Черное небо. Без звезд. Без солнца или луны. Уже третий день все что мы видели — лишь едва заметные всполохи «северного сияния» в тех местах, где удерживаемый Криталлидами купол опускался. Температура медленно, но неуклонно падала и с плюс двадцати опустилась до четырнадцати, так что теперь в форме и бронежилете было вполне комфортно.

— Слава, вот ты где! — окрикнул меня Михаил, поднявшийся на крышу. — Ты отключил рацию, и мы тебя обыскались.

— Не отключил, оставил в своей коморке. — ответил я, спрыгнув с башенки лифтовой шахты. — Есть какие-то новости?

— Хорошие? Пока что всем не до нас. Люди — самая меньшая из проблем оставшихся на планете кланов. — ответил Миша, передав мне рацию. — Борис нас ждет в штабе. Скажи, что нашелся.

— Как скажешь, мамочка. — усмехнулся я, нажимая кнопку связи. — Ратник, ответь Эваку, прием.

— Наконец. Спускайся, быстро. Желательно немедленно, у меня и так голова болит. — выпалил Борис, тут же отключившись.

— Ну вот и поговорили. — буркнул я, взяв Михаила за плечо, и открыв врата прямо в штаб. Боксер привычно повесил на меня защитный купол, чтобы мы никого не прибили при выходе из портала, но это оказалось излишней предосторожностью. Штаб был забит народом, и все они сгрудились возле экрана с картой.

— Отлично, все в сборе. — громко сказал Борис, даже не открывая глаз — он сидел, запрокинув голову и усиленно потирая виски. — С данного момента считается, что все вы допущены к государственной тайне, если таковая еще осталась, а ее разглашение карается, по правилам военного времени, расстрелом. Несогласные могли бы выйти, но таких нет.

— Так точно. — подтвердило несколько голосов.

— Отлично. Пять минут назад, а нет, еще три, группа разведки доложила, что бывший торговый комплекс Меруа-мерлен был полностью уничтожен во время атаки волкоподобных тварей. Но это совершенно не важно, важно, что комплекс рядом, считавшийся безвозвратно потерянным, поднялся из-под воды. — проговорил Борис, и эта фраза вызвала непонятное для меня оживление. — Для тех кто в танке — там шестнадцать новейших ракет ядерной ПРО. Снабженных ядерными боеголовками малой, относительно, мощности.

— Жахнем? — тут же спросил один из офицеров.

— Обязательно, и чем раньше — тем лучше. В связи с сохранностью этих ракет нам жизненно необходимо выяснить статус остальной противоракетной обороны Москвы, и в случае потенциальной возможности — приведение ее в боевую готовность. — продолжил говорить Борис, и вслед за его словами на карте загорались точки. Некоторые — на суше, но большинство должно было оказаться под водой, на глубине до двадцати метров.

— Аналитики утверждают, что Голод — не более чем большая энергетическая сущность, накапливающая энергию, а значит и ядерные, а особенно термоядерные взрывы способны оказать на него непосредственное влияние. Проще говоря — если мы до этой твари достанем, то сумеем ее ранить. А если повезет — то и убить.

— Но есть и проблема? — понимающе хмыкнул я.

— Естественно, куда же нам без проблем. — ответил Борис, наконец открыв глаза. — Мой потолок прогноза — три дня, и он говорит о том, что пока у нас все очень и очень хорошо. Дальше будет хуже. Все крупные кристаллиды на планете заняты самообороной. И пока они удерживают тварь на расстоянии тысячи-полутора тысяч километров от земли. В зависимости от региона. Но этот потолок каждый день снижается. Мы переживем еще две-три недели максимум. Потом придется переселяться в катакомбы. Да и то, не факт, что это поможет.

— А какой радиус действия у ракет ПРО? — задал я очевидный вопрос.

— От трехсот до полутора тысяч, в зависимости от того успели обновить парк ракет или нет. И если бы я точно знал где какие — наша задача упростилась в разы. К сожалению, большая часть документов МО утеряна во время катастрофы и уничтожения штабов. — со вздохом добавил Борис, и опять взялся за виски. — Мы сформируем четыре команды дальней разведки, с целью идентификации ракет. После их нахождения и проверки, они могут быть доставлены к штабу или использованы из шахт базирования.

— Подтопление, землетрясение… там хоть что-то осталось? — уточнил я. — Оно сработает?

— Это мы и должны выяснить, Слава. — ответил Борис. — Вернее, ты и другие команды. На тебе — самый дальний от нас участок, противоположные окраины Москвы… и ты прекрасно знаешь как это может быть опасно.

— Подбросить меня авиацией? — на всякий случай уточнил я.

— Погода не летная. — хмыкнул кто-то из штабных, но на него тут же цыкнули.

— Излучение от Наставника идет такое что вся аппаратура, включая компас, идет по бороде. Так что не вариант. Тебе и ориентироваться то придется исключительно по карте. К счастью, с твоей скоростью перемещения тебе и транспорт не нужен. — усмехнулся разведчик. — Но и его мы тебе дадим. Твой плавающий квадроцикл уже починили и установили систему зарядки. Снаряжение выдадут на складе.

— Что с алхимией? Местоположение нашей… не стало понятнее? — спросил я, и Борис, и без того мрачный, нахмурился еще больше.

— Нет. Никаких следов Заи или Вхагар пока не обнаружено. Мы не знаем куда нас телепортировало или где они могут находится. — ответил разведчик. — Ты можешь к ней прыгнуть по памяти?

— Нет, пробовал много раз — но способности блокируются, как во время сезона Возвышения. — ответил я, прикидывая расстояние до то точки. Мне, естественно, досталась самая дальняя, и для того, чтобы до нее добраться, придется либо испытывать удачу на море, либо пробираться через несколько островов, оставшихся от Москвы, включая территорию ящеров, рептайдов и подземников.

— Я пойду с тобой, прикрою. — сказал Михаил, угадавший мои мысли.

— Нет, прости, но ты меня только задержишь. — возразил я, достав телефон и наскоро составляя список припасов. Если судить по расстоянию — мне понадобится от трех до пяти дней. Если срезать через врата в лаборатории МИФИ — два. Плюсом, несомненно, станет возможность не вступать в схватки… если меня не вынудят.

— Миша, не спорь с ним. — громко сказал Борис, не сходя со своего места. — Если ты попробуешь караулить его у транспорта, он просто сбежит пешком. А навязываться — нет смысла. Пусть остынет, к тому же ему и вправду будет проще одному.

— Никому в одиночку не проще. — покачал головой Михаил. — Слава, ты не виноват в их смерти, ребята знали на что шли.

— Знали. — согласился я, телепортируясь сразу на склад. «Но будто мне от этого должно стать легче».

Красный и Бес пожертвовали своими жизнями… ни за что. Они даже не смогли выиграть мне времени. Я не смог воспользоваться их жертвой и это угнетало больше всего. Ольга… черт, я так надеялся, что у нее получится выжить, что не представлял, как поступить дальше. Да еще и пропавшая вместе с драконом Зая…

Можно либо опустить руки и предаваться отчаянью, или сделать хоть что-то. И пусть шансы на успех были минимальные, если Боря говорит, что они еще есть, что они остались — я сделаю все чтобы их осуществить. Мы сможем выжить, даже если придется для этого стереть в порошок половину планеты.

— Приветствую. — сказал я дежурному офицеру склада, подав телефон со списком. — Мне нужно снаряжение и амуниция, желательно все, но я на всякий случай написал заменители.

— Здравия желаю. Мы уже все подготовили, единственный вопрос, как вы все это потащите. — ответил мужчина, показав на сложенные маллеты с канистрами, цинками патронов и ящиками. — Проверять будете?

— Да, конечно. — ответил я, подходя к припасам. — А что до веса… В мой рюкзачок все поместится.

— А, вы из этих. — неопределённо проговорил офицер, быстро уходя в подсобку.

Из каких «из этих» объяснять было не надо. После резни, устроенной в академии генштаба Магистром к одаренным, начали относиться еще хуже. Имели право, прямо скажем. Но пока не проклинали, уже хорошо. Только вот, проверяя выданные припасы я с неприятным удивлением обнаружил что почти всех наименований — в полтора-два раза меньше.

— Офицер! — крикнул я, но мне никто не ответил. Тогда я дошел до подсобки и увидел мужчину, с задумчивым выражением пялящимся в рябь на экране ноутбука. Может ролик музыкальный? — Эй! Там меньше половины заказанного.

— Что? Никак нет, все строго по одобренному списку. — почти сразу ответил военный, и переключился на документ, содержащий таблицу, что характерно — неизвестная мне программа, наверное, нашего производства. — Вот, смотрите сами.

— И правда… — проговорил я, нахмурившись. Если Борис заранее выслал список, а горизонт планирования у него сейчас был около трех дней, значит что-то такое произошло, из-за чего он существенно порезал мой запрос и в боеприпасах, и в горючем.

Вместо семерки мне досталась пять сорок пять, но хоть автомат новый, с тактическим цевьем и ЛЦУ и коллиматором. Оставалось надеяться, что и то и другое пристреляно, иначе я даже со ста метров по движущейся мишени не попаду. К ружью у меня еще оставался небольшой запас с возвышения, и дробовик выдали точь-в-точь какой был.

— У нас режим строгой экономии объявили? — усмехнувшись спросил я, уже заканчивая собирать рюкзак.

— Пока только оперативной, вчера. — не уловив сарказма ответил офицер. — Пока разрешается стрелять короткими очередями. А полная экономия будет — когда только одиночками. Но до этого еще не скоро дойдет.

— Потратились во время обороны рубежей? — уточнил я, чуя неладное.

— И это тоже. Поставки с академии прекратились, да и наша чудо пирамидка перестала коробки рожать. — усмехнувшись ответил военный. — Вот если бы она возобновила работу… Хотя, черт с ним. Патроны у нас еще есть, а вот батарейки и аккумуляторы уже на исходе и уж их то поставок точно не будет.

Тут мне спорить с ним было не о чем. Уверен, будут делать ручную дозаправку, адаптировать технику под более крупные кислотные аккумуляторы, но вот новой техники, без рога изобилия в виде кристаллидов — в ближайшее время не предвидится. Значит нужно понять, что происходит с Наставником. Снабженец повернулся, чтобы что-то сказать, но так и замер с открытым ртом, когда я помахал ему из закрывающегося портала.

— Быстрее! Третий блок на пятнадцать! — громко говорил какой-то мужчина в белом халате, которого я чуть не сшиб, выходя из врат. Но даже отшатнувшись он лишь мельком скользнул по мне взглядом и вновь вернулся к планшету. — Стабилизаторы высокого напряжения, Альфовцы! какого черта у вас просадка пять процентов?

— Где я могу найти про… — спросил было я, но мужчина с матами уже скрылся между рядами оборудования. Лаборатория, в которую я шагнул, в отличие от темного полуподвала склада была стерильно белой, почти сверкающей, и при этом ярко освещенной. Толпа народа следила за показателями на экранах мониторов, перекрикивались, и одновременно с этим происходил монтаж оборудования.

Несколько раз приходилось телепортироваться просто чтобы не столкнуться с бегущими грузчиками. А когда я наконец нашел знакомого — Степана, он оказался полностью занят раздачей указаний плотно обступившей его толпе, в которой постоянно менялись исполнители и слушатели. Одни прибегали — другие же получив распоряжение немедля скрывались его выполнять.

— Третий контур, показатели? Семнадцать? Витя, добавь три конденсатора, иначе нас снесет потоком. — быстро говорил ученый. — Если аккумуляторы будут перегружены — пускайте в городскую сеть, хуже не будет. Да? Тогда вводите в строй седьмой блок предохранителей и старайтесь удержать поток.

У меня была, моря вопросов, но время я для них выбрал не подходящее. Впрочем, я знал у кого могу получить ответы. Но когда телепортировался в штаб, снова оказался посреди толпы. Только теперь мрачно сидящих офицеров, каждый из которых что-то писал от руки, лишь мельком поглядывая на мониторы. Борис, все так же сидя с закрытыми глазами подозвал меня ближе жестом руки.

— У нас три минуты, так что я вкратце обрисую ситуацию. — тут же начал говорить он, хотя я еще не задал ни одного вопроса. — Еды в доступности — на полтора месяца. Топлива на три недели. Патронов… смотря как будем использовать, но в целом пока тоже хватает. И все же разбрасываться нельзя.

— Техника? — спросил я, пытаясь направить в нужную мне сторону диалог.

— Вся сложная техника на поверхности сошла с ума. — ответил Борис. — Но ты это и сам видел. От генератора, который создал наш профессор приходится в срочном режиме отказываться и все переносить под землю. Рации — только на сто-двести метров. Зонды и дроны не работают. Может самолеты первой мировой сейчас и могли бы взлететь… не уверен сделаю запрос. Но в любом случае — мы резко оглохли и ослепли, и это касается не только техники.

— Солнца не видно. — согласился я.

— Ага, и это днем. Будто нас стальной стеной отгородили, а не облаком… но это еще не самое дикое. Ты заметил, что приливы исчезли? — спросил, усмехнувшись разведчик. — Будто луна пропала, хотя такого конечно же не может быть. Верно? В общем, тебе придется идти почти в полной темноте, с барахлящими электроприборами.

— И способностями? — на всякий случай уточнил я.

— Не знаю, пока дары проклятых богов действуют, но что будет дальше, никто не знает. — произнес Борис, массируя виски. — Даже я. Связи не будет, и я тебе очень благодарен что ты оставляешь с нами Мишу. Он возглавит операцию по извлечению ракет из шахт поблизости. А там будет колонна бронетехники и два тягача. Три сотни человек личного состава. Тебе по-хорошему гордится надо — я тебя одного в три роты оцениваю.

— Ну спасибо. — хмыкнул я, принимая комплимент. — А почему так резко вода мельчать стала?

— Она замерзает, к тому же общий уровень нормализуется и выравнивается. На сколько ее станет меньше я если честно не уверен, все сильно будет зависеть от температуры. Если опустится до минус тридцати… — Борис вновь усмехнулся, и открыв глаза наконец посмотрел на меня. Черт, да они почти красные от обилия лопнувших сосудов. — Слава, если даже кристаллиды сумеют остановить эту дрянь… Мы замерзнем через два месяца. Температура опустится до минус ста градусов.

— Выходит мы обязаны победить? — усмехнувшись спросил я.

— Да. И у тебя ключевая роль. — подчеркнул Борис. — Я очень надеюсь на пусковые установки северной группировки. Только не рассчитывай, что выйдет легкая прогулка… и постарайся не задерживаться. Знаю, у тебя это не слишком получается, но сейчас спасти всех важнее чем спасать каждого.

— О чем ты говоришь? — нахмурившись спросил я.

— Тебе придется бросить всех встреченных по пути щеночков и котят. Даже если тебе кажется, что они без тебя погибнут. Даже если это будут люди. — мрачно добавил Борис, удерживая зрительный контакт. — Можешь делать себе закладки, можешь ставить якоря для телепортов, но я тебя очень прошу — не останавливайся.

— Все на столько плохо? — спросил я.

— Ты даже не представляешь. Каждую минуту что-то меняется. По всей планете происходит такое, по сравнению с чем исчезновение одного мегаполиса кажется сущей ерундой. И… в общем, Слава. Тебе придется идти вперед не думая больше ни о чем. — произнес Борис, продолжая смотреть мне в глаза. — Пообещай, пока не найдешь и не вывезешь боеголовки, а лучше ракеты целиком, никаких спасений и Эвакуаций.

— Ты просишь у меня слишком многого. Но я тебя понял… — ответил я, первым отводя взгляд. Разведчик с облегчением вздохнул и наконец закрыл глаза.

— Хорошо, мне этого достаточно. Кукловода больше нет в этом мире, но это не значит, что теней не стало. Все куда сложнее и страшнее. Так что… иди по крышам, там, где это возможно. Где нет — просто не отпускай газ. — произнес Борис. — Я буду ждать от тебя хороших вестей, так что можешь поставить якорь прямо здесь.

— Договорились. — я с облегчением отвернулся, полоснул кинжалом по ладони и на ближайшей стене вывел хорошо знакомую руну телепортации. Теперь, даже если захочу — не забуду. Понятно, что телепортировать сюда многотонную ракету мне не удастся, места не хватит, но после того, как доберусь до точки назначения эту проблему можно будет решить.

— Ушел. — сказал я, сосредоточившись на воспоминаниях о разрушенном корпусе МИФИ. Борис помахал мне на прощание, а уже в следующую секунду я оказался в полной, кромешной темноте. Будто в комнате с плотными зашторенными окнами ночью выключили свет. От такого контраста захотелось по моргать, но, естественно никакого эффекта это не произвело. В отличие от включения фонаря.

Конус света тут же выхватил из кромешной темноты очертания зданий, и корпус сгоревшего вертолета. Я без труда узнал место, в котором оказался, ведь именно его я и загадывал при перемещении. А вот окружавшая меня фауна тут же заставила отказаться от яркого света. Стоило мне включить фонарь, как со всех сторон раздался шум и плеск.

Я невольно дернулся, поведя лучом по воде, и увидел десятки, если не сотни рептайдов, неотрывно глядящих на меня. Выругавшись, я повел лучом в другую сторону, и понял, что в такой темноте прыгать не могу физически. Не из опасения на что-то напороться, хотя оно тоже было, а просто из-за того, что не работала способность. Я должен видеть куда прыгаю.

Не прошло и нескольких секунд, как снизу раздался скрежет когтей по бетону, монстры не стали дожидаться пока я к ним спущусь и начали сами выбираться из воды наружу. Драться с ними я не мог, не только из-за строгой экономии боеприпасов, но и из-за обычной логики — они меня массой завалят. Нужно уходить.

Стоило задать самому себе вопрос. Как, и ответ мгновенно нашелся. Дрожащими от волнения пальцами я вытащил из подпространства ракетницу и выстрелил вверх — в противоположную сторону от того, куда нужно было ехать. Тысячи глаз тут же устремились к ярко-красной, плавно опускающейся точке, а я, погасив фонарь, побежал прочь.

Света хватило ровно для того, чтобы телепортироваться на соседнюю крышу. Надев ПНВ с инфракрасной подсветкой, я спустился по стене здания, к самой воде, и дождался пока рептайды, словно зомби, не пройдут мимо, в погоне за угасающим светом. Один из монстров остановился совсем рядом, в пяти метрах, и я затаил дыхание.

Рептайд замотал головой, шумно втянул носом воздух и медленно двинулся в мою сторону. Стараясь не шуметь, я достал кинжал и примерился для удара. Одного, может даже двух-трех монстров я прикончу без проблем. Но если на меня разом накинется весь выводок этих бронированных тварей, мне конец.

Снова потянув воздух носом рептайд шагнул еще ближе, но в этот момент его задел плечом сородич, идущий на манящий свет ракеты. Первый монстр недовольно зацокал, повернувшись к собрату, а я, недолго думая, поднялся на этаж выше, зависнув на подоконнике и поджав ноги. Рептайд, оставшийся внизу, снова принюхался, недовольно фыркнул и поплелся вслед за остальными.

Я аккуратно вдохнул, но получилось слишком глубоко, и я чуть не закашлялся от черепашьей вони, идущей из окна. Столько здесь было этих тварей, столько смертей они с собой принесли и стольких сородичей потеряли, что пахло это словно летний рыбный рынок при жаре в сорок градусов. И ведь даже рот не зажать — на мне полный шлем.

Сцепив зубы, я выдохнул через нос, а вдыхал уже ртом, стараясь снизить чувствительность. Помогло не сильно, но теперь по крайней мере я мог дышать. Выждав, пока ракета окажется ближе к воде, а толпа рептайдов пройдет мимо, я спустился и достал квадроцикл-трансформер.

К сожалению, он все еще оставался в режиме движения по дорогам, и мне пришлось переключиться на гидроцикл. Но стоило включить агрегат, как у него тут же зажглись задние габаритные огни, приборная панель и передняя фара — мгновенно выдав мое местоположение. Десяток рептайдов бросилось ко мне, но что гораздо хуже, один из отстающих задрал голову и заголосил, извещая всю округу о найденном враге.

— Да вашу маму! — выругался я. Теперь уже было не до маскировки. Распустив плеть, я ударил по ближайшим тварям, и острый утяжелитель с легкостью пробил роговую броню. Первый из противников упал в воду, подняв фонтан брызг, но на его месте уже стояло двое других. Их я ударил по ногам, схватил все еще трансформирующийся агрегат и врубил дальний свет на максимум.

Ослепленные галогеном твари попятились, прикрывая глаза и я телепортировался в получившуюся брешь, вместе с гидроциклом, наконец закончившим трансформацию. Захлопал водометный двигатель, насосы выпустили целую струю, и я умчался в ночь, оставляя далеко за спиной начавших гнаться за красными огнями монстров.

Через пятнадцать минут я понял, что заблудился. Немудрено, ведь почти никаких ориентиров у меня не было — рванув от института я держал направление примерно на север, вот только в свете фар и подсвеченном инфракрасным фонарем пространстве была одна лишь вода. Естественно, навигатор не работал, как и связь с зондами. Ни звезд, ни солнца или луны, никаких зданий.

Единственное что могло подсказать направление движения — бьющие в небеса столбы энергии, которые должны исходить от высших, получивших самосознание кристаллидов. Один — примерно у меня за спиной, и на примерно том же удалении — справа. Если я правильно понимаю, это наставник подземников.

А я, получается, где-то посреди залива, оставшегося на месте центральной части Москвы. И останавливаться мне категорически противопоказано. Не только из-за оставшихся где-то далеко за спиной рептайдов, но и скатокулы, которые точно в этих водах есть. А если мне совсем не повезет — могу наткнуться на чудище крупней.

Сейчас я был словно светящаяся приманка, мечущаяся по водной глади, и по крайней мере от первого нужно было срочно избавляться. Прямо на ходу, чуть сбросив скорость, я кинжалом срезал часть колпака и выдернул переднюю фару, а затем убрал габаритные огни. Не стал заморачиваться и обрубил их с корнем.

Не знаю, подействовало это или нет, но чувство подступающей опасности нисколько не ослабло. Так что я оглянулся, выровнялся по едва видимому за спиной лучу Наставника, и выжал газ на максимум. А спустя всего несколько мгновений позади раздался глухой плеск, усиленный тактическими наушниками.

Я не стал оглядываться, вместо этого телепортировался вместе с гидроциклом на максимум видимости. Водный мотоцикл-трансформер грохнулся об воду и тут же взмыл в воздух, поднимая фонтан брызг. Вовремя — под днищем что-то скрежетнуло, хотя до дна тут явно было далеко.

Сразу несколько шлепков раздалось с разных сторон, и я прыгнул, только вперед. Оглянулся и тут же понял, что сделал это зря, в оптике ПНВ лишь мелькнула тень, мгновенно уходя под воду. А надо мной уже маячило несколько новых тварей, которых невозможно было рассмотреть из-за скорости полета.

Оказавшись в их среде обитания я превратился в легкую добычу, и сейчас меня спасало только неожиданное появление и постоянное метание из стороны в сторону. Выждав несколько ударов сердца, я телепортировался в сторону, не меняя вектора движения. Твари, резко сменили направление полета, и уже снова настигали, когда я телепортировался вновь, запутывая их.

Гидроцикл мчался, едва касаясь днищем воды, скорость не запредельная — но километров сорок в час он выдавал. Вот только твари продолжали напирать, нисколько не отставая. Больше того — некоторые из них обгоняли меня, чтобы попробовать атаковать, спикировав навстречу.

До скрежета стиснув зубы я умудрился телепортироваться, когда одна из теней рухнула прямо передо мной. Прыгнул не слишком удачно — оказавшись в двух метрах над волной. Приземление, вернее приводнение, оказалось достаточно жестким, меня чуть не выбросило из седла, руль затрещал от усилия, и я ушел на полметра в глубину. Холодная вода окатила меня с ног до головы, мгновенно промочив одежду, но это было меньшей из моих проблем.

Линзы ПНВ забрызгало, видимость резко упала, а изображение расплылось, и я не смог телепортироваться. Мне нужно было всего несколько мгновений, чтобы вытереть приборы, но никто не собирался мне их дать. Смерть кружила, свистя крыльями, над моей головой. Мгновение, и сразу несколько скатокул рвануло вниз, в яростном стремлении разорвать меня на чести. Я даже отпрыгнуть не успевал, и единственное, что мне оставалось — спрятаться.

Рванув гидроцикл на себя я спрятал технику и сам ушел в подпространство. И почти в то же мгновение несколько склизких холодный тварей прошло сквозь меня, подняв облако брызг. Я немедля окунулся в соленую воду с головой и осознал, что она меня почти не держит, я прохожу насквозь куда быстрее чем сквозь стены.

Выйти из подпространства и быть разорванным на части, или оказаться погребенным под толщей черной воды? Я выбрал первое, рванул вверх, а затем ускорил свое движение водяным смерчем. Энергия уходила только в путь, но и оказавшись на поверхности я с облегчением начал хватать ртом воздух — и чуть не захлебнулся остатками в шлеме.

Закашлявшись, я барахтался, в ледяной воде, и едва расслышал всплеск, совсем рядом. Дёрнувшись я развернулся на звук, пытаясь разглядеть что происходит в водяной толще, но свет инфракрасного фонаря подсветки не мог пробить водную гладь. Решение пришло мгновенно, я знал, что мне нужно, но потратил почти десяток секунд чтобы вытащить из подпространства вещь, которую счел не важной.

Совсем рядом, в паре метров от меня, из глубины поднялось несколько пузырьков воздуха, и с каждой секундой их становилось все больше. Схватив ртом воздух, я наконец выдернул палку химического света, окунулся уйдя под воду с головой и двумя руками переломил лампу, чтобы, вынырнув, отбросить ее как можно дальше, а затем замер, надеясь на чудо и законы природы.

Полетел ХИС недалеко, и не так быстро, как я рассчитывал, но возможно это сыграло мне на руку. В воздухе мелькнула тень, отбросив лампу в сторону, и сразу за ней — вторая. Они пикировали с брызгами погружаясь в воду, а затем, словно летучие рыбы, выпрыгивали на огромной скорости. Когда же химический источник света упал в воду, сразу несколько скалокул ударили в это место, подняв целый фонтан. И это оказалось решающим.

Пузырьки, отдалявшийся от меня все это время, вдруг резко прекратились, а из глубин вынырнуло чудище, поднявшее такую волну, что меня захлестнуло с головой, а когда я вынырнул — над поверхностью носились рассерженные твари, пытающиеся отбить своих сородичей из щупалец гигантского спрута.

Лампа застряла у самой пасти монстра, зацепившись за торчащие во все стороны треугольные зубы, и в ее свете я видел, как чудовище старается сбить летунов. Они были быстры, очень быстры, молниеносно атаковали с разных сторон, разрывая плоть на толстых щупальцах, и несколько секунд даже казалось, что они могут безбоязненно разделаться с титаном, но вот одна из скатокул промахнулась и чудовищный отросток обвил ее хвост.

Присоски тут же сжались, ломая летуна, а в следующую секунду поверженный охотник был отправлен в гигантскую раскрытую пасть. Затем все повторилось еще раз, и еще, пока скатокулы, понесшие существенные потери, не рассеялись в разные стороны, уходя от настоящего хозяина глубин.

Дрожащими от холода пальцами я достал верную ракетницу и запустил красный огонек повыше, так чтобы он падал по крайней мере минут пять. Стараясь не делать резких движений, чтобы не спровоцировать спрута, я выждал, пока он начнет погружаться под воду, и только тогда, телепортировался в воздух.

Мне пришлось еще трижды использовать ракетницы просто для того, чтобы уйти от места столкновения. Но я сумел наконец протереть ПНВ и привести его в рабочее состояние. А затем, когда я почувствовал, что энергия на излечение начинает заканчиваться — приводнился и уже из такого положения достал гидроцикл. Забравшись в седло, я вновь выкрутил ручку газа, но теперь регулярно прислушивался, стараясь угадать — не возобновилось ли преследование.

Новые скатокулы появились через полчаса, когда по приорам я прошел уже двадцать километров. Земли все еще не было видно, а рассчитывать на появление спрута два раза за ночь не приходилось. Стрелять в мечущихся тварей тоже казалось мне совершенно бессмысленной затеей, а потому я решил схитрить.

Частично убрав скутер в подпространство, я снизил его вес, спрятал все лишние вещи, включая разгрузку и бронежилет, и помчался с почти удвоенной скоростью. Только не рассчитал, что разом полегчавшая техника будет подлетать даже на самых мелких волнах, а через несколько мгновений это спасло мне жизнь.

Тень, едва промелькнувшая в ИК-фонаре прибора ночного виденья, ударилась о днище моего суденышка, подбросив его еще выше, и сразу после этого вторая скатокула спикировала на место, где я только что находился. Телепорт пришелся как нельзя кстати, и оглянувшись я увидел, как два монстра сражаются между собой. Если бы их было всего пара, можно бы расслабиться, но чувство опасности не отпускало, не позволяя расслабиться ни на секунду.

Несколько ударов сердца — телепорт, сменить направление и новый прыжок. Я старался держать общий вектор движения, но в текущей ситуации выходило это с большим трудом. Так что, когда в ПНВ появились несколько едва заметных огней, я даже не поверил своим глазам. Направил гидроцикл напрямик, и спустя минуту понял — что-то не так. Свет шел из-под воды, где его быть не могло в принципе.

Вот только скатокулы отреагировали на появление нового раздражителя вполне определенно — несколько монстров рухнуло прямо на пятна света, перестав обращать на меня внимание. Я даже скорость сбросил, а когда увидел дергающееся в конвульсиях тело с крыльями все понял.

Чудовище пожрало другое чудовище. Монстр, выглядящий совершенно безобидно и даже мило, но от этого не ставший менее смертоносным. Маленькие, в несколько сантиметров диаметром, медузы заняли огромную площадь. И даже одно прикосновение к их щупальцам мгновенно приводило к параличу. Я видел в их сетях множество рыбы, монстров и даже нескольких рептайдов. Все стремились к свету, которого не было уже третий день.

Подобрав ноги, так чтобы точно не коснуться опасных тварей, я дал самый малый вперед, стараясь не спровоцировать более крупных врагов. Излишняя осторожность сыграла плохую шутку. Я не отследил резкое падение запасов энергии, а когда голова начала кружиться на автомате выкрутил ручку газа на максимум.

Холодная вода привела меня в чувство. Хотя, возможно это был удар о днище, выкинувший меня из сиденья. Вот только утонуть сегодня мне было не суждено — я больно ударился о бетонный бортик и понял, что нахожусь у полузатопленной крыши какого-то здания. То, что меня на полной скорости не унесло в открытый океан — уже можно было считать чудом. Даже если я вернулся назад.

— Ничего так, сходил за хлебушком. — выдохнул я, забираясь на крышу и подтягивая на сухое место гидроцикл. Трансформировать его в квадроцикл не было никакого смысла. Хотя ПНВ позволял рассмотреть тут и там торчащие из воды здания, суши я все еще не видел. К тому же даже типовые двадцати-этажки выходили из океана всего на пару метров.

Спрятав транспорт в подпространство, я в три прыжка оказался на крыше чуть выше, и сумел осмотреться по сторонам. Даже наличие карты мне сейчас не сказало бы ровным счетом ничего — узнать местоположение дома я не мог, разве что нырнуть на пару десятков этажей. Ближайшие два луча света, едва виднелись на горизонте, и если считать меня вершиной — получался угол примерно в девяносто градусов.

Выходило что я не только выжил, но и двигался в нужном направлении. Ведь количество жизней не уменьшилось, а значит я не мог отключиться больше, чем… зачем гадать? Я посмотрел на телефон и с грустью выдохнул. Единственная техника, оказавшаяся в разгрузочном жилете, купание не пережила.

— Ладно, у меня еще есть. — фыркнув произнес я, достав из подпространства другой телефон, хотя… скорее уж военный коммуникатор. Совсем не такой удобный, не цветной и вообще… предназначенный для выполнения специфических задач. Сейчас он подходил как нельзя лучше, но самое главное — действительно работал. Проблема только сохранялась — никакой связи до сих пор не было.

Судя по коммуникатору, я отрубился почти на полчаса, если двигался с той же скоростью — значит преодолел почти сорок километров. Что, учитывая направление и примерный угол движения, должно было закинуть меня в район Лефортово. Или чуть дальше. Выяснить точное местоположение можно было разными способами…

Спустится в верхние, оставшиеся не затопленными квартиры в поисках документов. Создать водоворот в попытке добраться до угла дома и посмотреть его номер. Или же старательно рассчитывать направление и пройденный маршрут, сверившись с показателями на гидроцикле. Но все это было лишь потерей времени. Мне нужен берег, и дальнейшее направление не слишком принципиально. Тем более что я видел, где крыши выше.

Сняв с себя мокрую одежду, я как следует ее отжал и поблагодарил свой дар пространственного хранилища, в котором осталась сухая смена. Для всего, за исключением ботинок, шлема и бронежилета. Первое решалось пакетами на носки, разгруз я просто не стал надевать, а вот с шлемом пришлось повозиться. Вернее, с ПНВ, жить без которого я теперь просто не мог.

Сняв его с креплений шлема и вынув ремни, я закрепил его на голове. На всякий случай продул все сочленения, и протер сухими носками все куда мог достать, а затем, открутив колпачок, поменял батарейку. Мне в нагрузку подарили зарядное устройство для батарей, включающееся в гидроцикл. С расчётом что его я уже и сам могу подзарядить молнией. Так что совсем без света я остаться не должен.

Повесив разгрузку и шлем на спину — чтобы сохли, я телепортировался на соседнюю крышу, и пошел прыгать дальше, стараясь забраться с каждым переходом все выше. Но когда дома начали подниматься уже на пять-семь этажей над водой, вокруг начало появляться движение и не самое приятное.

В начале я встретил группу рептайдов, сидящих возле пойманной в сеть медузы. Они услышали плеск воды, и повскакивали, ощетинившись копьями во все стороны, но далеко от света отходить не спешили. Так что я без проблем обошел их по большой дуге. Племя, облюбовавшее эту территорию, было куда многочисленней чем на МИФИ, но они расселились по домам, и сейчас слепо ходили, держась за стены.

Я представил, каково сейчас людям, оказавшимся без света. Но за прошедшие недели выжившие должны были приспособиться. Кто-то создавал ветряки и обеспечивал себя электричеством, другие — могли разводить костры или запасаться свечами. Это живущим в воде рептилиям огонь был неподвластен, а мы его приручили сотни тысяч лет назад.

Рассуждая так, я перемещался от крыши к крыше, пока не заметил выступающую над водой золотую звезду с гербовым обрамлением еще времен СССР и зеленый шпиль. Не узнать бывшую гостиницу Ленинградскую, ставшую хилтоном-мск, находящуюся возле Казанского вокзала, было достаточно проблематично.

— Отлично! — довольно воскликнул я, наконец окончательно определившись со своим местоположением. Выходило что я в своих расчётах «малость» ошибся. А ведь обычно географическим кретинизмом я не страдал, хотя сейчас и случай совершенно особенный. Ни одного привычного средства ориентирования у меня не осталось.

Забив свои координаты в армейском КПК я понял что впереди у меня… путь полный приключений, если выражаться мягко. Перемахнув через залив центральной Москвы, я оказался на небольшом выступе, который шел вплоть до Рижской. И если повезет, там должен быть даже полностью находящийся над водой островок, а вот дальше — снова вода, и самое паршивое что фотографии с зондов охватывали далеко не весь север столицы.

Пока была возможность — я двигался только по крышам. Старался не шуметь и не использовать фонари. Сейчас любой источник света — словно маяк, привлекающий совершенно не нужное внимание. Благодаря этой не хитрой тактике мне удалось преодолеть почти два километра, когда я услышал раскат далекого взрыва.

Звук над водной гладью разносился очень далеко, но здесь, среди торчащих крыш, он глушился развалинами зданий. А значит совсем недалеко происходила схватка. И сколько я помнил — у рептайдов и монстров не было ничего, что могло бы вызывать похожие звуки. Значит работали наши. Кто-то из выживших.

Я дернулся в ту сторону, но тут же вспомнил слова Бориса, о спасении щеночков. Сцепив зубы я отвернулся, и даже телепортировался, пару раз… но затем знакомом затарахтела автоматная очередь и я не выдержал. Обругав сам себя я прыгнул назад, идя на звук. Люди — не щенки и не коты. Хотя, далеко не все заслуживают спасения. Но это я буду решать уже потом, в процессе.

Через минуту перемещений в ускоренном темпе я увидел дом, и сразу понял причину столкновения. Сквозь зарешеченные, забитые досками и прикрытые матрасами окна все равно пробивался свет. Если бы дело происходило безлунной пасмурной ночью — я думаю сторонний наблюдатель не увидел бы щелей, но сейчас вокруг было гораздо темнее.

Толпа рептайдов уже пробилась через внешнюю ограду и баррикады, а сейчас с громким скрежетом ломилась в металлические двери подъезда. Несколько особенно догадливых особей уже ползли по стенам, цепляясь за решетки или пытаясь выломать прутья в квартирах первого и второго этажей.

Но и защитники оказались не промах. Стреляли с четвертого и пятого — короткими очередями, явно экономя боеприпасы. Вот только чем дальше разносился шум битвы, тем больше рептайдов появлялось перед стенами здания. И даже человеку ни разу, не бывавшему в схватке стало бы понятно — люди в этом доме обречены. Если ничего не сделать.

И мое вмешательство может стать определяющим. Все же черепахи по деревьям ползают довольно хреново. А раз так — достаточно лишить их возможности подняться выше третьего этажа, и я уже не раз проворачивал подобные трюки. Как при обороне от рептайдов, так и от одержимых и кукол.

В два прыжка я оказался на крыше нужного дома. Свесился на пальцах и телепортировался на подоконник седьмого этажа. Дальше — дело техники, проделав кинжалом небольшую щель я заглянул внутрь и тут же открыл врата в подъезд, не сильно навредив обороне, а разрезанную ткань тут же подоткнул, чтобы не оставлять щелей.

Людей в подъезде оказалось довольно много, это было заметно по горящему в квартирах свету, но двери оказались плотно заперты. Я на всякий случай дернул одну из ручек — изнутри немедля донесся испуганный вопль, оборвавшийся спустя мгновение, будто кому-то заткнули рот. Значит несколько людей. Но где все защитники?

Первый пост я нашел на высоте шестого этажа. Пара мужиков, в гражданской одежде, с отчаянной решимостью на лицах набивали магазины патронами из вскрытого цинка, лежащего прямо на полу. Ничего не говорили, только сосредоточенно сопели, нервно переглядываясь. Меня они заметили только когда я подошел на половину пролета.

— Какого хрена?! — вскочил дозорный с автоматом, и тут же зажал спуск, только вот, либо от нервов, либо от неопытности — предохранитель он не опустил, а потому крючок не поддался под пальцем. Давать ему шанс опомниться и пустить в меня очередь я, естественно, не собирался. Ударил по кисти, выбивая оружие из рук, а потом приложил второго, никак не попадающего магазином в приемник, прикладом под дых.

— Что у вас происходит? — раздался обеспокоенный крик снизу.

— Помощь пришла, откуда не ждали. — громко сказал я, не высовываясь. — Сейчас спущусь, только не палите раньше времени. Кто у вас главный?

— Я главный. — тут же раздался уверенный женский голос, и я аж крякнул от удивления. — Я сама к тебе поднимусь, держи руки на виду.

— Аналогичная просьба. — ответил я, на всякий случай готовясь активировать прозрачность или уйти телепортом наверх. Но когда мне на встречу поднялась женщина, в зеленой уставной кофте, камуфлированных штанах и накинутом поверх плеч кителе, я без проблем узнал форму, вот только не походную, а парадную. Но обезображенное лицо женщины и ее стальной взгляд единственного глаза говорил, что форма — ее.

— Мне не важно кто вы и почему здесь, я могу вам помочь. — четко сказал я, отслеживая ее движения и одновременно показывая пустые ладони.

— Хочешь сказать, что мы не в том положении, чтобы выбирать, от кого принимать помощь? У нас еще довольно боеприпасов, а твари рано или поздно кончатся. — жестко ответила бывшая военная.

— Нет. Ну вернее да, когда-нибудь может быть. Вот только я шел за ними два квартала. Сюда стекаются рептайды со всего острова. Возможно, они и распугают спрутов и шершней, но вам от этого легче не будет. — произнес я, стараясь снизить градус напряжения. — Я хочу вам помочь, обрежу лестницы с первого по четвертый этаж. Вы потом сможете собрать их из подручных материалов. А вот рептайды только по своим трупам смогут до вас добраться.

— Ты про черепах-убийц? — ровным, уверенно-жестким голосом поинтересовалась военная. — Откуда ты вообще взялся?

— Владлена! Дверь прогнулась! — раздался снизу испуганный крик.

— Решайте, только быстро! Нужно всех с нижних этажей увести наверх. Если есть припасы — забрать. Иначе вы потеряете все что там есть. — быстро проговорил я, глядя через перила. — Ну?

— Ладно! Уводите всех снизу! — приказала женщина, спускаясь на встречу монстрам. — Быстро! Помогите жителям!

Я прыгнул вниз, не дожидаясь пока ополченцы поднимутся или отойдут. Цепь телепортов выплюнула меня прямо перед покареженной входной дверью, в которую уже пытался протиснуться бронированный гигант. Стоило мне появиться, как бойцы с криками подались в стороны, а кто-то непроизвольно выстрелил, но я заранее активировал бестелесность и пропустил пулю сквозь себя.

— Наверх! Быстро! — скомандовал я, а затем хлестнул по закованной в роговую броню морде плетью. Утяжелитель глубоко распорол кость, в том месте от которого отскакивали пули, и я тут же активировал молнию.

Тело рептайда обмякло, а ошарашенные ополченцы наконец начали подниматься по лестнице. Пришлось несколько минут оборонять дверь, через которую перли черепахи переростки в попытке пробиться внутрь. К счастью, проем был небольшой и даже вдвоем протиснуться они не могли.

— Все! Мы подняли самое необходимое! — крикнула Владлена, свесившись через перила. Я лишь кивнул, и ударив напоследок особенно прыткого рептайда, втянул язык плети, возвращая изначальную форму кинжала.

Обрезать лестницу от входа на первый этаж я не стал — бессмысленно. Слишком мало оставалось пространства под ней. Да и враги такого неудобства не заметят. Пригнувшись, я обрубил ступени ведущие на второй этаж и прошелся лезвием вдоль стены. Затем — отрезал пролет между первым и вторым, отделив его от перекрытий и стен.

— Что ты делаешь? — напряженным голосом поинтересовалась лидер, когда мы встретились на втором этаже.

— Не мешай. — только и сказал я, а затем, чтобы она меня не отвлекала, схватил за руку и тут же телепортировал наверх. На пятом этаже раздался раздраженный мат, а я продолжил свое грязное дело и уже через минуту грохот внизу доказал мою правоту. Не выдержав веса гигантов, плиты оборвались и рухнули вниз, а следом пошли лестницы и пролеты, заживо погребая врагов под толщей бетонных обломков.

— Что ты такое? — жестко спросила Владлена, наведя на меня ствол автомата.

— Убери оружие, оно бесполезно. — устало сказал я, но бестелесность на всякий случай приготовился активировать. Кажется, в этот раз не понадобится — военная опустила автомат и передала стоящему рядом ополченцу. Интересно, а будь у нее подавитель, попробовала бы она меня убить, во избежание?

— Итак, ты пришел, разрушил четыре этажа… — проговорила Владлена, мельком глянув на поднимающуюся бетонную пыль.

— Только лестницы. Рептайды не умеют карабкаться по стенам, в отличие от спрутов, ящеров или волколаков. — уточнил я, с усмешкой глядя на то, как несколько тварей прыгают, пытаясь зацепиться за срезы, оставшиеся от лестницы. — Так что пока вы в безопасности. Разве что они догадаются сделать пирамидку, но для этого им придется забраться в квартиры, протискиваясь внутрь по одному… ну или раздолбить оконные проемы до достаточного размера. В общем, варианты есть — но пока вы в безопасности. Относительной.

— За прошедшие месяцы мы никогда не были в безопасности. — сказала Владлена, а затем, чуть повернув голову, но не отрывая от мнея взгляда дала несколько распоряжений: — Проверьте мосты на соседние дома, подготовьтесь к эвакуации и заприте все двери на чердаки, нам незваных гостей на сегодня хватило.

— Вы же понимаете почему они к вам так рвутся? — на всякий случай уточнил я.

— Не идиоты, такое сложно пропустить. Солнце погасло, вот они и стремятся к любому источнику света, как и любые животные. Мы убрали большую часть освещения, оставили в детском саду и огороде. Растениям нужен свет, иначе они завянут, а еда не бесконечная. — ответила Владлена, держась на расстоянии.

— Всем нужен свет и тепло. — кивнул я. — А сейчас всего этого мы лишены. У вас есть связь с генштабом? Я не видел вашего дома на карте поселений.

— Карта поселений? Значит выжили многие? — воодушевившись произнес один из ополченцев. Но стоило Владлене на него взглянуть как энтузиазм мужчины мгновенно угас.

— Мы не получали никаких приказов, наши рации ловили только свои сигналы, хотя мы старались поймать любое вещание. — сухо произнесла она. — Что с выжившими? Сколько нас? Почему остальная Россия нам не помогает?

— Россия? — я аж запнулся, на мгновение пытаясь сообразить, что можно сказать.

— Именно, или эта беда пришла везде? Не могло же землетрясение пройти во всей стране. К тому же такой силы. Да и вода — морская. Мы доходили с отрядом до пролива, противоположного берега не видно — а это больше семи километров. — стараясь сдерживаться проговорила военная.

— Даже не знаю с чего начать… — проговорил я, задумавшись. Если попробовать объяснить все как есть — не сведет ли их это с ума? Не лишит ли последней надежды? — У меня задание, так что времени не так много. Вижу, что и оружие, и припасы у вас в наличии. Быт налажен, электричество есть. Так что мне нужно идти дальше.

— Задание? — удивленно спросила Владлена. — Какое?

— Здание от управления внешней разведки, это все что я могу сказать. — произнес я, поднимаясь. Очень хотелось остаться, отдохнуть хоть пару часов. Да и эти люди… всем такое рассказывать нельзя, но информацию можно дать дозировано. К тому же у меня есть припасы, частью которых можно поделиться.

— Мы составили карту окрестностей, с обозначением опасных локаций и возможных интересов. — сказала Владлена, не отрываясь глядя на меня. — Предлагаю обмен информацией, которая не относится к категории секретной.

Странное определение — засекреченная информация, в нашем мире. С другой стороны а все ли из того, что я знаю стоит передавать? Многое будет просто бесполезным, а некоторая информация и вовсе — вредной. Что толку им знать о преступлениях Магистра или предательстве Ольги, одумавшейся только в самом конце?

— Хорошо, давайте… где-то в спокойном месте все обсудим. — предложил я, и лидер выживших немедля согласилась, указав на дверь в ближайшую квартиру. Время терять не хотелось, так что, хотя я и не слишком доверял местным — вошел первым. Чуть замешкавшись, следом вошли Владлена и двое ополченцев. Судя по их лицам и тому как держались — эти ребята тертые калачи, и повидали всякого.

— Карта? — спросил я, скинув со стола огарок свечи и какие-то листы с записями. Надо сказать, выглядела комната, как и должна в такой ситуации — потрепано. Небольшая гостиная была освещена одной светодиодной лампой, на мебели валялась теплая одежда, используемая вместе с одеялами. Похоже здесь спали по очереди.

— В начале информация. — выйдя вперед, сказала Владлена. Ее спутники встали чуть по бокам, так чтобы можно было одним движением уйти за угол. — Кто… или что ты такое?

— Что? — удивленно переспросил я. — С какой стати ты решила меня в неодушевленный предмет перевести. Так меня еще ни разу не оскорбляли.

— Линии на твоем теле, я видела, как они светились. К тому же — ты бьешь молнией. Это должны быть провода. А я даже не слышала, чтобы кто-то вживлял себе подобное и после этого выживал. Хотя сейчас от творящегося вокруг хаоса всего можно ожидать. — мрачно проговорила она.

— Таких как я называют одаренными. Мы есть среди каждой из рас, и если для людей мы спасение, то встреча одаренных из других народов… для обычных людей почти всегда смерть. — подумав над формулировкой ответил я. — У некоторых из нас… скажем так срывает крышу от обретенной власти и силы. Такое и с обычными людьми бывает, когда на них сваливается богатство. Только ситуация вокруг другая.

— Одаренные? — хмыкнула Владлена, облокотившись о стол. — Встречали мы таких, считающих себя избранными. Одного еле грохнули.

— Значит вам попадались одноразовые. — в ответ усмехнулся я. — Но даже такие бывают очень опасны. Например я — могу полностью пропускать через себя любые твердые объекты и электричество. Пули, осколки, дробь… ножи — все это не причиняет мне никакого вреда. К тому же я могу проходить сквозь стены.

— Значит обычным оружием тебя не убить? — спросила настороженно Владлена.

— И необычным тоже. — кивнул я. — Не утопить, не отравить газом, не… множество других «но». Пробовали. Хотя сейчас это не так важно. Главное — я на вашей стороне, что уже доказал — избавив вас от рептайдов.

— Мы бы и сами справились. — заметил один из ветеранов. — Завалили бы лестницу мебелью, и они дальше третьего этажа не прошли.

— Согласна, нас не в первый раз штурмуют. — кивнула Владлена. — К тому же, сколько мы не видели «одаренных» вам все мало. Все время они что-то хотят и требуют. Один урод коллекционировал маленьких девочек. Другая — спасала детей, называя себя Мамой, уводила их от выживших родителей. Утверждала, что с ней им безопаснее, а сама пожирала их души.

— У нас на дворе апокалипсис, всем приходится чем-то расплачиваться за безопасность. — мрачно заметил я. — Мне тоже встречались разные уроды, но это не значит, что нужно терять веру в людей. Иначе бы я просто прошел мимо.

— Мы бы справились. — гордо произнес ветеран, но осекся под взглядом лидера.

— Допустим, ты хочешь помогать людям. Тебя твой дар повернул в эту сторону. — усмехнулась Владлена. — Нам повезло. Но это не значит, что с остальными будет так же. Вы нелюди, как и остальные твари что хотят нас сожрать. И все же я готова с тобой сотрудничать.

— Это ты мне сейчас одолжение делаешь? — спросил я, с трудом сдерживаясь. — Что ж. Удачи вам, всего наилучшего.

— Стой! — каким-то шестым чувством поняв, что я готовлюсь телепортироваться Владлена разом сменила тон. — Погоди, я не права. Мы бы и в самом деле справились сами, а появление каждой новой силы в первую очередь вызывает агрессию и опасения…

— Но информация вам важнее гордости? — понимающе усмехнулся я.

— Да. — нехотя признала Владлена.

— В таком случае одной картой вы не расплатитесь. — холодно ответил я.

— Наши припасы только для своих. — тут же возразил один из ополченцев, начальница хотела что-то сказать, но я поднял ладонь, останавливая ее.

— Мне не нужны ваши патроны или еда, у меня своего добра навалом. — сказал я, одним движением извлекая из подпространства квадроцикл, а затем убирая его обратно. Несколько секунд я откровенно наслаждался вызванным эффектом, и выпученными от удивления глазами военных. — Карта, подробная информация о регионе и точки гибели одаренных. К слову, что случилось с детьми, которых вы забрали у «матери»?

— Почти все они погибли. — нехотя признала Владлена. — Она свела их с ума, искривила души, так что они бросились с оружием на собственных родителей. Некоторых удалось взять живыми… спустя почти неделю ломки они начали приходить в себя.

— Интересный эффект. И какая сейчас там аномалия? — спросил я.

— Туман, заставляющий бросаться на окружающих с оружием. Если человек заходит один — то просто садится в центр области и сидит там, улыбаясь, пока не умрет. Если появляется кто-то другой — атакует. С животными и монстрами та же история. — рассказала Владлена, расстилая на столе туристическую карту Москвы с кучей пометок на северо-востоке. — После этого мы поняли, что убивать одаренных надо вдали от жилья.

— А где ее убили? — уточнил я.

— В этом доме, на пятом этаже, над продуктовым. — указала Владлена. — От облака не помогают ни противогазы, ни полный костюм химзащиты. Так что дело не в воздухе.

— Если аномалия воздействует непосредственно на разум, я справлюсь. Блокаду получил, да и есть свои хитрости. — ответил я, не став вдаваться в подробности. — Что с любителем гаремов?

— Его мы прикончили на пустыре, где раньше был парк. Пришлось закопать урода заживо, а то он воскресал дважды. — усмехнулась предводительница поселения, показав на отметку. Я сравнил ее с предыдущей — над обеими стояли значки с черепами. Впрочем, таких мест было штук двадцать, вряд ли они убили столько одаренных.

— Какая после него осталась аномалия? — спросил я, запоминая метки.

— Это сложно описать… когда кто-то или что-то туда заходит, его разрывает на части. Словно когтями режет. — передернув плечами от воспоминания произнес один из ветеранов.

