Заключение контракта с духом не заняло у нас много времени. Бхоль подробно описала процесс, так что особых сложностей не возникло. Мы со Злоднегриссом обменялись духовной энергией, окрашенной в тона нашего Дао, после чего дали клятвы сюзерена и вассала. В его случае — служить господину верой и правдой. В моем — заботиться о подопечном и следить за нуждами.

Ифритка дала последние напутствия бывшему подданому, после чего улизнула, исчезнув в глубине лавового потока.

— Что это? Золото? — вздохнул Злоднегрисс, посмотрев на предложенный амулет рода. — Хоть не серебро презренное, и на том спасибо. Пхы, вот уж не думал, что паду столь низко, став прислужником двуногого.

Белый дух проник внутрь металла, и белое свечение быстро погасло.

— Хм, а здесь вполне себе уютно… — донеслось от амулета.

— С формальностями покончено, как я понимаю, — изрек я. — Так как пользоваться духовной Сутью?

— Духовную Суть можно сравнить с посланием, которое вы отправляете Фанши, господин Кон. — пояснила Сати. — Вот только на начальных ступенях практик не способен пробиться через земную толщу. Серый огонь просто потухнет на пути, как бы вы ни пробовали исхитриться. Поэтому и используют малых духов. Силы их невелики, но высшие типы огня гораздо легче проникают через земную кору и достигают Фанши. Выглядит применение Сути примерно так: вы подаете запрос об интересующем вас объекте в письме. Дух предоставляет конверт, оборачивая послание своим огнем и направляет Фанши. Затем вам приходит ответ.

— Значит, на высоких ступенях практики могут использовать Суть сами?

— Верно, милорд.

— Фанши отвечает всем?

— Нет, — помотала головой девушка. — Можно впасть в немилость к Фанши, вас могут проклясть. Либо объект может находиться под защитой от Сути. Как представители рода Чай, к примеру.

— И о чем можно спрашивать?

— Обо всем, что вам взбредет в голову, — пожала плечами Сати. — Узнать имя и ступень практика, тип зелья, свежесть продуктов и тому подобное. Расход духовного огня в зависимости от вопроса может различаться. Если пожадничаете — Фанши не ответит. Чтобы взломать защиту цели может потребоваться крупное подношение. Ну и многое зависит от того, как вы договоритесь с контрактным духом. Возможно, он запросит половину вашего запаса ци всего лишь за одно послание. Хотя, белый огонь эффективнее красного. Он должен тратить меньше сил на доставку письма Фанши.

— Злоднегрисс из белой касты! — проговорило существо с апломбом из моего амулета на шее. — И на мелочи не разменивается! Пхы! Так что не меня беспокойте по пустякам, двуногий Кон Чай.

— Лучше обращайся ко мне господин Кон, — поправил я. — А то слух режет.

— Наглый двуногий, ходячий мешок мяса, — пробурчал он еле слышно и добавил. — Как пожелаете, господин Кон.

— Что же до мелочей: я сам решу, в каком случае стоит подавать запрос, в каком нет. Иначе на этом наши отношения закончатся.

— Нет-нет, — обеспокоенно выдал Злоднегрисс. — Не надо заканчивать. Я буду исправно служить вам!

— Замечательно. Осталось определиться с платой за запрос… Десятой части серой терции тебе хватит?

— Что-о-о?! Какая еще десятая часть?! Десять полных серых терций за запрос и не меньше!

Сопля белая запросила в сто раз больше, чем я предложил. Вот жадная сволочь. Они с Чебулем два сапога пара, только один нажирается пищей материальной, другой — духовной.

— Похоже, мне следует связаться с твоей бывшей хозяйкой. У нее хорошо получалось добиваться от духов сговорчивости.

— Н-не стоит! — заискрил амулет. — Госпожа Хелсс в прошлом, теперь я служу вам! Ну хорошо, пхы: я согласен на семь терций за одно стандартное послание, — пошел он навстречу.

— Одна десятая серой терции.

— Пять терций тоже устроит…

— Одна десятая серой терции.

— Три тоже не так уж плохо…

— Одна десятая.

— Одна терция — это последняя цена за мои услуги!

— Одна десятая.

— Ниже опускать уже некуда, пхы! — взвизгнул дух.

Я повернулся к Сати, с интересом следящей за ходом торгов:

— Как мне расторгнуть договор и выковырять его из амулета?

Бхоль открыла было рот, но Злоднегрисс не дал ей ответить:

— Не надо ничего расторгать! Это просто сумасшедшая наглость как для ходячего мешка мяса из серой касты! Хорошо, одна десятая серой терции за запрос! Только если цель будет иметь защиту, такого количества духовной энергии точно не хватит. Нужно большое подношение!

Я про себя усмехнулся удовлетворенно, стараясь не показывать это окружающим. Как и предполагалось, Злоднегрисс опасался своей бывшей хозяйки, поэтому мне удалось уломать его на весьма демократичные расценки.

— Вот и договорились. Я буду называть тебя Злодни, если не возражаешь.

— Совсем двуногие не уважают духов… — пробурчал тот.

— Такого не может быть! — всплеснула руками явно раздраженная Сати. — Одна десятая серой терции за послание? Сколько на самом деле белой энергии расходуется на доставку?

— Ну… — замялся дух.

— Мне тоже интересно, — поддакнул я.

— По-разному… Одна сороковая белой терции, возможно…

— А багровой?! — вопросила Бхоль настойчиво.

— Не знаю точно, пхы. Одна пятая терции примерно… — протянул Злодни неуверенно.

— Келстигнусс! Как это понимать?! Сколько моих терций ты пожрал лишних за все это время?!

— Ничего не лишних! — из амулета Бхоль показался отросток багрового пламени с подобием глаз и рта и гнусно просипел. — Не нравятся мои расценки, можем расторгнуть договор! Сколько берет дух белой касты — это уже его проблемы!

— Зараза… Нам надо поговорить наедине!

— Сати, отойдем от этого места. Кто знает, вдруг ткачи притащат подкрепление…

Мы со спутницей направились на запад, следуя вдоль русла Огненной реки. Бхоль подотстала немного и принялась вести переговоры со своим духовным партнером. Судя по всему, беседа не задалась. Но я так и не узнал детали. Лишь по мрачному недовольному лицу девушки можно было сделать вывод, что Келстигнусс отказался прогибаться. Бхоль не обрадовали известия о том, сколько духовного огня на самом деле требуется на доставку одного письма. Наценку Келстигнусс выставлял конскую. Думаю, Сати не была бы так расстроена, если бы я не сумел договориться о хороших условиях. Зависть — нехорошее чувство.

Я принялся практиковаться в духовной Сути, ожидая, что тренировки займут какое-то время. Но на самом деле процесс оказался несложным. Требовалось представить образ конкретного объекта в своей голове, напитать ее духовным огнем, а затем передать в амулет. Правда, из-за сложностей в тренировках Ши при этом возникала сильная головная боль, но я старался проделать все быстро. Злодни после этого отправлял послание дальше, и через некоторое время приходил ответ от Фанши. Небольшой импульс, похожий по ощущениям на слабый электрический разряд, проходил от земли по телу, и в голове появлялись сведения.

Кочерга Мимолетной Оплеухи

Уровень: Земной. Тип: личный предмет. Владелец: Ли Кон Чай

Особенность: увеличение скорости атаки на 37 %

— О, прокачалась немного! — воодушевленно произнес я, произведя оценку своего оружия.

Черт, духовная Суть — крайне удобная способность. Я и раньше понимал ценность навыка, но теперь, получив возможность пользоваться им, не мог нарадоваться.

Синистебель

Уровень: нет

Трава

Уровнь: нет

Камень

Уровнь: нет

Моровой гриб

Уровень: Земной

В полосе вечного лета вдоль реки действительно встречались полезные ингредиенты. Я использовал духовную Суть на разных растениях и предметах, тренируясь. Оценка давала не так много информации, как я рассчитывал.

Помимо платы моему духу-партнеру требовалось еще делать подношение самому Фанши. Чем заковыристее вопрос, чем сложнее цель, тем больше следовало отправлять энергии в качестве дара. Но в целом духовная Суть потребляла не так много ци. Не в последнюю очередь благодаря нашим договоренностям с духом.

Я подумал о том, что еще полезного можно выцепить с помощью данного навыка. С очками здоровья не вышло, а вот резерв свой в терциях оказалось можно определить, хоть и не слишком точно. Также мне пришла в голову идея проверить собственный прогресс в культивации. За внушительную плату Фанши открыл мне сведения.

Цунь: 5 %

Ши: 1 %

Дао: 36 %

Неплохо так прокачал свое Дао благодаря поглощению искр душ. Времени тренировать Цунь особо не было. А вот с Ши возник настоящий затык.

— Сколько можно? — завопил Злодни. — Господин Кон, используйте Суть только по делу!

— Не возникай там, уголек, — отмахнулся я.

Мне подобная система напомнила обращение к серверу от пользователя. Или, скорее, к администратору, который имел полную информацию о каждом юзере. Недаром описание предметов походило на игровые. Впрочем, Фанши не состоял из пикселей. Это явно не высокодетализированная компьютерная игра, а вполне реальный, живой мир. Духовная Суть же кое-как позволяла оценивать людей и предметы, используя подходящие шкалы и методы. Кое-что выходило за пределы возможностей оценки, но во многих случаях система позволяла определить наименование, уровень, ступень или ранг.

Имя: Сати Бхоль

Прозвище: Трусливая Сати

Раса: Человек

Возраст: 19

Ступень: Рекрут

Положение: ученица-практик Ордена Семи Облаков

Дух-хранитель: Келстигнусс, красная каста

Особые навыки: барьерная аура, духовный разрез, греющая аура, бытовое обезвоживание, духовная суть.

— Тебе всего девятнадцать? — заметил я удивленно, проведя втихую оценку своей спутницы.

— Да, господин. А что?

— Ничего. Думал, ты старше.

— Не стоит такие вещи говорить девушке, пускай и вассалу, — фыркнула язва.

— Не учи ученого… Интересно, а сколько мне лет? — вопросил я.

Сати глянула на меня как на умалишенного, но не стала никак комментировать. Я отправил запрос на себя самого и узнал, что мне двадцать один год. Из навыков я владел духовным щитом, греющей аурой и духовной сутью. У Сати арсенал был побольше. Лиха беда начало!

На чем бы еще потренироваться? Точно! На кошках…

Имя: Чебуль

Прозвище: Проглот, Резервный Паек

Раса: Хургл

Возраст: 1

Ступень: Новичок

Положение: питомец

Дух-хранитель: нет

Особые навыки: бездонный желудок

У животных тоже есть ступени, оказывается. Что это еще за навык такой — бездонный желудок?

— Питомцев можно развить до высоких ступеней?

— Да, — кивнула Сати. — Их трудно заставить культивировать, но зато можно использовать людские духовные препараты.

За короткое время я узнал о мире Фанши как бы не больше, чем с момента попадания сюда. Духовная Суть действительно полезное приобретение.

Злодни все время ворчал. Ему не нравилось напрягаться так часто ради жалкого человека, но я не обращал внимание на его бубнеж. Либо стращал ифриткой. Тогда дух белой касты быстро затыкался и делал, что от него требуется.

— Я знал, что мы с тобой сможем найти общий язык… — ухмыльнулся я, погладив гравированный золотой амулет с духом внутри. Кулон нагревался заметно, когда дух злился.

— Какие у нас планы теперь, молодой господин? — поинтересовалась Сати ближе к вечеру.

— Набрать ингредиентов для Пилюли желтой крови и идти на юг. В Чайфу нам не рады явно. Как бы только через Огненную реку перебраться. Что-то не видно мостов поблизости.

— Единственный мост расположен в Бинцуане, — поведала Сати. — Но перейти на тот берег для практика ступени Рекрута не проблема. Я научу вас.

Заинтересованный, я направился следом за Бхоль. Девушка без лишних сомнений выбежала прямо на лавовый поток и пробежала по черной огненной поверхности. Ноги ее слегка вязли в субстанции, однако Сати перебирала ногами быстро, из-за чего и не проваливалась. Практически неньютоновская жидкость, если так можно сказать про реку из низших духов.

— Главное — наступайте на темные участки, двигайтесь стремительно и старайтесь обходить красных и других цветных духов. Как низших, так и малых.

Сначала я потренировался в найденной бухточке. Приходилось быстро перебирать ногами, иначе лава грозила поглотить тебя с головой. Жар был внушительным, но в основном исходил от слабых духов черного огня. Благодаря закалке нам вполне удавалось противостоять ему.

Во время пробежки малые духи нередко выныривали с глубины и следовали за мной по пятам, тогда как за Сати никто не следил. Один раз из лавовых круч вдруг вынырнул неповоротливый здоровый дух багрового цвета и раззявил волнистую пасть в попытке меня сожрать. Еле ноги унес. После пережитого ужаса я решил, что не стоит лишний раз дразнить духов. При необходимости перебраться на другой берег смогу, а большего и не требуется пока.

За полдня пути нам с Сати удалось найти несколько ингредиентов для Пилюли желтой крови. Мы встречали пару раз собирателей и охотников, которые также регулярно прочесывали полосу вдоль Огненной реки. Местечко грибное, как говорится.

Солнце клонилось к закату. Мы уже собирались искать местечко для ночлега, как вдруг неподалеку раздался радостный окрик:

— Он здесь!

Средь поникших от жара хлипких стволов показались солдаты в золотистых одеяниях и доспехах, что говорило о принадлежности к гунской армии.

— Отрыжка хургла! Нас нашли!

Я быстро просканировал первых бойцов, вышедших к нам, воспользовавшись духовной Сутью. Сплошные Рекруты! А всего людей прибыло более десятка.

— Уходим! — скомандовал я Сати, и первым бросился прочь.

Мы со спутницей двинулись к Огненной реке и, не снижая темпа, пересекли пламенную преграду. Благо я уже умел сносно бегать по темной лаве. Вот только вряд ли огненный поток остановит преследователей. Там практики не слабее нас самих.

Из темных огней реки вдруг показалась голова с алыми волосами.

— Человек, нужна помощь? — вопросила Ния.

— Да! Задержи их!

— Готов заключить контракт? — обрадовалась девушка.

— В следующей жизни! — буркнул я.

Ифритка фыркнула презрительно, исторгнув струю красного пламени, после чего снова исчезла в потоке.

Мы с Сати перебрались на другой берег и уже готовы были вбежать в лесные заросли, как позади раздалось:

— Постойте! Ваше высочество!

Я чуть не запнулся, услышав такое обращение. Удивление мое было столь велико, что я остановился и обернулся. Солдаты гуна постепенно вышли к противоположному берегу. Оружия в их руках не наблюдалось, да и не похоже, чтобы бойцы были настроены агрессивно.

— Ваше высочество? — переспросил я. — Меня еще никто не обзывал подобным образом. Сумасшедшим Ублюдком, Мясником и Тварью, Крушителем Черепов, изредка мерзавцем и подонком. Но никак не высочеством!

Вперед вышел мужчина средних лет со сложной прической, представляющей из себя заплетенный хвост, закинутый на голову. Я быстро применил Суть, но техника не сработала полностью. Я лишь узнал, что мужчина Рекрут. Судя по всему, гунский служащий находился под защитой. Тратить же духовный огонь, чтобы ее взломать, я посчитал лишним в сложившейся ситуации. Ци могло пригодиться.

— Ваше высочество наследный принц Ли Кон из рода Чай, — обозначил он поклон. — Я разыскивал вас, дабы передать послание от вашего сиятельного отца. Дай Кон повелел вам прибыть в Ханкин по срочному и важному делу, не терпящему отлагательств.

Вскипающая и булькающая лава между нами мешала нормальному разговору, но беседовать на повышенных тонах было возможно.

— Отец столь страстно жаждет убить меня самолично? — усмехнулся я.

— Убить? — удивился посыльный. — Ни в коем случае, ваше высочество. Ваше участие требуется в делах государственной важности. Только вы способны предотвратить намечающуюся войну.

— Война с Хень-Тань уже идет, — возразил я.

— Речь о провинции Лонглин.

— Они тоже собираются напасть на Чайфу?

— Таковые слухи активно курсируют при дворе.

— Вы вообще кто? — спросил я.

— Как, вы меня не помните? — удивился мужчина в расписных одеждах. — Меня зовут Досам Чинсук. Я много лет уже служу гуну в качестве доверенного советника-адъютанта. Мы с вами виделись когда-то часто. Последний раз я помогал вам с приобретением доспехов Медный Солдат.

— Ах да, — изобразил я узнавание. — Память меня подводит, брат Чинсук.

— Рад, что нам удалось разрешить недопонимание, — обозначил он вежливый поклон. — До меня дошла информация об инциденте с людьми цзы Шейчжоу. Позвольте принести вам мои глубочайшие извинения, ваше высочество.

— Допустим. И вы считаете, что Сумасшедший Ублюдок Ли может как-то повлиять на ситуацию?

— Я не владею всей полнотой информации, но гун считает, что именно у вас есть возможность предотвратить войну с Лонглин. Подумайте об этом, ваше высочество. О жизнях, которые удастся сохранить, о рубежах провинции, которые мы сможем отстоять. Разумеется, такое дело не останется без награды. Его сиятельство гун просить передать, что он готов вернуть вас в род и всячески одарить, коли вы справитесь с поручением.

Я обернулся к вассалу и поинтересовался:

— Ты что думаешь?

— Решение принимать господину, — ушла Сати от ответа.

Я цыкнул недовольно. Дары меня интересовали, но только из-за них я бы вряд ли решился возвращаться. А вот становиться причиной раздора между провинциями, тем самым обрекая массу людей на гибель, мне не хотелось. Нет, к Чайфу я не проникся какой-то особой симпатией. Настоящий Ли Кон, насколько я успел понять, тоже не испытывал ностальгии по Родине. Но если есть возможность остановить намечающуюся войну, то я обязан помочь. Ибо таков путь кочегара.

Занятно, как наше шутливое обращение между коллегами стало чуть ли не жизненным кредо в новой жизни. Я до сих пор не мог объяснить, что же такое путь кочегара, но в спорных моментах, когда не удавалось сходу принять то или иное решение, я апеллировал к нему и сразу получал ответ откуда-то из глубин своего естества. Понимал, что именно так поступить было бы правильно.

— Мне нужны гарантии безопасности. Меня уже пытался отравить кто-то из родни несколько декад назад.

— Клянусь Дао, что приложу все усилия по защите его высочества Ли Кона, пока он находится под моей опекой, — откликнулся Чинсук.

Хм, по-видимому, посыльный не лукавит. Ехать в столицу мне не слишком хотелось. Видеться с теми, кого никогда не знал, изображать из себя бедного родственника с амнезией. Судя по отравленному вину, правящая семейка — еще тот гадюшник. Однако принципиальное решение уже принято. Я могу придумывать отговорки, но это уже ничего не изменит.

С другой стороны, мне хотелось узнать, кто же посмел отравить наследника престола. В какой-то степени я благодарен этому человеку за свое второе рождение, но жалеть из-за этого убийцу не стану. Старший сын, насколько мне известно, владел винокурней, где производили Утренние слезы. Совсем не прочь задать ему пару вопросов на этот счет.

— Что ж, похоже от судьбы не убежать. Едем в Ханкин!

Мы с Сати перебежали обратно на левый берег Огненной реки.

— Как вы меня нашли? — спросил я Чинсука.

— В Шейчжоу мы узнали, что ваше высочество схватили стражи цзы Шуня. Мы направились в Шуньляо, где нам поведали о ваших… гм, кровавых приключениях. Также в городе видели вашего вассала. Мы отправили солдат в окрестные деревни, опрашивая, не проходила ли здесь служительница Ордена или его высочество. Так и достигли поселения Ткачи Пекла, где некто Саншин указала нам ваше примерное местоположение.

— Тебе стоило действовать осмотрительнее, — вздохнул я, повернувшись к спутнице.

— Прошу прощения, милорд. Моя вина… — покаялась Сати. Вроде бы искренне.

Я посмотрел в последний раз на текущий поток Огненной реки и погладил теплый амулет, в котором сидел мой дух-напарник. Надо будет еще вопрос хранения вещей в огненном измерении с ним проработать, но пока это не к спеху. Все ж таки интересный природный феномен. Выходит, Огненная река берет свое начало в Фанши. Будто бы открытая рана на теле планеты, беспрестанно текущая.

— И куда только все эти духи плывут… — проговорил я задумчиво.

— Большая часть низших духов погибает в пути, превращаясь в жар, либо становится окаменелостями, — пояснила Сати. — Из них и состоит Железная гора, в которой добываются разные металлы.

— Так железо — это трупы духов?! — подивился я. — Все страньше и страньше…

— Ваше высочество, предлагаю переночевать в Ткачах Пекла, — предложил Чинсук. — Думаю, мы успеем добраться до поселения к полуночи.

Я согласился, и мы двинулись к узкой разбитой дороге, которая шла вдоль русла Огненной реки до самой Железной горы. Здесь гвардейцы гуна оставили лошадей, а также настоящий паровой дилижанс. Машина напоминала нечто среднее между каретой и первыми автомобилями. Мне было крайне любопытно осмотреть механизмы и попробовать себя в качестве водителя, но день выдался насыщенным, так что я решил отложить исследования. Мы с Сати сложили вещи в специальный рундук сзади и прошли внутрь дилижанса. В салоне находилось два ряда мягких сидений напротив друг друга, на которых могло уместиться по трое не слишком полных людей. Имелся даже раскладной столик.

Раздался гудок просвистевшего пара, когда котел нагрелся до рабочих температур. Послышался стук поршней и других движущихся деталей парового движителя. Дилижанс медленно покатился вперед и постепенно набрал скорость около двадцати пяти-тридцати километров в час. Больше по такой узкой скверной дороге было ехать опасно. Тем более ночью. В окно я увидел отблески фонаря, который освещал путь перед дилижансом.

— Чем вы дорогу освещаете? — уточнил я.

— Хм, духом-партнером обычно, — ответил Чинсук. — Помимо этого некоторые практики владеют осветительной духовной техникой. Иногда они освещают путь.

— Злодни, ты так умеешь?

— Освещать дорогу?! Конечно, пхы! Я принадлежу белой касте, а не жалкий серый огрызок!

— Знал, что на тебя можно положиться. Одной десятой серой терции в десять минут хватит для фонаря?

— Что-о-о?! Вы в своем уме, господин Кон?!

— Придется доложить о твоем поведении сестрице Хелсс, — покачал я головой неодобрительно.

— Да я на осветительный огонь потрачу больше духовной энергии! Должен же я получать хоть что-то. Партнеры мы или хозяин с рабом?!

— Интересный вопрос. Поведай же мне, сколько сил у тебя уходит на освещение. И как много белой ци ты можешь произвести из серой терции…

Мы со Злоднегриссом обсудили детали, касающиеся трансформации энергии одной ступени в другую. КПД оказался достаточно большим. Точные сведения помогут мне правильно рассчитывать стоимость услуг малого духа в дальнейшем. Судя по всему, со временем, по мере роста моих умений практика, я и сам могу научиться всем духовным техникам, которыми владел малый дух. Но пока проще положиться на стороннего исполнителя, сосредоточившись на главном — культивации.

Подвеска у дилижанса была посредственной. Убитая дорога изобиловала ухабами, и порой даже мягкие сидушки не спасали от чувствительных ударов. Однако скорость передвижения внушала уважение. Водителю приходилось подтормаживать и делать перерывы иногда, поскольку всадники не поспевали за дилижансом. Лошади развивали высокую скорость, но на длинной дистанции не могли поддерживать такой темп. Только загнали бы коняшек без особой необходимости. Хотя до летающих машин двадцать второго века того же АэроВАЗа дилижансу было далеко.

Вдруг дилижанс резко затормозил. Мы вышли посмотреть, что же случилось. На краю дороги лежал истекающий кровью серв в дешевой бедняцкой одежде. По приказу Чинсука гвардейцы наскоро перевязали рану и привели бедняка в чувство.

— Там… напали люди в доспехах… повсюду огонь и смерть… — прохрипел страдалец.

— Похоже, на Ткачей Пекла напали бандиты, — пришел к выводу Чинсук. — Странно. Кто это не побоялся выступить против учеников школы боевых искусств? В любом случае, наша миссия — это доставить его высочество в Ханкин. Мы не имеем права рисковать. Придется объезжать город по другой дороге…

— То есть? Вы бросите город на растерзание бандитам? Нас тут… тринадцать Рекрутов! — возразил я.

— Но наша миссия… Возможно вы и правы, ваше высочество. Если вы возьмете ответственность на себя, мы подчинимся вашему решению.

— Едем в Ткачи Пекла! — скомандовал я.

Мы забрались в дилижанс и на высокой скорости направились к осажденному поселению.

— Городские стены близко! — прокричал кто-то из солдат спереди.

Самобеглая паровая повозка остановилась, и мы выскочили наружу. Над неровной каменной стеной, предназначенной в основном для защиты от разлива огненной реки, поднимался дым. У ворот на этот раз никого не было. Мы забрались на верхушку стены, откуда нам открылся вид на многочисленные пожары. Ткачи Пекла пылали, и в ночи разгул огненной стихии представлял из себя завораживающее зрелище. Со стороны закрытого квартала школы боевых искусств доносились звуки битвы.

— Солдаты, вперед! Ваше высочество, не высовывайтесь, — проговорил Чинсук.

Мы оставили дилижанс, часть солдат спешилась. Из десятка практиков двое имели длинные ростовые луки, а двое пользовались какой-то хитрой конструкцией, которую я для себя окрестил паровым арбалетом. Четверо воинов ближнего боя имели медные доспехи и длинные тяжелые копья. Еще двое солдат были облачены в легкие доспехи и экипированы фальшионами. Четверка «танков» двинулась первой по улицам в пешем порядке, они же первыми столкнулись с неприятелем.

Разношерстные практики в боевых доспехах с разнообразным орудием вступили в бой с войсками гуна. Отличительной особенностью неприятеля можно было назвать разве что отметины в виде кровавых ладоней на какой-либо части доспеха.

— Кровавый Харудо! — выплюнула Бхоль, узнав шайку.

Сражение походило на настоящий хаос, хотя солдаты элитного подразделения гуна действовали весьма умело. Лучники выпускали одну стрелу за другой, наконечники которых несли с собой разрушительную серую энергию. Арбалетчики работали благодаря механизму почти с той же скорострельностью. Они свою духовную энергию расходовали наверняка быстрее, зато болты летели с большей скоростью, чем стрелы. Пробивали даже доспехи.

У неприятеля тоже нашлось несколько стрелков, так что мне пришлось прятаться за духовным щитом. Снаряды, напитанные огнем, порой пробивали серую преграду. Чинсук призывал меня оставаться в укрытии, и я не стал сразу лезть на рожон.

— Человек, нужна помощь? — донеслось с одной из объятых пожаром крыш.

Присмотревшись, я увидел в огне знакомое лицо ифритки.

— Сколько ты еще меня преследовать собираешься?!

— Пока не заключим контракт, человек!

— Твои услуги мне не нужны!

Лицо вспыхнуло и пропало, распавшись на язычки пламени.

Защитники города, коих на ногах оставалось не так много, вскоре скооперировались с солдатами гуна и организовали достойный отпор налетчикам. Мы смогли подловить одного залетного всадника, который слишком беспечно скакал по улочкам города и вылетел прямо на нас. Сати попыталась задержать лошадь, выпустив скальную преграду, но тот вовремя увел кобылу в сторону. Чинсук принял удар на свой длинный клинок, умело парировав атаку всадника. Наездник, поняв, что преимущество в силе на нашей стороне, пустился вскачь.

Я выпустил всю свою злость и напитал Кочергу мимолетной оплеухи духовным огнем, после чего размахнулся и метнул оружие. Сделав пару переворотов в воздухе, кочерга ударила всадника по затылку, высвободив духовный огонь. Удар оказался сильным. Наездник свалился с лошади, и его тут же прирезали подоспевшие союзники.

Впереди валялись перевернутые прилавки и повозки. Я принялся продвигаться к кочерге, перебегая от одного укрытия к другому и прикрываясь духовным щитом. Возможно мне показалось, но я ощущал примерное местоположение брошенной кочерги, благодаря чему быстро отыскал свое оружие на поле боя.

Со стороны квартала школы боевых искусств из-за массивной входной арки показалась группа в боевых доспехах. Несколько человек тащили тяжелые тюки с награбленным. Один из них выделялся яркими красными боевыми доспехами. Я пришел к логичному выводу, что это и есть Кровавый Харудо. Тот самый тип, что сжег мой особняк и чьи люди чуть дважды не отправили меня на перерождение. Я применил духовную Суть и узнал, что противник находится на ступени Бойца. На Адепта лезть не стоило, конечно, но с Бойцами я уже имело дело! Неужто у меня появился шанс поквитаться за все содеянное мерзавцем?!

— Какие люди! — поднял забрало Харудо, явив миру свое холеное личико. Но несмотря на смазливость, в паре мест на лице виднелись шрамы. Все же стезя наемника не способствовала спокойной жизни без травм и ранений. — Мы решили заскочить в Ткачей перед уходом, но не думали, что наткнемся на такой подарок. Ублюдок Ли, за этим явился?!

Мужчина в красных доспехах материализовал из своего огненного хранилища длинный красивый клинок с прорезью вместо дола.

— Что это? — приподнял я бровь.

Мой вопрос ввел наемника в ступор на несколько секунд:

— Твой Кровопускатель, идиот. Совсем память отшибло?!

— Ах, Кровопускатель, — я понял, что речь идет о старом оружии Ли Кона. Которое мне уже не требовалось. — Можешь оставить зубочистку себе. Харудо! Ты сжег мое поместье, со своими людьми неоднократно пытался меня убить! Пора нам сделать Кровавое Месиво из Кровавого Харудо! — рыкнул я и, прикрывшись духовным щитом, ринулся в бой. За мной последовало несколько солдат.

Вожак обнажил клинок, осветившийся багровыми искрами, и прикрылся духовным щитом. Харудо владел той же техникой, что и я. Кочерга с диким скрежетом и рассыпающимися яркими серо-багровыми искрами столкнулась с тяжелым мечом. Такое ощущение, словно я по фонарному столбу ударил. Копейщики и Сати связали боем подручных Харудо, дав мне возможность провести дуэль с ненавистным противником.

Вот только короткая схватка с Кровавым Харудо принесла сплошное разочарование. Доспехи негодяя делали удары сильнее, а его броню почти невозможно было пробить даже серым разрывом. Ко всему прочему Харудо умел фехтовать и легко предугадывал мои движения. С сожалением я вынужден был признать, что проигрываю ему по всем статьям. Харудо был намного сильнее Хутонга и превосходил павшего Катсу. Лишь скоростная кочерга позволяла мне парировать его стремительные и хитрые атаки. Я решил не рисковать своей жизнью, придумывая нечто сумасбродное, а подождать, пока войска гуна и местные защитники разберутся с его приспешниками.

Однако Харудо внезапно совершил высокий прыжок и сам разорвал дистанцию. Сервоприводы забросили наемника на стену, которая шла по периметру школы ткачей пекла.

— Отходим! — рявкнул он. — На этом наши дела в Чайфу окончены…

Похоже, подкрепление из обученных и экипированных солдат гуна изменили мнение главаря, и он решил не задерживаться. Из квартала ткачей и других уголков города потянулись другие наемники с набитыми сумками и тюками с награбленным. Почти все бандиты благодаря доспехам могли запрыгивать на стены или крыши невысоких домов. Впрочем, я тоже после перехода на новую ступень мог скакать довольно высоко.

— Еще свидимся, Ублюдок Ли! — махнул мне рукой Кровавый Харудо с одной из крыш, наполовину охваченной пожаром. После чего унесся прочь.

Сати взглянула на меня с немым вопросом на лице. Следовало решить, отправляемся ли мы в преследование или нет.

— Ваше высочество! — остановил Чинсук мой порыв. — У нас нет сил, чтобы преследовать их по пересеченной местности!

— А как же солдаты в броне?

— Двое ранены. Слишком мало солдат в доспехах осталось в строю!

— Ясно, тогда поможем с тушением пожаров. Сати, займись ранеными.

— Слушаюсь, господин. Позвольте сначала перевязать ваше плечо.

Я с удивлением обнаружил довольно глубокую рану на своем правом плече, которую сумел нанести Харудо. В пылу схватки не обратил внимание.

Пламетворцы принялись спасать людей из пожаров. Жар и едкий дым не слишком пугал практиков, прошедших через тяжелую закалку. Они могли дольше обходиться без воздуха, выдерживать чудовищные температуры и нагрузки. Разве что одежда выходила из строя, не рассчитанная на такие условия.

В Ткачах Пекла не все постройки были деревянные, хотя в полах и крышах все равно использовались доски и балки. Банда Кровавого Харудо словно специально поджигала все строения, попадающиеся на своем пути. Мы вместе с солдатами Гуна и другими жителями города помогли обыскать охваченные пожаром строения и вытащить сервов, попавших в ловушку из огня и дыма. Кое-какие дома города пожар не затронул, несколько удалось потушить водой из колодцев. Но многие сгорели дотла, в том числе и гостиница, в которой мы хотели остановиться изначально.

Насколько я понял из оговорок Харудо, его банда сворачивала свою деятельность на территории Чайфу. Ткачи Пекла находились на юге провинции, не так и далеко от границы. По всей видимости, шайка Кровавого Харудо должна была ввергнуть западные районы в хаос, устроить террор. Так что Хень-Тань будет проще вторгаться, а население примет их более лояльно. Впрочем, детали нам были неизвестны. И вряд ли мы их когда-либо узнаем.

Спустя пару часов я решил прекратить поиски. Вроде бы здания все облазили, а пылающим домам уже не помочь. Мы с солдатами и Чинсуком собрались на площади рядом со входом в квартал ткачей. Удалось обойтись без потерь с нашей стороны. Все же профессиональные военные знали свое дело. Раненым помощь оказывалась вовремя.

— Лучше нам уйти отсюда и разбить лагерь в лесу, — предложила Сати.

— Но Харудо еще может ошиваться поблизости, — возразил Чинсук. — У вас с ним, похоже, личные счеты. Тем не менее, я бы просил его высочество больше не бросаться сломя голову на превосходящего по силе противника. Так я не смогу исполнить порученное мне дело.

— Ага, просто ци в голову ударило, — пожал я плечами и поморщился от стрельнувшей боли в порезе.

— Это он! — раздался вдруг громкий и знакомый голос. — Сумасшедший Ублюдок Ли привел бандитов!

Повернувшись, мы увидели представителей школы, настроенных не слишком дружелюбно. Возглавляла процессию дамочка с ожогом на лице по имени Саншин, с которой мы накануне повздорили.

— Ублюдок Ли ловил духов без разрешения! — заявила женщина. — Мы проучили его и прогнали от реки, но он решил отомстить ткачам пекла и наслал на город своих бандитских дружков!

— Какие ваши доказательства?! — воскликнул я патетично.

— При всем уважении к школе Ткачей Пекла, — выступил вперед Чинсук, — Последние часы его высочество провел под нашим присмотром. Он не имел возможности связаться с бандитами.

— Значит, Ублюдок Ли послал весть шайке до встречи с вами! — безапелляционно заявила Саншин и повернулась к старцу в наряде школы. — Господин настоятель, мы должны принять меры!

— Возмутительное злодеяние! — потряс посохом настоятель грозно.

— Мы пришли на помощь городу! — встрял Чинсук. — Все видели, что мы сражались с бандитами!

— Жалкий спектакль! — выкрикнула Саншин. — Вы специально дали главарю уйти, не став биться в полную силу! Сначала Ли Кон примкнул к шайке Тухлого Гнисоля, а теперь нашел новых соратников! Кровавый Харудо и Ублюдок Ли действовали заодно!

— Что за бред вы несете?! — нахмурился Чинсук. — Вам дано слово его высочества и слово личного адъютанта великого гуна Дай Кона!

Я подошел к советнику и с улыбкой похлопал по плечу:

— Первый раз, да?

— Что? — переспросил он обескураженно.

— Все в порядке. Пусть там себе вякают что хотят. Странствующий кочегар выше праздной болтовни. Лучше пойдем отсюда, пока целы…

Мы с Сати и солдатами потянулись на выход из города.

— Наследник он или нет, но мы не оставим случившееся без внимания! — прокричал настоятель нам вслед. — Во веки веков Сумасшедшему Ублюдку Ли запрещено отныне входить в город Ткачи Пекла и появляться рядом с Огненной рекой! Каждый ученик школы обязан при встрече выказывать Предателю Пекла свое неуважение! Пусть совершенные злодеяния откликнутся ему во стократ! Да будет так!

Чинсук постоял в недоумении недолго, после чего догнал основную процессию, покидающую город. Солдаты забрали оставленных у врат лошадей. Насколько я понял, в этом мире всадники не считались грозной силой. По крайней мере, с обычными лошадьми. Ведь убить копытного намного проще, чем пламетворца. Только скакуна своего загубишь напрасно.

Хорошо хоть дилижанс не умыкнули. Мы, конечно, оставили возницу-серва присматривать за ним, но в этих краях лучше не щелкать клювом.

— Пожалуй, нам и впрямь лучше разбить лагерь за пределами города… Ваше высочество, вы хотите сказать, что с вами подобное недоразумение случается не в первый раз?

— Чему вы удивляетесь? Не слышали ни разу историй про Сумасшедшего Ублюдка Ли? — фыркнул я.

— Про Тухлого Мясника, про бойню в Грязном Ручье или про Кровавый долг? — поддакнула Сати охотно.

— Слышал, но вы ведь все равно второй наследник на трон Чайфу…

— Был, пока отец не отказался от меня.

— Вот оно что. В любом случае титул наследника к вам вернется, когда поручение гуна будет выполнено.

— Сомневаюсь я что-то, — почесал я шею клешней. — Но посмотрим, к чему заведет кривая тропка судьбы.

Бойцам, да и нам с Сати требовался отдых. Поэтому мы отъехали не слишком далеко от города. Проверили, не следят ли за нами и съехали с основного тракта, разбив лагерь на относительно удобной поляне. Судя по всему, Харудо не стал отправлять кого-то шпионить за нами. Впрочем, он и не мог знать, что нас прогонят из города. Жаль, что не удалось ему отомстить, но наши дорожки еще могут пересечься в будущем. «Предатель Пекла», да? Кажется, я стал невольным коллекционером разных прозвищ. К представителям школы Ткачей Пекла какой-то ненависти я не испытывал. Неблагодарных вымогателей и так уже сполна наказали, разрушив и ограбив город. Поделом.

Никто не разбивал шатров или палаток. Все присутствующие были практиками, владеющими греющей аурой. Убрав слой снега, подстелив себе соломки и прикрывшись плащом или накидкой, пламетворцы окутывались серой огненной пеленой и засыпали прямо так, не обращая внимания на падающий снег. Тяжелораненые отправились отдыхать сразу. Остальные разбили ночь на парные дежурства между собой.

Время было поздним, хотя с другой стороны его можно назвать ранним. Кажется, через пару часов уже начнет светать.

— Кстати, водитель дилижанса ведь серв? — вспомнил я. — Не замерзнет?

— Нет, — ответил Чинсук. — Котел дилижанса долго хранит тепло, так что в кабине возницы вполне комфортная температура. Места маловато, но ее это не сильно волнует.

— Ее?! Так дилижансом все это время управляла женщина?! — поразился я.

— Хм, да, — проговорил советник, не понимая моего удивления. — Женщины водят аккуратнее, лучше чувствуют дилижанс. Поэтому возниц для паровых колясок обучают среди них.

— О времена, о нравы, — покачал я головой.

Ночь прошла спокойно. Я проснулся одним из первых и вполне отдохнувшим. Раненое накануне плечо уже начало чесаться. Вот что Бальзам животворящий делает. Чинсук принял решение дать воинам отдохнуть после тяжелого боя, так что мы не торопились отправляться в путь.

На опушке обнаружилась Сати, сидящая в позе лотоса. Медитировала с утра пораньше. Я присоединился к спутнице и попробовал потренировать свое Ши. Надеялся, что образ ифритки позволит мне воспылать в достаточной степени. Однако чудовищная боль, пронзившая голову, дала понять, что этого недостаточно. Отрыжка хургла! Культивировать совсем непросто.

Надо признать очевидное: прежний способ тренировки Ши с женскими Якорями больше не работал. Надо искать новый. Что я и попробовал сделать, перебирая в уме различные настрои, эмоции и образы. Однако надолго моего терпения не хватило. Я вспомнил о своем удачном броске по всаднику и решил потренировать особый прием школы Разящей Кочерги.

Отошел в сторонку, чтобы не мешать Сати и принялся метать свое оружие по деревьям. Старался подобрать оптимальное количество ци, коим следовало напитать оружие. Если переборщить, то излишки духовного огня развеивались во время полета. Получался эдакий серый инверсионный след от брошенного оружия.

Кажется, Кочерга преодолела планку веса в два с половиной килограмма, слегка удлинилась и потолстела. Обычный человек таким оружием бы долго не смог махать. Стандартный меч весил чуть больше кило — их всегда старались облегчить ради удобства. Впрочем, на Фанши жили практики, имевшие больше сил и выносливости, чем рядовой серв. Да и нагрузки на оружие были такие, что приходилось делать его массивнее. После перехода на ступень Рекрута я тоже немного окреп, так что повысившийся вес оружия мне не мешал.

Особенность ускорения работала и в полете — кочерга летела быстрее, чем следует. Бросок такой тяжелой дуры сам по себе был убийственным, а вкупе с огненной оплеухой наносил вполне солидные повреждения. Стволы разлетались в щепки. Обычного человека такой удар убьет на месте. Но даже практику в доспехах не поздоровится, что я проверил накануне.

Жаль, что потом приходилось идти за улетевшей кочергой. В реальном бою применение у такого броска будет ограниченным. Расставаться со своим основным оружием может быть чревато. Но случаи бывают разными.

Я вернулся в лагерь, где уже вовсю готовился завтрак на всех членов отряда. Нечто вроде плова. Для этого использовали большой и массивный котел с толстенными стенками. Солдаты по очереди нагревали котел духовным огнем, и этого хватало с лихвой для поддержания температуры кипения воды. Костер не разводили из соображений безопасности.

— Крутой котел, — похвалил я, подойдя к солдату-кашевару. — Тяжелый, наверное. В дилижансе храните?

— Нет, ваше высочество. Котел хранит Шандогноксс, — похлопал он по своему амулету. — Много ци уходит, но лучше так, чем на своем горбу таскать.

— О, точно. Злодни, ты ведь умеешь пользовать огненным измерением?

— За кого ты меня принимаешь, человек? За серую касту, пхы?! — пропищал дух с апломбом.

— Вот и отлично. Расскажи мне теперь, сколько ци уходит на помещение в огненное измерение и хранение. Какие предметы там можно держать?

Злоднегрисс пытался юлить, как всегда. Но я уже научился немного различать интонации. Белый дух плохо умел врать. Да и страшилка в виде хозяйки Хелсс отлично работала. Вскоре я примерно разобрался в нюансах. Как оказалось, хранить в огненном измерении можно огнестойкие материалы вроде металла и керамики, а также предметы земного уровня и выше. Ингредиенты, зелья, пилюли и другие вещи. Одежду и дерево не стоило отправлять на хранение — долго не проживет. Если это не особенная одежда или дерево. Слышал я про элитные наряды со способностью к самовосстановлению, вот только стоили они баснословных денег. Может гун расщедрится, если смогу выполнить миссию. От боевого доспеха я бы тоже не отказался.

Также обсудили со Злодни вопрос цены. На разные предметы тратилось разное количество ци. Боевые доспехи имели значительный дисконт в этом плане, так что на них уходило меньше духовного огня, если брать по чистому весу. Как-то их по-особому закаляли, чтобы они сроднились с огненным измерением и их было легче хранить.

Впрочем, у меня доспехов не было, да и вещей, подходящих для хранения, не так много имелось в наличии. С помощью Злодни я отправил в схрон Котелок родникового очищения, монеты и все собранные нами ингредиенты, включая остатки лечебного Бальзама, миску и прочую негорючую мелочевку. Рюкзак значительно схуднул. По сути, всеми остальными походными вещами можно пренебречь в критической ситуации. Не жалко. Злодни я не слишком хорошо доверял, поэтому кочергу и клешню убирать в схрон не стал.

Воду также можно было хранить в огненном измерении, как это ни странно, вот только на нее уходило много ци, плюс она довольно быстро испарялась. Обычная еда портилась очень быстро. Вроде как огненный план был одновременно везде и нигде. Предмет, помещенный в схрон, можно было достать благодаря привязке из любой точки мира. Не слишком хорошо я понял принципы работы огненного астрала. Все же я простой кочегар, а не доктор физико-магических наук.

Подсчитав суточный расход ци, которую я вынужден буду жертвовать духу-партнеру, понял, что это не слишком большие для меня затраты. Судя по всему, дух Сати был чрезмерно жаден, поэтому она и не пользовалась его услугами для обычных предметов. Помещение и изъятие вещей тратило немало ци в сравнении с хранением, так что туда-сюда часто не потаскаешь. Тем не менее, я забрал у Сати наш походный котелок и другие бытовые вещички, и поместил в свой схрон. Если нам с ней вдруг придется спешно убегать от войск или бандитов, лучше это делать налегке. Бхоль лишь кривила губы, завистливо глядя на моего щедрого белого духа, предоставляющего дешевый и качественный сервис. Не без понуканий, но тем не менее. По сравнению со Злодни ее собственный дух был тем еще транжирой.

Походный плов, несмотря на простоту рецепта, оказался на диво вкусным. Я слопал несколько порций. Солдаты глядели на меня с нескрываемым удивлением. То ли из-за количества съеденного, то ли из-за простодушного отношения наследного принца, то ли из-за моей ставшей уже знаменитой ло-жи-ки.

Ближе к полудню солдаты быстро свернули лагерь и приготовили лошадей. Пара бойцов не до конца оправилась, но ждать полного излечения Чинсук не стал. Советник желал поскорее доставить меня к правителю. Мне следовало о много его расспросить, и у нас было достаточно времени в дороге, но, при виде дилижанса у меня возникло непреодолимое желание посмотреть, как он устроен.

— Кстати, можно мне в кабину? — спросил я у Чинсука.

— Но там ведь тесно, ваше высочество…

— Не страшно. Я поработаю штатным кочегаром!

Я сменил солдата-Рекрута, который занимался нагреванием котла дилижанса. Возница, женщина средних лет в рабочем, слегка грязноватом ханьфу, не выказала особого удивления сменой кочегара. Внутри действительно было тесно. И довольно жарко.

— Что мне надо делать? — уточнил я.

— Руку сюда. Нагревать, держать эту стрелку в зеленой зоне, — показала она на манометр.

— Понял.

Я просунул руку в специальное узкое отверстие и принялся подавать духовный огонь, нагревая воду через металл. Котел уже был прогрет, так что справился я быстро.

— Отправляемся! — скомандовал Чинсук через специальное окошечко между салоном и кабиной водителя.

— Есть отправление!

Женщина дернула за один рычаг, зачем повернула тугую рукоять, после чего дилижанс начал набирать ход. Возница повернула рукоять в другую позицию. Судя по всему, коробка передач, если данное чудо инженерной мысли можно так обозвать, была двухступенчатой. Дилижанс достиг своей крейсерской скорости примерно в тридцать километров в час вскоре. В горку возница переключала рукоять на нижнюю передачу, с горки управляла рычагом справа, отвечающим за торможение.

В кочегарке было жарко, однако имелись специальные воздуховоды естественной тяги. На полной скорости вполне приятно обдувало холодным зимним воздухом. Возница сидела с правой стороны и чуть впереди, перед ней находилось ветровое стекло. Передо мной же находился котел и двигатель. Обзора на дорогу почти никакого у кочегара не оставалось, но ему он и не требовался. Сиди себе, подавай духовный огонь, да следи за датчиками. Прям ностальгией повеяло. Почти как в родной котельной.

Я попросил возницу рассказать мне об устройстве дилижанса и научить управлять машиной. Женщина отвечала немногословно, словно бывалый мудрец, ценящие каждое слово. Рублеными фразами описывала, как устроен двигатель и тормозная система, что требовала регулярного обслуживания, объясняла, какие элементы управления за что отвечает. В целом система довольно простая, и я быстро разобрался.

Солнце двигалось к горизонту. Начало темнеть.

— Господин, духа освещения сюда… — указала возница на специальную выемку впереди.

— Злодни, помнишь уговор? Свети как следует.

— Сплошное издевательство, пхы, — фыркнул дух из амулета.

Я вставил золотой кулон в паз и наполнил духовной энергией. Злоднегрисс моргнул пару раз, словно разогреваясь, после чего исторг из себя рассеянный луч белого света. Одиночная фара неплохо разгоняла тьму впереди.

— Отличный свет! — похвалила возница. — Господину удалось заключить контракт с белым духом? Слышала, это большая редкость.

— Стараемся. Как насчет поменяться ролями?

Возница пыталась отстоять свое рабочее место, да и Чинсук опасался, что я разобью аппарат, но мне удалось настоять на своем. Один из солдат сменил меня на посту кочегара, я же сел на не слишком удобное водительское сидение. Управление оказалось довольно тугим. Я удивился, как женщина-серв могла так легко ворочать рулевой рейкой. Отсутствие нормальной левой руки немного мешало, но в целом мне удалось приспособиться благодаря клешне. Долгое время я ехал на пониженному ходу, пока не почувствовал себя уверенно на дороге.

Пускай скорость оставалась невелика, мне понравилось управлять машиной. Интересно, не проводят ли где-то гонки на дилижансах? Вроде бы скачки в крупных городах устраивают иногда. Впрочем, паромобили оставались уделом избранных, так что вряд ли их можно много собрать в одном месте.

Все же ехать на машине по дороге — не то же самое, что прыгать по лесным буеракам. Так что уже к ночи должны достигнуть пределов Шуньляо. Чинсук надеялся отоспаться в гостинице в нормальных условиях, да и я не прочь был прикорнуть в мягкой постельке.

Через некоторое время показались огни крупного города. Дорога вела к массивным крепостным воротам. Мы подъехали ближе, и Злодни высветил небольшой отряд стражи, который досматривал повозки на въезде. Я увидел знакомое личико и, откинув окошко сбоку, высунулся наружу и степенно поприветствовал стражницу:

— Эйко, как поживаешь?

