— Сейчас Альфред, это касается твоего отца, — победная улыбка расцветает на лице Дэвида.

— Какой же ты жалкий… — с усмешкой произносит Альфред и развернувшись ко мне произносит строгим голосом, не терпящим возражений. — Ступай.

Слушаюсь безоговорочно, покидаю стадион и останавливаюсь возле двери в туалет. Я еще не потеряла надежду закончить начатое, возбуждение пульсирует во мне, застилает собой все, я просто не могу здраво мыслить в таком состоянии.

— Каролина! — окликает меня Юджин: — Как тренировка? Успешно? Нам нужно спешить, душ, легкий перекус и мы готовы сразиться за победу, — с гордым видом произносит капитан команды.

— Да, только… — поворачиваю голову в сторону арены. Альфреда нигде не видно, похоже меня все же решили оставить без сладкого, ну и пофиг я и сама прекрасно справлюсь. — Я сейчас подойду Юджин, только в туалет схожу.

Мужчина кивает и развернувшись исчезает за поворотом. Забегаю в туалет и закрыв дверь на замок, довожу себя до точки невозврата. Игры самой с собой мне хорошо знакомы, но это совершенно не то, ощущения не такие яркие, простая физиология, не более. Никогда не начинай того, что не сможешь закончить, я еще припомню это Альфреду, он еще у меня попляшет.

С гадкой улыбкой на устах покидаю дамскую комнату и тут же сталкиваюсь лицом к лицу с виновником моих страданий. Улыбка тут же сползает, выражение лица Альфреда пугает и не сулит мне ничего хорошего.

— Говори, — требую без прелюдий.

Мужчина несколько долгих секунд гипнотизирует мое лицо, после чего все же произносит: — Дэвид рассказал про нас моему отцу.

— И естественно, он против.

Альфред кивает: — Против, только вот у меня совсем другие планы. А я свои планы по прихоти других людей никогда не меняю.

Вздыхаю: — Я не буду сражаться с твоим отцом, Альфред.

Мужчина медлит, но все же достает свой смартфон из заднего кармана спортивных брюк и передает мне.

На экране навороченного телефона красуется наша фотография, сделанная со стороны. Мы сидим в машине и миленько улыбаемся друг другу, ничего особенного, но по фотографии становится сразу понятно, что между нами, что-то есть.

Перевожу вопросительный взгляд на Альфреда и с замиранием сердца жду пояснений.

— Это фото уже в сети и скоро оно будет красоваться на таблоидах всех, даже малоизвестных изданий.

— Это ты сделал? — спрашиваю чувствуя, как земля постепенно куда-то уплывает из-под моих ватных ног.

Мужчина медленно кивает, считывая все мои эмоции: — У меня не было выхода.

— Не было выхода?! А поговорить со мной?! Спросить? Ты хоть понимаешь, что теперь будет? Это увидят мои родители, дедушка! Как я им объясню нашу связь?!

— Ты можешь сказать правду, рассказать, что я знаю твой секрет. И что у тебя не было другого выхода, — Альфред делает шаг в мою сторону, а я отступаю, не хочу, чтобы он меня сейчас трогал.

— Правду? Дедушку хватит удар.

Обнимаю себя руками и глубоко дышу. Мы это уже проходили. Спорить с Альфредом бесполезно, он все равно сделает по-своему и мое мнение не учитывается.

Разворачиваюсь на пятках и делаю шаг в сторону выхода.

— Ты куда? — Альфред удерживает меня за руку.

— Отпусти, и прошу постарайся не попадаться мне на глаза до окончания сегодняшнего турнира, — освободив руку, быстрым шагом исчезаю за ближайшим поворотом.

Начало турнира. Все команды заняли свои места на первых рядах и ждут своей очереди. Юджин уже целый час вливает нам в уши мотивационные речи и подбадривает, а ещё периодически хвалит меня за настрой. Настрой на игру у меня действительно боевой, спасибо Дэвиду и его коварству. Этот несносный высший снова подставил меня, я никак не оправдываю действия Альфреда, но Дэвид, сегодня за все заплатит, зубами вырву победу.

И вот настала наша очередь, мы выстраиваемся перед лабиринтом и ждём звукового сигнала. Игра начинается, все игроки кроме целителей убегают в лабиринт и спустя несколько минут в воздухе расцветает залп оранжевых искр.

Первый пострадавший и конечно же не из команды высших, срываюсь с места и вступаю в игру. Страха нет, мы хорошо изучили команду соперников, и все продумали.

Дэвид и его команда, всегда действуют одинаково, сначала вводят в игру обоих целителей соперников, а уже позже выбивают из игры одним за другим, практически одновременно.

Моя задача сейчас, действовать максимально быстро, не мешкать и ни за что не впускать в игру Курта.

Добираюсь до раненого Итана за считанные секунда, опускаюсь на колени и беру обожженное запястье мужчины в свои руки.

— Что так долго, — как обычно ноет выпендрежник.

— Заткнись! — рявкаю на него и прислушиваюсь к шороху вокруг нас.

Почти заканчиваю с запястьем, как слышу торопливые шаги за соседней стенкой, секунда, успеваю подняться на ноги и рвануть прочь, оставив Итана в одиночестве.

Поворот, ещё один, действую аккуратно, обхожу все тупики, но преследователь не отстает.

Чертова липучка. Почему Дэвид поменял стратегию? Почему его целью стала я? Неужели он вывел личные отношения на передний план?

Вспышка огня прямо около моего лица, обжигает мою кожу и не на шутку пугает. Не раздумывая несусь к следующему повороту и сталкиваюсь с Юджином.

— Какого хрена, Каролина?! — орет на меня капитан команды за неосторожность.

— Берегись! — ору в ответ и толкаю мужчину в сторону.

Новая волна огня проносится в пару миллиметрах от наших тел.

Юджин заслоняется меня своим телом и вступает в битву с Дэвидом. Бой не равный, высший намного сильнее, но капитан моей команды не отступает, стоит на месте, как упрямый баран и отбивает каждый удар соперника.

— Черт! — кричу в отчаянье. С другой стороны, появляется еще один высший, амфибия, нам не победить, это провал.

Юджин не справится с ними, а я не улизну, ведь все проходы находятся за спинами высших.

— Юджин! — окрикиваю капитана команды, чтобы он тоже оценил все масштабы надвигающегося конца.

Мужчина оборачивается и сразу же вопит: — Вниз!

Слушаюсь незамедлительно, падаю на каменный пол, запрокидываю голову и вижу невероятное, Юджин стоит! Обливаясь потом, пошатываясь и матерясь сквозь зубы, но стоит. Резкий выпад в сторону амфибии, не могу поверить, высший падает на пятую точку и морщась сжимает обожженное бедро.

Резко поднимаюсь на ноги и бегу в его сторону, парень слишком сильно занят своим ранением и не замечает моего побега. Со всех ног несусь обратно к Итану, я не закончила лечение, а значит по правилам он не имеет право продолжать игру. У меня мало времени, его практически нет, я должна успеть исцелить Итана до того момента, как Юджин пострадает.

Добираюсь до пострадавшего, опустившись перед ним на колени и продолжаю лечение. Не успеваю, залп искр летит в небо с того самого места откуда я только что убежала. Мне необходимо время, минута, может две, но на мой браслет уже приходит уведомление.

— Черт! — рычу сквозь сжатые зубы.

— Курт в игру? — спрашивает Итан.

Киваю и заканчиваю лечение, это конец, проигрыш. Соперники еще не выпустили ни одного залпа искр, а мы с Куртом уже оба в игре, мы не справимся, нас выкинут из игры одним за другим.

Новая вспышка, отправляю уведомление Курту о том, что сама займусь раненым и бегу в сторону пострадавшего.

Добегаю до края лабиринта без происшествий, нахожу раненого Тириона и присаживаюсь рядом с ним.

Огромная царапина, оставленная водным кинжалом, красуется на грудные клетки молодого парня, недавно присоединившегося к нашей команде.

— Нехило, — шепчу, оценивая масштабы трагедии. Царапина не глубокая, но очень длинная, похоже я тут застряну на пару минут, главное, чтобы амфибия, ранившая Тириона не вернулась.

Почти три минуты я вожусь с неприятным ранением и на удивление за это время никто за нами не приходит.

Заканчиваю лечение, поднимаюсь на ноги и помогаю встать Тириону. Проверяю еще раз состояние парня и остаюсь довольна результатом проделанной работы.

— Держись за мной, Каролина, — произносит парень и задвигает меня за спину.

Слушаюсь, прячусь за широкими плечами Тириона и на мгновение прикрыла глаза, беготня и долгое лечение съели немало моих сил, я валюсь от усталости, но расслабляться нельзя, игра еще не окончена.

— Беги, — шепчет Тирион, формируя водный щит.

Бросаю быстрый взгляд через плечо парня и вижу разъярённое лицо Дэвида.

Срываюсь с места и несусь прочь, успеваю завернуть за угол и тут же чувствую, как в опасной близости пролетает огненный шар.

Оборачиваюсь. Дэвид?! Но как? Неужели уже устранил Тириона? Тогда почему я не вижу синих искр в небе? Что, черт возьми, происходит?!

Поворачиваю в очередной коридор и снова натыкаюсь на Юджина.

— Опять ты, — рычит на меня капитан команды.

После исцеления ребят, я должна тихо прятаться за спинами своих спасенных и дожидаться новых пострадавших, а не носиться по лабиринту, как ошпаренная.

— Берегись! — успеваю выкрикнуть и отскочить в сторону.

Огненная струя пролетает, не задевая меня и летит прямо в лицо Юджина. Капитан успевает увернуться и пустить в ответ огненный шар.

Мгновение и вот прямо за спиной Дэвида возникает Тирион, он выбрасывает руку с водным мечом вперёд и ранит капитана противников.

— Не понял, — напрягается Юджин.

— Он напал на нас, Каролина рванула прочь, а этот идиот последовал за ней, оставив свою спину открытой.

Юджин переводит вопросительный взгляд на меня, но я молчу. Мне нечего сказать, сама ни черта не понимаю.

— Ладно, валите отсюда, а я дождусь целителя, пора заканчивать с этим.

Ещё десять минут бесцельной беготни и неожиданно для всех, мы побеждаем. В шоковом состоянии покидаю лабиринт под бурные овации и подхожу к раненому Курту. Под конец, парень не успел увернуться и подставился под удар.

— Давай я, — убираю дрожащие руки Курта.

Парень жутко боится боли, как, впрочем, и любой целитель, поэтому самолечение ему даётся в разы сложнее.

Направляю остатки своей энергии на пострадавшую ногу напарника и исцеляю рану.

— Каролина, — слышу голос Альфреда за своей спиной.

— Я же просила не трогать меня, — огрызаюсь не оборачиваясь.

— Мы уходим.

— Что? — оборачиваюсь и встречаюсь лицом к лицу с разъяренным зверем.

— Все объясню, когда мы сидим в мою машину и покинем это место.

Хмурюсь: — Нет.

— Не пойдёшь сама, понесу, — говорит Альфред, делая шаг в мою сторону.

Смотрю на возвышающегося надо мной мужчину и понимаю не шутит, что-то происходит, что-то очень плохое.

— Ладно, — поднимаюсь на ноги и тут же оказываюсь в капкане рук.

Мужчина цепляется за мою талию мертвой хваткой и уводит с арены.

— Юджин меня убьёт, — шепчу еле слышно. Впереди ещё награждение и речь главного судьи, а я сбегаю.

— Гэри поговорит с ним, он знает причину, по которой я тебя увожу.

— Могу ли я узнать эту причину? — спрашиваю быстро, передвигая ногами.

— Да, но не здесь.

Мужчина выводит меня на улицу, и мы тут же оказываемся в кольце людей, вспышки фотоаппаратов со всех сторон ослепляют, а вопросы «Это правда, вы вместе?» «Кто ваша избранница Альфред?» «Ваши родители не против такого необычного союза?», напоминают мне о состоявшемся разговоре с мужчиной до начала турнира.

— Отошли! — рявкает мужской голос над моей головой.

Альфред расталкивает журналюг в разные стороны и прикрывая меня своим крепким телом, мы проталкиваемся к приготовленной для нас машине.

В этот раз это не спортивный автомобиль яркого цвета, а черный джип с тонированными стеклами. Альфред помогает мне забраться на переднее сидение огромного монстра, пристегивает и обойдя машину забирается на водительское место.

— Совсем забыл про это, — рычит сквозь зубы.

Провожаю толпу, примерно из двадцати человек, взглядом, некоторые фотографы даже бегут какое-то время за машиной и беспрерывно щелкают камерами.

— Во что я опять вляпалась, Альфред? — спрашиваю еле слышно, когда мы покидаем территорию поселка и мчим по направлению в город.

— Я просчитался, думал, что все давным-давно забыто, — спустя пару секунд отвечает мужчина.

— Подробнее, — требую тут же.

Альфред медлит, несколько раз бросает на меня обеспокоенный взгляд и молчит, будто ищет иные варианты выхода из сложившейся ситуации, но ничего не находит.

— То, что я собираюсь тебе рассказать, тайна высших. И если ты кому-то проболтаешься, меня повесят за измену, — Альфред поворачивает голову в мою сторону, полностью лишая внимания дорогу.

— Я умею держать секреты, — отвечаю незамедлительно.

Мужчина кивает и отвернувшись, продолжает: — Все высшие имеют дар кукловода.

Салон автомобиля погружается в тишину, Альфред напряженно ждет моей реакции, а я молча сижу с распахнутым ртом.

— Это невозможно… — наконец-то выталкиваю из себя.

— Это факт, Каролина. Все высшие-кукловоды, иначе наши семьи не смогли бы так долго находиться у власти.

— И твой отец тоже? — Альфред кивает. — Но как? Твоему отцу уже за пятьдесят, как он умудрился ни разу не сорваться за все эти годы?

— С самого раннего детства в нас тренируют выдержку. Бесконечные тренировки, жестокие наказания, к двадцати годам мы все обладаем невероятным самоконтролем.

— Почему подобных занятий нет для других кукловодов? Почему все остальные маги обречены погибать или сидеть в тюрьмах?

— Потому-что тогда бы наш мир находился в постоянной Гражданской войне. Каждое новое поколение кукловодов пыталось бы свергнуть с пьедестала старое, в стране была бы разруха и нищета.

Киваю. Альфред прав, даже в условиях нынешней реальности многие из нас пытаются свергнуть власть, безуспешно, но очень болезненно. В таких битвах, как правило, очень много пострадавших, обычные люди, целители и амфибии всегда погибают из-за огромных амбиций кукловодов.

— Это все очень волнительно, но при чем тут я? Почему мы так стремительно покинули арену? В чем причина?

— Все из-за Дэвида.

— Кстати об этом, он перегнул. Я все понимаю у вас вражда, но подставлять так свою команду, чтобы просто выбить меня из игры, это уже ненормально, — качаю головой.

— Он не хотел выбить тебя из игры, Каролина. Он хотел убить тебя.

— Что?! — ищу в лице Альфреда признаки веселья, с замиранием сердца жду, что мужчина повернет голову и с улыбкой на лице скажет: «Шутка».

Альфред бросает беглый взгляд в мою сторону и паркуется. Останавливается у обочины и отстегнув ремень безопасности поворачивается ко мне всем корпусом.

— Я не шучу, он действительно пытался убить тебя.

— Но почему? — обнимаю свои плечи дрожащими руками, теперь все рисуется в совершенно другом свете. Лицо Дэвида, перекошенное от ярости, его огненные шары, пущенные прямо мне в лицо, его одержимость. У мужчины была агония, он был болен идеей уничтожить меня.

— Прости, это все моя вина. Я не подумал, действовал на эмоциях и совершил ошибку.

— Какую ошибку? Я хочу знать правду. Хочу понять почему меня полчаса назад так отчаянно пытались убить! — на последних словах мой голос срывается и превращается в писк раненого зверя.

Альфред тянется ко мне в попытке обнять, но я не даю, отстраняюсь и мотаю головой из стороны в сторону:

— Говори, — произношу строгим голосом.

Мужчина насколько, долгих секунд свершит меня нечитаемым взглядом, но все же начинает свой рассказ:

— Это произошло пять лет назад, мы с Дэвидом всегда были очень дружны, мы росли вместе, учились. Он был моим лучшим другом, и я часто оставался у него с ночевкой. Все было прекрасно, у нас были схожие интересы и взгляды на жизнь, мы оба любили свободу и не хотели ее терять в угоду своим родителям.

Мой отец, видя, как ко мне относится семья Дэвида решил нас породнить. И для генов хорошо и для имиджа.

Выбор пал на Манни Моретти, младшую сестру Дэвида, девочке было на тот момент всего двадцать, но она была только за, стать моей.

Я отказался, сказал, что не готов терять свободу ради укреплений связей. Сказал, что семейная жизнь меня не привлекает и что я не собираюсь быть с той, с кем даже не могу представить себя в одной постели.

Альфред усмехается: — Я рос вместе с ней, видел ее первые шаги, учил кататься на велосипеде. Она была мне сестрой, не более.

— Что было дальше? — вытягиваю мужчину из печальных воспоминаний.

— Манни узнала, что я от неё отказался, сорвалась и потеряла контроль.

Ахнув, прикрываю рот ладонью, я помню эту историю пятилетней давности. Все газеты пестрили заголовками о новом кукловоде среди высших. Никто не знал, ни его личность, ни его семью. Все что удалось раскопать журналистам, это то, что кукловод убил нескольких служанок и теперь приговорён к пожизненному, домашнему аресту.

— Я вижу ты, как и все в этом городе, помнишь эту историю, — грустно усмехается Альфред. — Но не переживай. Манни хорошо устроилась, ее жизнь с арестом практически не изменилась. Единственное что поменялось, теперь все свои многочисленные покупки она делает через интернет.

После инцидента, Дэвид прекратил со мной какое-либо общение, обвинил меня во всех проблемах Манни и всячески старался опустить меня в глазах высших. Я привык к его нападкам, они задевали меня, но не ранили. За прошедшие пять лет, я привык к нашей войне и потерял страх, рассказал всем о нас с тобой, а Дэвид взбесился. Он застал меня перед турниром и попытался влезть в голову, пытался уничтожить, но у него не вышло, я оказался сильнее. Тогда он решил убить тебя, ведь впереди турнир, такой шанс. Дэвид думал, что устранит тебя быстро, но не тут-то было, ты заставила его побегать и в итоге привлечь лишнее внимание к своему странному поведению. Сейчас скорее всего его допрашивают и требуют объясниться.