— Ну что, стоят наши сведенья небольшой истории? — сверля меня взглядом спросила Владлена. — Ты же карту уже запомнил, пора и свою показать.

— С некоторых пор у меня некоторые проблемы с запоминанием всего подряд. — невесело хмыкнул я, вспомнив о Тали. — Придется переносить все на Коммуникатор. Заодно можете спрашивать, а я постараюсь ответить… что смогу.

— Если у вас есть штаб, да еще генеральный — сколько там выживших? — жадно спросила Владлена.

— Около десяти тысяч. По крайней мере столько было на момент моего ухода. Еще полторы тысячи в СВР и столько же — в Яснево. Примерно по тысяче еще в нескольких поселениях… сколько сейчас в аэропорту Остафьево — не знаю. Наверное, не меньше тысячи. — ответил я, занося себе на КПК информацию.

— Все? — выждав несколько секунд нетерпеливо спросила Владлена.

— Да, это все выжившие юго-запада о которых мне известно. Говорили о Зеленограде, но с ними нет связи. Но вот и с вами тоже не было, так что не факт. Может кто-то остался. — сказал я, пожав плечами. — Вот этот значок, с черепом?

— Здесь туманники, твари с щупальцами которые создают облако вокруг себя. Оружия не боятся а вот огнеметы на них действуют безотказно. — сказала Владлена.

— А, спруты. Так называемые паразиты, довольно безобидные твари если к ним не лезть, или если закидывать гранатами и коктейлями издали… ну или если есть молния. — кивнул я, делая пометку. — Здесь?

— Черепахи. Логово. — сказала военная, нахмурившись. — Что с эвакуацией? Где росгвардия и МЧС из других городов?

— У себя в городах. Надеюсь. — не весело усмехнулся я. — Помощи ждать не стоит. Взяться ей неоткуда, и мы здесь сами по себе. Что здесь?

— Что значит сами по себе? — вмешался в разговор ветеран, но я молча ждал, указав пальцем на интересующую меня точку.

— Здесь было поселение… потом они заразились какой-то дрянью. Все изошли червяками. Больше мы туда не совались. — ответила Владлена. — Так в чем дело? Почему нам никто не поможет? Такое во всей стране? Во всем мире?

— Нет. К счастью, нет. Хотя сейчас я уже ни в чем не уверен… если по-простому — мы отрезаны от остальных, и пока помощи не будет. Потом, возможно, ситуация изменится и все станет понятней, но пока даже смысла надеяться нет. — сказал я, ставя у себя отметку в виде пчелы. — По поводу поселения, скорее всего там теперь улей. Шершни вырастают до полутора метров в длину, если отожрутся. Хорошая новость в том, что их личинки перестают быть агрессивны, когда улей уже сформировался. Но без защиты лучше ходить только по асфальту.

— Значит эти черви — личинки? — с отвращением спросил ветеран, кивнув я показал на следующую пометку, где несколько зданий были обведены в одну область.

— Поселение. Было. Что там теперь неизвестно. Две группы ушло, ни один не вернулся, хотя там были опытные разведчики. — ответила Владлена, заставив меня так же обвести здания и пометить знаком опасности. Мне сейчас не до того, чтобы разбираться, что это может быть за дрянь. — Значит припасы — только то, что найдем?

— Верно. Найдете, наладите собственное производство или придумаете как приспособить изменившиеся условия под себя. — сказал я, и по взгляду военной понял, что она в отчаянье. — Не все так плохо. В одном из поселений местные с помощью феромонов умудрились приручить шершней. В другом — прикормив кристаллида золотом, договорились о сотрудничестве в обмен на тяжелые металлы.

— Кристаллиды? Каменюки? Ну, такие пауки, в начале маленькие, а потом жрут металл и разрастаются до размера дома. — уточнила Владлена.

— Верно, это кремний-органика. Не гуманоидная, но вполне разумная форма жизни. — ответил я, перенося очертания береговой линии себе на КПК. Здесь в докладах разведки уже были пропуски. Западнее, где проходила высадка ящеролюдов, карта у меня была куда более детализирована. А здесь — только намеки трехнедельной давности. Все же нас отделял пролив в пятнадцать километров, поэтому разведка сосредоточилась на участках активного фронта.

— Что с военными частями? Отделениями МВД и полиции? — спросил я.

— А что с небом? — ответила мне вопросом на вопрос Владлена. — Это затмение?

— Ну… можно и так сказать. Нас окружило куполом, непроницаемым для солнечного света. Проблема решается и мне поручено этому поспособствовать. — уклончиво ответил я, не вдаваясь в подробности о Голоде. — Эта область зарисована с личных наблюдений? Откуда известно, что здесь острова?

— Я лично видела их в бинокль, до того, как наступило затмение. — ответила Владлена. — Вот только никак не могу понять, как с ним можно справится.

— Сказал же, это газ. А газ можно разогнать нужен только определенный состав и средство доставки. — ответил я, сделав еще одну пометку. — На самом деле, как только кончится затмение, радиосвязь должна прийти в норму. Так что вы сможете переговорить со штабом и выяснить все подробности у них. Скажете, что вы от Эвакуатора, они поймут.

— Так себе позывной, слишком длинный. — заметил один из ветеранов.

— Да, ну что поделать. Мы говорим Эвак. — ответил я, проверяя получившуюся карту. — На воду лучше не суйтесь. Там скатокулы, быстрые хищные твари, которые умеют и летать, и плавать. А где-то в центре — кракен. Ближе к восточному берегу — медузы с нервно паралитическим ядом.

— И как ты добрался? На самолете? — с грустной усмешкой спросила Владлена.

— К сожалению пока затмение не пройдет, высокоточная техника и приборы работать не будут. Так что я добирался вплавь, но я — это я. Может в драке я и не самый сильный, но вот сбежать могу от любого боя. Даже если нет шансов на победу. — ответил я, убирая коммуникатор. В принципе я получил все что мог, разве что… — Как у вас дела с одержимыми? С призраками, которые проникают в тела и поглощают души?

— Бьем током, они выходят как зашли. — пожав плечами ответила Владлена. — Все окна под напряжением, а через толстые стены они не проходят.

— Верно. Нам в самом начале эти твари попортили много крови. Один из моих знакомых даже считал, что сумел подчинить призрака своей воле, но тварь оказалась хитрее и выждала пока не взяла верх. — поморщившись от нахлынувших воспоминаний сказал я.

— Постой, это все? Ты можешь рассказать нам только это? Прошло больше месяца. Солнце не светит уже три дня, а ты говоришь, что произошло затмение и сам идешь с этим что-то делать? — возмущенно спросил ветеран, отлипнув от угла. — Что ты можешь сделать с затмением? Какой такой состав?

— Помолчи, Коля. — с укором произнесла Владлена. — Если парень идет с юга, и спрашивает про острова — значит ему дорога еще дальше на север. А там долго ничего нет… кроме комплекса ДОН-2Н. Верно?

— Не могу ни подтвердить, ни опровергнуть. — сказал я, пытаясь вспомнить что это вообще такое.

— Рядом с радаром обновленные противоракеты. — тем временем заметила Владлена. — С ядерной боевой частью. Вы ими собрались туман разгонять?

— Что? Ядерными ракетами? — ошарашенно проговорил ветеран. — Вы долбанутые.

— Нет, мы даже нормальней чем хотелось бы. — мрачно ответил я. — Вот когда бомбили с лебедей ТЯО деревянные кораблики, а они не тонули — вот тогда казалось, что мы все сошли с ума. Так что сейчас — мы полностью в норме. Я себя таким нормальным не чувствовал с начала сезона возвышения.

— Что за возвышение? Что за корабли? — тут же подалась вперед Владлена.

— Уже не важно. Все закончилось, мы победили. — поморщившись ответил я, а затем, достав из подпространства кинжал, полоснул им по ладони. Пока рана затягивалась, крови набежало ровно столько, чтобы нанести иероглиф врат.

— Что ты делаешь? — спросила Владлена, и на меня тут же направили три автоматных ствола. — Что бы ты не задумал, отойди от стены.

— Я вообще-то пытаюсь спасти ваши жизни. Это — символ открытия телепорта. После активации между вашим поселением и штабом СВР откроется переход. Там уже пять… или шесть? Входов в разные уголки Москвы. — сказал я, заканчивая рисовать выжженный в памяти символ. Вот только врата не открылись. Я нахмурился, влил еще энергии.

— Стоять! Прекрати немедленно! Проход открывать не надо! — грозно сказала Владлена, и я услышал хорошо знакомый щелчок переводчика огня. — Просто отойди от стены.

— Вы же сами просили эвакуироваться? — спросил я.

— Если то, что ты говоришь правда, у большого поселения нет шансов. Они не смогут обеспечивать себя продуктами и припасами, а значит придут за ними к нам. — жестко произнесла Владлена. — Как-нибудь сами обойдемся. Выживали раньше, выживем и теперь.

— Ваше право. — кивнул я, делая вид что соглашаюсь. — Ладно, мне пора. Прощайте.

— Эй, одаренный. — с издевкой окрикнула меня Владлена. — Удачи тебе спасти наше солнце. Если передумаешь, можешь прийти. Пожалуй, мы найдем для тебя работу и койку.

— Надеюсь мне это не понадобится. — усмехнулся я, телепортируясь наверх. Как бы я не бравировал своей силой — она меня только что подвела, и это очень настораживало. Ведь если я не сумею доставить ракеты на базу — всему плану конец. Возможно дело в силе? Я использовал слишком много во время пересечения пролива и не успел восстановится? А может есть другой фактор, о котором я не подозреваю.

Благоразумие победило жадность, так что, сунувшись на место гибели первого из одаренных я не стал задерживаться. Как Владлена и сказала, ополченцы закопали его живьем, но точное место не указали. В тепловизоре я видел только неровную поляну, еще недавно бывшую детской площадкой. Погнутые качели, опрокинутая на бок горка. Ничего необычного, если не считать разбросанных, то тут, то там ошметков тварей.

Перерывать в темноте этот участок в поисках захороненного тела, значило постоянно подвергаться опасности быть растерзанным. Уходить в бестелесность — а как тогда копать? Так что я просто сделал себе пометку на будущее и отправился дальше.

Когда я добрался до места погребения второй одаренной — лишь горько усмехнулся, на столько дикой и жуткой одновременно была ситуация. Поле действовало точно, как описали в поселении выживших, вот только с местом они немного ошиблись. Был пятый этаж — а стал первый. Аномалия привлекала живых существ, даря блаженство и вызывая жуткое желание защищать определенное место.

— Да, лучше защитника найтись не могло. — хмыкнул я, глядя на разрушившего здание титана, усевшегося на бетонные обломки. По клюву твари нельзя было сказать улыбается рептайд или нет, но мне почему-то показалось что он сидит в полном блаженстве.

Судя по множеству раздавленных и растоптанных тел его младших сородичей — племя рептайдов двигалось для захвата новой области, когда один из них случайно забрел в аномалию, кинулся на других. Началась драка, привлекшая внимание старшего, и вот тут у остальных не осталось ни единого шанса.

Вряд ли я ошибусь, предположив, что центр аномалии находится где-то под обломками. Проверять собственную ментальную устойчивость, после кровавого жертвоприношения я бы не стал. Пусть Кукловод и обещал, что я стану невосприимчив к контролю, но это лишь слова. До сих пор у меня в интерфейсе осталась чернеть неоткрытая иконка способности, которую я забрал с тела Магистра. Даже не знаю, что это.

Я посмотрел наверх. Непроглядная темень, окружающая планету, давила не только на психику. Она пожирала тепло, не пропуская солнечные лучи, а еще в разы уменьшила восстановление энергии всеми способами. Хотя, может я просто начал получать столько же, сколько и остальные.

За убийство рептайдов у входа в поселение — я только сумел восстановить потраченное во время переправы. Один к одному. Ни поднять навык, ни вложить в новую способность. А прошедшие дни я полностью потратил на восстановление сил и тела. Принудительная регенерация, после которой от шрамов не осталось и следа.

— Можешь охранять свое сокровище пока не сдохнешь. — усмехнувшись произнес я, издали глядя на титана. Я мог бы его убить… возможно. В прошлый раз я не справился без артиллерийской поддержки, которую сейчас взять негде. Но я сильно изменился с тех пор, и выучил множество трюков. Но… сейчас рисковать нельзя.

Если Кукловод обманул или счел договор, между нами, изменившимся, из-за моих действий, может оказаться что я просто прикончу Титана, а потом сменю его на посту, став новой наседкой, охраняющей аномалию до конца своих дней. Вот только в отличие от меня черепаха может сидеть тут хоть несколько месяцев. Метаболизм позволяет. Да и еда у него под ногами валяется, судя по разорванным телам, он не брезгует каннибализмом.

Обойдя Титана по широкой дуге, я отправился дальше на север. К островам. И единственное что меня смущало — область в полквартала, откуда не возвращались разведчики ополченцев. Самое простое решение — не рисковать и обойти ее по широкой дуге. Пусть я и отвлекся, но сроки поджимали и попади я в ловушку…

Больше всего меня беспокоили сбои в работе телепорта. Еще несколько часов назад я был твердо уверен в том, что они связаны с блокировкой зон. Со способностями тысячи Ааба или защитой логова дракона от перемещения. Но сейчас, когда я не смог открыть врата на базу разведки, да вообще в сколько-нибудь отдаленное место, это могло стать проблемой.

Толку, от того, что я найду ракеты, если я не смогу их доставить?

Пока я пробирался через развалины Красносельского района, в голове бродили самые разные предположения. Самое радостное из них — я просто слегка растерял форму, поэтому не могу рассчитать прыжок на дальнее расстояние. Не лучший вариант, но и не худший. Это всего-то значит, что мне придется накопить энергию и разблокировать дополнительные навыки.

Второй вариант, ничуть не менее логичный — воздействие наставника подземников. Именно пирамида, находящаяся на востоке Москвы, и защищающая находящиеся под ней катакомбы, блокировала радиосвязь и уничтожала все разведывательные аппараты. Она же защитила нас от вторжения с той стороны, без следа уничтожив флот врага.

Последний, и самый худший вариант, пришедший в мою голову — способности ограничивает Голод. Аналитики говорили, что божественный монстр уже начал вытягивать энергию наших душ, даже находясь на таком гигантском расстоянии. И если верно это предположение, то я ничего не сделаю. Как и никто другой.

Что делать тогда? Что я вообще смогу?

Отогнав депрессивные мысли, я решил сосредоточится на главной задаче, а остальные решать по мере их поступления. Пока я могу телепортироваться на сто метров, без затрат энергии, любые преграды мне нипочём. Кроме… разве что туманной пелены, которая полностью перекрыла видимость.

В другое время я бы подумал, что это природное явление. Утро скоро, солнышко нагревает выпавшую росу возле реки, в низине поднимается туман… Вот только солнышко наше сожрал совсем не стихотворный крокодил и никакого утра не предвиделось пока мы с ним не разделаемся. А значит и туман в этом месте ничего естественного представлять из себя не может. Вот только путей обхода я не видел, дальности ПНВ не хватало.

Выругавшись про себя, я потратил полчаса, чтобы обойти туман со стороны, но наткнулся на водную преграду. Хуже того — в ней отчетливо виднелись светящиеся пятна. Похоже у медуз не осталось конкурентов, и они быстро плодились и отъедались, привлекая рыб и рептилий, стремящихся к свету.

Повторять опыт с потерей сознания я не собирался, так что нацепил костюм радхимзащиты, прибереженный для входа в пусковые шахты, проверил его герметичность, и только после этого спустил на воду гидроцикл. Стоило мне включить самый малый газ, как целый пласт тварей направился в мою сторону, вытягивая щупальца. Я поддал скорости, стараясь уйти из окружения, и в этот момент увидел, как пятно света увеличивается.

Оно разрасталось быстрее чем я плыл даже на максимум выкрутив газ, и спустя всего минуту, стало понятно, что мне от него не убраться. Никаких сомнений, в том, что эта дрянь несет угрозу, я не испытывал, так что сделал единственное, что оставалось — держался ближе к берегу, так чтобы неведомому монстру пришлось выбираться на мелководье.

Квадроцикл-трансформер без труда преодолевал небольшие завалы, уходящие под воду, и я специально выбирал пересеченную местность. Тогда твари приходилось отступать, чтобы затем вернуться, обойдя рухнувший и покрытый водой дом. Я мог в любой момент выехать на берег, но с этой стороны меня подпирал туман. А нужно мне было вообще на остров, находящийся за небольшим проливом.

— Что-то эти горы достали за Магометом бегать. — пробормотал я, наблюдая за пятном света, диаметром в сто пятьдесят-двести метров, почти полностью перекрывающим поле видимости ПНВ. Придется рискнуть… и здесь главное чтобы у твари не нашлось другого способа воздействия на воздух, кроме как испарения.

— Ты сможешь. Это же всего одна цепь телепортов. — подбодрил я сам себя. Если карта Владлены окажется ошибочной, я отправляюсь в никуда, с достаточно серьезным шансом просто никогда оттуда не вернуться. С другой стороны, выбора у меня похоже все равно нет. Разве что пытаться сразится с медузой размером с футбольное поле.

— Три… два… Поехали. — я сорвал гидроцикл с места, отправив его перпендикулярно земле. В то же время на моем пути начал набухать полутораметровый пузырь. Не дожидаясь столкновения я телепортировался в сторону и понял что пузырь не один — их множество по всей поверхности медузы.

Несколько секунд мне еще удавалось уходить от них и перепрыгивать, но затем светящиеся пузыри начали подниматься в воздух, и я понял, что столкнулся с настоящим охотником на скатокул. Если кракен лакомился ими время от времени, ловя своими щупальцами исключительно на удачу, то эта тварь явно приспособилась к своей добыче.

Гигантская медуза поднималась со дна, выгоняя более мелких, но чрезвычайно мобильных хищников к поверхности. Затем заставляла их выпрыгивать и надувала пузыри с нервнопаралитическим газом. Попади в такой летающая рыба, и она рухнет прямо в щупальца медузы уже не в состоянии сопротивляться.

К счастью моему водометному двигателю на газ было наплевать. Гедроцикл врезался в один из поднимающихся пузырей на полной скорости, тот лопнул, оставляя после себя медленно угасающее облако, а меня порядком тряхнуло. Полупрозрачное щупальце, которое я не брал в расчет, скользнуло по днищу, едва не перевернув мою лодочку.

В следующий раз мне могло так не повезти, и пришлось лавировать между ловушками, телепортируя гидроцикл, прыгая из стороны в сторону и даже подлетая на волнах. Но когда в ПНВ впервые мелькнуло здание, пузыри начали подниматься сплошной завесой. Сцепив зубы, я в последний раз ускорился, направляясь прямо на светящуюся стену, но в последнее мгновение спрятал квадроцикл в подпространство и телепортировался вверх.

Тварь каким-то образом почувствовала, что добыча ушла выше, и шары немедля взмыли в воздух. Теперь стали видны щупальца, покрытые бахромой, тянущиеся к каждому из пузырей, но благодаря этому я наконец мог найти между ними безопасный маршрут. Десять секунд, почти километр, и я приземлился на берег.

Вот только мое сердце сжимала своей ледяной хваткой смерть. Я немедля влил почти половину энергии в регенерацию, но схватившись за грудь еще минуту не мог подняться. И только через несколько секунд, когда сердце вновь забилось — сумел вновь вздохнуть. Правила изменились, и мне очень не нравилось, к чему все идет. Надеюсь, у Бориса все под контролем, и он не переусердствует, иначе он своими пророчествами заработает кровоизлияние в мозг.

Едва придя в себя, я поднялся и проковылял ближе к заброшкам, подальше от воды. Осмотреться с помощью ПНВ далеко не выходило, но того, что я видел оказалось достаточно для оценки ситуации. До высоты третьего-четвертого этажа здание оказалось облеплено характерно воняющими водорослями. Но большая часть развалин еще недавно полностью находилась под водой.

После инфаркта я решил не рисковать и вызвав квадроцикл медленно, со скоростью километров двадцать, начал объезжать развалины, юля между ними по открытым участкам. Не торопился, приходя в себя, но и медлить не стал. Пересечь островок, который был обозначен на карте Владлены буквально двумя мазками, оказалось делом пяти минут, но дальше меня ждал приятный сюрприз.

Из-за падения температуры и отсутствия приливов вода в этом месте отступила и передо мной оказался узкий перешеек, ведущий к соседнему острову. Похоже раньше здесь была промышленная зона, и две параллельно идущих ветки железной дороги, словно мост, проходили над едва колышущейся водой.

Слишком соблазнительно, чтобы оставаться безопасным, но будто у меня есть выбор? Либо по шпалам, либо прямо по воде, и я, пожалуй, остановлюсь на первом. Убрав большую часть квадроцикла в подпространство, для снижения веса, я наехал на пути и сжав зубы, выкрутил ручку газа.

Никому не советую ехать на жесткой подвеске по шпалам. Даже если очень надо. Мой транспорт все же не был полноценным вездеходом и трясло меня не по-детски. Хорошо хоть укрепленное изменением тело выдержало такое испытание без последствий, но все неудобства с лихвой искупила безопасность.

Меньше чем на половине пути вода по обеим сторонам перешейкам забурлила, начала накатывать волнами, и в следующую секунду, вслед за волной, на рельсы начали лезть черви — щупальца. В начале не смело, но с каждой секундой все более плотным потоком. Осознание что проехать я не успеваю пришло сразу.

Телепортироваться? Расстояние слишком большое, мне понадобится минимум три прыжка, а я еще от прошлого эксперимента не отошел. Зажав газ, я привстал в седле, стараясь удержаться на рельсах, и в этот момент щупальца потянули пути в разные стороны. Металл, казавшийся монолитным, начал скрипеть и подрагивать.

Не успею — мелькнуло в голове осознание, когда шпалы под колесами качнулись. Бежать — не выход. А значит нужно сражаться. Но как биться с монстрами, прячущимися в глубине, у которых видны только отростки? Расходовать ставшие на вес золота гранаты? Выход, хоть и рискованный, был. Но лишь один.

Глубоко вздохнув, я одним движением сорвал с себя костюм РХБЗ, отправив его в подпространство, и мгновенно ослеп в окружающей темноте. А в следующую секунду мне пришлось зажмуриться от блистающих молний, бьющих в рельсы по обеим сторонам дороги. Сейчас я был словно тесло-лампа в ночи. И по мою душу уже собирались хищные твари всех мастей, но мне это было не важно. Отбиться сейчас — главное.

Пахнуло сгоревшей рыбой, или другими морепродуктами, даже приятно, учитывая обстоятельства. Некоторые из щупалец так и остались на рельсах, приварившиеся намертво, другие ушли под воду, которая вскипела от драки монстров, сражающихся за останки своих менее удачливых сородичей. Я же выудил очки ночного виденья и вновь зажал газ.

Вскоре у меня за спиной рельсы начали подрагивать вновь, а когда я добрался до противоположного берега — они и вовсе, со скрипом ушли под воду. Но меня уже заботило совсем иное. Встречающая делегация из десятка тварей, отдаленно напоминающих людей. Через ПНВ было не разглядеть цвета их кожи, но я не собирался приближаться, чтобы посветить на них фонарем.

Вывернув руль, я ударил по газу, уходя вдоль береговой линии, и твари мгновенно бросились следом, показывая, что прекрасно ориентируются в темноте. И это было неприятным сюрпризом, ведь я, в отличие от них, видеть мог только через очки, сильно сужавшие угол обзора. Но хуже всего — островок оказался слишком мал, а берег — извилист.

В очередной раз вылетев за угол, я чуть не врезался в стену. Пришлось врубать бестелесность и одновременно прятать все лишнее. Я проскочил сквозь обломки бетонной коробки и вылетел прямо посреди ожесточенного сражения. Мгновение потребовалось мне чтобы осознать изменившуюся картину.

Черные гуманоидные существа, с тощими длинными конечностями, когтями по двадцать сантиметров бились насмерть с ожесточенно рычащими и размахивающими примитивным оружием рептайдами. Черепахи были того же роста, но в несколько раз шире, их защищал плотный костяной панцирь, а клюв выдерживал даже прямой удар по морде, но они все равно проигрывали — ведь в полной темноте ориентировались только на звук.

Вот, рядом со мной, тощий черный, напрыгнул на рептайда сзади, вскарабкался по его панцирю, и тут я вздрогнул. Голова капля, без носа, ушей или каких-то других неровностей, вдруг распахнулась, словно ее разломили напополам. Жуткая пасть, полная треугольных и игловидных зубов, сомкнулась на башке рептайда, а через мгновения во все стороны брызнула кровь. Не спасла даже чешуя.

Едва разминувшись со схватившейся не на жизнь, а насмерть, парой я телепортировался прочь, и в этот момент в свалку ворвались мои преследователи. При этом несколько из них бросилось мимо других противников, намереваясь достать именно меня. Я среагировал на уровне инстинктов, тем более что кончики пальцев до сих пор покалывало.

Яркая молния ударила в ближайшую тварь, развалины на несколько секунд осветило, и рептайды замерли, с восторгом и удивлением глядя на меня. А затем черные бросились со всех сторон и мне пришлось вновь активировать ток, защищаясь от ближайших тварей. Но в этот раз, на удивление, я оказался не одинок.

С грозным ревом, один из рептайдов снес черному, бегущему ко мне башку, и показав пример сородичам встал ко мне спиной. Так чтобы молнии не слепили, а лишь подсвечивали врагов. Я засомневался, но все же остался на месте. Тем более что остальные черепахи не стали меня атаковать, сосредоточившись на черных.

Племя сражалось с тихим клекотом, напоминающим птичий. Острые клювы, с зазубринами-зубами, щелкали, перекусывая конечности и шеи врагов, но те все прибывали. Мне пришлось отступить, поднимаясь выше по обломкам, и рептайды поступили так же. Кольцо тварей вокруг меня неуклонно сжималось, и, хотя черепахи были куда сильней отдельного врага — те брали массой.

Черные, будто вылитые из обсидиана, монстры, напоминавшие неумело вылепленные детской рукой, человеческие фигурки из пластилина, бросались на моих нежданных защитников со всех сторон. Но теперь, в свете молний, у них появился призрачный шанс. Бронированные кулаки разбивали головы нападающих словно спелые тыквы. Зазубренные копья и клинки — рубили врага на части.

Но меньше черных не становилось. Наоборот, обнаружив желанную добычу они с утроенной яростью бросались на нас с разных сторон. Лезли через головы соратников, стремясь как можно быстрее вонзить свои игольчатые зубы в наши тела. И даже неутомимые рептайды махали своим оружием все медленней.

А у меня начали отниматься руки. Молния, проходящая через золотую татуировку, не только заставляла все мое тело светиться, но и выкручивала прилегающие ткани. Я зажаривал тварей, указывая на них пальцем, но и сам страдал от отдачи. А врагов меньше не становилось, наоборот, они будто стекались со всего островка.

Тогда я сделал то, что должен был с самого начала. Телепортировался выше, уходя от рептайдов, а затем выхватил из разгрузки ракетницу и выпалил осветительным зарядом в небо.

Крошечное солнышко зажглось в ста метрах над нами, освещая развалины, и я наконец сумел разглядеть как тьма растекается с убитых тварей, прячется в тенях, словно вода собирается в лужицы и уходит к другим монстрам. Ее ростки расходились по сторонам, усиливая оставшихся на ногах черных, но хуже всего — она толчками входила в обезглавленные тела рептайдов.

Увидевшие своих врагов черепахи начали сражаться с новыми силами. Вожак, первым догадавшийся встать ко мне спиной, что-то кричал на своем птичьем языке, ему вторили оставшиеся в живых, а затем он посмотрел на меня, и кажется поклонился. Не знаю, движение было коротким и смазанным, к тому же фигура существа не располагала к нашим привычным поклонам, спину он согнуть не мог.

Вот только следующий жест я прекрасно понял. Вождь взревел, ткнув подобранной шипастой дубиной в нужном мне направлении, и все рептайды бросились толпой в одну сторону. Они проламывали толпу врага своими телами словно тараном, и мне ничего не оставалось, как броситься вслед за ними по расчищенному пути.

Кровавая просека быстро смыкалась у меня за спиной. Я кожей чувствовал десятки вытянутых ко мне когтистых лап. Но пока все получалось. Толпа врагов кончилась через несколько минут, и мы вырвались на открытое пространство, но рептайды и не думали замедляться. Наоборот, постоянно оглядывались, и видя, как ракета опускается все ниже, прибавляли темп.

В последнюю секунду, между спинами рептайдов я увидел, что мы на полном ходу мчимся к затопленным развалинам. К упавшей набок двадцати-этажке. Но замедлять бег никто не планировал. В том числе и я. Вместо этого я высмотрел впереди удобный выступ, на ставшей крышей стене. И в момент, когда черепахи на полном ходу, поднимая тучи брызг, врубились в воду — я телепортировался на край здания.

Не дожидаясь, пока минутные союзники сообразят в чем дело и рассыпятся в комплиментах я побежал по дому, перепрыгивая окна, и оказавшись на противоположной стороне прыгнул как с вышки в бассейне. В последнюю секунду, прямо перед водной гладью, телепортировался, заодно меняя вектор, и тут же достал гидроцикл.

Несколько минут я еще слышал рычание и громкий клекот за спиной, но они еще долго разносились над водной гладью. Я же, сверившись с картой и убедившись что двигаюсь в верном направлении, выкрутил ручку газа и даже привстал, чтобы меньше скакать на волнах. Если я все правильно рассчитал, следующий остров будет только через три километра.

Но это не точно, ведь дроны разведки сюда не летали, а превращенная в архипелаг Москва совершенно не соблюдала старую карту высот. Мне оставалось только надеяться на точность прогнозов аналитиков и предвиденье Бори. И если честно, на первое в текущей ситуации я не поставил бы и остатков жира из банки с тушенкой.

Кромешная темнота вокруг не позволяла расслабиться не на секунду. Скатокулы вились вокруг, угрожая сбить с гидроцикла, и постоянно держали в напряжении последний час. Но они же подсказали о приближении земли. Вернее, небольшой отмели, позволившей нескольким крышам зданий оказаться над поверхностью воды.

Хищные твари выпрыгивали с глубины, разгоняясь и выныривая с бешенной скоростью. Это было их главной силой, но в той же мере и слабостью — расстояние для разгона им требовалось не малое, и когда на их пути стояли скрытые в морской пучине дома — твари атаковали реже.

Я порядком вымотался, используя бестелесность и телепорт, уворачиваясь от нападений и областей с медузами, и сейчас откровенно отдыхал сидя на первой встретившейся крыше. Оправдание для привала нашлось более чем существенное — в указанной точке острова не оказалось. Не нашлось даже отмели, и я еще час двигался наугад, стараясь держать направление.

Не выходило. Единственный мой ориентир — едва виднеющаяся, уходящая в небеса колонна света от наставника подземников. Но она была не за спиной — а чуть правее. И точного ее расположения никто не знал… На снимках пирамиды не нашлось — она скрывалась в туманном облаке, а приблизившиеся дроны уничтожала.

В результате, прикинув направление и примерно рассчитав дальность на коммуникаторе, я понял, что погрешность в вычислениях у меня уже сейчас — плюс минус десять километров. С такой точностью можно было дальше вообще не двигаться. Можно с легкостью отправится в океан, и никогда не найти землю. Учитывая обитающих вокруг тварей и полную неизвестность — это «никогда» может быстро закончится.

Компас — безбожно сбоил, стрелка дергалась из стороны в сторону, или крутилась, хотя я не двигался с места. Подумав на проблему с татуировками, я отошел чуть в сторону, но ситуация в корне не изменилась. По понятным причинам ГЛОНАСС и ГПС тоже отсутствовали, как и прохожие, у которых можно было бы спросить дорогу.

Не добавляла оптимизма и дальность работы ПНВ — на максимальном ИК фонаре — до километра, реально же — не больше половины… и вокруг одна вода. Как в таких условиях найти хоть какие-то ориентиры? Самый простой способ, который пришел мне в голову — нырнуть поглубже и посмотреть номер дома подо мной.

Единственная проблема — так глубоко я никогда не нырял, дайвингом не увлекался, да и акваланга у меня с собой не было. Что там, даже маски с кислородным баллоном. Был, правда, костюм РХБЗ, но у него противогаз, а не замкнутая система дыхания. И в любом случае — для ныряния он не предназначен, как и для дыхания под водой.

Трезво оценивая свои шансы против скатокул или кракена в воде, я даже не надеялся на победу, а значит нужно всеми способами избежать такой схватки. Задержать дыхание, чтобы проверить содержимое квартир верхнего этажа и найти документы? На сколько? Минут на пять, учитывая, что я понятия не имею какая там планировка и где что лежит.

По всему выходило что мой единственный разумный шанс — нырнуть с помощью бестелесности ускорив спуск, увидеть номер дома, а затем телепортироваться на верх используя врата. В принципе — ничего сверх естественного. Фонарь у меня есть, пару минут под водой продержится, дыхание на этот срок я задержу. Больше всего меня смущал шанс столкнуться с противником, но сбежать я всегда сумею. По крайней мере на эту крышу.

Аккуратно сняв одежду и развесив мокрые вещи на чудом уцелевших антеннах, я подошел к углу. Логика подсказывала что именно на одном из них должна располагаться табличка с названием улицы и номером дома. Не повезет один раз — отдохну и попробую снова. Благо угла всего четыре.

— Ну… поехали. — проговорил я, подбадривая себя. Несколько раз взмахнул руками, будто собираюсь прыгать, а затем спрятал ПНВ в подпространство и шагнул с бортика.

Вода, еще не ледяная, но слишком холодная чтобы в ней купаться, накрыла меня с головой, я подсветил фонарем угол дома, а затем активировал бестелесность и рухнул вниз. Если сквозь твердую среду, вроде стен или предметов, я проходил с небольшим, но усилием, то вода вообще не ощущалась. Я падал, не ощущая никакого сопротивления, а этажи пролетали мимо. Когда свет фонаря уперся в дно, я едва успел отключить способность.

Давление воды тут же обрушилось со всех сторон, выдавливая воздух из легких. Сдержаться оказалось нелегко, но тут же обнаружилась другая проблема — меня начало сносить течением в сторону. На такое я совершенно не рассчитывал, но активно работая руками и ногами сумел удержаться на месте и даже подплыть к стене.

Воздух жег легкие, когда, зацепившись за обломок рамы, я подтянулся к стене и фонарем нашарил надпись. Староалексеевская 5а. Этого было вполне достаточно, и я уже собирался нырнуть в телепорт, когда понял, что способность не работает. Уйти в бестелесность тоже не вышло, как и подчинить водную стихию.

В темноте мне померещилось движение, и я подсветил участок дна. Лучше бы померещилось. Клякса, чернее нефти, ползла по дну в мою сторону, обтекая остовы сгоревших машин и какие-то обломки. Думать, что это за дрянь, было некогда, как и сражаться с ней. Так что я оттолкнулся от оконного проема и загреб всеми конечностями.

Легкие нестерпимо жег сгоревший воздух, но я понимал — лучше не выдыхать. Он добавляет мне плавучести и скорости подъема. Что происходило сейчас в глубине, я не знал и знать если честно не хотел, но спустя несколько секунд интерфейс мигнул, и я сразу же телепортировался на крышу, забрав с собой десяток литров воды, хлынувшей во все стороны.

— Что… что это за хрень была? — пробормотал я, подходя ближе к краю. Сквозь толщу воды оказалось совершенно невозможно разглядеть что происходило ниже, но я решил не рисковать. Привязал веревку к палке химического света и скинул ее с крыши, другой конец закрепив на антенне.

Пока отжимал трусы и проверял одежду, не просохла, но кто бы сомневался — без света и почти без ветра, регулярно поглядывал в подсвеченную хисом воду. И спустя пару минут, стена дома начала окрашиваться в черный. Глухо выругавшись, я быстро собрал вещи и перебежав на противоположную сторону крыши попробовал достать гидроцикл…

Не вышло. Все способности уже блокировало, как и несколькими минутами раньше — под водой. Прыгать и пытаться уйти вплавь? Учитывая, что по воде я ходить не умею — это практически единственный вариант. Отойдя ближе к центру, чтобы взять разбег, я заметил мигнувший интерфейс, и тут же, без раздумий, выдернул квадроцикл-трансформер.

Вовремя, в следующее мгновение способности снова отключились, но я уже был на коне. Не железном, как в поговорке, а больше углепластиковом, но кого это волнует? Электродвигатель дернул колеса, и я сразу вжал газ на максимум. Разогнавшись, я пролетел над краем крыши и плюхнулся метрах в двух от нее, колеса забили воду, без видимого эффекта, так что пришлось включить трансформацию.

Пока квадро превращался в гидроцикл я смотрел как в свете фонаря черная, кажущаяся нефтяной, лужа поднимается над поверхностью воды, обволакивая крышу. В груди похолодело, я вспомнил жижу, выходящую из тел убитых монстров во время совместного сражения с черепахами, и с содроганием представил как эта же мразотная субстанция забирается в мое тело. Но она оказалась тяжелее воды и лишь заполнила крышу, не в силах подобраться к держащемуся на поверхности гидроциклу.

Но спустя всего несколько секунд уверенность в безопасности улетучилась. Лужа начла подниматься, формируя уже знакомые фигуры с тонкими длинными лапами. К счастью, в этот момент трансформация закончилась, и я сумел отплыть дальше, наблюдая за поведением нового монстра с безопасного расстояния, которое постепенно сокращалось.

Вот одна из тварей прыгнула в воду, сделала несколько неуверенных гребков и пошла на дно. Не быстро, все еще продолжая барахтаться, но неуклонно. Все же — плаванье навык доступный далеко не всем существам, даже животные не все умеют держаться на воде, чего уж говорить о насекомых. А это… вряд ли эту субстанцию можно было назвать разумной.

Вот только черная жижа не останавливалась в попытках достать меня. Родившаяся из лужи тварь вытянулась, максимально протягивая в мою сторону когтистую лапу, и сразу несколько других существ встали рядом. Словно опоры моста они позволили черному слизню расплыться дальше, преодолев почти пять метров по воде. А когда очередная тварь вынырнула прямо из пятна, держащегося на поверхности, я плюнул и зажал газ.

К черту. Если это очередной паразит, из тварей сезона жатвы, то нам повезло — он обошел нас стороной. Может оно слишком медленное, поэтому только сейчас подоспело к новому архипелагу? Учитывая скорость распространения — вполне возможно. Даже черепахи плывут куда быстрей. Но учитывая с какой настойчивостью эта дрянь пыталась до меня добраться…

Другой вариант, тоже вероятный, но куда менее приятный — что тварь была здесь все это время, просто ее пугал свет солнца и она держалась на глубине. Тогда понятно почему она выбралась только сейчас, но непонятно почему не появлялась по ночам и во время полуденных наводнений призраков.

Был еще один вариант, но о нем я старался не думать. Уж очень похожа эта чернота была на ту, что сейчас полностью закрыла небеса, отгородив нас от солнца, луны и звезд. Но если эта догадка верна… тогда едва заметный щит, радужной пленкой защищающий нашу планету от Голода, имеет пробоины. И тогда… нет, не думать об этом. У меня есть более важные задачи.

Сосредоточившись на выполнении миссии я достал коммуникатор и вбил найденный адрес. Староалексеевская 5а. Точка на карте нашлась мгновенно, вот только результат меня не порадовал. Выходило что, потеряв ориентиры, я сделал круг и почти вернулся к острову рептайдов. Зато теперь, точно зная свое местоположение я сумел рассчитать вектор движения.

Столб света от наставника подземников постоянно находился у меня за правым плечом. Я регулярно оглядывался, чтобы сверить направление, и мои труды оказались вознаграждены по достоинству. Меньше, чем через час я снова напоролся на торчащую из воды крышу и повторил трюк с погружением. Только не стал убирать квадроцикл, а привязал его веревкой.

Не зря. Лужа оказалась тут как тут, словно мое появление ее приманило. Так что я скорее телепортировался обратно. Обиднее всего оказалось, что у недостроенного здания еще не повесили табличку… но я примерно сориентировался, где под водой должен быть соседний дом и заранее бросив хис выждал, прежде чем снова нырять.

Химический источник света быстро сносило глубоководным свечением, но даже этого освещения мне хватило чтобы заметить — тьма стекается к зданию, возле которого я недавно телепортировался. Нахмурившись, я выждал несколько минут, а когда знакомая жижа полностью облепила стройку — отплыл подальше и прыгнул в воду.

Десяток метров воды промчались передо мной за пару мгновений, я едва успел сориентироваться, но вот выключить способность не сумел. Бестелесность вырубилась сама, без моего желания, а в следующее мгновение сотни черных щупалец потянулись ко мне со всех сторон. Со дна, со стен и с соседнего здания.

Едва заметив надпись на доме, я рванул вверх, изо всех сил гребя руками и ногами. Что сказать, чемпионом по плаванью я никогда не был. И это могло бы стать моим роковым недостатком, но выхватывая лучом непромокаемого фонаря тьму я видел, что она тоже не может плыть вверх. Лишь облепляет все поверхности и тянется своими щупальцами.

Вынырнул я в пятнадцати метрах от скутера, но даже не думал пользоваться активировавшимися дарами. Ну его к черту — себе дороже! Теперь у меня был адрес, направление я подтвердил, гидроцикл при мне, а значит надо двигаться дальше. Как можно, блин, дальше от этой дряни!

Вцепившись в руль дрожащими от холода руками, я выкрутил газ и гидроцикл с места рванул вперед, высоко поднимая нос над волнами. Дальше я мчал не останавливаясь. Только регулярно проверял — виден ли столб света. Последний час приходилось смотреть в ПНВ только одним глазом — столб света стал едва заметен, и приходилось привыкать к темноте, прежде чем разглядеть ориентир. И только когда он окончательно исчез — я сделал перерыв.

Сердце уже успокоилось и перестало бешено колотиться. Я сумел взять себя в руки и прикинуть — что делать дальше, но вариантов у меня было не так много, как хотелось. После потери последнего ориентира я мог только одно — плыть наугад, регулярно ныряя для проверки своего маршрута. Вот только… если ошибусь — могу оказаться над лесом, а у деревьев адресов нет. Как и у рек.

Значит выход один — составить маршрут по городским кварталам, так чтобы подомной всегда была Москва. Вооружившись КПК я тщательно продумал все точки, досконально изучая переходы между поселками и пригородами. Выходило через Мытищи и Черкизово, в Правдинский и Заречье. А вот дальше… дальше наступала полная жопа.

Как я не старался, найти на карте участки, где посёлки срастались — не выходило. Хоть пара километров — но лес будет. А значит придется надеяться на то, что там окажется мельче. Совсем хорошо — если дальше будет подъем, а не провал. Если там будут острова — то, возможно, и выжившие. А даже если монстры, не все так плохо, я с ними уже почти смирился.

Всеми этими рассуждениями я отодвигал главное — очередной прыжок веры в глубину. Нырять, с большой долей вероятности наткнуться на тьму, совершенно не хотелось. Никаких сомнений, что будет, если я попаду в эту лужу не оставалось — меня поглотит и сделает одной из тех тварей. А может просто высосет без остатка, сожрав душу вместе со всеми способностями. Не просто так же эта дрянь их блокирует.

Но нырять было нужно. Так что в этот раз я решил подготовится как следует. Во-первых, подниматься самому у меня не слишком выходит, так что я придумал взять с собой поплавок. Десятилитровую канистру, из которой я вылил питьевую воду. Что поделать — воздух мне сейчас нужнее, а воду и выкипятить можно.

К гидроциклу я привязал хис, бросив его на некотором расстоянии, так чтобы и твари не утащили, и самому в темноте не потерять транспорт. Оставалась самая последняя часть — набраться храбрости. Странное дело, меня уже совершенно не пугали ни спруты, ни рептайды. Даже к шершням-убийцам я испытывал тёплые чувства… по сравнению с новой, бесформенной опасностью, которая могла поджидать в любом месте.

Ждать неизвестно чего, можно было до бесконечности. Но когда я уже морально был готов шагнуть в воду, мое внимание отвлекло странное движение в небесах. Дело в том, что я снял ПНВ, и выключил фонарь, собираясь с мыслями. А хис плавал с другой стороны гидроцикла, поэтому глаза сумели достаточно привыкнуть.

Повезло? Не знаю. Возможно. Сейчас моя нерешительность даже сыграла мне на руку. В свете едва различимого радужного щита я заметил падающую с небес черную каплю. Не знаю, как далеко она от меня была, но с каждым мгновением она все разрасталась, и когда я понял, что летит она куда-то в сторону, а не прямо на меня, по спине пробежали мурашки.

Ведь даже скрывшись за горизонтом эта капля была размером с мою ладонь. А значит в реальности она была размером в несколько километров! Почему она не сгорела в атмосфере во время падения? Почему ее не рассеяло сопротивление воздуха или не остановило, создав подушку из-за трения? Не знаю. Вопросы к нашим яйцеголовым.

Если бы это был метеорит — падение почувствовали на другой стороне земли, а все живое вымерло. Но выждав несколько минут я не почувствовал даже сильных колебаний волн. Энергия? Что если это часть божества — Голода. Не помню, то рассказывал, что призраки зовут себя эфирными или эферналами. Может эта «капля» и вовсе не вещественная?

Хорошо бы. Но что-то я сомневаюсь. Несколько раз глубоко вздохнув я прыгнул в воду, активировал бестелесность и тут же рухнул на дно. Табличка с номером дома нашлась почти сразу, мне повезло. И тьмы не было, или она не успела собраться в этом месте. Так или иначе — через несколько мгновений я уже телепортировался обратно, так и не воспользовавшись поплавком, зато уточнив свое местоположение.

Дальше я двигался строго на северо-восток, делая погружения каждые десять минут. После третьего даже одеваться не стал — было лениво. А после шестого — наоборот, как следует протерся полотенцем, оделся и напялил сверху костюм РХБЗ. Стоило как следует промерзнуть и всякую лень как рукой сняло.

Мытищи я преодолел без особых проблем. Чуть не выскочил в сторону лесопарка и мемориального комплекса, но вовремя нырнул и сменил направление. Постом в голову пришла «отличная» идея — опускать хис на веревке, чтобы проверять, есть подо мной здания или нет. «Отличной» она оказалась, потому что спустя всего минуту веревку оборвали, а источник света скрылся в чьей-то пасти. При этом меня чуть ен сдернуло с гидроцикла.

Но ориентироваться без света было невозможно, так что пришлось искать выход. Решение, хоть и не самое лучшее, пришло спустя несколько неудачных экспериментов. Я отправлял веревку вместе с источником света в подпространство, так же как делал с языком хлыста, а после вынимал их только в нужном мне месте.

Спустя десяток минут мне пришлось забыть об ориентировании, уходя от стаи выследивших меня скатокул. Твари заметили источник света с нескольких сотен метров, а дно ушло слишком глубоко, давая им пространство для маневра. Так что мне оставалось только прыгать из стороны в сторону, и молиться, что не сбился с направления.

Сколько это продолжалось… Минуты? Часы? Совершенно вымотавшись, я дважды полностью уходил в бестелесность, задерживая дыхание и ныряя под воду, только чтобы скрыться от преследователей. К счастью, там, где охотились скатокулы, не было ни медуз, ни тьмы. И наоборот.

Когда сил прятаться и убегать уже не осталось, неожиданно атаки прекратились. А может все было наоборот, и организм, понявший что немедленная мучительная смерть ему не угрожает — позволил себе расслабиться? Так или иначе, я сидел на гидроцикле, уткнувшись лбом в руль и тяжело дыша, когда на воде промелькнул далекий красный блик.

Вскинув глаза, я быстро огляделся, безошибочно найдя взглядом опускающуюся красную сигнальную ракету. Далеко, километра два, судя по высоте полета. Но главное — есть ракета, значит есть и люди! Или по крайней мере разумные существа. А я так задолбался бороться с водной стихией и тварями из глубин, что уже был готов даже на диалог с преданными рабами низших. Да что там, я даже волколаку буду рад!

Выкрутив рукоять газа на максимум, я привстал на гидроцикле, амортизируя удары о воду, и на полной скорости помчался к затухающему огню. Когда в свете ракеты стали видны очертания домов, и не высоток, а низеньких пятиэтажек и частный сектор, я вообще был в восторге, наконец земля! Как моряки без нее жизнь выносят?

Но когда в те же очертания появились в ПНВ, не сдержавшись выругался про себя. От самой воды, вглубь суши, шли, поднимаясь из черной жижи, уже знакомые тощие фигуры. И никак их было не обойти. Метров через двадцать от воды, в сплошном потоке «нефти» появлялись проплешины, и только через сто, на грани видимости моих очков, была земля, на которую не страшно ступить.

Вот только я прекрасно помнил, как любые способности отключаются в непосредственной близости от субстанции. Проехать по ней? Нет. Я еще не на столько отчаялся, чтобы рисковать жизнью ради сэкономленных двадцати метров, или половины столбца энергии. Сосредоточившись на стене ближайшей пятиэтажки, я удостоверился что на ней нет черной жижи, убрал гидроцикл и в ту же секунду телепортировался.

Мокрые пальцы соскользнули с подоконника, но я сумел ухватиться второй рукой за раму. Осколки тут же впились в ладонь, я зашипел, но сдержался. Ничего, мелочь. Заживет меньше чем за минуту, регенерация об этом позаботиться. Нужно только перебраться дальше. Тем более что со двора мне послышались странные звуки.

Дважды телепортировались, я понял, что слух меня не обманул, пробираясь через развалины рухнувшего на бок двадцатиэтажного дома люди отбивались от подступающих тварей с помощью мечей, топоров и копий. При этом никаких сомнений в том, что это именно люди у меня не было изначально — кто в гражданском, кто в камуфляже. Но свои.

Твари же перли чуть ли не сплошным потоком, с каждым мгновением набирая все больше скорости и уверенности в движениях. Если у воды они едва брели, то сейчас уже вовсю размахивали своими когтистыми лапами. Вот один из обороняющихся не споткнулся и рухнул на спину, его тут же закрыли щитами, послышался звон и скрежет металла.

Да, их было меньшинство. Отряд явно был обречен на поражение. А значит у них есть только один шанс на спасение.

Дальше я думать не стал.

— Назад! — крикнул я, вываливаясь из телепорта прямо над головами витязей, и ударил молнией по подступающим рядам тварей.

— Мои глаза! — закричал один из выживших за моей спиной, сопровождаемая яркой вспышкой молния ударила по черным мордам тварей. Не понравилось всем, но в первую очередь — пожирателям. Под щупальцами молний их ткани растекались словно плавящийся пластилин. Монстры, оказавшиеся в первых рядах и вовсе — пузырились, а когда с ближайшего черная слизь начала сходить, на землю упал искорёженный человеческий скелет.

— Отходим! — еще раз приказал я, когда на место поверженных тварей полезли все новые, а первоначальный запал способности уменьшился в несколько раз.

— Можно подумать без тебя мы собирались насмерть стоять. — огрызнулся одетый в кольчугу поверх военной униформы парень.

— Спокойно, действуем по плану, ничего не поменялось! — прикрикнул на него мужчина в стальной кирасе, шлеме поверх шапки ушанки, со щитом и топором. Он стоял почти сразу позади меня, прикрывая один глаз. Со вторым что-то было не то, но я глянул лишь мельком. Похоже он был ранен и белок налился кровью.

По команде старшего остальные начали пятиться, и оглянувшись я понял, что в провале между развалинами зданий подвешено несколько комнатных дверей, соединенных в один мост. На прочность его я бы не рассчитывал, но судя по действиям выживших — они были уверены в своем пути отхода, так что мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ними.

— По одному. — удержав парня за руку напомнил старший, когда пацан попробовал запрыгнуть на мостик следом за кричавшей раньше девушкой. Спорить тот не хотел, и вместе с мужчиной они встали по обе стороны от меня, разя напирающих тварей. Действовали слаженно, уверенно — а главное, будто видели все. Хотя ни ПНВ, ни других устройств на них я не заметил.

— Все отходим, я замыкающий. — приказал мужчина, прикрывая туловище большим каплевидным щитом.

— Не стоит. Идите. — возразил я, мужчина задержался лишь на секунду, поймал ближайшую тварь на замахе и рубанул когтистую лапу топором, укоротив ее по локоть.

— Рушим мост! — услышал я за спиной голос парня, и тут же глухой металлический удар. Когда обернулся успел увидеть, что старший группы отвесил юнцу затрещину тяжелой стальной рукавицей.

— Давай, парень! Тебя ждем. — крикнул мужчина, подняв топор. Я кивнул, и не рискуя пробовать действенность телепорта пробежал по мостку. Тут же лезвия топоров обрубили опоры с двух сторон и под весом вбежавших тварей двери рухнули вниз. Видя добычу, они продолжали бежать, но падали в пропасть между развалинами.

— Это их не остановит. — покачал я головой. — Нужно убираться дальше.

— Нет, все как надо. — усмехнулся мужчина, и достал коробок спичек. — Глаза.

