Странный знакомый или нужно меньше пить

— И ты типа что, Фея Крестная? Или, погоди, волшебник из сказки, превратишь меня из тыквы в принцессу? — Я рассмеялась своей шутке, но собеседника эти слова никоим образом не тронули. Он остался сидеть напротив меня, сосредоточенный на чем-то своем.

Рыжеволосый, бородатый, с россыпью веснушек на суровом лице, которое смягчалось лишь улыбающимися глазами. К слову, и волосы, и веснушки, и даже глаза у него были одинакового огненно-рыжего цвета. Я никогда не видела таких людей. Со столь яркой и неординарной внешностью. И откуда он вообще взялся здесь?

Уверена, что когда заходила в бар, его тут не было. Я бы заметила. И еще на тот момент я была трезва. Могу поклясться, он появился, будто из ниоткуда, стоило мне только моргнуть и повернуться в сторону двери. Вернулась взглядом обратно и напротив уже сидел он. Улыбался белоснежной улыбкой и барабанил длинными пальцами по поверхности стола.

— Я бы назвал это иначе, — терпеливо протянул парень.

— Извини, конечно, красавчик, но ты больше похож на модель с журнала GQ, чем на Фею Мать, прилетевшую из чудесной страны, чтобы спасти меня, — я усмехнулась и одним резким движением влила в себя третий по счету шот текилы.

Внутри потеплело и настроение стало почти… сносным.

Нет, ну а что вы хотите? Чем еще можно заниматься в этом захудалом баре, в котором помимо нас никого даже и не было?

Хотя, правильнее было спросить, чем еще заниматься такой неудачнице, как я?

Бросил парень накануне Рождества? Конечно. Потеряла работу две недели назад? Я. Не могла найти новую? Тоже я. Выселяли со съемного жилья за неоплату? Должны были. Вот-вот. У меня была неделя, чтобы поправить свои дела. Но самое грустное в этой истории то, что 31 декабря мне исполнялось тридцать лет. Важный рубеж. Время подсчитывать свои достижения. Или же, неудачи, как у меня.

Одинокая женщина бальзаковского возраста без мужа, детей, карьеры, квартиры и денег.

Зашибись, правда?

И ведь даже Нина меня бросила, улетела на острова со своим новым парнем! Единственная подруга, называется.

Впрочем, я не могла винить ее в том, что у нее все получалось лучше, чем у меня.

— Не хочу тебя разочаровывать, но я не Фея-Крестная и уж точно не модель, — мужчина очаровательно улыбнулся мне.

— Слушай, ну, наверное, я слишком много выпила.

— О, это факт, — быстро закивал он.

— И все это мне кажется, — продолжила я сквозь плотно сжатые зубы.

— Если твоя теория касательно алкоголя верна и тебе все кажется, то при ответе, неважно каком, ничего не изменится. Через какое-то время спиртное из организма выведется и все встанет на круги своя. Если же ты неправа, и я вполне себе материален и могу исполнить твое желание, любое, заметь, я ведь ничем тебя не ограничиваю, и ты ответишь мне «да», то только представь, какие возможности перед тобой открываются. Безграничные… — Парень наклонился ко мне и прошептал последнее слово. Видимо, чтобы я прониклась.

Я же лишь отметила, что татуировка на руке — это лишь часть какой-то другой, уходящей к ключицам и, видимо, груди.

— Ну, да, конечно, — расхохоталась я. — Лучше, держи, — я протянула ему один из трех стаканов с текилой, вновь принесенных официантом. Это я попросила его сделать так, чтобы на моем столе не заканчивался алкоголь. До тех пор, пока не вырублюсь. Вот тебе и чудеса.

— Думал, ты уже никогда не предложишь!

Так, ладно, а вот теперь я понимала две вещи. Либо я действительно очень много выпила и глазам начало мерещиться всякое, либо мой новый знакомый расправился с текилой меньше, чем за мгновение. Со всеми тремя стаканами. Разом.

Я даже не смогла проследить за его действиями, такими быстрыми они оказались. Невольно вспомнились фильмы о сверхъестественных существах, в которых вампиры или оборотни обладали супер скоростью.

— Ты… ты нечисть?

— Зачем так грубо? — мужчина скривился. — Закажи еще. И побольше, — он ткнул в сторону пустых стаканов.

— Я…

— Я плачу!

— Ладно…

Вскоре стол перед нами был полностью заставлен выпивкой. Где-то в углу скромно притаились орешки.

— Откуда ты взялся? — Вот уж не думала, что сегодня меня заинтересует хоть что-то помимо алкоголя, но факт оставался фактом. Мой новый знакомый был… интересным персонажем.

— О, это очень долгая история, — улыбнулся рыжий. — Тысячелетняя, я бы сказал.

— Но…

— Сейчас бы потина, — выдохнул незнакомец, отправляя содержимое очередного стакана себе в рот.

— Кого?

— Ах, — выдохнул он, слегка морщась. — Неважно, забудь! — Будешь?

Оказалось, что мой новый приятель прикончил свою «половину» стаканов и теперь хищно посматривал на мою.

— Забирай, — я собрала стаканчики в кучку и пододвинула ему. Затем потерла глаза.

Это была текила. Как можно было выпить ее в таком количестве, да еще и с такой скоростью — конечно, загадка, но волновало меня все равно другое.

Чертовски отчетливое ощущение того, что передо мной сидел не человек.

— Так, может, все-таки скажешь мне, кто ты и откуда взялся?

— Я тот, кто готов сделать тебя счастливой.

— Ага, бывший тоже так говорил.

— Я готов исполнить твое главное желание, а не стащить кредитку, переспав перед этим с лучшей подругой.

— Что?!

Рыжий не ответил. Только загадочно улыбнулся, добивая остатки спиртного. Он сейчас так пошутил или это был намек на то, что Нина… но, нет! Этого не могло быть!

— Ты — джин, да? Ты потребуешь мою душу взамен.

— Глупости какие, — мужчина хмыкнул. — Ну разве я похож на араба?

— Ты вообще ни на кого не похож.

— Ладно, давай так. Называй меня Ник. Сокращенно от Николая. Святого Николая, раздававшего деньги бедным и лишенным. Пойдет?

— Теперь ты Санта Клаус?

— Показать припаркованных возле бара оленей? — Рыжий наглец снова улыбнулся, явно насмехаясь над моим недоумением в происходящей ситуации. — Послушай, Кристи, я знаю, что тебя зовут Кристина, но я буду сокращать его для своего удобства, ладно? — Незнакомец вытер губы салфеткой и так и не дал мне ответить на свой, видимо, риторический вопрос. Взгляд его при этом был абсолютно трезвым, хоть убей, я была в этом уверенна. — Неважно, как мы называем друг друга, неважно, что ты думаешь о происходящем, мы с тобой кое-чем связаны и пока ты не загадаешь желания, я уйти не смогу. Не получу свободу, понимаешь?

— Что тебя держит?

— Недавно ты кое-что приобрела в одном антикварном магазинчике.

Было такое. Мы с Ниной шопились к праздникам. Тогда я еще не знала, что моя жизнь за один месяц превратится из сносной в руины. Зашли в одну неприметную лавчонку и понабрали там всякого барахла.

— Я купила с пол дюжины вещей. О какой конкретно идет речь?

— Не могу сказать.

— Почему?

— Потому что моя работа заключается в другом.

— Но…

— Ты ведь хочешь другую жизнь? Люди всегда хотят, — быстро произнес Ник.

— Неужели?

— Богатые, бедные, умные, дураки, молодые, старые, мужчины, нежщины, все и всегда чем-то недовольны. Все хотят что-то изменить, но не могут. Чего желаешь ты?

— Я желаю убраться от тебя, как можно дальше! Ты псих и это не приведет ни к чему хорошему. Вот как пить дать. Я же смотрела кучу фильмов, боже…

— Кристи…

— Не знаю, что это за дурацкий розыгрыш, но я пошла отсюда. И не ходи за мной! — Я поднялась со своего места, решив, что выслушала достаточно бреда. Несмотря на то, что жизнь у меня была полным отстоем, я не желала наживать себе еще больше проблем. — А если пойдешь, я вызову полицию и скажу, что ты ко мне пристаешь, ясно?

— Перестань.

— Обещал расплатиться, расплачивайся, а я сваливаю! — Я ткнула напоследок в кучу опустошенных стаканов и вышла из-за столика, подхватив свой рюкзак.

— Будь по-твоему, — прошептали мне вслед.

Я уже не увидела, как Ник расплачивается по необъятному счету. Не увидела протянутых купюр с отблеском золота. Не увидела пепла, в который они обратились спустя пару минут после того, как мы оба покинули неприметный бар.

На следующий день я проснулась в отвратительном состоянии: с жуткой головной болью, ломотой во всем теле и сильной тошнотой. И, прошу заметить, проснулась я именно днем.

Когда я все-таки сумела разлепить глаза, настенные часы выдали мне два часа после полудня.

Черт. Шикарно.

Вообще-то в планах были поиски новой работы, бесконечные собеседования, не имевшие никакого смысла и отчаянье, в которое я обычно впадала к вечеру. Но для того, чтобы воплотить все это по пунктам, нужно было встать хотя бы на пару часов раньше.

Минут десять я просто валялась, тихо постанывая и пытаясь прийти в себя, переосмыслить все то, что творилось в моей жизни последний месяц, а также отчаянно пытаясь понять, что на хрен такое творилось вчера. А затем попыталась встать.

Итогом стал мой вскрик и глухой стук шмякнувшегося о пол тела.

Моего тела!

— Доброе утро, Кристи. — Мой новый знакомый из бара сидел на кухне и спокойно завтракал.

Так как я снимала маленькую студию, то из зоны спальни его можно было отлично увидеть.

— Какого черта?! — завизжала я, подрываясь с пола и направляясь в его сторону.

— Как негостеприимно, — он сморщился и покачал головой.

— Ты не гость! Ты… маньяк! Маньячина! — Я всплеснула руками, быстрыми шагами подходя к нему ближе. Сумасшедший выглядел довольным. И сытым. — Как ты проник в мой дом?!

— Ты называешь это домом? — Рыжий отодвинул от себя пустую тарелку и обвел задумчивым взглядом мое скромное жилье.

Ну, да, квартирка была маленькой, но какой смысл был тратиться на дорогое съемное жилье с учетом того, что оно все равно оставалось бы съемным? Практичнее откладывать на свое. Что я и пыталась делать. Безуспешно, разумеется. Но психу не нужно было об этом знать.

— Ты даже к празднику его не украсила, — укоризненно произнес наглец.

— Ах, да, тебя это трогает за живое, не так ли? — Я хмыкнула и скрестила руки на груди. — Ты ведь Санта Клаус!

— Я просил называть меня Ником.

— Ты не Санта.

— Почему это? — Теперь Ник скрестил руки, вопросительно уставившись на меня.

Черт, для галлюцинации, он был каким-то уж слишком… явным. И затянувшимся по времени.

— Ты не похож на него!

— У меня даже борода есть, — Ник усмехнулся и провел ладонью по рыжей бороде.

— Нет, Санта… он должен быть добрым. А ты… ты другой.

— Какой это еще другой? — Ник наклонился ко мне, пытаясь перегнуться через небольшой стол, служившей одновременно и барной стойкой в том числе. В огненных глазах заплясали чертики.

— Плохой. От тебя хорошего не жди, — подытожила я.

— Надо же… — Ник покачал головой. — Что ж, раз я такой плохой, то по логике вещей, от меня нужно как можно скорее избавиться, а значит, тебе нужно просто загадать желание.

— А что, если ты его исполнишь, но мне не понравится?

Не могу поверить, что произнесла это, но, тем не менее. Рыжему ведь нужны были контраргументы? А мне нужно было, чтобы он свалил. Желательно, тихо, чтобы без полиции и соседей, которые итак меня почему-то не любили.

— Поправим, — он пожал плечами, принимаясь орудовать на кухне.

— Что ты делаешь?

— Варю кофе.

— Ты не можешь так просто…

— Так какое у тебя желание?

Черт. Ну, плевать, была не была!

— Хочу мужчину.

— Ну, конечно, — Ник заулыбался во все тридцать два. Мол, как предсказуемо. — Женщины всегда хотят любви. Белого принца на черном коне.

— Не уверена, что это звучит именно так.

— Да неважно, — Ник махнул рукой, а после расставил перед нами чашки с дымящимся кофе.

— Тут что, алкоголь? — Я спросила об этом, потому что учуяла запах спиртного.

— Это кофе по-ирландски.

— Псих, — покачала я головой. И когда он успел? А, впрочем, неважно. Нужно было думать, как тихо избавиться от маньяка. Желательно так, чтобы он меня при этом не прикончил каким-нибудь изощренным способом.

— Я жду.

— Ладно, — я кивнула, а затем нахмурилась. — Дай, пожалуйста, сахар. Я всегда кладу не меньше четырех ложек.

— Ничего не слипнется? — Ник пошло ухмыльнулся, но я сделала вид, что не поняла его намеков. Надо было как-то его отвлечь.

— Сахар там, на верхней полке.

— Окей.

— А мужчина мне нужен… хм, — я призадумалась. Сковорода или кофеварка? — Разумеется, красивый, как принц. Молодой, не старше меня.

— Разумеется.

— Богатый! Щедрый, властный… немного, в меру, конечно — увлекшись, начала описывать я. Несколько тихих шагов и я уже совсем близко от врага. — Так, чтобы я понимала, кто в нашей паре главный. И чтобы все женщины мира его хотели, а он бы желал только меня. — Я аккуратно протянула руку к сковороде, не забывая при этом поглядывать на копошащегося в полке Ника. — И чтобы никогда меня не отпускал. — Этими словами я завершила описание своего идеального мужчины и, наконец, плотно и крепко обхватила ручку сковороды.

И только я это сделала, как Ник повернулся ко мне.

— Будь по-твоему. — Его шепот и мой победный клич соединились воедино. Я замахнулась сковородой, чтобы вырубить противника, но в итоге скорее вырубило меня. А если быть точнее, то по ощущениям, будто бы разорвало изнутри.

Меня завертело в каком-то калейдоскопе событий и, казалось, что длился он вечность. Ровно до тех пор, пока я с глухим звуком не шмякнулась об пол.

Да что ж такое-то?!

На самом деле, вот черт меня дернул послушаться Нину и зайти в ту странную лавчонку на окраине города. И зачем мы только поплелись туда накануне праздников?

Подруга решила скрасить мое одиночество и развеять уныние, ведь я не только потеряла работу накануне Нового Года, но и жених меня бросил. Вот так удача, сразу два в одном! И чем мне могла помочь трата денег направо-налево?

