<p>Начало</p>
– Кофе, пожалуйста – сказала Элен продавцу, даже не обратив внимания на то, как загорелись его глаза при её появлении в дверях кофейни. Присев на высокий и очень странный стул в ожидании своей очереди напротив автомата с кофе, стоявшему за прилавком, дабы не пропустить момент, когда будет готовиться её кофе, Элен достала свой телефон с очередным рассказом за 5 долларов. Ей очень нравилось читать эти маленькие рассказы в любую свободную минуту, так как именно они позволяли отвлечься от окружающей её реальности. А ещё ей нравилось следить, как этот кофейный аппарат за прилавком кофейни, неистово гудя, смешивал кофе, молоко и ваниль с сахаром в идеальных для неё пропорциях, делая этот напиток поистине божественным. Она всегда садилась на одиноко стоящий стул в углу прилавка, который по неизвестной для неё причине, всегда был свободен, независимо от очереди перед ней. Ведь только с этого места открывался обзор на всё пространство за прилавком, а так же на висящие где-то вдалеке часы, которые каждую секунду напоминали о том, что она опаздывает на работу, но без кофе она уйти не могла. Элен, ещё раз внимательно осмотревшись и оценив взглядом очередь из бумажных стаканчиков, уткнулась глазами в телефон, жадно поглощая текст. Стрелки на часах, висящих где-то вдалеке, начали замедляться, а люди, казалось, наоборот, с каждым ударом секундной стрелки начинали двигаться всё быстрее и быстрее, но Элен, ничего не замечая, читала строчку за строчкой нового рассказа от неизвестного ей автора.
«Топот копыт, приближающийся откуда-то сзади, заглушенный гудком паровоза, подъезжающего к вокзалу, сколоченному в виде деревянного подмостка, перемешивался с голосами сотен людей в военной форме и живым оркестром, стоящим на перроне, громко играющим походный марш.
Чья-то сильная рука, обхватив её за талию, резко и бесцеремонно отдернула её с центра улицы, где в следующее мгновение, мчась во весь опор и брызгая красной глиной из-под копыт, пронесся небольшой отряд всадников.
—Мисс, – снисходительно сказал человек спасший её от неминуемой гибели под копытами всадников – куда же вы так спешите, что готовы бросится под копыта? И возьмите наконец ваше кофе.»
–Простите, что? – не понимающе ответила Элен
– Ваш кофе, мисс. – повторил продавец за прилавком.
– Спасибо. Ответила Элен мгновенно очнувшись от чтения, включила телефон на блокировку и убрала его в свою маленькую, женскую сумочку.
–Мне на секунду показалось, что вы куда-то исчезли. Я даже испугался, что вы, ушли не дождавшись, когда приготовится ваш любимый кофе. -Сказал продавец, не скрывая своего удивления.
– Ой, мне самой на мгновение так показалось – Ответила она, мило улыбнувшись продавцу, забрала со стойки свой кофе и вышла на улицу.
Продавец, проводив её взглядом достал из-под прилавка небольшую, декоративную корзинку с круассанами и поставил на странный стул, на котором только-что сидела Элен. Так как это был не стул, а угловатое продолжение прилавка. Он всегда убирал с прилавка эту корзинку с декоративными круассанами, как только Элен появлялась в дверях кофейни. Ему хотелось, чтобы она могла находиться к нему как можно ближе. Пока готовился кофе он, мог в полной мере, незаметно для неё любоваться каждой черточкой её лица. Порой ему даже казалось, что он сквозь одежду может видеть округлости её тела. Представлял её в своих объятьях и придумывал для себя всякие картины не имеющие ничего общего с действительностью. Элен работала в здании напротив и стабильно, два раза в день заходила к нему за кофе. Утром перед работой и в обеденный перерыв, а после работы, выходя из дверей здания напротив, тут же садилась в первое попавшееся такси, видимо очень спеша обратно домой. Это был первый такой долгий разговор с ней за всё время его работы. Он много раз пытался заговорить, познакомиться или пригласить на свидание, но всё было тщетно. Она увлеченная своими мыслями, либо наблюдала за работой кофе машины, либо уткнувшись в телефон, попросту его не слышала или делала вид, что не слышит его слов. Возможно, у неё есть кто-то другой или он не в её в кусе. Потому оставив все попытки, он по-прежнему убирал декоративные круассаны в сторону, чтобы она могла оказаться ближе и молча делал свою работу готовя ей кофе.
1
В большом офисе, разделенном низкими, фанерными перегородками на маленькие ячейки личных кабинок, Элен сидела на удобным, компьютерным креслом, который ей подарили за успешную работу в компании делопроизводителем. Она выполняла свою работу старательно и усердно перебирая груды бумаг на своем столе и занося данные в стоящий на том же столе компьютер. Рядом с компьютером, из дешевой деревянной рамки на неё смотрела её собственная фотография вместе с её женихом Арнольдом, на фоне водоема с белыми лебедями. Рядом лежал сотовый телефон, на который она с надеждой посматривала, ожидая звонка. Но телефон ни издавал не звука. Элен, периодически отвлекаясь от работы проверяла уровень заряда батареи на телефоне, смотрела на сигнал сети, проверяла звук, даже несколько раз проверила баланс. Но, телефон так и не звонил. Время от времени к ней подходила очень вульгарно и безвкусно накрашенная блондинка по имени Джойси, принося новые и новые папки с документами и время от времени уносила старые. Стрелки на больших, офисных часах уже перевалили за полдень.
–Джойси! -окликнула её Элен, когда та, в очередной раз принесла ей пачку с документами. —Ты не могла бы позвонить мне на сотовый. Мне кажется, что с ним что-то не в порядке.
Джойси тщательно пережевывая жвачку и ни слова не говоря достала свой сотовый и демонстративно приложила к уху в ожидании гудка. Раздался громкий звонок на столе у Элен.
–По-моему, всё в порядке. – Ответила Джойси, убирая свой телефон в складки очень яркой одежды и направляясь куда-то по своим делам.
–Спасибо, Джойси. – Сказала Элен, снова возвращаясь к работе.
Время приближалось к обеду. Элен аккуратно выровняла все папки с бумагами так, что они оказались идеально сложенными относительно всех сторон стола и углов её маленького кабинета. Только собралась прерваться, как раздался долгожданный телефонный звонок. Элен молниеносно схватила телефон и от волнения даже вскочила с кресла.
– Алло, – Сказала она в трубку чуть дрожащим от волнения голосом, а затем продолжила:
– А-а-а. Вы из банка. – Это был явно не тот звонок, которого она ждала столько времени.
–Да-да, я знаю, – Продолжала отвечать она – Я вынуждена немного задержать с оплатой. Понимаете, мы с моим женихом оплачивали закладную на дом вместе, а сейчас у нас с ним … -она замолчала. – Мне придётся одной. Да-да, я обязательно всё оплачу на следующей неделе. Спасибо.
Выключив телефон и на мгновение задумавшись Элен внимательно посмотрела на рамку с фотографией, негодующе перевернула её лицом в стол, пнула ногой кнопку выключения компьютера и вышла на обед.
2
Топот копыт, приближающийся откуда-то сзади, заглушенный гудком паровоза, подъезжающего к вокзалу, сколоченному в виде деревянного подмостка, перемешивался с голосами сотен людей в военной форме и живым оркестром, стоящим на перроне, громко играющим походный марш. Чья-то сильная рука, обхватив её за талию, резко и бесцеремонно отдернула её с центра улицы, где в следующее мгновение, мчась во весь опор и брызгая красной глиной из-под копыт, пронесся по центру улицы небольшой отряд всадников.
– Мисс, – снисходительно сказал человек спасший её от неминуемой гибели под копытами всадников – Куда же вы так спешите, что готовы бросится под копыта? Элен обернулась, убирая руку спасителя со своей талии, который явно не спешил отпускать её из своих объятий. Перед ней стоял крепкий, молодой мужчина, в кожаных штанах с висящими по бакам револьверами, тонкой, кожаной куртке надетой поверх белой, хлопчатой майки, с широкой, засаленной шляпой и большими, густыми усами.
– Мне ваше лицо кажется знакомым. – Сказала Элен этому молодому человеку. – Вы же тот самый кофевар, из той самой кофейни? Верно?
– Кофевар? – Усмехнулся он, выпуская Элен из своих объятий. – Так меня ещё никто не называл. Я вообще-то владелец этого салуна, возможно поэтому моё лицо вам и кажется знакомым.
Он указал рукой на вывеску, висящую на здании, рядом с которым она оказалась. На деревянной табличке, весящей на ржавых цепях, было выжжено большими, красивыми буквами название салуна «У Сэма»
– Сэм это я. – Сказал он, жестом приглашая её пройти внутрь. – И добро пожаловать в моё скромное заведение.
– Спасибо. – Ответила Элен. – Но мне нужно на вокзал. Пока я не пропустила прибытие поезда.
-– Кого-то встречаете? – Спросил у неё Сэм?
-– Да. – Важно ответила Элен, приподнимая своё пышное, зелёное платье, которое подолами своих юбок касалось грязной, глинистой земли.
– На этом поезде должен вернуться мой жених. И мне бы очень не хотелось его пропустить.
– Жених значит. – Пробормотал себе под нос Сэм и ту же повысив голос, чтобы перебегающая дорогу Элен могла его услышать. – Как ваше имя, мисс?