По идее дилижанс в данном мире соответствовал лучшим аэромобилям класса люкс нашего мира. Их пассажиры могли смотреть свысока на остальной плебс. В отблеске факелов и осветительных техник я заметил, как глаза стражницы расширились.

— Ублюдок Ли! — женщина обнажила свой клинок. — Из-за тебя! Меня чуть не понизили в звании!

К счастью, товарищи пришли на помощь и задержали буйную стражницу, не дав ей еще больше усугубить ситуацию.

— Будешь так вести себя с наследным принцем, выгонят из стражи с волчьим билетом, — хмыкнул я, глядя на беснующуюся дамочку.

— Ли Кон, мы обязаны доставить тебя к цзы! — проговорил один из служивых.

— Его высочество направляется к гуну, — вышел из кареты Чинсук. — Или вы не видите правящие эмблемы на дилижансе и форму солдат? Свиток с поручением его сиятельства могу предоставить.

— Вот именно. Я требую извинений от сестрицы Эйко!

— Примите мои извинения, ваше высочество, — кое-как выдавила из себя стражница, наморщив носик.

Я удовлетворенно кивнул. Может ведь, если захочет. Чинсук споро разобрался с подчиненными местного цзы, и нам дали разрешение на проезд.

— Не хмурься, Эйко, не то морщины появятся, и никто замуж не возьмет, — махнул я рукой напоследок и поддал пара.

Дилижанс вкатил в городские пределы, провожаемый сдавленными проклятьями одной говорливой стражницы. Что ж, Сумасшедший Ублюдок Ли не саке, чтобы всем нравиться.

Ночь мы провели в большой гостинице. Смогли наконец помыться, поспать и поесть по-человечески. После скитаний по лесным просторам мягкая кровать казалась райской периной. Чинсук спозаранку привлек к делу портных, оплачивая банкет из своего кармана. Пояснив, что в таком виде к гуну лучше не показываться. Местные наряды были практически универсальных размеров и легко подгонялись по фигуре. Я остановился на зеленом ханьфу с вышивкой золотого цвета, что говорило о принадлежности к правящему роду. Впервые себя кем-то вроде принца почувствовал, что было с одной стороны неплохо, с другой — как-то неуютно. Чинсук повздыхал, глядя на висящую на поясе кочергу, сетуя на то, что мое оружие создает образ шута.

— Может ножны для вашей, кхм, кочерги организуем хотя бы?

— Ножны для кочерги? С таким аксессуаром я еще больше буду на шута походить, — хмыкнул я, отказываясь от идеи.

Вот к предложенным шляпам я симпатией не проникся. То какие-то тюбетейки с перьями, то квадратные высокие шляпки с кучей кисточек или шалью сзади. Я отказался от такого счастья и заказал себе привычную конусообразную шляпу. Парадное ханьфу я убрал в рундук дилижанса пока что, а то во время дороги наверняка испорчу. Костюмерам пришлось мотаться в лавку, но ко времени нашего отъезда из города они успели привезти реквизит. Мне подобрали недешевый экземпляр, но шляпа-конус активно носилась сервами и в любом случае считалась бедняцкой. Чиновникам гуна или членам семьи считалось позорным носить нечто подобное. Однако я был простым кочегаром, и в полюбившейся шляпе чувствовал себя в своей тарелке. Она стала словно бы защитным талисманом, отделяющим меня от прогнившего и погрязшего в интригах мира аристократов, к которому меня отчаянно тянули.

Выехали мы утром, и я снова забрался в кабину водителя, позабыв про свое желание устроить советнику допрос с пристрастием. В обед мы сделали короткую остановку, и я все же перебрался обратно в салон для пассажиров. Некоторое время внутри вместе с Сати и Чинсуком ехал тяжелораненый, которому чудом удалось приживить почти полностью перерубленную ногу, но он уже мог сесть на коня после двух дней лечения. Мы с вассалом и советником остались втроем, если не считать дрыхнущего хургла. Бхоль не выказывала недовольства, но я уже успел ее узнать — девушка себя чувствовала неуютно среди подобной роскоши.

— Дядя Чинсук, у меня есть к вам одна просьба.

— Все что в моих силах, ваше высочество!

— Я давно не видел своих родственников. Они могли значительно измениться за последние годы. Плюс память меня подводит. Расскажите: как кто выглядит нынче, кто чем занимается, что интересного происходит при дворе…

— Всенепременно…

Мне удалось выудить у советника довольно много важной информации, не вызвав особых подозрений. Рассказывал Чинсук долго, перечисляя титулы и заслуги каждого из членов рода Чай. Многие дальние родственники, как оказалось, разбросаны по стране. Некоторые заняты в торговле, другие получили титулы цзы. Цзы Шейчжоу дальний родственник Ли Кона по линии бабушки. Альси Кон Чай — мать старшего и среднего сына погиба много лет назад. Спустя какое-то время отец женился на Юйвин — дочери высокопоставленного владетеля соседней страны.

Существовали разные силы в провинции: школы боевых искусств, военные касты, торговые и алхимические гильдии, различные феодалы со своими личными армиями. Со всем этим пытался управиться гун Дай Кон Чай. Старший сын На Кон Чай заведовал различными столичными мануфактурами, его постепенно готовили в качестве наследника. Как и младшего сына Сунь Кон Чая, которого также обучали Цунь-Ши-Дао и искусству управления страной.

— Значит, с именем — это мне еще повезло, — хмыкнул я.

— Простите, ваше высочество?

— Ничего. А что на мой счет говорят при дворе?

Лишь среднего сына Ли считали позором семьи — за то, что тот посмел бросить учебу, уехать из Чайфу и податься в бандиты. После возвращения ничего хорошего от Ублюдка Ли также ждать не приходилось. Отчего отец и пошел на столь радикальный шаг, изгнав из рода публично.

Как я и предполагал, ажиотаж возник вокруг расторгнутой помолвки с наследницей правящего рода Лонглин, Фарфоровым цветком триумвирата. Больше у Ублюдка Ли никаких достоинств не было — лишь давнее соглашение между правителями о том, что второй сын Чай должен сочетаться браком с наследницей Лонг. Однако, после обострения отношений с Хень-Тань провинции срочно требовалось как-то обеспечить мир с другим соседом. И хотя для гуна это было сродни унижению, он отправил прошение к гун-эр Лонг с целью восстановить разорванную договоренность. Неизвестно, что он пообещал взамен.

Нет, сочетаться браком с цветком, пускай и Фарфоровым, я не горел желанием. Еще даже мир как следует повидать не успел, а уже повязали, считай. Однако я хотел посмотреть в лицо несносной девчонки, что отказалась от такого замечательного жениха. Думаю, мне удастся что-нибудь придумать. На худой конец и фиктивный брак можно оформить, раз это убережет людей от кровопролития. Интересно, будут ли меня величать затем Фарфоровым Ублюдком Ли или Сумасшедшим Цветком Триумвирата?

К ночи мы достигли Шейчжоу, из которого выходил тракт на восток в сторону Ханкина. Переночевали в одной из дорогих гостиниц. Чинсук не был стеснен в средствах. Утром мы пообщались с ранними обитателями обеденного зала и управляющим, узнали последние слухи. Война была основной темой для обсуждения. Гунские войска сдерживали движение армии Хень-Тань на западе, однако тем удалось взять Ю-фонг.

Сумасшедшая Закалка Ли обрела большую популярность в городе после моей демонстрации. Уже несколько залов закалки организовали отдельные огороженные зоны, в которых разрешалось частично оголяться. Говорят, и до столицы мода докатилась. Этому способствовала история Тухлого Мясника или Кровавой Закалки — ее назвали по-разному. Попробовать метод, который рекомендовал сам Ублюдок Ли, считалось почетным испытанием. Мое имя давно стало чем-то вроде бренда, правда, с отрицательным подтекстом.

Друзей перед отъездом навещать мне не требовалось ввиду их отсутствия. Коротышка Жонг, как узнал, что я приехал в город, конечно, сразу заявился в гостиницу. Вел себя как мой преданный вассал, выяснив, что я теперь рассекаю в компании адъютанта гуна и мое положение значительно выправилось. Из изгоя превратился в надежду трона. Но мне с ним возиться не хотелось.

Чинсук разрешил немного задержаться, так что мы смогли навестить учителя Токфу. Старик работал над своим испорченным полигоном, когда наш дилижанс подъехал ко двору. Мастер смог заготовить новых бревен, но их еще требовалось установить. Я выпрыгнул из кабины и поднял клешню:

— Как поживаешь, пропойца старый?

— Ученик Ли, негодник! Кто обещал помочь мне с восстановлением площадки?!

— Обещал. Нас как раз целая толпа, быстро справимся! — махнул я рукой.

Токфу ворчал все время, пока мы с солдатами убирали старые столбы и вбивали новые. Справились за час, благо куча сильных практиков могла легко таскать тяжелые бревна.

Я дал старику пару монет напоследок и провел получасовой короткий спарринг. Токфу, понимая, что меня может не быть довольно долго, постарался дать максимум наставлений за столь короткий срок. Мастер показал мне новую технику, над которой он долго размышлял. Она была сложнее, чем косой рывок, но в то же время ей труднее противостоять. Если упростить, то требовалось прокрутить кочергу во время парирования атаки и зажать клинок между сгибом и телом, либо гардой. Если зажать между спиралевидной основой кочерги, то металлу будет непросто выбраться из ловушки. В таком случае меч противника можно частично заблокировать и воспользоваться данной ситуацией на свое усмотрение.

Затем мы распрощались с учителем и отправились в путь. Пускай мне не удалось как следует поучиться у мастера боевых искусств, я все же многое успел почерпнуть: изучил основы и научился предугадывать действия врага, планировать свою атаку, держать в уме несколько вариантов развития боя, пробовать небезуспешно строить сложные связки, узнал некоторые особые приемы. Так что я был благодарен старику за учебу.

Я снова залез в кабину возницы и работал поочередно то кочегаром, то водителем. Мне нравилось делиться теплом и чувствовать, как моя духовная энергия приводит в движение металлическое сердце дилижанса, который в свою очередь толкает махину вперед.

Запас ци тратился быстрее чем восполнялся, так что мне приходилось уступать место кочегара другим практикам. Сам я садился за руль, что также было интересным времяпрепровождением. Часы летели словно минуты за работой. Я с интересом следил за дорогой, проплывающими селениями, полями и экзотическими лесами. Повозки сервов покорно уступали дилижансу дорогу, съезжая в сторону. Периодически мы встречали военные обозы, двигающиеся в западном направлении.

Самые суровые зимние дни прошли. Постепенно становилось теплее, снег сменялся холодным дождем. Раз мы переночевали в одном непримечательном городке по пути. Вечером следующего дня уже показались предместья Ханкина. Все же верхом по хорошей дороге передвигаться удобнее, чем пешком по лесу. Тракт был вполне себе оживленным. Если разбойники и устраивали засады где-то, им хватило ума не нападать на солдат гуна. Так что добрались до цели без особых приключений.

Ханкин по местным меркам был крупным городом, разросшимся вширь далеко за пределы крепостных стен. Небоскребов в поселении не наблюдалось по понятным причинам, но имелось несколько высоких строений: крепости-пагоды, соборы, посвященные Гатхи, и центральные дома различных гильдий. В основном дома в центральной части имели по два этажа, реже доходило до трех.

Жаль мы приехали уже в темное время суток, и полюбоваться на столицу как следует не смогли. На одной из центральных улиц даже стояли настоящие фонари освещения. Цвета серьезно различались, что наталкивало на определенные мысли.

— Как низко пали мои сородичи… — фыркнул Злодни.

— Ты о чем?

— О малых духах, что работают презренными светильниками, пхы…

— Так внутри фонарей духи сидят? — хмыкнул я. — Полезные вы существа…

Я не стал напоминать Злоднегриссу, что он сам в настоящий момент работает фарой дилижанса.

В отличие от малых городов не весь Ханкин погружался ночью во тьму. Центральные улицы и дворцовый квартал освещали как следует. Мы видели и практиков, что ходили вдоль улицы и кормили духов своей ци.

Ханкин стоял на крупнейшей во всей долине реке под названием, если переводить, Горная Нить. Начало она брала на северных склонах Подковы и несла свои воды на юг. Это тоже был важный торговый судоходный маршрут. Горная нить разделяла собой провинции Хень-Тань и Лонглин. Река была довольно широкой в районе Ханкина. Несколько длинных мостов соединяли разные берега между собой.

Я сам правил дилижансом, параллельно рассматривая засыпающий город. Чинсук командовал, объясняя дорогу. Дворцовый квартал располагался в весьма примечательном месте: на крупном острове в центре реки. Или, если учесть его размеры, скорее Горная нить разделялась на два потока и потом соединялась, образуя закрытый кусок суши в виде невысокого плато. Согласно легендам, древние пламетворцы специально развернули русло реки, чтобы создать неприступную крепость.

С центрального моста мы могли полюбоваться на освещенные красоты дворцового комплекса. По всему периметру крутого плато с отвесными склонами еще шла дополнительно каменная стена. Размерами крепость была в несколько раз больше знаменитой островной тюрьмы из моего родного мира. Виднелось множество разнообразных построек с дворцом в центре и высокой пагодой. Настоящий город в городе. Впрочем, мысли о тюрьме натолкнули меня на философские размышлизмы: отгороженность правителей Чайфу от внешнего мира напоминала добровольное заключение. Хотя, с королевскими условиями проживания многие бы согласились закрыться на острове-крепости.

По идее я должен вести себя вполне привычно в здешних местах, но у меня не получалось не глазеть по сторонам. Сати была во дворце один раз — во время вассальской церемонии, но ей также было любопытно окружение.

Чинсук быстро договорился со стражниками, и нас пропустили через главный вход. Я неспешно направил дилижанс по центральной улочке дворцового города. Чинсук указал мне на ангар с высокими воротами, где содержались паромобили. Ворота перед дилижансом спешно отворили и, следуя командам техника, я загнал машину внутрь, немного не рассчитав скорость. Чуть не впилился в стеллаж с инструментами.

— Возница! Кто тебя водить учил — проклятый Орок?! — воскликнул один из техников.

Я вышел из кабины и спрыгнул на пол ангара.

— Самоучка! — ухмыльнулся я.

Техник побледнел, узнав во мне наследного принца.

— П-простите, ваше высочество! Не велите наказывать!

— Ладно уж, — махнул я клешней. — Живи, сегодня я добрый.

— К-хм, — раздалось покашливание рядом.

Сати вышла из салона. Все еще подозревала меня в чем-то нехорошем. Словно я сейчас наброшусь на техника и откушу ему голову. Ну да это ее заморочки. Пока Бхоль верно мне служит, может думать, что ей угодно.

Мы вышли вслед за Чинсуком на мощеную площадку рядом с ангарами. Отряд посланных вместе с нами солдат отправился в казармы. Их миссия на этом закончилась. Ко мне же приставили двоих мечников ранга Рекрута — смуглокожих молодых братьев. По этикету наследному принцу требовалась охрана, и это было минимальное количество. Звали их Син и Сен.

— Мы встречались с вами раньше? — уточнил я.

— Никак нет, ваше высочество. Вы уехали путешествовать раньше, чем мы поступили на службу во дворец.

Выражения лиц их были непроницаемыми. Невозможно определить, что они думали на мой счет. Я все еще опасался, что ко мне подошлют убийц. Кто бы из семьи ни послал мне отравленное вино, он вряд ли остановит попытки избавиться от меня.

— СинСен, будем знакомы, — кивнул я. — Мой вассал Сати Бхоль, надеюсь вы поладите.

— Пусть огонь горит в вашем Дао, — поклонилась Сати.

Братья повторили ее маневр.

К нашей компании прибежал взмыленный посыльный, сходу принявшийся докладывать:

— Его высочество Ли Кон, его сиятельство Дай Кон ожидает вас в малом приемном зале.

— В такой поздний час? — всплеснул руками Чинсук, после чего внимательно осмотрел меня с ног до головы. — Нам следует привести его высочество в порядок сначала!

— Его сиятельство просит явиться безотлагательно! — заявил посыльный.

Перед въездом в город я переоделся в новое ханьфу, так что не совсем понимал претензии Чинсука.

— Что не так с моим внешним видом?

— Ваша шляпа и… личное оружие совершенно не соответствуют этикету!

— Хорошо, пойду с непокрытой головой. Это ведь не будет нарушением?

— Будет, но, полагаю, так лучше, нежели в головном уборе сервов. Господин Кон, может, вы одолжите меч у кого-то из своих телохранителей?

— Что за дискриминация? Кочерга Мимолетной Оплеухи — отличное оружие! — проговорил я с долей обиды. — Посмотрим, как вы запоете, когда я прокачаю ее до топового уровня. Нет нужды ее прятать!

— Как пожелаете, ваше высочество, — вздохнул Чинсук. — Прошу, следуйте за мной.

Мы прошли через небольшой сад камней и вошли в один из боковых входов в дворцовый комплекс, миновав дежурящую стражу. Охрана здесь находилась повсюду. Под ногами в рассеянном свете светильников-духов сверкала начищенная до блеска мраморная плитка. Мы шли по длинной внутренней анфиладе левого крыла дворца. В разные стороны уходили коридоры, порой мелькали лестницы и расписные тяжелые двери.

Чинсук привел нас в уютный кабинет со столиками и возвышением, перед которым предполагалось снимать обувь. Чебуля я передал Сати. Охранники остались дежурить в коридоре, мы же прошли внутрь. На стенах висели различные гобелены, на которых были изображены подвиги неизвестных мне пламетворцев. Приятный желтый свет из духовного светильника разгонял тьму.

Гун попивал что-то из кружки, хмурясь при чтении длинного свитка. Отец выглядел суровым воителем, место которому в первых рядах войска, а не в пропыленном офисе. Угадывалось сходство с тем человеком, которого я теперь вижу в зеркале. Разве что борода была шикарной, а не мои куцые огрызки, да шрамов на лице почти нет. Одет Дай Кон был не слишком официально. Видимо, в столь поздний час он счел излишним какие-то приготовления для приема высоких гостей. Правильно, ведь домой всего лишь блудный сын вернулся.

Гун отложил свиток в тубус и дал отмашку слугам. Прислуга отошла прочь, скрывшись за боковой дверью.

— Ваше сиятельство! — поклонился Чинсук. — Ваше поручение выполнено.

— Хорошо, — заметил он сухо. — Можешь быть свободен, адъютант.

Чинсук еще раз поклонился и поспешно выскочил из малого приемного зала.

— Подойди ко мне, сын.

Я зашел на возвышение, не забыв снять обувь, и приблизился к правителю. Несколько секунд Дай Кон вглядывался в мое лицо, сурово сдвинув брови. Некоторый пиетет перед правителем чувствовался, но в целом для меня это был совершенно чужой человек. Не лучше и не хуже цзы Шуньляо или других высокопоставленных личностей. Я в свою очередь также с интересом рассматривал предка.

— Ты изменился, — резюмировал он.

Затем его взор упал на мой пояс и висящее на нем оружие. Кочергу я носил без ножен, не видя в этом особой необходимости. Приходилось, правда, протирать периодически, защищать от влаги, но зато при полировке кочерга понемногу прокачивалась. Вообще, чем сильнее духовный предмет, тем меньше он подвержен ржавчине, как мне говорили.

— Ты что за убожество носишь на поясе?! — воскликнул отец. — Неужто слухи про твое сумасшествие были правдивы?

— Это убожество успело испить немало вражеской крови, так что упреки не принимаются, — ответил я строго. — Что же до сумасшествия, то мне самому сказать сложно. Почти любой безумец считает себя нормальным.

— Дерзишь? — погладил бороду Дай. — Ты действительно изменился, сын Ли. Раньше ты не позволял себе вступать со мной в споры и всегда прятал взгляд.

Гун погряз в думах, повисла неловкая тишина.

— Это хорошо или плохо?

— Главное, чтобы ты справился с возложенной на тебя задачей, — очнулся гун. — Ты, наверное, слышал от адъютанта или уже сам догадался, но я повторю: Ли Кон нужен Чайфу для заключения перемирия с провинцией Лонглин. Ты ведь не забыл про помолвку с дочерью правительницы, Жунь-эр Фа Лонг?

— Недавно мне пришло письмо от невесты, согласно которому помолвка расторгнута.

— И кто этому виной? — хмыкнул Дай. — Если бы ты вел себя хотя бы каплю цивилизованней, мог бы уже стать цзы какого-нибудь захудалого городка в одной из наших провинцией. Заиметь в супруги Фарфоровый цветок Триумвирата. Но вместо этого ты предпочел путь блуда, разбоя и жадности.

— Сие в прошлом, отец, — махнул я рукой.

— Действительно? Про историю Тухлого Мясника уже весь двор судачит. Что это вы не поделили с соратником?

— Гнисоль не был мне никаким соратником, — нахмурился я. — Просто избавился от шайки Поглотителей. Разве это не достойное деяние?

— Если извратить все таким образом, достойное. Садись, Ли Кон.

Мы присели на подушки за низкий столик. Гун разлил чай из примитивного на вид глиняного чайника без какой-либо окраски. Ради интереса я отправил запрос через Злодни и вскоре получил ответ. Чайник оказался артефактом горного уровня, способным хранить духовную энергию и держать оптимальную температуру жидкости внутри. Почти электрочайник, только работающий на ци.

Я посмотрел на переданную мне кружку с чаем с подозрением, что не укрылось от гуна.

— Думаешь, отравить пытаюсь?

— После присланного отравленного вина было бы не удивительно, — проговорил я и напрягся.

Если виноват гун, то он мог попытаться завершить начатое и напасть. Однако Дай Кон лишь коротко рассмеялся:

— Я скорее самолично прирежу тебя, если понадобится. Травить людей — это низкий поступок. Предпочитаю расправляться с врагами самостоятельно.

— Хм, спасибо что успокоили, отец… — скривился я.

На самом деле я склонялся ко мнению, что гун не лукавил. Но, как говорят: доверяй, но проверяй. Я испросил разрешения привести моего личного дегустатора, он же Проглот, он же Резервный Паек. Дай Кон согласился, но, когда увидал хургла, впал в ступор.

— Ни разу еще в зал малых приемов, видевший массу разных цзы, гунов и даже королей, не заходил презренный хургл, — покачал он головой.

— Все когда-то случается впервые…

Чебуль попробовал чай и закуски и остался более чем довольным угощениями. Набрал полную охапку безе, пока я не оттащил питомца прочь. Хургл забрался в угол и принялся жадно поедать лакомство. Я же приступил к позднему чаепитию, удостоверившись в безопасности яств.

Отец спросил у меня насчет моих приключений, и я кратко и в целом честно поведал о них. Умолчав о своем иноземном происхождении, разумеется. Дай Кон похвалил меня в связи с приобретением в партнеры белого духа, считающегося сильнейшим из малых особей. Посоветовал не связываться с ифритами. Существами они были сильными, но преследовали всегда свои собственные интересы. Правители, обратившиеся к ним за помощью, обычно были вынуждены выплачивать непомерную цену.

— Ходили слухи, что ты потух. Это правда?

— Да, но я сумел достичь ступени Рекрута.

Гун вздохнул печально:

— В твоем возрасте я уже был на пороге Бойца… Уже поздно, сын. Не знаю, смогу ли я выкроить завтра время для беседы. Поэтому перейдем к делу, — проговорил Дай, поднявшись на ноги. — Конечно, мне не хотелось бы полагаться на столь ненадежного человека, но другого выбора нет. Если мы не наладим отношения с Лонглин, то можем потерять все: трон, провинцию, наш великий род. Чтобы сохранить восточные рубежи ты должен будешь сочетаться браком с принцессой Лонг.

— Мне казалось, невеста меня не жалует… — заметил я.

— Это мягко сказано. Род Лонг пошел нам навстречу и согласился исполнить давний уговор. Но при одном условии.

— Каком условии? — напрягся я.

— В конце второго месяца зимы в провинции Лонглин стартует известный на весь Триумвират турнир Стального Кулака. Гун-эр согласилась выдать свою дочь за наследника рода Чай при условии, что он одержит победу в турнире.

— Считаешь, что я справлюсь, отец?

— Нет, — покачал головой Дай. — Думаю, что ты не сможешь взять первое место. Но если покажешь себя достойно, гун-эр может и понизить требования. В любом случае твое участие пойдет на пользу отношениям между провинциями.

Вот папаша. Мог хотя бы каплю веры иметь в собственного сына. Не в его моральные качества, так хоть в боевые навыки.

— У тебя есть около декады для того, чтобы набраться сил и пройти тренировки. До Бойца тебя дотянуть явно не получится, но хоть как-то следует подтянуть тебя к турниру. Ты можешь свободно пользоваться алхимическими запасами из сокровищницы, если это поможет стать тебе сильнее. Примерно через декаду я лично проверю твою подготовку. Если не ударишь в грязь лицом, получишь разрешение на поездку в Лонглин. Доспехи, оружие, деньги, особняк — все это ты можешь получить по результатам тура. Формально ты принят обратно в род, сын, но…

Дай Кон подошел ближе и положил свою лапу мне на плечо. Из ладони распространился красный огонь. Духовная энергия источала огромный жар. Ханьфу быстро прогорел, и огонь достиг кожи, вызвав болезненные ощущения. Все же мое тело могло выдерживать жар уровня Рекрута, а не Бойца или Адепта, коим являлся Дай Кон.

— …если ты напортачишь или, не дай Гатхи, обречешь каким-то образом провинции на вражду, уронишь мою репутацию или испоганишь славное имя Чайфу, изгнание из рода покажется тебе праздником, сын Ли. Помни об этом, когда будешь сражаться на турнире. От результата может зависеть не только, будет ли на карте значиться название Чайфу, но и твое собственное благополучие.

Я поморщился от боли в плече, но не стал отстраняться. От грозной ауры Адепта душа уходила в пятки.

— Я понял, отец, — выдавил я из себя.

— Вот и славно, — отец убрал руку от плеча. — Чинсук присмотрит за тобой…

Умеет же убеждать, чертяка языкастый. Я было хотел набить себе цену или поспорить, надо ли мне вообще мотаться на чертов турнир, но Дай Кону все мои треволнения были безразличны. Хотя, сказать по правде, мне было любопытно поглядеть на отвернувшуюся от Ли Кона невесту, а также поучаствовать в турнире Стального Кулака. Это ведь отличный способ попробовать свои силы в бою с различными соперниками, показать свою удаль. Не слишком приятно, когда тебя почитают за слабака. А там, глядишь, и награды ценные получу, с невестой в придачу, плюс королевство спасу. В общем, довольно жирный приз, от которого отказываться не стоит.

Дай Кон покинул зал приемов, и я не стал засиживаться. Прихватив наевшегося Чебуля, я вышел в коридор, где меня дожидались телохранители и приставленный ко мне адъютант.

— Его сиятельство разъяснил вам ситуацию? — уточнил Чинсук и обратил внимание на жженую дыру в плече. Кожа в месте соприкосновения сильно покраснела, но смогла выдержать адский жар. — Похоже, разговор вышел непростым…

— Есть такое. Гун-эр поставила условие, по которому мне всего лишь надо победить в турнире Стального Кулака.

— Стального Кулака?! — воскликнула Сати. — Это невозможно!

— Почему?

— На турнире Стального Кулака не делят участников по ступеням. А участвовать может любой уровня Бойца и ниже.

— Значит, мне надо победить Бойцов? Я уже сражался с ними.

— Вы сражались со слабыми практиками, господин Кон. Представьте, что вам придется сойтись в бою с кем-то уровня Кровавого Харудо.

Я цыкнул:

— Да, силен, зараза. Но может, не будь на нем брони, я бы справился.

— Только чудо может помочь вам победить, молодой господин, — покачала головой Бхоль скептически.

— Больше веры, сестрица Сати. В наше время ее так не хватает…

Чинсук препроводил меня в гостевые покои, расположенные в одном из зданий правого крыла гигантского дворцового комплекса. Идти пришлось довольно долго. Комната отапливалась с помощью водяных батарей. Душа в наличии не было, но имелась возможность набрать в ванной теплой воды из-под крана и сполоснуться. По меркам Чайфу подобное считалось роскошью. Да и в остальном номер был довольно просторным и богато обставленным.

Син и Сен остались дежурить возле двери вместе с Сати. Мне было немного неловко оттого, что девушка вынуждена бодрствовать ночью, но такова уж работа вассала. Полагаю, телохранители договорятся о сменах или днем урвут кусочек сна в казармах.

— Ли Кон, ПОДЪЕМ!!! — подскочил я от жуткого ора.

— Гя-уш… — недовольно пропищал Чебуль.

Сразу схватил лежащую рядом с постелью кочергу и принялся выяснять, кто это посмел меня побеспокоить в такую рань.

В гостевые покои ворвался плечистый мужчина в военной ханьфу с мечом на поясе. Кустистые брови и выступающие скулы создавали грозное выражение лица. Сати юркнула следом, следя за тем, чтобы незнакомец не навредил сюзерену.

— Вы кто…

— Сотник Ян Хинью! Его сиятельство приказал мне заняться подготовкой его высочества Ли Кона для участия в турнире Стального Кулака! Господин Дай Кон потребовал не давать вам спуску. В кратчайшие сроки мы должны повысить боеспособность его высочества!

— Минуту… Мне надо принять ванну, выпить чашечку кофе… — пробормотал я полусонно.

— Может вам еще и вина со сладкой бобовой булкой подать? — процедил Ян. — Поднимайтесь немедленно! На утренний моцион отведено десять минут, на завтрак — пятнадцать!

По-видимому, мой титул наследного принца для экзекутора ничего не значил. С кряхтением я поднялся и принялся переодеваться. Мое парадное ханьфу уже оказалось испорчено, так что я надел свой старый походный наряд. Когда я умывался, из комнаты донесся звук вынимания клинка из ножен.

— Обнаружен вредитель! И как только слуги следят за дворцом?!

— Гя-уш! — взвизгнул Чебуль.

— Стойте, офицер Ян, — пришла на помочь Сати. — Это наш питомец.

— Вредитель в качестве питомца? Как скажете…

Выйдя из ванной, я увидел, что хургл сидит на плече Бхоль. Похоже, он начал понемногу доверять девушке. Да и сама Сати уже не морщилась от соседства с ушастым питомцем.

Завтрак мне подали в отдельном пустом помещении. Принимал пищу я в полном одиночестве, если не считать слуг, телохранителей и инструктора Хинью.

— Время вышло! — рявкнул сотник. — Лучше не набивать живот перед тренировками! Ступайте за мной, ваше высочество… Или, для краткости — ученик Ли. Его сиятельство приказал вылепить из вас настоящего воина. Времени мало, но я приложу максимум усилий!

Я вздохнул, не став спорить. Похоже, солдафон будет фанатично следовать приказу гуна, и с ним не договоришься. Но в целом я и сам хотел заняться развитием.

Специальный полигон для тренировок практиков находился между казармами и дворцовым парком. По пути я смог полюбоваться на множество красивых экзотичных растений. Площадка представляла из себя беговой круг, внутри которого располагалась полоса препятствий и разные тренажеры, рядом находились ринги для спаррингов. Как я понял, полигон предназначался для высших офицеров, важных гостей и членов королевского рода. Обычные практики из охраны занимались в другом месте.

На полигоне я впервые увидел Сунь Кона — своего младшего брата. Несмотря на юный возраст, парень уже достиг ступени Рекрута. Сунь методично бегал по стадиону, занимался на силовых тренажерах, изучал техники и фехтовал с оппонентами. За ним следил личный инструктор.

Младший брат явно заметил мое появление, но никак не отреагировал. Несмотря на то, что я помахал ему рукой. Он лишь вздернул подбородок и продолжил тренировку. Так мы с ним ни единым словом и не обмолвились. Судя по всему, он был не особо рад меня видеть. Впрочем, охрана, инструкторы и спарринг-партнеры также зыркали на меня без какой-либо радости. Ли Кона тут явно не жаловали.

Сати и один из братьев-телохранителей — я еще не научился их различать, отправились отдыхать в казарму. Ян погнал меня переодеваться в тренировочное кимоно.

— Посмотрим для начала, с чем придется работать, — оглядел меня Ян задумчиво. — Хм, у твоей Кочерги Мимолетной Оплеухи неплохая особенность…

— Правда ведь? — обрадовался я, что хоть кто-то похвалил мой выбор.

— Но в арсенале гуна есть нормальные клинки общего типа, причем горного уровня. Они, конечно, будут немного хуже проводить ци, нежели личный предмет, но всяко полезнее в бою. Гун разрешил тебе выбрать одно из оружий для турнира.

— Меня мое оружие устраивает.

— Возможно, вскорости ты изменишь свое мнение, ученик Ли… Оружие и протез можешь оставить у стойки с тренировочным оружием.

— Нет, я привык носить все с собой. Никогда не знаешь, в какой момент объявится враг.

— Твой выбор. Начнем с двадцати кругов, — Ян достал из рукава большие песочные часы. — У тебя десять минут. Время пошло!

Так начался первый день адской тренировки для подготовки к турниру. Я старался изо всех сил, но первый мой забег все равно получился на пятнадцать минут вместо положенных десяти. Инструктор Хинью был недоволен этим фактом. Затем мы переключились на силовые упражнения, в которых также были свои нормативы. Меня, как я понял, готовили по нормативам для Бойцов. Вот только тело Рекрута не было еще способно на такие чудеса, как бы я не напрягался.

Я еще думал, что из Сати суровый учитель, но Ян оказался настоящим зверем. У меня не было никаких рычагов влияния на него в отличие от вассала, так что сачковать не получалось. Утренний морозец мгновенно перестал беспокоить, когда я начал тренировку. Затем я постоянно истекал потом, несмотря на холодную зимнюю погоду. Короткие пятиминутные перерывы сменялись различными издевательствами над организмом в виде силовых упражнений, пробежки или растяжки.

На полигоне имелась и специальная подстраиваемая по сложности полоса препятствий, в которой проверялась еще и твоя сноровка в целом. Без протеза ее пройти было бы крайне сложно, поскольку там приходилось перепрыгивать, держась за перекладины. Это была отличная тренировка, поскольку мне требовалось филигранно рассчитывать момент, в который следовало сжимать клешню или разжимать. Получаться начало у меня не сразу, но я не сдавался и сумел кое-как преодолеть препятствие.

На обед отводилось «аж» полчаса. И снова я принимал пищу в полном одиночестве. Сати присоединилась к тренировкам вскоре после полудня, отдохнув. Испросив у меня разрешения, она также занялась развитием Цунь-Ши-Дао и воспользовалась полигоном.

Во второй половине дня изверги принялись проверять моих навыки боя. Против меня ставили Новичков с шестами, Рекрутов с деревянными тренировочными мечами и даже сам Хинья, имевший ранг Бойца, решил испытать меня на прочность. Новичкам скверно удавалось держаться против меня, Рекрутам я кое-как мог противостоять благодаря Кочерге. А вот инструктор Ян смог разделать меня. Причем он орудовал обычным тренировочным мечом и использовал одну руку.

Все, с кем я сражался, бились отчаянно и зло, словно я являлся их кровным недругом. Отчего получил массу синяков и шишек. Сначала подумалось, что здесь так принято, но с другими партнерами ученики вели себя значительно корректнее. И дело здесь не в классовой ненависти. Просто Ли Кона не любили при дворе. Деталей мне никто особо не рассказывал, но если он дома вел себя также, как и в Шейчжоу, то ничего удивительного.

Была у меня мысль попросить Сати в качестве партнера для тренировки, но я решил, что это будет сродни признанию поражения. Я не стал качать права. Сцепив зубы, я дрался на пределе своих возможностей, понимая, что в настоящем турнире испытания будут еще жестче. Тяжело в учении, легко в бою, как говорится. Хинью поправлял мои стойки и давал советы иногда, но в основном просто избивал. Впрочем, в отличие от остальных оппонентов Ян не наслаждался процессом и не пытался задеть меня побольнее. Инструктор действительно проверял мои способности, выискивая слабые и сильные стороны.

Еще я заметил, что в сторонке сгрудилась целая толпа из слуг и охраны дворца, которая с удовольствием наблюдала за моей тренировкой, что-то обсуждала между собой и посмеивалась. Пусть смеются, плебеи. Я все равно выйду победителем. Любые ошибки во время учебы лишь делали меня сильнее.

Под конец рабочего дня все мое тело уже было покрыто синяками и ссадинами, на руках образовались мозоли от оружия, да и протез от долгого активного ношения натирал местами.

— Заканчиваем на сегодня, — Ян взглянул на солнце. — Завтра продолжим подготовку к турниру. Я подумаю над тем, чем следует заняться в первую очередь. Отбой!

Инструктор махнул рукой и ушел.

— Господин Кон, у вас ужин в общем зале, поэтому надо подготовиться к приему, — подскочил Чинсук.

— Надо так надо, — вздохнул, мечтая лишь о том, чтобы упасть в кровать.

Придворный лекарь тут же обработал мои раны мазью, причем горного уровня. Сразу почувствовалась приятная прохлада, боль отступила. Чинсук повел меня в специальный зал, где мной занялись портные. Изготовили специальное ханьфу с длинными рукавами, позволяющими скрывать мою клешню. Вроде как ее также не следовало демонстрировать в открытую. Снова пытались отобрать у меня оружие, заменить фальшионом или чем-то вроде катаны, но я им не дался.

Хоть мне и хотелось поспрашивать родственников о разных вещах, после тренировки осталось лишь два желания: есть и спать. Я пересилил себя и все же направился на общий семейный ужин. Чинсук показал, куда надо идти. Дворец был примерно наполовину одноэтажным и занимал большую площадь, так что не мудрено и заблудиться. По идее я должен был разбираться в планировке, поскольку Ли Кон провел здесь не один год, но мне пока удавалось скрывать свое незнание. Я просил Чинсука сопровождать меня без пояснения причин. Так и отыскивал нужное место, старательно запоминая путь.

— Его высочество Ли Кон из рода Чай! — объявил меня слуга при входе.

Я прошел в богато обставленный зал с возвышением, на котором стоял длиннющий стол.

— А что это без титула или прозвища? — раздался язвительный женский голос.

— Э-э-э, — замялся слуга.

— Не стесняйся.

— Его высочество Ли Кон из рода Чай по прозвищу Сумасшедший Ублюдок Ли! — повторно представили меня.

— Славно… — дама негромко рассмеялась.

Во главе стола одно из мест было занято красивой женщиной, возраст которой определить было решительно невозможно. Все же дамы азиатской внешности лет в двадцать пять замирали, чтобы годам к шестидесяти превратиться сразу в бабушку. Не стоило также забывать, что практики жили дольше обычных людей. Юйвин Кон, значит. Второе место пустовало. Скорее всего, оно предназначалось для Дай Кона, который ныне отсутствовал.

В этикете я совершенно не разбирался, поэтому решил вести себя так, как мне удобно. В любом случае, вряд ли родственники ждали изысканных манер от Ублюдка Ли. Я и ложку захватил с собой.

С боков стола сидели два молодых человека. Младший брат Сунь и старший брат На. Во внешности На было много схожего со мной, а вот Сунь отличался: имел скорее не треугольное, а овальное лицо, как у родной матери.

Скорее всего, кто-то из присутствующей троицы: Юйвин, На или Сунь, причастен к попытке моего отравления. Мне надо выяснить кто и закрыть эту тему раз и навсегда.

— Рады твоему возвращению, пасынок Ли, — совершенно неискренне произнесла Юйвин.

— Брат Ли, я видел тебя на тренировке, — повернулся младший Сунь. — Плачевное зрелище.

— Зачем только явился, паршивец? — скривился старший На.

Меня поразила безумная догадка после услышанного: что если все трое желали моей смерти? Да не, бред какой-то. Не мог ведь Ли Кон настолько испортить отношения со всеми?

— Мачеха Юйвин, брат На, брат Сунь, рад встретиться с вами после долгой разлуки, — обозначил я вежливый поклон, проигнорировав колкости.

Члены рода уставились на меня во все глаза.

— Кто ты и куда дел нашего блудного Ли? — усмехнулся младший Сунь.

На секунду я запаниковал, но быстро понял, что это всего лишь фигура речи, а не обвинение в реинкарнированности.

— Испытания, выпавшие на мою долю, изменили меня. Старого Ли Кона больше нет.

Я прошел к столу, и прислуга указала мне на мое место, слева от младшего Суня и дальше остальных от родителей. Низкий столик и мягкая подушка. Уже скучать начал по нормальным стульям. Я уселся, скрестив ноги и обозрел выставленные яства. Маленькие тарелочки, плошки и блюдечки с небольшими порциями разной, красиво украшенной снеди. Размер небольшой, зато количество блюд было около десятка — на любой вкус почти.

— Если не возражаете, я приглашу своего личного дегустатора за стол. Позовите моего вассала! — крикнул я слуге.

Сати принесла мешок, в котором держала Чебуля и по моей команде выпустила на волю. Хургл быстро приблизился ко мне и принялся клянчить еду. Я давал ему по небольшому кусочку на пробу. Проглот не выказывал признаков отравления. Наверняка существовали формы яда с отложенными симптомами, но в таком случае будет время найти противоядие. В огненном измерении у меня хранилось купленное давно Зелье базового очищения против яда змеехвоста. Оно и с другими видами помогало бороться. Так что в критической ситуации успею выпить лекарство.

Присутствующим такой фокус не понравился. Мачеха назвала происходящее цирком, На обозвал меня болваном, Сунь лишь посмеивался.

Убедившись в безопасности продуктов, я достал ложку из-за пазухи.

— Это еще что такое? — спросил На.

— Столовый прибор под названием «ложка». Ее используют все высокоразвитые цивилизации. Я сам вырезал ее из дерева.

— Чего и следовало ожидать от Сумасшедшего брата Ли, — хмыкнул Сунь.

— Дай сделал ошибку, пригласив тебя во дворец. Из затеи со свадьбой явно ничего хорошего не выйдет, — скривилась Юйвин. — Лучше бы оставался тухнуть где-то в глуши.

— Спасибо на добром слове, мачеха. А где отец?

— У Дая важные дела, — ответила Юйвин. — Он занят сбором воинства и вопросами снабжения. Некоторые цзы не горят желанием предоставлять положенные по закону военного времени войска. Хотя бы На выбрался из своего поместья ради твоего приезда, пасынок.

— Вполне вероятно, после войны многие титулы освободятся, — заметил старший На. — Метишь на должность цзы, средний брат?

— Цзы? Я простой странствующий кочегар, и в управлении людьми не силен.

— Похоже, его и впрямь в последнее время часто били по голове, — съязвил Сунь.

— Расскажи нам о своих приключения, пасынок Ли, — попросила Юйвин и сузила глаза. — Для чего ты организовал свадьбу Шихей Фона и Сяо Сон Шунь? Возжелал наладить отношения с цзы Шуньляо?

— Что ты не поделил с Тухлым Гнисолем и учениками школы Ткачей Пекла? — поинтересовался Сунь.

— Правда ли это, что тебе удалось помешать бандитам освободить демона в Храме дождливого пика? — спросил На.

Я принялся неспешно вещать, не забывая насыщаться. Разговор потек плавнее. Родственники смирились с моими причудами и не без интереса слушали мои истории. Я пытался в свою очередь прощупать отношение окружающих ко мне, но оно было строго негативным. Любой из присутствующих мог решиться отравить меня. Старший сын На был пока под очевидным подозрением, поскольку присланное вино было из его собственной винокурни. Но это было бы слишком очевидно. Подобным действием он сразу навлекал на себя подозрение.

Я подумал о том, что главным злодеем мог быть самых тихий из всех — младший брат Сунь. Он относился ко мне скорее с иронией и презрением, а не с открытой ненавистью. Помимо личных чувств мелкого могло вести желание избавиться от конкурентов на престол. Распространенная хренотень во всех этих феодальных разборках. Младшим наследником без шансов на престол быть обидно, наверное.

День выдался тяжелым, так что голова моя соображала плохо. Если меня ежедневно будут гонять в том же темпе, вряд ли получится провести свое расследование. Озвучивать какие-то обвинения мне не хотелось перед всеми. Лучше переговорить с родичами по отдельности и проследить за их реакцией. Учитывая общую нелюбовь к моей персоне, потенциальный убийца может просто признаться в открытую.

Я хотел поговорить с На наедине, но так и не выдалось удобного случая. Усталость взяла свое. Попрощавшись, я направился в свои покои, где почти сразу вырубился. Даже не стал кочергу перед сном полировать, а ведь ее следовало тоже прокачивать.

— Подъем, ученик Ли!!! — снова разбудил меня командный окрик. — Пора ускорить твое развитие! Иначе ко времени турнира так и останешься потухшим слабаком…

— В таком случае на завтрак у тебя будет на пять минут меньше, ученик Ли! — донесся кровожадный голос.

Пришлось в темпе вальса подниматься и умываться. После завтрака мы сразу направились на тренировочный полигон. Утренний морозец заставлял зябко ежиться. Хотя, я знал, что уже скоро согреюсь.

— Мы точно не успеем подтянуть тебя до Бойца обычным способом, — проговорил Хинью. — Поэтому прибегнем к духовным препаратам. Его сиятельство дал разрешение на использование лекарств из дворцовой сокровищницы.

Ян вытащил из-за пазухи аккуратный бумажный сверток и развернул, явив миру слегка фосфоресцирующую большую пилюлю желтого цвета размером с мизинец. Я использовал духовную Суть.

Пилюля Желтой Крови

Сильный препарат для развития Цунь

Уровень: Горный

Особенность: эффект длится дольше на 23 %

Особенность: последствия снижены на 18 %

— О! А мне ведь известен рецепт Пилюли желтой крови…

— Рецепт тебе не понадобится. Его сиятельство снабдит всем необходимым для подготовки к турниру.

— Но ведь препараты личного изготовления дают больший эффект благодаря сродству духовной энергии?

— Это так, ученик Ли, — кивнул Ян. — Значит, используем несколько пилюль. Глотай!

Что ж, приезд в столицу уже давал свои плоды. Пилюля желтой крови стоит не один золотой — дороже, чем Порошок сияющих корней, а мне удалось получить ее на безвозмездной основе.

Я принял протянутый препарат и, слегка помедлив, употребил. Несколько секунд стоял на месте, прислушиваясь к собственным ощущениям. На этот раз пожар начал разгораться не в груди, а по всему телу. В каждой мышце, связке и сухожилии, в каждой клеточке возник миниатюрный костер. Чувствовались немного болезненные покалывания по всему телу, но их можно было терпеть.

Я ощутил огромный прилив энергии. Он словно цунами накрыл меня с головой. Хотелось прыгать, бегать и всячески издеваться над собственным организмом.

— Аж воспылал! — прокричал я воодушевленно и спросил, немного запоздало. — После такого допинга ведь не будет побочных эффектов?

— Ломота в теле, онемение, слабость. Но ты быстро справишься с последствиями, ученик. Что, не терпится начать тренировку? — усмехнулся Ян. — Вперед, бегом марш!

Я сорвался с места и полетел по беговой дорожке. Энергии было столько, что мне хотелось бежать бесконечно. Усталость слегка ослабила боль в теле, но не убрала совсем. Младший Сунь сегодня также вышел на тренировку, и на этот раз я легко его обгонял. Впрочем, особой гордости от данного факта я не испытывал. Да и Сунь не обращал на меня внимание.

Довольно быстро я почувствовал, как живот скрутило от голода. Да и пить хотелось зверски. Однако Ян уже подготовил пропитание, попросив поваров наготовить в большом количестве рыбу и рис. Наставник разрешил мне перекусывать в любой момент, но не набивать живот чрезмерно. Как я понял, при усиленных тренировках Цунь, аппетит возрастал многократно, что позволяло также усилить прогресс в развитии тела.

Чебуль подтвердил, что блюда безопасны. Ложку с собой я на тренировку не захватил, так что пришлось есть руками и палочками. Рыба имела филе белоснежного оттенка, а рис оказался золотистого цвета. Не дешевый коричневый и даже не белый, а прям золотой. Судя по всему, элитный дорогой сорт.

Мне показалось на минуту, будто меня откармливают на убой. Не только дорогой едой, но и пилюлями. И я должен буду затем склеить ласты на турнире словно откормленный бычок. Впрочем, это были всего лишь бредовые мысли. Отказываться от бесплатного усиления было бы слишком расточительно.

Съев пару порций, я снова пустился вскачь. Тело просило как следует нагрузить его, избавить от излишней энергии. И я повиновался его приказу.

Целый день я только и делал что занимался физическими упражнениями, пил и ел. На спарринг и другие тренировки времени не оставалось. Энергия от Пилюли желтой крови к концу дня частично израсходовалась, но ее все еще плескалось в организме довольно много. Сначала мне подумалось, что подобные препараты — отличный допинг для всяких турниров, однако вскоре я понял, что в таком состоянии с управлением телом возникали проблемы. Точность ударов снижалась, так что меня бы забил любой фехтовальщик, знающий с какого края браться за меч.

Один раз я случайно заполучил ссадину на руке. С удивлением заметил, что кровь моя имела оранжевый оттенок. Видимо, подействовал пигмент Пилюли желтой крови.

К ночи Хинью отпустил меня спать. Энергии в организме было достаточно, а вот голова к этому времени совершенно не соображала. Странное состояние. С одной стороны чувствовалась усталость, с другой — сила била ключом. Помимо прочего после тренировки меня напоили целебным отваром, который нивелировал негативный эффект от чудовищных нагрузок на тело. Заснуть долго не удавалось, ибо тело желало пуститься в пляс, но вскоре я сумел провалиться в тревожное забытье.

Утро началось по привычной схеме — с побудки. Энергии с утра пораньше была тьма, так что мы сразу отправились на полигон. Лишь к вечеру второго дня боль наконец начала уходить из тела, сменяясь нарастающей усталостью. Два дня Пилюля желтой крови терзала мой организм. Но благодаря этому развитие Цунь на данной ступени достигло высоких результатов.

Цунь: 74 %

Ши: 2 %

Дао: 37 %

За короткий срок значительный прогресс. Еще бы Ши подтянуть.

Солнце начало клониться к горизонту, и я уже с большим трудом отжимался от земли. Руки и ноги подрагивали, не желая откликаться на запросы головы. Все произошло как-то резко. Вот я занимаюсь физическими упражнениями, а вот вдруг наступает темнота в глазах.

