Я остановилась и, подняв руку, посмотрела на свой фитнес-браслет. Сегодня я даже превзошла свой обычный результат. Не то, чтобы я готовилась к марафону, но в форме себя держала. Да и не хотелось впустую расходовать свободное время.

Мое дыхание восстанавливалось. Я открыла свой почтовый ящик и заглянула внутрь, достав почту, которая почти полностью состояла из рекламных буклетов.

Моя соседка, миссис Периш, вышла из дома, чтобы приступить к своей послеполуденной работе в саду. Я подняла руку и поприветствовала пожилую женщину.

– Здравствуйте, Гледис!

– А, Джейн! Привет, дорогая! Как пробежка?

Я подошла ближе и мы немного поболтали. Я похвалила розовые кусты миссис Периш, потому что знала – это принесет ей удовольствие. Гледис была хорошей соседкой и с тех пор, как я здесь поселилась, у нас не возникало проблем.

Чего не скажешь о мистере Янге, соседе слева – вот где неприятный тип.

Я пожелала Гледис хорошего дня и поднялась на крыльцо дома, который арендовала последние полтора года. Дом был небольшим, но очаровательным и я влюбилась в него.

Это было первое жилье, которое я действительно могла назвать своим, несмотря на то, что снимала его.

Отворив дверь, я вошла в светлую прихожую – за счет окон по обеим сторонам от двери, сюда попадало много света.

Внезапно будто кто-то плеснул в меня холодной водой, и я замерла: волоски на моих руках встали дыбом.

Тихо прикрыв за собой дверь, прислушалась: в доме было тихо, что ожидаемо – жила я одна. Гости ко мне не приходили, никто не мог войти без спроса. Все казалось точно таким же, как я оставила час назад, отправляясь на пробежку, и все же…

Мой взгляд упал на коврик у двери, на котором я сейчас стояла. Один его угол загнулся. Я могла поклясться, что так не было, когда я уходила. У меня на такие вещи пунктик. Мне нужно держать все в четком порядке, чтобы я могла сразу оценить обстановку.

«Он точно не был загнут, когда я уходила? Может я задела его ногой и не заметила этого?»

Мозг начал со мной играть. Он торговался, пытался убедить меня, что я по-прежнему в безопасности.

Но я больше никогда не буду в безопасности. Сколько бы раз не притворялась, что это возможно.

Липкий холодок покрыл мою кожу, от макушки до стоп. Стук сердца отдавался в ушах.

Это был страх. Чистый и незамутненный. Страх, чей вкус померк и почти выветрился за прошедшие годы.

Я сделала шаг по направлению к кухне. Ноги, обутые в кроссовки, бесшумно ступали по деревянному полу. Чувство опасности могло быть ложным. Все из-за чертового коврика.

Я остановилась на пороге кухни и обвела взглядом комнату. Ничего необычного. Все, как и должно быть. Но только отчего-то мерзкое чувство не отступало. Напротив, оно будто выросло во мне и пустило свои корни.

Я подошла к шкафчику, в котором держала ножи. Открыла и ни одного не увидела.

Дикий ужас выстрелил мне в затылок. Вопль застрял в груди: он здесь! Это конец. Я убежала, но он все равно выследил меня. Все равно нашел.

– Это ищешь?

Голос, будто жалящим пламенем коснулся меня, и я вздрогнула, зажмурившись. От сковывающего ужаса не могла кричать, хотя внутри вопила как безумная.

«Нет! Нет, пожалуйста, только не это!»

Медленно, очень медленно, я обернулась и встретилась с ледяным, безжалостным взглядом мужчины, встреча с которым была моим приговором.

ЛАС-ВЕГАС

Четыре года назад

– Энди, открой, сраный ты ублюдок! Энди!

Я со всей дури колотила в дверь паршивой квартиры, которую мы с моим парнем снимали с прошлого лета. Моя рука ныла от боли, а сама я была в ярости. Этот гондон был дома и слышал, как я здесь надрывала голосовые связки, но открывать не торопился.

Мои шмотки валялись на полу в коридоре. Он просто выставил их, а замки сменил.

Крысеныш!

Мы с ним частенько собачились в последнее время – точнее, больше, чем обычно – но я не ожидала, что у него хватит духу выкинуть такое. Меня не было в городе два дня, и времени он не терял.

– Сволочь! – Я пнула ногой в дверь и зашипела от боли. – Энди, вонючий ты трус! Выйди и будь мужиком! – Я кричала громко, чтобы он наверняка услышал. – Хотя ты им никогда не был, иначе мне не пришлось бы мастурбировать в душе!

Соседская дверь справа открылась.

– Харли, заткнись уже! – рявкнул Роб – неудачник, которого жена оставила с голой задницей после развода. Робу было за сорок, его пузо росло как на дрожжах от постоянного употребления пива. Еще он почти облысел, и ни одна баба не хотела давать ему. Я знала, что Роб любит вздрочнуть под порнушку: в этом доме слишком тонкие стены.

– Трахни себя в зад! – Я показала ему фак, всем своим видом демонстрируя отвращение к этому недоноску.

– Шлюха херова! – Роб сплюнул на пол и со злостью захлопнул дверь.

Закатив глаза, я уставилась на запертую дверь своей квартиры, понимая, что мне никто не откроет. Я могу тарабанить, пока моя рука не отвалится.

Боже, поверить не могу, что Энди сделал это! Хотя чего можно было ожидать от этого конченого мудака?

Чудо еще, что я выдержала его целый год.

Скрестив руки на груди, я посмотрела вниз, на свое барахло. Не то, чтобы у меня были особенно ценные вещи, но я бы не удивилась, если бы Энди «забыл» кое-что упаковать.

Конечно, этот многоквартирный дом на окраине города не элитное жилье и даже не трехзвездочный отель, но кроме него податься мне некуда. У меня нет друзей или родных в этом городе.

Кроме Рины. Мы вроде как приятельницы, познакомились на моей прежней работе.

Прошлым летом я притащилась в Вегас вслед за Энди. Он обещал, что тут то мы и разживемся деньжатами, заживем как богачи. Энди мастерски играет в покер и до сих пор верит, что сможет поднять состояние на богатеньких лохах. А я очень скоро поняла, что план был дрянь. Но я всегда в какую-нибудь задницу попадаю из-за своих дружков.

Карма у меня еще та сука.

Я схватила свои два чемодана и потащилась к лестнице. На улице темнело. Надо было найти место для ночлега. Выудила из сумочки мобильный и позвонила Рине. Больше мне не к кому было обратиться.

– Ты везучая сучка! Моя соседка нехило меня подставила – взяла и свалила к своему дружку. Если хочешь, можешь занять ее комнату. Аренда полторы штуки в месяц – разделим пополам.

Рина отвела меня в комнату своей бывшей соседки. Она была маленькой, с узким окном, которое выходило на унылую стену соседнего здания, но разве мне было из чего выбирать?

Главное, что здесь есть крыша и кровать.

– Я останусь, – решительно заявила я.

Рина довольно улыбнулась.

– Класс! Теперь мне не придется давать объявление о поиске соседки.

Мне на самом деле повезло, что у Рины вовремя освободилась комната. Может, я не полная неудачница?

С Риной я познакомилась в прошлом сентябре, когда устроилась официанткой в ночной клуб. Мы часто работали в одной смене и вроде как сдружились. Потом клуб прикрыли из-за банкротства хозяина, но мы поддерживали связь.

С Риной мы были в чем-то похожи. Не внешне. Она была блондинкой с аппетитными формами, я же – брюнетка, размер груди которой с натяжкой можно выдать за третий. Энди часто говорил, что как только наши дела пойдут вверх, он даст мне денег на сиськи.

И я, и Рина оказались в этом городе из-за мужиков, только она на несколько лет раньше. Ее «Ромео» также в итоге бросил ее ради очередной бабы.

– В общем, располагайся, – сделала широкий жест рукой Рина. – А мне собираться пора – у меня сегодня смена.

Я с любопытством посмотрела на новую соседку.

– Где ты сейчас работаешь?

– Знаешь сеть отелей Империя?

Я кивнула: а кто их не знал?

– Я устроилась в одно из их казино. Разношу напитки богатым ушлепкам. А ты так и работаешь в пекарне?

Рина взялась за свой макияж в ванной комнате, и я отправилась за ней.

– Меня уволили на прошлой неделе, – нехотя призналась я. – Хозяйка решила, что я хочу соблазнить ее мужа.

Рина взглянула на меня в зеркале, подводя глаза карандашом.

– А ты хотела?

– Нет, фу! – Я скривилась, вспомнив мистера Анатолиса. – Ему лет шестьдесят и у него отдышка из-за того, что он жирный.

Рина рассмеялась. Потом обернулась ко мне.

– Так ты сейчас без работы?

Я кивнула.

– Да, но не волнуйся, у меня есть кое-какие отложенные деньги, я заплачу за аренду. А завтра начну искать новую работу.

– Эй, если хочешь, могу узнать за тебя в казино, – предложила она, вернувшись к своему макияжу.

– Серьезно?

– Да. Нам всегда нужны красивые молодые девушки. У таких, гости-мужчины охотней берут выпивку, напиваются и расстаются со своими долларами.

Она отложила карандаш и чуть отстранилась, оценивая результат.

– Это было бы круто! Спасибо тебе!

Теперь, когда у меня снова было жилье и возможно скоро вновь получу работу, я почувствовала себя лучше.

После ухода Рины я сходила в душ, надела пижаму и разложила свои вещи. Рина дала мне постельное белье, потому что своего у меня не было. У меня вообще кроме одежды ничего не было. Энди, кретин гребаный, оставил все себе.

Я села на постель и подобрав под себя ноги, огляделась. Собственно, смотреть тут по-прежнему было не на что. Соседка Рины, съезжая, забрала с собой все, кроме кровати и комода. Здесь даже зеркала не было. Неплохо было бы повесить на стену пару картин, поставить растение в горшке и лампу в красивом абажуре.

Я решила, что если все выгорит с работой, я куплю кое-какие мелочи и сделаю эту комнату уютной.

Вдруг поймала себя на мысли, что чуть ли не впервые за свои двадцать четыре года у меня есть моя личная комната. До того момента, когда я закончила школу и уехала из нашего сумасшедшего дома, комнату мне приходилось делить с моей младшей сестрой. И нет, мы не были лучшими подружками, не заплетали друг другу косы и не делились тайнами. Мы собачились каждый день, иногда даже дрались. Эли ненавидела меня, и я отвечала ей взаимностью.

Я трахнула ее первого парня, пока она была в летнем лагере для черлидеров. Вообще-то, я трахала его все три недели, пока ее не было. И это продолжилось, когда она вернулась. Все выплыло наружу через пару месяцев, и это было ужасно. Я серьезно испугалась, что она убьет меня, в такой ярости она была.

Признаюсь, что была не лучшей сестрой. Как и человеком, наверное. Но чего можно еще ожидать от того, кто рос в такой ебанутой семье, как наша?

Я свалила, как только выпала возможность.

Хотя не сказать, что моя жизнь как-то сильно изменилась за те шесть лет, что я не жила дома. Мой отстойный парень выбросил мои вещи из квартиры и сменил замки на двери, воспользовавшись моим отсутствием. Это определенно не признак того, что я преуспеваю.

 Рина вернулась под утро, когда я все еще спала. Затем она спала до самого обеда, а я от нечего делать красила ногти и смотрела шоу по телеку.

В полдень соседка вышла из своей комнаты.

– Там есть кофе, если хочешь. – Я указала на кофеварку, в которой оставался кофе.

Кухню от гостиной отделяла только стойка, и мне было видно, как все еще полусонная Рина взяла чашку и вылила себе остатки кофе.

– Я поговорила с нашим менеджером по персоналу насчет тебя. – Сделав глоток, она села в кресло под окном и подобрала под себя одну ногу. – Она сказала, ты можешь заполнить анкету, и затем тебя вызовут на интервью. Но думаю, здесь все будет нормально. Ты ведь пройдешь тест на наркотики?

Рина вопросительно уставилась на меня.

Я быстро кивнула.

– Да, я ничего не принимаю.

– Тогда отлично. – Она улыбнулась и поднесла чашку ко рту. – Я взяла для тебя анкету, позже можем отнести.

Я вновь ее поблагодарила. Затем пораспрашивала про работу. Рина сказала, что можно иметь неплохие чаевые, если быть приветливой с гостями.

– Знаешь, многие девчонки идут на эту работу только чтобы подцепить себе богатого папика.

– Такое часто происходит?

Мне было любопытно. Я никогда не имела мужчину, который бы решал все мои проблемы за определенные услуги. Обычно мне «везло» влюбиться в кого-то, кто был таким же нищим, как я сама. Иногда это открывалось только со временем.

Думаю, я могла бы использовать свою внешность ради выгоды, но перспектива трахаться ради денег с каким-то уродом не привлекала.

Рина пожала плечом:

– Иногда случается. Но чаще всего это история на одну ночь. Эти мужики исчезают с наступлением утра. Выписываются из отеля и пропадают в неизвестном направлении.

Мне стало интересно, говорила ли она так, полагаясь на свой собственный опыт или так просто.

Когда я заполнила анкету, мы собрались и на автобусе отправились туда, где работала Рина. Ни у меня, ни у нее не было машины. Когда я спросила, как она добирается ночью с работы, соседка ответила, что их развозит корпоративный шаттл.

Отель Империя был огромным и сверкающим от дороговизны и шика. У меня чуть челюсть не отвалилась, когда мы подошли ближе, и я могла его рассмотреть. Внутри все оказалось еще помпезней: все так и сияло серебром, позолотой и мрамором. За время проживания в Лас-Вегасе мне приходилось бывать и в отелях, и в казино, но далеко не такого уровня.

Мы с Риной отнесли мою анкету в администрацию и молодая женщина – Мелани – главный менеджер по персоналу, сказала, что мне позвонят и назначат время интервью.

– Подождешь меня в холле? Мне надо заскочить кое-куда. Я быстро, – попросила Рина.

Я кивнула, соглашаясь. Днем в холле отеля было не особенно многолюдно, но пока я ждала, мимо меня прошли несколько только что прибывших гостей.

Классно, когда у тебя есть деньги, которые тебе не жалко просадить в казино.

Я с завистью наблюдала за девушкой в белом брючном костюме, которая держала чихуахуа на руках. Ее спутник на вид был старше ее раза в два, если не все три.

Не то, чтобы она была красивее меня, но на ее фоне я в своих джинсах и футболке выглядела простачкой.

Я отвернулась от парочки у ресепшена и глянула в сторону центральных дверей вертушки. Все мысли о девушке и ее богатом папике мигом вылетели из головы. Я увидела самого охрененного мужика, которого когда-либо встречала. Высокий, стройный, темноволосый, он как раз вошел в холл, разговаривая по телефону. Темно-синий костюм идеально сидел на его подтянутой фигуре, а темные волосы были не менее идеально уложены.

Я переступила с ноги на ногу, чувствуя покалывание внизу.

Вау! Просто слов нет, до чего хорош.

Незнакомец прошел мимо, к лифтам. Я повернулась в его сторону, откровенно пялясь на его задницу, ведь он стоял ко мне спиной.

Мелькнула шальная мысль сделать вид, что мне тоже надо подняться на лифте. Вдруг он захочет познакомиться и даже если он здесь ненадолго, я бы составила ему компанию.

Хотя о чем это я? Наверняка у него есть подружка.

Я приуныла, приготовившись никогда больше его не увидеть. Мужчина уже закончил разговор и вошел в лифт, встав лицом к холлу. Он заметил меня и задержал на мне свой взгляд, тогда как я, попавшись, не смутилась и не отвернулась.

Мы смотрели друг на друга до тех пор, пока двери лифта не скрыли его от меня.

– Это немного странно, но только что звонила Мелани и сказала, что ты принята. Сегодня вечером можешь приступать.

Рина, с мобильником в руке, вошла в мою комнату.

– То есть – как сегодня? Разве я не должна сперва пройти собеседование и сдать тест на наркотики? – удивилась я.

Она кивнула.

– Обычно именно так и происходит. Но это ее слова, – подруга указала на телефон. – Наверное, им срочно нужна девочка. Ты же сможешь сегодня выйти?

Рина изогнула брови, и ее взгляд ясно говорил о том, чтобы я не подводила ее. Я и не собиралась. У меня все равно не было других планов. Все еще под впечатлением, я быстро закивала.

– Да, конечно.

– Тогда будь готова к семи. Нам еще надо будет подобрать тебе платье.

– Вы работаете в одежде, которую предоставляет отель?

– Ага. Девочки, которые разносят напитки, работают в черных платьях – это наш дресскод. И еще тебе нужны черные босоножки на шпильке. У тебя есть?

Я ответила, что найдутся. Все происходило так стремительно! Только вчера я отнесла свою анкету, приготовившись ждать, когда меня вызовут на собеседование, и вот меня ждет первый рабочий день. Или, скорее, ночь.

Немного волнуясь, я сделала себе вечерний макияж, а волосы собрала в высокий хвост. Зная, что в отеле мне придется переодеться, я надела джинсовые шорты, тонкий свободный топ и сверху накинула кардиган. Босоножки на шпильке закинула в рюкзак, пока что обувшись в кеды.

Нет, мое волнение не было связано с работой – улыбаться мужикам и разносить напитки не должно быть сверхзадачей. Причина была в том парне, которого я видела вчера в Империи.

Что, если я встречу его снова? Должна ли я сделать что-то, чтобы привлечь его внимание?

Не то, чтобы я практиковала секс с незнакомцем на одну ночь. Но и такие экземпляры встречаются нечасто. К тому же – надо быть честной – у меня очень давно не было хорошего секса. Энди в этом плане никогда выше семерки не поднимался, а в последние месяцы вообще сдулся. А что-то мне подсказывало, что этот мужик в  стильном костюме знает, как надо трахаться.

До отеля мы с Риной добрались тем же способом, что и накануне. Только на этот раз вошли через вход для персонала. В раздевалке Рина познакомила меня с девочками, которые уже были там.

Я примерила три платья, пока нашла то, что подошло мне. Платье-футляр оставляло мало места для воображения, но с фигурой мне повезло, и для меня не было проблемой появиться едва одетой в зале.

В восемь девочки должны были быть в казино. Я поправляла свой макияж перед тем, как вслед за другими отправиться в игровые залы, когда ко мне подошла Рина и сказала, что мы с ней сегодня обслуживаем частную вечеринку.

– Мне только что Мелани сообщила. Владелец отеля устраивает частную вечеринку в своем пентхаусе. Им нужен обслуживающий персонал и работу доверили нам.

Рина была взбудоражена, а я сбита с толку: почему меня, человека без опыта, посылали обслуживать вечеринку владельца всего этого места?

Расспрашивать Рину мне было некогда: Мелани позвала нас и велела следовать за ней. Она привела нас к лифту и воспользовалась ключ-картой – только с помощью нее можно было попасть в пентхаус.

Мне не терпелось расспросить Рину, к чему мне быть готовой – она наверняка имела опыт обслуживания частных вечеринок – но присутствие Мелани не позволяло.

Лифт доставил нас прямиком в пентхаус и у меня из груди вырвался невольный вздох: вдоль центральной стены растянулось панорамное окно, сквозь которое залитый миллионами огней Лас-Вегас предстал передо мной как на ладони.

– Ух ты!

По восторженному бормотанию Рины я догадалась, что она тоже была здесь впервые.

Мелани провела нас на ультрасовременную кухню, где какой-то парень в форме занимался закусками, доставленными из ресторана, я полагаю. Сразу следом за нами явился еще один парень. Он также был в форме и оказался барменом. Мелани провела с нами инструктаж, подчеркнув для меня, что сегодня мой испытательный срок – если накосячу, на место в Империи могу не рассчитывать.

После этих ее слов я занервничала. Почему именно я удостоилась такого испытания, я не знала.

– Все это странно или мне кажется? – спросила я Рину, когда Мелани вышла.

Подруга лишь пожала плечами. Она и сама не знала, что происходит. Но гадать, в чем подвох, было некогда. Гости должны были начать собираться через полчаса, и у нас была работа.

Прежде я уже работала официанткой, и у меня не возникло проблемы с подносом, уставленным бокалами, лавировать среди гостей вечеринки. К нам присоединился еще один официант – парни разносили закуски, а мы с Риной алкоголь.

Я впервые попала на вечеринку с богачами, поэтому не знала, чего ожидать. Пока что все проходило вполне спокойно: люди пили, общались и хорошо проводили время. То есть: никаких оргий и белых «дорожек» не наблюдалось.

Но, кто знает – может еще не время?

Не то, чтобы я была против.

– Спасибо, красавица.

Какой-то мужик ближе к пятидесяти, но очень недурно выглядящий, отсалютовал мне взятым с подноса шампанским. Темные глаза нахально пробежались по моему телу. Я лишь улыбнулась, про себя подумав, что надеяться ему не на что и отвернулась, чтобы пройти дальше. И едва не налетела на кого-то, но удержалась, чуть не выругавшись.

Мой взгляд уперся в черную рубашку. Я подняла голову и увидела перед собой того шикарного мужика, которого встретила вчера в холле отеля. Он спокойно смотрел на меня, слегка выгнув одну бровь. В одной руке держал бокал с шампанским, другая находилась в кармане черных брюк. Его широкие плечи были расслаблены. Он определенно был высоким – на целую голову выше меня, а ведь я на шпильках. И еще красивым, но красота эта была резкая, даже хищная.

Низ моего живота стянуло.

«Вау!»

– Извините, – только и смогла пробормотать я, но незнакомец ничего на это не ответил.

– Ты новенькая? – чуть нахмурив черные как ночь брови, спросил он.

Даже в его голосе чувствовалась власть и сила. Этот человек точно привык, чтобы его беспрекословно слушались.

«Я бы с радостью подчинилась ему».

– Сегодня мой первый рабочий день. – Я наконец-то опомнилась и вспомнила, для чего мне язык. Да, он офигенный, но это не причина растекаться перед ним сладкой лужицей. – И если я не хочу, чтобы он стал последним, мне лучше вернуться к работе.

Послав ему скромную улыбку, я обошла его, прекрасно зная, что он обернулся и сейчас оценивает мою задницу. Пусть смотрит, у меня неплохая задница.

– Рина, – шепотом позвала я, приблизившись к подруге. – Что это за мужик? – Я кивнула в сторону незнакомца в черной рубашке.

– Ты о Коуле Кроуфорде? – Рина произнесла его имя с придыханием. Хм, значит, он не на одну меня так действует. – Это его вечеринка. Весь этот отель принадлежит ему.

Судя по ее взгляду, мне полагалось это знать.

– Вот как.

Я засмотрелась на Коула Кроуфорда, и когда он вдруг повернул голову в мою сторону, поймав меня на горячем, не сдержала улыбки, но почти тут же отвернулась, скрывшись с подносом в толпе его гостей.

Так значит, все это принадлежало ему. Красивый, сексуальный и вдобавок вопиюще богатый. Мне о нем и думать не полагалось. Ну и что, что он смотрел на меня так, будто хотел увидеть голой.

«Перестань фантазировать, Харли. Этот тип тебе не по зубам», – велела себе я.

Когда мой поднос опустел, я отправилась на кухню, чтобы взять еще шампанского. Передвигаясь по комнате, я чувствовала на себе наблюдающий взгляд, и хотя хотелось обернуться к нему, я держалась.

Я разливала шампанское по бокалам, когда мужчина вошел в кухню и, прислонившись к островку, изучал меня откровенно заинтересованным взглядом.

Я оглянулась на него через плечо, не отрываясь от своего занятия. Этот мужик волновал меня до слабости в ногах, но мне нельзя было забывать, для чего я здесь.

«Блин, только бы не расплескать шампанское! Оно же дофигища стоит!»

Насмотревшись, мужчина оттолкнулся от островка и подошел ко мне почти вплотную, остановившись у меня за спиной. Взяв меня за локоть, он вынудил меня прерваться и развернул к себе.

Наверное, мне полагалось возмутиться такому поведению, но он так сильно меня привлекал. Мощь, исходящая от него, волновала меня не на шутку.

– Останься после того, как все разойдутся.

Он не спрашивал. Всего лишь говорил, что мне полагалось делать. Мне нравилась его властность и то, что он не устраивает глупые представления, прямо озвучивая, чего хочет.

– Это приказ, мистер Кроуфорд? – Мой вопрос прозвучал с интимными нотками. Несмотря на то, что мне полагалось быть разумной и отшить его, я не хотела этого делать.

– Предложение. – Он ответил в такой же тональности, скользнув бесстыжим взглядом по моим губам.

Больше ничего не добавив, отпустил меня и направился к выходу.

– Значит, я могу отказаться?

Мужчина обернулся и абсолютно невозмутимо посмотрел на меня.

– Безусловно, можешь, Харли. Но ты ведь этого не сделаешь.

И он вышел, оставив меня в нетерпении ожидать окончания вечера.

Когда все гости разошлись, мы с остальными официантами убрали все после вечеринки. Затем вернулись вниз, и Мелани сказала, что на сегодня мы свободны, хотя казино еще работало.

– Подождем развозку или Убер вызовем? – спросила Рина, когда мы переоделись в свою одежду.

Немного нервничая, я рассказала ей о том, что Коул предложил мне остаться и что я проведу ночь с ним.

– Иди ты! Так и сказал, чтобы ты осталась? – У подруги даже глаза заблестели.

Я быстро кивнула, прикусив губу.

– И ты уверена? Хочешь этого? – Отчего-то вдруг забеспокоилась она.

Я вновь кивнула.

– Да, да, хочу. Думаешь, не стоит?

Я на самом деле хотела остаться, но что, если это станет ошибкой? Я здесь новенькая, ничего еще не знаю.

Я засомневалась.

– Не знаю, Харли. Тебе решать. Но это Коул Кроуфорд. Покажи мне ту, которая сможет устоять перед таким мужиком? – усмехнулась она.

Поэтому, простившись с Риной, на подрагивающих ногах я вошла в лифт, который шел до верхнего этажа. Попасть из него можно было только в коридор. Охваченная волнительным предвкушением, я подошла к двери, глубоко вздохнула, после чего подняла руку и постучала.

– Выпьешь чего-нибудь? – Коул указал в сторону бара.

Обычно я не увлекаюсь алкоголем, но обычно я и не прихожу в номер к шикарному красавцу при бабле, чтобы провести с ним ночь. Чтобы справиться с нервами, я кивнула.

– Водку с тоником, если можно.

Я положила свой рюкзак на диван и прошлась по номеру, осматриваясь. Я провела здесь весь вечер, и уже успела как следует оглядеться, но волновалась, и надо было чем-то себя занять.

– Держи.

Коул подошел ко мне, протягивая напиток.

– Спасибо. – Я сдержанно улыбнулась в знак благодарности и отвернулась в сторону панорамного окна.

Он за мной наблюдал. Я кожей ощущала на себе его взгляд. Это нервировало и возбуждало. То, для чего он попросил меня остаться, обещало быть ярким и запоминающимся событием в моей потускневшей жизни.

Это был хороший способ послать Энди на хер, в конце концов.

– Ты часто это делаешь? – Я набралась храбрости и посмотрела на Коула.

– Что именно? – Его голос звучал хрипло; он словно касался моей кожи, осторожно, дразня.

Мне нравился голос этого мужчины.

– Приглашаешь к себе девочек из казино?

Я поднесла напиток ко рту, глядя на него поверх бокала. На самом деле меня это не слишком беспокоило, но надо было что-то говорить, чтобы атмосфера не стала неловкой. Очевидно, Коул чувствовал себя более уверенно и раскованно – он был в своей собственной стихии, я – нет.

– Что ты хочешь услышать? – Его губы едва заметно приподнялись в усмешке. Это не была улыбка. Мне казалось, что если этот мужчина и улыбается, то только так: небрежно, насмешливо. Будто все вокруг принадлежит ему. Будто он хозяин жизни.

– А ты всегда говоришь девушке то, что она желает услышать? – Я вздернула бровь, пальцами свободной руки проведя по спинке дивана. Интерес и влечение к этому мужчине пересилили смущение.

– Если хочу ее трахнуть, – негромко отозвался Коул, неспешным, чуть ленивым взглядом пройдясь вдоль моего тела.

Он оценивал меня и то, что он видел, нравилось ему.

Пока я обдумывала его ответ, Коул подошел ко мне и, забрав стакан из моей руки, поставил на столик.

– Я не закончила.

– Нет, закончила. – Интонация его голоса звучала непререкаемо. – Пойдем.

Он протянул руку и взял мою ладонь в свою. Его кожа была сухой и теплой, в пальцах чувствовалась сила. Ощущения были приятными. Не было сомнений, что эти руки знают, как доставить удовольствие.

Или причинить боль.

Волнение трепетало внизу живота, закручиваясь в узел. Я правда собиралась это сделать? Провести ночь с мужчиной, которого едва знала?

Он мог быть опасным. Придурком. Со странными наклонностями. Что угодно. Но я доверилась ему и пошла следом за ним в его спальню.

Комната была огромной. Сейчас в ней царил полумрак, а источником приглушенного света служили вмонтированные в потолок светильники. Здесь, как и в гостиной, были большие панорамные окна. Сейчас, ночью, из них открывался вид на сияющий яркими огнями Лас-Вегас. Утром, должно быть, комната была залита солнечным светом.

Мой взгляд переместился на огромного размера кровать из темного дерева. Было не трудно представить в ней Коула, развалившегося на этих черных простынях.

Я подавила готовый сорваться с губ вздох.

Пока я осматривалась и оценивала обстановку, Коул не сводил с меня глаз, в полумраке комнаты казавшиеся черными. Я слышала его ровное, тихое дыхание. Этот мужчина был великолепен, и он хотел меня. Это кружило голову.

– Харли, – позвал приглушенно Коул.

Я повернулась и посмотрела на него. Меня притягивала особенная, неповторимая аура этого мужчины. Сила. Мощь. Чувственность. Он обладал этим всем.

Я не была низкого роста, но Коул возвышался надо мной, нависая и доминируя.

– Сними с себя одежду, – не меняя тона, велел он.

Это не была просьба. Его слова не позволяли усомниться, что поступить иначе нельзя. Я не принадлежала к робким девушкам, но идея подчиниться ему доставила вдруг восторг.

Я этого хотела.

Коул отступил, давая мне пространство. Он хотел наблюдать и ничего не пропустить, пока я буду снимать с себя вещи, чтобы в итоге предстать перед ним полностью голой.

Мысль раздеться перед мужчиной прежде не заводила меня. Секс всегда был не более чем сексом. Это было хорошо, но не преследовало цель превратить в игру в искушение.

Я не хотела, чтобы акт раздевания выглядел как пошлый стриптиз. Чувствовала, что и он этого не хотел. Взявшись за края топа, я спокойно стянула его через голову. Следующими упали шорты. Теперь я стояла в черном лифчике и трусиках. Я замялась, не уверенная, что он не хочет, чтобы я осталась в них.

– Теперь нижнее белье.

Его низкий голос мягко коснулся моего слуха. Я завела руки за спину, расстегнула лифчик и отправила его к остальной одежде. Последними спустила трусики и подняла взгляд на Коула, чье лицо оставалось в тени.

Кажется, мое сердце поднялось к горлу, и я чувствовала, как оно колотится там. Мои руки висели вдоль тела, я просто стояла перед ним обнаженная и уязвимая, пока его взгляд скользил по мне, ощупывал меня, пробовал.

– Ложись на кровать. – Коул кивнул в сторону своего королевского ложа.

Беспрекословно подчинившись, я опустилась на покрывало. Теперь оставалось только ожидание. Шум крови в венах. Тихие шаги по комнате. Шуршание снимаемой одежды.

Когда Коул снова появился в поле моего зрения, то был без рубашки. Мой взгляд блуждал по сильному торсу, покрытому небольшими, темными волосками.

Под весом его тела матрас прогнулся, и теперь я смогла увидеть, что он полностью обнажен.

Он обладал поистине превосходной фигурой: широким размахом плеч, узкой талией и крепкими бедрами. Косые мышцы твердого живота уходили в пах, куда спустился мой взгляд. Его член был большим, твердым, увенчанный розовой головкой – при виде него у меня перехватило дыхание.

Природа была благосклонна к мистеру Кроуфорду. Тело этого мужчины было идеальным, без единого изъяна.

– Раздвинь ноги, Харли, – грешным шепотом произнес Коул. – Раздвинь их для меня шире, детка.

Я закрыла глаза, погружаясь во власть этого густого, чарующего голоса и развела согнутые в коленях ноги, полностью раскрыв себя перед его темным взором.

Мое дыхание начало сбиваться. Грудная клетка поднималась и опадала в такт нестройным вдохам и выдохам. Я почувствовала на щиколотках хватку его пальцев, затем ладони переместились выше, скользя по бедрам.

Я знала, что он видит признак моего возбуждения. Знает, что я уже влажная. Но смущения не было. Только нетерпение.

Мне до ломоты в теле хотелось ощутить его в себе.

– Такая горячая и мокрая.

Его голос раздался над моим ухом. Коул навис надо мной, поставив руку над моей головой. Его зубы царапнули мочку, а пальцы второй руки осторожно трогали меня внизу.

Я протяжно выдохнула, когда его указательный палец круговыми движениями стал растирать мою собственную смазку по клитору и половым губам.

Коул тяжело дышал, его горячее дыхание жалило кожу. Я заерзала, желая большего. Он дразнил меня. Это было приятно, но мало.

– Ты нетерпеливая девочка, правда же? – с довольной ухмылкой пробормотал Коул, прикусив кожу у меня на шее.

Я издала неразборчивый звук и в этот момент сразу два его пальца раздвинули половые губы, проталкиваясь в меня.

Пальцы на моих ногах подогнулись. Я приподняла бедра, и он проник еще глубже.

– Нравится? – Его голос был греховным и горячим, как сам ад. – Нравится чувствовать их в себе?

Я кивнула, все еще жмурясь. Мне нравилось. Это было восхитительно.

– Открой глаза, Харли, – касаясь своими губами моих, приказал Коул. – Смотри на меня, детка.

И я открыла. И смотрела. В синюю, темную пропасть его глаз, которая манила меня и искушала шагнуть в нее, доверившись.

Что ожидало меня там, внизу?

«Гибель. Никто не выживет, сорвавшись в бездну».

Пальцы Коула трахали меня, растягивали и выбивали воздух из легких. Я захныкала, кусая губы, когда он принялся ласкать клитор подушечкой большого пальца.

Оргазм надвигался неудержимо. Я хотела кончить и не хотела, чтобы это заканчивалось.

– Кричи, Харли, я хочу слышать, как ты кричишь, пока я трахаю тебя. – Коул добавил третий палец, и я выгнулась, сжав в кулаках покрывало.

Разряды восхитительного, ни с чем несравнимого удовольствия выстрелили в таз, внизу стало нарастать тепло. Такой желанный момент настал, и я закричала, кончая, летя в эту черно-синюю пропасть.

Коул выпрямился и я больше не чувствовала вес его тела. Дрейфуя в безмятежности, я не хотела и не могла поднять веки. Я знала, что передышка не будет долгой.

Так и случилось.

Все же заставив себя открыть глаза, я увидела, как Коул раскатывает презерватив по каменному члену. Дрожь волной прошлась от макушки до стоп в предвкушении того, как это орудие заполнит меня.

Надеюсь, он подойдет мне.

– Перевернись и встань на колени.

Его голос сел. Коул обхватил член ладонью и двинул рукой. Его челюсти были сжаты. Глаза заволокла тьма.

Я села, подтянула ноги и, перевернувшись, стала коленями на покрывало.

Он не собирался церемониться. Я поняла, что это будет жестко, потому что ему так нравится. Но я сама хотела этого.

Нуждалась в этом.

Коул взялся за мои бедра, подстроив под себя. Просунув руку между нами, он провел пальцами вдоль половых губ. Я вздрогнула: между ног все еще сохранялась повышенная чувствительность.

– Снова течешь, – одобрительно хмыкнул он. – Мне это нравится.

Я еле удержалась и не завалилась вперед, когда он приставил член к моему входу и, сделав сильный толчок, проник внутрь. Коул продвигался без спешки, растягивая меня и давая почувствовать эту наполненность и желанное давление. Когда он полностью оказался во мне, пришла легкая боль – мои внутренние мышцы обхватывали его слишком плотно.

Я закусила губу и зажмурилась – ощущение удовольствия, граничащего с болью, было восхитительным.

– Я чувствую, как пульсирует твоя киска, Харли. – Его слова чередовались с короткими выдохами. – В тебе охуительно тесно.

Его хриплый, порочный голос сводил меня с ума. От него я заводилась еще больше. Коул сделал первый толчок, и я сильней закусила губу, сдерживая рвущиеся стоны.

Мужчина положил ладонь на мою поясницу и стал трахать меня, полностью отдаваясь этому процессу. С каждым поступательным движением ритм его ускорялся; проникновения становились глубже.

Мне нравилось, как этот мужчина трахает меня. Нравилось чувствовать в себе его член, слышать его тяжелое дыхание. В какой-то момент он шлепнул меня по ягодице, и я протяжно застонала вперемешку с задушенным хныканьем.

Я была на грани, меня распирало желание кончить, и этот оргазм обещал быть сокрушительным.

Коул просунул руку подо мной и ущипнул меня за сосок. Острое удовольствие пронзило меня и устремилось вниз, слившись с нарастающими импульсами внизу.

– Не останавливайся… – в бессвязном бреду пробормотала я, отвела руку назад и вонзила ногти в его бедро.

– Ни за что, детка, – с усилием выдохнул он.

Коул сжал в ладони мою грудь и стал еще яростней врываться в меня, пока я не шлепнулась на живот, дрожа и кончая так, как никогда прежде. А он все трахал меня, сжимал мое тело и в какой-то момент его собственный оргазм настиг его и он кончил с низким рыком, вырвавшимся из груди.

«У меня после этой ночи синяки останутся», – рассеянно подумала я.

Мне было на это плевать.

– Держи.

Коул принес маленькую бутылку минералки и протянул мне. Я поблагодарила его и сделала несколько глотков, смывая жажду.

– Ты на машине? – Он не смотрел на меня, уткнувшись взглядом в свой телефон. – Если нет, я скажу водителю, чтобы отвез тебя домой.

Он ясно давал понять, что мне пора. Я знала, что рано или поздно это закончится и не рассчитывала, что он предложит мне остаться и спать в его постели вместе с ним.

Правда же?

– Я могу вызвать такси.

– Это ни к чему. – Он бросил на меня короткий, но не терпящий возражений взгляд, и стал что-то набирать в телефоне. – Сантос будет ждать тебя через пять минут на моей парковке.

Ничего не ответив, я встала с кровати и подобрала свои вещи.

– Ванная там. – Он указал в сторону приоткрытой двери, опережая мой вопрос.

– Спасибо.

Он все еще был увлечен своим телефоном и только едва заметно кивнул. Я развернулась в сторону ванной и закатила глаза – ну вот и все. Сказочке пришел конец. Впрочем, так это всегда и бывает.

Ванная комната не уступала своей роскошью всему пентхаусу. Интерьер и сантехника были из дорогих материалов – я такие только в журналах видела. Огромная ванна на кованых ножках так и приглашала забраться в нее и приятно провести время, но такой возможности у меня не будет.

Пора возвращаться в свою убогую реальную жизнь, Золушка.

Встав перед большим, вытянутым вдоль стены зеркалом, я окинула себя критическим взглядом, отмечая беспорядок на голове и яркий румянец на щеках. Мои глаза все еще горели, но я знала, что этот эффект в итоге исчезнет.

Я не собиралась жаловаться. Или просить его о еще одной встрече. Мы оба получили удовольствие. Следовало попрощаться как цивилизованным людям – в конце концов, ничего не изменилось. Завтра я вернусь на работу, а Коул приведет в свой номер очередную девушку.

Мое лицо скривилось, я обозвала себя дурой и начала одеваться.

– Все в порядке?

Коул выгнул брови, посмотрев на меня, когда я вышла из ванной. Я кивнула и изобразила легкую, беспечную улыбку.

– Да, порядок.

– Сантос тебя уже ждет. Пойдем, спустишься моим личным лифтом.

Мужчина развернулся и вышел из комнаты, а я последовала за ним. Мне казалось, не прошло и десяти минут, как я вошла в эту дверь, а теперь мне надо было уйти.

Коул шел впереди, и я могла беспрепятственно разглядывать мышцы его сильной, натренированной спины. Сейчас он был одет в темно-синие треники, которые низко сидели на его узкой талии. Он выглядел сексуально, желанно и я поспешила прогнать удручающую мысль, что захочу повторить то, что было, но не получится.

Коул Кроуфорд без сомнения был самым красивым и привлекательным мужчиной, с которым я имела дело.

Коул подвел меня к лифту в дальнем углу его номера и нажал кнопку. Створки раскрылись, и я шагнула внутрь, повернувшись к нему лицом.

Улыбайся и будь расслабленной. Не показывай, что тебе грустно.

– Это было потрясающе. – Коул прислонился плечом к стене. В его глазах плясали смешинки, а губы изгибались в усмешке.

– Да, было, – негромко отозвалась я, выдерживая его прямой, беззастенчивый взгляд.

Помедлив, он наконец-то кивнул, и, протянув руку, нажал нужную кнопку. Лифт повез меня вниз.

Из своей комнаты я отважилась выйти только спустя час после пробуждения. Я слышала, как Рина передвигается по гостиной, как работает телек, но зная, что меня будет ожидать допрос от подруги, не сразу набралась смелости.

Когда я все же показалась, и негромко поздоровавшись с соседкой, прошла в кухню за кофе, затылком почувствовала ее впившийся взгляд. Но Рина молчала и я догадалась, что она испытывает меня. Не могла же я вечность торчать в кухне – мой кофе был готов и, вздохнув, я вышла из-за стойки, присоединившись к ней.

– Что?

Я сдалась первой, не желая дальше оттягивать неизбежное. Покачивая ногой в домашнем тапочке, Рина с меня глаз не сводила.

– А ты как думаешь? Будем делать вид, что это не ты провела ночь в пентхаусе Коула Кроуфорда?

– У нас был секс, – обхватив чашку ладонями, призналась я.

Рина фыркнула.

– Это очевидно! Ты просто везучая сучка – первый день в казино, и уже затащила в постель владельца этого чертового места!

Несмотря на экспрессию и цинизм, Рина не казалась злой или завистливой. Я бы не хотела испортить наши отношения таким образом. Наверняка если бы другие девочки из казино узнали, то отнеслись бы ко мне враждебно.

– Скорее это он меня затащил, – пожала плечом я.

Соседка закатила глаза.

– Какая разница? Все равно большинству девчонок остается только мечтать об этом.

– Я не думаю, что это так сложно, – пробормотала я, уставившись в свою чашку. Вчерашняя ночь не значила, что я была какой-то особенной. Просто красивого личика и хорошей фигуры оказалось достаточно, чтобы Коул проявил ко мне интерес и захотел уложить в постель. На этом все. Я была одной из вереницы его мимолетных любовниц.

– Ну да, конечно! – не согласилась Рина. – Думаешь, никто не пытался? Я не говорю, что такого не случалось, просто в дальнейшем эти девушки не возвращались в казино. Они…

Рина поспешно замолчала, заморгав. На ее лице отразилась досада, когда она поняла, что сболтнула.

– Они что, Рина?

У меня внутри похолодело. Я догадывалась, что случалось с девушками, которые оказывались в постели у босса. В итоге их просто выкидывали и лишали работы.

«Замечательно».

– Слушай, не бери в голову. Может это совпадение или еще что-то. Я знаю всего лишь о паре таких случаев, и это было давно. Даже не при мне, просто девчонки слухами делились. Серьезно, Харли, – она попыталась подбодрить меня улыбкой. – Не переживай.

Но я переживала. Весь день ни о чем думать не могла. О том, как было кайфово с Коулом Кроуфордом и том, что могу потерять работу, едва получив ее.

Вечером, когда мы с Риной приехали в казино, я была одним сплошным напряжением. Все ожидала, что ко мне подойдет менеджер и скажет, чтобы я собирала свои вещи и проваливала. Но все было спокойно. Мы переоделись и вышли в зал, который быстро заполнялся гостями.

Лавируя в шумной толпе и раздавая улыбки мужчинам, я понемногу успокоилась. Может все и обойдется. Может мне не придется искать новую работу.

В то же время я не могла не думать о Коуле, который был где-то здесь. Я оглядывала зал, выискивала его глазами, но не находила. Не знаю, для чего это делала и чего хотела добиться.

Я бы не осмелилась подойти к нему и поздороваться. Нет, я не настолько смелая.

Некоторые мужчины были очень щедрыми, и я получала чаевые. Другие пытались всунуть мне свою визитку, третьи откровенно предлагали подняться с ними в номер. Я всем вежливо отказывала и пыталась без последствий ускользнуть от особо настойчивых.

Но с одним заносчивым хреном мне не так повезло. Сначала он просто пытался флиртовать – или делать то, что он принимал за флирт. Когда я попыталась уйти, схватил меня за руку и стал громко возмущаться моим «неудовлетворительным обслуживанием». Я знала, что такое происходит – Рина предупреждала. В таких случаях, если не было возможности справиться самой, следовало подключить охрану.

