Легенда о Звере

Много-много лет назад, еще до становления человечества, всем существующим на Земле правили демоны. Они пришли, казалось бы, из неоткуда, но поговаривают, что из расколотой грани между этой реальностью и каким-то другим, иным миром.

Поскольку демоны питались чужим страхом, болью и отчаянием, порабощение всего живого стало для них вопросом времени. Эти дикие и необузданные существа долго сохраняли место на вершине пищевой цепи, держа в страхе все остальные, сейчас уже ставшие мифом, волшебные расы и обычных людей. Им всегда было мало. Бездушные демоны — так про них говорили, поскольку они не принимали во внимание такие чувства, как любовь, сострадание и милосердие. Для них это было, как для людей горькая пища — невкусно и пресно.

Поэтому, чтобы разнообразить свой рацион, демоны устраивали кровавые бойни, а после, уже поумнев, стали манипулировать другими существами, склоняя тех к воинам между собой. Ненавистью пропах, буквально, весь воздух на Земле.

Когда демонам приедалась одна эмоция, они создавали условия для иной. Так и появились поединки на жизнь, зовущиеся «Правом Сильнейшего». Некое мероприятие, на которое насильно сгоняли по несколько представителей от каждой расы, чтобы в конце выявить победителя, которому давалась возможность при выигрыше в последнем бою некое особое право. Он мог пожелать, что угодно. Позже идею битв на публике применяли не раз, вспомнить те же самые гладиаторские бои.

Шли годы, и никто не выходил победителем в финальной схватке, поскольку противником в ней был обязательно некий демон, которого с детства взращивали, как убийцу. Но претенденты продолжали бороться, ведь каждый хотел выиграть приз. Право на свободу и неприкосновенность.

В годы правления одной из Императриц демонов, а у этой расы всегда преобладал матриархат, на поединки попал новичок — полукровка, который самолично вызвался добровольцем. Его мать, оборотень, когда-то была изнасилована, а через несколько лет убита одним из развлекающихся демонов. Никто из их расы не придал данному факту особого значения — главное зрелище, чтобы было побольше ненависти и отчаяния.

В том мужчине не чувствовалось ни того, ни другого. Он агрессивно прошел через все испытания, перебив всех своих конкурентов, и достойно дошел до финишной черты. Тогда-то демоны и заволновались. Кто-то посмел бросить вызов самим ИМ! Как бы голословно это не звучало — богам того времени.

В финальном поединке мужчина должен был сразиться с одним из приближенных советников Императрицы, что обладал поистине невообразимой мощью. Однако, демон почувствовал в нем странную силу, что могла подорвать их авторитет «Великого Зла». Бой длился до бесконечности долго, и, когда Советник, подгадав момент, уже был готов сразить своим огненным клинком противника, того, вдруг неожиданно для всех, заслонила собой сама Императрица. Уму непостижимо! Оставшиеся голодными демоны негодовали, ничего не понимая. Императрица умирала на руках оборотня-полукровки и что-то тихо ему шептала. Стоило бойцу услышать ее последний вздох, с него слетела вся беззащитность, присущая более слабым, чем демоны, расам. Его фигура начала расти, изменяя форму на полузвериную, и уже через минуту на поле битвы раздался оглушающий болезненный рев неведомого Зверя. Демоны тут же ощутили его мощную, подавляющую ауру, преклонив голову перед сильнейшим. В тот день он перебил больше половины представителей некогда великой расы, не находя покоя. Начиная с Советника. А когда смог сменить облик обратно на человеческий, отказался от так настойчиво предлагаемого престола Империи.

Ему это было не нужно, ведь он стал первым демоном, обретшим свою Душу. Которую сразу же и потерял. Тут нужно пояснить: демон, однажды почувствовав единение со своей Душой, уже не может спокойно существовать на белом свете без нее. Опустошенный и разбитый горем полукровка обратился зверем и ушел в неизвестность.

С тех самых пор, в мире начали появляться люди, обладающие необычайными способностями лицезреть мир в иных красках, уметь проникать в самую суть всего живого, и помогать становиться лучше и сильнее. Поэтому их и прозвали Видящими души. Коротко — Души.

К слову, демоны так и не смогли оправиться после исчезновения их законного правителя, Империя пала. Они до сих пор находятся в поисках того, кто будет обладать подобной мощью, чья аура будет настолько сильна, что сможет поставить на колени всех остальных, чтобы снова возродить Великую Империю Демонов. Кто знает, к чему это может привести, если им все же удастся?

Ноа

— У меня была большая семья.

И дикое желание выжить.

Я помню резкий, режущий слух скрип тормозов и выбивающий весь воздух из груди удар. Тысячу осколков, летящих, казалось бы, прямо в глаза. Ужасную боль, пронзающую каждую клеточку моего лица, и тоненький визг Лео под ухом, которого я машинально прикрыла собой. Папы и мамы слышно не было.

— Расскажи мне о ней, — деловитым тоном просит незримый собеседник. Вернее, собеседница.

— Мама — Лорен Таймлез. Работала секретарем в фирме отца. Папа — Робин Таймлез. Начальник фирмы "О'дейз". Они торговали поддержанными автомобилями.

Их больше нет. Где они? Надеюсь, в лучшем мире.

— Хорошо. А что на счет Леонарда? — в серьезном голосе дамы, что беседовала со мной, нет ни капли заинтересованности или сочувствия.

— Лео? Младший брат. Редкостный пакостник. Всегда старался все испортить. Увы, последняя пакость была делом не его рук, — заканчиваю говорить, усмехаясь.

После моих слов наступает гробовая тишина. Кажется, это то, что мне нужно. То, что доктор прописал — тишина…

— Ноа, думаю, тебе нужно отдохнуть. Сеанс окончен. Уведите ее.

Становится слышен грохот открываемой железной двери, топот ног нескольких человек. Меня аккуратно хватают за плечи, заставляя подняться с места. Хотя, почему заставляя? Я подчиняюсь почти сразу же.

— Они вернуться за мной, — шепотом произношу и позволяю увести себя в темноту, которой окутана ныне вся моя жизнь. Все хорошо, просто в той аварии я лишилась не только родителей, но и зрения.

***

— Странная девчонка. Она случайно не "того"?

— Еще бы! На ее глазах погибли оба родителей. Ты бы смог такое пережить, не свихнувшись?

— Вообще-то, ей повезло, что она ослепла до того, как смогла увидеть изувеченные тела своих родителей.

— Девчонка закрыла собой младшего брата…

— Смелая, но глупая. Его проткнуло насквозь каким-то штырем. Она прикрывала его умирающее тело.

— Да, наверное, ты прав, ей повезло, что она ослепла.

— Ей повезло, что она вообще осталась жива.

Глупые здесь только вы. Я слепа, а не глуха. Тонкие стены не спасают от множества споров и обсуждений, которые ведутся между работниками этого места. Мне неизвестно кто они, и где я нахожусь. Логично предположить, что это больница. Однако, даже если это не так, мне плевать, где держат мое бесполезное тело.

Я умерла. Тогда, в тот день аварии вместе со своей семьей. Меня больше нет. Как и мира вокруг. А все происходящее всего лишь звуковые галлюцинации.

Правда? Ты в это веришь, Ноа? А почему бы и нет?

В детстве меня часто мучали кошмары. Мама от моих криков просыпалась и приходила спать ко мне, но это не особо помогало. Тогда родители решили отвести меня к психологам, чтобы те уже разобрались в чем же дело.

Мне показывали разные картинки, спрашивали на что они похожи, потом давали пластелин, прося, чтобы я слепила что-нибудь.

По всем их анализам я была совершенно здоровым ребенком. Даже больше, меня почему-то считали одаренной. Но от кошмаров это не спасало. Пришлось пробовать справляться с этой проблемой самостоятельно. Так, со временем, я научилась управлять своими снами. Это настолько увлекло меня, что мне стал совсем не интересен реальный мир. Я росла замкнутым, необщительным, вечно летающим в облаках ребенком. Зато мой идеальный, созданный во снах мир принадлежал только мне. Думаю, поэтому родители решили завести еще одного ребенка.

Лео — мелкопакостная головная боль моего детства в кругу семьи. Он был совершенно моей противоположностью. Я не водила знакомств со своими ровесниками, тогда как брат приводил домой все новых и новых друзей. Мне не нравилось общение ни с кем, а он, напротив, пытался каждого нового знакомого натравить на общение со мной. Лео любил приключения, я — покой. Родители были счастливы: мы с братом, на их взгляд, идеально дополняли друг друга. Однако, мне не казалось, что в этом был смысл.

Сейчас же, придаваясь размышлением, мне кажется, что этот мир выиграл был в сотню раз больше, если бы оставил в живых Леонарда, а не такого овоща, как я. Мальчишка бы приспособился, выкарабкался и нашел бы силы на дальнейшую жизнь. Я же даже и не буду пытаться их найти.

— Ноа, проходи, присаживайся.

Меня снова привели в холодную комнату с холодными железными дверьми. Здесь пахло хлоркой и немного препаратами. Женщина напротив подождала, когда я соизволю выполнить все ее указания, и только после присела сама, скрипнув по полу стулом.

— Ты выглядишь уже лучше, девочка, — замечает она ровным тоном, щелкнув ручкой и тут же принявшись что-то записывать. Я поморщилась из-за противного скрежета стержня пера по бумаге. Всегда ненавидела этот звук, предпочитая пользоваться карандашом. Ну, а еще меня скривило от ее грубой лжи.

Если начистоту, как человек, который не спал несколько дней подряд, мог выглядеть лучше? На самом деле я даже не хотела спать. Словно потеряла желание не просто видеть сны, а видеть вообще.

— Сегодня мы поговорим о твоих рисунках. Мне принесли парочку. Ты не против, Ноа?

Спрашивать, где она их достала не было смысла, ведь одаренной меня как раз-таки называли за мое изобразительное творчество. Я часто рисовала свои сны, и однажды это заметил Лео. Он стащил один из моих набросков и показал родителям. Те восхищенно поохали и заставили меня поучавствовать в парочке художественных конкурсов. После череды побед в школе меня стали считать кем-то вроде Леонардо Да Винчи и Ван Гога, и никого не смущало, что я по-прежнему ни с кем, кроме родителей и брата, не разговаривала. Люди творчества ведь и должны быть чудиками. Поэтому на вопрос, заданный мне лишь для галочки, я только криво улыбнулась.

— Почему ты рисовала только в черно-белых тонах?

Потому что только я способна воспринимать свои сны, как нечто яркое и цветное. Мне не хотелось показывать людям больше, оставляя за собой право не делиться красками моего мира.

— Вам не нравятся мои рисунки? — задаю ответный вопрос, избавляя себя от нужды отвечать на заданный мне.

— Ну, что ты, они чудесны. Где ты так научилась?

— Я всегда так умела, — не моргая, отвечаю. Хотя, собственно, чего мне моргать, все равно глаза незачем открывать.

— Ладно, видимо, сегодня ты не очень хочешь говорить. Сеанс окончен. Уведите ее.

И все пошло по накатанной. Меня уводят в палату, где ножиданно пахнет не моющими средствами, а карамельными пончиками. Раньше я обожала их.

— Вот, приходила твоя родственница. Назвалась Меган. Пускать ее сюда не положено, но посылку передать не составило труда, — тараторит санитар, вручая мне распечатанную коробку с пончиками, и торопливо уходит.

Видимо, ему неприятно иметь дело с такой, как я. Возможно, его страшит то, что мой организм обходится без сна уже третий день.

Постойте-ка! Родственница. Меган. Пончики. Тетя Мегс!

Воспоминания яркой картинкой полыхнули в голове и тут же угасли. Я помню, как она приходила к нам на праздники, неизменно принося с собой эти самые пончики. Помню, как она любила тискать Лео, который в ответ ей корчил гримассы недовольства. Помню, как она осторожно пыталась наладить со мной контакт, несмотря на то, что смотрела на нее исподлобья. Мне было страшно. Тетя Меган казалась мне слишком живой. Почти такой же, как и все в моих снах…

Яркой, красочной, слишком непохожей и неподходящей этому миру. А теперь она здесь, принесла мне пончики. И словно все как раньше, как будто никакой аварии и не было, а я не ослеп… Но нет, это лишь иллюзия. Мамина младшая сестра пришла сюда как раз-таки из-за того, что все это произошло. Это не очередной кошмар из детства, Ноа. Ты уже давно не спишь…

Кажется, была ночь, когда я услышала странные звуки со стороны коридора. Кто-то крался. Именно, что крался, потому как шаги каждого санитара я успела запомнить наслух почти в первую ночь здесь своего пребывания. А на память никогда жаловаться не приходилось.

Крадущийся остановился ровно у моей двери или около того. Заскрежетала электронная пластинка-ключ, с помощью которого открывалась каждая дверь того места, где меня держали, и некто вошел в мою палату.

— Ноа. Просыпайся скорее, — неожиданный голос тети Мегс удивил меня настолько, что я даже перестала притворяться спящей и повернулась на звук ее голоса. — Боже, девочка, что они с тобой сделали?

А что такого? Помимо того, что я лежала под постоянным контролем электронных приборов, сегодня меня еще и пристегнули к кровати ремнями.

"Так, на всякий случай, чтобы во сне не ходила", — мне сказали.

Но было сразу ясно, что меня поместили не совсем в обычную больницу. По приглушенным крикам из соседних палат, шаркающим шагам других пациентов. Они всегда молчали, никто никогда не пытался заговорить друг с другом. А мне, собственно, было как-то плевать, где я, и что со мной хотят сделать. Главное, чтобы это вело к моей неминуемой смерти. Ведь те бессмысленные разговоры же к чему-то велись.

— Я вытащу тебя отсюда, вот увидишь! — кажется, тетя Мегс на грани истерики, иначе с чего бы ей так шутить надо мной. Она торопливо осовобождает меня, чуть ли не сдирая все сдерживающее меня и, приподняв, обнимает.

"Вот увидишь", — ну, не насмешка ли судьбы?

— Зачем? — интересуюсь я, впервые со дня аварии чувствуя тепло другого живого человка. Настоящее тепло.

К слову, в палате было достаточно прохладно, а меня даже не удосужились накрыть одеялом.

— Что? — не понимает Меган.

— Какая разница, где умирать?

— Ты не умрешь, малышка. Более того, ты будешь жить по-настоящему. Я покажу.

— Но я не увижу. Я слепа.

— Для того. чтобы видеть, не обязательно нужны глаза, Ноа. Ты же пойдешь со мной?

Я не поверила ни единому ее слову, но пошла. Мне было плевать, где встречать собственный конец.

Думаю, с этого и начался отсчет моей новой и совершенно иной жизни.

Спустя 3 года.

Красный цвет светофора — люди столпились небольшими кучками у пешеходного перехода, загораживая собой несущиеся на всех парах автомобили. Каждый хочет куда-то успеть, все стремятся прийти к финишу как можно быстрее, первыми…

Желтый цвет — напряжение повисло в воздухе. Толпа людей стала похожа на кошку перед прыжком, а автомобили — на хаотично бегающую мышь, которая вроде и боится, но бежит быстрее к цели. Там же сыр.

И тут… Зеленый! Несколько десятков человеческих тел срывается с места, узрев оттенок зеленой травы в небольшом кружочке, висящем на перекрестке дорог.

Я смотрю на удаляющиеся спины пешеходов, не двигаясь с места. Словно я тот самый светофор, свысока глядящий на все это безобразие. Навстречу идет такая же обезумевшая толпа, даже не замечая моего ступора. А может и замечая, кто их разберет. Сейчас не то время, когда люди станут интересоваться бедой какого-то незнакомого им человека. Да, впрочем, и знакомые их вряд ли заинтересуют. Эгоизм? Нет, всего лишь осторожность.

Людям страшно, что у них попросят что-то такое, что необходимо им самим. А знаете, что всем нужно? Нет, не деньги. Время. Мне оно тоже не помешает.

Срываюсь с места, оставшись одна на переходе, и несусь наперекор уже движущимся машинам. Похоже, что загорелся красный. Бегу еще быстрее, то и дело тормозя перед особо торопящимися автомобилистами. Отовсюду слышу сигналы машин, ругань их владельцев, а перед глазами спасательная другая сторона улицы. Вылетаю на нее, дыша, словно выброшенная на берег рыба. Я так еще не попадала.

Оборачиваюсь, смотрю на светофор и перевожу взгляд на пешеходный переход: люди снова торопливо мчатся по нему. Это значит, что загорелся зеленый. А по мне так самый ни на что есть серый…

Поправляю свесившийся с плеча рюкзак и продолжаю путь. Мне нужно было поторопиться в мое новое место просиживания молодости — школу.

И ладно бы в обычную, но нет. Тетя Мегс все так просто не оставит. Она договорилась с директором какой-то элитной академии для старшеклассников, кодовое имя которой Виственд. И вот теперь я пытаюсь до нее добраться самостоятельно, потому что хватило дурости поспорить с тетей на тему моей приспособленности к жизни во внешнем мире, имея ввиду какую угодно местность вне дома.

Мне не нравилось постоянная гиперопека Меган, так что пришлось принять вызов. И вот теперь я жертва неправильно понятого светофора. М-да уж, угораздило же после абсолютной слепоты заработать ахроматопсию*.

[*Ахроматопсия — аномалия зрительной системы, при которой исключается цветовое зрение. Человек видит только черные, серые и белые цвета].

Если к этому еще прибавить мою вечную задумчивость, то получается мина замедленного действия, что срабатывает не сразу, но непременно вносит в вашу жизнь хаос. И ведь проблема не в том, что я много думаю, а скорее в том, что за думами не замечаю яви.

— Генри! Джордж! Нельзя!!!

Именно этот истеричный крик заставляет обратить внимание на несущихся в мою сторону двух огромных собак. Доберманы? Красивые.

Спустя секунд 15–20 хозяин этих двух пёсиков добегает до меня и видит ошеломляющую и, в то же самое время, довольно умилительную, по его мнению, картину: как я без страха и упрека средь белого дня тискаю двух огромных "монстров", которые, в свою очередь, получают от этого дикое удовольствие.

— Эээ… Кхм, девушка, надеюсь, Вы не пострадали? — выдавил мужчина, ожидая положительного ответа, ведь он очевиден.

Подняла на него свой чуть ли не белесый взгляд, отчего хозяин двух страшных псов неосознанно отступил на шаг назад и напряженно сглотнул, наверняка, ставшей вязкой слюну.

Я же успела увидеть всю его подноготную. Как в семилетнем возрасте он таскал конфеты из тайника своей старшей сестры. Как после окончания школы не смог поступить в колледж. Первую любовь, последний секс. Смерть престарелой матери и безысходное существование. Этот человек находит отраду лишь в любви к своим доберманам. И, несмотря на то, что в его голосе слышалось волнение, сторож скорее загрызет надоедливых подростков, чем позволит навредить своим псам даже словом.

— Да. Все в порядке, — после секундной заминки отвечаю и поднимаюсь с колен, чтобы выглядеть более в порядке.

— Простите, они охраняют задний двор Виственда, но утром, когда все ученики на занятиях, я отпускаю их порезвиться на территории академии.

Двух огромных доберманов отпускает гулять по местности, где вполне возможно найдется пара-тройка опоздавших или прогуливающих? Хм, интересно, он сам это придумал или ему приказали свыше? Быть не покусанным собаками — отличная мотивация к идеальной посещаемости.

— Виственда? — цепляюсь за нужную мне информацию. По всей видимости, я выиграла пари и все-таки сумела добраться до места самостоятельно. Иногда мне кажется, что у меня до сих пор нет зрения, ибо я не вижу перед самым носом очевидных вещей.

— Да, частная академия, открылась пару лет назад, — сторож кивает головой в сторону огромного здания, построенного в готическом стиле. — Я здесь охранником работаю. Простите еще раз, я не думал, что будут опоздавшие…

Еще бы, с такой тактикой-то и с такими собачками.

— Я не опоздавшая. Новенькая. Ноа Таймлез, — говорю, не смотря больше ему в глаза, но протягивая руку. С таким дядечкой лучше водить дружбу.

А после ритуала знакомства, уже более смело направляюсь в сторону Виственда.

«Школа — ад…», — скажут многие, — «та самая Обитель зла, в которой каждый проходит через свои собственные семь кругов ада».

Я не буду сильно спорить с остальными, ведь и для меня это место постоянно становится настоящим испытанием на прочность.

Даже не задержавшись у входа, чтобы рассмотреть очередной шедевр культуры в виде сего здания, я ввалилась внутрь. Неторопливом шагом прошлась по серому просторному холлу, свернула в боковой коридор, краем глаза замечая какие-то безликие картины на стенах и скульптуры вдоль своего пути. Двери, окна, стены, пол, потолок — всё как везде.

И чем, спрашивается, тётю Мегс так прельстило это учебное заведение? Ах, да, по её словам, это академия была очень древней и весьма влиятельной, а еще крайне унитарной. Она считает, что этого достаточно для моего уюта и общего блага. К тому же, после долгих лет переездов и нескончаемой беготни от неведомого врага данный вариант был как нельзя кстати.

