Этот сборник из нескольких сказок расскажет читателю о чудесном и таинственном мире, что скрывается в каждом из людей.
Начало
Как-то раз, одним зимним вечером мне захотелось прочитать что-нибудь свежее, но так как те книги, что пылятся у меня в старой маленькой тумбочке, уже либо прочитаны, либо мне особо не интересны, мне пришлось выбраться в пару книжных магазинов. Придя в себя, я удивился скудности выбора и дороговизне того, что ещё оставалось на полках. Всё это заставило меня начать эту писать эти никому не нужные истории, кроме меня, конечно, же. Да, они будут не идеальными. В них будет куча ошибок и опечаток, но это то, что мне хотелось прочитать этим зимнем вечером.
История первая
Давным-давно, когда людей окутывал страх перед неизведанным, в одном старом, как мир, городе, жил маленький мальчик. Это был самый обычный мальчик: чёрные волосы, тёмно-карие глаза, небольшой нос. Одет в старые поношенные штаны, носил что-то похожее на рубашку и дождевая тёмно-голубая накидка от дождя.
Мальчик не был сиротой. У него была мама и папа, но почему у него не было имени, спросите вы, а я вам отвечу, что его родители были самого низшего сословия в этом городе и сами не могли обладать именами. Их звали – крестьянин и крестьянская жена, а так как крестьянское сословие составляло большую часть населения города, то использовали для различия то окружения, что было вокруг их места жительства. Семью фермеров называли − речными, так как их дом стоял на берегу старой и глубокой реки, что проходила на окраине того города. Но не будем акцентировать на них внимания. В этой истории они появятся лишь раз.
На улице стоял яркий осенний день. На небе не было облаков, их никогда не было, но в сказках, что матери читают детям перед сном, рассказывается о гигантских белых подушках, что летят по небу в невиданные дали. Обычно в такие осенние дни ничего не происходит и этот день не был исключением.
Мальчик шёл по каменным дорогом горда, выложенным пару столетий назад, рассматривая причудливые узоры, что мелькали у него в глазах. Он шёл на рынок, по поручению отца, расположенный на другой окраине города. Это был самый крупный и единственный рынок в городе. Мальчик шёл, любовался камнем, не обращая внимания на суетливых прохожих, проносящихся мимо по своим суетливым делам. В таком зачарованном состоянии он дошёл до стены.
− Эх, видимо замечтался,− Сказал мальчик. Повернул правее и пошёл вдоль этой преграды.
Что за стена?
Город разделяло две внутренние стены и одна внешняя. Дом мальчика находился между внешней и первой внутренней стеной. Хоть внутренние стены были огромны, но даже они не могли сравниться с внешней. Эта громадина доставала до самых небес, никто не знает, кто и когда их установил, кроме короля. Ещё первый и единственный король, сотни лет назад, запретил её пересечение. Почему единственный? А потому что, после этого запрета он,король, скончался за закрытыми дверьми, перед этим поручив не открывать его покои и выбрать нового короля, ибо детей у него не было. С тех пор прошло уже не одно столетие и король всё так же не был выбран, а его указ соблюдался, и никто из жителей так и не нарушил его.
Я уже упоминал, что город «великий»? Нет? Но всё равно сложно представить на сколько он огромен. Когда я сказал, что дом мальчика находится на окраине, то значительно приблизил его к центру, если его можно так назвать, потому что за той рекой ещё сотни миллионов шагов, а может и сотню шагов больше и это только в одну сторону, а до рынка нашему герою нужно было преодолеть четверть точно такого же расстояния.
Потратив на поход ещё времени мальчик всё же добрался до этого волшебного места. Ну, как дойдя. Сам рынок был на столько велик, что шум от людей напоминал жужжанье пчёл в улье, а смех детей разносился на тысячи шагов вокруг.
Ещё не дойдя до самого рынка, мальчик почувствовал запах специй. Тмин, паприка, кориандр сливались в одно и перемешивались с запахом свежих полевых цветов, что были сорваны сегодня с ближайших лугов. Эти запахи заставили мальчика не просто идти, он побежал. Бежал он так быстро, что неожиданно для себя он добрался до источника всех этих звуков и запахов, как ему показалось, за мгновение.
На рынке запахов стало больше и все они со всей силой ударили в нос, из-за чего газа заслезились, а из-за шума начала кружиться голова. Проходя через толпы зевак, что толпились около тесных прилавков, мальчик рассматривал товары. Там были: специи, травы, еда всех видов, посуда, одежда и украшения, которые никто не брал из цены, да и без надобности они людям в этом кольце. Протискиваясь в глубь рынка, мальчик стал замечать некоторые странные, можно сказать «волшебные», вещи. На столько странные, что даже я не в силах описать их. Из-за непонимания товаров он перестал их рассматривать и переключился на уличных артистов, что часто играют музыку для прохожих, но ему казалось, что они это делают для себя. Музыка завораживала. Было ощущение, что играют её не люди, а не ведомые существа из других мест.
Время шло. Людей даже не становилось меньше, а к центру было ещё далеко. Мальчик уже давно забыл поручение отца и не знал, почему он так хочет добраться до центра. Прошло уже несколько часов с того момента, как он впервые почувствовал запах и ещё несколько с того момента, как отправился в путь.
На улице смеркалось. Начали зажигаться факела, расположенные на крышах витрин. И спустя длительное время мальчик пришёл в себя от эйфории, что вела его в глубь. Он остановился, огляделся. Вокруг всё так же были люди. Всё так же куда-то шли и что-то покупали, спорили, смеялись и никто не обращал на него внимания.
Мальчик давно потерялся.
Мольбы о помощи не дали успеха. Все, к кому он обращался, проходили мимо. Он пытался кричать, но никто его так и не услышал.
Маленький мальчик испугался. Вдруг это шутка? −, подумал он. В панике он пошёл. Он не знал, куда шёл. Дыхание и звук биения его сердца заглушал все мысли. Мальчик шёл и шёл, пока не попал в место, где ни факелов, ни людей не было. Оглядевшись во тьме, он увидел, как свет позади него удаляется всё дальше и дальше. Спустя мгновение мальчик остался один в полной темноте.