Все в группе зажмурились, когда крохотный огонек осветил пространство. Черт, я на столько привык к темноте, что даже мне ударило по сетчатке. Но через мгновение это стало не важно — спичка улетела вниз, и я наконец понял, что меня смущало — густой запах бензина, поднимающийся из расщелины между домами.

Громыхнул взрыв, и теперь уже мне пришлось зажмуриться и отойти от края, чтобы элементарно не спалить одежду. Огонь легко поднялся на высоту третьего этажа, и я, прищурившись взглянул вниз. Похоже ребята постарались на славу, и не только полили все бензином, но и накидали груды мебели.

— Отлично, гореть будет день минимум. — удовлетворенно хмыкнул мужчина, отворачиваясь разлома. — Вождь будет доволен. Идем, у нас есть пара часов на отдых.

— Вы похоже знаете, как бороться с этими тварями. — заметил я, отходя вглубь помещения. — Но раньше я таких гигантских костров не видел.

— Этот первый. Ты присаживайся, путник, угостим чем есть. — сказал мужчина, проходя дальше. — Лина, Семен — на страже, остальные можете отдыхать.

— У меня тоже найдется немного еды. Даже кое-что из деликатесов. — отозвался я, выставляя на стол банку с консервированными персиками. Одна из девушек увидев еду с сожалением цокнула языком и отвернулась. — Не отравлено. Можете забирать.

Я улыбнулся, в открытом жесте раскрыв руки, но она лишь отвернулась и еще раз цокнула. Ну что поделать, не доверять чужакам в нынешней ситуации — понятное желание. Это я могу себе позволить с раскрытыми объятьями к монстрам выходить — потом просто уйду в бестелесность или телепортом. К слову, одну из точек, неподалеку, я держал для отступления.

— Прости ее, мы только перед выходом плотно поели, так что сейчас никто не голоден. Да и не любит она персики. — сказал старший группы, да только я заметил как дернулась щека девушки при этих словах.

— Ничего страшного. Я вам банку оставлю. Не последняя. — спокойно сказал я, присаживаясь за стол. — Я Эвак, из группы выживших под СВР, Южное Чертаново.

— А я Лесник, будем знакомы. — улыбнулся мужчина, протягивая мне ладонь в перчатке. Рукопожатие оказалось крепким, но не давящим. Может так броня влияет, но словно деревяшку потрогал. — Далеко тебя занесло. Служба?

— Да. По-другому бы я сюда не сунулся. — не стал скрывать я. — У вас суша далеко идет? Проход за Пушкино остался?

— Карту что ли обновляете? В таких условиях? — нахмурился Лесник. — Дело конечно нужное, только странно что этим один человек занимается, у вас же должны быть БПЛА… зонды всякие, разведывательные.

— Есть, но эту область раньше не исследовали, а сейчас понадобилось — но пока не работают. Вот солнышко выйдет, тогда снова все взлетит. — улыбнулся я. Благодаря пожарищу в десятке метров ПНВ можно было наконец убрать, и я рассмотрел выживших, чувствовавших себя в разрушенной квартире вполне комфортно.

То, что я в начале принял за шапку-ушанку оказалось старым шлемом, с защитой-крыльями прикрывающими щеки. Римский, кажется. Кираса же была совершенно из другой эпохи — ближе к крылатым гусарам. В целом Лесник, как и остальные в комнате, был одет во что придется, не особенно заморачиваясь за историчность и сконцентрировавшись на эффективности доспехов. То же можно было сказать и об оружии.

Но меня смутило другое. Теперь, в свете огня, у всех них глаза отливали красным. Не прожилки лопнувших сосудов, а полностью красные белки с черной точкой зрачка посредине. Кожа — бледная, нездоровая, так что в другой ситуации я бы сказал, что все они больны или вообще не являются людьми.

Но охотники не стали бы так выряжаться — у них отличное холодное оружие и броня. Тем более не пошли бы на это Старшие. Значит одно из двух — либо болезнь, либо способность одного из них. Может препараты? Я бы поставил на второе, учитывая, как уверенно держится Лесник, и что он является главой группы, скорее всего и одаренный тоже он.

— Значит разведка все еще в деле? — хмыкнул Лесник. — Было бы замечательно…

— И разведка, и армия, и даже несколько десятков тысяч выживших. — решил я подбодрить группу. — Нам удалось пережить первые атаки и сколотить на юге пять крупных оплотов — крепостей. С авиацией и другой техникой.

— Отличные новости, жаль только, что до нас пока никто не добрался кроме тебя. — вздохнул Лесник. — Ты я вижу по последнему слову техники снаряжён. Электрошокер что надо, очки ПНВ, броник… это же противоосколочный? Так что даже под мышку если залетит — ничего не будет?

— Да, хорошая штука. — кивнул я, не став уточнять что электрошок — способность, полученная после изменения Кристаллидом, а не техническая приблуда.

— Верно, хорошая. — улыбнувшись кивнул Лесник. — Нам бы сотню таких, может поселение Вики пережило бы атаку волков… Но что поделать…

— А что с вашими военными частями? У вас же должны быть здесь несколько рот. Почетный караул при мемориальном комплексе, рос гвардия…

— Есть, как не быть. — ехидно сказала девушка, отказавшаяся от сладкого. — Ой, прошу прощения, были. Пока все не сбежали куда-то на север.

— На север? — я на секунду задумался, в принципе выходило все гладко, если войска отступали, то скорее всего именно к нужным мне установкам и радару. — Возможно у них получилось и здесь организовать оборону? Было бы не плохо. Но я так и не понял, что там с сушей? Далеко идет?

— До самого дикого леса. — ответил мужчина, махнув ладонью. — Дальше никто так и не прошел. А ты, служивый, один к нам пожаловал или нас сейчас на прицеле танк держит? Или может десяток снайперов?

— Снайперы, было бы хорошо. — хмыкнул я. — А что по лесу? Он такой же как на карте? Очертания не поменялись?

— Лесом это назвать трудно, скорее живая тварь, говорят кто-то умудряется с ней договариваться и даже деревья на костры рубить, но мы таких видели всего пару раз, и то — до затмения. — проговорил Лесник. — Может у тебя карта есть? Я бы все точки обозначил, ну там, контуры обрисовал.

— Если у вас своя есть — давайте поменяемся. Я нанес несколько островов неподалеку, если соберетесь налаживать контакты — может пригодится. — сказал я, достав коммуникатор, и еще раз осмотрев компанию. Странно, одного не хватало, хотя я стоял спиной к стене, меня это несколько напрягло, особенно учитывая расспросы Лесника.

— Давай покажу. — еще раз повторил мужчина. Демонстративно оставив топор и щит, он подошел ближе. — Острова, это конечно хорошо, но главное всему…

— Может к нам его пригласим? — вдруг вскочила со своего места «не сладкоежка», да так быстро, что я едва уловил движение, а старший вздрогнул. — Он нам помог с черными, расскажет обо всем. В поселении будут рады.

— Согласен. — сказал от входа парень, который пытался сбросить мост до моего прохода, Семен, кажется. — Пусть Вождь с ним поговорит? Человек явно путешествовал, может много рассказать. А мы его проводим.

— К нам? — задумавшись на мгновение произнес Лесник. — Ладно. Конечно проводим, до нас — точно. Поселение как раз севернее, не возле леса, там только психи остались, но, если ты собирался к военным — тебе по пути.

— Спасибо. — выдохнула девушка, тут же отвернувшись. Не знаю, что сейчас произошло, но на всякий случай я держал наготове и бестелесность, и телепорт. От греха по дальше. Слишком меня нервировала заинтересованность моим снаряжением у Лесника. Впрочем, пока ничего плохого я за ним не заметил, а подозрения могли остаться только подозрениями.

— Так что с картой? — снова спросил я, когда мужчина отодвинулся.

— Сейчас, проверим чтобы головешки хорошо горели и пойдем. — усмехнувшись ответил Лесник. — А там ты и сам все увидишь. Приборчик, кстати, далеко берет?

— Нет. Триста метров максимум. Вот на технике, там да, хорошие ставят, на километры. Но такую дуру с собой не потаскаешь. — улыбнулся я.

— На технике, говоришь. — на секунду нахмурился старший группы. — Да, наверное. А на какой?

— БМД, у нас больше из плавающего ничего нет. — демонстративно пожал я плечами, намекая на то, что без поддержки не обошлось.

— Ну да, это конечно не танк. — усмехнулся в ответ Лесник. — Слушай, я все понимаю, но, если ты с группой пришел, может их позовешь? У нас были кое-какие разногласия с местными вояками, когда они попробовали всех под ружье поставить и от семей забрать. Но то давно было, да и решилось… само-собой.

— Я сам прогуляюсь. Им даже не обязательно знать куда. — решил поддержать я блеф. — Мы вообще мимо идем. Исследуем.

— Ага. Это хорошо. Сейчас… — с этими словами он надел черные очки и выглянул в незатухающее пламя, в которое продолжали падать твари. Я подошел ближе и прищурившись взглянул вниз. Горело действительно хорошо. Жижа сползала с скелетов, но продолжала кипеть и испаряться. Может какая-то часть просачивалась сквозь обломки мебели и уходила в землю, но крайне малая.

— Вот бы их всех так выжечь. — пробормотал я, глядя на неослабевающий наплыв монстров. Вот сразу десяток в попытках дотянуться до нас сорвались вниз, и пламя даже припало к земле, чтобы тут же взвиться с новой силой. Вот только там, где десяток сгорел, сотня вполне могла затушить огонь собственными телами.

— Если так продолжится, они пожар загасят. — решил предупредить я.

— Не должны. Мы эту яму три дня готовили. Два отряда собой пожертвовали чтобы монстров отвлечь. — задумчиво произнес Лесник.

— Будто мы им выбор оставили. — тихо сказал Семен.

— Разговоры! — рыкнул старший группы. — Они пошли на этот подвиг добровольно. Как и мы. Так что не нужно их жалеть.

— Лес! — окрикнула нас девушка, ушедшая в караул. — Дрянь с тыла лезет.

— Ты шутишь? — нахмурился Лесник, и бегом помчался в соседнюю комнату. Я последовал за ними, отметив про себя что всю мебель вынесли. Только стол да пара пластиковых стульев в комнате, где мы в начале сидели. Похоже они и в самом деле готовились давно — и все из дома скидали вниз.

По дороге пришлось снова напялить ПНВ, я в отличие от группы выживших в темноте не видел. Серо-зеленый фильтр почти предавал оттенки, но изображение все равно оставалось однотонным. Зато я легко сумел разглядеть баррикады в подъезде. На лестнице валялись нагромождения из техники, за которую раньше отдавали сотни тысяч. В основном — телевизоры и холодильники — то, что плохо горело, но много весило.

Проскочив в соседнюю комнату, тоже полупустую, мы оказались у окна, выходящего на противоположную сторону от развалин. И здесь стало понятно, от чего дозорная так забеспокоилась. Твари шли плотным потоком, вперемешку — бывшие люди, тощие вытянутые твари с когтистыми лапами, и рептайды, выглядящие как шары на коротких ножках-тумбах.

— Значит эта дрянь и их захватывает. — пробормотал я, глядя на охватывающее здание со всех сторон воинство. Но хуже всего было другое — далеко не все монстры шли к огню, часть перла напролом, забираясь в провалы окон. А другая и вовсе — карабкалась по стенам. И, если, у рептайдов ничего не выходило, похоже черепаший панцирь оказывался слишком тяжел для субстанции, заменяющей им мышцы, то человекоподобные твари медленно, но верно взбирались, преодолев уже три этажа.

— Чем больше выманим на эту позицию и сожжем — тем лучше. — уверенно проговорил Лесник. — Тогда к поселению их тянуть не будет.

— Хорошо бы. — ответила дозорная. — Вот бы всех их тут сжечь.

— Не выйдет. — покачал я головой. — В океане этой дряни куда больше. Правда там она по дну ползает. Если начнет плавать… в общем надеюсь не начнет. Да и вот эти… скалолазы, до нас доберутся самое большее чем через полчаса.

— По дну? — нахмурился Лесник. — А ты откуда знаешь?

— Нырял. — неопределенно ответил я, посчитав что вопрос относится к первой части моего высказывания. — Оно реагирует на… особенных людей. А вы, судя по глазам, совсем не простые. Верно?

— Мы тебе в душу не лезем, и тебе не стоит. — оборвал меня Лесник.

— Вы нашли средство чтобы видеть в темноте? Какой-то препарат? — на всякий случай поинтересовался я.

— Ага. Лекарство. — усмехнулась дозорная. — От всех болезней. Старший, если эта дрянь за нами пойдет… надо ее здесь задержать. Поселение такую атаку не выдержит.

— Я могу часть увести за собой, если покажете дорогу. — сказал я. — Я от них уже драпал, так что опыт имеется. Нужно только знать куда.

— А как же группа прикрытия? — криво усмехнулся Лесник.

— А что им под броней сделается? Затвор у пушки закроют — и они в батискафе, фильтров хватит на сутки. — пожал я плечами, продолжая придерживаться своей легенды. — Но нам надо дальше. А вам это выгодно — еще раз, я могу увести за собой часть монстров. И от вас, и от вашего поселения.

— Это не решит проблему. — покачал головой Лесник. — У тебя нет возможности арт удар запросить? Авиацию?

— Пока солнце не взойдет самолеты не взлетят. Тьма не обычная, так что нет. Разве что какие-нибудь допотопные бипланы без электроники. Арта у нас, конечно, есть, но на такой дальности боюсь разброс будет плюс минус сто метров. — нехотя ответил я.

— Чтобы кварталы разносить — самое оно. — заметил Лесник. — Говоришь можешь увести за собой часть монстров? И как?

— Так же как у вас оказался — с фейерверками. Вряд ли они мою молнию не заметят. — улыбнулся я, пустив разряд между пальцами.

— Нет. Рискованно и бесполезно. — решительно проговорил Лесник. — С нами пойдешь. Вождь с тобой поговорит, и решит, что дальше делать. Семен!

— Да! — почти сразу отозвался парень в кольчуге, появившись в дверях.

— Снимай броню, пойдешь вниз. Придется задействовать запасной план. — сказал старший. — Нику с собой возьми, пусть прогуляется, а то слишком разговорчивая стала.

— Давайте я помогу? Что нужно делать? — спросил я.

— Ничего, оставайся со мной, они справятся. — сказал Лесник, а затем гневно посмотрел на стаскивающего броню парня. — Верно?

— Да, конечно. — чуть отвернувшись ответил Семен. Скинув броню и даже кофту, он остался в одной майке. При этом стали видны рельефные, словно у бодибилдера, мышцы. Но при этом он не казался супер накаченным. Скорее подтянытым и полностью лишенным жира. И лицо вытянувшимся было из-за того же.

Позвав подругу, оказавшуюся в столь же великолепной физической форме, он вылез в окно, и подал руку девушке. Она свесилась, держась только кончиками пальцев за подоконник, перехватилась ему за штанину и встала в выломанную раму ниже этажом. Пожалуй, я бы мог такой трюк повторить и без изменений тела, но я-то тренировался. Промышленное скалолазание было для меня не увлечением, а работой.

Эти же двое действовали словно акробаты в цирке. Легко и слаженно, но со стороны их движения казались излишне рискованными и показушными. Цепляясь, друг за друга, они ползли вниз, иногда находя такие места для креплений, будто не люди, а ящерицы с лапами присосками, так что скоро были на высоте четвертого этажа.

А в следующее мгновение вспыхнуло и в квартиры полетели коктейли Молотова. Не знаю, что они там хранили, или готовили, но бабахнуло так, что взрывом девушку вынесло из окна и Семен в последнюю секунду успел поймать ее за руку. И в этот момент я вдруг понял, что они не слаженная команда, а все их действия — чистая импровизация.

Ника, вместо того чтобы протянуть парню руку, пыталась в полете зацепиться за подоконник, хотя напарник находился ближе. Они не сработались, у них не было времени на слаживание, но тогда откуда такая плавность и точность в движениях? С каждой минутой ситуация с этой группой все больше казалась мне странной. Так же как росло желание побывать в их поселении и выяснить, что там произошло.

Высунувшись из окна, я протянул руку, и поднимавшийся Семен нахмурился, взглянув мне через плечо. Но Лесник лишь свесился рядом, и поймал за запястье Нику, без труда втянув девушку в квартиру. Ее напарник все же принял мою помощь, оказавшись совсем не пушинкой, и вскоре они оба надевали броню.

— Готово. — удовлетворённо хмыкнул Лесник. — Хорошо горит. Как свечка.

— Вы решили собой пожертвовать, отвлекая тварей? — уточнил я, глядя на то, как пламя захватывает этаж за этажом. В квартирах оставалось чему гореть. Паркет и ламинат, пластиковые двери и обои. Даже пожароопасная краска на стенах и подвесные потолки. И все это сейчас полыхало, поднимая столб черного дыма все выше.

— Мы не на столько благородные. — усмехнулся Лесник. — Собираемся! Пора убираться отсюда.

— Наконец. — ответила Лидия, и ее поддержали остальные. Кто громче, кто тише, но все радовались возможности убраться из горящего дома. Тем более что огонь уже начинал припекать. Я хотел было уже раскрыться, предложив эвакуировать всех на соседнюю крышу, когда в окне последнего этажа обнаружился толстый трос, как раз идущий в нужную сторону. Рядом были сложены металлические крючья. По одному на члена группы.

— Я первый. — весело крикнул Семен, и зацепившись за трос спрыгнул вниз. Даже без ПНВ, в свете горящего здания, я видел, как он приземлился на крыше и помахал рукой.

— Все в порядке. Следующий. — кивнул Лесник, а затем повернулся ко мне. — Есть чем зацепиться? Мы на чужих не брали. Не было в планах гостей водить.

— Ничего, у меня карабины всегда с собой. — усмехнулся я, готовясь к скоростному спуску.

Двигаться в центре, с основной боевой группой, да еще и под постоянным присмотром — оказалось совершенно непривычно. Хоть я и понимал, что они мне совсем не друзья, но окружение из вооруженных людей давало едва уловимое чувство защищенности и комфорта, от которых я давно отвык.

Небольшой отряд двигался перебежками, от укрытия к укрытию. Там, где позволяла местность — переходили на крыши домов, держась как можно дальше от поверхности и от воды, которая иногда доходила к самому порогу. Благодаря натянутым тросам и остаткам проводов связи и электропередач — движение было достаточно быстрым.

В некоторых местах я заметил дублирующие канаты, идущие сразу наверх и вниз, с разницей в несколько этажей. Так что, быстро перемахнув пропасть между домами потом приходилось подниматься на крышу по лестнице, и все равно, это было куда безопаснее, чем бежать по улице. Но все хорошее заканчивается. И всегда — раньше, чем хотелось бы.

— Все, дальше частный сектор. — сказал Лесник, когда мы съехали на покрытую волнистым шифером крышу. — Семен, Лина — вперед, увидишь вражин — сразу возвращайся.

— Понял, сделаю. — ответил парень, девушка лишь кивнула. И вскоре они оба растворились во тьме. Судя по их движениям, они видели лучше, чем я с ПНВ. Движения их — плавные и легкие, но очень быстрые — даже у Бориса я таких не замечал. Тут либо годы тренировок, что не реально, либо…

Все могло объясняться только одинаковым даром, но я такого не видел. Хотя, кого я обманываю? Видел и не раз — шаманы рептайдов, загонщики ящеров, охотники волков… вся раса призраков, возглавляемая Кукловодом — обладала одними и теми же чертами. Как он сам сказал — проклятьем. Но на людей это не распространялось. По крайней мере раньше.

Учитывая исключительно физические изменения, можно было сказать, что я окружен заболевшими каким-то неизвестным вирусом. Их худоба, красные глаза, раздражительность — все это могло быть симптомом. Учитывая их реакцию на молнию и огонь — запредельная светочувствительность тоже не была плюсом. Смогут они прожить днем? Большой вопрос.

— Лес разросся. — тихо доложил вынырнувший из темноты Семен.

— Быстро… — выругался Лесник, глядя куда-то поверх крыш одноэтажных домиков. — Придется обходить по территории волков.

— Можно идти в обход, по Серебрянской, а потом… — попробовал возразить Семен, но тут же замолчал под видом главного.

— Нет. Возвращаться не будем. Идем по жд путям, потом от диспансера на восток, через стройку. — сказал Лесник, больше объясняя остальным план, чем оправдывая свои приказы. — Если повезет, наш гость не слишком будет шуметь, и мы проберемся через их территорию незамеченными. Лину верни.

После приказа командира Семен тут же растворился в ночи, а я всерьез задумался — как стать тише. Ботинки на мне не подкованные, шумят не то, чтобы сильно, но и ходить беззвучно я никогда не учился. Самое время попробовать. С другой стороны, как можно снизить уровень шума без навыков? Очевидный ответ — снизить вес и скорость.

Двигайся я телепортами — могу вообще не шуметь, но сейчас это чревато раскрытием себя. Можно сбросить большую часть снаряжения в подпространство, и опять — нет. Что если рядом появится враг с блокиратором? Или еще хуже — та черная дрянь среагирует на применение дара и приползет к нам в самый неподходящий момент?

Приходилось ступать аккуратнее, с пятки на носок, стараясь не сильно отставать от группы Лесника. Они, видя мои старания, даже немного притормозили, стараясь держать меня в центре отряда и прикрывая со всех сторон. Или, держа под стражей, чтобы не сбежал, смотря с какой стороны посмотреть.

Миновав переулок, мы пролезли сквозь порванное стихией и катастрофами ограждение и выбрались на железнодорожные пути. Широкая насыпь и бетонное полотно оказались в хорошем состоянии, еще и выше старой дороги, без опасности затопления. К тому же пути хорошо просматривались в обе стороны. Но долго идти по шпалам не удалось — один из разведчиков махнул рукой, и мы снова свернули.

При подходе к содовым товариществам стало понятно, что Лес здесь не отличался миролюбием. Под разросшимися кустами, усыпанными колючками вместо листьев, валялись обглоданные кости животных и человеческие полуразложившиеся черепа с трещинами и глубокими следами от шипов. Явно умерли они не своей смертью. И судя по тянущимся в нашу сторону ветвям — лес оставался голоден.

— Осторожно, здесь могут быть личинки паразитов. — предупредил я, заметив, что земля в одном месте вздулась горкой. Судя по безразличным лицам сопровождающих, они знали об угрозе, но никак не отреагировали. — Кук вы с ними боретесь?

— У нас иммунитет. — коротко бросил Лесник, не оборачиваясь и не вдаваясь в подробности. Иммунитет? Интересное определение, особенно учитывая опасность этих тварей. С другой стороны — меня они раньше тоже не атаковали, но тут другая причина. И все же — береженого бог бережет. Я старался ступать по асфальтовой дорожке и при этом держаться в стороне от хищных кустов.

— Тихо. — предупредил Лесник, подняв руку и припал к земле. Проследив за его движениями, я заметил двигающуюся параллельно нам группу сгорбленных тварей с волчьими мордами. Эти, как и сражавшиеся со мной в сезон возвышения, не гнушались человеческими плодами труда.

Кроме холодного оружия я сумел разглядеть у одного из них автомат, еще двое сжимали в лапах ружья. У всех был вырвана или спилена скоба, над спусковым крючком. Вероятно, их толстые крючковатые пальцы просто не пролезали, и они решили проблему кардинально. Люди додумались до этого раньше и на некотором оружии скобы даже были съёмными для работы в толстых перчатках.

Я хотел было поинтересоваться «что делаем», но Лесник вжался в землю, и стало понятно — нужно выжидать и надеяться, что враги пройдут мимо. Как на зло, самый крупный из волков рыкнул, а затем пошел в нашу сторону. Я напрягся, достав из подпространства кинжал, и готовый в любую секунду использовать оружие.

Стая небольшая, в принципе я могу перебить ее всю сам даже не рискуя быть раненным. Придется правда использовать все способности и существенно просесть по запасам энергии. Проблема в том, что это полностью раскроет меня перед сопровождающими, сильно урежет возможности при переговорах или в случае опасности. А еще — выдаст мое местоположение для черных тварей, которые чуют применение даров.

Тем временем вожак приблизился уже на десяток метров и на мгновение вздрогнул, а потом, дернув головой, громко чихнул. Со стороны стаи раздались хекающие смешки, словно лаяли гиены, в ответ на это вожак громко рыкнул, и повернувшись к ближайшему столбу выпустил длинную струю, метя территорию.

Присмотревшись, я сумел заметить, что взгляд волка полностью расфокусирован, а огромные зрачки лишь слепо уставились на в одну точку — на столб. Похоже он ничего не видел, ориентируясь только по запахам, от нас же несло гарью, полностью перебивая остальные оттенки. Учитывая количество пожаров — мы ничем не выделяемся.

Закончив свои дела, волк отвернулся и закинув автомат за спину побежал на четвереньках к сородичам. Но только когда вся стая, развернувшись, пошла в противоположном направлении, я с облегчением выдохнул. Еще пять минут мы лежали, стараясь не выдавать себя, а затем в темноте появился Семен, и помахал, показывая, что путь свободен.

— В квартале отсюда их логово. — мрачно заметил Лесник, когда мы обошли несколько домов по большой дуге. — Твари знают, как выбирать себе жилище. Заняли одну из новых высоток, но странно что начали так далеко выбираться из своего логова. Либо осмелели, либо наоборот в поисках пищи уходят все дальше. У вас как?

— Мы до такого не доводили. Большую часть армии вторжения разбомбили еще на подходах. Тех ящеров что к вам должны были сунуться и вовсе ТЯО с лебедей угостили. — ответил я, не вдаваясь в подробности. — Те которые сумели высадится — дождались пока соберутся в большие группы и размочили артой и авиацией, остались только небольшие стаи, по паре сотен голов.

— Небольшие? — ошарашенно спросила вернувшаяся с разведки Лина.

— Да, мы насчитали около ста тысяч, когда их флот подходил к берегам. — ответил я, озираясь по сторонам. Сгоревших домов встречалось все больше, и я думал, что из их окон уже будут торчать ветви поглощавшего все леса, но нет — стояли пустыми. Даже кусты не разрослись. Возможно, грибница, захватывающая наши растения, не сумела добраться до их корней? Или рост остановился из-за фундаментов?

— А мы то думали это у нас весело. — хмыкнул Лесник, присев у остатков железного забора и дожидаясь пока вышедший на перекресток Семен подаст условный сигнал.

— Думаю везде плохо, на сколько — вопрос открытый. — пожал я плечами.

— Это точно, везде. — согласился Лесник, поднимаясь. — Только вам повезло. Вояки не сбежали в панике куда-то на север. Нас бросили, заставив… не мы такие, жизнь такая.

— А вы с ними почему не пошли? — поинтересовался я, стараясь не давить на больное место. Выжившие явно не слишком высокого мнения о военных, хотя винить их в этом глупо. Они словно обиженные дети, а людям всегда проще найти ответственного за все их страдания на стороне, а не брать вину на себя.

— Мы хотели, некоторые даже пытались. — ответила за всех Лина. — Но они поставили кордон, подорвали машины за собой, перегородив проезд. А потом пришли пауки, пожирающие электронику и машины. В стою быстро ничего не осталось, твари бегали по улицам пожирая внедорожники и прячась под капотами, вместо выеденных двигателей. Словно раки-отшельники. Потом притихли…

— После того как пара особенно крупных разворотила пол квартала. Высотку, в которой мы встретились, уронили именно они, просто снеся первые этажи. А потом как-то разбежались, ушли к центру или попрятались. Словно испугались чего-то. — дополнил рассказ Лесник.

— Когда это было? — немного подумав спросил я. — Неделю назад?

— Где-то так. — кивнул Лесник. — Тебе что-то известно?

— Возможно. В это время до наших островов добралась пирамида одного из местных губернаторов. Летающая пирамида, вместе с летающим островом. Типа гигантского крейсера, который обычными снарядами не сбить. — ответил я, вспоминая парящий над волнами гигантский кусок суши, со своими лесами и зданиями.

— Губернатор? — Лесник даже остановился, обернувшись. — Почему ты сказал местных? Это же вторжение инопланетное?

— Тут все сложно. — уклончиво сообщил я, но командир группы лишь хмыкнул.

— Ничего сложного нет. Либо ты говоришь, как есть, либо мы бросим тебя прямо тут. — пригрозил мужчина. — Попробуешь сиять здесь своими молниями — сбежится все округа, чтобы полакомится.

— Мы вроде договорились — вы меня отводите меня к своему вождю, там я и рассказываю. — настойчиво произнес я. Лесник несколько секунд стоял, ничего не говоря, но потом ухмыльнулся и кивнув пошел прочь. Я, вместе с остальной группой, двинулся следом. Но когда до перекрёстка оставалось меньше двадцати метров, раздались оглушительные, в ночной тишине, выстрелы и забор, мимо которого мы шли рухнул.

Первой же очередью волколаки смогли срезать говорившего Лесника. Я рухнул на землю, пропуская выстрелы над головой, но уже в следующее мгновение пришлось откатиться в сторону, рискуя попасть под размашистые удары когтистых лап. Волколаки бросились в атаку всей стаей, и на каждого из нас приходилось по две твари.

— Бей! — хрипя выкрикнул мужчина, и я с удивлением понял, что это Лесник. После таких ранений он должен был валяться помирая, и пытаясь заткнуть пальцами дыры, но вместо этого уже прыгнул на ближайшую тварь с мечом.

Я едва увернулся от насевшего на меня врага. Монстр с неестественной для такого размера скоростью орудовал копьем, зажав его в одной лапе. Во второй он держал небольшой щит, почти не мешающий движению. Оскалив пасть полную острых зубов, он бил, со свистом вспарывая наконечником воздух, и только изменение тела позволяло мне все время уворачиваться, уходя с линии удара.

Отшатнувшись, я перепрыгнул небольшой овражек водостока, и вынужденный шагнуть следом волк споткнулся и на секунду потерял равновесие. Не упуская шанса, я перехватил древко и со всей силы дернул его на себя. Волколак чуть не рухнул, наклонившись к самой земле, выпустил оружие и бросился на меня, на четвереньках.

Его прыжок был молниеносен, но я уже ушел в сторону и полоснул артефактным кинжалом, так что по приземлении голова твари отлетела от туловища, оставляя кровавую дорожку светящуюся в ик фонаре ПНВ. Но насладиться триумфом мне не дали — пришлось, чуть не падая на асфальт, пригнуться.

Над головой просвистело длинное изогнутое лезвие палаша, рукоять которого двумя лапами сжимал вожак стаи. Он умудрился атаковать и меня, и Лесника одновременно. Тот принял удар на щит, но замах оказался такой силы, что мужчину отбросило на несколько метров. Перекувырнувшись в воздухе, он словно кошка приземлился на ноги и бросился к нам, но по дороге схватился с другими тварями, мне же пришлось взять на себя вожака.

Гигант, на груди которого болтался автомат с пустым магазином, размахивал мечом словно пропеллер. Изогнутое лезвие не слишком подходило для уколов, так что он со свистом разрубал воздух, приближаясь с каждым движением. Ловкий, быстрый и умелый, он не оставлял мне ни шанса для контратаки, заставляя уходить в глубокую оборону.

Я уворачивался, уходя от острого лезвия, но долго так продолжаться не могло. Волколаков было слишком много, и полностью сосредоточившись на враге я не сумел почувствовать атаку со спины. В заднюю пластину бронежилета что-то ударило, не пробило, но меня кинуло вперед, и чтобы удержаться на ногах мне пришлось сделать шаг навстречу врагу.

Меч со свистом обрушился мне на голову, и я среагировал инстинктивно — поднял руки, чтобы защититься. Глухо звякнуло по шлему, вдавливая голову в плечи, но удар оказался в несколько раз слабее чем я рассчитывал. А когда волколак снова замахнулся, я понял, что его оружие стало короче на добрых полметра. Артефакт Старших рассек отличную сталь клинка, словно она была картонной.

Враг в растерянности взмахнул укоротившимся оружием, но я уже был рядом — прыгнул вплотную и вонзил кинжал в подбородок, снизу вверх, разрезая мозг и на вылет пробив череп. Тварь, словно не понимая, что уже мертва, сжала меня в когтистых лапах, раздирая кевларовую обшивку бронежилета, но не сумев пробить титановую пластину.

Ребра затрещали, сдавливаемые словно прессом, я с трудом сумел выдернуть руку, и начал остервенело всаживать кинжал в голову и шею твари. Воздух с хрипом выходил из моих легких, я сам рычал как зверь, стараясь выбраться из смертельных объятий. А тварь била подбородком по моему шлему, пытаясь ухватить меня зубами.

Наконец, изловчившись, я уперся левым локтем в шею вожака, отодвинулся и тут же снес противнику голову. Из обрубка вырвалось несколько фонтанчиков крови, заляпав ПНВ, но даже после смерти тварь еще несколько секунд сжимала меня в объятьях. Только отрубив лапу я сумел высвободится и отпрыгнуть в сторону, чтобы увидеть, как остальные разделываются со своими врагами.

Оценив кровавое месиво, я прыгнул на ближайшего волка, насевшего на Лину. Девушка была ранена и с трудом держалась против орудующей булавой твари. У ее ног валялся еще один волк — вероятно тот, кто умудрился ударить мне в спину, но я немедля вернул долг его товарищу. Прыгнул за врага и помня об их живучести перерубил шею.

Не останавливаясь, я превратил оружие в плеть и стегнул по твари в паре метров от меня, пытающейся добить одного из наших. Эффектно отделить голову от туловища не удалось, но язык хлыста намотался на шею врага, и я, уведя его часть в подпространство, дернул оружие назад, заставляя лезвие пройти по кругу. Словно цепная пила, оно без труда врезалось в шею твари, погружаясь все глубже с каждым оборотом, и волк бросил оружие схватившись за рану.

Нерастерявшаяся Лина в то же мгновение подпрыгнула и разможжила врагу череп. Соратник, едва отбивавший атаки, сам воспользовался моментом и в несколько ударов топора отделил голову от тела. Похоже ребята хорошо наловчились сражаться с этими тварями. Если бы не количество противников, они без труда справились бы и без мое помощи.

Обернувшись, я увидел, как Лесник, взяв щит двумя руками, нижним острым концом раскраивает череп последнему из врагов. У его ног валялся сломанный топор, и три туши волков, буквально превращенных в кровавое месиво. На счету остальных — по одному-два. Все в крови, но судя по тому, что держатся на ногах — чужой.

— Это последний? — спросил я, осматриваясь в поисках возможной угрозы.

— Да. — тяжело дыша ответил Лесник. — Но отсюда нужно убираться. Иначе нас догонит другой патруль. Берите все ценное, мне приглянулся двуручник вожака.

— Он его умудрился сломать о нашего гостя. — с ехидной усмешкой сказала Лина, а затем с хрустом вправила собственное плечо. Болтавшаяся плетью рука тут же начала функционировать нормально, и она пошевелила пальцами. Я же чувствовал, как энергия потихоньку стекается в меня, пополняя общий запас.

— Что с твоими ранами, я видел, как тебя задело. — спросил я.

— Пустяки, прошло по касательной. — отмахнулся Лесник, но я отчетливо видел несколько дыр в его кирасе. Крови на нем тоже было больше, чем на остальных. Особенно на лице и подбородке, откуда она стекала словно его тошнило… или если он неаккуратно пил. Совпадение? Не думаю.

— Идем, пока ребята затариваются, посмотрим, что впереди. — переглянувшись с остальными произнес Лесник, в явной попытке увести меня от группы. В этот раз я решил сделать вид что ничего ен вижу и не понимаю. Судя по лицам Лины и еще нескольких бойцов, им нужен был отдых или возможность подкрепиться…

Если они пьют кровь поверженных врагов, кто я такой, чтобы их за это осуждать? Даже дорогие мне люди мучаются кошмарами, стоит мне уснуть рядом. А до разделения с Тали я и вовсе пожирал энергию еще живых людей, лишь бы выжить. Бориса кусал неоднократно, других соратников. Хотя каждый раз это была вынужденная мера, но врагов мне точно было не жаль, так что я отвернулся и пошел следом за Лесником.

— Стая уже знает, что мы здесь. — заметил глава отряда, когда мы замерли на перекрестке. — Вон там, ниже по дороге, комплекс, который они заняли. Согнали туда всех выживших, кого поймали. Несколько сотен. Никто оттуда не возвращался, но сомневаюсь, что с ними делают что-то хорошее.

— Почему вы тогда сами их не атакуете? Освободить выживших, устранить угрозу? — спросил я, но Лесник лишь вздохнул.

— Их слишком много. Нам повезло, что наткнулись на маленький патрульный отряд, обычно их в два-три раза больше. Но и так далеко они не заходят… обычно. — снова хмыкнув произнес собеседник и повернулся ко мне. — Они точно знают где наше поселение, но нас защищают старые толстые стены и решетки, оставшиеся еще с девяностых. Такую оборону нахрапом не возьмешь, а ничего мощнее автоматов и ружей у них нет.

— Хорошо, что они не умеют собирать взрывчатку из пороха. — заметил я. — Если догадаются распотрошить патроны — железные двери и решетки их не остановят.

— Патронов почти не осталось. — отмахнулся Лесник, украдкой вытираясь. — Ни у нас, ни у них. Так что за это я бы не переживал. Да и не особенно они стремятся нашу технику осваивать, и я их вполне понимаю.

— Почему? — не сразу сообразив в чем дело спросил я.

— А зачем? Бензин на исходе, боеприпасы тоже. Мы все машины в ближайших кварталах откачали. Есть заправка, но она до недавнего времени под водой была. Одна из цистерн протекла, а какой-то умник поджег бензиновое пятно, так что море горело несколько дней, пусть и слабо. — ответил мужчина. — Мы в пригороде мегаполиса, и ресурсов по новой тут не найти, хоть тресни. Единственный шанс — подвезут из других областей.

— Это вряд ли. — пробормотал я, и Лесник снова обжег меня взглядом.

— Идем. Раз ты не собираешься нам ничего говорить, послушаем что скажет вождь. — произнес мужчина, и оглянувшись я увидел, что остальные, тоже утершиеся от крови, собрали оружие и доспехи.

Дальше мы бежали особенно не скрываясь, с каждой минутой наращивая темп. Причину такой спешки объяснять было не нужно — позади не раз раздавался гневный волчий вой. А вот со скоростью были неувязки, я справлялся, и несколько раз притормаживавший группу Лесник наконец заставил бойцов выложиться по полной. А через полчаса петляния по разрушенным кварталам мы, дважды свернув, оказались у окруженного выгоревшими стволами приземистого здания, в окнах которого не видно было ни огонька.

— Что-то не так. — заметил Лесник, останавливая группу. — Нужно проверить… Сема, оставайся с гостем, остальные за мной.

— Эй, уверены что хотите оставить меня с парнем который дважды пытался от меня избавится? — хмыкнув спросил я.

— Здоровое недоверие к чужакам. — ответил Лесник. — Головой за него отвечаешь. Пошли.

Через несколько мгновений группа растворилась в обожженных кустах. Переминающийся с ноги на ногу Семен постоянно дергался, вытягивал шею и будто что-то пытался высмотреть.

— В чем дело? — не выдержав спросил я.

— Мы должны им помочь, — тут же выпалил Семен.

— Они не маленькие, двигаются тихо — бьются бесстрашно, — ответил я.

— Кто? Вампы? Черт с ними! Я про людей! — чуть не выкрикнул Семен. — Я тебя спасти пытался, уж лучше скитаться в одиночку по городу, чем попасть в руки к этим тварям.

— Ты вообще то один из них. — заметил я с усмешкой.

— У меня не было выбора… слушай, там в инфекционном крыле — моя сестра. Если бы я им не помог… Вождь — просто чудовище, и Лесник не лучше. Он тогда собирался тебя сожрать, поэтому я предложил взять тебя с собой. — торопливо запричитал он. — Наверное они решились на восстание. И им нужна наша помощь. Если не хочешь — по крайней мере не мешай, но я должен идти.

— Веди, — коротко бросил я. — Посмотрим, что можно сделать.

Демонстративно проверив патроны в магазине, я взял ружье на изготовку и последовал за пригибающимся Семеном. Парень, не смотря на железяки, крался почти бесшумно, в полу-приседе, стараясь двигаться так чтобы его было не видно из окон здания, и держась за машинами и баррикадами у входа. Хотя, при такой темноте, на мой взгляд, разглядеть нас можно было только с приборами ночного виденья или тепловизорами.

И все же, вампы, как их назвал Семен, ориентировались в темноте отлично, а значит могли обнаружить нас на подходе. Только вот, опять же — они точно знали, что мы остаемся сзади, так что и прятаться или применять телепорт я не планировал. Нет в этом никакого смысла и вся скрытность парня — либо глупость, либо рассчитанная на меня показуха. Осталось только понять — зачем ему это? Чтобы что?

— Нам нужно пробраться в приемный покой, пока Лесник туда не добрался. Пойдем через подвал. — произнес в полголоса Семен. Я, не говоря ни слова, продолжил двигаться следом, и вскоре мы оказались у спрятанной между кустами лестницы, идущей вниз. — Идешь?

— Ты первый. — коротко ответил я, и парень, фыркнув, спрыгнул в подвал. Металлическая дверь оказалась не заперта, Семен ухватился за ручку и приподняв ее оттолкнул от себя. Едва слышный скрип эхом разнесся по приземистому помещению. Но последовав за бунтарем я не заметил движения.

Подвальное помещение оказалось на удивление чистым, даже с помощью ПНВ я различал корзины со сваленными простынями и стопки выглаженного белья. Прачечная в подвале? Для нашей страны совершенно не типично, если не считать учреждений закрытого типа, вроде тюрем или мест временно содержания.

— Вы в сизо засели? — спросил я, когда мы добрались до внутренней, пластиковой двери ведущей в коридор.

— Что? Нет. — шепотом ответил бунтарь. — Это больница.

— Просто больница? — уточнил я, едва сдержав усмешку, судя по тому, как Семен стушевался, все было не так просто.

— Ну… Госпиталь военный. — нехотя сказал Семен, и у меня в голове сложилась картинка, очень и очень неприятная.

— Стой. Лесник говорил, что военные вас бросили, сбежали перегородив дорогу, но при этом мы сейчас в прачечной военного госпиталя? Хочешь сказать, что они бросили своих? — уточнил я, и парень зло посмотрев на меня, дернул головой.

— Слушай, некогда все объяснять. Моя сестра в опасности, как и остальные… Свет могли потушить только вампы, они в темноте лучше видят. — быстро проговорил он, отпирая дверь в коридор. — Не хочешь мне помогать, так хоть не мешай.

— Ты сам из их породы. — спокойно напомнил я, но от парня не отставал. Понятия не имею, что здесь происходит, и ситуация мне в целом совершенно не нравится. А значит нужно сделать две вещи — разобраться и перестроить ее под себя. И легче это делать с проводником.

Замерев перед лестницей на первый этаж Семен прижал локтем кольчугу, чтобы не звенела, и аккуратно надавил на дверную ручку. Стоило двери приоткрыться, как вдалеке что-то звякнуло и загудело, а через секунду в дверной проем с шелестом рассекая воздух, влетело копье. Настоящее, полутора метровое, мать его, копье! Да еще и с оперением.

Я едва успел вжаться в стену, когда оно промчалось мимо и вошло в стиральную машинку до половины древка.

— Огонь! — крикнул хриплый мужской голос и сразу десяток стрелков спустили тетиву. Били они сверху вниз, не прицельно, но явно пристрелявшись. И на удивление метко, мне пришлось упасть на ступени, рядом с Семеном, чтобы прогудевшие над самой головой стрелы не зацепили. Вампиры против нас, что ли? Какого черта они в полной темноте так хорошо стреляют? Но оглянувшись я заметил на конце древка копья светящуюся точку. Хитро.

— Стойте! Это я, Семен! — закричал мой товарищ по несчастью. — Среди вас сестра моя — Машка Дерягина!

— Огонь! — не став слушать гаркнул тот же хриплый голос, и гудение стрел над головой мне категорически надоело. Если кто-то думал, что луки стреляют бесшумно, он глубоко ошибается. Тем более самодельные. Словно кто-то бренчал на плохо настроенной гитаре. Из-за Семена я видел только кусочек потолка и дверь ведущую наверх, но это не мешало мне телепортироваться. Я проверил интерфейс — все способности при мне, единственное что удерживало меня на месте, это опасение привлечь внимание черных.

— Идут! Помогите! — раздался истошный крик откуда-то дальше по коридору, и почти сразу — шум драки, который тяжело с чем-то спутать.

Стрелки отвлеклись на несколько секунд, пытаясь понять — куда стрелять, и этой передышки хватило, чтобы Семен, размытым силуэтом, прыгнул вперед. Я побежал следом, и тут же чуть не рухнул обратно. Один из стрелков все же дождался своего шанса, и тяжелая стрела вонзилась в центр бронежилета.

Не пробила, но лягнула будто кто-то кулаком со всей дури вмазал. Зарычав, я вырвал из брони и выскочил из опасного коридора. Тут же мне на встречу бросился один из ополченцев с самодельной дубиной, кажется бывшей металлической ножкой от старой советской кровати, но мне не составило труда чуть сдвинуть корпус в сторону и поставить подножку, чтобы нападающий с криком и матом покатился с лестницы.

— Предатель, ты что творишь?! — раздался знакомый голос одного из спутников Лесника, я перепрыгнул безногого старика, на коляске, но с луком, и оказался рядом с Семеном, схватившимся в рукопашную с бывшим соратником. Оружие так и мелькало, звеня, и мой ПНВ едва успевал обновлять картинку.

Думать кто прав, а кто виноват — было некогда, тем более что за вампом тянулась длинная дорожка из тел бывших пациентов, валяющихся на полу и истекающих кровью. Подскочив на расстояние удара, я зажмурился и активировал молнию, поражая сразу обоих противников, и ярко освещая коридор вспышкой. Долбанул не жалея, но больше всего воплей донеслось со стороны ослепших гражданских.

— Хватит! Сложить оружие! — крикнул я, но ответом мне стал мат и крик о помощи.

— Лесник! Этот уро… — договорить я парню не дал, приложил молнией еще раз, так что он рухнул, вытянувшись по швам, когда все его мышцы напряглись одновременно, затрясся, и кажется потерял сознание.

— Хватит я сказал. Довольно тупого кровопролития. — попытался остановить я сражение. И если оставшиеся за спиной ополченцы и в самом деле лишь скулили, зажимая глаза и щурясь, то из главной двери уже выходила тройка одетых в металлические доспехи бойцов с едва заметно светящимися в темноте красными глазами.

— Брось свой шокер, вояка, и мы пощадим тебя в обмен на информацию. — сказал идущий впереди Лесник.

— Вы совершаете большую глупость. — проговорил я, поднимая ружье. — Бросьте оружие, встаньте на колени, и мы подумаем, как вам загладить вашу вину.

— Это убийцы! Кровосиси гребанные! — послышался хриплый голос у меня за спиной. — Если ты из наших — мочи гадов!

— Не советую. — рассмеялся Лесник. — Ты либо слепой, либо тупой. Стоило тебе заикнуться о прикрытии — я послал бойцов для проверки. Никого нет, ты один. И твои молнии тебе не помогут, я тебя под орех разделаю.

— Сдавайтесь, это последнее предупреждение. — проговорил я, вжимая приклад в плечо. Они рванули вперед, и я тут же выстрелил, не жалея недавних союзников. Расстояние было меньше двадцати метров, прямой коридор, уж на сколько я косой — но в таких условиях не промахиваются, и все же Лесник каким-то чудом умудрился разминуться с пулей.

Его силуэт размазался, будто он одновременно был в двух точках, а затем глава группу вампов очутился в метре от меня. Заслонившись щитом, он размахнулся, и со всей силы ударил топором. Не знаю, на что он рассчитывал — выстрел из дробовика в упор пробил и щит, и кирасу, бросив противника на пол.

Но радоваться успехам времени не было. На меня тут же набросились два его напарника — с разных сторон. Они бежали со скоростью недоступной обычным смертным. И все же пули летят быстрей. Выстрел — и левый противник спотыкается в прыжке и валиться кувырком, я едва успел перевести ствол на второго, но в момент нажатия на спуск по стволу, снизу, ударил топор, и выстрел ушел в потолок.

Я отпрыгнул назад, в попытке разорвать дистанцию, и Лесник меня уже не достал, но вот второй, все еще находящийся на ногах, допрыгнул. Я встретил его, отбив ружьем саблю, упер ствол в грудь нападающего и спустил курок, а в следующее мгновение яркая вспышка ослепила меня, а ударная волна заколотила осколками по бронежилету и шлему. Ствол разворотило, вывернув его во все стороны.

Не давая мне опомниться следом в атаку, прыгнул Лесник. Я бросил в него ставшим бесполезное ружье, освобождая руки, и в то же мгновение выхватывая кинжал. Враг даже не замедлился, рассчитывая на быструю победу он бежал вперед, замахнувшись топором, и ловя молнии на щит. И тогда я сам сделал подшаг.

Лесник не успел сориентироваться и его топор обрушился не на мою голову — а пролетел дальше. Я перехватил его за топорище, дернул на себя, и лишившийся оружия вамп пролетел мимо, едва не треснувшись лицом о стену. В последнее мгновение он оттолкнулся ногами, отпружинил, и перекувырнувшись через голову обеими руками обрушил на меня щит.

Шаг в сторону, и молния вдогонку. Враг шипит, но продолжает нападение, сопротивляется изо всех сил, а его полный доспех служит клеткой фарадея, распределяя напряжение и не пуская его к телу. Скорость Лесника — запредельная, ПНВ едва улавливает его движения и мне приходится больше полагаться на интуицию, чем на привычную технику.

Отступив, я чуть не поскользнулся на разлившейся крови, замахал руками и в то же мгновение Лесник, с яростным криком, обрушил щит, острым концом на мою голову. Он остервенело бил меня раз за разом, пытаясь пробить шлем, я мотал головой уворачиваясь, а сам считал секунды, пока до врага не дойдет.

— Да сдохни уже, мразь! — не выдержав крикнул он, высоко подняв оружие над головой и теперь метя в шею. Но я уже вышел из подпространства и подставил под удар кинжал, без труда рассекший щит на две неравные половинки, разлетевшиеся в стороны.

— Что за… — проговорил Лесник, переводя непонимающий взгляд с одного обломка импровизированного оружия на другой.

— Твой конец. — бросил я, телепортируясь в сторону и ударив его плетью. Лесник без труда поймал язык хлыста на толстый браслет, но оружие в то же мгновение погрузилось в броню, раскручиваясь, и в последнюю секунду сообразивший что происходит враг прыгнул на меня, сокращая дистанцию. Поздно.

Молния вспыхнула в темноте, пролетела по хлысту, врезавшемуся в руку врага, и тот рухнул мне под ноги, сотрясаясь всем телом. Я без сожалений дожимал его, выпуская заряд за зарядом, пока тело не перестало подавать признаки жизни, лишь дергаясь при каждом прохождении тока.

— Хватит! Прекрати немедленно, или они умрут! — раздался окрик от входа. Я повернулся и увидел, как в коридор ввели несколько связанных пленников, у шей которых держали оружие. — У тебя нет ни шанса!

— Я победил вашего самого сильного бойца и лидера. Шансов у меня более чем достаточно. Бросьте оружие, и я оставлю в живых вас. — зло бросил я, глядя на заложников.

— Сестренка! — выкрикнул пришедший в себя Семен, глядя на одну из девушек. Ясно… семейная драма похоже готова разыграться во всей красе.

— Сдавайся! Брось свой шокер и хлыст, и тогда… — крикнула женщина, держащая короткий треугольный кинжал у шеи девушки. Я демонстративно поднял руку, и раскрыл ладонь, позволив хлысту упасть и видя, как расслабились противники. Этого было достаточно, чтобы они чуть отвели оружие от шей заложников, а большего мне и не надо.

Прыжок — и вот я уже за их спинами, дотронуться до первого, отправляя его в полет. До второго. Третий, стоящий чуть впереди, кажется, начал что-то подозревать, полоснул ножом по горлу тощему парню, которого держал за плечи, и начал разворачиваться, но я уже оказался рядом — этого я до отправки в полет приложил шоком.

— Тихо, держись. — приказал я, глядя на сжимающего двумя руками шею парню. — Убери руки, быстро.

Тот нехотя подчинился, и я увидел небольшой, но длинный порез в несколько миллиметров глубиной, идущий по гортани. Мгновение и у меня в руках один из эликсиров Заи. Не последний, но все равно ценный, и все же я, не раздумывая, потратил его на заложника, вылив на рану и позволив ей мгновенно затянуться.

— Жить будешь. — коротко кивнул я, поднимаясь. Выброшенные за окно вампы уже бежали к нам по двору, напарники Лесника приходили в себя, но больше всего меня напрягал лидер группы, вставший на четвереньки после такого заряда, что должен был прожарить его до хрустящей корочки.

— Мне вам что, головы отпилить, чтобы вы угомонились? — зло бросил я, возвращая в ладонь кинжал.