После того побега из места моего заточения, Меган не находила себе места, в попытках спрятать меня. В глазах тёти я видела вечное беспокойство, тревожность и явную манию преследования. Ей казалось, что люди, которые держали меня в том месте, гоняться за нами, что стоит сделать нам одну осечку — они тут же заберут меня обратно. Но год назад её беспокойство притихло, во взгляде, время от времени, стало проскальзывать облегчение и иногда даже радость.

Так, мы поменяли тринадцать мест жительства. Восемь городов, три школы (в остальное время мне нанимали учителей на дом) и два автомобиля. Меган даже как-то пробовала уговорить меня немного изменить внешность, принеся из супермаркета флакон с краской для волос. Попытка не увенчалась успехом. Но самое проблематичное — врачи строго-настрого запретили носить линзы, что могли бы изменить цвет глаз. Необычного светло-серого оттенка — они довольно эффектно смотрелись с моими почти что седыми из-за аварии волосами. И поэтому я привлекала внимание. Однако каждый привлеченный тут же стремился сбежать от моего вездесущего взгляда. Ибо, даже не смотря на то, что я и стала дефектной в плане различения цвета, людей мне удавалось видеть насквозь.

Конечно, именно поэтому я не заводила знакомств, а совсем не потому что мне не интересно общение со столь грязными и порочными существами как подростки.

Стоило подумать об оных, как прозвенел звонок, и представители данной возрастной категории начали толпами вываливаться из учебных кабинетов. Нет, они, конечно, выходили спокойно, неторопливо, не толкаясь. Но мне повезло наткнуться на открывающуюся дверь и свалиться наземь прямо перед всей этой расчудесной толпой людей.

Смешки, едкие комментарии — я ждала чего угодно, но не:

— И спустился Ангел с Небес.

Это было произнесено с некой долей восхищения, и я четко услышала, как некто, чьи фирменные ботинки удалось распознать даже мне, задержал дыхание. Пришлось поднять свой взгляд, чтобы увидеть, наконец, кто так оцепенел от сцены моего неуклюжего падения.

Мне хватило секунды, чтобы просканировать взором парня, что стоял в шаге от меня. Он был обладателем высокого роста и короткой растрепанной шевелюры светлого цвета. В глаза я не стала заглядывать, чтобы не лезть в жизнь кого попало.

Чуть в отдалении от него, видимо, стоял тот, кто и высказался в мой адрес столь странным образом. Это был худощавый, но такой же вытянутый парень с длинными среднего оттенка светлости волосами. Но самое интересное, что фразу он бросил не мне, а своему, по всей видимости, приятелю.

Я не спешила подниматься с пола, мне не особо нравилось молчаливое внимание этих двоих. Нутром чувствовала нечто вроде ауры, исходящей от них. Она ощущалась двояко: с одной стороны изящно-притягательная, что хотелось без страха и упрёка заглянуть каждому из них в глаза и всё-таки понять, кем являются эти люди; с другой — чувствовалось в них что-то опасное, дикое и необузданное, отчего всё моё любопытство как рукой снимало. Проблемы сейчас были не нужны.

— Дарк, нужно идти. Нас ждёт Вальтер. Это птица не нашего полёта, — вновь голос длинноволосого и тот, что стоит передо мной отмирает. Но он не спешит поступать так, как диктует ему друг.

Светловолосый в один шаг преодолевает расстояние между нами и присаживается на корточки, становясь на один уровень с моим лицом:

— Не ушиблась? — и тут же дарит мне улыбку. А я всё же не удерживаюсь и, вопреки своим убеждениям, заглядываю ему в глаза. И… Ничего не происходит.

— Вообще-то ушиблась. Но это не тот случай, когда я буду жаловаться на боль, — отвечаю, поддавшись откуда-то взявшемуся лукавому настроению. Тот факт, что мне впервые после возвращения зрение спокойно удалось посмотреть кому-либо в глаза, весьма обрадовал.

Парень подает мне руку, и я принимаю эту помощь, поднимаясь с пола. Позади моего спасителя обреченно вздыхает длинноволосый.

— Ты обещанная новенькая? Ноа, кажется? Нам говорили, что ты выглядишь необычно, но я даже представить не мог, что на столько. Меня зовут Дарк.

Я чувствую, что этот парень почему-то очарован мною. Видела, что его не испугал мой взгляд, и что он хочет помочь мне, но кое-чего понять в его взгляде не смогла. Парень будто бы знал что-то обо мне, чего не знала я. В попытке найти ответы, снова заглядываю ему в глаза, Дарк отвел свои, будто догадываясь о моей одной возникшей одновременно со зрением «особенности» — проникать всё глубже в саму суть любого человека.

— Иди один, — это он небрежно бросил своему другу, на что тот лишь закатил глаза и поторопился по своим делам.

— Вообще-то, я и без няньки обойдусь, — хмуро отвечаю на действия парня. Не люблю секреты.

Но в ответ он опять дарит улыбку, и та, несмотря на внутреннее неудовлетворение ситуацией, зеркально отражается на моём смущенном лице.

— А я вот не обойдусь без внимания столь очаровательной девушки, — подмигивает мне данный индивид и предлагает оказать услуги экскурсовода.

Дарк оказался прекрасным рассказчиком. За то время, пока мы «гуляли» по древнему замку, который какой-то шутник решил переделать под академию школьного формата, я узнала много для себя нового и даже в какой-то момент забыла о своей дефектности. Захотелось отпустить всё своё прошлое и попробовать быть обычной девчонкой-старшеклассницей, которая просто проводит время с приятным человеком, о котором ничего не знает. Поэтому я больше не пыталась заглядывать ему в глаза, вслушиваясь в приятный мягкий голос нового знакомого.

— Ты такая тихая, — говорит Дарк, будто решая что-то для себя. Мы как раз в этот момент дошли до холла здания, где я уже успела всё «осмотреть».

В ответ лишь киваю головой, и вижу, как парень замялся, раздумывая над тем, как спросить у меня что-то.

Но подумать над этим мне не даёт острое ощущение чужого взгляда.

— Ты всё еще возишься с ней, Дарк? Я думаю, пора бы уже закругляться.

Следом звучит голос, который я узнаю сразу, но оборачиваться не вижу смысла, ведь обращались-то не ко мне. Дарк раздраженно сжимает зубы и через плечо показывает какой-то жест своему другу. С нами тут же, посмеиваясь, ровняется длинноволосый.

— Это Киран. Он очень болтлив и ему будет сложно заткнуть рот, даже если сильно захотеть, — коротко характеризует его Дарк.

— Ну, почему же, если сильно захотеть, то есть один способ, — тут же, хитро улыбнувшись, отвечает новоявленный знакомый и лукаво смотрит на меня: — Но, прости, ты не в моём вкусе, так что у тебя ничего не выйдет.

Парней почему-то не заботило, что следующий урок уже давно начался, и они самозабвенно прогуливали его в моей компании. Как ни странно, ни одного учителя мы на своём пути не встретили, что весьма радовало. Я тоже не горела желанием сидеть в душных классах и слушать нудные речи преподавателей. Всё, что проходят в школе, мне было уже известно, спасибо самообразованию. Но я должна была отучиться этот последний месяц, чтобы в конце сдать экзамены экстерном и, наконец, покончить с хождением в этот адский ад.

— Что сказал Вальтер? — поинтересовался Дарк у своего друга, сбив меня с внутренних размышлений. Кто же этот загадочный парень, упоминание о котором уже второй раз я слышу?

— Да, ничего. Посмотрел со стороны, как всегда, и ушёл молчаливым и хмурым.

Услышав этот ответ, у меня сложилась четкая уверенность в том, чей взгляд я успела почувствовать так явственно перед приходом Кирана. Кажется, знакомство с этим персонажем не пройдет для меня бесследно.

И поскольку мы в этот момент проходили мимо большого окна, выходящего на территорию перед Виствендом, я увидела, как резко, будто бы пытаясь опровергнуть мои мысленные выводы, срывается с парковки черный автомобиль. А прогуливать, вообще-то, нехорошо.

В тот день я так и не побывала на уроках. Новоявленные знакомые, по инициативе, конечно же, Дарка увели меня в недалеко находящуюся забегаловку, где до отвала откормили карамельными пончиками. Да, пришлось рассказать им о своей слабости. Для себя я сделала вывод, что хочу узнать, кем являются данные личности на самом деле. В глазах ни Дарка, ни Кирана все так же не находилось ответа, что меня весьма напрягало. Привыкшая к легким победам, я с трудом сохраняла спокойствие перед ними двоими.

К вечеру ребята отвезли меня домой, вручили расписание уроков, которое успели когда-то прихватить в учительском кабинете, и настойчиво попросили записать добавить их в друзья в социальной сети. Пришлось пообещать, что сделаю это позже. После такого продолжительного общения с посторонними людьми, находилась не в самом радужном расположении духа. Меня угнетала мысль о том, что я что-то упустила. Да и вообще, общение — выматывает.

К тому же тётя Мегс с порога встретила меня, хмуря свои брови, а в ее глазах отчетливо прослеживался упрек. Вероятно, с Виственда уже позвонили и сообщили о моем нахальном пренебрежении к учебе.

— Я без проблем дошла до школы, — начала с хорошей новости я.

В ответ на моё заявления брови Меган в немом изумлении приподнялись.

— Но прогуляла все уроки. Да, я плохая племянница, — закончила плохой, не став лгать своему самому родному человеку на этой планете.

На что тётя лишь хмыкнула и позвала меня ужинать. Есть не хотелось, но каждодневные совместные приёмы пищи были у нас традицией. Даже если я была и готова мучить себя голодом, то должна была выслушать все те новости, что сообщит моя дорогая родственница. Но сегодня она больше расспрашивала. Про школу, одноклассников, двух парнях, что привели меня домой. Я привычно умолчала о многом, но старалась отвечать развернутыми предложениями. Потому что Меган не заслужила моей замкнутости. Она не виновата, в том, что я не такая, как все. Не виновата, в том, что стала инвалидом и наплевала на себя. И мне прекрасно видно в её глазах, что она в курсе, что я делаю многие вещи, как другие нормальные люди, только потому что в долгу у неё. Ей жаль меня. Но при всём при этом, она совершенно не жалеет себя. Взрослая, но глупая.

Жизнь ее проходит в вечных поисках заработка и достойных оптометристов, что вылечат мне глаза и, чего уж таить, — психологов, что столь уверены в том, что лечат саму душу. Я же стараюсь ей показать, что и без этого смогу стать нормальной. Бесконечный замкнутый круг.

Поужинав, я тут же отправилась в свою комнату и легла спать. И неважно, что на часах только шестой час вечера. Я мечтала об этом, как только встала с кровати ещё утром.

***

От зелени луга рябило в глазах. Я шла вдоль залитой солнцем поляны, водя рукой по длинной и мокрой от росы траве, счастливо жмурилась, то и дело запрокидывая голову к ясному голубому небу. Столько цветов! Сложно было сосредоточить свое внимание на каком-либо одном.

Впрочем, подобное и не должно меня волновать, ведь весь этот мир только мой. Иллюзорный, созданный моим не пострадавшем в катастрофе воображением, и оттого не менее идеальный. Да, пожалуй, за это я любила свои сны. Лишь в них у меня получалось быть прежней Ноа. И даже больше.

Я могла конструировать собственные сны, подобно сказочным демиургам, создающим целые миры по щелчку пальцев.

Захотелось радуги? Вот, пожалуйста, все восемь цветов. Густой лес с уходящими глубоко в небосвод кронам деревьев? Стоило только подумать, и это появлялось.

Власть моя здесь была всеобъемлюща. И единственное, чего я никогда не делала в своих снах после катастрофы — не позволяла себе мысли о воссоздании тех, кого уже давно нет в живых. Мне не хотелось разочаровываться еще и в этом мире.

Однако сегодня мысли мои были далеки от тех, что посещали голову в дни, проведенные в серости будней.

Ужимистые разговоры парней о загадочной персоне своего загадочного третьего друга, острый взгляд которого я столь явственно почувствовала в холле Виственда, пробуждали во мне пока еще маленькие искорки интереса. Никогда бы не подумала, что я обладаю такой чертой, как любопытство.

И всё же, внутри меня терзало это необычайное чувство, подобно назойливому касанию перышком. А щекотку я никогда не любила.

Подумав об этом, поняла, что мое настроение испортилось. Вслед за ним испортился и мой сон.

Краски окружающего мира потускнели, налетел шквальный ветер, тучами закрыло всё это время греющее меня солнце. И стоя посреди созданного мною густого леса, вдруг, отчетливо чувствую явственную беспомощность. Я больше не управляю своим сном.

Тьма возникает в глубине леса и неторопливо ползет в моем направлении. Что это еще такое? Усилием воли, я давлю в себе ростки паники. Мне не страшны кошмары. Это я уже проходила.

Упрямо вздернув подбородок, смотрю в самую глубину тьмы и с удивлением замечаю два ярких огонька. Те становятся с каждым мгновение всё ближе, и, кажется, будто разгораются всё ярче.

Кто бы мог подумать, что у тьмы тоже есть глаза?

Продолжая надвигаться, она замирает только у моего лица. Два ярко-зеленых, практический фосфоресцирующих огонька напротив моих лишенных жизни бледно-серых.

Сердце бьется так сильно, что не позволяет сделать вдох. Я просто не успеваю. И всё же спрашиваю:

— Кто ты? — буквально на выдохе.

Тьма тут же сжимается, прикрывая свои глаза, словно жмурясь от удовольствия слышать мой голос. И я вполне отчетливо вижу, как она обретает очертания. Сначала силуэт, потом в него впитывается вся оставшаяся темнота, и вот передо мною огромный волкоподобный Зверь, мирно сидящий на задних лапах.

Я чувствую силу исходящую от него, и где-то на краю сознания проскальзывает мысль, что это существо практически одно из самых сильнейших во всем мире.

Зверь на мою мысль, подобно домашнему псу, наклоняет голове вбок, выражая тем самым свое любопытство. И смотрит, не прекращая, будто бы ждет, когда я уже возьму свои ноги в руки и помчусь прочь.

Но это всего лишь мой сон, и главная здесь я.

— Тебе здесь не место, — злость, холодной змеей выползая из самых недр моей искалеченной души, плавно перетекает в гневные слова. — Уходи прочь!

Следом за моими словами прозвучали раскаты оглушительного грома, и дождь полил градом.

Зверь напротив утробно рычит в ответ, не имея возможности иначе выразить свой отказ.

— Ну, нет, я не позволю тебе здесь остаться! — и поддавшись самым низменным и непонятным мне желаниям, я бросаюсь на громадного Зверя, чтобы тут же упасть в накапавшую с неба грязевую лужу.

Дождь прекращается, солнце смущенно выглядывает из-за туч, неуверенно озаряя окружающую природу своими лучиками. И я, услышав звонкую трель своего будильника, просыпаюсь.

В перепачканной грязью постели.

Такое со мною было впервые. Раньше список моих странностей, начинающийся со способности сканировать душу человека одним лишь взглядом, тем и заканчивался. А теперь…Даже не знаю, способностью стирать грань между сном явью? Это что-то новенькое.

Как хорошо, что Мегс уже уехала на работу и не успела заметить, как я судорожно пытаюсь запихнуть грязную простынь в стиральную машину. Меня дико испугала возможность выхода за грань. А что, если и тот Зверь вырвется?

Глупости, Ноа. В реальной жизни такого быть не может. Тьма не посмотрит тебе в глаза, чтобы застелить навсегда твой взор.

Возможно, так разыгралось моё воображение, показывая, что страх вновь ослепнуть никуда не исчез. Я боялась навсегда остаться внутри себя. Потому что там сидит нечто, что сожрет меня и не подавится.

В школу собиралась второпях. Запихнула завтрак в наплечную сумку, кое-как собрала в хвост свои белесые волосы перед выходом, твердо решив оставить все свое страхи в стенах этого здания. Знаю, что обычно их предпочитают выдворять за дверь, но тогда они станут бездомными и обязательно прибьются к кому-нибудь еще. Не самый хороший расклад.

Сюрпризом для меня стал старый кадиллак не определенного мною цвета, с ожидающим меня внутри Дарком. Только сейчас понимаю, насколько родители парня иронично подошли к подбору имени для него.

Светловолосый улыбчивый парень приветливо машет мне рукой и жестами зовет к себе.

— Выспалась? — без задней мысли спрашивает он, заводя машину.

— И тебе доброе утро, Дарк, — пожалуй слишком резко отзываюсь и отворачиваюсь к окну.

Парень стойко выдерживает мой выпад и включает радио. Мы едем по мокрой после ночного дождя дороге, из колонок льется какая-то популярная композиция, а я не могу отделаться от какой-то назойливой мысли, что еще не достаточно четко сформировалась в голове.

Подумать только, а я ведь сейчас практически обычный подросток, которого приятель подвозит в школу! Еще день назад я и мечтать о подобном не могла. Только вот… Есть во всей этой ситуации какой-то подвох, нутром чую.

Стоило нам припарковаться на школьной стоянке, как Дарк, наконец, решил прояснить хоть что-то в этой ситуации:

— Ноа, я бы с удовольствием проводил тебя до класса, но мне нужно заглянуть в одно место перед уроком. Не обидишься? — и взгляд состроил извиняющийся.

— Всё в порядке, мне льстит уже то, что подвез. Правда, спасибо, — стараюсь быть сдержанной и не выдавать свое любопытство.

Парень облегченно улыбнулся, как будто я своими словами камень с плеч его сняла.

— Ладно, удачи тебе. Ничего и никого не бойся. К директору за вчерашний прогул тебя не вызовут, я со всем разобрался, — начинает причитать светловолосый, будто мамочка сыночку перед первым днем в школе. Я же молчаливо наблюдаю за этим балаганом, старательно пытаясь не нахмурить лоб, в попытке мысленно разобраться в подобном поведении парня.

— Если станут обижать, скажи мне, — легко щелкнув напоследок по моему носу, он скрылся за углом здания.

А взгляд Дарк свой все же прятал. Я его и не ловила, но краем глаза замечала все детали. За долгие годы общения с людьми, что стали для меня прозрачными, как родниковая вода в стакане, мне пришлось научиться многим уловкам, чтобы не упускать из поля зрения различные действия своих собеседников. Но все, что мне оставалось, это действительно пойти и попытаться хоть немного поучиться.

Объяснения своего неясного предчувствия не пришлось долго ждать. Спустя два урока скучной математики пришло время биологии, к которой, как оказалось, я совсем не готова. Строгий учитель, смерив меня уничтожающим взглядом, тут же «приказал» идти в библиотеку за предметным учебником. Чему я, собственно говоря, была несказанно рада, ведь находиться среди шумных и бестолковых одноклассников было уже невыносимо. Эти их еще незрелые разговоры и мысли, читаемые даже без зрительного контакта… Бр-р-р.

Не удержавшись, дернула плечами, будто в действительности почувствовала бегущий по телу мороз, и приостановилась у окна одного из коридор школы. Сквозь раму, по всей видимости, поддувал нехилый такой сквозняк, потому что мурашки с кожи уходить и не думали. Только была одна несостыковка: тонкие ветки на верхушках голых деревьев в школьном дворе даже и не думали колыхаться.

— Сейчас урок, — прозвучавший низкий мужской голос за моей спиной не стал для меня неожиданностью. Ауру, если это так можно называть, данного индивида невозможно не почувствовать, даже находясь за толстой стеной здания.

— Который Вы бессовестно прогуливаете? — решила применить вежливое обращение я.

Загадочный парень, имя которого я заочно уже узнала, тут же приблизился ко мне и встал ровно за спиной. Услышала его прерывистое дыхание, будто он мчался сюда со всех ног, только чтобы сказать эту очевидную пару слов. Его мощная энергетика тут же окутала меня своей силой и начала подавлять еще не начавшийся бунт, как бы говоря: «Не смей дерзить мне!»

А я и не дерзила. Разве иронию можно считать составляющей подобного поведения?

— Куда ты шла? — да этот парень серьезно верит в то, что он непобедимый и самый сильный. Я буквально чувствовала это в каждом его слове. Властность.

— В библиотеку, — сухо отвечаю и решаю обернуться. Очень уж стало интересно, как он отреагирует на мой взгляд. Опять это чертово любопытство!

И, словно в своем сне, слышу приглушенное рычание неведомого природе Зверя, что заставляет меня немного отойти в сторону от зловещего парня. Возможно, это вновь странный финт моего больного воображения, но лучше я буду держать от Вальтера на расстоянии. Мало ли что.

— Это запрещено? — поднимаю свой взгляд, попутно осматривая нового персонажа книги под названием «Моя повседневная жизнь».

Кожаные ботинки, черные классические брюки, светлая рубашка под темным пуловером и среднего оттенка галстук. А вот и его лицо: гладковыбритый подбородок, идеально высеченный нос, ни разу в жизни не сломанный, высокие скулы и глаза — две черные бездны. На них я пока и остановилась.

— Долго так пялиться будешь? — раздраженно щурится Вальтер и ведет головой в сторону, будто бы пытаясь избавиться от ведомого только ему наваждения. А я погружалась все глубже и глубже в его взгляд, пытаясь найти там душу, но видела только то, что парень очень несчастен из-за своей непомерной власти. Той, что заставляет брать ответственность за других против твоей воли.