Я не успела привлечь их внимание, как этот придурок с залысинами дернул меня и мой поднос, не удержавшись в руках, перевернулся прямо на дурацкую лососевую рубашку мужика.

– Эй, курица! Смотри что ты наделала!

– Сэр…

– Блядь, ну что за тупая шлюха! – оглядывая себя, заплетающимся от алкоголя языком прогнусавил урод.

Мое лицо стало заливать жаром. На нас начали посматривать, и я беспомощно огляделась, не зная, что сделать.

Кинуться собирать разбитые бокалы у ног этой крысы?

– Я на тебя нажалуюсь! – Ткнув в меня корявым пальцем, невнятно пригрозил он. – Поняла? Ты, блядь, вылетишь у меня отсюда, моргнуть не…

– Сэр.

Я испытала облегчение, когда к нам подошел один из многочисленных охранников и, взяв шумного мужика за локоть, отвел в сторону. Я не знаю, что он ему говорил, но судя по роже пьяного урода, что-то малоприятное.

Счастливая от того, что избавилась от него, я присела, чтобы собрать осколки на поднос, но тут кто-то окликнул меня.

– Мисс Бенсон.

Я подняла голову и увидела над собой молодого мужчину. На нем был хорошо сшитый костюм, светлые волосы были идеально уложены и он улыбался мне.

– Следуйте за мной, мисс Бенсон. Этим займутся, – он кивнул на осколки, – не волнуйтесь.

Мужчина развернулся, и я поднялась, заторопившись за ним. Кто он такой и что ему было нужно? А вдруг из-за инцидента с пьяным клиентом меня ждет выговор, или чего доброго – увольнение?

– Что происходит? – рискнула спросить я, когда мы вошли в лифт и мой спутник нажал кнопку минус первого этажа.

Блондин лишь взглянул на меня с мелькнувшей на губах улыбкой, но ответить не посчитал нужным. Его нежелание говорить и таинственность еще больше нервировали меня. Я не хотела, чтобы у меня возникли проблемы на новом месте.

Пожалуйста, никаких проблем. Я устала от того, что в моей жизни постоянно происходят разные напасти. Я хотела спокойно работать в казино. Почему каждый раз неприятности находят меня?

Лифт мягко остановился. Мы вышли в небольшой холл. Мужчина приложил карту перед автоматической дверью, за которой простирался длинный коридор, чьи стены были выкрашены светлой краской, а на полу лежал светло-серый ковролин. Двери вдоль коридора также были неприметными, серыми.

От страха у меня желудок скручивался, и тряслись ноги. Но я шла за блондином, пока он не остановился возле одной двери, на которой висела обычная табличка с двумя КК.

– Прошу, мисс Бенсон.

И вновь его губы тронула неуловимая улыбка. Мужчина нажал на ручку двери, и отошел, сделав мне знак войти.

Оглянувшись на блондина, который решил остаться в коридоре, я сглотнула пересохшим горлом и сделала шаг вперед.

Комната, в которую я вошла, оказалась кабинетом. Прислонившись к столу, лицом ко мне стоял Коул Кроуфорд. Его руки были скрещены на груди, и выражение его лица не давало никакой информации о том, в каком он настроении.

Он был в белоснежной рубашке, темно-синих брюках и жилете. Пиджак отсутствовал. Размеры комнаты были далеко не маленькими, но он будто занимал все пространство.

Я уставилась на него.

– У тебя возникла проблема в зале, Харли?

Он опустил руки, засунув их в карманы брюк. Вздернув одну из темных бровей, мужчина наблюдал за мной, не пытаясь сделать этот момент для меня менее неловким. Его взгляд был требовательным, он будто подавлял. Но ему не надо было демонстрировать мне свою силу, я и так знала, кто здесь босс.

– Просто недоразумение с пьяным клиентом. – Я повела плечом, желая подать это так, будто ничего страшного не произошло. Я не хотела быть девочкой, которую вызвали на ковер, чтобы отчиталась. Я знала, что Коул владелец казино, но у меня был непосредственный начальник. Сомневаюсь, что девочками из игрового зала Коул заведовал лично.

– Второй рабочий день и уже неприятности, – хмыкнул мужчина, оттолкнувшись от стола и сделав несколько шагов, сократил расстояние между нами. – С тобой будут проблемы, Харли?

Да он забавлялся! Ему нравилось мучить меня. Я покачала головой, издав тихое: «нет». Он подошел еще ближе. Позади меня находилась дверь, и отступать было некуда.

Коул не собирался останавливаться. Он надвигался на меня, и я инстинктивно сделала шаг назад, наткнувшись спиной на дверь. Чтобы смотреть ему в лицо, пришлось задрать голову.

– Что мне с тобой делать, Харли? – Он уткнулся кулаками в полотно двери по обе стороны от моей головы и приблизил свое лицо ко мне. – Я должен тебя наказать? Как считаешь?

Его вкрадчивый шепот скользил по моей коже, разжигая ее. Я почувствовала, как тяжелеют веки. Я оказалась загнана в ловушку, выбираться из которой не хотелось.

– Должен, Харли? – настойчивее повторил Коул.

– Я не знаю. – Я провела языком по губам, и он проследил за этим движением с голодом в темных глазах. – Если хочешь.

Коул поднес руку к моему лицу и провел большим пальцем по моей нижней губе. Мой рот приоткрылся, и я поймала себя на том, что почти не дышу.

– Хочу, Харли, – хрипло признал он. – Чертовски сильно хочу, детка.

Коул подался еще ближе и его рот накрыл мои губы. Это был обжигающий поцелуй, он дурманил голову и служил прелюдией к нечто большему. Я жаждала того, что обещало случиться после. Но сейчас мне просто хотелось, чтобы Коул продолжал целовать меня. Он задавал темп, а я подстраивалась, позволяя себе издавать звуки удовольствия. Наши языки сталкивались и сплетались; Коул делал это умело, разжигая пламя желания во мне.

Я немного расставила ноги, когда почувствовала, как его пальцы тянут мое платье вверх по бедрам. Между ног стала собираться влага. Низ живота тянуло от вспыхнувшего желания.

– Я хочу тебя вылизать, детка, – глухо пробормотал мне в губы Коул, когда отодвинув трусики в сторону, почувствовал, что я была уже мокрой. – Развернись и выгни спину, Харли.

Я послушалась. В голове плыл туман, кровь шумела в ушах. Мне хотелось оглянуться, но я не стала. Зажмурившись, я прижалась щекой в двери, с сорвавшимся пульсом сгорая в нетерпении.

Коул опустился передо мной на колени и задрал мое платье до самой спины. Он заставил меня прогнуться еще глубже и развести ноги шире, а затем взял и сорвал с меня стринги.

Этот мужчина стоял передо мной на коленях, а моя поза не оставляла места для воображения, но мне было все равно. Коул раздвинул пальцами мои половые губы, и я сжала руку в кулак, когда он провел языком по моей истекающей соком желания, щели. Его губы и язык принялись ласкать меня. Скоро он добавил пальцы, согнув их во мне и коснувшись особенно чувствительной точки, потому что меня прошибло дрожью, и я заскулила.

– Господи, Харли! – Мое имя сорвалось с губ Коула. Он просунул руку, накрыл ладонью мой живот и еще плотней прижал меня к себе, трахая меня языком, вылизывая и посасывая клитор.

Это не могло продолжаться долго. Его язык сменялся пальцами, он был безжалостен, выбивая из меня весь воздух. Все тело дрожало, ноги ослабели, и конец был уже близок. Внезапно Коул поднялся, одной рукой обхватил мою шею, сдавив до легкого потемнения в глазах, пока пальцы второй быстро толкались в меня, словно поршень.

Я кончила, мое тело сотрясала дрожь. Закричала, но вместо крика из горла вырвались только хрипы. Глаза слезились и горели легкие.

– Тише, тише, я держу тебя, – успокаивающий шепот Коула просочился в сознание, и я поняла, что едва не рухнула, но он подхватил меня.

Меня оторвали от пола и перенесли на диван. Я уставилась в потолок, из глаз текли слезы и, скатившись по вискам, исчезали в волосах.

В дверь постучали. Пока я лежала на диване и приходила в себя после головокружительного оргазма, Коул приводил свою безупречную одежду в порядок. Встав перед зеркалом в углу, мужчина смахнул несуществующие пылинки с жилета и поправил галстук.

Он вновь был деловым и собранным, мало походя на мужчину, который еще несколько минут назад с такой страстью орально удовлетворял меня.

Я поднялась и села, скромно сведя колени вместе. Мои порванные стринги валялись возле стены, и я уставилась на них, гадая, должна ли я забрать их или…

Коул наклонился, подобрал мое белье и сунул в карман брюк, прежде чем открыть дверь.

Ладно, одной проблемой меньше.

– Ты нужен внизу, – без предисловий заявил молодой мужчина.

Диван находился параллельно двери, поэтому я видела, что он молод, почти также высок, как и Коул и, безусловно, хорош собой. Он заметил меня, окинув быстрым, незаинтересованным взглядом, но тут же вернул все внимание на Коула.

– Сейчас спущусь, – после небольшой паузы отозвался Коул.

Он стоял ко мне спиной, и я не могла видеть его лица, но мне показалось, между мужчинами произошел молчаливый диалог, прежде чем человек в коридоре кивнул и ушел.

– Мне надо отлучиться. – Коул обернулся ко мне, спрятав руки в карманы брюк. Я подумала о моих трусиках, которых, скорее всего, сейчас касалась его рука, и мне стало неловко. Самую малость.

Я поднялась, машинально одернув платье. Он это заметил, и ухмылка скользнула по его чувственным губам.

– Мне пора возвращаться в зал.

«Лучше было бы, будь на мне трусы».

– Нет, ты не вернешься.

Он покачал головой, а я возмутилась.

– Я вообще-то работать должна.

– Считай, я освобождаю тебя на сегодняшний вечер. Это не обсуждается, – добавил он, заметив выражение протеста на моем лице. – Оставайся здесь, – мужчина взялся за ручку двери, – скоро за тобой придет Маркус и проведет в мой номер.

Я открыла рот, чтобы спросить, кто такой Маркус, но он уже вышел.

Замечательно! И что теперь, я должна беспрекословно ему подчиняться? Да, это волнует, когда дело касается секса, но в остальном я никогда не была слишком покладистой. Я не привыкла, чтобы мужчины мной руководили. Хотя, ради справедливости – никто, похожий на Коула Кроуфорда мне прежде не встречался.

Я подошла к двери и не уверенная, что та не заперта, дернула ручку. Дверь была открыта, я могла просто выйти из кабинета и уйти. Но куда? Сомневаюсь, что смогу, как ни в чем не бывало, вернуться к работе в зале. Когда Коул узнает, что я ослушалась его, то не обрадуется.

Я колебалась, кусая губы в нерешительности, но решила не искушать судьбу и дождаться Маркуса, кем бы он ни был. В ожидании, я прошлась по кабинету, рассматривая его более внимательно, так как ранее мне было не до того. Обстановка была довольно аскетичной и взгляду особенно не за что было зацепиться. Отсутствовала любая растительность или личные вещи. От полной унылости спасали только три большие фотографии Лас-Вегаса прошлого века. Годов пятидесятых, когда город только стал расцветать.

Дверь позади меня открылась и я оглянулась.

– Мисс Бенсон?

Это был все тот же блондин, который привел меня сюда.

– Вы Маркус? – догадалась я.

Мужчина кивнул со скромной улыбкой.

– Мистер Кроуфорд велел проводить вас в пентхаус. – Маркус сделал движение рукой, держа дверь открытой.

Я вышла в коридор, надеясь, что при ходьбе моя голая промежность незаметна. Нет, я не страдала чрезмерной скромностью, но и светить своими интимными частями направо и налево не привыкла.

И вновь, как часом ранее, я последовала за блондином, только теперь уже без волнения. Я знала, что меня не ведут на экзекуцию. Хотя предстоящая встреча с Коулом в его пентхаусе будоражила воображение.

Мы поднялись в лифте на самый верх здания, и Маркус удалился, пожелав мне приятного вечера. Глядя ему вслед, я гадала, какую функцию этот человек выполнял для Коула.

Отвечал за его любовниц, пока хозяин был занят?

Мне вспомнились слова Рины о девочках, которые попали в постель Кроуфорда, а затем исчезли из казино. Я не хотела повторить их участь. Это маленькое безумство с шикарным мужчиной приятно волновало и встряхнуло мои серые будни, но постоянная, оплачиваемая работа была нужна мне больше.

Не представляя, сколько будет отсутствовать Коул, я прошла в его спальню и с удивлением обнаружила свой рюкзак и одежду на постели.

Очень предусмотрительно.

Зато теперь я могла переодеться в свои вещи и не париться по поводу голого зада.

Я вынула одежду из рюкзака, но тут мне в голову пришла другая идея.

Усмехнувшись, я вошла в ванную и бросила восторженный взгляд на королевскую ванну. Теперь у меня была возможность воспользоваться ею.

Ожидание можно и скрасить.

Присев на бортик, я включила и отрегулировала воду. Пока она набиралась, я выбрала из множества бутылочек пену и соль для ванной. Надеюсь, Коул не будет против. А если и так… Ну что ж, он сам меня сюда пригласил.

Стянув платье, я забралась в ванну, издав блаженный вздох. Вода была идеальной температуры. Если бы еще у меня с собой был бокальчик вина и журнал. Но и так замечательно.

Ванна была огромной и глубокой. В квартире, которую мы снимали с Энди, ванная комната была крошечная, в которую едва поместился душ. Я уже успела забыть, какое это блаженство, когда твое тело расслабляется в благоухающей, теплой воде.

Сдувая пену с пальцев, я стала думать о Коуле. О том, что он захотел увидеть меня второй раз, а ведь еще и сутки не прошли после нашей совместной ночи. Это что-то значит? Может ли это быть хорошим знаком?

Или это не значит ничего?

Было бы проще, понимай я, чего хочет этот мужчина и на что рассчитывает в отношении меня. Происходящее, в некотором смысле, до сих пор казалось мне чем-то нереальным. Да, я неплохо выгляжу, но не могла же я на самом деле подцепить этого офигенно крутого, богатого красавчика? Я, девчонка из Висконсина, простая и вполне обычная – не хуже, но и не лучше остальных.

А может мне все это снится? Может, я проснусь, а рядом сопит Энди и все это окажется сновидением?

Будет печально, если Коула Кроуфорда в действительности не существует.

Уйдя в свои размышления, я не сразу заметила, что у меня появился зритель. Подняв голову, я моргнула, уставившись на мужчину, наблюдавшего за мной из проема двери. Его темно-голубые глаза были прикованы ко мне.

Нет, это не сон. Коул Кроуфорд более чем реален.

– Я подумала, что если вынуждена тебя ждать, то пусть это будет приятно.

«Спокойно, Харли. Не показывай так откровенно, что у тебя мозг плывет от этого типа».

– Я хочу, чтобы тебе у меня было комфортно, – откликнулся Коул, оттолкнувшись от дверного проема. Направляясь ко мне, он закатал рукава своей белоснежной рубашки. Взяв мочалку, мужчина присел на бортик ванной, скользя по мне неспешным, порочным взглядом.

Почти все мое тело скрывала пена, но она понемногу начала оседать, поэтому он мог видеть вершинки грудей и соски.

Опустив мочалку в воду, Коул провел ею по моей шее, ключицам и груди, задевая соски. Я вздрогнула: прикосновение жесткой мочалки оказалось слишком чувствительным.

– Ты уже освободился? – Я старалась контролировать свой голос, но это было непросто. Мое тело остро отзывалось на присутствие этого мужчины. Как он смотрел. Что он делал.

Коул склонил голову набок, наблюдая за тем, как струйки из мочалки стекают по моей груди.

– С делами на сегодня покончено. – Его голос звучал приглушенно. – Теперь время для удовольствия.

Отложив мочалку, он опустил руку на мою левую грудь и провел подушечкой большого пальца по твердому, как камешек, соску. Я вздрогнула и приоткрыла губы, задышав чаще. Коул сжал сосок между пальцами и резко отпустил. Я застонала, и он проделал то же самое с другой грудью. Наклонившись, он поцеловал меня: требовательно, по-хозяйски, языком толкнувшись в мой рот. Каждое вращение его языка, совмещенное с прокручиванием соска, наращивало мое возбуждение. Между ноги пульсировало, требуя немедленного удовлетворения.

– Мне надо тебя трахнуть, – оторвавшись от моих губ и выпрямившись, хрипло произнес Коул.

Я задыхалась и хотела этого не меньше, чем он.

Поднявшись, мужчина вынул из бельевого шкафа большое белое полотенце и, вернувшись, развернул его для меня.

Я взялась за бортики и поднялась. Ноги ослабели, и я боялась поскользнуться. Коул обернул полотенце вокруг меня и помог выбраться из ванны.

Мы вернулись в спальню. Я забралась на середину кровати, с жадностью наблюдая за тем, как раздевается этот мужчина. Наверное, я могла бы кончить от одного этого зрелища.

Став напротив кровати, Коул стянул жилет, рубашку и часы, положив аксессуар на комод из темного дерева. Его сильные мышцы перекатывались под смуглой, упругой кожей, завораживая меня.

Далее последовал ремень, брюки и боксеры. Внешне он был совершенно спокоен, движения были четкими и уверенными. Только темный, грешный взгляд выдавал в нем желание.

Оставшись абсолютно голым, Коул прошел к прикроватной тумбочке и вынул презерватив. Разорвав пакетик, он отлаженными движениями раскатал латекс по твердому члену.

А я, кажется, вообще не дышала в этот момент. Мужчина подошел к кровати и опустился на край.

– Иди сюда. Хочу тебя сверху.

Стянув с себя полотенце, я поднялась и встала перед Коулом, между его коленей. Даже когда он сидел, я не намного превосходила его в росте.

Коул поднял голову, и мы смотрели друг на друга с глубокой, даже смущающей своей силой, потребностью.

– Трахни меня, детка, – прошептал он, взяв меня под ягодицы и я оседлала его ноги, намокая как ненормальная.

Он хотел, чтобы я его трахнула. Я хотела его трахнуть. Я собиралась выполнить наше общее желание.

Встав коленями на матрас, я приподнялась, обхватила член Коула и направила его с себя.

Его челюсти были стиснуты. Все тело было напряжено. Я осторожно опустилась на него и коротко выдохнула, когда его плоть полностью заполнила влагалище.

– Дай мне секунду, – пробормотала я, посмотрев ему в глаза. – Ты довольно большой мальчик.

Мое замечание внезапно развеселило Коула, и он улыбнулся. И это была самая настоящая улыбка. Прекрасная, обворожительная улыбка.

«Черт, Харли, только не влюбись в него».

– Все хорошо? – тихо спросил Коул, когда я потихоньку стала раскачиваться на нем.

Я кивнула, чувствуя, как мою грудь спирает.

Да, физически все было хорошо. Отлично. Насчет остального я не была так уверена.

Я открыла глаза и проморгалась, пытаясь понять, где нахожусь. В комнате было светло – очень много света. Рядом со мной лежал мужчина. Точнее, кто-то лежал подо мной.

Коул. Я положила голову на его плечо, закинув на него вдобавок руку и ногу. Не специально. Видимо, это случилось во сне.

«Черт!»

Поморщившись, я попыталась осторожно откатиться, но тут его ладонь сжалась на моей талии, останавливая меня.

– Ничего не имею против этого, – хриплым после сна голосом пробормотал мужчина.

Я почувствовала, как моему лицу стало жарко. Приподнявшись, я с неловкой улыбкой взглянула на него.

– Извини, если тебе было неудобно.

– Мне не было неудобно, – двинув бровью, возразил Коул.

Удивительно, но мне тоже. Я в замешательстве подумала об Энди, с которым мы никогда не спали в такой позе. Я вообще не была поклонником сна в обнимку.

И все же пора было это заканчивать. Я отодвинулась и выскользнула из постели, подобрав свои вещи с кресла.

– Что ты любишь на завтрак? – Закинув одну руку за голову, Коул смотрел на меня, выглядя довольным и выспавшимся.

Мне хотелось чем-нибудь прикрыться, но эта несвоевременная скромность смотрелась бы глупо.

– Я не буду с тобой завтракать, – покачала головой я.

Брови мужчины нахмурились.

– Почему?

– Потому что. – У меня на самом деле не было причины. Разумной причины, которая не делала бы из меня идиотку.

На лице Коула отразилось снисхождение, за что мне захотелось запустить в него моим кедом.

– Давай, одевайся и мы с тобой позавтракаем. У меня есть к тебе предложение.

– Какое? – насторожилась я.

– Нет, никаких серьезных разговоров, пока я не выпью кофе. – Отбросив одеяло, он поднялся. Великолепный и обнаженный. Я торопливо отвернулась, не уверенная, что удержусь и не наброшусь на него.

Гадая, о каком предложении он говорил, я ушла в ванную, собираясь быстро принять душ, одеться и наконец-то перестать слоняться по номеру с голой задницей.

Мне пришлось повозиться, пока я разобралась, как включить и отрегулировать воду в его навороченной душевой. Когда я смывала шампунь с волос, вошел Коул.

Я уставилась на него.

– Что ты делаешь?

– Собираюсь принять душ, – включив большую лейку над головой, невозмутимо отозвался он.

Да, в душевой смело могло уместиться человек пять, но он мог и подождать, пока я освобожу ванную.

Мое присутствие никак не стесняло мужчину. Я покосилась на него, гадая, почему он так спокоен? Меня одну волнует, что мы обнаженные и мокрые?

Взяв черную бутылочку шампуня, Коул выдавил немного на ладонь и стал намыливать волосы, повернувшись ко мне лицом. Я бросила на него вопрошающий взгляд.

Он улыбнулся.

– Так ты скажешь мне, что за предложение? – игнорируя его эрекцию и удерживая взгляд на уровне его глаз, изменчивым голосом просила я.

Он медленно покачал головой.

– Ты всегда такая нетерпеливая?

Я насупилась, а Коул приглушенно рассмеялся, смывая шампунь с волос и тела.

Закончив, я выключила воду, и демонстративно поджав губы, вышла из душевой. Встав перед зеркалом, принялась просушивать волосы, поглядывая в сторону душевой, отражающейся в зеркале.

Коул закончил мыться, выключил воду и вышел, обернув бедра полотенцем.

– У тебя есть новая зубная щетка? – спросила я, когда он встал рядом.

Мужчина открыл верхний ящик и молча протянул мне простую белую щетку в упаковке с эмблемой отеля. Взяв свою собственную щетку, он стал чистить зубы.

Мы чистили зубы в тишине, переглядываясь в зеркале. Прополоскав рот, Коул вышел, а я смогла спокойно одеться.

Вернувшись в спальню, я его не обнаружила. Ладно, надо выйти и узнать, что у него на уме.

Завтрак был накрыт у окна, на солнечной стороне. Круглый стол был уставлен тарелками с пестрым от овощей омлетом, вафлями, круассанами и различными видами джема.

Коул успел одеться – в светло-серой тонкой футболке и светлых джинсах он выглядел не менее привлекательно, нежели в костюме.

– Прошу.

Он выдвинул для меня стул. Господи, ну настоящий джентльмен!

Я едва не закатила глаза.

– Ты пьешь чай или кофе? – как хороший хозяин поинтересовался мужчина.

Я ответила, что кофе и он налил мне в чашку черный напиток из серебряного кофейника.

– Сливки, сахар. – Он указал на стол, затем сел напротив.

Я добавила в чашку сливки, проигнорировав сахар. Коул положил себе омлет, а я взяла круассан и масло. Мы принялись завтракать, и это не было неловко. На удивление.

– Теперь ты готов сказать, что за предложение? – Мое терпение иссякло. По усмешке, притаившейся на лице мужчины, я догадалась, что он намеренно разжигал мое любопытство.

Я уставилась на него, ожидая, пока он прожует кусочек омлета. Когда он потянулся за стаканом с апельсиновым соком, чуть зубами не заскрипела.

Наконец он проглотил и сказал:

– Мне нужна любовница. Постоянная и официальная. Ты будешь сопровождать меня на различные мероприятия, будешь доступна в любой момент, когда я захочу этого. Я выделю тебе содержание и все, что потребуется. Когда придет время, я позабочусь, чтобы ты не осталась обижена. Если захочешь, я помогу тебе с бизнесом. Возможно, тебя заинтересует СПА-салон или что-то, связанное с одеждой.

– Нет, но спасибо. – Я покачала головой, когда Коул замолчал в ожидании ответа.

Его лоб слегка нахмурился.

– Почему нет?

– Потому что я не слишком хороша в бизнесе. – Я улыбнулась, но меня задело его предложение, и я попыталась это скрыть.

Этот мужчина был бизнесменом до мозга костей. Он так расчетливо, по-деловому предлагал мне стать его содержанкой. Три дня назад я позавидовала девушке с папиком, а теперь не хотела оказаться на ее месте. И хотя Коул не был похож на папика, он привлекал меня, и секс с ним был волшебным, роль, в которой он хотел меня видеть, была не для меня.

– Почему нет, Харли? – менее терпеливо повторил он. Глаза излучали требовательность и жесткость.

«Он не привык, чтобы ему отказывали».

– Я не подхожу для того, о чем ты меня просишь, – спокойно, несмотря на волнение, отозвалась я.

– Не подходишь для чего? Быть красивой и трахаться со мной? – с прохладой хмыкнул он.

– Спасибо за все, но я должна возвращаться домой.

Я начала подниматься.

– Сядь! – скомандовал Коул. Он не кричал, но от его тона я так и застыла. – Чего ты хочешь? – Он откинулся на спинку стула, недовольно хмурясь. Ему, казалось, было некомфортно от того, что кто-то посмел ему перечить и приходится считаться с чужим мнением.

– Для начала, чтобы ты не воспринимал меня как свой бизнес-проект, – негромко ответила я.

– Да, обычно мои бизнес-проекты приносят мне деньги, – небрежно обронил он.

– Знаешь, все было здорово. До этого момента. Если вдруг захочешь повторить, возможно, я и не буду против. – Я отодвинула стул и поднялась.

– Уверена, что хочешь сейчас уйти? – Он подался вперед и тоже поднялся. – Такими предложениями не разбрасываются, Харли.

Спрятав руки в карманы джинсов, он неторопливо приблизился ко мне, вновь возвышаясь и подавляя меня.

Была ли я уверена? Вот уж нет. Скорее всего, только дурочка на моем месте отказалась бы от такого щедрого предложения. Разве это плохо, если богатый, шикарный мужик разрешит все мои финансовые проблемы и позаботится обо мне?

Может я и правда глупая, если думаю отказаться?

– Ты с ума сошла!

Я сбилась со счета, в который раз за день слышала это от Рины. Подруга все никак не могла успокоиться после того, как я рассказала ей о предложении Коула.

– Да, я поняла, что ты не одобряешь мой выбор, – рассеянно пробормотала я, рассматривая кружевной комплект белья от Ла Перла. Рина затащила меня в этот брендовый бутик, но все, что я могла себе позволить – это смотреть.

– А вот если бы ты согласилась, все это стало бы тебе доступно, – коснувшись белья, с укором заявила Рина.

Я со вздохом посмотрела на нее.

– Ты не знаешь, о чем говоришь. Рина, он будто договаривался о покупке товара, а не предлагал мне быть его девушкой. Да даже не девушкой – любовницей. Я ни на что не претендую, но это было унизительно.

Весь день после утреннего разговора с Коулом я была в подавленном состоянии. У меня все еще не было уверенности, что я поступила правильно, но цинизм и бездушность его предложения стать его содержанкой вызывали во мне бурю протеста.

– Послушай, похоже, ты кое-чего не понимаешь. – Рина посмотрела на меня как на несмышленого ребенка и приготовилась открыть мне сакральную истину бытия. – Тебе повезло. Это как выиграть чертов, мать его, джек-пот! Ну и что, что он сказал это как-то не так! Коул Кроуфорд бизнесмен, чего ты от него хочешь? Он предлагает тебе финансовую свободу! Отношения с ним обеспечат тебя до конца жизни! Или ты хочешь перебиваться чаевыми, разнося выпивку всяким придуркам? – От возмущения у нее на лице выступили красные пятна. – Многие за такую возможность пошли бы на убийство. И я сейчас не шучу, – мрачно закончила она.

Снова и снова я возвращалась к словам Рины. Что, если она права? Мне повезло, а я в упор этого не вижу? Только потому, что Коул использовал не ту формулировку, которую мне хотелось бы услышать?

Было бы лучше, если бы он сказал, что я ему понравилась. Что он хотел бы продолжать наши встречи. Не только в спальне. Чтобы мы проводили время вместе, узнали друг друга.

А может я просто многого хотела? Может в мире Коула Кроуфорда так не принято?

И что вообще значит «быть его любовницей»? Кроме очевидного. Мы будем парой? Я буду единственной его любовницей, или одной из?

От всей этой неразберихи у меня голова шла кругом. Когда вечером я приехала в казино – у Рины был выходной – я ни на шаг не приблизилась к нужному решению. Утром, когда мы с Коулом прощались, он сказал, что даст мне время подумать, но недолго.

– Харли, давай пройдем в мой кабинет.

Мелани, моя непосредственная начальница, вошла в раздевалку в тот момент, когда я собиралась переодеться в рабочее платье.

Если начальник вызывает тебя спустя три дня после старта твоей работы, это плохой знак. Следуя за Мелани, я знала, что новости для меня будут неутешительные.

– Это чек за две недели, хотя ты проработала у нас только два дня. – Мелани протянула мне чек, как только мы оказались в ее кабинете. Эта дамочка времени попусту не теряла. – Нам жаль, но ты не прошла испытательный срок.

На ее лице застыла вежливая, невыразительная улыбка. Ей не было жаль. Вообще-то Мелани было все равно и это, наверное, в порядке вещей для подобного места.

Это было дело рук Коула. Я в этом не сомневалась. И чего он добивался? Что, потеряв работу, я прибегу к нему и соглашусь на любые условия?

– Да, Харли, не забудь вернуть пропуск, когда будешь уходить, – напомнила Мелани, когда я с чеком в руке повернулась к двери. – Можешь оставить его у охранника на посту.

Мелани уже смотрела в свой смартфон, потеряв ко мне интерес. Я обронила скупое «хорошо» и вышла в коридор. Не представляя, что делать дальше, я прислонилась к стене и взглянула на чек с оплатой. Сумма была явно больше, чем я могла бы заработать даже за две недели.

Снова старания Коула?

Боже, несносный, напыщенный засранец, который не смог смириться с отказом!

Вообще-то, это низко – манипулировать мной таким способом. Нельзя позволять себе подобное обращение с людьми, даже если они от тебя зависят.

Я должна сказать ему об этом. Пусть не думает, что я молча проглочу эту выходку. Меня уже уволили, что я теряю?

Я не знала, где находится Коул. Но для начала стоило поискать его в его кабинете. Мне надо было попасть на минусовый этаж, только без специальной карты, которой у меня не было, это было невозможно.

Гадая, что можно предпринять, я вернулась в раздевалку, чтобы забрать свой рюкзак. В комнате никого не было, все девочки разошлись по залам, поэтому я решила, что попрошу Рину попрощаться с ними от моего имени.

Хотя, едва ли кто-то заметит мое отсутствие. Я ни с кем не успела познакомиться как следует.

Оттягивая свой уход, я подумала, что могу позволить себе один коктейль в баре отеля. Заодно и решу, как быть дальше. В Империи располагались три бара, не имеющие отношения к казино. Я выбрала тот, что на двадцать втором этаже – тихое место, из окон которого открывался великолепный вид на город. Правда, я знала место, откуда обзор был еще лучше.

Сев за барную стойку, я заказала «Виски-Колинз». Надо было реанимировать свое паршивое настроение. Из боковых динамиков лилась ненавязчивая лаунж-музыка. Мягкий, приглушенный свет делал атмосферу уютной и располагающей.

Потягивая свой коктейль, я чувствовала себя ужасно одинокой.

Мне не стоило приезжать в этот город. Я знала, что это ошибка еще тогда, когда Энди с горящими манией глазами увещевал меня, что здесь мы найдем свое счастье.

«Наша жизнь изменится, Харли. Мы разбогатеем, и ты получишь все самое лучшее, крошка. Красивые шмотки, дорогие курорты и вечеринки. Вот увидишь, Харли. Верь в меня, Конфетка».

И я поверила. Или убедила себя в том, что верю. Я недостаточно знала Энди, он казался таким легким, веселым. А когда в первый месяц после переезда в Вегас деньги не свалились ему на голову, его веселье стало испаряться.

Энди был в прошлом.

Я выпрямила спину, запретив себе думать об этом неудачнике. К черту его. Пришло время позаботиться о себе. Надо признать, что меня ничего не держит в Лас-Вегасе. У меня есть немного денег. Я могла бы поехать в другое место и попытаться начать все сначала.

Или я могла бы вернуться домой, в Висконсин.

От этой мысли у меня неприятно засосало под ложечкой. Нет, только не домой. Хуже этого ничего быть не может.

Оставался еще один вариант. Согласиться стать любовницей Коула. Если это все еще ему нужно.

Он распорядился, чтобы меня уволили. Может это был намек, чтобы я проваливала? Что он отзывает свое предложение?

Боковым зрением я заметила, как слева от меня кто-то сел. Повернув голову, я узнала того мужчину, который вчера приходил к Коулу.

– Привет.

Он обратил на меня взгляд и кивнул, здороваясь.

– Привет, – в растерянности откликнулась я.

– Рик, сделай мне как обычно, – обратился к бармену незнакомец.

– Конечно, мистер Хейз.

– Джейк Хейз, – представился мужчина, протянув мне руку.

Я была сбита с толку, мало понимая, что происходит и с чего вдруг такой интерес ко мне.

– Харли Бенсон. – Плохо скрывая замешательство, я вложила руку в ладонь мужчины. Рукопожатие было сильным и уверенным.

– Бар работает только для гостей отеля, – сделав глоток из своего стакана, как бы между прочим сообщил Джейк Хейз.

Я напряглась, ничего не ответив.

– Вы не гостья отеля. – Он взглянул на меня с весельем в карих глазах.

– И что, вы вызовите охрану или самостоятельно выпроводите меня? – Я уставилась на него, вскинув брови.

Это был плохой вечер: я лишилась работы, моя жизнь была отстойной, а теперь этот тип говорил мне, что я и выпить не могу за свои же деньги?

– Ни то, ни другое, Харли. – Джейк дернул плечом, глядя перед собой. – Простое замечание.

Кто блин этот парень?

– Счет, пожалуйста.

Я положила деньги на стойку и поднялась.

– Уже уходите? – ухмыльнулся мужчина, окинув меня ленивым взглядом.

Проигнорировав его вопрос, я двинулась к выходу, услышав, как мне в спину донеслось: «Приятно было поболтать!»

«Вот же придурок!» – негодовала я, пока лифт вез меня вниз. Теперь мне напротив хотелось как можно быстрее убраться из Империи.

Спустившись в небольшой холл, которым пользовался персонал и доставка, я подошла к посту охраны, чтобы отдать свой пропуск.

– Мисс Бенсон? – Охранник внимательно посмотрел на мою карточку, затем на меня. – Вас просили задержаться. Останьтесь здесь, пожалуйста.

– Кто? – Я порядком устала и была раздражена. Сначала меня увольняют, а теперь не хотят отпускать.

– Мисс Бенсон, просто побудьте здесь. Я всего лишь выполняю распоряжение.

– А я всего лишь иду домой!

Упрямо поджав губы, я повернула в сторону двери, но прежде чем я успела взяться за ручку, раздался щелчок и ту заклинило.

С горящими от возмущения глазами, я обернулась к охраннику.

– Что вы делаете? Немедленно выпустите меня!

Вид мужчины был непреклонен.

– Мисс Бенсон, прошу вас…

– Снова проблемы, Харли?

Я быстро обернулась к раздавшемуся позади меня насмешливому голосу. Коул в компании Маркуса и еще какого-то здоровяка в черном костюме вышли из лифта.

– Твоих рук дело? – прищурилась я, игнорируя, как мое сердце сбилось с ритма при виде него.

Коул только пожал плечами с неопределенной усмешкой.

– Тебе было мало меня уволить, да? – едко спросила я.

– Ты все равно слишком хороша для этой работы. Можешь открыть дверь, Уилли, – распорядился Коул, продолжая смотреть на меня. – Пойдем, подвезу тебя домой.

Не дожидаясь моего ответа, Коул вышел на улицу, во внутренний двор отеля. Маркус и другой мужчина следовали за нами, держась чуть позади.

– Маркус, поезжай с Тревисом, – сказал блондину Коул, взглянув поверх моего плеча.

– Хорошо, мистер Кроуфорд.

Я проводила взглядом мужчин, направившихся к черной ауди. Затем повернулась к Коулу – он наблюдал за мной.

– Я могу и на автобусе доехать, еще не поздно. Или вызову Убер.

Мне не хотелось ни первого, ни второго, но я не хотела, чтобы он так рано начал праздновать победу.

Коул издал звук, похожий на фырканье.

– Давай, пойдем. Разве лимузин не лучше Убера? – Он кивнул в сторону черного лимузина, возле которого ожидал Сантос – шофер, отвозивший меня домой в самую первую ночь.

– Мисс Бенсон.

Мужчина, на вид которому было лет пятьдесят, коснулся своей шоферской фуражки и приветствовал меня легким наклоном головы.

Я улыбнулась.

– Здравствуйте, Сантос.

Водитель открыл передо мной дверь, и я забралась в кожаный салон автомобиля. Впервые в жизни я находилась в лимузине, и сложно было удержаться, чтобы не раскрыть рот от изумления.

Коул устроился на центральном сиденье. Я заняла место на боковом, сохраняя дистанцию между нами и намеренно не смотрела на него. Но очень хорошо чувствовала, как скользит по мне его взгляд. От него у меня по коже бежали мурашки. В животе волнительно покалывало. Что не говори, а этот мужчина очаровал меня.

«Бесповоротно», – со страхом мелькнула мысль в голове.

– Харли? – позвал меня Коул.

Я повернула голову в его сторону, всем своим видом демонстрируя неудовольствие.

– Ты расстроилась из-за работы? – вздохнув, спросил он.

– А ты как думаешь? Конечно, это не работа мечты, но это мелочно – манипулировать мной, чтобы я вынуждена была принять твое предложение! – Скрестив руки на груди, я нахмурилась.

– Позволить мне позаботиться о тебе – хуже, чем работать в казино? – В голосе Коула послышалось искреннее недоумение.

– Послушай, Коул – ты мне нравишься. – Я развернулась на сиденье, лицом к нему. Все его внимание было сосредоточенно на мне, и я продолжила: – То, что случилось – было классно. И да, я хочу, чтобы это повторилось, – я понизила голос, покосившись в сторону Сантоса. Коул это заметил и нажал кнопку перегородки. – Но если тебе нужна любовница в роли домашнего питомца – я пас.

– Это смешно, – категорично заявил Коул. – Ты сделала неправильные выводы и поэтому отказываешься. Но подумай, что я тебе предлагаю. Хорошее качество жизни, больше никаких забот с работой и вопросом, где брать деньги. Меня, – скромно добавил он в последнюю очередь.

Я еле сдержала улыбку: вообще-то, главное, что меня интересовало из всего этого – он. Ну, и потом все остальное.

– Извини за то, что пришлось сказать Мелани, чтобы тебя уволила. – Коул подался вперед и накрыл ладонью мое колено. Даже сквозь джинсы я ощутила исходящий от него жар. – Просто я не хочу, чтобы ты проводила ночи в казино. Хочу видеть тебя в своей постели в это время, – понизил голос мужчина, глядя на меня чарующими глазами, имеющими способность менять оттенок от светло-голубого до темно-синего.

«Арр, долбаный Коул Крофорд!»

– Оказывается, вовсе не обязательно быть засранцем, чтобы получить желаемое, – пробормотала я, утопая в невероятной силе его обаяния.

«Вероятно, он продал душу дьяволу. Иначе как можно иметь все сразу? Шикарную внешность, богатство, способность так ловко управлять людьми и подчинять их себе».

Коул вдруг рассмеялся мягким, грудным смехом.

– Ты не пожалеешь, Харли, – пообещал он.

Я ничего на это не ответила, потому что у меня не было его уверенности. Потому что знала, что мужчины не всегда выполняют свои обещания. Вне зависимости от статуса и банковского счета.

Я не знала Коула. Для меня он по-прежнему был почти незнакомцем. Притягательным, волнующим незнакомцем.

Это было похоже на авантюру. Но, разве это не было в моей природе? Едва ли не с самого детства я слышала о том, какая я несмышленая, легкомысленная и толку с меня не будет. Мне было примерно шестнадцать, когда моя мать заявила, что не удивится, если однажды к ней придет полиция и попросит ее опознать мой труп.

В восемнадцать, когда я уезжала из дома, она сказала, что скоро я вернусь, потому что не протяну одна. А она, так и быть, примет меня назад и даже поможет устроиться кассиром в Волмарт. Шесть лет спустя я так и не вернулась домой, но у меня всегда есть запасной план.

Возможно, однажды я это сделаю, если окончательно отчаюсь.

Позволить Коулу себя содержать не хуже, чем вернуться к своей семье, и быть кассиром в Висконсине.

Рины не было. Соседка предупреждала, что сегодня вечером встречается с мужчиной и проведет ночь у него.

Я сходила в душ и надела пижамные шорты и майку. Спать мне пока что не хотелось.

Я решила, что неплохо бы мне узнать побольше о парне, любовницей которого согласилась стать. Взяв свой телефон, забралась под одеяло и загуглила Коула Кроуфорда.

В сети было много его фотографий и упоминаний о нем, но я быстро поняла, что информация не радовала своим разнообразием. Почти везде было написано одно и то же. Я узнала, что Коулу тридцать пять. Свой первый отель в Лас-Вегасе он построил, не достигнув тридцати лет. Упоминались его успехи в бизнесе. Много писали о том, что за довольно короткий промежуток времени он смог построить целую империю и стал одним из самых богатых мужчин страны. Также не обошлось без упоминания его романов с женщинами. Самые долгие и заметные отношения у него были с известной моделью. Но он никогда не был женат или помолвлен.

Я обратила внимание, что нигде не было написано о его ранних годах. Ни о том, где родился, где учился. Он будто возник из ниоткуда. Самое ранее упоминание о нем я нашла в статье, которая была датирована девятилетней давностью. А до того – пробел.

Похоже, Коул постарался, чтобы его прошлое сохранилось недоступным для СМИ.

Убедившись, что больше ничего не получится найти о нем, я открыла фото, на которых он был с Ванессой Чанг – той самой моделью, с которой его связывал двухлетний роман.

Безусловно, я знала, кто такая Ванесса Чанг. Ее лицо часто мелькало в модных журналах и рекламных кампаниях. Девушка имела азиатские корни и была очень красивой. Я нашла небольшую заметку о расставании Коула с Ванессой, причиной которого называлась географическая отдаленность молодых. Мистер Кроуфорд постоянно проживал в Лас-Вегасе, тогда как мисс Чанг преимущественно в Нью-Йорке. Расстояние негативно отразилось на их отношениях, и они приняли решение о расставании.

Такой была официальная версия. Я не знала, была ли она таковой на самом деле.

Отложив телефон, я задумалась. Во что я собиралась ввязаться? Коул Кроуфорд находился под пристальным вниманием, и он хотел, чтобы я стала не только его любовницей в постели, но и сопровождала на официальных выходах.

Хочу ли я этого? Готова ли к этому? Ведь быть спутницей такого человека – ответственность.

Я хотела Коула. Но сомневалась, что хочу всего остального.

Наверное, еще не поздно было отказаться. Я могла бы прямо сейчас написать ему, что передумала. Конечно, он будет разгневан. Но ему придется смириться. Он не может заставить меня. Я могу остановить это, пока не стало поздно.

Но, если быть честной перед собой, я не хочу этого делать. Даже если это и правильно. Даже если отношения с Коулом окажутся сложными. Я слишком быстро подсела на этого мужчину. Едва попробовала и мгновенно заработала зависимость.

Так что нет, я не дам заднюю.

Я стала проваливаться в сон, но мой телефон издал сигнал входящего сообщения. Опустив руку, я отыскала его на полу около кровати. Прищурившись, сфокусировала взгляд на экране.

«Впусти меня».

Это был Коул. И он был здесь. Мой сон как ветром сдуло. Я отбросила одеяло и поспешила в коридор. Посмотрев в «глазок», действительно увидела Коула.

– Что ты здесь делаешь? – Я встретила его с идиотской улыбкой на губах.

– Мне показалось, ты была разочарована тем, что я уехал.

Коул вошел в квартиру и прикрыл за собой дверь. Я отступила, ничего на это не ответив. Он это понял. Это вроде как неловко, но я не стану оспаривать.

– И я не хотел ждать до завтра, чтобы увидеть тебя, – понизив голос, сознался он.

– Ты тоже нетерпеливый, да? – хмыкнула я.

Коул пожал плечом, соглашаясь со мной.

Я окинула его взглядом, не скрывая своего восхищения. Он все еще был в костюме, в котором уехал от меня.