Отчаявшись, он опустился на колени и закрыл глаза. Темнота поглотила его сердце и душу. Мысли исчезли.
… На следующий день в городе было тихо. Люди шли центру к центру со свежей мятой, этот городе мята считалась траурным символом. Вечером прошлого дня объявили: «КОРОЛЬ УМЕР!» …
Мятная королева
Здравствуй, случайный читатель. Если ты прочитал первую историю, то могло возникнуть пара вопросов, но не переживай, они у меня тоже есть. Если хочешь их задать, то задай их себе.
Расскажу я вам, о том огромном городе, в котором жил трусливый народ и глупый король.
Когда-то давно, примерно за тысячи лет до смерти короля, на том месте стоял дом, окружённый зловещим лесами и лугами. Дом был самый обычный, что вы можете представить, но не обманывайтесь его внешней простотой, хотя и внутренне он не выглядел лучше. В этом, представленном вами жилище, жил толи обманщик, толи волшебник. Почему обманщик? А потому что он сам таковым назвался, чтобы люди, что жили далеко на холмах, не доставали его своими просьбами, но лишь тем немногим, что не верили в его враньё, он помогал всем, чем только мог помочь, а это было всем.
Внешне волшебник был молод, даже юн. И люди зачастую обманывались его молодостью, но старцы или дети могли увидеть его душу старую, как свет. Его уставший, тяжёлый взгляд пугал людей. Пугал на столько, что люди сторонились его, хотя и нуждались.
Да, волшебник бесился, когда его донимали и раздражали, но он любил этих трусов и глупцов. Может, он и сам был глуп. Видя переживания людей, он создал волшебную маску, что скрывала его истинные чувства и эмоции. Носил он эту маску, не снимая, так долго, что и забыл о ней. Таких масок он сделал и обычным людям, ибо она им очень понравилась. Люди носили их и радовались, но волшебнику становилось всё труднее и труднее творить волшебство в тех краях. Людям он перестал быть нужен, и он покинул их. Так и осталась память о нём в головах жителей, хотя и ненадолго.
Но это всего лишь описание малых заслуг волшебника.
Прошло ни одно десятилетие с тех пор. Волшебника забыли, масок стало больше из-за того, что люди смогли сами их создавать. Молодой маг, со старой душой и сам стал забывать, кто он. Всё меньше и меньше чудес происходило в его долгой жизни. И сам он стал меньше творить.
Прошли столетия. Волшебник позабыл о самом себе и всё так же жил один доме. Он стал мальчишкой, что сторонился людей.
Однажды, собирая ягоды в ближайшем лесу себе на обед, мальчишка унюхал сладкий запах. Ноги сами повели его к этому загадочному источнику сладкого аромата. Он вёл в ту часть леса, в которую он никогда не ходил. Чем ближе он подходил, тем свежее становился аромат. Этот запах привёл его к поляне дикой лесной мяты.
Мальчик был поражён находкой, ведь она была совсем близко от дома, и он только сейчас узнал. Нагнувшись, чтобы сорвать листок с небольшого кустика мяты, он услышал смешок позади. Смешок был чистый и короткий.
−Показалось, наверное, − Сказал мальчик и продолжил собирать листки.
Собрав мяты чуть меньше кружки, решив, что хватит, он отправился обратно домой. На улице темнело, ветер шумел за окном, а дрова трещали в камине. Запоздал он с обедом сегодня и для ужина уже поздно. Устроившись в своём кресле, больше напоминающее большую кровать, он пил чай из сушёных луговых трав и той мяты, что собрал днём. Сосновый запах костра и теплота чая окутали его тело. Он медленно проваливался в глубокий сон.
Падая в забвенье, он видел чьи-то чужие сны, не его, но там был и он. Точнее, он был тем, кто всё это видел и чувствовал. Вскоре он открыл глаза. Наступал рассвет. Дрова в камине выгорели, чай остыл и стал горчить. Проходя мимо окна, оно смутило мальчика. Что-то после пробуждения всё не давало ему покоя. Первая заря не опускалась на верхушки деревьев, а застыла где-то между небом и первым листком дерева на верхушке. Он вышел на улицу и сильный ветер обдул его. Так легко и свежо ему ещё никогда не было. И тут смешок пронёсся около уха мальчика. Обернувшись, он увидел в дали девочку. Никогда он не видел таких, как она. Все городские девочки были какие-то не настоящие, искусственные. А она была какой-то не такой.
Буря эмоций охватила его. Он чувствовал страх, волнение, любопытство. Мальчик впервые испытывал подобное.
Девочка заметила его и стала приближаться к нему. Всё ближе и ближе, нагоняя страх и смущение на мальчика. Шаг за шагом она приближалась к нему, не сводя с мальчика взгляд и мягко улыбаясь. Мальчик был заворожён её глазами, что смотрели прямо ему в душу. Он стоял, как вкопанный в этом остановленном мире и ему казалось, что время начинает идти, когда она делает шаг в его сторону.
Подойдя к мальчику, она взяла его за руку и притронулась к его лицу. От мягких и маленьких рук у мальчика пробежали мурашки, сердце билось в груди, словно хотела выпрыгнуть. И такая слабость охватила его тело. Пальцы проскользили по его лицу. Он испугался. Непонятный страх засел у него в голове. Он пытался сказать слово, но не смог. Все слова покинули его. Единственное, что он слыша − был крик. Мальчик не сразу понял, что этот крик был его собственным из-за жуткой боли, что появилась в районе левой руки.
Мальчик упал на колени и видел он, как его рука осталась у маленькой девочки, что стояла перед ним.
−Конец всем играм. Ты такой же, как и я, − Сказала девочка, улыбнулась и исчезла.
Мальчик упал на траву и медленно терял сознание. Тёплая кровь струилась с его плеча. Он умирал…
Очнувшись у себя в кресле, мальчик лежал в холодном поту и смотрел в потолок. В камине трещали дрова, а запах чая почти исчез.
−Что со мной, − Спросил он в пустоту.
В таком состоянии пролежал он до утра, а с первыми лучами солнца он отправился в город. На улицах города почти никого не было, и только первые торговцы начинали открывать свои лавки. Он и сам не знал, зачем пришёл сюда. Пройдя не одну улицу, он устал и прилёг у широкого дерева, что росло недалеко от главной площади, и уснул.