— Жуть, — отворачиваюсь и обдумываю все сказанное Альфредом, мужчина тем временем вновь заводит автомобиль, и мы едим дальше.

— Зачем ты это делаешь, Альфред? — разрываю тишину.

— Что? — бросив на меня быстрый взгляд, уточняет мужчина.

— Зачем ты рушишь мою жизнь? Может я чего-то не знаю, и ты кого-то из моей родни ненавидишь? Решил действовать через меня?

— Бред, — мужчина хмурится.

— Бред? За последние несколько дней ты подставлял меня неисчислимое множество раз, это не бред, а вполне логичное умозаключение.

Мужчина паркует автомобиль, глушит мотор и произносит: — Согласен, за последние дни произошло много всего плохого, но никто не обещал тебе, что будет легко.

— Я подписывалась на секс, а не на то, что меня будет пытаться убить один из высших! — рывком отстегиваю ремень безопасности.

— Ты подписала договор, отдала мне всю себя на месяц, о просто сексе и разговора не было! Ты сама это придумала в своей голове и теперь принимаешь за чистую монету.

Распахиваю рот, чтобы ответить и тут же его захлопываю. Альфред прав, я просчиталась, думала все просто, банальная физиология, страсть, я сама виновата.

Открываю дверь автомобиля и выбираюсь наружу, этот эпизод моей жизни станет для меня хорошим уроком. Я вынесу из этого опыта многое и в первую очередь, это спрашивать имена тех, с кем сплю!

Не дожидаясь Альфреда, быстрым шагом добираюсь до лифта и нажимаю кнопку вызова. Мужчина догоняет меня и сразу же притягивает дрожащую меня от негодования спиной к своей груби.

— Не злись, я не хотел этого, честно, все должно было быть по-другому.

— И как же? — спрашиваю, сжимая и разжимая кулаки, необходимо успокоиться, опасно доводить себя до подобного состояния.

— Думал, что этот месяц будет полон удовольствия, — Альфред забирается под мою футболку своей пятерней и медленно, вызывая табун мурашек, дотрагивается до сосков. Удивительно, ненавижу этого высшего за то, во что он превратил мою жизнь, но все равно, хочу.

— Кажется, я задолжал тебе десерт, — томным голосом шепчет мужчина.

Решаю немного поиграть и когда створки лифта разъезжаются в разные стороны, произношу: — Не парься, я его уже получила, — выскальзываю из объятий онемевшего мужчины и забежав в лифт, жму необходимый нам этаж.

Альфред отмирает и настигнув меня, прижимает мое хрупкое тело к холодной, металлической стене маленькой кабинки.

— Кто?! — рычит мне в лицо диким зверем.

— Одна очень милая леди, — беззаботно пожимаю плечами.

— Леди?! Имя?! Я убью её! Ты только что подписала кому-то смертный приговор, Каролина. Я никогда не делюсь своим, никогда и ни с кем.

В ужасе смотрю на взбесившегося Альфреда, такой реакции я просто не предвидела. Хотела подёргать кота за усы, не более.

— Кто?! — не выдерживает моего молчания мужчина и встряхнув меня, как куклу, повторяет свой вопрос.

Выставляю правую руку перед своим лицом и произношу: — Маша Ладошкина, слышал о такой? У тебя она тоже есть, — хватаю мужчину за запястье.

Альфред пару секунд хмуро смотрит на наши руки, после чего немного расслабляется и произносит: — Ты…

— Да, я мастурбировала, а ты настоящий псих Альфред, тебе нужна терапия, — вырываюсь из захвата и выхожу в коридор.

Дожидаюсь психа у входной двери и наконец-то попадаю в уютную гостиную, залитую красивым, закатным светом.

— Больше так не делай, — выпив бокал холодной воды, строгим голосом произносит мужчина.

Ничего не отвечаю, укладываюсь на диван и прикрываю глаза от усталости, когда же этот ужасный день закончится и я смогу спокойно выдохнуть?

Неожиданно тишину разрывает звон смартфона, похоже покой нам только снится.

Альфред достаёт из своего кармана телефон и принимает вызов: — Да, отец.

Мужчина покидает гостиную, а я понимаю, что началось. Уверена, если сейчас открыть интернет, имя Альфреда будет на первом месте во всех поисковых системах.

Минута тишины и мой телефон так же оживает. Нехотя беру в руки смартфон и с ужасом читаю «Дедушка».

Отведенный нам месяц проносится незаметно. Все более или менее налаживается и приходит в норму. Журналюги пошумев неделю успокаиваются, а ревнивые поклонницы Альфреда перестают на каждом шагу обливать меня помоями.

— Готова? — слышится любимый голос за моей спиной. Да, именно так, любимый и одновременно с тем ненавистный голос.

Наши отношения с Альфредом были похожи на волшебную сказку, но только лишь в глазах окружающих. Реальность была не так прекрасна, как мне бы такого хотелось. Нет, мы достаточно быстро привыкли к особенностям друг друга и когда вся эта шумиха стихла, наши отношения стали практически идеальными, если бы не одно, но…

Я влюбилась.

Проснувшись ранним утро и повернув голову в сторону, где спал мужчина, я поймала себя на странной мысли, что хочу просыпаться так каждый день, всю оставшуюся жизнь. Эта дурная мысль меня не на шутку перепугала, а за тем в тот же самый день, вечером, заметив маленького мальчишку во дворе, я вдруг подумала, что безумно сильно хочу увидеть маленькую копию Альфреда.

Ночью того же дня, анализируя по двадцатому кругу свои неожиданные мысли, я заставила принять себя тот факт, что влюбилась. Влюбилась в того, кому совершенно не нужны серьезные отношения и семья. Влюбилась в того, кто открыто говорил мне про наш потрясающий секс, но ни разу не упомянул про любовь.

Последние две недели, после осознания своих дурацких чувств, я изо всех сил старалась не влюбляться в Альфреда еще сильнее, чтобы по окончанию отведенного мне срока, суметь уйти с достоинством. Это было невыносимо сложно. Каждый день я в тайне надеялась услышать заветное «Я люблю тебя, будь моей». Но вместо этого слышала, «Это было потрясающе, иногда мне кажется, что мне никогда не надоест твое тело».

Оборачиваюсь и демонстрирую свой вечерний наряд мужчине. На мне длинное платье в пол винного оттенка, красиво обтягивающие все изгибы тела. Сегодня наш последний совместный выход, завтра утром я сожгу дурацкий контракт, сяду на автобус до дедушкиного дома и исчезну из жизни мужчины, которого люблю.

Альфред подходит ко мне вплотную, укладывает свою пятерню на мою талию и притягивает к себе ближе.

— Выглядишь потрясающе, — хрипит мужчина с предвкушением. Опускает голову и впивается своими губами в мою шею.

— Спасибо, — выставляю руки вперед и немного отстраняюсь. — У нас нет на это времени, мы опаздываем.

Альфред не слушает, несмотря на мое сопротивление, он целует меня, кружит голову, заставляет послать всех и все к черту. И вот когда я уже тянусь к ремню брюк, а любимый спускает лямку с моих плеч, раздается спасительный звон.

Матерясь и проклиная звонящего. Альфред подходит к тумбе и отвечает на входящий вызов: — Да, отец.

Я тут же прихожу в себя, поправляю лямку и отворачиваюсь к зеркалу, чтобы поправить макияж и скрыть свое состояние. Отец Альфреда ожидаемо не признал выбор сына, вначале мужчина всячески пытался вразумить его и вернуть на путь истинный, но потом все прекратилось.

Однажды, после тренировок, Дитер Дефо решил навестить Альфреда и высказать все. Разговор был долгим и очень сложным, в итоге любимый не выдержал, вспылил и ляпнул то, что очень сильно ранило меня:

— Ты ее любишь? — задает неожиданный вопрос Дитер Дефо.

Перестаю дышать, напрягаю слух и прижимаюсь к закрытой двери еще сильнее. По началу, я пыталась отвлечься от навязчивой идеи подслушать разговор, но быстро сдалась и пошла на поводу своих желаний.

— Мне с ней…комфортно, — помедлив, отвечает Альфред.

— Это не ответ, — тут же слышится голос Дитера.

— Прекрати! Я уже взрослый мальчик и не обязан перед тобой отчитываться.

— Ясно, — с усмешкой отвечает отец Альфреда. — Значит не любовь, банальная физиология.

Оглушающая тишина в ответ сбивает с толку, Альфред не опровергает слова отца и это безмерно сильно ранит.

Отшатываюсь от закрытой двери и несусь обратно в нашу совместную спальню, закрываю дверь и прижимаюсь к ней спиной. Сползаю на пол и зажав рот ладонями, громкие всхлипываю. Горькие слёзы рвутся наружу, но я себе не позволяю. Ты с самого начала знала на что, шла Каролина и то, что ты отдала свое сердце не тому, это лишь твои проблемы. Не стоит понапрасну лить слезы и жалеть себя, тебе все равно никто не поможет.

***

— Привет, красотка, — к нашей паре подходит Оса.

— Привет, — назло Альфреду обнимаю друга и дарю ему ослепительную улыбку.

За месяц наших «отношений» я успела влюбиться и понять, что Альфред невыносимый собственник. Я и моя команда весь турнир вынуждены были выслушивать беспочвенные обвинения высшего. Он ревновал меня ко всем, а особенно к Курту, который к слову, разочаровался во мне и потерял какой-либо интерес.

Альфред тут же реагирует на мой выпад, впивается болезненной хваткой в талию и прячет меня за своей спиной.

— Отвали, — рявкает любимый.

— Успокойся Альфред, это всего лишь Оса, мы друзья не более, хватит уже кидаться на всех подряд, — осаждаю мужчину. — Он пришел? — спрашиваю у Оса и осматриваюсь по сторонам.

— Нет, Юджин уехал к себе домой. Нам не удалось его вразумить, — отвечает друг, хмуря брови.

Вздыхаю и делаю внушительный глоток шампанского. Турнир закончился, и мы проиграли. Второй тур проходил точно так же, как и первый, но в лабиринт добавили целую кучу ловушек, чтобы командам было еще сложнее.

Мы с ребятами довольно хорошо начали, но под конец случилось страшное. Юджин сорвался, оказалось, что он знаком с одним из высших против которых мы играли.

Парочку нелепых провокаций и вот нашего капитана команды дисквалифицируют, мы остаемся в меньшинстве и спустя десять минут проигрываем.

Выигрывает и занимает свои места в Парламенте команда Тома, трехкратные победители турнира, а мы остаемся ни с чем. Мы с ребятами всеми силами пытались убедить Юджина, что все хорошо, но мужчина не слушает и принимает решение покинуть команду навсегда.

— Не переживай Каролина, когда он остынет, мы с ним еще раз поговорим и обязательно переубедим, — успокаивает меня Оса.

— Да, конечно, — делаю вид, что верю в красивую ложь.

Друг тянется ко мне ободряюще обнять, но ожидаемо рядом со мной раздается останавливающий грозный рык.

Оса отступает и произнеся: — Пойду поприветствую наших победителей, — разворачивается и уходит прочь.

— Прекрати, — повернувшись говорю Альфреду. — Сегодня наш последний вечер, завтра я исчезну из твоей жизни навсегда, хватит всех отпугивать.

— Завтра, будет завтра, а сегодня ты моя и никто не смеет даже пальцем тебя касаться, — рычит мужчина и еще плотнее притягивает к себе.

Вздыхаю и качаю головой, невыносимый, упрямый, избалованный собственник. И почему я его полюбила? В нем же нет ничего положительного, одни минусы.

— Альфред, — за нашими спинами слышится властный голос отца Альфреда.

Вздрагиваю и делаю неосознанную попытку убежать, но крепкая хватка на талии останавливает меня.

— Отец, — мужчина здоровается с отцом крепким рукопожатием, а я ограничиваюсь лаконичным «Здравствуйте».

— Веселишься? — спрашивает Дитер у сына и осматривает меня с явным пренебрежением.

— Ты что-то хотел? — тут же нападает в ответ Альфред.

— Да, поговорить, сейчас, это срочно, — мужчина вмиг теряет ко мне интерес и становится серьезным.

— Сейчас? — уточняет Альфред и бросает быстрый взгляд в мою сторону.

— Ой, перестань, никто не украдет твою спутницу. Все присутствующие здесь люди прекрасно знают кто ты такой и на что способен, думаешь кто-то рискнет?

Альфред еще какое-то время спорит с отцом, но в итоге сдается и оставляет меня в гордом одиночестве возле свободного столика в самом дальнем углу зала.

Останавливаю официанта и хватаю сразу два бокала шампанского, ставлю одну порцию на стол и с громким звоном чокаюсь вторым бокалом об первый.

— Веселишься? — насмешливый голос застает меня врасплох.

Не оборачиваюсь, делаю большой глоток игристого и усмехаюсь. Дитер говорил, что здесь нет смельчаков, которые рискнут ко мне подойти в отсутствие Альфред, но кажется Дефо старший просчитался.

— Здравствуй, Дэвид, — приветствую мужчину.

После того случая на турнире, я какое-то время избегала обидчика и всячески старалась держаться от него подальше. Но однажды Дэвид застал меня сидящую в гордом одиночестве и неожиданно для меня принёс свои изменения. Сказал, что это было глупо и что больше он втягивать меня в свои разборки с Альфредом не будет. Мужчина сдержал своё обещание, но лишь частично, иногда Дэвид подмигивал мне, что неимоверно бесило моего мужчину.

— Скучаешь? — мужчина встаёт напротив меня и забирает мой второй бокал себе.

— Нет, — отвечаю не раздумывая.

— Врешь, я видел, как семейство Дефо ушли по направлению переговорной.

— Какой ты наблюдательный, тебе бы в разведке служить, а не в Парламенте штаны просиживать.

— Вообще-то я пришел за помощью маленькая язва, — смеётся мужчина. — Мне необходимо предоставить отчет за прошлый месяц своему отцу, только вот беда, я не помню куда я его дел. Поможешь мне его отыскать?

Вопросительно смотрю на мужчину: — Ты сейчас это серьезно? — спрашиваю с усмешкой.

— Вполне, тебе тут ещё как минимум час в гордом одиночестве куковать, разве не хочешь развеяться? Я даже готов провести тебе экскурсию по этому прекрасному дому.

— Экскурсию?

— Да, это поместье Моретти, мое дом Каролина.

Шокировано обвожу взглядом огромный зал с лепниной и дорогой мебелью: — Ого, — все что мне удается выдавить из себя, когда я наконец-то осознаю где, нахожусь. Я знала, что высшие богаты, но не ожидала что настолько.

— Ну так что? Идём? — продолжает уговаривать меня мужчина.

Прищуриваюсь: — Чего ты хочешь?

— Ничего, просто найти отчёт и вручить его отцу.

Не верю, ни единому слову не верю, но почему-то открываю рот и произношу: — Ладно, так и быть, помогу тебе.

Мужчина дарит мне шикарную улыбку и предлагает свой локоть.

Мотаю головой из стороны в сторону: — Дэвид, я не настолько пьяна, угомонись.

Мужчина в ответ лишь смеётся и просит следовать за ним.

Мы покидаем зал полный людей и оказываемся в пустынном коридоре, идея прогуляться сразу же перестает мне нравиться, слишком тихо, слишком зловеще.

— Может вернемся? — спрашиваю подрагивающим голосом.

Мы уже достаточно много прошли и теперь находимся в той части дома где нет ни посторонних звуков, ни людей. Ощущение будто в доме никого, мы совершенно одни.

— Трусишь? — посмотрев на меня, с усмешкой спрашивает Дэвид. — Не бойся, мы уже на месте.

Мужчина открывает дверь одной из многочисленных комнат ключом, и пропускает меня вперед. Переступив порог, оказываюсь в роскошном кабинете с деревянным столом внушительных размеров.

— Это мой кабинет, я редко здесь бываю, меня немного нервирует огромное количество портретов умерших родственников, поэтому я предпочитаю работать в другом месте, подальше от множества глаз.

Дэвид подходит к столу и начинает рыться в стопке бумаг, вытягивая их из стопки по очереди.

— Ты говорил, что я могу тебе помочь.

Мужчина поднимает на меня взгляд и произносит: — Да, стеллаж за твоей спиной, поищи там, возможно я уже убрал все в архив.

Оборачиваюсь и смотрю на двухметровую махину занимающую всю стену: — Папки расставлены по месяцам? — задаю логичный вопрос.

— Нет, — немного помедлив отвечает Дэвид.

Вопросительно смотрю на сосредоточенное лицо мужчины, жду объяснений с чего мне начинать и куда двигаться, но Дэвид молчит.

— По алфавиту? — делаю очередное предположение.

Мужчина застывает с листком бумаги и подняв на меня взгляд со снисходительной улыбкой произносит: — Нет, если бы все было так просто Каролина, я бы справился и один. Папки с документами в стеллаже просто стоят, без какого-либо порядка и правил. Начинай с одной стороны и двигайся к противоположной, думаю все должно получиться.

Шокировано оборачиваюсь на огромный стеллаж: — Да тут работы дней на пять, — шепчу еле слышно и достаю первую папку из сотни.

На мое счастье поиски заканчиваются быстро, Дэвид разыскивает необходимый отчет в бардаке на своем столе и с победной улыбкой демонстрирует мне наполовину исписанный клочок бумаги.

— И ради этого ты хотел здесь все перевернуть?

— Да, отец сказал предоставить и поверь если бы я этого не сделал, он бы мне весь мозг проел.

Мужчина разглаживает немного помятый лист бумаги и упаковывает бедолагу в файл, а затем в папку с твёрдой оболочкой. Откладывает приготовленный отчет и подходит к небольшой тумбе, стоящей неподалеку от дубового стола.

— Выпьем? — спрашивает мужчина, поднявшись на ноги и демонстрируя мне два бокала и наполовину выпитую бутылку виски.

— Не стоит.

Дэвид меня не слушает, разливает крепкий напиток по бокалам и передает один мне. Чокается и произносит: — За успешные поиски, — мужчина делает небольшой глоток и переводит на меня вопросительный взгляд. — Не бойся, не отравлено.

Подношу напиток к своим губам и делаю совсем крошечный глоток, терпкий вкус тут же разливается по всему рту, будоражит вкусовые рецепторы.

Отворачиваюсь от пристального взгляда Дэвида и осматриваю стену, увешанную портретами мужчин. Один из портретов сильнее других привлекает мой взор, что не остается незамеченным.