Меня довольно быстро привели в чувство и напоили лечебным отваром. Ян дал отмашку заканчивать и отправляться на боковую. Два дня адской тренировки подошли к концу. Телохранители Сен и Син молча помогли мне добраться до моих гостевых покоев, и я смог наконец с наслаждением растянуться на кровати. На этот раз сон пришел мгновенно, и снилось мне нечто приятное.

— Ученик Ли, подъем! — снова разбудил меня ужасно бодрый голос.

— Хо-хо, у меня все тело болит…

— Результат налицо! После небольшой тренировки боли пройдут!

— Инструктор Ян, отложим тренировку до завтра. У меня есть кое-какие дела.

— Но его сиятельство…

— Я не заключенный его сиятельства, — проговорил я строго. — Можете так ему и передать!

Хинью был явно недоволен, но он не стал перечить:

— Я сообщу гуну о твоем решении.

Выспавшись как следует, я позавтракал, пригласив Чинсука присоединиться. Затем попросил его показать мне окрестности, мотивируя тем, что многое могло измениться за время моего отсутствия.

Экскурсия получилась продолжительной по времени. Дворцовый остров оказался не только огромным по размерам, но и имел множество памятных мест. Аллея гунов с памятниками известным правителям ушедших эпох. Особая заводь и каменная пристань, на которой пламетворцы правящей семьи переходили на новую ступень. На белом камне виднелись жженые следы от сидящих на них сиятельных практиков, которые в момент перехода распространяли сильный жар. Темные отметины специально оставляли как напоминание о знаменательном событии. Пристань была вся усеяна подобными следами. Некоторые уже стерлись от времени, свежие пестрели насыщенным черным цветом.

Не обошел я вниманием и дворцовую котельную, конечно же. Зимы здесь были теплыми, плюс все представители семейства являлись практиками, но все же приятнее спать в нагретом помещении. Кочегарка представляла собой огромный тепловой камень из неизвестного минерала, который был спрятан за слоем воздушной прослойки, предотвращающей утечку тепла. По словам смотрителя зимой ежедневно два десятка солдат не ниже Рекрута приходили сюда, чтобы поделиться духовной энергией и разогреть главный котел. Нагретая вода по медным трубам затем подавалась во дворец. Не только для нужд отопления, но в краны и бассейны. Изучив конструкцию, я дал местному смотрителю несколько советов на счет того, как снизить потери тепла и сделать конструкцию котла более эффективной. Старик остался под впечатлением от моих познаний и рекомендовал посетить гунские термы, пообещав наддать жару как следует.

В районе полудня Сати с Сеном отоспались после ночного дежурства. После обеда я решил отправиться проведать столицу. Ханкин не зря ведь считался красивейшим городом Чайфу. Заодно и в особняк старшего брата было бы неплохо заскочить, чтобы пообщаться по душам. Чинсук попробовал меня сначала отговорить, но затем смирился и выбил нам личное транспортное средство для передвижения — красивую карету с золотистыми орнаментами и змеиными гербами Чайфу на борту. Впрочем, как по мне, даже захудалый дилижанс являлся более эффективным и эстетически красивым транспортом. Это тебе не коняшки жалкие в качестве тягловой силы, а настоящий паровой двигатель. Дилижанс нам брать не разрешили, хотя я в любом случае не планировал долго разъезжать.

Денек выдался прохладным, но чувствовалось, что зима идет на спад. Снега сменились холодными дождями, а на улицах белое покрывало во многих местах растаяло. На крышах и в проулках снежные наносы и сугробы еще цеплялись за жизнь, не желая превращаться в текущие ручейки. Солнце спряталось за низкими тучами, словно давая шанс мерзлоте пожить еще немного.

Мы выехали на дворцовый мост и направились на левый, восточный берег Горной нити, где располагались элитные районы, лучшие торговые ряды и жилища богачей. Особняк брата На находился на возвышенности, и его было видно издалека. Старший сын не горел желанием становиться цзы, устроился в столице и занялся бизнесом. В принципе, главному наследнику на престол и не стоило покидать столичные пенаты без нужды. Мало ли как с отцом дела обернутся.

Вскоре мы спешились, оставив карету с возницей. Чинсук решил не составлять нам компанию, так что мы отправились на прогулку вчетвером: я с Сати и двумя приставленными телохранителями. Сен и Син были молчаливыми, угрюмыми парнями. Они служили в элитном отряде личной гвардии Гуна и прошли через суровый отбор. Доверять им или нет, я пока не решил. Но в любом случае поворачиваться к ним спиной не стоило.

Было приятно просто так прогуляться по городу вместе с симпатичной девушкой после адской тренировки. Отголоски испытания пилюли Цунь еще проскакивали в членах, но постепенно сила и контроль возвращались. Я чувствовал, что стал немного сильнее, чем раньше. При стандартных долгих тренировках прогресс почти незаметен, но в случае перехода на новую ступень или использования духовных препаратов появлялось донельзя приятное ощущение собственного усиления.

Мы посетили торговые ряды Ханкина, весьма шумное и оживленное место. Повсюду пестрели красивые наряды и ткани, вывески и зазывалы приглашали посетить разные необычные заведения. Цены в столице серьезно кусались. В городе даже магазин паровых доспехов имелся, но мне о таких деньгах оставалось только мечтать. Можно было бы новый протез заказать из более качественных материалов, но после становления личного предмета не хотелось с ним расставаться. В общем, в Ханкине по сравнению с Шейчжоу была масса новых возможностей.

Меня и здесь довольно быстро узнавали, хотя я надеялся раствориться в толпе. Люди шептались, обсуждая возвращение наследника, сразу уходили с дороги и старались не смотреть мне в глаза. Все, как и прежде. Даже небольшая шайка ребятни и любопытных зевак привязалась за нами. Среди них вполне могли быть воришки, так что приходилось следить за вещами и деньгами.

— Надо бы прикупить какой-нибудь гостинец брату На в честь визита. Как думаешь, Сати, саке подойдет? — повернулся я к девушке.

— У вашего старшего брата ведь есть свои винокурни и сакеварня, не так ли, молодой господин?

— Это да, но, с другой стороны, На Кон может быть ценителем выпивки. Тогда придется искать что-то дорогое, что могло бы утолить его изысканный вкус…

Я вдруг столкнулся плечом с невысоким мужчиной, который, как и я, кажется, не смотрел по сторонам.

— Смотри куда прешь, ты… — рявкнул один из его подручных, шедший следом.

— Пусть лучше сам глаза разует, — хмыкнул я раздраженно.

Осмотревшись, я заметил, что за незнакомцем шествовало несколько мужчин сурового вида в разношерстных одеждах с длинноклинковым оружием, для которого в городе требовалось разрешение. То ли банда, то ли какая-то группировка.

Главарь, которого я толкнул, презрительно осмотрел меня, но затем его глаза вдруг расширились:

— Сумасшедший Ублюдок Ли! Ты явился за мной?!

— Чего? — приподнял я бровь.

— Ты пришел ради пяти золотых, которые мне торчишь уже много лет?!

— Э-э…

— Верно, пускай отдает деньги! — выкрикнул один из них, но его ударил кулаком в бок один из подельников.

— Балда, ты не слышал историю про Кровавый долг?!

На лице главаря шайки показались признаки паники. Я провел быструю оценку Сутью и выяснил, что в банде четыре Рекрута, два новичка и два пустых. Не слишком сильное воинство, но и не слабое.

— Босс, давайте простим Ублюдку Ли долг. И тогда сможем разойтись миром!

— Сын хургла! Ты разве не знаешь, что Ублюдок Ли сотворил с беднягой Ченом всего за пару золотых монет?! Ублюдок Ли не остановится ни перед чем, чтобы избавиться от того, кому должен! От меня даже пепла не останется!

— Если я действительно вам должен, я верну деньги… — попытался я докричаться до людей, но незнакомцы не желали слушать меня.

— Ублюдок Ли намерен снова «вернуть долг»! — ахнул кто-то из окружившей нас толпы.

Люди начали отходить подальше.

— Ставлю на Сумасшедшего Ублюдка Ли два серебра! — заметил другой зевака.

— Твердолобый Хао не сдастся без боя! — главарь вытащил свой меч из ножен. — Пускай ты сын самого гуна, я буду сражаться за свою жизнь до конца! Парни, покажем ему, чего стоят бойцы из речного района!

— Покажем! — рявкнули головорезы.

Я лишь успел кочергу вытащить, а в меня уже летели заостренные железяки.

— Видят духи, я этого не хотел! Но вы сами напросились! — рявкнул я и ввязался в бой.

Сати с телохранителями пришли мне на помощь. Хоть противников было больше, но мы превосходили их по выучке, экипировке и духовным техникам. Я старался бить тупой стороной кочерги, но иногда особо ретивых бил и острым сгибом. Бандиты сражались не на жизнь и насмерть, решив, что я сотворю с их боссом то же самое, что и с Ченом. Хотя я Толстяка даже пальцем не тронул. Слухи все извратили как всегда.

Первое время я двигался неуверенно, но вскоре преодолел последствия адской тренировки. Духовный огонь охотно подчинялся моей воле, кочерга наносила тяжелые удары. Мне удалось провести хорошую атаку и попасть по лбу боссу шайки, но его не зря прозвали Твердолобым Хао. Мужик быстро очухался, взревел и снова бросился в бой.

Сати действовала осторожно. Сен и Син умело сдерживали своих противников, делая аккуратные выпады. Мы схлестнулись посреди оживленной улицы. Люди активно разбегались в разные стороны. Несколько лотков с продуктами были нами опрокинуты, резко бросившаяся вскачь какая-то напуганная лошадь перевернула повозку, скинув возницу, после чего ринулась вперед по улице, таща за собой груз. Телега сбивала на своем пути прохожих, ящики и прилавки. Слышались крики, ругательства и слезные просьбы вызвать стражу. Воцарился настоящий хаос.

[Безымянный]

Он предпочитал оставаться Безымянным, скрывая свое настоящее имя. Задание от нанимателя оказалось на этот раз не самым простым: устранить среднего принца, который прибыл в столицу. Однако платили очень хорошо, и наемный убийца не мог не взяться за дело. Дворцовый остров охранялся на славу, поэтому он не спешил бросаться сломя голову. У него было не так много времени перед тем, как цель уедет из Ханкина, однако убийца должен был собрать сведения о жертве и дождаться подходящего момента. Такой момент настал спустя несколько дней. Наблюдатель сообщил о том, что цель покинула дворец и направилась на левый берег Горной нити. Убийца, имевший ступень Бойца, решил, что это его шанс. Взяв двух подручных-Рекрутов, он отправился вслед за целью.

Некоторое время убийцы следили за своей целью, не предпринимая резких шагов. Атаковать принца средь бела дня было не слишком умной затеей. Но другого шанса могло больше и не представиться. Если он продолжит сидеть во дворце, придется подкупать охрану, что съест немалую часть вознаграждения.

Однако на этот раз им повезло: Сумасшедший Ублюдок Ли схлестнулся с Твердолобым Хао. Причина вражды была не слишком понятна, но это был отличный момент. Один точный удар отравленным оружием, и цель будет устранена. Главное, суметь подобраться поближе.

Следовало спешить, не то стража могла подоспеть на помощь сиятельному отпрыску. Безымянный дал команду своим подельникам. Все трое надели повязки, скрывающие нижнюю часть лица. После чего бойцы напали сзади на телохранителей принца. Убийца же достал спрятанный миниатюрный паровой арбалет и выстрелил принцу в спину, когда тот открылся.

— Гя-уш! — раздался вдруг визг рядом.

Ублюдок Ли в последний момент почуял угрозу и сдвинул корпус. Болт арбалета воткнулся в бок, не попав в сердце. Впрочем, яд быстро распространится по организму. Рекрут не сможет выжить без своевременной помощи.

— Ты еще кто… — брякнул он, повернувшись на секунду, после чего скомандовал. — Уходим!

Принц вместе с тремя охранниками выбрались из окружения, ворвавшись внутрь ближайшей лавки. Твердолобый Хао с уцелевшими подручными и убийцы направились следом. Несколько уроненных стеллажей и шкафов не стали серьезным препятствием.

— Не знаю кто вы, но спасибо за помощь! — произнес на ходу Твердолобый Хао. — Вместе мы покончим с Ублюдком. Больше он никому не вернет кровавый долг!

Безымянный промолчал. Все его внимание было сосредоточено на том, чтобы догнать цель. Принц с соратниками пробежали через лавку и вышли из задней двери. Затем понеслись со всех сил по улице в сторону элитного квартала. Вскоре Ли Кон начал сдавать. Яд подействовал, да и торчащий болт арбалета давал о себе знать. Убийца уже предвкушал, как загнанная дичь свалится от усталости, однако наследник вдруг достал из огненного хранилища небольшой сосуд и быстро выпил содержимое. Базовое зелье очищения! Хоть это не самое сильное противоядие, но его хватит, чтобы оправиться от удара.

Продвижение противников замедлилось, пока принц приходил в себя. Убийцы первыми настигли цель. Выпущенный второй снаряд из арбалета Ли Кон принял на серый духовный щит, будучи готовым к повторной атаке. Подручные связали боем телохранителей, и Безымянный смог проскользнуть прямо к цели. Его длинный тонкий клинок идеально подходил для уколов в уязвимые места. Он все рассчитал, кроме чудовищной скорости, с которой летало странное оружие Ли Кона. Уклонившись от одного выпада, убийца попытался произвести укол в грудь, но резко вернувшаяся кочерга ударила его в голову, пробив барьерную защиту.

Когда Безымянный пришел в себя, Ли Кон с подельниками уже сбежал. Твердолобый Хао не смог задержать их надолго. Убийца последовал за целью, и через какое-то время выбежал к парадному входу в особняк старшего принца На. Ублюдок Ли уже объяснил ситуацию страже у ворот, и их взяли под защиту. Откуда-то неподалеку доносились командные окрики. Блюстители порядка тоже были на подходе. Преследовать цель стало слишком опасно. Безымянный дал команду подручным, и убийцы растворились в городских закоулках. В следующий раз.

[Ли Кон]

— Опасно у вас тут в столице! — простонал я, морщась от боли в боку. — Только вышел прогуляться, как нашпиговали по самые баклажаны…

Придворный врачеватель принца На заканчивал перебинтовывать рану. Вытаскивать болт пришлось без какой-либо анестезии. Крайне неприятный опыт. Заживляющую мазь нанесли нашу, поскольку я все еще не доверял старшему брату. Он мог приказать лекарю использовать на мне какой-нибудь яд.

Показываться перед принцем На в такой плачевной ситуации тоже не самая разумная идея. Он имел ступень Бойца и все еще оставался под подозрением. Но другого выхода в сложившейся ситуации не оставалось. Помимо шайки Твердолобого Хао, с которой мы в целом были способны справиться, нас атаковали типы в повязках. Я приказал Сати остаться рядом в качестве подстраховки, хотя обычно приватные темы обсуждались без телохранителей. Спутница сидела на коленях поодаль в церемонной позе на подушке.

— Опасно? — хмыкнул стоящий возле окна брат На Кон. — За последний год на меня даже ни одного покушения не было совершено. Только ты вышел за ворота дворца, братец, как сразу же устроил хаос в городе: напугал и изранил людей, порушил кучу лавок. С кем ты на этот раз не смог разойтись мирно?

— Какой-то Твердолобый Хао, которому я был должен несколько золотых.

— Он решил выбить из тебя старый долг?

— Нет. Он решил, что я явился его убить…

— Что? — приподнял он бровь.

— И не говори. В Ханкине куча полоумных практиков расхаживает.

— Да, один Сумасшедший недавно как раз вернулся. Мне кажется, тебе не стоит покидать пределы дворцового острова, если ты желаешь сохранить свою жизнь.

— В этом есть смысл, — вздохнул я. — Хотя во дворце недоброжелателей не меньше… Прости, что не привез гостинцев, брат На. Я хотел поговорить с тобой об одном важном вопросе.

— Так ты не просто так решил здесь спрятаться? Говори свободно, брат Ли.

— Это ведь ты отправил мне Утренние слезы в посылке с подарками?

Я напрягся, готовый в любой момент выставить духовный щит или отразить удар кочергой.

— Да. Урожай восьмилетней давности — один из лучших. А почему ты спрашиваешь?

То ли он мастер-лицедей, то ли не врет.

— Вино оказалось отравлено. Колесо перерождения было близко как никогда.

Брат с искренним на вид удивлением заглянул в мое лицо:

— Печать на пробке была неповрежденной, когда ты получил посылку?

— Хм-м, возможно… — ответил я неуверенно.

Я не мог знать таких деталей, поскольку бутылку вскрывал старый Ли Кон.

— Так да или нет? Определись уже, — На Кон раздраженно тряхнул головой, отчего его длинные черные волосы взметнулись. — Это правда, что я тебя на дух не выношу, братец Ли. После твоего возвращения в Чайфу мне казалось, что ты решишь избавиться от меня, чтобы самому стать главным наследником. Но отец отослал тебя подальше от двора, и я не стал ничего предпринимать. По прошествии более двух лет ничего особо не изменилось. Если бы я хотел от тебя избавиться, то сделал это тогда. Вынужден признать, что сейчас твоя жизнь важнее, чем наши внутренние склоки. Я надеюсь, что ты покажешь себя хорошо на турнире Стального Кулака и оформишь связь с родом Лонг. Мне нет никакого резона ни декады назад, ни сейчас желать твоей смерти.

— Звучит складно, — выдал я. — Но кто тогда мог меня отравить? У кого был доступ к подаркам?

— У родни и приближенных, возможно, — пожал плечами На Кон. — Я всего лишь передал вино из своей коллекции.

— Младший брат Сунь или мачеха Юйвин?

— Не исключено. Сунь тебя всегда ненавидел. Он еще юн и горяч, всякое могло взбрести ему в голову. У отца и Юйвин в последние годы не слишком теплые отношения. Но подробности мне неизвестны.

Я попытался выудить побольше сведений, но На Кон то ли не знал, то ли посчитал нецелесообразным открываться мне. В целом старший брат напомнил мне отца Дая: такой же вспыльчивый и прямолинейный. Главному наследнику не требовалось особо интриговать и от кого-то скрываться. Я пришел к выводу, что ни отец, ни старший брат не причастны к отравлению, хотя всегда оставался шанс, что они просто хорошо умели скрывать свои истинные чувства.

Надолго оставаться я не стал, от предложения поужинать отказался. Взмыленный Чинсук вернулся в особняк после того, как уладил формальности с погромами в городе. Несколько лавок получили компенсацию. Адъютант был само собой не в восторге от моих действий, но в целом понимал, что мне пришлось защищаться.

— Возвращаемся во дворец, — скомандовал я.

Мы с телохранителями и Чинсуком погрузились в карету.

— Кстати, дядя Чинсук, найдите этого Твердолобого Хао… — попросил я.

— Хотите, чтобы его проучили? — понятливо кивнул мужчина.

— М-м-м, нет. Я должен Хао пять золотых. Верните ему деньги. Я ведь могу получить небольшой аванс в счет грядущей поездки в Лонглин?

— Вернуть долг? — озадачился Чинсук. — Постараюсь решить вопрос, ваше высочество…

Я почувствовал себя немного увереннее, когда мы наконец въехали на дворцовый остров. Здесь меня тоже недолюбливали все: начиная от прислуги с охраной и заканчивая родней, но хотя бы в открытую не конфликтовали. Вечер я провел за ленивым отдыхом, ожидая, пока раны перестанут беспокоить. Отправил Сати пополнить наши прохудившиеся запасы зелий. С помощью Чинсука ей удалось получить пару баночек Бальзама шести лепестков аж горного уровня, а также две порции Зелья базового очищения. С помощью Злодни я спрятал ценные лекарства на огненном плане.

С утра пораньше заявился инструктор Хинью, проверил закрывшуюся рану и снова погнал меня на тренировку, сказав, что дня отдыха мне хватит за глаза. Пара часов физических упражнений, пара часов спарринга с агрессивными оппонентами. Затем меня представили лучшему инструктору Ши во дворце — безумно сексуальной красотке примерно лет тридцати на вид.

— Ваше высочество, мне доложили, что у вас имеются проблемы с тренировками разума. Поведайте же мне все детали. Мы попробуем вместе найти выход из ситуации…

Немного поколебавшись, я рассказал ей про затык с прошлыми Якорями Ши. Думал, что дама нечто вроде личного психотерапевта, который выслушает мои тревоги и заботы. Но вместо этого лицо женщины приобрело пунцовый цвет, и она сбежала:

— Похабник! Я не смогу вам помочь с тренировками Ши!

— Жаль, — покачал я головой. — Но спасибо, что посидели рядом. Я буду использовать вас в качестве Якоря!

— Н-не смейте! Сотник Хинью, повлияйте на его высочество!

— Мне приказано сделать его высочество сильнее. Если это потребует от кого-то стать Якорем Ши или раздеться, так тому и быть! — отрезал Ян.

— Раздеться? — задумался я. — Такой Якорь может пригодиться!

— Мужланы! Ноги моей больше здесь не будет!

Красотка к моему разочарованию удалилась. Как и предполагалось, ее образ мне совершенно не помог. Мне прислали вместо нее какого-то дряхлого деда. Он советовал мне расслабиться во время подачи духовного огня в голову, научил правильно дышать. Методы деда не помогли мне выработать Якорь или снизить болевые ощущения. Скорее научили отстраняться от боли. Эдак без нормального Якоря мне придется потратить годы на медитации. Годы нескончаемых головных болей.

[Сати Бхоль]

Не раз и не два Сати размышляла о том, правильное ли решение приняла, вернувшись к Ли Кону. Однако сделанного не воротишь. События понеслись довольно быстро. Ученица Ордена смирилась с тем, что ей придется сражаться со всеми подряд, падать все ниже и ниже в яму отступничества и разбоя. Ученики из школы Ткачей были лишь еще одним подтверждением тенденции. Однако проведение дало Ублюдку Ли шанс на исправление: прибывший советник гуна устранил возникшее недопонимание. Ситуация развернулась кардинально. Теперь уже Сумасшедший Ублюдок Ли был желанным гостем в Ханкине и важным женихом Фарфорового цветка триумвирата, а не безродным изгоем. Девушке было интересно, как изменится характер господина после такого переворота.

С Харудо у Ли Кона была давняя вражда, так что в сговор Сати не поверила. Затем, к удивлению Бхоль, Сумасшедший Ли оккупировал кабину дилижанса то в качестве кочегара, то усаживался на сидение возницы. Первое время они с обеспокоенным Чинсуком ожидали, что господин куда-то врежется или сбросит дилижанс в обрыв, но затем смирились. Неожиданно Ли Кон оказался неплохим водителем, быстро разобрался в управлении и правил повозкой аккуратно.

Череда нелепых случайностей привела к конфликту в Ханкине с еще одним старым кредитором Ублюдка Ли. В данном случае господин не задирал оппонента первым, но итог был один: чехарда и разрушенные лавки. Нечто подобное случилось почти сразу после того, как Сати принесла присягу Ли Кон. Казалось бы, ничего, по сути, не изменилось. Но Бхоль чувствовала, что с сюзереном произошли некие изменения. Если раньше она стыдилась быть вассалом Ублюдка Ли, то теперь… можно сказать, по собственной воле, а не из-за присяги, вставала на защиту господина. Она не понимала в чем причина. Возможно ли такое, что возвращение титула наследного принца сюзерену примирило ее с действительностью? Хотя Сати не было большого дела до громких титулов. Девушка ломала голову, но не могла найти разъяснение.

На следующий день после потасовки в городе в покои господина как обычно с утра заявился его наставник Ян Хинью. Инструктор активно гонял наследника на тренировочном полигоне, благодаря чему у Сати появилось время на тренировки.

Сати на всякий случай проникла в покои вслед за наставником. Хинью принес с собой очередной сверток. Инструктор развернул плотную бумагу и продемонстрировал только проснувшемуся сюзерену голубоватый круглый сгусток. Бхоль нехотя отправила большую порцию духовного огня Келстигнуссу вместе с посланием, воспользовавшись Сутью. Ее все еще раздражал тот факт, что господину Кону удалось не только заключить контракт с белым духом, но и договориться о низких ценах.

Таблетка Небесной Мудрости

Препарат для развития Ши

Уровень: Горный

Особенность: эффект сильнее на 28 %

Особенность: дополнительная сосредоточенность 34 %

— Ваше высочество, я получил разрешение на использование препарата для развития Ши. Раз уж у вас проблемы в этом направлении, придется воспользоваться лекарствами. Таблетка небесной мудрости стоит не один десяток золотых. Его сиятельство Дай Кон поистине щедр!

— Вот как? — нахмурился господин Кон. — Но разве большое число пилюль не влияет негативно на культивацию в целом?

— Пустяки! — махнул рукой инструктор. — У нас будет шанс подтянуть вас до ступени Бойца!

Вдруг сюзерен обратил внимание на стоящую в проеме Сати, которая активно качала головой.

— Мне надо отойти на минуту…

Ли Кон вышел в коридор и отошел в сторону, позвав с собой вассала.

— Ни в коем случае не соглашайтесь, молодой господин! — проговорила она убежденно. — Два препарата для культивирования разного типа нельзя употреблять! Вы сожжете свое Дао. Возможно, вам удастся достигнуть ступени Бойца, но дальше вы не сдвинетесь ни на шаг!

— Хм, ты действительно ратуешь за мое развитие или рамен на уши вешаешь?

— Сжечь свое Дао — это худшее, что может случиться с практиком. Я встречалась с такими людьми. Это просто пустые оболочки, лишенные смысла жизни. Многие из них затухают затем, как это случилось с мастером Токфу. Я говорю правду, господин Кон!

— Неужели ты действительно начала играть роль верного вассала?

— Я не играю роль, я и есть ваш вассал. Раньше… у нас были не лучшие отношения, но я дала клятву, а потому буду защищать от любых врагов и всячески помогать в развитии. Тем более, без надежного Якоря Ши эффект от лекарства будет ослабленным. Инструктор Хинью просто желает поскорее поднять вас на следующий этап, не считаясь с последствиями!

— Что ж, доверюсь твоей мудрости, сестрица Бхоль, — усмехнулся он, теребя подбородок.

И эта усмешка ей не нравилась. Слишком часто с подобным выражением лица Ли Кон придумывал какую-нибудь гадость.

— Кстати, а что насчет развития Цунь? Могу я съесть еще одну Пилюлю желтой крови?

Сати задумалась:

— Не уверена, но не думаю, что будут серьезные проблемы. Главное не переусердствуйте, господин.

Ли Кон кивнул и вернулся к инструктору Хинью:

— Дядя Ян, я возьму у вас Таблетку небесной мудрости.

Сати поперхнулась воздухом. Она ведь только что ему все объяснила, но господин словно пропустил все слова мимо ушей!

— Возьмете? Ученик Ли, я должен убедиться, что ты примешь лекарство, а не понесешь продавать в торговые ряды. Также я обязан отчитаться о потраченном препарате и доложить о твоем прогрессе в Ши. Если результатов не будет… его сиятельство будет недоволен.

О, до Сати начало доходить. Ли Кон хотел прибрать к рукам дорогой препарат. Вполне в его духе.

— Я передумал. Не нужна мне никакая Таблетка небесной мудрости. Несите еще одну Пилюлю желтой крови. Доведем Цунь до максимума!

— Как пожелаешь, ученик. Но не забывай про закалку тела. Огнестойкость тоже важна.

Через некоторое время инструктор вернулся с новым препаратом. Ли Кон закинул пилюлю и проглотил со странным хрустом. Затем его высочество направилось на полигон. Его распирало от энергии. Девушка собралась на отдых после ночной смены, но внезапно ее нагнал Ли Кон и что-то вручил, незаметно от чужих глаз. Сюзерен убежал, и Сати раскрыла сжатый кулак. На ладони лежала отломанная половинка от Пилюли желтой крови.

Девушка в шоке уставилась на бегущего по стадиону господина. Он ничего не сказал, но здесь и без слов все было ясно. Он предлагал ей помощь в развитии Цунь. Сати находилась на пороге овладения телесной гармонией, так что половины препарата ей должно хватить для закрытия пути Цунь на данной ступени.

Некоторое время девушка смотрела на слегка влажную желтую половинку пилюли, которая только что побывала во рту сюзерена. Не будет ли это чем-то постыдным? Бхоль решила, что сон после ночной смены и этичность не так важны, и незаметно проглотила препарат. Энергия и неприятные покалывания, разлившиеся по телу, мгновенно прогнали сонливость. Впервые ученица пользовалась духовным препаратом. Сати не была готова к таким эффектам, но тратить время впустую не стала. Переодевшись в тренировочное кимоно, она отправилась на полигон, благо ей разрешили заниматься рядом с сюзереном.

Вскоре слуги принесли специальную питательную еду для тренирующегося принца. Сати поняла, что тоже сильно проголодалась.

— Давай тоже подкрепись! — махнул ей рукой Ли Кон.

Бхоль повиновалась и подошла к столам с подносами, полными вкуснейшей пищи. Пока она насыщалась, инструктор Ян бросал на нее крайне подозрительные взгляды. Но они с господином хранили стойкое молчание.

День прошел в чудовищных нагрузках, но Сати радовалась своему прогрессу. Хинью догадался, скорее всего, поскольку иначе объяснить повысившуюся выносливость вассала было невозможно, но он не стал поднимать шум. Скорее всего, ему бы самому досталось.

К вечеру энергия начала потихоньку иссякать. Лишь целой пилюли хватало на два дня тренировок, половинки еле хватило на день. Ян был недоволен эффектом и сказал, что в следующий раз его высочеству надо больше стараться. Впрочем, развитие Цунь Сати и Ли уже почти достигло максимума. Стараться так сильно больше не требовалось.

Хинью отпустил Ли Кона, и Сати наконец смогла выгадать момент, чтобы обратиться к нему без лишних ушей:

— Господин Кон, зачем?

— Что зачем? Пилюлей поделился? Так чем сильнее вассал, тем сильнее господин, — пожал он плечами.

— Благодарю вас за дар! — поклонилась она.

— Пустое. Все равно на халяву досталось. В теории можно было бы продать, но лучше на прокачку слуги потратить. Осталось лишь в баньку сходить, чтобы закалиться как следует, — проговорил Ли Кон. — Говорят, здесь классные термы. Составишь мне компанию?

— Конечно! — ответила Сати, не подразумевая под этим ничего интимного.

[Ли Кон]

Свидание в термах обломалось. Оказалось, Сати имела в виду, что пойдет со мной как телохранитель. Ученица осталась ждать меня в приемной терм в полной экипировке на случай внезапного нападения. Вместе с Сеном и Сином. Если переводить в привычные деньги, наверное, я потратил на нее уже несколько миллионов. Впрочем, я не сильно переживал. Легко пришло — легко ушло. Ну а если Сати достигнет ступени Бойца, я буду чувствовать себя под более надежной протекцией.

Дворцовые термы оказались поистине роскошным местом. Предназначались они только для членов рода и влиятельных гостей. Сейчас мало кто ими пользовался. Хорошо, что я предварительно посетил старика из кочегарки, а то термы функционировали лишь частично. Дед подал воду во все залы.

Я не знал местных правил посещения бань, поэтому попросил объяснить. Как оказалось, и здесь принято накидывать сверху тонкий халат. Обнажаться полностью считалось неприличным, тем более многие залы терм были общими.

Я повиновался, накинул халат сверху и отправился исследовать разные залы. Где-то нашлось нечто похожее на сауну, другое место напоминало хамам с паром, имелся и небольшой плавательный бассейн, уютные залы закалки для разных ступеней практиков и даже нечто похожее на горячие источники.

В одном из помещений я обнаружил округлый небольшой бассейн. Вода булькала и пузырилась, паром заволокло всю комнату. Подойдя поближе, я с удивлением заметил меж белых струй знакомое личико. Аловласая и розовокожая Ния Хелсс расслаблено сидела в кипящем бассейне. Темные язычки пламени и пар мешали рассмотреть ее фигуру как следует. Насколько я понял, тело ее было прикрыто слоем духовной энергии.

— Как ты сюда попала? — спросил я.

— У ифритов есть свои способы, — проговорила она с усмешкой. — Ну что, еще не созрел для заключения контракта? Так понимаю, тебе надо вскорости выиграть на турнире у бойцов багровой касты. Серой душе будет сложно это сделать.

— М-да? — неопределенно произнес я.

— Лишь я могу за отведенное время успеть сделать из тебя багровую касту. У ифритов есть особенные духовные препараты и способы развития, которые жалким людишкам и не снились! Причем, без серьезных побочных эффектов! Всего лишь скажи да, и перед тобой откроются огромные возможности: победа в турнире, признание отца, прекрасная невеста, а в перспективе и своя провинция. Мы и это можем организовать.

— И что взамен потребуете? — хмыкнул я. — Мою душу?

— Ч-что? Душу? Нет, конечно, как ты мог такое подумать. Хо-хо-хо…

Ифритка нервно засмеялась, так что мне даже показалось, что я попал пальцем в небо.

— Из тебя никудышный дьявол, сестрица Хелсс. Старайся лучше. Вот за пачку пельменей, может, я бы и продал душу.

— Пель-мени? Что это такое? — заинтересовалась она.

— Пища богов… Я присоединюсь к тебе, если не возражаешь? Только в этом халате в воду лезть глупо…

Я снял кочергу с пояса, расставаться с которой опасался, после чего разделся догола.

— Ч-что ты творишь, человечишка?! — прикрыла она стыдливо лицо. — Как смеешь оголять свои жалкие телеса пред великой наследницей домена Хелсс?!

Ифритка выскочила из воды, после чего превратилась в сгусток алого пламени и вылетела из зала. Вскоре ифритки и след простыл.

— Чего тут такого, — пожал я плечами и полез в воду.

После мисс Хелсс вода в бассейне продолжала кипеть. Хоть я и прошел через закалку, но такая температура все еще для меня была вполне чувствительной. Тем не менее, я решил совместить приятное с полезным и забрался в бассейн.

— Аж воспылал! — ахнул я.

Кожа покраснела из-за горячей воды. Я стал словно вареный рак. Вскоре мне удалось привыкнуть к жару, да и вода постепенно остывала. Я прям чувствовал, как закалка в кипящем бассейне прокачивает Цунь. Тоже довольно эффективный метод на начальных ступенях. Наверное, на этапе Бойца уже придется использовать пароперегреватель, чтобы повысить температуру. Или на углях закаляться словно шашлык в мангале.

Я с наслаждением потянулся и развалился в бассейне. Самое то попариться после тяжелого тренировочного дня. Лишь одно меня огорчало:

— Чего девицы здесь все такие целомудренные?

Я проинспектировал все залы дворцовых терм с большим удовольствием, не забыв и про залы закалки. Жаль веников с собой не захватил. Леса поблизости не было, а рвать ветки с деревьев в саду мне казалось не лучшей идеей. Довольно долго продержался в зале закалки для Бойцов, но не смог противостоять жару в течение требуемых двух часов. Чуть сознание не потерял. Все же мне надо еще немного закалиться перед переходом на новую ступень.

После очередного напряжного дня Цунь и терм я был полностью измотан. Да и Сати имела круги под глазами от недосыпа и тяжелой тренировки.

— Отдохни сегодня нормально, — посоветовал я.

— Но как же ваша безопасность, господин…

— Сен и Син присмотрят. Они преданы гуну. Если бы отец хотел меня убить, я бы уже давно был мертв.

С помощью Чинсука мы легко выбили гостевой номер по соседству с моим, куда и поселили Бхоль. Все равно пустовал. Я настолько за день набегался, что совершенно забыл о маленьком осколке Пилюли желтой крови, которую сохранил для Чебуля. Как я понял, духовные препараты для животных следовало давать по весу, ну а Чебуль был мелким зверьком размером с белку.

Утро началось со ставшей привычной побудки от наставника. Ян сделал попытку предложить мне препарат для Дао, заверив, что на этот раз он лично убедится в том, что я приму лекарство полностью. Пришлось отказаться. Портить свое Дао мне не хотелось.

Цунь: 96 %

Ши: 4 %

Дао: 39 %

Мы с Сати отправились на тренировку. Физическая часть была короткой, поскольку уже не требовалось рвать жилы. Учитывая, что я отказался от препаратов, развить Ши или Дао в короткое время не представлялось возможным. Поэтому оставалось лишь два аспекта для совершенствования: боевые искусства и духовные техники. Начали мы со спаррингов. Хинью старался давать мне советы, но было понятно, что за столь короткий срок он не ожидает от меня выдающегося результата.

Чуть позже на полигон заявился младший брат Сунь, который редко пропускал тренировки.

— Убожество… — донеслось от него презрительное.

— Ты что-то сказал, младший брат? — остановил я бой с партнером.

— Ничего, брат Ли…

— Постой! — окликнул я Суня.

Младший из семейства Кон Чай также находился под подозрением, поскольку имел доступ к посылке. Мне следовало поговорить с ним по душам. Я подкинул кочергу в воздух и ловко поймал за рукоятку из кожи змеехвоста.

— Нам надо побеседовать кое о чем.

— Зачем мне говорить с Сумасшедшим Ублюдком? — скрестил он руки на груди.

— Выбирай выражения, мелочь! Взамен я научу тебя Сумасшедшей Закалке Ли!

— Учиться у позора семьи? Еще чего!

— Так, малой. Не беси меня!

— Хорошо. Если ты победишь меня в поединке, я уделю тебе время, брат Ли. Бой без использования духовной энергии.

— Идет! Я могу взять свое личное оружие?

— Хм, у твоей, гхм, кочерги, сложноуловимая особенность. Наверняка будешь жульничать. Поэтому только тренировочное оружие.

— Как скажешь.

Я взял деревянный клинок для Рекрутов — они были немного тяжелее стандартных. Взмахнул несколько раз, привыкая к форме и балансу. Было дико непривычно.

Ян вызвался судьей на нашем тренировочном поединке. Он же и объявил о начале. Мы скрестили наши тренировочные мечи, издавшие глухой деревянный звук удара. И принялись фехтовать, пытаясь пробить брешь в обороне.

Сунь был почти одного со мной роста и уже в плечах, имел аналогичный моему ранг Рекрута, однако двигался уверенней, а его атаки неизменно находили слабые места в моей защите. Все же этого парня обучали с детства. Кое-какая мышечная память от Ли Кона у меня осталась, но по большому счету я тренировался меньше двух местных месяцев. Лишь благодаря грубой силе и сноровке удавалось держаться с ним на равных. Будь со мной родная кочерга или духовный щит, я бы давно проломил его оборону. Пришлось вспомнить все, чему меня учил Токфу и чему успел научить Хинью. Но это помогало слабо. Разве что умение быстро перебирать ногами спасало от разгромного проигрыша.

В тренировочном поединке существовали свои правила. Удары в голову давали по три очка, в грудь или живот — по два, в конечности и другие части тела — по одному очку.

— Бой окончен! — проговорил Ян. — Двадцать очков в пользу его высочества Сунь Кона против семи очков у его высочества Ли Кона! Победитель — Сунь Кон!

— Учись прилежно, брат Ли, — с усмешкой проговорил паршивец и отправился на тренировку.

— Учитель Хинью, я должен надрать задницу этому мелкому засранцу!

— За столь короткий срок невозможно подтянуть ваш уровень, но я приложу все силы, ученик Ли!

И я принялся за тренировки с удвоенными усилиями. Слушал наставления Яна, спрашивал совета у Сати, не гнушался уроками и от других гвардейцев, пускай они меня и недолюбливали. Сунь сумел вывести меня из себя. Поражение отлично мотивировало. Складывалось впечатление, что без кочерги и духовного огня я ничего не стоил. До изнеможения я отрабатывал стойки, связки и отдельные удары, не стонал на изнурительных поединках с разными оппонентами. Тело мое вскоре покрылось многочисленными синяками от ударов, но Бальзам быстро справлялся с такими повреждениями.

Несмотря на необходимость в уроках фехтования, я не забывал и про второй компонент — духовные техники. Сати меня учить отказывалась, на стороне учителя найти было крайне сложно или дорого. Поэтому мне следовало взять максимум от дворцовых мастеров. Не уверен, что смогу найти где-нибудь сервис подобного уровня. Поэтому тренировочный день я посвятил урокам фехтования и обучению духовным техникам.

Обучать меня взялся Ян, владевший многими интересными приемами. Самым простым в освоении из атакующих техник считался духовный Разрез. Хинью объяснил мне, как достичь нужного оттенка или спектра огня, показав на своем примере. Лезвие покрывалось тонким слоем упорядоченной огненной стихии, а при контакте с объектом сходу высплескивало всю свою энергию. Требовалось создать нечто плотное, но не до уровня духовного щита. Большая часть энергии хранилась внутри оружия, на лезвии же наносился специальных огонь, концентрирующий излишки и выбрасывающий их в одной плоскости. Хинью мог даже небольшой камень разрубить своей техникой. Да и Сати владела приемом на должно уровне.

Первый день я пробовал повторить духовную технику, но почти сразу столкнулся с глухой стеной. Кочерга не имела длинного лезвия. Я попытался сконцентрировать духовный разрез на краю сгиба или просто на одной из граней оружия. Что-то похожее на духовный разрез получалось, однако мощь удара оставалась ничтожной. Вместо разового высвобождения получался скорее долгий и хаотичный выплеск духовного огня вместо мгновенного и направленного.

Следующий день не принес побед против младшего братца.

— Бой окончен! — проговорил Ян. — Двадцать одно очко в пользу его высочества Сунь Кона против двенадцати очков у его высочества Ли Кона! Победитель — Сунь Кон!

— Тц, завтра я разделаю тебя, Сунь! — проговорил я, пытаясь отдышаться.

— Хм, кое-чему тебя смогли научить. Но этого слишком мало!

Хмыкнув, паршивец удалился на тренировку. Я с утроенными усилиями впрягся в изучение боевых наук. Несколько часов посвятил и духовным техникам. Разрез показался мне бесперспективным направлением, так что я попросил научить меня Барьерной ауре. Техника не самая сложная в освоении, но полезная. Духовный щит давал неплохую защиту, но оставлял слишком много открытых мест. Боль от вытаскивания отравленного арбалетного болта из бока все еще эхом прокатывалась в моей голове. Оружие не требовалось, так что рано или поздно я сумею освоить технику. Хорошо бы успеть к началу турнира. Сати заверяла, что у меня уйдут месяцы, но то же самое она утверждала и про греющую ауру. Истинному кочегару не составит труда изучить новую технику, ведь в его душе горит первородный огонь!

Барьерная аура была в чем-то схожа с греющей. Требовалось выпускать духовную энергию из каждой клеточки тела, формировать слитный заслон. Вот только правильный тип огня подобрать оказалось непросто. Цвет, плотность и фактура не всегда давали подсказку. Видеть барьерный огонь и повторить его — не одно и то же. Это как пытаться разгадать чужой фокус, не имея возможности рассмотреть его со всех сторон. Приходилось действовать наугад и пробовать разные виды огня.

— Бой окончен! — проговорил Ян на следующее утро. — Двадцать два очка в пользу его высочества Сунь Кона против пятнадцати очков у его высочества Ли Кона! Победитель — Сунь Кон!

— Отрыжка хургла! Почти удалось…

— Хм, а ты не так уж плох, братец Ли, — смахнул выступивший пот Сунь. — Если бы ты так серьезно занимался раньше, мог бы достичь значимых высот.

— Еще не вечер!

— Тебе на днях уже пора отправляться в Лонглин. Но можем продолжить наше соревнование после турнира. Если ты вернешься с него живым, конечно.

Наверное, это было неправильно, но я снизил количество часов в тренировке Барьерной ауры, сосредоточившись на фехтовании. Я обязан был проучить сопляка до отъезда. Весь день я потратил на спарринги и отработку ударов под руководством Яна. Даже Сати сжалилась и дала несколько советов.

Отец редко появлялся во дворце. На тренировочной площадке я его не видел ни разу. Подготовка к войне занимала все его свободное время. От фронта до Ханкина на специальных скакунах под допингом курьеры могли добраться менее чем за сутки, так что гун получал относительно свежую информацию о ходе боев.

Ближе к ночи я отправлялся в термы и проводил время в баньке для Бойцов. Надеялся искупнуться с ифриткой, но она в термах больше не появлялась. И на третий раз мне наконец удалось продержаться два часа в зале закалки! Это значило, что в плане Цунь я подготовился к переходу.

На следующем тренировочной поединке с Сунем я выложился на полную катушку. К деревянному мечу за это время успел привыкнуть, плюс освоил новые удары, которые с кочергой провернуть сложнее. Быстрые уколы в бою без использования духовного огня были крайне полезны. Мы с братцем вымотались полностью. У меня почти вышло на этот раз.

— Двадцать очков у Сунь Кона против девятнадцати у Ли Кона, — уведомил Хинью. — По правилам один из противников должен набрать разницу в два очка. Бой!

О, еще есть шанс! Получив возможность продолжать бой, я не стал бросаться вперед сломя голову. А вот Сунь отчаянно желал унести с собой очередную победу. Проигрывать ему крайне не хотелось. Мне удалось поймать парня на контратаке и засадить по руке. Ян засчитал очко, и мы сравнялись в позициях. Малолетний принц тогда совсем слетел с катушек и принялся активно наступать, желая вытеснить с ринга или нанести удар в критичное место. Но лишь напоролся на мой клинок, ударивший его в голову. Меч противника же я принял на руку. Таким образом я получил три очка, а Сунь всего одно.

— Бой окончен! — с нескрываемым изумлением оповестил Ян. — Двадцать три очка в пользу его высочества Ли Кона против двадцати одного очка у его высочества Сунь Кона! Победитель — Ли Кон! Поздравляю, ученик!

— Ф-ух, спасибо…

— Всего лишь везение… — пробурчал брат.

— Так ты исполнишь обещание?

— Пожалуйста. О чем ты хотел поговорить?

Мы отошли в сторонку. Я внимательно следил за выражением лица младшего Суня. Он выглядел человеком, который мог соврать, вот только врать еще не умел. Дай и На же врать умели, но говорить ложь считали ниже своего достоинства. Я на это надеялся, по крайней мере.

— Ничего не знаешь про Утренние слезы?

— Что? Вино, которое делает брат На?

— Кувшин, который отправили мне в посылке…

— А что с ним?

— Вино было отравлено.

— О-у, не думал, что брат На пойдет на такой резкий шаг… — проговорил Сунь задумчиво.

— Он отрицает свою причастность.

— Так ты меня подозреваешь, брат Ли? Не буду скрывать, я считаю тебя позором рода. Лучше бы ты сгинул где-нибудь на чужбине и не возвращался в Чайфу. Не думаю, что смогу тебя в чем-то убедить, но я не имею отношения к отравленному вину.

Сунь говорил холодно, но я не чувствовал фальши в его словах. Окончательный вердикт ставить рано, а доказательства найти оказалось не так просто. В любом случае, еще надо поговорить с мачехой. Я не знал, как подступиться к Юйвин, которая также выказывала ко мне открытую неприязнь. Решил не ходить вокруг да около, не вызывать на поединок, а попросить о приватной встрече. Для этой цели заслал Сина… или Сена, поди разбери этих близнецов. Юйвин ответила согласием, назначив время на обед следующего дня.

После победы над Сунем гвардейцы стали относиться ко мне с немного большим уважением, чем раньше. Больше не старались достать меня побольнее на тренировке.

Вечером я снова посетил дворцовые термы. Пусть с закалкой в целом покончено, отдохнуть здесь после трудного дня все равно приятно. Так и не удалось уговорить Сати составить мне компанию. Когда б она еще побывала в таком классном заведении? По-видимому, девушка опасалась оставаться наедине с Ублюдком Ли в подобном окружении.

На этот раз я избрал местом отдохновения горячие источники — красиво оформленный необработанными валунами бассейн с горячей водой, пахнущей чем-то серным. Запах был не самым приятным, но в целом атмосфера и теплая вода успокаивали. Если горячая вода соприкасается с огненной стихией где-то глубоко под землей, возможно, именно здесь ифритка проникла во дворец. Просочилась по термальным источникам, словно, кх-м, по трубам.

— Ф-ух, — вздохнул я расслаблено, смежив веки.

На расследование истории с отравлением времени катастрофически не хватало. Выезжать за пределы дворца тоже не слишком хотелось после случившегося.

Легкое шуршание прервало медитативное состояние. Я открыл глаза и посмотрел, кто это решил составить мне компанию. Иногда термы посещали офицеры. Слуги-уборщики тоже нередко ходили по залам.

Однако в арке входа в зал показалась непонятная фигура, завернутая в темные одежды. Капюшон и плотная маска скрывали голову и лицо, оставляя лишь узкую полоску для глаз. Натуральный ниндзя.

— Ничего личного, — произнес незнакомец глухо. — Просто работа.

После чего человек в маске бросился в мою сторону, обнажив длинный и узкий клинок, похожий на рапиру. Лезвие блестело чем-то зеленоватым — вероятно, ядом. Я вспомнил это оружие, поскольку видел его ранее в городе, когда к банде Твердолобого Хао присоединилось несколько человек в масках. Видимо, убийца решил закончить начатое.

Оружие уже летело мне в шею, но я выставил на пути клинка свою кочергу, которую скрытно держал в воде. Учитывая, сколько посторонних шастает в термах, я решил брать оружие с собой.

— Тревога! — крикнул я, привлекая внимание слуг и стражей.

Горячие источники находились далековато от входа, где дежурили мои телохранители. Но зря тип решил в одиночку выступать против Сумасшедшего Ублюдка Ли. Таких Бойцов я ел на завтрак.

Убийца ничего не сказал. Просто молча принялся фехтовать, пытаясь достать меня отравленным оружием. Асассин владел багровой барьерной аурой, а также защищался крепким металлическим наручем. Двигался стремительно и ловко. Я старался принимать рапиру на духовный щит, однако она порхала довольно быстро. Сравнительно со скоростью моей кочерги под ускорением. Мы обменялись несколькими ударами, пылая духовным огнем.

Противнику удалось пробить щит и уколоть меня в левую руку. После чего по телу сразу стало распространяться неприятное онемение. Оппонент не собирался давать мне спуску, продолжая наседать. Я понял, что должен придумать что-то быстро, иначе горячие источники станут местом смерти наследного принца-кочегара.

— Злодни, бой! — выкрикнул я.

— Оплатишь стократ, человек, — буркнул дух из амулета и исторг из себя огненный луч белого цвета.