Кто знает, сколько он провёл там времени, но на улице уже во всю копошились люди. Все куда-то спешили, что-то делали и никто не обращал на мальчика внимания. Он встал и начал блуждать по улице, проходящие мимо дети странно посматривали на него, и самый старший мальчик спросил:
− Извинит, дядя. Вы потерялись?
Мальчик удивился и буркнул:
− Я не на много старше тебя и, нет, я не потерялся. Я тут редко бываю и живу за городом.
Ребёнок нахмурился, повертел головой и сказал
− Никто не живёт за городом. Там живут странные существ, чудовища, что убивают любого, кто осмелится к ним приблизится. Ты врун и обманщик. Откуда ты на самом деле?
Этот ребёнок просто «чудесен», подумал мальчик и, не удостоив его ответа, просто ушёл. Он ещё некоторое время слышал крик в его сторону от этих детей, но не обращал внимания. Выходя из города, мальчик купил пару яблок в лавке, из-за голода он не мог нормально думать, он не совсем понял почему он сюда вообще пришёл, люди всё так же глупы, а дети всё так же шумные. Нужно было идти к реке, думал он.
Доедая второе яблоко, он вспомнил про сон. Холодок пробежал по его спине. Подходя домой, мальчик снова услышал мятный запах, но теперь он шёл из окон его дома.
− Видимо вчерашняя мята пахнет, − Опять сказал он в пустоту, − Так, стоп. Она же не должна так сильно пахнуть....
Заходя в дом, он пытался найти источник этого запаха. Он нашёл мяту, но самое странное в том, что пахла совсем не она. Прошло ещё пара минут перед тем, как он решил сдаться в своих поисках и решил прилечь. Подойдя к креслу, он замер.
− Привет, а я тебя устала искать и решила прилечь и, видимо, уснула, − Девочка усмехнулась, − Ты видимо тоже искал меня и тоже устал. Мы похожи. Видишь?
Стараясь держать себя в руках, мальчик кивнул и присел на пол.
− А ты кто? – Спросил мальчик.
− А ты? – Приподнимая бровь, спросила она в ответ.
Так, сидя до самой ночь, мальчик и девочка начали обмениваться вопросами. Мальчик, задавая вопрос, не всегда получал конкретный ответ. На некоторые вопросы Она либо не хотела отвечать, либо пыталась соврать. Он всегда чувствовал, когда люди врут. Когда мальчик попытался спросить про свой сон, она остановила его и сказала: – Всё скоро поймёшь, а сейчас лучше давай спать. Уже поздно. Всё остальное завтра. – После этих слов она легла на подушку и уснула. Мальчик был возмущён её поведением. Она уснула на его кресле, на его подушке, а ещё и не отвечает на его вопросы, но что-то в ней его пугала и всё так же вызывала любопытство. Он не стал её беспокоить и просто уснул на полу, хотя и долгое время он не мог уснуть....
− Смотри. Это ты и это и всё вокруг, и люди, ты это сделал. Благодаря тебе они такие и ты такой, − Сказала Мятная королева, − Очнись, дорогой. Мир забыл тебя. Пора…
Шли дни. Девочка не покидала его. В какой-то момент мальчик решил, что он сошёл с ума. Она выглядела, как очень правдоподобная галлюцинация, которая ничего не делает, ест. спит и постоянно что-то скрывает. А дни всё шли и шли, переходя в месяцы и года. Мальчику больше не снились странные сны. Он и совсем позабыл о них. Принял эту живую галлюцинацию в свою семью. По вечерам, после бессмысленного дня, они мечтали за чашкой травяного чая. Мечтали о дальних землях, о неизвестных людях, о существах, что обитают за гранью познания людей. Но однажды кто-то из них предложил подумать над городом мечты. И эта идея им так понравилась, что думали они над этим городом очень много дней. Стали создавать его по крупицам своей фантазии. Создавалось ощущение, в эти мгновения они сливались в одно целое сознание.
Мальчик больше не знал, как жить без неё. Хоть они не покидали пределы тех лесов и лугов, что окружали, но она показала ему целый Мир. Она стала для него целым миром. Он забыл про все ужасы, что ему снились когда-то. Но ненадолго.
Сны, как окно к «другому» ему. Они становились всё реалистичнее, а потом он вспомнил…
Старый волшебник проснулся в теле мальчишки и слеза покатилась по его щеке....
− Реальность. Реальность − это я и я решаю, какая она будет, − Бормотал волшебник под нос во время работы. – Хотите жить в трусливом неведении?! Хорошо, я вам помогу. Жалкие трусы. Вы забыли о своих настоящих чувствах, любви.... Ну тогда живите здесь и радуйтесь.
После этих слов всё исчезло и появилось вновь. Вперед людьми возник город, которого они никогда не видели, а ещё больше их удивили стена.
Увидев своё творение, волшебник сел в тени одного дерева, закрыл глаза и почувствовал давно утерянный запах.
− Она мертва! Как же долго она мертва! Моя Королева. − Сказал он в пустоту.
Свобода
В мире стен и старых масок на одной улице, через которую проходила одна из многочисленных дорог города, жила девушка. Как и у всех людей того города, у неё не было имени и не было занятия, по которому её могли бы назвать. И не была она бездельницей. Она интересовалась всем, что есть на этом свете и была невероятно энергичной в своём познании. Поэтому, в один из солнечных осенних дней она, сидя на каменных ступенях своего дома, размышляла о строении муравьиной ноги.
− Вот есть муравей. Он маленький, а его нога в два раза меньше его туловища. Так она ещё и странной, неустойчивой формы! − Разглядывая муравья на своей руке, бормотала она себе под нос. Так просидела она ещё некоторое время до прихода своей матери.
Мать девушки работает швеёй и ходила она закупать новые ткани для заказа одной странной знатной дамы, что живёт за первой внутренней стеной. Хоть платье было и простеньким, но деньги давали большие, а деньги никогда не бывают лишними.