— Ты потерян. Блуждаешь среди обломков некогда великого в поисках того, что поможет справиться с твоей тяжелой ношей.

Вальтер оторопело вздрогнул и прервал зрительный контакт, при этом продолжая ошеломленно пялиться на меня. Эта пауза длилась буквально секунду. Парень тут же вернул себе самообладание, усмехнулся и выдал:

— Так вот, что в тебе Дарк нашел. Он у нас любитель сумасшедших.

— Я на столько же сумасшедшая, на сколько ты Избранный, — что-то неясное толкнуло сказать подобную непонятную для меня фразу, которая, впрочем, для Вальтера была достаточно красноречива.

Тремя часами ранее

— Вальтер, что скажешь? — спросил Киран, по привычке развалившись в одном из кресел личного кабинета черноволосого, лениво перелистывая личное дело новенькой одноклассницы.

— А я обязан что-либо говорить?

— Ну, не томи, мы же все почувствовали в ней Душу, дело остается за малым, решить кому она достанется…

Вальтер, до этого напряженно всматривающийся в какой-то научный учебник, отложил оный и устало потер виски:

— Давайте Вы тут как-нибудь без меня?

— Вальтер, не строй из себя глупого демона. Тебе она нужна даже больше, чем каждому из нас. Неужели ты решил забить на ответственность перед кланом? С помощью нее ты раскроешь весь потенциал, и утрешь нос всем этим завистникам.

— Эти завистники, к твоему сведению, древнейшие представители нашей расы.

— Да хоть первородные! Вальтер…

— Ты забываешься, Киран, — угрожающе протянул парень и соизволил все же бросить взгляд на собеседника.

— Ну, серьезно. Она необычная. Я еще не встречал подобных. У нее такая вкус-с-сная энергетика, — прошипел чуть ли не по-змеиному длинноволосый. Он сам был чем-то похож на пресмыкающееся: тонкий нос, восточного типа глаза, длинные русые волосы, на свету отливающие бронзой. Возможно, сказывается кровь Заклинателей, разбавленная десятой долей демонической. В современном мире уже давно не порицаются кровосмешения.

— Хм, еще бы. Зову Душ невозможно противиться, — невесело усмехнулся Вальтер. Он же, напротив, был выходцем из рода демонов, в котором чистота крови жестко соблюдалась веками. Дружба парней так же не порицалась семьей черноволосого, поскольку мало кто мог сказать лишнее слово тому, кто способен после поставить любого на колени и заставить съесть собственные фекалии. Демоны уважали чистоту крови, но больше этого они ценили Силу.

— Это ты в своих книжках вычитал? Абсолютный бред. Я чую только ее аромат и не более. Никакого притяжения, — без ужимок выдал Киран. Он был, пожалуй, один из очень редких друзей Вальтера, кому парень позволял выказывать подобное пренебрежение собственным словам.

— Что не скажешь о Дарке, верно? Ему ведь нравились брюнетки.

— Он просто мечтатель. Верит в судьбу. Вчера он сбил ее дверью, сегодня довозит до школы, а завтра, наверное, пригласит на свидание. И его совершенно не смущает то, что девчонка-то с сюрпризом, — интригующе замолчал Киран.

— И каким же? — заломил черную бровь его лучший друг.

— А вот…

Демон задумался: а что если друг его прав, и девчонка стоит внимания? Уж он-то сможет удержаться от противоестественного влечения, в отличии от своего второго близкого друга — Дарка.

— Ладно, дьявол с тобой, взгляну я на нее, взгляну.

— Не забудь только ментальные «щиты» ослабить, и она тебя приятно удивит, — вслед прозвучал насмешливый голос Кирана, и демон с десятой долей крови Заклинателя поддался заливистому смеху. Все же гены дают о себе знать.

Когда Вальтер шел уже на пути к классу, его остановил сигнал о пришедшем на телефон сообщении: "Как кстати: они уже здесь".

Вальтер

«Она Видящая!»

Вальтер уже встречал души на своем веку, вернее, был даже вынужден заниматься их поиском, и все они, как одна, были крайне одаренными личностями. Гении человеческого мира, которые могли превратить в произведение искусства любую свою деятельность, не прилагая особых усилий. Однако о таких, как эта девчонка, он знал только из книг. Конечно, есть много других существ обладающих подобным даром, только вот никто в полной мере не мог при контакте с чужим прошлым, осознавать собственное «я». Они все, при так называемом чтении впадали в некий транс, оставляя без защиты собственный разум. Но не эта девчонка. Такие, как она, способны видеть истину, анализировать ее и сразу же действовать, а в большинстве случаев еще и нападать.

Опасный противник, не имеющий физического преимущества, уж фигуру ее Вальтер оценить успел, тоже способен принести немало проблем. Особенно сейчас, когда Магическое Посольство подобрало под себя часть всего мира и совершает нелегальные поползновения, силясь захватить вторую половину. А для этого им необходимо найти и уничтожить истинного Зверя. Сильнейшего. Только вот оный неясно даже жив ли еще. Вальтер тщательно изучил все исторические справки и четко знает, что ТАК много прожить не может никто. Однако, другие его сородичи почему-то уверены в том, что Зверь, ушедший вслед за своей Душой, мог переродиться. И именно Вальтер является первым в очереди на роль Избранного, поскольку его демоническая аура настолько сильна, что даже древнейшие демоны не в силах приказать что-либо еще юному, по меркам демонов, парню. А что же будет тогда, когда он обретет Душу?

Но Вальтер не верит в то, что именно он является Сильнейшим. Не верит и в то, что Магическое Посольство будет глупо сидеть и бездействовать, когда по свету бродит хоть один претендент на главенство во всем мире, кроме них. Высокомерные маги не терпят конкуренции.

А появление этой загадочной редкой девчонки как-то слишком подозрительно, и навевает на мысли о совершенно явной западне.

Ноа

Мои последние слова, предназначенные Вальтеру, прозвучали ему уже в спину. Не уверена даже, что он их услышал.

Странный парень, ведь целенаправленно же напросился на диалог со мной. Я лишь вздохнула: мои способности снова со мной. Пусть и в какой-то странной извращенной форме. Жизнь парня увидеть в подробностях мне не удалось, зато его страхи и заботы — как на ладони.

Я все же дошла до библиотеки. Ею оказалось просторное двухэтажное помещение, конструировал которое, по всей видимости, как минимум, тот же архитектор, что создал лабиринт Фавна. Отсутствие источников света мешало мне подробно рассмотреть обстановку, но даже полагаясь на моё "кривое" зрение, можно было разглядеть резную мебель и самое главное сокровище каждой библиотеки — книги. На полках их стояло так много, что, казалось, даже с закрытыми глазами нельзя было нащупать хоть один свободный миллиметр на спиралью уходящей вглубь зала стене. Второй этаж занимал читальный зал.

Пройдя немного дальше по книжному лабиринту, я уже начала различать окружающую обстановку лучше и увидела на одном стеллаже табличку с извинениями за качество света, а рядом огромный переносной фонарь. Секция с учебной литературой по биологии, судя по указателям, располагалась глубже.

— Надо же, какое милое дитя.

Что-что, а вот хриплый скрежещущий голос из темного угла библиотеки я услышать не ожидала. Откуда здесь вообще углы?

Вздрогнув, обернулась в ту сторону, откуда исходил столь своеобразный комментарий моей личности. А увидев своего, явно, будущего собеседника, мне в голову пришла мысль, что его я подобными эпитетами описать не могу.

— Ты еще и видишь меня? Презабавно! — человекоподобное существо в углу оскалилось, выражая, по всей видимости, собственную заинтересованность моей персоной.

А ведь у нас это было взаимно. В смысле, заинтересованность.

Оскал загадочного существа, лицо и руки с длинными когтями которого были покрыты поблескивающими на свету фонаря чешуйками, стал еще больше.

— Вы тоже довольно интересны. С виду, — решила ответить ему я, мысленно гадая, кем могло быть данное существо. Почему-то страха не было. Вполне возможно, дело опять в моей ненормальности.

Чешуйчатый не удержался и глухо усмехнулся.

— Я демон, дитя, — сказал так, будто это в порядке вещей, явно недоговаривая: — Тебе разве не говорили, что маленьким девочкам нельзя разгуливать по одиночке?

В ответ лишь неопределённо пожала плечами. Ага, значит именно так выглядят демоны. А где…

— Рога спилили.

— Как Хеллбою?

— Скорее ему, как мне. Я живу намного дольше даже основания кинематографа.

— Хм. А…

— Копыт нет, не было и не будет. Хвоста тоже. И да, ты слишком громко думаешь.

Признаться, меня немного смутило то, с какой легкостью это существо проникало в мою голову. А что если я подумаю о чём-то не том?

— Думай о чем хочешь, малышка, я постараюсь не мешать тебе.

Мысленно решила, что раз уж странности сегодня в порядке вещей, то бежать из библиотеки с криками и воплями о помощи будет лишним.

— Вы давно здесь?

Демон показательно звякнул цепью, которая, как оказалось, удерживала его на месте:

— Больше, чем ты себе можешь представить.

— Тогда Вы наверняка в силах рассказать об этом месте больше, чем известно нам, обычным смертным, — намекнула на то, что он мог бы стать неплохим кладезем информации. С некоторыми конкретными учениками Виственда было явно что-то нечистое.

— Нам? Дитя, не приписывай себя к этим недоноскам. Ты намного большее, чем человек.

— Что Вы хотите этим сказать? — мои внутренности заледенели от предчувствия весьма ценной информации. Я подалась вперёд, выказывая тем самым свою заинтересованность разговором.

— Душа. Девочка, ты Душа демона. Ещё и Видящая.

— Можете пояснить? Мне не совсем понятно, — спокойно проговариваю, хотя внутри творится настоящий ураган эмоций.

Какая еще Душа? Экстрасенс, ясновидящая — эти понятия я еще могу как-то принять к сведению.

— Не мне тебе об этом рассказывать, дитя, — загадочно умолчал демон жизненно необходимый для меня ответ: — Кстати, искомый тобой учебник на полке слева.

Не сдерживая досады, поворачиваюсь в нужную сторону, и правда вижу необходимый мне стеллаж с нужными учебниками.

— Не стоит благодарить, — в полутьме сверкают глаза чешуйчатого, и он снова пытается скрыться в темноте: — Заглядывай еще. В этом месте редко с кем удается поговорить.

Так понимаю, наш разговор окончен, и меня нагло сплавляют на уроки.

Грустно вздыхаю, пообещав себе, что обязательно еще загляну к данному индивиду, и иду к выходу из библиотеки по тому же пути.

«Почему это великое мифическое существо заковано в цепи? Неужели он — зло?»

Я, конечно, еще с утра поняла, что не все так однозначно, как может показаться на первый взгляд, каждый способен совершить ошибку, но какой ценой дастся ее исправление?

Тетя Меган считает своей ошибкой, что не смогла в тот зимний вечер отговорить моих родителей от поездки в загородный домик на уикенд. Сторож, которого мне посчастливилось встретить днем раньше, жалеет о том, что не стал заводчиком собак. Женщины, сидящие за кассами в супермаркетах, все как одна, стенают о своей упущенной молодости, которую безрассудно проворонили, выбрав не самую из простых профессий и о том, что плохо выбрали мужей. Врачи, которых нанимает для меня тетя, скучают о студенческих временах, когда все было проще и понятнее — по учебнику. Вальтер…

Стоп. Почему я снова думаю о нем? Для меня Вальтер не был закрытой книгой, как выяснилось. Надо успокоить свои разбушевавшиеся подростковые гормоны, ведь этот парень такой же как все, что не скажешь о двух его друзья. Бесспорно, им всем известно что-то такое, чего мне не дано еще было узнать, но я обязательно все выясню.

Мое заявление было ошибочным: чувство, что проснулось во мне, не было обычным любопытством — это оказалось целой жаждой знаний.

На последующий уроках я снова не увидела никого из троицы. Они, что, постоянно прогуливают? Интересно, чем же тогда они занимаются.

Оставшийся день в школе прошел скучно и серо, как бы иронично это не звучало. На выходе из Виственда я увидела машину Мегс, которая на этот раз решила, что сегодня-то она уж точно выпытает из меня все подробности о моих новых одноклассниках. Мне оставалось лишь закатить глаза на ее мысленное заявление. Но я постаралась рассказать все как можно более развернуто, специально забыв упомянуть про странного демона в библиотеке и о не менее странном разговоре с Вальтером.

Еще тетя «обрадовала» меня новостью, что на меня сшили форму данного учебного заведения, так что теперь никому не будет казаться, что мой облик чем-то напоминает белую ворону. Признаться, в глазах одноклассников я ни разу не увидела подобного сравнения по отношению ко мне, только лишь презрение к инвалидке и почему-то опасение.

Уже когда мы ехали на пути к дому, в отражении окна машины заметила силуэт Зверя из сна, глаза которого сверкали яркими желтыми огоньками.

Неделя в Виственде пролетела незаметно. Для других, не для меня. Скучные уроки, которые я теперь посещала без пропусков, разбавлялись моими размышлениями на тему, где могут пропадать трое моих одноклассников, и не связано ли их отсутствие с моим приходом в школу. В глазах учителей я не видела ответов на свои вопросы, они все, как один думали, что те приболели, ведь за окнами учебного заведения уже вовсю царствовала мрачная осень, сопровождаемая дождями и сильными ветрами. Но это бред! Я то и дело чувствовала затылком взгляд Вальтера, когда находилась в людных местах на переменах. Дарк тоже перестал давать о себе знать. Только сейчас осознала, что уж он-то со всем своим благородным отношением, мог хотя бы и номер свой оставить. Или так должны поступать девушки? Ни черта не смыслю в этих межполовых взаимоотношениях.

Еще меня мучило желание снова наведаться в библиотеку, чтобы поболтать со своим новым знакомым, но я так и не решилась. Боялась того, что заглянув в глаза демона, смогу узнать что-то такое, о чем мне вообще лучше не думать. Но при всех своих сомнениях, то существо казалось мне намного ближе, чем все люди разом, что нестройным роем кружились в потоке своей жизни, стремясь урвать свой кусок и достичь чего-то большего.

— Ноа Таймлез! — вывел меня из размышлений строгий голос старенького учителя математики, который при всей своей «дряхлости» имел весь жесткую выправку. Все объяснялось тем, что до Виственда он преподавал в военном училище. Помотала его жизнь, ничего не скажешь.

Я отозвалась на оклик учителя, имя которого даже и не запомнила. А зачем? В моих планах было закончить учебу экстерном.

— Вас вызывают к директору, — пояснил он свой оклик, после чего продолжил вести урок дальше, как ни в чем не бывало.

Зачем? Почему? Мне никто ничего не объяснил. А искать зрительного контакта с учителем мне не то, чтобы хотелось.

Я тихо встала с места и поплелась к выходу из класса. За последнюю неделю неплохо узнала планировку Виственда, так что провожатые мне были не нужны. Путь к кабинету директора я выучила в первую очередь.

Добралась быстро и без приключения, как ни странно. Тихо постучала в дверь и услышала с той стороны короткое «войдите». Послушалась и отворила дверь.

Первое, что бросилось в глаза — свет. Он лился из широких, уходящих в пол окон. Кажется, их еще называют панорамными. Было настолько светло, что я снова почувствовала себя ослепшей, только теперь блуждающей не во мраке. Заметив мою заминку, мужчина, что в моих глазах выглядел единственной темной кляксой на девственно чистом полотне, поднялся из-за своего стола и занавесил окна тяжелой портьерой. Если бы мои зрительные рецепторы были отдельным организмом, то они возликовали бы. Но поскольку это было не так, я просто почувствовала небывалое облегчение, поскольку теперь могла разглядеть кабинет директора повнимательнее. Смотреть было на что!

Светлые стены какого-то холодного оттенка были заставлены заполненными книгами полками. Кое-где стояли незатейливые сувениры, рамки с фотографиями, вероятно, бывших учеников Виственда и призовые кубки. В кабинете помимо книжных шкафов и старинного стола из белого дерева, что являлся рабочим местом хозяина это места, было еще несколько кожаных кресел и полноценный диван. Не могу точно утверждать о цвете, но тоже что-то из разряда светло-серого или даже бежевого. За годы своей «болезни» я уже сносно могла угадывать оттенки тех или иных предметов. С живой материей было сложнее.

— Проходите, Ноа, присаживайтесь, — приковал мое внимание к себе директор. Его звали Персивальд Оллред. Мужчина выглядел очень солидно: строгий темный костюм с рубашкой под цвет, который идеально сидел на худосочной фигуре.

Я, более не медля, сделала так, как он сказал и села в кресло у стола. В его заматеревшем голосе чувствовалась пока непонятная для меня заинтересованность.

Мужчина последовал моему примеру, расположившись прямо напротив меня. Я занервничала. Ну, что? Зачем я здесь? Хотелось закричать, но я лишь молча сидела, сминая руками свою форменную юбку и не смела поднять взгляд, не то, чтобы промолвить хоть слово.

— Не бойтесь меня. Я вызвал Вас не для того, чтобы отчитывать. К тому, как я вижу, Ваша успеваемость выше среднего. Это очень хорошо, — добродушно начал вести беседу Персивальд.

Но я-то кожей чувствовала его изучающий взгляд и интерес. Что ему нужно? Надеюсь, он не из тех ублюдков, что совращают малолеток собственной школы. Хотя, о чем это я? Для таких целей обычно выбирают кого-то более приглядного.

Может, что-то случилось с Мегс? Глупости, глубоко в душе я знала, что с ней все хорошо.

— Все намного прозаичнее. Мне всего лишь по уставу велено узнавать у всех новых учеников впечатления о нашей академии, — объясняет он, отчего мне еле-еле удается сдержать вздох облегчения. — Вы будто не дышите совсем. С Вами все хорошо?

— Да, директор, со мной все в порядке, — уже более раскованно отвечаю, наконец, поднимая свой взгляд. И вижу, как мужчина, положив свой острый подбородок на скрещенные пальцы рук, внимательно следит за каждым моим движением.

У него были короткие темные волосы с кое-где пробившейся сединой. Лицо, на котором не было ни единой заметной морщинки, выражало как-то отстраненное беспокойство. Словно он только делал вид, что ему было не плевать. Что-то этот образ совсем не вяжется с интонациями в его голосе.

— В таком случае, я задам Вам пару вопросов, — подводит он итог.

Директор спрашивает о том, нравится ли мне учиться в Виственде, хорошо ли здесь кормят, и достаточно ли доступно учителя доносят материал. Я смиренно отвечаю на его вопросы, старательно пытаясь не наткнуться на его взгляд. Тяжелый взгляд.

— А что скажете по поводу одноклассников? Они Вас не обижают? У Ваших ровесников как-раз сейчас тот возраст, когда хочется бунта и повышенного внимания.

Этот вопрос ставит меня в тупик. Что я могу сказать о тех, с кем практически не контактирую?

— Они… Хорошие, наверное, не могу сказать точно, — хмурюсь, очевидно обманывая. Ну, как объяснить обычному человеку, что вся эта белиберда меня совершенно не волнует?

Когда следующий вопрос готов уже сорваться с губ директора, слышится стук в дверь кабинета.

— О, Вальтер! Проходи. Я ждал тебя немного позже, у меня тут ученица.

Я замираю на месте, становясь еще более обездвиженной. Спиной настолько ярко чувствую внимание темноволосого одноклассника, что упускаю из «вида» столь фривольное обращение директора к ученику.

— Пожалуй, Ноа, мы с Вами закончили. Можете идти дальше на занятия, — обращается уже ко мне Персивальд.

С трудом беру тело и возникшие из-за неожиданного появления одноклассника разбушевавшиеся эмоции под контроль, поднимаясь с насиженного места.

Парень уже вальяжно расселся на диване, тяжелым взглядом провожая мой уход. И прежде, чем дверь тихо захлопывается за моей спиной, слышу его раздраженный вопрос обращенный к директору:

— Ты это специально?

И ответ Персивальда:

— Хотел проверить одну теорию. И она, как я погляжу, оказалась верна.

Дверь закрывается, и я больше не слышу ни слова.

Странная школа, странный директор и еще более странный одноклассник. Загадки на каждом шагу.

Я уже прилично отхожу от кабинета, когда меня резко останавливают, небрежно хватая за плечо. Снова Вальтер!

— Лучше проваливай из Виственда. Пока еще можешь, — полушепотом угрожает мне парень, склонив голову над моим ухом.

— Если это совет, то очень своевременный, — твержу желчно. Не знаю, что со мной, но хочется хотя бы словесно дать ему отпор.

— Ты, кажется, не поняла, — сильнее сжимает он мое плечо, а я, дикой кошкой взвиваюсь, в попытке избежать этого болезненного прикосновения.

— Вот именно! Я ни черта не понима… — обернувшись к нему, замираю, даже не договорив слово.

Я вижу! Его медового цвета глаза мерцают теплым светом, алые губы поджаты, а красный галстук ярким пятном выделяется на его совершенно черной одежде. Я вижу цвета!

Пораженно, стараясь не моргать, кладу свою дрожащую ладонь поверх его и обвожу взглядом окружающую обстановку. Стены и вовсе не серые, а какого-то светло коричневого оттенка, на них висят красочные картины изображающие пейзажи нашего округа, а пол под ногами проявляет свой истинный цвет насыщенного древесного оттенка.