— Это мой прадедушка, Стивен Моретти, красавчик, правда? Мой дед всегда нам рассказывал, что у него была целая толпа поклонниц, которые были готовы на все, ради одного мимолетного взгляда Стивена, — смеется Дэвид.

— Почему на всех портретах все мужчины примерно одного возраста? — спрашиваю, просматривая все семь портретов.

— Каждый сам решает, когда хочет написать свой портрет для стены памяти, и это не удивительно, что каждый хочет запечатлеть себя в самом расцвете сил.

Киваю и отставив бокал наполовину полный виски, произношу: — Я думаю нам пора возвращаться.

Дэвид бросает быстрый взгляд на настенные часы и отвечает: — Ого, конечно пора, мы уже почти полтора часа здесь находимся, Альфред, наверное, там уже пол дома разнес в поисках тебя, — на последних словах мужчина зловеще улыбается, явно предвкушая.

Качаю головой: — Надеюсь собрание ещё не закончилось.

Выхожу из кабинета вслед за мужчиной и следую за ним быстрым шагом в обратном направлении.

— Прости, Каролина, — неожиданно произносит Дэвид.

Не сбавляя шаг, поворачиваю голову и вопросительно смотрю на мужчину.

Дэвид медлит, а я начинаю нервничать: — Говори.

— Прости, но это было не собрание, простая пятиминутная встреча коллег по работе.

Останавливаюсь, как вкопанная: — Пятиминутная встреча?! Веселишься?! — до меня начинает доходить. Дэвид снова использовал меня в своих играх, увёл, спрятал, решил поиграть на нервах врага.

— Это подло, — произношу, срываясь на быстрый шаг.

— Не удержался. Но с другой стороны, ты сама согласилась уйти со мной, силой я тебя не тащил.

Прожигаю недовольным взглядом Дэвида и произношу:

— Да, ты прав я сама виновата, самая настоящая, наивная дура! — произношу, срываясь на бег.

Мне хотелось пощекотать свои нервы, получить адреналин, который сейчас с бешеной скоростью несется по моим венам, хотелось растормошить Альфреда и вызвать ревность. И у меня все получилось, я добилась своего, только вот радости от полученного нет, есть дикий страх и злость на саму себя.

Последний поворот, забегаю в коридор ведущий в банкетный зал и тут же останавливаюсь. Разъяренный Альфред тут же оборачивается ко мне и с ненавистью прожигает мое покрасневшее от бега лицо.

Мгновение и вот рядом со мной останавливается Дэвид, подходит слишком близко и тяжело дыша произносит:

— Быстро бегаешь, вот, — протягивает мне мою, видно слетевшую при беге, заколку.

— Спасибо, — благодарю, а про себя проклинаю мужчину. Не стоило ему подходить ко мне слишком близко, вообще не стоило показываться на глаза Альфреду.

Секунда и вот Дэвид уже летит в стену, ударяется о красиво окрашенное покрытие спиной и оседает на деревянный пол.

Вскрикиваю и зажимаю рот руками, перевожу шокированный взгляд на не сдвинувшегося с места Альфреда и с ужасом осознаю, что только что произошло.

Любимый не смотрит на меня, он прожигает яростным взглядом друга детства, ждет, когда тот придет в себя, чтобы свершить задуманное.

Подбегаю к разъяренному кукловоду и хватаю его за руку: — Прекрати! Ты выдашь себя!

Мужчина никак не реагирует на мои слова, продолжает пялиться на Дэвида, который к слову похоже начинает осознавать все, что только-что с ним произошло.

— Остановись! Пока не стало слишком поздно! — молю Альфреда, повиснув на рукаве его пиджака.

— И где же твой хваленый самоконтроль? — с усмешкой спрашивает сидящий на полу Дэвид и тут же морщится от сильной боли.

— Нет! Прекрати! — пытаюсь перевести внимание Альфреда на себя, но мужчина меня не слышит, судя по стонам Дэвида, любимый решил превратить мозги высшего в омлет.

Если с Дэвидом что-то случится, это будет конец. Альфред не сможет выкрутиться и замять такое громкое происшествие, никто не сможет.

Резко, без сомнений и опаски направляю всю свою немногочисленную силу кукловода на Альфреда, но тут же сталкиваюсь с огромной невидимой стеной. Мужчина не пускает меня в свою голову и судя по всему даже не замечает моих попыток спасти его жизнь.

Закрываю глаза и собрав всю свою силу до последней крупицы, сосредотачиваюсь на мысли, что я должна спасти идиота, решившего себя погубить.

Отпускаю своего монстра на свободу и практически вижу, как стена в сознание Альфреда рушится, как огромная сила за ней отворачивается от истерзанного Дэвида и летит в мою сторону.

Мое тело отрывается от земли и летит, больно ударяюсь о стену и падаю на прохладный пол. Не пытаюсь встать, открыть глаза и понять слова говорящего, отпускаю сознание и проваливаюсь в объятья темноты.

***

Прохладный ветерок ласкает мою кожу, кутаюсь в покрывало и блаженно постанываю. Я выспалась, чувствую себя такой отдохнувшей и счастливой, что улыбка сама собой возникает на моих устах.

Минута, две и мое сознание начинает проясняться, резко распахиваю глаза и осматриваюсь. Я нахожусь там же где и весь последний месяц, дома у Альфреда, вернее в его постели.

Поднимаюсь на ноги и не умываясь выбегаю из спальни. Я должна увидеть любимого, убедиться в том, что он в порядке. Что с ним все хорошо, и он на свободе.

— Альфред! — кричу дрожащим голосом, захожу на кухню и резко застываю.

Мужчина спокойно распаковывающий завтрак из дорогого ресторана, оборачивается и осматривает меня с ног до головы.

— Доброе утро, — произношу еле слышно.

Альфред выглядит совершенно обычно, немного холодно, но при этом сексуально.

— Садись за стол, сейчас будет завтракать, — указывает кивком головы направление, в котором мне следует двигаться.

Послушно выполняю приказ, занимаю своё привычное место за столом напротив мужчины.

Альфред перекладывает ещё горячие сырники на большую белую тарелку и запускает кофемашину, ведёт себя совершенно обычно, так будто ничего не случилось, будто весь вчерашний вечер был кошмарным сном.

— Что со мной было? — решаю прояснить ситуацию.

Альфред ставит передо мной тарелку и кружку с карамельным латте: — Истощение.

— Истощение?

— Да, ты израсходовала почти все свои силы, — мужчина садится напротив и сделав глоток крепкого кофе, кивает на мою тарелку. — Ешь и обратно в постель.

Отрезаю кусочек сырника и проживав лакомство, отрицательно мотаю головой: — Я выспалась, спасибо. Мне нужно, как можно скорее собрать свои вещи и уехать, я обещала быть у дедушек в двенадцать.

— Нет, — произносит Альфред.

— Что нет? — непонимающе смотрю на мужчину.

— Ты останешься дома.

Хмурюсь: — Нет, наше время истекло, пора возвращаться в реальную жизнь.

— Нет, — снова односложный ответ.

Отставляю тарелку и нетронутый латте в сторону и поднимаюсь со стула. Твёрдым шагом добираюсь до гардеробной и выуживаю свой чемодан с нижней полки.

Свои вещи я упаковала ещё вчера, мне не хотелось долгих прощаний, поэтому все уже было приготовлено для быстрого побега.

Возвращаюсь в спальню и быстрым движением сдираю с себя пижаму, ткань трещит, но выдерживает мои психи.

Открываю чемодан и достав из него платье-балахон быстро натягиваю на голое тело. Хватаю свои пожитки и выхожу обратно в гостиную, прохожу мимо мужчины застывшего у окна и подхожу к входной двери.

— Далеко собралась? — слышится над моей головой, когда я наконец-то застегиваю второй ремешок на босоножках.

Разгибаюсь и схватив ручку чемодана, произношу: — Все уже решено, давай не будем делать наше прощание ещё хуже.

Шаг и вот мужчина уже прижимает меня своим огромным весом к двери: — Вот именно, Каролина, все уже давно решено. Ты остаешься.

Открываю и закрываю рот несколько раз, просто не в силах подобрать слова и что-то сказать. Когда срок нашего договора подходил к концу, я неоднократно представляла себе, что Альфред остановит меня от побега, признается в своих чувствах и никуда не отпустит. Так и вышло, мужчина меня не отпускает, только вот дело совсем не в любви.

Дергаюсь, снова бьюсь о сильное тело, но безуспешно, оковы становятся только крепче: — Прекрати, шутка затянулась.

— Шутка? — Альфред хватает мой подбородок и запрокидывает мою голову вверх, склоняется ко мне ближе и шепчет в самые губы: — Ты остаешься…

— Нет, — перебиваю и снова делаю попытку высвободиться.

Несколько долгих секунд, мужчина прожигает меня взглядом, будто что-то выискивает, лазейку или подсказку. После чего отпускает меня и рычит: — Я даю тебе сутки, встретиться с родственниками и все обдумать. Завтра в двенадцать ноль-ноль, ты должна стоять на этом месте со всеми своими вещами.

Усмехаюсь: — А если я не приду? Что тогда?! — слова мужчины сильно ранят меня.

Альфред снова подходит вплотную и глядя прямо в мои глаза, произносит: — Если ты ослушаешься, я приду за тобой, но уже не один, а с целой армией. Я выдам тебя, скажу, что ты опасна и заберу тебя себе.

Шокировано смотрю на мужчину, которому готова была самостоятельно отдать свое сердце на растерзание: — Ты действительно сделаешь это? Расскажешь всем что я кукловод?!

Альфред медленно кивает: — Я уже говорил Каролина, я получаю все, что хочу. И мне совершенно не важно, что для этого потребуется. Сейчас я хочу тебя, и я сделаю все, чтобы ты стала моей.

Медлю, ищу в глазах мужчины ответы, ещё надеюсь, что все это просто злая шутка на прощание. Но нет, Альфред совершенно серьезен, он действительно сделает все так как говорит, если это потребуется.

— Это подло, — произношу дрожащими губами. Злые слезы, пропитанные отчаянием и обидой, рвутся наружу, закусываю внутреннюю сторону щеки, запрещаю себе плакать, не при нем, ни сейчас.

— Ты не оставляешь мне выбора, — безэмоционально отвечает Альфред и накрывает своими губами мои дрожащие. Не отвечаю, но и не сопротивляюсь, просто стою, как безмолвная кукла и принимаю все, что делает со мной мужчина.

Так и не получив отклика, Альфред отстраняется и недовольно цокает языком: — У тебя сутки, Каролина. Разберись со всем и возвращайся, не нужно драматизировать и делать меня подонком. Наше влечение взаимно, так что расслабься и получай удовольствие.

Мужчина заканчивает свой монолог и не дождавшись от меня ни звука, скрывается в глубине своего пентхауса.

Резко дергаю дверную ручку вниз и выскакиваю наружу, спускаюсь и бегу по тротуару до тех пор, пока не выдыхаюсь. Только тогда, я останавливаюсь и перевожу дыхание.

Занимаю первую попавшуюся свободную скамейку и запрокинув голову к небу прикрываю глаза.

Что же мне теперь делать? Если я выполню условия Альфреда, сколько я продержусь? Год. Два. Итог будет закономерен, я потеряю себя, он меня уничтожит, воспользуется, а позже вытрет ноги и выбросит, как ненужную вещь.

Но и противиться нет смысла, я только сделаю хуже, причём не только себе, но и своим близким. Вся власть в нашей стране находится в руках высших, я не сомневаюсь, что Альфред посадит меня в тюрьму, как потенциально опасного кукловода, в свою личную тюрьму.

— Черт! Черт, черт, черт… — сбиваю руки о деревянную поверхность скамьи.

Скрываю лицо в ладонях и выпускаю целый водопад слез, жалею себя и проклинаю всех и все на свете.

Спустя какое-то время, когда у меня совсем не остаётся слез, меня вдруг осеняет. Дрожащими пальцами, немедля ни минуты, я достаю свой смартфон и набираю номер мамы.

Несколько долгих секунд ожидания и родительница отвечает на входящий вызов:

— Что-то случилось, Каролиночка?

Приподнимаю уголки губ в слабой улыбке, мама всегда начинает наш диалог одинаково. Она как истинный целитель, всю жизнь опасается снять трубку и услышать печальные новости, связанные со мной, постоянно беспокоится и волнуется. Именно по этой причине я решила жить с дедушкой, чтобы слабое сердце матери не видела все то, что я творила со своей жизнью все эти годы.

— Нет, вернее да, но ничего страшного. Мне просто нужно кое-что проверить, — выдыхаю, мысли путаются, меняются с молниеносной скоростью вырисовывая маловероятный, но все же план по спасению моей шкуры. — Я хочу приехать, прямо сейчас.

— Да, конечно, папа ещё на работе, но я дома. Приготовлю запеченную рыбку, твою любимую и сварю компот, — начинает тараторить родительница.

— Хорошо, тогда я буду у вас минут через двадцать.

— Двадцать?! Я думала ты у дедушки…Что происходит, Каролина?

— Нет, я все ещё в городе, — отнимаю на секунду телефон от уха и смотрю на время, почти двенадцать, нужно срочно позвонить деду и предупредить, чтобы не ждал меня сегодня, да и ближайший месяц тоже.

— Мамочка, не волнуйся, со мной все в порядке. Давай я сейчас приеду и все тебе объясню, ты главное не накручивай себя.

Прощаюсь с матерью, вызываю такси и пока жду машину, созваниваюсь с дедушкой.

Желтая машина останавливается рядом, открываю дверцу и бросаю быстрый взгляд в сторону где за высокими деревьями скрывается дом, в котором живет Альфред. Если у меня все получится, я переверну игру на сто восемьдесят градусов. И ты, меня уже не достанешь, никто меня не достанет.

Сделав глоток зеленого чая с мятой, наконец решаюсь: — Та шкатулка…она все еще у тебя? — интересуюсь осторожно.

— Шкатулка? — мама всеми силами пытается сделать вид, что не понимает, о чем я говорю.

— Да, та самая шкатулка, оставленная тебе бабушкой, — решаю подыграть.

— Я…я не помню куда я ее переложила…

— Она мне очень нужна.

Мама отрывается от приготовления вафель и оборачивается ко мне, смотрит в мои глаза несколько долгих секунд, после чего обреченно шепчет: — Не нужно было тебе ее показывать.

Через пару минут старая, деревянная, потрепанная временем шкатулка оказывается передо мной. Мама садится за стол и внимательно следит за тем как я ее открываю и достаю черно-белые фотографии.

— Зачем они тебе?

— Нужно проверить, — отвечаю, сосредоточенно перебирая фотографии. Отложив в сторону очередную фотографию вижу то, что все это время искала.

Мама замечает мое промедление и поднявшись на ноги подходит ко мне со спины. Склоняется и с улыбкой произносит: — Эта фотография была сделана незадолго до того, как твоя прабабушка узнала, что беременна, здесь она еще счастлива.

— Ты знаешь кто стоит рядом с ней? — спрашиваю, указывая на двух парней позади молодой, улыбчивой девушки.

Мама пожимает плечами: — Скорее всего одногруппники, видишь на них университетская форма.

Киваю и собрав все фотографии кроме одной, закрываю шкатулку.

— Зачем тебе эта фотография, Каролина? — в голосе матери звучит привычное волнение.

Всматриваюсь в счастливое лицо прабабушки и произношу: — Пора наконец-то выяснить тайну моего рождения.

***

С интересом осматриваю себя, эта красивая девушка в длинном, пышном, черном платье на тонких бретельках и разрезом до середины бедра, с аккуратно уложенными волосами и идеальным макияжем, очень сильно похожа на меня, но в то же время — это совершенно не та, Каролина которой я была месяц назад.

За моей спиной слышится свист: — Потрясающе выглядишь, просто невероятно.

Оглядываюсь и подарив Дэвиду улыбку, произношу:

— Сегодня такой важный день, я должна блистать.

Дэвид тут же становится серьезным: — Возможно стоит еще немного подождать?

— Боишься? — дразню мужчину.

— Ты его не видела, Каролина, а я да. Он ищет тебя, половину города перевернул.

— Знаю, — перебиваю мужчину: — Именно поэтому, мы больше не можем откладывать, Альфред затерроризировал моих родных и друзей, его одержимость обладать мной переходит все границы.

Дэвид довольно улыбается и мечтательно закатывает глаза.

— Тебе плохо? — подшучиваю над мужчиной.

— Нет, просто каждый раз, когда я представляю лицо Альфреда после объявления сногсшибательной новости, мне становится невыносимо хорошо. Впервые в жизни этот придурок не смог победить, и я очень рад что к этому приложила руку ты, Каролина Моретти, моя сестра.

Дэвид подходит ко мне ближе и подает свою руку, хватаюсь за нее и выпрямив спину следую за мужчиной.

Прошел уже месяц, но я до сих пор не верю в то, что все получилось и тайна моего рождения раскрылась. Все как в тумане. Я все еще помню насмешки Дэвида, когда впервые нашла его в клубе, в окружение полуголых девиц и все ему рассказала.

Рассказала о том, как узнала его прадедушку в кабинете, рассказала о несчастной любви моей прабабушки, которая в итоге подарила ей прекрасную дочь.

Рассказала о своем предположение, что у нас общий предок и о том, что так же, как и Дэвид являюсь кукловодом.

После моего сумбурного рассказа, мужчина просто посмеялся и произнес: «Ты под кайфом?»

Что-то подобное я и ожидала, поэтому не раздумывая воспользовалась своей силой и попыталась залезть в голову Дэвида. Мужчина тут же напрягся, прошелся еще раз взглядом по помятой черно-белой фотографии и произнес:

«Мне нужен тест ДНК.»

Спустя пару дней, проведенных в особняке семьи Моретти, я узнала три новости. Первое, тест подтвердил наше родство с Дэвидом, и я наконец-то узнала тайну своего рождения. Мой дар кукловода перешел ко мне от прадедушки, высшего воспользовавшегося моей прабабушкой еще в студенческие годы. Она всю свою недолгую жизнь любила первого красавца своего времени, а он ее забыл. Жестоко и больно оборвал какое-либо общение с нищей целительницей и ушел. Про несчастную любовь прабабушки знала вся наша семья, но никто из нас никогда и подумать не мог, что ее возлюбленный один из высших, да еще и кукловод, случайный поход с Дэвидом в его кабинет раскрыл тайну моего рождения.

Второе, все бастарды высших должны жить и носить фамилию семьи высших к которой они относятся.