— Не стоит усилий. — донесся голос из коридора, и из-за угла вышел мужчина в длинной шубе, как бы ее назвали некоторые — боярской, в пол. Этот тип был на полторы головы выше меня, за два метра, и шире в плечах почти в двое. Красные глаза ярко светились, а под шубой угадывались дорогие даже по виду доспехи с инкрустацией.

За мужчиной шло шесть полуобнажённых девушек, с опущенными головами. На шее каждой красовался высокий ошейник, а цепи тянулись к руке мудака в шубе. Гребанный фетишист, добравшийся до власти… Стоило урыть одного «аристократа» как ему на смену пришли новые. Нет уж, я не позволю появится на свет еще одному магистру.

Не раздумывая больше не секунды я телепортировался прямо к врагу, рассчитывая снести ему голову одним ударом, но едва вышел из прыжка, понял, что его уже нет на месте. Противник неуловимо перетек в сторону и обрушил на меня двуручный меч, больше похожий на стилизованную игрушку.

Вот только привычно приняв удар на лезвие кинжала я отлетел в сторону! Оружие противника при этом осталось совершенно целым. Похоже — тоже зачарованное или артефактное, как и мой кинжал-хлыст. Противник тем временем расправил плечи и картинным движением сбросил шубу, оставшись в полном латном доспехе.

Отлично, значит я еще и молнией его достать не смогу.

— Мне доложили о вояке, который посмел сунуться на нашу территорию. — хмыкнул враг, поигрывая мечом. — Но, кажется, ты нечто большее чем просто идиот с электрошоком. Сдавайся, присоединяйся ко мне, и у тебя будет все что ты пожелаешь! Еда. девушки, оружие, власть! Все, о чем можно только мечтать!

— Откуда вас только берут, таких дегенератов. — пробормотал я, прикидывая варианты. Лишившись ружья, я не остался безоружен. Огнемет? Не в помещении. Будь я один, мог бы легко выжечь тут всю заразу, но в коридоре куча заложников и больных. Молния на него не подействует, хотя попробовать мне никто не запрещает. Что остается?

Вода.

Я не пользовался ей черт знает сколько, но это мой единственный наступательный дар. Молния все же иной природы. А остальные больше подходят для бегства или проникновения на чужую территорию. Вот только сейчас ситуация совсем другая, если я брошу этих людей — их судьба будет предопределена.

— Иду на вы! — хвастливо крикнул мужчина, показав на меня кончиком меча, перехватил его двумя руками и бросился вперед. Его движение стало смазанным, я едва успел заметить начало и направление, а в следующее мгновение на меня обрушилось полутораметровое лезвие. Сзади! Я едва успел телепортироваться, разминувшись с врагом, и уйти в сторону.

Противник тут же прыгнул следом, пытаясь нанизать меня на меч, словно на шампур, но это движение я видел полностью и ударил молнией ему на встречу. Не для того, чтобы оглушить, на это я даже не надеялся, но ослепляя и на мгновение выводя из строя. Противник выругался, и отмахнувшись мечом отпрыгнул назад.

— Вождь! — выкрикнул один из вампов за моей спиной.

— Назад! Я сам! — зло бросил противник, махнув мечом крест-накрест, будто отгоняя меня прочь. Он быстро, почти мгновенно, пришел в себя, но и мне это время было нужно — чтобы, когда враг снова бросится вперед, у меня на ладони уже кружился прозрачный шар, размером с футбольный мяч.

Мы бросились в атаку одновременно. Здоровенный артефактный меч со свистом вспорол воздух и мой полупрозрачный силуэт, и я почувствовал, как внутри что-то оборвалось. Энергия разом просела на половину, а из тела несколько секунд не уходила острая боль, идущая через плечо до самой поясницы. Что за дрянь?

Врагу было не лучше, он мотал головой, пытаясь высвободиться от водяной тюрьмы, которую я сумел поместить ему под шлем. Теперь враг ничего не видел и не слышал. Размахивая мечом из стороны в сторону, он рассекал стены и попавшуюся на пути мебель, но его сородичи никак не решались ослушаться приказа главного. А может не могли?

Мне потребовалось почти полминуты, чтобы прийти в себя. Даже из бестелесности я выходил с большой опаской, а первый вздох отозвался болью в груди. Меня только что чуть не прикончили, если я правильно понимаю свойства артефактного оружия — окончательно. Шанса на воскрешение у меня не будет. Ставки мгновенно выросли до небес, и какая-то часть меня хотела убраться отсюда как можно дальше.

Я тут ничего не выгадаю, только повешу на шею очередную группу выживших, не имеющих шанса на спасение без посторонней помощи. Инвалиды, девушки, дрыщи… тут нечего ловить! Таких еще…

Я помотал головой, выгоняя панические голоса, и только спустя секунду понял — это не мои мысли! Кто-то отчаянно пытался помочь своему повелителю, сбросившему шлем, вместе с большей частью воды, и сейчас пытающегося избавиться от забившей глаза и уши воды.

Вождь распахнул рот, и я подумал, что он хочет что-то крикнуть, или вдохнуть, но вместо этого он всосал в себя остатки водяной тюрьмы, и они тут же потеряли все свои силы. Те капли что еще кружили у его головы не могли причинить не то, что вреда, даже существенного беспокойства.

— Продолжим. — усмехнувшись произнес Вождь, поднимая меч. Его движения не стали медленней, а вот мне приходилось сменить тактику, место бестелесности используя телепорт и пытаясь достать врага кинжалом и молнией.

Несмотря на изменение Наставником я с трудом поспевал за противником, и несколько раз даже приходилось отпрыгивать дважды, уходя от атаки. Сердце начинало сбоить, замирая из-за частого телепорта, энергия тратилась на лечение и постепенно убывала, а вот враг не только не замедлился, наоборот, почувствовал свое превосходство и начал наседать с удвоенной силой, размахивая своим дрыном.

Бросаясь в атаку, он отталкивался от стен и даже потолка, мгновенно меняя направление и оставляя глубокие следы. Каждый его удар, принятый на блок, отбрасывал меня назад, отдаваясь болью в руках, и высушивая кисти. После минуты сражения я едва их чувствовал, и стало понятно, что, если я немедля не выиграю бой — он останется за врагом.

Как? Как можно победить чудовище, двигающееся быстрее чем я телепортируюсь и владеющее артефактным оружием?

Стоп! Нет. Он не двигается быстрее меня, это просто я сам загнал себя в рамки — в рамки коридора. Лишить его маневренности!

Очередная сшибка, но вместо того, чтобы уходить в сторону я схватил врага за рукоять меча и вместе с ним телепортировался за окно, рухнув на расчищенную площадку двора. Противник навалился всем телом, посчитав что я пытаюсь сбежать. Оскалился, распахивая рот с неестественно длинными клыками, но в то же мгновение рухнул на землю.

— Отлично, теперь поиграем. — отдышавшись сказал я.

Вождь вскочил, картинно перекувырнувшись через плечо, и рванул в мою сторону. Его силуэт снова размылся, оставляя красноватый шлейф в воздухе, но я уже стоял в нескольких метрах левее, раскручивая хлыст в руке. Новый рывок, я вижу, как блестит лезвие меча в инфракрасном прожекторе, но он вспарывает лишь воздух. Вождь глубоко пропахал землю подкованными сапогами, в попытке изменить вектор движения, но снова промазал.

— Да, так нормально. — усмехнулся я, когда утяжелитель пробил доспех на спине вампа. Ударил молнией, заставив его выгнуться дугой. Я усилил напряжение, пытаясь выжечь твари мозги, но Вождь извернулся, перехватывая хлыст, и дернул на себя, одновременно замахиваясь для удара.

Меч снова рассек воздух, но уже в паре сантиметров от меня, едва не задев шею. Но сейчас это было мне на руку. Навалившись на рукоять оружия всем телом я заблокировал его атаку, а когда понял что враг поднимает меня вместе с оружием, телепортировался ему за спину и ударил по единственному оголенному месту молнией — по голове, с которой он стащил шлем.

Вождь взревел, выгнулся дугой и попробовал отмахнуться, так что мне пришлось отскочить в сторону, но в то же мгновение хлыст обмотался вокруг его шеи, и я рванул оружие на себя, вспарывая толстую кожу. Гигант на рефлексах метнулся ближе, перехватывая хлыст лезвием меча, и снижая давление. И я ударил снова.

Волосы на его голове задымились от молнии, он оскалился, до скрежета сжимая зубы, и начал подниматься, но стоило мне усилить напряжение — рухнул на колени. Теперь уже дымилась кожа. Вождь взревел, одной рукой удерживая язык хлыста, а пальцами второй скребя по горлу в попытке освободить шею.

Глаза вампира закатились и стали из красных — коричневыми, с каждой секундой его движения становились все медленней. Но теряя силы он утратил и контроль над своими сородичами, из окон больницы начали выпрыгивать обращенные твари с оружием на перевес, и я, выругавшись, насчитал пару десятков.

— Стоять! Иначе ваш Вождь умрет! — крикнул я, меняясь с шантажистами местами. Это не остановило вампов, но внезапно они замерли как вкопанные и я услышал сдержанные хлопки. Нервно вертя головой, я наконец нашел их источник — во двор вышел мужчина в диковинном халате, с ярко красными глазами и заостренными ушами…

— Не зря вы стали Фаворитом. — мягко произнес он. — Мои слуги совершили ошибку, попытавшись напасть на вас, и я готов заплатить за эту оплошность. Но в начале, прошу, отпустите их Старшего. Клянусь, сегодня они никому не причинят вреда.

— Кто ты такой, и с какой стати мне тебе верить? — холодно спросил я, продолжая удерживать Вождя на короткой привязи.

— Где мои манеры. — с улыбкой произнес мужчина. — Аль Саиди, вертан этого клана. Как бы у вас сказали — Старший… после недавней гибели моей госпожи.

— Твоей госпожи? — я замялся на мгновение, но почти сразу вспомнил взошедшую на алтарь черной пирамиды женщину, которой наместник без сожаления вырезал сердце. Кажется, он еще возмущался что у нее слишком мало способностей.

— Верно. Мы, как и ваша госпожа, Вхагар, были претендентами на правление этими островами. Но теперь, после предательства бывшего фаворита, это не так важно. — собеседник не снимал с лица вежливой улыбки, но его глаза на мгновение вспыхнули пламенем ненависти. — Вы победили, мы проиграли, все уже решено.

— Раз так, какого черта вы тут делаете? — спросил я, для порядка еще раз долбанув током Вождя, а то он попытался встать.

— У меня нет крыльев или летающего острова, чтобы перенести своих слуг. — пожал плечами Аль Саиди.

— Это уже второй вопрос. — нахмурившись произнес я. — Твои, как ты говоришь — «слуги», мои сородичи! И раз уж ты признаешь меня Фаворитом, тебе ли не знать — они в моей власти, как и все на этом острове.

— Во власти Вхагар. — уточнил Саиди, и я вынужден был кивнуть. — Это безусловно так, но пока великая владетельница не получила алтарь из рук бессмертных Титанов, эти острова — свободная территория. К тому же, все мои слуги сами пожелали перенять мои дары и преклонили колено. Все согласно обычаям и законам бессмертных, я никого не принуждал.

— Вот как? — я на мгновение задумался. Из одной его короткой фразы следовало сразу несколько мыслей с трудом, уживающихся у меня в голове, а потому я решил уточнить, и развеять сомнения. — Твои дары?

— Дары моей госпожи. — заметно поморщившись ответил Саиди. — Сейчас я глава клана, и алтарь по праву мой. Так что я распоряжаюсь им, как сочту нужным. У тебя же, не смотря на признание, нет ни его, ни доступа к призу. И учитывая предательство жреца — может никогда не появиться.

— Может. — нехотя согласился я, услышав в его речи явную издевку, которой он ответил на принижение его статуса. Вот только выходило, что кто-то мог с помощью «алтаря» передавать силу дара своим последователям. Я давно подозревал нечто подобное, не может вся раса обладать дарами одинакового типа от рождения. Выходит, что и у рептайдов и у ящеров есть такой алтарь. Откуда? Ответ напрашивался сам — от тысячи бессмертных Ааба.

Но раз так, значит после победы в сезоне воскрешения и Вхагар должна была получить такой же алтарь, и могла бы передать свои способности всем людям! Вот только я, своим договором с Кукловодом и Тали, смешал все карты. Спас восемь миллионов ценой жизни и могущества нескольких сотен… и сделал бы это еще раз, если понадобится.

— Твои слуги напали на моих сородичей. Взяли их в плен, нескольких убили. — мрачно сказал я, снова ударяя током начавшего подниматься Вождя. — Я требую компенсации.

— Мы задержались тут исключительно вынуждено. — поморщился Саиди. — К тому же — власть Вхагар над островами пока не установлена. Пока не активирован алтарь — это спорная территория, а нам нужно как-то выживать.

— Ты ставишь под сомнение мою победу? — спросил я, прямо глядя на красноглазого. — Хочешь ее оспорить, или может сразиться за дар? Думаю, твой дар станет хорошим дополнением моей коллекции.

— Не сомневаюсь в вашей победе. — чуть поклонился Саиди. — Однако от моего убийства вы ничего не выиграете. Мой дар принадлежит алтарю бессмертных. Я еще не сформировал собственное ядро, после гибели госпожи… Так что в моей смерти нет никакой выгоды. Если же вы думаете, что моя смерть как-то повлияет на слуг, боюсь это не так. Наоборот, главой клана станет кто-то из воинов за пределами архипелага, а слуги продолжат свою деятельность здесь. Разве что вы соберетесь перебить их всех… но… Прочь!

Одной команды хватило, чтобы соратники Лесника разбежались в разные стороны, мгновенно пропав из зоны действия ПНВ. Я выругался про себя, понимая, что даже смерть Вождя ничего не изменит. Мне что, бегать за всем этим зверинцем, или засесть в больнице в ожидании нападения? Не выйдет, у меня просто нет на это времени. К счастью, он об этом не знает, как не в курсе и о нашем сговоре с Кукловодом, иначе разговор шел бы совершенно в другом русле. В этом я уверен.

— И что теперь? — как можно спокойнее произнес я. — Их побег ничего не изменит, рано или поздно им все равно придется вернуться, или их перебьют по одному. А ваша жизнь у меня в руках прямо сейчас.

— Вполне возможно. — улыбнулся Саиди, не собираясь спорить. — Однако и вы, и я — здесь и сейчас, и оба заинтересованы в сотрудничестве.

— Вам нечего мне предложить. — коротко ответил я.

— На вашем месте я бы не стал так спешить. — покачал головой Старший. — Если вам так угодно — вы можете убить моего слугу. Мне несколько неприятны его мучения, к тому же разговаривать здесь — не слишком удобно. В здании есть отличный зал, который я приказал подготовить для общения.

— Что вы хотите от меня, вполне понятно — сохранение вашей жизни, и жизней ваших слуг. А вот что я получу взамен? Что вы можете мне предложить? — с вызовом бросил я, и демонстративно ударил молнией по Вождю. Тот взвыл, выгнувшись дугой, и без сил рухнул на четвереньки.

— Жизни? Возможно, но я так не думаю. Большинство моих слуг спасется, объединится и сможет выматывать вас ежедневными нападениями пока от этого поселения не останется и следа. Затем — перейдет к следующему, и так далее. Несмотря на всю вашу силу, вы не можете находиться в нескольких местах одновременно. — ехидно проговорил Саиди. — К тому же, у вашей госпожи нет алтаря. А значит нет избранных, нет слуг, нет клана. Ничего нет.

— Кроме фаворита и десятков одаренных с собственными ядрами. — оборвал я его, и улыбка мгновенно исчезла с лица собеседника. — А наших сил вполне хватало чтобы уничтожить сотни ваших сородичей и слуг.

— Не наших. — коротко и зло бросил Саиди. — Вы уничтожали низших, из которых лишь единицы сумели обрести ядро даже под воздействием алтаря. Я — Старший!

— И это говорит тот, у кого еще нет ядра. — ехидно заметил я.

— Прошло меньше десяти дней, у меня еще все впереди. Алтарь красного солнца — алтарь пяти даров, собравший тысячи душ. — с гордостью произнес Аль Саиди. — У нашего клана, как и у меня, будет великое будущее. Если мы переживем черную жатву.

— Если переживете. — кивнул я.

— Вас это касается в той же мере. — продолжил Саиди. — Слезы господа падают совсем рядом. Дух Голода — совсем близко, а его воплощения могут показаться в любой момент. Я приказал отвлечь их, и пожар на горизонте говорит о том, что вылазка прошла успешно… но устроив здесь драку вы привлекли слишком много внимания. Если мы начнем сражаться, у поселения не останется ни шанса — голод пожрет его еще до того, как прольет свой гнев.

Слезы бога? Это он про здоровенные черные капли, поражающие океан, поглощающие трупы и охотящиеся за всем живым? Ничего так слезки, хотя если брать в рамках религии, а они к этой твари относятся именно как к богу, то все логично. И его замечание на счет сражения — тоже. Если я привлек сюда черных тварей, мало не покажется.

— Я так и не услышал причин, по которым я должен с тобой вообще разговаривать, вместо того чтобы прибить. Не говоря уже о сотрудничестве.

— Фаворит, я знаю где ваш дом, и он очень далеко от этого места и от этого острова. Не трудно догадаться что ты что-то ищешь в этих местах. Я могу выделить тебе проводника или двух, способных найти для тебя любое место и провести безопасным маршрутом. — улыбаясь произнес Саиди. — Если такое место есть, они отведут тебя туда.

— Я уже нашел часть того, что искал. — усмехнулся я в ответ. — Своих людей. И, кажется, ты не только нарушил их покой, но и подверг их опасности. Аль… это же приставка старшего, верно? Так вот, Саиди, пока ты не стал главой клана. Пусть и приобрел силы. Да, ты распоряжаешься дарами, но был ли ты у алтаря бессмертных? Сколько тебе осталось править, пока оставшиеся у тебя дома не решат, что твое место — среди низших?

— Если они сделают такую глупость, я отрежу их головы, заставлю их детей и жен смотреть на то как кожа и мясо слезают с их гниющих тел, а затем сделаю из их черепов чаши. — не меняясь в лице, и продолжая улыбаться произнес Саиди, хотя угрозу в его голосе сложно было перепутать с чем то еще. — Они это знают, и не совершат такой глупости… пока не будут уверены, что я не вернусь. Но тогда мне будет уже все равно.

— Вот как? Ты столь уверен в их страхе? Тогда, где твоя великолепная свита? — усмехнувшись спросил я. — Раз ты столь великолепный правитель.

— Лишь избранные удостаиваются чести встретится с бессмертными. Я, как и ты, заслужил это право, хоть и другим способом. Госпожа взяла меня с собой, а после падения храма все двери закрылись. Но жатва закончится и все вернется на свои места. — произнес Саиди, и мне показалось что он больше уговаривает сам себя, чем объясняет мне. — Пока я здесь, как и твои… сородичи. И зная о происходящем — уверен, твои двери работают не лучше.

— Возможно. — не вдаваясь подробности, кивнул я.

— Уверен в этом. — не согласился Саиди. — Иначе ты не разговаривал со мной, а открыл врата и увел всех людей к себе домой. Не шел бы пешком — а воспользовался переходами. Но по докладам моих слуг, все случилось именно так. Ты добирался вплавь.

— И снова — возможно. — проговорил я, прикидывая что могу сделать в этой ситуации.

Мне и в самом деле придется скоро двинуться дальше, и взять с собой раненых я не могу. Да что там, даже если бы они были полностью здоровы и укомплектованы в боекостюмы Ратник — даже в таком случае нам было бы не по пути. Они слишком меня замедлят. Людей нужно кормить, поить, охранять, обеспечивать им безопасность и спокойный ночлег… И в данный момент я не могу с этим ничего сделать.

— Если твоя цель, поиск и объединение всех сородичей под властью единого клана, я могу только приветствовать столь амбициозную цель. Если Вхагар назначила тебя своим Фаворитом и правой рукой, то под твоей властью окажутся десятки тысяч… могли бы оказаться, не произойди предательство жрецов. — поправился Саиди. — Моя цель куда проще — я хочу выжить и обращение слуг, лишь часть этой необходимости. Помоги мне, и я сделаю все чтобы помочь тебе. И возможно после черной жатвы нам обоим останется кем править.

— Отстань от моих людей, всех людей, перестань на них нападать и запрети это своим слугам. Если ты поклянешься в этом — я готов буду обсуждать иные условия. — холодно глядя на Старшего произнес я. Судя по его выражению лица поставленные условия его не просто не вдохновляли — он ими явно был недоволен.

— На островах пока нет власти клана, алтарь не передан бессмертными. — снова повторил Саиди.

— Ты можешь поклясться и на своем алтаре. — усмехнулся я. — Найдете себе другую дичь, ничего страшного.

— Это не так просто… ладно, я принимаю это условие. — поморщившись произнес красноглазый. — Я, Аль Саиди вертан Вампа, клянусь, что ни я, ни мои слуги, не станем нападать на сородичей Фаворита, не станем преследовать их словно дичь и употреблять в пищу. Всякая охота на людей, отныне и до воцарения на архипелаге законного наместника, со стороны клана Вампа, будет прекращена. Слово Аль!

Он ударил себя в грудь кулаком, и на внешней стороне ладони засияла красная печать, въевшаяся в кожу, а через секунду исчезнувшая. Кажется, сработала регенерация, иначе с такой скоростью рану было бы невозможно залечить. Я видел, как перекосилось лицо Саиди и почувствовал, как завоняло опалённым мясом.

— Теперь мы можем пройти в более подходящую обстановку и обговорить детали сотрудничества? — недовольно спросил Саиди, потирая ладонь.

— Можем. — кивнул я, и вернув кинжалу изначальную форму одним движением срубил голову Вождю. — Его жизнь и его меч — компенсация за убитых людей. Остальные могут возвращаться. Пока я их не трону.

— Это… преждевременно. — подумав несколько секунд произнес Саиди, которому кажется было совершенно наплевать на жизнь Вождя. А вот двуручный зачарованный меч он проводил взглядом с сожалением. Похоже такие артефакты — не слишком распространенная вещь. Тем лучше, в моем арсенале он точно не будет лишним.

Энергия после смерти противника чуть подскочила, но дальше середины не ушла. Получается, что потратил в процессе сражения я больше, чем приобрел. Особенно вспоминая о поглощении энергии которое было у меня до разделения с Тали. Но сейчас я с этим ничего поделать не мог. Такими темпами я растрачу весь запас еще до того, как доберусь до ракет, а значит по крайней мере одну ночь, н мне придется провести среди людей.

Проследовав за Саиди я оказался в бывшем кабинете главного врача, обставленного по моде конца двухтысячных. С большим кожаным диваном, низким журнальным столиком и несколькими креслами. На письменном столе горело несколько свечей, дающих достаточно света, чтобы я смог рассмотреть собеседника.

Теперь его отличия от человека стали куда очевиднее — кроме красных глаз и заостренных ушей я сумел увидеть острые, даже впалые черты лица и серую как пепел кожу. Не классический вурдалак из старых фильмов, но и с людьми не спутать. Тот момент, когда небольшие различия накапливаясь приводят к эффекту зловещей долины, вызывающему естественную неприязнь и страх перед чужаками.

— Моя цель крайне проста — выжить. — повторил Саиди. — И вы, как великий воин, можете мне в этом помочь. Больше того, если вы хотите, чтобы выжили ваши сородичи, о которых вы так печетесь, моя просьба исключительно в ваших интересах.

— И в чем же эта просьба заключается? — прищурившись спросил я.

— Недалеко от этого места находится лагерь волколаков. Эти низшие не опасны по одному, но сбившись в крупную стаю — могут представлять из себя серьезную силу. — проговорил Саиди, развалившись в кресле.

— О, я это прекрасно понимаю. Большая часть твоих слуг едва сумела справится с одним разведывательным отрядом. Если же они выдвинутся большой группой — уничтожат вас без следа. — усмехнувшись произнес я, устроившись в кресле напротив.

— Верно, и если мы уйдем — до ваших сородичей доберутся первыми. — ничуть не смущаясь ответил Саиди. — В наших общих интересах избавится от этого лагеря.

— И? — вопросительно подняв бровь поинтересовался я.

— Я предлагаю вам уничтожить этот лагерь, а взамен, как я уже говорил, я предоставлю вам проводника, и кое-что действительно ценное. Куда более ценное чем меч, который вы забрали в качестве трофея. — не забыв поддеть меня сказал Саиди. — Пусть вы не говорите о своей цели, но, возможно, ищете именно это.

— Сильно сомневаюсь, что у вас есть чем меня заинтересовать. Ищу же я только своих людей. И если вопрос только в этом — я легко уведу их в другое место, по дальше от лагеря волков. — ответил я, но стоило это сказать, как Саиди едва сдержал хохот.

— Прошу прощения. — прикрывая улыбку произнес собеседник. — Но куда вы собираетесь их вести? Наш остров со всех сторон окружен океаном. С одной стороны — дикий лес, не подчиняющийся ни чьему алтарю, с другой — бродячие твари и низшие. Слезы божества льются со всех сторон. Безопасней этого места на острове нет.

— Это не значит, что у меня нет выбора. — коротко бросил я.

— Безусловно, вы — фаворит сезона Возвышения. Сильнейший из кланов младших и низших, принимавших в них участие. Равный старшим… вот только остальные ваши сородичи не такие. Большинство из них не способно сразится даже с одним волколаком. Даже мои слуги во многом сильней, и именно видя такую ситуацию они присоединились ко мне. — ответил Саиди, усмехнувшись. — Нет, они беспомощней новорожденной черепахи.

— Если это детеныш рептайда, вполне возможно. — хмуро проговорил я. — Но это не помешает мне увести людей на безопасное расстояние, дождаться пока вы смахнетесь с волками и потом вернуться на освободившееся место.

— Вполне разумно. — кивнул Саиди, соглашаясь. — Но, если ваша цель — найти сородичей и сохранить их жизни, сколько погибнет пока вы бродите по развалинам. Я же предлагаю не только обеспечить безопасное жилище для ваших сородичей, но и достойную жизнь, пока солнце не взойдет вновь. Моя клятва — нерушима.

Черт… поверить этому уроду? А у меня есть другие варианты? Я бы с удовольствием отправил его к праотцам, да только проблему это не решит. Понятия не имею, как работает его клятва, и работает ли вообще, но взять людей с собой я не могу. Так же, как и бросить их здесь на произвол судьбы.

А самое смешное, даже обсудить это с выжившими я не могу — он не поймет, ведь пока мы разговариваем на равных. Я — фаворит, он — глава клана Старших. Стоит мне показать слабость, и любые договоренности окажутся бессмысленны. Он просто перестанет воспринимать меня как достойного собеседника… Придется самому принимать решение, а потом убеждать в его правильности выживших.

— Раз нам предстоит сделка, я хочу знать, что получу конкретно. Без всяких намеков на ценность или бесполезность. — строго произнес я.

— И это тоже вполне разумно. Рад что наш диалог начинает налаживаться. — улыбнувшись произнес мужчина и громко хлопнул в ладоши. На пороге тут же появился мрачный Лесник, с перевязанным горлом. — Людей не трогать, это приказ. И принеси дар для нашего дорогого гостя. Большой ящик.

— Как прикажете, господин. — склонился Лесник, стрельнув в меня глазами, и всего через несколько минут в дверь, едва протиснувшись, внесли покрытую тканью коробку, шириной и высотой в полтора метра, а длиной почти в два.

— Разрешите вам представить, одна из самых больших ценностей нашего мира. Из органов этой дичи делают лучшие зелья, из шкур — доспехи, а из костей — оружие и амулеты. — явно красуясь произнес Саиди, а затем махнул ладонью, и Лесник сдернул покрывало.

— Какого черта? Трактор? — едва придя в себя произнес я. Котяра которого было сложно не узнать, заурчал при виде меня, чем вызвал явное неудовольствие со стороны Саиди и его прислужников. — Кажется вы собираетесь мне в качестве платы вернуть МОЕГО кота.

— Вашего? Это дикая особь, на нем нет привязки! — попробовал возмутиться Саиди, но я уже подошел к клетке и сунул ладонь между прутьев. Котяра тут же ткнулся в нее головой. — Это невозможно… Его поймали сразу после начала черной жатвы, и эта охота стоила мне двух слуг! Он — наша законная добыча.

— Кажется с каждой секундой у меня все меньше причин заключать сделку. — сжав губы произнес я. Телепортировать кота прикосновением не вышло. Вообще никакие способности в клетке не работали — но я быстро нашел причину. Замок и вершины клетки были выполнены в виде черепов и работали как подавители.

— Мы готовы передать его вам в качестве жеста доброй воли. Так же, как и клятву ненападения. — мрачно проговорил Саиди, с трудом удерживающий на лице улыбку, и достав из складок одежды замысловатый ключ бросил его Леснику. Мужчина несколько мгновений не решался подойти ближе, так что я отобрал у него ключ и всунув в глазницу черепа открыл замок.

Трактор мгновенно бросился на меня, чуть не повалив и громко мурлыча, но спустя всего несколько мгновений уже повернулся к Леснику. Выгнув спину и распушив хвост, котяра зашипел, оскалив почти десятисантиметровые клыки и выпустив длинные когти без сопротивления, вошедшие в плитку на полу.

— Я буду вынужден ответить на нападение, совершенное на моих слуг. — быстро проговорил Саиди. Только этого мне не хватало. Выругавшись про себя, я схватил кота за шкирку и подтащил ближе к ногам. Несколько секунд тот шипел, но после чуть успокоился. А стоило мне сесть в кресло — взгромоздился на колени придавив своим не малым весом и заурчав.

— Я рад что этот конфликт разрешен. — проговорил Саиди, настороженно глядя за тем, как я поглаживаю шерсть Трактора. — На вашем месте, фаворит, я бы обязательно привязал эту тварь к своей душе. Так она окажется в полной вашей власти.

— Друзей не нужно привязывать. — усмехнувшись ответил я. — Если они не возвращаются, значит на то есть причина.

— В таком случае, не пора ли нам обсудить ваше нападение на лагерь волколаков? — улыбаясь поинтересовался Саиди.

— Почему бы и нет. Только не моего, а нашего. — ответил я, заставив его напрячься. — Десяток ваших слуг пойдут со мной. А после — будут обеспечивать безопасность поселения. Если вас это устраивает, тогда обсудим детали.

— Хорошо. — выдохнув произнес Саиди. — Я согласен. Лагерь волков — меньше тысячи шагов отсюда, в кольце зданий…

Когда я говорил про десяток слуг, то рассчитывал выманить с территории клиники как минимум половину из новоявленных вампиров Аль Саиди, но, когда перед выходом он созвал отряд, выбирая кто именно отправится в атаку, стало понятно, что их минимум полсотни. А значит при всем желании я не смогу их перебить, не привлекая внимания детей Голода.

Одного слова Старшего хватило, чтобы слуги выстроились в несколько правильных квадратов — четыре на четыре. И я с удивлением увидел в одном из них Семена. Судя по всему, власть Аль Саиди оказалась слишком велика, и парень не смог сопротивляться прямому приказу. Что в очередной раз подтверждало опасность Саиди.

Но и устранить его прямо сейчас, когда он дал клятву, я не мог и не хотел. Наш мир, вывернутый наизнанку, не позволял расслабиться ни на секунду, и худой мир лучше доброй войны. Тем более что в случае необходимости вампирам придется вступить в борьбу с другими опасностями, угрожающими выжившим. Не худший вариант. По крайней мере пока.

— Ваша задача довольно специфична, а потому я сам выберу бойцов. — произнес Аль Саиди, прохаживаясь вдоль строя. — Легкая поступь, кровавая луна, истинное зрение — у кого есть все три дара, выйти вперед! Мало.

Саиди недовольно поморщился, когда из всех бойцов вышло только шестеро, включая Лесника и Семена. Что-то прикинув про себя он раздал еще несколько указаний, добив отряд до двенадцати человек… хотя в душу закралось сомнение, можно ли их до сих пор называть людьми, или это уже нечто другое.

— Слуги! Вы будете сопровождать Фаворита во время атаки на логово псин. Задача проста — перебить всех, от щенков до альфы, не жалея никого. Их природу хищников не обуздать, они тупы и дики. Для них не может быть спасения. — громко произнес Аль Саиди, осматривая свое воинство. Я, признаться, тоже разглядывал их не без интереса.

Отличить владеющих истинным зрением от остальных оказалось не сложно — у них чуть светились глаза. Про кровавую луну я ничего не знал, а вот легкая поступь себя проявила только когда они двинулись с места — я почти не слушал шагов, к тому же, трава на лужайке почти не примялась пока они шли.

Все — в меру тощие, словно с курса по экстремальной «сушке», но при этом рельефные. У всех — коротко стриженные волосы. А вот в одежде и растительности на лице — полный разброд и шатание, кто во что горазд. Даже самодельная броня и оружие виднелись не у всех, что еще раз показывало уровень общей подготовки. У кого больше даров, у того и снаряжение лучше, как на примере отряда Лесника. Вернее, всего что от него осталось.

— Во время задания слушайтесь Фаворита как меня, но помните о наших целях. — холодно улыбаясь сказал Аль Саиди. Дождавшись, пока он договорит, я вышел вперед, осмотрев доставшийся мне отряд.

— Кто из вас старший. — спросил я, и тихо хмыкнул, когда вперед, неуверенно, вышел Лесник. — Ясно. У вас двадцать минут, чтобы разобраться со снаряжением. Скорость и регенерация — хорошо, но только когда противников мало, и они равны вам по силам. Большее количество вас просто завалит мясом и разорвет на части, так что обзаведитесь броней и копьями. В идеале — что-то дальнобойное, если есть патроны.

Не дожидаясь пока, они ответят, я развернулся и направился к корпусу, где за плотными занавесками горел свет. Люди — не вампиры, найти их в полной темноте не составляет никакого труда, ведь наше зрение работает на отражении света от предметов. В если его нет — то и зрение бесполезно. Пока вновь не взойдет солнце.

Хмыкнув собственным мыслям, я легко перемахнул через подоконник, не пользуясь дарами. Слишком опасно. Следом, бесшумно, запрыгнул гигантский кот, размером не уступающий рыси. С момента освобождения Чешир не отходил от меня ни на шаг.

В комнате, бывшей когда-то ординаторской, сидело несколько десятков людей, вот только здоровыми среди них оказались только женщины да дети. В основном — инвалиды. Одного, на коляске, я даже узнал. Стоило мне появиться в дверном проеме, как несколько человек вскочило, держа самодельные копья.

— Спокойно, свои. — произнес я, показывая пустые руки.

— Свои? — с ухмылкой спросил инвалид. — Свои вот они, со мной. Свои до последнего с тварями дрались, а ты непонятно кто!

— Тише, дед. Не то услышат кровососы и посчитают, что вы решили от моей помощи отказаться. — угрюмо сказал я, обрывая крик инвалида. — Недопустимо.

— Тише? Ты еще мне указывать станешь? — замахав культей подался вперед инвалид.

— Михалыч… не надо. Он нам жизнь спас… — сказала худая женщина, положившая свою ладошку ему на плечо. — Да и вождя он обезглавил, я сама тело видела.

— Он с тварями замирился! — снова рыкнул инвалид, но вполголоса.

— Что вам от нас нужно? — спросила женщина, явно не испытывавшая ко мне никакого доверия. — У нас нечего брать, кроме крови…

— С этим я вам помогу. У меня осталось минут пятнадцать, но, если за это время вы расскажете, что случилось с военными частями и полицейскими подразделениями в этом районе, может мы сумеем что-то придумать. — сказал я, садясь на подоконник. — С тварями, как вы их называете, я и в самом деле замирился, но не ради себя — а ради вас. Их главный, Аль Саиди, один из старших этого мира, поклялся, что не будет больше нападать на вас или вредить.

— И что? Нам с этого легче должно стать? — все так же с надломом спросил инвалид.

— Да, должно. — коротко ответил я. — Даже если вы не в состоянии обеспечить собственную безопасность — они будут готовы менять ее на кровь. Я не идиот, понимаю, что даром они вам помогать не станут. Но и вы не дураки, сумеете о себе позаботиться и договориться. Все же большинство из них — совсем недавно были обычными людьми.

— С чего нам им верить? — нахмурившись спросила женщина, держащая ладонь на плече инвалида. — И с чего верить вам?

— Если спасения ваших жизней в недавнем бою недостаточно — то я даже не знаю. Хотите продолжить сопротивление — можете попробовать. Я с четвертью их войска ухожу на штурм базы волколаков и постараюсь обеспечить хотя бы временное затишье с этой стороны. — сообщил я о планах. — Но мне нужно идти дальше, и вам придется самим справляться с трудностями. Возможно, я смогу связаться с военными частями неподалеку, но для этого я должен знать, что с ними случилось.

— Меня зовут Лариса. — проговорила женщина. — Это Валентин Михайлович Селезнев, подполковник запаса, дважды герой…

— Лара… не надо. — поморщившись сказал инвалид, положив свою ладонь поверх ее.

— Изяслав Блинкин, позывной Эвакуатор. Званиями как-то не обзавелся, хотя уверен в штабе мне уже какую-то бумажку присвоили. — хмыкнул я, запустив пальцы в густую шерсть Трактора. — Здесь с заданием по поиску выживших от объединенного штаба армии и СВР.

— Значит, еще есть надежда? — закусив губу спросила Лариса.

— Боюсь, что пока вывести вас к своим я не могу. — честно ответил я, и многие нахмурились. Несколько человек тут же отвернулось, кто-то выругался. — Пока, но это не значит, что не смогу в дальнейшем. Однако для этого мне потребуется добраться до конечной точки назначения и связаться с нашими.

— И какого черта ты тогда здесь стоишь? — поджав губы спросил Михалыч. — Тебе отдать приказ, или пинок под зад отвесить?

— Даже если бы я признал отставника другой службы выше себя в звании, это больше не работает. И дело не в личной силе, хотя это очевидно, дало в том, что из-за опустившейся на планету темноты я просто не могу пробраться в нужное место. Ни спутников, ни беспилотников или зондов у нас не осталось в той местности. — спокойно сказал я. — Я вам помогу в любом случае, но если буду знать, что случилось…

— Жопа случилась. Что еще. — фыркнув произнес подполковник, и я заметил как в бессильной ярости он сжал кулак до белизны в костяшках. — Эти уроды…

— Спокойнее, и по порядку. Десять минут есть. Давайте с самого начала. — попросил я.

— Лучше я расскажу. — подалась вперед Лариса. — Я здесь работаю. Работала… зав отделением. В первые несколько дней, пока бушевал ураган, мы укрывались кто где. Землетрясение, пропажа людей из мест массового скопления… у нас тогда пациентов было не много, большая часть — по домам, а на стационаре всего пара десятков. Но после первого шока на госпиталь навалилось очень много работы.

Раненные шли сплошным потоком — в начале осколки от стекол, нападения обезумевших животных, в основном собак. Но они быстро исчезли. Хотя сейчас, кажется, что это были милые собачки, но тогда это выглядело как основная угроза. Потом начались случае безумия, с резким ростом физической силы. У нас есть отделение для буйных, и выжившие армейцы свозили туда и своих сослуживцев и гражданских… потом начали расстреливать на месте.

— Сложно вам должно быть пришлось. — заметил я, оглядев окна. — Сетки я не вижу, как вы умудрились выжить без электрических решеток?

— Подвалы. — невесело улыбнулась Лариса. — И жесткий контроль всех, кто входил и выходил. Это стало особенно полезно после нескольких рецидивов. Потом были насекомые… мы чуть не потеряли большую часть людей, сожгли все западное крыло. Тогда же пришлось отказаться от подвалов — теперь туда лучше не заходить.

— Ясно. Я видел, что могут паразиты сделать с людскими телами. — сочувственно проговорил я. — Сожалею о ваших утратах.

— Благодарю. Но это было только начало. Наш госпиталь — в лесопарковой зоне, так что насекомые быстро пропали, зато начались нападки живых деревьев. Тогда сожженное западное крыло даже на руку сыграло. Вся зелень что к нам с той стороны лезла — ее еще раз пожгли. Но этого показалось мало. — женщина погладила инвалида по плечу, и тот снова сжал ее ладонь.

— Военные, они собрались в одну группу? — попробовал я подтолкнуть ее мысли в нужном направлении.

— С первого же дня. — гордо вскинув голову, ответила Лариса. — Все помогали. У нас зима на дворе, так что жителей в окрестностях набралось не так много. Кто-то по высоткам прятаться пробовал — другие, наоборот, в своих домах, что уцелели после шторма. Наши мужья. братья. — она тяжело вздохнула, набираясь сил. — Они не струсили, пошли вперед. Собрали отряды и начали проверять окрестности. Там, где было опасно — рисовали крест на воротах.

— А к концу первого месяца мест, где не было бы крестов не осталось. — продолжила она через несколько секунд. — Каждая вылазка стоила кому-то здоровья. Часто — жизни. И когда стало понятно, что здесь оставаться нельзя, они начали набирать добровольцев для прорыва. Пошли не все, но многие. Оставили тех, кто может помешать и небольшой отряд охраны. С припасами у нас все было хорошо, а вот с оружием…

Когда пришли волки — стало понятно, что нам не выдержать. Мы спрятались, затаились. Покинули даже ближайшие опорные пункты и посты, оставшись только в центральном корпусе… и совершенно проворонили появление этих… кровососов. — мрачно закончила Лариса. — Но хуже то, что уже из наших защитников, из добровольцев, некоторые вызвались стать одними их этих тварей!

— Увидели, как те по стенам бегают, и тут же сдались! — с ненавистью проговорил Михалыч, но женские пальцы на его плечах сжались, и он замолчал.

— Мы пробовали сражаться. Все вместе. — произнесла Лариса. — Ты пришел вместе с Семеном — так этот парень бился пока не потерял глаз и ногу. Но стоило ему согласиться — и они отрасли заново. Многие наши пациенты… нет, наши соратники, не сумели справится с искушением. Когда вампиры пришли — их было всего десяток. Но хуже всего стало, когда погасло солнце.

— Эти твари видят в темноте как днем. — мрачно сказал подполковник. — Нам просто нечего было им противопоставить.

— Не все. — на всякий случай уточнил я.

— Верно. И потому мы сделали ловушки и заготовили копья… думали, что они не заметят, что с уходом разведчиков, которые видят в темноте у нас будет шанс, сравнять силы. У нас был шанс! И тут явились вы! — снова выходя из себя закричал инвалид. Прежде чем ответить я выждал несколько секунд, чтобы не высказать все что я думаю покалеченному человеку. Трактор, почувствовав мои эмоции, выгнул спину и зашипел, показывая клыки.

— Спокойно, Чешир. Спокойно. Со стариками, детьми и инвалидами нужно быть снисходительней. — погладив гигантского кота, или все-таки маленького тигра? Проговорил я. Михалыча чуть не прорвало, но Лариса вновь удержала его от резких высказываний, сжав плечо. — Я выторговал вам свободу, но толку от нее, если вы беспомощны как котята…

— У тебя есть что предложить? — спросила Лариса, явно занимающая второе по лидерству значение в сообществе. Но я лишь покачал головой. Обсуждать такое вслух — значит лишиться преимущества, хотя пара мыслей у меня и в самом деле появилась.

— Кто-то из вас сможет провести меня в расположение куба? — спокойно спросил я, осматривая всех по очереди. Пара человек побледнела, один отчаянно замотал головой, а Михалыч лишь оскалился. — Ясно, значит вы мне в этом не помощники. Жаль.

— Зачем тебе к Кубу, солдатик? — спросил, ухмыльнувшись инвалид. — Что ты там будешь искать, радар?

— Обслуживающий гарнизон, в первую очередь. Они были далеко от центра и могли остаться в безопасности. Если их не накрыло океаном или не сожрал лес. — спокойно ответил я, поднимаясь. — Я вернусь через несколько часов, когда покончу с угрозой для вашего поселения. Если за это время придумаете как мне в полной темноте добраться до куба — скажете.

— А что, если нет? Отдашь нас на съедение своей зверюге? — спросил, приподнявшись в кресле, Михалыч.

— Ничего тебе за это не будет, Петька. Ни сапог, ни коня. — хмыкнул я, вспомнив старый анекдот. — Подумайте, это может спасти много жизней.

Не прощаясь, я выбрался обратно через окно, где меня уже ждала разношерстная команда Лесника. Почти все те же разведчики, с которыми мы встретились во время поджога высотки. Даже пара тех, кого я считал мертвыми, вроде одному из них я голову насквозь пробил… в любом случае, ни о каком доверии тут и речи идти не может.

— У меня с вашим Старшим договор, думаю вы знаете его содержание. Как и пакт ненападения. Нарушите его — и мне придется перебить вас всех одного за другим. — сказал я, демонстративно проверяя снаряжение. — Вопросы есть? Нет? Отлично, тогда идем на штурм логова. Лесник, распоряжайся, я пойду последним. Семен, будешь контролировать чтобы я не потерялся. Надеюсь, возражений нет?

— Слышали, что «господин Фаворит» сказал? — едко усмехнувшись спросил Лесник. — Поднялись девчата, вперед!

Спорить никто не стал, так что уже через минуту мы пробирались через завалы, уходя от госпиталя другой дорогой. Трактор, предпочел снова слинять, упрыгав в лес, но я не сомневался в животинке — теперь он точно вернется. С этой стороны прекрасно видны были и огни в здании, и стража, стоящая на крыше. Стало понятно зачем меня тащили через подлесок — вероятно старались застать врасплох, не рассчитывая на собственные силы. Или ждали приказа от Вождя.

В этот раз нам даже не пришлось плутать — Лесник провел отряд напрямую, и свернули мы только один раз — когда в нескольких домах от нас показались тощие медленно шагающие силуэты, крутящие разошедшимися на половины черными головами, состоящими полностью из клыкастой пасти. Голодающие шли на место последнего использования даров.

Незаметно, чтобы не спугнуть группу, я вошел в бестелесность, и несколько уродливых голов-шаров тут же повернулось в мою сторону. А ведь я даже не на полную силу врубил способность. Но даже этого хватило чтобы привлечь внимание и заставить тварей шевелиться быстрей. Лесник, оглянувшись, среагировал мгновенно, махнув рукой и ускорившись.

Всего через пятнадцать минут мы уже подбирались к логову волков, вокруг которого горело несколько пионерских костров. То и дело к огню подбегали мохнатые чудища и кидали в них очередные обломки деревенских домиков или ветки. Кострища расположились столь удачно, что отрезали нас от недостроенной многоэтажки, во дворе которой виднелась гора какого-то хлама.

— Их логово вон там. — показал мне в сторону мусорной горы Лесник. — На этом месте должна быть подземная трехэтажная парковка. Бетонные перекрытия достаточно толстые чтобы выдержать прямой взрыв, а даже если мы сумеем обрушить крышу — они останутся в живых на двух нижних уровнях.

— Значит придется пойти туда и уничтожить их в их же логове. — задумчиво проговорил я. — Есть у меня пара идей как можно осуществить атаку. Но вначале придется заскочить в местный супермаркет.

— Что? — удивленно оглянулся на меня Лесник. — На кой черт? Еды там точно нет.

— Если лень ходить — можете оставаться здесь. Семен, знаешь местность? — повернулся я к провожатому, и парень тут же кивнул. — Ждите и не высовывайтесь. Если сможете — откачайте бензин из ближайших тачек — пригодится. Ну и пенопласта наройте…

Объяснять, что с ним делать дальше я не стал, тем более что у нас и в самом деле нашлось чем заняться. Хоть мы и старались не шуметь, прокрасться мимо патруля волков удалось только с помощью телепорта. Но в этот раз я не стал экономить и прятаться от пожирателей. Наоборот — использовал способности по максимуму, так чтобы привлечь их со всей округи, и одновременно убрать от госпиталя.

— Что ищем? — шепотом спросил Семен, когда мы подошли к разрушенному магазину шаговой доступности. Он хотел было сунуться вперед, но я вовремя удержал его за локоть, показав на едва заметный туман, поднимающийся над окнами. Скрывающуюся внутри тварь я знал как облупленную, но это не помогало.

— Спрут. — объяснил я, встав во весь рост и заглядывая в помещение. Так и есть — полки с продуктами повалены, органики нет, или почти нет. А вот стеллажи с бытовой химией вроде в полном порядке, их никто жрать не стал. — Стой здесь, я сейчас прыгну внутрь и соберу все необходимое. Если покажутся враги… ну не знаю, свистни там…

Семен кивнул, и я мгновенно телепортировался в помещение, сразу миновав засаду у входа. Спрут несколько мгновений не мог понять в чем дело, но затем метнулся в мою сторону. Я же переключил ПНВ в режим тепловизора и сейчас прекрасно видел жгут щупалец, скрывавшихся в тумане.

Тварь бросилась на меня, рассчитывая на быструю победу, но в то же мгновение ее пронзило множество молний. Спрут забился в конвульсиях, громя полки и подняв такой шум, что, наверное, в соседнем квартале стало слышно, но я не собирался его убивать. Дождавшись пока, тварь отключится от шока, я сгреб все средства для прочистки труб, моющие дезинфицирующие средства и даже полоскание для рта.

Набирал не в рюкзак, а в пространственное хранилище, так что поместилось все без особых проблем. Но когда уже собирался уходить, с улицы раздался едва слышный свист. Догадаться в чем дело было не сложно, и я мгновенно телепортировался к Семену, чтобы в следующее мгновение вместе с ним уйти на второй этаж здания.

— Как… что?.. — пробормотал, оглядываясь парень. Пришлось зажать ему рот, чтобы не болтал. Высунувшись из окна, я заметил подходящий к магазину патруль волков, тот же, от которого мы ушли телепортом совсем недавно. Десяток сгорбленных тварей с факелами и разномастным оружием, в том числе — огнестрельным.

На вскидку я заметил три ружья двенадцатого калибра, один калаш или выполненную под его стиль сайгу, и пару переломок. Солидная коллекция, и тем больше поводов обзавестись новой пушкой. А заодно испробовать приобретение. Прижав палец к губам, я показал Семену оставаться на месте, а затем, вытащив из подпространства фламберг, телепортировался за спины волколаков.

Длинный клинок со свистом рассек воздух и двух стоящих плечо к плечу волколаков. Я даже сопротивления не почувствовал, а враги не успели вскрикнуть. Твари резко повернулись на запах крови, ринулись к павшим товарищам — но я уже прыгнул в другую сторону и нанес удар из темноты. В этот раз меня заметили — раздались лающие вопли, громыхнули ружейные выстрелы, но я ушел в бестелесность и атаковал снова.

Избиение щенков заняло меньше десятка секунд. Я с удовлетворением посмотрел на лезвие меча — ни следа крови. Но даже с таким оружием я не стану рисковать зря. Сайга осталась цела и это был несомненный плюс, нужно только прицепить ЛЦУ и коллиматор от прошлой, и можно будет использовать по назначению.

— Что там? — спросил, высунувшись из окна Семен.

— Спускайся, поможешь закинуть останки спруту. — сказал я, быстро обшаривая трупы. — Устроим расленинград. Скоро сюда новая партия заявится, а мне удар в спину совсем не нужен. — с этими словами я начал перекидывать тела телепортом в сторону начавшего приходить в себя спрута. А через три минуты на месте бойни остались только лужи крови, щедро посыпанные стиральным порошком.

До группы Лесника мы добрались меньше чем за десять минут. На всякий случай я еще несколько раз использовал телепорт и подержал бестелесность, чтобы быть уверенным в результате, и когда вернулся на исходную удовлетворенно хмыкнул. Пожиратели уже бежали за нами по пятам, отрезая пути к отступлению.

— Какого черта? — шепотом спросил Лесник, заметив тощие черные фигуры и гигантскими головами.

— Тише, а то привлечешь ненужное внимание. — буркнул я, подбежав к группе. — Что у вас? Бензина много набрали?

— Да, и уже намешали напалм. — мрачно усмехнувшись сообщил Лесник. — Думаешь мы чем поджигали высотку?

— Я в вас не сомневался. Теперь нужно пробраться на территорию волков и выжечь их логово до основания. — решительно сказал я, разом отметая любые возражения. — Только чтобы это сделать — нам придется пробраться на нижний этаж. Так? Так! Значит хватайте канистры и погнали. Проход между кострами вы же нашли?

— У них там больше полусотни волков только в первом круге охранения, у огней. Еще несколько сотен — в логове и возле него. — попробовал достучаться до моего разума Лесник. — Они же нас перебьют в первую же минуту, мы даже проскочить не успеем.

— А вот это ты зря. Надо доверять руководству, особенно когда оно прямо сказало, что делать. Приказ Саиди был какой? — ехидно поинтересовался я, и в этот момент у одного из вампиров все-таки ен выдержало терпение. Едва заметным росчерком парень, стоящий чуть позади меня прыгнул в атаку, занеся меч над головой, а двое других тут же ударили спереди, отвлекая внимание и тоже рассчитывая заполучить мой скальп.