– Элен. – Слегка обернувшись ответила она.
<p>3</p>
Переполненный лифт остановился в холле первого этажа. Крепко держа в руке телефон, чтобы толпа сотрудников, стремящаяся на обед, случайно не выбила его из рук, Элен пройдя турникеты вышла на улицу и дождавшись сигнала светофора перешла на другую сторону к кофейне. Усевшись на стул в углу прилавка.
Она заказала себе кофе и с интересом стала наблюдать за работой продавца кофейни и мысленно приделывать ему большие, широкие усы.
– Со мной что-то не так? – Не выдержав её взгляда спросил он.
– Вас же зовут Сэм – С интересом и какой-то игривостью в голосе спросила Элен.
– Да. – Непонимающе ответил продавец и указал пальцем на бейджик с именем, весящем у него на фартуке.
Заметив, что Элен при этом как будто немного расстроилась и даже загрустила, поняв, что это имя она всё время могла увидеть сама.
– А как ваше имя, мисс? – Спросил Сэм и продолжил:
– Вы приходите сюда два раза в день в одно и то же время и, как мне кажется, примерно уже полгода, а я до сих пор не знаю вашего имени.
– Элен – Ответила она и вновь на какое-то мгновение потерялась в своих мыслях. -Скажите, Сэм, это ведь ваше заведение?
– Нет, мисс. Я просто работаю тут продавцом – Ответил он, подавая ей кофе и несколько круассанов. – Но, надеюсь, в скором времени накоплю достаточно денег, чтобы открыть свою кофейню.
– Похвально. Много не хватает до этого счастливого момента? – улыбнулась Элен снимая свой телефон с блокировки и собираясь продолжить чтение.
– Прилично.
– А оформить в банке кредит не пробовали? – не унимала его расспросами Элен.
– Кредит дают только под какое-то обеспечение.
Простому продавцу такую сумму не дадут. – Совершенно не смущаясь ответил он.
– А вы чем занимаетесь?
– А я… – На мгновение задумалась Элен – Переношу данные с бумажных документов на электронный носитель, а те документы, которые на электронном носителе, перевожу в бумажные.
– Я полагаю, что это очень ответственная должность, – Сказал Сэм, слегка усмехнувшись.
– Я думаю так же. – Уловив его иронию, ответила Элен и продолжила чтение.
<p>4</p>
Поезд остановился, окутав паром близко стоящих людей с большими чемоданами и тюками, а также даму преклонных лет, с белым зонтом от солнца, всю заплаканную от неизбежного расставания с родными ей людьми. Приезжающих было немного. Они выходили из вагонов по узеньким проходам, которые образовывались между провожающими, встречающими и куда-то уезжающими толпами и сразу отправлялись к экипажам, в одно мгновение переполнившим всю улицу. Элен ходила по перрону, вглядываясь в каждого приезжего мужчину в попытках разглядеть среди них своего возлюбленного, но его не было. В скором времени, суета, царящая на перроне, постепенно стала утихать, оставляя только горстки провожающих. Улица, еще несколько минут назад переполненная экипажами возничих опустела. Поезд издал сильный оглушающий свисток, снова пустил облако пара и тронулся в путь. Элен подошла к пожилой женщине с белым зонтом, закрывающим её от полуденного солнца и с заплаканными глазами.
– Извините, мэм, вы случайно не знаете, когда прибудет следующий поезд?
– Этот поезд ходит каждый вторник, четверг и субботу, милочка, ближе к обеду, точное время сложно угадать. Так что, если хотите успеть, приходите в следующий раз заранее. – ответила ей женщина с зонтиком, промокнув платком слёзы, выступающие у неё на старом, сморщенном лице.
– Спасибо. – сказала Элен, почтительно поклонилась и направилась назад к опустевшей улице.
Остановившись у края деревянного перрона, напротив салуна Сэма, который возвышался над остальными домами, на участке, расположенном точно напротив вокзала и центральной площади, Элен осмотрелась. Не пропустила ли она своего жениха? Возможно, в этой суете он просто был ею не замечен и уже сейчас мчит во весь опор с каким-нибудь возничим, готовым проехать столь дальнее расстояние в такою испепеляющую жару, или же укрылся где-то в тени городских кабаков.
Наступало самое жаркое время дня и все горожане, а также приезжие стремились как можно быстрее покинуть опалённую солнцем улицу и скрыться в спасительной от невыносимого пекла тени. Самым подходящим для этого местом был конечно же салун Сэма, на первом этаже которого располагался бар, где всегда играла музыка старого, плохо настроенного рояля. Также два этажа гостиничных номеров и мансарда с большим, выкрашенным белой краской балконом, в которой и жил Сэм.
Никто не мог точно ответить откуда и когда именно он появился в этом городе, каким образом получил в собственность столь лакомый для всех банкиров и предпринимателей участок земли и на какие средства, а средства явно были не малые, сумел отстроить такое заведение. Хотя собственно этим вопросом никто особо и не задавался, а уж тем более Элен.
Она жила в 18 милях к юго-западу от города и ей крайне редко удавалось покинуть свою маленькую ферму под названием Гринлиф (зелёный лист), в которой она жила со своим отцом Ричардом и двумя сестрами Эмили и Бэтси, восьми и двенадцати лет.
Перейдя улицу, к площади, где рядом с салуном Сэма была привязана её лошадь, с маленькой, двухколесной бричкой она остановилась в раздумьях.
Корсет, который завязывала Бетси, упираясь коленкой ей в спину и повиснув на шнурках, чтобы затянуть его как можно туже, мешал Элен нормально дышать. Сорочка под корсетом насквозь промокла от пота, а панталоны под кринолином её пышного платья прилипали к ногам.
– Ехать домой, сейчас, в такую жару, или переждать несколько часов в городе? – Думала Элен. Ведь она так редко сюда выбиралась. К тому же Арнольд, её жених, мог быть где-то здесь. Нет же ничего зазорного в том, что она пройдётся по магазинам, хотя бы просто глазком оценит местные трикотажные изделия, сувенирную лавку для Эмили и Бетси и бакалею для отца. А так как у неё с собой было немного денег, она могла позволить себе снять комнату с прохладной ванной воды и слегка освежиться.
– Ох уж эта жара. – решила для себя Элен, вновь приподняла подолы платья и с легкой грацией зашагала ко входу в салун Сэма.
<p>5</p>
– Мисс Элен – послышался знакомый голос откуда-то сверху.
Ей пришлось высоко запрокинуть голову, придерживая рукой шляпку, чтобы та не свалилась на высохшую от грязи и уже превратившуюся в пыль, красную землю, так как голос слышался с балкона четвертого этажа.
– Я вижу вы одна, где же ваш жених? – С какой-то усмешкой продолжал говорить знакомый голос.
Элен, слегка прищурившись от яркого, полуденного солнца, увидела Сэма, стоящего на балконе в тех же кожаных штанах с револьверами и белой, хлопковой майке, который жадно затягиваясь сигарой выпускал большие клубы дама. Элен хотела ему что-то крикнуть в ответ, но он жестом остановил её.
– Можете не утруждаться с ответом, я всё равно вас не услышу отсюда, это издержки моей профессии. Подождите меня внизу у барной стойки, я сейчас подойду к вам. Он погасил сигару о белые перила и выкинув еще явно недокуренный окурок на улицу, вошел внутрь мансарды. Элен аккуратно, чтобы не нарушить царящее внутри пьяное веселье прошла к стойке бара, внимательно и при этом не навязчиво осматривая каждый столик, нет ли среди них её Арнольда. Но здесь его не было.
– Что будете заказывать, мисс? – спросил бармен у Элен, оторвавшись от выставления бутылок откуда-то из-под прилавка на витрину бара.
– Я хотела бы снять комнату на время сиесты и прислужницу, чтобы помогла мне раздеться и принять ванну. – Ответила ему Элен, явно изнемогающая от жары.
– Ну, раздеться вам тут поможет каждый, только попросите. – Громко смеясь своей шутке сказал бармен и положил на стол домовую книгу и красивую, золотую чернильницу с торчащим из неё железным пером на деревянной ручке.
– Как вас записать, мисс? – Спросил бармен.
– Элен O”Нил. – Ответила она и приготовилась поставить подпись в домовой книге напротив своего имени.
– О'Нил? – Переспросил неожиданно подошедший в этот момент Сэм. Элен вздрогнула и повернулась, продолжая держать в руке перо.
– Да. – Удивлённо подтвердила она, не понимая, что для него могла означать её фамилия. Сэм забрал из её руки перо, аккуратно вложил обратно в чернильницу и дал знак бармену убрать домовую книгу обратно.
– Не та ли самая О'Нил, что живет на ферме Ричарда О'Нила. Вы, мисс, получается его дочь?
– Вы знаете моего отца? – Спросила Элен принимая руку Сэма и позволяя ему помочь ей подняться по ступеням ведущим на площадку второго этажа гостиничных номеров.
– Лично чести не имел. – Ответил ей Сэм – Но, мир, как говорится, полнится слухами. Мой салун, это как раз то самое место, куда стекаются все городские сплетни.
– Сплетни о моём отце? – Негодующе выкрикнула Элен и с такой силой отдернула свою руку из руки Сэма, как будто её прижгли раскалённым железом. Она чуть не повалилась вниз с лестницы, но Сэм ловко подхватил её за талию, вновь не давая ей разбиться, как и тогда, под копытами всадников
– Что вы хотите сказать? Недоуменно повиснув на его руке, спросила она.