Убийца пропустил часть удара мимо, умело уклонившись. Оставшейся силы хватило лишь на то, чтобы пробить его защиту, потрепать одежду и немного обжечь.

— И это все?!

— Неблагодарный человечишка! — возмутился Злоднегрисс.

Ассасин снова сблизился, связав меня боем. Вспомнив про изученный прием, я парировал очередную атаку убийцы и резко сдвинул кочергу, зажав оружие между сгибом и основанием. Противник растерялся на секунду, и мне этого хватило. Я потянул застрявшее оружие на себя с силой и затем ударил оппонента по лицу клешней, напитав ее предварительно серым огнем. Ниндзя получил смачную оплеуху и отлетел назад, выпустив свое оружие из рук.

— Безмерный Фанши!

Ниндзя принялся убегать из зала горячих источников. Мое самочувствие же из-за яда оставляло желать лучшего, поэтому я не стал его преследовать. Вспомнив свои тренировки в лесу, я как следует напитал кочергу духовным огнем и с силой метнул. Удар пришелся в основание черепа. Что-то хрустнуло, серый огонь брызнул в разные стороны. Кочерга отскочила и с глухим звуком упала на плитку пола.

В зал ворвались мои телохранители, наконец подоспевшие на шум. Однако ниндзя был уже мертв. Густо покраснев при виде меня, Сати покинула зал, оставив разбираться с остальным Сена и Сина. Я быстро выпил противоядие, достав склянку с огненного измерения. Стало полегче. Решив, что негоже добру пропадать, я уселся нагишом рядом с погибшим и принялся поглощать вылетающие искры души.

— Спасибо за угощение, кто бы ты ни был!

Чинсук вместе с гунским сыскарем возглавили расследование. До ночи я участвовал в проверках и следил за допросами. По всей видимости, кто-то из охраны пропустил убийцу внутрь. Однако детектора лжи здесь не существовало. Разве что клятвы Дао, оставляющие рубцы на душе. Но когда на кону стоит твоя жизнь, и не в таком поклянешься.

Принадлежность к какой-то группировке также определить не удалось. Скорее всего, обычный наемный убийца, которому кто-то меня заказал. Я не стал вмешиваться в работу профессионалов. Тем более никаких особых зацепок не нашлось.

Утром я договорился о плате со Злоднегриссом и отдал долг. Дух с полной искренностью уверял, что его атака была значимой и решила исход поединка. Но мне удалось значительно снизить стоимость его услуг. Сати, Сен и Син поделились с ним духовной энергией, так что вопрос оплаты закрыли.

Также я потратил несколько часов на шлифовку техники Барьерной ауры. Успеха добиться пока не удалось. Аура больше грела, нежели защищала от физических ударов. Вообще, огонь и не должен быть материальным, но духовное пламя представляло из себя нетривиальное явление. Время моего пребывания во дворце подходило к концу, а я так и не смог освоить ни одну новую технику. Но хоть Цунь развил, да фехтование подтянул.

К обеду я нарядился в свое парадное ханьфу. В кармашке повседневного наряда нашел небольшую бумажку с осколком от Пилюли желтой крови.

— Точно! Я же хотел Чебуля прокачать… Иди сюда проглот, для тебя есть лакомство…

Хургл, заслышав слово «лакомство», прискакал буквально из ниоткуда. Желтая крошка исчезла в пасти моментально. Чебуль остался недоволен тем, что угощение такое безвкусное и маленькое.

— Присмотри за ним, — кивнул я Сати.

Сам же отправился на запланированную встречу с Юйвин. Мачеха назначила чаепитие в беседке на улице. Странное решение. Понятно, что зима шла на спад, а мы оба являлись пламетворцами. Но устраивать посиделки на улице как по мне пока не стоило. Вероятно, это какой-нибудь особенный знак на языке аристократов. Холодный прием или типа того. Может во дворце у каждого зала приемов имелся собственный тайный смысл, но мне было лень разгадывать шарады.

— Пасынок Ли, ты пришел без опозданий, что само по себе удивительно, — поприветствовала меня женщина, когда я подошел к беседке.

— Пунктуация — мое второе имя. Точнее, пунктуальность…

Юйвин поджала губы, но не стала акцентировать внимание на моей оговорке. Я устроился за столом в беседке напротив мачехи. Возраст над второй супругой отца был совершенно не властен. Ни одна морщинка не омрачала гладкое лицо первой леди провинции. Юйвин Кон была настоящей красавицей, но все же я решил, что не стоит использовать мачеху в качестве Якоря Ши…

[Сати Бхоль]

Не посоветовавшись с ней, господин вдруг скормил проклятому хурглу небольшую порцию Пилюли желтой крови. Зверек сразу же принялся носиться по дворцу, крушить дорогие вазы, портить когтями изысканные гобелены. Сати избегала половину дворцового комплекса, ей пришли на помощь солдаты, однако поймать резервный паек не удавалось. Хургл под усилением прыгал на десяток шагов, перемахивая с люстры на карниз, с карниза на портьеру, гобелен или цеплялся за крохотный шов между мраморными блоками колонн.

Посоветовавшись с солдатами, они решили использовать котов, которые следили за тем, чтобы во дворце не завелись вредители вроде хурглов. Оказывается, на острове обитал один крупный чешуйчатый кот по прозвищу Пират, имевший ступень Бойца. О чудовищном питомце ходили слухи и за пределами дворца. Не стоит считать, что кот-Боец будет равен по силе человеку-Бойцу. Скорее он походил на малого духа той же ступени, разве что более резвый благодаря материальному телу.

Пиратом оказался одноухий бывалый котяра со шрамом и багровыми полосами шерсти по бокам. Им удалось заманить Пирата в нужную часть дворца. Но, как показала практика, затея была не слишком удачной. Наевшийся препарата Цунь хургл носился как ошпаренный, и кот не мог его догнать. При это Пират также крушил все на своем пути, а благодаря весу и огненному багровому дыханию он мог наделать больше вреда, чем пользы.

В один из моментов хургл вместе с котом выскочили наружу. Сати с солдатами последовали за ними и вскоре прибежали к беседке, в которой обедал господин со своей мачехой. Чебуль, вероятно, сильно проголодался после метаний под усилением. Почуяв еду, он прыгнул на стол, предварительно забравшись на плечо самой супруге гуна. Сати ахнула от такой наглости, кляня себя и сюзерена почем свет стоит про себя. Но на этом ужасы не закончились.

— Что происх… — успела произнести его сиятельство Юйвин, повернувшись.

Пират решил пойти тем же путем и совершил прыжок. Вот только вместо плеча приземлился госпоже прямо на лицо. Когти вонзились в кожу, Юйвин Кон из рода Чай закричала. Пират от страха исторг слабое огненное облачко ей в лицо и отпрыгнул в сторону. Чебуль, добравшись до еды, принялся обносить тарелки и жадно запихивать себе в рот все, что выглядело съедобно.

Конечно, виноват в случившемся господин Кон, что не предпринял никаких мер предосторожности, но именно ей было поручено следить за питомцем. Сати застыла на месте в напряжении, поняв, что за такой проступок она может поплатиться своей жизнью…

[Ли Кон]

Юйвин ответила, что ей ничего не известно про отравленное вино. Ни единый мускул не дрогнул на ее лице. Вела разговор супруга гуна велеречиво, спокойно и с достоинством, не выказывая ярких эмоций. Сложно было сказать — то ли она надела лживую маску, то ли просто таким образом выказывала мне свою неприязнь.

Как вдруг произошло событие, нарушившее нашу мирную беседу. Охранники супруги гуна, дежурящие неподалеку, не успели прийти на помощь. Бешено скачущий Чебуль запрыгнул на стол, а преследующий его какой-то боевитый кошак запрыгнул на лицо Юйвин. Исцарапал и спалил правую бровь багровым огненным плевком.

Сказать что Юйвин разозлилась, значит не сказать ничего. Жена Дая пришла в неописуемую ярость. Она попыталась ударить кошака серым огнем, но тот уже сам спрыгнул на стол. Чебуль, опрокинув чайник и пробежав по обеденным блюдам, спрятался на моем плече. Мне пришлось доставать кочергу и отмахиваться от целеустремленного чешуйчатого кота. Удалось сбить зверя со стола. Его прыть поутихла, и кошак отправился зализывать раны.

— УБЛЮДОК ЛИ!!! — взревела Юйвин голосом раненого тюленя. — Твоего гадкого хургла пора скормить дворовым псам!! Как и твою прислугу, что не смогла уследить за питомцем! Я сама придушу обоих!!!

Женщина посмотрела на меня гневно. В ее глазах плескалось безумие. Побагровевшее, исцарапанное и однобровое лицо выглядело так, словно дама побывала в натуральном аду.

— Еще чего! Я не дам Чебуля и Сати в обиду! А за случившееся прошу извинить…

Мои слова не смогли успокоить разъяренную Юйвин.

— Ты мерзкое, паршивое насекомое с еще более гадким питомцем — презренным хурглом! Ты должен был умереть!!!

— О-хо, «должен был»? — оскалился я. — Так это все ваших рук дело, маменька?!

Юйвин наверняка поняла, про прокололась, но дама проигнорировала мое обвинение и попыталась выкрутиться:

— Должен был сгинуть в своей глуши в какой-нибудь кабацкой драке. Ты недостоин даже уборные чистить во дворце, не то, что называться наследником трона Чайфу! Я сообщу обо всем Даю, и тебя с позором изгонят из рода! Души твоей здесь больше не будет! А если повезет, то и без головы останешься, ублюдочный мальчишка! Отправишься вслед за своей поганой матерью!

Женщина ударила по столу, распространив вокруг серый огонь, после чего спешно направилась в сторону дворца. За ней следовала пара фрейлин и телохранители, которые так и не смогли изловить убежавшего кошака.

— П-простите, господин Кон, — произнесла Бхоль виновато.

— За что? Наоборот, я спасибо сказать должен тебе с Чебулем. Вам удалось вывести мачеху Юйвин на чистую воду. Однако нам надо придумать, как объясниться с гуном. Наверняка она ему гадостей про нас наговорит… — задумался я. — А лучше — найти доказательства.

Чинсук подоспел на разбирательства. Возле беседки собралась небольшая процессия, решая, как поступить с совершившим кощунство котом. Вступиться за него было некому. Хоть он и гонялся за Чебулем, мне стало жалко животину. Я встал на сторону кошака. Хотя, если Юйвин упрется, придется хвостатого увозить подальше от дворца. Не то жестокой участи ему не избежать.

Впрочем, меня судьба чешуйчатого интересовала во вторую очередь. Юйвин покинула дворец на своем дилижансе, отправившись к правителю. Дай на этот раз проводил смотр поступающих войск на окраине столицы, поэтому следовало спешить.

— Дядя Чинсук, мы должны обыскать покои мачехи Юйвин!

— Ваше высочество, мы не имеет права вторгаться в покои его сиятельства! — покачал он головой.

— В таком случае я ни в какой Лонглин не поеду! Решайте: вам важнее приватность гун-эр или война на два фронта?

Советник вспотел:

— Я не имею права решать подобные вопросы. Лучше дождаться возвращения гуна…

— Бесхребетный слизняк. Я сам пробьюсь внутрь!

— Стойте! Ваше высочество!

Я направился во дворец, и обеспокоенный Чинсук двинулся следом. Пришлось проплутать немного, но в итоге я отыскал вход в личные покои супруги гуна, охраняемые двумя практиками.

— Сюда запрещено входить без приглашения!

— Мое приглашение всегда со мной! — произнес я, достав кочергу с пояса.

Охранники напряглись.

— Всем сохранять спокойствие! — проговорил Чинсук. — Как личный советник гуна я беру ответственность на себя!

С трудом, но охранников удалось уломать без применения насилия. Не теряя времени, мы прорвались внутрь и принялись обыскивать роскошные покои, состоящие из нескольких соединенных помещений. Спальни, большого будуара, рабочего кабинета, ванной и гардероба. Сати пришла мне на помощь, но остальные предпочли держаться подальше. Мы с Бхоль залазили в шкафы, обыскивали тумбы, комоды и столы. Я, можно сказать, поставил на кон все. Если никакого компромата найти не удастся, судьба моя будет незавидной.

Нашел стопку писем, которыми Юйвин обменивалась с родителями из родной страны. Полистал, но ничего интересного не обнаружил. Слишком много времени уйдет читать все документы. По идее не будет дама хранить секретную информацию без защиты.

Простукав ящики стола, мне удалось найти секретное отделение. В нем лежали какие-то юридические документы на владение землей. Не уверен, что это так важно, но захватил на всякий случай. Я продолжил вместе с Сати обыскивать покои, но ничего крамольного не находилось.

Чебуль носился как угорелый после получения дозы Пилюли. Искал еду, проглот мелкий. Чуть чернилами не закусил. У меня не было времени, чтобы следить за ним пристально, но в один из моментов Сати заметила, что хургл вцепился в маленькую декоративную планку коготкам и отчаянно пытался оторвать.

Я внимательно изучил заинтересовавшее Чебуля место, но не смог понять, как активировать механизм. Терять мне было нечего, так что я ударил кочергой и разломал преграду.

— Ваше высочество, остановитесь! — ахнул Чинсук.

Используя кочергу в качестве лома, мне удалось отогнуть металлическую пластину скрытого тайника. Всегда знал, что кочерга — лучшее оружие: практичное, убойное и многофункциональное. Внутри обнаружилось несколько писем и склянок. Я быстро пробежался по тексту, но мне он ничего не говорил. Возможно, какие-то внутренние интриги. Зато одна из склянок опозналась как:

Яд Пустынной Утраты

Уровень: Горный

Особенность: действует быстрее на 23 %

Особенность: безвкусный

— Кто-нибудь знает о симптомах Яда Пустынной Утраты? — спросил я у присутствующих.

— Высокая температура, слабость, тяжесть в дыхании, потеря памяти, — пояснил Чинсук.

— Похоже на мой случай? — уточнил я у Сати.

— Да, господин!

— Отлично. Преступник найден!

— Ублюдок Ли, ты что творишь в покоях матери?! — ворвался в помещение Сунь. — Выметайся отсюда немедленно!

— Как раз собирался…

В одно из окон мы увидели, как ко дворцу подкатила большая процессия из нескольких карет, дилижансов и кучи всадников сопровождения. Гун вернулся на остров из поездки.

Я двинулся ему навстречу, захватив компромат, за мной последовал ворчащий младший брат и остальные. Мы с отцом встретились в одном из широких коридоров. Дай выглядел хмурым и уставшим.

— Негодяй! — взвизгнула Юйвин. — Как ты посмел вламываться в мои владения! Ты не Ублюдок, а настоящее Чудовище! Всех причастных казнить немедленно!

Дама успела привести себя в порядок: излечила царапины от когтей и дорисовала бровь вместо уничтоженной. Вот мастерица! Маскировка — это то, в чем женщины всегда превосходили мужчин.

— Тихо, Юйвин, — обронил Дай тяжело. — Как все это понимать, сын Ли? Объяснись.

— Мачеха проговорилась о том, что ожидала моей смерти. Чтобы добыть доказательства, мне пришлось пойти на преступление и провести обыск в ее покоях. Приношу извинения за сей инцидент. Но взгляни что я нашел в тайнике, отец!

Я протянул склянку с ядом. Дай Кон взял предмет и внимательно осмотрел. Наверняка проверил духовной Сутью. Правитель поджал губы и повернулся в сторону Юйвин:

— Яд Пустынной Утраты? — проговорил он тяжело.

— Я не знаю, откуда это! Ублюдок подбросил мне яд!

— Есть куча свидетелей тому, что вещь была в ваших покоях, — заметил я. — Ваш сын может подтвердить.

— Мама, банка с ядом действительно находилась в тайнике, — нехотя признал он. — Не надо отрицать очевидное.

— Сунь! Ты должен быть на моей стороне! — вскипела дама. — Я старалась ради тебя! Чтобы ты перестал быть всего лишь жалким третьим принцем! Разве ты не мечтал о большем?!

Сунь нахмурился, как и Дай.

— Да, я всегда завидовал старшим братьям. Но устраивать покушение? Я не думал, что ты так поступишь, мама… — протянул он с толикой разочарования.

— Ли Кон всего лишь никчемный изгой! Ты сам говорил о том, что хотел бы отослать его подальше от Чайфу! — обратилась она к правителю.

— На использование подобной низости я бы никогда не дал согласия. Что дальше, жена? Убийство первого наследника, чтобы твой родной сын стал первым? Этого ты добивалась?

— Ни в коем случае, милый. Я всего лишь хотела избавиться от ненужного мусора…

— Ты совершила тяжкий грех, — покачал головой гун и вдруг откупорил склянку с ядом. После чего повел носом над мутной жидкостью. — Знакомый запах, даже несмотря на то, что прошло более пятнадцати лет. Этот яд ведь популярен в тех краях, откуда ты родом, не так ли?

Дай Кон положил свою крупную ладонь на плечо жены и зажег в ней багровый огонь, как любил делать с неугодными. Юйвин скривилась.

— Ч-что такое, дорогой? Я извинюсь насчет Ли Кона, если таково твое желание…

— Врачеватели пришли к выводу, что моя любимая Альси была отравлена Ядом пустынной утраты. Запах я буду помнить до конца моих дней.

Юйвин широко раскрыла глаза:

— Клянусь, я не имею к этому никакого отношения!

— А что насчет твоей родни? Отвечай правду, иначе твоя жизнь прервется здесь и сейчас! — рыкнул он.

Юйвин запаниковала:

— Мой отец обещал устроить мне роскошную жизнь! Но я не знала, что так получится! Я не виновата в смерти Альси!

— Мама… — шокировано протянул Сунь.

— Никчемный род. Слива от сливового дерева падает недалеко. Ты использовала те же самые методы, что и твой отец.

Юйвин упала на колени, ее плечо начало чернеть из-за сильного жара.

— П-пощади…

— Отец, прошу, помилуй мою мать… — несмело проговорил Сунь.

— Я сказал, что если она поведает правду, то сохранит жизнь. Но тебя будет ждать суровое наказание, Юйвин. Ваш род пал в глазах Чайфу ниже бездны Орока! Уведите ее и заприте в темнице! — скомандовал он.

Солдаты повиновались и увели обгоревшую супругу гуна.

— У меня и так полно забот, не хватало еще новых потрясений, — помассировал он переносицу. — Сын Ли, не думай, что я доволен твоими методами. Есть вещи, которые делать нельзя, как бы ни хотелось. Турнир Стального Кулака уже скоро. Ты отправишься в Лонглин завтра. Чинсук, присмотришь за тем, чтобы он не вел себя так, как он ведет себя здесь.

— Да, ваше сиятельство, — проговорил адъютант с, как мне показалось, обреченностью.

— Отец, ты ведь обещал, что лично проверишь мою подготовку, — напомнил я.

— Я знаю, что обещал. Но, как мне докладывали, ты смог одолеть Суня, а в его подготовке я не сомневаюсь. Я не рассчитываю на твою победу, сын. Главное — не ударь в грязь лицом и не опозорь меня перед соседями. Твоя рука… — он посмотрел на мою культю. — Если ты вернешься с триумфом, мы можем подумать над тем, чтобы пригласить заграничных целителей. Хоть это и обойдется нам в круглую сумму.

— Постараюсь, отец…

— Сейчас каждый боец на счету, а потому поедешь без большого сопровождения. Можешь взять дилижанс.

— Отец Дай, мы можем поговорить наедине? — попросил поникший младший брат.

— Конечно, Сунь. Если ты не принимал участия в планах матери, мое отношение к тебе не изменится…

Отец и сын удалились, остальные также начали расходиться. Многое случилось за этот день, но я рад, что удалось разобраться с отравителем и закрыть страницу этой истории. Судя по всему, мое отравление родичей не сильно волновало. Подумаешь, ублюдком одним стало бы меньше. Случившееся много лет назад с моей псевдо-матерью Альси меня не сильно волновало. Все же она для меня оставалась чужим человеком.

Но Юйвин свое получит так или иначе. Меня такой вариант более чем устраивал. Намеки на исцеление руки тоже радовали. Хоть идти под венец не слишком хотелось, придется мне выигрывать чертов турнир.

— Гя-уш! — Чебуль все еще носился рядом и выпрашивал еду.

— Ладно, пойдем накормим Проглота. Заслужил, бедствие ушастое.

— И Пирата, — добавила Сати.

— Пирата?

— Так кота зовут…

— Ах да, он тоже славно потрудился… — вспомнил я исцарапанное лицо мачехи.

Минула почти половина второго зимнего месяца. До нового года, который здесь активно праздновали, оставалось около двух декад. Наверное, я уже смирился с попаданием в новый мир и немного свыкся с местными реалиями. Ностальгия по Земле охватывала меня все реже. Многие современные вещи вроде электрочайника или интернета, которых мне поначалу сильно не хватало, ушли в прошлое. Фанши довольно быстро взял меня в оборот, не давая расслабиться. Зато и прогресс на месте не стоял. Мне, безусловно, хотелось стать сильнее. И чтобы помогать слабым, и чтобы люди говорили «Ублюдок Ли» только втихую, надеясь, что я не услышу.

Неплохо успел прокачаться за короткий срок благодаря гунским дарам и мастерам. Следовало еще решить проблемы с Ши и освоить новые техники, но всему свое время. Пирата забирать с собой не стали. Юйвин в темнице, ей не до мести мохнатой бестии. Да и кот в отличие от Чебуля вряд ли бы пошел за мной по своей воле.

Утром подготовленный к дальней дороге дилижанс выехал за пределы дворцового острова. В дорогу нам предоставили запас целебного Бальзама и несколько зелий против яда. Финансами заведовал Чинсук. Провожал нас только смотритель кочегарки, к которому я наведывался пару раз, так что отправились без всякой помпы. Отец собрался съездить на фронт, чтобы поднять моральный дух армии и размять свои косточки. Брат На оставался за старшего в столице на это время. С нами отправили в качестве сопровождения всего двоих всадников-Новичков. Сен и Син тоже обзавелись лошадьми, выполняя роль свиты к дилижансу. Помимо возницы с нами в Лонглин поехал приставленный ко мне Чинсук и, к моему удивлению, Ян Хинью.

— Не думал, что вы поедете с нами, учитель Ян, — заметил я.

— Решил, что я продолжу заниматься с тобой? — проговорил он с усмешкой?

— Разве нет?

— Могу дать несколько уроков, — кивнул он. — Но отныне мы с тобой конкуренты, ученик Ли.

— Вы будете участвовать в турнире?!

— Да, в этом году выбрали меня. Обычно дворец отправляет от пяти до десяти Бойцов на турнир Стального Кулака. Выбирают из гунской личной гвардии. В этот раз из-за военных действий официально будем участвовать лишь мы с тобой. Совсем никого не отправить было бы тоже неправильно. Так что, если повезет, мы с тобой может встретиться на ринге.

— Вы хотели сказать «не повезет»? — хмыкнул я.

— Ха-ха! Ты быстро растешь, ученик! Кто знает, чему еще научишься ко времени турнира. Так что не думай, что я буду поддаваться, если мы вдруг встретимся на поле боя!

— Именно то, что я сам собираюсь делать! Ученик превзойдет учителя! — воодушевился я.

— Жаль, что у нас не было достаточного времени, чтобы довести тебя до ступени Бойца. Возможно, тогда у тебя бы появились шансы на победу.

— Рано хороните Сумасшедшего Кочегара. Ступени ничто, огонь в котле души — все!

Вскоре мерный перестук колес по мостовой сменился грунтовым шелестом. Дилижанс покинул пределы Ханкина и направился на восток. Что ж, возможно в следующий раз я смогу познакомиться со столицей Чайфу поближе.

В кочегарке паромобиля мы менялись по очереди, тратя духовную энергию на нагрев воды. До Пепельного плато Лонглин, где будет проходить турнир, в обычном темпе дилижанса примерно неделя пути. Два дня оставалось в запасе. Мы не меняли лошадей, а потому, чтобы не загнать, не ехали слишком быстро.

Иногда я сменял возницу в кабине водителя. Мне нравилось самому управлять дилижансом. Но все-таки большую часть времени проводил в салоне за тренировками. Барьерная аура не поддавалась мне, но я не сдавался. Постоянная тряска не способствовала поиску нужной огненной структуры. Тем не менее, я активно перебирал варианты, пытаясь найти нужный спектр духовной энергии. Для каждой техники требовался свой подход: особый духовный огонь, плетеный узор и уникальное состояние разума. Лишь когда ты достигал синергии всех составляющих, техника выходила на славу. Пока что я мог лишь слабый удар кулаком задержать.

Также не оставлял попытки разработать новый Якорь Ши, но чего-то постоянно не хватало. В какие-то моменты мне казалось, что я смог ухватить нужный образ за хвост, и боль уходила, но затем настрой сбивался, и огонь в голове давил с новой силой. Повторить образ снова или хотя бы описать его словами не получалось. Мне казалось, что если я смогу описать настрой, то сразу же пойму, в чем состоит суть моего Якоря Ши новой ступени.

Дао неслабо так прокачалось после поглощения искр души убитого ассасина, чье имя так и не удалось узнать. Скакнуло почти до шестидесяти процентов. Стало понятно, что сила прокачки от поглощения не зависит напрямую от ступени павшего. Да, обычно Дао Бойца сильнее Новичка, но не всегда. Безымянный убийца дал в несколько раз больше, чем Гнисоль, хотя оба находились на одном этапе Цунь-Ши-Дао. Чужая душа — потемки, как говорят.

Немного познакомился с двумя сопровождающими-Новичками. Женщину звали Сюйхе, а мужчину Иншики. Сюйхе готовила офигенную похлебку, а Иншики знал массу историй и имел заразительный смех, благодаря которому его рассказы становились занимательнее. Ко мне они относились настороженно, поскольку слышали массу разных историй от сослуживцев. Прозвище Кровавый Должник после повторения потасовки — на этот раз с Твердолобым Хао, похоже, прилипло ко мне намертво.

Про случившееся перед отъездом никто толком ничего не знал. Поползли слухи, что я натравил местного кота Пирата на супругу гуна. Юйвин потеряла свое красивое личико, отчего гун принял решение отречься от нее и бросить в темницу. Славная пара Юйвин и Дая, проживших вместе много лет, неожиданно распалась. Именно после моего возвращения в столицу. Мне напрямую не признались, но от Сати я узнал, что меня прозвали Пиратский Разлучник. Говорили, Сумасшедший Ублюдок Ли способен разлучить любую пару, сколь бы ни была крепка их любовь. Добавилась новая примета: если девушка стала невестой, ей нельзя смотреть мне в глаза, иначе свадьба не состоится.

Сначала нам пришлось ехать почти ровно на восток. Затем повернули на север — в сторону Лонглин и Пепельного плато. Так были проложены основные торговые тракты, на которых удавалось развивать стабильно высокую скорость передвижения. Ночевали в постоялых дворах в городах по пути. Один раз ко мне ночью попытался кто-то залезть через окно, но Чебуль почуял воришку, и тот мгновенно испарился. Бегать в ночи за незадачливым грабителем мне было лень.

На четвертый день мы приблизились к границе между провинциями. Сати работала кочегаром, а я находился за рулем с утра, наслаждаясь чудесной, почти весенней погодкой. Тракт вился меж крутых холмов и высоких лесов.

Неожиданно до меня донесся пронзительный треск. Одно из исполинских деревьев начало заваливаться прямо на дорогу.

— Огонь! — донеслось из леса.

Из зарослей полетели стрелы, напитанные духовным огнем. Лошади гвардейцев повставали на дыбы, сбрасывая наездников.

Дилижанс имел приличную массу, и остановить сразу такую махину было невозможно. Не уверен, смогли ли мы проскочить под падающим деревом, но я принял решение ударить по тормозам. Паромобиль остановился, и на нас рухнул исполинский ствол. Удар пришелся на переднюю часть дилижанса, которую можно назвать капотом, наверное. Там находился двигатель и трубы котла. Переднюю часть паромобиля смяло словно бумагу. Осколки разбившегося лобового стекла полетели в разные стороны. Несколько снарядов обожгло лицо. Густая струя пара из поврежденного котла рванула в салон. Горяченные брызги окутали с головы до ног. Слава Гатхи, мы с Сати являлись Рекрутами и прошли через суровую закалку. Кипяченая вода нас не сильно страшила.

— Дерьмо! — ругнулась обычно хладнокровная Бхоль.

Видимость упала до нуля. Что происходило снаружи было решительно непонятно. Кое-как я высвободил клешню, зажатую между рулевой рейкой и частью искореженной рамы дилижанса.

— Застряла! — коротко поведала Сати.

Я приблизил лицо в попытках рассмотреть в чем проблема. Пришлось трогать рукой, чтобы выяснить, где именно ее зажало.

— П-побыстрее! — смутившись, попросила Бхоль.

В обычной ситуации за подобное откровенное облапывание можно было получить по мордасам, но сейчас было не до выяснения отношений. Я понял, что девушке зажало ноги слетевшим со своего места основанием котла. Я высвободил кочергу и просунул между плитой и полом. Конструкция скрипела и поддавалась с трудом. При этом снаружи слышались звуки близкой битвы. В дилижанс воткнулась горящая стрела.

— На счет три тянем вверх. Раз, два, три!

Совместными усилиями нам удалось отогнуть металлическую плиту. Сати, зашипев от боли, высвободила ноги из ловушки. Я выбил частично смятую дверцу водителя наружу, после чего выпрыгнул из кабины и сразу выставил духовный щит. В серую преграду воткнулось две стрелы. Сзади спустилась Сати, облачившись в свой защитный костюм. Девушка хромала. Судя по всему, спутница повредила ноги, и полностью данный недостаток не нивелировался одними паровыми приводами.

Передней паре всадников досталось больше всех. Из глазницы Иншики торчала стрела. Одного из двух братьев, проткнули сразу несколько клинков. Чинсук и Хинью выскочили из салона, однако по ним активно работали лучники. Хорошо хоть оба владели Барьерной аурой.

Враг носил доспехи с рогатыми массивными шлемами. Вернее, это больше походило не на рога, а на перевернутый полумесяц, смотрящий вверх.

— Хеньтанцы! — выплюнула Сати, узнав форму.

— Отходим! — скомандовал Ян, видя, что сражение складывается не в нашу пользу.

Второй близнец не послушал его и бросился было вперед, однако я перегородил ему дорогу, схватил клешней за край одеяния и потащил прочь.

— Соберись! Иначе не сможешь отомстить за брата! — рявкнул я.

Телохранитель смирился и пошел следом. На обочине лежала Сюйхе, утыканная стрелами словно подушечка иголками. Больше никакой фирменной похлебки… Прикрываясь щитом, я вместе с остальным сошел с дороги, преодолел овраг и зашел под сень огромных деревьев. Здесь лучники не могли работать так легко. Дальше местность повышалась, местами встречались скалистые уступы.

— Не дайте принцу сбежать! — послышалось со стороны дороги.

— Ваше высочество, — обратился ко мне Ян. — Попытаемся уйти или дадим бой?

Я посмотрел на хромающую Сати.

— Все в порядке, господин! — помотала она головой, хотя я видел, как тяжело ей дался наш короткий забег.

— Хеньтанцы пожалеют, что посмели напасть на Сумасшедшего Ублюдка Ли! В бой!

Я развернулся и побежал примерно в сторону местонахождения противников.

— Ваше высочество! — всплеснул руками раздосадованный Чинсук.

Первая пара врагов, на которую я наткнулся, еще держали в руках луки. Они успели выстрелить по разу, но снаряды завязли в щите. Голова первого лопнула словно переспевший арбуз, когда его настигла моя кочерга. Переборщил с огнем, учитывая, что враг оказался Пустым. Второй являлся Новичком. Он успел вытащить клинок из ножен и попытался атаковать меня, разбрызгивая повсюду свой черный огонь. Но я просто заблокировал его меч клешней и вонзил кочергу в шею. Длинная струя крови брызнула, когда я вытащил оружие. Воин упал, зажимая рукой разорванную шею. Без срочной помощи не жилец.

Стрела просвистела рядом, отскочив от духовного щита. Я побежал дальше, заметив новых врагов. Мы с Хинью и Чинсуком высочили на противника вместе. На этот раз хеньтанцы не стали разделяться. Десяток человек разных ступеней сомкнули ряды, встав плотным строем. Насколько это можно было сделать в достаточно густом лесу.

— Отвлеките! — скомандовал я и ушел в сторону.

Пока Хинью, Чинсук, Син и подоспевшая Сати сражались с врагом в лобовую, я обошел строй вокруг. И наткнулся на еще одну группу лучников, которые старались держаться подальше от главного места схватки. Лучники были экипированы более скромно: облачены в легкие доспехи, а защита головы скорее напоминала шлем танкиста. Окутанная серым огнем кочерга отлично их пробивала. Голова первого не взорвалась, но содержимое черепной коробки вскипело и вырвалось наружу из всех щелей вместе с духовным огнем.

Затем завязалась потасовка. Рекрут и Новичок приняли ближний бой, и взять двоих с наскоку не вышло. Впрочем, вскоре Новичок подставился, не рассчитав скорость моей кочерги, и получил удар в бок. Я смог сосредоточиться на Рекруте. Глаза парня были полны ужаса, словно он повстречал свой самый жуткий кошмар. Возможно, хеньтанцы были наслышаны о Сумасшедшем Ублюдке Ли.

— Нужна подмога! — прокричал он отчаянно.

Лучники были экипированы дополнительно лишь короткими мечами, так что мне не составило большого труда принять один из ударов на щит, после чего атаковать кочергой в бок. Затем я короткими экономными ударами размозжил обоим раненым череп, понимая, что не стоит оставлять живых противников у себя за спиной. Не зря меня прозвали Крушителем Черепов…

Мгновением спустя ко мне выскочило трое практиков, отделившиеся от основной группы. Наверное, союзникам станет полегче. Я быстро провел оценку Сутью и нахмурился. Целый Боец в бронзовых доспехах и два Новичка в обычной броне. Солдаты перли на меня словно быки, сверкая начищенными до блеска рогами полумесяца. Причем Новички держались чуть сзади, стараясь обойти меня сбоку. Мы обменялись с Бойцом первыми ударами. Практик орудовал тяжелым и, кажется, тупым клинком. С его силой и багровым духовным огнем острота не была столь важным фактором.

Я принялся отступать, следя за тем, чтобы не запутаться в кустах и корнях.

— Гх-раур, — вдруг раздался рык неподалеку.

— Бездна Орока! Меня укусил змеехвост! — завопил один из Новичков.

Боец вынужденно отвлекся на нового опасного противника, я же не стал сидеть на одном месте и двинулся на второго Новичка. Гад умудрился нанести мне длинную рану на левом плече, пробив щит, но мне удалось продавить его сходу. Сгиб вонзился в грудину врага, пробив доспехи. Следующим ударом я сбил с него шлем и отправил в беспамятство.

— Ублюдок Ли здесь! — рявкнул Боец, которому удалось отогнать змеехвоста прочь.

Второй Новичок принял противоядие из своих запасов, однако был слаб после укуса. Мы с Бойцом схлестнулись в ближнем клинче. Я чуть не упал, приняв удар его монструозного меча на свой щит. Гад отступил и провел нечто похожее на духовный Разрез, выпустив тонкую волну багрового огня. В последний момент я попытался воспроизвести подобие Барьерной ауры, которую усиленно тренировал в последнее время. Получилось так себе, но огненный покров сумел немного задержать вражескую атаку, пробившую мой щит. Вдоль всей груди и на предплечьях образовалась длинная рана средней глубины. Боль ударила со страшной силой, но благодаря боевому азарту мне удалось от нее отстраниться.

Я сблизился с Бойцом и снова вошел в ближний бой. Только на этот раз я старался не принимать его шпалу на клешню или щит, а уворачивался. Это принесло свои плоды. Кочерга мелькала то с одной стороны, то с другой. Он не успевал парировать или нанести по мне точный удар. Я не давал ему расслабиться, сбив одну из очередных попыток использовать духовную технику. Мужчина был послабее Харудо, на уровне Хутонга или Гнисоля. Если бы не паровые доспехи, я бы его расколол быстро. А так пришлось выискивать уязвимости в защите.

Через некоторое время из множества поврежденных трубок шел пар, а движения противника замедлились. Теперь доспехи не давали ему силы или скорости, а лишь защищали и замедляли. Я вертелся вокруг него, выискивая удобное место для удара. И наконец мне удалось пробить доспех кочергой, воткнув в области поясницы. Разрыв духовной энергией сделал свое дело. Ноги у врага подкосились, и он упал на землю. Кажется, мне удалось задеть позвоночник.

Он еще попытался что-то сделать, махая мечом беспорядочно, но я беспощадно проломил его шлем, забив несколькими ударами.

Пот катился градом, застилая обзор. Кровь пропитала одежды. Духовная энергия подходила к концу. Я хотел немного перевести дух, но мне не дали. Отряд из сразу пятерых солдат показался со стороны основной группы. Это значило, что там уже осталось не так много противников, и мне лучше бы соединиться с союзниками. Однако враги грамотно перегородили путь к сопартийцам. Трое Рекрутов в обычных доспехах и два Новичка со щитами и длинными копьями.

— Что вам от меня надо?! — воскликнул я, желая потянуть время.

— Только смерть, — проговорил один из Рекрутов. — Сумасшедший Ублюдок Ли не должен добраться до Пепельного плато!

Все встало на свои места. Хеньтанцы, очевидно, прознали о возобновлении истории с помолвкой и возжелали помешать формированию нового союза, хоть вероятность этого и невелика. Хень-Тань отправил отряд в такую даль, чтобы уничтожить меня. Высоко же ценят они мою фигуру, надо соответствовать.

— Подходи по одному! Или боитесь?! — очертил я полукруг кочергой.

— Это война, ваше высочество, — проговорил один из Рекрутов с сарказмом. — Чести в ней нет…

В следующую секунду его шею пронзило лезвие Клинка скальных искр. Разговорчики быстро прекратились, и оставшиеся противники бросились в бой, поделив нас с Сати между собой. Бхоль выглядела неважно, но она выпустила ворох серых огненных валунов, поймав в ловушку сразу двоих противников. Я отмахнулся от копья щитом и бросился к врагам, чьи ноги были скованы. Один получил смачный удар по затылку, но затем мне пришлось обращать внимание на настырного копейщика, который сумел ранить меня в бок. Немного поплясав с ним по лесу, я сумел поймать древко клешней, после чем потянул противника на себя и нанес удар в лоб. Новичок упал в кусты и повис на ветвях агонизирующей куклой.

Силы, как духовные, так и моральные с физическими подходили к концу. Я весь был покрыт потом, кровью и чужими ошметками. К счастью, с основной партией врагов мы уже разобрались. Я подоспел на помощь Сати и помог ей справиться со своим соперником. Затем брошенная кочерга настигла последнего копейщика, которых захотел убежать. После удара по голове и короткого хлопка он подняться уже не смог.

Мы с Сати, кое-как передвигая ногами, двинулись на звуки сражения. К счастью, дела у союзников были не так плохи. Чинсук получил серьезное ранение в живот, и в данный момент сидел, привалившись к дереву. Выживший из двух братьев имел окровавленное лицо, но сражался аки лев. Хинью же представлял собой образец стойкости. Наставник получил несколько неглубоких ран, но выглядел из нас всех самым свежим и опасным. Не хотелось бы мне с ним встречаться по другую сторону баррикад.

Вчетвером мы добили последних двоих противников, взяв одного в плен. Бойня у приграничного тракта закончилась.

Пока дикие духи не пожрали тела, я направился собирать свою кровавую жатву в виде отлетающих искорок души. Дикие огненные сморчки словно стервятники слетались на любое побоище, поглощая тела и остатки отлетевшего Дао. От тел оставались лишь обгоревшие кости, а порой и их сжигали до состояния пепла.

Сати принялась помогать раненым, начав с Чинсука, как с наиболее пострадавшего. Хинью и один из братьев, слегка оклемавшись, направились прочесывать местность в поисках выживших. Я разрешил вассалу заняться поглощением искр с ближайших тел, поскольку сам не успевал. Еще и на змеехвоста гадского наткнулся, решившего полакомиться мертвечиной. К счастью, зверь был обычной ступени. Одного удара кочерги ему хватило, чтобы понять, что со мной не стоит связываться.

Еще какое-то время мы разбирались в том хаосе, что сотворили хеньтанцы. Дилижанс серьезно пострадал и уже не мог двигаться своим ходом. Двигатель, котел и передняя ось колес вышли из строя. Лишь одна из наших лошадей выжила, однако Ян отыскал лагерь хеньтанцев, в котором оставалось дежурить двое солдат без дара. С ними у наставника сложностей не возникло.

Возница сумела выжить к нашему изумлению. Она находилась в салоне и, когда началась заварушка, предпочла спрятаться в сундуке под одной из лавок. Видимо, хеньтанцы торопились, так что не проверили салон должным образом.

Из двух братьев выжил именно Сен. Подлатав его, мы отправили парня за подмогой. В паре часов езды как раз находился приграничный городок с гарнизоном и крепостью. К вечеру Сен вернулся с отрядом солдат. Чинсук велел им покамест отвезти дилижанс в крепость. Все же паровой транспорт был удовольствием недешевым. Дай так просто потерю дилижанса нам не простит. С большим трудом, но солдатам удалось закрепить переднюю часть паромобиля на одноосной повозке, так что его можно было дальше транспортировать.

Денег у диверсионной группы хеньтанцев было не так много. Мой пространственный кошель пополнился несколькими десятками серебра. Монеты были примерно того же веса и имели на одной из сторон чеканку лошади вместо традиционного змея Чайфу. Экипировку и прочее барахло Чинсук распорядился оставить военным в счет ремонта паромобиля.

Провозились мы до позднего вечера, поэтому заночевать решили неподалеку. Ночью я спал как убитый, вымотавшись из-за сражения полностью. От пленника ничего нового не узнали. По всей видимости, во дворце находился шпион хеньтанцев, узнавший о новой договоренности. Отряд должен был помешать мне добраться до Лонглин.

Снова мы вернулись к рюкзаку с припасами вместо комфортного передвижения на дилижансе. По крайней мере пограничные войска нам выделили лошадей. Существовала только одна проблема…

— И как на этом чуде ездить? — проговорил я с утра пораньше, когда мы начали собираться в дорогу.

Лошадеолень мотнул головой, на которой росли короткие спиралевидные рога, и посмотрел на меня настороженно.

— Господин Кон, вы и навыки верховой езды забыли? Яд Пустынной Утраты поистине коварен.

— Так ты наконец поверила, что я потерял память?

— Господин ведь не будет врать своей верной слуге? — произнесла она с каменным спокойствием. — Давайте я покажу вам, как управляться с кобылой… К слову, я хотела бы поблагодарить вас за то, что обратили внимание на мою травму, когда речь шла о том, бежать нам или принимать бой.

— Пожалуйста.

— Но впредь постарайтесь думать в первую очередь о своем выживании, господин Кон.

— Ничего не могу обещать, сестрица Сати.

Вздохнув, Бхоль принялась давать наставления касательно науки о верховой езде. На словах-то было все просто. Но когда ты сидишь на высоте в паре метров над землей, а под тобой живая скотина, со своими причудами и потребностями, все совсем иначе. Хорошо хоть парнокопытное само понимало, когда надо следовать за основным строем. Так что мне оставалось лишь держаться в седле, что тоже оказалось не самой тривиальной задачей. Когда мы достигли приграничной крепости, моя задница уже побаливала. Сказав, что мне надо отойти по нужде, я смазал свою пятую точку Бальзамом шести лепестков — дорогим препаратом горного уровня. Но зад мне дороже.

На городском кладбище мы провели похороны того, что осталось от погибших: Сюйхе, Иншики и Сина. Кости и некоторые личные предметы, либо просто прах. Я даже жалел, что успел завести близкое знакомство с нашими сопровождающими. Возможно, было лучше держать дистанцию, и тогда их потеря не отдавалась бы болью в моем сердце. Распрощались с возницей, в которой больше не было необходимости.

Я вспомнил свои первые шаги в этом жестоком мире. Ведь хотел сдать пойманных разбойников полиции, которой здесь, по сути, не существовало. Держался за свою цивилизованность. Но Фанши быстро расставил все по своим местам: либо ты, либо тебя. Спустя уже пару месяцев я не испытывал особых сожалений от убийства разумного человека. Мир поделился на своих и чужих. Своих надо защищать, оплакивая потери, а чужих жалеть не стоит.

Сену пришлось непросто. Смерть брата для него стала тяжелой потерей. Но тут уж ничего не поделаешь. Люди смертны, и пламетворцы не исключение. Напоследок телохранитель склонился на свежезакопанным холмиком:

— Я отомстил за тебя, брат Син. Пусть твоя следующая жизнь будет наполнена величием и радостью.

Знание о возможном перерождении умершего человека — хоть какое-то утешение. Надолго мы в приграничном городе не задержались. И так уже серьезно выбились из графика. Походные припасы нам пришлось тащить в седельных сумках, что дополнительно нагружало лошадей. Скорость нашего передвижения снизилась. Впереди лежала территория провинции Лонглин, а значит преференций больше не будет. Чинсук не сможет просто так попросить заменить нам лошадей на свежих в ближайшем городе.

В общем, пришлось нам двигаться максимально быстро, не забывая давать животным отдых. Группа наша значительно поредела, но мы надеялись, что хеньтанцы не станут перестраховываться. Возможно, стоило испросить у отца сопровождение побольше, но все мы задним умом крепки. Войска требовались на фронте, где каждый Рекрут и Боец на счету, так что гуна можно понять.

Ночевали на природе — там, где нас заставала ночь. Все владели Греющей аурой, да и зима шла на спад, так что особых проблем не возникло. Жаль, с потерей дилижанса времени на тренировку Барьерной ауры не оставалось совершенно. Она спасла меня в бою, конечно, но пока еще была слабой и ненадежной.

Восточная часть Лонглин отличалась малым количеством растительности. Местность была каменистой, начали встречаться пустынные участки с почвой и камнями серовато-коричневого оттенка. В ясную погоду можно было увидеть восточную оконечность Подковы. Хребты со снежными шапками вздымались ввысь на километры. Люди селились возле ручьев и мелких речушек, берущих свое начало где-то на склонах. Как я понял, в Лонглин проживало меньше людей, чем в Чайфу, но в целом в течение часа обязательно встречалась деревня или город. Люди здесь активно выращивали плодовые деревья — странная почва этому благоприятствовала.

На Пепельном плато охотно произрастало дерево, дающее резиновый сок. Названия здесь были свои, но мне проще про себя называть дерево гевеей, а сок — каучуком. Провинция славилась данным продуктом, так что даже на монетах делали чекану этого дерева. Вероятно, земной аналог не сбрасывал листья на зиму. Местная гевея отличалась. Она имела длинные листья серого цвета, которые сбрасывала на зиму. Отсюда и пошло название Пепельное плато. Земля была усеяна серыми, полусгнившими за зиму пепельными листьями гевеи.

Порой встречались спешащие на турнир практики. Лошади тоже сжирали большее количество злаков, на одной траве они могли лишь выживать, а не нестись со всадником на спине. После того, как мы оправились от ран, начали совершать пробежки периодически. И Цунь поддерживали, и лошадкам давали отдых. Все же пламетворцы выносливее обычных людей.

На одной из вечерних стоянок я сидел в одиночестве возле разведенного костра и, как обычно, тренировал Барьерную ауру, заодно полируя свою кочергу, как вдруг из язычков пламени соткалось знакомое личико.

— Терять близких людей — это так грустно, — проговорила ифритка, чье огненное лицо колыхалось от ветра.

— Отрыжка хургла! Дамочка, хватит меня пугать! И как вы меня нашли? Злодни, ты меня сдал?

— Делать мне больше нечего, пхы, — проворчал малый дух из амулета.

— Дорогой Ли Кон, если ты желаешь стать сильнее, помни: я всегда рядом, — мурлыкнула Хелсс. — Представь, что будет, если ты не сможешь защитить дорогого тебе человека. Например, эту человечку из Ордена.

— Ты нам угрожаешь?

— Ни в коем случае! Я лишь предоставляю возможности для роста. Победа на турнире, защита близких — все это станет доступно, если ты примешь мое предложение.

Я нахмурился. В словах Нии имелся смысл, но ситуация должна быть действительно аховой, чтобы я согласился лезть в ифритский капкан.

— Абонент недоступен. Перезвоните в следующем месяце.

— Пф-фу! — выдохнув облачко дыма, физиономия распалась на обычные язычки пламени.

На следующий день мы заскочили в один городок по пути, чтобы пополнить провизию. Заодно я обновил ханьфу и шляпу, поскольку старые пришли в негодность. На рынке меня почти сразу узнали, хоть я и пытался прятать свое увечье. Полагаю, кто-то из горожан использовал Духовную Суть. На мне стояла защита вроде бы, но Трусливую Сати мог легко опознать любой практик с духом-компаньоном.

— Это же Сумасшедший Ублюдок Ли! — донесся до меня чей-то голос.

— Неужели он явился за нашей несравненной Жунь-эр?! Не может такого быть, чтобы Фарфоровый цветок согласилась принять его в мужья! — возмутилась какая-то дородная тетка.

Говорили горожане довольно громко, не боясь, что их услышат. Неподалеку стоял наряд стражи — вероятно, они рассчитывали на их защиту.

— Говорят, Стальной Кулак этого года может рассчитывать на руку и сердце Жунь Фа Лонг…

— Ох, так вот зачем Ублюдок Ли заявился?! Как бы беды не случилось!

— Не волнуйся, тетя, Ублюдок Ли всего лишь Рекрут. Скорее небеса упадут на землю, чем Рекрут станет победителем турнира!

— Слава Гатхи! А то я уж думала саке ему подарить с хурглячьим ядом…

У меня глаз дернулся. И чего всем так охота меня отравить? Я не стал устраивать тут очередную бойню, а то снова слухов добавится. Да уж. Если жители Чайфу еще старались выказывать внешне уважение, поскольку я являлся принцем, то лонглинцы ни в чем себе не отказывали.

— Хорош языком чесать, оболтусы! — рявкнула вдруг Сати на них.

Сервы присмирели. Я удивленно уставился на спутницу, но она сделала вид, что ничего необычного не произошло. Поразительно. Так, глядишь, и восполню утраченное доверие к Бхоль.