Звенит звонок, что разрушает все волшебство, словно по щелчку пальцев. Вальтер тут же убирает от меня свою руку, отчего мир снова утрачивает свою красочность. Парень, нахмурившись пятится от меня, словно от умалишенной, которая собирается наброситься на него. Подозреваю, так я и выглядела в его глазах.

— Постой! — ученики заполоняют коридор, и Вальтер растворяется в толпе. Оставив меня с вопросами, ответы на которые я уже просто обязана получить. Любыми способами.

Тем временем в одном из дальних кластеров Магического Посольства

— Дамы и господа, попрошу вашего внимания!

Невысокий старичок с залысиной на голове потратил немало сил, чтобы произнести эти слова погромче, но шум и гвалт в приемном зале не прекращался. Еще бы! Ведь появились первые за много тысяч лет сведения о том, что Зверь вышел на свет. И не абы-кабы где, а вблизи одного из убежищ демонов, которым только дай повод захватить весь мир целиком и поработить. Об этом и сообщил пожилой маг, после чего поднялся весь этот шум.

Старичка звали Кларенс Торенсби, и он прекрасно понимал, почему люди в зале не могли успокоиться. Более того, маг бы с радостью присоединился к спорящим, но, к несчастью, совсем недавно был назначен Магистром этого кластера, а это значит, что, прежде всего, нужно было держать лицо. Поэтому, с досадой вдохнув, Кларенс усилил своей голос магией:

— ТИХО!

Зал тут же погружается в тишину. Два десятка глаз устремляются в сторону пожилого мага, как будто видя впервые. Не все из присутствующих питали уважение к своему нынешнему предводителю, считая его никчемным и старым. Вот так вот, у магов возраст — не показатель силы и умений, а всего лишь приближение к неизбежному концу.

— Я понимаю, что вы все взволнованы произошедшим, но попрошу с должным спокойствием отнестись к прозвучавшей новости. В главном корпусе уже вовсю составляются планы дальнейших действий, так что скоро ждите новых указаний и заданий, уважаемые маги и магессы, — последнее предложение снова возымело эффект, как при воздействии самого Хаоса, и зазвучал гул из разных голосов.

— А почему бы просто не убить его? — выкрикивает кто-то из толпы.

Этим энтузиастом был не кто иной, как талантливый молодой маг по имени Эдвард Хлос. В центральном кластере Магического Посольства его считали неограненным алмазом, поскольку парень, хоть и был еще слишком юн, обладал огромным потенциалом. Стихийник с высшей степенью мощности огненного дара. Но более умудренные маги знали, на сколько сильно дар влияет на характер своего носителя. Так что после очередной выходки «сорванца», когда он начал устраивать фаер-шоу прямо посреди города, не заботясь о сохранении тайны существования магов, его в качестве наказания сослали в самый захолустный кластер из имеющихся. Юный, только недавно перешагнувший порог совершеннолетия, пироман негодовал, ему было совершенно некуда девать собственную энергию, и был готов сорваться и поучаствовать в абсолютно любой заварушке, только позови.

— Да! Давайте поймаем этого Демона и сожжем! — поддерживает его идею толпа, что тоже весьма засиделась на «скамейке запасных». Все они оказались в этом кластере не случайно.

Кларенс понял, что ситуация выходит из-под контроля, но ничего уже сделать с этим не мог. Толпе дали пищу для размышления, и она ее с радостью съела. Ему лишь оставалось заранее придумывать пути отхода, поскольку центральному кластеру совершенно точно не понравится самодеятельность всех собравшихся недомагов. Но что он, старик, мог им противопоставить?

— Решено! Я собираю отряд «Зачистки». Найдем этого ублюдка!!! — воодушевившись поддержкой толпы, Эдвард резко выбрасывает правую руку со сжатым пылающим «праведным» огнем кулаком вверх.

Кларенс спускается с помоста, спеша сообщить по магической связи в центральный кластер о предстоящей заварушке. Ему давно известно, что совершенно не стоить гневить вышестоящих по должности. За это можно дорого поплатиться. Вплоть до лишения магии и стирания памяти.

— Куда-то собрался, старик? — усмехнувшись, Эдвард перекрывает дорогу пожилому магу.

Кларенс начинает понимать, что если он вступит сейчас в схватку, то обязательно проиграет юному дарования, поскольку магия в нем самом усыхает, как и его собственное тело.

— Взять его! — самолично провозгласив себя новым Магистром самого дальнего кластера, Эдвард отдал приказ. Внутренне он пообещал себе, что покажет еще всем тем выскочкам из посольства на что способен.

Ноа

После того момента с Вальтером, я не могла просто взять и дальше пойти на уроки, выслушивать эти зазубренные лекции или решать глупые задачки. Да к черту это все! Мне нужно было хоть с кем-то поговорить об этом. Поэтому я направилась именно к тому, кто и мог составить занимательную компанию в такой ситуации. Путь мой лежал в библиотеку.

На этот раз внутри помещения я оказалась не одна, слышался приглушенный бубнеж со стороны читального зала, а возле входа, за стойкой регистрации, что-то старательно вычерчивала в журнале местная книгохранительница. Другими словами — библиотекарь. Сухо поздоровавшись с ней, пулей промчалась внутрь книжного лабиринта, пропуская все ее наставления мимо ушей.

— Я знал, что ты снова придешь, дитя, — на этот раз Демон не выглядывал из тени, но мне и не нужно было его видеть. Главное, он здесь, тот, кто утверждает, что она не сумасшедшая, а просто необычная.

— Ты смешная, — хрипло выдает Демон, сверкая из только сейчас замеченной мною ниши. Так вот куда он все время прячется!

Очень надеясь на то, что никто меня не услышит, я кошусь в сторону читального зала.

— Не бойся, люди по обыкновению своему, глухи к тому, что считают непонятным. Вот ты, например, когда-нибудь слушаешь учителей?

— Нет. Но только потому что мне и так известно все то, о чем они хотят сказать, — с улыбкой проговариваю, прекрасно понимая на что намекает Демон. И буквально кожей чувствую, как он скалится в ответ.

— У тебя что-то случилось? Выглядишь взволнованной.

А разве он не читает мысли?

— Только некоторые. С тобой все сложнее, Душа.

Устало прислоняюсь к книжному стеллажу, стараясь унять собственные эмоции, рвущиеся из меня, как лава, что извергает вулкан. До сих пор не могу переварить, что со мной произошло!

— Не знаю, как это объяснить, но… Я снова смогла увидеть цвета! Это восхитительно! Подобно глотку родниковой воды после долгого пути в пустыне! Даже и подумать не могла о том, что буду так рада снова увидеть их, понимаете?

— Столько эмоций, Душа. Помедленнее. Я уже не так молод, чтобы понимать все, о чем ты твердишь, — осаждает меня чешуйчатый, сверкая своими яркими глазами. У Вальтера они тоже мерцали. Прямо как у того Зверя из сна, что преследует меня по ночам и неясными обликами наяву.

— Я… У меня проблемы со зрением. После одного… несчастного случая, в котором погибли мои родные. Я долгое время вообще ничего не видела, кроме тьмы. Но со временем зрение начало возвращаться. Частично. Теперь я всего лишь-то вижу все в черно-белых цветах, — эти слова давались мне с трудом, поскольку боль от потери всего, что было дорого, еще не утихла.

— Отобрать у Видящей то, что она почитает больше всего. Понимаю. Как лишенный свободы демон, я могу сказать только то, что всему свое время. Когда-нибудь и твое зрение восстановиться окончательно, и ты сможешь жить как раньше, Душа, — грустно проговорил мой собеседник, отчего мерцание его глаз, мне показалось, даже немного приглушилось. Ему больно находиться здесь.

Не став больше мучить своими историями древнейшего нелюдя, задала так давно интересующий меня вопрос:

— Почему Вы здесь?

Но мой вопрос был проигнорирован. Звякнула цепь, натягиваясь, — Демон приближался. Я постаралась удержать над собой контроль, чтобы не начать пятиться. И когда надо мной возвысилась фигура огромного мужчины в каких-то обносках, руки и лицо которого были полностью усеяны поблескивающей чешуей, я заметила вылезающие из-под распущенных длинных волос его два кривых обрубка, вероятно, от некогда бывших рогов. Спилили значит?

— Скажи ты мне, Душа, что ты видишь в моих глазах, — Демон поддел мой подбородок своими сухими холодными пальцами, поднимая лицо так, чтобы я могла видеть его взгляд. Напряженный, но решительный.

И я увидела. Демона звали Роктарион, возраст его не поддается моему скудному мышления, но точно больше, чем всему предполагаемому существованию человеческой расы в общем.

Я увидела практически все. То, как он устраивал кровавые бойни, только попав в наш мир, как был верен своей империи и любимой. Она была прекрасна: белоснежные волосы, ниспадающие до самой земли, алые губы и хищный взгляд холодных голубых глаз. Императрица. Он был влюблен в свою повелительницу! Но ею же и был предан. Она променяла его на обычного полукровку, которого он должен был сразить в смертельном бою. Я увидела Зверя, что с небывалой мощью возвышался над телом поверженной Императрицы, в которую был совершен смертельный удар Роктариона. Ему было больно, что она закрыла своим телом низшего. Даже не так больно, как после того, как Зверь разорвал его тела по частям. Но демон выжил. Регенерация их тел поистине могущественна. Он смог пережить падение Империи, но не боль от потери любимой. Совершив над собой ритуал, Роктарион стал Заклинателем, именно поэтому его тело покрылось чешуей, превращая в урода среди своих. В их родном мире, что был уничтожен самими демонами, этот обряд был под строжайшим запретом, но ему было уже плевать. Заклинатели могли многое, вплоть до управления чужим разумом. Чтение мыслей — это так, цветочки. Сделал это он для того, чтобы найти Зверя и отомстить. Сородичи на подсознательном уровне не могли допустить того, чтобы предатель, убивший их Императрицу, погубил еще и их нового кумира. Роктариона посчитали безумцем и, когда сумели поймать его, а получилось это не с первого раза, посадили на созданную из специального сплав цепь, что могла удержать даже демонов. В назидание они спилили его рога, чтобы показать, как жалок тот, кто ступает на стезю Заклинателей. И вот теперь он здесь, все так же мучимый болью от своей потери и желанием возмездия. Но Роктарион уже не уверен, стоило ли отдавать так много ради призрачной мечты, ведь Душу, коей оказалась Императрица, вернуть уже было невозможно. У его зияющей бездны пустоты внутри не было дна.

— Вы… — я была слишком ошеломлена тем, что показал мне Заклинатель, что не находила достойных слов, и все-таки смогла разорвать зрительный контакт.

— Я Зло во плоти, дитя, — мрачно подтвердил Роктарион и отступил обратно в свою нишу.

Пытаясь переварить в своей голове все, что узнала, я поспешила прочь из библиотеки. Уже даже не понимаю, какое из сегодняшних событий более яркое. То, что я узнала, что демоны существуют и живут, подумать только, среди людей? Или то, что мне за много лет серости будней удалось ухватиться за соломинку своего выздоровления?

Но на выходе из помещения дорогу мне перегородил тот, кого я меньше всего ожидала здесь увидеть.

— Ну, ты и долго! Неужели так книжки любишь читать? — с поддельной досадой выдает Киран, усмехнувшись.

— Не твое дело, — пытаюсь обойти его стороной, но он мне не позволяет.

— Есть разговор, малышка, и для тебя же будет лучше, если он состоится без свидетелей, — косясь глазами в сторону стойки регистрации, хищно улыбается парень.

Да что за день-то такой!

— Мне не интересно. Отойди, — хмурюсь.

— А кто говорил о твоих интересах? — снова усмешка, и его глаза, в которых я по-прежнему не могла прочесть ничего, вдруг, замерцали.

Ноа

Время пробегало мимо, хотя мне казалось, что оно тащится медленнее самой старой черепахи. Этот день просто не хотел заканчиваться.

Киран, поставив перед фактом, отвел меня в какой-то кабинет, находящийся на самом высоком — пятом — этаже Виственда. В нем нас уже ждал Дарк и какая-то состроившая при моем появлении надменное лицо девушка. Она была счастливой обладательницей длинных волос, заплетенных в строгую косу, и острых черт лица. Казалось, об нее всю можно обрезаться.

— Знакомься, это Виви, моя девушка. Ну, и по совместительству внучка директора, — Киран вышел вперед и приобнял девушку за плечи. Что ей, кстати, не очень понравилось.

— Вообще-то, я не твоя девушка, — даже голос ее был остр и холоден, словно лезвие. Странно, с виду Виви наша ровесница, но на уроках я тоже не замечала.

— Дарка ты уже знаешь, — как бы невзначай добавляет Киран, проигнорировав слова девушки.

Мой взор тут же натыкается на виноватое лицо светловолосого парня, что поднялся из кресла, словно его пчела ужалила, при моем появлении. Чего это он?

— Ноа, я хотел бы чтобы этот разговор состоялся в другом месте и при других обстоятельствах, но…

— Бла-бла-бла, Дарк, переходи уже к сути. Мы все устали от твоих соплей, — нагло перебивает своего друга длинноволосый, наливая себе что-то из бутылки, которую он достал из небольшого холодильника.

У них, что, и мини-бар здесь есть? Это вообще законно? Они же несовершеннолетние…

— Да, ты прав Кир. Ноа…

— Я присяду хоть? А то, чувствую, падать будет больно, — теперь перебиваю парня уже я.

— Ты не представляешь на сколько сильно, ангел, — усмехается в ответ Киран.

Вот же язва.

— Мальчики хотят сказать, что ты им нужна, — подводит итог Виви, закатывая глаза. Видимо, ее терпение было на исходе.

— Зачем? — задаю вполне логичный вопрос, находя пятой точкой ближайшую мягкую поверхность — свободное кресло у окна рядом с журнальным столиком.

Ребята же расположились кто где. Дарк все так же растерянно стоял у своего кресла напротив меня. Виви уместила себя на подлокотнике этого же места. Киран стоял позади всех, опершись задом на письменный стол, держал в руке граненый стакан, без конца крутя им то в одну, то в другую сторону, все не решаясь сделать глоток.

— Мы демоны, Ноа. А ты Душа. Этим все сказано, — произносит как-то невесело Киран, все же делая глоток.

— Я знаю. Но это не ответ на вопрос «зачем», — ровно поясняю. Киран тут же давится напитком, Виви хмурится, отчего ее лицо теряет надменность, а Дарк ошеломленно делает шаг назад, падая в кресло.

Ситуация в библиотеке много что для меня прояснила. В воспоминаниях Роктариона я смогла увидеть то, как выглядят демоны в истинных обликах, и чем отличаются от обычных людей, находясь под мороком. Эти трое — просто типичные представители. Разве что смогли скрыть от меня мысли, но, чувствуется мне, это не надолго.

— Как… Как давно ты знаешь? — пораженно спрашивает Дарк, собираясь с мыслями. Замечаю, как Виви и Киран перебрасываются подозрительными взглядами.

Я демонстративно кошусь на напольные старинные часы, стоящие в углу кабинета у двери.

— Уже минут двадцать как, — произношу, пожимая плечами.

— Будь я проклят! Так ты успела «пообщаться» с моим дорогим дядюшкой? — с гулким стуком ставит бокал на поверхность стола Киран. Хм.

Никогда не подумала, что он может состоять в родственной связи с таким уравновешенным и рассудительным демоном.

— Ты и без этого проклят, придурок. Того же дядюшку и благодари, — невесело усмехается Виви, стряхнув свою косу с плеча за спину.

Попахивает явным пренебрежением. Значит в венах Кирана тоже закралась черная кровь Заклинателей. Интересно, обладает ли он хоть толикой возможностей, которые имел бы Роктарион, не будь в цепях. Обязательно спрошу потом.

— Лучше расскажите мне о Душах. В этом я, по правде говоря, еще не разобралась, — ровным тоном задаю тему для обсуждения.

А что? Раз уж мы собрались здесь, то почему бы не поговорить обо мне?

— Дарк, отдаю тебе вожжи правления. Малышка удивила, мне срочно нужно допить эту бутылку и привести свои мысли в порядок. Виви, не присоединишься?

— Придурок. — раздраженно бросает Виви, даже не оборачиваясь. Сидит и продолжает сверлить меня взглядом.

— Ноа… — хочет начать Дарк, но я тут же перебиваю.

— Не в двух словах.

Что поделать, никогда не отличалась особым тактом.

— Да, конечно. Понимаешь, демоны веками считались величайшей по мощи расой. Но случилось так, что мироздание решило приуменьшить нашу значимость, показав, что и мы можем быть неполноценными, — снова зазвучал мягкий голос светловолосого.

— Да нас просто ткнули, как котят, в собственное дерьмо, чего выбирать выражения-то? — тут уже перебил Киран.

— Иначе говоря — так оно и было. Именно Души и стали нашей слабостью, — терпеливо продолжает Дарк.

— Ну, не насмешка ли судьбы — бездушным демонам впарили Душу, — снова усмехается парень.

— Кир! — взбешенной кошкой рычит демоница.

Похоже она здесь, как катализатор яда слов, что льется из рта Кирана, подобно воде из-под крана.

— Все-все, молчу, — отсалютовал ей парень, снова наполнив бокал.

Наступает секундное безмолвие. Дарк обреченно вздыхает и снова продолжает:

— Так вот, Души нам необходимы для того, чтобы стать сильнее и войти в полную силу. Вы словно само воплощение света, что необходимо каждой темной сущности. В Восточной культуре это явление зовется «инь» и «янь» — согласием противоположностей. Только они трактую это немного по-своему. В нашем случае, Душа является неотъемлемой частью демона, позволяющая перейти на более высший уровень согласия с самим собой, что для нас очень важно. Иначе мы превращаемся в обычных ублюдков, что проживают свой век бессмысленно и равнодушно, убивая, подавляя и властвуя. Как Киран, например. Ему на все плевать, — последнее слово звучит с заметным укором. Но длинноволосого это не задевает, он продолжает и дальше получать удовольствие от вкушения напитка.

— А тебе не плевать? — уточняю у Дарка. Мне не совсем понятна его небывалая отрешенность.

— Я борюсь с этим. И получается у меня только потому что еще слишком молод, как все здесь собравшиеся, чтобы почувствовать это на своей шкуре. Нам только третий десяток лет.

Что?! Этим ребятам уже за двадцать? Так, Ноа, успокойся. Чего ты еще ожидала от демонов? Они же почти бессмертные.

— И что же все-таки значит — Душа? Кто я? — спрашиваю, еле совладав со своим сбившимся дыханием.

— Честно говоря, нам известно только то, что пишут в книгах. А те написаны нашими предками, тоже не особо осведомленными в этом вопросе, — на этот раз отвечает демоница.

Видимо, ее привело сюда любопытство. Пожалуй, эта черта сгубила не одну только кошку.

— Ой, Вальтер бы поспорил с тобой на эту тему, — слегка опьяненным голосом подмечает Киран, чем окончательно выбешивает девушку.

— Киран! Еще слово, и я засуну эту бутылку тебе прямо в горло, чтобы ты наконец замолчал, — яростно произносит она, отчего ее глаза замерцали, но тут же ее тон становится более мягким, а взгляд меркнет. — Дарк, продолжай.

— Спасибо, Вивиан. О чем это я? Души, как правило, обычно весьма скрытны, но это у них выходит не очень хорошо. Вы пропитываете своим светом буквально все, к чему прикасаетесь. Некоторые демоны находили свои Души в людях, что являлись талантливыми художниками, писателями, учеными. Все великие открытия человечества — ваших рук дело. Не всегда, правда, вы раскрываете свое инкогнито, отдавай лавры своим избранным. И, к сожалению, не всегда ваши избранные — демоны.

— Так у вас дефицит Душ? — хмурюсь.

Получается, что не я одна могу не знать о собственном «предназначении». Как грустно. Хотя, вру, совершенно точно нет.

— Вроде того. Не смотря на нашу долгую продолжительность жизни, не всем и не всегда удается найти свою Душу. Но тот демон, что однажды находит ее, может похвастаться своей идеальной совместимостью с ней.

— У меня складывается впечатление, что Души — это просто бесплатное приложение для демонов. Что-то вроде прокачки для нового уровня в игре, — со скепсисом предполагаю я.

Уж очень мне не по «душе» обрисовываемая картина. И перспективы так себе.

— Ха! Твоя мысль мне очень даже нравится, — подмечает уже вдребезги пьяный демон.

За то время, пока мы разговаривали, Киран успел опустошить бутылку. В воздухе витал неприятный запах алкоголя.

— Кир-р-р-ран, — рычит Вивиан, вскакивая с подлокотника кресла, хватает за руку парня и выводит его за пределы кабинета. Видимо, для того, чтобы устроить ему трепку.

— У-у-у, сейчас будет горячо. Ребят, не скучайте без нас, — за миг до того, как скрыться за дверь, пьяно произносит Киран, подмигивая. Вот же клоун, а не демон.

Так мы и остались один на один с Дарком. Мне даже показалось, что в кабинете стало легче дышать.