– Ничего особенного. – Он помог ей зайти на площадку второго этажа, сам оставаясь стоять на несколько ступенек ниже и поравнявшись с нею ростом, внимательно посмотрел ей в глаза.
-– Просто мне известно о вашем бедственном положении.
Глаза Элен округлились от удивления.
– О каком, черт побери, бедственном положении он говорит? Да, не богаты, но и не бедствуем – Думала про себя Элен. “И главное, откуда этот кофевар вообще может что-то знать о её отце?!” – Рассуждала она.
– Объяснитесь, – Твердо и решительно сказала она ему.
-– Ну, мне до подлинно известно, что ваш отец Ричард О'Нил, уже больше полугода не оплачивает закладную на ферму Гринлиф и если оплата не поступит городскому банку в течение недели, земля будет продана с торгов или возможно её кто-то перекупит. Возможно даже этот кто-то, я!
– Как же так? Мой отец сейчас действительно серьёзно болен и последние полгода, фермой заправляет мой жених, Арнольд. То, что вы говорите, просто невозможно.
– Вам конечно же виднее. – Сказал Сэм и слегка улыбнувшись Элен такой улыбкой, явно дающей понять, что он знает на много больше, чем говорит. Он повернулся в сторону бара и окликнул заигрывающую с пьяными мужчинами, сидящими за столиком рядом с роялем, вульгарно накрашенную блондинку:
– Джойси, проводи нашу гостью в её комнату и помоги ей в её делах, на время пребывания здесь.
Джойси погладила одного из сидящих за столом мужчин по щеке, плавно развернулась как будто показывая себя со всех сторон и широко виляя бедрами зашагала к Элен.
<p>6</p>
Комната в гостинице, куда поселили Элен, была небольшая, но довольно уютная, разделённая ширмой на две части, в одной из которых стояла большая кровать с белым, кружевным балдахином и зеркалом во всю стену. Во-второй половине, возле не остеклённого окна с двумя ставнями, в виде чуть приоткрытых жалюзи, стояла медная ванна и белая, мраморная чаша, использующаяся как ночной горшок. Джойси, не спеша помогла снять с неё платье и развязала корсет, оставив Элен одну выбираться из-под кринолина с множеством подъюбников и оборок, а сама накачав воду из ручной колонки подошла к котлу напоминающий самовар.
– Подогреть воду, мисс? – спросила Джойси.
– Нет, дорогая, не нужно. Дальше я справлюсь сама. – Ответила ей Элен, оставшись только в одной сорочке и стесняясь полностью оголится перед Джойси.
-– Зайди ко мне через два часа, мне вновь понадобится твоя помощь, чтобы одеться и привести себя в порядок.
– Хорошо, мисс. – Ответила Джойси и вышла из комнаты. Элен подошла к ванной и потрогала рукой воду, которая была не такой уж холодной, чтобы её подогревать, к тому же горячий, полуденный воздух, проникающий через не застеклённые окна и гуляющий по комнате, распалял желание охладиться. Скинув с себя сорочку, Элен аккуратно опустилась в ванну и омочив водой голые плечи, откинулась на спину, закрыв своё лицо мокрыми руками. У неё в голове, с нарастающей тревогой крутились последние слава сказанные Сэмом.
“А что, если это правда? Что если Арнольд воспользовавшись болезнью её отца просто присваивал себе выделенные ему деньги на оплату счетов.” – Думала Элен. “Нет. Не мог её любимый человек так низко пасть. Да и с какой стати ему это делать, ведь в конечном итоге они собираются пожениться.”
Откинув все тревожные мысли, Элен, зажав пальцами нос погрузилась с головой под воду наслаждаясь сладкой прохладой.
– Вот бы так и лежать здесь. – Думала она, наблюдая как маленькие пузырьки воздуха поднимаются и исчезают на поверхности воды, слегка искажая при этом её собственное отражение, делающее причудливые гримасы на фоне белого и так же искажающегося потолка.
Надув щёки она выпустила большой пузырь, который быстро поднялся вверх, перемешав её отражение в какую-то непонятную, однородную с потолком массу. Потом ещё, ещё и ещё, пока в легких не закончился воздух. Как бы ей не было хорошо и приятно лежать на дне прохладной ванны, беззаботно, как в детстве наблюдать за пузырями, всё же пришлось вынырнуть, чтобы отдышаться.
Выйдя из ванны, Элен подняла лежащую на полу и всё ещё мокрую от пота сорочку и хорошенько её прополоскав в воде, повесила сушиться возле окна. Сама легла в кровать и укрывшись тонким, лоскутным одеялом тут же уснула.
<p>7</p>
В дверь постучали. Элен открыла глаза и не сразу понимая, где она находится, осмотрелась. За окном по-прежнему был день, но тени от домов уже растянулись по земле заползая друг на друга. Элен встала и надела на себя уже высохшую после ополаскивания сорочку, поправила на голове волосы выпустив их из-под ворота и подошла к двери.
– Кто там? – Спросила она.
– Это Джойси, мисс. – Ответил голос из-за двери. – Вы просили разбудить вас через два часа.
Элен открыла дверь, впустила внутрь вульгарно накрашенную блондинку.
– Позвольте я помогу вам собраться. – Сказала Джойси, и проходя внутрь комнаты сообщила:
– Вас ожидает мистер Паттерсон.
—Кто? – Удивленно переспросила у неё Элен.
– Мистер Сэм Паттерсон – Повторила Джойси, подняла с пола кринолин, не церемонясь надела его через голову на пояс Элен и принявшись за подъюбники продолжила:
– Владелец этого салуна. Не уже ли вы, даже не знаете как его зовут? – Недоверчиво спросила она.
– И что же от меня хочет мистер Паттерсон? – Недовольно спросила Элен, стоя как манекен, которую явно очень торопясь собирала Джойси.
– Я бы и сама хотела это знать, что он в вас нашел?! – С явным раздражением и нотками ревности ответила Джойси и так сильно затянула шнурки корсета, что Элен пискнула.
– Терпите, вы же хотите быть красивой леди, мисс. – Усмехнулась Джойси.
Элен, хотела съязвить что-то ей в ответ, но тут же вспомнила недавний разговор с Сэмом и чувство необъяснимой тревоги вновь овладело ею. Она уже не могла думать ни о чем другом, как о его словах.
– Домой, домой. Скорее домой! – Думала она. – Как можно быстрее подтвердить или опровергнуть сказанные Сэмом слова. Неделя, всего неделя, прежде чем банк заберёт её дом. Куда же она пойдёт с больным отцом и двумя малолетними сёстрами? Но, Арнольд. Нет! Арнольд не мог так с ней поступить, в этом нет никакого смысла. Зачем Сэм такое сказал? Возможно, он задумал какую-то злую шутку, а может просто повторяет не обоснованные сплетни завистников или алкашей. Нет, она не будет играть с ним в эти игры, прежде выяснит всё у отца и уж тогда узнает, что задумал этот усатый Сэм. Убедившись в аккуратности своего наряда, стоя напротив зеркала Элен надела шляпку и сделав милое выражение лица спросила:
– Где он, дорогая?
– Наверху. – Ответила Джойси.
– Так вот, передайте мистеру Паттерсону, – Сказала Элен, важно направляясь к выходу из комнаты. – Что я не намерена выслушивать его необоснованные обвинения в адрес моего возлюбленного, а уж тем более моего отца.
И с силой толкнув дверь вышла на лестничную площадку. Джойси, от этих слов прям вся расцвела, она была рада, что разговор Элен и Сэма не состоится и окрыленная этой новостью присев на постель прыгнула на ней пару раз. Сообщать об отказе Элен, она не спешила, решив дождаться момента, когда потенциальная соперница покинет салун, тогда Сэм, которого она считала уже своим, точно не сможет встретить Элен пока ожидает её наверху.
<p>8</p>
Спустившись вниз, Элен уселась в свою маленькую, двухколесную бричку и направила лошадь в сторону дома. Это была старая, поведавшая виды кляча по кличке Гельда, которая совершенно не спешила переставлять копыта, в то время как Элен, всем своим существом торопилась домой. От резкого щелчка хлыста, Гельда, как молодая пускалась в галоп, но, сделав несколько скачков плавно переходила на рысь, а затем вовсе на медленный аллюр, неторопливо переставляя копыта одну за одной. Сделав несколько попыток держать лошадь галопом, Элен поняла, что Гельда скорее сдохнет, чем довезёт её до дома раньше. Потому оставив попытки ускорится, она приготовилась к долгой и скучной поездке домой, куда она сможет прибыть в лучшем случае не раньше начала сумерек.
– Извините, что отвлекаю, мисс… – Послышался чей-то уже знакомый голос. Элен вздрогнула от неожиданности выпустив из рук поводья и осмотрелась.
Она вновь оказалась в кофейне держа в руке телефон. Перед ней стоял уже остывший стакан кофе и не тронутые круассаны.
– Мне кажется вы зачитались… – это был голос Сэма, встревоженный тем, что Элен могла не заметить окончание обеденного перерыва.
– Это конечно не моё дело, но вы можете опоздать на работу. – продолжал говорить он, тем самым отрывая её от чтения.