Я врубил бестелесность и одновременно с этим — достал кинжал. Пространство слишком маленькое, а задеть случайных бойцов мне не хотелось. Пропустив оружие сквозь себя, я ударил первого из противников по горлу, и буйная голова покатилась по асфальту. Второй не успел затормозить и рухнул от моей подножки, а когда попытался подняться — напоролся темечком на мой клинок. Последнего я, не скрываясь ударил молнией, и он закричал, падая на колени.

— Вот вам и клятва Старшего. Вместе с действенностью его приказов. — хмыкнул я, подойдя к третьему противнику вплотную, а затем быстрым росчерком лишил его головы. — Эти придурки привлекли слишком много внимания, так что теперь у вас выбора нет. Хватайте канистры и бегом к логову! Только по дуге. Семен — с ними.

— А ты? — спросил парень, не желающий оставлять меня в одиночестве.

— Как-нибудь справлюсь. — ответил я, заходя в бестелесность на пару мгновений. — Держите порошок — будете бежать, посыпайте за собой. Несколько минут это вам выиграет.

Больше никто спорить не стал и отряд во главе с Лесником, пригнувшись, побежал между развалинами и строительным мусором. С другой стороны, в свете костров я увидел приближающихся волколаков. Много, с пару десятков. Можно было попробовать сбежать, да что там — я бы без проблем скрылся с места преступления, но сейчас у меня совсем иная задача. Не став скрываться, я, наоборот, выпрямился во весь рост, а потом выпустил в небо молнию.

Сработало просто идеально, осторожно шедшие волколаки тут же бросились в атаку на незнакомца, почти не разбирая дороги. Прозвучали первые выстрелы, заставившие меня уйти в бестелесность, но я почти мгновенно восполнил энергию, стоило первому из волков прыгнуть на меня через завал.

Сдерживаться и прятаться не имело никакого смысла, так что я рубанул двуручным мечом наотмашь, разрубив врага на неровные части, и тут же впитав энергию шагнул к следующему. В волосатых лапищах врага была зажата строительная кувалда, но лезвие зачарованного меча с легкостью рассекло и рукоять, и врага.

В следующие минуты мне стало совершенно не до стого, чтобы смотреть по сторонам. Количество врагов все прибывало. Обезумившие от запаха крови соплеменников волки лезли вперед, стараясь достать меня всеми способами. Даже стреляли, не дожидаясь пока свои уйдут с линии огня, мне же впритык хватало собираемых душ, чтобы попеременно скакать и уходить в подпространство, но вскоре стало понятно, что сил все-же не хватает.

Сразу пятеро волколаков набросились на меня с разных сторон, а еще трое забрались на перевернутый экскаватор и начали стрелять сверху. Я невольно попятился, понимая, что отразить все удары одновременно просто не успеваю. Врубил бестелесность, прикидывая как еще могу потянуть время, но в этот момент увидел, как один из стоящих в задних рядах волков падает с откушенной головой. Пора!

В то же мгновение я телепортировался на заранее выбранную позицию, а оттуда — за уходящими в отрыв вампирами, оставлявшими за собой хорошо различимый белый след. И в самом деле не пожалели порошка. Волкам от этого будет очень хреново, и вряд ли они смогут без проблем продолжить преследование, а вот я не потеряюсь.

Меньше чем за пять минут я догнал беглецов, засевших на третьем, недостроенном этаже дома, почти полностью опоясывающего небольшую площадку в центре которой возвышался холм. Вампиры замерли, спрятавшись за сваленными в кучу мешками с цементом, но стоило помахать ладонью — вышли из укрытия.

— Что там произошло? — спросил недоверчиво Лесник. — Ты что, в одиночку перебил полсотни волков?

— А если да, то что? — с ухмылкой спросил я, и вдоволь налюбовавшись вытянувшейся мордой вожака вампиров ответил: — Нет, может только пару десятков. Хотя скорее один. Но это не важно, цели мы добились — теперь пожиратели сумеют добраться до их поселения, а нам остается только дождаться, пока все твари соберутся в логове, а после — сжечь их.

— Хорошо, а то я уж подумал, что нам придется лезть на подземную парковку. — с облегчением проговорил Семен.

— Нет, зачем? Хотя НА — и в самом деле придется, должны же мы будем как-то залить все напалмом. Но не раньше, чем твари перебьют друг друга. — ответил я, аккуратно подобравшись к самому краю. И в самом деле — двигалось все в обозначенную мной сторону. Волки отчаянно сопротивлялись, но все больше пожирателей приобретало их формы, полностью высасывая из жертв души и силы, иссушивая тела, а затем занимая их.

Вот отчаянно размахивающий когтями волколак споткнулся и упал навзничь. Преследовавший его пожиратель тут же набросился на жертву, его голова лопнула, раскрываясь словно две половинки арбуза, и чудовищная пасть сомкнулась на морде отчаянно сопротивлявшейся жертвы.

Тело волколака пару раз дернулось в конвульсиях и затихло, а затем начало стремительно худеть, пока под толстой шкурой не остались лишь кости и высушенные до предела мышцы. Пожиратель встал, больше не обращая на жертву никакого внимания, но следовавшая за ним по пятам черная жижа уже заливалась в мертвую глотку. Прошло меньше минуты, и труп, покрытый черной слизью, выгнулся дугой, лапы выгнулись под совершенно неестественными углами, и новый пожиратель поднялся, следуя за сородичами.

С содроганием я наблюдал как сильные и быстрые волки падают один за другим. Черная волна захлестывала их укрепления, обтекая лишь костры, и большая часть спасшихся жалась к огню и с отчаяньем выла, видя, как их сородичей обращают во тьму. Словно зомби… только гораздо хуже. Даже захват тел призраками выглядел менее жутко.

— Может ну его? — поинтересовалась Лина, как и остальные вошедшая в разведывательный отряд. — Эти твари и без нас легко справятся с волками.

— Справятся. — подтвердил я. — А потом, набравшись сил, примутся за нас.

— И что ты предлагаешь? Крыльев у нас нет, пролететь над двором мы не можем. — мрачно сказал Лесник. — Лучше уж собрать пожитки и сваливать потихоньку, чем соваться в самую пасть зверю.

— Зверь… сомневаюсь, что к ним такое определение подходит. — хмыкнул я, глядя на то, как очередной отряд волков скрылся под многочисленными телами пожирателей. — Берите канистры и ступайте на противоположную сторону. А когда твари втянуться в логово — я подам сигнал. Отвлеку пожирателей на себя, сколько смогу. Семен останется со мной, на случай если оборудование подведет.

— Я туда не полезу! — громким шепотом сказала Лина.

— Лесник, это твои подчиненные, или мои? — с насмешкой спросил я. — Если хотите вернуться к Аль Саиди и заявить о невыполненном задании — милости прошу. Я вас не ради приятной компании брал, так что — лезь в чертово логово, Синдзи.

— Не понял к чему ты это, но Старший не идиот, он поймет, что у нас не было выхода. — мрачно заметил Лесник.

— Да ну? Именно для того, чтобы уничтожить пожирателей вас отправили на ту высотку. Да, там все было уже подготовлено, а здесь мы действуем нахрапом. Если хочешь, можешь еще потусоваться, помяться как девочка, но это тебе не поможет — эту дрянь надо спалить. — твердо сказал я. — Иначе житья никому не будет. К тому же — еще раз, я ее отвлеку, а ваша задача забраться на логово и вылить напалм. Поджечь, так и быть, я смогу и издали.

На сей раз спорить никто не стал, хотя по лицам я видел, что они страшно недовольны. Отряд разведчиков, уменьшившийся на треть, собрал канистры с подготовленным напалмом, и отправился вдоль стройки, по широкой дуге обходя логово и зверствующих уже у самого входа пожирателей. Волки отчаянно сопротивлялись, защищая новый дом, но были обречены на поражение с самого начала.

— Ты и в самом деле собираешься отвлекать… это? — спросил Семен, когда черная субстанция начала втягиваться в волчье логово.

— Сложный вопрос. — ответил я, приподняв шлем и потерев подбородок. — Наверное да, но совсем не так, как рассчитывают твои приятели.

— Что? О чем ты? — вздрогнул парень, уставившись на меня непонимающим взглядом.

— Самому странно о таком говорить. Обычно я людей вытаскиваю… спасаю всеми способами. Но в этот раз… Если вампиров будет слишком много — они просто перебьют выживших, и в результате погибнут все. — со вздохом произнес я. — У самого на душе паршиво, в первый раз такое. Убивать врага глаза в глаза, даже не имеющего против тебя ни шанса — а значит безоружного, я уже привык. Но вот так…

— Что за ерунду ты мелешь? — чуть отодвинувшись проговорил Семен. — Что ты задумал? Перебить нас всех?

— Не всех. Ты останешься в живых. — поморщившись ответил я. — Людям нужна защита, даже такая странная и жуткая. Но в начале — нужно избавиться от главной угрозы.

Поднявшись, я настроил ПНВ, и разглядел едва виднеющийся силуэты, добравшиеся до противоположной стороны двора. Три, пять… куда еще один делся? Ладно пока не важно. Вскинув, рука я достал из подпространства ракетницу и выпустил осветительный заряд, который видели все. И выжившие волки, и вампиры. Кажется, даже слепые пожиратели обратили на него внимание, начав ворочать головами.

На противоположной стороне несколько секунд сомневались, но все же бросились вперед, таща в руках канистры. Стремительные движения вампиров с каждой секундой становились все медленней, и у самого логова они не слишком отличались от человеческих. Вот они откупорили канистры, начали заливать все вокруг сверху, вот одна из черных теней обратила на них внимание…

Все кончилось меньше чем за минуту. Пожиратели набросились на пятерку вампиров, лишившихся своих способностей, и быстро разделались с ними. А затем, поглотив тела, двинулись дальше — вниз, там, где волки все еще оказывали ожесточенное сопротивление, унося в себе трупы и разлитый напалм.

— Вот теперь — пора. — проговорил я, глядя на то, как большая часть черной жижи втянулась в волчье логово. Остались только пятна и караульные возле костров, в ожидании пока огонь погаснет, но они меня не особенно заботили. Тщательно выверив дистанцию, я вытащил из подпространства канистру, вложил ей в горлышко смоченную тряпку, а затем поджог и отравил ее телепортом в черный зев входа на подземную парковку.

Сразу несколько десятков безобразных голов повернулось в мою сторону, почуяв применение дара, а в следующее мгновение рвануло так, что затряслась земля, и всем резко стало не до нас. Столб пламени поднялся над парковкой на несколько метров, затем плиты вздрогнули еще раз, и огонь выбился сразу из нескольких образовавшихся щелей.

— Уходим. — скомандовал я, прыгнув со второго этажа.

— Охренеть… охренеть! — бормотал Семен, оглядываясь на разрастающийся пожар, поглощающий небольшой дворик, но не забывающий при этом бежать.

Несколько дернувшихся в нашу сторону пожирателей почти мгновенно отстали, остальные же продолжали безмолвно ждать добычу, прячущуюся у костров, словно не было сотен их сородичей, сейчас испепеляемых на парковке. Может они их не чувствовали, а может вообще не были разумны в достаточной степени чтобы действовать осмысленно.

На самом деле это было очень важно. Если можно отпугнуть пожиратели с помощью огня — это не плохой вариант. Понятно, что вечно жечь костры не выйдет, но это хоть какая-то защита для выживших, нужно только продумать, где брать припасы и древесину, как организовать поставки…

— Берегись! — крикнул Семен, толкнув меня в спину. Если бы не его окрик, копье вонзилось бы мне прямо в шею, а так только звякнуло по броне, оставив глубокую царапину на кевларовой обшивке.

— С дороги, предатель! — прорычал Лесник. — Тварь! Ты послал моих людей на верную гибель! Я тебя прикончу!

— Хорошо. — кивнул я, с облегчением выдохнув.

— Хорошо? — не понял Лесник, даже растерявшись на мгновение.

— Конечно хорошо. — повторил я, с улыбкой. — Я-то думал, где последний. Спасибо, не пришлось тебя искать.

— Сдохни! — выхватив из-за пояса топор, Лесник бросился в атаку. Его движение почти не улавливалось ПНВ, но это было не важно. Я знал куда он будет бить — а молния все равно быстрее. Вспышка ослепила врага, и в то же мгновение он влетел в зону действия шока. Затрясся всем телом, но как-то сумел удержаться на ногах и даже отскочить в сторону.

— Ты не можешь использовать свои способности. — тяжело дыша усмехнулся Лесник, с трудом держась на ногах. — Иначе тьма почует тебя, и пожиратели до тебя доберутся. А значит ты не можешь мне ничего сделать!

— Ты снова прав. — кивнул я, и продолжая движение скинул с плеча трофейную сайгу. Лесник среагировал мгновенно — бросился в сторону, но его пораженные током мышцы подвели в самый ответственный момент. Споткнувшись на ровном месте, он чуть не упал, рухнул на четвереньки и уже оттолкнулся руками чтобы рвануть дальше, но в этот момент тяжелая пуля пробила ему бок, отбросив к стене дома.

Не став жадничать, я выпустил еще одну пулю, раздробив коленную чашечку, а когда обезумивший от ярости, потерь и боли Лесник бросился на меня, одним движением выхватил из подпространства двуручный меч и рассек его пополам. При этом верхняя часть, с головой, еще несколько секунд продолжала рычать и булькать, пытаясь ползти в мою сторону. Наступив на единственную оставшуюся руку врага, я без размаха опустил ему меч на шею, отсекая голову.

— Остаться должен только один. — пробормотал Семен, глядя в полные ненависти, быстро стекленеющие глаза Лесника. — Теперь моя очередь?

— Ты меня плохо слышал? — устало спросил я. — Я не могу забрать выживших с собой, это слишком опасно. Людям нужна будет защита. И ты ее обеспечишь.

— Значит нам нужно будет перебить всех вампиров? — нервно спросил Семен.

— Разве это не то, чего ты от меня хотел с самого начала? Только теперь в лагере осталось меньше десятка видящих в темноте. И те не обладают легким шагом или этой… как его? Кровавой луной. — вспомнил я. — Кстати, что это значит?

— Способность получать силы вместе с кровью. — коротко ответил Семен, опускаясь на колени рядом с телом Лесника. — Ты не мог бы… отвернуться?

— Стесняешься? — хмыкнул я. — Не стоит. Я видел такое, что тебе и не снилось. Просто хотелось остаться при этом человеком… Ладно, делай что должен.

Я отошел на несколько шагов, контролируя перекресток. Но ни патрулей волколаков, ни вампиров или даже спрутов не появилось. Через минуту позади стали слышны глухие удары, а когда я оглянулся — увидел, что Семен роет бывшему товарищу могилу. Спорить с его решением я не стал, лишь покачал головой и собрался с мыслями. Пусть от самых опасных тварей я избавился, но их все равно осталось больше трех десятков.

А еще Аль Саиди. Вот уж кто будет опаснее и Лесника, и Вождя. Если неправильно подойти к задаче — он сбежит, или прикончит меня. Даже если нет — в открытом противостоянии мне придется использовать все свои способности, а я не уверен, что сжег достаточно пожирателей, чтобы не беспокоиться на их счет.

Слишком много неопределенности. Но выбора все равно нет. Если не избавиться от этих паразитов, то сохранность поселенцев никто не гарантирует. Единственный вопрос — как? Именно его я обдумывал всю обратную дорогу, перебирая оружие, боеприпасы и просто запасы в пространственном хранилище. И у меня вроде даже созрел план.

— Как Саиди обращал вас в свои силы? — спросил я, надеясь на легкий вариант.

— Ритуал. — пожал плечами Семен. — Обычной кровью он чертил пентаграмму, а потом, после заклинания, она начинала светиться.

— Ни слов, ни формы пентаграммы ты естественно не запомнил? — с сожалением уточнил я. — Может он вам свою кровь пить давал?

В ответ парень лишь помотал головой, ломая все планы. Чтож, придется идти путем истинных героев. План требовал времени на подготовку и удачного стечения обстоятельств, но спустя почти час нам удалось совершить почти невозможное и выйти к госпиталю, как ни в чем не бывало. На встречу тут же двинулись постовые с горящими глазами. Последние из обладателей дара Истинного зрения. Кроме Семена и Саиди, конечно.

— Где Лесник? — не слишком вежливо окликнул меня один из стражников. — Эй, отвечай! Где наши парни?

— Кому мне отвечать? Тебе что ли? — с вызовом спросил я, и вампир, быстро забывший уроки вежливости, показанные его Вождю, ринулся вперед. Зря.

Его товарищ еще не успел сообразить, что произошло, как я выхватил кинжал и метнул его в голову напарника. Лезвие вошло в горло, совершенно не встретив сопротивления, а затем дернулось назад, когда язык плети сократился по моему мысленному приказу. Я ухватил противника за волосы на затылке и возвращающийся клинок разрубил его шею. А в следующее мгновение я прикончил второго, не дав ему регенерировать.

— Леха? У вас все в порядке? — раздался крик дозорного, вышедшего вперед с высоко поднятым факелом. Я не тал ничего говорить — противник был в пяти метрах от нас и хлыст с легкостью обмотался вокруг его шеи, не дав проронить больше ни звука. Жаль только, что это заметили стражники на крыше.

— Нападение! — заорала обращенная, и вскоре в госпитале раздался грохот ног, а всего через минуту у главного входа меня уже встречала делегация из двадцати вампиров, под предводительством Аль Саиди.

— Это нападение. — не убирая с лица вежливой улыбки проговорил Старший.

— С чего вдруг? Я лишь среагировал на оскорбление. — хмыкнул я, перекидывая кинжал в левую руку. Жаль, я так и не научился фехтовать, но сейчас это уже не важно. — Как мы и договаривались — я уничтожил логово волколаков. К сожалению, все твои бойцы при этом погибли. Бывает.

— Все? Могу я узнать как? — едва заметно сжав кулак спросил Аль Саиди.

— Безусловно. — кивнул я, краем глаза отмечая движение. Будем надеяться, что все идет по плану. — Они выполняли мой приказ, доставив канистры с напалмом к логову врага, но в этот момент на них напали пожиратели. К счастью, они успели открыть канистры, а я сжег весь гадючник, вместе с пожирателями и волками.

— Их сожрал голод? — замявшись на мгновение спросил Аль Саиди.

— Верно, а я сжег его. — улыбнулся я. — Что до этих… они напали на меня первыми. Кроме последнего, этот стражник просто слишком громко орал.

— Посмотрим, как теперь будут вопить твои сородичи. — усмехнулся Старший, а потом, не оборачиваясь, крикнул: — Взять их!

— Значит так вы выполняете свои клятвы? — с грустью покачал я головой.

— Да что ты, мерзкий низший, можешь знать о клятвах. — скривившись проговорил Саиди, а затем в его ладони появился небольшой череп. Обычная безделушка, если бы в ее лоб не был вмонтирован черный камень. Такой же, как на замке в клетке, удерживавшей Трактора. Только раза в три крупней.

— За смерть моих слуг, твои сородичи поплатятся жизнями. За каждого я заберу трех. — с улыбкой пообещал Аль Саиди, но в следующее мгновение его лицо исказила гневная гримаса. — Тащите мусор сюда!

Ответом ему были приглушенные хлопки, раздававшиеся в коридорах, а затем резко погасший в комнатах госпиталя свет. Минута, и крики прекратились, сменившись приглушенными стонами. А еще через несколько секунд Аль Саиди плавно, незаметно глазу, перетек в сторону, а голова ждущего рядом с ним вампира разлетелась, словно спелая тыква.

— Понеслась! — крикнул я, располовинив одним взмахом гигантского меча трех стоящих в одну линию вампиров.

Вампиры бросились врассыпную, но спрятавшиеся на крыше и втором этаже стрелки отрезали пути к отступлению. Крики обрушились на меня со всех сторон, секунду назад чувствовавшие свое полное превосходство твари вопили от ужаса, пытаясь найти спасение. Я же схватился с единственным кто сохранил здравый разум.

Аль Саиди молнией метнулся к входу в госпиталь, собираясь перерезать всех защитников в одиночку, но ему на встречу шагнул Семен, прикрывающийся моим штурмовым щитом. Отличная броня, выдерживающая выстрел калашникова в упор, позволила на мгновение задержать врага. Жаль только, на сопротивление зачарованному оружию она была совершенно не предназначена.

Тонкая кривая сабля, со свистом рассекла воздух, и вместе с ним — щит, едва не лишив Семена руки. Саиди тут же замахнулся повторно, с явным намереньем срубить буйную голову парня, но в последнюю секунду я успел поймать его за кисть хлыстом, и дернуть назад, вложив всю свою силу и одновременно сворачивая длину оружия. Старший вампир отлетел на несколько метров, но тут же вскочил на ноги и бросился в противоположную сторону — наутек.

— Возьми на себя мелочь, я займусь главной дичью! — крикнул я, бросив Семену зачарованный двуручный меч, и бросившись за беглецом. Дорогу мне преградили сразу несколько младших вампиров, но я даже не заметил их сопротивления, за два удара избавившись от противников и не снижая скорости.

Враг обладал феноменальной скоростью, почти не оставлял следов, и мог легко затеряться во тьме. Да только мы не зря тратили время на подготовку. В спешке Саиди не заметил, как наступил в краску, почти не видимую в темноте, но яркими пятнами подсвечиваемую моим инфракрасным фонарем встроенным в ПНВ.

Уверенный в своей тактике я выскочил на пустынный перекрёсток, между небольшими трехэтажными зданиями, и не сразу понял, что происходит — следы пропали, вот есть отпечаток, а следующего нет. Ни через метр, ни через три. В растерянности я закрутил головой, пытаясь понять, в какую сторону враг мог сбежать, и только тактические наушники с выкрученным на максимум микрофоном спасли меня от неминуемой гибели.

Шорох был почти неразличим, я дышал в разы громче, но благодаря снаряжению и точному позиционированию предугадал атаку. Резко развернулся на пятках и отбил направленное мне в грудь острие сабли. Саиди, коротко вскрикнув, отпрыгнул и снова растворился во тьме, но теперь я чувствовал его присутствие и жажду убийства.

— Где ты… я бегу за тобою… — тихо напел я, смещаясь между остовами обглоданных кристаллидами машин. — Голый с бензопилою… ухмыляясь в ночи…

Второй раз застать меня врасплох у него не вышло. Неизвестно откуда взявшийся Трактор вцепился ему в спину, толкнув и выдав врага с головой. В отчаянье Саиди взмахнул саблей, пытаясь отбиться от моего кинжала, но я отдал приказ на удлинение языка и хлыст ударил дальше, завернул о саблю и с утроенной силой ударил утяжелителем в плечо твари.

Саиди зашипел, словно большая кошка, и отпрыгнул назад, но теперь я видел его кровь и не собирался дать противнику уйти. Взмах хлыста, на максимальную дистанцию — враг легко уходит от удара, пригнувшись и пропуская лезвие-утяжелитель над головой, но мне именно это и нужно — раздается треск, и молния бьет в оголенную шею твари.

Выжав из своего измененного тела максимум, я оказался возле врага через пару секунд, но ему хватило этого времени, чтобы оправится и встретить меня ураганом ударов, которые невозможно было отразить. Да я и не пытался. Стоило приблизиться на дальность поражения, и я активировал молнии, не жалея запасов энергии.

В треске фиолетовых разрядов я видел, как тело Саиди дергается, выбивая невозможный для живого существа ритм, но это не имело никакого значения. Я его достал. Умелый фехтовальщик, возможно, лидер клана Старших, умирал долго и болезненно, прожариваемый изнутри молнией. Даже когда сабля выпала из его рук, я не дал врагу ни шанса — и продолжая бить разрядами с левой ладони, пробил голову кинжалом, зажатым в правой.

— Получилось… — не веря пробормотал я, глядя на все еще дергающийся обезглавленный труп. Нет, с такими тварями никогда нельзя рисковать. Я выждал пять минут, и когда тело Саиди восстановилось, дождался пока он откроет глаза.

— Привет. — усмехнулся я, на этот раз перерубив шею. В этот раз все было кончено, но я все равно выждал, пока не убедился в окончательной смерти старшего. — Спасибо, приятель. Даже не знаю, как тебя благодарить.

Наклонившись, я потрепал иноземного кота, и почесал ему за ухом, но тот лишь коротко фыркнул, не то выражая недовольство, не то показывая, что благодарить тут было не за что. Я, впрочем, был с ним не согласен, к тому же, когда мы ходили в магазин за припасами — нашел там несколько пачек разных вкусняшек. Правда не факт, что Трактор станет есть корм для кошек, после президентских то сливок.

Обшарив тело Страшего, я извлек подавитель в виде черепа, несколько крупных драгоценных камней с непонятной гравировкой, и украшенные ножны. После драки от одежды почти ничего не осталось, так что я плюнул на обноски, оставив их не трупе.

— Идем, посмотрим, что с остальными врагами. — погладив кота сказал я, и сходу перешел на бег. Кинжал я привычно убрал в подпространство и теперь сжимал в руках богато украшенную трофейную саблю. Но когда мы вернулись к госпиталю — стало понятно, что моя помощь тут не требуется.

Тела вампиров, изрубленные на куски, бросали в одну кучу, под которой уже лежали ветки и небольшие бревна. Рядом, на белую простынь, положили погибших защитников. Судя по их обезображенным лицам и вырванным кускам плоти из шей — вампиры все же добрались до внутренних залов, но противопоставить зачарованному оружию ничего не могли.

— Получилось? — спросил Семен, осторожно держащий двуручный меч на весу.

— Да, эти твари вас больше беспокоить не будут. — сказал я, протянув ладонь. Парень несколько секунд сомневался, а потом, с явным сожалением, вернул мне меч, который я тут же убрал в хранилище. — Держи, пригодится. Можно сказать от сердца отрываю.

— Ты уверен? — спросил Семен, принимая из моих рук саблю с ножнами. — Она же волшебная, я своими глазами видел.

— Ага, волшебная, но мне двуручник больше подойдет, а это… так, мелочь. — произнес я, без особых сожалений вручая сложное в обращении и неудобное для меня оружие. Если с кинжалом все понятно, его я уже освоил, а двуручный меч позволял держать врагов на расстоянии, то сабля мне и в самом деле была совершенно бесполезна.

В крайнем случае я позже смогу затребовать себе у Наставника точно такую же, если не лучше. Тут главное добраться обратно до лагеря живым. И желательно — с выполненной задачей. И вот тут наступала самая засада. Убить Саиди было необходимо для выживания поселения, но без обещанного им проводника я добраться до куба не смогу.

Вздохнув, я сел на крыльцо, и достал из подпространства несколько пакетов с разным кормом. Крольчатина в овощах, рыбные фрикадельки в сливочном соусе, мясо молодых бычков — черт, аж у самого слюни потекли. Когда я ел что-то кроме сухпаев и энергетических батончиков? В залах дракона… Кажется это было в прошлой жизни.

— Ну что, ваше котейшество, есть будешь? Выбирай. — сказал я, распаковывая все три пачки и кладя их перед носом Трактора. Котяра сунул морду в один пакет, потом в другой… громко фыркнул, замотав головой, и отодвинулся, прикрывая нос лапой. — Иж, какой привереда. И чем тебя кормить прикажешь?

Кот громко и утробно мявкнул, и в следующую секунду растворился во тьме. Отлично, покормил животинку. Ну, в принципе, как-то же он выживал все это время, без меня? Значит и пропасть не должен. Вообще странно, охотницы отзывались о них как о паразитах, а та же Вхагар держала как питомца. Ну и Саиди говорил о какой-то привязке. Все же в этом мире остается слишком много непонятного для меня.

— Отдыхаешь? — спросил Михалыч, которого подвезла ко мне Лариса. Выжил, надо же. Хотя я точно знал, что этот был в первых рядах и по вампирам точно стрелял.

— Думаю, что делать. Их старший обещал мне проводника к КУБу, без этого я свою задачу не выполню. — ответил я, взглянув в черное небо, без звезд. — Времени почти не осталось. А ведь расчет был с запасом.

— Думается мне, что ты не к кубу попасть хочешь, а к пусковым установкам ПРО. — хмыкнул инвалид, достав из внутреннего кармана плоскую фляжку он протянул ее мне, но я вежливо отказался. — Как хочешь. Так на кой ляд тебе ракеты?

— Не мне. Командованию. — поморщившись ответил я.

— Значит головастики что-то придумали. — отхлебнув из фляжки инвалид вздрогнул всем телом, а потом расплылся в блаженной улыбке. — Повезло тебе.

— Да? Пока что-то не ощущаю. — с интересом посмотрел я на инвалида.

— Валентин, не надо. — с какой-то жалостливой интонацией проговорила Лариса.

— Надо, мать, надо. — Михалыч даже подобрался, стараясь выпрямиться в своем кресле. — Валентин Селезнев, подполковник запаса, сто пятый полк ПРО Москвы. Я к этой коробке путь наизусть знаю. С закрытыми глазами, если надо, доберусь.

— Прости, конечно, но куда ты, со своими культями? Коляска по лесу не проедет. Я тебя на горбу могу тащить, но вот одновременно сражаться… — покачал я головой.

— Понимаю. — криво усмехнулся подпол. — Ты парень молодой, не знаешь, на что ради родины пойти можно. Да и кто сказал, что придется пробираться через лес? У меня в гараже стоит моя тачанка, маленькая, да удаленькая. Да и ехать тут — час от силы.

— Час? — я нахмурился, не веря в свою удачу. — Если дорогу покажешь, может нам твоя машина и не понадобится.

С этими словами я извлек из подпространства квадроцикл-трансформер. Тот рухнул на днище, а из щелей тут же потекла вода. Ха, забыл, когда его прятал, но в целом мой боевой конь был в полном порядке, оставалось только заправить его. Врубив зажигание, я щелкнул тумблером и дождавшись пока колеса встанут на место снял крышку трансформатора.

— Это что за чудо-юдо? — удивленно спросил Михалыч.

— Скорее чудо враждебной техники. — хмыкнул я, берясь за контакты и выпуская ток. — Достали из запасов СВР.

— Да я уж вижу, что не запорожец. — осматривая квадроцикл проговорил подпол.

— Валентин… — с плохо скрываемой тоской в голосе проговорила Лариса, но почти сразу взяла себя в руки. — Если недо — езжай. Удерживать тебя не стану.

— Надо, Лар. — сказал инвалид, будто оживая. — Если понадобились, значит их применять будут, а там двенадцать противоракет, каждая по десять килотонн.

— Всего десять? — нахмурившись переспросил я.

— Это вы по какой цели собираетесь долбануть, что вам десять тысяч тонн тротила мало? — насмешливо спросил Михалыч.

— Да есть… одна. — ответил я, не собираясь вдаваться в объяснения. Двенадцать штук? Ну может количество возьмет там, где нет качества… да и стрелять мы собираемся в «белый свет» как говорится. Чего от них ждать? Да и вообще, сработает ли план Бориса?

— Ладно, на месте разберемся. — пробормотал я, отбрасывая ненужные сомнения. — Сможешь в седле удержаться?

— У меня что, рук нет? — хмыкнул инвалид, осматривая квадроцикл. — Но на всякий случай, я бы веревками привязался.

— Исключительно на всякий случай. — хмыкнув согласился я. — И на этот же случай лучше одеть шлем и ватник.

Валентин немного побурчал, но спорить не стал. Убедившись, что батарея полностью заряжена, я отошел в сторону от квадроцикла, позволяя выжившим обустроить место для инвалида. Тащить с собой Михалыча, который защитить себя в открытом бою не в состоянии, в целом было идеей не лучшей, но в текущей ситуации без второго пилота-навигатора мне не обойтись. Хорошо хоть транспорт остался.

— Мряав. — произнес, появляясь из темноты, Трактор, и бросил мне под ноги что-то отдаленно напоминающее крысу. Только размером с хорошую собаку и с костяным гребнем торчащем из позвоночника. Еще и лапой потыкал, типа на, дружище, поешь нормальной пищи.

— Эм. Спасибо, приятель, можешь сам свое лакомство уплетать. — с нервным смешком сказал я, погладив мурлыку. — Скоро нам в дорогу, так что поторопись.

Словно понимая человеческую речь, а может оно и в самом деле так было, Чешир приступил к трапезе. Придавил лапой морду жуткой твари и острыми клыками буквально вырезал кусок бока. Еще смотрел на меня с таким прищуром — «дурак, я ему такую вкуснятину предлагаю». А у меня от вида фиолетовых выпавших кишок и брызг крови аппетит куда-то улетучился. Даже после разделки вампиров такого отвращения не было. Привычка?

Через пятнадцать минут все было готово к выезду. Подпол и Лариса горячо прощались, словно навсегда, хотя скорее всего так и было. Я дал пару советов единственному выжившему вампиру — Семену, ставшему обладателем зачарованной сабли. На всякий случай я выделил ему пару одноразовых подавителей. Мало ли, какая дрянь набредет на поселение. А потом мы выехали на трассу.

Чешир несколько секунд бежал рядом, но котяре это быстро надоело, и он телепортировался мне на колени. Квадроцикл, и так просевший из-за пассажира, еще сбавил скорость, но я не стал сгонять животинку, спасшую мне жизнь во время сражения со Старшим. Включил светодиодный фонарь, вместо фары, и выкрутил газ на максимум.

— Жми, пока чисто. — недовольно буркнул Михалыч, когда из-за поворота на нас выскочил опаленный волколак. Не сбавляя скорости, я хлестнул по серой морде разрядом, и тварь, заскулив, скатилась к обочине. Выругавшись про себя, я не стал тормозить, а наоборот — ускорился, виляя между остовами машин.

Дорога ведущая из Пушкино представляла из себя нерукотворную полосу препятствий. Сгоревшие и сожранные автомобили, упавшие на трассу разрушенные здания, выползший хищный кустарник. Несколько раз мне приходилось на полной скорости сворачивать в переулки, надеясь, что там дорога чиста. Но чаще я использовал трюк с телепортацией, просто перепрыгивая препятствия на пути.

— Здесь налево! — резко выкрикнул подпол, ткнув между деревьев, где я никакой дороги не видел. — Если не свернем, ближайший проселок через девять километров будет.

— Опасно… — пробормотал я, глядя на почти сошедшиеся над дорогой ветви.

Листва с них опала, иголки слились в длинные шипы, а сами ветки больше напоминали щупальца инопланетной твари, в любую секунду готовые ринуться к добыче. Риск дело благородное… но глупое, если это единственный шанс выполнить задачу, от которой зависит не только твоя жизнь, но и все человечество.

Пока я думал, Чешир, видимо уловив мои сомнения, спрыгнул и направился к ближайшему дереву. Поняв, что он собирается сделать какую-то глупость я хотел окрикнуть котяру, и уже вытащил хлыст, но кот спокойно ударил лапой по ветви, дождался пока та медленно двинется в его сторону и без проблем отошел.

— Что за чертовщина. — пробормотал я, не веря своим глазам. Спрыгнул с квадроцикла и сам проделал аналогичный опыт. Странно, но ветви реагировали очень слабо. Словно гигантский лес провалился в спячку и реагирует неохотно, через силу. Хотя, возможно доля правды в этом предположении есть — солнце спряталось, энергии нет, а на поверхности стремительно холодает.

— Ладно… рискнем. — решился я, садясь обратно на водительское кресло. Чешир прыгнул следом, и я, с максимальной осторожностью, вырулил на дорогу между деревьями. Готовый в любое мгновение телепортироваться, я все ускорялся, пока не достиг сорока километров в час.

— Сейчас перекресток будет, направо. — подсказал Михалыч, и если бы не его указания, черт бы я понял что это перекресток. Здесь деревья стелились у самой дороги, а местами вспахали ее, так что от асфальта не осталось и следа. Но подвеска легко проглатывала ухабы, и квадроцикл почти не трясло.

— Чуть по ммедленнее, кони… — клацая зубами пропел подпол. Ну да, это меня не трясло — я еще и ногами пружинил, а он сидел привязанный к самому краю седла, и вот его-то порядком мотало из стороны в сторону. Правда скоро об ухабах нам осталось только мечтать — дорога пошла вниз, лес по бокам стал плотней, а потом мы и вовсе выскочили на водную гладь.

— Ненавижу воду… — выдохнул я, переводя транспорт в режим гидроцикла. Трактор мои мысли полностью разделял, а потому постарался забраться повыше, чуть ли не мне на голову, спасибо хоть активировал частичный уход в подпространство и не давил всем весом.

К счастью под нами все еще была дорога, а по бокам еще возвышались обглоданные ели. Но вот они начали погружаться, под толщей океана дорога пропала, и оставалось ориентироваться только по оттенкам прозрачной воды.

— Левее бери. — предупредил Михалыч, показывая пальцем на едва виднеющуюся над водой трубу. — Тут база агрокомплекса была. От нее еще несколько километров по прямой, а там по трассе направо.

— Ага, по трассе. — пробурчал я, беря курс на виднеющиеся под водой белые крыши. Мощность фонаря позволяла разглядеть крупные объекты на глубине пары метров, и только размер базы помог нам сориентироваться. Оставалось надеяться, что дальше нам встретится остров… вряд ли ракеты ПРО рассчитаны на запуск из-под воды.

— Видел? Там под водой что-то! — окликнул меня Михалыч, заставляя плотней вжаться в кресло, выжимая из гидроцикла все силы. Чтобы ускориться я даже убрал его частично в подпространство, но появление скатокул это не предотвратило. Через десяток секунд на нас уже обрушилась черная тень, а вода по бокам гидроцикла вспенилась под напором плавников.

— Держись! — скомандовал я, рывком отправляя нас в телепорт. Мгновение, и новая атака заставила уйти в сторону, теряя траекторию. Твари начали окружать нас со всех сторон, я слышал плеск воды, когда разогнавшиеся охотники выпрыгивали, чтобы обрушится на нас сверху. Но в этот раз дичь оказалась слишком резвой.

На полном ходу мы вломились в поднимающиеся из-под воды голые стволы, и погоня сразу отстала. И даже отсутствие дороги не казалось чем-то катастрофическим. Быстро поднимающийся берег вел к небольшим домикам, а за ними виднелась восьми полосная трасса.

— Куда? — спросил я, когда машина снова сменила режим и мы выехали на дорогу.

— Платная трасса… — в задумчивости произнес подпол, вытягивая шею и светя по сторонам фонарем. — Налево. Если моста не будет несколько километров — вернемся.

— Моста? — на всякий случай уточнил я.

— Да, через трассу в лес. Там такое место — вряд ли пропустим. — ответил Михалыч, и я, не став спорить, повернул налево. — Вот! Сюда!

Похоже в этот раз нам повезло. Мост конечно разрушило землетрясением, и нам снова пришлось поплавать, но совсем немного. А уже через минуту у меня не осталось сомнений что мы движемся в правильную сторону. И дело даже не в блокпостах и нескольких шлагбаумах подряд. Сложно не заметить выгоревший до основания лес.

— Какого черта… — пробормотал Михалыч, оглядываясь.

— Хищный лес. Деревья наступали. Люди оборонялись. — ответил я, двигаясь между покорёженными грузовиками. Никаких сомнений — военные стягивались сюда со всей округи. Сотни легковых машин, десятки грузовиков… но чем дальше мы двигались, тем безрадостнее была картина.

Оторванная башня Т-90АМ валялась прямо посреди небольшой дороги, а сам танк стоял чуть дальше, окопанный с трех сторон. Судя по растоптанному корпусу — его било что-то очень большое. Чуть дальше обнаружился вдавленный в землю тигр. А спустя всего несколько метров — разрезанный на части БТР. И он тут был не один.

— Рептайды… подогнали своего титана. Похоже народу тут собралось много и сопротивлялись они до последнего. — зло выругавшись сказал я. — Силы явно были не равны… вот только тел я не вижу. Сожрали?

— Лучше бы сожрали. — проговорил подпол, фонарем показывая куда-то в сторону. Задержав дыхание, я несколько мгновений оценивал ситуацию, а потом вдавил газ. В сгоревшем подлеске, слепо мотая головами, стояло несколько десятков тел. Вперемешку — людские и черепашьи, обращенные поглотившей их черной слизью.

Последняя волна забрала всех, и победителей, и проигравших. До последней секунды я надеялся, что Титана здесь не увижу, но поднимающаяся над деревьями черная туша разрушила планы на легкую прогулку. Осталось только одно — прорываться с боем, или жать на газ, пытаясь проскочить между тварями.

— Правее! — выкрикнул подпол, и я выкрутил руль, поставив квадроцикл на два колеса, едва не перевернув его в повороте. — Туда!

— Дак там же нет ничерта! — ответил я, но газ вжал, направляя транспорт между двумя группами пожирателей. Черные когти тянулись к нам со всех сторон, но в последнее мгновение мне удалось телепортироваться им за спины, оказавшись сразу за возникшим из темноты забором. Прятаться больше не имело смысла, оставалось положиться на скорость.

— Поляну видишь? Быстрее! — тыча лучом света в едва заметное одноэтажное здание кричал Михалыч. На кой ляд нам мелкая пристройка, я не знал, но сейчас это было не важно. На полной скорости я промчался мимо одиноко бегущего мне на встречу пожирателя и врезался в распахнутую металлическую дверь.

Квадроцикл взревел повисшими в воздухе колесами, меня скинуло, а болтающийся на веревках Михалыч захрипел от перегрузки. Вскочив на ноги, я быстро огляделся — обычное административное здание. Чей-то офис, заставленный столами и заваленный бумагами. Но не могли же мы сюда просто так переться.

— Помоги… помоги мне. — прохрипел инвалид, срезающий веревки. Я поступил проще, убрал квадроцикл в хранилище, и подхватив подпола перекинул его через плечо.

— Куда? — резко спросил я. Михалыч, не споря со своим положением, подсветил одну из боковых дверей. Обычная фанерка, как в любом офисе, но дернув ее я оказался перед массивной металлической заслонкой, с круговым запором-штурвалом. Схватившись обеими руками, я дернул его в одну сторону, и сразу в другую.

Круг поддался без скрипа, но с большим усилием. А когда дверь отошла в сторону в нос ударил спертый трупный запах. Морщится было некогда, так что я перешагнул тело, лежащее прямо у прохода, и затащив внутрь прыгающего на одной ноге подпола, навалился на створку. Несколько мгновений не мог понять, почему она не поддается, а потом заметил застрявшую в щели, уже поломанную руку мертвеца.

— Навались! — крикнул я, дернув тело к себе я снова навалился на дверь, и она поддалась, закрывшись прямо перед носом черной твари. Затвор бесшумно повернулся, и мы оказались заперты с трупом в крохотном тамбуре.

— А ты все продумал. — усмехнулся Валентин, рухнув рядом с телом, и тщательно обшаривая карманы. — Есть! Второй ключ должен быть у дежурного в ЦУПЕ.

— Где? — не понял я.

— За этой дверью… если там еще кто-то остался. — проговорил Михалыч, ткнув в дверь пальцем. — Ядерной тревоги не было, так что гермостворки должны открыться. Ну а если нет, и они инициировали протокол нападения.

— Не важно. — зажимая нос проговорил я. — У меня есть ключ от всех дверей.

В начале я попробовал отпереть дверь правильно, но, когда ничего не вышло — не стал отчаиваться. Двуручный зачарованный меч легко вошел в стальную пластину, торопиться нам было некуда, так что за минуту я прорезал аккуратную дыру и вытащил пробку.

— Стоять! — раздался изнутри слабый крик. — Не двигаться, иначе я открою огонь!

— Отставить! — гаркнул Михалыч. — Говорит подполковник Валентин Селезнев, у нас второй ключ для запуска ракет и приказ на их использование!

— Что? Нет, этого не может быть. — проговорил усталый, не слишком уверенный голос, и я подался вперед. — Стой! Я…

Договорить что «я» военный не успел. Телепортировавшись прямо к нему я выбил из ослабевших рук автомат, и мужчина рухнул на пол крохотного лифта. В ту же секунду оказавшийся рядом Чешир чуть не оттяпал несчастному ухо, но я вовремя перехватил кота за шкирку и оттащил в сторону.

— Спокойно. Он нам не враг. — сказал я, гладя кошару. — Михалыч?

— Здесь я. — проговорил подпол, втискиваясь в вырезанное мною отверстие. — Руку подай. Чтож, ты, Федя…

— Валентин Михайлович? Это правда ты? — не веря проговорил мужчина. — Не глюки?

— Нет. Тесно то как. — недовольно пробурчал подпол. — Так, держись, Слава. Нажимай на спуск. Федя, кто-то еще выжил? Какого черта ты на верху делал?

— Вода… грунтовые воды. — ответил мужчина, теряя последние силы. — После землетрясения они затопили почти все шахты. Оборудование в норме, но запасы все… нет их больше. Воды питьевой нет.

— Это поправимо. — проговорил я, достав флягу, и военный жадно присосался к горлышку. Лифт медленно опускался все ниже, и когда замер в нижней части шахты, моему взору открылась совершенно неожиданная картина.

Я рассчитывал на гигантский бункер, огромное количество пультов и экранов, какую-то странную и непонятную хрень. А вместо этого оказался в крохотной комнатушке с двухъярусной кроватью, вмонтированным в стену пультом и одним столом, на котором стоял почти привычный ноутбук, только в металлическом кейсе.

— И отсюда нашу родину охраняют от главной угрозы человечеству. — не смог скрыть я кривую усмешку. — Да, обстановка для спасителей родины не лучшая.

— Так мы здесь и не на курорте. — буркнул подпол, цепляясь руками за стол, и втаскивая себя в комнатушку. — Федя, ключ у тебя?

— Да. — кивнул военный, показывая запечатанный конверт.

— Ну что, осталась самая малость — ключ на старт. — посмотрел на меня подполковник. Молчание затягивалось, и он не выдержал первым. — Только не говори, что мы проделали весь путь зря и у тебя нет ключа от генштаба, для запуска ракет.

— Никакого ключа они мне не давали. — честно ответил я, тщательно вспоминая все что говорил или делал в последние минуты Борис. — А как он выглядеть должен?

— Конверт с шифром. Ну или флэшка… или… — начал перечислять Михалыч.

— Стоп, если шифр, может он у меня и есть. — остановил я начавшего закипать инвалида. На бумаге мне ничего не записывали, а вот в КПК, вместе с картами и разведданными. Несколько секунд я щелкал по кнопкам, пролистывая документы, пока не наткнулся на странный файл с однозначным названием «ключ».

— Есть. Тут много букв и символов, не уверен, что они все нужны. — проговорил я.

— А все и не нужны, только первые шестьдесят четыре. — усмехнувшись ответил Михалыч, втиснувшись в кресло перед ноутбуком. — Вскрыть конверты.

— Есть вскрыть конверты. — ответил Федор, с трудом стоящий возле пульта. Неуверенным движением он начал рвать бумагу, но та никак не поддавалась из-за слабости пальцев, так что я взял инициативу в свои руки.

— Готово. Ключ и шифр. — сказал я, достав содержимое конверта.

— В начале вставь ключ. — прокомментировал Михалыч, показав на щель в пульте. Одновременно со мной он вставил ключ в ноутбук. — Управляющий код, диктуй. По буквам, и старайся не ошибиться. Шанс только один.

Эта реплика заставила меня нервничать куда больше, но я четко и точно считал набор с КПК. Прошло меньше секунды, и эти символы отобразились на экранчике встроенном в панель на стене. Следом мы вбили оба пароля идущих вместе с ключами.

— Бред какой… — пробормотал Михалыч. — Координаты — в открытом космосе! Мы что, наугад стреляем?

— Лучше, мы в полном окружении, а значит можем атаковать в любом направлении. — попытался отшутиться я.

— Боже… пусть головастики будут правы. — тяжело выдохнул подполковник. — Ключ на старт. На счет три — повернуть по часовой стрелке. Один, два, три!

— Есть! — сказал я, чуть не сломав от нервов крохотный ключик. В коморке взвыла сирена, что-то зашипело, но больше ничего не произошло. — И? Что дальше?

— Запуск осуществлен в тринадцать двадцать два по московскому времени. Вот. — подполковник чуть развернул экран, так что я смог увидеть изображение с камер. Наверху, шипя и грохоча, поднимались гигантские металлические крышки. Вот один из пожирателей подошел слишком близко и его придавило механизмом, но крышка даже не почувствовала сопротивления, открываясь. А затем тишина подземелья сменилась жутким гулом, идущим от стен.

Камеры мгновенно ослепли, больше десятка гигантских стальных сигар, одна за другой, поднимались в воздух, оставляя после себя невидимый черный след, выжженную траву и сгоревших пожирателей. Вид сменился, и теперь мы смотрели за все удаляющимися яркими точками, почти теряющимися в небе.

— Данные телеметрии, запуск с юго-западного полигона. — удовлетворенно сказал Михалыч. — Мы не одни! И с южного! Что за…

Его смущение можно было понять. Небо, только недавно абсолютно черное, начало стремительно светлеть по краям. Военная камера не обладала идеальной цветопередачей, но в надежности ее не было никаких сомнений. Черная тучу, застилающая небо, начала концентрироваться над местом, где раньше стояла пирамида Кукловода. А в ее центре виднелась хорошо различимая пасть, угрожающая поглотить всю планету.

А спустя минуту что-то произошло. Облако вздрогнуло, в нем образовалась дыра. Затем вторая — третья. Одновременно с четвертой дырой камера вырубилась, и картинка пошла рябью.

— Все, контакт электромагнитной волны с поверхностью. — объяснил Михалыч. — Что там, мы узнаем только когда увидим все своими глазами.

Даже внутренняя капсула бункера, в которой мы сидели, несколько раз содрогалась от прошедшего землетрясения. Но даже когда снаружи все стихло — камеры передавали лишь рябь, а все радиочастоты оставались забиты помехами.

— Долго такое будет продолжаться? — спросил я, спустя два часа, когда все, казалось, затихло. — Нужно выбираться и выяснить что с людьми на поверхности.

— По инструкции — до возобновления работы спутников и телеметрии. — ответил Михалыч, несколькими щелчками тумблера пройдя по эфиру. Лишь шум.

— Ответа от спутников не будет. — покачал я головой, глядя на то как Чешир удобно устроился на подушке. — Нет там наших спутников.

— Понятно, что нет, всех сожгло ЭМИ, иначе зачем было выпускать ракеты так высоко. — хмыкнул подпол. — Ничего, скоро должны подтянуться с противоположной стороны земли, те, которых от удара заслонило планетой, тогда и связь восстановится. Но вообще, если ответа не будет — неделю. Припасов правда не осталось. Воды…

— Воды я вам могу оставить. А сидеть неделю под землей, извините, у меня на это просто нет времени. — возразил я, поднимаясь и проверяя разгрузку. Если на поверхности остались черные — придется пробиваться с боем. Огнемет у меня есть, но бака хватит минут на пять, не больше. Можно прорваться к воде, там угрозы сменятся. Но если мои способности снова откажут, придется поставить все на молнию и квадроцикл.

— Расслабься. — поморщившись посоветовал мне подпол. — Магнитные бури, после такого фейерверка, будут идти еще как минимум несколько дней. Но ничего страшного в этом нет. Да, поболит голова у народа, техника подохнет, но в целом — это не критично. Лучше, раз уж мы этот разговор начали, объясни — какого черта там произошло. Что за рожа в небе.

— Товарищ подполковник, вы тоже видели? — воодушевился спасенный нами военный. — А я уж подумал, что у меня глюки от потери жидкости.

— Сам такого же мнения. — кивнул Михалыч, подавшись вперед, и глядя мне прямо в глаза. — Но за этот месяц я видел столько ужаса, что это — не худшее.

— А вот тут вы ошибаетесь. — не сдержавшись хмыкнул я, вспоминая пожирателей. — То что вы видели… если у нас получилось — мы убили бога.

— Бога? — военный, рухнув в кресло, даже осел, разом ссутулившись. — Что ты такое говоришь, парень? Горячка? Мозги ушибло?

— Да нет. Они звали его Богом, хотя по факту просто гигантский монстр… что пожирал планеты. Вернее все живое, что на них есть. И наша была на очереди. — объяснил я, выговариваясь, и с каждым словом мне становилось легче. — Местные народы, всякие паразиты, низшие, старшие и высшие — они все молились ему, приносили кровавые жертвы, устраивали игрища чтобы задобрить эту тварь… ну а мы ее прикончили. Если все вышло.

— Брешешь. — не веря помотал головой Михалыч, нахмурился, да так что брови на переносице сошлись, затем схватился пятерней за голову и взъерошил короткие волосы. — Погоди… как ты сказал? Местные?

Я запнулся, уже собираясь все рассказать, а потом вздохнул, понимая, что без этого все равно не обойдется. Только как объяснить все, и при этом не выглядеть в их глазах полным психом? Даже если учитывать, что военные пережили столкновение с хищным лесом, волколаками, пожирателями и рептайдами, оказаться на другой планете — может быть шоком.

— Чтобы вы мне поверили, придется начать с самого начала. — сказал я, садясь рядом с Трактором, и гладя гигантского кота по жмурящейся от удовольствия морде. — Скажу сразу, это не бред и не трип наркомана, мне эту информацию пришлось добывать по кусочкам, а спецам из штаба — перепроверять многократно и сравнивать. Так что в ней можно быть уверенным. Ну… процентов на пятьдесят.