– Твоя деловая встреча прошла успешно? – Мой голос сел. Надо было что-то сказать, но вообще-то я хотела побыстрее стянуть с него одежду и перейти к той части, где его член оказывается глубоко во мне.

– Вполне. – Взгляд Коула вспыхнул, когда он не спеша прошелся им вдоль моего тела. Он не хотел говорить о делах. Коул хотел меня, и это заводило с невероятной силой. – Покажи мне свою комнату. – Он сократил расстояние между нами. – Хочу посмотреть, где ты спишь.

Сомневаюсь, что его интересовало именно это. Я взяла Коула за руку и отвела в свою комнату.

– Здесь не на что смотреть, – предупредила я, позволив ему войти первым. В комнате мало что изменилось с тех пор, как я въехала. – Я переехала к Рине несколько дней назад, – пояснила я.

– Что случилось? – Коул повернулся ко мне. В комнате действительно не на что было смотреть. – Почему тебе пришлось искать новое жилье? Где твои вещи?

– Они остались у моего бывшего парня. Мне пришлось съехать, когда мы расстались. – Я решила не вдаваться в подробности и не рассказывать о том, что Энди выселил меня и порвал со мной без моего участия.

– Значит, мне повезло, что твой бывший оказался идиотом и отпустил тебя?

Я лишь неопределенно улыбнулась. Не знаю, повезло ли ему, но с тем, что Энди идиот, спорить не собиралась.

– Харли, – позвал Коул.

Я подняла взгляд к его лицу, мгновенно забыв об Энди. Обо всем. Глаза Коула вновь изменили оттенок, став глубокого, темно-синего цвета. Он смотрел на меня с неприкрытым, пробирающим до нервов желанием. – Раздень меня, детка, – шепотом велел мужчина.

Сглотнув, я подняла руки и с легким волнением распустила узел его шелкового галстука. Мне пришлось привстать на носочки, потому что я была босиком и наша разница в росте была внушительной.

Пиджак, пуговицы рубашки, ремень. Я снимала предмет за предметом, а Коул лишь послушно позволял мне делать это. Этот акт раздевания внезапно завел меня. Я будто получила контроль над Коулом и, хотя понимала, что никогда по-настоящему не смогу взять верх над ним, эта иллюзия власти возбудила и сделала меня влажной.

Спустив с него штаны вместе с боксерами, я опустилась перед ним на колени, также сняв обувь с носками. Не торопясь подниматься, взглянула на Коула. Напряжение и похоть проступили на его лице. Его грудь колебалась от тяжелого дыхания. А прямо напротив моего лица тянулся вверх символ его мужественности.

Мой рот наполнился слюной. Взгляд стал жадным, жаждущим. Твердый, великолепный член Коула притягивал меня.

– Хочешь его? – с выдохом произнес мужчина. Синие глаза сверкнули дьявольским огнем. Он опустил ладонь на мою голову и погладил, словно поощряя меня за хорошее поведение.

Я кивнула.

– Сильно хочешь? – Его ладонь сжала мои волосы.

Я прикусила губу и повторила кивок. Сильно. Я хотела его до болезненной пульсации в клиторе, до ноющей боли в сосках. До дрожи в теле. Коул обхватил себя за основание члена и сделал движение рукой. На головке выступила прозрачная капля.

– Оближи ее, – глухо приказал он.

Я подалась вперед и сделала круговое движение языком по влажной головке. Хотела обхватить ее губами, но Коул отстранился.

Я в растерянности взглянула на него. Он хотел этого, чертовски сильно. Так почему не давал мне?

– Не спеши, – хрипло отозвался мужчина. Его горло дернулось, когда он тяжело сглотнул.

Это было нелегко – я исходила от нетерпения, но очевидно, он хотел это по-своему. Держа член в руке, Коул провел им по моим приоткрытым губам. Его плоть была горячей и бархатистой на ощупь. Я не выдержала и застонала.

– Давай, покажи мне, как глубоко ты можешь его взять.

Он толкнулся между губами, и я послушно раскрыла рот, принимая его. Взять его полностью было бы проблемой – иначе я могла просто задохнуться с его членом во рту. Но я остановилась только тогда, когда он достиг задней стенки горла, дыша носом. Положив ладони на бедра Коула, я заработала ртом, скользя вверх-вниз по члену. Я слышала, как он издавал шипение сквозь стиснутые зубы и, зная, что ему хорошо, сосала усердней, хотя в какой-то момент на глазах навернулись слезы.

Коул с силой сжал ладони в моих волосах, толкаясь бедрами мне навстречу. Воздуха стало не хватать, но я ни за что не попросила бы его остановиться. Чувствовала, что он скоро кончит. Я не была любителем глотать и делала это нечасто, но хотела, чтобы Коул кончил именно так.

Я почувствовала, как по его телу прокатилась судорога, когда он выстрелил мне в рот, кончая с глухим стоном. Мужчина крепко держал меня за волосы, пока его семя толчками попадало в мой рот и стекало по горлу.

Когда он закончил и осторожно вынул член, я наконец-то смогла вздохнуть свободно. Представляя, какой у меня сейчас вид, я впрочем, не переживала. Довольный Коул того стоил.

Он потянул меня вверх и поцеловал, жестко и требовательно. Если его не волновало, где только что побывал мой рот, то меня тем более.

Я собиралась к визиту в клинику вместе со своим новым любовником – как же романтично! – когда вернулась Рина. Подруга была в довольном и приподнятом настроении – прошлая ночь пошла ей на пользу.

– Кто-то хорошо повеселился ночью. – Я послала ей одобрительную усмешку. Я тоже не могла пожаловаться на прошедшую ночь. Коул был щедрым любовником. И деньги здесь не причем.

– Не могу жаловаться, – ухмыльнулась Рина, падая на диван. – А что у тебя? Куда собралась?

Она окинула меня внимательным взглядом. На мне было летнее сиреневое платье и белые босоножки на танкетке. Настроение у меня было прекрасное. Несмотря на то, что мне предстояло сдавать анализы на венерические заболевания, что едва ли можно назвать приятным занятием.

– Скоро заедет Коул, мы с ним записаны в клинику для сдачи анализов. – Я присела на кресло, наблюдая, как Рина в растерянности моргает. – Он не хочет пользоваться презервативами, и мы оба должны быть уверены, что незащищенный секс будет безопасным.

– Так что же, ты согласилась? – недоверчиво протянула подруга.

Я кивнула:

– Он умеет быть настойчивым. И, кстати, меня уволили, – поморщилась я. Теперь это почти не имело значения, хотя я все еще не могла согласиться с методами Коула добиваться желаемого.

– Что?! Как это получилось?

Я рассказала ей о событиях прошлого вечера, а когда закончила, подруга заявила, что этого следовало ожидать, когда я отказала стать любовницей Коула Кроуфорда.

– Так что теперь – ты станешь его содержанкой? – Она издала смешок, но совсем беззлобный.

Я поморщилась, разведя руками. Я не знала, как должна теперь называться. У меня совсем не было опыта в подобных делах. Хотела ли я быть его содержанкой? Чьей-то содержанкой вообще? Я все еще не была в этом уверена. Я осталась без работы. Должна ли я начать искать новую, если не хочу остаться без средств к существованию? Или мне полагается принимать финансовую «помощь» от Коула?

Я закусила уголок нижней губы, нахмурившись.

– Мне не нравится идея быть содержанкой, – призналась я. – Ужасное название.

– Серьезно, не парься, – расслабленно посоветовала Рина. – Думай о том, что даже когда вы с Коулом расстанетесь, ты не останешься без ничего. Он же сам сказал, что поможет тебе с бизнесом, если захочешь, – напомнила она.

Не то, чтобы я об этом забыла. Разве это так плохо – получить что-то свое собственное, что сделает меня финансово независимой? Пусть даже я получу это от мужчины. С которым сплю. За то, что я с ним сплю. Я не могла понять, что меня так во всем этом смущает, потому что надо быть честной – я не слишком волновалась из-за всех этих высокоморальных штучек на протяжении всей своей жизни.

И самую малость, самую чуточку, меня покоробило, что говоря об этом, Рина даже не усомнилась, что мы с Коулом расстанемся. Хотя, конечно это произойдет. Я ведь не думаю, что этот мужчина захочет вечно видеть меня перед своими глазами. Рано или поздно он от меня устанет. Ему захочется чего-то нового.

Или мне. Разве это не могу быть я, та, кто прекратит эти отношения?

Без одной минуты одиннадцать позвонил Коул и сказал, чтобы я спускалась. Я поднялась, взяла свою сумочку и прежде чем выйти, взглянула в зеркало на стене у двери.

Светло-фиолетовый сарафан сделал мою бледную кожу еще светлее. Я всегда была довольно бледной, а на контрасте с темными волосами это особенно бросалось в глаза. Мои попытки получить ровный, золотистый загар обычно заканчивались болезненным покраснением. Волосы – они у меня были густые и блестящие, чему всегда завидовала моя младшая сестра – я слегка подкрутила на концах и оставила распущенными. Их длина доходила мне до середины лопаток.

– Ты красотка! Коул будет сражен. – Рина показала мне два больших пальца, поднятых вверх.

Я улыбнулась ей. Надеюсь, однажды смогу отблагодарить ее за то, что она так добра ко мне.

Выйдя из дома, вместо лимузина я увидела черный глянцевый автомобиль, марка которого была мне неизвестна. Коул ожидал меня у лестницы. Мое дыхание сбилось, стоило мне его увидеть. Сегодня он был одет в светло-серые слаксы и белую футболку-поло. Его глаза скрывали солнцезащитные очки, но я знала, что он наблюдал за мной, пока я спускалась по лестнице.

– Здравствуй, детка, – широко улыбнулся мужчина, протянув мне руку.

Пробормотав что-то в ответ, я вложила пальцы в его ладонь. Мое сердце принялось учащенно биться. Что, теперь так каждый раз будет?

Коул открыл передо мной дверцу, и я забралась в салон, придерживая подол своего сарафана. Теперь я уже засомневалась, стоило ли его надевать и не слишком ли он короткий.

Сантос приветствовал меня, и я поздоровалась с ним в ответ, улыбнувшись.

– Мне нравится твое платье, – склонившись к моему уху, прошептал Коул. Его теплое дыхание коснулось моей кожи. Он снял очки и его темный, глубокий взгляд скользил по моему лицу, беззастенчиво давая понять ход его мыслей.

Я волновалась из-за того, что Сантос был совсем рядом и мог уловить, как я возбуждаюсь по вине его хозяина. Поэтому я отвернулась к окну, мысленно велев себе успокоиться.

Коул нашел мою руку на сиденье и сплел наши пальцы вместе, большим пальцем вырисовывая невидимые узоры на моей ладони. Это совсем не способствовало тому, чтобы снять напряжение и понизить градус накала. Но мне нравилось то, что он делал, и наши руки были соединены до тех пор, пока мы не приехали в клинику.

Это оказалось небольшое, частное здание, вид которого и внутри и снаружи говорил о больших финансовых вложениях. Внутри мы с Коулом разделились: молодая, приветливая медсестра увела меня за собой и взяла у меня кровь, после чего в кабинет вошла женщина средних лет, представившись как доктор Леони. Она оказалась гинекологом и провела осмотр, напоследок сообщив, что результаты анализов будут готовы завтра.

Освободившись, я вернулась в небольшую приемную. Коул уже ожидал меня. Он сидел в кресле из светлой кожи, просматривая что-то в своем телефоне. Увидев меня, мужчина поднялся.

– Все хорошо?

Я кивнула, игнорируя легкую тревогу в желудке. Все происходило так быстро. Я увлекалась им слишком быстро. Мгновения между тем, как я увидела Коула и тем, как он поднял голову и заметил меня, было достаточно, чтобы меня прошибло предчувствие неминуемой катастрофы.

Визит в клинику занял всего час, и теперь мне было интересно: он сразу отвезет меня домой или у него еще есть общие планы?

– Что дальше? – спросила я, когда мы вышли из клиники.

Мне не хотелось слишком явно демонстрировать, что я не хочу расставаться с ним так быстро.

Не думаю, что у меня получилось.

– Дальше я хочу пригласить тебя на ланч. Что скажешь? – Он изогнул темную бровь, глядя на меня.

Будто я могла отказать ему. Я ответила, что не против.

– Нам надо обсудить кое-что, – сказал Коул, когда мы вернулись в машину, и он велел Сантосу направляться в ресторан «Lakeside».

– Что именно? – насторожилась я.

Что он еще припас для меня?

– Нет повода волноваться, Харли. – Коул послал мне успокаивающую улыбку, от которой я только больше стала нервничать. – Но в самое ближайшее время я хочу решить вопрос с твоим жильем.

– Что не так с моим жильем? Я неделю назад переехала и меня устраивает моя комната, – обороняясь, произнесла я.

– Я хочу снять тебе квартиру. Она будет в хорошем районе, новой и комфортабельной. Так будет удобно для всех.

Мне послышались покровительственные нотки в его голосе и мне это не понравилось. Он будто уговаривал несмышленого ребенка. К тому же, я вовсе не хотела сидеть в своей новой и модной квартире, дожидаясь, когда он соизволит меня навестить.

– Удобно для кого? Мне и у Рины хорошо, – упрямо отозвалась я.

Коул глубоко вздохнул, запрокинув голову. Он явно начинал терять терпение.

– Ты каждый раз будешь спорить со мной? Неужели так сложно сказать «да»?

– Я понимаю, что ты привык к тому, что тебе все беспрекословно подчиняются, но я не твой сотрудник – больше нет, – едко напомнила я. – И если мне что-то не нравится, я говорю об этом. Я не согласна с тобой по поводу квартиры.

Я замолчала, сурово поджав губы. Мы с Коулом уставились друг на друга в молчаливом соперничестве. Никто из нас не желал сдаваться.

Звонок его мобильного прервал наши гляделки. Мужчина вынул телефон из кармана брюк и взглянул на экран. А я почувствовала, будто меня сняли с крючка. Сомневаюсь, что у меня надолго хватит выдержки сопротивляться ему.

Я заметила, как между его бровей пролегла вертикальная линия, и сейчас он хмурился не из-за меня. Коул провел пальцем по дисплею и поднес телефон к уху.

– В чем дело? – без предисловий обратился он к звонившему.

Я притихла на сиденье рядом, пока Коул слушал своего собеседника. Он молчал довольно долго, а затем выругался сквозь зубы:

– Блядь! Хорошо, скоро буду, – обронил он и завершил звонок.

Я посмотрела на него, зная, что он сейчас скажет.

– Извини, но нам придется перенести наш ланч. – Он на самом деле выглядел расстроенным.

– Что-то случилось? – осторожно поинтересовалась я.

Коул покачал головой, но я и не ждала, что он расскажет мне, в чем дело.

– Ничего серьезного, но без меня не обойдутся. Сантос, поезжай к дому мисс Бенсон, – распорядился мужчина.

– Вообще-то, я бы прогулялась, – поспешно откликнулась я. – Сантос, высадите меня по пути, где вам будет удобно. Хочу купить кое-что для своей комнаты, – посмотрев на Коула, пояснила я.

Он слегка нахмурился – полагаю, это было связано с моим отказом от новой квартиры – но комментировать это не стал.

– Держи. – Коул вынул несколько купюр из бумажника и протянул мне.

Я уставилась на деньги.

– Не надо, у меня есть, – отказалась я.

– Господи, Харли! – простонал он, закатив глаза. – У меня нет на это времени.

Он решительно взял мою сумочку и положил в нее деньги. Я окинула его недовольным взглядом, но препираться не стала.

– Я тебе позвоню, – пообещал Коул, когда Сантос остановил авто у тротуара и я собралась выйти.

Взглянув на него, я кивнула, заставив себя улыбнуться. Затем я вышла, а Коул и Сантос уехали.

– Здравствуй, детка.

Даже не видя его, я знала, что он улыбался, когда произносил эти слова. Мне нравилось, как Коул называл меня деткой, и я начинала привыкать к этому.

Он позвонил поздно вечером. Рина к тому времени была уже в казино, а я проводила вечер у телека, потому что мне нечем было заняться.

– Привет.

Я и сама заулыбалась. Сейчас я была похожа на глупую школьницу, который позвонил самый популярный парень в школе.

– Ты решил свою проблему?

– Не было никакой проблемы, Харли, – мягко усмехнулся Коул. – Но да, решил. Спасибо что спросила.

На линии повисла пауза. Мне хотелось спросить, не хочет ли он приехать ко мне, но побоявшись показаться ему навязчивой, я не стала.

– Что делаешь? – Голос Коула прозвучал тихо и интимно.

Я не знала, где он находится, но, похоже, он был один.

– Да так, смотрю повтор Офиса, – вяло ответила я. Пусть догадается, что мне скучно и приедет, чтобы составить мне компанию.

– Британский или американский? – уточнил Коул.

– Американский. Я не смотрела британский, – призналась я, удивившись, что он знает это шоу. – А ты что делаешь?

– Только что поднялся к себе. Собираюсь еще поработать, но перед тем хотел с тобой поговорить. Мне надо расслабиться.

Я услышала проступившую усталость в его голосе. Я могла только догадываться, сколько ему приходилось работать, чтобы иметь и управлять всем, чего он добился.

– А ты не можешь просто лечь спать? Тебе надо отдохнуть, – негромко сказала я, сменив позу на диване.

Коул издал тихий смешок.

– Это похоже на заботу, детка, – произнес он. До меня донесся какой-то шорох, и я подумала, что он сел.

– А любовнице полагается проявлять заботу? – сухо пошутила я.

– Это не возбраняется, – отозвался Коул. Его голос звучал расслабленно. Мне хотелось оказаться рядом с ним. Я могла бы сделать ему массаж, и мы бы провели ночь вместе. Не обязательно заниматься сексом. – Расскажи мне что-нибудь, – попросил Коул.

– Что именно?

– Не знаю, мне все равно, просто хочу, чтобы ты говорила. Расскажи о себе. Откуда ты?

– Это совсем не интересно, но если хочешь. Я родилась и выросла в Висконсине…

Я бросила взгляд на наручные часы и заторопилась. Если подчиненные Коула такие же пунктуальные, как он, то Маркус будет здесь с минуты на минуту. Мне совсем не хотелось заставлять помощника Коула ждать меня.

Закончив втирать спрей в волосы, я встряхнула темной копной и удовлетворенно взглянула на свое отражение. На улице было жарко, поэтому я надела тонкий топ и шорты. Провела по губам розовым блеском. Теперь я была готова. Хотя меня расстраивало, что Коул не может отправиться со мной на шоппинг из-за своей занятости. Именно поэтому сегодня сопровождать меня будет его помощник.

Выйдя из ванной, я взяла свою сумку и в этот момент услышала шум где-то в глубине номера. Скорее всего, Маркус уже был здесь.

Я направилась в гостиную, но мужчина, который сидел на диване и смотрел какое-то видео в своем телефоне, был не Маркус.

Джейк. Это был Джейк Хейз, который свободно развалился на диване, широко расставив длинные ноги.

Мое сердце отчего-то не по-хорошему заколотилось, когда я поняла, что этот незнакомый мне мужчина и я – одни в номере.

– Привет.

Джейк поднялся и убрал телефон в карман джинсов, разглядывая меня с небрежным интересом в темно-карих глазах. Его взгляд прошелся по моим голым ногам, достиг лица и остановился.

«Не будь дурой, Харли. Его бы здесь не было, если бы этого не хотел Коул».

– Привет.

Я переступила с ноги на ногу, борясь с желанием обхватить себя руками и показать, что мне не по себе в его присутствии.

– Маркус занят, так что я здесь, чтобы быть сегодня твоим водителем, – с усмешкой развел он руками.

– Коул мне ничего не говорил.

– Да, у него много важных дел, поэтому он меня и попросил.

Джейк кивнул, сделав несколько шагов в мою сторону.

Я попыталась оценить ситуацию, в которой оказалась. Стоило ли мне позвонить Коулу и удостовериться, что Джейк говорит правду? Мне не нравился этот парень, но Коул ему, по всей видимости, доверял.

– Это не к спеху. Маркус может свозить меня завтра или в любой другой день. – Я постаралась улыбкой смягчить свое нежелание ехать с ним. – Не хочу тебя отвлекать.

Джейк чуть склонил голову к плечу и несколько секунд о чем-то раздумывая, смотрел на меня. Наконец он усмехнулся, и, достав свой телефон, кому-то позвонил.

– Эй, Коул, здесь твоя подружка немного нервничает, потому что вместо Маркуса появился я, – забавляясь и окидывая меня насмешливым взглядом, произнес Джейк. – Будь добр, успокой ее.

После этого он стал нравиться мне еще меньше. Джейк протянул мне телефон, и я взяла его, не скрывая раздражения.

– Это я, – отвернувшись от Джейка, сказала я в трубку.

– Харли, я замотался и не предупредил тебя, что с тобой поедет Джейк. Я знаю, он может раздражать, – на этом моменте Коул усмехнулся, – но тебе не надо бояться его.

Голос Коула был спокойным и уверенным, а значит, он не сомневался в Джейке. Наверное, и я не должна. Хотя он мне и не нравился.

– Можешь доверять ему, детка, – заверил меня Коул.

Я вздохнула:

– Хорошо.

– Позвони мне, когда вернешься, – попросил он.

Я ответила, что позвоню и мы попрощались. Повернувшись к Джейку, протянула ему телефон. Я была смущена и беспокоилась, что мои бледные щеки стали предательски розовыми.

– Так что, теперь мы можем ехать?

Мужчина вздернул темно-русую бровь. Его губы были изогнуты в усмешке. Кажется, ему доставила удовольствие эта сцена.

Я расправила плечи:

– Да, можем.

Джейк водил темно-синий GMC Acadia. Мы спустились на парковку и мужчина открыл передо мной дверцу, предлагая сесть на переднее сиденье.

– Наверное, мне следует извиниться за то, как я повел себя при нашем знакомстве, – к моей неожиданности сказал Джейк, выехав из паркинга. – Что скажешь, если мы начнем сначала?

Он бросил на меня примирительный взгляд, выглядя вполне искренним. Возможно, я поторопилась с выводами на его счет, и мое враждебное отношение было необоснованным. Если Коул в нем не сомневался, я должна дать ему второй шанс.

– Хорошо, – согласилась я, и даже слегка улыбнулась. – Давай попробуем.

Джейк привез меня в один из магазинов одежды, куда бы я никогда не решилась войти сама. Две молодые женщины-консультанта, представившиеся как Адель и Лидия, уже ожидали нас. Они предложили нам напитки, а затем провели в примерочные и один за другим стали приносить мне наряды, которые я должна была примерить и решить, нравится мне или нет.

Я ощущала себя манекеном. Конечно, как и большинство девушек, я любила красивую одежду, но ценники на бирках меня вгоняли в полную растерянность. Коул сказал, чтобы я не думала о цене, но тяжело было переломить старую привычку. Обычно цена моих джинсов или юбки не превышала сорока долларов, и это был потолок, а сейчас мне приносили платья, стоимость которых исчислялась тысячами.

Как я поняла, Джейк был здесь не только в качестве моего проводника. Он вполне комфортно устроился в кресле с чашкой кофе и оценивал каждый наряд. Сначала меня это немного возмущало и смущало, но очень скоро я поняла, что его присутствие может помочь. Он точно знает, как должна выглядеть спутница Коула Кроуфорда.

Через полчаса я почти полностью расслабилась и даже получала некое удовольствие от того, что вокруг меня вились сотрудницы магазина, желая угодить.

«– Слишком просто. Слишком бледно. Нет, ни за что. А вот это неплохо. В этом ты похожа на монашку. А в этом на школьную учительницу. Очень горячо! Сексуально, но не распущенно. Черт, нет!»

Джейк не скупился на комментарии. Иногда мне хотелось снять сандалию и запустить ему в голову. Иногда я не могла сдержать смех. Были вещи, которые он забраковывал, но я с ним не соглашалась.

– Ты кто, модный критик? – не выдержала я, когда он обозвал понравившуюся мне блузку и юбку унылым прикидом для знакомства с предками.

– Я здесь, чтобы тебе помочь! – вскинув руки, в свою защиту заявил он.

Я улыбнулась и покачала головой: похоже, мое первое впечатление о нем оказалось ошибочным. Во всяком случае, сегодня он реабилитировался.

Основной задачей этого шоппинга было найти подходящее вечернее платье на субботний прием у какого-то серьезного мужика, на который Коул хотел взять меня с собой.

И когда я вышла к Джейку в длинном, по фигуре платье из черного кружева, и увидела его взгляд, поняла, что это оно.

– Ну, как? – недожавшись его комментария, немного нервно спросила я.

Мужчина медленно кивнул.

– То, что надо. Превосходно.

Я видела, что ему нравится, но его голос звучал суховато, не как прежде. Теряясь в догадках, в чем дело, я вернулась в примерочную.

– Харли, у тебя все в порядке? – Голос Коула раздался из-за двери. Похоже, он начинал беспокоиться, потому что я уже очень долго торчала в ванной.

Оставалось совсем немного времени до того, когда нам пора было выходит. А я дико психовала из-за предстоящего приема. Коул впервые брал меня на подобное мероприятие в качестве своей официальной спутницы. Или кем там я считаюсь. У меня совсем нет опыта в таких вещах, и я ужасно боялась облажаться.

– Да-а, – поспешно отозвалась я. – Все хорошо! Дай мне минутку!

Я отступила на шаг от зеркала, и, приложив ладони к животу, сделала несколько успокаивающих вдохов и выдохов. Выглядела я потрясающе – без ложной скромности. При отеле был СПА-салон, и весь сегодняшний день я провела в нем. Мне сделали массаж всего тела, педикюр и маникюр, а затем откуда-то появился стилист Рико и собрал мои волосы в великолепную прическу. Он же после сделал мне вечерний макияж, и когда я посмотрелась в зеркало, то не узнала себя. То есть – это была я, но еще никогда я не выглядела такой шикарной.

Реакция Коула, когда он меня увидел, была бесценной. Его глаза вспыхнули восхищенным блеском, и он несколько секунд ничего сказать не мог. А когда я надела платье, кажется, окончательно перестала быть собой. Но тем ни менее, это была все та же я. Прежняя Харли, только в дорогой, красивой обертке.

– Тебе не следует брать меня с собой! – выпалила я, открыв дверь ванной.

Коул в этот момент застегивал запонки. Он поднял голову и нахмурился.

– Что?

– Я тебя опозорю! Тебе надо было другой девушке предложить быть твоей любовницей. Какой-нибудь выпускнице Лиги плюща, которая играет в теннис, состоит в благотворительной организации, а летние каникулы проводит на юге Франции. Или где там богачи отдыхают! – Я так разволновалась, что чуть не плакала. Только этого не хватало – испортить макияж!

Это с самого начала была неудачная идея. Мне следовало догадаться, что я не справлюсь.

Коул внимательно выслушал меня, а когда я замолчала, подошел и, улыбнувшись, сказал, глядя в глаза:

– Я видел много выпускников Лиги плюща – в них нет ничего особенного. Меня не интересует теннис, и я предпочитаю Италию. И ты меня не опозоришь. – Он поднял руку и коснулся моей щеки. – Все мужики сегодня вечером будут мне завидовать, потому что я буду с самой красивой и сексуальной девушкой в городе.

Его негромкий голос, наверное, был волшебным, потому что он меня завораживал и успокаивал. Коул не спеша наклонил голову и коснулся моих губ своими.

– Ты мне помаду размажешь, – пробормотала я, пытаясь справиться с туманом в голове.

Коул тихо усмехнулся и отступил.

– Все нормально?

Я заметила заботу в его глазах, и это было трогательно. Никто никогда обо мне не заботился, кроме крестной, но это было давно.

Я кивнула:

– Кажется, да.

Я чуть было не присвистнула, но смогла удержаться в последний момент. Мой трепет и волнение, когда лимузин въехал в высокие автоматические ворота, и покатил по огромной прилегающей территории, сделали тройной скачок.

Автомобиль мягко остановился. Сквозь окно моему взору предстал невероятных размеров трехэтажный особняк, залитый светом ярких огней.

Казалось, мы прибыли в резиденцию некой монаршей особы.

– Чей это… дом? – Я взглянула на Коула, не скрывая своей растерянности и смущения.

– Сенатора Канингема, – последовал невозмутимый ответ.

Я поспешно вздохнула. Мне это не послышалось? Он сказал, что мы приехали к сенатору? Мне ни о чем не говорило это имя – от политики я была совершенно далека – но статуса хозяина вечера было достаточно, чтобы меня напугать.

– Сенатору? А ты не мог сказать мне об этом чуть раньше? – упрекнула я Коула, но он ничуть не смутился.

– Не думал, что это имеет значение.

Я фыркнула, но никак не прокомментировала его реплику. Тем временем Сантос открыл дверь, и мы с Коулом вышли из лимузина. Мои ноги, обутые в туфли на шпильке, нетвердо ступили на каменную плитку. Я засомневалась, что смогу удержаться в этой обуви и не свалиться, опозорив и себя и Коула.

Огляделась. Гости прибывали. Мужчины в дорогих смокингах и холеные женщины в вечерних нарядах, сопровождающие их. Моргнула, но ни особняк, ни эти люди никуда не исчезли. Мне это не снилось. Я правда была здесь, во владении сенатора Канингема, а рядом со мной находился Коул Кроуфорд. Мужчина, пожелавший взять меня в свои любовницы.

«Неплохо для девочки из Висконсина», – с иронией подумала я.

Коул предложил мне свою согнутую в локте руку, и я вцепилась в нее, чем вызвала его приглушенный смех.

– Не обязательно отрывать мне руку.

– Прости! – Я ослабила хватку. – Просто нервничаю.

– Все хорошо, Харли. – Он послал мне успокаивающий взгляд и это немного помогло.

«Сосредоточься на Коуле. Думай о нем, а не о том, в чьем доме и окружении ты находишься».

В отличие от меня, Коул вел себя и выглядел очень уверенно. Он полностью обладал собой, естественно отвечал на приветствия многочисленных знакомых. Я следовала за ним, замечая заинтересованные взгляды на себе, когда он останавливался, чтобы перекинуться парой слов с одним из приглашенных.

Я не могла его подвести. В конце концов, я дала на это согласие. Не только делить с ним постель, но и сопровождать его на выходах в свет.

Расправив плечи, я выпрямила спину. Пусть внутри я и дрожала, но об этом никто не должен был догадаться.

– Надо найти сенатора и поздороваться с ним, – чуть склонившись к моей голове, негромко сказал Коул. – Мне надо будет кое-что с ним обговорить, поэтому я тебя ненадолго оставлю.

От этих его слов мое сердце забилось чаще. Но что я, в самом деле, не продержусь без него какое-то время?

От окружающей меня роскоши было непросто сохранять невозмутимый вид.

Сенатор Канингем отыскался в саду, где был накрыт фуршетный стол, а оркестр развлекал гостей музыкой. Целый штат официантов в униформе лавировал среди приглашенных с подносами, уставленными закусками и напитками.

Коул представил меня сенатору и Маргарет – его жене. Сам он обращался к хозяину вечера по имени, и я догадалась, что они были неплохо знакомы.

– У вас очень красивый дом, сенатор Канингем, – похвалила я, переборов робость.

– Ну что вы, Харли, просто Грегори, – добродушно усмехнулся сенатор – мужчина лет пятидесяти, который держал себя в отличной форме. – А сейчас, дамы, мы с Коулом ненадолго вас оставим, чтобы не заставлять слушать наши скучные разговоры.

Прежде чем уйти вслед за Канингемом, Коул провел ладонью у меня по пояснице, словно желая передать мне чуточку своей уверенности. Это слабо подействовало, потому что я совершенно не знала, как держаться с миссис Канингем.

На вид ей было тридцать или чуть больше. Красивая и надменная, от нее так и веяло холодом.

– Восхитительные цветы, миссис Канингем, – сделала попытку растопить лед я, указав на многочисленные пышные букеты, служившие украшением.

– Спасибо. – Маргарет Канингем, в своей надменной манере приподняла темную бровь. – Увлекаетесь цветами?

«Чееерт!»

– На самом деле…

– Маргарет!

– Лиз, дорогая!

Кем бы ни была эта Лиз, привлекшая внимание хозяйки, я была ей благодарна. Женщины, о чем-то оживленно переговариваясь, отошли, будто меня и не было рядом.

Ну, ладно. Лучше бродить здесь в одиночестве, чем трепаться о цветах, в которых я совсем не разбираюсь.

Я взяла себе бокал шампанского с подноса проходящего официанта, гадая, что Коулу понадобилось от сенатора. Очевидно, наш приход сюда был исключительно для того, чтобы он мог обсудить с Канингемом какие-то дела.

Надеюсь, когда он освободится, мы сразу же свалим.

Потягивая шампанское, я сделала вид, что увлечена игрой оркестра, хотя исполняемый ими репертуар был далек от того, что я обычно слушала. Но пусть так, чем бродить по саду с потерянным видом.

– Тоже пытаешься не зевать от скуки?

Я повернулась, с удивлением обнаружив, что ко мне обращается девушка примерно моего возраста. Она была красивой блондинкой с голубыми глазами, в которых светилось веселье.

Я кивнула с виноватой улыбкой.

– Ты меня поймала.

– Линсей Марин.

Новая знакомая подошла ближе.

– Харли Бенсон, – в свою очередь представилась я.

– Харли? – заулыбалась девушка.

– Не спрашивай. – Я замотала головой.

Эта Линсей мне нравилась. Наверное, она, как и я, тяготилась этим окружением и мечтала сбежать.

– Ненавижу эти сборища, – проворчала девушка, чем подтвердила мою догадку. – Мой муженек не устает таскать меня за собой, хотя знает, как я это терпеть не могу, – откровенно поделилась Линсей.

– Я здесь со своим… парнем, – у меня вышла секундная заминка с определением роли Коула – я до сих пор не была уверена, кто он для меня, – и не думаю, что мне это нравится, – призналась я.

Линсей взглянула на меня и чуть помедлив, кивнула. Кажется, мы с этой девушкой поладим.

– С кем ты разговаривала, пока я был с Канингемом? – спросил Коул, когда мы вернулись в отель.

К моему облегчению, почти сразу после того, как он поговорил с сенатором, мы покинули прием.

– Ее зовут Линсей Марин. Похоже, ей было также не по себе на этом сборище, как и мне, – заметила я.

– Сборище?

Коул не сводил с меня темных глаз, развязывая галстук.

– Извини. – Я поморщилась, только сейчас подумав, что мои слова могли задеть его. В конце концов, это его мир. – Тебя это обидело?

Судя по тому, как он усмехнулся, мое предположение его позабавило.

– Так мило, что ты могла подумать, будто что-то может меня обидеть. – Он стянул с себя пиджак и бросил на подлокотник дивана, прежде чем подойти ко мне. – Запомни, Харли – я не обижаюсь. – Коул обхватил ладонями мое лицо. – Я испытываю досаду.

Его голос звучал негромко и даже мягко, но от него у меня мурашки бежали по коже.

– И что ты… Что ты делаешь в таком случае? – Его близость и сила, исходящая от него, мешала мне связно думать.

Коул провел подушечкой большого пальца по моим приоткрытым губам, скользнув по ним жадным взглядом.

– Избавляюсь от раздражителя, – вновь посмотрев мне в глаза, хрипло произнес он.

Не сомневаюсь, что в первую очередь это касалось людей. Уверена, Коул безжалостно мог вычеркнуть человека из своей жизни, если полагал, что тот этого заслуживал.

Я подалась вперед, ожидая, что далее последует поцелуй, но вместо этого Коул отступил от меня, двинувшись к бару.

– Водка с тоником? – Он указал на графины.

Я кивнула.

– Что тебе нужно от Канингема? – Скинув туфли, со стаканом, что он подал мне, я села на диван. – Это же не был обычный визит вежливости?

Испытывая любопытство, я наблюдала за Коулом. Не уверена, полагалось ли мне интересоваться его делами или нет. Но мне было все равно.

Коул и себе взял выпивку. Пройдясь по комнате, он опустился в кресло напротив меня. С ответом не торопился, но сделав глоток, сказал:

– Я собираюсь строить новый отель. Для этого мне нужна земля, и она есть, но получить ее оказалось непросто. – Откинувшись в кресле, он расположил руки на подлокотниках. Его сумеречные глаза были сосредоточенны на мне. – Чтобы получить участок, который хочу я, мне требуется пособничество сенатора.

– То есть – ты дал ему взятку? – В моих словах не было осуждения. Я допускала, что ведение подобного бизнеса обусловлено не вполне легальными методами. Меня это совершенно не смущало. До тех пор, пока он не насильник-психопат и убийца.

Губы Коула изогнулись в слабом намеке на усмешку.

– Нет, но я бы дал, будь это так просто. От денег Грегори отказался. – Вздохнув, мужчина поднес стакан с выпивкой к губам. Мне показалось, он был раздосадован.

– Так вы не договорились?

Он только покачал головой.

– Мне жаль, что ты зря потратил свое время, – посочувствовала я.

Коул вдруг улыбнулся открытой, широкой улыбкой, чем озадачил меня.

– Что? – насторожилась я.

– Ничего. Просто ты. – Он пожал плечом, не продолжив, и я поняла, что не стоит ждать, что он как-то это объяснит.

– Значит, нет никакого другого способа получить эту землю?

– Есть, но он мне не подходит, – прохладно отозвался Коул, поднявшись.

Он подошел к окну, и я повернулась, разглядывая его спину. Меня разбирало любопытство.

– Почему? В чем дело?

– Ты непременно хочешь знать? – Он обернулся ко мне и, хотя его губы изгибались в ухмылке, в глазах сквозил холод.

Я пожала плечами:

– Похоже, тебя это злит. Но что именно? Мой интерес или то, чего хочет Канингем?

– Наверное, и то, и другое, – помолчав, ответил Коул. – Грегори очень падок на молодых, красивых девушек. Очень падок, – подчеркнуто повторил Коул.

Я ждала, что он продолжит, но Коул только смотрел на меня. И вдруг мне все стало ясно.

Ну, конечно!

Осторожно поставив стакан на столик, я поднялась, уставившись на него.

– Он что, хочет меня за содействие? – Несмотря на то, что это казалось очевидным, в моем голосе дрожало недоверие. И когда Коул отвел взгляд, подтверждая мою догадку, мне стало гадко. – И что ты… Что ты ему ответил?

– А ты как думаешь? Конечно, я ответил, чтобы забыл об этом! – возмутился мужчина, но меня это не успокоило.

– Ты меня с собой поэтому взял? Чтобы предложить ему меня? – уязвленно пробормотала я, обхватив себя руками.

Коул недоверчиво уставился на меня.

– Ты серьезно? Ты слышала, что я отказал ему?! – Он повысил голос. – Послушай, ты спросила, я ответил. Я не собираюсь обсуждать больше это дерьмо! – Вскинув руки, Коул покачал головой и ушел в сторону своего кабинета.

Отчего-то я не была убеждена. Даже несмотря на его реакцию. Я так мало его знала! А если это был его план? План привести меня с собой для оценивания и предложить в качестве награды. А я оказалась достаточно хороша для сенатора Канингема, который согласился помочь Коулу за секс со мной.

Я не знала, что мне предпринять. Поверить ему и просто забыть? Или надавить, пока не скажет правду? Но что, если он ее уже сказал, только я не хочу верить?

Ночью я спала в постели одна, Коул так и не пришел. Наверное, остался у себя в кабинете. Я ждала его едва ли не до самого рассвета, и только когда небо начало светлеть, уснула.

Проснувшись через несколько часов, я лежала еще некоторое время, уткнувшись взглядом в его нетронутую половину кровати.

Мы поссорились? Он наказывал меня, потому что я посмела усомниться в его словах?

Я гадала, что, черт возьми, произошло.

Не слишком ли рано для демонстративного шага «сегодня я посплю на диване»? Мы не долбанная парочка, которая в браке лет двадцать, с багажом нерешенных проблем и накопившейся агрессии.

У моих родителей было так. А разве бывает как-то по-другому?

И кто теперь должен все исправлять? Кому следует сделать первый шаг?

Блин!

В скверном настроении, я отправилась на кухню, чтобы сделать себе кофе и подумать о сложившейся ситуации. У меня была слабая надежда на то, что Коул еще не ушел, и мы сможем все обсудить, но в кухне увидела Джейка, занятого поеданием бейгла со сливочным сыром.

Коула не было.

– Разве у тебя нет другого места, где можно поесть? Например, твоя квартира? – спросила я вместо приветствия. Бессонная ночь и плохое настроение сделали меня язвительной.

Джейк иногда заходил к Коулу. Теперь я уже знала, что он один из приближенных Коула и между ними есть доверие. Я почти перестала напрягаться в обществе этого мужчины. Похоже, мы поладили.

– Мне не приносят свежую выпечку по утрам. – Мои слова его совсем не тронули. – Ты сегодня не в духе?

Я чувствовала его взгляд, следящий за мной, но намеренно его игнорировала, повернувшись к кофе-машине.

– Все нормально.

– Значит, это не потому, что некий похотливый сенатор захотел тебе вставить?

Таков был Джейк Хейз – в выражениях он не церемонился.

Помедлив, я обернулась и посмотрела на него. Ни к чему было делать вид, что выбранная форма его вопроса меня оскорбила.

– Он сказал тебе? – В моем голосе не было удивления, разве только малая доля осуждения.

Джейк ничего не ответил, лишь слегка вздернув бровь.

– Он взял меня на прием из-за Канингема? – Я была сдержанна, стараясь не выдать, что задета этими мыслями. Не знаю, откуда, но у меня была уверенность, что Джейк не станет лгать мне или юлить.

Я так и не поняла до конца этого мужчину. Сомневалась, как к нему относиться, но он точно был не из тех, кто станет подслащать горькую пилюлю.

Джейк не торопился с ответом. О чем-то раздумывая, неторопливо разглядывал мое лицо, отчего мне стало немного не по себе.

Поднявшись, он обошел стойку, не сводя с меня глаз.

– Его много в чем можно обвинить, но не в том, что он подкладывает своих подружек под разных уродов ради собственной выгоды. – Его голос звучал с прохладой. Я промолчала, а Джейк направился к выходу, но остановился на пороге и, повернув голову в мою сторону, произнес уже мягче: – Но ты бы это сделала. Ради него, правда?

Не дожидаясь моего ответа, мужчина вышел, и его слова повисли в тишине.

Его отношение ко мне было загадкой. Я не могла понять, нравлюсь я Джейку или вызываю неприязнь. Но теперь, кажется, я догадывалась, почему порой мне было так неуютно рядом с ним.

Он видел что-то во мне. Что-то нехорошее, испорченное. То, чего не мог разглядеть Коул.

Я могла бы солгать. Убедить себя, что Джейк ошибается. Только зачем?

Какой в этом смысл?

Чуть позже у меня была встреча с Риной. Мы не часто виделись в последнее время. Почти каждую ночь я проводила в отеле у Коула.

Сегодня мы договорились пройтись по магазинам, а после пообедать вместе.

Разговор с Джейком все не шел у меня из головы, и подруга заметила, что я какая-то отвлеченная. Тогда я решилась и рассказала ей о вчерашнем приеме и том, что последовало дальше.

Не было похоже, что мой рассказ как-то шокировал Рину. Она сохраняла невозмутимый вид, когда я закончила говорить.

– Что думаешь?

Мне очень хотелось узнать ее мысли по этому поводу.

– Думаю, что этот сенатор – еще один избалованный мужик, считающий, что своим стручком осчастливит любую, которой вставит, – сухо отозвалась подруга, помешивая свой холодный кофе. – Послушай, – она коротко вздохнула, – здесь у мужиков есть деньги – очень много денег – а они развращают людей, как и власть. Просто забей на это. Коул ведь не просит тебя спать с Канингемом ради сделки?

Я заколебалась на долю секунды, но покачала головой.

– Нет, не просит. Но…

– Что?

– Он сказал об этом Джейку. – Я подалась вперед и понизила голос, будто нас могли подслушать, хотя все посетители ресторанчика были заняты своими делами, и никто не обращал на нас внимания. – Похоже, Коул доверяет этому парню и они многим делятся, но… не думаю, что мне это нравится.

«Потому что Джейк видит то, то ты предпочитаешь скрывать».

– Джейку Хейзу? – уточнила Рина.

Я быстро кивнула.

– Наверное, это потому что он его брат, – пожав плечом, предположила подруга.

– Джейк брат Коула?

Я моргнула: как так получилось, что я до сих пор этого не знала?

– Не то, чтобы это особо афишировалось, но я слышала об этом. Ты не знала? – удивилась Рина.

Я покачала головой, чувствуя себя обманутой. Все это время. Коул убеждал меня, что доверяет Джейку; говорил, что мне не стоит его опасаться. Мог и упомянуть, что он его брат.

– Скажи ему.

Я в замешательстве уставилась на Рину. Задумавшись, не сразу поняла, о чем она.

– Скажи Коулу, что тебе не нравится, что он обсуждает ваши отношения с Джейком.

Слова Рины запали мне в голову, и я думала об этом до самого вечера. Подруга права: мне надо сказать Коулу, что я не в восторге от того, что он делится с Джейком тем, что я предпочла бы оставить только между нами.