– Ой, спасибо вам, мистер Паттерсон, я действительно зачиталась. Прям как будто сама оказалась в центре событий. Всё было так реалистично. – ответила Элен и выпив залпом уже остывший кофе, забрала с тарелки круассаны и второпях направилась к выходу.
– На бейдже нет моей фамилии. Откуда она вам известна? – Удивленно спросил Сэм. Но городской шум, ворвавшийся через открытую, входную дверь перекрыл его слова так, что Элен их уже не слышала.
<p>9</p>
Солнце скрывалось за зданиями небоскрёбов, начинало темнеть, когда Элен окончив работу вышла на улицу и запрыгнула в первое попавшееся ей такси. Казалось, весь город спешит именно к ней домой. На какую бы улице не поворачивало такси, везде собралось огромное количество машин создавая бесконечную, еле двигающуюся пробку. Элен это ничуть не смутило. Она достала из своей маленькой, женской сумочки телефон и сняла с блокировки. В этом мгновение раздался звонок с неопределенного в списке контактов номера. Элен несколько секунд боролась с охватившим её волнением, а затем приняла звонок и поднесла к уху телефон.
– Алло – Сказала она, еле сдерживая дрожь в голосе, предчувствуя тяжелый разговор.
– Привет. – Прозвучал грубый, мужской голос. – Это Арнольд.
– Я догадалась… – Ответила Элен – Ты выключил все телефоны и пропал на две недели оставив меня в полной неизвестности, а теперь звонишь с непонятного номера как будто ничего не случилось. Будь любезен объясниться.
– А что тут объяснять… – Сказал ей Арнольд. – Я ухожу от тебя.
– И ты мне говоришь это вот так, по телефону? Поступок прям настоящего мужчины. Отправил бы просто смс, что уж там? – Ответила ему Элен ровным и спокойным голосом, который вдруг перестал дрожать.
– Ты права, мне так проще, я всё же люблю тебя, ты ведь всё сама понимаешь.
– Нет. Не понимаю. – Продолжала Элен.
– Мне нужна ты, понимаешь, ты, а не твой больной отец и две мелкие, несносные сестрёнки в придачу. – Сказал Арнольд и глубоко вздохнул. – Наши чувства разбиваются о быт. Понимаешь, я хочу, чтобы ты меня понимала. Я готов жить с тобой, но не со всей твоей семьёй. – Запинаясь говорил он.
– Ты что, пьян? – спросила Элен
– Ну, может чуть-чуть. Для смелости. Мне тяжело с тобой расставаться, я люблю тебя, понимаешь? – спросил Арнольд.
– Понимаю. Всё понимаю. Только странная у тебя любовь. На враньё похожая. С банка, кстати, звонили. – сказала Элен.
– Ну, да. Ипотеку я думаю выплатишь сама, я уже подписал отказ на долю от собственности. Для меня это было сложное решение. Но так будет лучше. Мы не сможем жить вместе. Вот если бы ты была одна… – Арнольд собирался что-то продолжить говорить, но Элен его перебила:
– Но я не одна. – Печально усмехнувшись, ответила Элен и повесила трубку. Арнольд звонил ещё несколько раз, но Элен уже не отвечала и никак не реагировала на звонки. Она сидела на заднем сидении такси, закрыв лицо руками и тихонько плакала. Всхлипывая, потряхивала плечами, не отрывая ладоней от лица, чтобы никто, даже таксист не видел её слёз, до тех пор, пока машина не подъехала к самому её дому.
Рассчитавшись с таксистом Элен вышла и закрыла за собой дверь машины. Она достала из сумочки платок и зеркальце, вытерла слёзы и потёкшую с ресниц тушь, отдышалась обмахивая красные глаза руками и собравшись с силами, мило улыбнувшись в зеркальце, как ни в чем не бывало направилась к парадному входу в дом, своей легкой и кокетливой походкой.
<p>10</p>
Пройдя несколько лестничных пролетов, Элен остановилась на площадке четвертого этажа и достав ключи открыла входную дверь. В квартире было необычно тихо.
– Папа? Девочки? – Сказала Элен и прислушалась. Никто не отозвался, только в дальней комнате, еле слышно звучало неразборчивое бормотание телевизора. «Наверное папа спит в своей комнате, а девочки опять смотрят мультики, не выполнив указания Элен по дому и даже наверняка не сделав уроки.» – подумала Элен и положив ключи в стеклянную миску, стоящую на тумбе у входа, подошла к двери и слегка приоткрыла комнату отца.
– Папа, ты спишь? – Спросила она. Ответа не последовало. Элен тихонечко прикрыла дверь, чтобы не разбудить отца и направилась в комнату, откуда доносился тихий звук телевизора.
Мать Элен, Кейти Уотсон, погибла в автокатастрофе. Её сбил пьяный водитель, уснувший за рулём своего автомобиля и выехавший на тротуар возле магазина с продуктами. Отец, Ричард О'Нил, после смерти его жены, остался один с тремя маленькими дочками: Элен, которой на тот момент было не больше двенадцати, четырех летней Бэтси и крохотной малюткой Эмили семи месяцев от роду. Если бы не престарелая бабуля Дорис Уотсон, которая в первые три года взяла на себя все обязанности по уходу за детьми и дому, то Эмели и Бетси скорее всего росли бы сейчас в приюте, так как отец зашивался на работе по 12 часов в сутки.
Расставаться с детьми или отдавать их на воспитание бабуле Дорис, отец не хотел, потому ей самой пришлось переехать к ним и остаться до тех пор, пока бабуля не решила, удобно разместившись на своем любимом кресле отдать Богу душу. С этого момента детство Элен было окончено. Она по-прежнему была маленькой девочкой для своего отца, но матерью для своих сестёр. Первым делом после школы, она забирала их из сада, а потом бралась за готовку и уборку в доме, дожидаясь возвращения отца. Ещё через три года её отец, за успешную работу в компании получил более высокую должность и много свободного времени. Элен смогла поступить на первый курс экономики, где и познакомилась с выпускником по имени Арнольд, который пришел за своей характеристикой. Это был эксцентричный, очень весёлый и хорошо сложенный молодой человек, за которого любая девушка в институте готова была продать душу. Но, Элен только поступила и совершенно ничего об этом не знала, так, что Арнольду пришлось очень постараться, чтобы заполучить расположение юной красотки. А ещё через год он предложил ей взять ипотеку и жить вместе, отдельно от родителей.
Но счастье было не долгим, отцу Элен, Ричарду О'Нилу диагностировали рак легких и положили на длительное лечение. Девочек Эмели и Бетси пришлось взять с собой и как Арнольд не старался, найти общего языка с сестрами Элен, у него не получалось. В результате долгого и дорогого лечения Ричарда, Элен пришлось заложить дом отца, пустив все средства на его лечение, в результате которого Ричарду О'Нилу удалили большую часть легких и отправили в квартиру Арнольда и Элен доживать свой срок. За отцом требовался постоянный уход, так как он делая несколько лишних шагов или движений, быстро уставал, начинал задыхаться и практически всегда был привязан к кислородному баллону. Об окончании института можно было забыть. Элен пришлось устроиться на малоквалифицированную работу делопроизводителем, чтобы помочь Арнольду оплачивать ипотеку и чрезмерно возросшие расходы на всю семью. Свадьбу пришлось отложить на неопределенный срок, да и Арнольд стал чаще задерживаться в доме его родителей пока вовсе не пропал на две недели.
Элен прошла в дальнюю комнату откуда слышался звук телевизора, напротив которого на широком, кожаном диване, прильнув головами к тихо спящему между ними отцу, сидели Эмели и Бетси. Элен очень удивилась и на мгновение испугавшись, что отец умер сидя на диване в обнимку со своими дочерями, ринулась проверить его пульс. Но её остановила Эмели поднеся свой палец к губам еле слышно прошептала:
– Он сказал, что чувствует себя на много лучше, даже играл с нами, а теперь уснул. – Элен не знала как реагировать на услышанное. Отец сам не поднимался с кровати уже последние полгода и ту вдруг сидит на диване, по средине комнаты как ни в чем не бывало, уснув за любимым мультфильмом Бетси.
– Папа. – Элен подошла к нему и слегка коснулась его плеча. Реакции не последовало. Она тряхнула его что есть силы, чувствуя, как холодный пот выступает у неё на лбу.
– Папа! – в испуге крикнула Элен.
– Да, детка… – Послышался голос отца. – Я видимо задремал. Мне лучше, на много лучше, вот решил поиграть с девочками и присел отдохнуть.
Было видно, что его видимое улучшение было напускное и отец из всех сил старается скрыть это. Элен грустно улыбнулась отцу еле сдерживая дрожащий голос от нахлынувших её эмоций.
– Давай я помогу тебе лечь, попочка – сказала она, нырнув ему под руку и помогая подняться с дивана. Уложив отца в постель в его комнате, Элен вернулась к девочкам и выключила телевизор невзирая на протесты Бетси. Слегка повысив тон своего голоса, отправила девочек делать уроки, а сама пройдя на кухню поставила на плиту кастрюлю с водой.
Дожидаясь, пока закипит вода, Элен взяла свой телефон и приготовилась отвлечься от всего окружающего её мира, продолжив чтение рассказа за пять долларов.