— Кончай кота за яйца тянуть. — мрачно проговорил Михалыч.

— Мы не на нашей земле. Если быть точным — вообще не в привычном нам измерении. Планета на которой мы находимся — ближе к солнцу. Скорее всего она образовалась так же как и наша Земля, только в нашем измерении ее нет — ее разорвало на пояс астероидов. А в этом все произошло наоборот. Но, конечно, всей произошедшей фигни это не объясняет.

— Это точно. — кивнул подполковник. — Хотя звучит уже бредово.

— Дальше будет веселей. — хмыкнул я. — Жизнь на ней появилась примерно тогда же, когда и на Земле, но развивалась немного по-другому.

— И поэтому тут столько хищной дряни? — решил уточнить ракетчик.

— Нет. Вся эта хтонь, как и мы — не местная. — покачал я головой. — Их притащили сюда силком, как и нас… но начать нужно не с этого. Главное — что всего этого не должно было произойти, больше того, виновники произошедшего должны были сдохнуть много тысяч лет назад. Возможно даже сотни тысяч. Примерно тогда же, когда выделилось человечество как разумный вид. В этом мире тоже появились свои папуасы, молящиеся каменным статуям, огню и изображению на стенах. Только здесь им ответили.

— Что? — нахмурившись перебил меня Михалыч, но вместо того, чтобы убеждать его в правдивости своих слов я пустил молнию между пальцев. — Ладно… продолжай.

— У меня много всякого произошло с момента апокалипсиса. — я невольно поморщился, вспоминая сражение с Зевсом, расстрел у магистра, изменение Наставником. — Так что о многом могу говорить прямо. Местным папуасам ответило существо из чистой энергии. Они сделали его своим богом, подпитывая кровавыми жертвоприношениями. Чем дальше, тем сильнее оно становилось, и тем больше требовало жертв. Но в ответ щедро одаривало своих поклонников. Способности, урожаи… бессмертие.

В какой-то момент случилось так, что группа избранных жрецов просто перебила почти всех, не в состоянии остановиться в погоне за силой. Божество, получившее свою кровавую жатву, умудрилось победить бывших сородичей, пожрать их, и осталось единственным самым главным энергетическим вампиром. Вот только незадача — ему нечего было кушать. Только подыхать оно не собиралось, а создало портал в другой мир. Параллельный.

— В наш? — тут же уточнил Михалыч, но увидев, как я нахмурился — отмахнулся. — Молчу-молчу, рассказывай.

— Да что рассказывать. — сбившись с мысли произнес я. — Если честно, понятия не имею куда оно открыло проход и как, но судя по всему — как-то они смогли договорится между собой и врата открылись туда, где эта тварь сумела получить достаточное количество жертв. Не знаю, может ей подходят только разумные формы, может просто так вышло — но с каждым открытием портала они оставляют себе что-то вроде питомцев. А остальную жизнь скармливают своему «богу». Так что все твари что вы видели — они из параллельных миров. Главенствующие там некогда формы жизни. От грибницы и разумных камней, до высокотехнологичных подземных жителей.

— Хочешь сказать, что эта дрянь притащила сюда, в свой мир, всю Московскую область, а потом отправилась в наш мир и пожрала все человечество? — чуть не рыча спросил подполковник, до белизны костяшек сжимая подлокотник кресла.

— Не успела, вроде как. Если у нас все получилось и ракеты реально прилетели ей в рожу, энергия термоядерного взрыва должна была развеять эту дрянь. Хотя тут ни в чем нельзя быть уверенным на сто процентов. Выберемся на поверхность — узнаем. — произнес я, искренне надеясь на успешный исход. — Нужно проверять.

— Рано. — покачал головой Михалыч, откинувшись на спинке кресла. — Ты лучше дальше рассказывай.

— А что рассказывать? Вроде все уже. — сбившись с мысли отмахнулся я. — Разве что — мы станем второй, может третей цивилизацией, которая дала этой твари отпор. И первой, которая ее уничтожила!

Не став добавлять, что нужно прежде убедиться в окончательной победе — я выдохнул. Явно это еще не все. Но мы и в самом деле добились немыслимых результатов. Сезон возвышения закончился нашим триумфом. Ракеты поразили цель. Что бы не произошло дальше — хуже точно не станет.

— Судя по твоим словам, знаешь ты куда больше, чем говоришь. — заметил подполковник. — Расскажи о себе, о вампирах. Что они за твари и откуда взялись? Новых нам ждать, или можно расслабиться?

— Новых? — я даже запнулся. Как-то эта мысль не приходила мне в голову. — Да нет. Вряд ли. Москва — наша территория, к тому же у нас и прикрытие есть и оружие…

— Не сильно это им в прошлый раз помешало. — проговорил Михалыч, заставляя еще больше задуматься. Кто знает, что будет дальше? Может — Борис, со своим даром предвиденья, или какой-нибудь из Старших, обладающий схожим даром. Но даже если это так — они не предотвратили смерть Голода, а значит и с нами ничего плохого не случится. Не случится же, правда?

Чтобы отвлечься от накатившей тоски я продолжил поглаживать Трактора, и рассказал все что смог выяснить об одаренных. О поселениях, которые сумел спасти или кому помог, вытаскивая, открывая пути и доставляя припасы. Заодно проверил открытие врат — пока не получалось. Возможно слишком большое расстояние, или ЭМИ создает помехи?

— Ладно, хватит лясы точить. — не выдержал я спустя почти три часа. — Вот вам вода и припасы, а нам пора двигать отсюда. Трактор, пошли.

— Да погоди ты, еще даже камеры не перезагрузились! — попробовал возразить Михалыч, но меня это уже не убеждало. Если на поверхности осталась только радиация и помехи — я как-нибудь выживу. Запас энергии — больше половины, выглянуть и отрегенить хватит. Сидеть здесь в полной безызвестности, не мой вариант.

Чешир забрался в узкую капсулу лифта без дверей вместе со мной, но, когда я уже собирался нажать на кнопку вверх, ругающийся подполковник выполз в проход. Пришлось поднимать его, и перекинув руку через плечо волочить на себе. Только оказавшись снова в лифте я положил мужчину на пол.

— Если пожиратели все еще сторожат вход — мне понадобятся обе руки. — объяснил я свое поведение, а затем достал из подпространства огнеметный ранец.

После нажатия кнопки лифт недовольно пискнул, вероятно не позволяя глупым людям лезть под радиацию, которая должна была возникнуть после ядерного удара по поверхности, но этой угрозы можно было не бояться. Подполковник, с моей помощью, добрался до управляющего пульта, набрал какой-то код, щелкнул тумблером и лифт заработал. Медленно, куда неспешней, чем мы спускались, лебедка подняла нас наверх, и прокрутив колесо шлюзового замка я приготовился открыть дверь и тут же пустить струю пламени.

Вот только это не понадобилось.

Стоило люку отойти в сторону, как я увидел валяющиеся на полу обглоданные скелеты, со следами переломов и черными разводами на костях. Кое-где на полу еще виднелись пятна от слизи, но ни одного полноценного противника в свете инфракрасного прожектора ПНВ я не заметил. И только сделав несколько шагов понял, что очки бесполезны — вокруг просто слишком светло.

— Привычка. — оправдываясь сам перед собой буркнул я, поднимая блок ПНВ на шлеме. Черт, как же непривычно — в выбитых окнах поста управления виднелось вечернее небо и солнце, плавно опускающееся к горизонту. Редкие облака подсвечивало снизу оранжевым, и ничего прекрасней я в жизни не видел.

— Получилось? — не веря спросил Михалыч. А потом закричал, вскинув вверх руки: — Да! Русские медведи выбили из крокодильей пасти солнышко!

— Тише, блин! — выругался я, когда Трактор зашипел, выпуская когти, и глядя на проход оставшийся после вломившегося в помещения рептайда, чьи кости валялись у самого входа. Проверив давление, я выпустил струю пламени, прямо по колышущейся черной жиже. Она забулькала, и лужа тут же начала испаряться, усыхая на глазах.

Заглянув в интерфейс, я лишний раз убедился — способности все еще блокируются, а значит оставшаяся дрянь реагирует на Дар не хуже, чем полноценные пожиратели. Хорошо хоть не бегает и не пытается откусить голову. Выжигая темные участки, я прошел к двери и острожное выглянул наружу.

Скелеты и черные, словно разлитая нефть, впитывающиеся в землю лужи. По трещинам в асфальте и бетоне было видно, как субстанция растеклась с места гибели пожирателей, собиралась в небольшие ручейки. Проследив за их потоком, я оказался возле открытой пусковой шахты, наполненной черной дрянью почти наполовину. Как это произошло? Да какая разница, оставлять это так просто я не собирался.

— Что будешь делать? — спросил от дверей Михалыч, когда я подбежал к обломкам козлика неподалеку и заглянул в багажник. Повезло — запасная канистра оказалась на месте, и даже не пустая. В следующем авто я нашел шланг, так что вскоре весь бензин перекочевал из баков машин в открытую шахту.

— Гори-гори ясно. — хмыкнул я, бросив зажжённую спичку вниз. Пары бензина немедля взорвались, чуть не опалив мне лицо, а над шахтой поднялся столб синего пламени, быстро уменьшившийся в размерах. Только спустя минуту, с опаской заглянув внутрь, я понял, что горит поверхность, а не все топливо и в черную жижу оно не просачивается. Плотность разная.

— Как эту дрянь выжечь? — подумал я вслух, отходя от шахты. Может дров набросать, или нефтью залить? Как я помню — субстанция, оставшаяся от Голода — тяжелее воды, а значит любой вид горючего будет легче. Остается и в самом деле только мазут или уголь…

Додумать мысль я не успел, бензин разогрелся до температуры воспламенения и сдетонировал всей массой. Земля вздрогнула, а столб огня поднялся в несколько раз выше прежнего. Но стакан пусковой установки был рассчитан на куда большие нагрузки и выдержал, в отличие от закипевшей черной жидкости, усохшей разом на две трети.

— Можем крышку закрыть, тогда эта дрянь никуда не денется. — предложил Михалыч, подтянувший себя на скамейку у входа в штаб. — Я бы на твоем месте лучше о лесе подумал.

Тут он был совершенно прав. Смерть Голода, а я все еще надеялся, что мы убили бога, заставила пожирателей лишиться своих тел и забиться в норы, но хищный лес, наоборот, начал оживать под воздействием местной звезды. Выходит, что добраться тем же маршрутом до санатория у нас не выйдет. Оставаться здесь — тоже нет никакого смысла, единственная ценность была полностью использована. Ракеты из воздуха не появятся.

— Нужно выбираться. — сообщил я Михалычу, проходя мимо. — Трактор, присмотри за ним, а я пока за последним схожу. Устроим им эвакуацию.

— Что? От чего меня этот шерстяной гад защитить может? — возмутился подполковник. — Лучше автомат оставь. Им я и одной рукой управится смогу.

— Вы сильно удивитесь. — только и хмыкнул я, проходя к задней двери. Спустится на лифте оказалось не проблемой, уговорить выйти дежурного — тоже. Мужчина чуть оклемался и теперь был готов идти куда угодно, лишь бы не оставаться одному в замкнутом пространстве. Как быстро из него выветрилась самоотверженность, хотя, посиди я несколько дней без воды — тоже бы не рвался вернуться обратно в подземелье.

Пока собирал продукты и поднимался, прокручивал в голове варианты. Можно и троих было посадить на квадроцикл. Возможно, он и в форме гидроцикла выдержит, не знаю. В любом случае риски возрастали многократно, еще и просыпающийся лес… но стоило подняться на поверхность, как все сомнения ушли прочь.

После высадки в МИФИ стрекот винтов крокодила я мог узнать из тысячи, и когда услышал шум на улице, едва не сорвался на бег. Но привитая десятками сражений осторожность заставила достать ружье и только после этого, аккуратно срезая угол, выглянуть во двор. На ярко освещенную носовыми прожекторами бетонную площадку садился Ми-24 в боевом окрасе и с полными подвесами на крыльях.

— Ну наконец-то, дождались. — услышал я возглас Михалыча, через шум винтов. Стоило шасси вертолета коснуться бетона, как из десантного отделения тут же выскочило несколько бойцов, взявших нас на прицел. Одни из них, облаченный в тяжелый бронекостюм с внешним скелетом, поднял забрало шлема, и я чуть не бросился ему в объятья.

— Стоять! Пароль! — предупредил Миша, тут же отгородившись штурмовым щитом.

— Да задолбал ты со своими паролями! — рассмеявшись сказал я, снимая шлем, но на всякий случай выпустил несколько молний.

— Есть! — с облегчением выдохнул боксер. — Грузимся, быстрее! У нас не больше получаса, потом коридор закроется.

— Что? какой к черту коридор? — ошарашенно переспросил я, но спорить не стал. — Эти двое со мной, нужно доставить их в военный госпиталь, по дороге.

— Мы в курсе, предупредили. — ответил Михаил, обернувшись к остальным бойцам. — Берите вояк и на борт! Быстрее!

Двое солдат тут же подхватили под руки подполковника, еще один — забрал у меня дежурного из штаба, а спустя всего несколько минут мы уже мчались над быстро темнеющей водяной гладью. Вот только вместо полной темноты на небе зажглись звезды, и это зрелище было столь великолепно что я долго не мог оторвать глаз от крохотного квадратного иллюминатора.

Оторвался от вида я только когда меня похлопали по плечу. Заставив бойцов пересесть, товарищ занял соседнее со мной десантное кресло, в узком отсеке, и передал наушники с микрофоном для внутренней связи. Недовольный соседством Трактор все так же сидел у меня на коленях, придавив всем весом.

— Как все прошло? Они сразу такие были или?.. — спросил он, кивнув на военных.

— До меня, если ты спрашиваешь об этом. Но в госпитале есть кому о них позаботиться. — ответил я, прислонившись затылком к холодному борту. — Рад тебя видеть, друг. Как вы нас нашли?

— Очень тяжело не найти здоровенный черный квадрат, окруженный лесом, рядом с которым горит двухметровый столб пламени. — усмехнулся боксер. — Я… я тоже рад тебя видеть, брат. Не представляешь как. Мы действовали по руководству Стратега, и пока все совпадает, так что нам везет.

— Стратега? — переспросил я, но тут же отложил эту мысль. — Как дела с Борисом? Зая вышла на связь? Понимаю, времени прошло совсем немного, но такое событие, как смерть Голода, вряд ли пропустил кто-то на планете. Все кончено.

— Тут можешь быть уверен, это заметили все. — усмехнувшись кивнул Михаил. — Но говорить, что «все кончено» пока рано. Прилетим домой — я тебе все подробно расскажу и покажу. Проблемы никуда не делись. Сейчас остатки танковой армии вытесняют с нашей территории всякие разрозненные племена и лишившихся сил захватчиков. Но, сам понимаешь, возврат солнца все изменил.

— Как вы справились с пожирателями? Эти твари появились уже после моего ухода, и мне доставили много проблем. — спросил я.

— Их не привлекают обычные люди, так что пришлось приспосабливаться. — пожав плечами ответил товарищ. — Огнеметные команды, несколько танков в режиме борьбы с радиацией. В общем и целом — все прошло куда легче чем могло. Ведь у нас было предупреждение. Так что сейчас штаб СВР чуть ли не самое безопасное место на планете.

— Жаль только что всех выживших мы к нему перетащить не сможем. — заметил я, взглянув на сидящих напротив вояк.

— Ничего не поделать. К слову, я бы не советовал оставлять в их жилище телепорт. На некоторые из открытых врат пожиратели прямо толпами шли. Остановились только когда подавителями удалось разрушить сеть. — предупредил Михаил. — Сможешь позднее ее восстановить? Удобная была штука.

— Да… наверное. Сам же знаешь, я могу открывать в места, в которых уже был раньше, если вспомню. — ответил я, прикидывая фронт предстоящих работ. Меньше, чем через пять минут мы уже садились во дворе госпиталя. У вертолета немедля столпились люди, я же, выгрузив подполковника, отправился к небольшой пристройке, оставив отдуваться за все вопросы Михаила и его команду.

— Как только ситуация стабилизируется, мы пришлем за вами эвакуационную команду. — услышал я напарника, уговаривающего обступивших его выживших. — В течении ближайших суток, если не произойдет ничего сверхординарного.

— Слава! — вышедший вперед Семен перегородил мне дорогу. — Что все это значит? Вам что, жалко топлива, слетать несколько раз? Нас тут не так много!

— Я оставил свою метку на первом этаже подсобки. — ответил я, показав на стоящие недалеко от госпиталя здание. — Как только появится возможность, открою врата и мы выведем всех. Путешествие на вертолете — менее безопасно, поверьте. Мы уже штук пять потеряли, летая на куда меньшие дистанции. Так что, еще раз — как только будет возможность мы выведем вас всех. Обещаю.

— Оставьте его. — громко сказал подполковник Селезнев, заставив толпу оглянуться и чуть отступив. — Я его слову верю. Если говорит, что вернется — так и будет. В любом случае, сделать мы ничего не можем. Нет, если хотите — можете повиснуть на шасси, как безбилетники в Индии, только далеко не протяните. Удачи, Слава.

— Спасибо. — улыбнувшись поблагодарил я. — Вам тоже. Продержитесь, пока буря не утихнет. Как только все будет нормально, я приду.

Попрощавшись с выжившими, я заскочил в вертолет и вскоре мы поднялись высоко в небо, так что ни водной глади под нами, ни развалин Москвы, пережившей жуткий катаклизм, было не разглядеть. Только одинокие огоньки пожаров или смотровых огней виднелись далеко внизу.

— Ну все. Идем на снижение. — предупредил Михаил меньше, чем через полчаса. — Всем проверить оружие и броню. Черт его знает, что нас ждет внизу.

Для меня сомнения Михаила казались странными. В отличие от других регионов — под нами ярко горели огни освещающие как старые корпуса СВР так и новые возведенные стены. По мере снижения стали заметны фигурки стражников и патрульных. Штаб разведки окончательно превратился в крепость, возведённую вокруг пирамиды Наставника.

Врытые по самые башни танки, на рукотворных холмах — вершинах укреплений. Несколько новых строений, прилегающих к стенам, с узкими окнами-бойницами и широкими, под три метра, внешними стенами. Выглядело это очень сюрреалистично, будто я попал в стилизованное средневековье, где не сильно заморачиваются с историчностью. Но даже это не вызвало столько эмоций, как полсотни людей во дворе, машущих мечами.

— Что за бред? — успел спросить я, ткнув в них пальцем. Но Михаил уже снял наушники и прилаживал шлем к бронекостюму. Еще секунда, и шасси крокодила коснулись бетонной посадочной площадки. Люк тут же распахнулся и мы, один за другим, выпрыгнули наружу, где нас уже встречал почетный караул. Наведя стволы автоматов нам в лица.

— Сложить оружие! Быстро! — прокричал командир встречающих. — Снять шлемы!

— Эй! В чем дело? — спросил я, видя что большая часть способностей в интерфейсе заблокирована. — Какого черта вы делаете?

— Спокойно, Слава. Все нормально. — произнес Михаил, демонстративно складывая автомат и показывая пустые ладони. — Все свои, нужды в насилии нет. Все согласно протоколу и уставу.

— Шлемы снять! — вновь рявкнул глава встречающей команды, и я по-новому взглянул на их вооружение. Автоматы в системе булпап, с толстыми, почти ружейными стволами и большими компенсаторами. Под каждым из них, на кронштейне подвесе — подавитель в активном режиме. И не те крошечные фонарики как были у меня с собой — а здоровенные дуры, сантиметров пятнадцати в длину.

Без возможности телепортироваться и уйти в подпространство единственное что я могу — атаковать первым. Мой бронежилет попадания из такого ствола точно не выдержит, а о шлеме даже речи не идет — даже если каким-то чудом пуля останется в броне, мне просто сломает шею.

— Враг! — истошно крикнул один из бойцов, и оглянувшись я заметил высунувшегося из десантного отсека Чешира. — Огонь!

— Стойте, придурки! Это со мной! — крикнул я, заслоняя кота, но котяра не стал дожидаться пока его выпотрошат и молнией рванул между бойцами, мгновенно растворившись в темноте. На меня же кинулось разом несколько солдат и я, на инстинктах, ударил по ним молнией.

Несколько направленных на нас подавителей вспыхнуло и заискрилось, почти сразу раздались громкие хлопки выстрелов. Кто-то ударил меня сзади, там, где стояла группа с вертолета. Не ожидая такой подлости, я упал на одно колено, и в ту же секунду на меня набросилось сразу семеро, придавив к земле. А через мгновение в шею, между шлемом и бронежилетом, вошла игла и я потерял сознание.

Очнулся я одновременно с отвратительным писком, бьющим по ушам одновременно со всех сторон. Несколько мгновений не мог прийти в себя, от яркого света, бьющего прямо в глаза. А когда сознание прояснилось, увидел толстые прутья решетки, огораживающие бывшую вертолетную площадку.

— Есть! Он очнулся! — чуть не в ухо заорал мужчина, силуэт которого почти растворялся в свете прожектора. — Лежать тварь!

— Да вы совсем охренели! — выругался я, ударяя по решетке током. Способности, как и в прошлый раз, оказались заблокированы, а электричество уходило в землю через стальные прутья, похоже сваренные вокруг меня пока, я находился в отключке. Подавители стояли чуть дальше — на треногах, так что добраться до них обычной молнией я бы не смог.

— Газ, быстро! — крикнул знакомый голос, и оглянувшись я увидел спасенного мной профессора. Что, мать вашу, происходит? Какого хрена? Может они хотят просто удостовериться в том, что «я» это «я»? Или повысили меры безопасности и теперь проверяют всех одаренных?

Ну нет, оставаться в плену я не собираюсь ни под каким предлогом! Взмах кисти, и пальцы сжимают удобную рукоять двуручного зачарованного меча. Не заморачиваясь, я ударил крест на крест, а потом выбил ударом ноги решетку. Прутья разлетелись в разные стороны, впечатав орущего бойца в стену, а я выпрыгнул из перекрестия подавителей и тут же телепортировался прочь.

Прыжок, и выстрелы остаются далеко за спиной, а я оказываюсь в знакомом фильтрационном центре, переделанном из большого конференц-зала СВР. На стенах едва заметно горят больше десятка иероглифов — ключей. Достаточно влить в них энергию — и я могу уйти на любую из старых точек. Хоть к пчеловодам, хоть в МИФИ.

Адреналиновый бум вместе с ошеломлением медленно сходили на нет, и я почувствовал боль в боку — похоже кто-то меня умудрился зацепить при побеге. Ничего так, гостеприимные ребята. Только я полностью восстановил энергию и залечивание раны отняло чуть меньше четверти запаса.

Вот только что я там буду делать?

— Слава! — донесся до меня крик от входа, запыхавшийся Михаил, в спортивном комбинезоне и кедах, ввалился в зал, и остановился, держась за косяк. — Стой, пожалуйста подожди, и дай все объяснить!

— Не думаешь, что для этого как-то немного поздно? — спросил я, остановив свой выбор на старой базе Магистра. Там должно быть достаточно просторно и безопасно. К тому же — можно быстро перейти дальше, не оставляя следов.

— Все не так как тебе кажется. — вздохнув сказал Михаил, и развел в стороны пустые руки. — Слушай, они просто соблюдают протокол безопасности, который им поручил Борис. А ты, поддавшись страху, одного из парней чуть не зашиб. Как им теперь объяснять твою доброжелательность?

— Чего? — я на мгновение даже задохнулся от негодования. — Миша, эти придурки посадили меня в клетку! Как зверя какого-то! Они вообще ничему не учатся? Это уже третий раз, когда они пытаются связать меня по рукам и ногам, лишить свободы. И каждый раз это заканчивается одинаково — они приносят извинения и говорят, что такого больше не будет. Они совсем дебилы необучаемые? Или может мне просто пора прекращать спасать ваши задницы? А то дебилом тут буду я.

— Да, я с тобой согласен по всем пунктам. Они и в самом деле думают не головным мозгом, а уставом. Но и ты пойми, это уже третье руководство объединенной армии человечества, и они в плен тебя берут в первый раз. Опыта столкновения у них с тобой не было, а мне они на словно не поверили бы все равно. — улыбаясь шагнул ко мне боксер. — Они не плохие ребята, приказ у них такой.

— Слушай, если у них такой приказ, то пусть им отдадут другой. Боря же всю эту кодлу штабистов возглавил, так пусть он им и объяснит в чем дело. — посоветовал я.

— Тут есть проблема… он в коме, уже третий день. Мы не знаем сколько у него осталось воскрешений, так что убивать его никто не станет. А зелья лечения уже кончились. У нас только его дневник с записанными указаниями и там есть такое, что ты бы сам стал не меньшим параноиком. — подходя еще ближе проговорил Михаил. — У нас сейчас — крохотный успех, за которым может последовать глобальная неудача. И если мы не будем сотрудничать, все вместе, точно окажемся в гробу.

— Да что ж так все… пусть придет новый главнюк, хочу посмотреть в глаза тому придурку, который решил посадить меня в клетку. А потом и поговорить можем. — сдался я, на всякий случай подготовив врата для отхода.

— Вот это другой разговор. — улыбнулся Михаил, садясь прямо на пол, в пяти метрах от меня. — Твои слова до штабистов скорее всего уже донесли, так что минут пять, и все будут в сборе. Можешь не беспокоится, дураки есть, но ты все наглядно продемонстрировал, ловить тебя в клетку больше никто не станет.

— Миша, я устал. Я словно тащу на себе гору с момента начала возвышения. — проговорил я, садясь у стены. — Вытаскиваю боевые группы, эвакуирую выживших, прыгаю как чертик из табакерки… Ты же понимаешь, уйти мне — дело секунды. И пока доводов чтобы остаться — нет.

— Зая. — коротко сказал Михаил, заставив меня взглянуть ему прямо в глаза, и невесело усмехнулся. — Она осталась в лапах драконов, и давай откровенно, это было твое решение оставить ее у Вхагар.

— Ты же сам понимаешь, я не хотел подвергать ее лишней опасности. — проговорил я. — Она не предназначена для боя.

— Верно, не предназначена. Но я не стал возражать, когда ты потащил ее с нами. Так же, как не стал спорить, когда ты оставил ее в логове дракона. Она твоя девушка, и пока она с тобой согласна — делайте что хотите. — покачав головой сказал боксер. — Но она в лапах драконов, и ты за это в ответе.

— Уверен, вскоре Вхагар объявит свои права на архипелаг Москва, так что нам останется только смотреть как драконы выгоняют всех остальных со своей территории. — прокомментировал я.

— А что дальше? — громко спросил вошедший в зал мужчина, в простой полевой форме. Голос его был громкий и четкий, но буквы чуть смазывались, а когда он подошел ближе — стала понятна причина. Через всю левую щеку, рассекая губы и подбородок, шел глубокий шрам. Похоже военный лишился нескольких зубов, а челюсть пришлось сращивать титановыми пластинами.

— Генерал. — подскочил Михаил.

— Сидите, разрешаю. — коротко бросил мужчина. — Так что? Ваш друг готов отдать нас всех на растерзание крылатым ящерам, которые будут пожирать нас живьем, выжимать души и на протяжении многих поколений питаться нашими потомками?

— Я не это имел ввиду. — попробовал возразить я.

— Ах не это? А что тогда? — коротко и зло спросил генерал. — Может нам еще и тварей со своей земли не выгонять? Оставить их вольно пастись? Вы этого хотите?

— Не надо передергивать мои слова. — закипая сказал я. — У нас с Вхагар договор, я побеждаю в сезоне возвышения, она же будет править архипелагом лишь условно. Ну и если на то пошло, преступников — насильников и убийц, можно ей и скормить, хуже не будет.

— Ах не будет? Сколько пройдет времени прежде, чем они закончатся, а аппетиты дракона — нет? День? Месяц? Год? И что тогда, вы будете готовы отдать ей своих сограждан просто чтобы удовлетворить аппетиты твари? — прищурившись и чуть шепелявя спросил мужчина. — Нет? Очень надеюсь, что нет, иначе говорить нам с вами не о чем.

— Слушай, ты, гад шепелявый. — не выдержав выкрикнул я, телепортировавшись вплотную к мужчине. — Я не знаю из какой жопы ты вылез, но я за людей убивал и умирал. Более чем достаточно. Я бога за человечество прикончил! Если тебе этого мало, чтобы понять мою лояльность людям, то я уж даже не знаю.

— Где я был? — с прищуром спросил генерал. — Пока вы развлекались на аренах, с равными по силе противниками, я вел сотню в атаку на тысячу. Беженцев из подвалов и собирал их по всей Москве, уводя от волков и ящеров. Скольких ты спас? Сотню? Две? Мы вывели из северо-восточного окружения двенадцать тысяч! Я потерял всех товарищей и заместителей, от рук твоего Магистра. Пока ты воскрешал без единого пореза — я получил вот это! Так что заткни свою пасть, сынок, и подумай головой.

— Уже подумал. — чуть не крича ответил я. — Я своим людям отдал больше, чем жизнь, так что мне вам предложить больше нечего.

— Если ты еще дышишь — значит нет. Мало отдал. — сверкая глазами ответил генерал. — Родина — это не побегал по окопам и к мамке в люльку. Родина — это навсегда. Не важно, каких жертв она требует. Она заберет все, и наш долг — это отдать. До последней капли крови, до последнего вздоха. Понял меня, сынок?

— Ты еще жив, папаша. Так что не видно, чтобы ты ей все отдал. — бросил я.

— Знать рано мне еще на тот свет. Не все что мог сделал. — ответил генерал, глядя мне прямо в глаза. — Хочешь уйти — никто тебя держать не станет. А если остаешься — выполняй, то же, что остальные. У меня все равны, от каждого — по возможностям.

— Товарищ Орлов, Изяслав он… — начал было Михаил.

— У него язык есть, и весьма острый. — криво усмехнулся изуродованными губами генерал. — Так что вполне может за себя ответить. Ну так что, сынок?

— От каждого по возможностям. — хмыкнул я. — Тогда и каждому по его возможностям. Нет тут никакого равенства, и не должно быть.

— Вот как? Может и так. Хочешь армией командовать? Нет же. По глазам вижу. Нельзя тебе бойцов доверять — они тебя только тормозить будут. — жестко проговорил Орлов. — Полная свобода действий, полное обеспечение всем необходимым, максимально невыполнимые задачи — устроит?

— Вполне, если ваши придурки не будут пробовать брать меня в плен и сажать в клетку как зверя. — подумав сказал я. — К слову, мне за это еще никто извинения не принес.

— Выдохнул? — снова криво улыбнулся генерал, а потом резко посерьезнел и я не поверил своим глазам — он поклонился! — Я прошу прощения за своих подчиненных, они выполняли мой приказ. Надеюсь тебя, сынок, устроит мое извинение?

— Да. — чуть замявшись проговорил я. — Пожалуй да.

— Ну хорошо. Тогда сдай оружие и броню, а потом не забудь зайти в госпиталь и принести извинения покалеченному. И надейся, что он тебя тоже простит, ведь в отличие от тебя — у него сломано три ребра. — сказал генерал Орлов, сверкнув глазами. — Полчаса, на то, чтобы привести себя в порядок и оправится. Потом — в штаб. Отныне ты командир специального тактического отряда Миротворец. И единственный его боец. Вопросы?

— Нет вопросов. — коротко ответил я.

— Тогда поздравляю с назначением, командир. Подчиняться будешь лично мне, или генштабу. Нарушишь субординацию при посторонних — будешь отвечать по уставу. — криво усмехнулся Орлов. — Майор, посодействуйте капитану.

— Так точно. — коротко ответил Михаил. — Исполню.

— Отлично. Больше меня не дергать. — кивнв нам генерал уже собрался уйти, когда я его окрикнул.

— Товарищ генерал, а что на счет проходов в другие поселения? Разве они вам не нужны? — спросил я, глядя на горящие иероглифы. — Дело одной минуты.

— Нет, капитан. Проходы нам не только не нужны, они вредны. — ответил Орлов, не оборачиваясь. — Все подробности вам дадут в штабе. Свободны.

— И что это было? — спросил я, стоило генералу покинуть зал.

— Амнистия, вместе с признанием заслуг. — хлопнув меня по плечу, с облегчением ответил Михаил. — Он мужик более чем нормальный. Кукухой немного едет, но тут сам понимаешь, на его долю свалилось не меньше, чем на нашу, только он обычный человек.

— Так себе оправдание. — заметил я.

— Не за что тут оправдываться. — сказал Михаил. — Орлов человек крайне требовательный, но сам делает все то же, чего ждет от других. В первый же день отправил всех штабистов на передовую. После, тех кто выжил, вернул к себе и с пристрастием расспросил об ощущениях. Те, кто не проникся — снова ушли в рейд.

— И сколько выжило? — на всякий случай уточнил я.

— Меньше трети. Из них еще половина сломалась и перестала соображать так хорошо, как до бойни. Но вот оставшиеся не только с лихвой заменили всех отсутствующих, но еще и прониклись его идеями. — ответил боксер, подводя меня к охранникам на входе. — Так что у нас теперь самый лояльный к рядовым штаб. Понимают, что за любой косяк снова могут оказаться на передовой. Сдай броню и снаряжение.

— Что, здесь? — на всякий случай уточнил я. — Ну вы сами, конечно, попросили…

— Нет-нет, стоп, я понял в чем проблема. — вовремя спохватился Михаил. — Только оружие! Снаряжение можно потом, на склад отдать. Его же все равно требуется починить, верно? Да и новое выдадут.

— Сомневаюсь. — покачав головой сказал я, а затем начал выкладывать все что было в загашнике. Огнемет, четыре ружья разных систем, боеприпасы, карабин, гранаты и патроны… в начале спокойно стоящие бойцы через минуту уже таращили глаза от обилия вооружения, хотя кое-что я всё-таки оставил в загашнике.

— Двуручный меч? Я видел, как ты его применял. — на всякий случай напомнил Михаил. — Тоже оружие, сам понимаешь.

— Нет, это способность. — не моргнув глазом соврал я. — Как и кинжал-хлыст. Артефакты, привязанные к моей душе.

— Ладно-ладно, как скажешь. — подняв руки проговорил Михаил. — Все? Идем, до госпиталя надо еще добраться. Раз генерал сказал попросить прощения, значит придется это сделать и быстро.

— Давай руку, ускоримся. — предложил я, и товарищ, секунду по сомневавшись, протянул ладонь. — Куда надо?

— Для начала — вниз. Там не полное покрытие подавителей. — ответил Михаил, указав через окно во двор. О чем он говорит я понял достаточно быстро — стоило навести взгляд на желаемую точку, как иконка телепорта отключалась. Собственно, только в двух-трех места он еще работал и это не мало напрягало. И все же я нашел куда прыгнуть.

— Куда дальше? — спросил я, когда мы материализовались в полуметре над землей и оба успешно приземлились на бетонную площадь.

— Лазарет на первом этаже, но тут лучше ножками. — прокомментировал боксер, и судя по скрестившимся на нас взглядам нескольких десятков автоматчиков на стенах и вышках — был совершенно прав. Нечего людей лишний раз бесить, особенно когда все и так нервные. Помахав дозорным, мы пошли своей дорогой.

— Слушай, я еще в вертолете хотел спросить, что за фигня происходит? — указав на занимающихся с щитами и топорами на плацу спросил я. — У них что, у всех артефактное оружие, усиленное Наставником?

— Да нет, обычные топоры. И щиты из дерева и жести. — оглянувшись ответил Михаил. — Тут, понимаешь, проблемы пришли откуда не ждали. Наша пирамидка закуклилась после термоядерного удара по Голоду, и на вопросы больше не отвечает. А боеприпасы имеют свойство заканчиваться и слишком быстро. К счастью, нашлось несколько сумасшедших, изучавших фехтование, так что теперь они усиленно готовят наших бойцов. В четыре смены.

— Но это же чистой воды безумие. — заметил я. — Ни один человек не справится с обычным волколаком обладающим регенерацией или ящером, уходящим в невидимость. Да что там, даже против черепашек — без вариантов.

— Как ты заговорил. Обычный волколак. — хмыкнул Михаил, по-новому взглянув на меня. — Для этого по всей территории крепости стоят промышленные подавители, способные кастрировать способности на расстоянии до ста метров. А без способностей — тварей можно и обычным оружием покрошить.

— Сомневаюсь. — покачал я головой, вспомнив сражение против Саиди, когда мы оба бились в поле его подавителя. Скорость вампира совершенно не упала, а значит и с остальными могут возникнуть такие-же проблемы. Другое дело что бить топором по макушке тех, кто пытается забраться на стену, куда проще чем сражаться в лоб.

— А что со Степаном? Наш гениальный профессор все еще в действии? — спросил я, когда мы проходили мимо одного из стационарных подавителей — здоровенной дуры на треноге, больше всего напоминающей порочное дитя прожектора и спутниковой антенны.

— Творит, как видишь. — хмыкнул Михаил, перехватив мой взгляд. — Да только его возможности по сравнению с пирамидой — ничтожны. Нет, он наша звезда, собирает из мусора и проводов такое, что просто диву даешься. Запустил термоядерный реактор в подвальных помещениях, обеспечив весь комплекс запасом энергии. Но… свинец в золото не превращает, мертвых не поднимает…

— Ясно. — кивнул я, представляя примерный объем работы, свалившийся на Степана.

Спустя всего минуту мы уже вошли в лазарет, и вот тут я с трудом сдержался чтобы не выругаться. Просторное помещение было полностью заставлено кроватями. При этом видно, что тащили их откуда придется, лишь бы раненым было на чем лежать. Металлические кушетки сменялись раскладывающимися креслами, а на двуспальных кроватях умещалось по трое. И все равно — мест не хватало.

Некоторые больничные места отгораживались шторками, натянутыми на бельевую веревку. Другие стояли в общем проходе. Раненные спали даже при ярко бьющем в глаза свете. Некоторые стонали во сне, или едва сдерживались, провожая нас глазами. Безрукие и безногие, которым хватило бы одного флакона зелья от Заи.

— Какого черта вы здесь забыли? — преградила нам дорогу медсестра в белом халате. — У нас тут не проходной двор и не смотрины!

— Приказ генерала, проведать стражника, поступившего с переломом ребер. — сказал я, всматриваясь в лица раненных. Черт, я ведь даже не помню, как он выглядел.

— Только закончили накладывать ему гипс и вправлять кости. Сейчас он в медикаментозном сне. Хотите — можете навестить его через восемь часов. Не раньше. А лучше — приходите завтра. — посоветовала медсестра. — Можете генералу так и передать, в госпитале главные врачи, так что он здесь не распоряжается.

— Сестра! Снова буйный! — окрикнули ее, со стороны входя.

— Да что ж это такое. С дороги! — недовольно проговорила женщина, на ходу роясь в сумочке, висящей у нее на плече. Проводив ее взглядом, я вдруг наткнулся на отодвинутую занавеску, до этого отгораживающую от нас пациента. Там, под капельницей, трясся всем телом, так что сковывающие его ремни глубоко врезались в кожу, лежал Борис.

— Что с ним? — спросил я, подбежав следом за медсестрой. Бориса трясло, он то выгибался всем телом, поднимаясь над кроватью, то резко расслаблялся, словно растекаясь по простыням. Женщина недовольно взглянула на меня, обернувшись, и тут же достала ампулу и шприц, набирая лекарство.

— Нужно сделать укол. — коротко ответила медсестра. — Держите его.

Я навалился на Бориса всем телом, прижимая руку, так чтобы оголить вену, но Миша, вместо того чтобы помогать, поймал медсестру за кисть, в которой она уже сжимала готовый шприц.

— Что вы делаете? Отпустите немедленно! — возмутилась женщина.

— Я знаю этот препарат. Это обезболивающее, и очень сильное. Если вы ему сейчас все это вкатите — он просто умрет! — произнес Миша, и я тут же отпустил Бориса, отгородив его от «доктора». — Вы его что, убить собирались?

— Как вы смеете! Я строго выполняю распоряжение врача. — возмущенно крикнула медсестра, пытаясь вырвать руку из захвата боксера. — Федор Иванович! Помогите! Тут какие-то психи буйные! На помощь!

— Да что опять?! — устало воскликнул невысокий мужичонка в белом халате, выходя из-за другой занавески. — Немедленно отпустите мою сотрудницу!

— Эта ваша сотрудница только что хотела вколоть нашему другу смертельную дозу обезболивающего. — сказал я, глядя прямо в глаза врача. — И при этом утверждает, что ответственный за это — вы.

— Ну что вы такое говорите, никакого риска для жизни нет. Это всего лишь… — попробовал возразить доктор, но Михаил перехватил вторую руку медсестры и вырвал из нее ампулу, показывая врачу.

— Вот. Она хотела ввести три кубика, при максимальной дозе — половина. — наседая на доктора произнес Михаил. — Не хотите объяснится?

— Послушайте, это просто како-то недоразумение. Ну набрала она в шприц дозу больше, чем надо, но вводить то она ее не собиралась. — попробовал возразить врач.

— Хватит юлить! — резко сказал я, зажигая молнии между пальцами.

— Что вы себе позволяете? Вы не имеете права! — забегав по сторонам глазками произнес врач. — Как это вообще возможно, мне обещали, что…

— Подавитель. — сообразив, что лепечет мужчина произнес я. Оглядевшись по сторонам я без проблем увидел здоровенную дуру «прожектора», висящую чуть ли не над койкой Бориса. — Они же блокируют его способности и регенерацию. Прибью к чертям!

— Постойте, я действовал строго по в соответствии с приказом. — заслоняясь руками вопил врач. — Я просто исполнял приказ!

— Кто приказал? — спросил я, и молния ударила рядом с ногами врача, заставив того отскочить на шаг назад. — Отвечай, быстро!

— Требухов! Полковник Требухов приказал! — завопил доктор.

— Зам Орлова? — не поверив переспросил Михаил. — Черте что. Бред какой.

— Миш, надо унести Борю отсюда. Иначе они его окончательно прикончат. — сказал я, возвращаясь к бьющемуся в конвульсиях другу.

— Нет! Нельзя, категорически! — закричал врач. — Вы все не так поняли. Если вы его сейчас заберете он умрет от кровоизлияния в мозг!

— Ври больше. — ответил я, примериваясь, как лучше поднять тело, чтобы ему не навредить. — Надо вдвоем браться.

— Если вы его заберете, он умрет в течении шести часов. — резко сказал Федор. — А так, протянет еще сутки-двое.

— Что за бред ты несешь? Вы его что, каждые шесть часов убиваете? — спросил я, не в состоянии сдержать ярость. — Ты что творишь, мразь?

— Стойте! Да стойте вы! — запричитал доктор. — Его не мы убиваем, а его же способности. Он же не просто так сейчас в припадке — на ЭЭГ видно, что его мозг начинает видеть сны, очень реалистичные. Мозг перегружен, начинается некроз тканей и тромбоз. С научно-медицинской точки зрения это все невозможно. Но и ваши молнии из пальцев — тоже чистой воды бред. Приходится его усыплять, чтобы тело расслабилось.

— Слава, погоди. — положил мне на плечо ладонь Михаил. — Есть идея.

Подойдя к прожектору подавителя, он подпрыгнул, ухватившись обеими руками, а затем, раскачавшись, вырвал оборудование из крепления. Борис тут же расслабился, тихо простонав, и я положил товарища обратно.

— Слушай, ты, «доктор». — навис над Федором боксер. — Он, на твоей ответственности. Если наш товарищ погибнет, ты будешь следующим.

— Я не могу ничего обещать, его физиология слишком сильно отличается… — попробовал возразить врач.

— Ты меня услышал. — ткнул ему в грудь пальцем Михаил, заставив доктора пошатнуться. — Оставь его, Слава. У нас появилось неотложное дело.

— Согласен. — ответил я, кладя ладонь на плечо товарища. Миг — и мы оказались на улице, а оттуда телепортировались не лестничную клетку, ведущую к штабу. — Нужно разобраться с этим Требуховым. Пусть только попробует сказать, что действовал из лучших побуждений. Урою тварь.

— Надо быть аккуратнее, там везде подавители. — сказал Михаил, наматывая куртку на левую руку, для защиты. — Идем?

— Ты что, свой рюкзак им отдал? — не веря спросил я. — Крестик?

— Пришлось. В знак доверия. — поморщившись ответил боксер. — Не понимаю, что за хрень началась. Все вроде нормально было.

— А может ты просто не замечал? — хмыкнул я, вынув из подпространства штурмовой щит и двуручный меч. — Держи, прикроешь.

— Как всегда. — кивнул Михаил, ступая вниз первым. Крика снизу я даже не разобрал. Что-то завопил дежурный, и почти сразу послышались автоматные очереди.

Михаил не стал ждать пока его сомнут и прыгнул вперед, на дежурных, впечатав их в стену щитом. Мог бы прикончить, но лишь убедился, что больше они никуда не побегут, а потом перехватил выпавшее из их рук оружие. Я тоже подобрал автомат, но спустя всего несколько секунд нам пришлось спрятаться за углом.

Стационарные подавители перекрывали весь этаж, не позволяя использовать способности, а у противника нашлось, что противопоставить двум нападавшим с автоматами. Спустя всего секунду взвыла сирена и в коридор выскочили одетые в тяжелые бронежилеты бойцы в саперных бронежилетах, с щитами, а главное — уже знакомыми мне автоматами.

— Похоже нас ждали. — сказал я, вжимаясь в стену. — Доктор сдал.

— Может он, а может просто ждали. — пригнув голову и спрятавшись за щитом проговорил Михаил. — Какой-то бред. Какого черта они решили нас прикончить?

— Это ты мне скажи. Ты же у них служишь. — бросил я, пытаясь отстреливаться из-за угла. Боксер что-то ответил, но очередной рев сирены полностью перекрыл его слова. — Достала вопилка!

Выругавшись, я ударил молнией по динамику, и в то же мгновение в коридоре лампочки засветились ярче, а затем начали лопаться одна за другой. Я усилил напряжение, и от освещения ничего не осталось за считанные секунды, а потом отключились и ближайшие подавители, разблокировав способности.

— Ну наконец. — усмехнулся Михаил, поднимая голубоватый щит, но по нему тут же заработали крупнокалиберные автоматы, а после — ручные подавители. Я едва успел подхватить соратника и затащить его в укрытие. Сверху уже доносился топот ног, похоже к противнику бежало подкрепление.

— Надо отступать. — мрачно проговорил боксер.

— Ну нет, я с этого гада спрошу. — ответил я, усмехнувшись. В коридоре вдруг стало очень тесно — я вытащил из подпространства квадроцикл, и спрятавшись за стойкой руля выкрутил газ на максимум. Тяжелая амфибия со всего разбега врезалась в строй защитников, опрокидывая штурмовиков и раскидывая их в стороны. Лучи подавителей разошлись в стороны, и схватив друга за плечо я телепортировался врагам за спины.

Молния в замкнутом пространстве довершила схватку, а расстрелянный, застрявший посреди дороги квадроцикл заблокировал проход. Жаль, времени снимать бронежилеты с валяющихся в отключке бойцов не было. Но выдернув из ослабших рук автоматы и пополнив боекомплект мы в несколько прыжков оказались перед запертой стальной дверью в штаб.

— Открывайте! — громко крикнул я, постучав прикладом. — Иначе мы сами откроем, и спросим с вас за все. Пока у нас только один подозреваемый!

— Что происходит? — раздался изнутри уже знакомый командный голос. — Вы что, с ума по сходили, сынки?

— Считаю до трех. — не став дожидаться реакции сказал я. — Раз! Два!

Три говорить не стал, с той стороны раздалось какое-то шуршание, ругань вполголоса, но мне это было уже не интересно. Не открывают? Ну что поделать — сами войдем. Иначе зачем нам зачарованное оружие? Два уверенных движения, и разрезанная словно пицца дверь треугольником падает в помещение.

— Они предатели! — закричал кто-то. — Прикончить уродов! Огонь!

— Отставить огонь! Всем сложить оружие! — кричал Орлов, но первым в дверь все равно вошел Михаил, прикрываясь щитом и ощерившись автоматным стволом. При его силе он мог бы и пулемет в одной руке держать, но сейчас это было не важно. У штабных не нашлось ничего тяжелее пистолетов.

— Вы что устроили? — снова спросил генерал, выпученными глазами глядя то на меня, то на Михаила. — Чего вам еще надо? Я же дал тебе полную свободу, капитан?

— Что ты ему дал? Он же пособник Магистра! Его выкормыш! — возмутился стоящий рядом с ним грузный мужчина. Даже ладная военная форма не могла скрыть его ожирения и двойного подбородка. — Эти уроды убили всех наших друзей! Огонь!

— Отставить! — снова повторил генерал. На нас смотрело около двух десятков офицеров, в основном — старше пятидесяти. Большая часть из них держала в руках пистолеты, но только двое — толстяк и совсем молодой, целились в нас. — Сложить оружие, кому я сказал? Быстро!

— Так ты с ними? Ты тоже предатель! — зарычал толстяк, резко повернувшись к Орлову. Раздался хлопок выстрела, и толстяк рухнул с наполовину снесенной черепушкой.

— Минус один. — усмехнулся я, опуская ствол автомата.

— Отличный выстрел. — заметил Михаил.

— Ну… я целился в тело. — пожал я плечами. — Это был Требухов, я правильно понимаю? Или этот придурок еще жив?

— Он самый. — мрачно заметил Орлов, вытирая с лица кровавые брызги. — А теперь, объяснитесь, что здесь черт возьми происходит, и почему я не должен немедля отдать вас под трибунал.

— С него уже не спросишь. — сказал я, подойдя ближе и осмотрев труп. — А жаль. Этот урод отдал приказ разместить над Борисом подавитель, и вводить ему смертельную дозу обезболивающего, не давая ему регенерировать. По сути — медленное и мучительное убийство, руками того, кто должен был спасать жизни.

— Может у вас и доказательства есть? Кроме слов врача, которого вы, очевидно, запугали? — спросил тот самый «молодой» который не спешил убирать пистолет в кобуру, хоть и так явно угрожать оружием уже не спешил, или элементарно побаивался.

— Ваши действия глупы и наивны. — покачал головой Орлов. — Я разочарован, сынки. И касается это не только спровоцированных одаренных, но и вас. Коротков, Патрубков, сдайте оружие. Вы офицеры! Честь, гордость и мозг нашей армии! А ведете себя словно малые дети. Если вы считаете, что о ваших делах мне ничего неизвестно, тем самым либо принижаете мои умственные способности, либо переоцениваете ваши. Господа.

— О чем вы говорите? — попятился один из мужчин, до этого никак не выделявшийся и никаких особых действий не предпринимавший.

— Оружие на пол. — коротко приказал я, поведя стволом автомата.

— Спокойствие. Тревогу отменить, пистолеты и погоны сдать. — приказал Орлов, и оказавшиеся в окружении были вынуждены подчиниться. Спустя всего несколько секунд они уже сидели связанными, а электрики протянули новый провод, занеся бухту прямо в штаб. Тем проще, что дверь не закрыть.

— Что ж… сынки. Жаль, что вышло так. Требухов был хорошим офицером, с богатым опытом. — скривился генерал, смотря на связанных офицеров. — Я узнал, что именно вы отправили группу захвата на вертолетную площадку. Вы же планировали покушение на оставшихся после сражения с чудищами «одаренных». И сейчас у вас последний шанс оправдаться и объяснить свои действия. Кто первый?

— Помешательство. — произнес, чуть отвернувшись, молодой.

— И кто же заставил вас помешаться? — удивился я, но генерал поднял руку, прося помолчать. Выдохнув, я убрал оружие и отошел в сторону.

— А помешались не мы, а вы. — усмехнувшись сказал офицер. — Или думали, что об этом не станет известно? Маньяки в армии не нужны! А каждый из этих уродов только и ждет момента чтобы слететь с катушек. Даже сейчас! Что они сделали, вместо того чтобы просто обратиться к вышестоящему офицеру? Чуть не устроили бойню!

— Мы никого не убили. — коротко заметил я. — Хотя нет, одного все же пришлось.

— Это вам очень сильно повезло. Он прав, за нападение на офицеров вам придется ответить по всей строгости закона. — сказал, улыбнувшись изувеченными губами, Орлов. — Правила они одни для всех.

— Посадите меня в клетку с подавителями? — чуть не рассмеялся я, заставив генерала нахмуриться. — Ладно, прошу прощения. Не выношу, когда меня пытаются убить.

— Обсудим это позже. — бросил Орлов, вернувшись взглядом к пленникам.

— А вы с ним больше ничего сделать не можете, только убить. — усмехнулся младший из них. — Ни одна тюрьма его не удержит, а любое физическое наказание — бесполезно. Они же оживают. Даже переродиться могут. Их извращенный разум освободит только смерть.

— Что-то пока на психа здесь тянешь только ты сам. — не удержавшись прокомментировал я. — Или у тебя какие-то доказательства есть?