— Ноа, по правде говоря, ты сейчас озвучила те самые мысли, что засели в головах очень многих демонов. Но я считаю, что это не так. Вы нечто большее. Это могут подтвердить не так много демонов, но я слышал, что после обретения Души, мы уже не способны отказаться от вас, жизнь зацикливается.

— Мне не так интересно, что происходит с вами. Есть идеи, почему мы появляемся? Неужели у нас только одно предназначение? — начинаю раздражаться уже я.

Сколько можно мне уже вдалбливать мысль о том, что демонам нужны Души? Я поняла это сразу. Но никто не заставит принять данное, как факт.

— Это мне неизвестно. Только то, что на вас ведут охоту. Многих вылавливаю маги, чтобы использовать в своих целях против нас. Выращивают с детства в ненависти и презрении к таким, как мы. Есть Души, что убивали своих демонов, поскольку те не могли причинить боль в ответ. Кто в своем уме станет калечить часть себя? — Дарка тоже заметно вымотала эта беседа, но он упрямо продолжает гнуть свою линию.

К тому же, про магов мне и вовсе известно еще меньше. То есть — совсем ничего.

— С чего вы решили, что я не одна из таких? — решаю идти ва-банк.

— Ты другая. У тебя особенный дар Души. Ты Видящая. Тебя невозможно обмануть. Невозможно склонить на чью-либо сторону. О таких, как ты, ходят легенды. Говорят, что даже сама Императрица была Видящей. А она была одной из первых Душ.

— Демоница? Это шутка какая-то? Ты же говорил, что мы просто люди.

Кто бы мог подумать? Та самая возлюбленная Роктариона — Душа… И совершенно не ему предназначенная. Жестокая насмешка судьбы. Теперь я окончательно понимаю всю драматичность истории жизни Заклинателя.

— Мироздание тоже любит пошутить, — подтверждает мою мысль Дарк.

— Мне нужно все это переварить… — замолкаю, но тут в голове мелькает странная мысль. — А Вальтер? Он тоже один из вас?

Если это так, то мое внезапное «прозрение» обретает свой собственный смысл. Что если?

— Да. Но почему ты спрашиваешь? Неужели он твой… — затаив дыхание, хочет спросить демон, но я не даю ему задать свой вопрос. Как будто если позволю ему озвучить его, все окажется правдой.

— Нет. Просто спросила, — отрезаю, не моргнув. — Его я прочесть смогла в отличии от вас. И Роктариона.

— Здесь все просто. Мы переняли некоторые фокусы у магов, и научились выстраивать ментальные щиты. Вальтер тебя проверял, для чего и снял парочку перед встречей. А Заклинатель просто беспомощен, пока скован. Да и он, видимо, сам захотел показать тебе что-то, раз ты в порядке. Роктарион мало кого к себе подпускает.

Так, с этим все ясно.

— А маги? — дохожу до финального вопроса, что уже в который раз меня заинтересовал.

— О них в другой раз. Время уроков уже закончилась, тебя будет искать тетя. Не стоит заставлять ее волноваться. Просто знай, что ты не одна такая. И мы поможем тебе, — неожиданно сворачивает наш разговор Дарк, поднимаясь из кресла.

— Конечно же в своих интересах, — отзеркаливаю его движение.

— Без них никуда, сама понимаешь. И да. Бежать из города не советую, о тебе уже прознал Совет Старейшин. Готовься к тому, что на тебя начнется охота, — предупреждает парень, находясь уже на пути к выходу из кабинета.

— Как мухи на говно. Поняла. Спасибо, Дарк, что рассказал, — искренне благодарю его.

Пусть я и узнала много чего неприятного для себя. Но какая-никакая информация.

— Я бы и дальше молчал, но тут такое дело… — пожимает плечами он, но его прерывает оглушающий грохот из коридора и ругань.

Мы насторожились. Лицо демона мгновенно заострилось, а глаза замерцали приглушенным светом.

— Что это там? — мой вопрос звучит в пустоту открытой двери. Дарк с немыслимой скоростью покинул кабинет, оставив меня в одиночестве. Уже без вопросов обо мне, но с оглушающей пустотой внутри.

Ноа

В коридоре оказалась действительно жарко, как и предсказывал Киран.

Со стен свисали потрепанные картины, кое-где были заметны следы от гари, словно здесь играли с огнем. Меня обдало потоком холодного ветра. Окно в конце коридора оказалось разбитым. Совершенно не понимая суть происходящего, я подошла к оному и засмотрелась на качающийся из стороны в сторону кусок деревянной ставни.

— Паршивец, ты еще ответишь за это! — слышу голос с улицы и тут же обращаю все внимание тому, что происходит внизу.

Киран, совершенно на себя не похожий, видимо, сняв прятавший его истинный облик морок, был похож на какое-то дьявольское божество. Огромные витиеватые рога венчали его голову, фигурой вымахал в росте, а надувшиеся мышцы разрывали в клочья школьную форму. Он так напряжен, будто был готов наброситься на простого парня, что стоял напротив него. Хотя я поторопилась с выводами. Человек напротив был вовсе не обычным. В руках его была непонятная пылающая субстанция, подозрительно напоминающая огонь.

Незнакомец молчал, готовясь к удару демона, демонстративно красуясь своей мощью. Но поединку не суждено было совершиться прямо сейчас.

— Что здесь происходит? — с пятого этажа, казалось бы, должно было плохо слышно разговоры снизу, но спокойный ровный голос Вальтера ко мне донес сам ветер. Демон, в отличии от своего друга, пребывал в человеческом облике. За ним следовал еле сдерживающий ярость Дарк, что бросал взволнованные взгляды за спину Кирана.

О, мой бог! Теперь уже заволновалась и я. Ведь именно там лежало бездыханное тело Вивиан, которую я сначала и не заметила. Этот странный человек или, подозреваю, маг ранил ее? На теле демоницы была видны следы, будто бы прожженной одежды.

Вальтер подходил все ближе, а тот незнакомец, сразу растеряв всю свою былую уверенность, пятился назад.

Признаюсь, испугалась даже я, по спине пробежалось стадо мурашек, а дыхание участилось. Тело мое вдруг наполнилось странной истомой и, неожиданно, дичайшей жаждой действия. Я сорвалась с места к лестнице, чтобы спуститься вниз. Торопливо спускаясь, перепрыгивая через ступени, выбежала во двор Виственда. В самый неподходящий момент.

В меня тут же полетел сгусток огня, от которого я еле успела увернуться, запахло паленым.

Народа на дворе стало больше. И не за счет повыбегавших учеников, нет, те уже давно разбрелись по домам. Где-то слышался лай милых доберманов местного охранника, который, видимо, решил не высовываться. Но я очень надеялась, что он побежал звать на помощь.

Потому что прямо посреди холодного промозглого осеннего дня наступил сущий Ад.

Незнакомец оказался не один. С ним было не меньше дюжины сообщников, тоже магов. Они сражались против троих демонов, что могли защищаться только своими когтистыми руками, медленно, но верно загоняя их в угол. Дарк тоже принял, думается мне, боевую форму, полностью оправдывающую его собственное имя. Кожа демона была абсолютно черной, а на светлой макушке, казавшейся единственным светлым пятном на нем, два острых изогнутых рога. Вальтер же… Он все так же не менял свой облик. Только цвет его звериных желтый глаз выдавал в нем демоническое начало.

Постойте-ка. Желтых? Прямо как у Зверя из моего сна! И снова я вижу только цвет его глаза.

Магов заметно потрепало. Под своими ногами я заметила темные лужицы крови, что не успели еще впитаться в промозглую землю этих мест, а в отдаленности — разорванные тела погибших незваных гостей. Жалости не было. Был только страх. За демонов.

— Ноа, убирайся отсюда! — рычит нечеловеческим голосом Вальтер, заметив, что я направляюсь в их сторону.

Его лицо частично покрыто каплями крови, а на плече зияет огромная рана. Маги тоже обратили на меня внимание, тут наставив прицел своих взглядов. Мое появление позволяет сделать сражавшимся передышку.

— Это еще кто такая? Еще одно жалкое демонское отродье? — выкрикивает кто-то из магов.

— Я человек, — отвечаю, и меня тут же берет в захват тот, что владеет огнем. От него несет дымом, кровью и безумием.

— Отлично, демонская подстилка, будешь неплохим трофеем, — усмехается парень. Он явно немногим старше меня. — Что скажешь, я поиграюсь с этой милашкой-альбиносом, ты не против, Зверь? — я буквально чувствую затылком, как усмехается этот ублюдок, обращаясь к Вальтеру.

Демоны тут же бросаются яростнее отбиваться, но терпят крах. Кирана заключают в ледяную клетку, что впивается в его тело насквозь, разрывая на куски. Дарку сносят голову каким-то клинком, которым на расстоянии управляет один из магов. А Вальтер, в попытке добраться до меня, не замечает, как его охватывает пламя, льющееся из рук того, кто заключил меня в плен.

— Отличное завершение дня, как думаешь? — обращается ко мне безумный маг. Но я не слышу его, в ушах стоит нечеловеческий рев демона, что жертвует собой ради… меня?

***

— Ха! Твоя мысль мне очень даже нравится, — слышу голос Кирана, что выводит меня из оцепенения.

Я снова сижу в кресле кабинета вместе с демонами. Вивиан рычит на парня, и хватает того за руку, собираясь вывести из помещения.

— У-у-у, сей… — хочет выдать пьяную тираду демон, но я перебиваю.

— Остановитесь! Не выходите! — вскакиваю с месте, поскольку меня накрывает жестким осознанием того, что это все уже происходило. И это было не чертово дежавю и даже не сон! Они умрут!

Парочка в нерешительности застывает у двери.

— Ноа, что случилось? — хмурится прежний Дарк без намека на черную кожу и рога. И слава богу, с головой на плечах.

— Не выходите! — словно обезумев, повторяю, хватаясь за голову. Ту разрывает просто нечеловеческой болью. Слишком много потрясений за сегодняшний день, мне нужно отдохнуть. С этой мыслью проваливаюсь в темноту. Так-то лучше, она как-то привычнее.

В кабинете в это же время

Дарк подхватывает девушку за мгновение до того, как она падает, находясь уже в бессознательном состоянии. Демоны непонимающе переглядываются.

— И что это сейчас было? — мгновенно протрезвев, серьезно спрашивает Киран.

Его совершенно не устраивало то, что какая-то человечка, пусть и Душа, посмела ему указывать.

— Она жива, я чувствую, как бьется ее сердце. Словно загнанная в клетку птичка, — взяв на руки девушку, подмечает Дарк и хмурится, замечая обожженную белую прядь на голове девушки. Но благоразумно решает промолчать.

А что? Вдруг, она такой уже пришла. Демоны тоже бывают невнимательными.

— Обычный обморок. Переволновалась, такое случается. С людьми, — уже совершенно спокойно произносит Вивиан, пожимая своими хрупкими плечами.

— Ее нужно отвезти домой, — решает Дарк, тут же бросаясь исполнять задуманное.

— Ты этим и займешься, а мы с Виви, пожалуй, пойдем отыщем Вальтера. Явно же где-то по Виственду бродит неприкаянным призраком. Все — лишь бы с не увидеться с какой-то девчонкой. Подумать только! Демон испугался девчонки! — возмущается Киран, уже взяв под руку рыжеволосую демоницу и ведя ее в сторону кабинета директора.

Ничего удивительного. Потомок Заклинателя был достаточно умен и хитер, поэтому он решил выведать информацию о местонахождении своего друга с помощью слегка инфантильной внучки Персивальда. Еще он надеялся развести ее на парочку поцелуев в темных уголках Виственда, ведь всем же известно, какие демонессы горячие.

Вивиан, впрочем, не противилась. Она вообще водится с этой троицей только потому ей невероятно скучно проживать свой век, прячась среди людей. К тому же, Персивальд слишком оберегает ее, не подпуская к другим демонам.

На въезде к Виственду

Эдвард с досадой провожает взглядом удаляющуюся машину с демоном внутри, которого он планировал сегодня прикончить. Их группа из пятнадцати магов была готова прям здесь и сейчас растерзать зазнавшихся ублюдков. Одного уже упустили, и это дико его раздражало.

— Их нет в доступном для нас радиусе, — сообщает один из магов, что владел способностью видеть сквозь стены и считывать ауры существ.

Зубы молодого пиромана уже готовы скрошиться, до того он сильно сжал челюсть. Но Эдвард смог сдержаться и не выругаться. Теперь все иначе, он не обычный сопляк, а целый Магистр кластера. А это значит, что стоит быть серьезнее.

— Проклятые ублюдки где-то здесь, я чувствую это, — твердит огневик. Все его тело напряжено до предела, и оттого он был не в силах удержать дрожь.

— Вероятно, демоны прознали про скрывающее заклинание, — эти слова выплюнул тот маг, что владел магией льда. От его слюны земля тут покрылась корочкой изморози.

— Если это так, то нам бесполезно здесь прохлаждаться, — намекая на ухудшающуюся с каждым днем погоду, проговорил тот, что силой мысли мог управлять любым предметом. Сегодня этой вещью был клинок, выплавленный из специального металла, который так не любят демоны.

— Ладно. Придем за Зверем в другой раз. Во всяком случае, ему некуда бежать, — вынужден согласиться Эдвард, уводя за собой раздосадованных магов.

Всех привела сюда жажда крови, но уйти им пришлось ни с чем.

Ноа

— Милая, пора вставать.

Чувствую нежное поглаживающее прикосновение своей макушкой. Запахло ванилью и немного лавандой. Тетя Мегс. Это ее любимый аромат лосьона для тела. Именно на этой мысли открываю глаза.

Я дома. Лежу на стареньком диване в гостиной, которую окутывают своими объятиями вечерние сумерки разбавляющиеся приглушенным светом исходящим от напольного торшера. Тетя знает, что я не люблю, когда в комнате слишком ярко. Мегс склонилась надо мной, одной рукой прикоснувшись к моему лбу, а второй держа прозрачный бокал с водой.

— Ты проспала несколько часов. Что случилось? Тебя привез одноклассник, — заметив, что я проснулась, она присела рядом со мной на диван, немного потеснив.

В ее глубоких зеленых глазах читалось волнение. Перед взором тут же показалась сцена, как тетя, уже собравшись выезжать за мной, поскольку я задерживалась, вышла из дома и с удивлением обнаружила посторонний автомобиль у нашего двора. Это был Дарк. Он вынес из машины мое бесчувственное тело.

— Добрый вечер. Я одноклассник вашей племянницы. Ноа стало плохо… — сказал он.

Тетя почувствовала страшное облегчение от того, что это не один из тех людей, что преследуют нас уже несколько лет. Она свято была уверена в том, что те не оставляют попыток найти меня. И в ту же секунду, Мегс ужаснулась от одной только мысли, что со мной могло произойти нечто более серьезное. Она позволила внести меня в дом, даже не представляя, что пускает на порог демона. В ее глаза он был просто мальчишкой. Довольно смазливым, но хорошим, раз парень решил мне помочь.

— Переволновалась, наверное. К тому же, магнитные бури, знаете ли, — объяснился перед ней Дарк и, сославшись на важные дела, ушел прочь из моего дома. От тети не скрылось то, какой жадный прощальный взгляд бросил на меня парень прежде, чем уйти. Она решила, что Дарк имеет на меня виды.

Знала бы Меган, какие именно, ни за что бы не пустила его на порог!

Я вынырнула из воспоминаний о случившемся, разорвав зрительный контакт, и вернулась назад, к настоящему.

— Меня не обижали, если ты об этом хочешь узнать, — говорю так, будто бы на самом деле не знаю, что все так и есть.

Мы проводим вечер, как обычно, совместно поужинав, и я же тут скрываюсь от беспокойного взгляда тети за дверями своей комнаты.

Это что-то с чем-то! Не могу поверить, но сегодня, я, кажется, смогла увидеть будущее… Как еще можно назвать этот финт моего сознания? Безумие? Ноа, прекрати, если ты сошла с ума, то целый мир уже давно превратился в дурдом.

Спать не хотелось, спасибо обмороку, но тело по-прежнему потряхивало от слабости. Я же не могла заболеть? Сколько себя помню, никогда не подхватывала даже обыкновенную простуду, не то чтобы что-то серьезное. Девочка-чудо, так ласково называла меня мама в детстве, рассказывая, какой я была беспроблемной, будучи малышкой. В те времена мои волосы еще не приобрели серебристо-белый оттенок, из-за которого люди по ошибке принимают меня за альбиноса сейчас. Тогда я еще верила в чудо, считая себя благословенной высшими силами. Но это было тогда. Ныне же, я с удовольствием бы закрыла глаза, чтобы не видеть всех этих «чудес». Страшно не тогда, когда все твои самые низменные желания начинают сбываться. Нет. Страшно — когда ты не можешь это остановить.

Жалостливо скрипнуло окно, намекая на то, что его пора прикрыть. Я всегда проветривала свою комнату перед сном, поскольку мне казалось, что холод, приходящий с улицы, способен погрузить мое тело в глубокий-глубокий сон. Но не в этот раз.

Встала с еще даже не расправленной постели, чтобы закрыть окно, за которым царила уже беспросветная тьма. Дни в этом городе невероятно коротки, а ночи длятся будто бы вечность. Хм, пожалуй, вечность мне подходит.

Вальтер

Не понимаю, зачем только пришел сюда. Температура на улице стояла минусовая, но это меня не останавливало. Демонам не страшен холод, ведь в нас течет горячая кровь, что в тысячу раз превышает жар, исходящий от обычных людей. Но Ноа не обычный человек.

Сегодня, когда я почувствовал прикосновение ее маленькой холодной ладошки на своей руке, мой мир словно перевернулся. Это чувство было сродни взрыву сверхновой. Каждый раз вспоминая о нем, перед глазами словно появляется темное ночное небо, в котором мерцают миллионы прекрасных холодных звезд. Но центром всей этой бесконечности является Она. Ноа.

Стоял под ее окном, что находилось на втором этаже маленького домика на окраине нашего небольшого городка. Словно маньяк, ждал, когда мимо промелькнет ее силуэт. Это бы дало мне понять, что с ней все в порядке.

Признаюсь, когда в кабинет Персивальда, в котором мы с оным спорили на тему, как поступать с новоявленной Душой, что сама так и плывет в руки, ввалились внучка директора в компании с Кираном, я удивился. А после того, что они рассказали — испугался. Подумать только, демон, силу которого приравнивают к мощи самого Зверя, просто взял и струсил. Мысль о том, что с девушкой могло случиться что-то серьезное, повергла в ужас. Я покинул стены Виственда, что стал мне вторым домом, сразу же. И вот уже несколько часов ошивался под окнами, стараясь остаться незамеченным. Честно говоря, тетя у Ноа просто до крайности чем-то озабочена. Складывается ощущение, будто бы у нее мания преследования — столько раз выглядывать окна и проверять задний двор! Даже демону бы давно уже надоело.

А мне не надоело стоять и ждать хоть какого-либо знака от Ноа. Ну же, покажись… Я увижу, что ты цела, и все встанет на свои места. Жажда крови, направленная на твоих мучителей в лице моих друзей, утихнет, а сердце перестанет так колотиться.

Зачем только эти идиоты рассказали ей все? Жила себе спокойно девчонка. Я бы смог оградить ее от грядущей охоты. Смог!

Но кто ее спасет от меня?

И вот, настал тот момент, когда девушка решает закрыть так беспечно распахнутое окно. Но почему-то она застывает на месте. Почему? Я стою в тени деревьев, что в ночи только прибавляет способность казаться невидимым. Только вот смотрит она прямо в мою сторону.

— Я знаю, что ты здесь, — слух у таких, как я, просто отменный, поэтому мне даже показалось, что голос прозвучал совсем рядом. Ноа распахивает окно еще шире, усаживаясь на подоконник, высовывая ноги наружу.

Судя по всему, меня раскрыли, и девушка совершенно точно не собирается оставлять данный факт без внимания. Возникло желание убежать, скрыться, но я тут же разозлился на глупость этой идеи. Ноа — Видящая. Ей явно не составило труда узнать в загадочном незнакомце меня.

— Не сомневаюсь, — выходя из тени под свет тусклых дворовых фонарей, ровно произношу. Чего мне стоила эта уверенность!

Девушка ежится от холодного ветра, но даже не думает накидывать на свои голые плечи что-либо теплое. Она была одета только в тонкую майку и короткие шорты. Голые стремительно краснеющие от холод стопы свисали над окном первого этажа. Какой же крошечный у них домик.

— Поймаешь меня? — обескураживает меня Ноа, глядя сверху вниз, и тут же спрыгивает.

Рефлекторно срываюсь с места, подхватывая словно невесомую девушку под колени. Ее холодные руки нерешительно обвивают мою шею.

— Ты… Сдурела? — взгляд цепляется за облачко пара, выходящего из ее рта. Это происходит снова. Стоит ее коснуться, как я пропадаю.

— Я знала, что ты поймаешь. У демонов поразительно хорошая реакция, — отстраненно поясняет девушка, с любопытством осматривая собственный двор, будто бы впервые его видя.

— И не боишься, зная, кто я? — стараясь вернуть мысли в нужное русло, продолжаю поддерживать бессмысленный диалог.