Но я все же послушалась, а может, просто сдалась на власть Нине, когда она на меня насела.

Я пыталась припомнить, что именно там взяла и какая из вещей была проклятой. Спросите, почему же проклятой? Потому что иначе это рыжее чудовище в моей квартире назвать просто не поворачивался язык!

Впрочем, там были настольные часы со смешной совой, кулон-подвеска с незамысловатым узором, старинный серебряный поднос и, кажется, статуэтка в виде танцующей девушки.

В которой крылся подвох? Узнай я и поверь всерьез в то, что рыжий — какой-то фей, решивший исполнить мое желание, то от вещицы можно было бы избавиться. Наверное. Выбросить там, ну, или передарить. Сжечь, на крайний случай.

— Ты что, серьезно? Ты только что повалил меня на пол?

— Это было волшебство! вихревой магический поток, — лениво объяснил мне Ник, громко отхлебывая из чашки с кофе. Впрочем, от кофе там было больше названия, чем самого кофе.

— Вот же ж ты… — Я не стала до конца озвучивать свою мысль.

Не знаю, как Ник так быстро отреагировал, но после того, как я попыталась подкрасться к нему со сковородой, он меня в буквальном смысле застукал. А затем вроде бы просто щелкнул пальцами, но я едва не выплюнула половину своих органов. Но на этом все. Боль и тошнота резко прекратились, и уже через секунду я оказалась просто лежащей на полу как полудохлая рыба.

— Собирайся, милочка, — неожиданно улыбнулся Ник.

— Куда? Что? Зачем?

— Будем исполнять твое желание.

— А разве оно уже не должно было исполниться? В смысле, разве я не должна была тот час очутиться где-нибудь в Англии, на престоле или же в покоях какого-нибудь герцога?

— Нет, — Ник отрицательно покачал головой, допивая свой алкогольный кофе. — Это не так работает.

— Да неужели? — скептически протянула я в ответ, поднимаясь с пола. — Ауч… — Пришлось сделать пару наклонов, чтобы все кости встали на место. Этот рыжий господин швырял на пол уже не совсем юную леди.

— Я подожду тебя внизу, а ты одевайся.

— Я никуда с тобой не пойду.

— Боюсь, что у тебя нет выбора. — На этих словах рыжий хам широко улыбнулся, а затем, как и обещал, удалился из моей крохотной квартирки. И лишь тогда я сумела выдохнуть.

Что это было?

Времени обдумать этот вопрос у меня не хватило. Неожиданно зазвонил телефон, и я после некоторых раздумий все же решилась ответить на входящий звонок с неизвестного номера.

Спустя недолгую беседу, которая уложилась в пару минут, я поняла, что сегодня прекрасный день! Меня позвали на собеседование в крупнейшую фирму города! Я посылала туда резюме ни на что не рассчитывая, все-таки, конкуренция была огромной, а у меня был диплом провинциального города, но вот она, удача! Наконец-то, она повернулась ко мне лицом, а не пятой точкой, которую так любила демонстрировать!

До собеседования было еще далеко, мне назначили почти на самый вечер, выходило, что в запасе несколько часов. Полтора часа на сборы, два часа на дорогу из моего захолустья, прозванного гетто-районом до центра города. И еще полчаса свободного времени.

Я решила его не терять. Ринулась принимать душ, затем краситься и перекрашиваться, после — выпотрошила весь свой шкаф в поисках хоть чего-то стоящего. К концу сборов я нервничала так, будто мне предстояло выйти на ковровую дорожку среди голливудских селебрити, никак не меньше.

По телефону мне сказали, что собеседование будет проводить сам директор. Я удивилась и спросила, почему, как же кадровики и прочие менеджеры, но мне объяснили, что на должность бухгалтера Виктор Николаевич Доценко выбирает сотрудников сам. Мол, должность уж больно важная. Напрямую связанная с деньгами, а, значит, и рисками.

И вот это самая мысль засела у меня в голове. В смысле, не про риски, а про то, что со мной будет говорить сам исполнительный директор крупнейшего холдинга.

Как нужно было вести себя с такими людьми? Держаться как-то по особенному? Или быть собой и не юлить?

Раньше я работала в небольших компаниях. Платили так себе, часто увольняли после того, как я разгребала их бухгалтерию и налаживала весь процесс. Платили так себе, одним словом. И стрессу было чересчур.

Конечно, то, что засветило сейчас на горизонте было… чудом, удачей! И ее нужно было как можно скорее и крепче ловить за хвост! вряд ли мне представится второй такой шанс. А это значит, нельзя упасть в грязь лицом! На том я и порешила.

— Ты… ты что! — Я была вынуждена резко остановиться, едва выйдя из такси. Решила разориться и поехать на машине, а не на метро, ибо в последнем велик шанс испортить одежду или макияж. Или, еще хуже, начать ненавидеть весь мир в давке, которая почти всегда сопутствовала спуску в подземку. Отдала, конечно, немало, но оно того стоило. По крайней мере, я надеялась на это.

— А ты быстро, — рыжий улыбнулся самой широкой улыбкой, на которую, наверное, только был способен.

Я глубоко вдохнула холодный, морозный воздух, и медленно выдохнула. Мой новый знакомый был одет совершенно не по погоде. Легкая кожаная куртка была распахнута, будто бы ее обладатель и вовсе не чувствовал холода, а под низом была лишь футболка.

— Какого черта ты здесь делаешь? — прошипела я. Только этого мне не хватало! Мало того, что этот полоумный таскался за мной уже несколько дней, пробрался в мою квартиру, рассказывал какую-то хрень, так теперь еще и собрался срывать собеседование всей моей жизни! Которое, как бы, могло в корне все перевернуть.

Если я получу эту работу, то всем моим проблемам настанет конец. У меня, наконец, появилась бы хорошая зарплата, я смогла бы снять себе нормальное жилье, начать откладывать на свое, возможно, с кем-то познакомиться, завести себе пару и выйти, в конце концов, замуж. А там и до остального рукой подать. Детишки, мини-вен и загородный дом. Чем не идеальная жизнь?

— Только попробуй сунуться за мной, я с тебя три шкуры спущу! Я не позволю тебе испортить это собеседование, — прорычала я тыча в собеседника пальцем. Но в ответ получила лишь тихий смешок. А вот люди, проходящим мимо, почему-то косились в мою сторону. Я не сразу это заметила, но теперь отчетливо увидела, как мужчина средних лет обернулся на меня, окидывая недоуменным взглядом.

— Начинает доходить, да? — довольно протянул Ник.

— Что происходит? — пролепетала я, зачем-то делая шаг назад. Сглотнув вязкую слюну, я задышала быстро-быстро, будто бы долгое время бежала.

— Меня видишь только ты. Но ты ведь это уже поняла, — Ник хмыкнул. — Нехорошо опаздывать.

— Этого не может быть…

Впрочем… в последнее время у меня все было плохо, все валилось из рук. Ничего не складывалось, как бы я не старалась. А средний возраст «шизофрении», насколько я знала, был как раз в районе тридцати лет. А что, бывший парень меня как раз и бросил со словами, что я «странная».

— Ну, почему же не может? Разве ты не веришь в чудеса?

— Ты — точно не чудо! Ты какой-то монстроид, который увязался за мной и портит мою жизнь!

— Вообще-то, я как бы исполняю твое желание, — обиженно протянул Ник. После он протянул мне уже свою ладонь — большую, крепкую с виду, но добился этим действием лишь обратного результата. Я сделала еще несколько маленьких шагов назад и тут же вскрикнула, спотыкаясь о бордюр. Нелепо взмахнув руками в воздухе, я вскрикнула, задней мыслью понимая, что гравитация сделает свое коварное дело и падение неизбежно.

Вот только этого не случилось. Мой коварный спутник галантно меня поймал, а наши лица в этот момент оказались в считанные сантиметрах друг от друга. Я ощутила его едва слышное дыхание, ощутила под рукой гулко бьющееся сердце и на мгновенье прикрыла глаза. И тут же вновь оказалась в вертикальном положении.

— Я не собираюсь тебе мешать. Собственно говоря, я уже никак не могу повлиять на эту новую, только что созданную реальность. Она будет развиваться сама, где-то непредсказуемо, где-то совсем неожиданно, в этом все волшебство. Многое, кстати, будет зависеть от тебя самой, а я вот вмешаться уже не смогу. Но мне всегда интересно наблюдать за результатами.

— Что ты несешь?

— Ты против? Конечно, я могу уйти, но мне интересно, как все повернется, — как-то обиженно выдал Ник.

— Что еще повернется?!

— Твое желание. Они, зачастую, очень непредсказуемы. Я слышал тысячи загаданных желаний, исполнял их и наблюдал за тем, что получается. Ты не будешь не исключением.

— Это мы еще посмотрим. Не ходи за мной, держись от меня подальше!

— А то что? — он развел руками в стороны, наблюдая за тем, как я обхожу его и направляюсь к большому современному зданию. Именно там находился нужный мне офис. К слову, часы подсказали мне, что нужно поторапливаться. В запасе оставались считанные минуты.

Нужно было сосредоточиться на главном.

Исполненная мечта. Первая попытка

— Не могу поверить.

— Я тоже…

— В смысле… ты действительно идеальная. Такая, какую я искал всю свою жизнь. Будто бы сделана специально для меня.

Я улыбнулась, зажмурилась от счастья. Слышать эти слов из уст своего избранника — не об этом ли мечтала каждая женщина в этом мире?

Вода за бортом тихо ударялась об обшивку яхты, на которой мы с Максимом плыли, будто убаюкивая, плед и объятия любимого согревали и защищали от небольшого вечернего ветра. В руках был дорогое шампанское, а на безымянном пальце поблескивало обручальное кольцо.

Мы были помолвлены, и через месяц должна была состояться свадьба.

Глава огромного холдинга, наследник многомиллионной фирмы, молодой и красивый Максим Громов, занимающий топовое место в списке самых завидных холостяков столицы выбрал меня. Увидел на собеседование и потерял голову. Впоследствии он признавался, что влюбился в меня с первого взгляда.

Я мурлыкнула и удобнее устроилась на коленях своего избранника. Бросила взгляд далеко вперед и выдохнула. Легко, спокойно. Впервые за долгое время, впервые, наверное, за всю жизнь. Ведь передо мной была не гора проблем, из которых было не выпутаться, которым всегда не было конца и края, передо мной были не ворохи неоплаченных счетов и убогое убранство ненавистной съемной квартиры, нет. Передо мной простиралось прекрасное будущее. Безмятежное. Такое, о котором я и мечтать не могла. В нем не было место печали, страданиям или отчаянию. Все, на что я указывала пальцем, становилось моим. Максим готов был положить передо мной весь мир. В работе больше не было нужды. А дом… дом, в котором мы теперь жили был просто королевским дворцом! Тысячи квадратных метров, изысканный дизайн, созданный самым именитым мастером, мебель, выполненная итальянскими мастерами вручную, дюжина прислуги. Я не знала, сколько все это стоило, но предполагала, что миллионы. И далеко не рублей.

Я зажила, как в сказке.

Дорогие украшения, одежда, яхты, коттеджи, частные самолеты. Все было доступным. Совсем скоро, я собиралась стать Громовой, и тогда все это уже по праву стало бы и моим тоже.

— О чем задумалась? — протянул Макс, целуя меня куда-то в висок.

— Да так, ни о чем, — я искренне улыбнулась, откидывая голову назад и целуя своего жениха в губы.

Идеально. Наши с ним отношения, мою жизнь и будущее можно было охарактеризовать именно этим словом.

— Волшебный вечер, — тихо выдохнул Громов, крепко прижимая меня к себе.

К слову, о волшебстве… Ника я больше не видела. С тех пор, как мы говорили у холдинга Громова, рыжий больше не появлялся.

Сначала я ждала от него подлянки. Затем, устав от этого, попыталась «позвать» сама. Но безрезультатно.

В какой-то момент, спустя несколько месяцев после нашей с ним встрече в баре, я уже начала сомневаться в том, что она, эта самая встреча, вообще имела место быть.

Я в те дни была очень расстроенной, много пила, могло что-то и причудится.

Спустя еще несколько месяцев, я в этом себя почти полностью убедила. Лишь вздрагивала при словах «магия», и «волшебство».

Нет, ну в самом деле, не могло же это быть взаправду! Какой-то мужик, который утверждает, что он — Святой Клаус, готовый исполнить любое желание! Которого видишь и слышишь только ты. Который может создавать иные реальности и проделывал это уже тысячи раз. Расскажи я кому такое и очутилась бы в психушке быстрее, чем успела бы закончить рассказ.

А мне, между прочим, надо было готовиться к свадьбе. И не к какой-нибудь, а к свадьбе года! По крайней мере, журналы именно так и писали. Тысячи приглашенных гостей, оркестр из Вены, голливудские звезды, призванные развлекать их.

Это событие должно было стать самым большим и грандиозным за последние несколько лет.

Но самое главное — я была в его центре.

Ради меня все это собиралось свершиться.

Я стала настоящей Королевой, выкинув платье и туфельки Золушки.

И я собиралась этим как следует насладиться.

Мое внимание привлек всплеск воды. Но не сразу, и, по всей видимости, он был уже не первым. Впрочем, скорее я почувствовала опасность. Первым отреагировало сердце. Оно замерло, затем почему-то быстро застучало. Кожа покрылась мурашками, и я уже физически учуяла угрозу.

Обернулась к своему спутнику, но Максим, казалось, спал. Я легонько толкнула его в плечо, затем еще раз и еще. Спустя несколько секунд я трясла своего жениха, пытаясь растормошить и заставить открыть глаза, но без толку. Громов не реагировал. А я остановилась лишь тогда, когда из рук моего парня выпал пустой бокал.

— Шампанское… отравлено… — прохрипела я.

Я не прикасалась к алкоголю. Во-первых, подсознательно я все еще опасалась, что если выпью, то явится Ник и все окажется не выдумкой. И моя любовь с Максом — далеко не простым совпадением. А, во-вторых, мы планировали ребенка, и я старалась воздерживаться от всего, что могло вредно сказаться на моем здоровье, а значит, и на здоровье будущего ребенка.

Теперь это, кажется, спасло мне жизнь.

Я вскочила с колен Громова и суетливо заозиралась по сторонам.

Я все еще не могла поверить, что сказка рушится.

Я все еще не могла поверить, что Макс мертв…

— Что происходит… — в панике я начала озираться по сторонам вместо того, чтобы схватить телефон и звонить охране, врачам, всем службам спасения вместе взятым. И вынужденно заметила, как в воду прыгают двое — охранник, он же управлял яхтой, и девушка из обслуги.

Это что… это они убили моего Макса? Убили, а теперь убегали?