— У всех нас есть. — ответил за пленника генерал, повернувшись ко мне вполоборота. — И твои действия их только подтверждают, сынок.

— Чем дольше у человека «дар», тем больше он меняется. — произнес, глядя на меня, старший из пленников. — Они перестают реагировать на приказы, перестают придерживаться общих правил и законов, начинают считать себя выше других людей. Их… ваши действия — не подчиняются логике и плохо предсказуемы. И если во время большой войны за выживание это еще можно терпеть — то теперь в этом нет никакого смысла. Все одаренные должны быть уничтожены, ради сохранности человеческого общества.

— То есть вы решили нас прикончить чтобы сохранить свою власть? Так что ли? — не до конца веря происходящему переспросил я. — Вы совсем идиоты?

— Нет, Слава, они не идиоты. Они просто совершенно безнравственные и аморальные уроды, которые решили избавиться от вчерашних героев, чтобы самим занять их место. — покачав головой произнес Миша, встав рядом.

— Мы никогда не желали власти, только безопасности для наших семей и родных. — возразил старший из пленников. — Люди должны справится со всем сами, без вашего вмешательства и чуждой силы. Ведь вы — главная угроза! Когда одному из вас взбредет в голову убить все руководство? Что мешает прямо сейчас прикончить весь командный состав и провозгласить себя единственными спасителями и правителями людей?

— Совесть и мозги. — мрачно ответил я. — Кто помешает одному из вас убить остальных? Отравить на вечернем брифинге?

— Верное замечание, хоть и не слишком дальновидное. — заметил генерал, в задумчивости потерев шрам, идущий через всю щеку. — Ни один обычный человек не может удержать власть силой, только умом и хитростью. А на счет вас, есть варианты… но это не повод устраивать переворот, тем более во время боевых действий.

— Мы уже победили. — упрямо сказал молодой офицер. — Если вы считаете бредни того психа реальным предсказанием, почему он не предусмотрел собственного беспамятства и комы? Нельзя доверять такому!

— Борис не видел будущего в деталях, как он сам говорил «словно воспоминание вчерашнего полузабытого сна». И он дорого платил даже за такое прозрение. — возразил я. — Даже так, это лучшее из того, что у нас было. А если бы вы не занимались вредительством, он рассказал бы куда больше.

— Этого мы уже не узнаем. — сказал Орлов, подходя к замигавшему экрану. Несколько нажатий клавиш и перед нами открылась карта со множеством пометок. Некоторые из них оказались обведены, а другие перечеркнуты. — Предсказания вашего друга. Сбылось чуть больше половины. Направив войска на некоторые из ложных — мы потеряли людей. Много хороших парней и девушек сложили свои головы зря. А потому в словах Алексея есть доля правды — теперь люди должны справляться сами. Все четверо будут арестованы. За покушение на офицеров генштаба в военное время.

— Это ошибка. — покачал я головой. — Вы совершаете очень большую ошибку.

— Нет. Это единственный разумный вариант. — коротко ответил генерал. — Этих двоих — в изолятор. Одаренных — в третий корпус.

— Вы издеваетесь? — задергался в путах младший из офицеров. — Нас в камеры, а этих уродов чуть ли не на курорт отправляете? Может вы их вообще простите и отпустите на все четыре стороны.

— Если ты еще не понял, уйти мы могли давно, и никого не спрашивая. — хмыкнул я, телепортировавшись на метр в сторону.

— Убейте их! Убейте, иначе вы признаете все оставшееся человечество людьми второго сорта! — закричал парень, но ему тут же влепили пощечину, а потом заклеили рот. А спустя несколько минут нас с Михаилом вывели следом за пленными. Автоматы вновь пришлось сдать, как и щит. Но артефактное оружие вновь осталось у меня.

Мрачные конвоиры, не сводящие с нас взгляда, провели нас через всю базу и я, наконец, сумел оценить людской быт. Удивительно, с какой скоростью человечество приспосабливается к жуткой окружающей действительности. Ведь еще вчера, ну почти, окружающие меня здания были лишь штабом СВР, со всеми вытекающими. А сейчас…

На первых этажах, во дворах и даже на стенах, монтировали многоуровневые вертикальные фермы. Я увидел мешки для грибов, какую-то зелень, только начавшую всходить в пластиковых стаканчиках. На грядках прямо сейчас сажали картошку, засеивали землю луком и морковью — используя каждый сантиметр земли в безопасном месте. На крышах зданий разметили баки для дождевой воды, и судя по трубам — соединили их с общедомовым водоснабжением.

Электричество было во всех корпусах, и его не экономили. Похоже яйцеголовым удалось создать реактор, на основе того, что они запустили еще в МИФИ. И уже от него были запитаны стационарные подавители, прожекторы и радарные установки. Судя по трудящимся ремонтникам, на одной из крыш, в скором времени должна восстановиться связь.

И пускай все это — лишь тень цивилизации, ее проблески в темноте абсолютной разрухи, если у нас получилось в одном месте, должно выйти и в других. Человек существо такое, он ко всему приспосабливается. А значит со временем мы сумеем отвоевать развалины Москвы и полностью ее восстановить. Ну, лет через сто.

— Заходите. — приказал конвоир, останавливаясь у ничем непримечательной двери. Сказать, что я удивился, заглянув внутрь, было ничего не сказать. По сравнению с тем, где мне приходилось отдыхать в последние несколько месяцев. Условия оказались роскошными. Настоящие кровати, с матрасами и простынями! Стол, стул и даже ноутбук. На кой черт он правда непонятно. Но отдохнуть, поиграв на компе я не откажусь.

— Вода — 60 литров на двоих. Еда в пайках. Чайник на столе. — коротко обозначил провожатый. — Располагайтесь. До трибунала вы будете здесь.

— Пожалуй задержимся. — согласился я, проходя в комнату. — Это же бывшее общежитие для сотрудников СВР?

— А теперь для командного состава. — кивнул Михаил, сраху проходя в ванну. — Я первым моюсь!

— Да мне тоже не помешает… — пробормотал я, сев на кровать у окна.

— Твою мать! — выкрикнул Михаил, и я тут же подскочил, достав оружие. — У них тут есть горячая вода! В душе!

— Давай только в темпе, мне оставь! — выдохнув прокомментировал я.

Михаил управился за три минуты, так что у меня был явный бонус — можно было воду не экономить. Хотя я все равно торопился, да и напор оставлял желать лучшего, но я успел как следует оттереться от многодневной грязи и даже ополоснуться холодной водой, прежде чем выйти. Михаил тем временем успел найти коробки пайков, и сейчас творил магию, превращая их в полноценный ужин.

Благо и здесь нам достались офицерские версии, с большим количеством нормальных консерв. Даже ненавистного мне шпика, не было, зато нашелся куриный паштет, греча с тушенкой и даже кабачковая икра. Что в разогретом виде, да с горячим сладким чаем, позволило не просто набить желудок, но сделать это с удовольствием. А потом, впервые за черт знает сколько времени, я уснул на чистых простынях.

Я проснулся от давящего чувства тревоги, вскочил, на автомате извлекая из подпространства двуручный меч, и помотав головой огляделся…

— Тихо-тихо, все хорошо! — проговорил Михали, держась на расстоянии и показывая пустые ладони.

Комната. Та же простая жилая комната на двоих, в которой я и заснул. Мозг с трудом переваривал информацию, адаптируясь к новой реальности. Сердце бешено стучало, не собираясь успокаиваться, и мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы принять простую истину — как и сказал Миша «все хорошо».

— Доброе утро. — проговорил боксер.

— Ты что, смотрел как я спал? — удивленно спросил я.

— Нет, с чего бы. Просто сложно пропустить момент, когда на пустой койке появляется тело вместе с подушкой и одеялом. — усмехнулся боксер. — Выспался?

— Еще вчера, на площадке. — хмыкнул я, стараясь расслабиться и убирая оружие. — Сколько времени прошло?

— Двести пятнадцать минут. Я зарядился на полчаса быстрее, что странно. — ответил Михаил, сев на корточки у единственного стола. — Надо придумать чем занять себя в заточении, а то и свихнуться можно, от безделия. Уже и не помню, когда не нужно было куда-то бежать и драться.

— И я не помню. Так что пару часов отдыха можем себе позволить. — ответил я, уходя в ванную. Да, нормально сходить в туалет, умыться, вытереться чистым полотенцем — такие простые и обыденные вещи, и сколько же они приносят радости в новом мире. Люди начинают ценить что-то только если это потеряли. Когда я вышел, Михаил уже расставлял шахматы на доске.

— А что с ноутбуком? — уточнил я, кивнув на отложенный в сторону компьютер. Пришлось напомнить себе, что пока мы под арестом, спешить некуда. Впервые за… не знаю сколько времени. Расслабиться не просто можно — а нужно. Иначе так и двинуться не долго.

— Запоролен, безнадежно. — отмахнулся Михаил, ставя последние фигуры. — Партию? Давно не брал я в руки… шашек.

— На многое только не рассчитывай, я только в детстве играл. — хмыкнул я, садясь напротив. Первую партию продул безбожно. Пока вспоминал правила успешно «зевнул» ферзя и слона. Следующая уже была интересней для нас обоих… а вот после третьей партии Михаил откинулся на спинку кресла и тяжело вздохнул.

— Первый взрослый, или уже грос? — разочарованно спросил он. — Явно же ты мне поддавался чтобы заставить расслабиться. Но на таком уровне…

— Нет, ты не понял, я и в самом деле впервые играю лет за семь. Но сейчас все будто по-другому. Тут же вариативность минимальная, всего шестьдесят четыре поля, а у фигур не больше… — я запнулся на полуслове. — Ладно, давай во что-нибудь другое сыграем.

Мы попробовали шашки, поддавки, попросили у охраны карты. Везде, где фактор неожиданности был минимальным, а варианты предсказуемы, я побеждал с вероятностью больше восьмидесяти процентов. Так что последнее в чем мы сошлись — бросание костей. При этом мне было поставлено условие не выбирать математически более вероятные комбинации.

— Да с тобой просто не интересно играть. — тяжело вздохнув заметил Михаил, откладывая в сторону кости. — Давно с тобой так?

— Черт его знает, такой глобальной проверки я не получал никогда. — пожал я плечами. — Может просто везет?

— В шахматах? — усмехнулся боксер. — Нет, Слав. Такого не бывает. Лучше скажи, сколько у тебя сейчас интеллекта?

— Второе полное возвышение. Думаешь в этом дело? — спросил я.

— Уверен на сто процентов. — задумчиво кивнул Михаил. — Мозги меняются не хуже тела. Нужно только объективно оценивать новые возможности. Например сила, полное первое возвышение — уровень олимпийского чемпиона. Не смейся, я когда ее поднял — на себе все проверил. Я и до этого был не самым слабым человеком, но таких результатов никогда не достигал. Разные направления.

— Хочешь сказать, что я сейчас могу пробежать стометровку за олимпийскую сборную? Первое возвышение в скорости у меня есть. — усмехнулся я. — Ну, нет. Если использовать телепортацию, я могу вообще всех позади оставить…

— Думаю если повесить на Болта или Шубенкова сковывающий движение пятнадцатикилограммовый броник, разгруз с боекомплектом и автомат, вы пробежите примерно на одном уровне. — усмехнувшись проговорил Михаил. — Хотя, учитывая силу — ты должен выиграть.

— Как-то я об этом никогда не задумывался. А что тогда с теми, кто прошел два возвышения в силе? — проговорил я, нахмурившись. — У тебя сейчас сколько?

— Почти двойка. — чуть замявшись ответил Михаил. — Могу пробивать полуметровые бетонные стены, если кулаки экранировать. Машинку кинуть или перевернуть — тоже только в путь. Но тут мне старые тренировки помогли, чем больше используешь силу, тем быстрее она развивается. Что?

— Нет… нет, ничего. — закашлялся я, вспоминая, как сам раз за разом просто вкладывал всю имеющуюся энергию в раскачку характеристик. К слову, у меня сейчас две полных полоски энергии, боев в ближайшее время не предвидится. Для меня, по крайней мере, а значит можно со спокойной душой и совестью вкачать что-то из характеристик.

— Не спится? — спросил Михаил, когда после получаса на кровати я сдался и сел на кровати, окончательно отказываясь от идеи попробовать выспаться прямо сейчас.

— Не выходит. — ответил я, поднимаясь. — Впервые черт знает за сколько отоспался. Не думал, что пожалею об этом.

— У меня тоже. Но проблема не в этом. Ты говорил про план — что с ним? — спросил боксер, подсев за стол. — Что ты хочешь сделать? Сбежать от всех?

— Я знаю, что это невозможно, так что нет. — с сожалением ответил я. — Пока приходит в голову только открытие порталов в поселения. Это поможет торговле, переброске войск и обороне. Если они увидят, что живыми мы полезней, может…

— Погоди. — покачал головой Михаил. — Ты же помнишь, почему мы их вообще перекрыли? Они как маяк для пожирателей, сотни тварей к ним шли со всех сторон.

— Мы уничтожили Голод. — возразил я, но тут же вспомнил прячущуюся в шахте черную отвратительную жижу. — Мать перемать.

— Именно. — кивнул боксер. — Никто не может гарантировать что нападения не повторятся. Да, сейчас твари попрятались на глубине, под водой и в расщелинах. Возможно, у них так действует коллективный разум или инстинкты выживания. Но ставить постоянные телепорты, да еще без защиты — чревато.

— И что ты предлагаешь? Просто сидеть и ждать? — спросил я, сжав кулаки. — Тебя устраивает что они торгуют нашими жизнями словно консервными банками? И не только нашими, они же, по сути, за тысячи людей решают!

— Слава, погоди. Не стоит пороть горячку. Даже если паре поселений грозит голод — прямо сейчас они не умирают от недоедания, а у нас есть все шансы сделать по уму. Нужно попробовать договориться со штабными. Ты же видел Орлова, он нормальный мужик. — возразил Михаил. — Может немного жестковат, но тут ничего не поделать, он отвечает за СВР и не может ставить их на кон.

— Может в этом и проблема? — проговорил я. — Не в том, что он не готов рисковать выжившими, а в том, что ставит интересы штаба СВР выше, чем других людей. Если мы сейчас начнем драться друг с другом за оставшиеся припасы и оружие — ни к чему хорошему это не приведет. Мы только ослабим друг друга, на радость тварям.

— Без общего врага люди будут в первую очередь беспокоиться о собственной безопасности и благе. Это нормально. Так было и будет всегда. Родня, знакомые, семья, ты сам — всегда на первом месте. — сказал, грустно усмехнувшись, Михаил. — Так или иначе, нам их не объединить. Это выше человеческих сил.

— Выше человеческих. — проговорил я, разжимая кулак, и глядя на мгновенно зарастающие следы от ногтей на ладони. — Возможно. Но мы с тобой не люди, верно? Особенно по их меркам. Нас уже дважды предлагали убить. Даже твой генерал хочет отдать нас на обмен. А уж там придумают как нас прикончить.

— После появления подавителей — большой проблемы это не составит. — согласился боксер. — И что дальше? Хочешь устроить партизанщину? Понимаешь же — мелко пакостить тут не поможет. Нас просто не воспримут в серьез. Нужна реальная угроза. Ты хочешь убить несколько сотен, а может и тысячу человек только для того, чтобы они объединились против нас? А сможешь?

— Нет. — выдохнув произнес я, соглашаясь с очевидным фактом. — Если бы я хотел их смерти — просто не стал бы запускать те ракеты… Черт, что же делать?

— На мой взгляд — лучшее что мы можем, спокойно сидеть здесь и отдыхать. Ждать пока запустят спутник, получат разведданные. Не сомневайся, наши силы еще не раз понадобятся. — попробовал подбодрить меня товарищ.

— Чего именно ждать? И сколько умрет за это время? — сказал я, поднимаясь. — Помнишь дурацкие слова о большой силе и ответственности? Что-то в них все-таки есть, нельзя бросать тех, кого спасти можно.

— Ладно-ладно, я тебя понял. — сдаваясь произнес Михаил. — И что ты планируешь делать? Нет, серьезно? Будешь бегать по поселениям и спасать кого сможешь?

— Для начала — обзаведусь снаряжением и верну оружие. — сказал я, начав одеваться. — А потом буду решать проблемы по мере их поступления, как делал до этого.

— Послушай, я на твоей стороне, но выйти отсюда будет очень большой ошибкой. — проговорил Михаил, встав возле двери. — В одном генерал прав, сейчас СВР — защищен лучше всего, здесь люди в безопасности, и мы должны сделать все, чтобы они выжили. Это поселение должно стать главным и тогда…

— Тогда что? — нахмурился я. — Хочешь сказать, что мы должны бросить всех остальных только потому что с этими людьми прошли больше, чем с остальными? Что они лучше других потому, что… да какая разница почему? Миша ты в своем уме? Еще полтора месяца назад мы все были Москвичами! Я уж не говорю о том, что мы все русские или люди!

— Люди? — хмыкнул боксер. — Не хотел я об этом вспоминать, только ты сам хорош. Мы там были. Я, Боря, Лена. И мы по крайней мере живы, в отличие от остальных. Думаешь никто не в курсе что ты променял нас на непонятно что? Поверил твари, которая просчитала тебя на сотню ходов вперед. Уверен, что Кукловод тебе не соврал? Или может он просто использовал себя как сотни марионеток и призраков?

— Слушай, не надо. — поморщился я. — Я хотел спасти всех — не вышло. Но это не значит, что даже пытаться не нужно. Семь миллионов…

— Это если он сказал правду. — подчеркнул Михаил. — Но даже так, ты не знаешь наверняка. Он мог тебя просто подкупить сотней душ и победой, а потом… неважно, что было дальше — ты променял нас на них. Я понимаю, хотел сделать как лучше, но гарантий нет. Никаких. Как и доказательств.

— Есть. — не выдержав сказал я. — Да, я открыл врата для телепорта, но я же и выставил точку приземления, как и пустил внутрь пирамиды дитя Наставника.

— Что? О чем ты говоришь? — нахмурился Михаил, но я небрежным жестом отодвинул друга в сторону. — Да стой ты!

Хватит тормозить. Я всегда мог рассчитывать только на себя, и сейчас не исключение. Твердолобость Миши, его желание прикрыть свой зад сидя на одном месте окончательно вывело меня из себя, и я просто оттолкнул товарища, когда он снова перегородил мне дорогу. Зря, наверное, ведь боксер отшатнулся, а потом провел техничную двойку в корпус.

Первый удар я пропустил — и меня подбросило в воздух, чуть не к потолку. Будь на моем месте обычный человек — кулак Михаила просто прошел бы насквозь и выскочил уже у меня из спины. Но изменение тела и вложенная в выносливость энергия сделали свою работу. А приземлившись я уже знал, чего ожидать.

Порядок бьет класс? Верно, почти всегда. Пока и то и другое примерно на одном уровне. Как бы не был хорошо подготовлен солдат с винтовкой — ему не уничтожить танк без специального оборудования. А такну — не сбить истребитель несущий самонаводящиеся ракеты воздух-земля. И сейчас между нами была та же разница.

Михаил бил точно и хлестко, прикрываясь локтями и постоянно двигаясь, и подпрыгивая. Каждый его удар был подобен стальной кувалде, но он уступал мне в скорости больше чем в полтора раза. Я элементарно видел все его удары их направление и без проблем уходил с опасной траектории. А когда товарищ зажал меня в угол, перекрыв пути к отступлению — ответил.

Михаил взвыл, пронзаемый молнией, вытянулся по струнке, и рухнул как подкошенный. В последнюю секунду я успел подхватить соратника, спасая от удара затылком об острый угол стола. Может он бы и не умер, но одну жизнь потерял, а это того не стоит. Впрочем, ждать пока он придет в себя я тоже не собирался.

В два шага оказавшись у двери я дернул за ручку — заперто, кто бы мог подумать. Отступив на метр, ударил пяткой в область замка, но немного переборщил с силой — пробил хлипкую дверь насквозь, да так что ручка влетела в противоположную стену и застряла в ней, войдя почти на половину.

— Стоять на месте! Назад! — крикнул охранник, беря меня на прицел. Он предусмотрительно стоял в нескольких метрах от входа, активировав подавитель. Телепортироваться в таких условиях не выйдет, но всегда можно найти другой вариант. План Б, хоть и не столь привычный — но опробованный уже несколько раз.

Отступив вглубь комнаты, я скрылся из глаз солдата, и тут же материализовал кинжал. Три движения и кусок стены вылетает от пинка, снося и охранника и двух подоспевших ему на помощь дежурных. Пробежав мимо них, я на ходу подхватил автомат, и сгруппировавшись выпрыгнул в окно во внутренний двор.

Что все идет не по плану я понял спустя мгновение, когда телепорт не отозвался и я понесся вниз со все возрастающей скоростью. Да, лететь не сильно высоко, даже если убьюсь — можно будет воскреснуть, но можно было и просто переломать себе ноги, без энергии — до следующего перерождения.

Иногда я соображаю достаточно туго, но в этой ситуации решение пришло почти мгновенно. Плеть, появившаяся в руке, успела обмотаться за фонарный столб, и заставив ее сократиться я пролетел по дуге, за счет энергии забросив себя на черную грань пирамиды. Ботинки с противным скрежетом заскользили по гладкой стене, но стоило поднажать и я почувствовал сто могу бежать почти не опускаясь.

— Вон он! Стоять! — раздался крик сзади, из окна, но тут же прозвучал приказ с другой стороны.

— Не стрелять! Не дай бог кто-то из вас в пирамиду попадет! — заорал, выбегая во двор один военных. — Не стрелять!

Не знаю уж, почему, но этот крик подействовал, а через пару секунд я вошел в слепую зону подавителей и одним прыжком оказался у входа в новый лабораторный корпус, возведенный вокруг пирамиды. Мне на встречу тут же ринулось несколько охранников, но в помещении не было нулификаторов, так что я активировал бестелесность и провалился на этаж ниже — в лаборатории.

В центре помещения, перед висящим в воздухе полутораметровым тетраэдром стоял мой старый знакомый — ученый. Обсидианово-черные грани пирамиды переливались радугой, хотя, возможно, это просто они так отражали свет ламп. А вот пробегающие по ним иероглифы и картинки мне точно привидеться не могли.

— Петр! — громко позвал я, понимая, что времени не так много. — Рад что нашел тебя. Мне нужно получить сообщение с Земли.

— Мы работаем. — не отвлекаясь от созерцания миниатюрной копии Наставника произнес одаренный.

— Да я все понимаю, но… — попробовал было возразить я, но ученый громко зашипел на меня, отмахнувшись.

— Вон, в том углу то, что тебе нужно. — быстро произнес Петр, даже не оглянувшись. — А теперь забирай этот хлам и больше не отвлекай нас.

— Нас? — недоуменно спросил я, но ответа уже не последовало.

Обойдя ученого по большой дуге, я заметил, что его глаза полностью белые — зрачки будто исчезли вместе с радужкой. А с каждого чуть шевелящегося пальца к пирамиде идет тонкий, едва различимый луч света. Ученый манипулировал им, выжигая на гранях пирамиды одному ему видимый узор, словно промышленный лазер на печатной плате. А сверху, со стороны оригинальной пирамиды — в вершину копии бил плотный пучок энергии.

Похоже одаренный сейчас был полностью синхронизирован с Наставником, и они вместе создавали новую сущность, не похожую ни на что ранее виданное мной. Но догадки были. Единственное что приходило в голову — передо мной будущая начинка для ракеты. Тот самый Глаз, который генерал обсуждал в штабе. Вот они удивятся, если узнают, что это не совсем разведывательный спутник. Или совсем не…

Не став больше отвлекать Петра, я прошел в обозначенный им угол и не сразу понял на что именно я смотрю. Треугольная форма на первый взгляд выглядела металлическим листом, и только подойдя ближе и отодвинув ее от стены я понял, что уже видел нечто подобное. И даже мечтал когда-то испробовать вживую.

Костюм крыло с реактивным двигателем! Больше известный в народе как джетсьют. Таких в мире всего пара единиц. А летающие с их помощью — суперзвезды экстремальных видов спорта. Но это… я приподнял костюм с жесткими крыльями за спиной. Идея, возможно еще имела аналоги, но воплощение?

Легкая, жесткая конструкция с встроенным в крыло двигателем, плечевыми упорами и ремнями выглядела скорее, как уменьшенный ударный беспилотник, чем снаряжение для человека. Но в то же время были оставлены явные намеки на использование, даже значки молний на оголённых контактах для подачи тока. Вот уж и в самом деле — талантливый человек талантлив во всем.

Оглянувшись, я с трудом оторвал восторженный взгляд от снаряжения, и тут же наткнулся на озлобленное лицо военного, смотрящего на меня через стеклянную дверь. Похоже он очень хотел меня достать, но в то же время не мог, не имел права войти в закрытую зону без разрешения. Вероятно он, вместе с товарищами, будут ждать меня до последнего, но это не повод попадать к ним в руки.

Убрав крыло в подпространство, я телепортировался наверх, и тут же — за территорию лагеря. В единственное место, которое уже сутки как держал в уме — старую базу магистра, расположенную на многоэтажной парковке. Безлюдную и полуразрушенную, со следами борьбы на полу и стенах. И только здесь, осмотревшись и убедившись, что нахожусь в полном одиночестве, мне удалось расслабиться.

— Интересно, как Борис пришел к выводу что мне нужно заказать у профессора именно крыло? — пробормотал я, осматривая новое приобретение. Похоже провидец и в самом деле мог заглядывать в будущее. Жаль только, что он не предусмотрел что я добровольно сдам все снаряжение военным. По крайней мере шлем бы мне сейчас очень пригодился, хорошо хоть очки для погружения остались при мне.

В пару прыжков оказавшись на крыше я закинул крыло себе за спину, подтянул все ремни и несколько раз дернул, проверяя их надежность. Костюм сидел идеально, словно перед изготовлением с меня снимали мерки. Даже обтекатели, закрывающие шею и плечи, вошли с едва заметным зазором. Сложив руки по швам, я почувствовал под ладонями холодные пластины электродов — ровно на том месте, где они и должны быть. Осталась самая малость.

— Ну… поехали? — проговорил я сам себе, врубая молнию.

Турбина за спиной резко загудела, струя воздуха ударила вниз, но вместо того чтобы взлететь я чуть не разбил лицо, когда меня перевернуло на месте, резко опрокинув головой вниз. Выпустив проводку, я успел упереться руками, но пока двигатель затихал — меня протащило на несколько метров.

— Твою бога душу мать. — выругался я, поднимаясь, и смотря на саднящие, в кровь ободранные ладони. Пассивное восстановление медленно затягивало раны, давая как следует насладиться болью от бездумного действия. Первый и очевидный ответ — я что-то сделал не так. Понятно, что пилотом я никогда не был и с аэродинамикой дело имел только когда летел вниз в очередном безумном прыжке с помощью телепорта, но сдаваться я не собирался.

Что именно я делаю не так? Возможно, мой вес слишком большой для такого двигателя? Или врубать его надо только в горизонтальном положении? Или вообще — лететь можно только сверху в низ? Вопросов больше, чем ответов, но по сравнению с обычным парашютистом экспериментатором у меня был один огромный плюс — даже если я убьюсь насмерть — это все равно сделает меня сильнее. Потому что опытней.

Добрых несколько часов, до самого заката, я пробовал оседлать удачу и подняться в воздух. С максимальным напором, с наклоном вперед, телепортируя себя на сотню метров вверх и даже уходя в частичную бестелесность. И когда уже совсем отчаялся — у меня наконец получилось! Задрав нос к горизонту и регулируя мощность двигателя подачей тока я сумел продержаться в воздухе несколько минут!

— ДА! Есть! Рожденный ползать летать обязан! — радостно заорал я, и тут же заткнулся, потому что в рот на огромной скорости что-то попало. Выплюнув, несчастное насекомое я погасил скорость и рухнул на одно из уже знакомых зданий, возле поселения улья. На продырявленной многоэтажке деловито ползали шершни, а несколько из них, почуяв мое присутствие, уже вылетели на перехват.

Я легко бы справился и с десятком шершней, но вовремя вспомнил что все они рабочие лошадки поселения и поступил так, как советовал Пал-Палыч. Нашел здание на самой границе чувствительности шершней, но так чтобы оно находилось напротив входа, и развел на крыше гигантский пионерский костер из мебели и мусора.

Спускаясь в квартиры, я обнаружил что шершни там уже побывали — выгрызли и вытащили почти все органическое, не брезгуя деревянными шкафами и книгами, но дальше первых квартир, окнами к поселению — еще не добрались. Я же рассчитывал, что огонь не только привлечет внимание выживших, но и защитит меня от ненужной драки. Получилось ровно на половину.

Когда окончательно стемнело я услышал шум двигателей внизу, а через несколько минут дверь на крышу тихо заскрипела, и двое автоматчиков в глухих мотоциклетных шлемах выскочили на крышу. Где я их и встретил, чуть отойдя за пламя костра, и целясь из-за естественного укрытия.

— Советую опустить оружие. — произнес я, не показываясь противникам. — Считаю до трех. Раз…

— Все-все. — тут же убрал руки с автомата один, и оружие повисло на ремне — трехточке. Но так, что одним движением его можно было подхватить и направить в мою сторону. Плавал, знаем. Я выстрелил им под ноги, заставив дернуться, и тут же сменил позицию.

— Магазины отстегнуть, затвор передернуть. — сказал я, для убедительности выстрелив еще раз. Пришлось выждать почти полминуты, но оказавшиеся на крыше бойцы решили не выпендриваться. С тихим ворчанием они разрядили оружие, и спрятав магазины по подсумкам закинули оружие за спину.

— Теперь можем поговорить? — раздражённо спросил первый.

— Ну так мы этим и занимаемся. — сказал я, выходя в круг света и демонстративно повесив оружие на ремень. — Вы кто такие? Я вас не звал.

— Да видно, что не чаи гоняешь и гостеприимством не отличаешься. — сказал мужчина, и я впервые понял, что передо мной не военные. Ополченцы или выживальщики? Вполне возможно, уж слишком кричаще различная экипировка. Шлемы — мотоциклетные, которые не то, что от пули, даже от осколка скорее всего не спасут. Разгрузки — скорее охотничьи, чем армейские. Под ними — бронежилеты, но тоже черные, гражданские. На ногах высокие ботинки, обитые черненым железом.

— Чаем можно и угостить, да только вы же не представляетесь. — легко сказал я, достав из подпространства найденный в одной из квартир пузатый чайник, и поставив его на видное место. «Гости» переглянулись, но с места не сдвинулись.

— Не хотите шлемы снять? Представиться как положено… — спросил я, еще раз, куда внимательней осмотрев оружие гостей. Автоматы, или копирующие их ружья. Подавитель под стволом только у одного из них, а значит напакостить могут, но не успеют. Убить — не проблема, хватит пары ударов двуручником, или удачного взмаха плетью. Но толку?

— Последнее предупреждение. Снимайте шлемы. — проговорил я, готовясь атаковать.

— Все-все! — повторил мужчина, подняв руки, а затем снял шлем. Его жест повторил стоящий рядом напарник. Два молодых мужчины, слегка до тридцати. Щетина, черные коротко стриженные волосы, обычные лица. И я бы не выделил их из толпы, если бы не татуировка третьего глаза у обоих на лбу. Я не раз видел этот знак, целое поселение между парковкой и хищным лесом. Но главное — у Тали.

— Вестники? — сухо спросил я, садясь на табуретку возле огня, спиной к костру. — Давно ваших не видел.

— А вы значит из Старших? — спросил, чуть замявшись, один из культистов. — Как вы здесь оказались, в этой глуши?

— Он — не старший. — раздался глухой голос из подъезда, и я вздрогнул, с трудом подавив желание схватиться за оружие. Черт, с чего я вообще решил, что их всего двое? На машине могло приехать хоть десяток. Но в следующую секунду, расслабился. Через порог переступила высокая фигура в покрытом какой-то желтоватой слизью плаще. В нос тут же ударил запах воска и феромонов.

— Пал-Палыч, давно не виделись. — улыбнулся я, поднимаясь.

— И тебе здоровья и долголетия, Изяслав. — серьезно ответил мужчина, ставя десятилитровую пластиковую бутыль, до краев наполненную уже знакомой опознавательной смесью. — Ты от военных, или так, сам по себе?

— Или так. — нахмурившись ответил я. — Это проблема?

— Нет, совсем наоборот. — улыбнулся пчеловод. — Давайте обтирайтесь, и следуйте за мной, хлопцы. Остальные уже собрались.

Стоило обмазаться жученными феромонами, как в носу жутко за свербило и я не выдержав громко чихнул. А сектантам эта процедура далась куда легче — они просто полили сверху закрытые шлемы, словно заранее готовились к этой процедуре. А может так оно и было. По крайней мере указания пчеловода они выполняли безукоризненно.

— Все оружие оставьте у входа. — сказал Пал-Палыч, указав на поставленные перед входом в здание металлические полки. Все бы ничего, и этот жест можно было расценивать как обычное беспокойство, но полки буквально были завалены. И человеческого оружия я здесь почти не заметил.

Странности на этом не закончились. Стоило под пристальным взглядом пчеловода оставить автомат, как нас окружили шершни. Настоящие гиганты, даже в сравнении с теми, кого я убивал раньше. Они скрежетали челюстями, перебирая лапками, и шатались из стороны в сторону, готовые в любую секунду напасть.

Под плотным охранением мы вошли в помещения улья, и часть стражников переместилась на потолок и стены, еще больше сузив и так не широкий ход и заставляя держаться в самом его центре. Пал-Палыч при этом держался совершенно спокойно, даже рутинно, словно для него такое — обыденность. Остановился он только перед плотным строем шершней, своими головами, загородившими проход. Но стоило проводнику повести руками в стороны, как насекомые расступились и перед нами открылся слабо освещенный зал.

Проеденное в здании пространство было заново укреплено жуткой смесью из прожёванной арматурой, бетоном и слюной шершней. Их черно-коричневые тела покрывали все стены и полукруглый потолок, на котором сидел настоящий гигант, даже по меркам собратьев. Бескрылый шершень, одно брюшко которого свисало вниз на добрых пять метров. Но стоило мне разглядеть стол под гигантом, как все мысли о насекомых вылетели из головы.

— Что они здесь делают? — коротко спросил я, сжав кулак.

— Спокойно, хлопец. Спокойно. — повернувшись ко мне поднял руки Пал-Палыч. — Они все пришли чтобы поговорить. И ты, надеюсь, тоже. Послушаем что они скажут, и может сами предложим… решение.

— Очень сомневаюсь, что с ними можно будет договориться. — мрачно проговорил я, уже сжимая в руке пока не до конца материализовавшийся кинжал.

Сборище за столом было более чем колоритным. Каждого представителя по две особи, я даже людьми их назвать не мог. Похожи мы были разве что с точки зрения насекомых — почти все, такие же двуногие, бесшерстные и со странным узором на тощих небронированных тельцах. Почти все…

Шерсть волколаков свисала длинными спутанными сосульками. В свете светильников их глаза чуть заметно поблескивали изумрудно-зеленым, но волки держались ниже травы, прижимая лапы к животу и чуть не выворачивая шеи, показывая незащищённое горло соседям. Заметив симметричные бугры под шерстью, я понял, что передо мной самки. Странно, не помню, чтобы я встречал женские особи во время сражений.

Рядом с ними сидели знакомые «дети» — бледнокожие мелкие уродцы. Не смотря на серо-коричневые одеяния с глубокими капюшонами, лица они почти не скрывали, так что были видны и красные белки глаз, и вставленные в нос украшения, делающие их больше похожими на птиц с острыми клювами. И если Тали с натяжкой можно было назвать хоббитом, то этих — только гоблинами.

Следующими оказались коренастые низкорослые бородачи. Вернее один бородач — он стоял позади восседавшей женщины, с тугими косами. И проблема была в том, что мы с ней узнали друг друга. Это она отдавала приказы во время штурма СВР, и под ее началом сражался Яндор. Правительница уцелевшего клана?

Пал-Палыч, указавший место в начале для Вестников, провел меня до середины стола, и жестом указал поставить еще один стул. После чего сел сам — оказавшись в самом центре. За его спиной тут же встал шершень убийца, в жвала которого мог бы поместиться любой из подземников или гоблинов.

По другую руку сидели те, кого с натяжкой можно было назвать людьми. Рядом — величественно, и даже гордо, сидела молодая девушка, от которой так и веяло силой. Только благодаря золотым чешуйкам на ее щеках я опознал в ней представительницу рода драконов, а позади нее стояла фигура в плаще с низко опущенным капюшоном.

Следующих я едва опознал по выпирающим под кожей клыкам. Вампиры? Вполне может быть, по крайней мере у меня они вызывали именно такие ассоциации. Если здесь двое представителей их рода, значит у нас вполне может разгореться конфликт. Все же я прикончил их временного главу.

Замыкал круг уверенно держащийся мужчина в характерной «милитари» одежде. Явно гражданский, человек и… и скорее всего одаренный. Иначе он не мог бы в такой компании появиться. Несмотря на расслабленную позу, которой он показывал, что чувствует себя более чем уверенно, во взгляде читалось беспокойство. Позади него, единственного, стояло больше одного «человека» я видел семерых в плащах, и легко уловил скрестившиеся на мне взгляды.

Узнали. И учитывая компанию, черт знает к добру это или к худу.

— Господа, госпожи, приветствую всех вас еще раз. — чуть поклонившись произнес пчеловод. — Учитывая, что многие друг с другом не знакомы, прежде чем начать, я хотел бы попросить представить всех за этим столом. И начну со Старшей Вирмы Огнереч, владетельницы и представительницы дома дракона.

— Я рада что вы все приняли мое приглашение. — встав заявила девушка, и я понял, что она чуть ниже меня ростом. Но даже так, ощущение властности и силы шло от нее волнами, заставляя опускать взгляд и кланяться. С трудом сдержав давление я посмотрел ей прямо в глаза, и лицо драконихи едва заметно дернулось. Пал-Палыч попробовал встать и представить следующего, но женщина не собиралась садиться обратно.

— Сегодняшняя встреча — результат цепи событий, которую невозможно было предусмотреть. И нельзя сказать, что для нас этот результат плох. — проговорила Вирма, проиграв мне в гляделки и обведя наконец взглядом остальных. — Голод повержен, и у нас впервые с начала времен есть шанс избавиться от власти Тысячи.

— Зачем? Чтобы подчиниться власти драконов? — с вызовом спросила глава подземников. — Вы ничем их не лучше, еще и жрете своих слуг.

— Это клевета. — зло бросила Вирма, подавшись вперед, и у нее изо рта вырвался язык пламени. — Извинись, или от вас не останется даже пепла.

— Что и требовалось доказать. — фыркнул сидящий напротив гоблин-полурослик. — Здесь собралось три рода Старших и у каждого из нас есть права на этот архипелаг!

— Не после того, как ваш глава пропал. — показывая клыки в улыбке проговорила Вирма. — Это же касается крововсосов. Вы потеряли право голоса.

— Тогда что мы тут делаем?! — вскочил со стула бледный недомерок.

— Прошу, успокойтесь! Мы, как самые младшие из Старших, считаем, что только вместе мы можем надеяться на победу. — попробовал возразить Пал-Палыч, и я с удивлением взглянул на мужчину, это когда они успели? Почувствовав мое недоумение, пчеловод чуть кивнул, показывая, что расскажет все позже. — Не стоит делить власть на архипелаге, пока мы не сумели доказать тысяче что можем отстоять на него право. А для этого — нужно объединиться и работать сообща.

— Как ваши шершни? — спросил гоблин, и когда Пал-Палыч уверенно кивнул, рассмеялся показывая острые зубы. — Достопочтенная Вирма, этот младший сравнил гордых драконов с насекомыми и указал ваше место.

— Я не это имел ввиду. — попробовал возразить пчеловод.

— Не видитесь на мелкие провокации корма. — усмехнулась дракониха подняв ладонь, хотя было видно, как ее зрачки опасно сузились. — Вас только что назвали не Старшим, а Младшим. Это прямое оскорбление, которое смывается только кровью. Да только Вестники сейчас сами — младшие.

— Мы заслужили свое место в совете! — снова вскинулся гоблин.

— Раньше, да. До того, как вся ваша верхушка просто исчезла, вместе со своими семьями. — насмешливо произнесла Вирма. — Теперь у вас нет даже первой полусотни. Сколько у вас одаренных пятью божественных милостей? Ни одного? Четырех? Ну хорошо — трех? Так кто из нас ничтожное насекомое, а тварь?

Дракониха подалась вперед, и гоблин не выдержал, отвернувшись. После чего женщина, рассмеявшись откинулась на спинку кресла, но я видел, как чешуя, начавшая преобразовывать ее руку от ногтей, дошла почти до локтя. И только через минуту трансформация откатилась обратно.

Не я один отметил изменения, стоило отвлечься от созерцания Вирмы и стало понятно, что гигантские шершни убийцы спустились почти к самому столу, вися у нас над головами на высоте трех-четырёх метров. Сумеет ли рой справится с одним драконом, обратившимся прямо в помещении? Вполне возможно, что да. И понимали это все присутствующие. Как понимали, что, прежде чем рой расправится с крылатым ящером — она вполне может сожрать всех за столом. А потому Вирма плотоядно улыбалась.

— Я благодарен старшей за совет и разъяснения, но прошу всех присутствующих держать себя в руках. — громко сказал Пал-Палыч, призывая к порядку. — У нас есть общая цель, и только сообща мы можем ее достичь.

— Есть ли? — с сомнением спросил вампир, впервые подав голос. — Вы — вчерашние низшие, чуть не ставшие кормом. Мы же — Старшие, получившие право владения и дар больше тысячи лет назад!

— И оставшиеся при этом такими же ничтожными паразитами. Мало того, что проиграли, поставив на неудачников, так еще и потеряли главу дома, заместителя и даже средоточие душ. — с ухмылкой заметила Вирма, от чего говоривший содрогнулся всем телом. — Вы здесь только потому, что сами скоро станете младшими. Если вообще сохраните хоть клочок земли и вас не скинут в океан.

— Высокомерие и жадность, странно было ожидать от вас чего-то иного. — выдавил наконец из себя переговорщик от вампиров. — Ваша гордыня сведет вас в могилу. Если вы попробуете пойти против Тысячи — вас раздавят, и вы сами это прекрасно усвоили. Тысячу лет вы сами — рабы Ааба!

— Молчи тварь! — вскинулась Вирма, и язык пламени обдал лицо вампира. Напряглись все, включая меня, в воздухе заискрились заряды электричества, то и дело вспыхивали падающие сверху чешуйки насекомых и крупицы пыли. — Вам всем стоит усвоить свое место! Мы полноправные владельцы архипелага! Мы выиграли турнир, и заслужили право на него! И если вы перечить — станете пеплом или пищей!

— Турнир выиграли люди. — сказал я, и дракониха резко повернулась в мою сторону, вновь пыша огнем.

— Что ты сказал? — прорычала Вирма.

— Я сказал, что турнир выиграли люди. А вы — лишь стояли, пока я убивал сородичей и всех тварей что встали у меня на пути! — теперь уже я зарычал, поднявшись со стула и подавшись вперед. Вся копившаяся от потерь боль и ярость разом выплеснулись наружу, и я уже не мог сдержаться. — Вы трусы, что не в состоянии даже перечить наместникам. Слабаки решающие свои проблемы чужими руками!

— Что-о-о? — протянула Вирма, а затем, оскалившись начала обретать свои истинные очертания. Ее шея удлинилась, платье начало рваться, а плечи покрылись толстой чешуей, быстро захватывающей все тело. Но закончить трансформацию она не сумела.

Рухнув через врата телепорта, я приземлился обеими ногами ей на морду, и тут же ударил молнией. Шокированную дракониху отбросило в сторону, но я метнулся следом, уже материализовав двуручный меч. Зачарованное лезвие без труда отсекло метнувшуюся ко мне лапу, и я с огромным трудом остановил его в миллиметре от шеи замершей в углу твари.

— Это наш архипелаг! Наша Москва! И если кого-то из вас, твари, это не устраивает — я сожру его душу вместе с даром! — взревел я, чуть надавливая на лезвие, и заставляя ящерицу вжаться в стену, чтобы не лишиться головы. — Вы принимаете нашу доброжелательность за слабость, вот только кто за столом? Реальные правители острова наравне с неудачниками, потерявшими на него даже право силы!

— Слава, не стоит… — попробовал возразить Пал-Палыч.

— Молчать! — зарычал я, прижимая меч к шее, вернувшей женскую форму Вирмы. — Я — чемпион сезона возвышения. Обладатель десятка даров. И так уж сложилось — убийца… Да, по неволе, но ваши имена легко затеряются в длинном списке моего личного кладбища, который возглавляет Голод. Кто из вас, мразей, может похвастать убийством бога?

В зале наступила звенящая тишина, кажется, даже стрекот крыльев шершней отодвинулся под самый потолок. Полуобнаженная Вирма смотрела на меня со смесью страха и интереса. Представители людей и подземников — с откровенным ужасом. Гоблины-вестники, с едва скрываемой агрессией, а вот вампиры не отрывали своего взгляда с меча у меня в руках.

— Слава… — я готов был снова заткнуть говорящего, но вдруг понял, что голос не просто знакомый — родной, и уставился на сопровождающую дракона девушку, наконец скинувшую капюшон.

— Зая? Жива! — с облегчением выдохнул я, убирая оружие и тут же телепортировавшись к девушке. Она без сомнений бросилась в мои объятья, и я зарылся в ее густые волосы. — Как? Эти твари тебя не обижали?

— Нет, все хорошо. — сквозь всхлипы произнесла Зая. — Я так боялась, что тебя убьют. Вхагар говорила, что они не оставят тебя в живых после исчезновения Кукловода.

— Чемпион, отойди от нашей собственности. — ухмыляясь произнесла Вирма, и Зая, вскрикнув, обессилила. Я успел поймать ее, не дав рухнуть на пол, и только сейчас увидел богато украшенный ошейник, который в начале принял за украшение. — Одно движение — и она умрет. Безвозвратно, это ее последняя жизнь.

— Ты хочешь, чтобы я убил не только тебя, но и весь твой род, включая детенышей и предков? — спросил я, аккуратно положив Заю. — Племя воителей выродилось окончательно и похоже другой судьбы вы не заслуживаете. Вместо того, чтобы сражаться с Тысячниками, вы стали их послушными и трусливыми слугами.

— Как ты… — договорить она не успела, вторая рука, сжимавшая небольшой амулет, упала, обрубленная по локоть. Дракониха даже не успела среагировать на мою телепортацию, и только через секунду взвизгнула и исчезла. Но вместе с ней исчезла и Зая.

— Твою бога душу мать! — выкрикнул я, в ярости пнув отрубленную конечность. — Достану… из-под земли тварей достану!

— Изяслав, я понимаю твою боль, но то, что произошло недопустимо… — начал было Пал-Палыч, но замер под моим взглядом.

— Что ты сказал? — выдохнул я, по тряся мечом. — Недопустимо? Они делят нашу землю! Эти слабаки, эти предатели… Посмотри на бледных? Их лидер вместе с семьей и родней сбежал, укрывшись у Кукловода, бывшего фаворита. Или на кровососов — их ставка не сыграла, но вместо того, чтобы убраться восвояси, их новый глава решил устроить себе ферму с двуногой пищей.

— И что с ним случилось? — не скрывая интереса спросил вампир.

— То же, что со всеми остальными, кто перешел мне дорогу. — усмехнувшись сказал я, падая в освободившееся кресло. — Вы все — лишь гости на нашей земле. И теперь мы будем решать, с кем из вас иметь дело, а с кем — нет.

— Изяслав, я понимаю твое недовольство, но в этом мире нам одним не выжить. — заметил Пал-Палыч. — Лучше встроиться в существующую систему, чем умереть сопротивляясь. Сам знаешь, в чужой монастырь…

— Вот только он — наш. — перебил я пчеловода. — Сомневаюсь, что кто-то из здесь сидящих способен мне хоть что-то противопоставить. Как и те, кто придут им на смену.

— Зря. — показав клыки усмехнулся вампир. — Даже самый сильный чемпион — не ровня любому из наместников. А когда за ним придет Тысяча — вы склонитесь. Те кого оставят в живых. Но мы готовы помочь, всех кто согласиться, мы одарим и…

— Что-то подобное я уже слышал. Но как верно заметила Вирма — где ваш глава? Ну и алтарь, заодно? — усмехнулся я, видя, как улыбка сползает с лица вампира. — Мы за месяц изничтожили десятки тысяч паразитов и низших. Если вы не склонитесь и не пойдете на сотрудничество как равные — станете следующими.

— Мы готовы обсудить этот вопрос в обмен на вещи покойного… — произнес вампир, и я тут же материализовал череп и кристалл, доставшийся мне в качестве трофея. Глаза переговорщика округлились, он непроизвольно потянулся ко мне, но я уже спрятал вещи обратно в рюкзак.

— Теперь они мои, как и все остальное. Как и его дар. — спокойно проговорил я, глядя на вытянувшиеся лица. — Уверен, я распоряжусь ими куда лучше.

— Ты об этом пожалеешь. — сказал вампир, поднимаясь. — Вы все об этом пожалеете! Тысяча узнает все, и о предательстве, и об убийстве бога!

В следующее мгновение вампир попробовал сорвать с шеи медальон, но сидящая напротив королева подземников среагировала быстрее. Из браслета на ее предплечье ударил тонкий ослепительно яркий луч, и голова переговорщика взорвалась словно тыква. Я метнулся к сопровождающему, разрубив плащ. Но тот оказался пустым.

— Ушел… — с горечью произнес гоблин, откинувшись в кресле. — Теперь наш народ обречен вместе с вашим. Сотня тысяч умрет из-за одного тупого выскочки не сумевшего держать рот на замке! Ты доволен, чемпион?

— Тем что у вас больше нет выбора? Очень. — хмыкнул я, возвращаясь за стол. — Кто-то еще хочет покинуть переговоры, до того, как мы начнем обсуждение? Нет? Прекрасно.

— Они убьют или поработят всех. — сказал устало Пал-Палыч. — Пять дней, максимум неделя, и архипелаг окружат со всех сторон летающими крепостями.

— Ничего. У нас у самих есть два Наставника, которые вполне способны потягаться с пирамидами Наместников. А если мы их еще и подкормим, и добавим несколько ядерных зарядов, то врагов у нас не останется. — хмыкнул я, но уже совсем не так уверенно. Ярость постепенно отступала, и я все больше понимал, что сделанного уже не вернуть. Как и Заю, оказавшуюся в заложниках у драконов. Что с ней сейчас из-за меня будет? Если они с ней хоть что-то сделают, я Вхагар на закуску к пиву порублю. Драконьи крылышки барбекю.

— Вы и правда убили Голод? — спросила королева подземников.

— Нет. Они порвали его на тысячи кусков, но бога нельзя убить. — вклинился переговорщик от бывших Вестников. — Теперь он будет пожирать все что есть в океане, на дне, а когда там не останется другой жизни — выползет на берег, набравшись сил. Это не мои слова — Наместника. И когда это произойдет — ничего живого не останется.

— Они заслужили участь, на которую обрекли планеты нашей родины. — усмехнулся я, глядя прямо в красные глазки гоблина. — У нас есть оружие против бога, и мы не постесняемся его использовать вновь. Но защищать остальные острова — не станем. А вот наши… если кто-то хочет выжить, мы готовы к сотрудничеству, если к нему готовы вы.

— Тысяча, Драконы или племя безумного чемпиона. — широко усмехнулся гоблин. — Тяжелый выбор.

— У этого чемпиона есть имя — Эвакуатор. — хмуро заметил Пал-Палыч.

— Нет. Он прав. — махнул я рукой. — Хватит с меня людской любви. Эвакуатор давно должен был уйти на покой. Всех не спасти, и если для выживания большинства придется стать безумным чемпионом, значит так тому и быть.

— Это только твой выбор, а вот нам его ты не оставил. — покачав головой произнес Пал-Палыч. — Но ты прав, возможно так даже лучше. Те ошметки, что остались на планете, слезы Голода — мы и в самом деле сумеем от них защититься?

— У нас для этого есть все ресурсы. Нужно только время, и чтобы наших ученых никто не трогал. — в задумчивости сказал я, ярость окончательно ушла, сменившись общей усталостью и разными пораженческими мыслями.

— Наставники защитят нас. — уверенно произнесла королева подземников, оглядев всех присутствующих в зале. — Как и Тысячников, если они не покинут своих островов. Уверена — наместники в курсе происходящего, уйти от своих подданных — значит лишиться подпитки душ.

— Они сделают так как велит Ааб. — покачал головой гоблин, снова показав в улыбке свои мелкие острые зубы. — А он не захочет оставлять свободным целый архипелаг. Десятки тысяч выживших — включая племена подземного народа. Слишком лакомый кусок, ради которого можно и рискнуть, пока Голод пожирает все на дне океана.