Лифт доставил меня в пентхаус. Я вышла в небольшой холл, прислушавшись. Со стороны кабинеты доносился приглушенный мужской голос. Мой взгляд уткнулся в дверь, за которой находился этот сложный, неразгаданный мужчина. Мужчина, который сделал меня своей содержанкой.

Имела ли я право голоса в наших отношениях?

Боже, на что я подписалась?

Расправив плечи и глубоко вздохнув, я двинулась прямо по коридору, готовясь к разговору, который может оказаться не слишком приятным. У меня не было ни малейшего понятия, в каком настроении находится Коул и что он вообще думает о нашей ситуации, потому что за целый день он ни разу не попытался связаться со мной.

«Возможно, он просто был занят», – раздалось слабое успокоение у меня в голове.

У порога я заколебалась. Коул еще не окончил разговор и теперь, находясь ближе, я слышала, что голос мужчины едва сдерживался от раздражения. Мне не хотелось подслушивать, но я отчетливо услышала, что если некий Тэд не исправит «свой сраный косяк» в ближайшее время, то окажется в пустыне.

Наверное, это было не лучшее время заводить разговор о нас. И вообще – не стоило мне сегодня приходить. Что, если уйти по-тихому и сделать вид, что меня здесь не было?

Я развернулась и, стараясь не создавать шума, почти вернулась к лифту, когда дверь кабинета позади меня с резким скрипом распахнулась.

– Харли! – позвал меня Коул.

Прежде чем обернуться к нему, я поморщилась от досады. Фигово, что он меня застал. Надо хотя бы не подавать вида, что я подслушивала под его кабинетом.

Меня смущал разговор про пустыню. Что все это значит? И не стоит ли начать беспокоиться?

– Ты уходишь? – Брови Коула сошлись на переносице. Он казался немного на взводе, и полагаю, это было вызвано его недавним разговором.

– Похоже, ты занят. – Я попыталась улыбнуться. – Не хочу тебя отвлекать.

Коул молчал несколько мгновений, буравя меня тяжелым взглядом из-под насупленных бровей, чем заставлял меня нервничать.

«Черт, он знает, что я его подслушивала? Мне пора испугаться?»

– Ты не отвлекаешь, – категорично заявил он, мотнув головой. Черты его лица немного разгладились и я начала расслабляться.

Может и пронесло.

– Где ты была?

Он подошел ближе, сунув руки в карманы темных брюк. В голосе я уловила требовательные нотки, и это вызвало во мне чувство протеста: я должна отчитываться перед ним?

– Встречалась с Риной, – не желая ругаться с ним, честно ответила я.

Коул кивнул, остановившись в шаге от меня. Он был значительно выше, и ему приходилось наклонять голову, чтобы смотреть мне в глаза. О чем-то раздумывая, мужчина разглядывал мое лицо.

Что было у него на уме? Мне ужасно хотелось знать его мысли, и в то же время, меня пугало то, какими они могли быть. Коул Кроуфорд определенно производил впечатление делового и успешного мужчины, но стоило присмотреться, подольше вглядеться в его глаза, как становилось очевидным – весь лоск и холеность – красивая картинка, которая скрывает хищника, обладающего достаточной жестокостью, чтобы уничтожить своего противника.

Я не хотела, чтобы во мне он видел противника. Или угрозу.

Господи, нет.

– Извини, что не поверила тебе вчера. – Я первая нарушила молчание, желая согнать давящее напряжение. – Я о Канингеме.

– Не хочу говорить о нем, – отрезал Коул. – Пойдем. – Он протянул ко мне руку. – Мне надо расслабиться.

Помедлив, я вложила пальцы в его ладонь. Следуя за Коулом в его спальню, я боролась с мыслью, что все это неправильно. Мое безропотное подчинение – неправильно.

Я должна все ему высказать, потому что мне это не дает покоя.

В спальне мужчина без промедления стал раздеваться. На меня он не смотрел, был отстраненным, окутанный холодом. Не лучший момент для того, чего я хотела от него.

– Давай поговорим. – Я попыталась поймать его взгляд, но Коул отвернулся к комоду, снимая запонки.

– Ты здесь не для разговоров, – пренебрежительно бросил он. – У меня не так много времени. – Отступив от комода, окинул меня быстрым, нетерпеливым взглядом. – Почему ты еще одета?

У меня в носу защипало от непролитых слез. Стало до тошноты обидно и гадко. Я перевела взгляд в сторону окна, стиснув зубы.

Ну, вот мне и указали на мое место. Место содержанки. Личной шлюшки. Не раскрывать рта. Быть покладистой. Удобной. Выполнять все его прихоти. Это не большая цена за собственное благополучие.

Разве нет?

Мотнув головой и прогоняя неуместную слабость, я поднесла руки к горлу и принялась расстегивать пуговицы на блузке.

Он даже не пытался сделать это приятным для меня. Я должна была быть наказана. Должна была понять и прочувствовать, что это моя расплата за то, что позволила себе лишнее. Коул велел мне встать коленями на покрывало, а потом взял сзади, быстро и со злостью. Когда все закончилось, он поднялся и ушел в ванную, хлопнув дверью.

Унижение душило горло. Сев на постели, я подтянула колени к груди и запрокинула голову, всячески пытаясь не заплакать. Если у меня и были иллюзии насчет него до этого момента, сейчас их больше не осталось.

Неужели я была так глупа, если думала, что я какая-то особенная и Коул меня обязательно полюбит? Он влюбится в меня так сильно, что захочет провести со мной остаток жизни. Он не захочет, чтобы я уходила. Не захочет расставаться со мной, и я стану для него чем-то большим, чем просто предметом, который он купил.

«Несмотря ни на что, ты все еще так наивна, Харли».

Поднявшись, я подобрала свою одежду.

«Я буду такой, как ты того хочешь, мистер Кроуфорд».

– Надень красивое платье. Поужинаем сегодня в ресторане.

Коул мне улыбнулся. Казалось, от его прежнего настроения не осталось и следа. Полчаса назад он был нетерпеливым тираном и хладнокровным ублюдком, а теперь я вновь видела обаятельного мужчину с пленительными синими глазами.

Но больше ему меня не обмануть. Он будет играть свою роль, пока я буду делать то же самое.

– Сколько у меня времени?

Мой голос был негромким. Кротким именно столько, сколько нужно. Мне необходимо научиться подавлять свои истинные чувства и порывы.

«Речь здесь вообще не про чувства. Это всего лишь сделка, Харли. Выгодная сделка».

– Тебе хватит полчаса?

Я кивнула.

– Мне надо сделать несколько звонков, пока ты будешь собираться.

Прежде чем оставить меня одну, Коул подошел ко мне и поцеловал в лоб. Несколько секунд я бездумно пялилась на закрывшуюся за ним дверь. Наивная Харли решила бы, что он сожалеет о своем поведении. Может даже хочет загладить свою вину. Но моей наивности больше недостаточно, чтобы обманываться по поводу этого мужчины.

Я вошла в ванную и встала перед зеркалом, посмотрев на свое отражение.

Все нормально. Ничего страшного не случилось. Это небольшая цена за комфорт и спокойствие. Мне некуда идти. А даже если и уйду, кто сказал, что там будет лучше, чем здесь?

Если я буду вести себя правильно, все будет в порядке. Мне просто не надо ожидать от Коула больше, чем он может дать.

– У меня для тебя небольшой подарок.

Коул вынул из внутреннего кармана пиджака плоский футляр из черного бархата и положил на стол передо мной.

Мы ужинали в ресторане на одном из верхних этажей Империи. Отсюда открывался чудесный вид на город. Я не так часто покидала пентхаус. Коул не заявлял этого прямо, но я догадывалась, что он не в восторге, когда я спускалась вниз, где каждую ночь проходило веселье.

Я должна была сидеть в своей башне и с трепетом ждать его появления. Должна была с готовностью раздвигать ноги и быть отзывчивой любовницей. До сегодняшнего дня он и сам был внимательным любовником. На секс я не жаловалась. Нет, с ним все было в порядке.

До этого клятого дня.

– Что там? – Я с предвкушением улыбнулась, взяв футляр.

– Открой, – поощрил меня Коул.

Подняв крышку, я увидела золотой браслет с гравировкой моего имени. Украшение было лаконичным, но таким красивым. Я засмотрелась, вдруг обнаружив в себе эмоции, которых хотела бы избежать.

Не много же надо, чтобы пошатнуть мою стойкость.

– Красивый. Спасибо. – Я подняла взгляд на Коула, сдержанно улыбнувшись.

Он наблюдал за мной, и мне показалось на мгновение, в его глазах что-то промелькнуло. Что-то, что могло быть сомнением. Но оно исчезло так быстро, что я не могла ручаться, не привиделось ли мне.

– Давай помогу.

Я послушно протянула руку, и Коул застегнул застежку браслета на моем запястье.

– Нравится?

Он будто сомневался. Словно ему требовалось мое словесное подтверждение.

Я кивнула.

– Очень.

Тень улыбки тронула его губы – так он принимал мой ответ. Мужчина откинулся на спинку стула и поднес бокал с вином к губам, глядя на меня.

Я же сделала вид, что увлечена моим подарком. Смотреть на него было тяжело.

– Ты ничего не съела. Не нравится?

Моя тарелка в самом деле стояла почти нетронутой.

– Просто не голодна.

– Хочешь, тебе принесут что-нибудь другое?

– Не надо. – Я покачала головой, заставив себя посмотреть на него. – Спасибо.

Он слегка нахмурился, но настаивать не стал. Я разглядывала посетителей, официантов, вид за окном. Все, что угодно, чтобы не встречаться с ним взглядом. Хотелось скорее вернуться в номер и остаться одной. Он наверняка еще спустится в казино.

– Хочешь сыграть в рулетку или блэкджек после ужина? – к моей неожиданности предложил Коул.

Удивление отразилось на моем лице: прежде он мне этого не предлагал.

– Да. – Я быстро кивнула. – Хочу.

Не знаю, что на него нашло, и с чего он вдруг стал такой услужливый.

А может, ему правда жаль за то, как повел себя в спальне?

После ужина мы спустились в казино, и Коул купил мне несколько фишек, предложив попытать удачу. Мы подошли к столу с блэкджеком и после трех проигрышей я даже один раз выиграла. Мои ставки были небольшими – играла я не ради денег, а для забавы. Игра неплохо отвлекала и я не заметила, как мое паршивое настроение улетучилось.

– Хочу попробовать в рулетку, – улыбаясь, сказала я Коулу. Он сделал приглашающий жест в сторону стола и отодвинул для меня стул, ненадолго задержав свою ладонь на моей спине.

Кажется, это был первый вечер, который он проводил со мной, а не отсутствовал по своим важным делам. Мы даже были похожи на настоящую пару. В какой-то момент я поймала наше отражение в одной из зеркальных колон: Коул стоял рядом со мной, великолепный в своей грации и красоте, и я – беззаботно смеющаяся, поддавшаяся царившей атмосфере азарта и звона монет. Хотелось, чтобы этот вечер продлился как можно дольше. Но затем появился Маркус.

– Мистер Кроуфорд?

Маркус отвел Коула в сторону, о чем-то сообщив, что я никак не могла услышать. Наблюдая за мужчинами, я видела, как Коул кивнул, что-то ответив своему помощнику, после чего тот ушел, а Коул вернулся к столу.

– Мне надо отойти. Не будешь здесь скучать? – с теплотой посмотрев на меня, спросил он.

Я покачала головой, подавляя разочарование.

– Все нормально, я не пропаду.

– Я постараюсь не задерживаться. Если захочешь, поднимайся в номер.

– Нет, еще немного хочу побыть здесь.

Я видела, что он колеблется. Наверное, решал, как лучше поступить: позволить мне остаться в казино или велеть отправляться в номер.

Наконец он просто кивнул и ушел в том же направлении, что и Маркус. Я не стала спрашивать, куда он уходит. Мое положение этого не предусматривало.

– Ставки больше не принимаются. Деньги ушли. – Дилер, похожий на настоящего фокусника, ловко отправил купюры в слот в столе. Шарик продолжал свое вращение, и я, в числе прочих игроков и просто зевак, как зачарованная следила за его стремительным полетом. Наконец он попал в ячейку и колесо остановилось. Дилер огласил результат. – Тридцать шесть красное!

Продув еще раз в рулетку и пару раз на автоматах, я стала переходить от стола к столу, наблюдая, как играют другие.

Мне нравилась атмосфера казино. Энергия здесь просто била фонтаном. Праздник, который никогда не заканчивается. Тысячи людей со всего мира стекались в этот город в надежде поймать свою удачу за хвост.

Правда такова, что у казино невозможно выиграть. На одного счастливчика приходятся сотни тех, кого удача обошла стороной. В лучшем случае – они лишаются денег. В худшем – всего.

Я не азартна. Дух авантюры мне не чужд, но в слепую удачу и выигрыш я не верю. За время, что я жила в Лас-Вегасе, играла-то всего пару-тройку раз, да и то по мелочи.

Но посмотреть – дело другое. Почему бы и нет, когда твоим карманам при этом ничего не угрожает.

У Рины сегодня был выходной, поэтому искать ее я не стала. У одного из покерных столов развернулась напряженная игра с высокими ставками. Я взяла себе шампанского, присоединившись к многочисленным зрителям.

Внезапно среди любопытной публики заметила знакомое лицо. Девушка была примерно моего возраста. Я не помнила ее имени, но знала, чем она занимается.

Она была проституткой. Я видела ее в одном из клубов, где играл Энди. Девушки ее профессии были неотъемлемым атрибутом ночной жизни Вегаса.

Кто знает, не оказалась бы я на ее месте, если бы не встреча с Коулом.

Мне не хотелось, чтобы девушка заметила, как я на нее глазею. Со времени нашей последней встречи она стала выглядеть дороже. Ее платье точно больше не было дешевкой, как в прошлый раз.

Значит, теперь она работает здесь?

Не знаю, что меня дернуло пойти за ней, когда она отошла от стола и направилась куда-то сквозь толпу. Я следовала за ней, боясь упустить из виду. Покинув игровой зал, теперь она целенаправленно шла куда-то по коридору. Чтобы себя не выдать, я держала дистанцию. У меня не было причины преследовать ее, и все же, меня разбирало любопытство.

Девушка завернула за угол, и я решила подождать, но когда вышла в коридор, в который свернула она, ее там не оказалось.

Все, что я успела заметить – это как сомкнулись двери лифта.

И что меня дернуло пойти за ней? Что мне за дело до того, что она работает здесь? В любом казино есть девочки по вызову. В этом плане Империя не исключение.

В залы я решила больше не возвращаться, а подняться в пентхаус.

Раздеваясь, задержала взгляд на браслете, подаренном Коулом. Он мне действительно понравился. Даже больше, чем я показала. Я не была избалованна такими подарками. Оказывается, это приятно. Если не думать, что для него это просто безделушка; поощрение для его любовницы.

Хотя, у любовницы, наверное, больше прав, чем у меня. А кто я? И так ли далеко я ушла от той девушки?

Я вздохнула и опустила руку: надо перестать об этом думать.

«Прекрати насиловать свой мозг, Харли».

Отправив платье на вешалку, я надела пижаму, но так как было еще не поздно и спать совсем не хотелось, включила телевизор.

Месяц назад, соглашаясь на предложение Коула, я себе немного не так все представляла. Реальность оказалась такова, что большую часть времени я проводила в одиночестве, не зная, чем себя занять, пока Коул был занят своими делами.

Мой телефон издал звук входящего сообщения. Это был Коул. Писал, что будет поздно и чтобы я его не ждала.

Ничего нового. Я уже привыкла к такому исходу. Не знаю, что за дела он решал ночью. Меня он в них не посвящал.

Я не стала ничего отвечать. Досмотрела фильм и отправилась в кровать.

Ночью я проснулась, не понимая, что меня разбудило. Быстрый взгляд влево показал, что Коула в постели нет.

Я прислушалась. Из гостиной раздавались какие-то звуки. Похоже, что кто-то там разговаривал.

Взяв с тумбочки телефон, посмотрела на время: было почти четыре часа утра.

Отбросив одеяло, я поднялась и вышла из комнаты, гадая, с кем Коул (я надеялась, что это он) мог заявиться в такое время.

Не то, чтобы я удивилась, увидев Джейка, но голого по пояс Коула, чей левый бицепс был в бинтовой повязке, застать точно не ожидала.

Джейк протягивал стакан со скотчем полулежащему на диване Коулу, когда я вошла.

– Что случилось?!

Я кинулась к Коулу, но остановилась на полпути. Присмотревшись к нему, заметила бледное лицо и затрудненное дыхание.

– Ничего, из-за чего следует поднимать панику. – Джейк подошел ко мне, тем самым прикрыв собой Коула. Намеренно или нет – не знаю. – Мы не хотели будить тебя, Харли.

На его лице проступила сдержанная улыбка. Я обратила внимание, как Джейк окинул всю меня взглядом, отметив, что на мне шелковая пижама из коротких шорт и майки. Впрочем, его глаза сразу же бесстрастно вернулись к моему лицу.

Я пожалела, что не набросила сверху халат.

– Он ранен? – Я шагнула в сторону, чтобы видеть Коула. – Что произошло? – Пришлось повторить вопрос, потому что отвечать ни один из мужчин не торопился.

– Все в порядке, Харли. – Коул приподнялся и сел ровнее. Черты его лица при этом исказились от боли.

– Не похоже.

Я поджала губы: чем, черт возьми, занимается этот парень?!

– Это всего лишь царапина от пули. Через пару дней заживет, – заверил Джейк.

Я с сомнением покосилась на него: он правда такой беспечный или просто хочет меня успокоить?

– Харли, – позвал меня Коул.

Стараясь сохранять выдержку, я подошла ближе. Но, черт, мне совсем не нравилось видеть, как он мучается!

– Джейк прав – это только царапина.

– Это долбанная царапина от долбанной пули, Коул! – сдавленно произнесла я, не совладав с эмоциями.

Он ничего не ответил, только едва заметно кивнул, как бы соглашаясь со мной. Мы смотрели друг на друга, пока Джейк не кашлянул, напоминая о себе.

– Я ухожу и оставляю тебя заботливым рукам Харли, – обращаясь к Коулу, сказал Джейк. Затем взглянул на меня. – Харли, не проводишь меня?

В замешательстве от его просьбы, я последовала за ним. У лифта мужчина обернулся ко мне, и я поразилась той метаморфозе, что произошла с его лицом. Оно было жестким, без намека на иронию.

– Проследи, чтобы он принимал все таблетки, которые прописал ему док, – попросил Джейк голосом, в котором слышалось беспокойство.

Я кивнула.

– Что с ним случилось, Джейк? – сделала я еще одну попытку.

– Просто еще одна пятница, Харли. – Он пожал плечами и вошел в лифт. – Еще одна пятница.

Коул был уже на ногах, когда я вернулась. Выглядел он неважно. Чувствуя беспокойство, я спросила:

– Может, тебе лучше поехать в больницу?

– Я только что оттуда, Харли. И я в порядке, правда.

Исходя из того, что эти слова он сопроводил тихим шипением, я ему не поверила. Но понимая, что его упертость (а может и не только) не позволят мне убедить его, настаивать на больнице я не стала.

– А когда ты был в больнице, к тебе не возникло вопросом касательно того, как ты получил ранение?

Я не сводила глаз с лица Коула, чтобы если потребуется, подхватить его. Правда, скорее всего, мы оба просто свалимся, учитывая нашу разницу в росте и габаритах.

На губах мужчины мелькнула снисходительная улыбка.

– В той больнице, где я находился, такие вопросы не задают, – уклончиво ответил Коул.

Я закатила глаза: не сложно было догадаться.

– Так ты расскажешь мне, кто тебя подстрелил или мы и дальше будем играть в угадайку? – Мой голос был требовательным и настойчивым. Мне не нравилось все то дерьмо, которое окружало Коула. Я на это не соглашалась. Возможно, в его мире это в порядке вещей, когда в тебя стреляют. Может для него это еще один обычный вечер. Но я пас.

– Мы не будем ни во что играть. – Коул провел ладонью здоровой руки по обескровленному лицу, покачав головой. – Это был несчастный случай, Харли. Это все, что тебе следует знать.

Несмотря на то, что ему приходилось делать паузы для вдоха между словами, его тон не давал усомниться, что он решителен придерживаться своего мнения.

– И что, я должна молча это проглотить? – Вздернув подбородок, я решительно подступила к нему. – Сделать вид, что ничего необычного не случилось?

– Именно.

Он даже глазом не повел.

– А если завтра тебе прострелят голову? Что тогда? – Я дернула плечом, бесстрастно глядя ему в лицо. – С чем я останусь? Ни с чем? Кто тогда позаботится обо мне, а?

На мгновение в его глазах отразилось недоверие, но на моем лице ни один мускул не дрогнул. Я смело смотрела на него, ожидая ответа.

Коул кивнул, затем хмыкнул и спросил голосом, в котором я расслышала уязвимость.

– Речь о деньгах? Хочешь гарантии?

Я коротко кивнула.

– Было бы неплохо.

– Хорошо, как скажешь. Я займусь этим, как только немного отойду от этого. – Он указал на свое раненное предплечье. – Позволишь?

Говорил он издевательски, только я все равно видела, что мои слова его задели. Я не хотела быть сукой, и это не приносило мне удовольствия. Но такой была моя защитная реакция. Да и рассчитывать я могла только на себя.

– Конечно.

Коул еще какое-то время смотрел на меня, и, кажется, пытался разглядеть во мне что-то, чего раньше не видел. Меня это смущало, но виду я не подавала.

Мне все равно, что он обо мне думает, пока он заинтересован в моем теле и готов быть щедрым.

«Здесь нет места любви. Напоминай себе это почаще, Харли».

– А ты полна сюрпризов, Харли, – с какой-то странной лаской заключил Коул, но его слова при этом полностью контрастировали с холодом в глазах.

Я безрадостно хмыкнула.

– Ты тоже, Коул. Ты тоже.

– У тебя жар. Вызови своего доктора, если не хочешь ехать в больницу.

Мне не нравился вид Коула. Его лоб был горячим и мокрым от испарины, а температура повышенной. Под повязкой виднелась просочившаяся кровь. Он поспал часа три, и сон его был беспокойным. О моем сне речи не шло – я сглаз сомкнуть не могла, тревожась из-за него.

Хотелось бы мне быть хладнокровней, но он что-то значил для меня. И дело было не в его деньгах. Я себя ругала, но я влюблялась в него. От этого было трудней. Он никогда не сможет разделить мои чувства, а значит, мне нельзя их показывать.

– Док сказал, что приедет утро и проверит меня. – Ему требовались силы, чтобы говорить. Он сидел в постели, привалившись к спинке кровати. Иногда его веки опускались, и тогда мне делалось особенно страшно: а вдруг он их больше не откроет? Неужели какое-то пустячное ранение может сразить этого сильного мужчину?

Когда он в очередной раз закрыл глаза, я позволила себе неспешно рассмотреть его лицо. Даже бледный и в испарине он был красивым. Сейчас по-особенному, драматически. Черты его были резкими, суровыми, но не отталкивающими. Напротив – притягивали, словно магнит.

Внезапно Коул распахнул глаза и уставился прямо на меня. Пойманная врасплох, я смутилась и торопливо перевела взгляд на медикаменты, которые ему дали в больнице, где не задают лишних вопросов.

– Тебе не обязательно быть моей сиделкой.

– Я знаю. Мне не сложно.

– Это не входит в перечень стандартных услуг, которые я ожидаю получить от тебя. – Голос Коула был по-деловому сух. – Я готов оплатить твое время и старания.

Я посмотрела на него и сдержанно кивнула.

– Можешь выписать мне чек, когда тебе станет лучше.

Коул не спускал с меня взгляда и будто чего-то ждал. Я бы его ударила, не будь ему и без того плохо.

Резко поднявшись, я отошла к окну, чувствуя, как он следит за мной.

– Знаешь, я так не могу. – Обернувшись к нему, я затрясла головой. – Все это не для меня. Я пыталась быть такой, как ты хочешь, но… Думаю, если продолжу, сойду с ума.

Он нахмурился, слушая меня, но при этом не перебивал.

– У меня нет опыта с такими мужчинами, как ты. – Я слабо улыбнулась, пожав плечом. – Ты привык, чтобы все было так, как ты хочешь, и ты можешь себе это позволить, очевидно. Но я не хочу под тебя подстраиваться, Коул. Не хочу. Я хочу, чтобы мужчина, с которым у меня отношения, говорил со мной. А еще не хочу, чтобы он велел мне заткнуться и раздвигать ноги. – Я поднесла руку к шее, пытаясь совладать с волнением. – Я не святая, есть вещи, за которые мне стыдно, – призналась я, глядя ему в глаза, – но я не шлюха, Коул. И не хочу ей становиться.

– Тогда не становись ей, – негромко отозвался мужчина.

Он больше ничего не добавил. Помедлив, я кивнула.

– Я уйду, когда приедет врач. – Мне пришлось прочистить горло, чтобы не заплакать. – Тебе что-нибудь надо? Сделать тебе чай? Или воды принести?

– Ничего не надо. – Он покачал головой. – Спасибо.

Мне надо было как можно скорее убраться из комнаты, чтобы не расплакаться перед ним.

Я вышла из спальни, поджав губы. Решение было спонтанным, но правильным. Мне здесь не место. Мы с ним по-разному представляем, какими должны быть отношения.

Лучше уйти, пока все не зашло слишком далеко.

Это был невысокого роста, совершенно безобидный на вид мужчина средних лет. Он появился вместе с Джейком, который представил его как доктора Фишера.

Я решила, что останусь, пока док не осмотрит Коула. Хотела убедиться, что он будет в порядке. К тому же мне еще надо было собрать вещи, а делать это при докторе и Джейке не хотелось.

Пока мужчины были с Коулом, я затаилась в кухне. Сделала себе чай с ромашкой, мысленно готовясь к предстоящему уходу.

Это мое решение. Я сделала его, потому что так правильно. Потому что если не уйду сейчас, в дальнейшем обязательно пожалею.

Прикрыв глаза, я помассировала виски. Мне не хотелось уходить – тут я себе лгать не собиралась – но должна была.

Господи, о чем тут еще думать?!

Выпрямив спину и с раздражением фыркнув, я открыла глаза и едва не вздрогнула. Прислонившись к стене и скрестив руки на груди, за мной наблюдал Джейк.

– Что сказал доктор? – изменчивым голосом спросила я. Мне было тревожно от того, что Джейк вошел так тихо, что я его и не заметила.

– Сказал, что жить будет. Ты за него волнуешься? – Мужчина подступил к кофе-машине, подставив чашку, и пока кофе готовился, вернул внимание на меня.

– Что тебя удивляет? – Я обхватила остывшую чашку с чаем обеими ладонями.

– Ты уходишь. Почему?

Я с разочарованием хмыкнула:

– Он тебе и это рассказал.

– Коул просил отвезти тебя домой – поэтому я знаю. – Джейк взял чашку и поднес ее к губам. – Тебя что-то беспокоит, Харли? Во мне?

– Меня беспокоит, что он посвящает тебя в наши отношения! – повысив голос, заявила я. – Ты в них будто третий участник!

Джейк подошел к островку и, положив руки на гранитную столешницу, подался вперед, приблизившись к моему лицу.

– Ты представляла себе это? Нас втроем? Как именно? Я трахаю тебя, а он смотрит или мы оба трахаем тебя?

Его голос сел, став почти шепотом. В темных глазах плясали языки пламени. Он был возбужден.

– Это так ты себе представлял? – Подражая его тону, спросила я. Приподнявшись, потянулась к нему, прошептав на ухо: – Только в твоих мечтах, Джейк.

После чего, чувствуя удивительный подъем, встала и вышла из кухни, ощущая затылком его сверлящий взгляд.

Адреналин в моей крови стал стремительно испаряться, когда после ухода доктора Фишера я поняла, что тянуть дальше нет смысла. Пора было собирать вещи.

«Ты можешь остаться. Коул тебя не прогоняет», – нашептывал голосок в моей голове.

Я моментально приструнила себя. Нет, хватит торговаться!

Коул просматривал что-то в своем телефоне, когда я вошла, но при моем появлении опустил сотовый.

Он выглядел не лучше, но и не хуже. Хотя, казалось, температура спала – лоб был сухим.

– Как себя чувствуешь?

– Как тот, кого подстрелили, – мрачно пошутил Коул.

Я тихонько хмыкнула, кивнув. Кажется, он действительно в порядке. У меня нет причин задерживаться.

– Я только вещи соберу, – указала я на дверь гардеробной. Не то, чтобы у меня здесь было много личных вещей. Это было бы странно. Типа я переехала к нему, а это не так. – Тебе надо отдохнуть, не буду мешать.

Хорошо, что можно было спрятаться в гардеробной. В этот момент я себя такой жалкой чувствовала!

Взяв небольшую сумку, в которой прежде привезла запасное белье, пижаму и предметы гигиены, стала складывать в нее свое немногочисленное барахло. Здесь было много одежды, которую купил мне Коул, но теперь она мне не нужна. Что-то я собиралась взять с собой, но вот что делать с платьями и остальными вечерними нарядами, ума не приложу.

Руки дрожали. Я покрепче стиснула ручку сумки, велев себе не останавливаться.

– Я скажу Сантосу, чтобы он доставил одежду к тебе домой.

Я оглянулась. На пороге гардеробной стоял Коул. Взгляд скользнул по обнаженному торсу, на миг зацепившись за дорожку волос, уходящую под резинку спортивных штанов.

«Боже, прекрати! Нашла время!»

– Это не обязательно. Скорее всего, у меня не скоро появится повод надеть все эти платья. – Я сделала слабую попытку улыбнуться. Что-то невидимое стискивало грудь. Мне было горько.

Почему же так плохо, когда пытаешься поступить правильно?

– Тебе не следует вставать. – Я махнула рукой в сторону спальни, пока Коул, хмурясь, смотрел на меня.

Вместо того, чтобы вернуться в постель, он сделал несколько шагов в моем направлении, а потом оказался прямо напротив меня – я и моргнуть не успела.

– Останься, – попросил Коул, коснувшись ладонью моего лица. – Я не хочу, чтобы ты уходила. Ты тоже этого не хочешь.

Его взгляд был проникновенным и будто видел меня насквозь. Мне хотелось поддаться и согласиться.

– Не хочу, – шепотом призналась я, – но… И это – не то, чего я хочу, – имея в виду то, как все складывалось между нами прежде, добавила я.

Коул склонил голову набок, о чем-то размышляя. Я наблюдала за ним, вдруг подумав, что если на самом деле решусь уйти от него, мне будет больно. Очень.

– Хорошо. Чего ты хочешь? – наконец смиренно спросил мужчина.

Я недоверчиво прищурилась, но он выглядел так, словно был готов прислушаться ко мне.

– Всего лишь немного откровенности. Я не прошу рассказывать мне все, но… – я пожала плечом, – не отгораживайся от меня. Я хочу узнать тебя, но ты всячески этому противишься. И не приказывай мне. – На мгновение я прикрыла глаза: для меня этот момент был особенно ранящий. – Не заставляй меня чувствовать себя грязью под твоими ногами.

– Не хочешь, чтобы я тебе приказывал? – хрипло пробормотал Коул, взглянув на мои губы.

От его взгляда и голоса у меня стало жарко внизу живота. Я сглотнула, машинально облизнув губы.

– Не так, как вчера в спальне, – уязвимо прошептала я.

Коул вернул внимание к моим глазам, вновь став серьезным.

– Я понял. Хорошо. Извини за это.

Он искренне сожалел, хотя и казалось, что извиняться ему несколько некомфортно.

– Харли, – начал он, но запнулся, колеблясь мне сказать что-то. Затем все же продолжил: – Я многого не говорю тебе, потому что некоторые вещи, которые я делаю, они…

– Незаконные? – подсказала я, когда он вновь замолчал.

Коул положил руку на заднюю часть шеи, вздохнув.

– Именно. Если ты будешь знать, то станешь соучастницей, а я не хочу этого.

От его слов у меня на коже выступили мурашки. Я хотела знать, о чем именно речь, но тогда, как говорит Коул, я стану соучастницей.

– Это опасно? – Мой голос был едва слышен.

Невеселая улыбка тронула его губы.

– Если бы ты знала, насколько, тебя бы здесь уже не было. И не будь я чертовым эгоистом, – он вплотную подступил ко мне, вжав меня в полку за моей спиной, – не пытался бы остановить тебя.

Он говорил это не для того, чтобы напугать меня. Я знала, что все сказанное им, правда. Но в тот момент главным был он сам и его близость.

Если бы это был наш последний разговор. Наш последний день вместе, я бы хотела, чтобы он закончился так.

Губы Коула накрыли мои и я послушно, с предвкушением подалась ему навстречу. Мой рот раскрылся, впуская его язык внутрь. Поцелуи с ним были почти так же хороши, как и секс с ним.

‒ Я задолжал тебе кое-что за вчерашнее, ‒ севшим голосом пробормотал мужчина. Чтобы видеть мое лицо, ему пришлось немного отстраниться.

Мы оба знали, о чем речь. О его эгоизме в спальне, когда он взял меня самым унизительным, потребительским образом, ничего не дав взамен.

От того, как сильно я этого хотела, у меня сердце заходилось. Но незамутненная желанием часть меня – та, что еще оставалась – пыталась протестовать, ведь Коул был не здоров, и я не хотела, чтобы наши действия повредили ему.

‒ Тебе нельзя сейчас тратить силы, ‒ несвязно пролепетала я и тут же прикусила губу. Потому что как раз в этот момент неповрежденная рука Коула забралась мне в трусики.

Очевидней того, чего я хочу, просто не могло быть. Я намокала, как ненормальная. Глаза Коула полыхнули адским огнем, когда он принялся растирать влагу по половым губам и клитору.

‒ Благодаря чудному уколу дока, я чувствую в себе достаточно сил, ‒ негромко произнес он, не останавливаясь.

Ну, если он так говорил. Для меня было бы большим разочарованием, отступи Коул именно в этот момент.

Мои глаза закрылись сами собой, и стон вырвался из груди в ответ на сладкое, желанное вторжение его пальцев. Вжавшись затылком в полку и учащенно задышав, я поерзала бедрами, и пальцы Коула проникли глубже. Ощущения были прекрасными, но этого было мало. Мне надо было получить больше. Скорее.

Я застонала громче, пальцами сжав полку позади себя. Нетерпение просто вспыхнуло во мне как хворост от попавшей искры, но с чем это было связанно, я не знала, а ответ искать времени не было.

‒ Ты должна мне помочь, детка. ‒ Жаркий шепот Коула раздался у моих губ. ‒ Спусти штаны до колен, ‒ быстро, отрывисто поцеловав меня, распорядился он.

Мне не надо было повторять дважды. Я спустила треники вместе с бельем до колен, облегчая ему доступ.

Я вновь ухватилась за полку в поисках опоры, когда Коул опустился передо мной на колени и приник ко мне ртом. Руку он просунул между моими бедрами и сжал ягодицы, фиксируя меня и заставляя выгнуться навстречу его жадному рту.

«Господи! Господи! Как же хорошо!» ‒ распевал счастливый, одурманенный удовольствием голос в моей голове, пока язык и губы Коула творили настоящее волшебство с моим телом. Ощущения стали сопровождаться звуками, и мои стоны усилились, хотя я пыталась сдерживаться. Правда, не особенно усердно, потому что в какой-то момент, когда готова была вот-вот взорваться оргазмом, все прочее улетучилось и испарилось.

Последние крупицы контроля рассеялись, и я закричала, толкаясь бедрами вперед. Опустив руку, вцепилась пальцами в волосы Коула, бессознательно прижимая его к своей промежности и кончая с невероятной силой.

Оргазм был ошеломительным. Пик его ознаменовался моим хриплым, коротким вскриком, но по мере того, как он стихал, стихали и мои стоны, пока не растворились едва слышным всхлипом на искусанных губах.

О, этот мужчина умел убеждать.

‒ Я скажу Джейку, что ты останешься, ‒ бросил на меня смеющийся взгляд Коул.

Черт! Джейк! Он оставался в пентхаусе все это время? Мог ли он слышать, чем мы тут занимались? Кажется, я была немного громкой.

Приложив ладони к щекам, я почувствовала, как они стали теплей, чем обычно. Наверное, следующие несколько дней мне стоит избегать Хейза. Сначала наш разговор на кухне, теперь – это – не день, а торжество неловких ситуаций.

Пока Коул провожал Джейка, я оставалась в спальне, раздумывая, что будет дальше. Я согласилась остаться, выдвинув свои условия, и Коул их принял.

Теперь наши отношения должны были измениться. И я очень, очень хотела этого, потому что нравилось мне это или нет – у меня были чувства к Коулу.

«Так все-таки речь о чувствах».

Я бесцельно переставляла предметы на комоде, погрузившись в свои мысли, когда вернулся Коул.

‒ Он ушел?

Коул кивнул, и меня охватило облегчение, которое я постаралась не демонстрировать.

‒ С Джейком есть какие-то проблемы? – проницательно спросил Коул, будто уловив нечто во мне.

«– Ты представляла себе это? Нас втроем? Как именно? Я трахаю тебя, а он смотрит или мы оба трахаем тебя?»

Я торопливо покачала головой:

‒ Не с ним. ‒ «Это не совсем ложь». ‒ Но мне не нравится, что ты все рассказываешь ему о нас, ‒ решившись, призналась я.

Лоб Коула нахмурился:

‒ О чем ты? Что я рассказываю ему?

Сцепив пальцы вместе, я шагнула к нему:

‒ Например, о предложении Канингема, ‒ при упоминании этого мой голос просел, ‒ и ты сказал ему, что я хочу уйти. Хотела, ‒ быстро поправилась я.

‒ Это все? – Коул едва сдерживал улыбку. Я пожала плечами: мне не известно, было ли что-то еще. ‒ Джейк знает обо всех моих бизнес-проектах, ‒ два последних слова он особенно выделил, ‒ и он связан с каждым из них, поэтому мне пришлось сказать ему о Канингеме – Джейк хотел узнать, можем ли мы рассчитывать на поддержу сенатора. Он не меньше меня заинтересован в строительстве нового отеля.

Хм. Ладно, это звучало резонно.

‒ Что касается сегодня: я попросил Джейка отвезти тебя домой, а он спросил, почему ты уходишь сейчас, когда мне, возможно, нужна будет твоя помощь. И это его слова – сам я так не считаю, ‒ уточнил Коул для ясности.

После его объяснения я почувствовала себя глупо.

‒ Послушай, ‒ Коул сократил расстояние между нами и положил ладонь здоровой руки мне на щеку, ‒ я не распространяюсь о своей личной жизни, даже Джейк не исключение, хотя в силу обстоятельств он знает больше остальных.

‒ Почему ты не сказал, что он твой брат? – без упрека спросила я.

‒ Это не тайна, Харли, но, наверное, просто потому, что я не большой любитель говорить о себе, ‒ помедлив, признал Коул.

«Да, это точно».

‒ Кто из вас старше?

‒ Я. Между нами три года разницы. И если ты позволишь – я вернусь в постель. Мои батарейки на исходе.

‒ Тебе и подниматься не следовало! – закатив глаза, пробурчала я.

‒ Тогда ты бы ушла. ‒ Коул сел, подложив под спину подушки. Я опустилась на матрас, лицом к нему. ‒ Я не мог этого допустить.

Я не знала, что на это ответить. Он прав – скорее всего, если бы он ничего не предпринял, сейчас меня бы тут уже не было.

Вместо этого я решила сменить тему.

‒ Значит, теперь я могу задавать тебе вопросы?

‒ Можешь, ‒ насторожился Коул. ‒ Но ты же понимаешь, что я не на все смогу ответить?

Я кивнула:

‒ Да, помню: никаких вопросов о твоих незаконных делах. Но… насколько незаконных?

‒ Харли. ‒ Голос у Коула звучал предупреждающе.

‒ Ладно, ладно! – Принимая поражение, я вскинула руки. ‒ Почему у вас с Джейком разные фамилии?

‒ Я взял фамилию матери, ‒ без выражения признался мужчина. Мне было любопытно, в какой семье они выросли, и какие у них отношения с родителями, но эта тема могла оказаться для него неприятной.

Это ведь не у меня одной так?

‒ Ты не ладишь с отцом? – осторожно спросила я.

Коул хмыкнул:

‒ Это затруднительно, учитывая, что он много лет, как гниет в земле, ‒ пренебрежительно отозвался он, ‒ но нет – мы никогда не ладили. Он был настоящим ублюдком.

Взгляд Коула, устремленный в пространство, застыл на некоторое время, и я поняла, что развивать дальше эту тему не стоит.

‒ Мой отец был веселым, ‒ привлекая внимание Коула, сказала я. ‒ Идейным.

‒ Идейным? – с растерянной улыбкой переспросил он.

Я кивнула.

‒ Ну да, мама всегда говорила: «Ваш отец очень идейный человек. У него так много идей, но ни одну он не доводит до конца». Думаю, в итоге ей надоело ждать, что хотя бы одна его «гениальная» идея выстрелит, и она его прогнала.

Я вздохнула и пожала плечом. Сейчас я легко говорила об этом, но уход отца в свое время нелегко мне дался. Я жутко злилась на родителей за развод, обвиняя их в чем только можно. Мы никогда не были образцовой семьей, чаще всего наш дом походил на заведение для умалишенных, но тогда, если бы мне предложили поменять их на другую семью – приемную, без малейших признаков долбанутости, я бы отказалась.

‒ Сколько тебе было, когда твои родители развелись?

‒ Двенадцать. Самое начало переходного возраста. ‒ Я улыбнулась, затем призналась: ‒ Я была трудным подростком. А ты?

Коул поджал губы в раздумье.

‒ Не знаю. Наверное, в чем-то был. Но я был старшим братом и отвечал за Джейка – вот он был трудным подростком, ‒ усмехнулся мужчина. ‒ Мне приходилось следить, чтобы он не влипал в неприятности, поэтому и самому надо было быть осмотрительным.

Я вполне могла представить себе Коула ответственным, старшим братом и Джейка – проблемного подростка в поисках приключений на свою задницу.

‒ Что случилось между тобой и твоим бывшим парнем? Вы расстались перед тем, как ты пришла в «Империю»?

Я думала, что Коулу пора отдохнуть и немного поспать, но он был заинтересован в этом разговоре – такая откровенность между нами была впервые, поэтому я не решилась прервать его. На самом деле мне хотелось говорить с ним часы напролет. Наконец-то я получила его в свое единоличное распоряжение и хотела сполна насладиться моментом.

Как только Коулу станет лучше, все вернется на круги своя.

Я легла на бок, подперев голову рукой, и рассказала ему все о своих отношениях с Энди. О том, как он завлек меня в Вегас своими обещаниями и убеждением, что все получится. О том, что все пошло не так и закончила тем, как вернулась из Альбукерке с похорон Ясмин – моей крестной матери, но оказалось, что мой ключ больше не подходит, потому что за два дня моего отсутствия, трусливый скунс сменил замки.

‒ Он выставил мои чемоданы в коридор и даже не вышел, хотя я колотила в дверь и кричала так, что слышно было на улице, ‒ с горькой иронией сказала я. ‒ Даже не дал возможности собраться самой – многие мои вещи остались у него. Я не сразу заметила, что музыкальной шкатулки – подарка Ясмин – нет. Больше всего мне жаль потерять эту шкатулку, ‒ призналась я, закусив губу.

‒ Если хочешь, могу устроить, чтобы он больше никогда не получил места ни за одним покерным столом в этом городе, ‒ предложил Коул, когда я замолчала. Хотя он и сопроводил это предложением улыбкой, я знала, что он не шутит и стоит мне только сказать, он это сделает.

Поразмыслив, я покачала головой. Предложение было заманчивым, но принесло бы мне это радость?

Возможно. Только я этого не хотела.

‒ Не стоит. ‒ Я перевернулась на спину и уставилась в потолок.

‒ Скажи, если передумаешь.

Повернув голову, я задержала взгляд на Коуле и затем кивнула.

‒ Хорошо. Скажу.

‒ Ты сама это приготовила?

Судя по всему, Коул был немало удивлен. Я кивнула, заулыбавшись.

‒ Да, пока ты спал. Мне надо было чем-то занять руки, а тебе надо есть. Попробуй! – поощрила я, кивнув на миску с мясным рагу. ‒ Тебя еще ждет десерт.

Сохраняя недоверие на лице, мужчина взял в здоровую руку ложку, зачерпнул немого рагу и отправил в рот. Я безотрывно следила за ним, ожидая вердикта.

Мне нравилось готовить. В особенности я любила все, что связанно с выпечкой и десертами. Приготовление кексов было своего рода душевной терапией для меня. Мне повезло родиться с быстрым обменом веществ, иначе бы мои размеры были куда больше, так как очень часто я была единственной, кто съедал свои собственные кулинарные шедевры.

‒ Ну, что скажешь?

Я сгорала от нетерпения, наблюдая, как Коул пережевывает мясо.

‒ Это очень вкусно. ‒ Он приподнял брови, одобрительно закивав. ‒ Харли – серьезно, мне нравится.