Седалище мое за несколько дней скачек «прокачало» каменную кожу, так что к финалу нашего путешествия после поездки на лошади я мог присесть, не поморщившись.

Турнир проходил не в столице, а во втором по населенности городе провинции под названием Яхуэй, где располагалась известная в Лонглин школа Ткачей Пепла. Не стоило путать с Пеклом. То ли, с фантазией у местных мастеров туго, то ли традиция такая. До величественных гор восточной оконечности было рукой подать. Хотя, так казалось из-за их огромных размеров. Яхуэй имел массивную крепостную стену из серого кирпича. Дома здесь тоже чаще строили из кирпича, камня или обмазывали жерди глиной. Древесины на Пепельном плато было не так много, как в Чайфу.

Мы успели впритык — прискакали вечером последнего дня регистрации на турнир.

— Полный Яхуэй, — присвистнул я, завидев местную арену для битв.

Город показался мне не слишком большим, но овальный колизей внушал уважение своими размерами. Неподалеку находился квартал школы Ткачей Пепла с высящимися пагодами и каменными минаретами. Необычное сочетание. Воздух в Яхуэй словно парил от избытка рассредоточенной энергии. Отчасти напомнило Храм дождливого пика. Возможно, где-то в квартале Ткачей держат в заточении какого-нибудь демона. Стало понятно, почему турнир проходит именно здесь, а не в столице.

Наше появление произвело фурор на площади перед колизеем, где находились такие же запоздалые практики, как и мы. Впрочем, я уже привык, что на меня все глазели, тыкали пальцами и обсуждали. Если жители Чайфу предпочитали понижать голос, то лонглинцы громко гыгыкали и отпускали дурные шутеечки. Меня здесь не ждали с распростертыми объятиями, мягко говоря. Невеста Жунь-эр пользовалась популярностью у народа в отличие от чужеродного Сумасшедшего Ублюдка Ли. Но не станешь же чистить морду половине плебеев, собравшихся на площади?

Мы с Хинью записались у распорядителей турнира. Чинсук заплатил за нас входной взнос в тридцать серебра с каждого. Я обернулся к Сати:

— Не хочешь попробовать свои силы?

— Молодой господин разрешает мне принять участие?

— Ага.

— Тогда, с вашего позволения… Сати Бхоль, Рекрут, Орден Семи Облаков, один дух красной касты, — представилась она организатору.

— Записано. Прошу оплатить взнос.

Сати посмотрела на меня, я посмотрел на Чинсука, Чинсук фыркнул:

— Это не входит в нашу миссию!

— Скряга…

Вздохнув, я расстался с частью денег, собранной с хеньтанцев. Раз уж сам предложил, следовало держать слово.

Я с облегчением заметил, что не одни Бойцы решили принять участие в турнире. Рекрутов тоже было много. Поучаствовать приезжали разные люди. В этом году, судя по всему, претендентов значительно меньше из-за войны, но несколько сотен набралось явно.

На видном месте возле входа, за специальным забором, содержался главный приз турнира, выставленный на всеобщее обозрение. Боевой доспех модели Стальной Кулак, в честь которого и был назван турнир. Лучшие доспехи, которые способны произвести в Кузне трех хребтов. Даже думать не хочется, сколько такая штука стоит.

Выглядели доспехи шикарно. У меня чуть слюна на пол капать не начала при виде полированных поверхностей, идеально подогнанных деталей, узорчатого шлема и ладно спрятанного котла на спине. С такой защитой я мог бы избежать множества ранений. А лучников можно было вообще не опасаться, если это не Бойцы с каким-нибудь паровым арбалетом эпического ранга. За последние месяцы моя тушка обзавелась множеством новых шрамов, а ведь и прежний Ли Кон был любителем подраться. Бесспорно, шрамы украшают мужчину, но должен же быть предел количеству украшений?

— Его высочество Ли Кон из рода Чай! — появился на площади ярко разодетый посыльный. — Его сиятельство гун-эр Найен Фа из рода Лонг просить вас принять приглашение в гости в пепельный дворец!

— Непременно. Ведите!

Дворец правительницы Чайфу значительно уступал королевским пенатам отца Дая, что и не удивительно. Яхуэй не являлся столицей, и владыки провинции проводили здесь не так много времени. Скромно, но со вкусом. За каждым кустиком в саду, за каждым этажом главной пагоды, здесь следили внимательно. Стража во дворце стояла на каждом углу.

Нас проводили в гостевое крыло и помогли разместиться. Комнат свободных было не так чтобы много, так что кому-то достались сдвоенные апартаменты. Мне выделили одиночный номер, не сильно больше по размерам, чем моя спальня в сгоревшем особняке. Обставлен довольно скудно. То ли тут везде так, то ли подобным образом ко мне выказывали неуважение.

Меня позвали на поздний ужин с членами гунской семьи. Я лишь смыл с себя дорожную пыль, да набедренную повязку поменял на свежую. Ханфу надел походное, захватил с собой Чебуля сразу. Может, у меня уже сформировалась паранойя насчет отравлений, но лучше перебдеть, чем недобдеть.

Чинсук повздыхал над моим внешним видом и сделал попытку отговорить хотя бы от хургла, но затем смирился, махнув рукой. Как доверенное лицо адъютант также был приглашен на ужин.

— Его высочество Ли Кон из рода Чай по прозвищу Сумасшедший Ублюдок Ли! — бодро выкрикнул местный церемониймейстер, не умолчав о моем прозвище. — Досам Чинсук, правая рука гуна Дай Кона из рода Чай!

— Ваше сиятельство, ваши высочества, ваша красота озаряет это зал, словно солнце грешную землю… — расплылся в комплиментах Чинсук.

Я осмотрелся, пока сопровождающий приветствовал присутствующих. Зал для приемов был не слишком большим, но выглядел вполне по-королевски, так что, скорее всего, меня поселили в худших покоях. Я использовал духовную Суть на представительницах женского пола. Пришлось отправить большую часть резерва, поскольку у правящей семьи была своя защита от опознания. С наскока определить кто из двух взрослых дам была гун-эр, а кто ее дочерью, было непросто. Формами мать была чуть пышнее, но по лицу ей нельзя было дать больше двадцати. Если так выбирать, то я бы дал титул Фарфорового цветка триумвирата старшей Фа Лонг.

Обе представительницы правящего рода имели бледную алебастровую кожу и темные волосы с красным отливом. Косметикой пользовались умеренно, за что их можно похвалить. Внешность их по меркам моего родного мира считалась бы экзотической, но я уже немного успел привыкнуть к местным лицам. Да, они были вполне красивы. Можно понять, чем принцесса заслужила свой титул Фарфорового цветка.

Гун-эр Найен имела ступень Бойца. До Адепта не доросла в отличие от отца Дая. Принцесса Жунь, тоже мне имечко, также являлась Бойцом. В зале приемов присутствовала и младшая принцесса Фань семи лет отроду, пока еще Пустая. Если первые двое мазнули по мне нейтрально-холодными взглядами, то девочка глядела на меня скорее с невинным детским любопытством.

Вдруг я почувствовал резкую убийственную ауру. Обернувшись, я увидел обычного с виду молодого охранника у входа в зал. Правда, ступени Бойца. Суть подсказала мне, что зовут его Гийом Шанди. Зыркал на меня боец с враждебностью. Не слишком любезно здесь принимают благородных гостей.

— Слухи не врали, младший Ли Кон, — проворковала правительница. — Ты действительно расхаживаешь с крайне необычным оружием. Впрочем, тебя можно понять: такие особенности на дороге не валяются.

— А то! Многие из противников проиграли, потому что не воспринимали кочергу всерьез.

— Что ж, мы учтем сей нюанс, — улыбнулась Найен. — Милая, поприветствуй… потенциального жениха, — добавила она после паузы.

Жунь Фа Лонг изысканно поднялась со своего места и поклонилась. Глаза ее выражали ледяное презрение:

— Сиятельный брат Ли Кон, прошу позаботься о Жунь Фа Лонг, — проговорила она дежурную фразу.

— Взаимно, — кивнул я, не зная, как должен правильно отвечать.

Кажется, ответ был неправильным, поскольку Жунька скривилась.

— Младший Ли, присаживайся за стол, — проговорила гун-эр. — Наверняка ты устал с дороги. Дядя Чинсук, это правда, что на вас напали хеньтанцы?

— О да, клятые хеньтанцы чуть не помешали нашим планам…

Пока Чинсук рассказывал детали нападения, слуга проводила меня за стол и показала мое место, оказавшееся в дальнем конце стола. Я мысленно пожал плечами и уселся на подушку. Задеть чем-то подобным того, кто не знает этикет, невозможно.

— Сиди тихо, — вытащил я Чебуля из-за пазухи, после чего объяснил присутствующим. — Мой личный дегустатор.

Хургл с большим аппетитом уплетал поданные лакомства. Он уже понимал, в каких случаях можно побеситься, а в каких последует наказание. Случай с Юйвин произошел по вине допинга. Чебуль не выказывал никаких признаков недомогания, так что и я присоединился к трапезе. Турнир турниром, невеста невестой, а еда по расписанию.

Фань глядела на меня почти неотрывно, словно дыру хотела прожечь. Вероятно, для мелкой я был кем-то вроде легендарного героя воплоти, о котором много всякого болтали при дворе. Точнее, не героем, а злодеем, но это уже нюансы.

— Сиятельный брат Ли, считаете, что у вас есть шансы победить на турнире? — проговорила Жунька надменно.

— Это у моих противников нет никаких шансов, — вернул я ее надменность.

— О-хо, младший Ли настроен крайне серьезно, — с улыбкой проговорила Найен. — Настолько сильно желаешь стать супругом моей прелестной дочери?

Я поглядел на девицу еще раз:

— К внешности претензий может и нет, но характер назвать прелестным крайне сложно.

— Наглец! — побагровела принцесса.

А вот мать, наоборот, развеселилась:

— Похоже, нынешний турнир Стального кулака обещает быть захватывающим зрелищем! Удачи тебе, младший Ли, в достижении поставленных целей!

— Спасибо.

— Сумасшедший Ублюдок Ли всего лишь Рекрут. Он даже из группы не выйдет!

Жунька метала на меня гневные взгляды. Адъютант решил разрядить обстановку:

— Свадьба его высочества Ли Кона и ее высочества Жунь Фа безусловно выведет отношения двух родов на новый уровень, — проговорил Чинсук дипломатично. — Разумеется, его высочество будет стараться изо всех сил! Мы очень надеемся на благосклонность вашего сиятельства, даже если наследник Чай и не сможет одержать победу в турнире. Главное ведь не выигрыш, а славные битвы на пределе возможностей!

— Уже торгуетесь, дядя Чинсук? — ухмыльнулась гун-эр. — Ничего не могу обещать.

— Тухлый Мясник только и способен, что с бандитами якшаться и нападать из засады! — фыркнула Жунь Фа. — Если сражаться честно и по правилам, его уничтожат в первом поединке!

— Хрупок цветок из фарфора.

Только коснись — опадут лепестки.

Но смертельны шипы, — изрек я помпезно.

— Сиятельный брат Ли увлекается поэзией? — процедила Жунь Фа. — Это не ваше. Смиритесь и найдите себе иное увлечение.

— О-хо-хо, а мне понравилось! — хлопнула в ладоши гун-эр. — Я даже запишу, пожалуй. Принесите писчие принадлежности!

Слуги споро принесли требуемое, и Найен принялась аккуратно выводить иероглифы, записывая мое нехитрое изречение. Никогда раньше не ценил хокку, считая их ленивой версией нормальных стихов или заменой всяких философских цитат, но все же есть своя прелесть в подобном изложении чувств.

— О вас ходит множество любопытных историй, вроде того же Тухлого Мясника. Поведайте, как все обстояло на самом деле…

Я охотно исполнил просьбу правительницы. С теми многочисленными слухами, что курсируют из уст в уста, из кабака в кабак, у меня всегда будет о чем поговорить с гостями. Найен охала, слушая мои россказни с улыбкой, Жунь вставляла скептические замечания. Фань внимательно слушала, раскрыв рот.

Я не заметил, но оказалось, что младшая принцесса сменила диспозицию и села с моей стороны стола, хотя изначально нас рассадили иначе. Фань Фа постепенно придвигалась ко мне все ближе и ближе, пока не оказалась на расстоянии вытянутой руки. Подобные телодвижения не укрылись от ее вредной старшей сестры:

— Фань, немедленно отойди от Сумасшедшего Ли! Никто не знает, что взбредет ему в голову в следующий миг!

— Ты все выдумываешь, сестра Жунь, — надулась мелкая. — Старший брат Ли не такой плохой, как вы мне рассказывали!

— С чего ты это взяла? — удивилась принцесса.

— Знаю! К тому же у него смешной питомец! — девочка посмотрела на мои колени. Чебуль уже наелся и дрых в моих ногах пузом кверху. — Он не кусается? Можно погладить?

— Можно. Думаю, не цапнет. Ему нравится, когда чешут за ушами.

— Фань, не смей трогать его хургла! — подскочила сестра. — Это гадкое и мерзкое существо! Ты подцепишь от него какую-нибудь заразу!

— О-хо-хо, — донеслось от гун-эр.

По-моему, правительница просто наслаждалась моментом.

— Враки! — фыркнула девочка и наклонилась ко мне.

Чебуль довольно растянулся, когда Фань принялась его поглаживать и чесать. Я опасался, что она начнет его тискать, как это любят делать дети, но младшая принцесса игралась вполне аккуратно.

Старшая сестра возмущенно сжала руки в кулаки, однако не стала лезть и оттаскивать ее. Жунь уселась обратно на подушку.

— Братик Ли, у тебя так много шрамов! — произнесла Фань, приблизив свое лицо вплотную к моему. — Можно потрогать?

— Ну, э-э-э, — данное предложение мне уже показалось чересчур интимным для подобного рода приемов у знати.

— Фань, следи за манерами, — строго проговорила гун-эр, спася меня от неловкой процедуры.

— Да, мама!

— Почему сестра вообще липнет к нему!? — покачала головой старшая принцесса.

— Дети меня всегда любили почему-то, — пожал я плечами.

— Мама! Ли Кон признался в растлении детей! Мы должны изгнать грязное животное из дворца немедленно!

— Милая, не надо столь фривольно переосмысливать чужие слова, — мягко пожурила гун-эр.

— Детская любовь и другие невероятные байки Сумасшедшего Ублюдка Ли, — закатила глаза Жунь.

— Я здесь сяду… — проговорила Фань.

Девочка села ко мне вплотную, прижавшись к левой руке.

— Ой, здесь что-то твердое в меня упирается… — пробормотала она.

— Ублюдок Ли, тебе конец! — взорвалась Жунь, вытащив короткий кинжал откуда-то из складок своего расписного одеяния.

— Спокойно! Это всего лишь клешня! — нервно выпрастывал я протез из рукава.

— О-хо-хо, с тобой не соскучишься, младший Ли! — раздался звонкий смех гун-эр. — А я еще не хотела приглашать тебя во дворец. Признаться, ты совсем не такой, каким я тебя представляла.

— Мама! Он просто притворяется!

— Возможно. Но тебе стоит узнать своего потенциального жениха получше.

Откуда-то сзади снова почувствовалась убийственная аура.

— Я никогда не выйду замуж за Сумасшедшего Ублюдка Ли! — отчеканила Жунь Фа Лонг.

— Тогда я заберу братика Ли себе!

Мелкая обняла меня, повиснув.

— Прекрати вести себя подобным образом перед гостями, Фань! Ты всего лишь пытаешься насолить мне! — возмутилась старшая сестра.

— Нет, я совершенно серьезна! — произнесла малявка.

— Он годится тебе в отцы!

— Вот еще! Когда мне стукнет четырнадцать, братику Ли будет… м-м-м, двадцать восемь лет всего. В нашем роду случались браки и с большей разницей. Ты ведь изучала родословную Лонг!

Я чувствовал себя словно между молотом и наковальней.

— О-хо, какие страсти… А твоя душа к кому больше лежит, младший Ли? — подлила масла в огонь гун-эр.

На самом деле идея Фань мне пришлась по душе. Семь лет — это большой срок. Если удастся заключить союз и отсрочить свадьбу, меня такой вариант устроит. А через семь лет, как говорится, или ишак сдохнет или падишах. Однако в вопросе имелся некоторый подвох.

— Лишь спустя семь лет я смогу сравнить двух прекрасных невест, — покачал я головой и мягко потрепал девочку по волосам. — Покамест Фань всего лишь милый ребенок. Но на вопрос, к кому моя душа лежит больше, я могу ответить: к вам, гун-эр.

— Мне? О-хо-хо, вот так льстец! Жаль я не на двадцать лет моложе. Увела бы у тебя кавалера, дочь.

— В бездне Орока видала я кавалера такого… — буркнула Жунька.

Кажется, принцесса поняла, что над ней подшучивают, и перестала так ярко реагировать. Поздний ужин плавно подошел к концу. Мне приходилось столько говорить, что даже поесть особо не успел. Лишь Чебуль один набил брюхо сполна, да еще получил порцию ласки от младшей наследницы.

— Отлично справились, ваше высочество, — похлопал меня по спине Чинсук, когда мы возвращались в гостевое крыло. — Его сиятельство Дай Кон был бы доволен вашим поведением. Постарайтесь и в дальнейшем не ударить в грязь лицом. Если с гун-эр случится нечто похожее на то, что произошло с госпожой Юйвин, нас отсюда унесут вперед ногами, скорее всего.

— Я сама деликатность.

До меня донеслось скептическое хмыканье со стороны шедшей рядом Сати.

— Что?

— Ничего, господин Кон, — произнесла она сухо.

Девушка была явно не в настроении, и я не стал допытываться.

Первый день последней декады 5818 года от Исхода ознаменовался официальным стартом турнира Стального Кулака. С утра участники знакомились со своими группами, списки которых были вывешены на стендах возле колизея. Распределяли по шесть человек, чтобы сразу отсеять большинство. В финалы выходил победитель группы, набравший больше всего очков. Вторые места затем соревновались между собой в коротком турнире. Сильнейшие из них получали возможность принять участие в финалах. Количество варьировалось в зависимости от недобора участников для финалов. В этом году набралось всего 59 групп, а значит дополнительно к основным возьмут не более пятерых. В прошлые года в финалах участвовали до 128 бойцов, но ныне решили ограничиться 64 претендентами.

До подобной ситуации лучше не доводить, как мне поведал знающий Хинью. Основные сражения проходили поэтапно — по 2–3 поединка в день в среднем. А вот турнир среди вторых мест проводился за один день. Требовалось провести больше сражений, на которые могло не хватить ци. Впрочем, за немалые деньги здесь продавали особые духовные питательные батончики, способные за пару часов восстановить резерв ци. При этом запрещенным препаратом не считались.

Распределили практиков в соответствии с их ступенями, старались раскидать сильнейших по разным группам. В моей группе оказались следующие участники:

Чароплет Акито (Боец)

Беспощадная Ксиулань (Боец)

Сумасшедший Ублюдок Ли Кон (Рекрут)

Упорный Шакол Ро (Рекрут)

Пак Йон (Рекрут)

Даргай Тинджол (Новичок)

Далеко не один Рекрут решил принять участие в турнире вместе с Бойцами. Да еще и Новичок сумасбродный затесался. Не жалко ему тридцать серебра было отваливать. Впрочем, не стоило недооценивать противника. Я, например, считал себя достойным бойцом, несмотря на ранг Рекрута. Турнир определенно будет моим.

Я даже сходил и сделал ставку на себя, отдав большую часть накоплений. Можно было поставить на выход в финалы. Учитывая, что я Рекрут, коэффициенты оказались неплохими. Но я решил ставить только на собственную победу. Будет мне дополнительной мотивацией. Коэффициент на мою победу в турнире был заоблачно низким — Один к тридцати. В случае выигрыша озолочусь на пятнадцать монет! Путь назад я себе отрезал.

Бодрый Ян и Трусливая Сати оказались в других группах. Я пробежался глазами по спискам в поисках знакомых имен. Часть практиков имели прозвища, часть еще не набрали достаточно репутации.

— О, и Хутонг здесь! — ухмыльнулся я. — «Помешанный Хутонг». Все же сдержал слово, сменив прозвище. Молодец.

Я посмотрел остальные списки. В одной из групп нашелся Гийом Шанди — тот самый недружелюбный охранник из ближайшего окружения гуна. Парень имел прозвище Защитник. Даже интересно, чем я успел ему насолить. Опять проделки прежнего Ли Кона?

Размышляя, я просматривал списки дальше. Как вдруг что-то показалось мне подозрительным. Вернувшись к списку одной из групп, я быстро понял, что же меня насторожило:

— Смотрите: Светлый Фа Жунь ступени Бойца.

— И что? — приподняла бровь Бхоль.

— Как что? Это ведь почти как Жунь Фа, только наоборот. Принцесса ведь тоже на ступени Бойца.

— Ты намекаешь, что дочь гун-эр решила замаскироваться и принять участие в турнире? — подгладил бородку Хинью. — В этом нет смысла.

— Просто совпадение. Мало ли какие имена встречаются, — добавила Сати.

— Но ведь… Ладно, посмотрим, — махнул я рукой.

Поздним утром началась церемония открытия турнира Стального Кулака. Мы прошли на трибуны колизея, с интересом глазея на местные красоты. Несколько тысяч человек могло поместиться на трибунах, которые представляли собой простые каменные ступени с деревянной доской вместо сидений. У сиятельных особ, а также участников был свой закуток в первых рядах — рядом со входом в раздевалку. Также выделялась гунская ложа — специальное огороженное возвышение по центру трибун. У семьи Лонг будет прекрасный вид на проходящие поединки.

Основная арена представляла собой овал из утоптанной земли размером примерно с футбольное поле, на котором местами были натыканы крупные серые камни. Видимо, чтобы разнообразить сражения. Помимо основной арены в сторонке располагались два дополнительных круглых ринга для сражений. Боев предстояло провести множество, так что арены на всех желающих может не хватить. Как я понял, главная арена предназначалась для наиболее зрелищных поединков.

Чинсук направился в гунскую ложу, мы с Яном и Сати — на первый ряд. Сен нашел себе место среди зрителей неподалеку.

На ринги вышли акробаты и танцующие мечники. Циркачи показывали красивые фокусы с огнем. Зычный голос прокатился по стадиону. Ведущий начал вести речь, нахваливая участников, организаторов из Яхуэй и, конечно, активно пиарил провинцию Лонглин в целом. Диктор использовал специальный артефакт, усиливающий громкость голоса, так что его было слышно из любого уголка стадиона.

— Уважаемые участники и зрители, — взяла слово сама гун-эр Найен. — Пусть удача сопутствует участникам, а зрители наслаждаются зрелищем! Пламетворцы! Помните о мерах безопасности: уважайте соперника, сдерживайте ваши удары и смотрите куда целитесь. Хотя бы в этом году постараемся обойтись без жертв. Засим объявляю турнир Стального Кулака открытым!

То есть, обычно жертвы случаются?

Официальные мероприятия подошли к концу. Начали объявлять первые пары претендентов на титул Стального кулака. Участников проверяли на наличие запрещенных предметов или духовных лекарств. Тяжелую защитную броню, паровые доспехи и некоторые механизмы также нельзя было использовать в соревнованиях. Затем претенденты выходили на ринг или спускались на арену и по команде начинали поединок. Сражающиеся активно использовали духовные техники, благодаря чему бои выглядели впечатляюще.

Сати отправилась первой из нас троих на ринг, но понаблюдать за ее успехами мне не дали. Мой бой поставили одним из следующих, причем проходить он должен был на арене. Сложно сказать: из-за моей репутации или из-за моего противника, коим оказался Чароплет Акито.

— Будь осторожен, ученик Ли, — напутствовал Хинью. — Чароплет по слухам очень неприятный противник.

— И не таких в топке сжигали, — дернул я плечами и направился сначала к площадке оценивания.

К моей ладони приложили золотой амулет с малым духом внутри. Я почувствовал, словно меня лизнул огненный язычок.

— Чисто! — объявил дух из амулета. Прям нарколаборатория мобильная.

Затем распорядитель внимательно осмотрел мою экипировку, включая кочергу и клешню. Во время осмотра он обратился к старшему организатору:

— Начальник, посмотрите на эту штуку. Тут стоит средний котел.

— Средние котлы запрещены на турнире! — заявит тот безапелляционно.

— Да ладно! Предлагаете мне с одной рукой сражаться?! — возмутился я.

— Мало ли что у вас там за оружие спрятано, господин Ли Кон. Мы стараемся уравнять условия всех участников, и ваше происхождение здесь не…

— Что у вас происходит?

Вдруг на возвышении показалась сама гун-эр. Найен облокотилась о перила и с любопытством глядела в нашу сторону.

— Средний котел, ваше сиятельство, — стушевался главный.

— У тебя ведь нет там спрятанных механизмов, младший Ли? — обратилась ко мне правительница.

— Только клешня…

— Я даю разрешение на использование артефакта земного уровня со средним котлом. Сделаем поблажку Рекруту Ли. Ему и так придется крайне непросто…

— Как будет угодно вашему сиятельству, — поклонился организатор, затем изъявил. — Допущен!

Когда текущий поединок закончился, я спустился на арену вместе с оппонентом. Акито выглядел напыщенным индюком с длинными волосами до лопаток. Мужчина имел худощавое телосложение, носил лишь легкие одежды, а из оружия владел только коротким жезлом.

— Наследник рода Чай, чья слава вышла далеко за пределы Триумвирата: Сумасшедший Ублюдок Ли, ступени Рекрута! Также известный как Кровавый Должник, Предатель Пекла, Тухлый Мясник и Крушитель Черепов! Против Чароплета Акито, ступени Бойца! — объявил конферансье. — Сможет ли знаменитый Рекрут одолеть бывалого Бойца в честном поединке? Скоро мы с вами узнаем! Участники, начинаем по команде!

Мной овладело закономерное волнение. Все же сражаться на глазах у такого количества народа мне еще не доводилось. Но я смог унять мандраж. Турнир Стального кулака надо выигрывать, невзирая ни на что. План-минимум — это выйти в финалы, а для этого надо взять первое место в группе. То бишь победить каждого из участников, включая этого Ху… то есть Чароплета Акито.

Вот только я совершенно не представлял каким фиаско обернется для меня мой первый поединок…

— Братик Ли, вперед! — расслышал я звонкий голос Фань среди шума толпы.

Хотя бы одна фанатка нашлась. Жаль, что ей далеко до совершеннолетия.

— Наслышан о ваших похождениях, ваше высочество, — проговорил Акито надменно. — Уж не обессудьте, но придется преподать вам урок.

— Это мы еще посмотрим!

— Участникам приготовиться! — раздался зычный голос ведущего.

Я активировал духовный щит. Подготавливать защитные техники заранее не запрещалось. Мы с Акито стояли на отмеченных местах примерно в двадцати метрах друг от друга.

— Бой!

Я бросился вперед, крепко сжимая кочергу в руке. Чароплет Акито секунду стоял на месте, после чего сформировал в правой руке багровый шарик с торчащими в разные стороны колючими шипами. Как только я приблизился, он метнул свой фаербол в меня словно бывалый бейсбольный питчер. Увернуться я уже не успевал, поэтому выставил щит. Багровый еж соприкоснулся с серой преградой и пробил ее, растеряв часть шипов. Мне пришлось принимать атаку на выставленную клешню. Огненный шар воткнулся в металлический кожух и разорвался. Протез моментально раскалился, а остатки духовной энергии ударили меня в грудь и живот.

Я замешкался из-за удара. Акито же побежал прочь, разрывая дистанцию. Двигался Боец весьма сноровисто, но догоняющему всегда проще, особенно если есть препятствия и места, где можно срезать. Арена была наполнена валунами разных размеров: высотой от шага до десяти.

Я уклонился от посланного огненного копья и почти настиг врага. Моя кочерга уже предвкушала кровавое пиршество, как вдруг Чароплет Акито резко отпрыгнул в сторону. Я продолжил бежать к цели, старательно уклоняясь от разных огненных снарядов. Очередной колючий огнешар снова пробил мой щит и ударил в бедро. В следующий раз я успел заметить, что перед прыжком из-под ступней Акито высвобождался огненный вихрь. Складывалось впечатление, что Чароплет прыгал так далеко с помощью направленной детонации мини-взрывов под самим собой.

— Надоело мне бегать… — проговорил противник меланхолично.

Акито неожиданно прыгнул высоко вверх и приземлился прямо на вершине одного из высоких камней. После чего принялся закидывать меня сверху разнообразными огненными снарядами.

— Ты не Чароплет, а Читер натуральный! — ругнулся я, уворачиваясь от очередной атаки.

Толпа возликовала. Большинство болело за Акито, радуясь неудачам Сумасшедшего Ублюдка Ли. Каждое попадание по мне зрители отмечали одобрительным гулом.

После перехода на новый этап я прыгал довольно высоко, но забраться на валун, на котором спокойно стоял Чароплет, не представлялось возможным. Все равно что пытаться залезть в дот через пулеметную бойницу.

Я отбежал за другой камень и спрятался за укрытием, чтобы перевести дух. Но затем раздался знакомый хлопок, с которым Акито прыгал на большие расстояния.

— Ну привет, ваше высочество, — издевательски проговорил противник с соседнего камня.

Огненное копье пробило щит, его ослабленная часть царапнула шею. Барьерная аура бы мне явно пригодилась. Но так никакого резерва не хватит. А ведь он у меня изначально меньше, чем у Бойца.

— Акито дерется как девчонка! — прокричала Фань со стороны гунской ложи.

— Девчонка?! — рассердился Чароплет, отвлекшись.

— Злодни, Бой! — скомандовал я.

Из амулета вылетел белый луч. Он воткнулся в торс Чароплета и пробил его багровую защитную ауру. Однако Акито довольно шустро сформировал свой духовный щит, сделав жест рукой в виде полукруга. Остаток энергии малого духа пришелся на щит и ауру, не нанеся значительного урона.

— Ты бесполезен!

— А сам-то?! Нечего на дрова пенять, коли огонь протух! — огрызнулся Злоднегрисс.

Пока мы ругались, Чароплет метнул в меня еще одного огненного ежа. Это была самая убойная техника в арсенале Акито. Колючий фаербол элементарно пробивал мой духовный щит и наносил каждый раз новую рану с ожогом. Судя по всему, данную сложную технику ему позволял использовать его артефактный жезл горного ранга. Нечто наподобие скальных искр у Бхоль.

Моя грудь обзавелась новым шрамом. Я быстро откатился за очередное укрытие, дав себе передышку. Возможностей вступить в ближний бой не находилось. Я не умел еще прыгать так ловко и высоко, как Акито. В дальнем бою я с ним сравниться не мог. Впрочем, следовало попробовать один вариант.

Чароплет снова перепрыгнул на один из соседних со мной валунов, и я воспользовался данным моментом, чтобы метнуть напитанную ци кочергу. Сделав пару оборотов, снаряд попал в ногу противника. Раздался хлопок.

— Отродье Орока! — ругнулся Акито, чуть не свалившись с возвышения.

На ноге противника показалась кровь. Мне удалось неплохо задеть его подобным трюком. Воодушевившись, я быстро метнулся за отскочившей в сторону кочергой. Очередной огненный еж просвистел буквально в миллиметре от моей спины.

— Заканчивай с Ублюдком Ли! — взревела толпа.

Некоторое время я вилял меж валунов, а Акито преследовал меня поверху, перепрыгивая с камня на камень. Его снаряды были крайне неприятны. Наконец мне удалось выгадать момент, застав Чароплета в прыжке. Я метнул кочергу заранее, целя в то место, куда он приземлится.

Однако случилось ужасное. Акито вовремя выставил духовный щит, на который и пришелся удар кочерги. Противник выставил защиту таким образом, что оружие отскочило наверх. Акито оттолкнулся от камня, совершив высокий прыжок, и достал мою кочергу.

— Твою мать! — ругнулся я через зубы.

Акито по-пижонски взмахнул моим оружием, напитав духовным огнем. Особенность мог использовать только владелец. Кочерга противилась чужаку, но она была всего лишь безмолвным предметом и ничего не могла поделать. Как и я.

Чароплет обратил на меня свое внимание и произнес язвительно:

— Кто ты без своей кочерги, Ли Кон?

— Наследный принц, кочегар, филантроп! — рыкнул я, горя желанием отомстить мерзавцу.

Я бросился к камню, на котором стоял Акито, высоко прыгнул и зацепился за край клешней и правой рукой. Мне почти удалось подтянуться, но неожиданно в правую ладонь ударила моя собственная кочерга. Стрельнула боль. Гад пробил мне ладонь чуть ли не насквозь.

Я сверзился вниз и рухнул на площадку. Чароплет подошел к краю камня, держа в руке очередного огненного ежа, и склонился:

— Желаешь продолжить?

Трибуны притихли, с большим интересом следя за развитием ситуации. Даже бойцы на запасных рингах взяли паузу, чтобы понаблюдать за сим историческим событием: как Чароплет Акито унижает Сумасшедшего Ублюдка Ли.

Ярость плескалась в моей душе, но разум взял верх.

— Я признаю свое поражение, — проговорил я, баюкая поврежденную ладонь.

Зрители одобрительно взревели, поздравляя Чароплета и друг друга. Акито прямо-таки лучился самодовольством.

— Не самый плохой бой, соперник Ли, — бросил он вниз мою кочергу. — Тренируйся, и однажды сможешь приблизиться к моему уровню.

— Обязательно… — подобрал я свое оружие.

— Вот так схватка! — раздался громогласный голос ведущего. — Сумасшедший Ублюдок Ли ничего не смог противопоставить Чароплету Акито. Что и не удивительно: все-таки Акито — Стальной Кулак позапрошлого года! За прошедшее время он значительно отточил свои навыки и освоил новые техники! Теперь Ли Кону будет крайне непросто выйти в финалы. Свадьба Сумасшедшего Ублюдка Ли и Фарфорового цветка Жунь под угрозой срыва!

Так он еще и чемпион одного из предыдущих годов? Не повезло мне с группой.

— Поделом! Ни шанса Ублюдку Ли! — бесновалась толпа, пока я направлялся обратно к нашим местам.

За перилами возвышения гунской ложи показались принцессы. Губы старшей изогнулись в довольной улыбке:

— Как и ожидалось от презренного Рекрута. Лишь Орок может спасти тебя от вылета с турнира!

Фань же наоборот выглядела расстроенной. Они с сестрой были словно луна и солнце.

— Братик Ли, не унывай! У тебя все получится!

— Спасибо! — махнул я клешней.

Вернувшаяся с поединка Сати оказала мне услуги врачевателя. Ладонь мне гаденыш нехило повредил. К счастью, Бальзам горного уровня справлялся и с переломами в короткие сроки.

Сати и Ян выиграли свои бои. Правда, оба сражались с Рекрутами. В группе Хинью имелся всего один Боец помимо него, так что ему будет проще выйти из группы. Насчет Бхоль я лично сомневался. Она хороша, но местные топовые практики, приехавшие на турнир с окрестных земель, тоже не пальцем деланы. Разница в ступенях будет ощутимой и для нее.

Как только наши бои завершились, мы покинули колизей. Следующие поединки будут проходить вечером, и нам следовало восстановить потраченные силы. Особенно мне. Батончики покупать не стал. Во-первых, у меня и денег в таком количестве уже не было, во-вторых, времени оставалось достаточно. К нашей вящей радости, мы являлись гостями самой гун-эр, и могли спокойно харчеваться во дворце, где подавали вполне питательные блюда. Ци спокойно восстановится за несколько часов.

Чинсук и Сен поделились духовной энергией со Злоднегриссом. Обычно малые духи привыкали к хозяйской ци, но в целом были не прочь полакомиться и любым дармовым духовным огнем. Я попросил было стражей дворца немного поделиться своим ци, но те сотрудничать отказались наотрез. Да, это не Ханкин, где мои поручения исполнялись. Здесь я чужак.

Поражение меня безусловно расстроило, но сдаваться я не собирался. Еще оставались шансы на выход в финалы. Акито мог проиграть, потеряв очки. Либо я мог занять второе место, для чего требовалось побеждать у всех оставшихся соперников. В дальнейшем у меня еще будет шанс отомстить обидчику.

Я вздохнул.

За столь короткое время уже не получится изменить что-то кардинально: прокачаться до Бойца или подтянуть фехтование до божественного уровня. В бою с Акито я четко ощутил, что мне не хватало духовных техник. Плотно пообедав, я занялся отработкой Барьерной ауры. Но и здесь приходилось действовать крайне экономно. Иначе к вечеру резерв не успеет восстановиться.

В обед объявлялся длинный перерыв между боями, так что у участников оставалось время на отдых. Примерно к четырем часам дня мы потянулись обратно на стадион. Ян выглядел вполне довольным, хвалил солнечную погоду и сыпал остротами. Я же молча хмурился и вздыхал беспокойно. Одна Сати выглядела как обычно, словно ее не волновали собственные успехи на турнире.

Ладонь моя, к счастью, успела восстановиться. Признаться, левой рукой орудовал я скверно — сказывался недостаток тренировки и неудобный протез.

Около двух часов мы наблюдали за поединками других участников. Каких только странного вида оружий здесь не использовали. По сравнению с некоторыми моя кочерга смотрелась не так уж необычно. Духовные техники поражали воображение. Не знал, что с огнем можно вытворять подобные фокусы. Само собой, мы внимательно наблюдали за соперниками по группе, стараясь высмотреть слабые и сильные стороны будущих оппонентов.

Меня поставили на один из малых рингов — кругом диаметром в десять метров. Видимо, сам по себе, в отрыве от позапрошлогоднего чемпиона, я не так сильно интересовал публику. Участники имели право потребовать боя на основной арене, но не наоборот. Жаль. На обычном ринге у меня было бы значительно больше шансов против Акито.

Считать ли выход за пределы ринга поражением или нет — участники заранее договаривались между собой. В этом плане правила турнира были довольно свободными.

В назначенное время меня позвали на бой. Пройдя проверку на запрещенные вещи, я спустился к правому крылу колизея. Моим следующим противником стал Пак Йон — совсем юный парень ступени Рекрута. Впрочем, я не обольщался. Мандраж ударил с новой силой. Если я и второй раз оплошаю, на турнире можно сразу ставить крест.

— Г-господин Ли, — запинаясь, проговорил он. — Надеюсь на честный поединок.

— Взаимно. Выход за пределы учитываем?

— Как пожелаете…

— Тогда выход за пределы не считается за проигрыш, — решил я.

Пак Йон робел перед столь легендарной личностью. В кои-то веки моя известность сыграла мне на руку.

Вскоре судья объявил о начале поединка, и мы принялись звенеть металлом и греметь огнем. Пак Йон владел Барьерной аурой, орудовал мечом и щитом. Иногда насылал духовный Разрез, так что мне приходилось внимательно следить за цветом его лезвия. В целом двигался не слишком уверенно. Моя кочерга пробивала его серую защиту. Благодаря урокам фехтования и особенностям кочерги мне удавалось относительно легко находить уязвимые места. Один раз я спихнул его с ринга, зажав на краю. Пак Йон вернулся в центр и сделал вторую попытку, но долго продержаться не смог. Я без особых усилий принимал на щит его атаки и наносил болезненные удары, при этом экономя ци.

Даже трети резерва не потратил, как Пак Йон поднял оружие вверх и дисциплинированно произнес:

— Господин Ли, я признаю свое поражение!

— Отлично! Спасибо за бой!

— И вам спасибо!

Мы поклонились друг другу, после чего разошлись. Мое настроение значительно улучшилось. Не только лишь монстры вроде Акито встречаются среди моих соперников. Против Рекрута в бою я чувствовал себя довольно уверенно.

— Поздравляю, господин Кон, — поприветствовала меня Сати по возвращению.

— Возможно, у тебя еще есть шансы занять второе место, ученик Ли, — протянул Хинью задумчиво. — Но с таким уровнем ты все равно далеко не пробьешься.

— Не стоит делать поспешные выводы, учитель Ян.

Мы решили дождаться окончания первого дня турнира. Организаторы активировали фонари, в которых использовались малые духи. Поскольку духи относились к разным кастам, прожекторы выходили разноцветными: от серого до желтого оттенка. Белого света в освещении я не заметил. Все-таки Злоднегрисс являлся редким экземпляром. Жаль, что эффективность его атаки оставляла желать лучшего. Малые духи в основном являлись вспомогательными инструментами, помощниками, а не боевыми единицами.

Объявили знакомое мне имя, и я с интересом стал следить за одним из последних боев на главной арене. Выступал некий Светлый Фа Жунь. Означенный участник вскоре вышел на стадион, и я внимательно присмотрелся к его внешности. Фа Жунь имел хрупкое телосложение и невысокий рост. На холеном лице юноши росла короткая темная бородка, а волосы его были спрятаны под плотную шляпу. Боевое ханьфу умело скрывало телесные изгибы.

— Вот видишь, ученик. Никакая это не принцесса, — заявил Ян Хинью.

— Чего?! Да любому должно быть очевидно, что это принцесса Лонг!

— Господин Кон, вас по голове в поединке били? У принцессы Лонг нет бороды, — произнесла Сати тоном, словно разговаривала с умалишенным.

— Вы все… А, ладно!

Я поднялся со своего места и направился к гунской ложе. Затем позвал младшую:

— Фань Фа!

Вскоре за перилами показалась любопытная головка дочери гун-эр:

— Братик Ли! Что такое?!

— Жунь Фа там с вами?

— И зачем тебе сестра понадобилась? — надулась она.

— Просто ответь.

— Сестра Жунь отошла.

— И ты не знаешь, где она?

— Сказала, что ей надо отдохнуть.

— Бой на главной арене тебе ни о чем не говорит?

— Нет, а что?

Я погладил свой лоб разочарованно. Ладно, у местных явно какой-то бзик на переодевания и маскировку. Вот я буду выглядеть идиотом, если Фа Жунь — это на самом деле никакая не принцесса. Подобные вещи случались в комедийных фильмах.

Ну а если это действительно принцесса, значит у меня появился небольшой рычаг давления на нее. Интересны мотивы Жунь Фа: для чего она решила тайно участвовать в турнире? Чтобы помешать мне, став чемпионом самолично? Хе-х, и выйти самой за себя замуж?

Вечером нас снова пригласили на общий ужин с семьей Лонг.

— Классно Чароплет разделал сиятельного брата Ли, верно? — подняла тему Жунька почти сразу как мы сели за стол.

— Акито сражался подло! — встала на мою сторону Фань.

— Один из чемпионов прошлых лет. Ничего удивительного, — произнесла гун-эр Найен.

— Ничего, я и со второго места пробьюсь в финалы, — ответил я спокойно. — А мне понравился бой Фа Жуня, смотрели его?

Принцесса застыла каменным изваянием, стараясь не выдать свои эмоции. Похоже, я попал в точку.

— Ничего особенного! — фыркнула Фань. — Хотя техника фехтования похожа на ту, что нам преподают. Наверное, кто-то из отставных гвардейцев тренировал.

— Хо-хо-хо, — глухо рассмеялась Найен, прикрыв ротик рукавом.

Ужин прошел вполне в милой и приятной обстановке, поскольку больше принцесса Жунь не пыталась меня поддеть. Мое маленькое наблюдение помогло мне наладить мирное общение за столом — уже плюс.

Следующий день обещал быть не менее тяжелым, поскольку предстояло провести три сражения: с Бойцом, Рекрутом и Новичком. Если Боец находится на уровне Акито, на этом мои приключения в Яхуэй закончатся.

Ци экономить не следовало перед сном, поэтому я отправился на задний двор на вечернюю тренировку. На свежем воздухе процесс шел быстрее. В Барьерной ауре начали проклевываться первые успехи. Местами огонь принимал ту самую плотную, но гибкую форму, которая и требовалась для техники. Вот только держать покров по всему телу все еще было проблематично.

Ко мне на полигон вдруг заявилась Жунь Фа.

— Ли Кон, нам надо кое-что обсудить, — проговорила она нервно.

— Что такое?

— Тот бой, о котором ты упоминал за столом. Не стоит поднимать данную тему до конца турнира.

— Н-да? Идет, если ты попросишь своих гвардейцев делиться с нашими малыми духами энергией. Боев много — ци улетает словно в черную дыру.

— Если это все, я отдам распоряжение. Удачных сражений завтра, сиятельный брат Ли.

— И тебе того же, невестушка.

Крепко сжав кулачки, принцесса Жунь быстро покинула мое общество, не став устраивать ссору на ровном месте. И зачем я только подтруниваю над вспыльчивой и горячей особой? Впрочем, истинные кочегары жара не боятся.

Второй день турнира принес холодный ветер откуда-то с восточных горных хребтов вместе с темными тучами. Впрочем, мелкий моросящий дождик не смог унять царивший в Яхуэй ажиотаж. Не только практики съезжались с окрестных провинций и стран, но и зрители порой проделывали долгий путь, чтобы понаблюдать за незабываемым зрелищем. Топовый контент по меркам мира Фанши. Владельцы постоялых дворов, купцы и лавочники делали огромную кассу с приезжих.

Первые бои начинались с семи утра, так что мы направились в колизей сразу после завтрака. Поглядели на списки групп. Организаторы проставили участникам количество набранных очков по итогам первого дня. Акито и Ксиулань из моей группы набрали по два очка. Между собой пока не встречались, судя по всему. Если Чароплет проиграет Беспощадной, а я у нее выиграю, у меня еще оставались шансы поделить первое место.

Светлый Фа Жунь набрал(а) два очка. Гийом Шанди из охраны тоже выиграл оба боя. Ян и даже Сати имели по два очка. Впрочем, Сати с Бойцами из своей группы пока не встречалась, так что все самое трудное у нее впереди.

Мой резерв за ночь восстановился, от ранений остались лишь розоватые полоски на коже. Я был полностью готов к бою. Больше всего я опасался второго Бойца — Беспощадную Ксиулань. Мельком успел поглядеть на ее поединки. Дамочка впечатляла. Особенно беспокоило ее экзотическое оружие. Придется мне использовать Барьерную технику несмотря на то, что я не до конца ее освоил.

Первый бой мне предстояло провести против Новичка по имени Даргай Тинджол. Мужчина отличался внешне от жителей триумвирата. Между лонглинцами и чайфунцами имелись определенные различия, но на турнире изредка встречались представители совсем иной расы. Их называли горцами, как пояснил Чинсук. Родом они были с далекой горной страны, находящейся далеко от Подковы.

Горцы имели сероватую кожу, высокий рост и мощное телосложение. Ходили слухи, что они являлись плодом союза мифических великанов и человека, но это не точно. Можно сказать, что горцы чем-то напоминали орков, вот только не так сильно отличались от людей. Клыки из пасти не торчали, форма ушей, челюстей и головы практически не отличались от обычной. Крупного лонглинца можно вполне себе перепутать с горцем, если не принимать во внимание серый цвет кожи.

Вскоре меня вызвали на бой.

— Ублюдок Ли! Держи кочергу крепче! Смотри не потеряй снова! Ха-ха-ха! — напутствовали меня зрители.

Я показал толпе знак из среднего пальца, который в данном мире не имел оскорбительного подтекста.

Меня ранее не сильно беспокоили Новички, но, когда Даргай встал напротив меня на ринге, я как-то быстро засомневался в собственных силах. Горец был выше меня на голову, шире в плечах и весил раза в полтора больше.

— Сумасшедший Ублюдок Ли! — рыкнул он. — Для меня большая честь сразиться с таким свирепым воином! Пусть духи благоволят сильнейшему!

— И тебе того же, брат Даргай. Предлагаю не учитывать поражение при выходе за ринг.

— Боишься, что выкину с площадки? — усмехнулся он. — Я за проигрыш при выходе!

— И какой вариант в таком случае нам избрать? — поинтересовался я у рефери.

— Если мнения участников разошлись, используются стандартные правила: выход дважды за пределы ринга равнозначен поражению. Участники готовы?

Я выпустил духовный щит и кивнул. Даргай ударил своим здоровым ятаганом по костяному щиту несколько раз и одобрительно рыкнул.

— Бой! — скомандовал судья.

Горец понесся в мою сторону словно бронепоезд. Я слегка замешкался, и наши щиты столкнулись. Меня отбросило назад к краю ринга. Подняться я не успел. Выставленный впереди костяной щит снова сбил меня и выкинул с возвышения.

— Выход за пределы! Ли Кон, последняя попытка.

— Вот шкаф здоровый! — сплюнул я, после чего потянулся обратно в центр круга.

— Бой! — махнул судья.

Даргай попер на меня снова, и я спешно отошел к краю ринга. В последний момент я нырнул вбок, подставив бойцу подножку. Даргай запнулся и не удержал равновесие, скатившись с ринга.

— Выход за пределы! Даргай Тинджол, последняя попытка.

— Грязная игра! — взревел амбал.

— Все в пределах правил! — возразил судья.

Мы снова сошлись на позициях в середине ринга. Горец хмурился. Рефери скомандовал о начале поединка, и мы осторожно сошлись в центре. Похоже, Даргай решил биться всерьез, а не устраивать бои суммоистов. Удары ятагана, фонящего черным огнем, редко пробивали мой серый духовный щит. Однако сила атак была чудовищной. Мне припомнилось противоборство с усиленным, серым змеехвостом. Зверюга обладала примерно такой же мощью и массой. Приходилось наклонять корпус вперед, чтобы меня не сбило с ног.

Вот только за силу и огромность Даргай расплачивался неповоротливостью и неуклюжестью. Стремительные удары кочерги легко находили бреши в его обороне. Горец не владел Барьером, так что вскоре покрылся множеством тяжелых ран. Я вился вокруг него словно угорь, быстро перебирая ногами. Уроки Токфу не пропали даром.

Даргай, поняв, что не поспевает за мной, взревел словно берсерк и резко бросился в мою сторону. Я попытался уклониться, но широкий взмах горящего черным огнем ятагана достал мой духовный щит. Разрыв духовной энергии и сила удара отбросила меня на край ринга.

Амбал двинулся на меня, желая скинуть с площадки и заработать победу. Я мог бы перекатиться или ударить кочергой, но вспомнил вдруг об одном приеме из детства. Когда-то давно я ведь ходил в школу боевых искусств. Пробыл там недолго, но кое-что на подкорке осталось.