Мать спускалась с небольшого холмика, что находился в начале улицы, несла четыре свёртка разных тканей и маленькую корзинку золотых и красных ниток. Увидев это, девушка резко встала и, чуть не упав, когда её нога угодила в лужу, побежала к ней на встречу. Девушка подбежала к маме, взяла у неё половину вещей и начала рассказывать, как прошёл её день. Рассказывала и про странные цветы, и про новое увлечение, что вычитала в одной из старых книг, и про ноги муравья, и ещё многое.
Хоть мать девушки была добра и внимательно её слушала, но ей никогда не нравилось то, что её дочь не имеет имени, поэтому она непроизвольно срывалась на девушку, а потом ночами долго корила себя из-за этого. Но сейчас, слушая её трепетание и смотря в эти чистые серо-зелёные глаза. Она забывала обо всех проблемах и просто наслаждалась этой короткой дорогой до дома.
Придя домой, девушка отнесла материалы в мастерскую и так как матери её помощь на сегодня уже не нужна, она снова вышла на улицу. На улице было тихо. Все люди заняты своими мелкими проблемами и где-то копошатся на своих работах.
Всё так же стояла осенняя солнечная погода. Было, до боли в голове, скучно. Девушка сошла с каменных ступеней и ушла бродить, по весьма узким, улочкам. Прогуливаясь по знакомым местам, девушка подмечала что-то новенькое в людях, что жили по соседству и эти мелочи были на столько незначительны, что даже их хозяева не замечали их. Например, у пекаря, что жил через улочку от её дома, борода стала чуточку длиннее, а у соседского мальчугана родинка появилась на левой щёчке.
Так бродила она несколько часов, пока её ноги не начали гудеть от усталости. Присев около дерева, девушка услышала, как сиделка рассказывала детям одну старую, но на вид не очень красивую историю.
− Если представить время в виде урагана, то это случилось, когда дул лёгкий ветерок среди полей. Когда стены были меньше, а люди ещё глупее. Когда нашего города не было и в помине. По синему небу плыли ОБЛАКА. Большие и маленькие, белые и серые. Грозовые, кучевые, перьевые. Их количества нельзя было неизмеримо. Хоть все они были похожи, но люди научились придавать им различные причудливые форм. Формы животных или предметов. Кто-то научился видеть в них будущее. Кто-то судьбу. А кто-то видел в них себя. Облака несли людям счастье. Счастье, что на земле не найти. Счастье, которого не описать, которого не увидеть. А брали они за это совсем немного. Они уносили за собой всё горе и печали, чтобы потом обрушить её в виде дождя далеко-далеко за границами городов. Там, где жили неведомые чудовища, где нас не было.
Дети внимательно слушали рассказ старухи, но было видно, что, в силу своего юного возраста, они ничего не понимали. Девушка тоже ничего не понимала, но её маленькие глазки загорелись. Мысли бегали в её голове. Но одна мысль, всё же, намертво засела у неё в голове.
− Я хочу их увидеть.
Резко встав, она побежала домой. Бежала она, не смотря на дорогу, сбила пару людей с ног, перепугала стайку гусей, зато в одно мгновение оказалась около своего дома. Остановившись на ступеньках, она переводила дыхание. Она хотела посоветоваться со своей матерью на счёт одной вещи.
Войдя в дом, она увидела, как её мать только начинала делать зарисовку платья.
− Мам, можно тебя на секунду,− Подозвала к себе девушка.
− Не мешай. Я занята, − Послышался сразу ответ.
− Я хочу уйти, − Тихо сказала девушка.
Мама девушки остановилась, посмотрела на неё и ещё тише спросила.
− Зачем…
Девушка не знала, как ей объяснить то, зачем она уходит.
− Я хочу найти своё счастье. Хочу найти своё призвание.
В материнских глазах появилась печаль и радость. Она была рада, что её дочь сможет найти себя, но мысль о расставании разрывало ей сердце.
…
Ранним утром девушка, попрощавшись с матерью, отправилась в путь. Но была одна проблема. Эта проблема такая незначительная, что девушка не замечала её, до выхода. Она совсем не знала, куда идти. Но мысли, о облаках, заполняли её голову полностью, и она подумала.
− Если облака летали по небу, значит они очень высоко, − Думала она, − а это значит, что мне нужно подняться очень и очень высоко, чтобы их разглядеть…
И отправилась она к самому высокому, что есть на свете − внешняя стена.
Так шла девушка день за днём. Каждый день видела, она, новых людей, новые вещи и события. В пути она много где побывала, много чего делала и сделала. Она останавливалась, но совсем ненадолго, чтобы заработать денег, во время пути она научилась неплохо рисовать и зарабатывать на своих рисунках, прикупить новые вещи и припасов.
В тоскливые осенние дни она чувствовала тяжесть своего пути, а в светлые летние, ощущала лёгкость и свободу от всего.
Мимо неё проходили люди, звери и время. Быстрее всех шло именно время. С тех пор, как она покинула свой родной дом, прошёл не один год и не одно десятилетие. Вместо юной девушки, в пути находилась уже взрослая или даже старая женщина, а стена даже не стала ближе, но мысли, как в юности всё бегали по её голове и искры сияли в глазах.
Устав за день пути, старая девушка решила передохнуть у старого, широколистного дерева. Присев на широкий корень, она достала свой блокнот, чтобы попытаться зарисовать крону дерева, но вопрос, что её начал мучать уже очень давно, снова влез в её голову «может их там нет?» .
− Давно же я ушла. Надеюсь, мама давно закончила то платье и у неё сейчас всё хорошо. Да, скучает. И я скучаю. Но, видимо, уже поздно поворачивать. Смешно. Вовремя же мне эта мысль на глаза попалась.
− И правда смешно, − раздался голос из-за дерева, − Ты пришла сюда, в поисках того, что всегда было под носом и идёшь туда, куда рукой подать? Вся такая старая, но юная и нарушив мой сон, решила вспомнить о матери? Смешно.
− Ой, мальчик, привет. А ты откуда? – Удивилась она.
− «Облака», говоришь, счастье? Дура, ты, старая, − усмехнулся он.
−Но я же молчала про…
Он быстро подошёл к ней.
Темнота. Ветер. Яркий свет. Лёгкость. Небо.