Все это было очень и очень плохо. А я не могла собраться и начать думать.

Зачем они это сделали? Как они могли? Что теперь подумают остальные? Что это я убила своего жениха? А кому же еще это было делать, ведь все считали, что мы здесь только вдвоем. Как же теперь наше с ним будущее? Как же наше совместное счастье? А свадьба?

— Ник?!

Я не сразу поняла, что он стоит передо мной. В голове все еще буйствовали и носились мысли одна за другой. Одна хуже другой. А осознание того, что все кончено никак не желало прийти ко мне и укорениться в сознании.

А теперь еще и этот пожаловал.

Значит, мне ничего не показалось. Дело было не в баре, алкоголе и проблемах.

Ник существовал и был вполне себе реальным.

Как и созданный им мир.

— Нам бы убраться отсюда поскорее, — пробубнил он, быстрыми шагами подходя ко мне. Я собиралась что-то ответить, но не успела.

Мир замер, а затем разлетелся на тысячи осколков. Все, что я успела заметить и понять, так это взрыв. Огонь, жадный, яркий, горячий — застыл позади Ника и тянул ко мне свои огромные лапы. А потом мы, уже через секунду, мы очутились глубоко под водой. Теперь уже вода — тяжелая и тягучая пыталась будто проглотить меня, таща вниз. Последнее, что я запомнила из всего этого кошмара — это большая, сильная ладонь, тянущаяся ко мне сквозь толщу воды.

Все исчезло. Перестало существовать на какие-то доли секунд. Или целую вечность.

Я не знала, сколько именно прошло с того момента, как яхта, на которой мы плыли с Максом, взорвалась, разлетевшись на сотни кусочков. Я не знала, сколько времени я пробыла в воде.

Я не знала, как очутилась на берегу, отплевывая воду изо рта, выкашливая ее из своих легких.

Не знала, пока не подняла глаз и не увидела источник своих кошмаров — Ника.

— Ты…

— Привет, — он улыбнулся, оглядывая меня, как ни в чем не бывало.

Я завозилась и села, подтягивая к себе ноги, шурша при этом колючей галькой. Откинула в сторону мокрые волосы, выжила их. А затем снова подняла взгляд.

Удивительно, но мой спутник был сухим. И не выглядел так, будто бы плыл к берегу, таща с собой взрослого человека. Он не запыхался, не устал, не покраснел, не промок.

— Как ты? — На удивление, в его голосе появились нотки беспокойства. Будто бы ему и впрямь было не все равно, умерла бы я на той яхте или нет.

— Я… я ничего не понимаю…

— Задай мне вопросы. Я отвечу на все. Но перед этим, вот, — он протянул мне плед, в который я без каких-либо возражений закуталась. Еще чуть-чуть и меня бы начало потряхивать от холода, несмотря на довольно погожий, летний день.

— Как… как…

— Как убили твоего жениха?

— Да… и это тоже…

— Он богатый и влиятельный человек, разумеется, у него были конкуренты. Причем не только в бизнесе, родня у него тоже была такой себе. Много желающих было оттяпать себе кусок от многомиллионной корпорации.

— Черт возьми…

— Вставай, идем, остальное расскажу по пути.

— Куда?

— Как куда? Домой, конечно же.

По пути домой, как выразился Ник, он рассказал мне, что наблюдал за мной и Максом все это время. И пришел, чтобы спасти меня, когда все резко пошло под откос.

— Ты знал, что так и будет?

— Нет. Конечно, нет, — на несколько мгновений мне показалось, будто он обижен самой формулировкой вопроса, но я быстро откинула эти мысли. Сейчас было не до них. — Я никогда не контролирую сам процесс, только задаю начало исходя из пожеланий клиента.

— Можно ли… можно ли что-нибудь сделать, как-нибудь исправить все это? — Я остановилась и махнула рукой в сторону догоравших кусков пластика в море.

— Нет, извини. Я не контролирую подобные вещи. Слежу, чтобы все было в порядке. Если в течение года все хорошо, я ухожу. Если грозит непосредственная опасность, как тебе сейчас — то прихожу и спасаю.

— А Макс?

— Он не мой клиент.

— Что вообще является реальностью?! — вскричала я, теряя остатки самообладания.

— Вот.

Ник щелкнул пальцами и мы оказались на пороге моей квартиры. Она была опечатана за неуплату, а все мои немногочисленные вещи в коробках оказались вынесенными на лестничную площадку. Сверху одной из них лежала сегодняшняя газета, заголовок которой гласил: «Известный столичный бизнесмен погиб в открытом море. Причины и обстоятельства устанавливаются. Безутешная семья делит миллионы погибшего».

Обо мне не было ни слова. На фото под газетной статьей был Макс. Опять же, один. Без меня.

— Это я, — поняв мой вопрос, произнес Ник. — Когда я вытащил тебя с той яхты, я вытащил тебя и из их реальности. Никто не узнает, что вы когда-то встречались или, тем более, хотели пожениться. Не будет никаких свидетельств этого. Тебя никто не видел и никто не знает.

Я промолчала. Не то, что бы мне нечего было сказать, просто… сейчас я не могла. У меня не было сил. Никаких. Вообще.

Я зло дернула липкую ленту на себя, а затем со всей силы толкнула входную дверь. Не знаю, была ли она не заперта или это магия стоявшего позади Ника, но она открылась, впуская меня внутрь.

Убогая конура, которая стала выглядеть еще хуже.

Замечательно. Принимай меня, я вернулась.

Затхлый запах вперемешку с плесенью и пылью ударил в нос. Кажется, здесь никто не убирался с тех пор, как я ушла на собеседование.

— Хозяйка выставила твои вещи только сегодня. До этого Нина платила за квартиру в надежде, что подруга вернется домой. Для все — ты пропала без вести.

Класс. Вот, до чего я дошла, выпивая с рыжим мужиком, который ведь явно был нечестью! Я с первых минут чувствовала это, ощущала каждой клеткой своего тела. И вот, пожалуйста, полюбуйтесь мной теперь. Доказательства были на лицо! Полгода сказочной жизни и у меня все отняли. Вернули обратно, выдернув из чудесного мира, в котором я готова была проживать до своего последнего вздоха.

Впрочем, постойте-ка, погодите, а, может, это все-таки были шизофрения? Что, если я просто была больной? Оказалась где-нибудь в психушке, напичканная лекарствами и теперь все это мне казалось? Являлось плодом больной фантазии и воспаленного разума?

Недолго думая, я развернулась к Нику и бодро зашагала к нему. И сразу, как достигла мужчины, замахнулась и дала звонкую пощечину. Такую, что у меня аж рука заболела. Ник вскрикнул, схватившись за скулу.

— Ты чего? Ошалела?!

— Черт… слишком реально.

Я отвернулась и отошла от него, не слушая ругательств.

Неужели все это было правдой? Неужели Ник был колдуном и пытался исполнить мое желание? Я прожила полгода с Максом и теперь этому настал конец? Он умер? А я…

А что я? Что мне теперь было делать?

Друзья и родственники считали меня пропавшей без вести. Платить за квартиру было нечем. Смотреть на нее не было никаких сил, хотелось заживо содрать с себя кожу, ведь еще сегодня утром я просыпалась в замке, которому могла позавидовать английская знать! В кармане не было ни рубля, в голове — ни одной идеи, как быть дальше. А в сердце… там образовалась пустота. Из него вырвали надежду и бросили умирать там, на яхте.

Я встряхнула головой и на этот раз решительно зашагала в сторону входной двери.

— Ты куда?

— В бар.

А что еще было делать?

— Я занес твои вещи обратно в квартиру, если тебе интересно.

— Нет, не интересно. И этот от и до подержанный, бэушный хлам нельзя назвать «вещами». Исчезни.

— Не могу.

— Почему? — Я опрокинула в себя третий стакан виски.

— Потому что связан контрактом.

— О, мы теперь еще и о контрактах заговорили, разумеется. — Я хмыкнула, покачав головой. Сделала официанту знак принести мне еще стакан.

Мы с Ником сидели в том же баре, где встретились впервые, за тем же столиком.

— Небось еще кровью заставляешь людей расписываться? Я знала, что ты никакой не святой!

— Женщина, что ты несешь, — устало протянул Ник. — Контракт — это весьма условное обозначение наших с тобой отношений. Я выразился так, чтобы тебе было понятнее. На самом деле я просто обязан исполнить твое желание, удостовериться в том, что ты довольна и тогда буду свободен.

— Почему?

— Что почему?

— Почему ты вдруг кому-то что-то должен?

— Не стоит нам это обсуждать.

— А что не так? Тысячелетняя история? Ты, небось, демон какой-нибудь из ада!

— А ты полей в меня святой водой, потыкай крестом, увидишь, что будет.

— А что будет?

— Ничего! Ничего не будет, потому что я не демон, чтоб тебя!

— У меня нет святой воды.

— А что ж так?

— Я… А кто ты такой вообще, чтобы устраивать тут мне допросы?

— Так, ладно, это бессмысленный разговор. Давай лучше подумаем, как сделать так, чтобы ты у нас осталась довольной.

— В смысле? — Я приняла из рук официанта очередной стакан виски и только сейчас заметила плотоядный взгляд Ника. Подняла брови вверх, спрашивая, мол, хочешь ли, и тут же увидела утвердительный кивок. — Ясно. Нам бы еще виски… вообще, неси стакан и всю бутылку.

— Нам? — Молодой парень, принесший мне выпивку, с недоверием посмотрел на меня. Обвел взглядом мой стол и немного отстранился. — Может быть, Вам хватит?

— Может быть, ты, маленький, славный мальчик, не будешь указывать мне, взрослой тетеньке, что делать? Тетеньке, которая платит за это, — я ткнула пальцем в стакан, — и дает тебе это, — я небрежно, почти грубо засунула сотенную купюру ему в карман фирменного фартука. — Принеси чертов виски, да побольше!

— А вот это мне нравится! Это по-нашему!

Я метнула взгляд, не суливший ничего хорошего, на Ника и тот быстро замолчал. Мол, не буянь.

— Ты хочешь сказать, что это еще не конец?

— Что? Нет, конечно, — удивленно ответил Ник, то и дело посматривая на нерадивого официанта, который медлил с новой порцией алкоголя.

— Возьми пока мой. — Я протянула рыжему свой стакан и он тут же стал сосредоточеннее.

— Я уйду от тебя, когда твое желание будет исполнено. Насколько я понял, ты хочешь простого женского счастья. Ну, и разумеется, всего сопутствующему ему. Вроде денег, свадьбы и кучи детишек. Пока что я у тебя ничего из этого не наблюдаю.

— Какой ты внимательный, — сострила я, шикнув на официанта, который, наконец-то, принес нам с Ником виски. — И, что же, ты хочешь сказать, что количество моих желаний не ограничено?

— Ограничено.

— Но тогда я не понимаю.

— Количество результатов не ограничено, и мы будем выбирать тот, что удовлетворит тебя. А вот желание у тебя одно. Сейчас ты, скажем, уже не можешь попросить меня отправить тебя на Марс и сделать первой женщиной, высадившейся на красной планете. Ровно, как не можешь попросить миллион или, скажем, другую внешность.

— Ах, вот, оно, значит, как работает.

— Именно. Мы сейчас хорошенько подумаем и просто подберем тебе другой вариант.

— А… Макс?

— Извини, но я не волен распоряжаться чужой судьбой. Этот парень не был моим клиентом, и его судьба в его погибели. Он бы умер как с тобой, так и без тебя. Большие деньги — большая ответственность. Ровно, как и большая опасность.

— Ясно. Жаль.

— Да, понимаю. Но… давай загадывать заново?

— М… да, наверное, ты прав.

— Думай хорошенько. Чем точнее будешь в описаниях, тем проще мне будет загрузить тебя в события новой реальности. И тем больше ты будешь удовлетворена результатом. Возможно, в этот раз обойдемся без взорванных яхт.

— Что ж… я желаю себе такого мужчину, за которым буду чувствовать себя, как за каменной стеной. Его все будут уважать и бояться, поэтому никто не посмеет причинить вред ему, мне или нашим близким людям. Он будет отважен, храбр и честен. Будет защищать тех, кто ему дорог и готов бороться с любыми трудностями. Он будет красив, молод, богат и желанен. Но любить он всегда будет только меня.

— Это все? — спросил Ник после того, как я замолчала. Я только кивнула в ответ. — Приготовилась? — Я помнила, какими ужасными были ощущения в прошлый раз, поэтому схватила стакан с виски и целиком его опрокинула в себя. А после просто зажмурилась, понимая, что вот-вот, с минуты на минуту, меня начнет сплющивать, разрывать и выворачивать наизнанку. И все это сразу вместе. — Тогда будь по-твоему.

Я услышала щелчок прежде, чем мир исчез, а затем вернулся на свое место. Только теперь уже совсем другим.

Исполненная мечта. Вторая попытка

— Детка… детка, ну, же, открой глаза, посмотри на меня…

Я пыталась, честное слово, только это было совсем не так просто, как от меня требовал настойчивый голос. Сознание возвращалось очень медленно, звуки доносились будто из какой-то длиной, толстой трубы.

Тело отказывалось слушаться, притворившись ватным.

— Кристина…

— Господи Иисусе… — прошептала я одними лишь губами, когда ко мне вернулась возможность видеть, а затем — говорить.

Это был Аполлон. Настоящее греческое божество.

Я не совру, если скажу, что никогда прежде не видела такого красивого мужчину, как тот, что сейчас сидел возле меня и с беспокойством обсматривал.

Идеальный. Его можно было назвать только этим словом. Высоченный, наверное, ростом под два метра, с развитой мускулатурой и выпиравшими мышцами. Смуглый, с густой копной черных волос, лежавших волосок к волоску. Весь в черном…

На него можно было смотреть и только лишь от этого возбудиться. А потом кончить. От него просто веяло тестостероном и чем-то абсолютно мужским.

— Ты меня знатно напугала, детка, — мужчина присел рядом со мной и заботливо взял мою ладонь в свои руки. И только сейчас я поняла, что лежу на кровати в чужой комнате.

Так, ладно, значит, магия Ника сработала. По всей видимости, это был мой очередной суженный.

Красивый. Явно богатый с учетом того, что я успела отметить. Комната была королевских размеров, тут и там дорогие вещицы, кровать — будто создана кем-то на Небесах и спущена нам, простым смертным. Мягкая, большая, удобная.

— Я… извини, я просто…

— Ничего, ты просто переволновалась, я понимаю…

— Да…

Черт его знает, из-за чего я там переволновалась, но проще было согласиться, чем смахивать за сумасшедшую.