Даргай приблизился, и я поднял одну из ног, продолжая лежать на полу. Он сам ударился животом о мою ступню. Нехитрое движение, и горец вдруг отправился в полет. Противник перемахнул через меня и свалился за пределы ринга.

Зрители, наблюдавшие за нашим поединком, разочарованно загудели. Похоже, поединок на запасном ринге их интересовал больше, чем бой на основной арене, где наверняка участвовали Бойцы. Толпа жаждала моего очередного проигрыша.

— Чем выше шкаф, тем громче падает, — фыркнул я, отряхивая кимоно от грязи.

— Выход за пределы! Победитель — Сумасшедший Ублюдок ли!

— Да я его! — прорычал Даргай.

Судьи бросились на пылкого горца и удержали от необдуманных действий. Получив несколько звонких оплеух от старших пламетворцев, Даргай успокоился.

Симпатии толпы оставались на стороне горца, хотя среди недовольных голосов и прослеживались редкие крики ободрения. У Сумасшедшего Ублюдка Ли тоже были свои фанаты.

Я вернулся в ложу участников и принялся наблюдать за боем Сати. Бхоль отважно сражалась с целым Бойцом. Поединок проходил напряженно.

— Господин Ли, — обратился ко мне старший организатор. — Вы не против провести оставшиеся бои на главной арене? Публику интересуют ваши поединки.

— Не против, — махнул я рукой. — Если вы позволите мне самому выбирать время боя.

— Хм-м, полагаю, мы можем сделать исключение для вас, господин Ли.

Мы быстро договорились о деталях с организатором, и я продолжил следить за боем. Сати не сумела взять верх у своего соперника. Первое ее поражение на турнире. С одной стороны я огорчился, с другой стороны слегка обрадовался. Не хватало еще, чтобы вассал той же ступени вышел в финалы с первого места без единого поражения. Я помог Бхоль обработать неприятную рану на спине. Надеюсь, успеет зажить ко времени следующего поединка.

Моим четвертым соперником назначили Вздорного Шакол Ро — ученика Школы Пепла ступени Рекрута. Бойца Ксиулань оставили напоследок. Мы провели несколько часов на трибунах, следя за поединками. Во время перерыва сходили перекусить чем-то наподобие вареной кукурузы. Только початок был полым и размером с дыню, а кукурузины имели зеленый цвет. Чебуль умял с большим удовольствием.

Незадолго до полудня стартовал следующий этап боев. Надев тренировочное кимоно, я спустился на арену. Шакол Ро стоял напротив меня с обнаженным клинком. Орудовал он продолговатым двуручным мечом длиной чуть ли не в полтора метра. Поэтому держать его на дистанции точно не выйдет.

— Сумасшедший Ублюдок Ли против Вздорного Шакол Ро! Сможет ли Ли Кон продолжить свою борьбу за второе место в группе или его путь закончится здесь и сейчас? На кону сердце несравненной принцессы Жунь Фа Лонг, Фарфорового цветка! Участники готовы? …Бой!

Мы с Шакол Ро двинулись друг на друга. Противник сразу же атаковал меня Разрезом, пробив щит и нанеся неприятную рану. Уклониться от такой широкой волны со всей длины лезвия было проблематично. Рекрут знал несколько духовных техник, включая Барьер. Моя кочерга вонзилась в его плечо, пробив духовную защиту, но он вовремя отклонился вбок и смог избежать серьезной раны.

Некоторое время мы плясали вокруг друг друга. Никто из нас не стремился прятаться за валунами или забираться на них. Я чувствовал себя довольно уверенно, сражаясь с Рекрутом. Шакол Ро владел боевыми искусствами, но и я поднаторел в данном вопросе. Скоростная кочерга и духовный щит давали мне явное преимущество.

Шакол решил применить особую технику, которую культивировала школа Ткачей Пепла. Странно что она вообще была разрешена на турнире.

Мужчина разорвал дистанцию. Его кулак охватил серый огонь, приняв странную полуматериальную форму. Затем Шакол резко махнул рукой, выпуская тлеющие кусочки в мою сторону. В один момент серый огненный пепел заполонил пространство вокруг на большой дистанции. Видимость упала буквально до метра. Я был готов к такому трюку, поскольку видел ранее, как ученики Пепла используют его. Чтобы ему противостоять, требовалось всего лишь убраться из зоны действия. Накрыть всю арену ученики Пепла были неспособны.

Вот только я чуть не опростоволосился, не запомнив местность рядом. Побежал в сторону и наткнулся на один из валунов. В спину ужалил острый клинок Шакола. Гад каким-то образом мог видеть в сгустившемся мраке из пепла и слабых лучиков света, еле пробивающихся через заслон. Его длинный клинок атаковал меня с разных неожиданных сторон, все время меняя направление. Еле успевал реагировать на выпады.

В итоге я все-таки выбрался из зоны действия пепельного заслона. Публика разочарованно выдохнула. Надеялись, что меня можно взять такой примитивной ловушкой? Черта с два!

Вздорный Шакол Ро вышел из пепельного облака и ввязался в бой. Противник все время пытался пнуть меня ногой или как-то уязвить, сбив с ритма:

— Ублюдок Ли, тебе только тепловые камни греть, а не в турнире сражаться! Здесь умелые бойцы участвуют!

— Кочегар — это благородная профессия… — возразил я.

Я легко заблокировал длинный клинок щитом.

— Только и можешь, что на Новичках и Рекрутах отыгрываться. Бойцы тебе не по зубам!

— Вздор! Нескольких самолично отправил на перерождение…

Очередной Разрез пробил мой щит, но мне удалось рассеять большую часть огненной энергии о клешню. Я заметил, что Шакол собрался снова разорвать дистанцию, чтобы применить свой прием. И вместо того, чтобы убегать прочь, я, наоборот, последовал за противником. Его кулак окутался серым огнем, и моя кочерга попала прямо по нему в этот момент. Раздался взрыв. Похоже он не успел завершить свою пепельную технику, и духовный огонь разорвался, повредив руку.

— Бездна Орока! — упал он на одно колено.

Из его левой руки ручьем текла кровь. Пара пальцев держалась на ошметках мяса.

— Вздорный Шакол Ро, куда же делся твой задор?

— Я признаю поражение… — скривился он.

— Есть третий балл! — поднял я вверх кочергу с триумфом.

— Не-е-е-ет… — раздался гул с трибун.

— Сумасшедший Ублюдок Ли одержал очередную победу! — известил ведущий. — Лидерство в группе осталось за Чароплетом Акито, Ксиулань подарила ему свое очко. Следующий бой решит, кто же из двоих фаворитов: Ксиулань или Ли, сможет занять второе место! Этим вечером будет жарко!

Мы сразу после боя двинулись во дворец и как следует пообедали. Я не успел истратить резерв полностью, а вот Сати выдохлась. Однако она заверила, что успеет восстановиться достаточно. Так что не пришлось тратиться на дорогие энергетические батончики.

Свободные пару часов я решил провести в тренировках, посчитав, что ци успеет восстановиться. В Барьерной ауре удалось добиться значительного прогресса. Но я чувствовал, то с Беспощадной Ксиулань мне понадобится все мое умение. Серые язычки пламени, окутывающие мое тело, уже сцеплялись друг с другом, становясь похожими на чешую кольчуги. Вот только добиться стабильного эффекта не удавалось. Чуть отвлечешься, и конструкция рассыпалась.

— Господин Кон, нам пора идти, — тихо произнесла Сати.

— Да… быстро за тренировками время летит… — вздохнул я.

Мы направились в колизей, и я продолжил потихоньку тренировать Барьер на трибунах, поглядывая на бои. Вечер быстро вступил в свои права. Настал черед последних поединков. Сати сражалась с Бойцом на главной арене, мой черед шел прямо за ней — я специально попросился последним, пользуясь своей привилегией выбирать время поединка. Скальные искры оказались весьма неприятным навыком против одиночного противника. Девушка сковывала своего соперника, после чего осторожно старалась достать с безопасной стороны. Впрочем, Боец довольно быстро выбирался из ловушки.

— Вперед, Трусливая Сати! Ты преодолеешь свой страх! — активно болел я за вассала.

— Гя-уш!!! — Чебуль на плече не понимал, чего все вокруг голосят, но ему нравилось вопить за компанию.

Кажется, она услышала мое замечание, и это придало ей злости. Бхоль сумела нанести умелый удар, пронзив защиту оппонента. Противник не смог продолжать бой и признал поражение. Сати смогла выгрызть себе второе место в группе, что являлось неплохим достижением для Рекрута на турнире Бойцов.

— Молодчина! — похвалил я вернувшуюся Сати. Спутница выглядела уставшей, но довольной.

— Спасибо за вашу «поддержку», господин, — съязвила она. — Кстати, я тут вспомнила одну тонкость про Барьер. Позволите дать совет?

— Конечно.

— Мне в освоении Барьера немного помогло умение пользоваться Греющей аурой.

— О! — хлопнул я себя по лбу. — Реле переключения!

— Ре-ле? — склонила она голову в непонимании.

— Можешь ведь быть полезной, когда захочешь!

— Пф…

— И наконец одно из главных сражений сегодняшнего дня: Сумасшедший Ублюдок Ли против Беспощадной Ксиулань! Бойцам занять места на арене!

Я спустился на утоптанную площадку. Персонал уже убрал осколки камней и заделал неровности в земле после предыдущего поединка. Ксиулань была относительно симпатичной дамой средних лет с двумя толстыми косами. Длинные волосы в бою мешали, однако они позволяли хранить больше ци, так что от них редко отказывались. Особенно женщины.

Вместо щита в левой руке противница держала нечто похожее на сай: кинжал с гардой, у которой имелись свои зубцы. Длиннее, чем у гарды моей кочерги. Или нечто похожее на наконечник трезубца, но с короткими боковыми зубцами.

А вот основное оружие Ксиулань являло собой нечто невероятное. В повседневном ношении оно хранилось в виде свернутого мотка. При том, что сделано было из серебра. Слышал в Индии существовали гибкие клинки, вот только форма оружия Ксиулань была особенной. Трехметровый клинок-хлыст имел четыре лезвия, в разрезе на манер креста. Как и моя кочерга, артефактный меч имел особенность. В данном случае она позволяла клинку при подаче ци гнуться в разных направлениях, словно он был сделан из эластичного каучука, а не металла.

Ксиулань сняла свернутый клинок с пояса и изящным движением распрямила его, махнув почти как плетью. В земле в месте удара образовалась глубокая выбоина.

— Мне бы хотелось понаблюдать за вашими дальнейшими боями на турнире, Сумасшедший Ли Кон, — проговорил участница теплым тоном. — Но я намерена взойти на пьедестал в этом году. А потому вас ждет неминуемое поражение, соперник Ли!

— Скоро узнаем, кто из нас пройдет дальше! — проговорил я, судорожно пытаясь активировать Барьерную ауру, которая почему-то не желала включаться.

— Бой! — разнесся над ареной громкий голос ведущего.

Ксиулань побежала в мою сторону, я бросился прочь, намереваясь урвать немного дополнительного времени. Барьерная аура была близка к завершению. У меня уже получалось формировать серый огненный покров вокруг всего тела, вот только долго держать не удавалось. Приходилось серьезно сосредотачиваться, так что даже на беготню не оставалось ресурсов, не говоря про сложный бой.

— Стой! — рявкнула сзади соперница.

Недолго мне удалось пробегать меж камней. Стальной Змей, как называлось оружие соперницы, достал меня, ударив по спине. К счастью, я в этот момент пытался настроить работу ауры, так что Барьер рассеял большую часть энергии удара и багровой ци. Но все же без длинной царапины не обошлось. Спину обожгло.

Поняв, что убежать не получится, я развернулся и сблизился с Ксиулань. Дама умело приняла мою кочергу на свой сай и на секунду зажала оружие зубцами. Стальной змей ударил меня слева. Я выставил духовный щит, однако странное оружие имело феноменальную длину. Гибкий крестообразный клинок обогнул мой щит и ударил концом в спину и бок, оставив после себя глубокую неприятную рану.

— Отрыжка хургла!

Я разорвал дистанцию, но это не улучшило моего положения. Трехметровый металлический хлыст доставал меня издали, разрушая духовный щит и нанося длинные раны. Я при этом не мог ничего сделать оппонентке.

— Злодни, бой! — прибег я к одному из козырей.

Ослепительный луч света повредил слегка бок Ксиулань, но лишь ненадолго отвлек соперницу. Нельзя проигрывать бой! Думай, голова, думай! Я вспомнил свою родную котельную, в которой имелся специальный зал релейной аппаратуры. Информация с многочисленных датчиков и органов управления собиралась в данном помещении и анализировалась. Если какой-то показатель отклонялся от нормы, автоматика могла сама аварийно остановить подачу топлива. Но главное — реле в котельной находилось не одно!

Мягко говоря, было непросто сконцентрироваться в бою, но все же мне удалось создать рядом с Дао второе реле-переключатель. Я спешно привязал его к Барьерной ауре. И духовная техника не без сбоев, но заработала! Не следовало пытаться связывать один и тот же переключатель на разные техники. Для каждой из них требовался свой настрой и спектр духовного огня, и в результате прием не срабатывал.

Мое тело окутал мягкий полупрозрачный слой серого духовного огня. Видимости Барьер слегка мешал, но то дело привычки. Уж лучше чуть хуже видеть, чем помереть в бою.

Стальной Змей снова захлестнул меня и ударил в спину, но на этот раз ему не хватило силы, чтобы пробить одновременно Барьер, одежду и кожу. Лишь немного повредил наряд. Барьер — это хорошо, но не стоило забывать, что между мной и Ксиулань разница в одну ступень. Серый огонь, как ты его не крути, проигрывал багровому по жару и мощи.

Тем не менее, я наконец почувствовал себя достаточно защищенным. Стальной змей все еще мог пробивать Барьер, но глубокую рану нанести оказался не способен. Я активнее включился в бой и принялся наступать. Кочерга мелькала с разных сторон, и Ксиулань не всегда удавалось заблокировать ее саем. Ее духовная защита начала пропускать удары. И здесь у меня было определенное преимущество: сила удара концентрировалась на небольшом участке клевца, что позволяло пробиваться через барьер противника. Гибкий змеиный меч таким похвастать не мог.

Барьерная аура плохо проникала через плотные материалы вроде доспехов. Исключение составляли личные предметы, способные проводить родственную ци. Поэтому боевые доспехи или тяжелая броня имели сомнительные защитные качества. Прочные пластины металла или композитная броня могли сдержать многие атаки, но без Барьера защита получалась неполноценной. Поэтому значительное число практиков использовало обычную легкую одежду вместо брони — в таком случае эффективность духовного Барьера достигала максимума. И при этом можно было сэкономить на дорогой экипировке.

Я носил тренировочное кимоно с кожаными накладками, не стесняющее движений. И лишь сейчас я осознал, почему многие пламетворцы игнорировали броню: с Барьером и без доспехов можно было неплохо чувствовать себя в бою. Наконец-то и я достиг того же уровня владения духовными техниками.

Жаль, что атакующими приемами я покамест не обзавелся. Ци при сражении с Бойцом приходилось экономить. Обычное же высвобождение духовного огня с трудом пробивало защиту противника. Я старался наносить экономные удары, тщательно выверяя количество ци при ударе.

Один раз мне удалось схватить крестообразное лезвие Стального Змея своей Клешней Жадного Хвата. Вот только его кончик продолжал извивать. Он ударил меня в предплечье, чуть не дотянувшись до лица. Пришлось выпустить гадкое оружие из клешни и продолжить воевать традиционным образом.

Грамотным ударом мне удалось хорошенько попасть по левому запястью Ксиулань. Женщина скривилась от боли и разорвала дистанцию. Сай выпал у нее из рук. Следуя негласному этикету, я дал противнице время, чтобы прийти в себя.

— Это еще не конец! — прокричала она и бросилась в бой.

Ксиулань не стала подбирать брошенный сай. Похоже, руку я ей повредил более чем серьезно. Противница принялась махать Стальным Змеем из стороны в сторону, создавая своеобразные волны. Подобраться мимо гибкого хлыста оказалось непросто. Клинок пробивал мой духовный щит, но на выручку пришла клешня. Я отклонял вражеское оружие и подбирался поближе, после чего наносил резкий удар в корпус или голову. Затем мне приходилось уворачиваться от Стального Змея или уходить перекатом.

Беспощадная использовала и свой козырь — малого духа желтой касты. Удар удалось принять по большей части на щит. Прошедшие осколки духовной шрапнели завязли в Барьере.

Ксиулань покрылась множеством болезненных ран. Я тоже не остался невредимым, но, похоже, одерживал верх над Бойцом. Трибуны ревели в моменты, когда я наносил удар и одобрительно гудели, когда Стальной Змей бил по мне.

— Я не могу проиграть! — взревела Ксиулань и бросилась в самоубийственную атаку.

Стальной Змей прошил щит и резко обвил мою шею. Багровый огонь корежил серый Барьер, а металлические лезвия принялись сжиматься вокруг моей шеи все сильнее. У меня была возможность попытаться снять с себя удавку с помощью клешни и кочерги, но я поступил иначе. Вытянул левую руку и схватил Стального змея, после чего резко дернул на себя. Ксиулань сделала шаг вперед, оказавшись в зоне досягаемости. Напитанная серым огнем кочерга прилетела ей точно в запястье правой руки, пробив чуть ли не насквозь.

Беспощадная Ксиулань вскрикнула и выпустила Стальной Змей из рук. Оружие почти сразу прекратило сдавливать мою шею и лишилось подпитки духовным огнем. Я отцепил от себя стальной хлыст, пока он не превратился в монолитный металл.

— Я признаю поражение, — произнесла Ксиулань мертвым голосом.

Зрители взорвались в негодовании, хотя среди гомона все чаще встречались и возгласы ликования. Даже у Сумасшедшего Ублюдка Ли имелись свои поклонники. Кажется, их становилось мало-помалу больше с каждым боем.

— Невероятно! — прокричал ведущий эмоционально. — Сумасшедший Ублюдок Ли одерживает очередную победу! Итого: у Чароплета Акито пять очков, у Сумасшедшего Ли четыре очка, у Беспощадной Ксиулань — три. Ли Кон занимает второе место в группе и получает возможность сразиться за выход в финалы!

— Аж воспылал! — ударил я себя в грудь, довольный результатом.

Я вернулся к трибунам. Жунь и Фань вышли к краю гунской ложи.

— Братик Ли, поздравляю! — пискнула Фанька.

— Ненадолго продлил свою агонию на турнире, только и всего, — фыркнула Жунька.

— Господин Кон, нам надо обработать ваши раны, — подошла Сати.

С шеи крови натекло немало, но важные артерии, слава Гатхи, не задело. Мы прошли в раздевалку, где Бхоль обработала мои раны и перебинтовала. Похоже, на шее останутся шрамы. Я сменил исполосованное тренировочное кимоно на свое ханьфу. Эх, живая одежда бы на турнире мне точно не помешала. Хорошо хоть кимоно предоставлялись бесплатно.

Мы досмотрели последние два поединка главной арены, в одном из которых наставник Хинью сражался с другим Бойцом. Бодрый Ян не выказывал каких-то феноменальных трюков, действовал скучно, уверенно и методично. Однако сопернику он почти не оставил никаких шансов. Не зря его назначили инструктором — свою науку Хинью знал на все пять баллов.

— Второе место — неплохой результат, ученик Ли! — похвалил меня вернувшийся наставник. — Сестра Бхоль тоже отлично постаралась. Предлагаю отметить наши достижения!

— Но ведь у нас с господином Коном завтра будет насыщенный день… — возразила Сати.

Ян занял первое место, а значит завтра будет отдыхать.

— Ничего, пара кувшинчиков саке не повредит! — решил я.

Второй день турнира подошел к концу. Но не мы одни решили пойти праздновать. Весь город вместе со съехавшимися гостями гулял. Нам с большим трудом удалось найти столик в одной из многочисленных таверн. Несмотря на еще относительно прохладную погоду, множество столов выставлялись на улицах и площадях. Все, лишь бы срубить побольше денег с посетителей.

Чинсук не стал составлять нам компанию. Он все время крутился вокруг правительницы, обсуждал животрепещущие вопросы с Найен Фа Лонг — в принципе, за этим он и был послан сюда. Налаживать отношения между Чайфу и Лонглин. Мне же, простому кочегару, политика была не сильно интересна.

Так что мы заявились в питейную вчетвером: я, Ян, Сати и Сен. Братцу тоже следовало промочить горло. Первым тостом мы отметили павших соратников, включая Сина. Саке пошло хорошо. Нам предлагали его нагреть, но я сумел отговорить друзей от столь кощунственного действа. Лучше саке после тяжелого дня может быть лишь банька с саке. Но с текущими еще не зажившими до конца ранениями я не стал рисковать. Что интересно, бутылки для выпивки здесь делали из каучука. Выглядели они далеко не так технологично, как современная пластиковая тара, но прочнее, легче и удобнее чем глиняные кувшинчики или стеклянные сосуды.

— Один из нас обязательно дойдет до финала! До дна! — выдал тост Ян.

Сладковатая горечь саке, разливающееся внутри тепло и острота горячих ребрышек с рисом настраивали на лиричный лад:

— Так выпьем же за это! — поднял бокал Хинью.

— Господин, не переусердствуйте, — пожурила Сати.

— А сама чего не пьешь?

— Предпочитаю сохранять ясный рассудок…

За одним из столов начался разговор на повышенных тонах. Один из выпивающих громко хлопнул по столу:

— Нет, я ему скажу! Пускай он и гунский сынок! Слышь, Ублюдок Ли, тебе в Яхуэй не место! И принцессу Жунь Фа Лонг в жены ты не получишь!

— Чего это? — возразил я нетрезво. — Я по всем показателям завидный жених!

— Да худшего жениха и выдумать сложно! Разве что сам Орок!

— Люди добрые, мы обязаны проучить негодяя! — донесся до меня смутно знакомый голос. — Не дадим Ублюдку Ли ни единого шанса!

Приглядевшись, я заметил за одним из столиков компанию стражей из гунской свиты. Во главе восседал Гийом Шанди, который также сумел выйти в финалы, заняв первое место в группе.

— Да-а! Нас много! Проучим Ублюдка!

Пустая бутылка саке полетела первой, за ней последовали стулья, скамьи и даже столы. В кабаке воцарился натуральный бедлам. Оружие народ не доставал, поэтому и я тоже дубасил всех кулаками. Удары клешней обычно отправляли неодаренного оппонента в нокаут. Сати, Ян и Син орудовали рядом. Однако противников все равно оказалось слишком много. Многие из них были сильными практиками. Тот же Шанди с удовольствием махал своими ногами, отчаянно стараясь достать меня в пах почему-то. Когда появились следы багрового огня, дело запахло жареным. В прямом и переносном смысле.

— Сюда! — потащила меня Сати прочь.

Кое-как нам удалось выскользнуть из кабака. Однако народ нам попался настырный. Люди продолжили нас преследовать и на улице. Мы побежали в сторону пепельного дворца. К настигающей нас толпе по пути присоединялись все новые и новые бойцы справедливости, жаждущие защитить честь своей любимой принцессы от сумасшедшего злодея Ли.

В итоге ко дворцу мы прибежали, преследуемые парой сотен человек. Нас, как гостей гун-эр пропустили внутрь. Гвардейцы выступили вперед, решив, что кто-то вздумал устраивать покушение на правительницу. Пьяных драчунов быстро поставили на место. Большинство рассосалось.

Один плюс от всей этой заварушки — надраться я сильно не успел, так что на следующее утро чувствовал себя в достаточной степени бодрым и отдохнувшим.

Цунь: 100 %

Ши: 6 %

Дао: 70 %

Я проверил свой статус с помощью Сути, и с удивлением обнаружил прибавку в пару процентов в Дао, хотя с прошлой оценки не занимался поглощением частичек души. Сати пояснила, что сложные жизненные ситуации, сражения на грани — тоже могут немного повысить твое Дао. Так что турнир Стального кулака давал возможность слегка прокачать свое Цунь-Ши Дао. Впрочем, шансы погибнуть также были ненулевыми.

В коридоре я заметил Шанди, дежурившего возле перехода в гунское крыло. При виде меня он снова скривился недовольно.

— Брат Гийом, чем же заслужил я враждебность твою? — вопросил я холодно.

— Своим существованием, сиятельный брат Ли. Интересы ее сиятельства прекрасной Жунь-эр превыше всего, — проговорил он пафосно.

Я почувствовал, что мой амулет со Злоднегриссом внутри слегка нагрелся, но не стал пока акцентировать внимание.

— Может ли быть так, что здесь замешаны личные чувства?

— Не ваше дело, сиятельный брат Ли, — огрызнулся Шанди.

— Что ж, поздравляю с выходом в финалы. Надеюсь, мы с вами еще встретимся на арене… — произнес я с намеком. Начистить индюку рожу было бы здорово.

Мы дружной компанией покинули дворец и направились в колизей. Третий день турнира предназначался для соревнований между вторыми местами. Нам с Сати предстоит поработать, а вот Ян или Гийом могут отдохнуть.

— Эй, Злодни, чего ты там ворочался?

— Господин Кон, — протянул малый дух. — Мне показалось, что от того мешка мяса, с которым вы общались, несет потухшей золой.

— То есть?

— Его Дао перегорел.

— Теперь понятно, почему брат Шанди такой дерганый и с красными глазами, — заметила наблюдательная Сати. — По всей видимости переусердствовал с духовными препаратами.

— То есть, решил максимально усилить себя к турниру? Поставил все на кон? — хмыкнул я.

— Именно так.

— Вероятно, у него были веские причины так поступить, — заметил Хинью. — Фактически, он загубил свое будущее как практика, и выше Бойца уже никогда не поднимется.

— А ведь я мог быть на его месте, если бы согласился на пилюли Ши.

— Ху-ху, я всего лишь исполнял поручение его сиятельства, — быстро нашел оправдание наставник Ян. — К тому же ступень Бойца — желанное для многих достижение. У тебя было бы намного больше шансов пройти в турнире дальше и стать супругом Жунь Фа Лонг. Безоблачное будущее. Но ты выбрал путь страданий и унижений. Твое право, ученик Ли.

— Не стоит списывать меня со счетов раньше времени…

Утро выдалось пасмурным и прохладным. Помешанный Хутонг не смог выйти в финалы или занять второе место, что говорило о разнице в силах между Бойцами. Есть Хутонг, а есть Акито, между которыми пропасть. Светлый Фа Жунь сумел(а) занять первое место. Его(ее) бои выглядели такими же выверенно-скучными, как и у Яна.

На трибунах ажиотажа было значительно меньше — не всем интересны поединки вторых мест. Может к вечеру побольше народа подтянется, отойдя от похмелья. Здесь уже пойдут сражения на выбывание. 32 боя, затем 16 и так далее, пока не останется четверка победителей. Ну и последний пятый претендент будет избран из отсеявшейся четверки.

Моим первым противником стала Рекрут с копьем, чудом пробившаяся ко второму месту в своей группе. Звали ее Ким Тёхон. Миниатюрная девица, которой на вид не дашь больше пятнадцати. При этом орудовала она огроменным копьем длинее своего роста.

Вскоре мы предстали друг перед другом на арене. Я чувствовал себя немного неловко, не желая сражаться против юной школьницы. Но выбора не было. Лучше уж я мягко ее отшлепаю, чем какой-нибудь монстр в дальнейшем.

Ким церемонно поклонилась мне, и я ответил взаимностью. Ведущий объявил о начале боя, и мы принялись кружить по утоптанной земле арены. Копье имело выдающуюся пробивную силу, так что я старался принимать его на щит. Иначе противница могла пробить мою Барьерную ауру, которой я только-только научился управлять.

Опытные мастера способны были настраивать более тонко свою защиту. Техника называлась Адаптивный барьер. Благодаря чему в определенных местах можно было создать усиленный заслон, а другие ослабить, дабы сэкономить ци. Мне же пока приходилось создавать равномерный духовный покров.

Тёхон крутилась юлой вокруг меня, выискивая уязвимые зоны. Девчонка старательно держалась на расстоянии, пользуясь длиной своего копья. Ей удалось чиркнуть меня по правому плечу, но и я нанес несколько чувствительных ударов кочергой. Все же с Рекрутом сражаться попроще будет.

За боями Ким ранее я не следил, так что разделение копья на три сегмента стало для меня неожиданностью. Длинное полуметровое лезвие крутилось на металлической цепи и могло выдвигать вперед. Ким держала дистанцию, крутила своим оружием, и в определенные моменты бросалась вперед. Благодаря необычному копью ей удавалось доставать меня на расстоянии нескольких метров. Лезвие копья повредило мне ногу.

Затем мне это надоело, и со второй попытки я сумел схватиться клешней за цепь между вторым и третьим сегментом. Тёхон попыталась вытащить свое оружие у меня из рук, подавая духовный огонь. Однако протез имел неплохую защиту от чужой ци и жаростойкость. Я притянул Ким к себе и нанес несколько чувствительных ударов кочергой. Практик собрала копье снова в единый конструкт, но это ей не помогло. Мелкая получила чувствительный удар по голове.

— Признаю поражение! — отступила Ким. — Использовать паровые артефакты — это нечестно!

— Жульничество! — поддержали ее с трибун.

Большинство болело за мелкую участницу, которую посмел дубасить злобный Сумасшедший Ублюдок.

— То есть вы признаете решение гун-эр несправедливым? — спросил я громко.

Народ поворчал, но не стал возникать более. Кивнув удовлетворенно, я вернулся на трибуны. Одна победа в кармане. Еще несколько боев, и я доберусь до финалов!

[Сати Бхоль]

Ученица Ордена получала удовольствие от участия в турнире. Да, порой было тяжело и больно, но она могла сравнить свои силы с лучшими бойцами, съехавшимися из различных стран. И Сати среди них выступала очень даже неплохо, особенно учитывая ее ступень. Ни один из Рекрутов не сумел занять первое место в своих группах. И лишь десяток смог с трудом выгрызть себе вторые места. Сати могла уже гордиться своим результатом.

Бхоль не слишком нравилось, что господин Кон продолжал участвовать во всей этой затее с турниром и свадьбой. Жунь Фа Лонг испытывала к Ублюдку Ли откровенную неприязнь. Однако Ли Кон с достойным упорством лез вперед по турнирной лестнице. Сати казалось, что все те изменения, которые в нем произошли, закончатся в тот момент, когда Ли и Жунь сочетаются браком. Ублюдок Ли вернет свой титул и статус высокородного, что значительно развяжет ему руки. Ей бы не хотелось, чтобы это произошло, но она понимала, что в любом случае не способна как-то повлиять или перевоспитать Ли Кона. Чему быть, того не миновать. Оставалось лишь наслаждаться турниром и стараться пройти как можно дальше.

Господину Кону повезло в первом бою вторых мест — ему попался Рекрут в противники. Сати же схлестнулась с сильным Бойцом с оружием горного уровня. Меч оппонента изрыгал из себя узкий огненный факел, благодаря чему становился вдвое длиннее. Сила факела оказалась весьма неприятной: Барьер Сати держался против него буквально секунду. Поэтому ей нельзя было подставлять одно и то же место, пока разрушенный Барьер не восстановится.

Клинок скальных искр помогал ей противостоять более сильным оппонентам. Духовные кандалы, в которые попадались ее противники, лишали их возможности нормально передвигаться. Сати старалась быстро подобраться с открытой стороны и нанести точный удар. Правда, Бойцы быстро выбирались из ловушки.

Бой выдался непростым. Сати израсходовала весь свой резерв, получила множество различных ран и легких ожогов. Но все же смогла одержать победу. Ей удалось пронзить мечом живот противника, и тот вынужден был признать поражение.

Раньше Сати бы сразу отстранилась от помощи сюзерена, прекрасно зная о его похабной натуре, но на этот раз позволила обработать свои раны в подтрибунном помещении. Потому что ее мысли крутились вокруг грядущего противостояния. Организаторы рассортировали их таким образом, что Сати и Ли Кону суждено встретиться уже во втором бою турнира.

— У тебя красивая кожа. Будет жаль, если останутся шрамы.

— Такова судьба пламетворца, — дернула головой Бхоль, хотя комплимент ей пришелся по вкусу.

— Похоже, ты выложилась на полную, — резюмировал Ублюдок Ли, аккуратно бинтуя ей предплечье. — Успеешь восстановиться к нашему поединку.

— Не уверена… Но надо ли мне так напрягаться?

— Что ты имеешь в виду? Разве ты не хотела проверить свои силы в турнире?

— Да, но ведь ваши планы могут пойти прахом, господин Кон.

— Так уверена в своих силах? — усмехнулся он. — Не переживай. Если я не смогу победить Рекрута, то о сильнейших Бойцах и речи не может идти. Если хочешь, купим тебе насыщенную ци еду.

— Не стоит, — помотала Сати головой. — У нас ведь почти не осталось денег. Но было бы неплохо перекусить во дворце.

— Тогда сходим…

Компания снова посетила пепельный дворец и вволю наелась качественной и вкусной еды. Сати прямо чувствовала, как резерв ци восстанавливается с каждой минутой. Она не понимала мотивы господина Кона, ведь ему ничего не стоило приказать ей сражаться вполсилы. Но решила не забивать себе голову ерундой.

— Какой интересный поединок на главной арене предстоит, дамы и господа! — объявил ведущий, когда настало время следующего боя. — Сумасшедший Ублюдок Ли против собственного вассала Трусливой Сати! Оба на ступени Рекрута! Похвально, что они смогли пройти так далеко, но к следующему этапу двинется лишь один из них! Уверен, сюзерен и вассал будут сражаться в полную силу, иначе и быть не может!

— Пускай вассал даст клятву Дао! — донесся вдруг голос Жунь из гунской ложи.

Сати передернула плечами. Эта наглая принцесса ее раздражала.

— Клянусь Дао, что приложу все силы в бою с сюзереном. Насколько это уместно в соревновательном поединке.

Господин Кон и Сати встали на позиции друг напротив друга. Девушка взглянула в темные глаза сюзерена, которые, как обычно, смотрели на мир с легкой хитринкой, разгильдяйством и пренебрежением. Ли Кон достал свою смешную с виду кочергу. Однако Бхоль прекрасно знала, сколько сильных врагов пало от данного оружия. Господин держал кочергу правильно, его стойка была почти идеальной. За прошедшие месяцы после потери памяти он успел многому научиться. Довольно давно последний раз Бхоль устраивала с ним спарринг. Ей было любопытно самой ощутить на себе прогресс господина.

Сати и Ли окутались полупрозрачной серой дымкой, активировав Барьерные ауры.

— Бой!

Соперники сошлись в ближнем бою. Бхоль орудовала длинным двуручным клинком, благодаря чему ее удары были мощнее. Но без боевых доспехов она могла полагаться только на свой духовный покров. Ли Кон же старался принимать ее атаки на щит, которым Сати не владела. Поэтому Бхоль приходилось отступать и держать дистанцию, благо длинное оружие позволяло. Господин старательно наступал, стремясь реализовать потенциал своего короткого оружия.

Сати пришлось признать, что за короткое время Ли Кон прошел большой путь и научился различным приемам и хитростям. Он все еще не слишком хорошо читал движения противника, но в целом справлялся. Проблемой являлась Кочерга Мимолетной Оплеухи, которая порхала с феноменальной скоростью. Сати на собственной шкуре ощутила, с чем сталкивались противники господина. Кочерга была словно в нескольких местах одновременно, ее силуэт превращался в размазанное пятно. Сати с большим трудом парировала кочергу, но порой противнику удавалось пробиваться через ее защиту.

Впрочем, Ли Кон действовал аккуратно, да и Сати словно бы избегала болезненных ударов. Девушка вспомнила о клятве Дао и принялась воевать всерьез. Первые скальные кандалы лишь сковали ступню Ли Кона — он вовремя увернулся. Противник быстро высвободил ногу, и Сати не удалось его подловить.

Затем парочка обменялась ударами из амулетов малых духов. Атака Келстигнусса пришлась на щит и клешню, а вот белый луч Злоднегрисса ударил Сати весьма болезненно. Ей пришлось ставить на пути атаки клинок, хоть ей это и не помогло сильно.

Бхоль попыталась придумать что-нибудь хитрое, но неизменно натыкалась на щит, либо на кочергу. Ли Кон же пробовал схватить ее клинок клешней, однако Сати была готова к такому трюку, старательно убирая меч в сторону. Один раз ей удалось поймать Ли Кона в ловушку скальных искр, однако противник смог защититься, извернувшись и выставив щит. Да и Барьерная аура теперь неплохо его обороняла со всех сторон.

Девушка закусила губу от напряжения. Теперь, воюя один на один с сюзереном, она вынуждена была признать, что он не просто так одолел многих своих противников, включая Бойцов. Сати разорвала резко дистанцию и прошипела возмущенно:

— Господин, вы не пользуетесь острой стороной кочерги!

Сюзерен остановился и прокрутил свое оружие вокруг своей оси несколько раз, меня хват туда и обратно:

— Мне не хочется оставлять шрамы на твоем прекрасном теле…

Сати скривилась от такой неуместной лести. Синяков при этом сюзерен наставил ей массу. Если бы это все были уколы сгибом, она бы уже получила массу серьезных ранений.

Необходимо было признать очевидное: Ли Кон стал сильнее ее, причем ощутимо. Сати не нарушит клятву Дао, если сообщит об этом судьям.

Девушка поклонилась и произнесла громко:

— Я признаю свое поражение!

— Что ж, закономерный результат! Сюзерен взял верх над вассалом! Была ли это игра в поддавки или реальный поединок может ответить разве что Фанши. Поздравим Сумасшедшего Ублюдка Ли Кона! Второй сын гуна Чайфу прошел в следующую часть турнира! Но до заветного трофея еще далеко!

Сати и Кон отправились к своим местам, однако на трибунах девушку остановила женщина-практик. Увидев знакомый амулет с облаками, Бхоль обозначила вежливый поклон. Женщина вернула формальный жест, наклонив голову.

— Сестра Сати, давно не виделись!

— Старшая сестра Янлинг, прошло много времени с тех пор, как мы встречались в Ордене…

— Точно, я помню тебя еще совсем юной. Ты стала настоящей красавицей! И не надо париться насчет старшинства. Мы здесь простые участники турнира.

— Как вам будет угодно, сестра Янлинг. Давно ли вы в последний раз наведывались в Орден? Как поживает наставник Дзун Ши?

— Что ему сделается. Он еще нас с тобой переживет, — махнула рукой женщина. — Учитель Дзун Ши упоминал о тебе вскользь.

— И что он говорил?

— Сожалел о том, что его лучшей ученице не повезло с сюзереном. Наслышана о Сумасшедшем Ублюдке Ли. Как ты только его терпишь?

— Слухи несколько преувеличены, — осторожно проговорила Сати.

— Ты достойно сражалась, ученица Сати, — кивнула Янлинг. — Неужто Ублюдок Ли приказал тебе поддаться?

— Нет, — покачала она головой.

— Понимаю, — вздохнула Янлинг. — Приходится идти на жертвы ради своего сюзерена. Но от соратницы по Ордену можно не скрываться.

— Я говорю правду! — проговорила Бхоль, начиная раздражаться.

— Ладно-ладно, как скажешь, сестра. Ты воевала отменно. Мне предстоит еще один бой, после чего есть шанс, что мы встретимся с Ублюдком Ли на турнире. Я отомщу ему за все твои унижения, сестра Сати!

— В этом нет необходимости… — пробормотала Бхоль обескураженно.

— Я все понимаю, сестра. Ты связана присягой.

Янлинг похлопала ее по плечу, после чего удалилась. Когда речь заходила о Ли Коне, никто не желал ей верить.

[Ли Кон]

Бой с Сати вышел не слишком зрелищным. Мы оба сдерживались. Хотя икру она мне проткнула, зараза. Приходилось терпеть, не показывая, как мне было больно.

Я немного привык к плотному расписанию турнира. Бой — обработка ран — обильное питание — отдых — снова бой. И так по кругу. Противники сменяли один другого, и мне приходилось подстраиваться под новые условия. Почти каждый из тех, кто занял 1–2 места в группе, владел каким-нибудь особенным приемом или оружием, и я не был здесь исключением.

Оставалось всего два боя до гарантированного выхода в финалы. Четверка победителей будет допущена до следующего этапа. Ну и среди оставшихся еще могут нескольких донабрать для ровного счета.

После плотного обеда и отдыха настало время одной шестнадцатой. Мне в противники достался очередной ученик школы Ткачей Пепла.

Стиль боя у него был схож с собратом. Правда, Ткач пепла являлся Бойцом, что внесло свои коррективы в поединок. К счастью, и я продвинулся вперед в изучении духовных техник. Барьерная аура отлично защищала меня в темноте, когда я не знал, с какой стороны будет нанесен удар. Если бы не она, меня бы точно нашинковали на кусочки. Вскоре я научился ориентироваться на слух немного, так что вовремя выставлял духовный щит, сводя преимущество противника на нет. Я даже смог немного контратаковать, находясь в сплошном пепельном смоге, и достал противника пару раз кочергой.

Я не сдерживал свои удары, как это было с Сати. Тем более, пробить багровый покров было сложнее, чем серый. Приходилось прикладывать максимум усилий и напитывать кочергу духовным огнем до краев. Судя по всему, пепельная завеса быстро истощала ресурсы Ткача, так что его ци кончился быстрее, чем мой. Он вынужден был признать поражение, потеряв возможность нормально использовать духовные техники.

Вечером настало время стадии одной четвертой, которая выявит четверых лучших среди вторых мест. Мне поставили боевитую рослую дамочку по имени Янлинг с аппетитными формами и лоснящейся загорелой кожей. Ступени Бойца. Как оказалось, родом она из того же Ордена Семи Облаков, члены которого участвовали в турнире Стального кулака наравне со всеми.

— Господин, — окликнула меня Сати в тот момент, когда я уже собирался спускаться вниз.

— Да?

— Опасайтесь скрытых клинков Янлинг: в носках сапожек и локтях.

— Хм, спасибо. Чего это ты решила мне помочь?

— Помогать сюзерену — долг вассала, — проговорила она нейтрально.

Солнце склонилось за горизонт, дав возможность алому Ороку посмотреть на то, как маленькие муравьи копошатся на земной поверхности. Фонари из малых духов активно освещали все уголки бойцовых площадок.

Я спустился на арену и встал напротив противницы. Янлинг владела двумя клинками средних размеров. Примерно с мою кочергу длиной. Она была постарше Бхоль, но выглядела не менее привлекательно. Волосы были длиннее, из чего я сделал вывод, что она была выше в иерархии Ордена, нежели Сати. Если бы не трудности с Ши, обязательно использовал бы ее образ для медитаций.

— Сумасшедший Ублюдок Ли! Во имя Ордена Семи Облаков, наших сестер и братьев, ты будешь повержен!

— Э-эм, как скажешь, — протянул я привычно.

И дня не проходило, чтобы не объявился очередной кровный враг.

— Участники готовы? Бой! — дал команду ведущий.

Янлинг сорвалась с места в карьер и понеслась в мою сторону. Сблизившись, принялась вертеться словно волчок. Клинки мелькали с огромной скоростью, кромсая мой духовный щит и выискивая бреши в обороне. Судя по особенности личного оружия Янлинг, оно помогало хозяйке удерживать равновесие при любых, самых фантастических пируэтах. Фактически, она могла держаться за собственное оружие, висящее в воздухе, словно за твердую опору. Поэтому Янлинг умудрялась крутиться в безумном смертоносном танце и при этом не падать на землю. Еще она делала дальние выпады, стелясь над землей. Другой бы на ее месте точно упал на землю, но представительница Ордена справно держалась за свои клинки.

Долгое время я отступал, встав в глухую оборону. Мой духовный щит и Барьер изрядно потрепало, несколько царапин появилось на плечах и руках. И это невзирая на активный духовный покров! Без него бы меня дамочка быстро покромсала на лоскуты своими клинками и Разрезом. Спустя некоторое время мне удалось изучить основные приемы и боевой узор танца. И я начал вставлять ей палки в колеса. В основном удары приходились по рукам, поскольку пробиться через вращающийся миксер было непросто.

Янлинг внезапно выпустила острые кинжалы со стороны локтя, чуть не оттяпав мне палец. Но я был готов к такому развитию ситуации благодаря предупреждению Бхоль. Да и сам мельком видел бои Янлинг. Правда, она на публике еще ни разу не применяла ножные лезвия. Берегла для особенного противостояния, видимо.

Подгадав нужный момент, я резко схватил ее за руку клешней, остановив вращение. И глубоко вонзил кочергу в бок Бойца, пробив защиту.

— Тварь! — ругнулась она и изогнулась, уходя из-под удара.

Янлинг собралась и атаковала с новыми силами. Я чуть не пропустил момент, когда она начала использовать ноги. Длинное лезвие с десяток сантиметров выдвинулось из носка и почти достало меня в бок. В последний момент лезвие звякнуло о выставленную кочергу.

Начался новый раунд танцев, только на этот раз Янлинг активно использовала ножные лезвия. Сюрприза для меня не получилось, и это ей не понравилось. Последовательница Ордена крутилась волчком, изображая странные фигуры благодаря невидимой опоре на клинки. Целых шесть острых лезвий мелькали с бешеной скоростью, не подпуская меня к жизненно-важным частям тела.

Но я решил сосредоточиться на конечностях. Лезвия не были такими уж длинными, так что я мог бить кочергой, не опасаясь, что мне оттяпают пальцы. Скорости кочерги хватало, чтобы Янлинг не успевала уклониться. Несколько чувствительных ударов попало по ступням дамочки, рукам тоже неслабо досталось.

Янлинг вошла в боевой раж, понимая, что проигрывает. Ее клинки осветились знакомым багровым оттенком, предупреждая об использовании Разреза. И эта крутящаяся юла принялась выкидывать в мою сторону бритвенно острые и мощные волны. Я решил не играть в героя, а просто начал отступать.

Через некоторое время стратегия выявила победителя. Янлинг выдохлась, вложив в Разрезы массу духовных усилий. Меня знатно потрепало, конечно, но в целом удары я выдержал. Без Барьера меня бы точно нехило изранили. Вовремя я изучил духовную технику, ничего не скажешь.

Получив еще несколько чувствительных ударов кочергой, Янлинг остановилась и неохотно произнесла:

— Я признаю поражение, — и добавила горько. — Прости, сестра что не справилась…

— Определился один из вторых мест, допущенный к финалам. Ни кто иной, как Сумасшедший Ублюдок Ли! Неужели Фарфоровый цветок и впрямь достанется несносному чужаку из Чайфу? Впрочем, не стоит делать поспешных выводов, уважаемые зрители. Ли Кону еще только предстоит схлестнуться с сильнейшими бойцами турнира!

Я выпрямился, встав в позу победителя и помахал рукой зрителям, которые в большинстве своем освистывали меня и негодующе гудели. Многочисленные раны адски болели, а ци плескалось где-то на дне котла Дао. Но мне удалось пробиться в финалы, а остальное уже детали. План-минимум выполнен, теперь осталось лишь взять заветный титул Стального кулака!

Наконец-то сумасшедшая гонка на выносливость подошла к концу. В решающем этапе каждый участник проводил всего по одному бою в день. Финал могли и перенести, поскольку по традиции он совпадал с последним днем второй зимы и года. Из-за военных действий количество участников снизилось, и график немного сбился. Люди провожали ушедший год и с удовольствием ходили глазеть на бои за титул чемпиона.

Свободное время я потратил на шлифовку техники Барьерной ауры. Навык расходовал прорву ци, и мне следовало научиться более грамотно распределять нагрузку. Возможно, и до Адаптивного барьера так дорасту однажды. Требовалось найти правильный спектр духовного огня, который бы удовлетворял всем требованиям: экономичность, гибкость, прозрачность, защищенность. То, что я смог создать Барьер не значит, что нашелся идеальный духовный огонь из всех возможных вариантов. Технике далеко до совершенства. Говорят, некоторые пламетворцы всю жизнь проводили в поисках идеального оттенка огня.

Организаторы решили разделить первые поединки на два дня — по шестнадцать боев. Не каждое противостояние решалось быстро. Некоторые практики специально тянули время, желая вымотать противника. Теперь каждый поединок проводился на арене. Самые интересные бои ставили на вечер, куда впихнули и меня.

Лишь два Рекрута добрались до финалов: я и еще один практик со второго места, который прошел через отсев. Уже можно считать достижением.

Мы с Хинью старались следить за проходящими боями, ведь каждый из соревнующихся может стать нашим следующим соперником. Можно сказать, что слабаков среди финалистов не осталось. У каждого участника имелись свои особенности, так что следить за поединками было интересно.

В наступивших сумерках я ступил на главную арену снова. Моим противником в одной тридцать второй стал ученик школы Ткачей Пекла — той самой, что пострадала от набега Кровавого Харудо. Звали мужчину Шестипалый Гохей. Он имел красивую ухоженную бородку, увитую косичками, и был одет в свободные одеяния, под которыми можно спрятать массу амулетов с духами. Впрочем, на бой можно было приносить не более пяти личных духов, так что фора у покемонщика небольшая. Тем не менее, мне следовало быть осторожным и внимательно следить за малыми духами. Гохей являлся Бойцом, как ни крути. Практик владел окованным металлом копьем с тремя наконечниками-пиками на манер креста. То есть он мог как произвести колющий удар, так и ударить клевцом.

— Сумасшедший Ублюдок Ли! — заявил Гохей, когда мы сошлись на арене. — Пускай все присутствующие знают: сей практик является Предателем Пекла. Он наслал душегубов и бандитов на наш славный город Ткачи Пекла!

— Ложь! — опротестовал я.

— Мне, Шестипалому Гохею, выпал шанс сразиться с Предателем Пекла на турнире. И уж я как следует проучу негодяя!

— Да-а-а!!! — взревели зрители предвкушающе.

— Участники готовы? …Бой!

Мы с противником быстро сошлись и принялись пробовать друг друга на зуб. Из-за длинного копья подобраться вплотную к Гохею оказалось не так просто. Но духовный щит справно блокировал вражеские атаки, и порой мне удавалось дотянуться до оппонента. Гохей владел Барьером и Разрезом. Второе работало даже с такой небольшой длиной лезвий, которые имелись у копья Гохея. А с кочергой при этом Разрез не хотел нормально функционировать! Сплошная незадача.