<p>11</p>
Красная, глинистая дорога по которой не спеша передвигая копытами шла Гельда, таща за собой двухколесную бричку с Элен уже пересохла и растрескалась, оставляя небольшие фонтанчики пыли, вылетающие из-под копыт. Солнце склонилось к закату отбрасывая длинные тени редких кустарников, освещая розоватым оттенком бесконечные, не возделанные в этом году поля пашен. Элен приближалась к дому. Вдалеке, перед поворотом к ферме Гринлиф показалась фигура всадника, с большими дорожными тюками свисавшими по бокам лошади. Увидев Элен на дороге, он остановился. Видимо желая её объехать через поле, он сначала повернул на обочину, но засомневавшись в своем решении, вернулся. Стараясь оттянуть неминуемое свидание, медленно, не спеша, пустил лошадь навстречу.
– Арнольд? Это же Арнольд! – Узнав во всаднике знакомые черты, думала Элен, сначала вся переполнившись восторгом от долгожданной встречи с любимым. Но закравшееся чувство тревоги быстро охладило её радость.
– Но почему он здесь, на дороге и ещё с какими-то тюками. Возможно, он ещё не успел разобрать их после поездки. – Элен перебирала в уме варианты:
– Или волнуется за меня, ведь уж темнеет и потому выехал на встречу. Почему не дождаться в доме, ведь она уже не маленькая девочка и может за себя постоять.
Она вспомнила о припрятанном отцовском револьвере в кожаном мешочке на бричке, из которого ей ещё ни разу не приходилась стрелять.
– Может что-то случилось? Папа… – Выкрикнула она и закрыв свой рот ладонью, испугавшись своих собственных мыслей, щелкнула хлыстом над головой Гельды.
Гельда, которая плелась всю дорогу как полумертвая, всем своим видом показывая, что готова в любую секунду прекратить свое жалкое существование, вдруг узнав последнюю прямую к дому, где с неё наконец-то снимут хомут и напоют водой, резво ринулась в прыть оставляя большие клубы красной пыли позади себя. Спустя всего лишь несколько мгновений, Элен, поравнявшись с Арнольдом натянула вожжи, и остановила лошадь.
– Что с папой? – Испугано спросила Элен
– С папой? – Перепросил Арнольд. – С папой всё хорошо. Ты была в салуне Сэма? – Явно нервничая поинтересовался он.
– Я получила твоё письмо и ездила встречать тебя с поезда, но видимо пропустила. – Удивляясь его вопросу ответила Элен, не понимая какое значение имеет салун Сэма к их встрече. Элен достала из лифа письмо Арнольда и протянула ему аккуратно сложенный, маленький конвертик. Арнольд, даже не взглянув на содержимое, скомкал его и с силой бросил на землю.
– Да не было меня ни в каком поезде. Нужно было заставить приехать тебя в город. – Сквозь зубы говорил Арнольд. Было видно, как его скулы играют на перекошенном от злости лице.
– Ты была в салуне Сэма? Да или нет? – Элен ещё никогда не видела Арнольда в такой ярости, ей казалось, что ещё мгновение и он накинется на неё разрывая на части как пантера на беззащитную лань. Элен тихонько потянула руку за спину, где в кожаном кармашке брички лежал спрятанный револьвер.
– Да, была. – испуганно ответила Элен, не зная, что произойдёт дальше и стремясь оправдаться продолжила:
– Было очень жарко, и я сняла там комнату с ванной, чтобы охладиться на время сиесты, а потом уснула. – Она нащупала рукой револьвер.
– Какое жалкое враньё! – Гневно стиснув зубы, с омерзением на лице сказал Арнольд и пренебрежительно сплюнул в сторону Элен, оторопевшей от такого поведения её любимого.
-– Не думал я, что ему это так легко удастся тебя купить, шлюха. – И пришпорив лошадь двинулся в сторону города.
Совершенно не понимая, за что ей её вдруг были нанесены такие оскорбления, в купе с совершенно непристойным поведением её любимого, внутри Элен всё закипело. Видя как Арнольд покидает её без каких либо разъяснений и желая во чтобы-то ни стало остановить его, она вытащила револьвер и взяв его в обе руки, встала на облучок прицеливаясь в лошадь Арнольда. Револьвер был тяжелый и держать его на вытянутых руках так, чтобы ни гулял прицел она не могла. Ей пришлось облокотиться на складной козырек кибитки и положив на него руки, прицелиться.
– Стоять! – Выкликнула Элен и зажмурив глаза в ожидании сильного хлопка нажала на курок.
От громкого выстрела, Гельда, которая как можно скорее желала оказаться у себя в конюшне, в то время как Элен явно никуда не спешила, пока не выяснит все обстоятельство происшествия, что есть силы рванула вперёд. Кибитка не выдержав, сложилась и Элен повалилась на дно брички на половину свесившись через край так, что её шляпка тут же слетела с её головы. Волосы растрепались и волочились по земле подметая дорогу. В лошадь Арнольда она не попала, но изрядно напугала его самого.
– Ненормальная – крикнул ей в след Арнольд, смотря как Гельда уносит беспомощно брыкающуюся в стремлении подняться и подпрыгивавшую на ухабах Элен.
<p>12</p>
Элен не собиралась сдаваться просто так. Приложив не мало усилий, чтобы подняться в прыгающей на ухабах бричке она дотянулась до поводов и остановила повозку. Горя от гнева, обиды, стыда и нестерпимой душевной боли, которую совершенно незаслуженно нанес ей любимый человек, она не теряя ни минуты распрягла лошадь. Оттащив свою маленькую повозку на обочину дороги, вплотную подвела за уздцы к ней Гельду, чтобы с высоты повозки было удобнее оседлать неоседланную лошадь. Сдёрнула с пояса кринолин, вытащив его из под подьюбников через ноги и повесила на щиток брички. Затем задрав обвисшие юбки выше талии поджала их локтями, чтобы они не спадали вниз. Если бы кто-то в-то время видел, как она обнажая свои стройные ноги, выше коленей спрятанные под белыми, домоткаными панталонами, скинув туфли и захватив с облучка револьвер, неуклюже вскарабкалась на спину Гельды, это было бы самый настоящий позор. Но Элен на это уже было всё равно.
– Нет. В этот раз ты от мне так не уйдёшь. – Подумала про себя Элен стараясь с третьей попытки залезть верхом на лошадь и когда ей это удалось, она отпустила прижатые локтями подолы юбок, которые каскадом тканей свесились по обе стороны лошади. Элен намотала на руку длинные для верховой езды поводья и потрепав Гельду за гриву сказала:
– Давай милая, догони этого груженого тюками ишака.
Гельда послушно двинулась вперёд. Ей довольно быстро удалось нагнать плетущуюся по дороге, груженую лошадь Арнольда. Но Арнольд, увидев разъяренную и скачущую за ним в галоп Элен, на полудохлой от старости Гельде, не на шутку испугался. Он добавил своей лошади прыть, стремясь ускакать от разъяренной фурии которую сам же и разозлил её до такого состояния, но было уже поздно. Элен, чуть ли не на ходу спрыгнув с Гельды стала на одно колено на землю и оперла руку с револьвером на другую руку, создав жесткий упор и хорошенько прицелившись сделала второй выстрел в своей жизни.
Ошалев от боли, лошадь Арнольда встала на дыбы, чуть не скинов с себя седока, а потом как безумная, понесла его не разбирая пути куда-то в поле. Арнольд пытался её остановить, выкрикивал команды, натягивал вожжи, дергая их в разные стороны, но все было бесполезно. Он приготовился спрыгнуть на ходу стоя одной ногой в стремени, но раненая лошадь, проскакав так чуть меньше четверти мили, вдруг зашаталась и упала, придавив его собою. Элен, оставив Гельду на дороге, подняв полы юбок, босая ринулась за ними по полю. Добежав до Арнольда, который всё ещё пытался вытащить ноги из-под лошади, Элен еле переводя дух взглянула на него. Гнев у неё уже утих, была только усталость и нестерпимое желание выяснить причину, по чему с нею так поступили.
– Говори – Задыхаясь сказала она Арнольду, наведя на него дуло пистолета.
– Ты ненормальная. – Ответил ей Арнольд, смотря на растрепанную, всклоченную, грязную, с торчащими из волос кусками глины и какого-то дорожного мусора в волосах, со стекающими каплями пота по раскрасневшемуся после пробежки лицу Элен. Он беспомощно рассмеялся откинувшись спиной на землю.
– Говори! – взведя курок повторила она.
– Давай. Стреляй. – Сказал он совершенно спокойно. – Мне нечего уже терять. У меня осталось только то, что сейчас рассыпалось из тюков, благодаря тебе. Стреляй, ты мне этим только поможешь. Я всё проиграл, всё под откос. Я умудрился проиграть даже тебя.
– Объяснись. – Элен опустила пистолет.
– Думаешь как Сэм Паттерсон получил участок для строительства своего салуна, который не смогли получить даже самые влиятельные люди города, а какой-то заезжий стрелок, путь и самый быстрый, сумел? Всё это хитрость предательство и обманом, вот его спутники.
– О чем ты вообще говоришь? – Не понимающе спросила Элен. – И что за сплетни ходят о моем отце и ферме?
– Я попал в безвыходную ловушку Сэма. Был вынужден отдать тебя ему. Я не ожидал, что ты так легко прыгнешь к нему в постель. Я думал, что ты любишь меня и этого не будет. Как же я ошибался. – Его исцарапанное от падения лицо снова исказилось от бессильного презрения.