Пока что все работало, как надо. Чертовски красив, богат, явно смотрел на меня с любовью…

— Михаил… — Я ошалело моргнула несколько раз, когда поняла, что хочу обратиться к своему новому спутнику, но не знаю его имени, а мне его прошептали в голове. В буквальном смысле. И прошептал никто иной, как голос Ника.

Черт возьми, он и впрямь наблюдал!

Гад ненормальный, извращенец! Как много он видел в прошлой попытке устроить мою личную жизнь?

Вопрос остался без ответа.

Впрочем, может быть, это спасло мне небольшую часть моих и так уже подмотанных нервов.

— Ты упала в обморок… И не мудрено, разумеется, после того, что тебе пришлось пережить. Мне так жаль, Кристина…

Тааак, а вот здесь я уже насторожилась. Что это еще мне пришлось такого пережить, да еще и из-за избранника, которого подсунул мне совсем не святой Николай?

— О чем ты? — Я приподнялась на постели и села. Теперь мы с Михаилом могли смотреть друг другу в глаза. И, я вам скажу, от этого стало только сложнее. Эти практически черные глаза завораживали, гипнотизировали, заставляли потерять нить разговора и позабыть все свои мысли. Такие черные. Такие бездонные. Такие красивые.

— О том покушении, которое ты пережила, конечно. — Мужчина протянул ко мне руку и ласково огладил щеку, чуть улыбнувшись уголками губ.

Улыбка вышла виноватая.

— Я больше никогда не допущу, чтобы тебе кто-то причинил вред.

Я не успела ответить, после этих слов мой собеседник сгреб меня в охапку и с силой прижал к себе, принимаясь нашептывать что-то на ухо.

Так, ладно. Возможно, всякие разные покушения были очень удручающим моментом в этой новой реальности, но пока что нужно было сосредоточиться на главном.

Кем я здесь была? И кем был Михаил?

Но не спрашивать же об этом в лоб.

В прошлый раз Ник был как-то… изящнее в своих чудодейственных свершениях. С Максимом мы начали наше общение с нуля, так сказать, с чистого листа и я могла спокойно ориентироваться в привычной мне обстановке. А здесь все было иначе.

Но я готова была закрыть глаза на эти мелкие неурядицы.

— Только бы все оказалось хорошо…

— Что ты сказала, милая? — Михаил бросил на меня обеспокоенный взгляд, но я улыбнулась в ответ.

— Нет-нет, ничего, не бери в голову, все хорошо.

Собственно, я очень надеялась на то, что все действительно будет хорошо.

В кое-то веки.

Я очень надеялась, что эта реальность будет ко мне благосклоннее, чем прошлая. Нет, вернее сказать, прошлые. Моя реальная жизнь ко мне была отнюдь не благосклоннее, чем та, что создал Ник.

Мне никогда не везло и так было ровно столько, сколько я себя помнила. Если из пятидесяти билетов я не выучивала один, именно он попадался мне на экзамене. Если я выбирала из двух-трех очередей на кассу одну, то именно на ней ломался кассовый аппарат, застревал какой-нибудь дедушка с мелочью или решали вернуть покупку. Я уж молчу про то, какие соседи мне попадались.

Неудачница, одним словом.

Нинка, вон, была куда успешнее и удачливее. Во всем. Карьере, личной жизни…

А я… теперь я прыгала из реальности в реальность в поисках крупицы счастья и удачи.

Вскоре Михаил оставил меня одну. У него зазвонил телефон, звонок оказался важным и мой новый суженый ушел, сославшись на дела. А я осталась совсем одна.

Первым делом я занялась осмотром помещения, а оно, я вам скажу, поражало, в первую очередь, своим размахом. Это был не дом, какой-то римский или греческий амфитеатр. Тут и там появлялись массивные колоны, а потолка и вовсе почти не было видно. Пол был уложен мраморной плиткой, а для того, чтобы пройти коридор или холл, требовалось по несколько минут.

Целый день я бродила и изучала новое жилье.

Огромное жилье.

Даже дворец Максима казался пристройкой для прислуги в сравнении с этим произведением искусства. Не знаю, сколько здесь было, да и не все я успела обойти, но, наверняка, речь шла уже не о сотнях квадратных метрах, а о тысячах.

Интересно, откуда у моего избранника водились такие деньги? Ведь такой дом нужно было не только купить, его требовалось еще и содержать.

В целом, день у меня выдался бесцельным. Я практически ничего не узнала, пару раз мне попадались на глаза слуги и охрана, но они не отвечали на мои вопросы. То ли не понимали их, то ли таково было веление их хозяина, я не поняла. Но мне уже это не понравилось. С учетом того, что недавно было еще и какое-то покушение, то к вечеру тревожных мыслей стало больше, чем благоговения от красивого дома.

Нападение, куча охраны, чертовски большой особняк, чувство вины у жениха… Это было поводом насторожиться.

Очень сильно насторожиться.

Только вот как мне было узнать, что эта за новая реальность и что меня в ней ждет?

Не хотелось закончить, как в прошлый раз, когда пришлось прыгать с горящей яхты.

Впрочем, уже совсем скоро меня ждали ответы. Совсем не те, что я хотела, совсем не те, что я ожидала, но все же, они меня ждали.

Михаил вернулся домой поздно, к десяти вечера. Ужин подали в просторную столовую, где мы молча поели, думая каждый о своем.

— Ты так поздно сегодня, что-то случилось? — осторожно начала я, делая глоток вина.

— Нет, почему что-то должно было случиться? Я всегда поздно… — Михаил бросил на меня подозрительный взгляд, будто бы я ляпнула какую-то глупость. — С тобой точно все хорошо? Ты ударилась головой при падении, ничего не болит? — Мой собеседник нахмурился.

— Нет, все в порядке, прости за глупый вопрос, — натянуто улыбнувшись, я попыталась сгладить острые углы и принялась доедать мясное рагу.

— Ладно…

На удивление, на этом наш разговор был окончен. Я пыталась разговорить мужчину еще несколько раз, но безуспешно. На мой вопрос о том, почему никто из персонала со мной не разговаривает, он опять посмотрел на меня подозрительно, после чего я решила окончательно замолчать.

Активным Михаил стал лишь в тот момент, когда мы достигли спальни. Вот там мы наверстали все — и время, в течение которого его не было дома, и диалог, который никак не клеился. Заснула я лишь под утро — счастливая и измотанная. Совершенно забывшая обо всех тех вопросах и сомнениях, что закрадывались мне в голову еще несколько часов тому назад.

С момента моего появления в новой реальности прошел месяц, и я кое-как, да узнала ее. Что ж, оказывается, в ней крылись, как прекрасные плюсы, так и чудовищные минусы.

Первое, и самое примечательное, мой жених был самым настоящим мафиози. Что ж, этого и следовало ожидать исходя из его дома и того, что ан каждом углу жилья стояла вооруженная охрана. Это также было показательным моментом в его характере. Как выяснилось, Миша любил и мог контролировать абсолютно все: мои передвижения по городу, мой круг общения, мои занятия, абсолютно каждый аспект моей жизни. Разумеется, мне это не понравилось, однако любая попытка обсудить это выливалось либо в бурный, животный секс, либо в скандал, где Миша мог разнести сразу несколько помещений.

Второе, и это было очень важно, он по-настоящему любил и хотел меня. Секс с ним получался просто диким, мы могли сломать кровать, я несколько раз повреждала себе то кисть, то лодыжку, пару раз все обходилось простыми растяжениями. Это была не просто близость — неконтролируемый огонь страсти, которого я не то, что никогда в жизни не испытывала, даже не подозревала о существовании такого.

Третье — это измены. Буйный темперамент такого мужчины, конечно же, не могла унять лишь одна женщина. Несмотря на заверения в любви, Михаил регулярно ходил налево, а иногда даже этого и не скрывал. Как-то раз я застукала его с прислугой, которую он зажал прямо на кухне. Я закатила грандиозный скандал, несколько раз его ударила, а в ответ чуть не оказалась придушена.

Четвертое — я могла покупать все, что мне хотелось. Одежда, украшения, машины — пожалуйста, все, чего я могла только пожелать. Михаил разрешал баловать себя практически всем.

Пятое — мне некуда было все это носить, некуда было ездить на машинах, потому что из ревности и страха, что меня могут убить, Миша не разрешал мне ровным счетом ничего. Ни друзей, ни работы, одним словом, я была кем-то вроде наложницы, которая и могла, что удовлетворять своего хозяина в постели.

Несколько раз я пыталась дозваться Ника, но безрезультатно. Рыжий гад либо не слышал меня, либо делал вид, что не слышал, либо ничего не мог сделать с уже запущенной реальностью, пока мне не начинала грозить смертельная опасность… Честно говоря, я не знала наверняка, но точно знала другое — мне совершенно не хотелось становиться женой такого человека.

Да, Михаил был чертовски, невообразимо красив и сексуален. Постель с ним была просто раем, близость — настоящим искусством, но этого было мало. Все остальное было из рук вон плохо. И не желала я такого богатства — выстроенного на чужих костях и крови.

Мне бы более… спокойную жизнь. Только вот как было донести это до Ника?

А время, надо сказать, поджимало. Через два месяца у нас была назначена свадьба. И что-то мне подсказывало, что сорвать ее Михаил мне ни за что не даст.

Оставалось только ждать и надеяться, что подвернется удобный случай в виде смертельной опасности.

И надо же было такому случиться, именно сегодня, за день до официальной помолвки, этот самый случай все-таки подвернулся!

Не подумайте ничего, я не была безумной, пока точно нет, но мысль о том, что этот криминальный, психованный тип исчезнет из моего бытия, согревала изнутри.

Конечно, по сексу я буду скучать, но, увы, в жизни всегда приходится чем-то жертвовать. Этой мыслью я себя и утешила.

— Ты специально это делаешь.

— Ты что… перестань.

— Специально, я уверена, — хмыкнула я, кивая головой в такт своим мыслям. С волос капали капли воды, где-то на мне висели куски цветов, местами виднелась кровь. То ли с колен, то ли со счесанных ладоней, не знаю.

Выпрыгивая с балкона второго этажа прямо в цветущие кусты сирени я не задумывалась о том, какие последствия будет иметь столь опрометчивый шаг.

Важнее было спасти себя жизнь.

Кусты оказались не так страшны, как пули.

А волосы? Спросите, почему они мокрые? Все просто. Я ведь только выбралась из душа. На мне был банный халат, в руках — полотенце. Я готовилась ко сну, думая, ожидать мне сегодня Михаила, или он в очередной раз будет пропадать у любовницы, как в спальню ворвались незнакомые люди. С оружием наперевес.

Девушка главного криминального авторитета страны — постоянная мишень для тех, кому не нравится этот самый авторитет. А таких людей сотни, если не тысячи.

— Ты джин, я знала это, — я истерично рассмеялась. — С первого дня знала. Ты отрицал, конечно, но только они так поступают! Делают вид, что исполняют желания, а на самом деле просто строят злоключения для своих жертв! А, может, и не джин ты никакой! Ты… нечисть… Адский демон, который избрал меня своей жертвой и теперь изводит своими пытками!

— Так, все, кажется, у тебя истерика, — выдохнул Ник. Он пересел ближе ко мне, положил руку на плечо и несильно сжал его. — Поверь, я не адский демон и не джин, и цели испортить твою жизнь у меня нет. Я хочу исполнения твоего желания, ровно, как и ты сама. Но ты права, что-то идет не так… — Он нахмурился.

— То есть, ты утверждаешь, что я неправильная? Что со мной что-то не так?! — закричала я.

— Нет, я не это имею в виду. Но, по правде говоря, и сам не до конца понимаю, почему не сработало и в этот раз. Я делал все предельно точно.

— Ты предельно точно отправил меня к мафиози, черт бы тебя побрал!

— Это… ладно, да, отправил, — нехотя согласился Ник. Вынужденно, я бы сказала. — Но он идеально подходил под твое описание!

— Я тебя сейчас придушу, — прошипела я сквозь зубы. На этих словах ник предусмотрительно поднялся и отошел от меня на пару шагов.

Мы снова были в моей квартире, куда злополучный гоблин перенес меня после очередного покушения на мою жизнь.

— Где ты был, когда Михаил пытался меня придушить? Как же безопасность твоего клиента и контракт? Наврал мне, да, гад?!

— В той ситуации не было опасности, я знал, что он тебя не убьет, Михаил любил тебя…

На этих словах я все-таки не выдержала, зашвырнула в рыжего поганца первый предмет, что попался мне под руку, а именно, статуэткой.

Разумеется, сволочь увернулась. Его ловкости и скорости могли позавидовать черти в аду!

— Слушай, я тоже хочу все исправить, просто поверь мне! — Ник вытянул руки вперед, пытаясь успокоить меня. — С третьего раза все обязательно должно получиться, я уверен!

— Ты и в прошлые разы был уверен! Посмотри, что из этого вышло! — Я обвела себя руками. — Подсунул мне сначала какого-то недоумка, а теперь… этого! Тебе не кажется, что женщине не понравится, когда ее суженный трахает все, что движется? — завопила я, припоминая Нику все грехи Михаила.

— Ты просила страстного… — пробубнил он в ответ.

— Разве я просила, чтобы он был животным, которое бросается на любую юбку?! Нет, не просила! Разве я просила маньяка, который контролировал бы каждый мой шаг?! Что-то я такого не припомню! — вошла я в раж. — И уж точно, я не помню, чтобы просила, чтобы он оказался нечистым на руку!

— Хотела сильного же…

— Замолчи или я откручу твою рыжую башку! Твою пустую башку! Твою бесполезную башку, в которой нет ни одной здравой мысли! — завопила я так, что, наверное, услышали даже люди на улице.

На некоторое время воцарилась тишина. А мне, кажется, стало чуть полегче после того, как я покричала и пошвырялась в Ника вещами.

Он не стал меня разубеждать или что-то объяснять. Молча ретировался на кухню и принялся там что-то делать, а я осталась одна на некоторое время. Обвела взглядом свою убогую квартирку и прикрыла глаза с тихим стоном.

Выглядеть она стала еще хуже, если такое, конечно, вообще было возможно. Обои сверху отклеились, от коробок с вещами несло пылью и затхлостью, паутина захватила люстру, свет давно отключили за неуплату и из освещения были лишь свечи, расставленные то тут, то там.

Вот тебе и дом, милый дом.

Может быть, я зря все это затеяла с Ником? Может быть, дело и в правду было не в нем? Ведь наверняка у него были клиенты и до меня, и с ними все работало, а со мной нет. Значит, наверное, мне было не суждено? Может быть, вот она была, моя судьба — жить в этой маленькой, убогой квартирке на окраине города, волочить свое жалкое существование, работая продавцом в каком-нибудь дешевом пивном магазинчике и состариться одной? Без мужа. Без детей. Без карьеры. Без надежды.