Отвлекало ее гулкое дыхание, как после продолжительных физических нагрузок, и теплое тело, почти ничем не прикрытое. Вот, правильно раньше делали, что заставляли девушек надевать одеяния в пол. Когда мода успела повернуть не туда?

— А ты? — Ноа перестает отвлекаться на рассматривание окружающей обстановки, одаривая меня всем своим вниманием.

Ее глаза. Они словно видят самое нутро. Но у меня нет души, только лишь зияющая пустота внутри.

— Будь это так, меня бы здесь не было, — гулко сглатываю, понимая, что сейчас она смотрит в мои глаза и видит что-то еще. На этот раз ее не останавливают ни ментальные щиты, ни мои жалкие попытки избегать общения с ней.

— У тебя красивые глаза, — вдруг неожиданно выдает она. — Как у Зверя из моего сна. Кстати, ты не мог бы…

Девушка слезает с моих рук, при этом не прерывая физический контакт. Руки перемещаются на плечи, а босые ноги беззастенчиво приземляются на носочки моих ботинок.

Постойте, что она сказала?

— Тебе снится Зверь? — теперь уже я хватаюсь обеими ладонями за маленькую хрупкую светловолосую голову, чтобы самому посмотреть в ее глаза. Видящие не умеют врать, а если и лгут, то это сразу видно по их лицу. По крайней мере, так сказано в древних писаниях.

Ноа как-то зло улыбается мне в ответ, игнорируя вопрос. Что такого я сделал? На первом этаже ее дома загорается свет, и девушка тут же отстраняется от меня, ступая на холодную землю.

— Увидимся в школе, — коротко произносит, а из дома выбегает ее обеспокоенная тетя.

Я тут же скрываюсь в тени, продолжая наблюдать.

— Ноа, Бог мой, что ты здесь делаешь еще и в таком виде?

— Вышла подышать свежим воздухом с… — запинается на последнем слове девушка, замечая, что меня уже и след простыл. Она явно плохо видела в темноте.

— С кем? Тут никого нет, — накидывая на племянницу плед, и выудив откуда-то мягкие тапочки, хмурится Меган.

— Другом, — с улыбкой отвечает Ноа, и тетя тут же заводит ее дом.

Ноа

Следующий день наступает быстро. Весь остаток ночи я провела в раздумьях над тем, почему именно Вальтер оказался тем самым, кто способен подарить мне краски жизни. Он ведь, судя по его реакции, даже не догадывался об этом. Зачем этот демон вообще приходил?

События прошлого дня перемешались в голове, превращая мысли в кашу. Как бы мне хотелось быть обычным человеком, кто бы знал.

Сегодня я решила принарядиться, поступившись одним из правил, указанном в уставе Виственда — обязательное ношение единой формы. Все потому, что день был особенным. Как сказала тетя Мегс — важнейшим в моей жизни. Совершеннолетие.

— Устроим небольшой праздник, позовешь своих школьных друзей. Как тебе такое, Ноа? — будто бы невзначай спрашивает Меган, в ответ я лишь фыркаю. Не мое это — праздновать. После смерти родителей и брата мне казалось, что любое проявление радости с моей стороны будет казаться, словно предательством. Тех счастливых дней. Той любви, которой окружали меня. Возможности жить.

Вопрос остался открытым, но я чувствовала, что этот день будет значительно отличаться от всех остальных. Это ощущение прочно засело в районе солнечного сплетения и подогревало мое любопытство. Что на этот раз преподнесет мне новый день?

Тетя оставила меня у Виственда, поторопившись уехать на работу. Обещала, что закончит к пяти и обязательно приготовит для меня сюрприз. Я могла бы сразу узнать, каким он будет, но решила, что пусть это останется тайной. Хоть что-то в этой жизни должно же меня удивлять?

На улице пахло свежестью, словно вот-вот пойдет первый в этом году снег. А вот это уже не сюрприз. Каждый год в мой день рождения землю окутывает белое холодное покрывало. Пора бы уже, морозище стоит невероятное. Вчера я не застыла ледяным изваянием только потому, что рядом был такой теплый Вальтер. Мне понравилось, что он наконец перестал бегать от меня.

Поздоровавшись с охранником и его песиками, сегодня тоскливо томящихся на привязи, поспешила внутрь здания. Скоро должен был прозвенеть звонок на урок, а опаздывать я не люблю, хотя и часто грешу подобным.

Одноклассники, среди которых заметила и демоническую троицу, встретили меня удивленным молчанием. Еще бы! Сегодня я решила только укрепить свой статус белой вороны, надев кокетливое платье из плотной теплой ткани в тон моим волосам. Улыбнулась в ответ немому укору, и села за привычное место у окна. Пусть пейзаж за окном был для меня лишь серым, но сколько может быть разнообразных оттенков у этого прекрасного цвета!

— Привет. Ты сегодня чудесно выглядишь, — садится рядом со мной Дарк.

— Вообще отпад башки, Снежинка, — дает мне новое прозвище Киран, присаживаясь ровно за спиной светловолосого.

Кто занимает место за моей, догадаться не трудно. Тяжелый взгляд Вальтера просто впивается мне прямо между лопаток, прожигая там сквозную дыру. Эй-эй, полегче. Видимо, он хочет получить ответы, которых вчера не добился от меня. Пусть подождет, значит.

— Есть повод? — совершенно неожиданно для меня звучит тягучий голос Вальтера.

Я вздрогнула. Думала, он будет, как всегда, хмуро молчать.

— Сегодня выпадет первый снег. Чем не повод? — пожимаю плечами, не оборачиваясь, во всю строя из себя само безразличие.

Ага, как же! Дыхание сбилось из-за учащенного сердцебиения. Так странно было находиться в компании тех, кто мог бы умереть еще вчера. А что, если они всего лишь призраки? Ноа, перестань, что мысли лезут в твою голову?!

Парни замолчали, обдумывая мой ответ. Ну, Вальтер точно из-за этого. Киран же, заметила краем глаза, принялся печатать в свое смартфоне какое-то смс, кривя свои четко очерченные серые губы.

— Хорошо выспалась? — решил отвлечь мое внимание на себя Дарк, мягко спросив. Он совершенно точно не имел ввиду ничего такого, но Вальтер ощутимо напрягся, окутывая своей подавляющей аурой все пространство вокруг себя.

— Эй, полегче, — отмахнулся от друга, словно от мухи, Киран.

Звонок спас меня от обязанности отвечать на глупые вопросы демонов. Окружили меня со всех сторон, кто бы знал еще для чего.

— Мы еще не закончили, — перегнувшись через парту, тихо шепчет мне на ухо Вальтер, отчего выбившиеся из моих собранных в хвост волосы зашевелились. Я напряженно замираю.

— Извините, можно выйти? Девушке плохо стало, провожу ее в медпункт.

— Но урок только начался, — учительница географии недоуменно переводит взгляд с Вальтера на меня.

Что он творит? Я же прекрасно себя чувствую!

— Вы же не хотите, чтобы она здесь в обморок свалилась? — чем протяжнее звучал вкрадчивый голос брюнета, тем сильнее я чувствовала его «суперспособность», которой он подавлял волю молодой учительницы. На него тут же с недоумением уставились Дарк и Киран, но он с холодным равнодушием проигнорировал их взгляды.

— Да, конечно… — зомбированным голосом отвечает девушка, тут же словно забыв о нас. Так вот как они прогуливали все это время, травя байки о своей болезни! Если подумать, очень удобная сила.

Вальтер хватает меня за предплечье, и тащит за собой к выходу. Следом за нами порывался выйти и Дарк, но его осадила учительница, язвительно намекнув на то, что хватит и одного сопровождающего. А мне вообще никого и не надо было! Я, может, поучиться в кои-то веки хотела…

— Что ты знаешь о Звере? — буквально впечатывает меня в стену парень, когда мы отходим на достаточное расстояние от учебного кабинета.

— Можно было бы и повежливее, — старательно отводя взгляд, возмущаюсь.

Он кем себя возомнил?

— У меня нет времени распинаться перед тобой! — рычит в ответ Вальтер.

Я лишь обреченно вздыхаю. Вот куда мне деться от его, сейчас темных, сканирующих глаз. Выглядел он достаточно напряженно, но это не значит, что мне захотелось упростить ему жизнь хоть на йоту.

— А я не виновата в том, что он снится мне, — пожимаю плечами, отслеживая движения демона.

Он тут же отпрянул и замолчал, обдумывая следующий вопрос:

— Какой он?

— Скрытный. Хитрый. Изворотливый. Черный. На тебя похож.

— Что ты несешь? — снова взрывается Вальтер.

Вот, ей богу, и не скажешь, что ему за двадцать. Мальчишка мальчишкой.

— Говорю только о том, что видела своими глазами, — скрепя зубами, признаюсь.

— Ты же вроде не так много можешь ими увидеть в реальном мире.

Вот это было удар ниже пояса. Так нечестно! Он знает о моей неполноценности и использует это знание во вред. У-у-у, демон… С меня хватит!

— Не твое дело. Мне нужно на урок, — «отлипаю» от стены, намереваясь выполнить задуманное.

— Ноа, постой! Прости, я не хотел, — тут же в спину звучат его жалкие отговорки.

Ему хорошо, он сильный физически и характером, возможно, что даже и бессмертный. Но я не такая, у меня не хватит выдержки терпеть все удары судьбы, свалившиеся, как снег, на голову.

— А чего ты хотел? Я не вру тебе. Думаешь, мне нравится быть этой вашей Душой, и видеть всю эту грязь в глазах окружающих? Или ты думаешь, что лучше остальных только потому, что отличаешься? Только вот уясни своим маленьким мозгом одну вещь. Ни черта ты не другой! И Избранный из тебя, как из меня ценитель искусства.

— О чем ты говоришь? — не понимает моих слов Вальтер.

— Да если бы не я, вас бы не стало еще вчера… — слова сами слетаю с моих уст, а из глаз вот-вот потекут слезы.

Господи, довел…

— Ноа! Успокойся, и объясни, — снова пытается приблизиться ко мне парень, но я ухожу от его прикосновения.

Не сейчас. Он не должен видеть меня такой. Неправильной. Сломленной.

— Я ничего не стану объяснять. Потому что не обязана отчитываться ни перед твоими дружками, ни перед тобой. Вы мне никто! — порывисто выкрикиваю ему в лицо и быстро, стараясь не перейти на бег, ухожу в совершенно иную от расположения кабинета географии сторону.

— Ноа, куда ты? — догоняет меня Вальтер.

Черт! Да что же он прилип ко мне?

— Пойду «посмотрю» чего нового завезли в библиотеку. Может хоть там не увижу твою противное лицо, — не без намека произношу.

— Не стоит тебе ходить туда одной, — тут же вставляет свои пять копеек он.

Да чтобы ему в Ад провалиться!

— Еще что скажешь? Может быть и в туалет будешь за мной следовать хвостиком? Бродишь у меня под окнами не пойми зачем, теперь еще контролировать пытаешься. Надеюсь, ты не вбил себе в голову, что я твоя Душа?

— А что если и так? — огорошил меня ответ Вальтера.

Он был совершенно серьезен. Этого мне только не хватало.

— Тогда спешу тебя огорчить, но я не чувствую к тебе ничего. Ты мне не нужен. Все что рассказывал Дарк — ничего из этого…

Я вру. Каждое мое чертово слово — ложь. Но он не должен понять, потому что я старательно прячу лицо.

— Это легко исправить.

Эти слова, слетевшие из уст Вальтера… Интересно, сколько в них его собственных чувств? Хотя, какая разница? Душа лишь предмет для достижения могущества, не более. И не мне подчиняться их правилам.

— Свои загребущие лапы оставь при себе. Я не хочу иметь ничего общего ни с вами, ни с этой школой. Сегодня же напишу заявление об отчислении, — старательно чеканя шаг, пересекаю холл Виственда, прихватив свое пальто из гардероба.

— Твоя тётя будет против, — все не отстает от меня демон.

— Меган сделает все, лишь бы я была счастлива. К тому же, с сегодняшнего дня, мне уже не нужно ее присутствие, чтобы разорвать один жалкий юридический контракт, — вспоминаю о том, что сегодня мне исполнилось целых восемнадцать лет, но Вальтера не пронять.

— Тебе нужно остыть, — уже более спокойно твердит парень, чем выводит меня еще больше.

— А тебе отстать от меня. Чего ты увязался со мной?

Вальтер «одаривает» меня многозначительным взглядом. Мол, сама знаешь, чего спрашиваешь. Так, в молчании мы входим в здание библиотеки, в которое можно попасть и не выходя непосредственно из школы, ведь оно было некой пристройкой к основному корпусу. Но мне нужно было проветриться, и я надеялась, что Вальтера остановит разыгравшаяся непогода, но увы.

— Он обижает тебя, малышка? — стоит только дойти до места, где сидит плененный демон, как он тут как тут.

Не выходя из темной ниши, лишь отсвечивает своими мерцающими глазами. Вальтер напрягается.

— Здравствуй Роктарион. Спасибо за заботу, но нет. Только бесит, — каюсь своему «проповеднику», старательно игнорируя стоящего поблизости приставалу.

— Говорят, Души поразительно равнодушны к окружающему миру до того, как встречают своего Демона, — делится ненужной мудростью Заклинатель.

Вот кто его за язык тянул?

— И Вы туда же? — снова злюсь, срываясь все-таки в бег.

Подальше от всех! Какие же эти демоны противные эгоцентристы. Неужели думают, что мир вокруг них вертится?

— Ноа, куда ты опять? — в спину доносится голос опешившего Вальтера.

Не хочу его ни видеть, ни слышать!

— Отвали от меня! — мой голос срывается на крик.

Выбегаю из библиотеки через коридор ведущий в главный корпус, а после из Виственда и замираю от ослепляющей белизны окружающего мира. Сегодня действительно пошел снег. Я завороженно подняла свои очи в сторону серого неба, с которого падали крупные белоснежные хлопья. Само воплощение умиротворения… Краем сознания фиксирую, что где-то поблизости с визгом тормозит автомобиль, а после меня резко хватают поперек тела, прижав ко рту какую-то вонючую тряпку.

— Ноа!

Оклик Вальтера — последнее, что я слышу, перед тем, как отключиться. Это, определенно, самый оживленный день рождения за всю мою жизнь.

Ноа

И снова я заперта в клетке под названием — собственное сознание. Те, кто вырубил меня, даже не подозревали, что именно сейчас мне доступно даже больше, чем наяву.

Я бреду по привычной вечно зеленой полянке, теплый ветер ласкает мои голую шею и развивает распущенные волосы. Тут на мне даже одежда иная, более удобная: легкая юбка из белого льна и свободного кроя рубаха с круглым вырезом. Всегда любила сельские мотивы.

Сейчас в моем мире тихо, слышны только копошения стрекочущих насекомых и щебет птиц где-то в стороне густого леса, который совсем не изменился с прошлого моего похода в него. Благодать. И никаких тебе нахальных Зверей или, того хуже, демонов.

Зря я вспомнила о них. Стоило этой мысли пронестись в моей голове, как ветер из ласкового превратился в резкий, холодный, пробирающий до костей. Солнце, что так красиво отражалось в капельках еще не сошедшей с зеленых травинок росы, покинуло меня. Бросило меня разбираться с моими тараканами самостоятельно. Какое-то предательство собственного разума, ей богу!

На этот раз я не входила в лесную чащобу. Но Зверь оказался не гордым, и сам «выплыл» навстречу. Все такой же: нечеткий темный силуэт небывалого животного, передвигающегося на двух задних лапах. И только два желтых огонька в том месте, где должны находиться глаза.

— Снова пришел посмеяться? — решила, раз уж мы заперты тут вдвоем, то почему бы и не поболтать. Все равно я ничего не могла сделать с фактом своего похищения. А догадаться, кем были инициаторами было не сложно. Маги… Интересно, они знают, что взяли не того? Вообще и близко не демона. Я ведь просто человек.

Угу, как будто ты не знаешь, что это не так, Ноа.

Из пасти Зверя вырвался угрожающий рык. Он был недоволен. Понять бы еще чем. Или кем. Хотя о последнем я тоже могла догадываться.

— Я тоже не в восторге от тебя, — устало произношу, садясь в траву и скрещивая стопы. Это место… Здесь так хорошо. Даже можно смириться с чужим присутствием, все равно он мне ничего плохо не сделает. Я видела это в мистическом свете его глаз.

Зверь неожиданно тоже примостился на зеленом покрывале земли поблизости со мной, растянувшись во весь рост и прикрыл очи, всем своим видом выказывая доверие. Мысли мои снова перешли к загадочному совпадению цвета глаз Зверя и Вальтера.

— Ты же как-то связан с ним? — даже не стала уточнять имя демона, поскольку точно знала, что он точно поймет, о ком я говорю.

Существо не отвечало, безмолвно «выкачивая» тепло из остатков нагретой солнцем земли. Устал, бедненький. Не удержавшись, протянула к нему руку в попытке погладить голову. Зверь только повел ухом и никаким образом более не выказал свое участие. Но я-то знала, что ему понравился мой порыв. Сердцем чувствовала.

Стоило прикоснуться к нему, как меня, словно током, прошибло. Помимо того, что я ощутила густой жесткий мех под своей ладонью, начала осознавать невероятное. Этот Зверь… Он настоящий! Не плод моего больного воображения. До этого мне приходилось успокаивать себя мыслью, что это существо снится мне только потому, что образ Вальтера крепко засел в моей голове. Но сейчас… Они как-то связаны, да, это неоспоримый факт, но не были одним целым. Зверь — отдельная личность с собственными чувствами и стремлениями. И его целью была я.

— Зачем я тебе? — испуганно отпрянула от существа. Зверь лениво приоткрыл свои глаза и зевнул, широко раскрыв свою зубастую пасть. А после приглушенно рыкнул, внимательно уставившись в мои раскрытые от страха очи. И я, словно наяву, услышала в свое голове слово. Всего одно. Такое простое, краткое, но такое значимое: «Защищать».

На подъезде к одному из старых складов.

Владения дальнего кластера Магического Ордена

— Хэй, кажется, она просыпается, — мужчина средних лет со страшным шрамом на щеке, когда-то полученным в схватке с демоническим отродьем, как он их называл, стучит по перегородке грузовика, что отделяла кузов от водительского места.

— Проклятье! Ты же говорил, что воздействовал на нее своими чарами, — раздраженно выплюнула эти слова молодая с виду девушка, что сидела за рулем.

Она очень не любила, когда что-то шло не по плану, а это именно тот самый случай. Вообще, ей было далеко за сотню, и молодой девушкой магиня выглядела только внешне. Эта женщина поела немало дерьма за свою половину века, одним из которых была сцена из ее детства. Демоны убили ее родных. За что? Зачем? Эти вопросы уже давно не мучили женщину, ведь ее сердце было окутано, словно коконом, желанием отомстить всем этим выродкам. Она перебила уже многих, нарушая шаткое перемирие между магами и демонами, за что и была сослана в отдаленный кластер. Но разве можно остановить женщину, жаждущую крови?

— Тормози!!! — буквально барабанит по перегородке маг, в список способностей которого входили чары сна, что должен был присматривать за необычной внешности пленницей.

Магиня раздраженно вывернула руль, съезжая на обочину, не заглушая двигатель. Они почти доехали до склада, куда приказал привезти «груз» Эдвард.

— Да что у тебя там? — женщина резко оборачивается, распахивая маленькое оконце, через которое можно было увидеть грузовой отсек.

В кузове было темно. Магиня щелкнула пальцами, отправляя во мрак парочку светляков. Но тут возникла другая проблема: мужчина со шрамом на лице, имя которого ей было неизвестно, стоял спиной к ней, загораживая весь обзор.

— Она… — в его голосе слышался испуг. Сразу было ясно, что он с трудом двигал языком, чтобы вымолвить даже это слово.

— Да что «она»? — женщина раздражалась все больше.

Вдруг ее светлячки замерцали, пока и вовсе не потухли. Кузов снова погрузился во тьму. Послышался сдавленный крик и хруст чего-то мягкого. В лицо магини тут же брызнуло чем-то теплым. Прозвучал грохот падающего тела. Теперь никто не загораживал ей обзор. Но ошарашенный взгляд женщины смог разглядеть только два желтых ярких огонька в темноте, которые точно не могли быть ею созданными светляками. Это были глаза монстра. Дрожащей рукой она провела по своему лицу, смазывая брызги и посмотрела на ладонь. Кровь.

— Что за черт?! — вскрикнула женщина и тут же услышала повторный грохот от падения чего-то на пол кузова. Теперь там снова царствовала только лишь темнота.

В то же время в Виственде

— Вальтер, ты не можешь просто так взять и сорваться в никуда за какой-то там девчонкой. Пусть она хоть тысячу раз Душа, — Персивальду понадобилось приложить недюжинные усилия, чтобы вымолвить эти слова достаточно спокойным голосом.

Подчиняющие волны, исходящие от метающегося по его кабинету демона, буквально ломали в нем личность, заставляя преклонить колени перед более сильным.

— Я прикончу их, — на миг остановившись, Вальтер уставился в одну точку и с силой сжал кулаки, отчего его морок, что придавал парню человеческий вид, пошел рябью.