— Значит вопрос остается тот же — у нас одна цель. По крайней мере у оставшихся. — поднявшись со своего места сказал Пал-Палыч. — Мы должны объединиться ради общего выживания. Иначе все станем пищей для Старших, или для пожирателей. Мы готовы вырастить и выставить свою армию в течении семи дней, если ее поведет Чемпион.

— Вы не оставили нам выбора. — мрачно усмехнувшись заметил гоблин. — Из-за вас все считают наш народ предателями, нас просто вырежут. Мы перевезем всех, кого сможем на архипелаг Москва и будем сражаться бок о бок с вами. А взамен — вы будете сражаться за нас, когда придет время возвращать земли.

— Люди всегда на стороне людей. — хмыкнул единственный человек, за которым стояла целая орава. — Тут даже спрашивать не о чем.

— Уйти в глубины, или сражаться против Наместника. — задумчиво произнесла королева подземников. — Мы встанем бок о бок с вашими воинами. Пока есть шанс на победу — мы будем сражаться.

— Чемпион — вожак. — кивнула самка волколаков вывернув голову и оголяя шею.

— Хорошо. — поморщившись сказал я. — Мы будем сражаться вместе.

Генерал Орлов мрачно слушал доклад о последних стычках на севере. По всему выходило что нужды ремонтировать технику для полетов нет… пилотировать ее будет некому. Из двух летных звеньев при атаке на приближающийся остров удалось спастись только двум летчикам — остальные погибли или захвачены в плен.

С такими трудами собранный бронетанковый корпус слизали одним залпом неясного происхождения. Отдельные группы смогли уйти по подвалам и выбраться из радиуса поражения, но их нагнали летающие обезьяны! Только гребанной Элли с волшебными башмачками не хватало для полной картины. А ведь это только второй из шести островов, приближающихся к тому, что осталось от Москвы.

— Думаешь мы можем им довеять? — спросил я, глядя на то как племя волколаков строится за обломками разрушенных многоэтажек. Нам повезло, первый крупный отряд врага приближался с юга-востока, где больших поселений людей не осталось. Но сумей они закрепиться — будут угрожать ближайшему логову волков, выходу из подземелий и смогут развернуть свои войска для атаки на наставника «дварфов».

— Это ты у меня спрашиваешь? — ответил вопросом на вопрос Пал-Палыч. — Еще неделю назад мы были кровными врагами, и сейчас сражаемся вместе только потому, что другого выхода нет. Иначе мы просто умрем, все. Но ты можешь рассчитывать на наш рой.

— В одиночку никому не победить. — покачав головой сказал я. Хотя нужно отдать должное — пчеловоды постарались на славу. За прошедшие дни они сделали то, что казалось невозможным, расширив главный улей до половины квартала. Шершни росли просто с невероятной скоростью, как объяснил мне Пал-Палыч, в нормальных условиях они давно бы разделились на несколько отдельных роев, но специалисты все контролировали. Правда долго это продлиться не могло, но нам долго и не надо.

Остальные тоже не бездельничали. Я лично мотался по всему архипелагу, используя точки телепортации и костюм-крыло. Проблему с вратами решили достаточно элегантно — теперь они открывались только если с обоих сторон врат, одновременно, приложить руку к кровавому символу. Это позволило избавиться от постоянного давления и одновременно обеспечить бесперебойное курсирование войск внутри поселений.

Подземники поставили для людей своё оружие и щиты. Лучеметы требовали подпитки от энергии души, а потому больше пары десятков выстрелов обычный человек не выдерживал — дальше немели конечности, и он мог упасть в обморок. А вот щиты оказались гораздо полезней, они легко принимали автоматные очереди, не давая трещин и сколов. Я сменил свой штурмовой щит на один из подобных шаров, о чем ни разу за неделю не пожалел.

Люди, вооруженные чем попало, организованно проходили боевое слаживание. Кроме оружия дварфов я достал им автоматы и патроны с опустившихся под воду складов. Так же решилась проблема продовольствия, хотя пару раз было недалеко от того, чтобы оказаться зажатым амебами пожирателей, бродивших по дну. Но и это я постарался использовать.

Даже родичи Тали, не принимавшие открытых действий против Старших, оказывали неоценимую помощь — они делились разведданными, регулярно и своевременно показывая передвижения противника. Ни силой, ни скоростью они не обладали, зато использовались почти всеми нашими врагами в качестве «верных слуг», благодаря чему почти беспрепятственно могли передвигаться вместе с противником.

Да, проколы были, но сейчас меня мало интересовали несколько казненных гоблинов. На архипелаг со всех сторон надвигалось настоящее нашествие, и в этот раз — не из паразитов, корма или низших. Судя по донесениям со всех сторон к нам, летела и плыла настоящая армада из Старших.

Шесть островов, со своими армиями, пирамидами, а самое опасное — наместниками, имеющими по слухам почти неограниченные силы. И сейчас именно один из островов маячил на горизонте, с каждой минутой увеличиваясь. И если утром бойцы еще надеялись на легкую победу, то сейчас нервозность чувствовалась даже от волков, которые прятались за руинами.

— Когда-ж он расти перестанет. — пробормотал Пал-Палыч, глядя на приближающуюся махину. — Идут.

Мне пришлось напрячь зрение, чтобы понять, о чем он говорит. Над островом начало образовываться небольшое облако, которое стремительно темнело. Остров все еще рос в размерах, но облако начало приближаться с куда большей скоростью, и через несколько минут стало понятно, что оно состоит из тысяч серых точек.

— Пора. — коротко бросил я, достав из подпространства крылья. — Готовьтесь, после того как я прорежу первые ряды — ваша очередь.

Пчеловод кивнул, и что-то ответил, но я уже не слышал его слова за ревом турбин. Двигатели выплюнули тугую струю воздуха, я телепортировался, вверх и мгновенно сменив вектор помчался на встречу противнику, а за моей спиной уже начало подниматься черное облако из шершней, выращенных с единственной целью — убивать.

Воздух свистел в щелях шлема, обжигая холодом лицо, но глаза были надежно защищены очками. Ладони щипало от молний, питающих крылья, и я с каждой секундой стремительно приближался к быстро приближающемуся врагу. Черные точки неумолимо росли, и вот я уже стал различать отдельные фигуры.

Жирные птицы, отчаянно мельтешащие из стороны в сторону, с трудом тащили свои переполненные и выпирающие, светящиеся ядовито-зеленым животы. Сомнений в том что передо мной — выведенные живые снаряды не осталось. С такими же мы сталкивались, когда с Пином летели вытаскивать пилотов.

Несколько десятков птиц тут же бросились в мою сторону, идя наперерез, и я без всякого сожаления врубил подаренные дварфами излучатели. Два потока энергии впились в тварей мгновенно вскипятив их изнутри, и они взорвались зеленым облаком, раскидав сородичей ударной волной, но на их место тут же встали сотни других монстров.

Я закрутился, постепенно наращивая скорость и обороты, а затем на полной скорости врубился в стаю тварей, прорезая ее словно штопор. Взрывы окружали меня со всех сторон, давление грозило разорвать на части, а тварей становилось все больше, они напирали со всех сторон, игнорируя опасность и стремясь любой ценой уничтожить чужака. Их крылья почти касались меня, когда стало понятно, что даже лазеры не справляются с потоком тварей.

В последнюю секунду я оторвал ладони от пластин подпитки и ударил молнией во все стороны не экономя энергии. Как говорится — на все деньги. И сразу телепортировался на исходную, едва не лишившись жизни. Приходя в себя, в свободном падении, я смотрел как зеленое облако взрыва пожирает сотни метров, и казалось, что мне удалось невозможное, но в следующую секунду из облака выскочила первая птица, затем вторая, а мгновение спустя облако скрылось за сплошным потоком тел.

Сцепив зубы, я заставил себя выйти из пике у самой воды, телепортировался, меняя вектор, и тут же снова врубил излучатели, но теперь не ввинчиваясь вглубь стаи, а сжигая тварей на ее ближайшем крае. Часть врагов ринулась за мной следом — другая разошлась в стороны, чтобы не попасть под взрывы сородичей, но теперь, словно ведомые чьей-то волей, они продолжили полет к земле.

Я еще дважды сумел проредить облако, пока до ближайшего побережья осталось всего полкилометра. Там, на земле, постепенно разгорались яркие точки.

— Залп через три… два… — начался отчет в наушнике. В последнее мгновение я ушел вверх, зависнув над стаей самоубийц, и в тот же момент по ней, с земли, ударило сразу несколько десятков мощных излучателей, превращая целые ряды тварей в разрывы зеленой, мгновенно вскипевшей жидкости. Грохот взрывов слился в одну непрекращающуюся канонаду, но лучи постепенно гасли, теряя мощность.

— Перегрев! Вторая линия! — снова раздалось в наушнике.

Спрятанные среди обломков Шилки застрекотали из своих счетверенных пушек, засыпая врагов плотным потоком снарядов, и стая словно ударилась о невидимую стену. Тысячи разорванных трупов падало вниз, и морская вода плотно окрасилась в зеленый. Но, если в центре, мы сдерживали облако врага, то по бокам оно становилось все гуще, беря обороняющихся в клещи.

— Правый фланг, пятьдесят метров! Воздух! Левый — сто сорок! — раздавались приказы командиров в моем наушнике. — Контакт! Повторяю — контакт!

К выстрелам комплексов пво присоединились многочисленные автоматные очереди, облако тварей колыхалось, то приближаясь к нам, то расходясь чуть в стороны, но вот их критическая масса пересилила оборонительный огонь, и монстры сплошным потоком обрушились на позиции ПВО.

— Слава? — раздался голос Палыча.

— Рано! — бросил я, дожидаясь пока стая насядет сильнее. Зеленые всполохи окружали отчаянно отбивающихся людей и подземников, отступивших к укрытиям. Автоматные выстрелы уже едва слышались под грохот разрывов самоубийц, Лучи термо-лазеров не пробивали даже десяток метров, и тогда стало понятно, что больше ждать нельзя, и я влил силу в заготовленные порталы.

Стаю мгновенно разметало в стороны, потоки воды, бьющие с глубины несколько километров, разрезали тварей превращая обычную жидкость в смертельно опасные лезвия. Побережье потонуло в ядовито-зеленом дожде, смешанном с ошметками и кислотой, люди отчаянно перебирались в безопасные укрытия, а стая все напирала.

Открытие врат, и меня неудержимо тянет вниз, энергия просела до нуля, не хватает даже для поддержания работы двигателей, но сотни тонн воды хлещут вниз, на опустившихся к земле тварей, вбивая их в развалины, оглушая и размазывая по волнам. Твари пытаются выскочить из заготовленной ловушки, но от гигантского облака остались всего несколько сотен самоубийц, которых тут же разорвали на части подоспевшие шершни.

Порталы захлопываются один за другим и недобитки тут же начали поднимать голову, сбиваясь в новую стаю. Едва удержавшись в обезумевших потоках воздуха, я рухнул на первую позицию, рядом с Палычем, который тут же протянул мне янтарный, едва не сияющий изнутри, брикет.

— Амброзия? — усмехнувшись спросил я, откусывая твердый, вязнущий на зубах, кусок приторно сладкого меда. Еда мгновенно таяла на языке, смешиваясь со слюной, и вместе с физическими силами восстанавливала энергию души. — Да, пища богов.

— За нее нас и хотели сделать Старшими. — хмыкнул Пал-Палыч, провожая взглядом рой, набросившийся на остатки стаи самоубийц. Размен проходил пять к одному, шершни выдерживали несколько взрывов, прежде чем окончательно падали в океан. Первая волна была отражена, ценой сравнительно малых потерь.

— Снова поднимается. — кивнул пчеловод, на резко выросший в размерах остров. Как так вышло? Я всего на несколько минут упустил его из вида, а он уже занимал четверть горизонта и все продолжал увеличиваться. Какого же размера эта махина?

— Ну за то не промахнемся. — усмехнулся я, пытаясь найти хоть что-то хорошее. — Цель в зоне досягаемости?

— Да, готовы нанести первый удар. — отчитались сидящие в тылу артиллеристы.

— Огонь по готовности. — приказал я, и с дальнего острова послышалась канонада минусов. Несколько десятков старых пушек, собранных по музеям, выставкам и военным частям, лупила в белый свет, но промазать по такой махине было почти невозможно. Даже без бинокля я видел разрывы на острове, а затем его словно накрыло силовым полем.

— Рано. — сжав кулаки пробормотал я. — Слишком рано… мы так даже передовые отряды не сможем ополовинить.

— Прекратить огонь? — предложил пчеловод.

— Нет, пусть продолжают, я осмотрю позиции сверху. — произнеся это я телепортировался на максимальную высоту и лег на крыло, включая двигатели только для поддержания высоты.

Океан внизу был ярко зеленым, по острову, выбранному нами для первой линии обороны, текли ядовито-кровавые реки, с шипением растворяющие асфальт вместе с бетоном и землей. Мы знали, что так будет, и все же масштабы побоища ужасали. Даже предусмотренные водостоки не обеспечивали полную безопасность в укрытиях.

Поднявшись на тысячу метров, я сумел наконец оценить размер приближающегося острова. Центральная пирамида была окружена несколькими сотнями строений по периметру, от которых в стороны расходились дороги, пролегавшие мимо полей и рощ. Целый город, со своими окраинами, фермами и пастбищами.

Вот только сейчас большую часть пастбищ занимали стройные прямоугольники тварей, стоящих под разными знаменами. Пестрые доспехи совершенно несочетающиеся друг с другом обозначали не только разные рода войск, но и расы, которые их составляли. Странные машины, с едва узнаваемыми очертаниями. Платформы, парящие над поверхностью и заполненные готовящимися к бою войсками. А за ними, в центре… трон.

Фигура наместника угадывалась без всякого труда, пусть я и не мог различить — тот ли это монстр, что приносил в жертву глав Старших, проигравших в сезоне Возвышения, но монстр принадлежал к той же расе четрыехруких, и стража его так же состояла из гигантских горило-подобных тварей, облаченных в сияющие доспехи.

На меня наконец обратили внимание, с помощью бинокля я сумел разглядеть целый ряд очень самонадеянных лучников, направивших в мою сторону стрелы. Ради чего эта показуха? Они же скорее собственные первые ряды армии засыплют, чем меня достанут. Но уже в следующую секунду мне стало не до шуток.

Взвившиеся в воздух стрелы не замедлялись, а наоборот — набирали скорость превращаясь в огненные метеоры. И все же расстояние было на моей стороне, я легко увернулся от приближающегося града снарядов, только затем, чтобы обнаружить что часть из них поворачивает, следуя за мной по пятам.

Самонаводящиеся зачарованные стрелы — кошмар средневекового войска, но у меня и на это нашелся достойный ответ. Телепортировавшись я тут же отрыл врата и следующий поток стрел полностью поменял направление, обрушившись обратно на стрелков. Несколько мгновений внизу творился настоящий хаос, но командиры быстро сориентировались, и ряды противника прикрыли полупрозрачные поля.

Мои снаряды бессильно грохотали по защите противника, к счастью и в обратную сторону это работало не хуже — меня прекратили обстреливать, ровно до тех пор, пока от трона не отделилась группа высоких существ с посохами. Вероятно, они пробовали заключить меня в подавляющие лучи, да только летал я без всяких сверхъестественных способностей. Вот только я зря надеялся, что на этом враги остановятся.

Фигурки людей внизу забегали, ряды смешались, а через полминуты в мою сторону ударил первый испепеляющий луч, без труда пронзивший щиты, и потерявший от силы треть своей мощности. Теперь расстояние играло уже не такую большую роль, свет преодолевал его за считанные мгновения, и единственное что меня спасало — криворукость стрелков.

Перемещаясь зигзагами, я ломал прицельную линию, а затем, поймав ритм, резко ушел вниз. Миг, и я телепортируюсь внутрь купола, защищающего город, чтобы тут же активировать излучатели дварфов. Огненный смерч слизал замерших в растерянности врагов, и в то же мгновение две других группы открыли по мне перекрестный огонь из своих посохов.

Лучи стремительно пересекались, шинкуя пространство, но я оказался быстрее. Ушел в бестелесность, пропуская снаряды сквозь себя, выждал, пока атака стихнет, и тут же ударил сам, спикировав над пригибающимися к земле рядами монстров. Сумел дотянуться до еще одного отряда с посохами, но тут мне на плечи будто скала обрушилась.

Давление оказалось такое, что двигатели, взвыв, не сумели меня даже сдвинуть, не меняя положения и направления полета я рухнул на землю, между колоннами обезьян-переростков, и твари тут же ринулись ко мне. Оглянувшись, я увидел поднимавшегося с трона наместника, сжавшего кулак, вокруг которого мерцали черные молнии. Миг, и десяток зачарованных мечей обрушились на место, где я только что лежал.

Я увидел это мельком, во вспышке затухающих врат телепорта. Один из особенно ловких врагов попробовал меня достать, но я захлопнул врата, и обрубленная лапа рухнула к ногам Пал-Палыча, все еще стоящего на крыше здания.

— Как оно? — поинтересовался пчеловод, помогая мне подняться.

— Фигово. Их там даже не сотни — тысячи. И все они прикрыты силовыми полями, в зачарованных доспехах и с оружием способным с первого раза убить одаренного. — ответил я, пряча крылья в подпространство и отряхивая летный комбинезон.

— Но главное ты сделал? — с надеждой спросил Пал-Палыч.

— Сделал. — усмехнулся я, приведя себя в порядок. — Можем начинать.

— Слава богу. — выдохнул мужчина, беря рацию. — Начать подготовку, давление на максимум, у нас будет пять-семь секунд. Не подведите, ребята. Доложить по готовности.

— Все, я пошел. — отдышавшись махнул я Пал-Палычу, и телепортировался на другую окраину Москвы в чудом уцелевшие технические помещения, расположенные рядом с гигантским подземным хранилищем. Большая часть его емкостей уже опустела, лопнула во время землетрясений или была повреждена при перемещении, но один из резервуаров все еще находился в полностью рабочем состоянии. Нужно было только поднять давление и запитать насосы, чем и занимались почти неделю команды ремонтников.

— Давление три и два! Три и три! Критическое давление на втором клапане! — отчитывался техник, следящий за приборами. — Готов? Давай!

— Открыть клапан! — скомандовал я, разворачивая врата прямо перед полутораметровой трубой центрального магистрального газового трубопровода. Хотел бы я увидеть, что сейчас происходит на той стороне, куда вырываются тысячи тонн горючего газа, мгновенно заполняющего объем под щитами.

Если мы все верно рассчитали — противники не готовы к такой встрече, а значит у нас есть все шансы смертельно их удивить. Главное — чтобы у наместника или у одного из его сановников не оказалось какой-нибудь способности, лишающий газ воспламенения, хотя вряд ли найдется что-то столь специфичное.

— Давление два и семь, Два и два. Поломка во втором контуре! Закрываю клапан! — крикнул инженер из своей рубки, через несколько минут. — Закачено двенадцать тысяч кубометров. Дальше будет цедится.

— Будем надеяться этого хватит. — кивнул я, закрывая портал. — Чините оборудование, от этого могут зависеть все наши жизни!

Не слушая ответа, я уже телепортировался обратно на передовую, чтобы увидеть, как первые ряды летающих обезьян сталкиваются в воздухе с роем. Гигантское облако насекомых, почти не уступающее стае самоубийц в самом начале схватки, с оглушительным стрекотанием и грохотом врезалось в стройные ряды горилл, вооруженных копьями и двуручными мечами и балансирующих на летающих дощечках.

— Готово! — крикнул я, и одновременно активировал взрыватель. Оставленная мною на острове бомба воспламенилась и жар тут же прошел по рядам тварей, я видел как ударная волна, разрывая тела, разошлась в стороны, накрыв и трон, вместе со всеми пажами и жрецами, и стройные колонны готовящихся к вторжению врагов, но грохота не услышал — волна отразилась от силового поля и пошла в обратную сторону, накрывая выживших.

Атака противника захлебнулась, вышедшие из-за укрытия обезьяны оказались в плотном кольце шершней, на каждого врага приходилось по десятку насекомых, буквально разрывавших гвардейцев наместника на части. У переживших взрыв не было ни шанса на сопротивление — рой же не остановился, а пошел дальше, пожирая и добивая раненых.

— Неужели смогли? — не веря собственным глазам пробормотал Пал-Палыч. Мне тоже хотелось надеяться на везение и успех нашей сумасбродной операции, но в этот момент рой камнем рухнул вниз. Все до одного шмеля, оказавшиеся над территорией приземлившегося острова, оказались распластаны и едва двигались.

Над пепелищем, сжимая кулаки, поднимался в воздух бессмертный Тысячник, наместник из племени Ааба. Он поднялся в воздух, игнорируя все законы физики и полетел в нашу сторону, а внизу, под его ногами, восставали из мертвых сотники и жрецы, потерявшие в этом бою свою первую жизнь за очень-очень долгое время.

— Первые ряды держать! — закричал я, бросаясь вперед. Ожившие обезьяны шинковали прижатых к земле насекомых, идя через рой словно раскаленный нож, а за сотниками уже поднимались остальные твари. Вот только назвать их живыми язык не поворачивался. Дерганные движения, раскрытые в немом вопле пасти и синее свечение глаз — наместник поднял трупы своей волей, отправив их в бой.

Зомби, забывая оружие и щиты, едва ковыляли, но с каждым мгновением их движения становились все быстрее, все яростней, и вот они уже опережают своих живых собратьев, бросаясь в бой против роя. А им наперерез выскакивают волки и укрывавшиеся до последнего момента дварфы, под прикрытием автоматчиков.

Вот только я прекрасно осознавал, что никакого толку от сражения с уже мертвыми нет, если Наместник один раз сумел поднять трупы, без проблем использует эту способность еще раз, до тех пор, пока от врага не останется лишь горстка пепла. И атаковал того, кто единственный имел здесь силу и значение.

Лучи, легко прошедшие через невидимое поле, ударили в наместника, и почти секунду он стойко держался, а затем, схватив ближайший бегущий труп за голову, выставил его в качестве щита. Я телепортировался под купол, заходя с другой стороны, но едва успел отскочить. Стоило войти в радиус действия первой из способностей врага, как меня неумолимо потащило вниз.

— Лучами, с разных направлений! — приказал я, резко выныривая и атакуя сверху. Меня услышали. Сразу шесть лучей скрестилось на противнике, не позволяя прикрыться одним телом. Вот только у наместника не было проблем ни с послушными трупами, ни с конечностями. И когда тела по его команде выстроились в щит, небеса дрогнули.

Я не сразу понял, что происходит, меня просто повело в сторону, и я подумал на двигатели, не выдержавшие перегрузок, но затем над головами артиллеристов начала скапливаться пылевая туча, с каждым мгновением все уплотняющаяся. Вот уже с земли начали подниматься небольшие камешки… булыжники… тела.

— В укрепления! Всем спрятаться! — кричал Пал-Палыч, едва держась за торчащую из обломков покорёженную арматурну. Масса висящего над нами объекта все нарастала, вместе с его размерами, пока скала, с трехэтажный дом, не рухнула вниз, грозя стать могильным камнем для всех бойцов второй линии.

Врубив форсаж, я телепортировался ближе, вцепившись в камень. Сдвинуть, а тем более поднять такую махину я был не в состоянии, и оставался последний вариант — я переместил его в подпространство, на сколько мог, а затем открыл врата прямо под ним и сменил вектор выхода.

Крыло, не выдержавшее многократных перегрузок, развалилось прямо в воздухе, но я успел перекувырнуться и открыть второй телепорт одновременно с первым, а оказавшись на земле — врубил врата.

Наместник в последнее мгновение почувствовал опасность, и даже успел повернуться, но вот сделать ничего не мог, и влетевшая в него на полной скорости скала смела гиганта и растерла в кровавую кашу целый ряд его приспешников. Трупы, схватившиеся с волками на передовой, тут же опали. Я же без сил опустился рядом с пчеловодом и без лишних разговоров вгрызся в волшебный мед.

— Да чтож это такое? Поднимаются. — устало прошептал Пал-Палыч, ткнув меня локтем в бок. — Словно заведенные.

— Бессмертные. — мрачно заметил я. — Не зря их так называют. Отходим на запасные позиции! Всем активировать телепорты для перехода!

Скала, под которой я казалось похоронил наместника, раскололась надвое. Ударом четырех кулаков титан раскидал спрессованные обломки и легко отряхнул с плеч каменную пыль. Я поймал на себе насмешливый взгляд полуприкрытых глаз, словно все произошедшее лишь разминка, доставляющая ему скорее удовольствие, чем неудобство.

Рой, вырвавшийся на несколько секунд из-под чудовищной способности, отлетел на безопасное расстояние, но оставил после себя тысячи растерзанных тел. Как своих, так и приспешников наместника. Теперь я видел, что не все они были обезьянами, только войска ближнего боя и стражники — гориллы, или кто-то их напоминающий, остальные — представители других видов, в том числе длинноухих.

Вот и пара гоблинов притащила ему воды в золоченом чане литров на пятьдесят, чтобы сполоснуться. Но наместник лишь отмахнулся, добавив к движению силу способности и чуть не размазав прислужников по площади. Я до последнего прикрывал отходящие войска, глядя на врага, который несмотря на двойную сметь не выглядел уставшим или обеспокоенным. И только когда вновь заработала отведенная на запасные позиции артиллерия, я ушел вратами.

В небольшой комнатке, куда вел телепорт, собрался весь совет временного альянса поселений. Кроме нас с пчеловодом — королева подземников Гарвия, лидер Вестников — Демекс, матриарх стаи Ауфа и говоривший от вольных — Роман. Почти вся мебель в помещении отсутствовала, штукатурка была оббита, зато стены и оконные проемы укреплены мешками с камнями и песком.

— Мы неплохо поработали. — подбодрил меня пчеловод, наблюдающий за перестроением роя. — Даже маленькая победа — уже победа.

— Они просто не рассчитывали на такое отчаянное сопротивление. — произнес я, снимая поломанные крылья.

— Может и так, но благодаря взрыву газа мы почти ополовинили их первую армию. — покачал головой Пал-Палыч. — Теперь они подумают, прежде чем высаживаться, может даже отложат наступление на несколько часов, а то и дней.

— Нет. Я бы на это не рассчитывал. — сказал я, садясь на пластиковый стул с поломанной спинкой. — Ты видел его глаза? Он наслаждался бойней.

— Тем лучше. — произнесла Гарвия, подходя к окну. — Мои отряды готовы начать операцию, как только цель будет в зоне атаки.

— Уверены, что это сработает? — неуверенно спросил Демекс.

— Более чем, пока вы разливали вино и подтаскивали тварям мясо — мы рыли туннели и крушили скалы. А теперь, с помощью Чемпиона, у нас будет шанс выполнить все что нужно. — гордо произнесла королева подземников.

«Чемпион» — я усмехнулся, снова пробуя прозвище на вкус. Да, слово громкое, не хуже «фаворита» которым прозвали Кукловода, но мне оно не нравилось. Хотя спорить с тем, что я его заслужил было глупо. Как и сомневаться с возможностями дварфов. Они и в самом деле построили гигантские многоуровневые подземные города, а нам сейчас только и оставалось что ждать, глядя на то, как остров с пирамидой приближается, уже наслаиваясь на наши первые позиции.

— Как считаешь, они выставят новое войско? — спросил Пал-Палыч, разглядывая в бинокль побережье. — Или отправят вперед трупы?

— На их месте я бы берег живых, но я не на их месте. — ответил я, не глядя в окно. — Логика бессмертных мне непонятна, но готовится нужно к любому исходу.

Здание содрогнулось, так что пришлось схватиться за стену, чтобы удержать равновесие, а затем до нас донесся гул камнепада и жуткий скрежет. Тысячетонный остров «пришвартовался» заткнув собой небольшой пролив. И тут же на берег начали спрыгивать и сваливаться сотни тварей.

— Началось… — мрачно проговорил пчеловод. — Артиллерии нужно бить ближе, щиты они все равно не пробивают.

В следующую минуту сменившие цель орудия били по отошедшим с острова войскам, да только толку с этого почти не было. В центре каждого отряда врага шел знаменосец, с ярко алым кристаллом на вершине древка, а от него во все стороны расходился прозрачный, но непробиваемый щит.

— Газы? — предложил Пал-Палыч, показывая на приближающиеся к новым укреплениям колонны врага. Наши артиллеристы сменили тактику, и теперь снаряды не разрывались при попадании, а скатывались по щиту, и только на земле, детонировали.

— Боюсь здесь поможет только святой напалм. — усмехнулся я, глядя на вновь и вновь поднимающихся мертвецах, некоторые из них уже лишились конечностей, но все продолжали продвигаться по руинам. У нас было около получаса, пока противник продвигается на заранее заминированные позиции, но даже этот краткий отдых пошел псу под хвост.

Дверь, и так державшуюся на честном слове, сорвало с петель и в комнату ввалился измазанный в черном крепкий коротышка. На обезображенном лице его остался единственный глаз, которым он окинул комнату, и узнав Гарвию на подгибающихся ногах шагнул к ней. Но рухнул, не дойдя полтора метра. Из последних сил он вытянул что-то из костюма и на вытянутой руке протянул королеве подземников. И только когда она приняла крупны, с большой палец, камень — уронил голову.

— Что происходит? — настороженно спросил я, готовясь в любую секунду воспользоваться способностями.

— Это сообщение… — проговорила Гарвия, и недолго раздумывая поставила кристалл на пол, а затем активировала несколько символов у себя на браслете. Алмаз замерцал гранями, в нем зародился свет будто готовясь взорваться, но через несколько мгновений над камнем появилось объемное изображение бородатого мужчины.

«Я король и властитель Нижнего яруса, Летсом Гарнит, по воле своей и скрытых небес, прошу тебя, королеву Верхнего яруса, Яндру Гарвию, принять мой народ, не уронить чести вечной династии. Спаси и защити их, оберегай, как своих, ведь отныне так оно и есть». — бородач на изображении закашлялся, а изображение, задрожав, чуть сместилось, так что на мгновение прорисовался гигантский поток людей, уходящих куда-то вверх. — «Мы заключили соглашение, но я не думал, что это мне придется просить приютить наш народ. Кланы сказали свое слово, теперь ты — единственная королева Подземья».

— Как это произошло? — нахмурившись спросила Гарвия, наклоняясь к гонцу, но тот был уже мертв. Из чуть приоткрывшегося рта вылилась черная жижа, которой не хватало массы для захвата тела, но в ее происхождении не оставалось никаких сомнений.

— Отойди в сторону, королева, здесь ты уже ничему не поможешь. — произнес я, достав из подпространства огнемет. Языки пламени тут же вскипятили вытекшую лужу, оставив только черный силуэт, а пока я избавлялся от тела и пожирателя — Гарвия созвала срочный совет.

— Восемь часов назад в основном водохранилище нижнего яруса обнаружился прорыв. Последнее землетрясение вскрыло каверну, через которую морская вода и слезы Голода просочились в общую систему жизнеобеспечения. — доложил один из советников королевы. — По непроверенным слухам, король Гарнит приказал перекрыть водохранилище и пользоваться только дублирующими системами, но это не помогло. Тогда король со своими проклятыми отправился для зачистки… его последнюю волю вы слышали.

— Все доклады — мне. Все планы согласовывать с советом кланов. А теперь прочь! — приказала королева, и когда все ее подданные, кроме личных телохранителей, покинули помещение, повернулась ко мне. — Чемпион, мы должны изменить стратегию.

— О чем ты говоришь? — нахмурившись спросил я.

— Наш народ не может сгинуть в одночасье. Ты должен понимать — мы все сражаемся в первую очередь ради детей наших детей, и если мы проиграем в этой войне… — начала было Гарвия, но я прервал ее, когда понял что именно она хотела сказать.

— Вы собирались выжить в любом случае. Даже если мы проиграем — вы ушли бы глубже под землю и просто переждали пока интерес Тысячи к вам не пропадет, я правильно тебя понял? — спросил я, глядя прямо в глаза Гарвии.

— Именно так. Я королева, и должна в первую очередь думать о своих подданных. — нисколько не смущаясь ответила королева. — Если ты делаешь по-другому, ты плохой правитель.

— Я вообще не правитель. — мрачно ответил я. — Но раз ты так настаиваешь, я скажу то о чем ты решила умолчать. Ты хотела пожертвовать всеми моими людьми, всеми волколаками, гоблинами, пчеловодами и даже Наставниками. Всеми, кроме своих людей, которых ты держишь в глубоком тылу. А раз так, значит наши планы и в самом деле меняются, если твои соплеменники не выполнят свою часть сделки — я лично обрушу на них гнев господень. И в отличии от Тысячи — никто из вас его не переживет.

— Ты мне угрожаешь? — спокойно спросила Гарвия. — Если я сейчас же отведу войска, вы окажетесь против врага, с которым не справитесь…

— Если мы проиграем, то погибнем все. Даже если Тысяча умудриться договориться с голодом, собрать его по частям и выкинуть обратно в космос, она скормит ему всех остальных, просто чтобы не лишаться своих сил, и если ты думаешь что сможешь отсидеться в своих пещерах… — решительно сказал я. — Или может считаешь что они решат оставить вас в живых, а вместо этого пожертвуют кем-то из своих подданных?

— Нет. — поморщившись ответила Гарвия. — Никаких иллюзий по поводу их благородства я не испытываю.

— В таком случае тебе понятно, что будет дальше. Хочешь, чтобы твои сородичи выжили? Действуй согласно плану. — сказал я, нависая над королевой подземников.

Женщина недовольно поморщилась, но кивнула. А через несколько секунд окончательно пришла в себя и начала отдавать распоряжения. Если я все правильно понимал — она пыталась вывести на поверхность островов тех подданных, которые поднимались с нижних ярусов, оставляя в подземелье только самых полезных.

Все же даже свой народ она привыкла делить на нижний и верхний ярус, на кланы и близких-далеких. Что уж говорить о нас — совершенных чужаках. Поступил бы я так же, пытаясь спасти своих людей, и жертвуя тысячами незнакомцев? Естественно. Тут даже других вариантов быть не может.

— Время. — напомнил Пал-Палыч, и мы все засобирались на выход. Несколько тысяч горилл, при поддержке жрецов и под контролем бессмертного уже высадились на берег и захватили все наши прежние позиции, почти дойдя до второй линии обороны. Пора выступать им на встречу, чтобы отвлечь противника.

— Поехали. — кивнул я, телепортируясь на заранее подготовленную точку. Ветер тут же загудел в ушах, ударил, пытаясь выцарапать через щели в шлеме глаза и больно врезаясь в щеки, но главное было не в этом — оставшись без крыльев я мог только пикировать на врага сверху и использовать собственные навыки.

Сдвоенный луч резака сжег несколько жрецов, до того, как на меня обратили внимание. Находившиеся под их защитой воины тут же попали под град пуль. Спустя всего мгновение на меня уже навелось несколько противников, но я успел отметить, как волколаки, выпрыгивающие из руин, раздирают раненных горилл на части не оставляя им даже шанса на повторное вступление в бой.

Активация, и телепорт выплевывает меня вверх, меняя вектор движения. Несколько лучей из посохов жрецов режут воздух, но меня уже там нет, я атакую с нового направления и твари лопаются от мгновенно вскипающей в их телах жидкости. Три, пять… девять отрядов оставшихся без защиты посохов. Долго так продолжаться не может.

Не выдержавший Наместник сорвался с утеса, на своем острове, и понесся в моем направлении. В небесах заплясали молнии, грозя уничтожить любого, кто поднимется слишком высоко, а над землей начали собираться каменные шары. Непрерывно работает артиллерия и ПВО, но щиты противника слишком сильны.

Миг, и один из шаров, достигший в размере трех метров, улетел куда-то мне за спину. А спустя секунду там раздался грохот взрыва — тварь попала прямо в пушку, сметя ее вместе с нарядом и боекомплектом. Следующий шар я успел перехватить, открыв врата прямо перед ним и перенаправив во врага. Но одновременно контролировать собственные перемещения и защиту позиций — не вышло.

Я приземлился на крышу бывшего штаба, едва успев телепортом столкнуть два шара упавших в стороне от огневого рубежа. Лучи скрестились на Титане, висящем в воздухе, но он тут же отгородился новым булыжником, не забывая собирать шары с поля боя. Один раз нам повезло — в каменную крошку попал еще не разорвавшийся снаряд, и взорвался он прямо рядом с Наместником, отбросив четырехрукого гиганта в сторону, но это замедлило его всего на несколько секунд. А еще — разозлило.

Молнии ударили с небес, оглушая и ослепляя. Первые же канонады выжгли чудом остававшиеся громоотводы, а уже второй залп бил не только по зданиям, но и по руинам, в которых укрывались бойцы. Сквозь грохот я едва разбирал многоголосые вопли, крики боли и мольбы о помощи, но какофония не прекращалась.

Следом за молниями по земле ударил настоящий каменный град. Подняв с земли тысячи тонн обломков Наместник одним движением обрушил их на наши позиции, и даже бронежилеты и каски не спасали от булыжников вбивающих людей в землю и оставляющих на их месте только кровавые брызги.

Небеса потемнели от огромного количества поднятой пыли, и казалось, что хуже уже быть не может, но затем молния начала электризовать черные облака, опускавшиеся на здания. Пыль затекала в помещения, не оставляя возможности укрыться или спрятаться. Даже принесенные подземникаи переносные щиты не решали проблемы.

Открыв порталы на дно океана, я обрушил на пылевые облака неисчислимые тонны морской воды. Контролируя потоки — сбил первые ряды врага, заставляя молнию проходить через воду, а не через пыль, а толщи воды на некоторое время сумели защитить нас от каменного града, но затем давление усилилось, и вода стала соленым дождем.

Лучеметы оказались бессильны, они даже через пыль не могли пробить, нагревая ее до крохотных взрывов, а уж получившийся плотный туман лишь усиливали, испаряя капли. Оказавшиеся погребенными под обломками и грязью гориллы с трудом выбирались на поверхность, когда стало очевидно — враг не собирается оставлять нам даже шанса на победу.

С острова поднялась новая волна летающих обезьян. Тысячи монстров с копьями, но в рукопашную с завязшими в грязи волколаками и едва выбирающимися людьми, они не спешили. Из остриев начали лететь короткие импульсы, прожигавшие в телах круглые дыры, и за несколько минут все наземное воинство оказалось повержено.

— Палыч… — пробормотал я в рацию, до белизны костяшек сжав кулаки. — Твой выход.

— Знаю. — так же мрачно ответил пчеловод, и державшийся на самом краю слуха шум начал нарастать, превращаясь в нестерпимый гул.

Рой обрушился на летучих горилл, не считаясь с потерями и не чувствуя страха. Гигантские шершни, тысячи которых вырастили в ульях только для этой цели, обрушились на противников со всех сторон, заполняя все небо. Минуту, казалось, что обезьяны держаться, маневрируют, дают сдачи и умудряются держать дистанцию, а потом все кончилось.

На каждого летуна приходилось больше десятка шершней, нападая со всех сторон они просто заполонили все небо и разрывая противников на части сжирали их прямо в полете. Мы наконец побеждали, хоть и с гигантскими жертвами. Нежить удалось отбросить почти к самому Наместнику, а затем небо разом очистилось.

Словно кто-то провел тряпкой по измазанному в крачке стеклу. Ужасающая способность Титана обрушила всех, и своих, и чужих, вдавливая их в землю, а на лице тысячника Ааба я увидел ярость. Монстру, пришедшему по наши души, явно надоело играться со своей добычей.

И хотя к противостоянию с таким чудовищем мы не были готовы, сдаваться без боя никто не собирался. Я вновь открыл телепорт, один из них удачно располагался прямо над врагом, и поток воды обрушился на Титана, разбиваясь об окружающий того нерушимый щит. Уцелевшие лучеметы открыли перекрестный огонь, сконцентрировав несколько линий в одном месте, а в следующее мгновение раздался жуткий взрыв.

Остров за спиной гиганта содрогнулся, а затем медленно, словно в замедленной съемке, начал разваливаться на части. Вот только обрадоваться я не успел. Умер.

Взлететь или телепортироваться мне никто не дал, так что пришлось больше получаса подниматься по обрушившемуся берегу. Именно на такой исход мы рассчитывали. Выманить все силы врага с острова, чтобы ему было не до охраны, после чего с помощью своих артефактных машин дварфы сверлят туннели в его основании и закладывают взрывчатку.

Жаль только не смогли предусмотреть что в последнюю секунду враг нанесет предсмертный удар, но даже так, видеть вместо непобедимой армии, готовой захватить все на своем пути, кучку спрятавшихся под индивидуальными щитами тварей — доставляло мне немало удовольствия. Возможно, мы не победили окончательно, но точно сделали все от нас зависящее, один точный удар авиации и от этой группировки врага ничего не останется.

Нам это правда не поможет.

Стоило подняться на обломки летающего острова, как я оказался у стоящих перед троном пленников. Компания подобралась и в самом деле колоритная: королева Гравия, один из гоблинов, Роман… не хватало только Пал-Палыча… но он, как я помнил, находился в том же здании что и я, и не имел перерождения.

— Ближе. — приказал стоящий у трона наместника жрец, когда я чуть помедлил, стражники ударили копьями, но не меня, а пленников, явно показывая кто будет ответственным за мое неподчинение. Ситуация оказалась близка к безвыходной, и я не хотел заставлять страдать остальных из-за глупого оттягивания разговора.

— Чемпион. — едва разжимая губы произнес Наместник, когда я приблизился к трону. — Я думал ты будешь выше и крепче…

— А я думал соплеменники Ааба сильнее. Но у всех бывает момент разочарования. — с улыбкой ответил я.

— Дерзкий. — рассмеялся Наместник. — Это хорошо. Из дерзких получаются лучшие слуги и самые верные надсмотрщики.

— Я не стану твоим слугой. — тут же ответил я.

— Станешь, иначе все твои родичи отдадут души алтарю. Не эти, а все. — растянул толстые губы в улыбке Титан. — Вы уже проиграли, только ты об этом еще не знаешь.

— Мы выжили в сезон Жатвы, победили в сезоне Возвышения и убили вашего бога. А, ну и разрушили твой остров. — усмехнулся я в ответ. — Даже если проиграю я, люди выиграют. Вам не победить.

— Ваши деяния поистине легендарны, о таких героях слагают поэмы. — расхохотавшись сказал Наместник, широко разведя все четыре руки. — Особенно о тех, кто порабощает и побеждает таких героев. И за такую возможность я тебе благодарен. Как и за два остова для моего нового дома. Когда я порабощу предателей у меня будет лучший остров.

— Если ты называешь предателями кристаллидов-наставников, я с удовольствием посмотрю, как они испепелят любого, кто к ним приблизится. — ответил я, не отводя взгляда.

— Гордый, но глупый. — вздохнул Наместник. — Ты заставил мою кровь вновь кипеть, чего не было тысячи лет, и по тому я дам тебе то, чего ты заслужил. Братья не будут против, ведь это МОЕ право. Но прежде чем продолжать… Жрец!

— Я здесь, господин. — тут же склонившись в поклоне произнес высокий гуманоид без носа, но в богатых одеждах до пола и с посохом в лапах. — Я ваш новый верховный жрец…

— Мне не интересно твое имя. — недовольно отмахнулся Титан. — Да и прошлый мне нравился больше. Братья уже на месте?

— Да, господин, созвездие уже собралось на месте старого храма. Все ждут только вас. — все так же кланяясь произнес жрец. Наместник кивнул и показал на меня пальцем. В мозгу появилась мысль что хоть палец этот я смогу отрубить, особенно если сумею приблизиться еще на шесть шагов.

Но реальность оказалась не так радужна. Меня просто подняло в воздух, одновременно лишая способностей, и я лишь барахтался, как в невесомости. С высоты в несколько метров мне было прекрасно видно, как сопротивляющихся волколаков, пару гоблинов и дварфов подтаскивают к смутно знакомой пентаграмме. Я даже возмутиться не успел, как им отрубили головы и кровь заполнила выбитые в камне символы. А еще через мгновение открылся портал.

Меня, болтавшегося в воздухе, перекинуло на ту сторону одновременно с Титаном. Следом зашли стражи ведущие за собой пленников. И когда я оглядел открывшуюся новую картину, не смог сдержать отборный мат. На месте черного храма призраков стоял остров Наместников, куда нас и перенесло. Но куда больше внушали даже не колонны горилл и летающих обезьян — а толпы людей, подземников и гоблинов, зажатые между рядами стражи.

Сколько здесь? Десятки тысяч? Как они сумели приволочь стольких людей в одном место, а главное зачем? Хотя, черт возьми я знаю зачем… мы появились перед пирамидой у подножия которой стоял точно такой же кровавый алтарь, как тот на котором из меня извлекал силу Кукловод. Их привели для жертвоприношения.

— Ты говорил, что вы убили нашего бога. — усмехнулся Титан. — Но бога невозможно убить, лишь усыпить. И когда мы его пробудим, он будет очень щедр. Тысячи новых миров, миллионы рабов и новых игрушек. Таких возможностей не было с момента обретения, и вы те, кто открыл нам эти двери. И откроете еще больше. Братья… ОТЕЦ!

Наместник повернулся к пирамиде, и мне пришлось здорово изогнуться чтобы увидеть тех к кому он обращается. Все же невесомость без опоры — противная штука. Когда же я сумел повернуться то обомлел. Оказывается, тот монстр, что скрутил меня по рукам и ногам своей способностью, был коротышкой по сравнению с настоящим гигантом. Перед жертвенником стояло пять тронов, а на первом камне пирамиды еще один — с семиметровой спинкой. И на нем восседало существо, слабо напоминающее даже Тысячника.

Мерцающий, будто колыхающийся образ казался чуть размытым, но одновременно не оставалось сомнений что передо мной не проекция или иллюзия, а реальное существо. Голый торс, с четырьмя грудными мышцами, был украшен разноцветными татуировками, часть из которых жила своей жизнью. По предплечьям текли символы, словно по граням пирамиды, а голова скрывалась под маской с высокой короной из перьев.

— Отец, я принес тебе дар, равного которому не было уже тысячи лет. — ухмыляясь продолжил мой надсмотрщик. — Чемпион сезона возвышения, убийца Старших, победитель Бога и непослушный раб, у твоих ног.

— Чем он отличается от тысяч таких же как он? — махнул лапой один из наместников под пирамидой.

— Разве ты не расслышал? — произнес Ааб, и грохот, проникающий в голову, мгновенно вымел все мысли. — Он принесет нам удачу?

— Да, отец! Этот юнец будет моим новым фаворитом, а его Наставник — станет частью моего дома. — широко ухмыляясь произнес Титан. Я попробовал возразить, но воздух словно уплотнился, застряв у меня в горле. Не вдохнуть, не прокашляться.

— Думаешь мы не понимаем, что ты хочешь сделать? — рассмеялся другой наместник. — Ты потерял дом и право быть одним из нас, не смог защитить даже то что было твоим по праву, а сейчас пытаешься убедить нас в том что эта букашка представляла угрозу? Мы не отдадим тебе наших рабов!

— Довольно. — вновь прогрохотал голос Ааба, и заткнулись все. Даже те, кто очень хотел что-то сказать, как я, просто не могли. — Эта букашка по праву стала Чемпионом? Кем будем мы, не соблюдая собственных правил? Старшими, возомнившими себя ровней нам и попытавшимися поднять восстание?

Давление спало, и я с облегчением вздохнул полной грудью, наполняя горящие легкие кислородом. По вздохам стало понятно, что не одному мне заткнули рот. Но в следующее мгновение произошло то, чего я никак не ожидал. Меня поставили на землю, рядом с алтарем. Правда я не мог двигаться и скорее лежал в чьей-то невидимой руке.

— Чемпион не может существовать в одиночку, его народ станет новыми слугами, новыми старшими. — проговорил Ааб, и никто не смел спорить. — Какое из этих племен, твое?

— Они все — мое племя. — ответил я, даже не оглядываясь.

— Нет. — голос Ааба буквально взорвался у меня в голове, а затем я почувствовал, как в ней роются словно в ящике стола, прибираясь и вытаскивая на свет интересные воспоминания. Образы, один за другим, появлялись перед глазами, и тут же из колонн поднимались отдельные люди. Без видимого проявления силы. Их просто вытягивало вверх, а затем несло по воздуху к нам, и постепенно перед алтарём появлялись старые знакомые.

Герман и Кристина, Миша и Зая — которую принесло с противоположной стороны, Борис и Петр «гений». Генерал Орлов и Гарвия. Не было многих кого я мог вспомнить с теплотой, многие уже ушли и никогда не вернуться, а те, кто сейчас стоял передо мной — были мрачнее тучи. Все, кроме постоянно оглядывающегося Петра и улыбающегося Бориса.

— Десять тысяч. Выбирай. — прогрохотал Ааб, махнув в сторону залюченных.

— Прошу! Спаси моих родичей, хоть пять тысяч! — упав на колени тут же взмолилась королева Гарвия. — Я сделаю все что угодно!

— Сынок, ты знаешь, как надо поступить. Ты сражался с этими людьми, они охраняли твой сон и покой и до катастрофы. — сказал, шагнув ко мне, генерал Орлов. — Десять тысяч мужчин и женщин, выбери их, можешь не брать меня.

— Спаси женщин и детей! Так будет правильно! — заревела Кристина, обхватив себя руками. — Чем больше женщин — тем больше будет детей в будущем!

Они что-то кричали еще, орали… молча, но требовательно смотрели. Улыбался только наш «пророк», я сам нахмурился, не выдержав его жизнерадостности.

— Я не хочу выбирать… — проговорил я, глядя на Бориса.

— Знаю, но в этом мире по-другому людей не спасти. — пожал плечами Ратник. — Этот мир, даже не мир смерти. Хищные деревья, плотоядные черви, гигантские насекомые и тысячи монстров что готовы сожрать любого, кто попадет в их лапы, а теперь еще и собирающийся на дне океана Голод. Либо подчиниться и выбрать десять тысяч, что будут жить как Старшие, либо умереть. В этом мире другого выбора нет.

— Нет. Должен быть… — проговорил я, но замер на полуслове. — Может ты и прав…

— Господин, я слышал, что старшие получают собственный алтарь, для связи со своими родичами. Передают им свою способность. — обернувшись поклонился я Аабу. — Могу я сделать то, ради чего убивал на арене и в сезоне Возвышения?

— Да. Принесите ему алтарь! — прогрохотал правитель, но рядом со мной тут же упал на колени Петр.

— Прошу, великий, не казните, но у нас уже есть алтарь. — склонившись в поклоне произнес Гений. — Разрешите, мы используем его?

— Интересно. Дай его сюда. — приказал Ааб, и ученый достал из пространственного хранилища уже знакомцу мне перевернутую пирамиду, но теперь украшенную и дополненную креплениями для переноски и установки. Чудо артефакт поплыл по воздуху прямо к правителю, и тот внимательно рассмотрев устройство милостиво кивнул. — Ваша раса будет полезна. Приступайте.

— Молю, пять тысяч! — снова запричитала Гарвия.

— Слава, не отказывайся. — вдруг сказал Борис. — У тебя же есть средоточие душ? Бардовый кристалл… дай ему напиться ее крови. Эй гоблин, тоже иди сюда.

— Если вы задумали обман, пойдете в жертву все. — проговорил Наместник, с интересом, но без опаски наблюдающий за нашими действиями. — Алтари будут пить вашу кровь неделями.

— Мы не осмелимся, господин. — улыбнулся Борис, чуть поклонившись. — Этот мир — полностью ваш, и никто не сумеет этого оспорить.

— Верно. — удовлетворенно кивнул Титан.

— Королева Гарвия, ты передаешь мне право решать за свой народ, за их жизни и смерти? Отдаешь ли ты мне их души, как твою? — спросил я, взглянув на женщину, достав камень и протянув ей.

— Да. — односложно ответила она, глубоко оцарапав ладонь острой гранью. Проступившая на руке кровь без следа впиталась в камень.

— Вестник Демекс, ты передаешь мне… их души, как и твою? — спросил я повернувшись к гоблину. Тот сомневался чуть дольше, но ритуал был соблюден. Глубоко вдохнув, я повернулся к алтарю и вставил камень в идеально подготовленное углубление. Теперь предстояло самое сложное.

— Ты должен отдать способность, которую получат твои соплеменники. — проговорил Титан, с интересом наблюдавший за клятвами. — Пролей кровь и выбирай с умом, Чемпион.

Возможно, именно так и было бы, приноси я жертву алтарю Тысячи. Или меня заставили бы выпотрошить собственных друзей зачарованным кинжалом, чтобы вытащить их силы и отдать их алтарю для роста могущества, но все это было не важно, ведь стоило каплям крови упасть на пирамиду, как в голове один за другим вспыхнули четкие образы.

У человечества нет будущего в этом проклятом мире. Не здесь, и не сейчас. Но мы и не обязаны здесь оставаться. Нужна только сила, воля и помощь друзей.

Борис давно понял, что должно произойти.

Петр сделал все, для того чтобы подготовиться к этим событиям.

Наставники людей и подземников поделились своим могуществом.

Осталась самая кроха — пройти точку невозврата. И взявшись за грани пирамиды я активировал телепорт.