Может быть, все дело было во мне.

— Ты в порядке? — тихо спросил Ник, садясь рядом со мной какое-то время спустя. Он протянул мне стакан с чем-то алкогольным и я, усмехнувшись, приняла его. Кажется, это стало традицией. Каждая наша встреча сопровождалась попойкой.

— Нет, Ник, я не в порядке, — искренне отозвалась я, залпом опрокидывая в себя горькую жидкость.

— Мы все исправим, я обещаю. По-другому просто не может быть. Просто поверь.

— Я дважды поверила. И дважды меня чуть не убили.

— Это не значит, что нужно сдаваться.

— Это значит, что ничего не выходит! — пресекла я собеседника. — Неужели ты сам не видишь?!

Воцарилось молчание. Ник тяжело вздохнул, затем отставил от себя нетронутый стакан с алкоголем и встал. В следующую секунду он потянул меня за собой.

— Эй! Что ты… куда?! — воскликнула я, не понимая, что он творит.

Ответа не последовало. Последовали действия. Щелчок пальцев и я из расцарапанной беглянки в халате превратилась в приятную девушку в летнем платье и каблуках. Мельком бросила взгляд на свое отражение в зеркале, когда мы оказались в коридоре, и отметила еще прическу с легким макияжем. А что, если постараться, то я была очень даже ничего… Всего-то нужно было, что нарядить, да причесать!

— Серьезно, куда мы идем? — снова поинтересовалась я, когда мы спустились вниз, миновав несколько лестничных пролетов и оказались на улице. В лицо тут же ударил приятный, прохладный ветерок, принесший с собой нотки жасмина и розы. Откуда только? Возле дома отродясь не росло ничего, кроме сорняков…

— Проветримся, — коротко бросил Ник.

Ладно, проветримся, так проветримся.

Некоторое время мы шли молча и с каждым шагом я понимала, что начинаю успокаиваться. Ужас пережитого отступал, трезвость мыслей постепенно возвращалась.

Я не заметила, как мы дошли до парка, что был в нескольких кварталах от моего дома. Впрочем, это был не совсем парк, скорее, старинная роща, в которой деревья, казалось, достигали самого неба, а лавочек всего ничего, раз-два и обчелся. Сюда мало кто захаживал, предпочитая более развитые и современные парки. Зато здесь можно было найти тишину, уединение и спасение, как от солнца, так и от дождя.

— Надо же, мы с тобой не в баре, — усмехнувшись, отметила я.

Мы присели на ближайшую лавочку. Ник внимательно взглянул на меня, никак не отреагировав на шутку.

— Обычно я промахиваюсь максимум один раз. И то, не сказать, что часто. На своей памяти дважды подряд мне не везло с пол дюжины раз. Значит, возможно, дело действительно в тебе. Но не в том контексте, что ты предположила. Возможно, ты просто загадала не то, о чем мечтала на самом деле. Собственно, выходит, что ты не знаешь, какого мужчину желаешь, поэтому и попасть в цель у меня не выходит.

— Замудрил как…

— Есть вероятность, что ты хотела не замуж? Может быть, на самом деле, больше всего на свете ты желала быть первой, кто колонизирует Марс? Или стать врачом? Или жить русалкой где-нибудь в глубинах Тихого океана?

— Вот уж чего я никогда не хотела — так это быть русалкой! — Я звонко рассмеялась, откидывая голову назад. А после залюбовалась ночным небом, усыпанным мириадами звезд. Красота.

— Тогда… может быть ты хотела богатства? Влияния? Признания?

— А какая разница? Ты говорил, что желание загадать можно только раз. -

— Да… это верно. Пока что я пытаюсь просто разобраться в сути проблемы.

— Подожди-ка… — Я напряглась, заслышав его тон. Бросив глазеть на небо, я повернулась к мужчине и вперилась в него взглядом. — А что будет, если я ошиблась и желаю вовсе не брака с крутым мужчиной и десяти детей, предлагающихся к ним?

— Думаю, нам следует сейчас сосредоточиться…

— Ник! Отвечай. Немедленно.

— Отменить наш с тобой контракт нельзя никаким образом, кроме одного — исполнения твоего желания. Но раз желание вовсе не желание, то у нас с тобой выйдет замкнутая петля. Я буду раз за разом подбирать тебе новые реальности, ты будешь из них вылетать, всегда что-то будет идти не так. И продолжаться это будет до тех пор, пока мы оба живы.

— То есть… ты хочешь сказать, пока жива я. Если верить твоим словам, то ты бессмертен.

— Я не бессмертен. Я долго живу.

— Ну, да, ну, да, пару тысяч лет, разумеется, — выдохнула я. Ошеломительный эффект от слов Ника вылился в кожу, покрывшуюся мурашками и замершее сердце, которое пропустило несколько ударов.

На что я себя обрекла?

Чего хотела на самом деле?

Как все это могло быть правдой?

И как из этого выпутываться?

Страшные вопросы.

Вопросы без ответов.

— Почему?

— Что «почему»?

— Почему ты должен выполнять мое желание?

— Мы это уже проходили…

— И я что-то не помню ответа!

— Какая разница? Факт есть факт. Кристи, тебе не об этом нужно думать. Если ты прогадала с желанием…. Что ж, это проблема. Если мы не хотим вечной петли и повторяющегося цикла неудач, нужно что-то делать.

— Что ты предлагаешь? Ты же сам говоришь, что изменить желание нельзя!

— Да, нельзя. Но ведь можно изменить себя.

— К чему ты клонишь? — Я нахмурилась.

— К тому, что ты можешь изменить свой внутренний мир. На самом деле, искренне пожелать стать замужней барышней. И тогда, гарантирую, я исполню его в наилучшем виде!

— Я не знаю, что ты хочешь от меня услышать сейчас…

— Нужно заглянуть в себя. Поверь, попытки сбежать от истинных желаний дорого обходятся, я видел это тысячи раз. Нельзя отрицать свою сущность, свои искренние стремления, свои страсти.

— Буддисты с тобой не согласятся.

— Для того, чтобы понять, что делать дальше, нужно понять, с чем мы имеем дело. Расскажи мне о себе, о своем детстве, обычно именно там кроется ответ.

— Да нечего рассказывать… в смысле, у меня все было, как у всех.

— У всех все бывает по-разному.

— Но у меня было все очень обычно! Нормальные родители, нормальная семья, школа, университет, ничего примечательного… — Я пожала плечами.

— И что, ты никогда ничего не хотела?

— Я… ну, не знаю…

— Чем ты увлеклась в раннем возрасте? Может быть, хотела куда-то отправиться? Жить в другом месте? Заниматься чем-то конкретным?

— Я… — Я нахмурилась, пытаясь вспомнить что-то из того, о чем спрашивал Ник. Я силилась изо всех сил, но, казалось, все это было так давно, что и вовсе не являлось правдой.

С детства родители учили быть прилежной. Хорошо учиться, быть ответственной, стараться выбиться в люди. Чтобы все было, как у людей. Так учила мама. Быть взрослой и рассудительной. Так учил папа.

И я стала такой, как они хотели. Хорошо закончила школу, уехала учиться в столице. В университет получилось не сразу, сначала пришлось довольствоваться колледжем, но затем я получила высшее образование. Сразу после окончания я нашла работу. И с тех пор трудилась, не покладая рук. Все надеялась… выбиться в люди. Купить квартиру. Как у всех. Выйти замуж и родить ребенка… как все.

Я с ужасом проследила ход собственных мыслей, будто бы со стороны, а затем взглянула на сидевшего рядом Ника.

Тот выжидающе молчал.

— Я… я не знаю, чего хочу…

— Это я уже понял, — усмехнулся он.

— Нет… не понял… — Я вскочила с места, задышала быстрее обычного. Руки вспотели, а сердце забилось у самого горла. — Я вообще ничего не знаю!

— В каком смысле?

— Я не знаю, кто я на самом деле! Я не знаю, чего на самом деле хочет мое сердце! Я всю жизнь жила по правилам, которые мне объяснили в детстве, я всегда подчинялась традициям, я не думала своей головой! Никогда! Родители сказали окончить школу с медалью? Я окончила. Сказали отучиться на финансиста? Пожалуйста, у меня есть диплом! Всю жизнь я стремилась к показному благополучию, потому что так заведено! Заведено выйти замуж, родить детей, купить квартиру, минивэн, понимаешь?!

— Ну… как бы весь мир примерно так и живет… — с усмешкой на губах произнес Ник.

— Прямо уж весь?

— Разумеется, есть исключения, люди не от мира сего, так скажем, — он неопределенно взмахнул рукой. — Ученые, творческие личности… не сказать, что их много…

— Но они ведь есть?!

— Есть. Но ты ведь не относишься к их категории.

— Да, но…

— Слушай, — Ник немного подался ко мне, — я согласен с тобой в том, что ты копаешь в нужном направлении. Самоанализ — важная вещь. Для того, чтобы ты поняла плюсы желания, от которого ты отказываешься, нужно изучить минусы того самого, настоящего, которое и мешает нам с тобой. К сожалению то, что я услышал на данный момент подводит нас к тому, что ты верно заметила — все очень обычно. Многие живут по указке родителей. Нам нужно подобраться ближе к сущности.

— Черт… я не знаю… я бы правда хотела тебе ответить, что всю жизнь мечтала стать какой-нибудь актрисой или балериной, но боюсь, что всю жизнь была настолько замкнутой и нерешительной, что даже мысли не допускала о том, что могу хотеть чего-то, чего не хотели от меня окружающие люди.

— Что ж… тогда у меня есть лишь один вариант решения проблемы.

— И какой же? — с опаской протянула я.

— Нам надо отправиться к тебе домой!

— Что?! С ума сошел?! У меня консервативные родители, нам несдобровать!

— А кто сказал, что они нас увидят?

— Опять твоя магия, да фокусы?

— А как же?! Давай, иди сюда, — Ник весело улыбнулся и похлопал ладонью по древу скамьи.

— Что-то мне уже не хочется…

— Ну-ну, перестань, разве кто-то еще может похвастаться путешествиями во времени?

— Что?!

Я не успела выразить свое возмущение до конца, как большая, теплая ладонь Ника легла на мое плечо и легонько его сжала. Мир вокруг мигом завертелся, сужаясь до единой точки и последнее, что я успела в нем различить — это улыбающиеся карие глаза, в которых плясали чертики.

Поиски себя или кто я, черт возьми?!

— Я не помнила всего этого…

Я нахмурилась и с недоумением взглянула на коньки, лежавшие у меня на коленях.

— Тебе помочь или сама наденешь?

— Что мы здесь делаем?

— Пытаемся вернуть тебе детскую непосредственность.

— Очень смешно, — я хмыкнула, но за коньки все же взялась. — Дурацкая затея. Плохо закончится. Моим падением. Очередным.

Мы с Ником все-таки отправились в прошлое и там произошло то, чего я совсем не ожидала. Я вспомнила.

Я вспомнила все то, что всегда загоняла как можно дальше, в самую глубь своего сознания.

То, как родители не поддерживали ни одного моего начинания. То, как я мечтала кататься на льду и заниматься этим профессионально. То, как постоянно слышала о том, что это дорого и не целесообразно. То, как мне в пример постоянно ставились кузины, соседки, одноклассницы, кто угодно. То, как меня ни разу ни за что не похвалили. То, как мама выбрасывала мои купленные тайком книги по истории и мифологии других народов. После того, как мечта о катке оказалась похороненной, я увлеклась историей, но и это моя семья зарубила на корню. В итоге я все предпочла забыть. Вычеркнуть. Убрать из себя, своих мыслей и своего сердца.

— Я не стояла на льду… больше двадцати лет, кажется… Ник, это правда закончится травмой!

— Трусишь?! — задорно поинтересовался мужчина, а глаза его зажглись недобрым блеском. Он явно так или иначе собирался затащить меня на пустой каток.

— Конечно, трушу! Я бы посмотрела на тебя, если бы твоя задница не была такой бессмертной!

— Сколько еще повторять — не бессмертный я! Ну, посмотри на меня! — рыжий развел в стороны руками, задорно улыбнулся и уже через секунду пошатнулся, не удержал равновесие и грохнулся той самой задницей, о которой я ранее упоминала, на холодный, твердый лед.

— Доигрался? — хмуро выдала я.

— Кристи, пойми, если ты чего-то хочешь, — начал философствовать пришелец, — к этому нужно стремиться. Нельзя бояться падений. Нельзя отказываться от мечты только потому, что что-то может не получится. Нельзя отказываться от жизни только потому, что в какой-то момент может стать больно. Жизнь — это взлеты и падения. В основном, падения. Много падений. Болезненных, тяжелых, позорных. Все свершения, все великие дела строятся через горы неудач, отказов и невероятную силу духа. Чтобы что-то построить, придется очень долго получать по морде. Но, в конечном итоге, оно будет того стоить. Ты же не живешь, просто прячешься.

Я молча слушала Ника и понимала, что в чем-то… да, нет, наверное, во многом он прав.

Я пряталась. Убегала. Делала так, как мне скажут. Просто, чтобы от меня отстали. Чтобы не разочаровывать. Чтобы не падать и не ударяться. Такая вот трусливая тактика. И вот, к чему она меня привела. Я разговаривала на пустом катке с рыжим пришельцем, который учил меня уму-разуму после того, как мы с ним побывали в моем прошлом.

— Давай. Выходи на лед. Медленно. Осторожно. Но выходи. Все получится. Обещаю.

— Откуда ты можешь знать? — Я опустила взгляд на коньки, которые уже были на ногах.

— Не знаю. Просто верю. И ты верь. Это главное.

— Вера?

— Да. Вера в себя.

— Но я не верю в себя… — тихо произнесла я. Ник поднялся, смахивая на огромную корову на льду, и медленно подкатил ко мне. Протянул свою большую, горячую ладонь.

— Тогда поверь мне.

И я поверила. Выкатилась на лед, уже через секунду или две упала. Продержалась на ногах всего ничего — считанные мгновенья. А потом растянулась во весь рост.

И поняла, что это было совсем не так страшно и больно, как рисовалось в моей голове. Запрокинув голову назад, я начала звонко хохотать.

Не так страшен черт, как его малюют? Или просто я выросла и перестала быть той маленькой девочкой, которой можно было помыкать?

Я не знаю.

Ник помог мне подняться, протянув руку, а после мы стали кататься. Сначала медленно и аккуратно, затем уже быстрее, увереннее. И так до тех пор, пока совсем не стемнело и не повалил снег.

— А где мы сейчас? — Я привыкла к тому, что с этим рыжим пришельцем можно оказаться, где угодно.