− Где я? Кто я? Я лечу…
С высоты всё казалось таким маленьким и не значительным, что облака не всегда обращали на землю внимания. Но бывали случаи, когда существам на земле было так плохо, так грустно и так невыносимо тяжело, что лёгкие и могучие облака жалели их и забирали их печаль, чтобы существа могли воспарить вместе с ними к небесам.
− Ты хотела узнать счастье? – раздался голос из пустоты, − так для начала познай печаль. Хотела найти себя, своё призвание, старая дура? За такое время ты нашла такое количество, что не каждому человеку это по силе сделать.
Девушка начала медленно опускаться. Её охватила буря эмоций. Страх, боль, ненависть, алчность: все людские пороки перемешались в её сознании.
− Облака давно погибли. Их нет. Они не выплёскивают всё зло в далёких землях. За свою доброту они платятся собой. Сила притяжения от людских проблем настолько велика, что тянет всех в низ, даже таких великих гигантов, как облака, − Говорил голос.
Темнота.
− Ты, старая дура, отправилась в такую даль ради пустоты. Но посмотри на плюсы, ты нашла себя и своё призвание, побывала в облаках и встретила меня. Хотя, на счёт последнего, я бы поспорил. Тупой писатель захотел этого, но ничего страшного, наверное. Удачи, старая дура.
…
Выйдя ранним утром из дома, девушка, попрощавшись с матерью, отправилась в путь. Путь лежал к её мастерской, где она рисовала ночами на пролёт…
Жужжащий камень
Эта история будет скучна и меньше предыдущих. Эту историю я напишу максимально просто и без смысловых заворотов, а точнее постараюсь так сделать, ибо, в последнее время, смысловые завороты наскучили и мне и обычным людям за стенами.
Давным-давно в одной незначительной реке, что находилась между болотом и дремучим лесом, родник выбросил в ток реки камень. Обычный камень. Такими камнями, как он, было усыпано всё дно реки. И всё бы ничего, но череда случайностей, связанных с течением и бобрами, заставили камень прибиться к песчаному берегу далеко от места его рождения.
Так лежал он день, а может и два. Кто ж знает, сколько дней могут лежать камни, кроме самих камней? Но лежал он, видимо, так долго, что солнце и ветер решили превратить его в свою маленькую игрушку.
Солнце рисовало на нём причудливые узоры, меняя его цвет и добавляя блеск в его нутро. А ветер же менял его форму, перекатывая с места на место. Так развлекались они пока камень сам не начал менять цвет солнца и менять направление ветра. Казалось, он начинал медленно жужжать, а в некоторые моменты можно было заметить, как он начинал подскакивать на месте.
Было весело наблюдать за таким живым камнем.
Так за некоторое каменное время вокруг камня многое поменялось. Появились причудливые, как бы их назвать, другие не камни, которых, наверное, выбросила другая река.
Так, кого-то ещё, не считая меня, привлёк наш каменный дружок. Не будем акцентировать на этом существе особого внимания, но я могу сказать, что у него весьма скверный характер. Это существо привлекла лёгкость и непостижимый, что не характерно для семейства каменных, потенциал, который можно было использовать. Это довольно сложно назвать потенциалом, скорее то, без чего нельзя выжить или ожить.
Существу понравилось это жужжащее, скачущее каменное нечто и он подумал, «Жужжит».
Как бы глупо не звучала его мысль, но она чётко охарактеризовала это каменное нечто. Он подобрал его и унёс с собой в свою старую лачугу в лесу. А камню было не совсем понят, зачем его потревожили и унесли с его любимого пляжа.
Принеся каменное нечто в дом, существо решило повременить с его изучением и оставило его на столике напротив камина, а само ушло собирать травы для чая. А камень тем временем находился в смятении в раздражённо-гневном состоянии.
Да, для камней несвойственно проявлять подобное, но хочу напомнить, что он ещё молод, по каменным меркам, а молодёжи свойственно подобное поведение.
Вернувшись домой, существо заварила чай из свежих трав, уселось в кресле напротив камня и начало ждать. Ждало оно, возможно, пока чай остынет, но ему было интересно, как поведёт себя камень, если на него пристально посматривать время от времени. «Может камень огорчится», думало существо, смотря на него, но ничего не происходило. Оно всё так же жужжало и подскакивало.
Так существо просидело несколько дней, а камень немного смущался из-за того, что на него так пристально смотрят. Но что-то явно шло не так. Спустя пару дней, как каменное нечто унесли с берега, оно начинало всё меньше жужжать и прыгать. Медленно потухал в нём свет.
− Эх ты, мелкий камень, − Начало существо, − Как же я тебя понимаю. Все мы потухаем внутри без дорогого нам. Но ты должен понять для себя одну вещь: Ты сам определяешь себя, а не кто-то другой.
Через пару дней камень потух. Существо отложило его на полку, а само отправилось на прогулку.
Солнце садилось и последняя заря осветило речной берег.
Из речной тины появился новый камень, и так могла начаться ещё одна бессмысленная история про камень, но история не повториться вновь, а жизнь идёт дальше и жужжащие камни живут дальше.
Про птичку
Однажды на далёких заснеженных вершинах древних гор, что подпирают голубые небеса своими ледяными пиками, прозвучал горький, словно микстура от кашля, сделанная из сахарной репы и непонятной травы, плач.
Этот пронзительный звук встревожил всех обитателей тех вершин: и камни, что дремали с сотворения мира, и ветер, что решил отдохнуть среди вершин после долгой прогулки по свету, и даже сами горы встрепенулись в недоумении от происходящего.
А плакала маленькая серая птичка. Я бы предположил, что это воробей. По размерам и форме клюва весьма была схожа с тем пернатым, но цвет, этот серый, как тёмное осеннее небо в конце сентября перед дождём, не подходил самому воробью.
− Маленький пернатый друг, − Начал говорить ветер, − почему ты плачешь? Разве ты не должен парить в голубых просторах неба? Разве ты не должен радоваться каждому солнечному дню, прожитому в этом легкомысленном мире?