Его слова вызвали широкую, довольную улыбку у меня на лице. Я давно подумывала о том, чтобы собственноручно что-нибудь приготовить для него, но так как обычно он ел то, что доставляли из ресторана или за пределами пентхауса, случая так и не представилось. А еще я не была уверена, что Коулу понравится – его повара точно готовили лучше, чем я – самоучка. У меня не было никакого кулинарного образования, да и похвастаться тем, что мама учила меня готовить – я тоже не могла.

‒ Спасибо.

Смущенная его реакцией, я махнула на еду.

‒ Ешь! Для быстрого восстановления тебе надо хорошо питаться.

‒ Это мило, Харли, ‒ с улыбкой сказал Коул, возвращаясь к рагу.

‒ Что именно?

‒ Твоя забота обо мне.

В этот момент он на меня не смотрел, но сказано это было с такой открытостью и даже некоторым замешательством, что я вдруг задумалась – а когда кто-то заботился об этом мужчине? По-настоящему. И можно ли это было действительно сказать обо мне?

‒ Разве мужчина вроде тебя может жаловаться на недостаток внимания и заботы? – тихо спросила я, наблюдая за Коулом.

Он поднял взгляд на меня.

‒ Мужчина вроде меня?

Я пожала плечом.

‒ Успешный, влиятельный, жутко сексуальный. ‒ Я покусала губу, получая удовольствие просто от того, что смотрела на него. Даже в своем теперешнем состоянии он был офигенный.

‒ Деньги могут обеспечить мне самую лучшую, комфортную жизнь. Я могу купить любую услугу, но это ничего общего не имеет с искренней заботой. Люди, которые меня окружают, просто делают свою работу. ‒ Голос у Коула был ровным и не выражал никаких эмоций. Он не пытался вызвать жалость к себе – уверена, любая жалость к нему только бы разозлила этого мужчину. Но то, что он говорил мне – все это было грустно.

‒ Ты всегда был богат? ‒ осторожно спросила я, не уверенная, как он отнесется к этому вопросу и готовая к тому, что Коул решит просто не отвечать.

Помедлив, Коул покачал головой.

‒ Нет, Харли, не всегда.

Он замолчал, и я поняла, что больше ничего касательно этого не добавит. Но это был еще маленький шаг, который приближал меня к нему настоящему. Некоторое время в комнате было довольно тихо. Мы не разговаривали. Коул ел, а я поднялась и подошла к окну, глядя на сумеречное небо, которое тонуло в миллионах огней Лас-Вегаса.

‒ Дело не в деньгах. ‒ Я обхватила себя руками и с неуверенностью, которую так отчетливо ощущала, обернулась к Коулу. Он обратил на меня внимательный взгляд, и я продолжила: ‒ Знаю, ты уверен в обратном – но я с тобой не из-за денег.

Коул молчал, а меня вдруг прошибла паническая мысль, что он мне не поверит. И да, у него для этого есть все основания. Но я была с ним не ради его денег. Да, то, что он мог обеспечить мое будущее, не было минусом, только я бы не вступила в эти отношения, если бы речь шла исключительно о финансовой выгоде.

‒ Ты мне нравишься. ‒ Я сделала несколько шагов в направлении кровати, про себя подумав, что он мне больше, чем просто нравится. ‒ И будь это все тот же ты, только без твоих денег – ты бы мне все равно нравился. В моей жизни не было такого, чтобы мужчина меня содержал, ‒ разволновавшись, я заправила волосы за уши, но была намеренна донести свою мысль до конца, ‒ и я все еще сомневаюсь, что мне это нравится. Не хочу чувствовать себя бесполезной, ‒ с неловкой улыбкой пожала я плечом. ‒ Тебе не обязательно давать мне деньги, когда мы… Когда все закончится. Я все равно не уйду. В смысле – это не то, что может заставить меня уйти.

Вау, ну, очевидней мои чувства к нему сложно было бы описать. Я замолчала, пялясь на Коула и начиная жалеть, что разболталась. Надо было держать язык за зубами. Мне вовсе не хотелось, чтобы Коул думал, будто я цепляюсь за него. Или что я влюблена в него. Отчего-то мне казалось, что мои чувства могут оттолкнуть его.

Он молчал так долго, что лишь усиливало мою панику, и я успела раз пять укорить себя за это признание, но затем Коул сказал:

‒ Я тебя понял, Харли. Я не буду обещать, что больше никогда не расстрою тебя или что все будет исключительно гладко – это было бы сознательной ложью, а лгать тебе я не хочу.

Соглашаясь с ним, я кивнула. Сейчас он был честен со мной, не давая никаких обещаний, и это вызывало уважение, потому что справедливости ради – мои бывшие бойфренды так много раз вешали мне лапшу на уши, но в итоге все заканчивалось разочарованием.

‒ Но я буду стараться, чтобы ты больше не захотела уходить, ‒ тише добавил Коул, а я почувствовала ком в горле. Этого было достаточно, чтобы дать мне понять, что я ему небезразлична.

‒ Ты говорила, что меня еще ждет десерт? – меняя тему и атмосферу в комнате, напомнил Коул.

Я усмехнулась и пошла к двери, пообещав, что это будет самый вкусный шоколадный пирог с кремом, который он когда-либо пробовал.

Коул очень быстро шел на поправку. Каждый день ему становилось все лучше и небольшая, эгоистичная часть меня испытывала досаду по этому поводу – мне бы хотелось провести чуть больше времени с Коулом так, как это было за ту неделю, которая ему потребовалась для восстановления.

За прошедшие дни он раскрылся для меня так, как этого не произошло за предыдущий месяц, который я знала его. Мы много разговаривали, смотрели вместе фильмы, а когда нам надоедало, играли в карты.

Я узнала, что Коул не азартный. Он был совершенно равнодушен к азартным играм, и когда он признался мне в этом, я с удивлением уставилась на него.

‒ Ты владеешь крупным казино в мировой столице азартных игр – и ты говоришь мне, что тебе не нравится это? Сам ты никогда не играешь?

‒ Харли – я бизнесмен, а не игрок. Будь это не так, я бы не имел того, что у меня есть сегодня. ‒ Он потянулся к колоде, с задумчивой нахмуренностью глядя в свои карты. Мы играли в Метаморфозу, и я пока что проигрывала. ‒ Я видел слишком многих людей, которые теряли все из-за того, что не могли остановиться вовремя.

‒ Ты становишься богаче, когда эти люди что-то теряют, ‒ заметила я. ‒ Ты никогда не думал, что в этом есть что-то неправильное?

Коул быстро взглянул на меня, явно не тронутый моим комментарием.

‒ Нет, Харли – не думал. Это часть бизнеса, все не могут остаться в выигрыше.

Я задумалась над его словами, и, наверное, он был в чем-то прав. Собственно, кто я такая, чтобы судить о вещах, в которых мало что понимаю?

‒ Знаешь, о чем я подумал?

‒ О чем?

Я перевела взгляд с моей побитой им карты на него: может он и не был азартным, но в карточные игры играл лучше меня.

‒ Ты все еще хочешь пройти обучение в кулинарной школе?

Ранее я призналась Коулу, что долгое время моей мечтой была учеба в кулинарной школе, только это было дорогое удовольствие, и у меня никогда не хватало на это денег. К тому же, я так часто переезжала с места на место, поэтому эту затею отложила до лучших времен.

‒ Да, наверное, ‒ подумав, ответила я. ‒ Однажды я бы хотела.

‒ Почему не сейчас?

Коул вопросительно посмотрел на меня. Я растерялась, торопливо вспоминая все свои аргументы, почему я не могу пойти учиться. Самым главным, конечно же, был финансовый аспект.

‒ Это стоит недешево, а у меня нет возможности выложить сразу несколько тысяч долларов, ‒ пробормотала я, разведя руками.

Да, по сравнению с ним – я нищая. Он разве не знал?

‒ Проблема только в этом? Я все оплачу, ‒ с непринужденной легкостью предложил мужчина. ‒ Ты сама говорила, что не знаешь, чем себя занять, а салоны и магазины вызывают у тебя скуку, ‒ выгнув темную бровь, напомнил он.

Я поморщилась: да, действительно, это были мои слова. Оказалось, не так весело бездельничать целыми днями и шоппинг с его безлимитной картой тоже быстро потерял свою привлекательность.

‒ Ты предлагаешь мне поступить в кулинарную школу? Сейчас? ‒ все еще сомневаясь, уточнила я.

Коул вздохнул:

‒ Именно так, Харли. Если это то, что тебе нравится. У тебя определенно есть талант – я уже успел в этом убедиться.

Его слова вызвали у меня широкую улыбку: да, за эту неделю я продемонстрировала ему кое-какие свои кулинарные таланты. Я с удовольствием готовила для Коула. Особенно мне нравилось готовить ему десерты, отчего он даже пожаловался, что когда вернется к работе, его костюмы станут ему тесны. Пока его рука полностью не восстановится, занятия спортом ему также противопоказаны и это вызывало у мужчины недовольное ворчание – он точно не получал удовольствие от вынужденного безделья. Но за его форму можно было не беспокоиться – тело Коула находилось в превосходном состоянии, о чем я напомнила ему несколько раз в ответ на его жалобы.

Но Коул был прав – сейчас мне ничего не мешало исполнить свою мечту. У меня были деньги (у него были деньги), и у меня было время. Большую часть дня мне нечем было заняться. Чем больше я об этом думала, тем сильнее эта идея завлекала меня. Мы договорились, что я найду подходящую школу, а Коулу останется только оплатить все расходы.

Еще через два дня доктор Фишер сказал, что Коул достаточно поправился для того, чтобы вернуться к своим обязанностям.

‒ Ты к нему переехала? ‒ скрестив руки на груди, в лоб спросила Рина.

Мы с ней оказались дома в одно время, что случалось очень нечасто в последние недели.

‒ Нет, с чего ты взяла? – удивилась я, но тут же сама ответила на свой вопрос – почти всю прошлую неделю я провела у Коула – но на то была веская причина, о которой я не могла сказать подруге.

‒ Ты почти не бываешь здесь, ‒ резонно заметила девушка. Она недавно проснулась и ее светлые волосы все еще были спутаны после сна. ‒ Похоже на то, что ты живешь у своего бойфренда.

‒ Знаю, я часто бываю у Коула… ‒ начала я, но Рина бросила на меня скептический взгляд и я осеклась. ‒ Хорошо – я ОЧЕНЬ часто бываю у Коула, и могло сложиться такое впечатление, но нет, я по-прежнему живу здесь, с тобой.

Правда состояла в том, что я вроде как и сама стала воспринимать пентхаус в Империи своим чуть ли не домом, потому что в квартире ночевала пару ночей в неделю от силы. Вот только что бы сказал об этом сам Коул? Одно дело, когда я проводила там дни в период его недомогания, и совсем другое – сейчас, когда все вернулось на круги своя.

Коул слишком долго был на принудительном больничном, поэтому, как только док дал ему добро, со всей энергией ринулся в бой. Втайне я опасалась, что теперь, когда все стало прежним, его первоначальное отношение ко мне также вернется. Боялась, что та связь, которая установилась между нами – исчезнет.

‒ Ладно, в любом случае, пока ты платишь за квартиру, меня все устраивает. ‒ Голос Рины отвлек меня от неприятных, беспокойных размышлений. ‒ Но имей в виду – в следующую субботу ты моя! – указав на меня пальцем, предупредила подруга.

‒ Что-то намечается? – заинтересовалась я.

Рина фыркнула:

‒ Намечается мой сраный двадцать девятый день рождения. ‒ Она уныло скривилась. ‒ Радости, конечно, мало, поэтому я планирую как следует набраться и подцепить какого-нибудь жутко сексуального красавчика – желательно не старше двадцати двух. ‒ Рина поднялась, а я посмотрела ей в спину, всячески стараясь сдержать смех. ‒ Мы будем пить, и танцевать, а ты пойдешь со мной. ‒ Она развернулась у дверей своей комнаты, строго посмотрев на меня.

Я кивнула, пообещав:

‒ Ни за что не пропущу твой день рождения. Можешь на меня рассчитывать.

‒ Позволь мне. ‒ Встав перед Коулом, я подняла руки и принялась развязывать узел его галстука. Сегодня он вернулся пораньше, решив не задерживаться в казино до ночи, что не могло не радовать. ‒ В следующую субботу у Рины день рождения и она планирует праздновать в ночном клубе, ‒ сообщила я, отступив с галстуком в руках. Не то, чтобы я нуждалась в его разрешении провести вечер с подругой, но мы вроде как пара, поэтому я посчитала, что нужно его предупредить.

‒ Что за ночной клуб? – Коул расстегивал пуговицы на рубашке, глядя на меня с высоты своего роста. Чтобы смотреть мне в глаза, ему приходилось наклонять голову – я не была низкого роста, но он был довольно высоким.

Я наморщила лоб, вспоминая название, о котором говорила Рина.

‒ «Сочный грех», кажется.

Коул в замешательстве вскинул брови и уточнил:

‒ «Сладкий грех», может быть?

‒ Точно! – Я щелкнула пальцами, засмотревшись на его обнаженный торс, открывшийся мне, когда он снял с себя рубашку. Ну, точно «сладкий грех». ‒ Он самый.

‒ И что вы будете там делать? ‒ взявшись за черный кожаный ремень, с явным подтекстом спросил мужчина.

Я с трудом перевела взгляд с его плоского, твердого живота на его не менее греховно-прекрасное лицо.

‒ Рина сказала, что мы будем пить и танцевать. Что люди обычно делают в ночных клубах?

Коул шагнул ко мне, приподняв мой подбородок, и провел большим пальцем по нижней губе.

‒ Напиваются и трахаются с незнакомцем в темном углу? – грубым, низким голосом подсказал он.

Ему не требовалось много усилий, чтобы мое тело тут же отреагировало должным образом. Мысли о Рине, дне рождения и прочем улетучились из головы, как сметенные ветром в открытую форточку.

‒ Что, если, ‒ я вплотную придвинулась к нему, и, запустив руку в расстегнутую ширинку, сжала его затвердевший член сквозь ткань боксеров, ‒ я напьюсь в клубе, а после, вернувшись в отель, трахну тебя? ‒ прошептала я, заглядывая в его глаза.

Коул тяжело сглотнул, опустив потемневший от желания взгляд на мои губы. В следующее мгновение он сминал мой рот атакой своего требовательного, горячего поцелуя. Сильные ладони мужчины опустились на мою попку и сжали. Бедра Коула толкнулись в меня. Животом я ощутила то, что уже было полностью готово для того, чтобы подарить мне такое желанное удовольствие.

Подхватив меня под ягодицы, Коул перенес меня к кровати и уложил на покрывало. Не переставая меня целовать, сплел наши пальцы вместе и завел руки над моей головой, прижав к матрасу.

‒ Что ты на себя наденешь? – Он приподнялся, нависая надо мной. Его голос охрип, выдавая в нем нетерпение и сексуальное напряжение. Синие глаза стали кобальтовыми, черты лица заострились, делая его как никогда опасным. Только я не боялась его, а хотела так, что становилось больно. ‒ Какое-нибудь короткое платье в облипку, которое почти не оставляет места воображению?

Несмотря на его суровый, угрожающий тон, он не был по-настоящему зол. Это была игра, и, видя, что ему это нравится, я быстро подхватила ее.

‒ Возможно. ‒ Я провела языком по губам, выгнувшись ему навстречу и прижимаясь грудью к широкой, сильной груди Коула. На мне была майка, и отсутствовал лифчик, поэтому твердые соски выпирали сквозь ткань. ‒ Красное, короткое платье, которое ты мне купил, ‒ пробормотала я, потираясь грудью о его горячую кожу. ‒ Только его, никаких трусиков, ‒ выдохнула я, приподнялась и царапнула зубами чуть колючий подбородок мужчины.

‒ Тебе нравится, когда у мужиков на тебя стоит, да? – коснувшись губами моего уха, развратно прошептал Коул. ‒ Нравится, когда они пожирают тебя глазами и мечтают о твоей киске?

Короткий, громкий выдох сорвался с моих губ. Губы Коула снова нашли мои. Язык мягко, но настойчиво толкнулся вперед, и я с готовностью ответила на поцелуй. Шире развела ноги, прижав ступни к матрасу. Между бедрами пульсировало, стало жарко и влажно.

‒ Тебя это заводит? ‒ Я поерзала под Коулом, вызвав у него стон. ‒ Заводит мысль обо мне и других мужчинах?

‒ Меня заводит, ‒ Коул отпустил одну мою руку и опустил свою, чтобы забраться в мои шорты, ‒ что другие хотят то, что могу получить только я.

С этими словами его пальцы осторожно раскрыли мои мокрые складочки. Он ввел сначала один палец, затем второй, не спеша, двигая рукой.

Мысль о том, что я принадлежу только ему, возбудила меня еще сильней. Я выгнулась, оторвав бедра от покрывала, прижалась к его руке и, дразня, провела языком по нижней губе Коула.

‒ Трахни меня, ‒ требовательно прошептала я в его губы. ‒ Чувствуешь, какая я мокрая из-за тебя? – Я сжала пальцы своей свободной руки на его запястье, вынуждая его руку внизу двигаться быстрей.

‒ Боже, Харли, что ты со мной делаешь? – Его брови в замешательстве сошлись на переносице, но в глазах я увидела такое восхищение, которое однажды могло стать любовью.

Улыбка, говорящая: «Парень, я не оставлю тебе ни шанса», скользнула по моим губам, но тут же мне расхотелось улыбаться и я запрокинула голову, задышав часто-часто, когда первая волна оргазма накатила и разлилась по всему телу.

Я показала Рине поднятые большие пальцы, полностью одобряя ее выбор, и когда внимание подруги вновь вернулось к ее «парню на вечер», стала протискиваться к бару.

Мне нужна была новая порция выпивки, и я приготовилась ждать своей очереди, потому что сегодня в клубе «Сладкий грех» состоялся настоящий аншлаг. Место было распиаренным и пользовалось успехом, к тому же был вечер субботы. Я не завидовала двум барменам за стойкой, которые с трудом успевали наливать алкоголь и смешивать коктейли. Несмотря на хорошую систему вентиляции, после безостановочного получасового танца, я вспотела. Пришло время сделать перерыв, к тому же Рина была в надежных, мужских руках молодого, обалденного парня. Все, как она хотела.

Пробравшись к бару, я поняла, что свою текилу скоро получить не выйдет. Не было никакой вероятности привлечь внимание барменов в эту самую минуту. Если только не показать им сиськи.

Представив, как сдергиваю с себя верх платья, я усмехнулась и поспешно закусила губу, сдерживая смех.

Выпитые до этого шоты текилы, а еще раньше – шампанское в лимузине Коула, сделали меня немного пьяной. Хотя я предпочла бы выражение «слегка подпитой». Прошло много времени с тех пор, как я доходила до состояния легкого опьянения, и еще больше – когда напивалась вдрабадан.

В попытке остудить разгоряченную кожу, я подняла волосы с шеи, и это принесло небольшое, но облегчение. Зря я не собрала волосы в хвост.

‒ Привет.

Мой сосед слева повернулся ко мне и заулыбался, очевидно, решив, что я стою его внимания. Я прикинула, что ему меньше тридцати, он слишком печется о своей прическе и использует много геля. Его темные волосы блестели и едва не искрились в бликах светомузыки, челюсть и щеки покрывала фигурно выбритая бородка. Под вырезом футболки виднелась толстая золотая цепь, делая весь его образ мачо жутко пошлым.

Я едва не рассмеялась. Он правда считал, что это придает ему крутой вид?

‒ Хочешь, я тебя угощу?

Нахальная, самоуверенная улыбочка не сходила с его лица. Парень облокотился на стойку одной рукой, выставив вперед свой пах. Его черные брюки казались слишком узкими, демонстрируя внушительный бугор под тканью. Заметив, что я обратила внимание на эту деталь, парень заулыбался еще шире.

‒ Нет, не хочу. ‒ Закатив глаза, я отвернулась. Он смешон, но даже не понимает этого. Может лет пять назад я бы и купилась на нечто подобное, но теперь – увольте.

‒ Тупая сука!

Негромко оброненное оскорбление заставило меня опешить, но когда я посмотрела через плечо удостовериться, не послышалось ли мне, придурок уже отвернулся.

«Был бы здесь Коул, ты бы уже умывался своими соплями», ‒ мстительно подумала я, прикидывая, не снять ли с себя туфлю и не вогнать ли шпильку ему в затылок.

Хм… Весьма заманчиво, но этот кусок дерьма того не стоит.

Вместо акта мести я перешла на другой конец стойки и наконец-то получила свою текилу.

Неприятный инцидент с зализанным уродом не мог испортить мне весь вечер. Я велела себе выбросить это из головы и, проглотив текилу, собиралась вернуться на танцпол, но тут кто-то коснулся моего плеча.

Я оглянулась и увидела девушку, чье лицо показалось мне очень знакомым.

‒ Харли, верно?

Блондинка мне улыбнулась, и я вдруг вспомнила, кто она. Мы встречались на приеме у сенатора Канингема.

‒ Линсей?

‒ Ну, да, ‒ закивала девушка. ‒ Хорошо, что я тебя встретила. Я как раз недавно о тебе вспоминала.

Дружелюбие Линсей Марин было приятным, хотя немного неожиданным. Мы встречались всего раз, хотя неплохо поболтали, пока я ждала Коула.

‒ Ты здесь с кем-то? – спросила Линсей.

Я ответила, что с подругой и глазами поискала Рину, но нигде не увидела. Похоже, они с тем парнем отлично поладили.

Новая знакомая предложила мне присоединиться к ней и ее компании. Оставшись без Рины, я согласилась, и мы с Линсей поднялись на галерею, где на удобных, мягких диванах расположились ее друзья.

Девушка познакомила меня со своим мужем Итаном – привлекательным шатеном возраста примерно как Коул, а также с остальными мужчинами и девушками, чьи имена тут же вылетели у меня из головы.

‒ Твой красавчик-бойфренд не с тобой? – весело спросила Лин – она сама попросила называть ее так – протянув мне бокал шампанского.

Компания праздновала победу ее мужа в каком-то крупном деле. Не без гордости Лин сообщила мне, что Итан «супер-крутой адвокат».

Идея пить шампанское после текилы была так себе. Ну да пофик, я же развлекаюсь!

‒ Нет, у нас сегодня вроде как был девичник, ‒ с улыбкой ответила я.

‒ А где же твоя подруга? – вскинула брови Лин.

Я засмеялась:

‒ Подцепила какого-то парня.

На мгновение я задумалась о Коуле и о том, чем он сейчас был занят, но почти моментально себя одернула. В последнее время почти вся моя жизнь вертелась вокруг Коула. Я была влюблена в этого парня, но то, что все мои интересы были связаны с ним – не нормально. Поэтому сегодня с тусуюсь без него.

Хотя, безусловно, я была ему очень благодарна за лимузин, который привез нас с Риной сюда. И за то, что мы были в списке охраны, и нам не пришлось торчать на улице в длиннющей очереди. Когда вернусь в отель, надо будет показать ему, как сильно я благодарна.

Лин потянула меня на танцпол и мысли о Коуле улетучились. Я была пьяной чуть больше, чем немного и полна энергии, а рядом со мной была девушка, которая уже почти стала моей подругой.

Мы с Лин протанцевали треков пять, пока обе не запыхались. Моя голова немного кружилась, но на ногах я стояла уверенно. Лин предложила сходить в туалет. Это было кстати, потому что я хотела по-маленькому, да и макияж поправить не лишним будет.

Спустив воду, я вышла из кабинки и встала возле Лин, чтобы вымыть руки. Подруга красила губы.

‒ Я это уже говорила, но правда – здорово, что ты мне встретилась, ‒ бросив взгляд на мое отражение, сказала она. ‒ Амелия и Ди Ди такие тупые и скучные, жуть просто.

Видимо, она говорила о девушках из своей компании.

Я согласилась, что это удача для нас обеих. После потери Рины мне не пришлось пить в одиночестве.

Приблизив лицо к зеркалу, я несколько раз провела помадой по губам. Мои глаза помутнели, и я решила, что пить уже достаточно, иначе будет перебор.

Отправив помаду обратно в сумочку, я заметила, как Лин открыла небольшой стеклянный пузырек, содержимое которого я могла определить с первого раза. Воспользовавшись ногтем на мизинце, девушка втянула кокаин сначала одной ноздрей, затем второй, после чего вытерла следы порошка под носом.

‒ Хочешь попробовать? – предложила она так, будто это был не кокс, а печенька.

‒ Я пробовала, когда-то давно, ‒ призналась я. ‒ Но сейчас я не принимаю.

Мне не хотелось, чтобы Лин думала, будто я осуждаю ее. К тому же это было не так. Когда я жила в Лос-Анджелесе, ни одна вечеринка не обходилась без кокса. Про вещи посерьезней и говорить не стоит.

‒ Да и я не принимаю, только по особым случаям для настроения, ‒ дернула плечом Лин. ‒ Возьми, ‒ она протянула мне пузырек, ‒ товар высшего качества. Можешь мне поверить.

Это была катастрофа.

Мой вид. Мое состояние. Мое положение, в конце концов.

Семь пропущенных звонков от Коула. Пять гневных сообщений. И одно довольно пугающее от Рины: «Коул только что был здесь. Он пришел в ярость, не обнаружив тебя дома. Не знаю, где ты и надеюсь, что ты в порядке, но позвони ему как можно скорей».

Боже, надо же было так влипнуть!

Отложив мобильный на стойку раковины, я уставилась на свое отражение. Дерьмо! Видок как у ходячей атомной войны. Если не знать, можно подумать, будто я неделю без продыху тусовалась на вечеринке. Мои ощущения именно такими и были.

Поморщившись, я приблизилась ближе к зеркалу, с отвращением рассматривая вскочивший на подбородке воспаленный прыщ. Да, это именно то, чего мне не хватало в дополнение к спутанному гнезду на голове вместо волос, размазанной туши и губной помаде. Надо как-то привести себя в порядок и подумать о том, как буду объясняться с Коулом.

Рина сказала, что он в ярости. Но насколько сильной? По шкале от одного до десяти?

Голова запульсировала новым приступом боли, заставив забыть и о Коуле, и о его настроении по поводу меня. Зажмурившись, я покрепче схватилась за гранитную стойку, чтобы не упасть на ослабевших ногах. Когда приступ прошел, я открыла кран и плеснула в лицо холодной воды. Меня подташнивало, хотя уверена, что ночью меня уже рвало. В этой ванной комнате. А муж Линсей придерживал мне волосы.

Я раскрыла глаза и медленно, боясь вызвать новый приступ головной боли, повернулась в сторону унитаза. Обрывки воспоминаний один за другим складывались в цельную картинку. Вот я едва не падаю над унитазом, ударяясь коленями о плиточный пол – не удивительно, что они у меня болят – и меня выворачивает, а мужские руки отводят волосы от моего лица. Ладонь чужого мужчины гладит меня по спине, он что-то бормочет успокаивающее.

Далее – провал. Наверное, я отключилась. Рядом с незнакомым мужчиной. Где в это время была Линсей? И каким образом я попала в кровать, в которой проснулась сегодня утром?

Черт, надеюсь, между мной и Итаном Марином ничего не произошло, потому что это будет полный трындец. Нет, Харли, ты не могла так облажаться. Да, ты накосячила прошлым вечером, но ты не спала с чужим мужем.

Ведь не спала же?

Мое отражение смотрело на меня с паникой в глазах. Я не могла быть ни в чем уверенной, и если что-то было после того, как я отрубилась, не было гарантии, что он ничего не сделал. А может, я потом пришла в себя и позволила Итану трахнуть себя, а теперь просто этого не помню?

Когда пятнадцать минут назад я очнулась в незнакомой комнате, в кровати под одеялом, то была одета. На мне было мое платье и что немаловажно – трусы оказались на месте. Это было слабое утешение, но все же говорило в пользу о том, что у меня не было секса, которого не должно было быть. Если только затем он меня не одел. Но стал бы он это делать? Мне казалось маловероятно.

«Возьми себя в руки, Харли!» ‒ велела я себе. Для начала надо позвонить Коулу и сказать, что я в порядке. Хотя это и спорный вопрос. Но звонить ему у меня не хватило духу, поэтому, поколебавшись, я чиркнула пару строк о том, что со мной все хорошо и я у подруги, которую встретила в клубе. Пообещав ему перезвонить позже, я вышла из ванной, и, встав посреди комнаты, стала думать, как быть дальше.

Мне было немного страшно выходить из комнаты. Я не могла знать, что ожидает меня там, за дверью. Встреча с мужчиной, которого я практически не знала, но очень может быть успела познать в библейском смысле? Или с его женой, которая теперь ненавидит меня и попытается убить?

Решаясь, что делать, я прислушалась, пытаясь услышать голоса в доме, но все было тихо. Что, если дома никого нет, и я смогу уйти незамеченной? Правда, тогда я не узнаю, что случилось после того, как я оказалась дома у Маринов, а я все же хотела выяснить правду.

Стараясь не создавать шума, я приоткрыла дверь и прежде чем выйти, высунула голову в коридор. Пусто. Поблизости никого не было. Держа свои босоножки в руках, босиком прошлась по ковролину и спустилась на первый этаж, где также никто мне не встретился. Будь я в лучшем состоянии, я бы по достоинству оценила просторный дом Маринов из светлого камня и дерева. Но осматриваться было некогда. Я направилась к входной двери и уже собиралась выйти, но тут поняла, что даже не знаю, где нахожусь, и как буду добираться домой.

И как бы не обстояли дела, мне надо узнать, что произошло после того, как я отключилась в ванной.

По-прежнему ступая тихо, я пересекла холл и через небольшой коридор оказалась в современной, сверкающей сталью хромированных приборов, кухне. Полагая, что хозяева не будут против, я нашла в шкафу стакан и с жадностью выпила воду из-под крана. Сполоснув стакан, я вдруг услышала какие-то звуки снаружи.

Крадучись подобравшись к окну, выглянула во двор и увидела мужской силуэт на фоне большого бассейна. Мужчина стоял в лучах солнца, поэтому я не могла разобрать деталей, но одну деталь я все же определить смогла – он был без плавок. То есть – абсолютно голый. Незнакомец находился ко мне спиной, приготовившись к прыжку. Он вытянул руки вверх и мышцы его загорелой спины и ягодиц натянулись, а затем он оттолкнулся и плавно вошел в воду. Через несколько мгновений он вынырнул и развернулся в сторону дома. Это был Итан Марин. Я пялилась на голого Итана Марина.

Я отшатнулась от окна, хотя он не должен был меня заметить. А может и заметил. Этого я так и не поняла, но даже если и так, мужчина ничем себя не выдал. Муж Линсей принялся плавать, уверенными движениями рук разрезая воду, а я пыталась решить – бежать мне, пока есть такая возможность, или дождаться его и поговорить?

Я выбрала второе.

Выглядывая в окно, я не заметила Линсей. Скорее всего, Итан был один (или же я просто засмотрелась на его голую задницу), а Лин, вполне возможно, еще спала. После нашего вчерашнего загула это было бы не удивительно.

В этот момент раздался звонок моего мобильного. Имя Коула высветилось на экране. Поморщившись от досады, я нажала на сброс вызова. Я не могла разговаривать с ним сейчас. Выяснить отношения с Коулом еще успею. Сейчас был вопрос поважнее.

Я вновь подошла к окну. Итан Марин как раз выбрался из бассейна и к моему облегчению, обмотал бедра полотенцем. Было бы ужасно неловко (еще больше, чем уже), останься он голым. Убедившись, что все его непредназначенные для моих глаз части тела прикрыты, я вдохнула побольше воздуха и вышла в патио.

‒ Доброе утро.

Итан встретил меня улыбкой. Если ночью и произошло что-то, чего быть не должно было, по нему я этого не заметила.

Возможно, для него это утро выдалось добрым, но о себе я того же сказать не могла. Выглядела я почти также паршиво, как и после пробуждения. Да и чувствовала соответствующе.

Тем ни менее, я неловко обронила что-то в ответ.

‒ Надеюсь, тебе уже лучше. ‒ Мужчина прошел к круглому столу под тенью дерева, на котором был накрыт завтрак. Капли воды стекали по его загорелой спине, впитываясь в полотенце. Улучив себя на том, что какого-то черта пялюсь на него, я подошла ближе.

‒ Нет, не особо, ‒ со вздохом призналась я.

‒ Держи.

Итан налил в стакан апельсинового сока и протянул мне.

‒ Спасибо.

Я гадала, как он может выглядеть таким здоровым и свежим после вчерашнего? Или он выпил намного меньше нас с Лин?

«Очевидно».

‒ Где Лин?

‒ О, она еще не скоро поднимется с постели, ‒ усмехнулся мужчина, усаживаясь в плетеное кресло. Он сделал мне знак последовать его примеру, что я и сделала.

«Ну, он не торопится развеять твои сомнения. Тебе придется спросить его. Блин!»

Оттягивая неприятный момент, я глотнула сока и тут же ощутила спазм в желудке.

‒ Я хотела бы извиниться за то, что доставила вам с Лин неудобства прошлой ночью, ‒ издалека начала я.

Расслабленно устроившись в кресле, Итан покачал головой. Его четко очерченные губы сложились в непринужденной улыбке. Вчера, при знакомстве с ним, я отметила, что он мужчина привлекательный. Сегодня утром я в этом убедилась, хотя его русые волосы оказались на несколько тонов светлее, чем мне показалось при неярком освещении ночного клуба.

‒ Все в порядке, Харли. Ни о чем не беспокойся.

Итан махнул рукой, отметая все мои возможные возражения. Он на самом деле не выглядел хоть сколько-нибудь недовольным моим вторжением.

‒ Кажется, ночью мне стало плохо. ‒ Я поставила недопитый сок на стол: мои руки начали немного дрожать от волнения, и я боялась расплескать остатки.

Мужчина кивнул, подтверждая мои слова, но ничего не сказал. Я поерзала в кресле, испытывая сильнейшее смущение.

«Было бы мне легче, не знай я, что под полотенцем он голый?»

‒ Итан, мне очень неловко, ‒ я посмотрела в темно-карие глаза мужчины, ‒ но я должна это спросить. Мне кажется, я отключилась после того, как меня вырвало – по крайней мере, я ничего не помню после того момента, но… Мы ведь ничего не делали? Ничего такого, из-за чего мне было бы стыдно перед Лин?

«И Коулом».

Молчание, как мне показалось, затянулось.

«Черт, почему он не отвечает?! Неужели все же было?!» ‒ в панике завопил мой внутренний голос.

Внезапно Итан запрокинул голову и от души рассмеялся. Я моргнула, таращаясь на его подрагивающую в приступе смеха, грудь.

‒ Это значит «нет»? – с надеждой пискнула я.

‒ Нет, Харли, того, о чем ты подумала, не было, ‒ отсмеявшись, успокоил меня мужчина.

‒ Фух! – Я с облегчением выдохнула и наконец-то смогла немного расслабиться. ‒ Извини, но я должна была это спросить.

Итан покачал головой:

‒ Не извиняйся.

‒ Просто у меня есть парень. ‒ «Сейчас очень злой парень». ‒ И мне нравится Лин. Я бы не хотела расстраивать ее, ‒ призналась я.

‒ Понимаю. ‒ Итан кивнул. ‒ Я помог тебе добраться до комнаты, а потом тебя стошнило, и ты отключилась на полу ванной. Я не мог тебя там оставить и отнес в кровать. На этом все.

Слова Итана звучали логично. Значит, за это мне можно было не переживать. Осталось решить вопрос с Коулом. Кто знает, может все окажется не все так плохо?

Будто чувствуя, что я думаю о нем, Коул прислал мне сообщение:

«Оставайся у Маринов. Я сейчас за тобой приеду».

«Вот дерьмо! Дерьмо! Дерьмище!»

‒ Харли? – озадаченно позвал меня Итан. Видимо заметил, как отхлынула краска с моего лица.

«Как он узнал, где я?»

‒ В чем дело?

‒ Это мой парень, ‒ я перевала взгляд с телефона на хозяина дома, ‒ он сейчас за мной приедет. Он долго не мог связаться со мной и, похоже, не в восторге от этого.

На лице мужчины отразилось понимание.

‒ Итан, мне неудобно просить, но ты бы не мог одеться? – торопливо попросила я. Времени на расшаркивания у меня не было. ‒ Я не хочу, чтобы Коул неверно оценил обстановку.

К моему облегчению, Итан не стал возражать. Поднявшись, он ушел в дом, а я осталась дожидаться Коула.

Злого и раздраженного.

Нет, правда – как он выяснил, где я?

Нервничая из-за предстоящей встречи, я достала из сумки пудреницу и посмотрелась в зеркало.

‒ Твою же мать! ‒ под нос себе выругалась я, и, опустив зеркало, взялась небольшой расческой распутывать колтуны на голове.

Я так переживала из-за предполагаемого, совсем неуместного секса с Итаном Марином, что не позаботилась хоть немного привести себя в человеческий вид. Умывание холодной водой почти не помогло смыть размазанную туш.

В панике расчесывая волосы, я думала о том, как это некстати, что Коул увидит меня такой. Мы с ним недостаточно долго вместе, чтобы пугать его таким непрезентабельным видом.

«Интересно, еще не поздно позвонить ему и попросить не приезжать?»

Не прошло и двух минут, как я об этом подумала, когда дверь справа от меня отворилась и Итан, а следом за ним Коул, вышли в патио.

Я бы не удивилась, если бы приближаясь, мужчины услышали грохот моего сердца. Скользнув взглядом по Итану и заметив, что он успел переодеться в шорты и футболку-поло, я уставилась на Коула. На какой-то момент я даже перестала дышать, не зная, чего мне от него ожидать.

Коул остановился в нескольких шагах от меня и окинул меня угрюмым взглядом, но ничего не сказал. Тишину нарушил хозяин дома:

‒ Я объяснил мистеру Кроуфорду, что моя жена буквально не оставила тебе ни шанса, настойчиво приглашая после клуба отправиться к нам, ‒ обратился ко мне Итан.

Я взглянула на него, с удивлением обнаружив, что он пытается помочь мне оправдаться перед Коулом. Кажется, это и правда была идея Лин, чтобы я переночевала у них. Только я не могла за это ручаться – воспоминания были нечеткими.

‒ Извини, что заставила тебя поволноваться. ‒ С максимально невинным видом улыбнулась я, неловко переступив с ноги на ногу.

Коул не спеша опустил глаза вдоль моего тела и на несколько мгновений задержался на моих коленях, после чего бесстрастно вернулся к лицу.

Придя в замешательство, я быстро посмотрела вниз. На моих коленях красовались два больших красных, припухших пятна, полученные от удара о плитку ванной. Но Коул об этом не знал. Он мог подумать, что я получила их от того, что длительное время стояла коленями на твердой поверхности.

«Вот же засада!»

‒ Пойдем, ‒ коротко обронил Коул и, развернувшись, вернулся в дом, даже не оглянувшись, чтобы удостовериться, что я за ним следую.

С пылающим от унижения лицом, я забралась на заднее сиденье лимузина, в отчаянии кусая себя за внутреннюю часть щеки. Коул сохранял ледяное молчание, игнорируя мое присутствие.

«Ладно, я провинилась, мне и решать эту проблему».

‒ Прости. Мне жаль, что так вышло, ‒ пробормотала я, но он никак не отреагировал. ‒ Коул! – позвала я, впившись пальцами в обивку сиденья.

Пусть злится на меня из-за того, что не брала трубку и уехала к Маринам, не предупредив его, но я не могла позволить, чтобы он делал ложные выводы из увиденного.

‒ Сантос, езжай к дому мисс Бенсон, ‒ продолжая игнорировать меня, велел водителю Коул.

Я покосилась в сторону Сантоса: мне не хотелось, чтобы у моего позора были свидетели, но я подозревала, что Коул намеренно не стал поднимать перегородку.

‒ Ты приехал за мной, чтобы сейчас наказывать своим молчанием? – Я сделала еще одну попытку пробить его брешь. Тяжело вести разговор, когда тебе не отвечают.

Наконец-то Коул взглянул в мою сторону, но воспринимать это как его капитуляцию было рано.

‒ Считаешь, я тебя наказываю? – голосом, лишенным эмоций, спросил он.

Я быстро кивнула:

‒ Да!

‒ Хорошо.

И на этом все. Он вновь утратил ко мне интерес, переключив все внимание на свой телефон.

Хорошо? Хорошо?! Что это вообще такое? То есть, он подтверждает, что наказывает меня? Будто я провинившийся ребенок?

Великолепно!

Не найдя подходящих слов, чтобы выразить, что я обо всем этом думаю, я откинулась на сиденье с одной мыслью – быстрей оказаться дома. Хочет злиться и играть в молчанку – его право.

Не дожидаясь, пока Сантос выйдет и откроет дверцу лимузина, как только машина притормозила, я выбралась наружу и, не оглядываясь, взбежала на крыльцо, рванула дверь и, не сбавляя темпа, стала подниматься в свою квартиру. Позади себя я слышала шаги, что означало, что Коул решил остаться. Но ведь он не может находиться у меня дома и не разговаривать со мной?

Пока я выуживала ключи из сумочки и вставляла в замочную скважину, Коул успел нагнать меня и, ощущая его присутствие у себя за спиной, я отчего-то психовала.

Я хотела выяснить с ним отношения и во всем разобраться, но в то же время мне хотелось, чтобы он ушел. Оказавшись в квартире, я сбросила босоножки и швырнула сумку на диван, всем своим видом показывая, что я возмущена его поведением.

‒ Теперь мы можем поговорить? – Я уставилась на Коула, вскинув подбородок.

Мужчина остановился посреди комнаты, сдержанно глядя мне в лицо.

‒ Только после того, как ты примешь душ и приведешь себя в нормальный вид.

Нотки снобизма и неодобрения в его голосе резанули мне слух. Я моргнула, непроизвольно отступив назад. Конечно, я знала, что выгляжу, мягко говоря, не очень, но он будто заявил, что такая, как сейчас, я не заслуживаю его внимания и времени. Не соответствую Коулу Кроуфорду.

На какой-то миг мне захотелось с ним поспорить. Упереться и заявить, что если хочет разговаривать, ему придется смириться с тем, что есть, а иначе может проваливать. Но это желание исчезло так же быстро, как и появилось. Этим утром я не находилась в боевом настроении, к тому же, все еще плохо себя чувствовала, и душ, как я надеялась, облегчит похмелье.

Оказавшись в ванной, я получила небольшую передышку, и у меня появилось время подумать, как и что мне сказать Коулу, чтобы его гнев сменился на милость. В очередной раз я напомнила себе, что не сделала ничего (кроме того, что вынудила его немного поволноваться), из-за чего могла бы считать себя виноватой перед ним.

Стоя под потоками теплой воды, я с наслаждением чувствовала, как потихоньку расслабляются мышцы в теле. Я не торопилась, даже зная, что меня ожидает Коул. Я тщательно вымыла голову и терла кожу мочалкой, пока она не покраснела. Небольшая ванная комната быстро наполнялась паром. Наконец-то, я выключила воду и вышла из кабинки, замотавшись в полотенце. Стерев конденсат с зеркала, я посмотрела на свое отражение с удовлетворением впервые за этот день. Воспаление на подбородке никуда волшебным образом не исчезло, но в остальном все было куда лучше, чем полчаса назад.

Порывшись в ящике и отыскав мазь от прыщей, я нанесла немного на покрасневшую зону. У меня была не особенно проблемная кожа, но порой случались такие мелкие неприятности.

Пока я возилась с лицом, Рина постучалась в дверь и, не дожидаясь ответа, вошла внутрь.

‒ Ну ты здесь и напарила! – наморщила нос подруга.

Я не знала, что она дома. Наверное, затаилась в своей комнате, когда появились мы с Коулом.

‒ Сильно паршиво смотрится? – Я оглянулась к ней, указав на свой подбородок.

Рина подошла ближе и, присмотревшись, покачала головой.

‒ Не, не очень. Так ты расскажешь, что вчера произошло после того, как я ушла с тем красавчиком?

Взяв с Рины обещание, что позже она в деталях опишет мне свои приключения с ее новым юным другом, я рассказала о том, как перебрала с алкоголем, подстегнутая неуемной Линсей Марин и как в итоге проснулась в ее доме. Подробности того, как меня вывернуло при ее муже Итане и то, что какое-то время допускала, что у нас мог быть секс, я решила опустить.

‒ Коул на меня жутко зол, ‒ с досадой вздохнула я.

‒ Это я уже поняла. И сейчас он ждет тебя, чтобы всыпать по твоей непослушной заднице? – Рина вскинула крашеные брови.

‒ Он не станет бить меня по заднице! – возразила я, только наполовину уверенная, что Рина шутит. ‒ Он хочет, чтобы я как следует пожалела, что доставила ему сложности, не поставив в известность, где я и с кем.

‒ Ну, у него вроде как есть причина быть недовольным, ‒ осторожно заметила подруга.

Я уставилась на нее, словно она подставила мне подножку. Хотя, в ее словах был смысл.

Черт!

‒ Энди никогда не стал бы устраивать из подобного целую историю! – Как будто моего бывшего волновало что-то кроме его собственной персоны.