– Стреляй, мне незачем больше жить.
– Никуда я не прыгала. – Обижено сказала Элен. – Он хотел со мной о чем-то поговорить, но я не пошла, а поехала домой. Что происходит, черт побери?
– Тык ты что же, ничего не знаешь? – Арнольд сразу переменился в лице.
– Я убила твою лошадь и готова убить тебя, если ты мне ничего не расскажешь. – Вновь закипая сказала Элен.
– Вот оно что, я думал причина того, что ты стоишь на домной с револьвером совсем в другом. Я тебе всё расскажу. Расскажу. Помоги подняться. – попросил он.
Элен положила револьвер на тело лошади и нагнулась, подав руку лежащему на земле Арнольду, но вдруг увидела, как из раскрывшегося тюка выглядывает до боли знакомая, деревянная коробочка.
– Это что? Шкатулка моей матери? Ты нас ограбил? – Удивлённо спросила Элен. В это мгновение, Арнольд с такой силой дернул её за руку, что она повалилась перед ним на колени и в следующие мгновение получив кулаком по голове потеряла сознание.
<p>13</p>
Лай собак, звучащий как будто из глубины колодца, становился всё громче и отчетливее. Звон тонких, мелодичных колокольчиков перемешивающийся со скрипом гнущегося на ветру, старого дерева, плавно превратился в детские голоса и голос мужчины поочерёдно выкрикивающий имя Элен.
– Элен. Элен. Элен. – Кричали колокольчики и старое дерево.
--Я Элен, я! – Подумала Элен и моментально пришла в себя узнав в колокольчиках голоса Эмели и Бетси.
– Элен! – Громко выкрикнуло старое, скрипучие дерево.
– Папа? – Удивилась Эмели, сказав это так тихо, что даже сама себя почти не слышала. Она открыла глаза.
По полю, погруженному в ночную тьму, которую не мог осветить даже усыпанный крупным бисером купол звёздного неба, круглыми, как будто летающими над полем огоньками, в её сторону, вслед за собаками двигались три фигурки с маслеными лампами.
– Я здесь – Собравшись с силами выкрикнула Элен. Голова у неё гудела, как после хорошего похмелья. Кружилась и раскалывалась. Сильно, до изнеможения хотелось спать, глаза закрывались сами собой. Элен хотела подняться, но из-за сильного головокружения просто села на землю и осмотрелась. Арнольда не было. Перед ней лежала ею застреленная лошадь с тюками, которые Арнольд по какой-то причине предпочел оставить. Возможно потому, что сам это унести не смог. Элен потянулась туда, где лежала шкатулка её матери и нащупав её рукой выдернула из тюка, придавленного тушей лошади. Шкатулка была заперта. Возможно Арнольд просто не догадывался о её содержимом, её бы уж он точно захватил бы с собой, раз собрался их грабить, если бы знал о её ценности.
Виляя хвостами и радостно лая, к Элен подбежали две пастушьи собаки Джек и Тори, а следом за ними её сёстры, Бетси и Эмели которые бросились обнимать Элен. Последним шел еле державшийся на ногах её больной отец Ричард.
– Как вы меня нашли? – Удивлённо спросила Элен у девочек.
– Гельда пришла одна в свое стойло. – Ответила ей Эмели и девочки на перебой начали рассказывать, как приехал Арнольд и стал как на пожаре собирать вещи. Он очень торопился и ни с кем не разговаривал. Рассказали о том, как Арнольд наотмашь ударил по лицу Бетси за то, что она крутилась у него под ногами. После того как Бетси разревелась, вышел папа и наставив на Арнольда ружье заставил его уехать.
– Что тут случилось? – Спросил подошедший в этот момент отец, который нес на перевес тяжелое, для его слабого состояния ружье.
– Я встретила Арнольда и не хотела с ним расставаться… – Слегка улыбнувшись ответила ему Элен.
– Ты зачем поднялся с постели, папа?
– Не мог же я оставить свое дитя в биде. – Сказал Ричард, тяжело дыша и захлёбываясь кашлем.
– Я могу за себя постоять, папочка – Поднимаясь с земли ответила Элен. – Я даже застрелила лошадь. Смотри, что я нашла у наго в вещах. – она покрутила в руках деревянную шкатулку.
– Лучше бы ты застрелила этого ублюдка. – Гневно сказал Ричард. – Ведь я ему верил, а он украл последние наши сбережения наличных. Жаль я не сразу смог это заметить. Сам бы пристрелил этого негодяя. Он прижал к груди растрёпанную голову Элен и она, вновь почувствовав себя маленьким ребенком перед сильным, пусть и изнеможенным от болезни отцом, расплакалась.
– За что он так со мной, папа? За что? – Рыдала она. – Какая малярийная муха его укусила? Ведь я так сильно его любила, а он ни с того не с сего так повел себя.
– Возможно он всегда таким был, просто ты не замечала этого. – Ответил её отец.
– Главное, что ты жива. Значит всё хорошо. Пойдёмте домой, детка. Пойдём домой.
<p>14</p>
Рано утром, когда первые лучи только начали пробиваться за горизонт, Элен уже встала и натаскав из колодца воду в большую бочку на улице, чтобы Эмели и Бетси в течение дня могли поить скотину, прошла в курятник и набрала яиц. Пожарив яйца вместе с ещё молочными початками кукурузы, что росли на небольшом поле возле дома, которое этой весной она засеяла вместе с Арнольдом и наёмными рабочими по четверть доллара в смену, Элен разбудив девочек, отправила их умываться и усаживаться за стол, а сама взяв поднос понесла завтрак отцу. Она аккуратно постучала в дверь, а затем вошла.
– Папа, ты спишь? – Спросила она у лежащего в постели отца, который просыпаясь сильно закашлялся, закрывая рот окровавленным платком. Элен подождала пока её отец не прекратит кашлять и поставив поднос на тумбу у кровати, продолжила:
– Я принесла тебе завтрак, как ты себя чувствуешь?
– Ну, это не меня вчера били – Попытался пошутить её отец. – Так что я буду завтракать со всеми в столовой.
– Но пара ты и так. – Хотела что-то возразить ему Элен, но отец перебил её.
– Мне лучше, на много лучше. Я больше не намерен гнить лежа в этой постели. Если мне уж суждено умереть, я умру на ногах. Он сел на кровати, засунув ноги в домашние тапочки, сваленные из шерсти и снова прокашлявшись в окровавленный платок, небрежно кинул его на край тумбы, где стоял поднос.
– Я вижу, как тебе лучше! – Печально ответила Элен разглядывая платок.
Отец поднялся с кровати и взяв с тумбы поднос вышел из комнаты, оставив Элен стоять в раздумьях, не понимая, радоваться ей или переживать о таком решении её отца. Позавтракав с семьёй Элен приняла ванну и попросила Эмели завязать корсет, затем одевшись привела себя полностью в порядок. – Куда ты собираешься – спросила её Эмели.
– Нужно ехать в город, узнать насколько бедственно наше положение, и постараться вернуть нашу ферму обратно.
Сказала Элен спародировав слова Сэма, сказанные ей на лестничной площадке его салуна.
– А что с нашей фермой? – Непонимающе спросила Эмели.
– О, если бы я знала. – Ответила ей Элен. – А вы с Бетси, пока меня не будет, перенесите вещи с поля, а отцу скажи, что… – Она замолчала. – а впрочем ничего не говори. Ему не нужно ничего знать.
Элен взяла мамину шкатулку, в надежде, что, продав семейные украшения её матери, она сможет оплатить задолженность, о которой говорил Сэм. Она уже понимала, что деньги, выделяемые Арнольду на уплату закладной по ферме, просто не доходили до банков, а продав это свадебный гарнитур, состоящий из золотого колье с большим пурпурным рубином в виде сердца, двух серёжек и перстня, она могла с легкостью покрыть все расходы. За время болезни Ричарда, ферма очень издержалась. Посевов не было, да и скотины почти не осталось.
О! Если бы она не была так слепа со своей любовью к этому молодому красавцу Арнольду, она бы всё сделала сама, а не полагалась на крепкое плечо мужчины.
Выйдя на улицу, Элен, взяв под уздцы Гельду направилась туда, где на обочине дороги, со вчерашнего вечера стояла её маленькая бричка, чтобы запрячь в неё лошадь и отправиться обратно в город.
<p>15</p>
– Нет, мисс O’Нилл, задолженностей у вас больше нет – Сказал управляющий в городском банке.
– Слава Богу. – Облегченно выдохнула Элен.
– Да, не беспокойтесь вы так, сделка прошла успешно. – Сказал ей управляющий.
– Передайте мистеру Ричарду мои поздравления, если он, конечно, вообще в курсе событий.
– О каких событиях вы говорите? – Не понимающие спросила Элен.
– Ну как же? – продолжил он. – Доверенный вашего отца, Арнольд Ватерлоу передал документы на собственность мистеру Сэму Паттерсону, на сколько мне известно, за четыре тысячи долларов конфедерации. Цена сравнительно небольшая, для такой фермы как «ГринЛиф»
– О! Боже мой! – Выкрикнула Элен, схватившись ладонями за вспыхнувшие жаром щеки.
– Он же настоящий мошенник. Я должна рассказать обо всем шерифу.
Элен встала со стула собираясь уходить.