− Может, ты голоден или болен неизлечимо? – Начали камни,− Мы можем тебе помочь. Нет на этой земле той хвори, в которой мы бы не разбирались, нет той еды, которой не смогли бы мы до тебя достать. Ты только скажи. Скажи, чем тебе помочь?
Птах молчал. Плачь начал переменяться на тоскливый свист, а затем послышался нежный голосок:
− Теперь, друзья мои, Я, как вы. Великий, но одинокий. Забытый, но вечный. Я был любим и любовью делился. Но теперь я один, как начинал когда-то давно. Да, так давно, что вы даже не вспомните. Простите, что потревожил вас, друзья мои. И единственное, о чём я могу вас попросить, это о покое.
И встряхнулись горы, и придавили птаха камни, и унёс ветер его последние слова далеко к солнцу.
История писателя N
Вот и пришло время рассказать мою историю. Как не странно, но видимо моё время скоро уйдёт из этого мира.
Для начала хотел бы представиться. Я – Писатель. Я описываю этот мир созданный больным сознание юноши, который изливает в него свои мысли и чувства. Меня можно так же представить своеобразным гидом по этому миру, хотя я и сам его плохо понимаю.
Моя история начнётся не так красочно, как у других персонажей. У меня не было такой жизни, как у других.
Начнём же.
Глухой осенней ночью в одной квартире старых многоэтажек в комнате, куда даже при свете дня редко попадает свет из-за постоянно затянутых штор, послышался стук. Стук был весьма странный. Он был похож на стук от удара по дереву, но звонче. Первой стук, второй и громкое ворчание было слышно даже на улице.
− Ничего в голову не лезет, − Бурчала фигура, сидевшая за монитором старенького компьютера, положив голову на стол, − Почему в голову ничего не лезет? Как придумывать какие-то бредни с друзьями, так я мастер, а сейчас, оставшись один на один с компом и своими мыслями, даже самой банальной идеи нет.
Голова поднялась и со всей силой опустилась на стол. Это был третий самый сильный удар. Настолько сильный, что даже ложка в чае содрогнулась со звенящим звуком.
− Лавкрафт, Азимов, Лем и другие хорошие писатели, стоящие у меня на полке, как они начинали? Наверняка какой-нибудь Лукъяненко также, как я и я сидел тёмной ночью перед своей печатной машинкой и бился головой об стол и думал про других авторов прошлого и о их точно таких же проблемах, − Зажмурившись он задумался, − Хм. А если проследить так цепочку, как далеко она может завести? Думаю, так можно и до Нестора дойти с его повестью временных лет.
Четвёртый удар.
− Не о том думаешь, друг мой. Лучше размышляй о своих работах.
Но опустим дальнейшие размышления о рыбных костях и котиных усах. Перенесёмся в следующий день.
Какое-то кафе на какой-то улице.
− Как-то ты не очень выглядишь, −Заметила подруга нашей бурчащей ночной фигуры, − Опять всю ночь не спал?
− Да забей. Ты разве ещё не привыкла? Это моё постоянное состояние.
− Привыкла. Поэтому и не спрашиваю, чем ты там всю ночь занимался, − Вздыхая, проговорила подруга, − Буду думать, что ты переписывался с малолетками, которые опять жаловались на свою «очень сложную» жизнь.
− Да, примерно так всё и было. Еп-еп (Не обращайте внимание. Эта фигура всегда была падка на всякие словечки или фразочки, по типу: «Ежиные подбородки» или «Только за ежами тебя посылай». Почему ежи? Сам не знаю).
− Н-да. Проказник. Ну, рассказывай. Что у тебя и как? Помнится, ты там что-то написать хотел. И как, получается?
− Ну как тебе сказать? – Смотря на чашку чая, ответила фигура.
− Так и говори. Ты наверняка уже не одну историю написал, а если одну, то, наверное, огромную с большим или даже огромным бессмысленным смыслом, как ты умеешь.
Не то чтобы подруга так интересовалась писаниной, но я решил поведать начало или даже зарождение, если так будет угодно, города с великими стенами. Я взял ключевой отрывок из нашей беседы про работу и глупых парней. Продолжим.
− Знаешь, я выжат. Выжат, как чайный пакетик, заваренный раза три, а после ещё раз выдавленный в кружку. Ничего в голову не приходит толкового. Из-за этой скучной повседневности и однообразности ничего не выходит. Даже моя шиза (молодёжный сленг) не помогает.
− Мде. Ты в классе всегда такие замудрённые сочинения писал, когда мог просто, как все забронировать сайт с готовой работой и переписать под себя. А твоё эссе на уроке астрономии довела учителя до слёз и обеспечила тебе десятку в году.
− Это всё не то. Там учителя давали темы или просили проанализировать что-нибудь, а тут свободное падение.
− Ты, наверное, хотел сказать полёт.
− Нет, именно ПАДЕНИЕ. Падение в пучину отчаяния и в кучу…
Он промолчал, в кучу чего он собрался падать и продолжил.
− Ну, вот честно, я не знаю, про что писать. Сейчас на книжных полках магазинов очень странные дела творятся. Куча комиксов. Манга начала набирать популярность. Книги по сериалам?! Я, конечно, могу понять, когда снимают фильмы или сериалы по книгам, но, чтобы напечатать книгу, повторяющую всё те же действия, что были на экране. Я этого не понимаю.
У нашего парниши начала дёргаться нога под столом, и он продолжил.
− Знаешь, где я взял две последние книги? Я их нашёл в куче макулатуры, что вот-вот хотели отправить в утиль. А это ведь классику фантастической литературы, а люди просто взяли и избавились от неё.
Подруга молча сидела и выслушивала этот возмущённый бред иногда попивая кофе с каштановым сиропом, что она купила в той же кафешке.
− Ладно. Окей. Я понимаю, что мы живём в век цифры и есть планшеты, компьютеры и всё те же электронные книги. Но люди просто не читают. Ту же школьную программу, к которой у меня много вопросов на счёт литературы, что она пихает детям не по их возрасту, они в сознательном возрасте даже в руки не возьмут. Знаешь, что у меня спросила, как ты выразилась, малолетка? Кто такой, мать его, Гоголь?! Гоголь! Этот человек лишь на пару лет младше меня. Они его в школе проходят на протяжении нескольких лет.