‒ Это говорит лишь о том, что Энди тот еще козел, ‒ хмыкнула Рина.

Вот тут я на сто процентов была с ней согласна.

‒ А сейчас, думаю, мне лучше свалить и дать вам возможность пошуметь без свидетелей, ‒ сказала она.

Я скрестила руки на груди, с разочарованием покачав головой.

‒ Ты просто трусливо сбегаешь!

‒ Он мой босс! – Она виновато развела руками. ‒ Если ты его выведешь, а я окажусь рядом, он может меня уволить!

Я впилась в нее взглядом в надежде воззвать к ее совести, но не сработало. Быстро обронив, что мыслями она со мной, подруга выскользнула за дверь.

Я вздохнула и обреченно посмотрела на свое отражение: сколько время не тяни, а выйти к Коулу все равно придется.

Я немного ускорилась, решив, что в той поговорке верно говорится – перед смертью не надышишься. Волосы сушить феном я не стала, наспех промокнув полотенцем. Вернувшись в свою комнату, я надела белую футболку и серые домашние треники. Вообще-то, моя рука сразу потянулась за шортами, но тут я вспомнила про свои колени и подумала, что нечего Коулу давать лишнюю возможность разглядывать их. Одевшись, я подошла к зеркалу, убедиться, что выгляжу нормально. Без излишеств, никаких манипуляций, чтобы отвлечь его и переключить его внимание на определенные части моего тела. Я не хотела, чтобы он решил, что я старалась предстать перед ним в привлекательном виде.

Это не так.

Треники. Он может подумать, что я надела их, чтобы скрыть от него колени. Что является правдой. Потому что мне есть что скрывать. А вот это – не правда. Но зачем давать ему лишний повод?

Беззвучно захныкав, я выбралась из треников, быстро натянула шорты и шагнула за дверь.

Коул сидел перед включенным телевизором, но когда я вошла, выключил его и поднялся.

Я не знала, как все будет, когда я вернусь. Он сразу набросится на меня с обвинениями, или возьмет время на раскачку? Хотя времени я дала ему предостаточно, меня почти час не было. В какой-то момент я даже думала, что Коул вломится в ванную, устав ждать.

Но, нет, не вломился. Дождался. И хотя хмурился, раздраженным от нетерпения не выглядел.

Я уставилась на него, пытаясь сообразить, как начать (не знаю, отчего решила, что это должна быть я), но ничего не было.

Извиниться еще раз? Нет, да и не думаю, что это то, чего он хотел.

Я засунула руки в задние карманы шорт и переступила с ноги на ногу.

‒ Не против, если я сделаю кофе?

Я как, могла, оттягивала неприятный разговор.

‒ Нет.

Коул мотнул головой, и его брови еще глубже сошлись на переносице. От меня не укрылось, как он вновь взглянул на мои колени. Наверное, оценивал, могла ли я стереть их, пока отсасывала какому-нибудь мужику в клубе.

Интересно, он спросит?

Я зашла за стойку, что отделяла кухню от гостиной. Набрала воды в кувшин, сменила фильтр, насыпала кофе. Не оглядывалась, но чувствовала этот ощупывающий взгляд между лопатками.

Почему меня так задевало, что он надумал самые худшие вещи? Разве у него не было оснований? Я пропала, всю ночь не отвечала на его звонки, и он знает, что я здорово набралась накануне. Он и не должен верить мне всецело. Но, тем ни менее, я была задета и обижена, ведь он усомнился в моей верности.

Я бы хотела сказать, что во всех своих предыдущих отношениях не изменяла мужчинам, с которыми была. Но я бы солгала. Я изменяла. Я спала с женатыми и парнями, у которых были подружки. Мне изменяли, в конце концов.

Но все то было… Теперь кажется так давно, может даже не со мной. Не совсем той, кто я сейчас. Потому что мне хочется верить, что с ним я становлюсь лучше. Наверное, так действует на людей любовь.

‒ Ты трахалась с кем-то этой ночью?

Жесткий, прицельный вопрос Коула выстрелил мне в затылок. Кажется, я даже вздрогнула. Ну, я ждала чего-то подобного. Может не в таком оттенке, но ждала.

Я обернулась, встретив темный, требовательный взгляд. Пришло время неудобных ответов. По всей видимости, вопросы неудобства у него не вызывали.

‒ А ты поверишь мне, если я скажу нет?

Господи, не знаю, почему просто не ответила: «Нет, Коул, ни с кем». Это была чистая правда! Так почему я не сделала этого? Взыгравшее самолюбие и обида, подозреваю.

‒ А у меня есть основания не верить, Харли? – Он выгнул темную бровь, лицо приняло слегка скептическое выражение. Будто он уже знал ответ, знал все мои секреты, но по какой-то причине хотел со мной поиграть. Кот, который решил позабавиться с мышью перед тем, как ее съесть.

Мне захотелось его ударить. А еще я подумала, какой же он красивый. Так некстати подумала.

‒ Знаешь, я не стану умолять тебя мне поверить. ‒ Я покачала головой – пусть не строит иллюзий, что я буду всячески цепляться за него, пытаясь вернуть себе его милость. Не стану. Правила изменились. И он с этим согласился. ‒ Но у меня никого не было этой ночью. ‒ Я пожала плечом, не зная, что еще сказать, чтобы это не выглядело как оправдание.

‒ Мне стоило догадаться, что с тобой будут проблемы, ‒ угрюмо пробормотал Коул. ‒ Ты слишком молода, легкомысленна. ‒ Он махнул рукой в мою сторону, словно обвиняя меня в моем возрасте.

Я моргнула в недоумении: это было что-то новое. Раньше его мой возраст не волновал.

‒ Что не так с моим возрастом? С каких пор это стало проблемой?

Я вышла из-за стойки, скрестив руки на груди.

‒ Молодости свойственна глупость, Харли. ‒ Кажется, он ничуть не сомневался в своих словах. ‒ Ты еще не можешь оценить своего везения. Ты хотя бы понимаешь, сколько женщин хотели бы оказаться на твоем месте?

Он сложил руки на поясе, глядя на меня с высоты своего роста. Весь такой небожитель, снизошедший до простой смертной. Может так это и было каком-то смысле.

Поправка: я хотела его не просто ударить, а вмазать со всей силы. Чтобы пошатнуть эту его сраную самоуверенность!

‒ Извини, что сразу по достоинству не оценила своего везения, ‒ развела я руками. Из меня вырвался смешок, и я закусила губу. Это происходило на самом деле?

Пусть бы лучше думал, что я ему изменила.

‒ Может тогда тебе лучше найти ту, кто сразу поймет, какое счастье попало ей в руки? – предложила я, за дерзкими словами пряча боль.

Коул кивнул:

‒ Да, наверное, так и надо поступить.

Мы глядели друг на друга, как два соперника, задача которых, ударить, задеть побольнее. Даже если он сказал это под влиянием эмоций, это не делало его меньшим мудаком, чем он был в этот момент.

‒ Дело не в том, что я заставила тебя поволноваться? Или не потому, что доставила неудобство, вынудив искать меня. Ты просто не хочешь быть со мной? – Я так не хотела, но мой голос все равно надломился, дрогнул и предал меня. ‒ Тебе просто нужен повод, да?

Я неловко обхватила себя руками и сделала попытку улыбнуться. Не потому, что хотела улыбаться, а потому, что не хотела плакать. Но едва ли это была улыбка – мои лицевые мышцы дернулись, и я поджала губы. Держалась я неважно. Заплакать – последнее дело.

Коул чертыхнулся. Хмурые складки у него на лбу разгладились, в глазах отразилось что-то, что я приняла за сожаление. Он шагнул ко мне. И вот он так близко, сильная ладонь лежит у меня на затылке. Наши лица оказываются в миллиметре друг от друга.

‒ Я хочу знать, что ты в безопасности и еще, что могу рассчитывать на честность, ‒ прошептал он, не скрывая эмоций. ‒ Это все, о чем я прошу, Харли. ‒ Коул немного отстранился, глядя мне в глаза. Сейчас почти мягко, с теплом.

Я была немного – или много – потрясена. Он и правда беспокоился обо мне.

‒ Я не знал, где ты, что с тобой и то, как я себя из-за этого чувствовал… Харли, это было паршиво.

Это было искреннее признание. Коул сделал его, как есть, без всей этой шелухи, в которую мы так желаем забраться в испуге, что увидят нас настоящими. Самое страшное не это – самое страшное, что нас отвергнут, посчитают слабым.

Его признание не было слабостью.

‒ Все хорошо, Коул. ‒ Я положила ладони ему на лицо, чувствуя под пальцами проступившую щетину. Только заметила, что этим утром он не побрился. ‒ Я в порядке, ничего не случилось.

По его глазам я видела, что он со мной не согласен и еще не готов отпустить ситуацию, но Коул ничего не ответил, лишь сжав губы.

‒ Слышишь? ‒ Я прильнула к нему, оставив легкий поцелуй на потемневшем подбородке. ‒ Я здесь, с тобой. И у тебя нет повода сомневаться в том, что ты единственный мужчина, о котором я думаю и которого хочу, ‒ прошептала я, прижавшись к нему.

Под моими ладонями его тело начало расслабляться. Тени в глазах рассеялись, сменившись дымкой желания.

Похоже, буря миновала.

‒ Этот стол достаточно крепкий? – Кивнув в сторону обеденного стола, хрипло спросил Коул.

Мои глаза вспыхнули догадкой, и мне понравилось то, что он задумал.

‒ Давай это проверим, ‒ усмехнувшись, предложила я и, взяв его за руку, потянула за собой.

‒ Что ты здесь делаешь?

Я придержала дверь, давая Коулу пройти в квартиру. Его появление стало сюрпризом для меня – ранее он говорил, что будет занят, и сегодня вечером мы не сможем увидеться. Пользуясь свободным временем, я решила устроить большую стирку – мне давно пора было этим заняться.

‒ Хочу, чтобы ты кое-куда со мной съездила. ‒ Коул с интересом оглядел меня, задержав внимание на волосах, которые я собрала в небрежный, перекошенный пучок.

Я машинально поднесла руку к голове, коснувшись волос. Поделать с прической в одно мгновение ничего нельзя было – но уж как есть. Он мог бы и предупредить о своем визите немного заранее.

‒ Ты очень мило выглядишь, Харли. ‒ Заметив мое смущение, Коул обхватил ладонями мои запястья и завел руки мне за спину. ‒ Теперь я уже не уверен – остаться здесь или все же свозить тебя туда, куда собирался, ‒ пробормотал он, приблизившись к моим губам.

Во мне боролось любопытство и желание остаться с ним в совершенно пустой квартире. Рины не было, и мы могли использовать любую поверхность для очень жаркого, грязного секса. Но все же, я не могла игнорировать то, что он хотел показать мне что-то.

Ладно, может быть после?

‒ Ты должен удовлетворить мое любопытство, ‒ подавляя разочарованный вздох, сказала я.

‒ Мне приносит огромное удовольствие удовлетворять тебя, Харли, ‒ пророкотал Коул, красноречиво двинув бровями.

Боже, этот мужчина! От его близости и контакта наших тел у меня слабели ноги. Я заулыбалась, под его порочным взглядом плавясь изнутри. Кажется, я на шаг от того, чтобы плюнуть на все и наброситься на него прямо в этом коридоре.

‒ Но то, что я задумал, тебе должно понравиться. ‒ Он отступил от меня, приняв решение, и указал в сторону моей комнаты: ‒ Поторопись, хорошо?

Я пообещала, что мигом и умчалась в свою комнату. С тех пор, как я переехала к Рине почти два месяца назад, тут кое-что изменилось, но не многое. Я не так часто бывала дома, проводя значительную часть времени в Империи.

‒ Мне надо надеть что-то особенное? – Я выглянула в приоткрытую дверь – Коул ожидал меня в гостиной, и казалось, занимал собой почти все пространство небольшой комнаты. Он был высоким и если бы поднял руку, без труда коснулся бы потолка. Сегодня он был одет в черно-серую спортивную куртку и черные карго, а значит, скорее всего, ничего формального не намечалось.

‒ Нет, одевайся, как тебе будет удобно, ‒ покачал головой Коул.

Я вновь скрылась в комнате, выхватила из комода джинсы, футболку и быстро переоделась. Затем стянула резинку с волос и без усердия расчесала – получилось слегка небрежно, но соблазнительно. Далее немного блеска на губы и последний оценивающий взгляд в зеркало. Что ж, сойдет.

‒ Ты сегодня сам за рулем? – С удивлением взглянула я на Коула, когда мы вышли из дома, и я увидела черный глянцевый автомобиль. Сантоса рядом не было. Коул не так часто водил сам – очевидно, статус навязывал свои условности.

‒ Сегодня только мы с тобой.

Он подмигнул мне, подбросив ключи от машины в воздухе.

Его хорошее настроение оказалось заразным. С широкой улыбкой на лице я заняла место рядом с ним, предвкушая нашу поездку, куда бы он ни задумал. На самом деле, по большей части, для меня не играло роли, куда именно мы направляемся, главное – он был рядом и в этот момент принадлежал только мне.

Ничего не понимая, я уставилась на Коула. Он в свою очередь едва сдерживал улыбку. То, что происходило, можно было описать одним словом ‒ СТРАННО.

Очень, очень странно.

‒ И что мы здесь делаем?

‒ Я подумал, что твой бывший парень поступил с тобой очень плохо. ‒ Коул вышел из машины, и, секунду помедлив, я последовала его примеру. Он обошел капот авто и остановился напротив меня, все еще озадаченную тем, что он привез меня к дому, в котором я жила с Энди. ‒ Разве ты не думаешь, что это не должно сойти ему с рук?

Мужчина вздернул темную бровь, ожидая моего ответа. Вообще-то, я множество раз представляла себе, как расправляюсь с придурком Энди. Ну, не знаю – прокалываю шины его тачки или забрасываю его тухлыми яйцами, когда он выходит из дома. Что еще я могла сделать этому вонючему скунсу?

Но Коул – другое дело. Сомневаюсь, что мы здесь для того, чтобы сделать Энди какую-нибудь мелкую пакость. Это не уровень Коула. Если честно, я даже немного боялась того, что он задумал и что мог сделать с Энди.

‒ Ты же не станешь ломать ему ноги или руки? – с опаской покосилась я на Коула, за что он удостоил меня укоризненным взглядом.

‒ Не знаю, какие у тебя представления обо мне, Харли, но я не сицилийская мафия, ‒ сухо отозвался мужчина, но видя, что его слова меня не убедили, добавил: ‒ Нет, я не стану ничего ему ломать. Ты просто заберешь свои вещи.

‒ Значит, ты привез меня сюда, только чтобы я забрала свои вещи? ‒ тронутая этим фактом, переспросила я.

Коул кивнул.

‒ Мне показалось, для тебя это важно, ‒ глядя на меня, произнес он.

И это было так. Но то, что он не просто послушал меня и забыл, а предпринял меры – подкупило меня. Разве он может нравиться мне больше, чем сейчас? И разве я могу в него не влюбиться? Он же просто не оставляет мне шанса.

‒ Спасибо. ‒ Я шагнула к нему, положив руку на изгиб его локтя.

‒ Пойдем, заставим Энди немного понервничать. ‒ Коул кивнул в сторону двери.

‒ Ты ведь на самом деле не станешь его калечить? – прежде чем войти в здание, уточнила я.

Мне показалось, Коул издал что-то похожее на страдальческий стон и, взяв меня за руку, потянул за собой.

Я не знала, как он узнал адрес Энди – не от меня точно – но решила не спрашивать. Какая разница? Я давно приняла и усвоила тот факт, что у Коула была власть и такая вещь, как выяснить мой бывший адрес, для него точно не составляет проблемы.

Поднимаясь по лестнице на нужный этаж, я удивлялась тому, как круто изменилась моя жизнь с тех пор, как я была тут в последний раз. А ведь прошло менее двух месяцев, но сейчас мне казалось, будто ту Харли, что жила в этом доме со своим парнем Энди и меня настоящую разделяет настоящая пропасть.

‒ Его может не оказаться дома, ‒ пробормотала я, вслед за Коулом шагая по деревянной лестнице.

Мужчина ничего не ответил на это, но его взгляд, брошенный на меня через плечо, не давал усомниться, что он знает, что делает.

Когда мы приблизились к нужной двери, Коул обернулся ко мне.

‒ Тебе лучше встать так, чтобы Энди не увидел тебя в «глазок».

Это было резонно. Но с чего он взял, что Энди вообще станет ему открывать? Мой бывший парень немного труслив, а Коул… ну, его вид может внушать чувство опасности.

Я отошла к стене, чтобы Энди, посмотрев в «глазок», не смог меня увидеть. От того, что он задумал, у меня подскочил адреналин в крови. Насколько то, что мы собираемся сделать, законно? Скорее всего, этот вопрос волнует только меня, потому что мой парень тот, кто привык преступать закон.

«О, боже!»

Мой желудок сжался, но вместе с волнением я испытывала некий странный подъем. Как же мне хотелось увидеть рожу Энди и может быть, даже врезать ему. Хотя, я ведь сама просила Коула не применять против него физическую силу.

Пока я лихорадочно соображала, Коул постучался. Ждать долго не пришлось – за тонкой дверью послышался звук приближающихся шагов и через пару секунд дверь, закрытая на цепочку, приоткрылась.

‒ В чем дело?

Я узнала голос Энди: настороженный, как всегда начеку в ситуации, которая ему незнакома. Мне хотелось показаться ему и крикнуть, что он вонючий кусок дерьма, но сомневаюсь, что Коул бы это одобрил.

‒ Энди Ривз? – уточнил Коул, хотя я была более чем уверена, что он и так знал, кто перед ним.

‒ Ну да, а ты…

Договорить Энди не удалось, потому что в этот момент Коул ногой выбил дверь, сорвав цепочку, и оказался в квартире быстрее, чем Энди мог прокричать: «Помогите». Я тоже времени не теряла, заскочила следом за Коулом в квартиру и прикрыла поврежденную дверь.

‒ Привет, крысеныш! ‒ Я оскалилась в злой улыбке, взглянув на бывшего парня, который когда-то обещал мне золотые горы и самую лучшую жизнь, а потом предательски бросил, не найдя храбрости сказать мне в лицо, что порывает со мной. ‒ Что, твои новые замки больше не могут спрятать твою трусливую задницу?

‒ Харли, какого хера ты… ‒ начал кричать Энди, но движением руки Коул заставил его замолчать.

‒ Тссс! ‒ Коул поднес указательный палец к губам, призывая Энди к молчанию и тот заткнулся, моргая в полной растерянности. ‒ Никому из нас не нужен шум, ведь правда, Энди?

На лице Коула проступила покровительственная ухмылка. Он сделал несколько шагов к моему бывшему, и тот в свою очередь поспешно отступил назад. Разумная предосторожность. В отличие от Коула, Энди не был обладателем впечатляющего телосложения. Он был ниже на целую голову, а еще довольно тощим, но ему повезло родиться со смазливой физиономией, на что покупались многие девушки.

Мне захотелось закатить глаза: я тоже купилась на этого вруна.

‒ Какого дьявола ты творишь, Харли? – зашипел Энди, переведя взгляд на меня. ‒ Совсем спятила? Я сейчас же звоню в полицию! – Энди вынул из кармана мобильный, одновременно с тем предусмотрительно отступив за диван. ‒ Ты очень сильно пож…

‒ А ты не очень смышленый парень, да, Энди? – вздохнул Коул, потеряв терпение. В мгновение ока он завел руку себе за пояс и уже в следующий миг направлял пистолет в сторону моего бывшего-неудачника. Энди так и застыл с трубкой в руке, не донеся ее до уха.

«Черт, когда в дело вступает пистолет, это перестает быть забавным», ‒ с оттенком паники подумала я, пялясь на оружие в руке моего любовника.

‒ Давай! – Коул протянул свободную руку раскрытой ладонью вверх, кивнув на мобильный Энди. ‒ Ну же, я одолжу его на время, чтобы ты не наделал глупостей, ‒ поторопил Коул, когда Энди не отреагировал.

‒ Ты просто сумасшедшая! – выплюнул Энди, скользнув по мне злым от бессилия взглядом, передавая телефон Коулу.

‒ Видишь ли, Харли взяла с меня обещание, что я не стану тебя калечить, ‒ с обманчивым терпением обратился к Энди Коул, ‒ но если ты продолжишь оскорблять Харли, я так и быть отстрелю тебе парочку пальцев. ‒ Дуло пистолета опустилось ниже, в направлении рук не на шутку перепуганного Энди. ‒ Впрочем, отсутствие пальцев не помешает тебе играть в покер, как думаешь?

Я догадывалась, о чем именно думал Энди в этот самый момент, но ему хватило ума промолчать. Лично я не была уверена, что угрожать ему пистолетом была такая уж необходимость, но не верила, что Коул действительно станет в него стрелять. Впрочем, проверять я бы не рискнула.

‒ Харли, собери пока свои вещи, а мы тут с Энди немного поболтаем. ‒ Коул, без суеты, обошел кресло и опустился в него, не теряя Энди из поля зрения.

Я заметила, как беспомощный взгляд Энди метнулся ко мне, будто он не был уверен, что когда я выйду из комнаты, Коул не пристрелит его. Я надеялась, что его опасения ложны, но бросившись в спальню, заторопилась, не желая оставлять этих двоих один на один слишком долго.

Я даже не знала, не выбросил ли Энди остаток моих вещей – прошло ведь уже немало времени. С чего бы он стал их хранить? И правда – в шкафу моей одежды не оказалось, но я схватила багажную сумку Энди и побрасала туда все, что нашла своего в комнате – книги, пару дешевых статуэток, шкатулка, которую подарила мне крестная – она особенно была дорога для меня. Я сорвала со стены знак: «Сердце знает лучше», которое купила много лет назад и тоже забросила в сумку. Отступив к двери, я еще раз оглядела комнату, но больше ничего моего там не было.

Коул сидел на том же месте, когда я вышла из спальни. Энди тоже сидел на диване, пялясь в нацеленный на него пистолет. Хм… Выражение его лица стоило того, чтобы оказаться здесь сегодня вечером.

‒ Куда ты дел мои вещи, мудаеб? ‒ Не задерживаясь, я прошла в кухню, соединенную с гостиной. Вынула из шкафа свою любимую чашку и отправила в сумку. Мой взгляд упал на блендер в углу столешницы, и, выдернув шнур из розетки, я схватила его подмышку. ‒ Это, блядь, мой блендер, сраный ты урод! ‒ Носясь по квартире и хватая все эти вещи, которые не были его или только наполовину мои, я по-настоящему разошлась. Я была возбуждена и чувствовала, как энергия течет по моим венам вместе с кровью. Я ведь хотела отомстить ему, столько раз представляла, как делаю ему подлянки. Да, идея Коула вышла за рамки моей фантазии, но я быстро втянулась.

‒ Твои шмотки там, в коробке, ‒ буркнул Энди, мотнув головой в сторону кладовки, дверь которой скрывалась сразу за холодильником.

Он не обманул: картонная коробка, обнаруженная мной на нижней полке в маленькой кладовке, была доверху забита моими вещами, обувью, фотками и прочим нехитрым скарбом, но это были мои вещи и они что-то значили для меня.

Я взгромоздила блендер сверху вещей в коробке, а ручки сумки забросила на плечо. Теперь я была готова убраться отсюда и больше никогда не видеть этого гондона, на которого потратила год своей жизни.

‒ Можем идти, ‒ заявила я, и Коул поднялся, не теряя Энди из виду. Он был позади меня, но, уже подойдя к двери, я затормозила, развернулась и настолько быстро, насколько позволяла тяжесть в моих руках, оказалась возле Энди и с силой пнула его по голени, заставив его согнуться пополам. ‒ Если хочешь пить свои блевотные смузи по утрам, купи свой собственный блендер, придурок!

Невероятно довольная собой, я вышла в коридор. Здесь меня больше ничего не держало.

В один из будних вечеров, когда Коул спустился в казино после ужина, я осталась в номере, решив поискать в сети кулинарную школу. Идея обучения нравилась мне все больше, а поддержка Коула придавала мне еще больше уверенности.

Моя давняя мечта могла осуществиться, и Коул сказал, что посодействует мне в этом. Так почему бы и нет?

Моей задачей было найти подходящую школу, остальное Коул обещал взять на себя.

Устроившись в гостиной на диване с лэптопом, я углубилась в интернет серфинг. Рядом, на кофейном столике, стоял бокал с охлажденным белым вином, который я время от времени подносила ко рту. Увлекшись, я не сразу услышала звук приближающихся шагов по полу. Когда же обратила внимание, что в номере кто-то появился, и отставила компьютер, чтобы пойти взглянуть, оказалось, что это Джейк.

У него был беспрепятственный доступ в пентхаус. Не могу сказать, что он этим злоупотреблял, особенно после того инцидента в кухне, но мысль, что в любой момент Джейк может войти в номер, меня волновала.

Этим вечером он именно это и сделал.

‒ Коула нет – он в казино, ‒ сообщила я без предисловия. Момент, когда мы с Джейком могли общаться без того, чтобы я испытывала дискомфорт, канул в прошлое. Я не хотела оставаться с ним наедине, не теперь, когда знала направление его мыслей.

«– Ты представляла себе это? Нас втроем? Как именно? Я трахаю тебя, а он смотрит или мы оба трахаем тебя»

Джейк бросил взгляд на бокал с вином, затем, не спеша, перевел на меня.

‒ Я знаю, где он. Нам надо поговорить без его присутствия.

«Нет, не надо», ‒ едко отозвался мой внутренний голос. Казалось, фраза, сказанная им, не имела скрытого подтекста, но я все равно нахмурилась. Я не хотела разговаривать с Джейком о чем-либо втайне от Коула.

‒ О чем? ‒ Я скрестила руки на груди, всем своим видом выражая свое отношение к происходящему.

‒ Не о том, о чем ты, возможно, подумала, ‒ ухмыльнулся мужчина.

Я поджала губы, проигнорировав его вызывающее замечание. Нет, я не поведусь на провокацию и не дам ему повода думать, что его заявления могут иметь под собой какую-то почву.

«Я совсем не думаю о сексе с ним. Все это – только плод его извращенной фантазии».

Не дождавшись от меня реакции, Джейк шагнул к дивану. Его тон стал по-деловому сухим.

‒ Прежде чем я изложу свое предложение, должен кое о чем спросить тебя, Харли.

Поколебавшись, я прошла к своему месту и села напротив него.

‒ В чем дело?

Джейк подался вперед, поставив локти на колени.

‒ Ты хочешь помочь Коулу? Хочешь помочь ему получить землю под строительство отеля, которую он так желает?

«Это форменное безумие. Ты спятила, Харли, когда согласилась на это».

По-другому и быть не могло. Приняв предложение Джейка – я заключила сделку с дьяволом. Нет, правда, о чем я только думала?

Глотнув вина, я нервно огляделась. Постепенно бар отеля «Уолдорф-Астория» заполнялся людьми, но Грегори Канингема все еще не было.

Немного поздно было думать о том, какая плохая идея была дать Джейку уговорить себя на то, что я собиралась сделать.

Господи, я в самом деле собиралась сделать это? Действительно?!

«Боже, ну ты и идиотка!»

Только ругать себя было не время. С минуту на минуту тут должен был появиться сенатор Канингем. Отступать нельзя, иначе я сорву затею Джейка, но что самое главное – упущу возможность помочь Коулу.

«Надеюсь, когда он узнает об этом, то не убьет меня».

В первые минуты, когда я только услышала о предложении Джейка, подумала, что он спятил. И он, должно быть, точно спятил, а с ним и я. Я так ему и сказала, но потом, ему каким-то образом удалось меня убедить. Он очень ловко использовал Коула как аргумент, против которого я не имела ничего противопоставить. Кроме здравого смысла. Потому что тут его не было. Никакого здравого смысла в том, что мы планировали провернуть.

Очень может быть, что после этого меня посадят. Или убьют. Мне вовсе не хотелось оказаться где-нибудь на обочине с продырявленной головой. Но Джейк клятвенно заверил меня, что мне ничего не угрожает. Что он все время будет рядом.

И с чего это я ему поверила? Кстати, сейчас его здесь не было.

Я огляделась еще раз и заметила человека, который был моей целью.

«Моей целью – как же жутко это звучит. Типа я какой-то киллер, а сенатор Канингем – моя жертва».

И это недалеко от истины. Он – моя будущая жертва шантажа. Ну, точнее не совсем моя – потому что я не стану шантажировать его лично, всю самую грязную работу сделает Джейк. Мне придется только обманом заманить сенатора в отельный номер, подсыпать снотворное в его выпивку и далее в игру вступит Джейк. Он сделает снимки, которые впоследствии вынудят Канингема позаботиться о том, чтобы Коул получил землю, которая ему так нужна.

‒ Я дам тебе таблетки, которые ты подмешаешь в напиток Грегори. Его вырубит в считанные минуты, и он будет в отключке до самого утра. Ты позвонишь мне, я войду и сделаю снимки, а потом ты уйдешь и забудешь об этой истории. От тебя больше ничего не требуется, Харли.

На словах все звучало не так страшно, и Джейк повторил это так много раз, что я поверила, что все именно так и пройдет – легко и непринужденно. Но теперь, когда я сидела в баре отеля «Уолдорф-Астория» и наблюдала за сенатором в компании еще какого-то мужчины, вся моя уверенность полетала к чертям.

Канингем со своим спутником устроились за столиком в дальнем углу и заказали выпивку. Мужчины что-то оживленно обсуждали, и я стала сомневаться, заметит ли меня Грегори. А он должен был заметить, иначе весь план пойдет крахом.

«Что, возможно, даже хорошо», ‒ с надеждой подумала я. Может это мой шанс избежать огромной глупости.

«Долбанный Джейк! И как я дала себя уговорить?!»

Со вздохом обречения я взяла свой мобильный и отправила Джейку сообщение:

«Он здесь. Разговаривает с каким-то мужиком. Меня пока что не заметил».

«Не дергайся. Все пройдет как надо».

Прочитав ответ Джейка, я закатила глаза – даже он не мог быть настолько уверен в положительном исходе всей затеи.

Слегка развернув корпус в сторону мужчин, я увидела, как те поднялись и пожали друг другу руки. Оба улыбались и выглядели довольными исходом встречи. Затем тот мужчина, личность которого была мне неизвестна, широким шагом направился к выходу и удалился, а Канингем подозвал к себе официанта.

Я вновь уставилась перед собой, приложившись к бокалу. Нервы шалили не на шутку, и мне хотелось проглотить вино одним длинным глотком, после чего попросить у бармена еще, но тогда я буду выглядеть как та, кому есть из-за чего беспокоиться и паниковать. Что на самом деле так, только мне нельзя этого демонстрировать. Если Грегори почует подвох, вся «операция» провалится. И Коул ничего не получит. А мне очень хочется помочь ему. В особенности если это в моих силах.

‒ Я не буду спать с Канингемом! – с шипение заявила я Джейку, когда он описал мне свой план. Да, я слышала, что мне всего лишь надо будет убедить сенатора в том, что я трахнусь с ним, а на деле делать мне этого не придется, но я все равно решила внести ясность.

‒ Тебе и не надо будет. Ты только заставишь его поверить в то, что ему кое-что перепадет, но он отрубится до того, как успеет вытащить свой член и попросит тебя попрыгать на нем, ‒ обнажив белые зубы в злой усмешке, сказал Джейк.

‒ Харли? Это ты?

«Ну вот, началось», ‒ с испугом подумала я, прежде чем повернуть голову вправо и улыбнуться Грегори Канингему.

‒ Сенатор Канингем. ‒ Я изобразила на лице приятное удивление, но при этом старалась не переиграть.

‒ Помниться, мы договорились, что ты будешь обращаться ко мне Грегори, ‒ мягко пожурил меня мужчина. ‒ Ты здесь одна?

Грегори быстро оглядел зал за моей спиной, очевидно, выискивая Коула (и, скорее всего надеясь, что его со мной нет), с легкостью перейдя на дружественный тон.

‒ Одна, ‒ подтвердила я, кивнув.

Мой ответ, без сомнения, удовлетворил сенатора. Он присел на стул рядом со мной и посмотрел мне в лицо взглядом, который трудно было расценить иначе – Грегори давал понять, что я ему нравлюсь, и он рад оказаться в моей компании этим вечером.

‒ Позволишь угостить тебя? – Мужчина указал рукой на мой почти опустевший бокал.

Я согласилась, сделав вид, что польщена подобным предложением и следующие десять минут всячески давала понять, что поощряю ненавязчивый флирт сенатора. Это было не так трудно – Грегори заглотил наживку с легкостью и без какой-либо осмотрительности.

Ненавязчивая болтовня и знаки внимания Грегори расслабили меня и заставили успокоиться. Я даже поверила, что из этой безумной затеи на самом деле может что-то выйти. Все, что мне оставалось делать, улыбаться, кокетничать и изображать одобрение его подкатам.

‒ Харли, могу я спросить, что такая красивая, молодая девушка делает в этом баре в одиночестве? ‒ Грегори перешел на доверительный тон, понизив голос и ближе придвинувшись ко мне. ‒ Коул не против, что его женщина проводит вечер в баре без него?

«Вот сейчас будь очень осторожна. Это важный момент в твоем задании».

Склонив голову и изобразив смущение, я словно ненароком подалась к мужчине – наши колени соприкоснулись. Подняв несмелый взгляд на сенатора Канингема, я увидела то, что мне требовалось – жажда и жгучее желание заполучить меня как можно скорей.

‒ Не хочу лгать вам, Грегори – я здесь ради вас, ‒ с виноватыми нотками прошептала я. Мое сердце колотилось как ненормальное: все или ничего. Это должно было решиться прямо сейчас.

‒ Меня? – переспросил мужчина, сведя брови на переносице. Мой ответ смутил Грегори и слегка охладил его пыл, в глазах мелькнула настороженность.

‒ Я знаю, что вы мной… заинтересовались. ‒ Я намеренно сделала паузу, словно подыскивая подходящее слово. ‒ Коул сказал мне.

‒ В самом деле? ‒ Сенатор выпрямился и, отвернувшись, потянулся за своим стаканом с виски.

Я облизала губы, и, будто невзначай, прислонил свое колено к его ноге.

‒ Коул был бы страшно зол, если бы узнал, что я сейчас здесь, ‒ прошептала я, доверительно глядя на мужчину.

‒ Тогда тебе точно не стоило приходить, ‒ сухо отозвался сенатор, сделав глоток, но при этом не попытался отстраниться.

‒ Но ведь мы можем ничего ему не говорить. ‒ Моя ладонь легла на бедро мужчины – сенатор был напряжен. ‒ Мы ему не скажем, Грегори, ‒ прошептала я, сделав свой голос интимным.

‒ Это какая-то игра, Харли?

Грегори уставился в мои глаза, а я вновь запаниковала. Неужели ничего не выйдет? Неужели из меня никакая соблазнительница?

‒ Я хочу помочь Коулу. ‒ Отбросив волосы на спину, я лениво повела плечом. ‒ И если для этого мне всего лишь надо позволить тебе трахнуть меня – это не проблема. ‒ Вот сейчас я очень рисковала провалить всю операцию, но я выбрала эту стратегию, посчитав, что максимальная честность (ее вариант), позволят мне добиться желаемого. Ладно, Канингем оказался не таким идиотом, как я поспешила заключить сначала и притвориться дурочкой не получится. ‒ Я просто хочу, чтобы ты выполнил часть своей сделки и не проболтался Коулу о моем участии в этом.

Теперь я была хладнокровной, расчетливой девицей, для которой секс – разменная монета. И это сработало. Грегори откинулся на спинку стула и усмехнулся, окинув меня оценивающим взглядом, из которого ушла настороженность.

‒ Ты правда так хочешь помочь своему любовнику? ‒ глядя на меня поверх стакана, растянуто произнес сенатор.

Я кивнула.

‒ Не будь это так, меня бы здесь не было, ‒ призналась я.

‒ Что, если мое предложение больше не действует? ‒ Грегори сделал глоток, задержав на мне похотливые, горящие желанием глаза.

«Старый хрен просто набивает себе цену».

‒ Тогда ты до конца своих дней будешь жалеть, что так и не попробовал. ‒ Я взяла свою сумочку-клатч и соскользнула с барного стула. ‒ Если бы это было возможно, Коул рассказал бы тебе о том, как волшебно я трахаю его своей киской и ртом.

С этой фразой я послала прощальную усмешку сенатору Канингему, и, расправив плечи, зашагала к выходу из бара. Если это не сработает – значит, я забуду об этом и порадуюсь, что мне не придется подниматься в номер с этим озабоченным мужиком и на этом все закончится. Но если мой расчет верный, он не сможет устоять.

‒ Харли! ‒ окликнул меня Грегори, стоило мне выйти из бара.

Быстрая, триумфальная усмешка коснулась моих губ перед тем, как я вернула себе невозмутимый вид и обернулась к сенатору Канингем.

«Черт, Джейк, надеюсь, ты меня не подведешь».

«‒ В Уолдорф-Астория у Канингема есть номер, куда он водит своих шлюх».

Я вспомнила эти слова Джейка, когда поднималась в лифте с Грегори в тот самый номер. У развратного сенатора на самом деле имелось такое место, и мне очень, очень сильно не хотелось оказаться там, но без этого ничего не выйдет.

Я смирилась с тем, что мне придется какое-то время изображать свое согласие на секс с ним. За его пособничество Коулу.

‒ Ты идешь туда не для того, чтобы трахаться с ним, ‒ перед тем, как я вышла из его машины, чтобы войти в бар отеля, сказал мне Джейк. ‒ Харли, ‒ он переместил руку на спинке сиденья и его пальцы коснулись моего голого плеча – а я была так взвинчена, что не попыталась отстраниться, ‒ я бы не стал просить тебя об этом или тем более – принуждать.

Его голос просел, и я впервые увидела его без выражения всеобъемлющей самоуверенности и наглого превосходства. Я увидела искренность и что-то, что очень отдаленно могла бы назвать заботой. В понимании Джейка Хейза. Но я ему поверила. Или хотела верить – не уверена, что это было разумным поступком.

В любом случае, теперь я оказалась в этом номере в компании сенатора Грегори Канингема, полностью доверившись Джейку. Если что-то пойдет не так, я могу рассчитывать только на то, что он окажется здесь быстрее, прежде чем произойдут плохие, необратимые вещи.

В мою голову лезли липкие, противные мысли о том, что Грегори не выпивает напиток со снотворным или тот на него не действует, и он загоняет меня в угол, требуя обещанного секса.

‒ Давай сразу кое-что проясним. ‒ Грегори встал передо мной, коснувшись пряди моих волос. Я вовремя одернула себя, оставшись на месте, а не отшатнулась с брезгливостью на лице.

‒ Что? ‒ Вопреки моему внутреннему волнению, голос мой звучал довольно непринужденно.

‒ Эта сделка подразумевает, что ты остаешься в моем распоряжении целую ночь, выполняешь все мои желания и ведешь себя очень, очень хорошо, ‒ его губы растянулись в блудливой усмешке, ‒ а затем я выполняю свою часть договора.

Я догадывалась, какого рода желания могли одолевать сенатора Канингема. Да, безусловно, наивно было надеяться, что его удовлетворит быстрый трах в миссионерской позе.

Черт, если бы я на самом деле собиралась дать ему, сейчас бы меня стошнило.

‒ Да, я понимаю, ‒ вынужденно улыбнулась я, продемонстрировав, что вовсе не против его извращенных мыслишек. ‒ Но для начала я бы выпила еще бокал вина или чего-то покрепче, если ты не против.

Я бросила свой клатч на диван и не спеша прошлась по комнате, разглядывая обстановку. Сенатор имел неплохой вкус: номер-люкс был просторным, с лучшей отделкой и мебелью. Но, безусловно, царицей комнаты служила кровать – огромная, приглашающая в свои объятья.

Интересно, как много женщин сенатор обработал на ней? А впрочем, даже знать не хочу.

‒ Все, что пожелаешь!

Мужчина подошел к бару и широким жестом обвел ассортимент из алкоголя. Я попросила мартини, и, пока Грегори смешивал коктейль, прикидывала, как бы так улучить момент и забросить снотворное в его напиток.

«Что, если он не станет ничего пить? Тогда все пропало! Как бы мне еще не пришлось отбиваться от возбужденного сенатора и уносить отсюда ноги».

Подобный сценарий заставил меня ужаснуться и между лопаток у меня похолодело.

К моему облегчению, я увидела, как Грегори взял стакан и налил себе виски. Я пристально наблюдала за ним, лихорадочно соображая, как таблетки, которые дал мне Джейк, подбросить в стакан. Не могу же я, в самом деле, попросить Грегори отвернуться, чтобы я могла это сделать?

Это будет совсем странно, не так ли?

С жутко довольным видом (очевидно, считая, что заключил выгодную сделку), Грегори подошел и протянул мне коктейль. Я пробормотала слова благодарности, за чуть жеманной улыбкой пряча нервозность. Пусть думает, что я с ним кокетничаю, даже если не совсем умело, только ничего не подозревает.

Не спуская с меня темных, похотливых глазок, в которых читалось неприкрытое предвкушение, сенатор Канингем поднес свой стакан ко рту и сделал глоток. Я задержала свой взгляд на пришедшем в движение горле, а в голове навязчиво тарабанила мысль, что мне любой ценой надо подбросить таблетки.

Любой, мать его, ценой!

‒ Ты пока пей свой мартини, я скоро вернусь. ‒ Грегори отставил недопитый виски на кофейный столик, и, распустив узел шелкового галстука, отбросил тот на кресло, после чего скрылся за дверью, которая, как я полагала, вела в ванную.

Это ли был не ответ на мои молитвы? Я не могла поверить своей удаче, но вместо того, чтобы стоять на месте и терять драгоценное время, торопливо вынула маленький пакетик с таблетками из лифчика (места удобней я не нашла) и все, что было, высыпала в оставшийся виски.

Как самый настоящий преступник я оглянулась, убеждаясь, что Грегори не стоит у меня за спиной и вновь обратила все внимание на стакан – таблетки осели на дне, но очень быстро растворялись, как и обещал Джейк.

Хорошо, это сделано. Теперь надо, чтобы Грегори выпил виски.

Чертовски сильно нервничая, я залпом проглотила мартини и поморщилась. Что-что, а коктейль сенатор смешивать умеет. Расправившись со своим алкоголем, я поводила плечами и повертела шеей, пытаясь расслабиться. Моя уверенность, что все получится, стала крепнуть.

‒ Не скучала?

Я обернулась на игривый мужской голос и с трудом сдержалась, чтобы не выругаться вслух. Совершенно голый сенатор Грегори Канингем стоял в открытом проеме ванной комнаты. Руки мужчины лежали на бедрах, пах выдавался вперед – похоже, он хотел, чтобы я как следует рассмотрела и оценила его мужскую стать и физическую форму. Надо сказать, для своих лет он был вполне даже ничего. Очевидно, что сенатор тщательно следил за своим здоровьем и физическим состоянием.

Не то, чтобы намеренно, но все же я не смогла избежать того, чтобы мой взгляд не сполз вниз для того, чтобы задержаться на довольно внушительном, льнущем вверх члене, выступающем из темных, курчавых завитков волос.

Мне опять захотелось выругаться, но вместо этого я, как могла, изобразила улыбку и покачала головой:

‒ Нет, ты как раз вовремя.

Мои слова, которыми я едва не подавилась, доставили Грегори удовольствие. Мужчина шагнул в моем направлении, и я, перепугавшись, что сейчас он и его «штука» коснется меня, выпалила, что и мне надо ненадолго заглянуть в ванную.

‒ Я всего на пару минут, ‒ протискиваясь к двери под его сгорающим от нетерпения взглядом, пообещала я. ‒ А ты пока сделай мне еще один мартини, у тебя это отлично выходит.

‒ Поторопись! ‒ вдогонку мне произнес Грегори, прежде чем я захлопнула дверь, кокетливо махнув ему рукой.

Получив драгоценные пару минут передышки, я уставилась в потолок, в панике раздумывая, как быть дальше. Еще и сумочка с телефоном осталась в комнате!

‒ Вот же сволочь! – пробурчала я себе под нос, готовая разреветься от беспомощности. Я зашла в тупик. Не похоже, что Грегори собирается допивать свое виски – он, кажется, взял прямой курс на то, чтобы завалить меня как можно быстрее. Из ванной он вышел в полной боевой готовности.

Слишком боевой. Хотя для его лет это похвально.

У меня не было дальнейшего плана действий, если только Грегори не примет чертово снотворное, и у меня не было доступа к телефону, чтобы связаться с Джейком и потребовать, чтобы он вытащил меня из этой передряги, в которой я оказалась по его милости. Да, я сама согласилась на эту авантюру, желая помочь Коулу, но все, достаточно! Я не была готова к такой прыти сенатора, а кувыркаться с ним на его траходроме я не собиралась.

Надо выйти и сказать ему, что я передумала. Или соврать, что у меня начались месячные. Вот так вот неожиданно, упс! Ну, ничего, можем отложить, перенести на другой раз. Главное заболтать его и свалить.