Боец с помощью Разреза довольно легко пробивал мой духовный щит, но затем я блокировал удар клешней или своим Барьером. Следовало внимательнее следить за колющими ударами, поскольку сильный тычок пронзит покров. Но боковые лезвия копья позволяли мне легче отводить оружие от себя.

Я внимательно следил за амулетами Гохея, однако противник долго держался. Он дождался момента, когда я немного расслаблюсь. Совершенно неожиданно из его левого браслета ударила оранжевая волна огня. Атака смяла мой щит и нанесла незначительное ранение в грудь. Гохей призвал своего питомца совершенно беззвучно! Видимо, активировал каким-нибудь импульсом духовной энергии, что имело свой смысл.

Воспользовавшись моей заминкой, Гохей пошел в наступление. Мне пришлось спешно парировать кочергой, иначе копье грозило воткнуться в живот.

Я восстановил щит, и бой продолжился в прежнем темпе. Вот только я действовал с большой настороженностью, постоянно ожидая внезапной атаки. У Гохея оставалось еще четыре заряда духов. Из-за этого я скорее переключился на оборону. А ведь в обороне сражения среди практиков выигрываются крайне редко. На тот же духовный щит уходит не меньше ци, чем на Разрез.

Поняв, что так Бойца мне не победить, я снова влез в активный ближний бой, стараясь достать кочергой по конечностям. И в этот момент пришел второй скрытный удар. Желтое копье потрепало мое левое плече. Боль ударила с новой силой, но я сцепил зубы и продолжил бой. Орудовать клешней стало тяжелее.

Шестипалый Гохей оказался и без своих духов сложным противником. Все же до финалов добираются сильнейшие бойцы. Мне приходилось напрягать все свои умения: фехтовальные, духовные, пользоваться особенностями предметов.

Я нацелился на блок копья. Благодаря конструкции из торчащих лезвий оставалась возможность зажать его кочергой. Либо у гарды, либо сгибом. Получилось использовать второй вариант. Я зажал оружие сгибом, после чего поймал наконец древко своей клешней. Преодолевая боль в раненом плече, я крепко держал оружие врага. Правая рука при этом стала свободной.

Гохей начал паниковать. Противник отдалился от меня на максимальную дистанцию, при этом не отпуская копье из рук. Достать кочергой я его не мог, но и оппонент ничего не мог мне противопоставить. Кроме оставшихся духов. Первый удар пришелся на мой щит. Красный шарик пробил защиту и чуть не проник через покров. Барьер справился.

Затем мне удалось заметить легкое свечение, исходящее от ножного браслета. Я резко отпрыгнул в сторону и пропустил оранжевую волну мимо себя.

— Злодни, бой! — выкрикнул я, как оказалось, в самый подходящий момент.

Два белых луча сошлись между нами и сожгли весь свой запал, не нанеся людям практически никакого урона. Ха, Гохей тоже смог подловить где-то белого духа. Сколько же ци у него уходит на кормежку ежедневно? Эти мелкие наглецы ведь не знают меры, как хурглы.

Меня ослепило на несколько секунд белым светом, и Гохей смог воспользоваться заминкой. Крутнув копье, он вытащил его из клешни. Чуть передохнув, сверля друг друга ненавистными взглядами, мы снова схлестнулись в ближней сшибке. Я все пытался дотянуться до рук оппонента, но Гохей слишком быстро ими крутил и резво убирал из зоны досягаемости кочерги.

Мы оба были изранены, но сдаваться не собирались. Ткач Пекла сражался с яростью попавшего в капкан тигра, желая отомстить мне за некое мифическое предательство.

Однако на этот раз удача улыбнулась мне. Или, скорее, мой план удался. Я сделал далекий выпад кочергой и специально промазал, открывшись. Гохей воспользовался моментом и вонзил копье мне в ногу. Я же двинул кочергой в обратную сторону и попал в висок тупой стороной. Серый огонь вырвался из оружия, пробив защиту. Гохея откинуло вбок. Упав на землю, он застыл неподвижно.

Несколько секунд стояла гробовая тишина. Лишь мое хриплое дыхание, да гуляющий ветер разбавляли молчание. Я с усилием вытащил копье из своей ноги. Кровь била фонтаном.

— Шестипалый Гохей повержен! — выкрикнул ведущий. — Победителем объявляется Сумасшедший Ли Кон!

— Почему все достается ублюдкам?! — прокричал кто-то разочарованно.

— Братик Ли, держись! — донесся ободряющий голосок Фань Фа.

Сати спешно спустилась ко мне на арену вместе с группой дежурных врачевателей. Им быстро удалось остановить кровь. Помимо наложенной мази и бинтов мне дали сделать глоток некоего кроветворного зелья. Шестипалый Гохей в этот момент пришел в себя. Жутковатый крик, полный боли и разочарования, разнесся по всему колизею, когда Ткач Пекла узнал о своем проигрыше Предателю Пекла.

— Передай своему настоятелю, что я непричастен к погромам в твоем родном городе…

Затем мне помогли покинуть арену.

— Удивительно! Лишь два раза за всю историю турнира Стального Кулака Рекрут достигал одной шестнадцатой финального этапа! Сумасшедший Ублюдок Ли уже внес свое имя в анналы истории турнира! Неужели никто не в состоянии остановить этого монстра? Сможет ли жених Фарфорового Цветка зайти дальше — мы узнаем в ближайшие дни!

Вечером мы ужинали вместе с гунской семьей. Фань Фа с удовольствием игралась с Чебулем, откармливая разными лакомствами.

— Поздравляю с победой, младший Ли, — с улыбкой произнесла гун-эр. — Я начинаю верить, что у тебя может что-то получиться на турнире.

— Спасибо, стараюсь.

— А ты что молчишь, дочь Жунь?

Жунь Фа Лонг выглядела напряженной. Цвет ее лица был белее обычного.

— Немного нездоровится, мама.

— Следующий бой Ли Кону предстоит провести со Светлым Фа Жунь, — поведала Найен. — Удивительно, как такой безвестный практик мог зайти столь далеко. Как думаешь, младший Ли, сможешь ли ты справиться с ним?

На губах правительницы играла легкая улыбка. Она наслаждалась моментом. Я начал подозревать, что ей известно об участии дочери в турнире. Какая мать не узнает родное дитя, верно? Не слишком понятно, какие цели гун-эр преследовала, окромя развлечения. Ну да и Гатхи с ней.

— У Фа Жунь нет ни единого шанса! — произнес я дерзко. — Я докажу, что достоин руки ее высочества!

— Замечательный настрой. Я буду болеть за вас завтрашним днем, Ли Кон!

От принцессы донесся лишь зубовный скрежет.

Поединок назначили перед обедом. Весеннее солнце ярко светило на небосводе, трибуны были почти полностью заполнены. На мои бои всегда являлось много народу. Поговаривали, что на исход поединка кучу людей ставят деньги. Там такие суммы крутились у букмекеров, что выигрыш в виде передового парового доспеха показался бы детской забавой.

Светлый Фа Жунь носил(а) белоснежное одеяние свободного кроя. Бородка выглядела вполне себе натуральной. Вот только цвет и разрез глаз, форма лица и телосложение — все это выглядело слишком знакомым. Оценка с помощью Сути не давала результата — вероятно, работала гунская защита. Сомнений быть не могло. Я сошелся в бою с принцессой, которую прочили мне же в невесты. Фа Жунь была экипирована аккуратным ромбовидным щитом и прямым двухлезвийным мечом средней длины. В боях противница полагалась на свою скорость, владея огненным шагом, которым еще пользовался Чароплет Акито.

Я примерно представлял себе слабые и сильные стороны противницы, выработав стратегию ведения боя заранее. Фа Жунь не издала ни слова, вероятно, чтобы не давать дополнительных подсказок.

Раздалась громкая команда о начале боя, и принцесса понеслась вперед. Девушка фактически стелилась над землей. Легковесное тело вперед подбрасывали пламенеющие разрывы под подошвами крепких ботинок. Фа Жунь подобралась на расстояние удара и совершила высокий прыжок, перелетев через меня сверху. Меч звякнул о выставленную кочергу, обдав духовным огнем. Если бы я не успел, мою черепушку могли легко располовинить. Не ценит невестушка потенциального супруга. Вместо того, чтобы традиционным образом клевать мозги, решила пустить их проветриться.

Я начал активно наступать, стараясь переиграть оппонента. Наши клинки часто били по щитам. Найти брешь в обороне Фа Жунь оказалось непросто. Все же руку ей ставили лучшие мастера фехтования. Одноручный меч порхал как бабочка. Вот только оружие, судя по всему, не являлось для нее родным. Ведь в противном случае, по именному личному предмету ее могли опознать. Поэтому никаких фокусов кроме скупого Разреза она мне не демонстрировала. Не уверен, смог бы я с ней справиться традиционным оружием, но скоростная кочерга с лихвой восполняла недостаток личного мастерства.

Я обзавелся парой резаных ран, но и Фа Жунь получилась несколько ушибов и один неприятный укол. Невеста имела неплохой уровень, раз смогла дойти до такого этапа. Вероятно, и дальше бы прошла, но, на ее беду, повстречалась с будущим чемпионом.

Действовала принцесса прямолинейно и честно. Тогда как в бою допускались разные приемы. Совсем уж уходить за грань и бросаться песком, как учил Токфу, я не стал. Но некоторые обманные маневры и не самые чистые удары использовал, что принесло ощутимую пользу. Фа Жунь злилась, и это ее вгоняло в яму поражения все глубже и глубже. Ярость — не лучший попутчик для нее оказался, а ко мне она испытывала откровенную неприязнь. Академический рисунок боя портился, принцесса допускала грубые ошибки.

Фа Жунь применила несколько впечатляющих акробатических трюков: отталкивалась от площадки огненным шагом, делая сальто, а также прыгала на камни вокруг, после чего резко меняла направление, пытаясь достать мое сердце клинком. Одним из ударов мне удалось сбить ее шляпу, обнажив спрятанные волосы с багровым отливом. Не у каждого серва или практика был подобный оттенок волос.

Фа Жунь дралась так, словно от этого зависит ее жизнь. Поначалу я сдерживался — все-таки она была не совсем чужим для меня человеком. Но затем начал наносить глубокие удары по конечностям и в торс. Принцесса покрылась кровавыми потеками. Турнир Стального кулака не для тех, кто хочет выйти из боя чистеньким и неповрежденным.

— Довольно! — властный женский голос прокатился по колизею. — Исход поединка очевиден. Приказываю прекратить бой! Победитель — Ли Кон из рода Чай!

— Не-е-т… — простонала остановившаяся соперница, в глазах которой показались слезы.

— Возможно, это послужит вам уроком, уважаемый Светлый Фа Жунь, — добавила правительница с неким скрытым подтекстом.

— Ты не сможешь взять титул чемпиона! — выкрикнула она в мою сторону.

Девушка подняла с земли головной убор и спешно убежала в подсобное помещение. Похоже, Жунь сильно расстроилась из-за того, что ее откочегарили.

Я почесал щетину, чувствуя себя натуральным злодеем из кошмаров, который терроризирует невинную юную принцессу. И почему так все оборачивается? Я ведь ничего не нарушал. Просто желал взять первое место на турнире. То, что у невестушки были свои планы — это ее проблемы. Не всегда все идет так, как ты расписал у себя в голове. Окружающий мир бывает жесток. Наверное, для принцессы поражение действительно станет важным уроком в жизни.

Вот только не одну принцессу может ждать тяжелый урок. Этим же днем мы понаблюдали за боем Акито. Чароплет пробился в следующий этап, пользуясь своими мерзкими духовными техниками. И судя по турнирной сетке, следующим его противником стану именно я. Хотелось бы мне повстречаться с Чароплетом ближе к концу турнира, поскольку я так и не смог придумать никакой однозначной стратегии. Прыгать по камням так ловко я не мог, кидаться кочергой или камнями имело мало смысла. Оставалось лишь попробовать отбивать его колючие шары. Только здесь было несколько загвоздок: шары обычно взрывались при встрече с препятствием, хотя я мог бы попытаться подобрать нейтральный духовный огонь. Во-вторых, попасть по противнику, отбивая колючего огненного ежа кочергой — это что-то из разряда фантастики. Само по себе звучит так, словно кто-то перепутал ингредиенты для зелья.

Жунь Фа Лонг не появилась на ужин. По-видимому, сильно переживала из-за проигрыша. Фань, кажется, догадалась по цвету волос о том, кто скрывался под маской Фа Жунь, но гун-эр пресекла обсуждение темы. Я тоже не стал влезать в их семейные разборки.

Выход в одну восьмую турнира не принес облегчения. Я прекрасно помнил то самое унижение, испытанное в прошлом бою с Чароплетом Акито. Но делать нечего — я принялся готовиться к бою, как умел. Сати бросала в меня камни, а я пытался отбивать их кочергой, настраивая спектр духовного огня. Жаль никто из нас не владел огненным ежом, так что у меня не было возможности нормально потренироваться. Смотрелись мои бейсбольные тренировки с кочергой вместо биты наверняка забавно.

Ночь вступила в свои права. Сати остановилась, перестав бросать камни.

— Господин Кон, мне кажется, здоровый сон пойдет вам на пользу больше, чем такая… эм, тренировка.

— Наверное, ты права…

Мы закончили и отправились по своим покоям. Пройдя внутрь, я обнаружил знакомую горячую штучку, валяющуюся на кровати и махающую стройными розовыми ножками. Ифритка читала какой-то манускрипт.

— Ты в любой дворец способна проникнуть? — хмыкнул я.

— Не-а. Иногда люди ставят крепкую защиту или нанимают высших духов в охрану. Но данный дворец не составил для меня сложностей. Я ведь Ния из домена Хелсс, а не презренный рядовой дух!

— Ты явилась снова агитировать меня заключить с тобой контракт?

— Верно, — ифритка села в постели и закинула одну ногу на другую. — Ты ведь желаешь победить в турнире?

— Само собой.

— Но следующий противник тебе явно не по зубам. Возрадуйся, человек! Ибо я могу наделить тебя артефактами, которые сделают тебя сильнее! Сапоги огненного шага и Жезл копья искр! С ними ты справишься с Чароплетом Акито!

— И что же от меня требуется взамен?

— О!

Мадам Хелсс вытащила откуда-то черный свиток и развернула его. Ряды белых иероглифов мелким шрифтом тянулись по полотну от одного конца помещения до другого. Пользовательские соглашения на программное обеспечение и то меньше по объему!

— А расписываться кровью?

— Нет, достаточно печать поставить, приложив слепок своей духовной сущности. Но при желании можно и кровью.

— Ты всерьез считаешь, что я продам душу ради победы в турнире?

— У людей откуда-то полно предубеждений! — вздернула носик Ния. — Согласно контракту душу мы забираем только после смерти. У тебя будет вся жизнь впереди, чтобы насладиться моими дарами и плодами своих побед. Мы всего лишь используем душу определенный промежуток времени, а затем отпускаем. Ты ничего не ощутишь совершенно. Просто заснешь на некоторый срок, а затем переродишься как ни в чем не бывало. Ничего не теряешь, только приобретаешь!

Я с задумчивым видом уселся в кресло. У меня действительно не было уверенности в завтрашней победе. Дары Хелсс звучали интригующе. Если они позволят мне прыгать по камням с той же ловкостью и атаковать издали, то все преимущество Акито нивелируется. Я смогу взять победу на турнире и докажу, что с Ублюдком Ли стоит считаться.

Но в то же время ситуация не была настолько критической, чтобы сдавать свою душу в аренду. Я жаждал победить, но на проигрыше жизнь моя или близких мне людей не заканчивалась. Отношения с гун-эр оставались на достойном уровне, как мне казалось. Крутились в голове разные варианты, как я бы мог наладить отношения между провинциями и уберечь от войны. В целом, мне не хотелось использовать в соревнованиях нечестные способы или побеждать чужими руками.

— Нет, — протянул я глухо.

— Нет?! Почему?!

— Это не Путь кочегара.

— Что?! Какой еще «Путь кочегара», Орок тебя побери?!

— Путь кочегара тернист. Его невозможно понять. Ему можно лишь следовать.

Ифритка сверкнула на меня своими желтыми глазами:

— Наглец! Какое по счету предложение благородной Нии Хелсс ты отвергаешь?! Не думай, что я так просто сдамся. Рано или поздно твоя душа будет моей!

Меня аж передернуло от невольных ассоциаций с одной известной игровой франшизой про смертоносные поединки.

Ифритка превратилась в большой огненный сгусток и выпорхнула через приоткрытое окно, после чего быстро растаяла в ночи.

Я же отправился на боковую. Как ни странно, но разговор с Хелсс помог мне успокоить разыгравшиеся нервы. Я знал, что принял правильное решение. Само собой, я приложу максимум усилий, но в случае проигрыша не буду рвать волосы на затылке или реветь, как это было с принцессой. Будь что будет.

Спал я аки младенец.

— Дамы и господа, этот бой одной восьмой финального этапа ждали многие. Сумасшедший Ублюдок Ли против Чароплета Акито! Соперники уже встречались на групповом этапе, и его высочество Ли Кон потерпел сокрушительное поражение. Повторится ли исход поединка или у Ублюдка Ли есть козыри в рукаве? Узнаем прямо здесь и сейчас!

Я аккуратно протер рукоятку кочерги, сделанную из кожи продвинутого змеехвоста, и приготовился к бою.

— Проще сдаться сразу, Ли Кон. Зачем второй раз наступать на ту же мотыгу? — развел руками хлыщ с жезлом.

— Знаешь, как называется повторение одного и того же действия, не дающего результата?

— Просвети, — хмыкнул Чароплет.

— Сумасшествие! — оскалился я. — Сумасшедший Ублюдок Ли будет сражаться, даже если шансов нет никаких!

Ведущий уточнил у участников о готовности, после чего объявил о начале боя. Я сразу же двинулся на Акито. Мы обменялись несколькими ударами. Чароплет быстро осознал, что в ближнем бою у него шансов мало. Под ногами Акито с хлопками вырвалось пламя, отправляя бойца наверх. Чароплет запрыгнул на один из камней и с удовольствием принялся поливать меня разными огненными снарядами, используя дальнобойные техники.

Я вспомнил бейсбольные тренировки и попробовал отбивать атаки кочергой. Получалось далеко не всегда, поскольку летели снаряды с большой скоростью. Огнеёж разорвался колючими искрящимися шипами в разные стороны, когда я отбил его оружием. До противника снаряд не мог долететь никак. Мой духовный щит и Барьер оказались истыканы иглами. Но, по крайней мере, серьезных ранений мне удалось избежать. Возможно, такая стратегия боя позволит мне вымотать противника. У Акито ведь ци не бесконечное. Пускай сам бегает за мной.

Однако Чароплет быстро раскусил мою задумку. И вместо бросания рукой он использовал технику огненного шага, только применительно к дальнобойной атаке. Резкий и неожиданный хлопок огня, и огнееж несся на меня с огромной скоростью. Времени среагировать не оставалось совершенно — только прикрыться щитом и кочергой. Боль от многочисленных мелких ран и запах паленой одежды снова вернулись ко мне.

Было заметно, что такая двойная техника дается Акито непросто. Ему приходилось замирать и сосредотачиваться на долю секунды. Тем не менее, он успевал атаковать меня, прыгая с камня на камень.

Я понял, что в обороне бой не выиграть. В груди все сжалось словно бы в тугой комок. Из обиды произрастала злость. Невозможность нанести нормальный удар бесила. Разве честно это допускать такого противника к турниру?

Зрители ревели, провожая каждое попадание по мне возбужденным гулом. Но на этот раз, как ни странно, болели больше за меня. Чароплета ни другие участники, ни зрители, не сильно ценили из-за его гнусного метода ведения боя.

Я вилял меж валунами, преследуемый Акито поверху. Выбора не оставалось. Придется снова рисковать и метать кочергу.

Я почувствовал голодную пульсацию своего неблагородного оружия. Кочерга Мимолетной Оплеухи словно бы билась в такт с моей яростью. Кажется, она была голодна. Я как обычно напитал кочергу серым духовным огнем. В горячке боя не было времени анализировать, но мне показалось, что оружие вобрало в себя не только ци, но и нечто более глубинное.

Акито совершил длинный прыжок между камнями, и я решил, что пора. Замахнувшись, я запустил распираемую от энергии кочергу в полет.

— Наивный! — произнес Акито, разворачивая духовный щит.

Кочерга проделала в защите дыру и отскочила наверх. Чароплет совершил еще один высокий прыжок и успешно схватил мое оружие, после чего приземлился на один из валунов.

— Ты ничему не учишься, Ублюдок Ли…

— Ты так думаешь? — оскалился я, почувствовав необычную духовную связь, которой раньше явно не было.

— Просто признай поражение… что…

Я потянул за связь, и кочерга резко двинулась в мою сторону. Держащий ее Акито потерял равновесие и полетел вниз с камня. Чароплет отпустил кочергу и кое-как приземлился на площадку. Я же вытянул руку, и летящее оружие вернулось прямо в мою ладонь. Мне показалось, что оно походило на довольного щенка, радующемуся хозяину после долгой разлуки.

Зрители возбужденно загудели, поняв, что произошло нечто неожиданное.

— Что за… — произнес Акито, глядя круглыми глазами на кочергу.

Я невольно и сам скосил глаза, решив поглядеть, что же так впечатлило противника. И тоже слегка растерялся.

Кочерга видоизменилась. Рукоятка и гарда остались почти без изменений. Спиралевидное основание стало чуть короче. Со сгибом произошли наиболее кардинальные изменения: он немного удлинился и сплющился до состояния острого лезвия, похожего на наконечник клинка. И самое удивительное: если раньше сгиб лежал в отношении к основанию ровно под углом в 90 градусов, то теперь угол стал намного тупее. Примерно на 45 градусов больше. Кочерга частично распрямилась, из-за чего в ней уже с трудом угадывались черты привычного предмета обихода.

Как и Акито, я тоже поразился произошедшим изменениям. Настолько, что счел уместным потратить немного ци на духовную Суть.

Кочеранг Парящей Оплеухи

Уровень: Горный. Тип: личный предмет. Владелец: Ли Кон Чай

Особенность: увеличение скорости атаки на 44 %

Особенность: возврат к владельцу, радиус действия до 52 шагов

— Э-э-э… ладно. Такого развития событий даже я не ожидал, — проговорил я удивленно.

— Занимательно, — процедил пришедший в себя Акито. — Вот только оружие горного уровня тебе не поможет, Ублюдок Ли!

— Скоро узнаем! — произнес я с усмешкой.

Получив новую возможность, я сразу воспрял духом. Времени на всестороннее изучение изменившегося оружия не было совершенно. Но основной особенностью я умел пользоваться интуитивно. С остальным можно будет разобраться на досуге.

Чароплет сразу же запрыгнул обратно на валун и принялся поливать меня огненными снарядами. Я лавировал меж камней и старательно выгадывал время для атаки. Теперь я не так сильно переживал, что враг заграбастает мое оружие. Ведь я мог вернуть его себе в любой момент.

Благодаря скоростному бонусу кочерга или, если точнее, кочеранг летел значительно быстрее. После трансформации полет стал даже стабильнее и точнее, что ли. Акито с трудом поспевал за очередной моей атакой. Мне удалось попасть Чароплету по ноге, снизив немного его мобильность. Кочеранг задел его колено, пробив Барьер и чиркнув лезвием.

Затем по моей мысленной команде оружие возвращалось прямо мне в руку, крутясь активно вокруг центра тяжести. Жаль, что я так и не смог освоить в должной мере какую-нибудь атакующую духовную технику. Тот же Разрез мог бы мне пригодиться. Но и так неплохо.

Акито стабильно пропускал удары кочеранга. Я старался ловить его во время прыжков с камня на камень, резко выбегая из-за преграды. Порой кочеранг ударялся и отскакивал от выставленного им духовного щита. Иногда удавалось пробить его насквозь и нанести удар по телу, но чаще я просто отменял атаку, возвращая кочеранг обратно и не тратя ци на пустые атаки.

Чароплет пришел в ярость. Его бесило, что какой-то Рекрут позволяет себе подобные вольности. Прекрасно понимал его чувства — сам только недавно ощущал бешеную злость. Его самодовольство вернулось к нему бумерангом, хе-х.

Противник сделал еще одну попытку захватить мое оружие, но я вовремя увел кочеранг из зоны досягаемости. Акито покрылся множество ран различной степени тяжести. Не сказать, чтобы я сам остался невредимым. Нанесенные Чароплетом повреждения болезненно ныли. Но упускать свой шанс я не собирался.

Наконец мне удалось провести грамотный финт. Одновременно с атакой Акито я метнул свое оружие и воспользовался помощью Злодни. Белый луч ослепил на время противника, а кочеранг попал в руку Чароплета, пробив до кости. Огнееж вместе с огнешагом, которые он пытался сформировать в паре, пошли вразнос. Раздался взрыв, и багровые шипы полетели во все стороны, задев своего же создателя.

Вскрикнув, Акито упал с камня и неуклюже рухнул на землю. Я быстро вернул свое оружие и подбежал к противнику. Когда Чароплет пришел в себя, лезвие оружия уже находилось в миллиметре от его шеи.

— Признаю поражение… — сглотнул Акито, глядя на кочеранг с опаской.

Трибуны взорвались криками. Пожалуй, одобрения в них было больше, чем разочарования.

— Потрясающе! Сумасшедший Ублюдок Ли сумел одолеть Чароплета Акито! — возбужденно затараторил диктор. — Его знаменитая кочерга претерпела изменения и, как мне подсказывают, преобразилась до горного уровня! Весьма редкое явление. Что ж, поздравим Ли Кона из рода Чай с победой и повышением! Он второй Рекрут в истории турнира, кто смог добраться до четвертьфинала! Интересно, что Фарфоровый цветок думает насчет такого перспективного жениха? У Ублюдка Ли явно большое и яркое будущее!

— Скорее Орок упадет на Фанши, чем я стану супругой мерзавца Ли! — ответствовала старшая принцесса.

Что ж, в ее реакции можно было и не сомневаться. В любом случае, я был чертовски рад исходу поединка. В груди разливалось приятное тепло от осознания победы над заклятым оппонентом. Чароплет Акито повержен, путь к титулу чемпиона открыт.

Сати обработала мои раны, и мы вернулись на трибуны. С напряженным интересом я следил за боем наставника Хинью, который также пробился далеко в финальном этапе. Ян одолел своего противника, а значит нам придется встретиться следующим днем на арене.

Вечер я посвятил изучению возможностей обновившегося оружия. Кочеранг вызывал у меня неподдельный восторг. Внешне серая металлическая поверхность приобрела синеватый отлив. Окружающие также дивились такому необычному оружию. Хинью предположил, что оружие напилось достаточно крови, духовной энергии и частичек моего Дао, и этого хватило для перехода на следующий ранг.

Стоит отметить, что возврат кочеранга толкал только оружие к владельцу. Сам я никакого давления не испытывал совершенно. А было бы круто получить возможность забираться на высокие препятствия, подтягивая свое тело с помощью нашей духовной связи. Закинул кочеранг наверх и полетел. К сожалению, связь так не работала.

Придется мне еще долго привыкать к изменившейся форме и балансу оружия. Раньше, по сути, я мог только бить кочергой как клевцом, либо использовать как обычную дубину. С появлением лезвия, пускай и короткого, атаки сразу разнообразились. Я мог колоть, резать, рубить и бить как клевцом. Вот только все атаки из-за странной искривленной формы оружия не были полностью эффективными. Укол под углом не имел той же мощи, что меч или копье. Для режущей атаки с выгнутой стороны требовался точный удар, и он выходил не слишком протяжным. Рубить с вогнутой стороны было тоже не так эффективно, как колоть клевцом. Тем не менее, я не расстраивался. Кочерга была далеко не самым лучшим оружием, что не мешало мне побеждать противников заведомо сильнее меня. У кочеранга имелись свои плюсы и свои минусы. Надо только привыкнуть к ним и освоить новые приемы.

Духовный Разрез с кочерангом работал значительно лучше. Я все еще не нашел правильный оттенок огня, да и нюансов у техники была масса. Но в целом даже недоработанный Разрез работал лучше, чем стандартная напитка духовным огнем. Жаль времени на оттачивание навыка не оставалось совершенно.

Потренировал я и метание кочеранга. Снаряд благодаря особенности летел с феноменальной скоростью. Почти как стрела из лука. Чем больше дистанция, тем сложнее было возвращать оружие. Я удивился тому факту, что кочеранг всегда прилетал в ладонь рукояткой. Только я об этом подумал, как настрой сразу сбился, и я чуть руку себе не оттяпал при возвращении. Оказалось, что лучше не задумываться, пока я не научусь точно контролировать процесс.

Как и в метании других оружий: ножей, топориков или копья — требовался определенный навык. Хоть я и тренировался, но пока не до конца освоил данную технику. Необходимо было грамотно просчитывать расстояние, скорость и угол броска, количество оборотов. Только тогда кочеранг ударял в цель смертоносным лезвием.

— Почти как бетаранг летучемышего, — произнес я, с любовью оглядывая изогнутое тело своего экзотического оружия. — Только круче…

Чинсук все охаживал пороги покоев правительницы Лонг, желая заключить хотя бы устную договоренность о ненападении. Но гун-эр все не давала однозначного ответа. Вероятно, хитрая Найен оставляла себе пространство для маневра, рассматривая нападение на Чайфу как один из возможных вариантов развития событий. Мне бы хотелось избежать войны между провинциями, хоть я и не испытывал к Чайфу патриотических чувств.

Четвертьфинал прошел без серьезных эксцессов. Бодрый Ян Хинью, который проучил меня совсем недолго, оказался сильным, но предсказуемым соперником. Я знал многие его приемы и хитрости. Ян тоже разбирался в моей технике, вот только после предыдущего поединка мне пришлось ее серьезно менять. Кочеранг требовал особого подхода.

Главной неожиданностью для Хинью стали даже не атаки на дальней дистанции — к ним он был готов. А атаки на среднем расстоянии. Фактически, как только появлялся оперативный простор, я метал кочеранг в противника, после чего быстро возвращал оружие обратно. Благодаря этому мне удалось знатно изранить ноги и другие части тела соперника. Подобная тактика оказалась дико эффективной. Она и для меня стала открытием.

В ближней стычке относительно короткий и скоростной кочеранг также показывал себя отлично, так что Яну лишь оставалось скрипеть зубами.

— Поздравляю, ученик, — покачал он головой горестно, зажимая глубокую рану в боку. — Никогда бы не подумал, что ты сумеешь зайти так далеко. Остается лишь пожелать тебе удачи в дальнейших боях. Я проиграл!

— Вот так номер! Сумасшедший Ублюдок Ли пробился в полуфинал турнира Стального кулака! Кажется, что для безумного Рекрута нет ничего невозможного! Вот только следующий его противник уже определился, и это Бочка Шин! Да-да, чемпион прошлого года и тот самый Рекрут-рекордсмен, который сумел дойти до полуфинала семь лет назад! Перейдя на ступень Бойца, Бочка Шин стал поистине неостановимым и взял наконец титул чемпиона в прошлом году. Сможет ли Шин повторить успех? Узнаем завтра!

Ян взялся мне помогать с подготовкой, хотя до этого сторонился. Теперь мы перестали быть конкурентами, так что Хинью решил дать парочку советов. Впрочем, за один день мало что могло измениться.

К поединку с Бочкой Шином я немного научился метанию, в том числе во время резкого отступления. Потому что в ближнем бою Бочка Шин был чудовищно силен.

К восьмому дню турнира осталось всего четверо претендентов на титул. К нашему удивлению, Гийом Шанди сумел каким-то чудом пробиться в полуфинал. Впрочем, если учесть, что оба прошлых чемпиона оказались в моей части турнирной сетки, происходящее не казалось столь поразительным. Скорее напрягали такие удобные для Шанди совпадения. Ясно как божий день, что он выступает от лица принцессы Жунь. Вероятно, девушка натаскала его для данного события, потратив кучу духовных препаратов. Даже сожгла парнише ауру, лишь бы выиграл турнир. Не удивлюсь, если она как-то подкупила организаторов и спланировала группу и финальные этапы таким образом, чтобы мне пришлось сложнее. Недаром я с Акито аж дважды встречался.

Погода выдалась превосходной. Умеренное весеннее тепло вернулось после долгой зимней спячки. Солнечные лучики приятно грели прохожих.

В назначенное время, незадолго до обеда, я спустился на арену и встал напротив своего оппонента. Шин имел прозвище Бочка не просто так. Во-первых, мужчина был донельзя огромен. Не расплывчатая аморфная масса Толстяка Чена. И не крупность Помешанного Хутонга. Этот гигант действительно походил на огромную бочку, к которой приделали сравнительно маленькие ручки, ножки и голову. Во-вторых, Бочка Шин имел прорву ци, в несколько раз больше, чем у рядовых Бойцов. И уж тем более больше, чем у Рекрутов. Мне было до него очень далеко.

Ходили слухи, что это связано с повышенной волосатостью Шина: на теле у него шерсти было много. Вот только голова Бочки была почти полностью лысой, что несколько противоречило сплетням. Огромный широкий рот Шина скалился в безумной улыбке, когда он смотрел на меня с каким-то нездоровым гастрономическим интересом. Мне даже подумалось, что не так уже сильно я заслуживаю титул Сумасшедший по сравнению со своим противником.

Бой начался, и я сразу принялся убегать от Бочки, лавируя между валунами и метая кочеранг назад. Шин владел не только Барьером и духовным Щитом, но и огненным Шагом. Толстяк, несмотря на свою массивность, бегал довольно шустро, хоть его и заносило на поворотах. Только сблизившись, Бочка Шин испускал из своего тесака плотную струю адского багрового пламени, от которой было невозможно спрятаться. О ци он совершенно не заботился, окутываясь плотной защитой и атакуя в любой удобный момент.

Наше сражение затянулось. Мне удалось нанести несколько ранений, но этого было недостаточно. Требовалось что-то более мощное, чтобы сбить Бочку Шина с ног. Моя духовная энергия начала стремительно подходить к концу. А без нее я и кочерангом не смогу нормально пользоваться.

Я решил последовать примеру Акито и забрался на один из крупнейших валунов. Вот только я никак не ожидал, что Бочка Шин сможет с помощью своего огненного Шага прыгать на такую высоту. Громадный пламетворец отбил брошенный кочеранг и заскочил на камень, после чего сбил меня с верхушки. Я упал на землю и прокатился немного кубарем. Бочка Шин был тут как тут.

С гнусной ухмылкой он схватил меня за правую руку и прижал к грунту. Я в ответ заблокировал его тесак клешней. Хохотнув Бочка Шин принялся изрыгать из своего тесака струю багрового пламени. Мой протез начал стремительно нагреваться, а Барьер рушиться.

Я сцепил зубы и призвал свое оружие. Кочеранг прилетел на мой зов и воткнулся в ногу Шина, вот только подобный трюк громилу не остановил. Я не мог дотянуться до кочеранга, чтобы напитать его разрушительной духовной энергией. Которой и так оставалось на донышке.

Всепоглощающий огонь почти разрушил мою защиту. Вдруг я почувствовал знакомый голод, только на этот раз он исходил не от кочерги, а от клешни. Я дал протезу все требуемое, и вскоре вокруг него возник серый духовный щит необычной формы. Походило на воронку внешне. Извергаемый Шином огонь без серьезных последствий исчезал в этой воронке, а я же почувствовал пускай слабый, но стабильный приток духовных сил.

Некоторое время я не предпринимал никаких действий. Мой резерв пополнялся, а Бочка Шин бездумно тратил свою энергию. Но затем и до него дошло, что что-то не так. Противник вместо того, чтобы кричать, извиваться и распространять вокруг запах горелой плоти, спокойно себе лежал под непрерывной огненной струей.

Бочка Шин отпрыгнул и разорвал дистанцию. Я не упустил возможности и позвал кочеранг, который продолжал торчать у него из ноги. Противник ругнулся, когда оружие со смачным звуком выскользнуло из плоти, разбередив рану. Кочеранг вернулся в мою ладонь. Пользуясь заминкой, я решил посмотреть, что такого произошло с моим протезом.

Клешня Хваткого Поглощения

Уровень: Горный. Тип: личный предмет. Владелец: Ли Кон Чай

Особенность: увеличение силы хвата на 37 %

Особенность: поглощение до 23 % активной внешней духовной энергии

Наши роли стремительно поменялись. Бочка Шин выпустил в меня огромную часть своей ци, я же благодаря этому немного восстановил резерв. Видимо, протез также находился на грани апгрейда, так что ему нужен был лишь сильный толчок.

Бой продолжился, и ситуация развернулась в обратную сторону. Огненная способность Шина только добавляла мне сил, а кочеранг продолжал лупить практика со всех сторон. Сменить тактику и попробовать другие приемы или попытаться достать меня своим тесаком мозгов у Бочки не хватило. Из-за серьезного повреждения ноги он уже не мог также шустро передвигаться, даже с использованием огненного Шага.

Зрители активно болели за Ли Кона. Бочку Шина тут любили меньше наследника из рода Чай. Мелкий Рекрут стал благодаря своему упорству настоящей звездой Яхуэй. Пускай многие Ублюдка Ли недолюбливали, но даже они отдавали дань уважения достойному сопернику.

Через какое-то время противник растерял весь свой феноменальный запас ци. Он даже Барьер не смог больше поддерживать. Кочеранг собирал свою кровавую жатву, вырывая целые куски плоти. Бочку Шина это привело в неописуемую ярость. Пришлось судьям вмешиваться, поскольку один из соперников находился на грани смерти. Вся арена была залита его кровью, но сдаваться он не собирался. Судьи провозгласили мою победу и кое-как усмирили громилу.

— Сумасшедший Ублюдок Ли победил! Впервые в истории Рекрут в финале турнира Стальной кулак! Мог кто-нибудь себе представить подобное? Даже невеста не верила, что он сумеет выбраться из группы! Однако у Ли Кона есть реальные шансы стать чемпионом! Будем с нетерпением ждать финала турнира, который пройдет через два дня! В решающей схватке сойдутся Сумасшедший Ублюдок Ли Кон и Защитник Гийом Шанди. Защитник также совершил феноменальный взлет, сумев добраться до финала. Сможет ли он одолеть безумного гун-наня? Узнаем в последний день уходящего года!

Я утер застлавший взор липкий пот и отсалютовал гунской ложе своим кочерангом. Жунь Фа Лонг побелевшими от напряжения пальцами вцепилась в перила. Принцесса была очевидно не рада исходу поединка. Гун-эр глядела на меня со спокойной улыбкой. Фань Фа радостно прыгала и хлопала в ладоши.

Вот только за выползшей на мое лицо довольной улыбкой крылось ожидание неприятностей. Я четко помнил слова гун-эр, разрешившей мне участвовать с артефактом со средним котлом земного ранга. Теперь, когда клешня преобразовалась в горный уровень, кто-то из судей мог оспорить мою победу. А гун-эр могла не дать своего согласия на бой с паровым артефактом горного уровня, если бы захотела.

Я ходил по тонкой грани, понимая, что в любой момент меня могут отстранить от турнира. Однако на этот раз все обошлось. Никто не стал поднимать тему протеза. Если удача будет мне благоволить, то и в дальнейшем проблем не возникнет.

Защитник Гийом, твой черед следующий. Тебе придется ответить за пакостный эпизод в таверне.

[Сати Бхоль]

Никто не мог поверить в то, что Сумасшедший Ублюдок Ли сумел выйти в финал турнира, и Сати не была исключением. Она знала о том, что господин способен на многое, но одержать верх в сражениях с сильнейшими практиками более высокой ступени? Те отчаянные смельчаки, которые ставили на победу Ли Кона, наверняка озолотятся.

После тяжелого боя с Бочкой Шином наступил день отдыха. Ли Кон потратил его на тренировки. Сюзерен изучал новые возможности улучшившейся экипировки. Сати завидовала ему белой завистью. За столь короткий срок и почти без каких-то вложений заиметь два личных предмета горного уровня — это невероятный результат. Бхоль начала подозревать, что подобное неспроста, как и влечение малых духов с ифритами. В Сумасшедшем Ублюдке Ли крылось нечто невероятное, и Сати не понимала, что именно.

Ли Кон активно тестировал свой кочеранг, метая на разные дистанции и используя разные стили. Бросал снаряд по дуге и по прямой, с горизонтальным вращением, вертикальным или под углом, делал больше оборотов или метал почти как копье. Господин не стал сразу мастером по метанию, тем более такого странного оружия. Ему еще предстояло пройти долгий путь, чтобы стать асом кочеранга…

— Нет, ну почему «кочеранг»?! — простонала Сати, не сдержавшись.

Все вокруг обсуждали новый облик оружия господина, которое всегда находилось на виду. В ножны такую кривоту особо не спрячешь. Стражники отпускали дурацкие шуточки, когда думали, что Ублюдок Ли их не слышит. Сюзерен все время исполнял какую-нибудь нелепицу, за что и получил заслуженно прозвище Сумасшедший. И девушке было немного неловко из-за того, что она вассал не великого мечника или копейщика, а… кочерангиста, если так можно выразиться.

— Ты что-то сказала? — произнес Ли Кон, оторвавшись от тренировки.

— Ничего, молодой господин.

Сюзерен также активно тестировал и свою Клешню Хваткого Поглощения. Духовный щит в виде воронки создавался почти моментально. По силе он слегка превосходил обычный духовный щит, но его особенность была куда интереснее. Небольшая часть энергии от духовных атак поглощалось протезом и передавалось хозяину. Определенно полезное приобретение, хотя не из всех атак удавалось извлечь ци. Следующий противник явно будет готов к новой особенности протеза, так что надеяться на него сильно не стоило.

Сати не чувствовала себя безопасной в гунском дворце. Ей казалось, что тучи с каждым днем сгущаются над головой ее господина. Многие не желали появления Сумасшедшего Ублюдка Ли в финале. Так что она дала команду Сену дежурить всю ночь у двери в спальню господина.

Настал последний день года, по совместительству финальный этап турнира Стального кулака. Сати быстро оделась и вышла в коридор, где обнаружила спящего у двери Сена.

— Бездна Орока!

Интуиция ее не подвела. Ворвавшись в гостевую спальню, она не обнаружила милорда у себя. Легкий пряный и сладковатый запах забился в ноздри, от него кружилась голова и тянуло в сон.

Сати быстро оповестила окружающих о произошедшем. Ян опознал по запаху один из видов сонных благовоний. По всей видимости, Ли Кона усыпили и похитили. Налетчики не стали брать его личные артефакты: кочеранг, клешню и амулет с малым духом. Поганый Злоднегрисс заявил, что проспал нападение. Малым духам тоже требовался сон. Хотя негодный дух мог и умолчать из врожденной вредности.

Сати взяла себе артефакты господина, дабы никто другой их к рукам не прибрал. И позаботилась о спящем Чебуле, который тоже попал под воздействие сонных благовоний.

Чинсук развел бурную деятельность, переполошил весь дворец. Им удалось найти потайной ход за секретной панелью шкафа, ведущий в подсобное помещение. Вероятно, этим путем похитители и проникли внутрь. Наследника рода Чай принялись искать сначала во дворце, а затем и в городе. Бхоль кляла себя на чем свет стоит, хотя и понимала, что скорее всего попалась бы в ту же ловушку, что и Сен.

Сати также приняла участие в поисках. Они вместе с Чинсуком, Хинью и Сеном ходили по городу в поисках хоть каких-то зацепок. Но Ли Кон словно сквозь землю провалился. Никто не видел, чтобы кто-либо таскал крупные предметы или тела возле дворца. Надежды на дворцовую стражу было мало. Сати не доверяла гунской семье, в особенности старшей дочери. Жунь Фа Лонг вполне могла быть причастна к похищению, хоть и отрицала данный факт.

Компания из Чайфу побывала во множестве разных уголков Яхуэй, пообщалась плотно с различными группировками и бандами, которых удалось найти. Но все их старания были тщетны.

Время шло, а участник турнира Стального кулака все не находился. Правительница была вынуждена распорядиться о том, что если Ли Кон не найдется до шести часов вечера, то ему засчитают техническое поражение за неявку. По традиции финал турнира должен пройти именно в последний день года.

Сати злилась на себя, что не сумела уберечь господина. Она активно носилась по Яхуэй, допрашивала разных людей и старалась вывести на чистую воду дворцовую стражу. Ведь без их соучастия проникнуть в гостевую спальню было бы чрезмерно сложно.

[Ли Кон]

Неясный требовательный голос вывел меня из мутного забытья. Голова кружилась, холод сковал затекшие конечности.

— Ваше высочество, он очнулся!

Открыв глаза, я обвел взглядом помещение, в котором находился. Грубые стены из сплошного камня, ведро в углу и примитивный деревянный топчан подо мной. Дернувшись, я звякнул металлом: к моей левой ноге была прикована цепь, которая с другой стороны крепилась к штырю в углу. Металлический обруч холодил ступню. Да и в целом в камере стоял собачий холод.

Как я здесь оказался, не помнил совершенно. Прочная крепкая дверь имела небольшое окошко на уровне лица. В полутьме мне с трудом удалось узнать женское лицо, показавшееся в проеме.

— Хорошо выспался? — с насмешкой вопросила Жунь Фа Лонг.

— Неплохо, — потянулся я, разминая затекшие части тела. — Так ты не выдержала и решила провести первую брачную ночь до свадьбы?

— Хм-ф! — фыркнула она. — Даже в такой ситуации пытаешься скабрезничать. Я никогда не стану твоей женой, Сумасшедший Ублюдок Ли! Запомни это, раз и навсегда!

— Ладно-ладно. Не хочешь, заставлять не буду. Может ты отпустишь меня? — погремел я кандалами.

— Проще было бы избавиться от тебя, но я не Ублюдок Ли, — покачала она головой с надменным выражением лица. — Когда мои цели будут достигнуты, ты обретешь свободу. Дав клятву, что не будешь пытаться выдвигать какие-либо претензии и сразу же покинешь Лонглин. Конечно, слово Ублюдка Ли не стоит и медяка, но с паршивой овцы хоть шерсти клок.

— Спасибо большое! — проговорил я с сарказмом. — И каковы же цели ее высочества?

— Ублюдок Ли не появится в финале турнира, а значит победа достанется Гийому.

— Так и думал… — вздохнул я. — Но это ведь нечестно.

— Нечестно? Нечестно?! Сумасшедший Ублюдок Ли не имеет права рассуждать о чести! — взорвалась принцесса. — Ты должен был вылететь еще на начальном этапе! Не выйти из группы! С разгромом проиграть Акито или Шину! Ты продал душу Ороку или что?! Каким образом тебе удалось дойти до финала?!

— Ловкость рук и никакого мошенства!

— Не важно, — отбросила прядь своих темно-багровых волос принцесса. — Я не имею права так рисковать, допуская тебя до финала. Надеюсь, ты понимаешь.

— Да я уж понял, что ты не испытываешь ко мне симпатий… Значит, ты заодно с Шанди?

Жунь Фа покачала головой:

— Гийом был против моего плана. Он был уверен, что сможет победить тебя в честно бою.

— Так бедный парень сжег свое Дао всего лишь ради турнира?

— Не ради турнира, нет. Ради меня, — проговорила принцесса тихо и с печалью в голосе.

— Ради тебя? — переспросил я.

— Мы… — Жунь сделала судорожный вдох. — Мы любим друг друга! Уже давно! Но такому чудовищу не понять настоящих чувств! Твое черствое сердце радуется только жутким козням и кровавым злодеяниям!

— Эй-эй, полегче. Я добрый и пушистый на самом деле.

— И речь твоя также лжива и грязна, как твое Дао, — скривилась она. — Тебе ли знать, через что мы с Гийомом прошли, чтобы претворить наш план в жизнь? Мать Найен была разгневана, когда узнала о наших намерениях. Шанди из семьи сервов, у которых ничего нет за душой. Он прошел через суровую гвардейскую школу, сумел подняться до Рекрута за короткий срок. И затем получил возможность служить в личной охране гунской семьи.

Жунь говорила о возлюбленном с одухотворенным лицом, в голосе ее проскакивали искренние нотки обожания и заботы. Совсем пропала девка, короче.

— Мы с ним… Впрочем, тебе не обязательно знать о том, как мы открылись друг другу. Сама судьба свела нас вместе. Однако наш социальный статус слишком различался. Гун-эр наотрез отказывалась признавать наши отношения. Да и Гийом страдал, считая, что недостоин моей руки. И тогда мы придумали план с турниром, к которому стали готовиться. Много средств ушло на то, чтобы я и Гийом достигли нужного уровня Цунь-Ши-Дао. Мой любимый пошел до конца, спалив свой Дао.

Мама Найен отнеслась к идее с женихом-чемпионом поначалу скептически. Но когда пришло обращение от гуна Чайфу, воодушевилась и дала свое согласие. Победитель турнира Стального кулака мог рассматриваться, как мой будущий супруг.

— Так вот для чего ты приняла участие в соревнованиях?

— Это был идеальный план! — проговорила она мечтательно. — Мы с Гийомом должны были выйти в финал турнира вдвоем! И затем попросили бы гун-эр о благословении при свидетелях. Она не посмела бы нам отказать!

— Как романтично, — хмыкнул я.

— Я и не ожидала, что ты меня поймешь, Ублюдок Ли. Или… мне стоит называть тебя Пиратский Разлучник? Слухи о случившемся уже докатились до Яхуэй. Удивительно, как своим появлением ты сумел разрушить крепкий брак гуна Чайфу.

— Юйвин хотела меня отравить!

— Прекрасно понимаю ее чувства! Тебя не должно было быть в моем отлаженном плане! — надрывно проговорила принцесса. В ее глазах заблестели слезы. — Ты должен был давно вылететь с турнира. Но ты помешал мне самой пройти дальше и вышел в финал. Гийом уверял, что справится, но я не могла пойти на такой риск. Сумасшедший Ублюдок Ли не имеет права выиграть турнир Стального кулака! Подло ли это? Я знаю, что подло. Но поступить иначе: предать свою любовь и отдаться ненавистному чужаку я просто не могла!

— Сколько экспрессии! Тебе совсем не жалко бедного кочегара?

— Жалеть Пиратского Разлучника, Предателя Пекла и Тухлого Мясника? — скривилась она, вытирая слезы.

— Я совсем не такой, каким меня рисует людская молва! Говорю же: ты мне совершенно не нужна!