— Мы неподалеку от моего… мы в Килкенни.

— Где-где? — переспросила я, стараясь сделать ровный круг на льду.

— Это в Ирландии.

— Так, получается, ты можешь переместить во времени, в пространстве, создать любую реальность? Да ты же волшебник! — рассмеялась я. — Прямо, как в Гарри Поттере! Выходит, тебе подвластны законы физики, и ты можешь менять их, как тебе вздумается! Это же невероятно! Это… такая власть… И, наверное, ответственность…

— Ну хоть пришельцем и нечистью перестал быть, — хохотнул в ответ рыжий. — Уже хорошо…

На некоторое время воцарилось молчание, а я все думала — какого это, уметь столько всего, сколько умел Ник. Прожить столько лет, сколько прожил Ник. Увидеть целые эпохи, подъемы и закаты цивилизаций… Это было потрясающе? Или ужасающе? Свой вопрос я так и не решилась озвучить.

— Ник, а почему ты так избегаешь разговор о себе? — Он действительно избегал. Сколько я не спрашивала, отнекивался, отмалчивался или вовсе переводил тему на другой разговор.

— Они ни к чему, — улыбнулся он. И, как водилось, сменил тему. — Итак, предлагаю тебе попробовать еще раз. Но, Кристи, в этот раз мне нужно обещание.

— Какое же?

— Ты должна постараться верить в себя. И не отказываться от того, что ты любишь легко и просто. За то, что дорого, нужно бороться.

— Ладно…

— Я жду.

— В смысле? А, надо прямо произнести?

— Ага, — Ник покивал, ловко выводя пируэт и кружа возле меня.

— Ладно. Я, Кристи, обещаю слушаться тысячелетнего пришельца…

— Кристи!

— Ладно-ладно, — я взмахнула руками в перчатках и рассмеялась. — Будь по-твоему. Я, Кристи, обещаю верить в себя и никогда не отказываться от того, что люблю, — тихо произнесла я.

— Отлично.

— Доволен?

— Вполне. А теперь…

— Что? Нет-нет-нет, я не готова! Что ты там задумал?! Мы так не договаривались! Я еще ничего не уточняла! Ник!

Я никак не ожидала того, что будет. Что Ник задумает снова колдовать и мне предстоит очутиться в новой реальности.

Почему-то в этот раз рыжий не уточнял никаких деталей, не спросил о том, какого мужчину я хочу видеть рядом с собой. Просто остановился возле меня и посмотрел своими огненно-рыжими глазами прямо в мои. Улыбнулся и, по обыкновению, щелкнул пальцами.

Не успела я охнуть и, хотя бы, моргнуть, как мир вокруг начал мутнеть, а затем и вовсе растворяться. И, вроде бы со мной это уже ни раз происходило, но готова я к этому все равно не была.

В этот раз все оказалось по-другому. Иначе. Более… реально что ли… Не знаю, как это правильно описать… В груди было странное тепло, а в голове — четкое осознание правильности.

Я пришла в себя в свой квартире. Той самой, которую снимала несколько лет до встречи с Ником. Только вот выглядела она как-то иначе… Лучше, свежее, современнее. Она казалась более обжитой и облюбованной.

Я встала с кровати и прошлась по ней. Тут и там приятные мелочи, отдушки с цветочными ароматами…

Все чисто, красиво и аккуратно. Так, будто кто-то действительно потрудился, чтобы сделать из этого места конфетку.

Подняла голову и застыла в немом изумлении. Над имитацией небольшого камина висела фотография в рамке. И где-то этого парня я видела…

— Где же… где же я тебя видела? Откуда-то я тебя точно знаю… — прошептала я, быстро дыша.

Что это за реальность такая была?

— Ник! Какого черта творится? — обратилась я в пустоту, прекрасно зная, что мужчина за мной наблюдает. И, ожидаемо, не получила никакого ответа. — Рыжий гад!

Наверняка он усмехнулся, услышав последнее мое заявление. Наверняка.

Я помялась еще какое-то время, а затем поняла, что стою босая на полу и мне совсем нехолодно.

— Полы с подогревом? Кто здесь сделал ремонт?

Ответ нашелся примерно через час. Я намотала по квартире один круг, затем второй, после — третий. Обшарила каждый уголок и вскоре у меня появились ответы на мои вопросы.

Квартира была моей. Официально она принадлежала мне уже больше четырех лет.

Как так?

Очень просто. Я выяснила и это. В шкафу, как, впрочем, и на полках, оказалась целая куча медалей, грамот, кубков, благодарственных писем. Я нарыла фотоальбом, который был усеян фотографиями, где я стою на пьедестале с медалями, где катаюсь на льду или просто путешествую.

Так вот, какой была моя жизнь? Какой она могла бы быть, умей я отстаивать себя и свои права? Умей я бороться за то, что мне было дорого?

Я была спортсменкой. Чемпионкой. Нет, не олимпийской, конечно, но все же!

Я занималась любимым делом, я хорошо выполняла свою работу и получала за это неплохие деньги. Я могла позволить себе путешествовать, кажется, объездила полмира! Я могла позволить себе купить квартиру, пусть и не самую лучшую. И у меня был любимый человек. Я точно это знала, потому что он мелькал на многих снимках.

— Игорь! Точно!

Мой сосед. Мы жили с ним бок о бок с момента, когда я переехала в этот дом. Неприметный такой ботаник в очках. Постоянно глазел на меня поначалу, но после вроде бы куда-то исчез. Или я просто его не замечала…

На фотографиях он ботаником не выглядел. То ли Ник поколдовал, то ли я, как его девушка. А я точно была его девушкой.

— Сосед? Серьезно?! Зачем ты вообще нужен, если я буду встречаться с соседом! Подсунул ботаника! Я могла замутить с ним и без тебя! — Не то, что бы я была недовольна Игорем или новой реальностью. Но привычка болтать с рыжим как-то плотно внедрилась в мою жизнь. Скорее, я просто немного брюзжала, нежели на самом деле была недовольна.

— И что же это получается… мы с ним пара? — прошептала я, проводя пальцами по фотографии. Вздохнув, я откинула альбом в сторону и развалилась на кровати, раскидывая руки в стороны.

Это была обыденность. Нормальная, простая жизнь.

Может быть, мне действительно была нужна именно такая?

Не крутые мафиози и баснословно богатые бизнесмены, а простой сосед, живущий рядом?

Нужно было это выяснить.

— Ты грустная, детка… все хорошо? — Игорь задавал этот вопрос уже пятый или шестой раз за вечер.

Мы с Игорем выбрались в новый ресторан, который открылся буквально на днях. Все желали сюда попасть, без понятия, каким образом моему избраннику удалось забронировать тут столик.

— Да-да, конечно, все замечательно, — я улыбнулась, кивая в ответ. Но, видимо, не убедила своего жениха в искренности.

Все было прекрасно. Обстановка, люди вокруг, еда, вино, сервировка…

Только со мной все равно что-то творилось. Я не могла сосредоточиться, не хотела есть, отвечала невпопад на любой вопрос собеседника.

— Но я же вижу, что-то не так. Тебя что-то… тревожит или… гнетет… Да, скорее, гнетет, — выдал Игорь, нахмурившись. — Расскажи мне, поделись. Кристина, мы же пара… ты можешь доверить мне все. Абсолютно все.

Да, мы были женихом и невестой. Встречались уже целый год. По моему летоисчислению, разумеется.

На самом деле, у нас все было хорошо. Мы никогда не ругались, ладили друг с другом. Игорь оказался хорошим любовником, верным другом, интересным человеком. Мечта, не жених.

Полгода назад он предложил мне руку и сердце, и я сказала да. Мы планировали свадьбу в конце этого месяца. Думали над тем, как сделать перепланировку так, чтобы соединить наши квартирки и сделать одну просторную.

Игорь работал в IT сфере, был программистом. Мягким, чутким и внимательным мужчиной, о которой мечтала бы любая женщина. Нинка вон, иззавидовалась вся, приговаривая, что он — лучший вариант из всех, что когда-либо встречался на нашем совместном пути.

Да, это действительно было так. Грех было жаловаться.

У меня, наконец, все наладилось! Все было так, как я мечтала. Хороший мужчина рядом. Свое жилье. Стабильность. Успех в работе. Стоящая карьера. Все было отлично.

С Игорем мы были неразлучны. Вместе плавали, ходили в спортзал, занимались фитнесом, спортом, лазили по горам, ходили в походы. Путешествовали. Любили друг друга ночами напролет.

Только чем ближе мы с Игорем подходили к дате нашей свадьбы, тем мрачнее я становилась.

Меня не радовали ни платья, ни свадебные аксессуары, ни запланированные к этой дате вечеринки.

Чего-то не хватало.

Что-то было не так.

И я даже знала, что.

Ник не показывался.

Каждый раз, когда я оставалась наедине с собой, а такое, к слову, случалось нечасто, так как теперь круг моего общения был намного шире, я обращалась к нему. Говорила с ним. Спрашивала о всяком. Пыталась разозлить. Надеялась, что он еще не ушел. Но Ник не отвечал.

Прошло так много времени с нашей последней встречи… и чем дальше оно шло, тем меньше шансов оставалось на то, что он все еще наблюдал за мной.

Почему и в какой момент это стало так важно? Почему вдруг было так необходимо, чтобы Ник присутствовал в моей жизни? Направлял, поддерживал, помогал?

— Кристина, если это из-за свадьбы, просто поделись со мной. И я смогу тебя успокоить, — Игорь поправил очки и улыбнулся. Он все еще был ботаником. Но при этом с развитой мускулатурой и модной одеждой. Конечно, все это случилось не без моей помощи.

Впоследствии он много раз признавался мне, что влюбился в меня с первого взгляда. Что безнадежно любил все эти годы. До тех пор, пока я не обратила на него внимания. На невзрачного, милого ботаника в нелепых очках и странных вещах.

Когда я спросила, почему же он так долго не подходил и не приглашал меня на свидание, он ответил, что не мог осмелиться.

Вот такая вот ирония.

Иногда счастье близко, а мы его не замечаем. Наверное, такова была суть этой реальности. Она должна была меня чему-то научить, чтобы я двигалась дальше. Это не была конечная точка моего волшебного путешествия.

Ведь не была же?

— Извини… все в порядке, правда… — Я потянулась к бокалу с вином и едва его не опрокинула. С каждым днем страх, что Ник исчез становился все больше, а я — все нервознее.

— Я вижу… — Игорь придержал бокал и серьезно взглянул на меня. — Я что-то делаю не так?

— Нет! — Черт. Этого мне хотелось в последнюю очередь. Мой жених и правда был хорошим человеком, я не желала ему такой участи, как вина. Да еще и беспричинная. — Я просто…

— Может быть, я поторопился со свадьбой?

— Что?

— Но мы вместе уже несколько лет… я подумал, что самое время… да и дети…

— Какие дети?

— Если мы хотим детей, то уже пора…

— Так, ладно… — Я закрыла глаза и глубоко-глубоко вдохнула. Затем выдохнула. И так несколько раз подряд. Пока полностью не успокоилась.

— Кристина…

— Мне нужно прогуляться. Только и всего.

— Но…

Я не дала Игорю возможности возразить, быстро поднявшись из-за стола.

— Пожалуйста, не ходи за мной. Дай мне немного проветриться и обо всем подумать.

— О чем подумать?

Ответа я так и не дала, только удалилась из ресторана быстрыми шагами, ощущая тяжелый взгляд на своей спине.

Кто ты, Ник?

Очутившись на свежем воздухе, я почувствовала, как мне немного полегчало. Запахнув косуху поплотнее, я зашагала вперед по улице. Высоченные шпильки громко цокали, сумочка то и дело наровилась сползти с плеча. Очень скоро я устала и подумала о том, что пора вызывать такси.

Только вот ехать домой не хотелось. Потому что там пришлось бы объясняться с Игорем.

А что я могла ему сказать? Что мне было ему говорить? Что эта реальность была создана под мои желания? Что в настоящей реальности мы никогда не были вместе? Что я никогда бы не обратила на него своего внимания, если бы не Ник?

А, может, стоило рассказать о рыжем пришельце, которому были подвластны время, пространство и само бытие?

Меня ждала бы психушка.

Поэтому я упрямо двинулась дальше, стараясь не обращать внимания на боль в ногах, холодный ветер, трепавший волосы и задувавший везде, куда только можно было. И так до тех пор, пока я совсем не выбилась из сил.

Беги, не беги, а ничего уже было не исправить.

Я осталась один на один с этой реальностью и мне в ней было жить. Нужно было привыкать. Смиряться. Никакой опасности мне не грозило. А значит, Ник ушел, выполнив свою миссию. Наверняка, сейчас он уже возился с другой клиенткой, позабыв обо мне. А я все никак не могла отпустить это приключение.

Мне нужно было строить свою жизнь. Адаптироваться к ней. Влюбляться в Игоря. Готовиться к соревнованиям. Переделывать квартиру. Обустраивать детскую. Заводить ребенка.

Нужно было двигаться вперед.

Но я, отчего-то, не хотела.

Я остановилась лишь тогда, когда боль в стопах стала нестерпимой. Прокляла высокие шпильки и полезла в сумку — за телефоном. Нужно было ехать домой, как бы сильно мне не хотелось обратного. В этот момент сумочка в очередной раз соскользнула с плеча и полетела на серый асфальт.

— Серьезно?! Чтоб тебя! — Я еще много чего добавила к этому, мысленно, разумеется, только вот вскоре была вынужденно позабыть обо всех неудачах. Стоило мне разогнуться и поднять глаза, как я уперлась в вывеску — «Мадам Агата укажет путь». Баннер, висевший на первом этаже доме, соседствовал с магазином одежды и агентством, устраивавшим праздники. Он был не очень большим, но приметным. Темно-сиреневые оттенки, магический шар и прочие атрибуты магических практик приковали к себе мой взгляд.

Разогнувшись, я моргнула несколько раз, но вывеска никуда не исчезла. Прямо с него женщина средних лет заглядывала в самую душу.

— Была, не была, — прошептала я, делая несколько шагов навстречу гадалке. В конце концов, что плохого она могла мне сделать или предсказать?

— Что ты хочешь услышать, девочка? — Мадам Агата оказалась чрезвычайно необычной и экстравагантной женщиной. Мягко говоря. Ее наряд, весь внешний вид, атрибуты вокруг, все было для меня дикостью. Я сама не понимала, зачем сюда зашла и каких ответов ждала от гадалки.

— Я… я… — Я нахмурилась и замялась, начиная нервно теребить ремешок от сумки. Резко стало неуютно.

— Протяни свои руки.