– Зря ваш отец доверил управление фермой, такому азартному и совершенно бездарному игроку как Ватерлоу. – Он обошел стол и подойдя к ней почти вплотную, склонившись чуть ли не над самым ухом Элен, прошептал:
– От него ведь даже семья отказалась. – И тут же выпрямившись, совершенно уверенным голосом продолжил:
– Но по документам и законности этой сделки всё в порядке. Ваш отец сам выписал ему доверенность и заверил нотариусом.
– Что же теперь делать? Где же мне сейчас взять такую сумму, чтобы выкупить её обратно, вы сможете мне одобрить кредит мистер Уильям? – спросила Элен, чувствуя бедственность своего положения и страха оказаться на улице со своими сестрами и умирающим отцом.
– Вряд ли мистер Паттерсон согласиться вернуть вам ферму. – Ответил ей управляющий.
—При должном управлении она может принести на много больше. Это выгодная для него сделка. Очень выгодная. Да и я не могу выдать вам кредит без какого-то залогового имущества, как вы сами понимаете. Но, если вам нужны деньги…
Он замолчал и сально улыбнувшись, взял в обе руки ладонь Элен.
Внутри Элен всё сжалось от обиды и унижения, от того, как этот мерзкого вида человек пытается воспользоваться её беспомощностью, но собравшись с силами, чтобы изобразить на лице улыбку, сказала:
– В салуне Сэма, вам это обойдётся на много дешевле, мистер Уильям.
– Да, но об этом тут же станет известно всему городу и моей драгоценной жене Саре. – ответил он – А я, хотел бы, чтобы всё оставалось в тайне, впрочем, как и вы наверное.
Элен плавно освободила свою руку из горячих, липких от пота ладоней управляющего, затем загадочно улыбнувшись почтительно поклонилась и ничего не ответив вышла из банка.
<p>16</p>
Выйдя из банка, Элен остановилась в нерешительности. Она полагала, продав свадебные украшения матери выручить за них долларов восемьсот, оплатить задолженности, а на оставшиеся деньги полностью восстановить ферму, закупив для этого материалы и наняв вахтовых рабочих по десять долларов в месяц. То, что ферма уже продана за четыре тысячи было крахом для всех её планов. Это была космическая для Элен сумма, сумма которую просто необходимо было вернуть и вернуть сейчас пока Арнольд не мог далеко уйти. Обращаться в полицию было некогда, Арнольд уедет и всё, нужно успеть его догнать и каким-то образом заставить отдать деньги её отца. Становиться убийцей, ей, конечно, не хотелось.
– Но, если придётся, я его пристрелю. Пристрелю, как ту несчастную лошадь! – мысленно говорила себе Элен.
-– Ведь я ему верила. Любила, а он так подло со мной поступил, предал, обокрал и выбросил на улицу с двумя маленькими сестрами и умирающим почти на руках отцом.
– Будь ты проклят, – Не выдержав эмоций в слух ругнулась Элен, дрожащим от волнения голосом. Щечки её надулись от обиды, горло сдавило, а ресницы захлопали очень быстро готовые вот-вот разразиться слезами.
– На кого это вы так ругаетесь, мисс Элен? – Сказал, прикуривая спичками большую сигару, стоящей рядом с ней мистер Паттерсон. Элен вздрогнула от неожиданности и пытаясь проглотить сдавливающий горло комок, с явным раздражением в голосе сказала:
– Как вы здесь оказались. Вы что, следите за мной?
– Вообще-то это банк, с которым я веду дела. – Сэм смачно затянулся и выпустив большое облако дыма, продолжил: “Но, вы правы, я действительно слежу за вами со дня первой нашей встречи”.
– Я вас знаю чуть меньше суток, а вы, уже успели лишить меня дома. – Ответила Элен, даже ни разу не взглянув в его сторону.
– Ну, мисс О'Нил, это не я лишил вас дома. Это сделал мистер Ватерлоу. Ваш жених, который просаживал деньги у меня в салуне, пока вы, с вашим отцом первый раз приехали посетить доктора Цукермана. Помните это?
– Это же было очень давно! – удивилась Элен.
– Совершенно верно. Очень давно. – повторил он – С того самого момента, Вы, мне стали далеко не безразличны, мисс О'Нил. Но, вы были влюблены в этого пьяницу и мелкого пройдоху, бездарного игрока Ватерлоу. Что мне ещё оставалось? Так какие у вас планы на будущие?
– Я догоню Арнольда и верну вам ваши деньги. Он наверняка сейчас отправился на восток, к порту, чтобы уплыть от сюда по дальше. Ехать туда верхом он не решится, слишком далеко, а садится в поезд здесь, слишком опасно, вдруг я обращусь в полицию. Так что скорее всего он зайдёт в какой-нибудь из вагонов на следующей станции, где я его и встречу. На крайний случай в порту.
– Хм – хмыкнул Сэм и снова затянулся.
-– Вы снова правы. Ватерлоу сказал примерно то же самое, когда я спросил о его о дальнейших планах. Так же, как и вас сейчас. Только денег у него нет. Да и мне они не нужны. Мне нужны вы и ваша ферма, я слишком долго жил в мансарде своего салуна, а тут такая удача.
Внутри Элен всё оборвалось, она предполагала, что Сэм Паттерсон не согласится вернуть ей ферму, как ей сказал мистер Уильям, управляющий банком, но где-то в глубине души ещё теплилась надежда. Но то, что у Арнольда нет такой суммы ей даже в голову не пришло.
«Как можно продать ферму и не иметь при этом денег с её продажи? – думала она – Ведь это целое состояние, на которое можно спокойно жить в какой-нибудь небольшой, городской квартире долгие и беззаботные годы».
– Как нет? – Удивленно спросила Элен, взглянув Сэму в глаза и пытаясь понять, обманывает он её или нет.
– Он игрок, а я бизнесмен, я даже позволял ему выигрывать иногда. Это только подстёгивало его азарт, до тех пор, пока он, не проиграв всё, поставил на кон вас, мисс О'Нил, вместе с вами и вашей фермой.
Глаза Элен сделались круглыми от невообразимого удивления. Она уже собралась что-то возразить, но Сэм перебил её.
– Нет-нет, вы не так поняли, мисс О'Нил. Я был готов простить ему весь долг, если он покинет вас навсегда. Но перед этим устроит нашу с вами встречу, с которой вы вчера сбежали. Но так как она не состоялась, мне пришлось потребовать долг обратно, который он вернул мне сегодня утром, передав право собственности на вашу ферму.
– Он сполна выполнил вашу договоренность ещё вчера. – ответила Элен. – Мне даже пришлось пристрелить его лошадь, так уж он старался вам угодить. Вы, получается, его обманули.
– Возможно вы в очередной раз правы, мисс О'Нил. Но, в любви, как на войне, все средства хороши. – Совершенно невозмутимо сказал ей Сэм.
– Если вы так любите меня, то позволите вернуть вам долг? – C надеждой в голосе спросила у него Элен. Она быстро сняла с груди ключ и открыла шкатулку с драгоценностями её матери.
– Я могу оставить вам это в залог, а через год восстановив ферму, верну вам всё с лихвой. Я обещаю вам, мистер Паттерсон. – Продолжала говорить Элен.
Сэм взглянул на украшения, лежащие в коробочке, мило улыбнулся и сказал:
– Какое красивое ожерелье. Откуда оно у вас?
– Это свадебное ожерелье моей матери, которое досталось ей от её матери, то есть моей бабушки. Однажды оно должно было стать моим свадебным ожерельем, но… – Она замолчала.
– Вы позволите? – спросил Сэм.
– Да, конечно. – ответила Элен. Сэм аккуратно достал ожерелье из шкатулки и хорошенько рассмотрев его надел на шею Элен.
– На вас оно смотрится ещё прекраснее, мисс О'Нил. – Сказал Сэм разглядывая сверкающими глазами стоявшую перед ним Элен.
– Так, что вы мне ответите, мистер Паттерсон? – С надеждой спросила Элен.
– Нет, моя дорогая – Холодно сказал Сэм. Элен почувствовала, как последние надежды ускользают от неё как сухой песок сквозь пальцы.
– Я не смогу лишить вас такого прекрасного, семейного украшения. Но, я готов полностью вернуть вам вашу ферму, если вы в этом ожерелье встанете вместе со мной у свадебного алтаря. Выходите за меня замуж, мисс О'Нил.
– Но я ведь не люблю вас. – Выпалила Элен. Сэм рассмеялся ей в ответ, как будто Элен сказала что-то смешное.
– Вы полюбите меня, к тому же у вас слишком скудный выбор, моя дорогая – Сказал он снимая с шеи Элен её ожерелье. Положив его обратно ей в шкатулку, которую она продолжала держать в руках, продолжил:
– Либо я еду к вашему отцу просить отдать мне Вас, либо я беру шерифа и еду к вашему отцу забирать ферму. Решайте, миссис Паттерсон. – Он назвал свою фамилию так, как будто Элен уже дала свое согласие и носила эту фамилию не один десяток лет.
– Это же шантаж! – Закипая от безвыходности выкрикнула Элен.
– Нет, дорогая, это любовь. – С ухмылкой ответил Сэм и протянул ей руку.
<p>17</p>
Элен проснулась у себя в постели от звука электронного будильника, заведенного на 7 утра. Ещё не сразу понимая, где находится, она машинально выключила его и осмотрелась.
– Странная история, не ужели бывают такие совпадения? – подумала она.