— Как будто мне самой об этом неизвестно, — выдала Жунь Фа. — Для тебя я не человек со своими чувствами, а просто глупая кукла, ступенька на пути к важному титулу и богатству. Бездушный манекен, очередной приз турнира. Наверняка ты желал больше получить паровые доспехи Стальной кулак, а не наследницу Лонг в жены!

— Это конечно так, но…

— Я и не сомневалась. Поэтому какое-то время ты посидишь здесь. Как только турнир закончится — ты получишь свободу. Я не Ублюдок Ли: не собираюсь марать свои руки в крови гун-наня. Хотя наверняка многие сказали бы мне за это большое спасибо. Прощай, Ли Кон из рода Чай. Ты не сможешь помешать моему счастью. Надеюсь, больше мы с тобой никогда не увидимся!

Жунь Фа развернулась и направилась прочь.

— Да постой! — бросился я к двери, однако цепь не позволила мне дотянуться до окошка. — Мы договоримся с гун-эр! Не нужна мне твоя ни рука, ни нога! Дай только турнир пройти до конца!

Звуки шагов Жунь Фа, эхом отдающиеся по коридорам, быстро затихали вдали.

— Заткнись, Ублюдок Ли! — жестко ответил мне один из стражей. — Не то язык укоротим!

Хурглова избалованная принцесска, чья голова полностью забита романтической придурью! Каковы были шансы на то, что они оба дойдут до финала? Сущий мизер! Да от Жунь Фа либо Акито, либо Шин и мокрого места не оставили бы!

— За что мне все это?! — я несколько раз ударился головой о каменную стену своего узилища.

Боль слегка отрезвила. Я внимательно исследовал свою камеру, но не обнаружил ничего интересного. Ни окошек, ни каких-то иных щелей, через который мог пробиваться солнечный свет. Лишь отблеск фонарей из малых духов проникал через дверной проем. Похоже, меня посадили в темницу глубоко под землей. Ни оружия, ни протеза, ни амулета при себе не оставили.

Я сделал несколько попыток избавиться от кандалов с помощью духовного огня, но смог лишь немного нагреть металл. Температуры явно не хватало. Холод пробирал до костей. Я вспомнил о том, что вообще-то владею Греющей аурой, и быстро распространил ее вокруг себя. Попробовал использовать связь с кочерангом, однако расстояние было слишком большим. Я почти не ощущал свое личное оружие.

[Сати Бхоль]

Вечер приближался, а следов господина им так найти и не удалось. Весь день они пробегали, не давая себе ни минуты покоя. Даже Хинью выбился из сил. Чинсук настоял на том, чтобы они заскочили в таверну и перекусили.

Сати сидела с удрученным видом и потягивала сладковатый разбавленный сок. Хургл недовольно метался по столам и стульям, пытаясь выйти на след своего хозяина. Была у них надежда на нюх Чебуля, но похитители сумели как-то скрыть запах.

Девушка крутила в руках кочеранг своего сюзерена. Ей хотелось врезать кому-нибудь по голове. Вдруг ей на мгновение показалось, что кочеранг дернулся. Сати подала немного духовной энергии внутрь. Кочеранг стал слегка давить в сторону.

— Хм…

Бхоль не была уверена, не показалось ли ей. Девушка положила оружие на одну из чашек в не самом устойчивом положении. Подала побольше энергии. Кочеранг задрожал и упал с чашки на стол.

— Артефакт горного уровня! — воскликнула Сати. — Кажется, он показывает направление, в котором находится его хозяин!

— Идем скорее! — быстро поднялся Чинсук со своего места.

Адъютант гуна также был на нервах. Правитель Дай Кон определенно не будет рад, если его средний сын сгинет где-то в Лонглин, и их миссия будет провалена.

Сати с компанией покинули таверну и побежали в направлении, которое указывал кочеранг. Артефакт действовал слабо. Все же его призывал не хозяин, а другой человек. Четверка пробежала по Яхуэй и вскоре забрела в тупик. Кочеранг показывал направление до тех пор, пока они не добрались до ничем не примечательного пустыря, заваленного мусором. Они опросили жителей близлежащих строений, и от одного яхуэйца узнали о легендах про тайные катакомбы, проложенные под пепельным плато. Тогда Бхоль поняла, в чем была проблема кочеранга: он слегка давил вниз, но из-за тяжести самого оружия это было практически незаметно. Ли Кона держали где-то глубоко под землей.

— Где вход в катакомбы?! — вопросила Бхоль, держа испуганного серва за отворот рубахи.

— Н-не знаю, госпожа практик, клянусь! Но во дворце должны знать!

Отведенное на финал турнира время подходило к концу. Следовало поспешить, если, конечно, Сумасшедший Ублюдок Ли еще жив. Но у кого можно было спросить дорогу в катакомбы? От Жунь Фа вряд ли можно добиться содействия. Гун-эр также могла быть причастна к случившемуся. Осталась лишь младшая Фань Фа, которая выказывала к Ли Кону открытую приязнь.

На стадионе уже собралась огромная масса людей, желающих поглядеть на финальный этап. Рисинке негде было упасть. Чинсуку удалось пробиться к гунской ложе и поговорить с младшей принцессой. Девочка согласилась помочь им с поисками. Гун-эр отправила вместе с ней отряд телохранителей.

Расширенной компанией они вернулись во дворец, и Фань Фа повела их в один из залов закалки.

— Сестра показывала мне это место однажды, — поведала она. — Я, конечно, не должна говорить о нем чужакам, но ради братика Ли можно сделать исключение!

Девочка убрала деревянную скамью в сторону и открыла незаметный проход, ведший куда-то вниз. После чего первой нырнула в темноту.

— Ваше высочество, постойте! — бросились следом за непутевой принцессой охранники.

Вскоре они спустились в катакомбы. Темные коридоры освещались фонарями от личных духов. Лучи выхватывали на стенах следы застарелой копоти. Бхоль решила, что эти древние тоннели были проложены с помощью огненной духовной техники почти в сплошном камне. Чем-то подобным пользовались шахтеры. Порода пепельного плато была мягче, судя по всему, поэтому тоннели прокладывались без проблем.

Сати снова воспользовалась кочерангом, чтобы определить местонахождение господина. Им пришлось проплутать по запутанному лабиринту катакомб некоторое время, но в итоге они все же вышли к тайным казематам. Несколько охранников дежурило в широком коридоре с крепкими дверьми, ведущими в каменные камеры.

— Стоять! — выкрикнули гвардейцы, завидев выбежавшую Сати.

Но когда за ней из прохода выскочила большая компания из посланников Чайфу и младшей принцессы со свитой, их пыл значительно поутих.

— Это люди ее высочества Жунь Фа! — узнали гвардейцев.

— Так значит сестрица приложила к похищению руку! — скривилась Фань Фа. — Не ожидала от нее такой подлости!

— Я здесь! — донесся до них голос Ли Кона.

— Немедленно освободите братика Ли! — распорядилась девочка. — А с вами, нарушителями, мама еще разберется!

Погода не радовала собравшихся на арене людей. Хмурые тучи заволокли небо. Накрапывал мелкий холодный дождь, сопровождаемый пронизывающими порывами ветра. Зима в свой последний день словно не желала уходить, намереваясь как следует застудить людей.

Зрители в колизее недовольно роптали. Уже не первый час они ждали, когда второй участник явится на бой. Многие покинули трибуны, но зевак оставалось достаточно. Пропускать такой легендарный бой никому не хотелось. Сумасшедшего Ублюдка Ли, посмевшего внезапно пропасть, вспоминали нехорошими словами. Шанди терпеливо ждал своего соперника, хмурясь. Он желал честного поединка, но некие силы возжелали помочь обрести ему заветный титул. И он даже догадывался какие.

— Что ж, дополнительное время вышло, дамы и господа. Мы не имеем права ждать пропавшего участника вечно, — проговорил ведущий. — Сумасшедший Ублюдок Ли показал выдающуюся волю к победе и остановился в шаге от титула. Возможно, его высочество Ли Кон захочет попытать счастья в следующем году. Если у глубокоуважаемой гун-эр нет возражений, предлагаю объявить победителя турнира Стальной кулак!

Правительница поднялась со своего места и вышла вперед. Только она открыла рот, как со стороны центрального входа послышалось возбужденное шевеление и гомон.

Расталкивая скопившихся зевак, словно ледокол, некто уверенно пробивал себе дорогу через толпу. Наконец возмутитель спокойствия преодолел преграду и спрыгнул вниз на арену.

Лицо принцессы Жунь Фа Лонг, бросившейся к перилам, покраснело от страха и ненависти, когда она увидела своего заклятого недруга.

— Не ждали, гады?! — проговорил Сумасшедший Ублюдок Ли проникновенно, взмахнув своим экзотическим оружием. — А я все равно пришел!

[Ли Кон]

Некоторое время стояла гробовая тишина. Но затем трибуны взорвались в основном недовольными выкриками в духе: «Где тебя носило, ирод!?».

— Кое-кто из гунской семьи пригласил в гости. Отказать я никак не мог! — прокричал я, стараясь перебить толпу и глядя в глаза Жунь Фа. — Мы будем начинать бой или как?

Кроме голода других проблем я не испытывал. Резерв был полным, на здоровье жаловаться не приходилось. Сати с остальными успели меня освободить вовремя. Не знал, что у кочеранга имеется такое замечательное свойство — показывать направление, в котором находится хозяин.

— К-хм, Сумасшедший Ублюдок Ли успел буквально в последний момент! — проговорил ведущий. — Если ее сиятельство даст свое разрешение, поединок начнется безотлагательно!

— Пусть честный бой определит сильнейшего и выявит чемпиона! — махнула широким рукавом Найен.

Я встал на стартовую позицию напротив спустившегося Гийома Шанди. Гвардеец глядел на меня хмуро и сосредоточенно. Он выглядел так, словно ему предстоит сражение за жизнь близкого человека. В какой-то степени оно так и было. Жунька мне действительно не была нужна, но проучить несносную девицу не мешало. Да и за Шанди есть должок.

— Прекрасная Жунь-эр не достанется тебе, Сумасшедший Ублюдок Ли! — процедил Гийом через зубы.

— Добро побеждает лишь в сказках. В реальной жизни правит зло. Хо-хо-хо! — изобразил я злодейский смех.

— Участники готовы? …Да начнется финальный бой!!! — разнесся зычный голос диктора над стадионом.

Мы с Гийомом сорвались с места и быстро сошлись в центре арены. Шанди владел щитом-баклером и длинным прямым мечом. Пускай он и выглядел простым, зато был удобным и эффективным. Гийом периодически менял хват с одноручного на двуручный, благо баклер держался на ремешках на руке. Шанди владел Барьером и огненным Шагом, благодаря чему носился по полю боя как сумасшедший. А его Клинок Обжигающей Волны мог запускать… обжигающие волны огня, как нетрудно догадаться.

Как только мы расходились друг от друга, я метал кочеранг в противника, а оппонент запускал огненную волну. Я старался принимать все духовные атаки на воронку-щит, чтобы понемногу восстанавливать свое ци. Однако Гийом старательно метил в другие части тела, либо подгадывал момент, когда мой щит не был полностью сформирован. Шанди понимал, что нельзя меня кормить лишний раз.

Повышенная мобильность была неплохим преимуществом, но не критичным. Техника боя Шанди сильно напоминала стиль принцессы. Я бы сказал, что Жунь Фа даже лучше управлялась с мечом — чувствовался у нее опыт. Но в плане духовных техник, грубой силы и запаса ци Гийом ее превосходил.

Тем не менее, ничего сверхъестественного противник не демонстрировал. Я чувствовал свое превосходство. Кочеранг стабильно вгрызался в его духовный Барьер и наносил неприятные раны. Как и предполагалось, Шанди ничуть не сильнее Акито или Шина. Даже наставник Хинью бы его одолел, скорее всего.

Мы плясали довольно долго на арене, обменялись ударами из амулетов малых духов. Я экономил ци, поскольку у меня запас был поменьше, но Гийом активно разбрасывался волнами и постоянно использовал Шаг. Кровь, сочащуюся из множества повреждений, смывал моросящий дождик. Промокшие волосы липли к шее. Шанди начал сдавать.

В один из моментов он резко остановился и утер рукавом рот и текущую из носа кровь. Я благородства ради дал ему несколько секунд, чтобы прийти в себя. Зря. Гийом после данного жеста вдруг начал биться словно безумный, а его резервы быстро восполнялись. Негодяй незаметно принял духовный допинг!

Впрочем, я не стал останавливать бой. Шанди стал дерганым, его движения потеряли плавность и выверенную изящность. Он начал допускать массу ошибок. Кочеранг легко парировал атаки его клинка, а клешня принимала многочисленные волны на воронку-щит, позволяя мне потихоньку восстанавливать резерв.

Шанди хоть и вел себя словно слетевший с катушек берсерк, но это ему помогало слабо. От допинга возникало куча побочных эффектов. Холодный разум лучше подходил для битвы двух мастеров. Но в бою против более слабых противников такой ход мог и сработать.

Кочеранг удачно попал по правой руке Гийома и перебил кость. Конечность повисла плетью на куске мышц и сухожилий. Я остановился, понимая, что Шанди уже не боец.

— Еще не все! — прорычал он и с трудом перетащил клинок в левую руку из сжатой ладони.

— Стойте! Прошу вас! — раздался отчаянный голосок Жунь Фа с гунской трибуны.

— Достаточно! — вторила ей Найен, величаво махнув рукой.

На поле выбежали врачеватели. В основном они направились к Шанди, как наиболее пострадавшему. Ко мне подошла Сати, принявшись обрабатывать кровоточащие раны.

— Г-хем, какой отчаянный бой! Гийом Шанди сражался до последнего! — проговорил ведущий. — Невероятно! Впервые в истории Рекрут сумел забраться так далеко! Итак, победителем в финальном поединке турнира Стальной кулак объявляется…

— Подождите! — проговорил я резко.

Диктор замер. Ропот на зрительских трибунах затих. Лишь легкий перестук капель дождя прерывал сгустившуюся тишину. Всем было дико интересно, что произойдет дальше.

Я взглянул в лицо Жунь Фа. Фарфоровый цветок Триумвирата закусила губу до крови. Из ее глаз катились слезы. Она была в отчаянии. Я перевел взор на своего противника. Шанди осел на поле арены — у него словно бы кончился запал, когда объявили о прекращении боя. Выглядел боец отвратительно: мокрый, грязный, весь в крови и потеках. Врачеватели работали над его правой рукой. Если не сделать все быстро, то он может потерять ее, как Ли Кон в свое время. Наверняка он испытывал чудовищную боль, однако лицо его выражало холодное безразличие. Словно наступил конец всему, что было ему дорого.

Я поднял лицо в небо и позволил холодным каплям умыть и остудить вспотевшее лицо. Победа в турнире была для меня важной целью. Наладить отношения с Лонглин, чтобы уберечь провинции от бойни. Доказать отцу, что от меня есть толк. Проверить свои силы и показать окружающим, что Сумасшедший Кочегар Ли умеет сражаться. Проучить вздорную, наглую принцессу, посмевшую похитить меня и держать в темнице. Она ведь вполне могла и избавиться от помехи в моем лице.

Было бы крайне иронично пойти до конца и потребовать ее руки. Тогда у меня бы появилась масса возможностей поиздеваться над ней, проучить. Одновременно отомстив и Шанди. Дать волю своей темной стороне, побыть немного настоящим Ублюдком Ли.

Однако это не Путь кочегара.

Жизнь в роли аристократа меня никогда не прельщала. Во дворце я чувствовал себя не в своей тарелке. Жаль терять такие отличные призы и поставленные на себя деньги. Впрочем… Я посмотрел на кочеранг и протез, без которых не смог бы победить в турнире. Подумалось, что мне удалось приобрести уже довольно много в ходе прошедших поединков. Ну а паровые доспехи когда-нибудь в будущем еще наверняка раздобуду. Самое главное: я доказал самому себе, что способен на многое. Этого у меня никто не отнимет.

Что же до мести, то испытанного унижения им и так хватит. На самом деле я не мог всерьез злиться на Жунь Фа, поскольку видел, что в душе она хороший человек.

— Что позволяет себе этот Ублюдок?! — раздался писк с трибун.

Я скривился. Данное обращение мне давно надоело.

— Забудьте про Ублюдка Ли! — прокричал я пред лицом тысяч слушателей. — Есть лишь Кочегар! Сумасшедший Кочегар Ли! Запомните это раз и навсегда, разнесите весть по городам и селам. Кто посмеет называть меня Ублюдком, познакомится ближе с моим Кочерангом Парящей Оплеухи!

Я отстранил Сати, которая закончила бинтовать мне неприятную рану в боку, и повернулся к поверженному противнику. Вытянув кочеранг в его сторону, я изрек величаво:

— Я же говорил тебе: в реальной жизни зло всегда побеждает! Гийом Шанди, запомни раз и навсегда это чувство. Никогда не стоит шутить с Сумасшедшим Кочегаром Ли!

Затем я снова повернулся к трибунам и обратил свой взор на людей в гунской ложе.

— Господа судьи, ваше сиятельство, я должен признаться в нарушении правил турнира!

— О чем ты толкуешь, Ли Кон? — вопросил рефери.

Я поднял вверх свою Клешню Хваткого Поглощения:

— Ее сиятельство гун-эр позволила мне участвовать с паровым механизмом со средним котлом, который не раз выручал меня в бою. Однако она давала согласие на артефакт земного уровня. Клешня же достигла горного уровня в бою с Бочкой Шином. А значит в финале я нарушил правила, и такую победу признавать нельзя!

— Но ведь мама Найен может дать согласие на артефакт горного уровня! — возразила Фань Фа, искренне болевшая за меня.

— Хо-хо, ты решил отказаться от титула, младший Ли… — проговорила старшая Фа Лонг с интересом.

Гун-эр все поняла правильно. Да, у нее была определенная власть сделать меня победителем, закрыв глаза на данный нюанс. Но она понимала, что я признал поражение не просто так.

— А как же моя прелестная дочь Жунь Фа Лонг, которую называют Фарфоровым цветком Триумвирата? Ты проделал большой путь, но в последний момент решил отказаться?

— Ваше сиятельство, я считаю, что цветы не могут принадлежать одному человеку, они должны радовать взоры всех окружающих. И срывать цветок имеет право лишь тот, кому он сам того разрешит. Нам с Жунь Фа Лонг не по пути.

По трибунам прокатилась волна вздохов, возмущений и разочарований. Кто-то называл меня идиотом, кто-то наоборот радовался, что их любимая принцесса не достанется наследнику из Чайфу.

— Но как в таком случае ты собираешься выполнять поручение своего отца, сиятельного Дай Кона?

— У величественной Найен Фа Лонг есть замечательная дочь по имени Фань, с которой у нас сложились добрые отношения. Я бы хотел просить вашего благословения и заключить соглашение о помолвке. Когда Фань Фа достигнет подходящего возраста, мы сочетаемся законным браком!

— Ура! — запрыгала младшая принцесса.

Однако Найен выглядела мрачной:

— Переговоры подобного плана обычно ведут в приватной обстановке, а не перед лицом тысяч зевак. Но раз ты того сам пожелал… Младший Ли, сколько лет я правлю провинцией, по-твоему? Я могу различить твою мельчайшую ложь или попытку увильнуть! Ты не желаешь становиться супругом Фань Фа. Ты всего лишь хочешь отсрочить вопрос, надеясь, что через семь лет обстановка изменится. Пропасть с концами, оставив невесту без законного жениха! Поэтому я никак не могу дать согласие на этот брак.

— Ну мам…

— Помолчи, дочь! — резко бросила Найен.

Фань Фа надулась и уселась обратно в кресло. Я же принялся лихорадочно размышлять, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. Мой запасной план не сработал, а ведь я так на него надеялся. Правительница была права: я собирался свалить подальше от Лонглин, а за семь лет все могло десять раз измениться. Мне надо было срочно придумывать что-то новое…

— Ну-у, э-э-э… как насчет… тогда… может быть…

— Говори четче, младший Ли! — прикрикнула Найен со скрытой усмешкой в голосе.

Тон правительницы напомнил мне слегка Юйвин. В голове вдруг щелкнуло. Я принялся раскручивать всплывшую идею, импровизируя и старательно фантазируя:

— Ваше сиятельство, мой отец просил меня не распространяться, но… Я считаю, что вы должны знать! Наверняка до вас дошли сплетни о размолвке, что случилась между Даем и Юйвин.

— Ходили такие слухи…

— Юйвин сотворила непозволительный проступок. Они с отцом уже никогда не смогут быть вместе. Мне известно, что в последнее время Дай тяготился данным браком, ставшим нежелательным. Но он человек чести, и по своей воле не стал бы расторгать союз. После тяжкого прегрешения оставаться супругом Юйвин он уже не имел морального права. И поутру, перед нашим отъездом из Ханкина, отец Дай поведал мне интересные подробности. Но не думаю, что о них уместно рассказывать при таком столпотворении…

— Не томи, младший Ли. Раз начал — рассказывай до конца! — Найен подалась вперед. Было видно, что ее снедало любопытство.

— Отец Дай поведал, что в ту ночь ему приснились вы, ваше сиятельство.

— Я была в его сне?! — поразилась она.

— Верно, — кивнул я серьезно. — Оказывается, госпожа Найен Фа Лонг давно проникла в сердце Дая, но он не смел думать о вас кроме как о другом правителе. Лишь после разлуки с Юйвин он позволил себе дать слабину. И плотину чувств прорвало!

Я ходил по очень тонкому льду. Найен снова могла уличить меня во лжи.

— Хо-хо-хо… — заявила дама воодушевленно. — Очень давно, больше двух десятков лет назад, наследник рода Чай и наследник Лонг бились за мою руку. Судьба в то время благоволила наследнику рода Лонг. Кто бы мог подумать, что милый Дай сохранил в себе чувства через прошедшие года!

Глаза Найен светились от довольства и предвкушения. Кажется, мне удалось попасть в яблочко. Женщина словно забыла про свое феноменальное чутье на вранье и погрязла в романтичных грезах. Как говорится, яблоня от упавшего яблока недалеко растет. У матери Жунь Фа тоже в голове разная слезливо-любовная мишура застряла.

— Отец Дай не сказал ничего конкретного. Все его мысли были заняты войной. Но, я полагаю, он бы хотел встретиться и поговорить с прекрасной Найен Фа Лонг.

Зрители возбужденно загомонили, обсуждая открывающиеся перспективы. Дай Кон из рода Чай считался завидным мужчиной. Грозный и гордый, но справедливый правитель, достигший ступени Адепта. Настоящий кочегар.

— Достаточно! — правительница достала узорчатый веер и принялась обмахиваться, несмотря на не слишком жаркую погоду. — Не стоит обсуждать подробности прилюдно. Гийом Шанди, я объявляю тебя победителем очередного турнира Стальной кулак! Сегодня мы празднуем окончание года, а завтра состоится короткая церемония вручения наград. А после этого… мы с младшим Ли отправимся в гости в Ханкин! Давно я не посещала своего сиятельного коллегу! Следует поддержать наших соседей в этот тяжелый период, подставить свое крепкое плечо. Хеньтанцы дважды подумают, стоит ли им продолжать вторжение в Чайфу!

— Да-а-а! Слава ее сиятельству! — взревел народ. — Долой хеньтанцев!

— Эм-м, мне ехать с вами обязательно? — переспросил я с толикой опаски.

— Разумеется! Ведь именно младший Ли принес мне эти вести… Милый Дай, кто бы мог подумать… — продолжила она плавать в своих мечтаниях. — Стража, выделите Ли Кону десяток сопровождения!

Турнир подошел к концу. Народ был крайне доволен. Многочасовое стояние окупилось с лихвой: они стали свидетелями исторического события. Ходили сплетни о возможном грядущем союзе Лонглин и Чайфу. Радовались, что Ублюдок Ли не заполучил принцессу Жунь себе. Активно надирались, отмечая конец уходящего года. Улицы Яхуэй утопали в цветастых новогодних украшениях, на площадях веселили народ танцовщицы и бродячие музыканты. В некоторых местах уже начались весенние полевые и садовые работы. Скоро сервам станет не до развлечений и не до лежания на тепловом камне, так что они отрывались как умели.

Жунь Фа и Гийом выглядели несколько пришибленными, не в силах поверить в случившееся. Они следили за мной с подозрением, ожидая какого-то подвоха. Но я не оправдал их ожиданий, не став выдвигать какие-либо обвинения в похищении или требовать компенсации. Пока что.

Мы вернулись во дворец большой компанией. Ян отнесся к моему решению нейтрально, настроение Сати определить было сложно. А вот Чинсук мрачно вздыхал и бормотал себе под нос нечто невнятное.

— Что случилось, дядя Чинсук? — остановил я его в уединенном месте.

— Ох, ваше высочество… Что же вы наделали!

— То есть? Как мне кажется, я нашел отличный способ наладить отношения между провинциями…

Чинсук горестно покачал головой:

— Его сиятельство ведь просил вас не позорить его перед соседями! Репутация для правителя — вещь первостепенная. В личных чувствах нет ничего плохого, если они не мешают руководить провинцией. Но выставлять их напоказ — это дурной тон. Вы опорочили его сиятельство перед тысячами людей, показали его слабость перед правителем другой провинции, поставили в уязвимое положение. Будто он юнец с пылким сердцем, только и мечтающий о мадам Лонг, а не умудренный годами властный правитель!

— Я такого не имел в виду…

— Но именно так и получилось: вы унизили его сиятельство пред честным людом… Но не это самое страшное… Скажите, ваше высочество, то, что вы сказали — это правда? Я не помню, чтобы вы встречались с отцом утром перед отъездом…

— Хм-м… Уверен, из Дая и Найен получится отличная пара! — ушел я от ответа.

Чинсук снова горестно покачал головой:

— Если вскроется, что сказанное неправда, вы поставите в неудобное положение не только отца, но и ее сиятельство Найен Фа Лонг. Сразу двух правителей! Конечно, это не тяжкое преступление, да и ваша репутация Сумасшедшего может прийти вам на выручку, но все равно не завидую вашей участи, ваше высочество…

Я вспомнил жаркий красный отцовский огонь и поежился. Как бы Дай действительно не спалил меня на месте. Да и гун-эр будет в ярости.

— Все в порядке, дядя Чинсук, — хлопнул я его по плечу. — Я практически не врал. Ваше дело теперь проследить за тем, чтобы отношения Найен и Дая развивались в положительном ключе. Даже если они не сойдутся, приезд сиятельства Лонг в Ханкин заставит хеньтанцев задуматься. Уверен, вы справитесь с задачей.

— Ваше высочество, почему вы говорите в таком тоне, словно не собираетесь ехать с нами в Ханкин?

— Ха-ха, не неси чепухи, дядя Чинсук! Я так и не посмотрел столицу как следует! Да и отец обещал мне кучу даров, включая лечение руки! Пора собираться в обратную дорогу!

Кое-как мне удалось убедить адъютанта, что все будет в порядке. Но я так не думал на самом деле. Следовало валить, и как можно скорее. В дороге меня вряд ли оставят без присмотра. Найен приставила ко мне десяток охранников, которые сопровождали меня всюду, в том числе и за пределами дворца. Требовалось придумать, как избавиться от них или тайно ускользнуть из дворца. Кое-какие планы на ближайшее будущее у меня имелись, поэтому я одолжил немного денег у Чинсука и обратился к вассалу наедине:

— Сестрица Сати, у меня для тебя есть поручение: сходи на рынок и прикупи местной эластичной чудо-веревки побольше. Сразу спрячь в своем огненном измерении. По слухам, она может долго выдерживать жар.

— Слушаюсь, господин Кон. Но зачем?

— Тучи сгустились над головой.

Нет покоя наследнику Чай.

Пора валить! — продекларировал я. — Ступай!

Пока Сати отсутствовала, я исследовал место, которое нам показала Фань Фа — тайный вход в катакомбы. Однако скомпрометированный проход решили наглухо заделать. Рядом со строителями дежурил отряд охраны. Жаль. Это был бы отличный способ выбраться из дворца незамеченным. Впрочем, сомневаюсь, что в таком огромном комплексе существует лишь единственный вход в подземный лабиринт пепельного плато.

Найен принесла мне извинения за действия дочери, но было заметно, что она не придает большого значения факту похищения. Как будто не наследника гуна похитили, а безродного плебея. Да и в целом мысли Фа Лонг крутились вокруг грядущей поездки и выбора нарядов, которые следует взять с собой.

Мне удалось побыть немного наедине с Фань Фа, вырвав ее с новогодних торжеств. Девочка дулась на мать, но со мной старалась вести себя максимально женственно. Что выглядело со стороны забавно, учитывая ее возраст. Я выразил искреннюю благодарность за помощь с моим нахождением. Другие входы в катакомбы не были известны младшей принцессе. Рассказывать мелкой о своих планах я не стал. Учитывая вздорный характер детей, она могла устроить мне какую-нибудь пакость напоследок. Помню прекрасно, какую истерику закатила племянница, когда я уезжал после посещения родственников.

Вскоре Бхоль вернулась с рынка, успешно приобретя требуемое. Я побросал в свое огненное измерение с помощью Злодни все, что могло там безопасно храниться. Пришлось отказаться от съестных припасов или большого объема воды. Было бы странно, если бы мы расхаживали по дворцу с заплечными сумками, словно в поход собрались. Единственное — я забрал свою любимую ложку, спрятав ее за пазуху. Древесину огненное измерение не щадило. Подготовив все возможное, я направился к человеку, который мог помочь нам выбраться из дворцовой ловушки.

[Жунь Фа Лонг]

Наследница Лонг быстро покинула торжества по случаю окончания года. Ей хотелось побыть одной. За последние несколько дней принцессе Лонг пришлось испытывать потрясение многократно. Поначалу она поразилась, что Рекрут Ублюдок Ли сумел выйти в финальный этап. Затем тяжко переживала свой проигрыш заклятому недругу. Решилась на преступление, похитив самого наследника Чайфу. У нее не было опыта в подобных вещах, поэтому Жунь Фа дико переживала. Еще дважды она чуть сознание не потеряла раздирающих ее кипящих чувств: когда Сумасшедший Ублюдок Ли сумел каким-то образом выбраться из плена, явившись на бой. И когда Ли Кон одержал сокрушительную победу, чуть не изуродовав любимого человека. Ей в тот момент казалось, что мир рухнул, что наступили темные времена. И она вынуждена будет играть роль супруги известного на весь Триумвират злодея.

Однако Ли Кон сумел ее удивить снова, нагло отказавшись от победы и от ее руки. Это одновременно злило и радовало. То, что от нее посмел отказаться Ублюдок Ли, задело ее гордость. Но в то же время Гийом получил титул чемпиона, а значит их план не был похоронен полностью. Она могла попытаться обратиться к матери снова за благословением. Если Найен и на этот раз откажет…

— Госпожа, просто забудьте об этой выскочке, — проговорил дежурящий у двери Гийом, словно прочитав ее мысли. — Скоро он исчезнет из вашей жизни навсегда!

Рука Шанди все еще была плотно перевязана, как и другие раны. Боец к позднему вечеру выглядел бледным и уставшим, но он наотрез отказывался отправляться на покой, оставляя Жунь без защиты. Гийом опасался, что Ли Кон возжелает предпринять что-то преступное. Ему не понравился способ, которым Жунь хотела убрать главного конкурента, но он все равно оставался предан ей. И от этого на сердце принцессы становилось тепло и уютно.

В отличие от Гийома отношение Жунь к Ли Кону претерпело изменения. Принц Чай пошел им навстречу, когда победа была уже у него в руках. Отдал победу Гийому, отказался от свадьбы, замял историю с похищением. Девушка с трудом могла принять саму мысль, но она начинала верить в то, что многочисленные слухи об Ублюдке Ли были несколько преувеличены. Это не могло быть частью хитрого плана. Он потерял существенные призы, ничего не получив взамен. Ублюдок Ли из сплетен бы ни за что не упустил такой шанс. Поэтому Жунь грызли сомнения: должна ли она поблагодарить его и в какой форме, либо продолжать прежний курс поведения? Ей все еще не верилось в тот факт, что она в некоторой степени признательна знаменитому злодею, которым мамаши пугали непослушных детей.

С другой стороны, действиям Ли Кона, не укладывающимся в голове, могло найтись разумное объяснение. Средний сын Чай просто свихнулся. Недаром же не так давно он получил новый титул Сумасшедший. В таком случае искать логику в действиях Ублюдка Ли не следовало.

Вдруг возле входа в покои послышались разговоры на повышенных тонах. Жунь Фа отставила чашку ароматного чая, который помогал ей усмирять бушующие эмоции. Она узнала голос Ли Кона снаружи. Почему-то теперь он не казался ей наглым и надменным, как раньше. Обычный голос молодого мужчины. Не снисходительно-язвительный, а скорее просто вежливо-ироничный.

— Ублюдок Ли! — процедил Гийом, направившись к двери. — Я его…

— Постой. Пусть заходит.

— Но госпожа, мы не знаем, что у него на уме!

— Для этого и придумали переговоры.

Вздохнув, Гийом отворил дверь и распорядился пропустить наследника Чай. Он прошел внутрь вместе со своим вассалом из Ордена Семи Облаков, оставив второго телохранителя в коридоре.

— Сиятельный брат Ли, присоединяйтесь, — Жунь Фа указала на место за столом, после чего принялась степенно наливать чай во вторую чашку. — Какое дело привело вас ко мне?

— Есть небольшая, но крайне деликатная просьба, о которой не следует распространяться.

— Ты имеешь наглость просить что-либо у ее высочества?! — взъярился Шанди.

— Остынь, горячий лонглинский парень. Поражение — это неприятно, но не конец света. По себе знаю.

— Ублюдок!

— Кажется, я говорил уже: не называть меня так! — потянулся Ли Кон к своему изогнутому оружию.

— Гийом, прекрати! — нахмурилась Жунь, стараясь развеять напряжение. — Ты ведь понимаешь, что он мог забрать победу в турнире себе. Мы обязаны сиятельному брату Ли… Но мне бы хотелось узнать, почему ты пошел на подобный шаг? В чем твоя выгода?

— Да, в общем… Не люблю дворцы. Вечно кто-то отравить пытается или подослать убийцу. Все эти аристократические интриги не по мне. Это правда, что я не хотел на тебе жениться. Тем более у сестры Жунь уже есть кавалер. Так что я решил не рушить твое будущее. Хотя после похищения и возникала такая мысль.

— И ты думаешь, мы в это поверим?! — вопросил Гийом.

Принцесса сделала маленький глоток чай и вздохнула. Вряд ли Шанди и Ли Кон когда-либо смогут поладить.

— Звучит невероятно, но в любом случае мы должны отдать должное сиятельному брату Ли, — проговорила Жунь. — Если исполнение твоей просьбы будет в моих силах, я помогу.

— Отлично! Нам надо скрытно покинуть дворец, — произнес вдруг Ли Кон, понизив голос.

— Что? Но как же церемония награждения и поездка в Ханкин? — похлопала глазками Жунь.

— Слишком опасно, — покачал он головой. — Нам надо уходить как можно скорее.

— Мама будет сильно недовольна, если я помогу вам сбежать. Она и так отчитывала меня два часа за историю с похищением…

— За вами долг, — приподнял бровь Ли Кон.

Жунь Фа Лонг колебалась несколько секунд, взвешивая все за и против. Она все еще слабо представляла, что на уме у ее бывшего жениха. Однако теперь он не производил впечатления коварного злодея. И ведь ничего в его поведении не изменилось. Просто, если отбросить предубеждение, сформировавшееся на разных сплетнях, ничего злодейского в его внешнем виде и поведении не было.

— Хорошо. Я помогу вам!

Принцесса отставила чашку и вышла в коридор:

— Распорядитесь накрыть стол на несколько персон в пепельном зале! — скомандовала она. — Нам с братом Ли надо о многом поговорить.

[Ли Кон]

Принцесса пригласила нас в один из залов приема высоких гостей, стены в котором были украшены местной гевеей с серыми листьями. Банкет был лишь отвлечением внимания. Слуги накрыли на стол, после чего Жунь Фа распорядилась прогнать их прочь. Сена я также оставил в коридоре. Внутри остались лишь мы с Сати и Гийом с Жунь.

Некоторое время принцесса вела разговор ни о чем. Насколько я понял, внутри родов были свои особые отношения. Каждый наследник старался завербовать свою личную гвардию, преданную в первую очередь ему. Поэтому охрана принцессы пошла на преступление, похитив меня из дворца. Приставленный ко мне отряд подчинялся только гун-эр, и рычагов давления у принцессы на них не было.

Затем ее высочество каким-то хитрым образом потянула за одну из угловых половых плит и приподняла ее. Нам открылся узкий лаз с вертикальной лестницей. Гийом, несмотря на свое ранение, спустился первым. Я быстро побросал кушания со стола в узелок. За Шанди последовали мы с Сати и Чебулем. Процессию замыкала Жунь Фа. Лезть вниз пришлось довольно долго. Мы спустились в глухой неосвещенный тоннель. Я приказал Злодни дать свет. Поворчав как обычно, малый дух повиновался. Фонарь высветил грубые каменные стены естественного происхождения. Выдолбленные прямо в каменной толще пепельного плато.

— Поспешим. Наше отсутствие могут заметить, — проговорила Жунь Фа. — Это один из тайных ходов из дворца. Он выведет вас на востоке от Яхуэй.

— То, что надо, — кивнул я.

Некоторое время мы пробирались по узким проходам. Камень носил следы старой копоти. Похоже, эти тоннели прокладывали с помощью какой-то огненной техники.

Наконец мы вышли в небольшой зал. Путь дальше преграждала массивная каменная плита. Жунь Фа уверенно подошла к металлической рукоятке сбоку. Судя по легкому багровому свечению, она начала передавать свою духовную энергию.

— Назовитесь!

— Жунь Фа из рода Лонг! — четко проговорила принцесса.

Спустя несколько секунд плита дрогнула и начала подниматься наверх.

— Это что за технологии? — поинтересовался я.

— Один из малых духов следит здесь за проходом, господин Кон, — поведала Сати.

— Удобно…

Мы прошли на другую сторону. Пыль постепенно оседала. Коридор, петляя, уходил на восток.

— Дальше вы сможете пройти и без моей помощи, — остановилась Жунь Фа.

— Что ж, спасибо за помощь, — махнул я рукой и собирался было пойти дальше, но принцесса окликнула нас:

— Постойте!

На лице Фарфорового цветка Триумвирата, освещаемом фонарями из амулетов, читались сомнения и напряженная внутренняя борьба.

— Я бы хотела извиниться перед тобой, сиятельный брат Ли. За холодный прием и попытку убрать конкурента с дороги.

— Вау. Принимаю твои извинения, сестра Жунь.

— Гийом, твой черед.

Шанди поиграл желваками, но смирился:

— Мне не нужны были награды, я хотел всего лишь быть рядом с госпожой Жунь. Спасибо за то, что дал нам шанс.

— Совет вам, да любовь. Радует, что хотя бы с кем-то удалось наладить отношения.

Принцесса извлекла из огненного измерения металлический тубус. Затем открыла его и показала нам свиток, сделанный из огнестойкой бумаги.

— Наш фамильный рецепт Микстуры Текучего Источника, которая помогла нам с Гийомом перейти на ступень Бойца. Судя по всему, тебе он тоже потребуется в ближайшие месяцы. Больше мне нечем отблагодарить тебя, брат Ли. Поклянись, что уничтожишь рецепт, как только изучишь, и не будешь передавать никому на сторону.

— Клянусь своим Дао, — кивнул я, предвкушая получение ценной награды.

— Знай, брат Ли: Жунь Фа Лонг умеет признавать ошибки и быть благодарной. Если ты собираешься покинуть Триумвират, то не советую идти через восточный перевал. Даже для Рекрутов путь будет опасен. Ступайте к южной части оконечности.

Я принял тубус со свитком из рук принцессы, после чего убрал в котомку, которую я сделал из скатерти из пепельного зала.

— Быстрее! Не дайте ему уйти!!! — раздались крики из прохода сзади, из которого мы явились.

— Кажется, твою пропажу обнаружили, — проговорила Жунь Фа спокойно. — Идите вперед. Я закрою проход и задержу их.

Принцесса вернулась в первый зал и дотронулась до рукоятки. Огромная каменная плита начала со скрежетом опускаться в пазы.

— Передай Фань мои извинения за то, что не попрощался, произнес я напоследок. — Пускай растет сильной и смелой. Может когда-нибудь судьба еще сведет нас вместе.

— Передам. Прощай, брат Ли.

— Прощая, сестра Жунь.

Плита с шумом опустилась, отрезав нас от преследователей. Мы с Сати развернулись и трусцой проследовали вперед по коридору. Путь петлял, иногда уходя вниз, иногда поднимаясь, а иногда расширяясь до подземных каверн. Мы пробежали несколько километров. После чего достигли укромной расщелины, заполненной водой по щиколотку. Отодвинув плоский камень, мы с Сати вышли наконец на свежий воздух.

Солнце уже скрылось за горизонтом, оставляя земную твердь во власти Орока и ночного морозца. Но хотя бы дождь перестал моросить. Выход из тайного хода находился в нижней части речного ущелья. Русло реки в это время года поднялось, затопив часть лаза. Нам с Сати пришлось немного вымокнуть в ледяной воде горной речушки, благо что Греющая аура спасала в таких ситуациях.

Гун-эр могла пустить по нашему следу солдат, так что мы поспешили убраться подальше от Яхуэй. Пепельное плато и так находилось недалеко от Восточной оконечности Подковы, мы же направились еще ближе к горной цепи. Шествовали прямо вдоль русла холодной горной речки сначала. Когда ущелье сменилось просто крутым склоном, мы с Сати выбрались на поверхность и двинулись на юго-восток.

Растительность кругом была скудной, но среди нагромождений каменистых обломков, колючих кустарников и небольших рощиц и здесь можно было спрятаться. Начались предгорья Восточной оконечности. Приходилось преодолевать один холм за другим и обходить глубокие расщелины. Ночь быстро вступила в свои права. Мы опасались зажигать фонари, дабы не выдать себя. Ступать по каменистым кручам при одном свете Орока оказалось тем еще испытанием. Несколько раз я оступался и скатывался с крутых склонов. У более опытной Сати таких проблем не возникало.

Неплохой вояж в провинцию Лонглин получился. Паровые доспехи жаль не получилось забрать себе, но зато рецепт для перехода на ступень Бойца удалось урвать.

Начало светать. Первые лучи восходящего солнца показались из-за высоких зубцов Подковы. Забравшись на вершину очередного высокого холма, я остановился на секунду и вдохнул полной грудью прохладный воздух, который словно бы только что спустился с гор. На востоке находились тени труднопроходимых пиков Восточной оконечности. Покинув дворец и шумный город, я почувствовал небывалое облегчение.

— Чувствуешь, чем пахнет, сестрица Сати? — обратился я к вассалу с широкой улыбкой на лице.

[Сати Бхоль]

Девушка принюхалась. Пахло сыростью и цветущей растительностью, просыпающейся от зимней спячки. Ничего необычного.

— Чем же, господин Кон?

— Свободой, сестрица. Настоящей свободой!

Сати молча смотрела на силуэт сюзерена на вершине холма, освещаемый редкими лучами встающего Гатхи. Она все равно слабо понимала, что творится в голове у господина. Зачем он согласился на авантюру с поездкой к невесте, если не хотел на самом деле. Зачем так старался победить в турнире и зачем в итоге отказался от титула. Не понимала, но в глубине души чувствовала, что господин поступил правильно.

Сати не хотела признаваться, но она была рада, что они разорвали связи с гунскими семьями провинций Чайфу и Лонглин. Ничего хорошего там ни Ли Кона, ни ее саму не ждало. Все чего-то хотели от сюзерена: воспользоваться им или убить, так что ей приходилось постоянно быть начеку.

Впрочем, и в предгорьях расслабляться не следовало. Как и самая западная часть Чайфу была оккупирована диким и опасным зверьем, так и восточные пределы скрывали в своих землях множество смертоносных чудищ.

Примерно до полудня они в быстром темпе двигались прочь от Яхуэй. В предгорьях передвигаться было непросто. Дорог здесь не было, поселения практически перестали встречаться. Купленная веревка им пригодилась несколько раз, когда они натыкались на отвесные склоны, тянущиеся на многие километры. Обходить их было слишком долго, ну а летать никто из них не умел.

Господин Кон использовал свой кочеранг. Он привязывал веревку к гарде, после чего метал свое оружие вверх. Не всегда получалось зацепиться с первого раза, но тогда Ли Кон просто возвращал оружие с помощью своей духовной связи. После нескольких попыток обычно удавалось зацепиться зубцами гарды за трещины в скалах. По очереди они забирались наверх. Благодаря Клешне Ли Кон поднимался наверх по веревке достаточно споро.

В итоге они пришли к выводу, что смогли оторваться от погони, и остановились на отдых возле небольшого ручья. Скала нависала над берегом, создавая природный навес, спасающий от дождя. Пообедали едой, которую господин стянул с банкетного зала. Сати с помощью Бытового обезвоживания просушила их одежду и обувь. Затем провели ревизию припасов, коих оказалось мало. Немного соли, перца и ни единой рисинки или хлебца. Придется им добывать провиант самим в этих неблагоприятных землях.

Она до сих пор не могла поверить, что Ли Кон фактически одержал победу в знаменитом турнире Стальной кулак. Понятно, что многие практики были заняты в боевых действиях на западе, да и Адепты не участвовали в соревнованиях, но, по сути, Ублюдок Ли стал сильнейшим пламетворцем Триумвирата. И это при том, что он все еще оставался на ступени Рекрута.

— Молодой господин, вы… действительно отказались от титула ради Жунь-эр?

— Частично. Также мне не хотелось брать на себя ответственность за последствия в виде женитьбы и чего там еще папенька мне бы придумал.

Сати решила сменить тему:

— Господин Кон, куда мы направимся теперь? — задала волнующий ее вопрос Бхоль.

— Я давно хотел посетить твой родной Орден Семи Облаков. Если идти на юг, то мы достигнем его в короткие сроки.

Выбор пути удивил девушку. Она хотела бы навестить родные пенаты, но из-за компании сюзерена могли возникнуть проблемы.

— Сомневаюсь, что вас примут там с распростертыми объятиями. В Ордене довольно строгие правила.

— Что-нибудь придумаем. Мне надо решить затык с Ши. Ты ведь говорила, что там хорошие наставники?

— Лучшие в Триумвирате. Но будут ли они вас учить — большой вопрос.

— Ты не поручишься за меня?

— Мне будет сложно противостоять вашей репутации, господин. Но раз вы настаиваете — я приложу все усилия.

— Замечательно, — кивнул он. — Удивительно, но я тебе верю.

Кто бы ей самой сказал год назад, что она будет сама ручаться за Ублюдка Ли, только пальцем у виска покрутила. Ей казалось плохой идеей посещать Орден вместе с печально известным принцем. Однако долг вассала — служить и всячески помогать сюзерену. Да поможет им Гатхи и осветит путь впереди.

Последние сутки выдались богатыми на события, особенно для Ли Кона. Прошел через похищение, затем провел напряженный поединок. Ну а после многочасового бега по пересеченной местности и лазания по горам даже тренированная ученица Ордена устала.

— Да, забыла сказать, — проговорила Сати. — Когда я посещала торговую лавку, то слышала краем уха разговоры сервов о прошедшем турнире.

— Меня вспоминали? — ухмыльнулся Ли.

— Почти только о Сумасшедшем Кочегаре Ли и говорили. Неофициально вы остались победителем турнира, но ваш поступок в финале вызвал неоднозначную реакцию. Вместо титула Стальной Кулак, как обычно величали нового чемпиона, вас прозвали Стальной Отступник.

— Хоть не Больной Затупник, и то рис… Кстати, а что за награду дают за второе место на турнире?

— Духовное зелье для ступени Бойца на выбор. Несколько десятков золотых стоит.

— Отрыжка хургла! Может, и стоило на денек задержаться… — задумался он, скармливая остатки фруктов жадному хурглу. Затем широко зевнул. — Ладно, сами прокачаемся. Я прикорну на час-другой, подежурь пока.

— Конечно. Отдыхайте, господин Стальной Отступник. Я постерегу ваш сон…

Сати, сама от себя не ожидая подобной лиричности, вдруг произнесла.

— Похоже, я на тебя дурно влияю… Но неплохо получилось… — пробормотал он с одобрением.

Ли Кон кое-как устроился на травянистой подстилке, окутавшись Греющей аурой, и быстро заснул. Одеял с собой они захватить не сумели. Бхоль задумалась над последними словами господина. Неужели она действительно подпала под тлетворное влияние сюзерена? Ведь всего месяц назад она искренне жаждала смерти Ублюдка Ли. Может, в этом и заключался его коварный план?

Девушка помотала головой, отбрасывая бредовые мысли и прогоняя накатывающую сонливость. В ручье поблизости иногда мелькала серебристая чешуя водных обитателей. Ученица решила наловить рыбки, раз выдалась такая возможность. Припасы у них закончились, а господин после трудного перехода и траты ци на согревание наверняка будет зверски голоден.

Имя: Ли Кон Чай

Прозвище: Сумасшедший Ублюдок Ли, Кровавый Должник, Тухлый Мясник, Крушитель Черепов, Предатель Пекла, Пиратский Разлучник, Стальной Отступник

Раса: Человек

Возраст: 21

Ступень: Рекрут

Положение: изгнанник правящего рода Чайфу

Дух-хранитель: Злоднегрисс, белая каста

Особые навыки: духовный щит, греющая аура, духовная суть

Цунь: 100 %

Ши: 7 %

Дао: 75 %

Кочеранг Парящей Оплеухи

Уровень: Горный. Тип: личный предмет. Владелец: Ли Кон Чай

Особенность: увеличение скорости атаки на 45 %

Особенность: возврат к владельцу, радиус действия до 54 шагов

Клешня Хваткого Поглощения

Уровень: Горный. Тип: личный предмет. Владелец: Ли Кон Чай

Особенность: увеличение силы хвата на 38 %

Особенность: поглощение до 24 % активной внешней духовной энергии

Котелок Родникового Очищения

Уровень: Горный. Тип: общий предмет

Особенность: очищает воду от примесей

Особенность: увеличение шансов успеха при варке на 32 %