И третье, Альфред в ярости, я не пришла в указанное время, на указанное мне место, чем не на шутку возбудила мужчину.

Весь месяц, проведенный в особняке Моретти, я училась быть девушкой знатного происхождения, манеры, поведение, осанка, а еще контроль над силой. Я наконец-то узнала, что за обучение проходит каждый высший и это оказался настоящий ад. Меня били, унижали, а я должна была терпеть, чтобы со мной не делал Йонас, учитель самоконтроля, я должна была оставаться спокойной и ни в коем случае не выпускать своего внутреннего монстра.

— Выходи, — произносит Дэвид, открыв переднюю дверь машины с моей стороны.

— Дай минутку, — говорю, стараясь справиться с внезапно возникшей дрожью.

Мужчина терпеливо ждет меня пару минут, после чего хватает за запястье и вытягивает наружу.

— Трусишка, — посмеивается Дэвид и укладывает мое запястье на своё предплечье, рефлекторно дергаю руку, но мужчина не отпускает.

— Ты моя любимая сестренка, которую я нашёл спустя столько лет, наш первый выход в свет должен быть красивым, так что не вырывайся.

— И сделай вид что поверила, что причина именно в этом, — демонстративно закатываю глаза.

Дэвид смеётся: — Кажется я начинаю понимать, что такого в тебе нашел Альфред.

На входе в особняк к какой-то там, очередной шишке, информацию о котором я сто процентов учила, но благополучно ее забыла. Мы предоставляем свои пригласительные и проходим внутрь. Заходим в дом и сразу же оказываемся в центре внимания. Все знатные гости тут же начинают шептаться и осматривать нас оценивающими взглядами.

Иду шаг в шаг с Дэвидом и практически не дышу, всю неделю я представляла то как зайду в этот зал с гордо поднятой головой, как посмотрю в глаза, мужчине, который меня предал. И вот я здесь, мне страшно и единственное что я сейчас хочу, убежать.

Весь воздух молниеносно покидает мои легкие, когда я вижу его. Альфред стоит у стены и засунув руки в карманы идеально сидящих на нем брюк не отрываясь смотрит на меня.

Отступаю, делаю шаг назад, но тут же слышу недовольный цокает над своей головой:

— Куда собралась трусишка? Уже поздно убегать, теперь только вперёд.

Дэвид тянет меня в сторону, прямо туда где сейчас пылает от гнева мой любимый мужчина. Мы не виделись месяц, и я думала, что за это время остыла, но это не так. Сейчас встретившись с ним взглядом, помимо дикого желания убежать, я испытала невероятно сильно влечение, желание подбежать и наполнить свои легкие его неповторимым запахом.

— Привет, мой старый друг, — веселится Дэвид.

— Значит вот так ты решила, — Альфред переводит свой взгляд от моей руки покоящиеся на предплечье Дэвида к моему лицу.

Замираю, просто не могу ничего произнести, та ярость с которой мужчина смотрит на меня, ощущается даже на расстояние, она меня заживо сжигает.

— Я.…мы… — не могу произнести ничего внятного.

— А я все гадал где же ты прячешься, а оказалось прямо у меня под носом, рядом с моим врагом, — последние слова переходят в грозный рык.

Резкая головная боль, отпускаю руку Дэвида и делаю шаг в сторону Альфреда. Кто-то хватает меня за руку и тянет назад. Оборачиваюсь, Дэвид что-то говорит Альфреду, но я ничего не слышу. Хватаюсь за голову и вскрикиваю от слишком сильной давящей боли. Оступаюсь, путаюсь в подоле платья и падаю на пол, но не успеваю удариться коленями, кто-то подхватывает меня. Пытаюсь посмотреть на спасителя, но темнота накрывает, не могу сопротивляться и оставаться на поверхности.

***

Открываю глаза и с интересом осматриваю расписанный потолок. На нем изображены страшные горгульи и войны, поражающие тварей ада своими копьями прямо в сердце.

Необычный выбор, я бы ни за что не сделала что-то подобное в своем доме, это же страшно. Нужно будет обязательно узнать кто хозяин этого особняка и всячески стараться держаться от него подальше.

— Хочешь попасть под трибунал?! — в неожиданном для меня крике, узнаю голос Дэвида.

— Никто не смеет брать мое! — а это голос Альфреда.

Воспоминания проносятся вихрем, резко выдыхаю и аккуратно приподнимаюсь на локтях, опускаю ноги на пол и усаживаюсь на диван.

— Что здесь происходит? — спрашиваю шепотом и тут же морщусь от сильной простреливающей боли в висках.

— Очнулась трусишка? — подходит ко мне Дэвид: — Этот идиот залез в твою голову, я попытался помочь, и ты свалилась в обморок.

Перевожу взгляд от виноватого лица Дэвида на злющего Альфреда и понемногу начинаю осознавать происходящее.

— Вы оба влезли ко мне в голову?! — взрываюсь молниеносно. — Я что вам кукла?!

Ответом мне служит тишина, усмехаюсь: — Спасибо что жива.

Медлю, во рту настоящая пустыня и я прекрасно вижу на столе, стоящем в пару метрах от меня, кувшин с водой, но добраться до него я физически не в состояние. Мое тело слишком ватное, чувство что во мне нет ни одной кости, одно желе, которое отказывается держать форму.

— Дайте мне воды, — как бы мне не хотелось сейчас все сделать самостоятельно и вернуться в общий зал с гордо поднятой головой, я не могу. Парни слишком активно покопались в моей голове, мой организм не выдержал таких приключений и сдался, хорошо, что не навсегда и я еще могу дышать и думать.

Дэвид поднимается на ноги, но не успевает сделать и шагу, как Альфред первый достигает стола и наполняет стакан живительной жидкостью. Мужчина все так же, не проронив ни слова подходит ко мне ближе и протягивает стакан. Кусая нижнюю губу, переступаю через себя и свои же обещания о том, что никогда больше ничего не приму из рук Альфреда, хватаю стакан и выпиваю воду залпом.

— Дэвид выйди, — слышится грозный голос над моей головой.

Мой брат не двигается, смотрит на меня, не отрываясь полностью игнорируя слова Альфреда.

— Тебе помочь?! — психует любимый.

— Ты ему сказал? — спрашиваю пока ещё есть такая возможность.

— Нет, твоя жизнь была в большой опасности, мне было не до разговоров. После такого воздействия мало кто может выжить, хорошо, что в тебе течёт кровь Моретти иначе бы ты закрыла глаза навсегда.

Несколько минут в комнате царит гробовая тишина, я с осуждением смотрю на веселящегося Дэвида, который в свою очередь упивается эмоциями Альфреда.

— Моретти? — наконец-то произносит любимый.

Приложив все свои немногочисленные силы в рывок, я поднимаюсь на ноги, но тут же оступаюсь, практически плюхаюсь обратно на мягкую обивку, но все же удерживаюсь на ногах и выпрямляюсь. Дэвид тут же оказывается рядом и придерживая меня за предплечье, торжественно произносит:

— Каролина Моретти, моя сестра, — представляет меня Альфреду так будто мы только что впервые встретились.

— Бастард, — с прищуром произносит любимый. — Дэвид оставь нас, будь благоразумен, мне необходимо поговорить с твоей сестрёнкой.

В голосе Альфреда скользит безразличен что не на шутку выбивает из колеи Дэвида, но не меня. За проведённые вместе месяц, я слишком хорошо изучила Альфреда и знаю его спокойствие обманчиво, за толстой броней скрывается дикое, бесконтрольное пламя.

Еле заметно киваю Дэвиду, прошу мужчину оставить меня наедине со зверем, знаю, что, если не сделать так как просит Альфред, случится очередная беда.

Брат колеблется, сомневается, но все же делает шаг к двери. Беспокойство Дэвида приятно, но совершенно не понятно, в жизни не поверю, что мужчина настолько сильно привязался к своей новой родственнице. Дверь закрывается, и я остаюсь одна под пристальным, леденящем кровь взглядом.

Альфред подходит к старинному комоду, расположенном в дальнем углу комнаты и открыв его достает бокал и бутылку с янтарной жидкостью.

— Ведёшь себя как хозяин дома, — в моем голосе слышится упрёк, я действительно не понимаю, как так по-хозяйски можно вести себя в чужом доме.

— Луис не будет против.

Усмехаюсь: — Ну конечно, — я совсем забыла с кем веду диалог. Это же Альфред, хозяин жизни, что захотел то и возьмёт и никто ему не указ.

— Значит Моретти? — налив себе спиртное и облокотившись на столешницу напротив меня, задает вопрос Альфред, полностью игнорируя мой выпад. — И как давно ты узнала, что являешься родной сестрой Дэвида?

— На прощальном вечере, после завершения турнира, но мы с Дэвидом не родные, — оправдываюсь под пристальным взглядом мужчины.

— Не родные?

— Нет, у нас общий прадедушка, — продолжаю зачем-то оправдываться.

Альфред смеётся: — Прадедушка?!

Моментально напрягаюсь, смех мужчины выводит меня из равновесия. Любимый подходит ко мне и садится на корточки у моих ног.

— Ты думаешь Льюис Моретти признал тебя только из-за того, что твоя бабка была бастардом? Серьезно? Извини, но высшие не отличаются верностью и таких, как ты по городу ходят сотни.

Альфред тянет к моему лицу свои руки, но я не даю ему себя коснуться, резко отскакиваю в сторону и произношу:

— Не таких! Я кукловод и если я однажды сорвусь и наше родство выплавит наружу, у семьи Моретти будут большие неприятности. Льюис Моретти не дурак и прекрасно это понимает.

Альфред поднимается с колен: — Согласен, Льюис Моретти не дурак.

Мужчина подходит к окну, и на пару минут комната погружается в тишину. За этот период я успеваю накрутить себя до искусанных в кровь губ. Абсолютно не понимаю к чему клонит Альфред, но чувствую, что где-то сглупила и сделала ошибочный ход.

Любимый оборачивается: — Все должно было быть по-другому. Моретти должен был убить тебя. Зачем ему кормить и обеспечивать лишний рот? Незачем. Проще избавиться от проблемы и забыть. Только вот он этого не сделал.

Мужчина замолкает, а я сжимаю руки в кулаки от переполняющего меня напряжения. Слова Альфреда звучат слишком логично, он может оказаться прав, но в чем же тогда мотив отца Дэвида? Чем я могу быть ему полезна?

— Не мучай себя, я помогу понять, — от неожиданности подпрыгиваю на месте, в своих раздумьях я совершенно не заметила, как мужчина снова подошел ко мне.

— Семья Моретти испытывает не самые лучшие времена, они в больших долгах, но хорошо это скрывают. Выходов немного, либо кануть в лету, либо восстановить свое влияние за счет других семей. Только как это сделать? — мужчина делает театральную паузу и проходится из одного угла комнаты в другой.

— У Льюиса Моретти договоренности с семьей Ришар, когда дочь главы семьи достигнет восемнадцатилетия, его старший сын Дэвид, женится на ней. Этот союз поможет восстановить репутацию семьи Моретти, но не всецело. Не забудем и про младшую дочь Льюиса, Манни Моретти от которой, впрочем, теперь нет никакого толка, таких как она не берут в жены.

Альфред снова приближается ко мне и схватив двумя пальцами руки мой подбородок, запрокидывает голову вверх, так чтобы я смотрела мужчине прямо в глаза.

— Льюис, наверное, год ломал голову как ему выпутаться из плачевной ситуации, а тут решение само пришло к порогу его дома. Молодая, красивая, незамужняя девушка, дальняя родственница которую так удачно можно использовать в своих целях и для этого всего лишь необходимо признать ее.

Вырываю свое лицо из захвата и глубоко дышу, слова Альфреда слишком логичны и слишком сильно похожи на истину. Неужели я сделала неверный ход и переиграла саму себя?

— Когда ты убежала, — продолжает уничтожать меня мужчина. — Я все думал, как мне удержать тебя, когда я разыщу свою пропажу. Силой? Слишком скучно. Угрозами? Слишком много хлопот.

Альфред снова делает паузы и подарив мне победную улыбку, выносит приговор: — Знаешь Каролина, а ты молодец. Помогла двум высшим одновременно, это похвально. Семья Дефо поможет семье Моретти восстановить свой статус, а взамен я получу тебя, в свое личное пользование, навсегда…

— Нет… — шепчу еле слышно. В голове туман, неужели я загнала сама себя в ловушку? Хотя, я и до этого была в ней, разница только в том…

— Неужели ты женишься на мне только ради того, чтобы обладать мною? — в голосе появляется прежняя уверенность.

— Сомневаешься? Сама посуди, что я теряю? Ты станешь моей, и при этом отец отстранит от меня со своими многочисленными разговорами о женитьбы. Со всем сторон, я в выигрыше.

Альфред победно улыбается, плюхается рядом со мной на диван и отставив наполовину пустой бокал на низкую тумбочку, тянет ко мне руки.

Резко подскакиваю на ноги, голова тут же начинает беспощаден кружиться, но мне все же удается устоять и сделать шаг в сторону.

Мужчина недовольно цокает языком: — Хватит убегать Каролина, это неизбежно в ближайшее время ты станешь моей, так что прекрати брыкаться и иди ко мне.

— Зачем тебе жена Альфред? Это же придётся забыть о множестве других прекрасных дам, разве оно того стоит?

— Не обязательно. Я уже говорил, высшие не отличаются верностью, — поражает меня.

Хмурюсь, смотрю на довольное лицо мужчины и чувствую, как внутри закипает ярость, мне хочется сделать Альфреду невыносимо больно, так же, как и он делает мне.

— Не переживай, я не обреку тебя на такую участь. Сегодня же поговорю с Льюисом Моретти и попрошу его подобрать мне более достойного кандидата. Я сделаю все, чтобы им оказался не ты! — срываюсь на крик.

Разворачиваюсь и быстрым шагом направляюсь в сторону двери, пора заканчивать этот идиотский диалог.

Хватаюсь за ручку, но не успеваю ее опустить вниз, как чувствую сильный рывок и вот я уже прижата к прохладной, деревянной поверхности. Альфред прижимает меня к двери своим огромным телом и захватив руки в плен за спиной, перекидывает мои волосы на одну сторону, освобождая тем самым нежную кожу на шее.

— Не смей даже думать о других Каролина. Ты моя.

— Не хочу быть твоей постельной игрушкой, которую ты используешь и выкинешь, когда тебе надоест, — дергаю руки, но Альфред не отпускает, держит крепко так что запястий уже начинает покалывать.

— А я хочу, не переживай, когда ты мне надоешь в нищете не оставлю.

От жгучих слов, прожигающих из без того мое потрепанное сердце, начинаю вырываться ещё сильнее. Бьюсь всем телом о стальные мышцы мужчины, который спустя несколько долгих секунд все же отпускает меня.

Не оборачиваясь вылитую из кабинета и тут же сталкиваюсь взглядом с Дэвидом, который терпеливо ожидает меня у противоположной стены коридора.

— Все хорошо? — подняв на меня взгляд интересуется Дэвид.

— Я хочу уйти.

Резко срываюсь с места и не обращая внимание на высокие каблуки и длинный подол платья, который так и нарочитая сбить меня с ног, несусь к выходу. Спускаюсь по ступенькам и подбежав к нашей машине вопросительно смотрю на застывшего Дэвида у самого выхода.

Мужчина оживает и быстро спускается: — Он что-то сделал? — в голосе звучит беспокойство.

Усмехаюсь: — Да, как и ты!

Со всей силы дергаю ручку автомобиля, которая не поддается моему зверскому напору.

— Открой машину, пока я ещё контролирую себя! — рявкаю на мужчину.

Дэвид подчиняется и открыв машину, забирается внутрь вместе со мной.

— Успокойся Каролина и все мне спокойно объясни, — требует мужчина спустя пару минут тишины.

— Я спокойна, — рычу в ответ, голова нещадно кружится, а кровь в висках отбивает четкий, громкий ритм.

— Я вижу. Ты бледная как мертвец, действуешь на голом адреналине, я боюсь твой организм не выдержит, когда начнётся откат. Успокойся, пожалуйста, пока ещё не поздно.

Прикрываю глаза: — Скажи, это правда, что твой отец принял меня в семью только лишь для того, чтобы выдать меня удачно замуж?

— О чем ты…

— Ответь! — взрываюсь и чувствую, как к горлу подкатывает тошнота. Похоже Дэвид прав, и я на грани. Мой внутренний монстр рвётся наружу, а мой целитель его удерживает за поводок, который может порваться в любую минуту и тогда кукловод уничтожит меня изнутри.

— Правда, но это будет не раньше, чем через год, сначала нужно тебя со всеми познакомить, все показать и только потом думать о замужестве. Черт! Мы и говорить тебе не хотели, пока ты не привыкнешь ко всему и всем. Боялись именно этого! Того что ты сорвешься, — быстро тараторит Дэвид.

Зажмуриваюсь, я буквально ощущаю, как закипает кровь в моих венах. Нельзя срываться, я просто не могу позволить всем им победить, столько лет бороться и сорваться из-за высокомерных высших, которые привыкли все получать на блюдечке с золотой каемочкой.

Я стараюсь держаться на краю пропасти, но выходит плохо, пережитый обморок, гнев, отчаянье и обида не самый лучший коктейль для обретения спокойствия.

Резкая боль в области плеча заставляет вскрикнуть и шокировано распахнуть глаза. Перевожу взгляд на руку Дэвида, которая удерживает шприц и что-то вводит мне под кожу.

— Прости, но сама ты уже не сможешь успокоиться. Не бойся это всего лишь снотв…

Что мужчина говорит дальше, я попросту не слышу, отпускаю сознание и отключаюсь.

Каролина вырывается и как ошпаренная вылетает из кабинета. Прикрываю глаза и глубоко дышу, я привык всегда все просчитывать на шаг вперёд. Всегда, всю свою жизнь, я прекрасно знал, как будет разворачиваться и продвигаться тот или иной диалог. Люди всегда для меня были как открытая книга, бери и читай. Все, каждый, высшие, маги, люди, неважно, все, кроме неё.

Ещё там в том чёртовом клубе, при нашей первой встречи, я не мог просчитать девчонку. Она была слишком смелой, но при этом в ее глазах иногда проскальзывала тревога.

Это было странно, ведь я прекрасно знал, что ее открытость, смелость и безбашенность не спектакль, а настоящие эмоции.

Месяц проведённой с Каролиной был потрясающим, и дело совершенно точно не в сексе. Мне было с ней слишком интересно, настолько что иногда это неожиданная привязанность начинала меня не на шутку пугать.