— Угомонись. Ты даже не знаешь, кто ее похитил, — устало проговорил директор Виственда.

Он ощущал, что его выдержка трещит по швам. Еще немного, и он сам будет готов выполнить любой приказ молодого демона.

— Дедушка, что здесь проис… — в кабинет влетела рыжеволосая Вививан, но стоило ей переступить порог, как слова закончились сами собой. Ее тело сработало на инстинктах, преклонив колени и голову пред сильнейшим.

— Вальтер, — пытается начать Персивальд успокоительную речь, чувствуя, что она будет последним, на что способен старый демон в данной ситуации, но парень его перебивает.

— Я знаю, кто ее похитил. Это чертовы маги. Я забираю Кирана, Дарка и… — он поворачивается к коленопреклоненной демонице. — И тебя, Вививан. Мы покончим с ними. Сегодня.

Глаза Вальтера замерцали, фосфоресцируя желтым светом. Персивальду оставалось лишь смириться с неизбежным, смотря вслед уходящим внучке, что была неспособна сопротивляться мощи демона, и парню, что обладал этой самой мощью. Таковы правила. Их устои старее даже самого мира — подчиняйся или умри.

Ноа

Из сна вынырнула резко. Вот только нежилась, лежа на травке в компании Зверя, как тут же локация сменилась. Я снова во тьме. И, судя по всему, в каком-то замкнутом пространстве. Повсюду витал запах крови. Спрашивается, какого дьявола?

Приподнялась с пола, оперевшись на локти именно в тот момент, когда двери перед самым лицом распахнулись. Предо мною предстала довольно занимательная картина. Тот парень, что во вчерашнем видении должен был убить моих демонических одноклассников, стоял в нескольких метрах, держа наготове в руках, подозреваю, огненный шар. Но стоило ему увидеть меня, как с его лица слетела вся сосредоточенность, сменившись презрением.

— Говоришь, девчонка опасна, Элиза? — с напускным пренебрежением выдал он.

С двух сторон к нему подтянулись еще люди. Но мой взор заострился на дрожащей, словно осиновый лист, девушке с какими-то странными разводами на лице.

— Я видела, как у нее глаза горели адским огнем. И, Эдвард, кажется она… — тут же начала оправдываться девушка, с опаской посматривая то на меня, то на своего негласного предводителя, но не закончила, наткнувшись взглядом на что-то за моей спиной.

Ее вывернуло.

— Ну и доставила же ты нам хлопот, девочка, — усмехнулся тот самый Эдвард, жестом указав своим людям в мою сторону.

Те тут же настороженно, не выпуская из прицела своих взоров, подошли ко мне, схватив за плечи по обе стороны, чем-то, незримым для меня, сковывая руки за спиной. Я зажмурилась от резкого контраста света белого дня после сумрака грузового фургона, в котором меня привезли сюда. Кстати, куда это — сюда?

Задать вопрос вслух не решилась. Мало ли, опять вырубят. Я, конечно, не против снова побывать в своем созданном сне, но где гарантии того, что они рассчитают силы и не прикончат меня одним ударом?

Поэтому вела себя, как послушная пленница, пока меня вели по необъезженной гравийной дорожке в сторону какого-то ветхого амбара. Пытаясь уловить детали всеми органами чувств.

Пахло сыростью из-за подтаявшего первого снега и немного тиной. Судя по всему, где-то поблизости расположено болото или заросший пруд. А если сопоставить данный факт с моими знаниями о городе, в котором совершенно точно не было водоемов, то мы где-то за его пределами. Не самое приятное открытие. Тут же сосредоточилась на другом органе чувств, пытаясь уловить разговор за своей спиной.

— Ты думаешь, они придут за ней? — голос Элизы уже не дрожал, но в нем чувствовался затаенный страх.

— Шутишь? Судя по тому, что я увидел в грузовике, она более чем ценное приобретение.

А что я сделала в фургоне? Этот вопрос слегла взволновал меня. Попыталась сосредоточиться на своих воспоминания о похищении. И пришла в ужас от догадки. Перед тем, как отключиться в момент своего похищения, я явно видела руки взрослого мужчина. Но где этот смельчак сейчас? Неужели та кровь, запахом которой успел пропитаться весь кузов, была его… Что я наделала?

Вальтер

Я не знал, что со мной происходит. Хотя, кого я обманываю! Вся моя суть взбеленилась, стоило только увидеть, как Ноа затаскивают в грузовик приспешники магов. Сущность демона требовала отыскать и наказать обидчиков. Ведь они забрали самое ценное, что можно только представить. Душу…

И чего бы волноваться мне, спрашивается. Я даже не уверен, что она именно та самая.

«Она» — шептала сущность внутри. Та самая, доступ к которой мне был отрезан.

Я знал, что Зверь не мог появиться во снах Ноа просто так с самого начала. Знал! Так проявляется моя вторая сущность. Но как я могу быть Зверем? Ведь в крови моих предков точно не мог затесаться тот самый истинный правитель демонов! Или мог? Я уже ничего не понимаю.

Моя сущность стремилась лишь найти и покарать. Нельзя просто так взять и увести Душу демона прямо у него из-под носа. Это имеет свои последствиями. Далекие от понятия жизни.

Киран и Дарк почувствовали мое состояние прежде, чем обезумевший я успел ворваться в учебный кабинет прямо посреди урока. Они вышли, старательно давя в себе желание подчиниться, а Киран удивил, бросив взволнованный взгляд на находящуюся под моим полным контролем Вивиан.

— Полегче, друг, — даже смог вымолвить он сквозь зубы.

Видимо, кровь Заклинателя дает свои бонусы. Но его слова действительно меня отрезвили. Я даже смог подсбавить свое влияние, отчего Дарк сумел вдоволь проматериться.

— Какого хера, Вальтер? — спрашивает наш псевдохороший мальчик, в то время как Киран подбегает к обессиленной Виви, чтобы оказать ей поддержку.

Никогда не замечал в этом любителе заглянуть под юбку каждой более-менее симпатичной девчонки такой учтивости.

— Ноа похитили. Маги, — короткими фразами изъясняюсь, сдерживая внутреннюю ярость.

— И? Если мне не изменяет память, ты же хотел от нее избавиться, — Дарк проявляет понятное мне равнодушие.

Он ничего не испытывал к девчонке, ведь им руководил лишь холодный расчет. Демон уже успел связаться со своим отцом, стоящим в рядах советников Древнейших, а тот, подозреваю, посоветовал своему отпрыску прибрать к своим рукам свободную Душу. Мне это не понравилось с самого начала, но все, что я мог сделать, чтобы не выказать своей заинтересованности, лишь наблюдать, как Дарк совершает жалкие попытки обольстить Ноа.

— Ты еще не понял? Она его, — язвительно говорит Киран, вернув себе самообладание.

— Это правда, Вальтер? — удивленно отзывается пришедшая в себя внучка Персивальда.

Эта демоница поистине отличалась от всех остальных, что знал я. Столько скрытой под оболочкой равнодушия незамутненной веры в добро, справедливость и любовь… Не удивлюсь, что и она окажется чей-то Душой впоследствии. Хотя, я уже подозреваю чьей. Перевел хмурый взгляд на Кирана.

— Что? Будешь отрицать? — тут же отзывается он.

Девчонка рядом насупилась, не получив ответ на свой вопрос.

— На это нет времени. Мы должны идти. Сейчас, — торопливо произношу не дрогнувшим голосом.

— Я пас, — говорит свое слово Дарк, складывая руки на груди. Я перевожу свой немигающий взгляд, подозреваю, в котором сейчас не видать ни намека на светлый оттенок. — Ты же не навредишь своему другу, Вальтер? — с вызовом произносит блондин.

— Другу ли? — за меня в своей привычной ироничной манере задает ответный вопрос Киран.

Мы уходим втроем.

Ноа

Меня отвели внутрь и усадили в центр помещения на старый держащийся на соплях стул. Какое-то время я провела в праведном одиночестве. Было ясно, как день, эти маги решили устроить ловушку демонам. Только с чего они решили, что за мной придут?

— Ты странная, — тут мое внимание привлекает женский голос исходящий из тени.

Эльза не собиралась прятаться, она сразу же покинула свое укрытие и начала медленно приближаться. Словно к опасному животному какому-то, ей богу. Точно! Это мог быть Зверь из моего сна, он сказал еще там, при нашей встрече, что со мной, чтобы защищать. Неужели он как-то смог воздействовать через меня на других? Я, что, была одержима Зверем? Возможно, эта магиня сможет прояснить мне ситуацию.

— Почему? — спрашиваю как можно спокойнее.

— Не зовешь на помощь. Не сопротивляешься. После того, что сделала… — она приближается ко мне впритык, словно ища ответ в моих почти лишенных цвета глазах. Это была ее ошибка.

Я увидела жизнь Эльзы, полностью пропитанную болью. Желание отомстить демонам за то, что они сделали с ее собственной семьей. И сомнения в собственной силе, которая каким-то неведомым образом продлевали женщине жизнь. Я бы даже сказала старушке. Ей было более сотни лет, наполненных постоянными битвами с демонами и вечными скитаниями. Эльза не знала, сколько ей отведено времени на жизнь, но убеждала себя в том, что она ей дана на то, чтобы оставлять кровавый след, пока не доберется до самого виновника ее боли. В проносящихся картинках ее существования я каким-то неведомым образом зацепилась за знакомое лицо. Директор Виственда. Еще не заматеревший, более молодой. Мое черно-белое зрение не давали увидеть сочную картинку происходящего, но я точно его узнала. Эльза считала, что он причастен к убийству ее родных. И именно его голову она хотел достать в первую очередь. Как же тесен мир! Но сейчас это все не важно.

— Того «что»? Что произошло в фургоне? — вернувшись в реальный мир, задаю волнующий меня вопрос.

— Как? Ты не помнишь? — вмиг отпрянув от меня, удивляется магиня.

— Буду очень признательна, если просветите меня, — прошу, хмурясь.

— Ты… Ты убила его. Голыми руками, — рассеянно отвечает она, но тут же ее голос ожесточается, а в глазах появляется холодная решимость. — Ты такая же, как они. И я просто обязана убить тебя.

Ладно, о вмешательстве Зверя в свою жизнь подумаю позже.

— Вы ошибаетесь. Я не демон. И не имею никакого отношения к таким, как они, — ложь дается мне с трудом, по Эльзе видно, что она не поверила ни единому моему слову.

— Все вы так говорите, а потом убиваете невинных, — зло чеканит магиня, по ее рукам проходят магические всполохи. Один из них срывается и несется прямо в мою сторону. Мама, папа, Лео, скоро мы будем вместе. Прикрываю глаза, не желая смотреть своей смерти в глаза, но не чувствую никакого удара и боли. Я… жива?

— Еще одна такая выходка, и я сам тебя прикончу, — с невероятно строгостью произносит Эдвард, удерживая запястье Эльзы.

Чувствую запах паленым и в стороне от меня замечаю подпаленное сено. Кажется, маг только что спас мою жизнь, сбив смертельный заряд своим огненным шаром.

— Простите, магистр, — быстро берет себя в руки женщина в обличии девушки, и тут же вырывает руку, направляясь прочь.

Могу лишь предположить, но, кажется, Эдвард не знает о маленькой тайне магини, раз строит из себя строгого папочку.

— Прости, малышка. Не мог позволить ей испортить веселье, — маг походит, обманчиво ласковым движением проводя по моей щеке своей шершавой ладонью.

Ловлю подходящий момент и заглядываю ему в глаза. Ничего. А он хитер. Додумался поставить ментальный блок.

— Веселье тебе, определенно, будет обеспечено, — искренне улыбаюсь, чувствуя, как на щеках появляются ямочки. Признаться, выражение позитивных эмоций — не моя фишка. Подозреваю, вышло довольно нелепо, раз молодой маг так резко отпрянул от меня. А я что? Просто радовалась тому, что не умерла. Только сейчас, чувствую невероятное облегчение, начала понимать, что на самом деле не желала себе смерти. И пусть будет проклят весь этот мир — сегодня я не умру. Не здесь.

Тормозящий звук шин, скребущий по гравийному бездорожью, только убедил меня в этом.

— А вот и главные действующие лица, — тут же ухмыльнулся Эдвард, поворачиваясь в сторону входа в амбар и зажигая в каждой руке по огромному огненному шару.

Ноа

Несмотря на гнетущую обстановку, в амбар никто не вошел. Эдвард так и стоял, напряженно сжимая в руках бушующую стихию. Мне это было только на руку, как раз выдалась свободная минутка, чтобы подумать над происходящим. Я точно знала, что гости пришли по мою душу, ощущала присутствие Вальтера буквально кожей — по мурашкам, пробегающимся по спине, по тягостному влиянию его ауры. О, демон был зол, буквально, взбешен! Но если все действительно так, как я думаю, то почему он все еще не здесь?

Нет, я не эгоистка, но вполне же логично, при его-то эмоциональном фоне, совершать порывистые поступки? Но оказалось, что мне просто еще не удалось хорошенько узнать демона.

Когда огромная дверь амбара приоткрылась, впуская лучи заходящего солнца внутрь, Эдвард запустил огненный шар прямо во входящего. Что поделаешь, мальчишка еще не успел научиться сдержанности и, судя по тому, что я успела увидеть в его глазах, не знал ничего о поражении. На практике. В теории им, магам, конечно, преподавали учения, в которых говорилось о том, что их сила не безгранична. Но кто бы слушал! Эдвард был из тех самых учеников, что усваивают на уроках только то, что соответствует их собственным соображениям. Парень мнил себя безмерно могущественным. И не без причины, конечно. Его почивший от рака, кто бы мог подумать, отчим тоже был магом, и вбивал в голову пасынка именно эту мысль с самого детства. Молодой маг тогда не знал, что его родной отец сгорел заживо в собственном огне, когда занимался научными экспериментами. А когда узнал, саморучно спалил свою наивную матушку и отчима. Я не ошиблась, парень, действительно, безумен.

— Ноа, не шевелись, — из-за спины слышу голос Вивиан. Я слышала его всего один раз, но он успел хорошенько отложиться в моей подкорке, как нечто равнодушное и бесцветное, как все то, что вижу в реальном мире. Но не тут-то было, ведь сейчас ее голос был намного содержательнее. В нем чувствовалась тревога. Демоница пыталась освободить мои руки от магических пут.

В это время прямо передо мною разыгрывался целый спектакль. Входящим оказался не кто иной, как Киран. Он шутливо уворачивался от огненных шаров, комментирую каждый выпад Эдварда в своей привычной язвительной манере:

— Мимо.

Вспышка.

— Снова промазал.

Столп огня.

— Слушай, тебе нужно провериться у окулиста.

Снова столп огня.

— Я не шучу. Сходи. Потом обязательно потренируй прицел.

Не знаю, почему Эдвард выслушивал этого шута, и не особо хочу узнавать. Меня волновало иное. Где Вальтер? И где все остальные маги, что связывали меня? Хотя бы та же самая Эльза?

— Вам нужно уходить, — произношу, предчувствуя беду.

Вспоминаю свое вчерашнее видение, понимая, что демоны могут оказаться бессильны перед толпой враждебно настроенных магов.

— Все хорошо, я почти закончила. Потерпи, — успокаивающе твердит девушка свое, продолжая «колдовать» над моими путами.

Впрочем, безуспешно.

— Здесь есть другие, это ловушка, — объясняю очевидное.

— Мы не настолько глупы, Ноа. Вальтер уже ими занимается.

В момент, когда мои руки становятся свободными из темноты помещения, которая освещалась лишь магией Эдварда, что с каждой следующей яростной атакой пытался спалить Кирана, вылетает бессознательное тело одного из сообщников моих похитителей. Молодой пироман пораженно замирает, направив свой взгляд на поверженного мужчину у своих ног, а из тени следом выходит внешне равнодушный Вальтер, как ни в чем не бывало.

Вивиан, схватив меня за плечи, заставляет встать со стула, но я так же продолжаю пялиться, как дура, на демона, чьей Душой, судя по всему, являюсь. Как же так вышло? Меньше всего мне хотелось связывать свою жизнь с этим несносным демоном, что то и дело выражал свое безразличие к моей персоне.

— Ой, что же творится! Ты остался один. Что будешь делать? Побежишь плакаться к мамочке? — снова поддевает Эдварда Киран. Это он зря. Маг от упоминания своей родственницы только сильнее разозлился.

Я с силой вырвалась из цепких рук Вивиан, когда поняла в какую сторону должен был направлен удар Эдварда, и побежала наперекор огню.

Вальтер

План был предельно прост. Кучка демонов, как и подразумевали наивные маги, в лице меня, Кирана и Вивиан, едут на спасение одной слабой человечки, что была им дорога по каким-то своим причинам. Не знаю уж, догадывались они, что она одна из «потерянных» Душ, но определенно они сделали вывод, что девчонка нам важна. Только глупые людишки наделенные сверхспобностями даже не подозревали, что сами загнали себя в ловушку. Киран поехал на отдельном авто, чтобы отвлечь на себя внимание и первоначальный огонь. Причем вызвался он сам, предложив не действовать в лоб. Змеиные привычки из него не вытравить, как не старайся.

Всю дорогу, которую провел в компании щебечущей о глупостях Вивиан, на пути к старом амбару, бывшему когда-то местом сбора одного из кластеров Магического Ордена, я провел в тяжелых раздумьях. Моя девочка где-то там, возможно, напугана или, не стану даже предполагать, пострадала. О, в последнем случае, я лично своими руками раздавлю голову каждого мерзкого мага, что приложил к этому длань. Не могу позволить причинить боль моей девочке. Именно так. Не Душе — девочке. Никак иначе.

В первую очередь Ноа для меня слегка необычная девчонка, которая успела за недолгое время пребывания в Виственде подружиться с двумя злыми псами сторожа, подкармливая их время от времени перед учебой, при этом совершенно не идя на контакт со своими человеческими одноклассниками. До невозможности скрытная, еще и страдающая физической болезнью, но при этом сохранившая свое доброе начало. Я устал считать, сколько раз замечал ее, когда она на обеденном перерыве, вместо того, чтобы как все идти в буфет, стояла у окна, направив взор своих прекрасных кукольных глаз в сторону неба, вероятно, мечтаю увидеть его цвет. До сих пор не понимаю, как мог понять, о чем девушка могла думать в такие моменты, но что-то внутри подсказывало правильные ответы. Только позже понял, что это не «что-то», а «кто-то». Зверь. Каким-то чудесным образом, он не проявлялся во мне в полную силу, ментально находясь постоянно с ней после нашей первой встречи, когда я просто заметил ее мило щебечущую в компании Дарка. Хотя, уверен, Ноа почувствовала меня. Именно с того момента все изменилось.

И сейчас, когда ее похитили, я окончательно понял, что не смогу более существовать без этой девчонки. Если понадобится, сравняю все здания кластеров Магического Ордена с землей!

— Мы на месте, — одергивает меня голос Вивиан. Я тут же вливаюсь мыслями в настоящее, приказывая ей идти освобождать Ноа. Ее нужно было вывести в безопасное место, пока мы с Кираном будем разыгрывать свою партию.

В здание проникаем через черный вход. С меня мгновенно слетает морок, придающий человеческое обличие, и я сношу одним движением руки пытавшегося перекрыть нам путь мага, способного заморозить все в округе одним только взглядом. Его тело отлетает к деревянной балке, медленно оседая на пол, а разбитая голова оставляет за собой кровавый след. Терпкий металлический запах только будоражит демоническое начало, пробуждая что-то звериное.

— Пошла, — командую, видя сомнение во взгляде Вивиан, и она спешит в ту сторону, откуда слышны характерные звуки сражения.

Впрочем, не только она одна торопится на подмогу. Жаль только эти люди выбрали не ту сторону. Я убиваю одного за другим, кромсая и раскидывая их тела, которые для меня сейчас не весили и фунта, оставив в живых только одну растерянную девушку, просто-напросто вырубив ее. Знаю, это может сыграть со мной плохую шутку, но нам нужен хотя бы один козел отпущения. И именно она сгодится на это дело.

Разобравшись с дюжиной магов и прихватив с собой тело одного из убитых, направляюсь в ту сторону, куда тянется все мое естество. Не понимаю, Ноа там уже давно не должно было быть!

Выглядываю из угла и вижу в компании возящейся Виви свою девочку, белокурые волосы которой растрепались в разные стороны, а белоснежное платье покрыто кровавыми разводами.

Что. Они. С. Ней. Сделали?

Мгновенно прихожу в ярость, просто выбрасывая мертвое тело к ногам сражающегося с неуловимым Кираном мага огня. Понятия не имею, кто он и почему точит на меня зуб, но я точно его прикончу!

Маг выслушивает бредни моего друга, пока я, разъяренный, выхожу из своего мнимого укрытия. Ну же! Вот он я, делай со мной, что хочешь. Так? Да мне даже не нужно стараться, чтобы прикончить тебя, жалкий сосунок!

Огневик, вторя моим эмоциям, издает короткий крик, наращивая мощь. Столп огня, который мог исходить, разве что, только от пары-тройки магов разом, летит прямо в меня, но не достигает цели, потому что ему наперекор встает моя девочка. И не причиняет ей боль.