Прекрасно понимая, как это по-идиотски и не видя альтернативы, я осторожно приоткрыла дверь, приготовившись изобразить сожалеющую дурочку, но вдруг увидела лежащего поперек постели Грегори, с оттопыренной кверху голой задницей.

Аллилуйя! Может кто-то наверху меня все же любит?

‒ Ты уверен, что он не проснется?

‒ Не думал, что ты желаешь ему смерти, ‒ хмыкнул Джейк.

‒ Ты понял, о чем я! – Я одарила его испепеляющим взглядом.

«Нашел время!»

‒ Не дергайся, он продрыхнет как минимум восемь часов.

Мы с ним вновь уставились на распластанного Грегори. Убедившись, что сенатор крепко спит, я позвонила Джейку и затем впустила его в номер. Он снял номер на этом же этаже, что позволило ему быть на месте в считанные секунды.

‒ Давай, его надо уложить так, чтобы он не был похож на труп, ‒ сказал Джейк, шагнув к кровати.

Мне до дрожи не хотелось прикасаться к телу Грегори, хотя я знала, что он всего лишь спит, а не умер, но мне пришлось бороться с отвращением, пока мы с Джейком укладывали его.

‒ Тяжелый, гад!

Джейк скривился, глядя на голого и беззащитного сенатора. Я прикрыла его одеялом.

‒ То, что мы делаем, отвратительно, ‒ пробормотала я, разглядывая безмятежное лицо Грегори, которому только предстояло узнать, что его обставили.

Джейк фыркнул, бросив на меня скептический взгляд.

‒ Скажи еще, что тебе его жалко.

Я пожала плечами:

‒ А почему нет? Каким бы он ни был, но мы совершаем преступление.

В ответ на мои слова он закатил глаза, затем отошел от постели.

‒ Ладно, раздевайся давай.

Джейк уставился на меня в ожидании, а я вдруг растерялась. Как-то до этого момента я не думала о том, что мне тоже полагается быть раздетой.

И это увидит Джейк.

‒ В чем дело? – видя, что я не тороплюсь, нетерпеливо спросил он.

‒ Мне не хочется раздеваться перед тобой! – честно ответила я.

‒ Харли, не время играть в невинность! – Его голос звучал раздраженно. ‒ Ты не можешь лежать рядом с голым Канингемом в одежде. Это бред!

Я вздохнула, но ничего не ответила. Возразить на это у меня ничего не нашлось. Джейк прав – остаться в одежде я не могу.

‒ Только давай без твоих дурацких комментариев! – предупредила я, стягивая с себя платье. ‒ Иначе тебе самому придется лечь к Канингему и изображать страсть с сенатором!

‒ Парни его не интересуют, ‒ сухо отозвался Джейк.

‒ А мне плевать!

Я отбросила платье в сторону, как если бы его там оставили, забыв в горячем порыве страсти. Оставшись в черном кружевном лифчике и трусиках, я посмотрела на Джейка в ожидании дальнейшего распоряжения.

Мужчина прошелся по мне основательным взглядом, отчего я чуть не зарычала, затем поднял руку и почесал правую бровь.

‒ И часто ты трахаешься в нижнем белье? – праздным тоном спросил он.

Я покачала головой, сложив руки на бедрах.

‒ Тебе это нравится, не так ли? – Испытывая к нему еще меньше симпатии, чем обычно, проскрежетала я.

Джейк лениво повел плечом.

‒ Ну, я точно от этого не страдаю.

‒ Отвернись! – скомандовала я, готовая, если надо, настаивать, но он беспрекословно послушался, лишь ухмыльнувшись.

‒ Повесь бюстгальтер на спинку кровати, ‒ подсказал Джейк, стоя ко мне спиной, пока я снимала белье.

Ничего не ответив, я показала язык его затылку, но сделала, как он сказал.

‒ Если мы хотим, чтобы это сработало, все должно выглядеть правдоподобно, ‒ словно убеждая меня, произнес Джейк.

Тем временем я забралась под одеяло на другую сторону постели, держась максимально подальше от дрыхнущего сенатора Канингема.

‒ Можешь обернуться, ‒ нехотя разрешила я, окончательно смирившись со своей участью.

– Черт! Черт! Черт!

Я положила ладонь на затылок и зажмурилась, желая оказаться сейчас где угодно, но не здесь. Хотелось быть подальше от этого отельного номера, сенатора Канингема и вообще, полностью откреститься от того, что сделали мы с Джейком.

«Да, мы оба это сделали. Мы соучастники».

Меня охватила тревога. Теперь, когда обратной дороги не было, я предчувствовала, что последствия от содеянного не заставят себя ждать.

– Прекрати дергаться! Все под контролем, – явно раздражаясь, велел Джейк.

– Под контролем?! В жопу иди со своим контролем! – огрызнулась я, уставившись на него.

Тупица! И как я дала ему себя уговорить? Надо было сразу пойти и сознаться Коулу. Он бы сказал мне, что это идиотская затея. И был бы прав.

– Послушай, – Джейк положил ладони мне на плечи и заглянул в глаза, – все прошло по плану. На этом твоя часть выполнена и теперь тебе не надо об этом больше думать. – Он перешел на успокаивающий тон и надо сказать, это сработало. – Дальше я сделаю все сам. Тебе ни о чем не надо беспокоиться.

Наверное, его темные глаза как-то гипнотизировали меня, иначе как ему удалось так быстро заставить меня сосредоточиться на них и его голосе, забыв об опоенном сенаторе дальше по коридору?

– Пойдем, я отвезу тебя отсюда.

Убедившись, что я больше не стану ругаться и психовать, Джейк опустил руки и отступил от меня.

Мне даже стало стыдно за свою несдержанность. И чего я раскричалась? Ведь в действительности ничего не произошло. Все прошло так, как он распланировал.

Джейк сказал, что нам не следует светиться и показываться вместе в холле отеля. Мы воспользовались пожарной лестницей и затем покинули здание через один из черных выходов.

Была уже глубокая ночь: холодная и тревожная. Джейк заметил, как я поежилась, снял с себя куртку и протянул мне.

– Спасибо, – тихо поблагодарила я, с радостью укрыв голые плечи курткой, согретой его теплом. Он ничего не ответил, отвернулся и в молчании мы дошли до его машины. Я плотнее завернулась в куртку, мысленно рассуждая о том, что здесь нет ничего особенного. Он просто решил согреть меня, увидев, что я мерзну. Может, испугался, что я вновь распсихуюсь и стану во всем обвинять его?

В машине мы также молчали. Я прокручивала в голове нашу «операцию». На удивление, все прошло легко – даже слишком. Я до последнего боялась, что что-то пойдет не так. Затем вдруг вспомнила, что Джейк не просто сделал фото, на которых я была обнажена – он видел мою голую грудь.

«Это требовалось для реалистичности. Это только в кино девушки занимаются сексом в бюстгальтерах, – напомнила я себе. – Просто отнесись к этому как к работе. Ведь ты это умеешь».

Углубившись в свои размышления, я не сразу обратила внимание на то, что место, куда привез меня Джейк, мне не знакомо. Лишь когда GMC свернул с дороги и въехал на подземную парковку, я забеспокоилась и спросила:

– Где мы?

– У меня дома.

Он заглушил двигатель и обратил ко мне свое невозмутимое лицо.

– Ты привез меня к себе? Зачем? – Я недоуменно моргнула, растерявшись. Я не видела ни одной причины, по которой мне следовало находиться у него дома. И если уж откровенно: сейчас мне хотелось как можно дальше оказаться от него. Просто не видеться с ним какое-то время после того, как он видел меня обнаженной.

– Мне надо вернуться в отель, пока Канингем не проснулся. Ты пока побудешь здесь. – Он сидел вполоборота, лицом ко мне, положив одну руку на руль. Его тон звучал столь безапелляционно, будто у меня не было выбора. И у меня его не было. После того, что мы сделали, это не казалось столь важным, и у меня не было ни сил, ни желания спорить с ним. К тому же было очевидным, что пока Джейк не поговорит с сенатором, я не смогу вздохнуть спокойно.

Какая разница, где паниковать? Так что я вышла из машины, и, следуя за Джейком, на лифте поднялась на этаж, где находилась его квартира.

Прежде я не задумывалась о том, где он живет. Возможно, по умолчанию решила, что также в отеле, но оказалось, что нет. Не знаю, что я ожидала увидеть, наверное, что-то более помпезное и претенциозное, чем лофт, в который вошла. Это был хороший, современный и чисто мужской лофт, но совершенно без излишеств.

Не скрывая своего любопытства, я огляделась.

– Кажется, ты удивлена, – заметил Джейк, наблюдая за мной.

Я обернулась, и, сняв куртку, вернула ему.

– Немного. Думала, у тебя тут будут всякие выпендрежные штучки прожженного холостяка, но у тебя довольно мило, – призналась я.

– В последнюю очередь я хотел, чтобы моя квартира была «милой», – надевая куртку, фыркнул он. – Но здесь есть все, чтобы мне было комфортно. Пока меня не будет, располагайся. – Джейк пошел к двери, но я позвала его, заставив остановиться.

– Думаешь, все будет нормально? Канингем пойдет на твои условия?

Мне не хотелось употреблять слово «шантаж», хотя именно это мы и делали. Мне было страшно, но сейчас Джейк был моим единственным союзником.

– Карьера Канингема строится на том, что он верный, добропорядочный семьянин, который каждое воскресенье посещает церковную службу. У него не останется выбора, Харли. Иначе его репутации будет нанесен сокрушительный урон, – сухо ответил Джейк.

Его совсем не тяготила аморальность того, что мы делали. Я же не была такой хладнокровной, хотя не забывала повторять себе, ради чего все это.

Коул. Вот ради чего. Он так много делает для меня, в то время как я мало что могу дать ему взамен. В предложении Джейка я увидела возможность ответить Коулу тем же и принести ему реальную пользу.

Теперь же, дожидаясь Джейка в его квартире, я стала сомневаться, что это был хороший способ отблагодарить Коула. Но для любых сомнений было уже поздно.

В попытке скрасить ожидание, я включила телевизор, но уже после десяти минут переключения каналов бросила эту затею и выключила. Все равно всеми мыслями я была в том отельном номере, пытаясь представить, что там сейчас происходит.

Поднявшись с дивана, я подошла к окну. На горизонте забрезжил рассвет. Интересно, сенатор уже проснулся? Возможно, именно в эту минуту Джейк ставит его перед фактом, грозясь уничтожить репутацию Грегори, а заодно и политическую карьеру?

Затем я подумала о Коуле. Два дня назад он улетел в Остин и вернуться должен был только сегодня вечером. Я представила его спящим в отельном номере – мне захотелось оказаться рядом, и чтобы ничего из последних десяти часов не случилось. Надо было лететь с Коулом, а Джейка послать подальше с его предложением.

Не из-за большого любопытства, а от скуки, я прошлась по квартире, заглянув в каждую комнату. Мелькнула мысль, что у Джейка могут быть установлены камеры, но тут же поняла, что мне плевать.

Он видел меня почти полностью голой. Какая, собственно разница, если узнает, что я слонялась по его жилищу?

Пройдясь по комнатам, я вернулась в основное помещение, служившее и гостиной и кухней, отыскала в холодильнике початую бутылку вина и решила угоститься. Надеюсь, Джейк не будет против, ну а если будет – мне все равно.

Обычно я не пью алкоголь ранним утром, но сегодня был особенный случай.

Сегодня я стала пособницей по преступлению. Приветствуя это мрачное торжество, я поднесла бокал к губам и сделала глоток: вино оказалось в меру сладким и слегка терпким – мне понравилось, и скоро я уже подливала себе из бутылки, с усмешкой подумывая о том, что с легкостью прикончу ее всю, пока жду Джейка с новостями.

Внезапно мое ожидание прервалось. Открылась дверь, впуская хозяина квартиры.

А он вернулся быстрее, чем я ожидала. Заметив меня за стойкой в кухне, Джейк двинулся в мою сторону. Когда он подошел ближе, я рассмотрела мрачный взгляд и напряженный подбородок.

– Надеюсь, ты не против. – Я подняла руку, в которой держала бокал. – Хотя мне плевать. Кстати, отличное вино.

– Канингем мертв.

Два обычных слова, но вместе они несли страшный смысл. Впрочем, конечно, Джейк решил просто сыграть со мной злую шутку, но чего еще от него ожидать? Ему нравится ставить меня в неловкие ситуации.

Я опустила бокал на стойку и покачала головой. Нет, я на это не куплюсь.

– Не правда. Он просто крепко спит.

– Если смерть – это крепкий сон, тогда он действительно спит, – едко отозвался Джейк.

Я пялилась на него, пытаясь выхватить хотя бы намек на то, что он жестоко шутит, но с каждым мгновением эта уверенность таяла.

– Что… что случилось? – Я переступила с ноги на ногу, изо всех сил пытаясь не удариться в панику и понять, что он тут болтает. – Мы дали ему слишком много снотворного, да? Мы… мы его убили? – Я начала заикаться. Весь этот разговор не может быть правдой. Наверное, я уснула и мне снится кошмар. На самом деле Грегори не мертв. Нет, Джейк что-то напутал. – Ты проверил пульс? Может ты ошибся? Просто перестарались со снотворным? Что, если у него аллергия на медикаменты?

Мой темп речи учащался и становился малоразборчивым, но я трещала еще и потому, что Джейк молчал, глядя на меня из-под нахмуренных бровей, чем нервировал меня.

– Ты проверил у него пульс? – поднеся руки к голове, переспросила я.

– Нет, я решил, что в этом нет необходимости, когда увидел дырку у него вот здесь. – Джейк ткнул себя пальцем в центр лба.

Я скрестила руки на груди и замотала головой, в которой весь этот бред никак не желал укладываться.

– Что ты несешь? Какая еще дырка?

– Харли, Канингема застрелили, – медленно, словно обращаясь к слабоумной, произнес Джейк.

– Ты поехал туда, чтобы шантажировать его, а не убивать! – махнув рукой, истерически заявила я. Сдерживать панику было все труднее.

«Неправда! Это все неправда. Этого всего нет!»

– Я и не убивал! – повысил тон Джейк. – Ты совсем спятила?! Он был уже мертв, когда я вернулся в отель. Кто-то сделал это после нашего отъезда!

– Господи! – Я накрыла лицо ладонями и принялась вышагивать по полу, пытаясь сообразить, что теперь делать. Размера катастрофы я тогда еще не понимала. – Нам конец! Мне конец! – запричитала я, начав задыхаться. – И зачем я тебя послушала?! – Я метнула злой взгляд на Джейка, видя в нем сейчас причину всех моих бед.

– Послушай, я не мог ожидать, что это закончится тем, что кто-то решит грохнуть Канингема! – зашипел на меня Джейк. Мы враждебно уставились друг на друга, и я вдруг поняла, что он также напуган, хотя не демонстрирует этого так, как я.

Черт! Мы оба пойдем ко дну!

– Кто это мог сделать? – Я попыталась мыслить рационально, потому что паника мне сейчас ничем не могла помочь.

– Кто угодно! – передернул плечами Джейк. – Он политик – у них всегда хватает врагов.

Да, в этом он прав, наверное. Я знаю, что я этого не делала. И Джейк не делал. Ну, если он говорит правду.

Я покосилась на него: а на самом ли деле он не стрелял в сенатора Канингема? Может это и был его план? Уговорить меня под предлогом шантажа, а потом убить. Но зачем?

– Я этого не делал, – с нажимом повторил Джейк, уловив мой подозрительный взгляд. – Смерть Грегори не дает мне никакой выгоды.

– Блядь, там повсюду мои отпечатки! – сокрушенно застонала я, вмиг забыв о своих подозрениях. У меня были проблемы куда посерьезней. – Я не хочу сесть за убийство, которого не совершала!

– Что, ты думаешь, я делал там все это время? – вскинул темные брови Джейк. – Я протер все, чего ты и я могли касаться.

Его заверения принесли лишь небольшое облегчение, но не было никакой гарантии, что в номере не осталось нигде моих отпечатков.

– Ты мог что-то пропустить.

– Отпечатки не главное, что тебя должно беспокоить, – мрачно изрек Джейк. Я взглянула на него в немом вопросе. – Камеры. Вас с Грегори могли заснять камеры, в отеле их полно.

Камеры, конечно же. Я закусила губу, чтобы не расплакаться и на подкашивающихся ногах доплелась до дивана, тяжело рухнув на него. Реальность на всей скорости приближалась, готовясь столкнуться с моим лицом и расплющить его.

Сколько полиции понадобится времени, чтобы выйти на меня, а затем прийти за мной? Сколько у меня есть времени, прежде чем я окажусь за решеткой? За то, чего не совершала.

Обхватив себя руками, я стала раскачиваться из стороны в сторону. В голове нарастал гул, я ничего не соображала. Все, что осталось – это страх. Дикий страх за свое будущее.

– Я позвоню Коулу.

Имя Коула разорвало оцепенение, и я вскинула голову, испуганно хлопая ресницами.

– Нет! Не звони ему! Я не хочу, чтобы он знал! – закричала я. От самой мысли, что придется все рассказать Коулу, у меня сводило желудок.

– Харли, – с несвойственной мягкостью позвал Джейк, подступив ближе и опустившись передо мной на корточки. Я продолжала раскачиваться, но он положил ладонь на мою руку, заставив меня остановиться. – Он все равно узнает. Мы не сможем скрыть, что были в отеле, теперь это не получится. Как только обнаружат тело Канингема, начнется безумие – полиция, пресса – нам надо подготовиться.

Не замутненная страхом расплаты часть моего сознания понимала, что Джейк прав. Утаить мое присутствие в отеле с сенатором не выйдет – рано или поздно правда всплывет. Я подозревала, что времени на самом деле слишком мало – может быть считанные часы. Надо решить, что делать дальше.

«Или ты можешь сбежать в Мексику», – тихим шепотом отозвался инстинкт самосохранения.

– Я могу уехать, – едва слышно пробормотала я. – В Мексику.

Я не хотела уезжать в Мексику, но садиться в тюрьму я хотела еще меньше. Мне только двадцать четыре – вся жизнь впереди. А тюрьма поставит на мне крест.

– Харли, ты никого не убивала. Мы с тобой алиби друг друга, – заглядывая мне в глаза, спокойно сказал Джейк.

– Мы его опоили и хотели шантажировать, – слабо возразила я.

– Это не может сравниться с убийством, а его мы не совершали.

Я поднесла руки к вискам и помассировала их пальцами: голова просто раскалывалась. И опять слова Джейка звучали здраво: своим побегом я лишь признаю себя виноватой, а ведь я, как бы там ни было, Грегори не убивала.

– Сейчас нам надо подготовиться и согласовать, что будем говорить, – видя, что я взяла себя в руки, твердо произнес Джейк.

Я вздохнула, неуверенно посмотрев на него.

– Тебя никто не видел. Тебе не обязательно признаваться, что ты был в отеле.

Он покачал головой:

– Я бы на это не надеялся. Полиция будет просматривать все записи с камер и может увидеть меня. Как и настоящего убийцу, надеюсь. К тому же, я нужен тебе в качестве алиби. А ты – мне, – чуть помолчав, добавил он.

Я ничего не ответила. У меня не было уверенности, что эта история может закончиться для меня удачно. Даже Джейк в качестве моего алиби не могли меня успокоить.

– Я позвоню Коулу, – поднявшись и вынув телефон из кармана джинсов, сказал он. – Ему надо как можно скорее вернуться домой.

Джейк вышел из комнаты, по всей очевидности не желая, чтобы я стала свидетелем этого звонка, оставив меня наедине со страхом, что сегодняшний день станет началом моего конца.

Я впала в оцепенение. Пока Джейк ушел, чтобы позвонить Коулу, я, словно примерзнув, сидела на диване, и пялилась в одну точку на полу.

Мой мозг отказывался активизироваться и найти правильное решение проблемы. Вместо этого – путанные, прерывистые и сводящие от ужаса мысли. О мертвом сенаторе, о Коуле, словах, которые мне следует ему сказать, когда он вернется. О моем участие в судьбе Грегори Канингема.

Я его не убивала. Точнее, я не стреляла ему в голову и не желала ему смерти, но что, если я облегчила задачу его убийце? Так сказать, подготовила почву? Возможно, не будь Грегори в отключке, убийца не смог бы подобраться к нему так близко и у сенатора был бы шанс спастись?

Мой желудок вдруг стиснул сильный спазм, тошнота подкатила к горлу. Приступ заставил мое тело реагировать, и я, вскочив на ноги, едва успела добежать до ванной.

Стоило мне упасть перед унитазом, как меня вывернуло. Возникло чувство дежавю: недавно со мной такое уже было. Только тогда никто не умер. Точнее, никого не убили.

Подавшись назад, я отползла к стене, и, подтянув колени к груди, уставилась в плиточный пол. Мне было страшно. Неизвестность и последствия могли оказаться катастрофическими.

Канингем был политиком. Его убийство надолго попадет в центр внимания новостных медиа. Это не просто мужик, который изменял своей жене и которого застрелили (возможно, что его любовница).

Он был сенатором. И все станут думать, что это сделала я. Ведь это меня с ним видели в последний раз.

Я зажмурилась. Если бы только можно было закрыть глаза и заставить остальной мир исчезнуть.

Я не хочу в тюрьму. Я не хочу, чтобы все знали, что я последний человек, которого видел Канингем до того, как его убили. И все же малая часть меня надеялась на это. Лучше, если он так и не очнулся, когда кто-то приставил пистолет к его голове и нажал на спусковой крючок.

Мне хотелось остаться на этом полу навечно. Слиться с ним. Спрятаться. Больше никогда не выходить наружу – там теперь небезопасно. Теперь за мной могут прийти в любой момент.

Дурацкая идея – сидеть на полу ванной. Еще и холодно!

Я выставила ладони вперед, и, оттолкнувшись от стены, поднялась, пока не отморозила себе задницу окончательно.

Вернувшись в гостиную, я застала Джейка за просмотром телевизора. Уткнувшись сосредоточенным взглядом в экран, мужчина переключал с канала на канал – я тут же догадалась, для чего он это делает. Смотрит, не появились ли еще новости о смерти Грегори. Такое событие, как убийство сенатора не может остаться в стороне. Это дело непременно будут освещать репортеры, а к участникам, скорее всего, будет приковано пристальное внимание.

Ко мне будет, если – точнее, когда – станет известно, что я была с Канингемом в ночь его смерти. Меня вновь замутило, и я тяжело сглотнула, представив эту картину.

‒ Есть что-нибудь? – Я шагнула к дивану, привлекая внимание Джейка.

Он обернулся ко мне, выключил телевизор, и, отложив пульт на журнальный столик, поднялся.

‒ Пока ничего. Либо его еще не нашли, либо информация еще не успела просочиться.

«Но это только вопрос времени. Очень ограниченного времени».

‒ Ты разговаривал с Коулом? ‒ Я подавила дрожь и попыталась то же проделать с эмоциями, что было непросто.

Джейк кивнул:

‒ Он будет дома после обеда.

‒ Ты сказал ему, что случилось? ‒ Мой голос просел, и я обхватила голые плечи руками. Я будто держала саму себя, чтобы не рассыпаться.

‒ Только лишь что ему срочно надо вернуться. Я не мог говорить с ним про Канингема по телефону.

На мгновение я замешкалась, но тут же понимающе кивнула. Конечно же, нельзя так рисковать. Телефон могут прослушивать или еще что. Не знаю, какие у Джейка основания опасаться этого, но ему видней.

Волна внезапной слабости окатила мое тело, и я прошла к креслу. Мысли о спешащем домой Коуле успокаивали, хотя его возможная реакция пугала не меньше. Мне хотелось верить, что в его присутствии я не буду чувствовать себя так, будто в мой гроб вот-вот будет забит последний гвоздь. А некая часть меня, спрятанная очень далеко, даже надеялась, что Коул все решит. Он все исправит, и эта кошмарная ночь не будет иметь непоправимых последствий.

‒ У тебя есть догадки, кто мог это сделать?

Я подняла взгляд на Джейка. Он молчал, наблюдая за мной, и мне очень хотелось знать, о чем он думает.

‒ Нет, ни одной. ‒ Джейк пожал плечами, и, засунув руки в карманы брюк, отошел к окну. Небо с каждым мгновением становилось светлей. Я предположила, что скоро должна начаться уборка номеров в отеле, и тогда…

Я сцепила руки вместе и с силой сжала. Кто мог войти в номер и убить сенатора? Когда это случилось – когда мы уехали из отеля, или еще тогда, когда я была в номере, который снял Джейк? Что, если убийца следил за Канингемом и видел, что с ним была я? Вся эта ночь – совпадение событий или кто-то знал, что Канингем будет не один, и тогда все было устроено так, чтобы подставить меня?

Но кто кроме Джейка мог знать об этом?

Я покосилась на него. Мужчина стоял ко мне спиной, глядя в окно, поэтому я не пыталась скрыть подозрение на своем лице.

Что, если это и был замысел Джейка изначально? Что, если он и есть тот, кто убил Грегори?

Что, если я сейчас один на один с убийцей?

‒ Хватит сверлить мой затылок, Харли, ‒ бросив на меня прохладный взгляд через плечо, сухо произнес Джейк.

От неожиданности я вздрогнула, но отвернулась, уткнувшись взглядом перед собой.

‒ Думаешь, это я его убил? – Голос Джейка послышался ближе: он обошел кресло, в котором сидела я, и сейчас находился у меня за спиной, что не действовало на меня успокаивающе.

Мне хотелось вскочить и встать к нему лицом к лицу, перестав быть в таком уязвимом положении, но я вцепилась пальцами в обивку кресла, не позволяя своей паранойе развиться.

‒ Я не знаю. Все, что я знаю – Грегори был жив, когда я уходила из номера.

‒ Уверена в этом? ‒ На этот раз голос раздался совсем рядом, и я вскочила, резко обернувшись к нему.

‒ Что ты хочешь сказать?! Конечно, я уверена – он спал, но в его голове не было дырки от пули! – закричала я, враждебно ощетинившись. Мне не нравился тон и намеки Джейка. Он был со мной и знает, что когда мы покинули номер, Канингем был в порядке. В отключке, но в порядке.

– Нет, ты не дырявила ему голову, но напомню, что Грегори был уже далеко не мальчик, и та доза снотворного могла заставить его уснуть вечным сном! – обвиняющее бросил в меня Джейк. – Это был риск, и ты знала это, поэтому не строй из себя святую, потому что ты не такая, Харли! Ты, блядь, не святая!

От его яростного крика я отшатнулась, будто он ударил меня. От прилетевших от Джейка обвинений у меня мурашки на коже выступили, но в то же время я вдруг поняла, что он прав. Точнее – он был прав в том, что Грегори был немолод, и я не могла с точностью знать, как отреагирует его организм на снотворное. Но при этом я совсем не думала, что могу убить его. Я об этом не думала, а должна была. Если бы эта мысль только пришла мне в голову тогда, возможно, я просто сказала бы Джейку «нет» и ничего этого не случилось бы.

Ну, наверное, сенатора все равно убили бы, но это не грозило бы мне массой неприятностей.

Оба в напряжении, мы сверили друг друга враждебным взглядом, но эта внезапная вспышка Джейка пошатнула мои подозрения на его счет. Он тоже напуган, даже если не показывает этого так, как я. А это, скорее всего, говорит в пользу того, что он невиновен.

– Я его не убивал, – уже спокойней повторил Джейк. – И я знаю, что этого не делала ты. Поэтому давай остановимся на этом. Ты правда хочешь видеть в моем лице своего врага, Харли? Разве не будет разумней нам держаться вместе? У меня нет желания загреметь в тюрьму за то, чего я не совершал. Полагаю, у тебя тоже. Так что скажешь?

Он протягивал мне ветвь мира. И хотя я все еще была зла и возмущена его словами, вынуждена была признать, что это разумно. Горячка в нашем случае плохой помощник.

– Что.. Что нам делать теперь? – Я в растерянной беспомощности пожала плечами. Коул вернется еще не скоро, и я не знала, как мне быть, пока жду его. Следует ли мне отправиться в отель или домой? Мысль о выходе наружу холодила мою спину – мне казалось, что там уже началась охота за мной и полиция только и ждет, чтобы надеть на меня наручники. Хотя эти страхи были иррациональны, потому что Грегори, скорее всего, еще даже не обнаружили.

– Тебе надо отдохнуть. Можешь лечь в моей комнате и немного поспать.

Предложение Джейка вызвало у меня кривую усмешку.

– Думаешь, я в том состоянии, чтобы уснуть?

– Тебе потребуются силы, так что постарайся.

Я поняла, что так измотана всей этой ситуацией, что его предложение даже выглядит привлекательно. Было только одна проблема.

– Мне нужна одежда. – Я с сомнением оглядела свое предельно откровенное платье. Оно должно было стать дополнительным стимулом для Грегори, но теперь я сгорала от желания снять с себя его.

Джейк проделал то же самое – оглядел меня, но так, словно что-то прикидывая, а не для того, чтобы смутить меня, что ему обычно так нравилось делать.

– Тебе повезло. У меня есть кое-что для тебя.

Мне все же удалось уснуть – сраженное потрясением сознание сдалось, и я провалилась в поверхностный, тревожный сон. Мне снилось, как меня арестовывают, бросают в тюрьму и забывают о моем существовании, и никто даже не пытается выяснить правду. Все заведомо считают меня убийцей. И сколько бы я не кричала, пытаясь доказать свою невиновность, никто не желает меня слушать.

Я проснулась, резко распахнув глаза и несколько мгновений моргала, уставившись в потолок надо мной. Это не была тюремная камера, а спальня Джейка. Я все еще находилась в его постели, в одежде незнакомки, которую он дал мне после того, как я приняла душ. Пытаясь определить, как долго я проспала, я огляделась и заметила часы на комоде – маленькая стрелка приближалась к половине третьего. Значит, я спала почти пять часов. Этого времени должно было хватить, чтобы Коул успел вернуться. От предстоящей встречи с ним я на несколько секунд зажмурилась, как будто это могло помочь.

Черт, меня так пугала его реакция! Я ведь и предположить не могла, что он сделает или скажет, когда узнает, что я успела натворить за недолгое время его отсутствия.

Отбросив одеяло, под которым было невероятно жарко, я выбралась из постели и подошла к зеркалу в углу комнаты. Возможно, это была игра моего воображения, но мне показалось, что черты моего лица заострились, глаза впали, а кожа стала пепельно-белой – с темными волосами это создавало сильный контраст.

Жуткий вид.

Я вновь подумала о девушке, которой принадлежали эти штаны и футболка, и отчего Джейк хранил эти вещи у себя, но очевидно, что он не желал посвящать меня в эту тайну, потому что когда я спросила его о том, чьи это вещи, он лишь отделался коротким: «неважно». Впрочем, в этот момент я услышала разговор, доносившийся предположительно из гостиной и неведомая хозяйка одежды была тут же позабыта.

Я узнала голос Коула, и первым моим порывом было броситься к нему – я даже кинулась к двери, но застыла на пороге комнаты, застигнутая страхом перед этим мужчиной. У меня не было надежды, что он похвалит меня за желание прийти ему на помощь, но все же я не верила, что Коул откажется от меня и предоставит самой разбираться с дерьмом, в которое я угодила. Пусть по вине его бестолкового братца, но все же по своему доброму согласию.

Для начала надо было выяснить, в каком он настроении и к чему мне быть готовой. Я приоткрыла дверь пошире и прислушалась. Разобрать слова не представлялось возможным, поэтому я постаралась понять по интонации, на каких тонах происходит разговор.

Не было похоже, что они там убивают друг друга или вот-вот приступят к этому, но обсуждение шло активно. От досады, что не могу услышать, о чем именно они говорят, я поморщилась. Можно было и дальше стоять и безрезультатно подслушивать, но я решила выйти и наконец-то предстать перед своим страхом лицом к лицу.

Одним из своих страхов. Главный все же состоял в том, что меня обвинять в убийстве Канингема и остаток своих дней я проведу за решеткой.

Боже, я не настолько сильна, чтобы справиться с тюремной жизнью. И у меня были совсем другие планы на ближайшие тридцать лет.

Вздохнув, я вышла из комнаты.

Атмосфера в гостиной была напряженной. Очень. Коул с Джейком – оба с хмурыми лицами – что-то оживленно обсуждали, но тут же замолчали, заметив мое появление. Оба мужчины уставились на меня так, будто я – последний человек, которого они ожидали тут увидеть.

Я обхватила себя руками и в нерешительности остановилась у стены, глядя только на Коула. Мы оба смотрели друг на друга, но никто не спешил заговорить первым.

Я не знала, с чего начать. Прекрасно понимала, что полностью облажалась и подставила и его и себя.

Блин, я действиельно собиралась шантажировать сенатора, чтобы он мог получить землю под застройку?

«Идиотская идея, Харли. Еще одна, не находишь?»

Увлекшись разглядыванием Коула в намеке на то, что он зол на меня – что было бы вполне справедливо – я не сразу заметила, что телевизор позади него включен. Звука не было, но я уловила кадры знакомого отеля. Это был сюжет репортажа из Уолдорф-Астория.

Похолодев, я подступила ближе, читая бегущую строку: «Сенатор Грегори Канингем найден мертвым в номере отеля Уолдорф-Астория». Мелькали кадры с машинами полиции и службы спасения перед отелем. Перед главным входом растянули полицейскую ленту – теперь это было место преступления.

– Не надо тебе на это смотреть, – решительно заявил Коул, щелкнул пультом, и экран вмиг погас.

Я вновь обратила внимание на него. И только тут до меня окончательно дошло: Коул здесь, рядом. Я не знаю, что ждет меня дальше, но сейчас он здесь – а это то, в чем я нуждаюсь. Я нуждаюсь в этом мужчине.

– Ты все знаешь? – Это было очевидным, но я все равно спросила, потому что с чего-то надо было начать.

– О вашей дурацкой затее с Джейком? – Коул вздернул темную бровь, одним только этим выражая свое отношение к случившемуся. – Еще бы.

Я вздохнула, поникнув еще больше. Да, нельзя было рассчитывать на то, что Коул одобрит то, что мы с Джейком хотели провернуть. И мы бы это сделали. Не будь Грегори сейчас мертв.

– Но сейчас мы не будем это обсуждать. На данный момент у нас есть более важная проблема.

Я хотела сказать, что не намеренно стала его «проблемой», а еще благородно предложить самоустраниться, дабы шумиха вокруг меня не повредила его имиджу, но не успела и рта раскрыть, как Коул широким шагом преодолел расстояние между нами и притянул меня к себе.

– Знаю, сейчас тебе страшно, но обещаю, что все будет хорошо, Харли, – чуть отстранившись, чтобы видеть мои глаза, пробормотал Коул. – С тобой все будет в порядке.

Он был еще как прав – мне было безумно страшно, но, серьезно, чем я заслужила такого мужчину? Вместо того чтобы кричать на меня и обвинять в глупости, он пытается успокоить меня и надо сказать, твердая уверенность в его словах и взгляде действовала.

– Я не хочу, чтобы меня отправили за решетку за то, чего я не совершала, – надломлено призналась я, чувствуя, как на глазах наворачиваются слезы. Это был не тот момент, чтобы строить из себя супергероиню.

– Пожалуйста, Харли, верь мне. – Коул поднял руку, и его пальцы коснулись моего лица. – Мы со всем разберемся.

Казалось, его темно-синий взгляд проникает мне в самое сердце. Это действовало успокаивающе и давало надежду, что я выберусь из этой чертовой истории. А однажды, возможно, даже смогут над ней посмеяться.

Но не стоит забегать вперед.

Увлекшись друг другом, мы напрочь забыли о присутствии Джейка. Его покашливание привело нас в чувство.

– Не хочу вас отвлекать, но с минуту на минуту здесь будет Стоун и Харли надо подготовиться, – сухо проинформировал Джейк.

– Кто такой Стоун? – Я перевела растерянный взгляд с Джейка на Коула.

Вздохнув, Коул нехотя отступил от меня.

– Эрик Стоун. Мой адвокат. Тебе потребуется адвокат, Харли.

‒ Нет! Об этом и речи быть не может! – Я яростно замотала головой, вжавшись в угол дивана. ‒ Я не стану этого делать. Это безумие!

Я обратила молящий взгляд на Коула, потому что только в нем из троих присутствующих здесь мужчин видела своего союзника. Коул пообещал, что со мной все будет в порядке, и он не допустит того, что предлагал мне этот человек – жутко делового, даже высокомерного вида, явившийся сюда около часа назад. Он был адвокатом, который должен будет представлять меня и именно поэтому его предложение вызвало во мне такой протест. Эрик Стоун – так звали мужчину – заявил, что теперь мне необходимо отправиться в полицейское отделение и рассказать детективу, которому поручили вести дело Канингема, все о своем участии в нем. Но разве не предполагается, что он должен защищать МОИ права? Разве он тут не за этим? Тогда какого черта он на полном серьезе говорит, чтобы я шла и добровольно сдалась в руки копов?!

‒ Харли, я знаю, что ты не хочешь этого делать, и мне самому это не нравится, но то, что предлагает Эрик – разумно. Мы должны опередить полицию и прийти к ним первыми, не дожидаясь, когда они придут за тобой, ‒ спокойным, увещевающим голосом сказал Коул, за что мне захотелось зарычать на него.

«Предатель!»

Уже с первых минут, как адвокат Коула был здесь, я поняла, что он мне не нравится. Слишком нахрапистый и подавляющий, но надо было отдать ему должное – мужик точно не дурак. Он моментально уловил суть дела и взял все в свои руки. И по тому, как вел себя Коул, я поняла, что Стоуну он полностью доверяет и полагается на него.

Может и мне стоило? В конце концов, какой у меня выбор? В любом случае хорошо, что на моей стороне есть профессиональный адвокат, потому как без него мне, при всем желании, не обойтись.

Так вот, Эрик Стоун решил, что мы с Джейком, не теряя драгоценного времени, отправимся прямиком в полицейский участок и сдадимся с потрохами. Ну как, конечно, немного изменив историю. В этой подправленной истории, я, как предполагалось, согласилась уплатить собой за пособничество Канингема, без той части, в которой мы с Джейком планировали шантажировать его фотографиями. А чтобы объяснить появление снотворного в организме сенатора, я должна была сказать, что в последний момент дала заднюю и подсыпала в напиток Грегори таблетки, которые взяла с собой на случай, если не решусь идти до победного.

Эта версия казалась мне притянутой за уши, но Эрик настаивал именно на ней.

Следующие события сливаются в вереницу из тревоги, всплесков паники и бездумной отстраненности. Я лишь делаю то, что велят мне Эрик и Коул, Джейк же, на удивление, остается почти безучастным. Думаю, он также потрясен тем, что случилось и это сказывается.

Маркус привозит мне комплект одежды из пентхауса по распоряжению Коула, потому что я не могу отправиться в полицию в том, что на мне. Эрик инструктирует нас с Джейком, и я то и дело прокручиваю в голове слова, которые должна буду сказать детективу, порученному вести это дело.

«Я прибыла в отель Уолдорф-Астория по предварительной договоренности с сенатором Канингемом. Он согласился помочь Коулу с земельным участком под новый отель, если я проведу с ним ночь. Нет, мистер Кроуфорд ничего не знал об этой договоренности. Это была моя инициатива. На сенатора мне помог выйти Джейк Хейз. Он был там, как мой гарант безопасности. Когда я уходила, сенатор Канингем спал. Он был жив. Нет, я не убивала его. Я не знаю, кто это мог сделать».

– Готова? – Коул сжал мою руку, заставляя вернуться в настоящий момент и к своему огорчению я поняла, что наша поездка закончилась – авто остановилось перед департаментом полиции Лас-Вегаса.

«Нет, я не готова. Не хочу туда идти. Что, если я попрошу его увезти меня отсюда? Он это сделает?»

Я не могла не думать, что сейчас, скорее всего, собираюсь сделать самую огромную ошибку в своей жизни. Но чуть поколебавшись, я выбрала довериться ему.

Заставив себя, я кивнула:

– Да, готова.

‒ Уверена, он думает, что это я пристрелила Грегори. Вот увидишь – они меня арестуют, и никакой адвокат мне не поможет, ‒ обреченно произнесла я, ступив в пентхаус, к которому нас доставил личный лифт Коула. Я была рада вновь оказаться здесь – мне казалось, меня не было в отеле целую вечность.

Кстати, говоря о вечности. Мой допрос длился часа три, не меньше. Старший детектив Кортес, которому поручили вести дело, впился в меня хваткой бульдога и раз за разом требовал по минутам описывать события прошлого вечера. В отделении я проторчала до поздней ночи и боялась, что Кортес оставит меня там до утра, но, в конце концов, меня отпустили, потребовав не покидать города.

Официально я пока что не считалась подозреваемой, но не сомневалась, что детектив не поверил в мою невиновность.

‒ Этого не случится, Харли, ‒ мягко возразил Коул.

Признаться, пока сидела в той комнате, в которой меня допрашивали – рядом со мной находился Стоун, никого больше не пустили – мысль, что Коул ждет меня за дверью, придавала мне сил.

‒ Надо было бежать в Мексику. ‒ Я скинула туфли, испытав облегчение. ‒ Хотя даже этого я не могу сделать – у меня нет паспорта! Очень глупо – если бы знала, что однажды мне придется бежать через границу, обязательно сделала бы себе паспорт! – Несмотря на усталость, я все еще была на взводе от нервного перенапряжения. ‒ Ты наверняка можешь достать мне липовые документы, правда?

Я взглянула на Коула и к своей досаде обнаружила, что он прикусил губу в попытке сдержать улыбку.

‒ Что, тебя это забавляет?! – уткнув руки в бедра, набросилась на него я. ‒ Эй, меня могут посадить – и скорее всего, посадят в тюрьму за убийство сенатора, которого я не совершала! А тебя это веселит! Отлично!

Разочарованно замотав головой, я стала вышагивать по комнате, бросая на Коула неодобрительные взгляды.

‒ Никто тебя никуда не посадит, ‒ сохраняя терпение, в сто тысячный раз повторил Коул.

‒ Ты не можешь быть в этом уверен! Ты не видел глаза этого Кортеса – он точно уверен, что это я пристрелила Канингема. Правда, правда!

‒ Полиция найдет того, кто на самом деле это совершил, Харли. ‒ Коул присел на подлокотник дивана, глядя на меня своими спокойными, синими глазами. ‒ Или это сделаю я. Ты не станешь отвечать за то, чего не делала.

Мне вдруг стало стыдно за свое поведение, эту панику, тогда как он оставался полностью уравновешен и благоразумен.

Ну, кому-то же надо.

‒ Я такая идиотка! – выдохнула я, сокрушенно поднеся руки к голове. ‒ Блин, я на самом деле дала Джейку уговорить себя на это?

‒ Это было глупо, ‒ сдержанно согласился Коул.

Я закатила глаза.

‒ Как ему такое только в голову пришло? – Я вновь принялась вышагивать по полу. ‒ Нет, правда – что в голове у этого парня? Иногда я забываю, что вы братья, потому что вы абсолютно разные!

‒ Мы похожи больше, чем ты думаешь, ‒ негромко отозвался Коул, больше ничего не добавив.

Черт! Я что, правда только что наезжала на его младшего брата? Ну да, они может и мало похожи, но все же он его брат и я не подумала, что мои слова могли задеть Коула.

‒ Извини, тебе, наверное, неприятно это слышать. ‒ Я неловко улыбнулась, смутившись. ‒ У меня не слишком хорошие отношения с сестрой, да и с братом тоже, но думаю, мне бы не понравилось, если бы кто-то при мне наезжал на них.

‒ Со стороны Джейка это было недопустимо и не думай, что я просто отпущу эту ситуацию, Харли. ‒ Коул поднялся и подошел ко мне вплотную. ‒ Если тебе показалось, что мне все равно на то, что он втянул тебя в эту историю – это не так. Сегодня было не то время, чтобы выяснять наши отношения с Джейком, но этот вопрос остается открытым.

Тон Коула не позволял усомниться в его намерениях. Значит, Джейка еще ждет отложенная реакция его старшего брата. Не могу сказать, что меня это немного не потешило, но все же и не хотелось, чтобы ситуация вышла из-под контроля. Меня вроде как беспокоило, что может ожидать Джейка, потому что было бы неправильно перекладывать всю ответственность на него.

Кстати, именно в эти минуты Кортес допрашивал Джейка. Ведь мы же соучастники. Мне ужасно хотелось знать, о чем детектив станет спрашивать его, и что он ответит. Мы договорились, как будем отвечать на вопросы. Надеюсь, Джейк следует плану.

– Думаешь, Джейк все еще с Кортесом?

Произнеся фамилию детектива вслух, я невольно поежилась, вспомнив эти пытливые, темные глаза, взгляд которых будто стремился проникнуть мне под кожу.

Стоун отзывался о Кортесе как о талантливом старшем детективе, профессионале своего дела. Это должно было вселить в меня надежду, ведь не я убила Канингема и если Стоун прав насчет Кортеса, он это поймет и обязательно разыщет настоящего убийцу.

– Он бы позвонил, будь допрос окончен.

Хмурая складка залегла между бровей Коула: безусловно, он беспокоился о Джейке, пока тот был на допросе.

– Возможно, тебе стоило остаться в участке?