Весь месяц, я должен был высматривать талантливых магов для вербовки, но вместо этого все время смотрел на неё и психовал. Очень много и часто терял самообладание из-за несносной паршивки, которая слишком глубоко забралась мне под кожу.

Моя мать покинула нас с отцом слишком рано, тогда мне не было и десяти. Я очень тяжело переживал её потерю, но не так как мой отец, который после кончины матери изменился до неузнаваемости. Стал холодным, закрытым и очень строгим. В юном возрасте мне пришлось столкнуться со многим, и я пообещал себе, что никогда не буду любить. Никогда не привяжусь к кому-то настолько сильно, что при потере человека стану чудовищем.

Я исправно выполнял данное себе обещание до недавнего времени, никого не подпускал слишком близко и воспринимал женщин как одноразовое развлечение. Все шло как по маслу, ровно до того момента как я встретил ее. Сколько бы я не старался убедить себя прекратить быть с Каролиной, сделать этого не мог.

При каждой попытке остановиться и разорвать наши отношения, все шло по одному месту. Сначала этот дурацкий договор, потом обнародование наших отношений, предложение продолжить и наконец, исчезновение Каролины.

Когда моя девочка пропала, мне сорвало крышу, я как лебедь искал свою единственную и потихоньку сходил с ума от тревоги, беспокойства и бессилия.

Но настойчивость отца и ультиматум, что я лишусь всего, привёл меня сюда, прямо к ней, к моей зависимости. Когда я увидел Каролину, идущую под руку с Дэвидом, думал сорвусь прямо тут, при всех, сорвусь и убью обоих.

За прошедший месяц я слишком часто представлял Каролину в объятьях другого мужчины и каждый раз воображение рисовало один и тот же конец, срыв и уничижением ее, его и себя.

Я удержал зверя, но все же решил проучить девчонку и залез к ней в голову. Кто же знал, что Дэвид, этот глупец, решит вытолкнуть меня из чужой головы, впрочем, как и сама Каролина. Ментальное воздействие было колоссальным, я не на шутку испугался за жизнь своей девочки. И пока Каролина приходила в себя, я поклялся, что больше никогда и ни за что, не влезу к ней в голову.

Немного успокоившись, покидаю пустой кабинет и возвращаюсь к напыщенным гостям мракобесия.

Осматриваюсь, прислушиваюсь и понимаю, что Моретти нигде нет. Все гости вяло передвигаются по залу и потихонечку напиваются от скуки. Все это печально зрелище наводит только на одну мысль, они никому, ничего не рассказали.

Следую примеру семьи Моретти и сваливаю из этого ада. На подъезде к нашему семейному особняку прихожу в нормальное состояние и полностью осознаю какую глупость натворил. Психанул и выдал свой козырь Каролине, девчонка слишком горда и вместе с тем глупа, начнет действовать немедленно. Наверное, уже присела на уши Льюису, и просит его найти достойного ей жениха, любого, только не меня.

— Баран, — посыпаю голову пеплом за опрометчивость.

Заезжаю в гараж, паркуюсь и тут же набираю Льюиса Моретти, я должен поставить его перед фактом что Каролина моя, думаю старик не будет против.

Усмехаюсь, представив, как Моретти старший, будет облизывать меня со всех сторон.

Долгие гудки в трубке сменяются на голос робота. Отключаюсь и отбрасываю телефон на пассажирское сидение:

— И где этого старика носит?!

Выдыхаю и решаю заняться отцом. Не уверен, что он будет в восторге от союза с Моретти, ведь теперь их статус намного ниже чем пять лет назад, но у него не будет выбора. Я попросту ему его не дам.

Выбираюсь из автомобиля и иду на поиски отца. Нахожу старика в кабинете, он как всегда преумножает состояние Дефо. Казалось бы, куда больше? Наша семья и так самая влиятельная, но ему все мало. После смерти мамы, отец женился во второй раз на своем бизнесе.

— Ты рано, — вместо приветствия, ворчит отец.

— Все что мне нужно было я узнал, — прохожу вглубь помещения и без приглашения плюхаюсь в кресло напротив отца.

— И что же ты узнал?

Усмехаюсь: — Я нашел Каролину, — решаю не тянуть кота за…

— Это девка уже нашла тебе замену? — скалится старик.

— Нет, она нашла брата, Дэвида Моретти. Слышал о таком?

— Не смешно, — хмурится отец и возвращает взгляд к бумагам.

— Поздравляю отец, скоро твоя давняя мечта исполнится. Я женюсь.

— Нет! — старик краснеет и со всей силы ударяет столешницу раскрытой ладонью.

— Да, ты мечтал, чтобы твой сын женился на девушке из семьи высших, это я и собираюсь сделать. Чем ты так недоволен?

— Кто угодно только не она, — рычит старик сквозь зубы.

— Только она и никто другой, — произношу с победной улыбкой.

Выныриваю из темноты, но не спешу открывать глаза, мне слишком гадко, боюсь даже представить, что будет с открытыми глазами.

Минут десять пытаюсь облегчить свои страдания, но у меня ничего не выходит. Да, я целитель, но очень слабый и единственное, что может мне помочь, это крепкий сон. Я истощена, во мне совершенно нет энергии, весь организм работает на резервных запасах.

Пересилив себя, я все же приподнимаю тяжёлые веки и тут же закрываю обратно, слишком ярко.

— Гадство, — выдаю хрипло.

— Очнулась? — слышится голос Дэвида.

— Что ты мне вколол? — снова пытаюсь открыть глаза, но быстро оставляю это гиблое дело.

— Ничего особенно, обычное снотворное. Оно не опасно даже для детей и беременных, я проверил.

— Ты что усыплял беременную женщину? — спрашиваю ровным голосом, так как физически не способна сейчас на какие-либо эмоции.

— Нет, просто прочёл инструкцию.

— Почему мне тогда так плохо? — прислушиваюсь к своему организму и не нахожу никаких следов лекарственных средств, а это значит сплю я уже достаточно долго.

— Потому что, ты практически убила себя. Твой организм истощен, врач вообще сказал, что ты будешь спать не менее пяти суток, а прошло только три дня.

— Три дня?! Боже… — я усиленно напрягаю голову в попытке вспомнить все и у меня к сожалению, это получается.

— Мне нужно поговорить с твоим отцом, — хриплю и пытаюсь приподняться на локтях, но безуспешно. Руки не держат, дрожат и подгибаются под весом моего тела.

— Куда ты собралась?! Спи, все разговоры потом, ещё не хватало, чтобы ты умерла сразу же после того, как тебя признала моя семья, — рычит Дэвид.

— Ого, сколько беспокойства за меня, — колкость сама собой вылетает из моего рта.

— Я неправильно выразился, — оправдывается мужчина.

— Пофиг, мне нужно поговорить с твоим отцом, — упрямлюсь, но прекрасно понимаю, что быстрее помру, чем встану с этой кровати.

— Все потом, сейчас спи, — Дэвид натягивает одеяло мне до подбородка.

— Альфред хочет сделать меня своей женой, а я лучше сдохну, — издаю нервный смешок.

— Этого не будет! — мгновенно выдает братец. — Я поговорю с отцом на эту тему, а ты спи, — бросает напоследок и покидает комнату в которой я нахожусь.

Как только дверь за Дэвидом закрывается, я тут же снова расслабляюсь и проваливаюсь в крепкий сон.

***

Спустя еще три дня, я наконец-то прихожу в норму и практически полностью восстанавливаюсь. Слабость ещё живет в моем теле, но я уже могу самостоятельно двигаться и самое главное самостоятельно ходить в туалет.

Все время пока балансировала между сном и явью, рядом со мной находилась сиделка. Каждый раз, когда я просыпалась, она хватала телефон и звонила Дэвиду, который тут же прибегал ко мне и рассказывал свежие новости.

Мужчина, как и обещал, переговорил со своим отцом и тот после длительного сопротивления все же согласился не принимать предложение Альфреда. Но чтобы не обижать влиятельную семью отказом, Льюис Моретти сказал, что я уже обещана другому.

Именно поэтому я сейчас сижу в коротком, коктейльном платье пудрового цвет и жду, когда стилист закончит работу с моими волосами. Чтобы встретить своего будущего мужа при полном параде.

И вот когда последняя прядь волос была завита, в комнату неожиданно постучали. Ожидая увидеть лицо Дэвида, я приглашаю гостя войти, но вместо старшего сына вижу ее, Манни Моретти.

Девушка стилист тут же напрягается и начинает дрожать. Манна редко покидает свою комнату, а когда покидает, то многочисленный персонал дома накрывает паника.

Отпускаю стилиста и разворачиваюсь лицом к молчаливой Манне.

— Привет, — говорю спокойно, в отличие от персонала, у меня совершенно нет страха перед сестрой Дэвида.

— Ты его любишь? — спрашивает ровным, безэмоциональным голосом девушка.

— Фабьена?

Я прекрасно понимаю, что девушка говорит не о пятидесятилетнем старике, который прибудет в этот дом в ближайший час, чтобы оценить свою будущую невесту. Манна говорит об Альфреде, хоть девушка и проводит все время в своей комнате, но она в курсе всего что происходит в этом доме. Льюис Моретти каждый день навещает свою любимую дочь и несколько часов подряд рассказывает ей все и обо всем. Для отца срыв дочери и последующие изменения стали болезненным ударом и даже сейчас спустя пять лет он во всем винит себя.

— Нет, Альфреда, — терпеливо поясняет девушка.

— Нет…Уже нет, — нагло вру, и себе, и Манне.

— Отомсти за нас обоих, Каролина.

— Что? — хмурюсь.

— Я знаю, что Альфред звонил отцу. Все дни что ты восстанавливалась, он звонил и требовал отдать тебя. Такая настырность говорит о том, что он любит тебя.

— Я не дума…

— Отомсти ему за нас! Сделай ему невыносимо больно, сделай так, чтобы он молил о пощаде. Я хочу, чтобы тот, кто разрушил мою жизнь, сдох в муках! Мы сделаем это вместе. Ты целитель и знаешь, как сделать человеку максимально больно. Ты уничтожишь его физически, а я займусь его мозгом, — выдает молодая девушка.

Напрягаюсь, спокойный, холодный тон голоса Манны вызывает целый табун неприятных мурашек.

— Я не думаю, что стоит это делать, — пытаюсь говорить спокойно, но мой голос все же предательски подрагивает.

— Стоит! Рано или поздно он приедет за тобой, и вот тогда мы повеселимся. Сделаем ему так же больно, как и он нам, — Манна прикрывает глаза и блаженно улыбается.

Сейчас передо мной сидит кукловод, который совершенно не сдерживает своего монстра. Пять лет назад, Манна отдала бразды правления своим телом внутренним кукловоду, почувствовала эйфорию и теперь не хочет возвращаться к прежней пресной жизни, где нет крови и насилия.

После ухода Манны, беспокойство засело в моей грудной клетке, и теперь стоя на крыльце особняка Моретти и ожидая своего будущего мужа, я не могу найти покой.

— Нервничаешь? На тебя это не похоже, — замечает мое состояние Дэвид.

— Да, я же не каждый день с будущими мужьями знакомлюсь, — огрызаюсь в ответ.

На самом деле, мне абсолютно пофиг на эту встречу и на Фабьена. Я ни за что не выйду замуж за пятидесятилетнего мужика и сделаю все, чтобы уже сегодня он сам отказался от этой дурацкой затеи.

Мое внутреннего волнение, заставляющее меня дрожать связано с совершенно другим. Слова Манны не на шутку взбудоражили меня, а вернее интонация с которой говорила девушка. По ней стало сразу понятно, Манна не шутит, она действительно жаждет расплаты над Альфредом. Вопрос только в том, как далеко она готова зайти.

— А вот и он, — весело произносит Льюис Моретти и спускается по ступенькам вниз встречать своего спасителя.

Прищуриваюсь, хочется сразу увидеть с чем мне придётся иметь дело.

Дорогой, чёрный автомобиль останавливается прямо перед домом. Водитель быстро покидает своё место и открывает заднюю дверь автомобиля.

Перестаю дышать, жду чуда, как в тех злосчастных мелодрамах, когда пятидесятилетний старикашка оказывается настоящим накаченным красавцем.

Секунда…две…увы и ах, из машины вылезает обычный дед.

Натягиваю дежурную улыбку на лицо, спускаюсь по ступенькам и приветствую гостя. Пока иду к старику уговариваю себя воспринимать Фабьена, как добродушного деда, но у меня ни черта не получается.

Помимо возраста у мужчины есть ещё один недостаток, он неряха и видно это невооруженным взглядом.

Сальные волосы, заляпанная рубашка и грязные ботинки, мелочи на которых тут же концентрируется мое внимание. Я не чистюля, но это уже перебор.

— Ох, а вот и она, — мужчина подходит ко мне вплотную, не очень близко, но достаточно, чтобы я почувствовала неприятный, кислый запах пота.

— Добрый день, Фабьен. Меня зовут Каролина, — пытаюсь улыбнуться, но получается плохо, мне слишком противно.

— Добрый, — просканировав меня взглядом с ног до головы, произносит мужчина.

Фабьен тянет ко мне свои ручища, бросаю умоляющий взгляд на недовольного Дэвида и слышу спасительное:

— Пройдемте в столовую.

Льюис и Фабьен кивают, и уходят вперёд, а Дэвид тем временем подходит ко мне вплотную:

— Я поговорю с отцом, — шепчет мне братец.

Хватаю мужчину за рукав пиджака и рычу: — Не надо, на этот раз я сама.

Льюис, хмурясь, оборачивается на нас: — Чего застыли? — произносит мужчина одними губами.

Мы с Дэвидом тут же срываемся с места и следуем в столовую.

Служанки подают обед, я сижу напротив будущего мужа и просто не могу поверить в то что происходит. С каждой минутой Фабьен становится все отвратительней и отвратительней. Мало того, что он ест мясо руками, так ещё и пару раз вытер свои грязные, жирные губы об рукава своей же рубашки. Мерзость…

— Недавно я приобрёл новое предприятие по изготовлению туалетной бумаги, казалось бы, простая вещь, а насколько прибыльный бизнес, — расхваливает себя старикашка.

— Это прекрасно, я тоже под…

Начинает говорить Льюис, но не успевает завершить фразу, так как двери в столовую распахиваются и к нему тут же подбегает молодая служанка. Девушка склоняется к мужчине и что-то быстро шепчет ему прямо в ухо. Льюис моментально напрягается и краснее.

— Извините меня, я должен ненадолго отлучиться, — сообщает мужчина, поднимаясь со своего места.

— Не стоит утруждаться.

Знакомый низкий голос заставляет напрячься, оборачиваюсь и застываю.

Альфред без приглашения проходит в столовую и садится рядом с Фабьеном напротив меня. Мужчина ни с кем не здоровается, ничего не говорит, Альфред сидит молча и прожигает меня гневным взглядом, таким что все мое тело вмиг леденеет.

— У тебя проблемы с восприятием речи? Кажется, мой отец тебе уже все сказал, — первым приходит в себя Дэвид, сидящий по правую руку от меня.

— Меня не устроил ответ твоего отца, — не отрывая от меня взгляд, рычит в ответ Альфред.

— Сын перестань, члены семьи Дефо всегда желанные гости в нашем доме, — пытается смягчить обстановку Льюис.

— Вы приняли мое предложение? — Альфред наконец-то выпускает меня из плена своих глаз и поворачивает голову в сторону отца Дэвида.

— Альфред, я уже говорил, что к сожалению моя семья не может принять твое предложение.

— Вы примите мое предложение, я не отступлюсь.

Льюис вздыхает и бросает быстрый взгляд на нас с Дэвидом.

— Отец, нет. Ты обещал! — взрывается Дэвид, прекрасно понимая, что отец отступает, прогибается под влиятельным гостем.

Льюис Моретти бросает предупреждающий взгляд на сына и произносит ледяным голосом: — Веди себя прилично, Дэвид.

Пока мужчины перекидываются колкостями, перевожу взгляд на притихшего Фабьена, который, впрочем, похоже вообще не понимает, что здесь происходит. Мужчина спокойно поглощать пищу и попивает элитное вино.

Неожиданно Фабьен отрывает взгляд от тарелки и поднимает голову. Мужчина замечает мое внимание, дарит мне улыбку и приподнимает бокал вина над столом. Во мне тут же возникает дикое желание позлить Альфреда, я поднимаю в ответ свой и чокаюсь с Фабьеном.

— За знакомство, — произношу с милой улыбкой и делаю глоток.

Напряжение тут же повисает в воздухе, а мое лицо начинает гореть от пристального взгляда Альфреда. Чувствую его своей кожей, прожигающий насквозь, яростный взгляд, ещё немного и я просто сгорю.

Неприятный скрежет заставляет вздрогнуть, тяжелые приближающиеся ко мне шаги медленно уничтожают.

— Прогуляемся? — разносится над моей головой зловещий голос.

— Я думаю это не совсем уместно, — откашлявшись, произносит Фабьен. Похоже мужчина наконец-то начинает осознавать происходящее.

— Фабьен, мой вам совет, отойдите в сторону пока ещё есть такая возможность, иначе весь ваш многочисленный бизнес очень стремительно пойдёт ко дну.

— Да как вы смеете?! — брызжа слюной взрывается старикашка.

Альфред издаёт смешок: — На вашем месте, я бы сел в свой автомобиль и попросил своего водителя отвезти меня на недавно приобретенную фабрику.

— Что? — Фабьен хмурится.

— У вас серьёзные проблемы с противопожарной системой, мой друг, — продолжает нагнетать Альфред.

Резко запрокидываю голову и смотрю на сосредоточенное лицо любимого. Что же ты натворил?

Быстро хватаюсь за рукав мужчины и поднявшись, произношу: — Пойдём, прогуляемся. Не нужно спектакля.

Альфред скалится и схватив меня за талию уводит прочь из столовой. Ведет вниз на улицу, прямиком в сад.

— Зачем все это? — вырываюсь из захвата, как только мы подходим к небольшому фонтану.

Альфред обреченно выдыхает: — Я не попугай Каролина и не буду по сотому разу повторять одно и то же.

— Но почему я?! Неужели все остальные девушки вымерли? Тебе не с кем перепихнуться?! Ты хоть представляешь на что я пошла, чтобы избавиться от тебя?!

Альфред усмехается: — Видел, неужели ты всерьёз бы вышла за это?

— Конечно же нет, но и за тебя я не выйду! — делаю шаг в сторону, так как Альфред, воспользовавшись моим состоянием, подкрался слишком близко.