Он глотнул чая и начал делать вид, что успокаивается, хотя внутри он бесился, как черти бесятся на всех кругах Ада, когда невинная душа, попавшая к ним, возвращается в Рай.
− У меня для тебя три совета, − Начала подруга, − Первый: Больше спи. Второй: Допей свой чай и не загружайся так. Само придёт. И третий: Иди и прогуляйся куда-нибудь. Да хоть в наш парк. Проветрись, купи булочку, расслабься. Найди девушку, в конце концов. Всё же лучше, чем ты и дальше будешь тухнуть дома за компом.
И опять сделаем скачок во времени и пропустим рассказ о очередном ухажёре подруги, что какими-то чертами характера похож на нашего неповторимого и самого лучшего парнишу.
Вечером того же дня, прогуливаясь по осеннему скверу, который медленно сбрасывал свои разноцветные одеяние, наш парниша размышлял всё о тех же своих проблемах, что мучали его и прошлой ночью. Но мы всё так же опускаем его размышления. Ведь единственное, что он тогда понял, это нужно хорошенько выспаться.
……………………………………………………………………………………………………………………………….
Тёмная комната, окутанная смрадом давила всеми своими углами на моё сознание именно в тот момент, когда я начал себя ощущать, как личность. Я сидел и не шевелился, ведь руки мои были связаны за спиной и привязаны к металлическому стулу, что больше смахивал на сиденье для рыбаков, чем на место для заключения пленников. Пытки были редким явлением, но если они всё же происходили, то впечатлений от них было до следующего их повторения, ведь с каждым разом они были всё изощрённей и изощрённей. Пугало больше не только незнание причины пыток и их жестокость, а незнание, кто их делает. Я не вижу своего похитителя и палача. Он всегда приходит и уходит молча. Но, в его защиту я могу сказать, что он хороший собеседник.
………………………………………………………………………………………………………………………………
Проснувшись ранним утром, непонятно из-за чего, наш парнишка решил поваляться в постели. Был выходной день. Дел было хоть и много, но все он оставил будущему себе, что появится завтра. Думаю, все так делают и каждый раз всё повторяется вновь и вновь. И потом думают «Чёрт. Ну вот опять».
Прошло немалое количество времени перед тем, как он смог поднять своё ленивое тело с кровати и пойти на кухню делать чай.
− Опять скучный и холодный день, − Подумал он, − Может на трамвае покататься? Хотя, зачем мне это?
У многих, наверное, бывает такое состояние лени, когда ты вроде и понимаешь, что тебе нужно начать делать дела, но со всех сил пытаешься избегать этой работы, делая что-то другое. Такое же состояние у нашего юного друга.
Этот ленивый день был, наверное, единственным за последние несколько месяцев из-за постоянной рутинной работы и какой-то игры в психолога. Друг наш помогал всем, кто просил о помощи или просто начинал жаловаться на свою жизнь. Я не понимал или ещё не понимаю, для чего он это делал и продолжает делать, но мне кажется, для него это своеобразное развлечение. Он старается с помощью чужих проблем уйти от своих.
Да, не в ту сторону я повёл рассказ.
Допив свой чай со вкусом манго, он собрался и поплёлся на улицу прогуляться. Утро было странное. Тишина. Только сильный ветер шумит среди стен домов и стоящих машин. Листья на деревьях уже почти опали. Казалось, те листья, что остались на ветвях, деревья специально удерживают, чтобы не потерять воспоминания о жарком лете.
Хоть время уже близилось к полудню, но на улице было очень пустынно. Эту пустоту можно сравнить с утром первого января, когда на то, что люди ещё живы, указывают редко проезжающие автобусы по пустым холодным улицам.
Только дойдя до местного рынка, он начал встречать жильцов этого серого города. Серость, что окутывала их сердца, просачивалась через глаза и вытекала наружу с противным чваканьем. Не было понятно, что появилось раньше: серый город или серые люди.
……………………………………………………………………………………………………………………………
Не знаю, сколько я просидел на этом стульчике, но ужасный запах плесени уже начал меня раздражать и немного убивать мой нос. Ещё чуть-чуть и он начнёт разъедать мне глаза. Самое противное, что я не мог понять, этот запах от комнаты моего заключения или от меня самого.
И вот мой верный молчаливый товарищ вернулся. И что же он приготовил для меня сегодня? В прошлый раз он обмыл мои ступни жидкостью для розжига и поджёг. Я даже не знаю, как описать это ощущение. Представьте, что у вас отслаивается подошва на ботинке от ужасной жары, но ботинка у вас нет. Боль была невыносимая, но ужаснее всего этот запах. Противный смоляной запах горелой кожи и мяса проникающий во все щели и остаётся там очень и очень надолго. Ещё были иголки. Иголки были, наверное, самым страшным для меня. Он брал швейную иглу и просовывал её вдоль костей моих пальцев. Отдаю ему должное, он умный садист. Перед каждой своей пыткой он вкалывает мне дозу обезболивающего. Местный наркоз, как бы выразились врачи, я думаю. Хоть иголки были самым страшным, но не самым необычным. Видели бы, что он творил с венчиком для взбивания яиц. Тут могла бы шутка про яйца, но, чёрт побери, это не шутка.
……………………………………………………………………………………………………………………………..
Зайдя в пару магазинов одежды и купив себе новый чёрный вязанный кардиган, парниша возвращался довольный новой вещью. Зайдя в подземный переход, он услышал гудящие звуки, разливающиеся по стенам перехода, создавая звонкое и причудливое эхо. Он увидел, сидящую на полу девушку, играющую на губной гармошке для пустого подземного перехода.
Девушка была молодой. На вид ей было чуть больше двадцати. У неё было круглое белое лицо и чёрные, как уголь волосы. Одета она была вещи характерные для данной поры года, но казалось, что всё равно как-то легко.
Эта картина показалась странной, но вполне обычной для подобного места. Много в последнее время появилось уличных музыкантов, и эта девушка могла быть таким же музыкантом.
Он думал пройти мимо, но, может из-за его подавленного состояния или самой осени, мелодия показалось ему очень грустной, и он остановился, слушая мелодию и наблюдая за девушкой. Когда она закончила, парень решил дать ей мелочи, как он обычно даёт хорошим музыкантам такого плана, но остановила его.