На удивление, несмотря на общую напряженность и растерянность, сама Мадам Агата не вызывала у меня негативных чувств. Скорее, наоборот, улыбающиеся глаза располагали к себе.

Я сделала, как велела женщина и зачем-то еще прикрыла глаза. Так мы просидели в тишине какое-то время. Затем, я почувствовала, как мои ладони отпускают.

— Ты что-то ищешь. Усиленно, усердно, но не можешь найти.

— М… не могли бы Вы говорить немного конкретнее?

— Тебе чего-то не хватает, я права?

— Возможно.

— То, что ты ищешь, вернее, кто… да, я почти уверена, что это именно «кто», — задумчиво поправила себя женщина, — находится не в этом мире.

— Он умер?! — закричала я.

— Не голоси, — осекла меня Агата. — Я не сказала, что он умер, я сказала, что его нет в этом мире. В зримом мире. Он находится вне…

— Пространства и времени? Вне материи?

— Может быть… — Мадам перевела на меня удивленный взгляд. — Ты знаешь больше, чем говоришь, да?

— Может быть, — парировала я, пожав плечами. — Вы не знаете, как мне с ним связаться?

— М… — Мадам призадумалась, а затем пододвинула к себе большой магический шар. Что-то прошептала, закрыла глаза и начала водить над ним руками. Так мы просидели еще несколько минут. Я не рискнула ее прерывать до тех пор, пока она сама не оторвалась от своего занятия.

— Ну?

— У тебя дома есть вещь. Эта вещь связала вас изначально, именно она является нитью между вами.

— Вещь? Какая еще вещь?

— Этого я не знаю. Но если ты принесешь мне ее, я узнаю ее по энергии. Если принесешь, я попытаюсь тебе помочь.

— Попытаюсь?

— Да. Возможно, получится, возможно, нет. Гарантировать не стану.

— Ладно… — Я встала со своего места и растеряно оглянулась по сторонам, будто ища поддержки. Какая еще вещь могла связывать нас с Ником? Из раза в раз менялась реальность, менялись и вещи, окружавшие меня. В этой, последней, казалось, все было другим. Разве что квартира, да Игорь были прежними. Но раз Агата утверждала, что эта вещь есть, возможно, она действительно существовала и кочевала со мной из реальности в реальность? Нужно было поискать. Подумать хорошенько, что это могло быть.

— Не забудь оставить деньги. Шкатулка для них вон там, — Мадам Агата указала на красивую антикварную вещицу в самом углу магазина.

— Сколько? — Я полезла в сумочку.

— Три тысячи.

— Сколько?! — опешила я. — Не многовато? — Поймав осуждающий взгляд сощурившихся глаз, вздохнула и достала кошелек. Деваться было некуда.

Прогулялась, называется.

Я смогла вернуться к Агате лишь спустя неделю.

Целую неделю я перерывала всю свою квартиру. Раз за разом. Обшарила даже квартиру Игоря. Все свои шкафчики в дворце спорта. Даже нашла ключ от ячейки в банке. Почти была уверена, что там окажется та самая вещь, которая связывала меня с Ником, но ошиблась. Там хранились лишь наличные. Весьма приличная сумма, я вам скажу. Наверное, я на что-то копила.

В общем, поиски дались тяжело, и я уже сдалась, когда вещица, наконец, обнаружилась.

Я помнила точно, что Ник упоминал о том, что я купила какую-то антикварную вещицу в магазине. Я вспомнила, что это были часы, статуэтка, какие-то небольшие и неприметные вещицы. Но, сколько бы я не искала их здесь, в новой реальности, ничего не смогла найти.

Находка обнаружилась случайно, когда я, уставшая после изнурительных, многочасовых тренировок на льду, отправилась в раздевалку — переодеваться. Стоило мне открыть шкафчик и что-то свалилось мне прямо под ноги. Я нагнулась, чтобы рассмотреть вещицу и почти сразу вскрикнула.

— Да! Она!

Наконец-то! Я поняла это сразу. Маленькая подвеска с клевером! Оказывается, я прятала ее за фотографией, которую приклеила к стенке дверцы. На снимке я была на пьедестале и держала в руках золотую медаль. Видимо, я положила кулон за фото в надежде, что он принесет удачу. Клевер же, как-никак.

Подняв его с пола, я обернулась по сторонам, будто меня кто-то мог видеть и тут же крепко его сжала в кулаке.

Нужно было скорее переодеваться и бежать к Мадам Агате.

— Будет больно, девочка.

— Ничего, переживу. — Не могло же это быть больнее, чем падать на лед раз за разом. Любой спортсмен был привычен к ней и довольно легко адаптировался. С некоторых пор, и я ее больше не боялась. Страх ушел, оставив место силе воле и дисциплине.

— Хорошо. Но все же… — Женщина словно призадумалась, решаясь, говорить или нет.

— Что? Говорите.

— То, что ты просишь сделать — я могу. Но ты должна понимать, что последствия могут быть непредсказуемыми. Связь между мирами тонкая. Я отправлю тебя к тому, кого ты жаждешь увидеть. Но не знаю, смогу ли вернуть.

— Не переживайте за это. — Я не переживала, потому что это легко мог сделать сам Ник. Агата удивленно на меня посмотрела, но, затем, раздумав, кивнула. — Деньги я положила в шкатулку. — Мадам снова кивнула, на этот раз деньги ее будто бы и не интересовали вовсе. Она была сосредоточена, нахмурена и о чем-то усиленно размышляла.

Чуть погодя она расставила на столе свечи, какие-то камни, разложила ветки сухой травы и, наконец, вернулась обратно на свое место. В центре импровизированного алтаря покоилась подвеска с клевером.

Женщина протянула ко мне руки, и я безмолвно вложила свои ладони в ее кисти. Спустя мгновенье я услышала тихую речь на незнакомом языке.

Не знаю, сколько именно мы так просидели. Казалось, Агата читает свое заклинание уже несколько часов, не меньше. От непонятного наречия вскоре заболела голова, от запаха трав — закружилась. Спустя еще какое-то время, мир вокруг начал мутнеть, а руки пронзила нестерпимая боль. Уже отключаясь, я заметила, как по предплечьям поползли какие-то зеленые очертания. Будто лианы. И от каждой веточки шло ответвление, на котором распускался четырехлистник.

Открыла глаза я уже в другом месте. Несколько раз медленно моргнула, а затем поняла, что лежу на земле. Не без труда приняла сидячее положение и тут же охнула, хватаясь правой рукой за голову. Она нещадно болела, будто по ней хорошенько ударили. Несколько раз подряд.

— Ник… — Я хотела закричать, но вышел какой-то жалкий хрип на грани с шепотом, поэтому, разумеется, меня никто не услышал.

Я тихонько застонала и прикрыла глаза. Дала себе немного времени, подождала, пока пульсация боли затихнет, а затем снова открыла глаза. Огляделась вокруг.

Так, ладно. Я находилась на зеленом лугу, усыпанном красивыми цветами. Когда первые волны боли ушли, я ощутила сильный аромат, исходивший от них. А метрах в двухста от меня стоял дом. Небольшой, чуток покосившийся, с зелеными окнами и растением, которое грозило его полностью захватить через пару лет.

— Ник… — еще раз позвала я, но опять, безрезультатно. Что ж, значит, придется вставать и отправляться на поиски рыжего безпредельщика. Раз уж я проделала такой путь, то теперь была уверена в том, что обязательно найду его.

— Что ты наделала?!

— Я не…

— Как ты могла?! Ты хоть понимаешь, что натворила?!

— Перестань орать, Ник!

Рыжего я все-таки нашла. И уже очень скоро об этом пожалела.

После того, как поднялась на ноги, последовала к дому, но хозяина внутри не оказалось, и я принялась дожидаться его во дворе, на совсем небольшой скамейке, которую приметила не вдалеке от дома.

Сказать, что Ник обалдел, завидев меня, значит, ничего не сказать. Выражение лица мужчины хотелось запечатлеть на камеру. Жаль только, что ее не было с собой. Шок. В чистом виде. А уже позже, чуть погодя — паника.

— Как я могу перестать орать?!

— Очень просто!

— Кто тебе помог? Как тебе это удалось?! Обычным людям такое не под силу, значит, какая-то сволочь…

— Ник! — прервала его я, взмахивая руками. — Перестань, пожалуйста. Все ведь хорошо. Я здесь, я в порядке, я искала тебя и нашла. Это главное.

— Кристи… ты в ловушке.

— В смысле?

— В прямом! Ты или тот, кто тебе помог, — Ник раздраженно взмахнул руками, — создали связь между нами… — А, ну, покажи! — Ник присмотрелся к моим рукам и вдруг брови его поползли вверх. — Так я и думал! Проклятые ведьмы! — Он сграбастал мои конечности и обсмотрел их с явным пониманием дела.

Татуировка получилась знатная. Начиналась от самых кистей и тянулась до ключиц, где смыкалась в нечто единое.

— Ты здесь заперта вместе со мной! Эта ведьма связала нас!

— Это… это плохо?

— А сама как думаешь? — ощетинился рыжий.

— Я не знаю… я ничего не знаю, — растерянно прошептала я, начиная пугаться слов Ника. — Ты ведь никогда ничего не рассказывал, из тебя слова клещами было не вытянуть!

— Наверное на это была какая-то причина! Черт, Кристи! — Ник отвернулся, покачал головой.

Кажется, я натворила делов. Плохих делов.

— И что теперь?

— Что теперь? Что теперь?! — Ник бросил на меня злой взгляд. — Теперь ты обречена, ровно, как и я. Это не в моей власти — отправить тебя обратно. Не в моей власти снять чары ведьмы. Наши возможности и способности никогда не перекликались друг с другом.

— Наши… кто это вы? Ты можешь сказать мне?

— Зачем, Кристи? Зачем ты вообще здесь?

— Я искала тебя. Сначала долго звала, но ты не пришел. А потом нашла способ прийти сама. Я… я скучала. Я думала, что ты тоже по мне скучаешь. Кажется, я ошиблась.

— Черт…

— Я заточен здесь, Кристи, — с этими словами Ник взмахнул рукой и очертания окружающего мира вдруг резко начали меняться. Вскоре вокруг осталась одна пустота и темнота.

— Ник, — в панике прошептала я имя рыжего и мир снова начал преображаться в привычные луга и леса.

— Я здесь, — устало выдохнул мужчина. — Это иллюзия, Кристи. На самом деле ты была права, когда говорила о джине. То есть, я не джин, конечно, но судьба у меня очень с ним очень схожа…

— Я не понимаю… Объясни, — мягко попросила я, протягивая ладонь к своему другу.

Да, Ник был моим другом. Глупо было отрицать, что я дорожила им. Он был нужен мне…

— Я — раб вселенной, раб магии, которой наделен и живу, хотя, правильнее будет сказать, существую, только для того, чтобы исполнять желания других людей. Ты была права, когда говорила, что я — не человек.

— Кто? Кто ты?

В ответ воцарилась тишина. Ник раздумывал какое-то время, затем нахмурился и побрел к лавочке, на которой я еще совсем недавно его ждала. Я присела рядом. Молча, давая возможность своему собеседнику обдумать свои мысли и верно подобрать слова.

Правда они не понадобились, потому что как только я села, Ник повернулся ко мне лицом, а я застыла в шоке. Кожа его стала зеленой, глаза — практически оранжевыми. Передо мной действительно был не человек. Но кто тогда?

— Точно пришелец, — хмыкнула я, заставляя рыжего еще больше нахмуриться. Он даже немного отсел от меня, задумчиво оглядел с ног до головы.

— Почему не кричишь?

— А почему должна?

— Ты не удивлена?

— Ник, ты таскал меня через пространство и время черт знает сколько раз. Мы это уже проходили. А пару часов назад ведьма закинула меня в какое-то небытье. Думаешь, зеленый оттенок кожи — самое странное из всего этого?

Ник призадумался, покивал.

— Когда ты говоришь об этом так… — он замолчал.

— И все же… мне интересно. Кто ты?

— Я волшебник, исполняющий желания. У меня на родине нас испокон веков звали лепреконами…

— Я так и знала! — Я торжествующе взмахнула руками и вскочила со своего места. Улыбка озарила мое лицо. — Еще тогда, когда ты сказал, что мы в Килкенни, я заподозрила, что ты из Ирландии! А кто у нас волшебники с зеленого острова? Конечно, лепреконы! И ты все это время молчал! — Я шутливо стукнула рыжего кулаком в плечо. Он удивленно посмотрел на меня.

— Мало, кто так реагирует, когда узнает, кто я на самом деле, — настороженно протянул он. Так, будто я была какая-то маньячкой.

— Да ладно тебе! А еще прикидывался Санта Клаусом! Сказки мне рассказывал! — воскликнула я. — Слушай, а где горшочек с золотом? Или, погоди, а где башмак, который вы всегда шьете? А правда, что…

— Кристи, Кристи, — рыжий усмехнулся, поднимая руки вверх. — Не так быстро. Поверь, теперь у тебя море времени для того, чтобы узнать все о сидах.

— Море времени?

— Да.

— Но…

— Ты заперта здесь. Вместе со мной.

— Но ты можешь так многое…

— Это, — он указал на мои оголенные руки пальцем, — связывает нас. Неразрывно. Теперь ты будешь вынуждена скитаться со мной. Я буду ждать очередного призыва, а ты будешь тенью следовать за мной.

— Я… я на такое не подписывалась…

— Мне жаль, Кристи. Я не могу вернуть тебя обратно. Не то, что в твою жизнь, вообще, на землю. Я не всемогущ. Далеко не всемогущ.

— Как же так…

— Для себя я не могу ничего наколдовать. Кроме разве что этой иллюзии. В остальном я просто…

— Раб, — заключила я за своего собеседника, присаживаясь обратно на свое место. Веселость и радость от того, что я оказалась права, быстро испарились. Нет, я была очень рада видеть Ника, но… он был несчастен. И, кажется, теперь несчастной стала я.

Прошло две недели с тех пор, как я попала в чужой мир, который и миром-то назвать было нельзя. Скорее, я попала в пустоту с сотворенной там иллюзией.

Когда я спросила у Ника зачем ему это, он ответил, что для того, чтобы не сойти с ума.

Оказалось, что все вокруг было копией его дома и родных мест. Которые он покинул тысячи лет назад.

— Наверное, тебе нестерпимо хочется домой.

— Бывает. Я радуюсь, когда «заказы» идут оттуда. Но сейчас это происходит крайне редко.

Мне было очень жаль Ника, которого сама судьба приговорила служить людям вечность. Целую вечность. Без возможности на спасение.