— Зачем сопротивляешься?

Альфред делает очередной шаг, не успеваю увернуться, мужчина хватает меня за руку и притягивает к себе с такой силой, что я сталкиваюсь с его грудью. Любимый заворачивает меня в капкан своих рук, держит крепко, не вырваться.

— Отпусти… — пытаюсь сопротивляться, но ничего не выходит.

Мужчина только сильнее меня к себе прижимает, так что я тут же чувствую его возбужденную плоть упирающуюся в мой живот. Напрягаюсь и чувствую, как начинаю бесконтрольно возбуждаться. Дыхание учащается, щеки розовеют, а нижнее белье становится мокрым. Мое тело принадлежит ему, подчиняется беспрекословно.

Альфред удерживает меня одной рукой, а второй приподнимает голову за подбородок. Наконец-то снова оживаю и пытаюсь вырваться, но у меня ничего не выходит. Мужчина намного сильнее меня и с легкостью удерживает меня даже одной рукой. Альфред склоняется и накрывает мои плотно сжатые губы влажным поцелуем. Сопротивляюсь, по кругу прокручиваю в голове все обидные слова, сказанные им, не позволяю себе утонуть в пучине своих желаний и поддаться искушению.

Любимый тем временем прикусывает мою нижнюю губу, от неожиданности размыкаю зубы и позволяю мужчине углубить поцелуй. Сопротивляться становится в сто раз сложнее, здравый смысл уступает. Из последних сил цепляюсь за него, но дикое желание выталкивает все разумные мысли прочь.

Первое, несмелое движение губ и Альфред ещё сильнее углубляете проникновение, его руки начинаю блуждать по моему телу, а я окончательно теряюсь в ощущениях и уже сама висну на мужчине. С каждой минутой прикосновения становятся все откровенен, а желание зайти дальше все сильнее.

— Не отталкивай меня, нам же хорошо вместе, — произносит Альфред между поцелуями.

— Я не хочу быть твоей куклой для утех, — выдыхаю и сама тянусь к мужчине.

— Я женюсь на тебе? Разве этого недостаточно, чтобы понять, что мне нужен не только секс?

Резко застываю и пристально всматриваюсь в глаза любимого, ищу в них признаки лжи, но не нахожу.

— Докажи, что я ошибаюсь.

— Я нанял людей, которые подожгли фабрику, принадлежащую Фабьену. Этого недостаточно, чтобы понять, что я болен тобой?

— Вот именно, ты болен, а мне нужно нечто большее…

Умоляюще смотрю на Альфреда, и сама не понимаю, чего прошу, чтобы он отступил и исчез из моей жизни навсегда или чтобы немедленно поцеловал, забрал и увез с собой.

Тихий неловкий кашель прерывает наши гляделки, резко отскакиваю от Альфреда, который в свою очередь больше меня не удерживает.

— Я так понимаю, вы помирились и теперь мы можем планировать свадьбу, — произносит подошедший Льюис Моретти.

— Совершенно верно, и чем скорее это произойдет, тем лучше, — Альфред укладывает свою пятерню на мою талию и по-свойски притягивает меня к себе.

Отец Дэвида больше меня не слушает, действует исключительно в своих интересах. Мы возвращаемся в столовую, и мужчины принимаются к бурным обсуждениям нашей свадьбы. Сижу в окружение высших, которые собираются заключить выгодный для обеих сторон союз и не могу поверить в то, что стала разменной монетой.

Слова, сказанные Альфредом, взбудоражили меня, заставили мое глупое сердце биться в два раза быстрее, но все же разум говорит, чтобы я не сдавалась и продолжала сопротивление.

Спустя три часа бурных обсуждений нашей свадьбы, в которых я не участвую. Альфред покидает поместье Моретти, но не без скандалов и запугиваний. Ведь мужчина хочет забрать свою игрушку с собой, а Льюис настаивает на том, что невеста до свадьбы должна оставаться с семьей.

Подхожу к окну в своей комнате и всматриваюсь в прекрасный закат, солнце постепенно прячется за горизонт уступая место темноте. Как бы я хотела сейчас оказаться со своей настоящей семьей, увидеть дедушку, мать, отца. Я не стала скрывать от них сложившуюся ситуацию, но я многое не договорила. Они знают, что я прячусь от Альфреда, но не знаю где. Впервые в жизни я решила действовать самостоятельно, не полагаясь на крепкое плечо дедушки и вот что из этого получилась.

Тихий стук и уверенные шаги за спиной незваного гостя, заставляют обернуться. Приподнимаю одну бровь и вопросительно смотрю на Дэвида.

— Нам нужно поговорить, — прикрыв за собой дверь, произносит мужчина.

— Нам? Я устала, думаю это может подождать до завтра.

— Ты его любишь? — игнорируя мои слова спрашивает мужчина.

Отворачиваюсь: — Люблю…но это ничего не меняет, я все так же не хочу эту свадьбу.

— Свадьбы не будет!

Усмехаюсь: — У твоего отца совершенно другое мнение на этот счет.

Дэвид медлит, комната погружается в тишину и только старинные настенные часы неизменно тикают, отсчитывая минуты.

— Ты права. Старик на радостях, открыл коллекционный коньяк, который берег двадцать лет и обзвонил всех родственников. Но свадьбы не будет, я этого не допущу!

— У тебя есть план? — резко оборачиваюсь и тут же встречаюсь взглядом с Дэвидом. Пока я стояла к нему спиной, мужчина успел подобраться слишком близко и теперь стоит от меня на расстоянии вытянутой руки.

— Нет, пока нет. Но я не допущу, чтобы наши семьи породнились. Пять лет назад, я потерял сестру и поклялся отомстить за нее.

— Потерял сестру? — смотрю на помрачневшего Дэвида.

Каждый раз, когда речь заходит о Манни, мужчина меняется. Его черты лица заостряются, он становится мрачным и безумно опасным, настолько что тут же хочется убежать как можно дальше.

— Манна уже никогда не будет прежней, срыв изменил ее. Моя сестра умерла, осталась только ее физическая оболочка, которой умело управляет кукловод.

Слова Дэвида заставляют меня вспомнить утренний разговор с Манной, девушка действительно мало похожа на здравомыслящего человека.

— Я не хочу этой свадьбы, Дэвид. Но я не вижу выхода из сложившейся ситуации. Не нужно давать мне призрачную надежду, если у тебя нет плана.

Обхожу мужчину и принимаюсь за уборку на туалетном столике. Меня совершенно не смущают разбросанные косметические баночки по поверхности стола, мне просто необходимо занять себя чем-то, чтобы не развивать бессмысленный разговор. Я слишком устала и не хочу сейчас на пару с Дэвидом мечтать о несбыточном.

Моретти какое-то время стоит неподвижно и наблюдает за моими действиями, но все же спустя долгие минуты мужчина покидает мою спальню, напоследок бросив:

— Не переживай, я не допущу этой свадьбы.

Заканчиваю с туалетным столиком и скинув с кровати декоративные подушки и покрывало, заваливаюсь спать. Еще слишком рано, но несмотря на это, я безумно сильно устала, мой организм еще не до конца восстановился после случившегося, поэтому моя сонливость не удивительна.

***

Резкая боль прошибает мое тело насквозь, распахиваю глаза и выгибаюсь дугой в немом крике. Не могу пошевелиться, тело больше мне не подчиняется, как, впрочем, и голос, ведь я не могу промолвить ни слова.

Манна возвышается над моим содрогающимся телом, лицо девушки наполовину скрыто в тени, но это не мешает мне увидеть ликующую улыбку на ее лице. Манна сдавливает мой мозг, убивает меня, медленно, безжалостно и очень болезненно.

Неожиданно через толщу невыносимой боли, я слышу голос девушки в своей голове:

— Ты обманула меня! И ты заплатишь за это!

Боль увеличивается во сто крат, по моему подбородку начинает течь теплая жидкость, омывая белые простыни кровью.

Зажмуриваюсь и собираю все свои силы в кулак, я не смогу сопротивляться освободившемуся кукловоду, но я должна попытаться спасти свою жизнь. Моя затея может меня убить, но если не я сама, то это сделает Манна.

Ставлю блок и кричу во все горло, так громко как никогда в жизни. Все прекращается быстро, моих возможностей хватает всего на несколько секунд, надеюсь кто-нибудь услышал мои вопли и мне помогут.

После моей маленькой выходки, Манна усиливает воздействие и боль становится невыносимой. Почти мгновенно перед моими глазами появляются белые мушки, а через секунду меня накрывает спасительная темнота.

Я чувствую, что покидаю этот мир, но все же еще надеюсь, что это не конец…

Приглушенные голоса, как сквозь толщу воды, пробиваются в мое сознание. Прислушиваюсь, но ничего не могу разобрать, все буквы сливаются в один звук.

Пытаюсь открыть глаза и попросить стакан воды, но ничего не выходит, тело не слушается, ощущение, что я себе не принадлежу. Немногочисленные попытки справиться со слабостью заканчиваются ничем, я вновь проваливаюсь в темноту.

***

Мотор грозно рычит под моим сидением, моей железный конь несет меня вниз по склону горы прямо к дому дедушки. Не хочу останавливаться, мой внутренний монстр ликует и просит добавки, сегодня был тяжелый день, я заслужила немного веселья.

Прибавляю газу и несусь на второй круг, но тут замечаю темную фигуру дедушки у поворота к дому. На улице ужасный ливень и дикий холод, но дедушка не двигается, он ждет свою бедовую внучку.

Чувство стыда тут же заполняет меня с головой, каждый раз после хорошей дозы адреналина наступает откат. Время, когда сытый кукловод засыпает и на первый план выходит она, моя совесть.

Резко останавливаю байк, слезаю и подойдя к дедушке, шепчу: — Прости.

Старик мотает головой из стороны в сторону и приобняв меня, целует в висок, отчего мне становится еще хуже.

Когда меня накрывает дикий голов, я забываю обо всем и обо всех. Сколько раз я уже подвергала свою жизнь опасности на глазах у дедушки? Мне даже не сосчитать. Я слишком часто рискую собой, ведь по-другому мне просто не выжить.

За прожитые годы, я привыкла рисковать собой, но я до сих пор не привыкла к тому что от моей темной сущности страдают все мои близкие. Каждый раз думая об этом меня съедает совесть.

Переодевшись в сухую одежду, спускаюсь и застываю в дверном проеме маленькой кухни. В отличие от меня дедушка уже полностью сухой, ему даже переодеваться не обязательно, достаточно просто воспользоваться своей магией.

Любимый родственник сидит за столом и попивает дымящийся напиток, подхожу ближе и усаживаюсь, напротив. Знаю, дедушка первым не заговорит, он будет ждать до последнего, а я этого не хочу, но и жаловаться на свои проблемы я тоже не желаю. Ведь я уже взрослая и должна сама решать свои трудности.

Резко распахиваю глаза и делаю глубокий, шумный вдох. Над моей головой тут же возникает незнакомое мне лицо и с беспокойным видом произносит:

— Каролина, ты очнулась? Слышишь меня?

— Во…д. ы… — откашливаюсь. — Воды…

Незнакомец исчезает из моего поля зрения:

— Целителя сюда! Срочно!

Стакан полный воды возникает перед моим лицом, тянусь за живительной жидкостью, но меня останавливаю.

— Нет, ей нельзя. Только немного, совсем чуть-чуть, — девушка-деспот подносит к моим губам влажную тряпку и немного смачивает сухую кожу водой. Пару капель проникает в ротовую полость, но этого катастрофически мало, мне хочется большего.

— Пока только так, потерпи, скоро тебе станет легче, и ты полноценно поешь и попьёшь, — слышится над моей головой ласковый голос девушки-целителя.

Хочу возразить, сказать, что это не забота, а самая настоящая пытка, но у меня ничего не выходит. Мир сновидений вновь поглощать мое сознание.

***

Очередное пробуждение дается мне намного легче. Я пробуждаюсь будто от крепкого, многочасового сна.

Поднимаю веки, с интересом осматриваю комнату в которой нахожусь, это явно не моя квартира и не дом дедушки, больше похоже на вип-палату в частные клиники.

Мне всего раз удалось побывать в подобной на стажировки, обычно в таких лечатся высшие и к ним кого попало не пускают, только самых одаренных целителей.

Приподнимаюсь на локтях и замечаю того странного незнакомца, который нависал над моим телом при первом моем пробуждении. Незнакомец будто чувствует мой взгляд, резко распахивает глаза и тут же подскакивает с кресла, в котором спал.

— Каролина? Как ты себя чувствуешь? Все хорошо? У тебя ничего не болит? — странный мужчина подбегает и хватает меня за руку.

Резко вырываю свою кисть из захвата и непонимающе произношу: — Вы кто? Почему вы здесь? И… Почему я здесь?

Напрягаюсь, пытаюсь вспомнить последние события, произошедшие со мной, но у меня ничего не выходит.

Я помню, как вышла на работу в клинику, как избалованный мальчишка довёл меня практически до срыва. Помню, как я гоняла на байке и как на кухне пила чай с дедушкой. Дальше темнота, ничего не помню.

Неужели я снова пошла кататься и упала?

Осматриваю свое тело, но не нахожу никаких повреждений, ни единой царапины.

— Каролина… — ласково зовет меня незнакомец.

Перевожу на мужчину взгляд и вопросительно приподнимаю бровь.

— Ты не помнишь меня?

— А должна? — хмурюсь, слова мужчины настораживают.

Незнакомец не успевает мне ничего ответить, в палату заходят несколько целителей и обследуют меня. С интересом наблюдаю за коллегами, никогда не была настолько близко с одаренными магами. Удивительно, я даже вижу их сканирующие лучи, это высший пилотаж, на такое не каждый способен.

Девушка-целитель разворачивается к незнакомцу лицом и произносит:

— Пациентка практически полностью исцелилась, есть ещё небольшая слабость, но в целом она полностью здорова.

— Она не узнает меня, — не отрывая от меня взгляд, произносит незнакомец.

Целитель, хмуря свои идеальные брови поворачивается ко мне и прикладывает свою ладонь к моему лбу. Мои волосы тут же начинают щекотно приподниматься у самых корней. Девушка безболезненно сканирует мой мозг, чем снова поражает меня до глубины души.

— Мозг в порядке, но похоже пострадал отдел памяти. Каролина, вы помните, что с вами происходило до этого момента?

Несколько пар глаз внимательно смотрят на меня, ожидая моего ответа:

— Конечно помню. Я отработала смену в госпитале и вернулась домой, после чего поужинала в компании дедушки и легла спать, — говорю частичную правду утаивая парочку моментов.

Целители как по команде переводят свои вопросительные взгляды на странного незнакомца, будто ждут от него подтверждения моих слов, но откуда он может знать, мы ведь даже не знакомы.

— Где ты работаешь Каролина? — очередной вопрос на этот раз от незнакомца.

— В госпитали номер тринадцать.

Мужчина грустно усмехается: — И сколько тебе лет?

— Двадцать три, — отвечаю на автомате.

— Пять лет, — спустя несколько минут тишины произносит незнакомец. — Она забыла последние пять лет своей жизни.

Хмурюсь: — Простите, я не понимаю, вы сейчас обо мне говорите?

— Оставьте нас, — требует незнакомец.

Целители без промедлений выходят из палаты оставляя нас с мужчиной один на один. Незнакомец подходит ко мне ближе и усаживается на самый край кровати.

Дергаюсь и отползаю на сколько это возможно, учитывая, что я лежу на узкой койке.

— Послушай, это прозвучит странно, но тебе не двадцать три, а двадцать семь, и ты уже давным-давно не работаешь в госпитале. Ты вот уже как пять лет участвуешь в «Турнире магов» со своей командой «Принцепс». А меня зовут Альфред Дефо, и я не незнакомец, я твой будущий муж, — закончив свою бред, мужчина внимательно следит за моей реакцией, выжидает.

— Ага…кажется я все поняла, — произношу спустя пару минут промедления.

Пытаюсь подняться с постели, но у меня ничего не получается. Мои ноги меня совершенно не держат, я практически падаю на холодный пол, но незнакомец успевает среагировать и удержать меня от позорного падения.

— Куда собралась? — рявкает мужчина, усаживая меня обратно.

— Вы извращенец? Да? Что вы мне дали? Почему мне так плохо? Это серьезные наркотики, да? У меня была передозировка?! — в моей голове слишком много вопросов и я не собираюсь их удерживать в себе.

Незнакомец хмурится: — С чего такие странные вопросы? — отвечает вопросом на вопрос.

— Это же очевидно, — обвожу рукой вип-палату. — Дефо, я уже слышала эту фамилию, она принадлежит высшим, а значит и ты-высший. Сейчас мы находимся в госпитале и эта палата твоя, а я просто тебе приглянулась, да? Увидел меня во время работы и решил попробовать экзотику. Накачал наркотиками и привел сюда, чтобы изнасиловать.

— Что? Как вообще такое можно было придумать?! — рычит на меня незнакомец.

— У меня к вам тот же вопрос, — шепчу обиженно. — Я хочу позвонить. Где мои вещи?

— Позвонить? Кому? — незнакомец тут же напрягается.

Так и хочется сказать «не ваше дело», но я сдерживаю себя, чувствую, что с мужчиной лучше не спорить.

— Дедушке, я хочу уехать из этого места.

— Нет, — следует мгновенный протест.

— Что? Но почему?

— Твои родные и близкие знают все что им можно и нужно знать, не стоит их еще больше тревожить.

— И что же они знают?

— Знают, что ты со своим мужем. Знают, что идешь на поправку и что скоро с тобой все будет хорошо.

Опускаю голову на колени и еле слышно шепчу:

— Сумасшествие какое-то.

Немного подышав и успокоив свои нервы, я вновь поднимаю голову и произношу: — Отпустите меня домой, прошу вас. Я никому не расскажу о том, что вы собирались со мной сделать, обещаю. Все останется в тайне.

— Ты мне совсем не веришь? — незнакомец медлит, будто ждет от меня чего-то, но я молчу и лишь умоляюще смотрю на мужчину.

— А что, если я скажу, что знаю кто ты на самом деле такая. Ты целитель и кукловод, твое имя Каролина Моретти, и ты правнучка Стивена Моретти.

Меня прошибает приступ смеха, запрокидываю голову и смеюсь от всей души. Боже, этот мужчина явно не в себе. Услышав про кукловода, я немного испугалась, но вот продолжение фразы меня развеселило. Каролина Моретти, даже не представляю, как подобное можно было придумать.