− Я играю для себя, − Сказала она ему, смотря прямо в глаза, − Я играю для себя, как и ты хочешь написать что-то для себя.
− Но…
− О. Так я угадала? У тебя был такой задумчивый вид, а глаза бегали туда-сюда, туда-сюда. Я и подумала, что ты можешь быть художником или писателем. Музыкант или обычный человек не остановился бы слушать столь ужасную мелодию. А как я угадала, что ты хочешь писать для себя? Не знаю, но звучало круто.
С ней что-то явно было не так. Может она больная? Или она в такой сильной депрессии, что этим вечером её не станет и ей нужна помощь?
Куча вопросов крутилось в голове нашего героя.
− Со мной всё хорошо. Не переживай. Какой ты добрый, однако. Редко таких встретишь. Но, честно, у меня всё хорошо. Просто надоела вся эта обыденность и захотелось сделать что-то для себя настоящей, а не для этой фальшивой куклы, что каждый день мелькает у людей перед глазами.
Может она мысли читает или у меня уже основательно крыша поехала, что тут вообще происходит? Почему я стою здесь и слушаю этот бред? Кто она вообще такая?
И такие мысли появились у него в голове.
− Нет, я мысли не читаю и крыша, я думаю, у тебя тоже не поехала. У тебя всё на лице написано. Ты стоишь здесь и слушаешь мой бред только из-за того, что ты похож на меня и сам про это неоднократно думал и думаешь. Ты думал о глупости и безразличии людей. О их наплевательском отношении к классике, а это значит и к чувствам других. И всё в таком духе. А кто я такая? Думаю, тут нет разницы, кто я и что будет со мной дальше¬, − Она усмехнулась, всё также смотря ему в глаза, − Ну, думаю мне пора. Замёрзла я тут уже. Бывай, дружочек. Не грусти просто так.
Сказать, что парниша был в ступоре, это ничего не сказать. Это очень странно даже для него. Но да ладно. Пусть будет так.
Опять пропустим пропустим его мысли и переживания.
Его путь до дома был быстрый и спокойный. По дороге он встретил радостно бегающих детей. Дети – единственные из человеческого рода, кто ещё не стал «Человеком». Не почувствовал вкус жизни и не пал в своих глазах, предав свои мечты.
Придя домой, вымотанный прогулкой, он уснул. Во сне у него крутились слова «Сделать что-нибудь для себя настоящего».
………………………………………………………………………………………………………………………………
Да, в этот раз он меня опять удивил. Взяв пластиковые трубочки, что обычно дают к напиткам в разных ресторанчиках, мой дорогой садист, сделав надрезы на сгибе локтевого сустава начал вставлять их мне туда. Это выглядело нелепо, будто он в первый раз это делает. Но трубочки в моих руках, это ещё были мелочи. После этого он начал капать в них, как я понял по запаху, лимонный сок. Может, у вас было такое, когда на пальце царнапина и туда попадает соль или тот же лимонный сок и вас пронизывает жгучая резкая боль, что ещё некоторое время не проходит, если быстро не промыть. Ну, так вот. Это в сотни тысяч раз больнее. Раскалённое желез было гораздо приятнее, чем это. Радует то, что в ближайшее время я его не увижу. Он даёт моему телу восстановиться или час обрабатывает эти увечья.
Шли дни, а может не шли. Время я мог считать только по скорости заживления моих ран. Было странно. Голода я не чувствовал. Боль и скука – это всё, что я ощутил за это время.
В какой-то момент произошло что-то странное. Нет, не очередная пытка с использованием кухонных приборов, а что-то явно странное.
Стена, перед которой я сидел, медленно раздвинулась и я начал быть свидетелем какого-то скучного фильме в жанре «повседневность».
− Видимо, приборы на кухне закончились и ты решил опробовать что-нибудь новенькое, − Сказал я своему молчуну, думая что он меня слышит.
Наблюдал я за каким-то молодым писателем. Хотя, какой из него писатель. Ему никогда не сравниться со мной. Настоящий писатель создаёт миры ему не подвластные, героев, что, если перестараться, могут ощутить его. А тут что? Эссе, сочинения и вечная рутина. Смешно.
С помощью этого фильма я считал дни, ведь, как только он ложился спать, стена закрывалась и я опять оставался в тухлой комнате. И теперь, так можно сказать, день за днём я наблюдал за этим неудачником. В какие-то моменты мне становилось его даже жаль. Девушка бросила, умерла собака, а через пару месяцев и кот отошёл на тот свет. Жалко как-то парнишку. О как грустно и забавно наблюдать, как он мучается в попытках что-то написать. Эти стуки от ударов об стол эхом разносились по моей камере. У меня даже появлялось желание помочь ему, но я привязан к этому чёртовому рыбацкому стулу.
Наступила ночь. Стена закрылась. Он уснул и в тот же миг вернулся мой мучитель. Но на этот раз он не стал делать что-то в своём стиле. Он положил рядом с моим стулом листы бумаги и карандаш, развязал мне руки и вышел.
На самом верхнем листке было написано «Без глупостей». Эта надпись была сделана таким грязным и рваным подчерком, что даже первоклассники позавидовали бы.
− И что мне с этим делать? − Крикнул.
Тишина ответила мне в ответ тишиной.
Что писать и сколько? Мне что, про этого парня писать? Я не знаю. Ещё и руки после трубочек не восстановились нормально, а он мне дал задачу.
Ладно. Я – Писатель. Я просто опишу его мир этого парня. Добавим к городу огромные стены. На людей надену маски. Так. Нужно же спихнуть на кого-то все эти достижения. Пусть всё это создаст наш парниша – Волшебник.
Так я просидел некоторое время. Не знаю, сколько. Стена больше не отворялась. За это время я успел написать пять историй о том мире и решил закончить.
После моего окончания вошёл мой мучитель на листке рваной бумаги показал мне надпись«ТЫ СВОБОДЕН» …
……………………………………………………………………………………………………………………………
Утром парниша очнулся со странной улыбкой и искрой в глазах.
− Придумал, −Крикнул он.