Я чувствовала за собой нечто вроде вины, ведь это из-за меня Коул не стал дожидаться, когда Джейка отпустят.

Коул покачал головой.

– С ним Эрик, мое присутствие не обязательно. И я все равно ничем не могу помочь ему там.

Мне показалось, он произнес это с долей досады. Несмотря на то, что оба были взрослыми мужчинами, Коул чувствовал ответственность как старший брат. Во всяком случае, было похоже на то.

– Тебе надо отдохнуть. – Он протянул руку и коснулся моей щеки. Я перехватила ее, прижавшись губами к его ладони.

Этот мужчина даже не представлял, насколько сегодня поразил меня своим великодушием и самообладанием. Он не позволил мне впасть в панику окончательно и проявил столько заботы, которой я не была избалована. При всем при этом он мог просто послать меня и предоставить выпутываться самостоятельно.

Похоже, я была в него влюблена. Сильно. На всю голову.

– Мне нужен ты. – Я потянулась к его губам, ухватившись за пряжку ремня. – Хочу получить хоть что-то хорошее от этого паскудного дня.

– Тебе давно известно, что на самом деле меня зовут не Харли? – после того, как мое дыхание пришло в норму, спросила я, приподнявшись на локте и взглянув на Коула.

Его губы растянулись в самой сексуальной усмешке, отозвавшейся легкой щекоткой у меня в животе.

– С самого начала. – Коул перевернулся на бок, подперев голову рукой. – У меня было твое досье уже к вечеру того дня, когда ты впервые пришла в «Империю», – признался он.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы переварить информацию.

– Как это возможно? Ты не занимаешься наймом персонала, и ты не мог знать, что я пришла, чтобы устроиться в казино на работу.

Коул медленно кивнул:

– Я на самом деле не знал, кто ты и что делала в «Империи», поэтому сразу же после того, как увидел тебя в холле отеля, связался с главой отдела видеонаблюдения и велел ему отыскать тебя по видеозаписи. Так я узнал, что ты пришла туда с одной из наших сотрудниц и что оставила свою заявку в отделе по найму. Остальное было несложно.

– Постой. – Я села, и простыня сползла с моей груди. Прищурившись, Коул скользнул по ней взглядом, от которого мне сделалось жарко. Только для начала мне все равно надо было кое-что прояснить. – Значит, это из-за тебя меня приняли на работу в тот же день, обойдя необходимый порядок?

Коул изменил позу, прислонившись спиной к изголовью, и пожал плечами:

– Ничего не мог с собой поделать – не терпелось с тобой познакомиться.

– И что, ты поручил кому-то из своих подчиненных раскопать информацию обо мне?

В моем голосе сквозило возмущение. Это вроде как льстило, что ему хватило одного взгляда на меня, чтобы кинуться меня искать, но он наверняка нарушил парочку законов, собирая мое досье.

У меня были смешанные чувства по этому поводу.

– Харли, ты должна понять, что я не могу подпустить к себе незнакомого человека, сперва его не проверив, – серьезно произнес Коул. – Мне жаль, если ты чувствуешь себя задетой из-за этого, но поступить по-другому я не мог.

Чуть подумав, я была вынуждена признать, что он прав.

– Тебе не надо это объяснять, я понимаю, почему ты делаешь это, – вздохнув, согласилась с ним я. – Но ты все равно не оставил идею найти меня, даже когда узнал, что меня арестовывали в Калифорнии?

– Нападение на бойфренда – мне показалось это интересным. – Коул улыбнулся. – Мне еще сильней захотелось узнать тебя поближе.

– И за все это время тебе не захотелось узнать, что произошло? – Я недоверчиво вскинула темные брови.

– Я очень хочу узнать, что произошло и почему ты набросилась на своего экс-бойфренда, Хариет Бенсон.

Коул намеренно выделил интонацией мое настоящее имя. Он едва сдерживался, чтобы не рассмеяться.

Я укоризненно посмотрела на него:

– Во-первых: если ты не хочешь, чтобы я и тебя побила, никогда меня так не называй, – наставив указательный палец на него, предупредила я. – Меня назвали в честь бабки – самой противной, злобной женщины на свете. Свое имя я ненавижу чуть меньше, чем «дорогую бабулю». А на Остина я набросилась, когда застукала его с моей подругой – теперь уже тоже бывшей – они трахались на вечеринке у общего приятеля. Этот ушлепок имел наглость заявить на меня копам. – Я закатила глаза, вспомнив историю почти пятилетней давности. – Тот факт, что меня арестовали за нападение, точно не сыграет мне на руку, – уныло пробормотала я.

Отвлекшись на не самые приятные воспоминания, я не сразу заметила, что Коул притих. Темно-синие глаза, ставшие кобальтовыми, были устремлены на меня.

– В чем дело?

Меня бросило в жар от интенсивности и дерзости этого взгляда. Вообще-то, я неплохо научилась распознавать настроения Коула и сейчас весь его вид указывал на очевидное. Похоже, нас ожидал второй раунд.

Я скользнула взглядом по сильному, обнаженному торсу, задержавшись в районе паха. Член вновь был крепким, расположившись на твердом животе Коула. Сквозь тонкую, нежную кожу проступали вены – я залюбовалась им.

– Так скоро? – изогнув брови, хмыкнула я с вызовом.

Сильной ладонью Коул обхватил себя за член и не спеша задвигал рукой. Я сглотнула: это нормально, что я немного двинулась на его члене?

– Давай, трахни его, детка, – низким и порочно-густым голосом велел Коул.

Меня не требовалось приглашать дважды. Перекинув через него ногу, я встала на колени над ним, оттягивая сладостный момент, когда приму его в себя до самого основания.

– Неужели в этом мире существуют идиоты, способные променять тебя на кого-то еще? – негромко произнес Коул с внезапной, щемящей нежностью погладив меня по щеке. В его тоне проступила озадаченность, будто это на самом деле его удивляло.

Я ничего не ответила. Мне совсем не хотелось говорить о своих бывших – почти все мои прошлые отношения оказывались тем еще дерьмом. Но мне хотелось, чтобы Коул как можно дольше был восхищен мной. Пока это так, я могу быть рядом с ним.

Однажды ведь это закончится.

Взяв член Коула в руку, я подалась вперед и направила его в себя, уже полностью готовая принять его. Головка толкнулась между половыми губами, которые раскрылись навстречу твердой плоти. Я замерла, не торопясь, кайфуя от постепенного, но неуклонного проникновения.

Мы смотрели в глаза друг другу – в этот момент, казалось, соединялись не только наши тела, но и души.

От того, как порой Коул передавал контроль мне, я получала некое особое, необъяснимое удовольствие. Мне нравилось, что в такие минуты этот сильный мужчина был в моей власти.

Даже если это была лишь иллюзия.

Сжав волосы на затылке Коула, я наклонилась и поцеловала его – агрессивно и требовательно, толкнувшись языком в его рот одновременно с тем, как опустилась до самого конца, став с ним одним целым.

Я застонала – или это был Коул, а может мы оба – наши языки так яростно сплетались друг с другом, что не разобрать.

Мои бедра начали двигаться ему навстречу. Коул опустил ладони на мои ягодицы и сжал, толкаясь в меня и достигая самых чувствительных точек.

Полностью отдавшись и сосредоточившись на движении, я прервала наш поцелуй и все, что мы могли, губами прижиматься друг к другу, с жадностью ловя воздух.

Комната наполнилась звуками шлепков влажной кожи о кожу, сбитым дыханием, запахом секса. Изменив положение, я откинулась назад, и мои бедра задвигались с бешеной силой. Каждый раз опускаясь на большой, прекрасный член великолепного мужчины подо мной, я кусала губы, а не сдержавшись, вскрикивала от остроты ощущений. Оргазм был уже близок, и я видела, что Коул тоже вот-вот достигнет пика. Его челюсти были сжаты, на виске пульсировала вена.

Внезапно руки Коула подхватили меня и опрокинули на спину.

– Раскрой их так широко, как можешь, – толкнувшись между моих ног, сквозь зубы приказал он.

Фиксируя мои ноги руками, и не давая им сдвинуться, Коул двинул бедрами вперед, вновь оказавшись во мне и яростно, удар за ударом подтолкнул меня к желанному оргазму.

Кончая, я вскрикнула, пальцами цепляясь за смятые простыни, и слепо уставилась в потолок над нами. По моим вискам и груди стекал пот, а кости, по ощущениям, превратились в желе.

Кончив следом за мной, Коул тяжело рухнул на меня, уткнувшись лицом в мою шею. Его кожа была раскалена до жара.

Он был тяжелым, но я боялась пошевелиться, не желая, чтобы он отстранялся. Согнув руку, я запустила пальцы в его мокрые волосы, переполненная нежности к этому мужчине.

– Я люблю тебя. Думаю, я люблю тебя.

Следующим утром я проснулась совершенно не отдохнувшей. Взгляд на часы показал, что уже не такое и утро – скорее ближе к полудню. Конечно же, Коула в постели не было. Несколько мгновений я смотрела на его сторону кровати, размышляя о том, что наделала. И речь вовсе не о том, что я вляпалась в историю со смертью сенатора. Я имела глупость признаться Коулу в любви. Учитывая, что в ответ я не услышала: «Я тоже тебя люблю, Харли», полагаю, в этом я потерпела сокрушительное фиаско.

«Бам-бам, глупышка Харли».

С обреченным вздохом я выбралась из постели, и, набросив поверх пижамы халат, зашла в ванную. Собирая волосы в хвост, и умываясь, я приняла решение, что сейчас совсем не лучшее время беспокоиться о том, что мое признание в любви осталось без ответа.

Черт, и ведь не в первый же раз!

Но, правда – это не самое худшее на фоне того, что меня могут арестовать за убийство.

Закончив свои дела в ванной, я нацепила на лицо равнодушное выражение, не собираясь демонстрировать, что задета молчанием Коула и вышла из спальни.

Коул и Джейк были в кухне. Они подсмеивались над чем-то и что-то обсуждали, когда вошла я. Полагаю, речь шла не о том, во что встряли мы с Джейком.

‒ Доброе утро, ‒ заметив меня, бодрым голосом сказал Коул.

Его брат приветствовал меня кивком.

‒ Есть какие-то новости? – Я взяла чашку с кофе, протянутую мне Коулом.

‒ Мы получили видеозапись того вечера из отеля. ‒ Коул скрестил руки на груди, прислонившись к шкафчикам. На нем была футболка с трениками и похоже, он уже успел сделать утреннюю тренировку. ‒ Оказалось, что номер, который снимал Канингем, не попадает в зону действия ни одной из камер.

‒ Мне стоит спросить, как вам удалось достать эту видеозапись?

Ожидая, что Коул ответит, я заметила, как Джейк покачал головой, пряча усмешку за чашкой с кофе.

‒ Я не зря плачу зарплату своему IT-отделу, ‒ произнес Коул.

‒ Даже не сомневаюсь в этом, ‒ закатила глаза я. ‒ Хорошо, так что это дает нам? Если у нас нет видео, на котором убийца входит в номер сенатора, видеозапись бесполезна, ‒ подавленно констатировала я.

‒ Пусть у нас нет непосредственно такого видео, но сейчас мои люди заняты тем, что просматривают все записи, сделанные в ту ночь. Тот, кто убил Канингема, может быть обнаружен на них.

Коул не терял положительного настроя или держался столь уверенно ради меня. Взглянув на Джейка, я поняла, что оптимизма брата он не разделяет.

‒ Что ты думаешь? – обратилась я к нему. – Это может нам как-то помочь?

‒ Я думаю, что тот, кто убил Грегори, выбрал очень – даже слишком – удачный день, ‒ мрачно отозвался Джейк.

Здесь я вынуждена была с ним согласиться.

‒ Как все прошло у Кортеса? – Моя кожа покрылась мурашками, когда я упомянула имя детектива вслух. ‒ Он поверил в твой рассказ?

‒ Ни на мгновение, ‒ невесело хмыкнул Джейк. ‒ Но можешь расслабиться – он на самом деле не думает, что это сделала ты, ‒ глядя мне в глаза, сухо произнес он. ‒ Кортес уверен, что это я завалил Канингема, когда вернулся в отель.

Его возвращение в отель надо было как-то объяснить. В действительности он сделал это, чтобы предъявить сенатору фотографии и дать понять, что будущее его политической карьеры в наших руках, но в версии для полиции он сделал это, чтобы забрать забытый мной телефон.

‒ Никто из нас не может расслабиться до тех пор, пока все это не закончится, ‒ покачала головой я, ловя себя на мысли, что факт того, что я не являюсь главным подозреваемым для Кортеса хоть и тешит, но не особенно успокаивает.

‒ Это даже не началось, Харли! – Джейк посмотрел на меня, как на идиотку, чем задел меня. ‒ И скажи, что ты сама не думаешь, будто это я прострелил башку ебливому сенатору?

‒ Ты правда считаешь, что ссора со мной нам поможет?! – взвилась я. ‒ Какого черта ты срываешься на мне, когда это была твоя идея?

‒ Ты, блядь, не особо возражала!

Я открыла рот, собравшись отбить его обвинения, но раздраженный голос Коула меня осадил:

‒ Заткнитесь, нахрен, оба! ‒ Мой парень выглядел так, будто мы его изрядно достали. ‒ Джейк, езжай домой и отдохни. Поговорим позже.

Бросив на меня сердитый взгляд напоследок, широким шагом Джейк покинул кухню.

‒ Я сейчас вернусь, ‒ предупредил Коул, последовав за братом.

Мое лицо все еще пылало от негодования и возмущения, когда спустя несколько минут Коул появился вновь. Сохраняя молчание, он встал напротив меня, чем невероятно нервировал.

‒ Что?!

‒ Ты понимаешь, что если вы и дальше будете бодаться, это может обернуться против вас обоих? – постучав пальцем по столешнице, вскинул темные брови мужчина.

‒ Я не виновата, что твой брат меня не выносит!

‒ Это не так. ‒ Коул покачал головой, и выражение его лица меня озадачило. ‒ Ты ему нравишься – так он выражает свою симпатию.

Я нахмурилась, посмотрев на него с большим недоверием.

‒ Это дико странно. ‒ Слова Коула меня не убедили. Не знаю, что обо мне думал Джейк, но о симпатии речи не шло точно. ‒ Ему слишком нравится делать так, чтобы мне было некомфортно. И это скорее презрение, чем симпатия.

Мне не нравилось, что говоря об этом, я испытывала досаду. Ведь я в свою очередь не была фанатом Джейка, так что мне до того, что я ему не нравлюсь?

– Просто поверь мне, – попросил Коул и, хотя мне очень хотелось знать, что значат смешинки в его глазах, продолжать тему Джейка я не стала.

‒ Хочешь обсудить то, что я сказала ночью? – решившись, предложила я.

‒ Ты сказала, что любишь меня, ‒ напомнил Коул, даже глазом не моргнув.

‒ Ну, да, мне нравится признаваться в любви. ‒ Я заправила прядь волос за ухо, за расслабленной улыбкой пряча тревогу. ‒ Обычно я всем парням, с которыми встречаюсь, говорю, что люблю их. Это ерунда, на самом деле.

Коул вздернул темную бровь, по всей видимости, удивившись моим словам, но ничего не ответил. Ждал, наверное, что я продолжу говорить и тем самым еще глубже себя закапывать. Мне бы стоило замолчать, но меня уже было не остановить.

‒ В том смысле, что я не придаю этому такого большого значения, как некоторые люди. Это ведь просто слова, да? – Я переступила с ноги на ногу, молясь о том, чтобы пол подо мной разверзнулся и поглотил меня. ‒ В общем, если ты типа напрягся от того, что я сказала – не надо. Ты не обязан отвечать мне тем же только потому, что это вроде как принято.

Я с трудом удержалась, чтобы не ляпнуть: «Было приятно иметь с тобой дело, здорово потусовались, пока», и просто свалить.

‒ Я не напрягся, ‒ Коул покачал головой, с сомнением глядя на меня, ‒ а ты?

‒ Немного, ‒ честно призналась я.

Неожиданная улыбка коснулась его губ – от нее я отчего-то еще больше занервничала.

‒ Знаешь, у меня не такой большой опыт с признаниями – я не говорил всем своим предыдущим девушкам, что люблю их. ‒ Он сделал красноречивую паузу, и мне захотелось провалиться с еще большей силой. ‒ На самом деле это было лишь однажды и когда это случится в следующий раз – это будет что-то значить, потому что я не считаю, что это просто слова.

«Дура! Ну ты и дура, Харли!»

‒ Это звучит мудро. ‒ Я кивнула с глубокомысленным видом, всеми усилиями сохраняя лицо. ‒ Наверное, мне стоит пересмотреть свое отношение к признаниям. ‒ Я смотрела куда угодно, только бы не встречаться взглядом с Коулом.

‒ Харли, ‒ позвал меня он.

‒ Пойду, переоденусь. ‒ Я вымучила улыбку, пятясь к выходу. ‒ Надо позвонить Рине, она меня потеряла. Шлет тревожные сообщения.

‒ Харли, стой!

Не слушая его, я развернулась и вышла из кухни, направившись в спальню.

Ладно, сама идиотка. Давно пора перестать удивляться. У меня какая-то фантастическая способность делать разную фигню.

Да и насколько мне это важно? Ну, не любит он меня, ну подумаешь. Я ему нравлюсь – во всяком случае, ему нравится меня трахать. Это что-то. Это… На большее я не могу рассчитывать.

Коул следовал за мной, призывая остановиться, но я не слушала, пока не оказалась в спальне, а там отступать было некуда.

‒ Харли, посмотри на меня, ‒ попросил Коул.

Я посмотрела.

‒ Ты расстроилась?

‒ Да забей, ладно? Это…ерунда. Мне с тобой классно! Мы приятно проводим время вместе и это… это…

‒ Классно? – немного смущенно подсказал Коул.

Я торопливо кивнула.

‒ Именно! И я понимаю – на самом деле – у тебя больше опыта и ты взрослее, поэтому не относишься так легкомысленно к таким вещам. И это правильно. ‒ Поймав себя на том, что хожу туда-сюда по комнате, я остановилась. ‒ А я… Ну, я часто делаю глупости. ‒ Мои губы искривила совсем нерадостная улыбка. ‒ Как тогда, когда мой экс-дружок предложил мне продать видео нашего домашнего порно, а я согласилась. Этого ты обо мне не знал, да? ‒ догадалась я, заметив, как сдвинулись брови Коула. ‒ Сюрприз! Меня можно трахать и даже зарабатывать на этом, ‒ коротко рассмеялась я, разведя руками, и затем тише добавила: ‒ Но любить, наверное, нет.

В комнате повисло тяжелое молчание. Я выдохлась, и мне до жути хотелось плакать. Даже не из-за того, что Коул меня не любит, а потому, что осознала, сколь никчемной была вся моя жизнь. Моя мать оказалась права: ничего хорошего из меня не получилось.

От того, как Коул смотрел на меня – с потрясением, смесью жалости и досады, у меня зудела кожа. Мне стало не по себе. В собственном теле стало некомфортно.

‒ Мне… Мне надо выбраться отсюда. ‒ Мои глаза заметались по комнате, а отельный номер вдруг предстал тюремной камерой. Я прошмыгнула в гардеробную, прикрыв за собой дверь.

‒ Куда ты собралась? – Коул вошел в комнату, когда я натягивала джинсы.

‒ У меня вроде как есть квартира. ‒ Я быстро застегнула ширинку, метнув на него невыразительный взгляд. ‒ Мне нужно бывать там хотя бы иногда, иначе я зря плачу за нее. ‒ Я выхватила из комода первый попавшийся лифчик и скинула майку от пижамы.

‒ Тебе не следует сейчас быть там. Я не смогу обеспечить тебе безопасность за пределами «Империи», ‒ заявил Коул, нахмурившись.

‒ Думаю, ты преувеличиваешь. ‒ Натянув через голову свитер из тонкой шерсти, я дернула плечом. ‒ Никто, кроме полиции, не знает о моем участии в этом деле. А Джейк сказал, что Кортес считает убийцей его. ‒ Я села на банкетку, чтобы надеть лофты. ‒ Мне нет необходимости торчать здесь.

‒ Но и уходить, потому что злишься на меня, не надо, ‒ возразил Коул.

Я поднялась и подошла к нему ближе, держа голову прямо и не показывая, что мне хочется забиться в уголок и порыдать.

‒ Я не злюсь на тебя. Как вообще можно злиться на человека за то, что он тебя не любит? Это либо есть, либо нет, верно?

Я уставилась на Коула. Если он и хотел что-то ответить, то передумал, стиснув челюсти так, что проступили желваки.

‒ Ты загораживаешь мне выход. ‒ Я кивнула на дверь за его спиной, но он не пошевелился.

‒ Я не хочу, чтобы ты уходила. Не в таком состоянии, ‒ не сдавался Коул.

‒ Я в абсолютном порядке! – усмехнулась я, скрестив руки на груди и силясь, чтобы не заорать во всю глотку. ‒ Мне просто нужен свежий воздух.

‒ Я могу как-то убедить тебя остаться? – с надеждой спросил он.

Я категорично замотала головой.

‒ Нет.

‒ Пусть тогда Сантос отвезет тебя домой.

‒ Не думаю, что сразу отправлюсь домой.

‒ Хорошо, отвезет, куда скажешь, ‒ чуть не заскрипел зубами Коул.

‒ Я хочу пройтись.

‒ В Лас-Вегасе? Этот город не создан для пеших прогулок!

‒ И все же, ‒ упрямилась я.

Мы с ним состязались, кто кого «пересмотрит». Я не собиралась сдаваться. Сощурившись, он зарычал, признавая свое поражение.

‒ Я приеду к тебе вечером. Надеюсь, вечером ты будешь дома?

Коул провожал меня до двери, и, судя по голосу, отнюдь не был счастлив, что мое упрямство победило.

‒ Не обещаю, ‒ равнодушно отозвалась я.

‒ Черт, Харли, прекращай! – не выдержал он. ‒ Ведешь себя, как…

‒ Как кто?! – Я с вызовом вскинула подбородок. ‒ Как девушка, которую отвергли?

Его зубы клацнули.

‒ Этого не было. Не фантазируй, Харли!

Я разглядывала лицо Коула, сожалея о том, что оказалась недостаточно хороша для того, чтобы стать для него кем-то большим, чем была – очередная подружка, с которой был классно трахаться, но на этом все.

‒ Коул, ‒ с обманчивым спокойствием позвала я.

‒ Что, Харли?

‒ Пошел ты на хрен.

Я улыбнулась и вышла из номера, похвалив себя за то, что смогла не разреветься перед ним, хотя и очень хотелось.

Коул: Ты послала меня на хрен? Серьезно?

Харли: Я это сделала. И если надо будет, могу повторить.

Коул: Думаю, мы можем обсудить все как взрослые люди.

Харли: Это был такой намек на мой возраст?

Коул: Это было предложение поговорить и все обсудить, потому что я ВОЛНУЮСЬ за тебя. Скажи мне, где ты?

Харли: Иди НА ХРЕН, Коул.

Я заблокировала телефон и сунула его в карман джинсов, не собираясь и дальше вести эту бессмысленную, раздражающую переписку.

– Еще, пожалуйста. – Я подняла свой опустевший шот из-под текилы, обратившись к бармену. Сейчас было довольно рано, поэтому бар практически пустовал. К тому же я прилично далеко свалила от «Империи», чтобы не опасаться, что Коул найдет меня здесь.

Потому что я не хотела, чтобы он находил меня, и не хотела этих его: «Давай все обсудим как взрослые люди, бла-бла-бла».

К черту!

– Спасибо, – поблагодарила я, когда парень за стойкой обновил мою выпивку.

У меня не было цели напиться. Я просто хотела побыть в одиночестве, подальше от Коула, казино и всего, что с этим связано. К тому же, это мог быть мой последний день, когда я могла вот так свободно передвигаться по городу, не привлекая внимания зевак. Потому что когда и если репортеры пронюхают, что это я была с Канингемом в ночь его убийства, просто выйти на улицу может оказаться проблемой.

Но я надеялась, что мне удастся остаться вне зоны действия радара этих проныр.

Проглотив текилу и поморщившись, я вновь достала телефон, игнорируя сообщения Коула, и написала Рине, предложив вечером остаться дома и провести время вместе.

Мы так редко виделись. Мне было неудобно перед подругой – Рина здорово выручила меня, я не могла динамить ее всякий раз, отдавая предпочтение Коулу. Если он приедет вечером ко мне домой, я скажу ему, что у меня планы, в которые он не включен.

Мои мысли о Коуле были прерваны внезапно: я случайно взглянула на экран телевизора в углу бара и чуть не вскрикнула, вовремя сжав губы.

Звук был выключен, но догадаться, что произошло, труда не составляло. Телеканалам все же удалось раздобыть видео того вечера, сделанное в баре Уолдорф-Астория.

В сюжете, который прокручивали на экране, я узнала Грегори и себя – мы сидели за барной стойкой и разговаривали. Кадры с нами были приближены и выделены световым пятном, но камера снимала нас со спины, и мое лицо можно было разглядеть только в профиль, когда я поворачивалась к нему. Я пялилась на экран, пытаясь вспомнить, был ли такой момент, когда мое лицо оказалось четко под камерами, и, конечно же, не смогла. Затем запись дошла до той части, в которой мы с Грегори встали, чтобы покинуть бар. Тут вдруг кадр остановился и наши с сенатором фигуры приблизили еще больше. Мое лицо оказалось прямо под камерой и при сильном приближении, даже с учетом потери качества, я могла сказать, что это на самом деле я.

С другой стороны, меня не так легко было узнать, особенно никогда не видя меня до того и тут, наверное, я могла благодарить Уолдорф-Астория за то, что они сэкономили на своем видеонаблюдении.

Я с осторожностью огляделась. Немногочисленных посетителей происходящее на экране не интересовало – к моему облегчению. Но лучше, наверное, было отправиться домой.

Попросив счет, я подумала о том, чтобы вызвать Убер и даже взялась за телефон, но была прервана.

– Здравствуйте, мисс Бенсон.

Я подняла голову и встретилась с обращенным на меня взглядом детектива Кортеса. Он опустился на барный стул рядом со мной.

– Детектив? – Я даже не попыталась скрыть своего изумления.

«Какого, нах?! Он за мной что, следил? Вот же срань – копы следят за мной?!»

– Вы не против, если мы с вами немного поговорим? – Кортес не спускал с меня темных, изобличающих глаз. – Мне надо уточнить кое-какие вопросы.

– Вообще-то против. Разве мой адвокат не должен присутствовать при этом? – оборонительно произнесла я.

– Мисс Бенсон. – Кортес протяжно вздохнул. – Конечно, если вы хотите приехать в отделение, мы можем дождаться вашего адвоката. Или я задам вам пару вопросов, что займет у вас пять минут и уйду.

Кортес выгнул темную бровь, мол: «Что скажешь? Как тебе такое щедрое предложение?»

Он заставил меня колебаться. Тащиться в участок неизвестно насколько мне точно не хотелось.

Наверное, следовало позвонить Коулу, чтобы он связался со Стоуном, но я этого не сделала.

– Что вы хотите узнать? – сдалась я.

Кортес удовлетворенно усмехнулся, только эта усмешка не затронула его глаз. Рядом с ним по моей коже бежал холодок.

– Правду, мисс Бенсон, – внезапно вполне дружелюбным тоном ответил он.

– Вы ее уже знаете.

– Нет, не думаю. – Мужчина покачал головой.

– Я рассказала вам все, что мне известно, – с равнодушным видом пожала плечами я.

– Мисс Бенсон, позволите поделиться с вами одной моей теорией? – чуть подавшись ко мне, произнес детектив.

Я промолчала – а типа у меня был выбор?

– Моя теория заключается в том, что Джейк Хейз, вернувшись той ночью в отель после того, как оставил вас в своей квартире, застрелил сенатора Канингема. – Голос детектива был обманчиво-располагающим, на что я не купилась. – Согласитесь, то, что это мог сделать кто-то другой в тот же самый вечер – выглядит маловероятным. Иначе это очень удачное совпадение, а в совпадения я не верю.

– Зачем бы Джейку делать это? – Всем своим видом я демонстрировала нелепость его теории.

– Не знаю, – задумчиво протянул Кортес, – но именно это я и хочу выяснить.

– Джейк этого не делал.

Я и сама поразилась тому, насколько убежденным был мой голос.

– Вы в этом уверены, мисс Бенсон? – сощурился Кортес. – Насколько хорошо вы знаете мистера Хейза?

– Я… – начав говорить, я запнулась, понимая, что ответить мне нечего. – Это не имеет смысла. Если бы это был он, для чего бы ему брать меня с собой?

Кортес молчал, испытывающее глядя на меня и словно что-то прикидывал. Я уже начала жалеть, что согласилась на этот разговор.

– Мисс Бенсон – Харли, – после продолжительной паузы перешел на отеческий тон мужчина, – хочу вам напомнить, что в штате Невада все еще действует смертная казнь. И меньшее, что получит мистер Хейз за то, что он сделал – а он это сделал и я это докажу – сколько бы времени мне не понадобилось – это пожизненное. Подумайте о том, где вы хотите провести следующие двадцать лет своей жизни, которые вам могут дать за соучастие.

Слова Кортеса заставили мой желудок болезненно сжаться. Этот человек пытался запугать меня и ему это удавалось.

– Ну же, Харли – помогите себе. Расскажите мне правду о той ночи, и обещаю, что вы будете в безопасности. Если по какой-то причине вы боитесь мистера Хейза… или мистера Кроуфорда, – после небольшой заминки добавил Кортес, – вам будет предоставлена защита.

Я не ответила. Просто смотрела перед собой, ожидая, когда он выложит все, с чем пришел.

Он был тут не ради «парочки вопросов», а предлагал сдать Джейка в обмен на свою собственную неприкосновенность.

– Мистер Хейз и раньше совершал преступления, но всякий раз ему удавалось выйти сухим из воды. – Теперь голос детектива сквозил плохо прикрытым раздражением. – Подумайте, кого вы защищаете, Харли. Джейк Хейз точно не стоит вашей свободы.

С этими словами он поднялся и положил какую-то карточку на стойку передо мной.

– Подумайте о том, что я сказал, Харли, а затем позвоните мне. И примите мой совет – не рушьте свою жизнь ради тех, кто с легкостью рушат жизни других.

Рины дома не оказалось, когда я добралась до квартиры. Мои нервы все еще звенели от напряжения после беседы с Кортесом. И, кажется, у меня развилась паранойя.

Отодвинув шторку, я выглянула в окно, обозревая парковку у дома и прикидывая, может ли полиция прятаться в одном из стоявших там автомобилей. Не заметив ничего, что могло бы вызвать беспокойство, плотнее задвинула штору и ушла в свою комнату.

Мне надо было подумать. Вообще-то, наверное, пора было позвонить Коулу. За последний час он не прислал мне ни одного нового сообщения и перестал атаковать мой телефон. У меня вовсе не было желания говорить с ним, даже если обстоятельства вынуждали. Идею принять предложение Кортеса я откинула сразу. Как бы мне ни хотелось спасти свою задницу, я знала, что не смогу сделать этого на его условиях.

Пусть я почти ничего не знала о Джейке, я не верила, что это он мог убить Канингема.

Никакой логики в этом я не видела.

И хотя Джейк был в моем списке: «Не хочу видеть тебя, придурок», я знала, что должна это сделать. После недолгого колебания набрала его номер. Джейк ответил уже после второго гудка.

‒ Харли? – В его голосе послышалось замешательство.

‒ Привет! – выдохнула я, поморщившись от того, как неестественно звучал мой голос. Я немного опасалась, что Джейк пошлет меня, учитывая, как мы разошлись этим утром.

‒ В чем дело? Ты ведь звонишь не для того, чтобы узнать как у меня дела, ‒ хмыкнул он, быстро став прежним, раздражающим Джейком.

Я рассказала ему, что имела разговор с Кортесом, не став вдаваться в детали, оставив это для личной встречи.

‒ Где ты? Я сейчас приеду, ‒ быстро сказал мужчина, но я остановила его.

‒ Тебе нельзя приезжать ко мне, за тобой могут следить. Думаю, Кортес за мной следил, иначе как он мог найти меня в баре? Мы можем встретиться где-нибудь?

Джейк молчал, очевидно, раздумывая, что предпринять, а я тем временем нервничала, потому что чувствовала, будто делаю что-то неправильное.

Джейк назвал мне место, и мы условились встретиться там через полтора часа. Отключившись, я оставила записку для Рины, что могу задержаться, затем схватила куртку, рюкзак и прежде чем покинуть квартиру, через окно оглядела парковку еще раз. Выходить решила не через главный вход, а спуститься по пожарной лестнице. Через десять минут, петляя между домами, я добежала до автобусной остановки. Расплатившись с водителем и заняв одно из задних сидений, первым делом стала разглядывать улицу на предмет «хвоста». Это уже входило в привычку – плохую привычку.

Вынув телефон, я отыскала в списке контактов номер, по которому никогда не звонила и не думала, что позвоню.

Его звали Чез. Когда мы с Энди приехали в Лас-Вегас, мой бывший парень влился в тусовку таких же гонщиков за мечтой о легкой наживе. Чез устраивал полулегальные игры мелкого калибра, надеясь, что однажды выйдет на серьезный уровень. В промежутках между покерными столами и идеей разбогатеть, парень трудился барменом в одном из стриптиз-клубов.

Оказываясь в одной компании, я видела, что вроде как нравлюсь ему. И, несмотря на то, что в последний раз мы встречались несколько месяцев тому назад, я надеялась, что Чез не откажется одолжить мне свою машину.

‒ Спасибо, Чез, ты очень меня выручаешь, ‒ сжимая в руках заветные ключи, с признательностью поблагодарила я.

Мне пришлось наплести историю о заболевшей тете, к которой я должна ехать прямо сейчас, а автобусы не ходят туда, где она живет. Чез был неплохим парнем, но умом не блистал.

‒ Ты вернешь ее завтра, да? – уточнил он.

Я быстро закивала, торопясь распрощаться с ним. У меня оставалось не так много времени, чтобы добраться до места, которое указал Джейк.

Мне повезло, что Чез был на смене, и я хорошо знала, как добраться до клуба, в котором он работал.

‒ Ты меня удивила своим звонком, ‒ посмеиваясь, признался парень.

Я уже подняла ногу, чтобы стартануть к его тачке, но он еще хотел поговорить.

‒ Угу, ‒ закивала я, раздумывая, насколько невежливым будет развернуться, сесть в машину и уехать?

‒ Так вы с Энди разбежались? – почесав шею, как-то смущенно спросил он.

«А я ему правда нравлюсь».

‒ Окончательно и бесповоротно, ‒ махнув рукой, подтвердила я.

‒ Ладно, это… Правильно. Я всегда думал, что ты слишком хороша для него, ‒ глядя куда-то в сторону, сказал Чез.

Я улыбнулась. Это оказалось приятно услышать, на самом деле.

‒ Еще раз спасибо за машину.

Я не знала, что еще добавить. Чез дернул плечом с видом: «Ерунда» и стоял на парковке до тех пор, пока я села в машину и уехала.

Стоило мне удалиться на пару кварталов, как мысли о Чезе тут же улетучились. Время поджимало, и я нетерпеливо барабанила по рулю, останавливаясь на светофорах.

С помощью навигатора я нашла место, где мы условились встретиться с Джейком. Это было здание старого склада, и как я поняла, сейчас заброшенного. Когда я подъехала, фары Шевроле осветили темно-синюю GMC Acadia Джейка и двух мужчин рядом.

‒ Черт!

Я заглушила двигатель, но выходить не торопилась. Фары погасли, но в свете луны я могла видеть два мужских силуэта.

Серьезно раздумывая, не убраться ли мне сиюминутно, потому что никак не рассчитывала на встречу с Коулом, заметила, как одна из фигур отделилась от машины и направилась ко мне.

Джейк остановился возле дверцы водителя и постучал по стеклу костяшками пальцев. Я нажала кнопку, опустив окно, и недовольно уставилась на него в свете его мобильника.

‒ Долго тут торчать собираешься? ‒ склонившись к окну, спросил он.

‒ Какого фига ты его сюда приволок?! – зашипела я, метнув взгляд на Коула, который до сих пор оставался возле машины Джейка.

‒ Избавь меня от вашей любовной драмы, ‒ закатил глаза Джейк. ‒ Давай, высаживай свою хорошенькую попку из этой колымаги.

Он выпрямился, похлопав по крыше Шевроле и отступил. Заскрежетав зубами, я выбралась из машины.

‒ Чья это машина, Харли? – требовательно спросил Коул, приблизившись к нам с Джейком.

‒ Не твое дело. ‒ Я засунула руки в карманы куртки и демонстративно отвернулась от него. Скорее всего, мое поведение было незрелым, но я ничего не могла с собой поделать.

Меня душила обида.

‒ Хватит ебать мне мозг, Харли! – Коул схватил меня за локоть, придя в настоящее бешенство.

Взвинченная, я дернулась, вырываясь.

‒ Кто кому ебёт мозг, Коул?! – закричала я, свободной рукой пихнув его в плечо. ‒ Какого черта ты вообще тут делаешь?! Давай, вали… куда-нибудь! – Мое дыхание срывалось, и я была рада, что вокруг темно и моих слез, навернувшихся на глаза, никто не видит.

‒ Хочешь, чтобы я свалил?! – зарычал он, нависнув надо мной. ‒ Ты этого хочешь? Правда?!

Он склонился ко мне, стукнувшись своим лбом о мой лоб. Его яростное дыхание вырывалось сквозь стиснутые зубы.

‒ Ага, сделай одолжение! – выплюнула я, ощущая гнев и желание, которого не должно было быть в этой ситуации.

‒ Да вы издеваетесь.

Бормотание Джейка привлекло мое внимание. Он забрался на капот Шевроле, наблюдая за нами.

‒ Мне же не придется разнимать вас? Или мне стоит ненадолго отойти, чтобы вы двое могли трахнуться и заглохнуть наконец-то?

Его слова подействовали охлаждающе. Я отступила от Коула, а он, хоть и пробормотал что-то себе под нос, препятствовать не стал.

‒ Теперь мы можем вернуться к тому, что действительно важно? Что там с Кортесом, Харли?

Я пересказала весь разговор с детективом и пока говорила, мужчины внимательно слушали меня, не перебивая. Если не считать пару раз «Вот гондон», оброненных Джейком.

‒ Почему ты решила рассказать это мне? – спросил он, когда я замолчала.

Фонарик его телефона был нашим единственным освещением, и я смогла разглядеть замешательство у него на лице.

‒ Знаю, что ты обо мне невысокого мнения, но я бы не согласилась на это.

‒ Для тебя было бы лучше, если бы согласилась, ‒ сухо произнес Джейк.

‒ Возможно. ‒ Я пожала плечами. ‒ Но мы оба вляпались в это и нам надо действовать сообща, чтобы выпутаться.

Несколько мгновений Джейк смотрел на меня, затем вдруг усмехнулся, и, хотя ничего не сказал, по его глазам я поняла, что у нас перемирие. Может и временное, но уже что-то.

‒ Значит, Кортес решил повесить это на тебя, ‒ мрачно произнес Коул, глядя на брата.

Джейк повернул голову в его сторону, и как мне показалось, между братьями произошел молчаливый диалог. На мгновение я почувствовала себя здесь лишней.

‒ Раскрытие убийства сенатора – это же обеспечит ему лейтенанта, да? – обронил Джейк, скривившись. Он вынул пачку сигарет из кармана куртки и закурил. Руки его едва заметно дрожали.

‒ У него ничего не выйдет, ‒ твердо заявил Коул.

Джейк ничего не ответил, только покачал головой и, затянувшись, выпустил дым в сторону.

‒ Мне посрать на его влажные мечты о лейтенантском кресле, ‒ с отвращением бросил Коул. ‒ Этого не будет.

‒ Ты не станешь ничего делать. На этот раз я сам должен со всем разобраться. ‒ Джейк спрыгнул с капота, хлопнув брата по плечу. Бросил окурок на землю и затушил тот ботинком. ‒ Эй, Харли, подкинешь моего брата домой?

Я хотела выкрикнуть «нет», но промолчала.

‒ Куда-то собрался? – спросил Коул, явно тревожась за Джейка.

‒ Ага, домой. Так что вы тут дальше без меня, ладно?

Мы с Коулом молчали, наблюдая, как Джейк сел в машину и уехал.

Оставшись с Коулом вдвоем, я поняла, в какой странной ситуации оказалась: мне предстояло подвезти его на тачке Чеза. Коула, у которого личный водитель и свой автопарк.

Ничего необычного, ага.

‒ Попробуем еще раз. Чья это машина, Харли? – раздался в темноте вкрадчивый голос Коула.

«Гадство! Чертов Джейк!»

‒ Это в самом деле не твое дело, Коул. ‒ Я не собиралась отвечать из чистого упрямства. ‒ Если не будешь трахать мне мозг, так и быть, подвезу тебя.

Я попыталась обойти его, но Коул перехватил меня и прижал к машине, уткнувшись руками в крышу по обе стороны от моей головы.

‒ Я не хочу трахать тебе мозг, Харли. Хочу трахать тебя, ‒ пробормотал он, укусив меня за нижнюю губу.

‒ Все, чего ты хочешь, ‒ с горечью хмыкнула я, игнорируя напряжение внизу живота.

‒ Харли… ‒ Он запнулся, глубоко вздохнув. Я была рада, что темно и он не видит боли в моих глазах. ‒ Это больше, чем секс – то, что у нас с тобой. ‒ Казалось, каждое слово давалось ему с трудом. Коул переместил руку на мое лицо и провел большим пальцем по щеке, стерев скатившуюся слезу. ‒ Черт, детка, не надо! – с отчаяньем попросил он.

‒ Я не хочу быть с человеком, который даже не может дать определение тому, что чувствует ко мне. Этого мало, Коул, ‒ прошептала я, ощущая себя жалкой и запутавшейся.

‒ Чего ты от меня хочешь, Харли? – после долгой паузы тихо спросил он.

Я прикрыла глаза и замотала головой.

‒ Ничего. Уже ничего не хочу. Я тебе благодарна, правда. Последние месяцы были удивительными. – Я придала голосу легкости, которая никак не отражала того, что внутри я была разбита. Вдребезги.

‒ Ты меня сейчас бросаешь? – Коул в недоверии отступил от меня.

Не давая себя возможности передумать, и, не веря, что делаю это, я кивнула.

‒ Похоже, что так.

Между нами повисло тягостное молчание. Каждый из нас переваривал то, что случилось. И я и Коул были ошарашены.

Наш роман закончился. Здесь, сейчас, на территории заброшенного склада.

‒ Это твое окончательное решение? – Он первым нарушил тишину и от холода его голоса я поежилась.

Обхватив себя руками, я кивнула.

‒ Угу.

Коул тоже кивнул, принимая мой ответ.

‒ Как скажешь, Харли. Как скажешь.

К дому я подъехала совсем заплаканная. Не знаю, как еще никуда не врезалась по дороге. У меня и раньше случались разрывы, но в этот раз…

Достаточно будет сказать, что мне просто хотелось сдохнуть. Когда я высадила Коула у «Империи» и наблюдала, как он уходит, мне хотелось кинуться за ним и попросить забыть все, что я наговорила.

Возможно, я смогла бы смириться с тем, что он меня не любит. Но в глубине души знала, что не смогу.

Достав из рюкзака салфетку, я промокнула глаза и высморкалась, вдруг заметив три машины полиции на парковке перед домом. Проморгалась, но машины никуда не исчезли.

Схватив рюкзак, я выскочила из авто Чеза и заторопилась к дому, уверенная, что копы здесь из-за меня.

Но что могло случиться за то время, что меня не было?

Дверь в нашу квартиру была распахнута, и повсюду сновали полицейские. Рина, причитая и заламывая руки, кинулась ко мне.

‒ Харли, мне так жаль! У них был ордер! Я ничего не могла сделать!

Ничего не соображая, я хотела попросить ее перестать кричать, но тут увидела вышедшего из моей спальни Кортеса. Отстранив Рину, я шагнула в сторону детектива, но тормознула, потому что он вынул наручники. Не успела я и ойкнуть, как Кортес скрутил мне руки за спиной, защелкнул наручники и отчеканил:

‒ Мисс Бенсон, вы арестованы по подозрению в убийстве сенатора Грегори Канингема. Вы имеете право хранить молчание. Все, что вы скажите, может и будет использовано против вас в суде. Вы имеете право на адвоката, если вы не можете оплатить его услуги, он будет предоставлен вам государством. Вы понимаете свои права?

Пол под моими ногами кружился, а сердце билось так сильно, будто хотело пробить грудную клетку и убежать.

‒ Мисс Бенсон, вам понятны ваши права? ‒ громче повторил Кортес. ‒ Мне нужно услышать это от вас.

‒ Да-а, ‒ кивнув, пролепетала я.

Черт, не правда! Я ничего не понимала.

‒ Но я этого не делала! Я никого не убивала. Я…

‒ Суд в этом разберется, мисс Бенсон, ‒ отрешенно отозвался Кортес, подталкивая меня в спину и заставляя шагать вперед.