— Я все поняла, вы не извращенец, а душевно больной человек.

Глаза мужчины вспыхиваю огням, незнакомец хватает пульт дистанционного управления и включает телевизор.

Несколько долгих минут, продавливая кнопки с дикой яростью переключает каналы, но наконец останавливается на новостях и усаживается в кресло.

— Слушай внимательно Каролина, надеюсь это тебя убедит.

Непонимающе пялюсь на экран телевизора, где диктор вещает о последних новостях нашего города. Собираюсь уже сказать незнакомцу, что не понимаю для чего он все это показывает, как вдруг вижу на экране себя. Мы с незнакомцем стоим в обнимку и смотрим друг на друга.

Мое тело прошибает холодный пот, на фотографии я вижу более взрослую копию себя. Это вроде я, но в то же время и не я.

— Не понимаю…

Горячие мужские ладони берут в плен мои окоченевшие пальчики, поднимаю испуганный взгляд на незнакомца и со слезами на глазах произношу:

— Неужели это правда, и я забыла огромную часть своей жизни?

Мужчина напряженно кивает: — Не волнуйся, я помогу тебе все вспомнить.

Незнакомец склоняет голову и тянет свои губы к моей руке. Вырываю кисть и произношу:

— Нет, пусть все сказанное тобой правда, но это ничего не меняет. Я вас не знаю.

— Не вас, а тебя, — перебивает меня мужчина. — Я не буду давить, но, пожалуйста, не убегай, не закрывайся, позволь мне помочь тебе восстановить нашу жизнь.

Осторожно киваю: — Хорошо, но, пожалуйста, без рук, возможно вы и знаете меня, но я вас нет.

Незнакомец медлит, напряженно сканирует мое лицо взглядом и после минутного промедления все же кивает: — Согласен.

Киваю в ответ и прошу: — Пожалуйста, оставьте меня, мне нужно все обдумать, понять и принять.

Мужчина без лишних слов поднимается со своего места и покидает мою палату. Ложусь на кровать и гипнотизируя потолок начинаю анализировать все услышанное от этого странного высшего, который почему-то утверждает, что я его будущая жена. Даже не представляю, как и где мы могли встретиться, и каким таким образом наши отношения зашли настолько далеко.

Спустя несколько часов проведенных с самой собой, я понимаю, что запуталась еще сильнее, слишком много пробелов которые некому заполнить. Решаю не мучить себя и свой поврежденный мозг, ложусь спать, чтобы как можно скорее восстановить свои силы.

***

Две недели постельного режима помогаю мне восстановиться физически, но не ментально. Помимо памяти, я так же утратила свои способности кукловода. Я больше не чувствую своего внутреннего монстра, как будто его никогда и не было. Это так странно и одновременно с тем страшно. Мне бы радоваться, теперь моя жизнь может стать проще, но вместо счастья, я испытываю грусть, чувство будто потеряла огромную часть себя.

Помимо переживаний из-за потери кукловода, я так же испытываю постоянный страх и тревогу, ведь с каждым днем количество вопросов не уменьшается, а только увеличивается.

Альфред не договаривает, а целители отказываются показывать мне мою историю болезни. Все мои вопросы по поводу того, что со мной произошло, остаются без ответа. Моя потеря памяти с учетом всех обстоятельств выглядит мягко говоря странно, сколько бы я не размышляла и не перебирала варианты, не сходится.

Вся эта ситуация настолько сильно давит на меня, что я попросту не могу спокойно жить. Мне необходимо выяснить правду, чтобы окончательно не потерять себя в череде этих переживаний.

10 месяцев спустя.

Шум океана приятно ласкает слух, а тёплая вода омывают ступни, ощущения что я в раю, не покидает меня ни на минуту. Хотя если подумать, так оно и есть, сейчас я нахожусь в настоящем раю. И дело не только в чудесном пейзаже, который я наблюдаю вот уже третью неделю, но и в том, что мы с Альфредом наконец-то можем побыть одни, наедине друг с другом.

— Твой апельсиновый сок.

Перед моим лицом появляется запотевший стакан, хватаю свой любимый напиток и благодарю будущего мужа:

— Спасибо, любимый.

Да, именно любимый, за это время, что мы провели вместе, я так и не смогла ничего вспомнить. А вот поняла я многое. Например, то что влюбилась в этого высшего по новой, с такой невероятной силой, что больше просто не представляю свою жизнь без него.

Альфред с лицом победителя занимает шезлонг и жестом подзывает меня к себе. Присаживаюсь и вопросительно приподнимаю брови.

— Мне не нравится твой купальник, слишком много голого тела.

Закатываю глаза: — Серьезно? Оглянись вокруг, да я тут чуть ли не самая одетая.

— Мне плевать на других, пусть ходят хоть топлес. Главное, чтобы все твои прелести были прикрыты.

Закатываю глаза и с улыбкой произношу: — Тиран.

На самом деле мне безумно приятна ревность этого невыносимого собственника, особенно когда мы в окружение гадюк, которые проходя мимо нас начинают крутить задницей в пять раз усерднее.

Тёплое солнышко согревает мою кожу, прикрываю глаза и блаженно потягиваюсь на шезлонге. Как бы мне хотелось, чтобы этот отпуск длился вечно, но увы уже совсем скоро мы должны будем вернуться в суровую реальность.

— Сегодня звонил мой отец, мы больше не можем откладывать нашу свадьбу.

Молчу, мне нечего на это ответить, я не хочу быть частью семьи Дефо, как, впрочем, и не хочу быть частью семьи Моретти.

Ещё в больнице мне довелось познакомиться с Льюисом Моретти, который поведал мне удивительную историю о том, как он отчаянно искал своих родственников. И о чудо, совершенно случайно, из-за счастливого стечения обстоятельств Льюис нашел меня и признал.

После ухода мужчины, я долго сидела и думала о том, в чем причина такой внезапной любви высшего к простым смертным. Но после прихода Альфреда все стало предельно ясно, Семье Моретти я была нужна только как разменная монета, чтобы выдать меня удачно замуж и восстановить своё имя.

Делаю глоток фрэша и усмехаюсь, ну что же у них получилось, еще несколько дней и семьи, Дефо и Моретти объединятся на радость Льюису.

— Я не хочу становиться частью высшего общества.

— Каролина, мы это уже обсуждали, — повернув ко мне голову, произносит Альфред.

Вздыхаю: — Знаю, у меня нет выбора, но от осознания этого мне не легче.

Альфред поднимается со своего места и садится на мой шезлонг.

— Ты меня любишь?

Киваю: — Люблю.

— Я тоже тебя люблю и это главное, все остальное ерунда. Ещё лет пять, не больше, и отец уступит мне свой пост главы семьи. Уйдёт на пенсию и тогда нам уже никто не посмеет сказать, как правильно жить и любить. Мы сможем жить так, как того сами захотим, нужно только немного потерпеть.

Кусая нижнюю губу и медленно киваю. Альфред лукавит, все не так радужно, как обещает любимый. Но я не спорю, ведь он не виноват, что его отец ненавижу меня, но очень сильно хочет запустить свои руки в семейный бизнес Моретти.

— Если все пройдет гладко, то уже на следующей недели я смогу получить необходимые нам ресурсы, — произносит отец, попивая виски.

— Ты можешь хотя бы попытаться сделать вид, что тебе не все равно на нашу свадьбу?

— Мне не нравится твоя будущая жена и ты это прекрасно знаешь. Я не собираюсь играть счастливого отца на потеху публике. Этот брак необходим для увеличения влияния семьи Дефо, не более.

— Ну да, конечно. Я и забыл, что у тебя вместо сердца, счетчик банкнот, — усмехаюсь.

— Перестань строить из себя праведника, что-то я не припомню, чтобы ты рассказал невесте о том, как вынудил ее быть с тобой. Память рано или поздно вернется, и тогда ты для нее станешь таким же чудовищем, как и я.

Ничего не отвечаю, отец прав. Мы перегнули, все что знает Каролина искаженно под выгодным для нас углом, правда. Когда она все вспомнит, будет сложно добиться ее прощения. Но насчет этого я подумаю позже, а сегодня у нас свадьба, счастливый день. Сегодня Каролина станет моей навсегда и уже не сможет убежать и спрятаться.

В проеме двери появляется блондинистая голова организатора свадеб:

— Все гости уже на своих местах, можем начинать церемонию.

Киваю женщине, которая за последнюю неделю истрепала мне все нервы, своим:

«Я ничего не успеваю, слишком мало времени.»

Вся организация нашей свадьбы, легла на мои плечи, моя девочка не хотела заниматься праздником, который ей и даром не нужен. Каролина хоть ничего и не помнит, но будто чувствует неладное и всем своим естеством противится стать моей женой.

Еще раз придирчиво осматриваю свое отражение в зеркале и выхожу на улице к собравшимся лицемерам.

Все как по шаблону, дарят мне фальшивые улыбки, все, кроме родственников Каролины которые постоянно опасливо осматриваются по сторонам.

Приятная музыка разносится на несколько метров вокруг нас, я стою у арки и жду Каролину, которая не заставляет себя долго ждать. Моя девочка появляется в сопровождение своего отца, вся такая безумно нежная и красивая, но несчастная.

Моя девочка неловко мне улыбается и произносит одними глазами: «Это все только ради тебя». От этого взгляда мне становится ещё тоскливее, я не заслуживаю ее веры.

Вся церемония проходит как в тумане, я ничего не помню, кроме робкого «да» от которого у меня внутри все расцвело. Радость с привкусом гнили, вот мое настроение на сегодняшний день.

— Поздравляю, — низкий, пропитанный старостью голос вытягивает меня из грустных раздумий.

Поднимаю полный бокал шампанского, к которому я так и не притронулся: — Спасибо.

Дедушка Каролины приподнимает свои уголки губ из-за чего морщинки на его лице становятся значительно глубже:

— Я не верю в сказку про нелепое падение, ты же это понимаешь?

Ничего не отвечаю. Для всего мира Каролина упала с лошади и ударилась головой, из-за травмы случилась амнезия. Никто кроме семьи Моретти и Дефо не знает про настоящие события, произошедшие в тот роковой день.

— Смотри мальчик, если правда мне не понравится, я не буду бездействовать, мне уже почти семьдесят, терять мне нечего.

— Вы мне угрожаете? — спрашиваю, глядя прямо в глаза старику.

— Угрожаю, — кивает новый родственник. — Каролина моя единственная, любимая внучка, ради неё я готов на все.

— Понимаю. Но и вы поймите, я люблю вашу внучку, да, наши отношения начались неправильно, но в жизни нет ничего идеального. Вы как мудрый, старый человек должны это понимать.

Роскошный шатер украшенный в нежно-голубых тонах, живые гортензии и классическая музыка, создают невероятную атмосферу вокруг нас. Каждая девочка, мечтает о подобной свадьбе, но не я. Мне никогда не хотелось помпезности, я всегда мечтала о тихом, уютном вечере в кругу самых близких. Вся это роскошь душит меня, мне весь вечер приходится мысленно убегать от реальности обратно в райское место, которое мы покинули неделю назад.

Осматриваюсь, все веселятся, выпивают, а мне тошно, все не так. Я мечтала не об этом, ощущение что я отыгрываю свою роль в фильме, а не проживаю самый важный день в своей жизни.

— Грустишь? — теплые губы оставляют след на моей щеке.

Дарю Альфреду мимолетную улыбку: — Жаль мы не можем уйти.

Мужчина тут же мрачнеет: — Прости за это, я знаю ты не хотела этой свадьбы, но высших кругах по-другому нельзя, если бы мы просто расписались, нас бы не поняли, осудили.

Ничего не отвечаю, мне плевать на мнение высших, ведь даже после свадьбы они меня не примут. Я всю жизнь буду лицезреть лицемерие, в лицо мне будут улыбаться, делать комплименты, а за спиной обливать грязью и строить козни. Я больше не смогу беззаботно гулять по улицам, отныне мне придется всегда быть начеку.

Поднимаюсь со своего места, Альфред тут же следует моему примеру:

— Мне нужно в дамскую комнату.

— Тебя проводить? — любимый хватает мое запястье, удерживая на месте.

— Справлюсь, — вырываю руку и развернувшись иду в дом.

Забежав в туалет, запираюсь на замок и облокотившись на тумбочку, прикрываю глаза. Мне хочется уйти, скрыться, побыть наедине с собой, ведь чувство, что я что-то упускаю не покидает меня. Я знаю, мне многое не договаривают, все ответы на мои вопросы звучат слишком идеально и неправдоподобно. Я до ужаса боюсь дня, когда воспоминания вернутся и уродливая правда выйдет наружу.

Некоторое время просидев наедине с собой, я решаюсь вернуться к гостям. Натягиваю фальшивую улыбку на лицо и открыв дверь, покидаю убежище. Подхожу к лестнице и тут же заворачиваю за угол услышав из уст намалёванной красотки свое имя.

Две подруги стоят у самого подножья лестницы и со звонким смехом поливают меня грязью. И суток не прошло, как я жена Альфреда, а уже в центре внимания местных сплетниц.

— Я так и не понял кто она такая? Если она Моретти, тогда почему к алтарю шла с каким-то странным мужиком, а не с Льюисом?

— Она не его дочь. Она внучка дочери Стивена Моретти.

— Стивена Моретти?! Не понимаю, София вообще родная дочь Оса Моро, только семья отца не спешит ее принимать. А ту дальняя родственница…

— Ходят слухи, — более осведомленная особа понижает голос так, что приходится напрячь свой слух до предела:

— Что Моретти переживают упадок, скорее всего девчонка разменная монета.

— Я тоже хочу быть такой разменной монетой! Она получила самого Альфреда Дефо! Несправедливо.

— А я нет, лучше уж быть любовницей Дефо, чем его женой.

— Я чего-то не знаю? — девушки начинают противно хихикать, а я перестаю дышать, неужели вот оно то, что не дает мне покоя, та самая неприглядная правда.

— Это же Альфред, ты с ним спала, я с ним спала, этого мужчину нельзя назвать однолюбом, поиграет в семью и вернется к своим старым привычкам.

Сжимаю ладони в кулаки, так крепко что короткие ногти впиваются в нежную кожу и окрашиваются алой кровью. Ревность захлестывает меня с головой, если бы мои способности кукловода сейчас были бы при мне, я бы убила сплетниц не раздумывая. Отсутствие воспоминаний не помогает мне справиться с приступом ревности, миллион плохих мыслей тут же формируются в моем сознание. Я не знаю, что было между нами до потери памяти, возможно Альфред мне изменял. И судя по тому, как тщательно он пытается что-то скрыть от меня, это вполне может оказаться правдой.

— Кстати, где Манна? Почему ее нет на свадьбе? Раньше она не пропускала светские мероприятия, даже несмотря на свой недуг.

— Не знаю, в последнее время, ее вообще не видно.

Девушки продолжают делиться сплетнями, а в моей голове на повторе звучит незнакомое мне имя «Манна».

Пытаюсь прогнать навязчивую мысль прочь и продолжить подслушивать полезную информацию, но сознание неожиданно простреливает воспоминание.

«Надо мной нависает молодая девушка, она что-то зловеще шепчет, но я ничего не понимаю, только чувствую адскую головную боль и отчаянье.»

Резко сгибаюсь пополам и вскрикиваю, боль из воспоминания настолько реальна, что мне становится невыносимо страшно.

— С вами все хорошо? — разносится над моей головой.

Поднимаю взгляд и вижу рядом с собой сплетниц, девушки переглядываются между собой, явно поняв, что я за ними подслушивала. Титаническим усилием заставляю себя разогнуться и рвануть обратно, в сторону туалета.

Забегаю внутрь и несмотря на макияж, умываюсь. Перед глазами снова все темнеет и появляется уже знакомое лицо девушки. Новая порция боли простреливает меня с ног до головы. Зажимаю рот ладонью, чтобы не закричать в голос и терпеливо смотрю то, что мозг хочет мне продемонстрировать.

Спустя некоторое время пытка прекращается, снова не показав мне ничего полезного.

Умываюсь по новой и с ужасом смотрю на чёрные подтёки под нижним веком. Да уж, стараниям визажиста пришел конец. Придется все смывать, у меня просто не хватит сил объяснить всем, почему невеста неожиданно стала пандой.

Намыливаю лицо душистым мылом и вздрагиваю от громкого стука в дверь.

— Каролина, с тобой все хорошо? — обеспокоенный голос Альфреда просачивается сквозь дверь.

— Дай мне ещё пару минут, — кричу в ответ смывая мыльную пену.

— Ты там уже почти час сидишь, открой немедленно!

Громкий стук в дверь вызывает во мне сильный приступ гнева. Назло тирану, начинаю действовать еще медленнее, просто из-за врожденной вредности.

— Открой немедленно!

— Подождешь, — шепчу еле слышно.

Щекотание в голове заставляет поморщиться, а уже через минуту я отхожу от раковины и щёлкаю дверной замок, открывая незваному гостю дверь.

Увидев меня Альфред отпускает мое сознание и обняв мое ослабленное тело, произносит:

— Прости…Черт! Я не хотел, прости, не выдержал, сорвался.

Упираюсь в грудь мужа ладонями стараясь отстраниться. Альфред игнорирует мои попытки, держит крепко, старается успокоить, поглаживая ладонью по спине.

— Отпусти, — рычу сквозь зубы.

— Прости, я нарушил свое обещание, прости…

Как заведенный продолжает шептать любимый, игнорируя мои попытки вырваться.

— Отпусти меня…я сказала, отпусти! — мое терпение лопается.

Альфред разжимает свои ладони и летит к противоположной стене, шокировано пялюсь на лежащего мужчину и понимаю, монстр вернулся. Мой внутренний кукловод после длительной спячки очнулся, требует зрелищ и крови, очень много крови.

Альфред совершает очередную ошибку, шепчет очередное «прости» и пытается привстать на локтях, тем самым привлекает мое внимание и оказывается под сильнейшим гнетом моего кукловода.

— Нет, — шепчу сама себе, когда слышу болезненный стон любимого, пытаюсь остановиться, натянуть вожжи, но у меня ничего не выходит, я потеряла контроль, мое тело больше не мое.

Сжимаю ладонями пульсирующую голову, мое сознание раскалывается на две неравные части. Я стараюсь удержать себя, но у меня ничего не выходит. От сильной слабости в ногах, мои коленки подгибаются, и я падаю.

— Отпусти! Не держи! Я справлюсь, — разносится в моей голове.