Кстати, на счет этой самой вечности, я несколько раз уточняла у рыжего, а точно ли это так, но он лишь уныло кивал в ответ. А я приходила к мысли, что, наверное, раз уже он за столько времени не нашел лазейки, значит, ее не существует. В такие моменты я кивала самой себе и шла дальше заниматься домашними делами.

Принести сена, чтобы покормить животных. Порубить дрова. Да-да, я научилась рубить дрова. Растопить печь. Приготовить ужин. Собрать полезных трав.

А завтра мы собирались с Ником идти искать грибы и рыбачить.

Жили мы вместе, в его небольшом доме. Внутри было немного комнат, но нам хватило по спальне. Обстановка была довольно скудной, напоминала скорее средневековую, но я не жаловалась.

Каждую ночь, ложась на свою узенькую кровать, я устремляла взор на окно, туда, где раскинулось звездное небо и подолгу смотрела. В пустоту. На самом деле, там ничего не было. И эта мысль была настолько отвратительно-пугающей, что, иногда, становилось совсем нестерпимо, и тогда я куталась в потертый плед и отправлялась на крохотную кухоньку — сварить себе какао.

В такие моменты Ник будто чувствовал, а может быть, просто слышал мои шаги, тихо присоединялся ко мне в моих ночных посиделках.

— Надо что-то решать…

— Нечего решать. Ты тут застряла, причем по собственной глупости, — выдал Ник, раскручивая удочку. Мы обосновались на берегу тихой речки в тени большого дерева. Солнце пекло нещадно.

— Ты все еще злишься?

— Злюсь, — коротко ответил рыжий.

— Но почему? Впервые за тысячи лет ты не один! Разве ты не должен радоваться?

— Во-первых, если ты здесь, значит, я провалил задание, а это не прибавляет мне профессионализма, — проговорил Ник, закидывая удочку в воду. — Во-вторых, из-за меня ты остаток жизни проведешь в бесполезной иллюзии, вдали от близких и хоть какого-либо намека на нормальную жизнь. Но, кажется, до тебя это не доходит. — Ник бросил на меня злой взгляд. Мол, а почему ты не злишься?

— Да ты знаешь… — Я призадумалась, почесала затылок, вздохнула. А потом плюхнулась на землю, подбирая под себя ноги. Ник присел рядом.

— Что?

— Не скажу, что я хоть когда-нибудь в своей жизни была по-настоящему счастлива. И не скажу, что много потеряла.

— Ты сейчас что такое несешь? — Них нахмурился, глаза его потемнели. — Я же создал тебе идеальную реальность! Я наблюдал, у тебя все было замечательно. Любимое дело, которое приносило стабильный доход, средства к достойному существованию. Надежный, а самое главное, адекватный мужчина. У вас на носу была свадьба. Скоро пошли бы дети. Отношения с родителями наладились. Друзья тоже были. Тогда что не так?

— Я же знала, что все это не по-настоящему…

— Это как раз-таки по-настоящему!

— Да, но… ты понимаешь, о чем я. Моя реальная жизнь была другой. Это была другая реальность и другие обстоятельства. Я помню ту жизнь, в которой мы с тобой встретились в баре. Именно она была настоящей, что бы ты там не говорил и не мудрил. И именно она сохранилась у меня в памяти и сформировала, как личность. А у той личности не было ничего. Ни денег, ни работы, ни карьеры, ни мужчины, ни друзей. Даже Нинка, и та оказалась предательницей.

— Да, это она увела у тебя жениха, — усмехнувшись, признался Ник. Оторвав от земли травинку, он засунул ее в рот и начал медленно жевать, словно размышляя о чем-то.

— В общем, сколько бы ты иллюзий не создавал для меня, а эта мне нравится больше остальных, — я улыбнулась, устремляя взгляд вперед.

— Почему?

— Потому что в ней есть ты.

— Зачем я тебе?

— Хм. Хороший вопрос. За все время моего существования на земле, ты единственный, кто… понравился мне. И не почему-то, а просто так. С тобой весело. И хорошо. И тепло. Ты поддерживаешь. Направляешь. А еще ты очень смешной. — Я повернула голову и удивилась тому, как изменились глаза мужчины напротив меня. Они посветлели, будто лед, таившийся внутри них, кто-то умело растопил. И теперь на меня смотрело, казалось, само солнце.

— И ты ни о чем не жалеешь? — тихо поинтересовался собеседник. Я откинулась назад, принимая максимально удобную позу и тоже сорвала травинку, положила ее в рот. Прикрыла глаза и улыбнулась.

— Из всех реальностей, эта не самая плохая. Тут не нужны деньги, никто не докучает идиотскими вопросами, всегда есть, чем заняться и не нужно платить за кабельное.

— И все же?

— Нет, Ник. Я ни о чем не жалею. И с удовольствием проведу здесь с тобой остаток своей жизни.

Ты ли это, дивный новый мир?

Все закрутилось и завертелось очень неожиданно. Я помню только то, что открыла глаза и увидела перед собой лицо и улыбку Ника.

А затем мир померк.

При этом произошло все иначе, чем бывало в прошлые разы.

Как-то быстрее. Острее. Ярче. Сильнее. Будто кто-то взял и с силой тряхнул наш мир, да так, что мы вывались где-то по пути.

Кстати, а куда это мы вывалились?

Я попыталась открыть глаза, разглядеть что-нибудь, позвать Ника, но ни черта не вышло.

Я напомнила себе какую-то субстанцию, причем без формы. И в таком состоянии провела несколько минут.

Затем вернулись звуки. Впрочем, они вернулись первыми. Затем я смогла открыть глаза и сесть.

Черт, опять я вывалялась на грязной земле, что же это творилось такое? Подобное уже начинало входить в привычку. Нехорошо.

Повертев головой по сторонам, я поняла, что очутилась в месте очень похожем на то, из которого нас сюда перебросила. Вот только было одно исключение. Вдалеке виднелись люди.

— Ник?! — завопила я настолько сильно, насколько мне позволило мое состояние после перемещения.

— Не ори, я сзади, — послышалось откуда-то сбоку. Я повернулась и поняла, что Ник ощущал примерно тоже самое, что и я. Головой он схватился за голову, будто бы та сильно болела, взгляд был расфокусированным.

— Что ты сделал?

— Это не я, — ответил рыжий. Впрочем, я предполагала этот ответ. Уж слишком другим был перенос из реальности в реальность, да и сам Ник выглядел растерянным.

— Это что, люди впереди? — он указал рукой в сторону трех людей. Они были в нескольких ста метрах от нас.

— Вроде бы, — подтвердила я.

— Но…

— Что происходит, Ник?

— Я не знаю… то есть, это не я перенес нас сюда. А мы определенно переместились из моей иллюзии. И я определенно не причастен к созданию тех людей…

— Но ты говорил, что мы заперты в ловушке…

— Да, это было так.

— Было? — Я решила уточнить на всякий случай. Вдруг, ослышалась?

— Да, было, — хмуро выдал Ник. — Мы находимся где угодно, но только не в прежнем месте.

— И ты понятия не имеешь, где.

— Верно.

— И понятия не имеешь, как мы здесь оказались.

— Точно, — усмехнулся рыжий, резво поднимаясь на ноги. Спустя мгновенье он протянул мне свою большую, теплую ладонь, за которую я ухватилась, не раздумывая.

Мы поднялись, оттряхнули с штанов траву и грязь, а затем начали озираться. Я — в поисках хоть какой-то зацепки, которая привела бы к пониманию ситуации.

Но, нет. Ничего. Мир вокруг был обычным. Высоко над головой пели птицы, ярко светило солнце. Где-то не очень далеко журчала река.

— Мне кажется, или мы снова вернулись в обычный мир? — очень робко и тихо протянула я, боясь спугнуть саму мысль об этом.

— По ощущениям — да. Но такого не может быть… Меня никто не призывал. Я бы понял это. Почувствовал.

— То есть мы здесь не из-за твоей работы…

— Нет… и вообще… странно, но я ничего не чувствую…

— В каком смысле?

— Магия… она как кровь, течет, бежит по венам. Она физически ощутима. Была, по крайней мере.

— Как ты мог лишиться магии?

— Никак. Мы от природы магические существа. Прецедентов еще не было. Или я не слышал о них.

— Но чувствуешь ты себя человеком?

— Я не знаю, какого это. Просто я чувствую, что уже не такой, как прежде…

— Ладно… сейчас, погоди, мы проверим. — Я достала из заднего кармана складной нож, который носила там со времен перемещения к Нику и одним резким движением раскрыла его. Не дав рыжему опомниться, я взяла его ладонь в руки и, чуть надавив, провела по нему острием.

— Ау! Какого…

Ник сначала завопил, после — отдернул руку и лишь затем понимание моего эксперимента начало озарять его. Я увидела это по глазам.

— Как это? — спросил он, ошарашенно рассматривая раскрытую ладонь. На которой красовалась вполне себе обычная кровь. Красная. Как у всех.

— Ты мне скажи, ты тысячи лет, как живешь, — тихо ответила я. Не то, чтобы я была поражена меньше, просто осознала, что происходит, чуть быстрее своего друга.

— Я… я не понимаю… — нахмурился Ник.

— Ты больше явно не тот, кем являлся раньше. Я не знаю, как так вышло, кто стоит за всем этим, кто виновник, но ты… кажется, ты самый обычный человек. И самое главное… ты смертный. Но проверять не будем, — с этими словами я спрятала нож обратно, не забыв его при этом сложить.

— Не может быть.

Что ж. Оказалось, что очень даже может.

В смысле, спустя несколько часов блужданий по какому-то ирландскому парку, Ник очень даже смог допустить мысль, что все же стал человеком.

— Есть несколько новостей.

— Да? — Я усмехнулась, присаживаясь за небольшой деревянный стол. Мы нашли небольшое укрытие от солнца в виде небольшого столика со скамьями по двум сторонам. — И какие же?

— Ну, во-первых, я действительно человек. Я хочу пить, есть, я устал и у меня болят ноги.

— Шикарно звучит, — я улыбнулась.

— Во-вторых, и это хорошая новость, я понимаю местных. Значит, мы в Ирландии.

— Вот это уже и правда новость… — Почему-то я была уверена, что мы перенесемся в Россию. Ну, то есть, это было бы логично. Хотя, чего уж там, хорошо, что этого не случилось. Закинь нас в какую-нибудь глухую Тундру, и нас бы уже давно сожрал медведь. Или окочурились где-нибудь в Сибири. Что я, что Ник были в футболках и простых джинсах. Пара минут и все, прощая любая реальность.

— В-третьих… я понятия не имею, как это произошло. — Я внимательно взглянула на своего собеседника и поняла, что он все еще растерян. Даже не знаю, почему, но я себя, в отличие от друга, чувствовала прекрасно. Уверено и хорошо. В груди теплилось чувство, что все правильно, что все именно так, как и должно было быть.

— Может быть, и не нужно ничего понимать… Может быть, ты хорошо работал много лет, твое начальство заметило это и решило дать тебе отпуск.

— Или отправило на пенсию.

— Или отправило на пенсию. В любом случае, ты свободен.

— Но ведь должно быть объяснение…

— Может быть, оно заключается в том, что кто-то отсюда, с земли, из нашей реальности, просто очень сильно захотел, чтобы ты постоянно находился рядом.

— Хочешь сказать, что я принцесса из заколдованной сказки? Поцеловали и очнулся?

— Технически, я тебя не целовала, но… ты понял мою мысль, — я снова улыбнулась.

Мы оба поняли, что наш перенос и его трансформация произошли после моего признания о том, что он — самый важный человек в моей жизни. И что ради него, я бы пожертвовала всем. Да, я не сказала, тех самых слов, но разве в них была нужда?

Разве, когда идешь за другим человеком на край света или даже дальше, вообще нужны какие-то слова?

— И что теперь делать? — спросил Ник. Ну, точно, как маленький ребенок. Разумеется, для него все было ново. И теперь он боялся. Как я еще совсем недавно.

И это было абсолютно нормально.

Все боялись неизвестности.

Все боялись того, чего не знали и с чем сталкивались впервые.

— Кто-то очень мудрый недавно сказал мне, что вся жизнь состоит из взлетов и падений. В основном, из падений. И это нестрашно. С этим можно жить. — Ник тепло улыбнулся мне, вспомнив свои же слова. — Ты знаешь ирландский, я знаю английский. У нас у обоих есть и руки, и ноги. Мы можем работать. Мы можем думать, дышать, говорить. Планировать. Мечтать. Мы есть друг у друга. Неужели нужно что-то еще?

Еще недавно мне было нужно.

Очень много всего. Дай мне блокнот, и там не хватило бы листов, начни я писать обо всех своих хотелках. Муж, дома, машины, вещи. Куча всего материального и не столь уж ценного. И однозначно ненужного.

Я искала совсем другое. Правда не сразу это поняла.

— Ты понимаешь, ради чего отказалась от меня? — неожиданно серьезно спросил Ник.

— А ты понимаешь, как много дал мне?

Душевную теплоту, единение. Мудрость. Спокойствие. Счастье. Тихое, безмолвное, но такое ощутимое счастье.

— Я очень надеюсь, что ты не передумаешь, Кристи.

— Не передумаю.

Мы поднялись с нашего обжитого места и двинулись вперед, переплетя пальцы рук вместе.

— Слушай, ты так и не сказал мне, как твое настоящее имя.

— О, этого невозможно произнести, поверь мне, — пошутил рыжий.

— Я попробуй, ты скажи!

— Нет, еще передумаешь и сбежишь!

— Да ладно тебе, я не сбежала даже тогда, когда ты позеленел!

— Это не одно и тоже. И вообще, пойдем-ка лучше в паб! Ты когда-нибудь была в настоящем ирландским пабе?

— Да как-то не приходилось… — настороженно протянула я. — И вообще, у нас ведь нет денег…

— Думаешь? — Ник бросил на меня лукавый взгляд. Может быть, он и стал человеком, но эти его магические штучки и загадочный отсвет в глазах остались при нем.

— Ну, да…

— А как тебе вот это? — Он достал что-то из-за пазухи свободной рукой.

— Это что, мешочек с деньгами?!

— Именно. Это наша коронная фишка, так сказать.

— Ух, ты! Вот это… — У меня просто не осталось слов.

— Да мы тогда вообще в шоколаде?

— Ну, может быть, в шоколаде, может быть, в эле, но одно знаю точно — мы с друг с другом не пропадем!

— Это точно…

— Ну, так что, в ближайший паб?

— В ближайший паб! Будем праздновать… а что мы будем праздновать?

— А все, что пожелаешь! Твое желание — закон, — снова лукаво усмехнулся Ник, ведя меня вперед уверенными шагами в нашу новую, совместную жизнь.

КОНЕЦ