Перед её глазами пронеслась череда недавних событий. Расставание с Арнольдом, больной отец, трудное финансовое положение из которого выпутываться придется ей одной. Она по своему обыкновению встала с постели и в одной сорочке прошла в ванную, а затем на кухню подать на стол завтрак. Разбудив девочек, она отправила их умываться и усаживаться за стол, а сама взяв поднос понесла завтрак отцу. Она аккуратно постучала в дверь, а затем вошла.
– Папа, ты спишь? – спросила она у лежащего в постели отца, который просыпаясь первым делом потянулся к маске кислородного баллона. Элен поставила поднос на тумбу рядом с кроватью отца, с ощущением того, что это уже было и она знает, что произойдёт дальше. Отец, отдышавшись, повесил маску обратно на баллон и сел на кровати засунув ноги в домашние тапочки.
– Я принесла тебе завтрак. – Сказала Элен внимательно наблюдая за действиями отца. -Как ты себя чувствуешь?
– Я всё решил. Я буду завтракать со всеми в столовой. – Ответил её отец.
– Но папа … – Хотела что-то возразить ему Элен, но замолчала, понимая, что папа всё равно её не послушает и синхронно с отцом сказала:
– Мне лучше, на много лучше. Я больше не намерен гнить лежа в этой постели. Если мне уж суждено умереть, я умру на ногах.
Ричард решительно встал с кровати и взяв с собой поднос вышел из комнаты. Элен немного оторопела от происходящего и в недоумении села на кровать отца и обхватив щечки ладонями забегала глазами в разные стороны приводя свои мысли в порядок. Сопоставив все события из рассказа за пять долларов с событиями своей жизни, Элен уже знала, как ей поступить дальше, но чувство неуверенности и нереальности происходящего заставляло её сомневаться.
Она решила предложить Сэму совместный бизнес, продав свадебный гарнитур своей матери. Если настоящий Сэм хоть немного похож на того предприимчивого парня из истории, то их совместная кофейня может стать успешным предприятием, где она будет готовить круассаны, а он варить самый вкусный кофе. К тому же Элен сильно тешила мысль, что Сэм, как и в книге, должен быть тайно в неё влюблен. Это добавляло шансов её плану, благодаря которому, она в последствии могла выкупить обратно заложенный на время болезни отца, их дом на окраине города. Она знала, что чтение делает человека мудрее, давая возможность проживать тысячи разных жизней, но что это может быть так буквально, она подумала только теперь.
– Ну что же, я попробую. – Решила она – Вдруг это правда сработает, тогда это сможет стать избавлением от всех её проблем.
Она резко встала с кровати и прошла на кухню, где вместе с отцом завтракали Эмели и Бетси.
– Папа, – Сказала Элен обращаясь к отцу. – Если ты чувствуешь себя на много лучше, может я тогда не буду сегодня отводить Бетси в школу и она побудет дома вместе с тобой?
– Да, да, да. – Радостно закричала Бетси которой очень не хотелось туда идти.
– Можно тогда и я не пойду? – спросила Эмели.
– Нет. – Неуверенно возразила Элен, так как в её голове крутилось множество мыслей. – К тому же отцу будет тяжело с вами двумя сразу.
– Ну папа, можно? – С надеждой в голосе снова спросила Эмели – По-жа-луй-ста.
– Конечно можно. – Одобрительно кивая головой сказал отец. – Но только сегодня. Просто так школу прогуливать нельзя. – и посмотрев на Элен продолжил:
– Что-то случилось, детка?
– Всё хорошо. Только мне нужно сегодня кое-что сделать. – Ответила она. – Боюсь не успею, ели поведу Бетси. Я позвоню, предупрежу, что она сегодня не придет. Спасибо папочка.
– И я, и я – Напомнила о себе Эмели.
– Да-да. Конечно. – Ответила Элен и пошла к себе в комнату готовится к выходу и через несколько минут она уже ехала в такси в сторону кофейни Сэма.
<p>18</p>
Элен рассчитывала приехать в кофейню к Сэму как можно раньше, желательно перед самым открытием, чтобы застать его одного, без многочисленной толпы посетителей со своим нестандартным и противоречивым предложением, но кафе уже было открыто как будто и не закрывалось вовсе. Посетителей ещё не было. Она хотела пройти к своему излюбленному месту, где обычно сидела, попивая кофе облокотившись на барную стойку перед тем, как идти на работу, но оно было занято небольшой корзинкой с декоративными круассанами. За стойкой суетился какой-то незнакомый ей, пожилой человек лет семидесяти, выставляя режимы и засыпая зерна кофе в кофемашину.
Элен подошла к кассе и поздоровалась.
– Здравствуйте – Ответил ей незнакомый продавец. Он сильно сутулился и голос был старчески хриплым, хотя и очень добродушным.
– Я смотрю вы ранняя пташка, милочка. Только лишь начало девятого, а вы уже здесь. Но, это и хорошо. Ажиотаж начинается без четверти 9, когда всему управлению того огромного здания, что через дорогу, срочно потребуется кофе. А пока можно посидеть без суеты. Не так ли? Я сам не люблю суету, но сегодня придётся. Вам какое кофе нравится?
– Мне нравится с молоком и ванилью. – Ответила ему Элен – Здесь всегда работал молодой человек по имени Сэм, он ещё не пришел?
– Сэм взял сегодня выходной. – Сказал старик, поставив бумажный стаканчик в кофемашину и выставив нужный режим, продолжил:
– Это дело молодое, я не мог ему отказать, он столько работал без выходных. Говорит, что копит на что-то, но мне не рассказывает. Хороший парень. Так, что сегодня моя очередь суетиться. Не переживайте, я приготовлю не хуже нем он, я варил кофе, когда его ещё и на свете-то не было.
– Выходной значит. – Повторила Элен расстроившись такому известию.
– Да, милочка – Продолжал говорить старик – Вроде как свидание у него с какой-то девулькой. Говорит, что здесь и познакомились, а так с него и слово не вытянешь. Молчун, сам себе на уме. Но это и хорошо. А то знаете как бывает, сядет кто-нибудь на уши и за волосы не оттащишь, говорит и говорит, и говорит. А в нашей работе так нельзя. Нужно уметь слушать, а то все покупатели разбегутся. Он поставил на прилавок тарелку с несколькими круассанами и стаканчик с кофе.
– Свидание значит. – Мысленно повторила Элен поднося пластиковую карту к терминалу оплаты, забрала свой кофе с круассанами и села за ближайший столик.
– Боже, как же это глупо… – думала она – На что я вообще надеялась? Я его совсем не знаю, а уже вообразила себе невесть что. Конечно, у такого парня должна быть девушка. Как хорошо, что его не оказалось здесь, я бы выглядела полной дурой в его глазах, предлагать совершенно незнакомому человеку совместный бизнес только исходя из истории какого-то рассказа.
Элен сделала большой глоток кофе запивая плохо прожеванный кусочек круассан и чуть не подавилась, так как в дверях стоял Сэм с большим букетом цветов и дорогом костюме с темно бардовым галстуком.
– Вы что-то сегодня очень рано. Я не ожидал вас здесь увидеть – Сказал Сэм, обращаясь к Элен чуть ли не с самого порога кофейни.
– Вы обычно приходите за несколько минут до начала своей работы, всегда очень спешите или читаете, а в это время такой ажиотаж, что даже нет возможности и парой слов перекинуться.
– Простите, я не знала, что у вас сегодня свидание с какой-то девушкой. Совершенно случайно оказалась здесь раньше, вы не подумайте. Возможно, это таксист ехал очень быстро какими-то закоулками одному ему известными. – Начала придумывать оправдания Элен.
– Я уже ухожу, хоть первый раз приду на работу вовремя. – Элен натянуто улыбнулась и начала спешно собирать недоеденные круассаны, пытаясь второпях накрыть бумажный стаканчик пластиковой крышкой, которая почему-то все время соскальзывала, не желая закрываться, пока Сэм шел к её столику.
– А-а-а, так старый бариста вам уже всё рассказал. – Недовольно сказал Сэм. – Этот старикашка совсем не умеет держать язык за зубами.
– Постойте, – Сказал Сэм, вставая у неё на пути и протянув ей букет продолжил: – Это вам.
– Мне? – Удивилась Элен не спеша принимать подарок в и без того занятые руки круассанами и кофе – Но, как же та девушка, с которой вы здесь познакомились и назначали свидание. Будет как-то неудобно перед ней если она сейчас придёт.
– Как не странно она все время опаздывает, а сегодня по неизвестной мне причине стоит передо мной на пол часа раньше обычного. Как раз тогда, когда я специально взял выходной, чтобы иметь возможность спокойно, без суеты позвать её на свидание. А вчера она вообще назвала меня по фамилии. Меня со школы так никто не называл. Скажите, мисс Элен, вы ясновидящая?
– Так это я та девушка? – переспросила его Элен боясь оказаться в неловкой ситуации
– Да, вы и я хочу пригласить вас на свидание. Я за вами наблюдаю из этой кофейни уже очень давно…
– Да, да. Я знаю. – Радостно сказала Элен не дав ему договорить. Она присела обратно за столик, обхватит от удивления свои щечки руками, мысленно подыскивая нужные слова, чтобы сделать Сэму предложение об открытии совместной кофейни и немножко помолчав продолжила:
– Я знаю, теперь я всё знаю.