Альфред нависает надо мной, он поглаживает меня по спине и просит остановиться, отпустить кукловода. Обещает, что все будет хорошо, но это не так, если я сдамся кто-нибудь погибнет. Так лучше уж я чем другие.

Секунды растягиваются, боль становится невыносимой, и я кричу. Громко, надрывно, стараюсь выпустить часть боли через крик. Новая яркая вспышка света и темнота. Я падаю на холодный пол, слыша вдалеке:

— Каролина! Только не уходи, молю тебя…

***

Распахиваю глаза, белый потолок над моей головой расплывается в различные причудливые формы. Быстро моргаю, стараюсь сфокусировать взгляд на одной точке и спустя несколько мучительных минут у меня это выходит.

Приподнимаюсь на локтях и тут же слышу:

— Не спеши, ты ещё слишком слаба.

Милая на вид женщина помогает мне сесть и расспрашивает о самочувствие.

— Где я? — произношу хриплым голосом.

— Дома. Все хорошо, Каролина, вы очнулись и это главное.

Женщина продолжает охать и ахать, рассказывать о том в каком я была тяжелом состоянии и как она рада что я так быстро пришла в себя.

Легкий тюль трепещет от дуновения ветра, поворачиваю голову в сторону открывшейся двери и вижу Альфреда. Мужчина подходит ближе и неловко произносит:

— Привет, — смотрит на меня так будто не верит в то, что я действительно очнулась.

Закусываю нижнюю губу, чтобы не растаять, как мороженное в солнечную погоду, от переизбытка неуместных чувств.

— Оставите нас? — обращаюсь к милой женщине, которая выглядит так будто, наблюдает за самой долгожданной сценой в мыльной мелодраме.

— Да, конечно, — нехотя отвечает сиделка.

Женщина медленно, еле передвигая конечностями, покидает комнату оставляя меня наедине с мужчиной, которого я безмерно сильно люблю, но ненавижу.

— Ты даже не представляешь, как сильно я за тебя испугался, — не дождавшись моих реплик, Альфред решил начать разговор первым.

— Я все вспомнила, — решаю больше не играть в молчанку и сказать все так как есть.

Очнувшись пару минут назад, я вдруг поняла, что все помню. Воспоминания вернулись и открыли мне правду.

Поднимаю взгляд на застывшего Альфреда: — Как же хорошо ты все придумал, а главное, как выгодно. Праведник со скрытым кинжалом за пазухой для моего сердца.

— Я все объясню…

— Избавь, — выставляю руки вперёд. — Ты действительно думаешь, что я поверю тебе после всех рассказанных тобой сказок?

— У меня не было выбора.

Усмехаюсь и отворачиваюсь к окну, странно, но сейчас вспомнив все и вернув свои способности кукловода я наконец-то чувствую себя здоровой, полноценной личностью. Внутри царит гармония и покой, единственное что омрачает мое душевное равновесие — это сковывающая палец сталь на моей правой руке. Снимаю обручальное кольцо и тут же слышу:

— Не делай глупостей.

— Глупость я совершила, когда сказала тебе да, — рывком срываю золотое кольцо с пальца и отбрасываю в сторону Альфреда.

Мужчина ожидаемо не ловит драгоценность, и дорогая сталь упав на пол издает давящий на сознание звон.

— Ты же все знал, смотрел мне в глаза и врал! Каждый твой ответ на мой вопрос искажен, не было ничего, чтобы ты не изменил в свою пользу!

— Я все объясню… — Альфред делает очередной шаг к кровати.

— Избавь, — напрягаюсь не хочу слышать очередную ложь, боюсь снова поверить.

— Я не мог поступить иначе…

— Не хочу слушать, — как маленькая затыкаю уши и жмурюсь.

Мне слишком тяжело, я захлебываюсь в своих чувствах. Одна моя часть хочет вскочить с кровати и убежать как можно дальше от этого подонка, другая же хочет дать мужчине шанс оправдаться.

Пока я мечусь между двумя крайностями, Альфред присаживается на постель и мягко накрывает своими сильными ладонями мои руки, которыми я закрываю уши. Вздрагиваю от неожиданности, распахиваю глаза и тут же замираю. Любимый мужчина находится слишком близко ко мне, чтобы я продолжала здраво мыслить.

— У меня не было выбора, Каролина. Льюис ни за что бы не отослал свою дочь в спец лечебницу просто потому что она больна. Родительская любовь ослепила его, он не видел в ней монстра, в которого она превратилась. Он видел свою бедную доченьку, которую не приняло общество.

Послу упоминания Манны, моя кожа тут же покрывается холодным потом, а сердце переходит в галоп.

— Ты большая молодец, Каролина, — любимый накрывает губами мои онемевшие пальчики. Замираю, практически не дышу, зависаю на краю пропасти и не знаю, как поступить дальше, оттолкнуть или прижаться сильнее.

— Твой надрывный крик услышал Дэвид, который как раз в это время шёл в твою комнату, чтобы рассказать тебе план по избавлению от меня, — Альфред криво усмехается.

— Дэвид успел спасти твою жизнь, но не успел предотвратить катастрофу. Твой мозг был слишком сильно повреждает, чтобы оставить этот инцидент в тайне. После твоего появления в доме Моретти, я внедрил в охранную службу своих людей и уже через несколько минут после инцидента мчался в больницу, в которую тебя повезли. Льюис не успел придумать выгодную для себя историю событий, я прибыл слишком быстро, поэтому ему пришлось рассказать все без утайки.

Я жаждал мести, хотел правосудия, мне нужен был суд и показательная казнь. Я хотел огласки и самого строгого наказание для рехнувшийся девчонке, но я был одинок в своём желание. Отец запретил мне придавать огласке произошедшее, ведь бизнес опозоренной семьи ничего не стоит, а значит и необходимость в свадьбе с Каролиной Моретти отпадает.

Альфред замолкает и опустив голову перебирает мои руки в своих руках, будто боится отпустить. Я же в свою очередь практически не дышу, желание сопротивляться сошло на нет, в голосе любимого слишком много боли. Я верю ему, каждому слову, ощущение что мне не договаривают, исчезло, знаю Альфред искренен со мной.

— Манна, она… — не договариваю, боюсь узнать, что девушка продолжает спокойно жить в своем роскошном доме и наслаждаться праздной жизнью. Я не первая кого покалечила девушка, и я не буду последней.

— Она в лечебнице. Я поклялся сохранить инцидент в тайне, взамен Льюис согласился отправить свою дочь на лечение.

Киваю, дышать тут же становится легче. Вышедшие из-под контроля кукловоды, как правило, попадают в тюрьму, реже в лечебницы, но по суете разница не велика. И в первом, и во-втором случае они остаются в четырёх стенах до конца своей жизни, а это значит Манна больше не опасна для общества.

— Но зачем это нужно было скрывать от меня? Ты же знал, что память рано или поздно вернётся.

Альфред кивает: — Сначала, я не хотел тебя тревожить, а чуть позже ложь обросла такими подробностями, что я просто уже не мог из нее выпутаться. Решил действовать по обстоятельствам.

Закусываю нижнюю губу, мне больно, обидно, но при всем этом, я могу понять поступок Альфреда и это пугает. Ведь я боюсь потерять себя, боюсь ошибиться и доверить своё и без того израненное сердце тому, кто уже обманул, пусть и во благо.

Любимый отпускает мои ладони и встав, поднимает выброшенное мной кольцо. Смотрю за действиями Альфреда и понимаю, что не дышу, боюсь, что он уйдёт и больше не вернётся.

Мужчина надевает кольцо на мой безымянный палец и произносит: — Я уезжаю в командировку, у тебя будет достаточно времени, чтобы все обдумать и принять для себя верное решение. Я люблю тебя, Каролина, но насильно мил не будешь, если ты решишь уйти, обещаю, я отпущу.

Альфред поднимается на ноги и направляется в сторону двери. Ничего не соображаю, сижу и на репите повторяю заветные слова в своей голове: «Я тебя люблю». Мне же не послышалось, и я правда это слышала? Это же не сон…

— Стой! — восклицаю слишком громко.

Поднимаюсь на ноги и пошатываясь иду в сторону Альфреда, мужчина тут же подскакивает ко мне и подняв на руки укладывает обратно.

— Куда собралась? Тебе нельзя вставать, — бурчит себе под нос.

Хватаю ладонь любимого и переплетаю наши мизинцы. Альфред переводит вопросительный взгляд с рук на меня.

— Не нужно уезжать, я уже все решила, — набираю полную грудь воздуха. — Я люблю тебя, но я ненавижу твою жизнь. Все было прекрасно, пока наши отношения были только нашими. Я не хочу так жить, но хочу быть с тобой, поэтому постараюсь адаптироваться и стать частью высшего общества, — сглатываю, не верю, что подписываюсь на это добровольно.

Альфред все чувствует, видит мои тревоги по глазам.

Любимый притягивает меня к себе и шепчет в самое ухо:

— Оно того не стоит.

Отстраняюсь: — Что? — шепчу еле слышно.

— Пора становиться самостоятельным, я же уже взрослый мальчик.

Альфред смеётся, заражает меня своим грустным весельем, тихонько хихикаю с ним в унисон.

— Дай мне месяц, я все решу, разорву пуповину, и мы уедем в наше райское место, где будем только вдвоём.

Замираю, приподнимаю голову и глядя в глаза, произношу: — Правда?

Альфред кивает: — Конечно. Пора начинать жить так как хочется нам, а не так как нам диктует общество.

Счастливая улыбка сама собой расплывается на моем лице, решительностей на лице любимого воодушевляет и заставляет поверить в счастливый конец злой сказки.

2 месяца спустя.

Я стою на балконе и вглядываюсь в бескрайнюю синицу. Невероятно, прошло уже три дня как мы вернулись в это райское место, а я до сих пор не верю в происходящее.

Громкий хлопок заставляет меня обернуться, Альфред разливает игристое вино по бокалам и один передаёт мне.

— За начало новой жизни, — произносит любимый муж.

Счастливо улыбаюсь и произношу: — За наше счастливое будущее.

Альфред сдержал своё слово, два месяца словесной войны с отцом, не принесли второму желаемой победы, любимый разорвал «пуповину». Я ожидала что нам придется тяжело, но оказалось у Альфреда всегда был запасной вариант, а вернее успешный бизнес никак не связанный с семьей Дефо.

— Ты пьешь, — говорю очевидную вещь, подходя к любимому еще ближе. — Сейчас только первый час дня, неужели на сегодня все? Ты свободен?

— Я отменил все сегодняшние встречи и абсолютно свободен до завтрашнего утра, — шепчет в миллиметре от моих губ.

Накрываю губы любимого мимолетным поцелуем и шепчу в ответ: — Звучит потрясающе.

Забираю бокал у Альфреда и ставлю на небольшой столик. Не успеваю повернуться к мужу лицом, родные руки накрывают мою талию и притягиваю спиной к крепкому торсу. Раскалённые, напряженное тело мужчины говорит громче слов, мы обязательно разопьем бутылку потрясающего шампанского, но чуть позже, а сейчас время десерта.

На мою попу со звонким шлепком опускается крепкая ладонь и одновременно с тем я слышу над своей головой грозное рычание:

— В кровать, живо!

Повинуюсь незамедлительно, обожаю быть слабой в постели. Медленно, покачивая бёдрами подхожу к кровати и развернувшись к мужу лицом. Одним движением сдираю своё легкое платье, под которым нет ничего кроме ничего не прикрывающих, полупрозрачных трусиков.

Ногтем цепляю тонкую резинку и оттягиваю в сторону, отпускаю и слышу тихий шлепок. Кожа в месте соприкосновения тут же краснеет.

Медленно, не пропуская ни миллиметра, веду своими руками от кромки трусиков до самой груди, хватаю себя за соски и тут же сладко стону.

Альфред не выдерживает моей коварной игры, подлетает как вихрь и подхватив меня на руки, быстро кидает на кровать.

Не успеваю испугаться и отползти, мужчина накрывает меня своим телом и с оскалом произносит:

— Доигралась.

Тихонько хихикаю и принимаю все его жалящие поцелуи, обрушившиеся на мое тело. Губы любимого опускаются все ниже до самого сокровенного, нетерпеливо ерзаю, но Альфред не прекращает свою пытку. Удерживает меня на месте и целует мои бёдра, низ живота, но к самому главному не переходит.

— Пожалуйста… — шепчу как в бреду.

— Не нравится, когда дразнят? — шепчет с коварной улыбкой и снова целует низ живота.

— Пожалуйста… — не могу мыслить здраво, я готова молить о пощаде, слишком остро.

Альфред накрывает мой клитор своими губами, всхлипываю и тут же разочарованно вздыхаю. Спустя всего секунду любимый отстраняется и произносит:

— Больше никогда не дразни меня, только я могу тебя касаться.

— Это мое тело, — произношу с улыбкой.

— Нет, мое, — рычит тиран в ответ.

Счастливо смеюсь, никогда не думала, что буду рада слышать подобные слова. Мой внутренний монстр довольно мурлычет, ему, как и мне нравится быть во власти этого кукловода.

Потерянная в своих размышлениях, я упускаю момент, когда Альфред склоняет голову и наконец-то накрывает мое естество своими тёплыми губами. Закатываю глаза и громко стону, предыдущие два месяца были не простыми, нам пришлось многое пережить, и вот она моя награда.

За считанные минуты подхожу к грани, готовлюсь получить долгожданный оргазм, но у моего мужчины совершенно иные планы. Альфред снова отстраняется.

— Издеваешься?! — моментально взрываюсь.

Мужчина поднимается на локтях и с коварной улыбкой расстегивает ремень на джинсах, медленно, не торопясь.

Пытаюсь сесть и помочь мужу, но Альфред не даёт мне этого сделать. Отталкивает меня ладонью из-за чего я падаю обратно на спину и разочарованно стону.

Не успеваю послать Альфреда далеко и надолго, как он обжигает мое тело своей кожей, придавливая к дивану. Одной рукой перехватывает мои руки, а второй раскидывает ноги в разные стороны. Плоть Альфреда проникает в меня, всхлипываю и прогибаюсь в спине. Ожидание и перевозбуждение смешались в ядерный коктейль, который усилил мою чувствительность в несколько раз.

Проникнув в меня полностью, мужчина замирает, хнычу, пытаюсь толкнуться на встречу, но тиран удерживает меня на месте, не дает пошевелиться.

— Непослушная, — рычит Альфред и делает мощный толчок бедрами.

— Нетерпеливая, — новый толчок, всхлипываю и киваю в ответ. Практически не слышу, что говорит мужчина лишь чувствую, что оргазм как перегруженный поезд несется ко мне навстречу.

— Несносная девчонка, — Альфред практически выходит из меня и по новой толкается с такой силой, что мое тело прошибает легкая, сладкая боль, которая лишь усиливает удовольствие.

Разрываю тишину громкими стонами, любимый больше не медлит. Толкается в меня настолько быстро и мощно, что мне хватает пару минут, чтобы улететь к звездам и не вернуться обратно, ведь Альфред не щадит меня, продолжает свою пытку до тех пор, пока я не улетаю еще выше, практически теряя сознание от эйфории.

3 года спустя

Альфред

— Да, я понимаю, но точную дату сообщить не могу, сначала мне необходимо переговорить с супругой.

— У нас мало времени, если не решить вопрос сейчас, конкуренты налетят как стервятники и растащат бизнес семьи Дефо по кусочкам.

— Я уже сказал, что вначале мне необходимо переговорить со своей супругой, как только мы примем решение, я вам перезвоню.

— Но…

Сбросив вызов, откидываю телефон в сторону, так и знал, что рано или поздно этот день настанет. Если бы сам, лично не видел историю болезни отца, подумал, что он симулирует и специально давит на жалость. Так было бы намного проще ответить ему «нет», но к сожалению отец действительно находится сейчас в больнице и навряд ли уже сможет управлять бизнесом так же, как и раньше.

Запускаю руки в карманы брюк и выхожу на крыльцо, прохладный морской ветер тут же окутывает мое тело. Хмурюсь, довольно прохладно.

— И где мне искать свою жену?

Осматриваю территорию дома, но Каролины нигде нет, как, впрочем, и мольберта. Моя девочка похоже снова нашла красивый пейзаж и быстренько улизнула из дома пока я был занят работой.

Покидаю территорию дома и иду вдоль морского берега, надеюсь на этот раз без глупостей. Спустя несколько минут, я все же нахожу свою жену около пещеры. На первый взгляд кажется, что все в порядке, только вот ноги бедовой по щиколотку в воде, а на дворе, на минуточку, ноябрь, вода ледяная.

Подлетаю к девчонке и закинув свою жену на плечо, отвешиваю звонкий, болезненный шлепок по заднице и развернувшись вместе с драгоценной ношей иду обратно, в сторону дома.

Каролина недовольно вопит: — Отпусти! Ты что творишь! Я же ещё не закончила!

Щупаю ее ступни и еще больше злюсь: — У тебя ноги ледяные, ты со своими картинами совсем уже с ума сошла.

— Но…

— Каролина! — рычу на жену.

Как же сильно я сейчас зол, если бы не годы тренировок, точно бы сорвался. Это девчонка совсем уже помешалась и не видит краев. На прошлые недели забралась на гору и уселась у самого обрыва, видите ли там открывается самый прекрасный вид на море, чуть не убил бедовую, и вот опять.

— Можно я хотя бы мольберт заберу? — обиженно сопит жена.

Ругаясь себе под нос отборным матом, разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов и иду в обратном направление, хватаю мольберт, и иду в дом. Каролина ожидаемо затихает, понимает, что накосячила вот и молчит. Все же хорошо, что она наполовину целитель, а не феникс, иначе мы бы уже давно переубивали друг друга.

Заношу бедовую в дом, сажаю на диван, и Каролина тут же дергается в сторону:

— Сидеть! Не зли меня девочка, я и так на грани.

Каролина замирает и обиженно раздувает щеки, не обращая внимание на злой, прожигающий взгляд, беру ступни жены в руки и согревают их своим внутренним огнем.

— Горячо! — восклицает обиженно.

— Врушка, — говорю с улыбкой.

Наши отношения — это далеко не спокойная лагуна, мы постоянно спорим, ссоримся, но в итоге успокаиваемся, выдыхаем и оба понимаем, что не променяем свои отношения ни за какие богатства мира.

— Интересно в кого ты такой тиран?

Сама того не понимаю, Каролина напоминает мне о недавно состоявшемся разговоре с помощником отца. Тут же напрягаюсь, понимаю тянуть нельзя, будет только хуже.