Не веря своим глазам, парой торопливых шагов добираюсь до Ноа и вижу, как перед ней в своей полной красе стоит Зверь. Огромный, призрачно-черный, сверкающий яркими желтыми огнями, он принимает на себя удар всей огненной мощи, буквально впитывая ее в себя. Я перевожу растерянный взгляд на лицо моей воинственной девочки, что продолжает непоколебимо стоять, сдерживая не прерывающуюся стихию. Маг силен, не поспоришь, но и, как оказалось, моя девочка тоже не промах. Словно вторя моим мыслям, поток огня прекращается, Зверь растворяется темными всполохами в воздухе, а Ноа, напоследок сверкнув затухающей желтизной своих глаза, падает обессилев. В последний момент успеваю перехватить ее тоненькое тело.

— Это ты зря, — усмехается где-то там Киран, ведь все мое внимание сосредоточено на одной воинственной девочке, что только что пожертвовала собой ради… Меня?

Маг сумел скрыться, поскольку я остановил Кирана, что было собирался бросить тому вслед. Все это не важно.

— Это сейчас что было? — удивленно задается вопросом потомок Заклинателей, но я и сам толком не знаю ответа.

— Что с ней? — тут же подбегает стоящая в стороне все это время Виви.

Я уже был не так зол на нее за то, что она не успела вывести Ноа из западни, поскольку понимал, что мог бы погибнуть прямо здесь и сейчас по своей глупой самоуверенности. Это могло ничего не значить, если бы моя жизнь не была теперь так тесно связана с Ноа. Кто знает, что стало бы с ней, если бы я пострадал. Кто бы ее защитил?

Мой демонический слух улавливал тихое дыхание Ноа, поэтому я принимаю единственное правильное решение:

— Мы едем домой.

Темница дальнего кластера Магического ордена

Кларенс Торенсби пребывал в состоянии полусна уже несколько дней. Время от времени ему приносили еду и воду, но никто из бывших соратников ни обмолвился с ним и словом. Старый маг не понимал, зачем его держат в заточении и чего ждать от будущего. Что сделает с ним эта шайка магов-отбросов во главе с Эдвардом? Каков будет приговор? Ответов на эти вопросы у бывшего магистра не имелось.

Сегодняшний день отличался от череды других тем, что «обещанный» ужин запаздывал. Никто не пришел в привычное время с очередным шедевром кулинарного искусства. Старый маг понуро сидел на своеобразной деревянной лавке, обшитой какой-то старой тканью, что была готова уже рассыпаться от времени, и смотрел сквозь решетку своей темницы на висящие в углу темного помещения часы. Зрение его с возрастом испортилось, поэтому он не видел, на что показывают стрелки, но отчетливо слышал разбавляющий тишину подвального помещения ритмичный отстук. Тик-так. Тик-так. Этот звук сводил с ума так же сильно, как и вынужденное одиночество.

Желудок уже начало сводить спазмом от голода, когда Кларенс понял, что в подвал кто-то спустился. Широкие торопливые шаги «гостя» эхом разносились по помещению, вторя тиканью часов. Скрипнула решетчатая дверь, и старый маг все же переместил внимание на входящего. Это был Эдвард. Мальчишка выглядел неважно в свете еле трепыхающегося магического огонька в его руке. Лицо болезненно бледное, под глазами залегли круги.

— Пришел самолично расправиться со стариком? — попытался пошутить Кларенс, но, поняв по скривившемуся лицу Эдварда, что у него плохо получилось, посерьезнел.

— На выход. Живо, — приказал молодой маг, разворачиваясь, даже не убедившись, что за ним последовали. Старику только и оставалось, что действительно пойти за огневиком.

Когда они вышли на свет зала переговоров, что находился прямо над темницей, ну, не шутка ли проектировщиков, Кларенс весь сжался. Слабость от долгого пребывания в месте заключения давала о себе знать. Осмотрев присутствующих, которых, впрочем, оказалось не так много, старик «упал» в одно из кресел.

— Что произошло? — слова давались ему с трудом, ведь он понимал, что его вызволили не просто так.

Эдвард, находящийся на крайней стадии истощения, уж старик Кларенс знал, как выглядит это состояние, не стал жалеть себя и присоединяться к посиделкам. Парень делал вид, что ему все нипочем, только потрепанный внешний вид и лихорадочный блеск глаз выдавал в нем слабость. Остальные тоже пребывали в состоянии замогильнова молчания.

— Переоценил свои силы, сынок? — решается на подначку Кларенс, замечая затравленные взгляды находящийся в помещении номинальных изгоев Магического Ордена.

— Заткнись. Сейчас буду говорить только я, — мгновенно срываются злые слова с уст Эдварда, у него даже не хватило сил, чтобы сказать это громче. Собравшись, он все же продолжил. — Сегодня мы потеряли наших братьев. Демонические… отродья безжалостно уничтожили их, не оставив живых мест на телах погибших. Но мы должны, просто обязаны, сообщить в главный кластер о произошедшем. Я надеюсь, все понимают, чем это грозит?

— Сообщить о том, что ты повел «наших» на убой? — эмоции в старом маге закипели.

Он понимал, что был обречен, но не мог ничего поделать, осадок от предательства остро жег его изнутри.

— Молчать. Ты ни черта не понимаешь! Демоны нарушили перемирие, убив наших людей! Это война!

В зале тут же поднялся гул, толпа из оставшихся магов была вне себя от сообщенной новости. Кто бы мог подумать: один мальчишка смог перевернуть их мир, буквально развязывая руки кровной вражде.

— И об этом доложишь ты. Магистр, — молодой маг снова вернул свое внимание Кларенсу, с презрением выплюнув последнее слово.

Ноа

Безликий мир, казалось бы, с каждым днем становится только ярче. Я вижу свет желтых фонарей мелькающих в окне движущегося автомобиля. И чувствую, как за руку меня держит чья-то ладонь, обжигая своим теплом. Хотя, я догадываюсь, кто это может быть.

С трудом поворачиваю чугунную голову в сторону демона. Мы сидим на заднем сиденье, за рулем рыжеволосая Вивиан, что-то тихо напевающая себе под нос, пассажирское сидение пустует, в салоне тепло. Вальтер же тяжелым взглядом своих сейчас темных глаз гипнотизирует мою персону. Не знала, что может оказаться так приятно от того, что за тебя переживают. Это чувство, словно маленькая хитрая саламандра, скользнуло по нервам, мгновенно приводя меня в состояние успокоения.

— Как себя чувствуешь? — спрашивает отчего-то охрипшим голосом парень.

Я ни черта не помню с того момента, как бросилась по стену огня, идущую в сторону Вальтера, которого впервые увидела в истинной демонической форме. В голове отчетливо сохранился его образ: темная кожа контрастирующая с белой школьной рубашкой, что натянулась на его вздувшемся теле, голова, увенчанная двумя красивыми рогами, кончики которых смотрели четко вверх, и глаза, горящие яростью и тревогой. Да, я ничего не помню, что было после. Но понимаю, что снова произошло что-то из ряда вон выходящего.

— Сносно, — коротко отвечаю, и слышу вздох облегчения Вальтера. Я, действительно, не чувствовала себя заживо сгоревшей.

Парень убирает свою руку, но только для того, чтобы приобнять меня плечи. Что это с ним?

— Не делай так больше, — прижимаясь ко мне все сильнее, куда-то в шею говорит мне демон.

Я, конечно, все понимаю, чувства-чувствами, но мы, кажется, с ним не настолько близки, чтобы обжиматься на заднем сидении еще и в компании малознакомой девушки. Мягко отстраняюсь, не сумев подавить радостную улыбку. Чувствовала себя с каждой минутой все более не по-нормальному счастливой.

— О! Ноа, ты очнулась? А мы как раз уже и приехали, — услышал возню, Вивиан останавливает машину и поворачивает голову. — Ну и напугала же ты нас, Душа.

Снова это противное слово! Волшебство момента рассыпалось, как и не было его. Не говоря ни слова, открываю дверь и выбираюсь из машины. Все окружающее предстает снова в серых тонах: маленький дворик перед таким же негабаритным домом, который тётя Меган сняла для нас двоих и одно сиротливо горящее окно. Судя по темному небу, уже поздний вечер. Мегс, наверное, с ума сходит, не зная, где меня носит!

— Ноа, подожди, — Вальтер окликает меня, когда я уже собираюсь броситься ко входной двери.

Останавливаюсь, показательно не поворачиваясь к нему лицом.

— Что тебе еще? Ждешь благодарности? Я не просила, чтобы меня спасали, — говорю тихо, но парень меня прекрасно слышит.

— Нет. То есть, да. Благодарность не помешает, но сейчас не об этом. Я узнал, что у тебя сегодня день рождения…

О, да-а-а. Самый скверный праздник в году.

— И? — замечая, как демон замялся, подначиваю.

— У меня нет подарка, но я собираюсь исправиться. Завтра. И да, твоя тетя думает, что ты уехала с нами. Праздновать. Киран ее предупредил.

— Серьезно? Это неожиданно. Спасибо, — за последнее действительно стоило поблагодарить.

Мне очень не нравится расстраивать Меган по пустякам. К тому же, узнай она о произошедшем, мы бы уже сейчас собирали вещи для очередного побега. А мне, кажется, только начинает нравится этот город, Виственд и… некоторые из одноклассников.

Вальтер снова приближается ко мне непозволительно близко. Я бы отреагировала на это с привычным холодом, если бы не то, что сделал парень. Он накинул мне на плечи пальто и снова приобнял.

— У тебя кровь на платье, тебе бы прикрыться, — поясняет одно из своих действий, оставляя второе без комментарий.

Но все и так было ясно. Демона тянет ко мне, как к Душе. И как бы скверно сейчас не было сердцу, разумом я понимала, что это лишь напускное. Ненастоящее. Сверхъестественное. Но если так подумать, то что вообще в моей жизни можно считать настоящим? Эту псевдоигру в нормальную семью с тетей? Мой вынужденный перевод в Виственд, чтобы навсегда отвязаться от школы? Какое бы будущее меня ждало, не встреть я этих демонов на своем пути?

— Спасибо, Вальтер. Мы обязательно увидимся завтра в школе. И поговорим. Но сейчас мне нужно идти к Меган, — проговариваю, с сожалением делая шаг в сторону дома.

Он провожает меня растерянным взглядом, что привычно жжет спину.

— До завтра, Ноа, — слышу голос демоницы прежде, чем Вивиан заводит машину, и они уезжают.

Когда я постучала в дверь, та сразу же распахнулась, будто бы тетя уже некоторое время караулила меня. В ее глазах я вижу затаенную радость и какое-то предвкушение.

— Наконец-то ты приехала! Ну, рассказывай, как повеселилась? — воодушевленно начинает заваливать меня вопросами она.

— Нормально, — начинаю откровенно кривить душой, но Меган не замечает этого, продолжая свою болтовню.

— Я так рада, что ты обрела таких хороших друзей. Это же был тот светленький, да? Дарк, кажется, — ошибочно предположила она.

— Нет, — хмурясь, отрезаю. — Это был Вальтер и Вивиан. Они действительно неплохие ребята.

— О, правда? А куда делся тот мальчик? Ну, ты у меня просто красавица, так что неудивительно. Эти мотыльки еще не раз обожгутся твоим огнем, — довольная сказанными словами Меган тянется к моему пальто, но я не позволяю, помятуя о предупреждении Вальтера.

— Мне нужно переодеться, — настороженно предупреждаю.

— Хорошо, беги. Потом спускайся вниз, я испекла твои любимые пончики. Просто пальчики оближешь! — не задавая больше вопросов, поддается тетя. Она у меня чудо! А пончики это, действительно, то, что сейчас нужно!

Кабинет директора Виственда

Дарк, стоило только его уже, вероятно, бывшим друзьям покинуть школу, тут же направился в кабинет Персивальда. Только этот старый доходяга сейчас мог помочь ему разобраться со случившимся.

Персивальд был не в настроении. Дарк понял, что Вальтер и здесь успел подосадовать своей подавляющей аурой. Но понимание — не значит принятие.

— Он потащил с собой твою внучку. Ты считаешь, что это нормально? — срывается на номинальном директоре Дарк.

Конечно, никто из «учащихся» в Виственде демонов не воспринимал Персивальда, как высшего по рангу. Лишь только равным, не иначе. И всем было невдомек, что старый демон когда-то сам основал Виственд, запатентовав его среди своих, как один из приютов для таких, как он. Да, все ребята жили в этой школе, у них были отдельные обустроенные комнаты в дальней части здания. Вистевенд буквально стал для них домом. И неважно, что не для всех это был собственными выбором.

Вальтер оказался здесь по решению совета, достигнув совершеннолетия по меркам демонов, поскольку не имел живых родственников в этом мире. Киран был сослан сюда по принуждению, как страж: каждый из его рода должен был в назидание пробыть несколько лет в компании Роктариона, чтобы никто из них не решил повторить судьбу Заклинателя. Вивиан сама захотела быть поближе к своему любимому деду, который всегда ее баловал и не запрещал быть той, кем ей всегда хотелось — обычной девчонкой. Дарк же… Его отец, что состоял в совете Древнейших, приказал ему следовать за Вальтером, как за более сильным. Ведь к потенциально могущественным персонам всегда слетаются все самые сливки общества, вдруг и сыну что перепадет.

Строить из себя дружественно настроенного демона было не по душе Дарку, но у него и той-то не оказалось. И вот сейчас, когда парень уже мог обрести обещанное отцом могущество, о котором мечтал с самого детства, его друг, Вальтер, решил дать заднюю.

— Я считаю, что Вививан и Вальтер вправе самостоятельно принимать решения, — коротко отзывается Персивальд.

Он на самом деле так считал, ведь эти демоны уже достаточно взрослые, пусть и по меркам людей, чтобы совершать собственные ошибки. А в том, что их поездка может вылиться в величайшие проблемы для всех, директор Виственда не сомневался.

— С ними поехал и Киран! Кто, как не ты, знает, что ему нельзя покидать стены этой школы?! — снова взбунтовался Дарк.

Его понимание о правильном разрывало просто на части. Он и так с трудом принял, что вынужден постоянно находиться в компании полукровки. Вбитые в его голову с детства понятия о жизни все чаще разбивались вдребезги.

— Парню нужно развеяться. И тебе бы тоже не помешало, — Персивальд встает и-за стола и подходит к взбудораженному демону. — Что тебя мучает? Я же вижу, что ты хочешь что-то спросить.

— С чего ты взял… А, впрочем, да. Только не спросить, а попросить. Я хочу уехать из Виственда. Навсегда, — решается парень на то, чего желал больше всего.

— Навсегда? Ты же знаешь, что твой отец будет против.

— Как меня достало! Отец то, отец сё… Я отказываюсь больше быть марионеткой в его цепких руках. Ненавижу это место! Ненавижу…

— Вальтера? Послушай старого демона. Если бежать от проблемы, она не станет менее значительной. К тому же, если проблема заключается здесь, — Персивальд указывает пальцем на свой висок.

Дарк пораженно отскакивает от демона. Персивальд всегда был поразительно проницательным и прошел немало испытаний за всю свою жизнь, чтобы обрести внутреннюю гармонию, теперь умея четко разделять свои желания и долг. Именно эту мысль он и хотел вложить в голову молодого демона, что был разбит внутри. Слишком долго тот притворялся тем, кем не являлся.

— Хэй, господа, я привел вам компанию! — в кабинет врывается подозрительно веселый Киран, неся на руках бессознательно тело девушки.

— Кто это? — Дарк брезгливо отходит от новоприбывшего, пока его бывший друг располагает молодую девушку на диване.

— Не знаю, но она точно маг. Я бы посоветовал хорошенько ее связать, — легкомысленно отзывается длинноволосый демон.

На лице Персивальда, все это время молчаливо смотрящего на творящееся безобразие, отразилась тень узнавания.

— Я знаю ее. Где Вивиан и Вальтер? — с напускной строгостью произносит старый демон.

— Они повезли Ноа домой. Вальтер, как бы так помягче сказать, немного сократил численность наших недругов.

— Что же вы натворили… — только и смог выдавить из себя Персивальд, вмиг обессилев, и сел за свое рабочее место.

Это могло значить только одно.

— Вы идиоты?! Для магов это словно жест доброй воли! Они же теперь в открытую начнут охотиться на нас! — Дарк тоже понимал, что дело попахивает жареным, но продолжить свою тираду не смог, потому что девушка начала приходить в себя.

— Именно для этого она и здесь! Мы предоставим ее суду Древнейших. Еще посмотрим, кого обвинят в развязывании войны, — Кирана не проняла речь светловолосого демона. Он вообще всегда относился к жизни проще, чем его занудный бывший друг. Парни мерили друг друга тяжелыми взглядами.

Персивальд не стал обращаться внимание на юнцов, снова поднявшись и медленно подходя в открывшей глаза девушке. Он не знал ее имени, но точно помнил ее лицо, почему-то ни капли не изменившееся. Когда-то давно демон причинил этой девушке много боли. Но не по своей воле. Это было лишь очередным последствием вспыхнувшей вражды между демонами и магами.

— Ты! — встрепенулась «пленница», вскочив на ноги, тоже узнавая Персивальда.

Дарк и Киран прекратили молчаливую борьбу взглядами и тут же скинули с себя человеческие обличия, готовые броситься на несчастную.

— Довольно. Вы, вон! — Персивальд не выдержал, указав на дверь молодым демонам. И как только те покинули помещение, обдавая непонимающими взглядами директора Виственда, вытянул две раскрытые ладони навстречу девушке. — Тебе нечего бояться. Я не причиню тебе вреда.

— Эта шутка какая-то? — изумляется она.

В ответ Персивальд только усмехнулся.

Ноа

Новый день принес с собой терзающую тревогу, что разбавлялась приятным послевкусием от вечерних посиделок с Меган. На этот раз мы много говорили, я даже искренне посмеивалась над ее шутками. Произошедшее со мной вчера будто сняло какой-то психологический блок во мне, что не позволял просто радоваться жизни. И оказалось, что это так… восхитительно!

Однако изнутри меня грыз червячок сомнения, направляя мысли совершенно в иное русло. Зверь, что живет во мне, неужели он так и будет завладевать моим телом и разумом, когда ему вздумается? И Вальтер… Как вести себя с ним?

Мегс, как обычно это бывает, подкинула меня до школы, и я неторопливо брела в сторону входа, мучаясь вопросами, ответы на которые мне пока были неведомы. На слякотной земле не оставалось и следа от вчерашнего снегопада, что приводило меня в еще большее уныние. Серость, как же она… удручает.

— Ноа! Здравствуй, — откуда-то со сторону слышу оклик. Это Дарк.

Все такой же исключительно идеальный, с превосходной прической и нечищенными ботинками. В его руках огромная дорожная сумка.

— Привет. Уезжаешь? — интересуюсь, стараясь не задумываться над тем, почему его не было вчера в компании других демонов.

— Да. Думаю, мне здесь больше нечего ловить. К тому же, ты у нас теперь занятая, — кисло улыбается парень.

— Ну, что же, тогда прощай, — специально пропускаю последние его слова мимо ушей. Не по-человечески это как-то, на больную мозоль давить. Ах, да, он же демон.

Собираюсь продолжить свой путь, но парень останавливает меня, больно хватая за руку. Перевожу свой недоуменный взгляд на него.

— Все хотел у тебя спросить. Что ты видишь, смотря мне в глаза? — он опускает свою голову так, чтобы оказаться со мной наравне, и я понимаю, что теперь на нем нет никаких ментальных щитов.

— Ничего. Я ничего не вижу, Дарк, — вырываю свою руку, разворачиваюсь и торопливо спешу к Виственду, делая для себя единственно верный вывод. Демоны — чертовы психи!

Конечно же я солгала ему. Вообще последние дни довольно часто этим злоупотребляю, но не могу ничего с собой поделать. Когда столь открытый взгляд словно манит тебя заглянуть за тайный занавес, сложно удержаться. И то, что я увидела, мне очень не понравилось, поскольку оказалось, что Дарк совершенно не такой, каким показался сначала. Расчетливый, лицемерный, завистливый. Он обладает пытливым умом, но всегда находится в тени Вальтера. Не по своей воле. И именно сейчас демону взбрело в голову, что он готов показать себя во всей красе, поэтому в это самое мгновение он направляется в этот их совет Древнейших, чтобы сдать Вальтера с потрохами, обвинив в сговоре с магами. Только почему парень решил раскрыть мне все карты? Что за игру ведет этот демон?

Вбегая в кабинет директора, я уже не удивляюсь тому, что Персивальд находится в компании девушки, пленившей меня вчера, а сейчас по-хозяйски расположившейся на диване, попивая чай. Я видела ее в воспоминаниях Дарка.

— Где Вальтер? Он мне срочно нужен! — находясь на грани истерики, спрашиваю у демона.

Да, об этом я тоже узнала парой минут назад, но удивляться не было времени.

— В чем дело, Ноа? Почему ты не на уроке? — спокойным тоном интересует директор.

Судя по всему, я прервала их беседу, которая тоже могла бы быть весьма занимательной, ведь отчетливо помню промелькнувшее лицо Персивальда в воспоминаниях Элизы. Это странно, что она сидит здесь, как ни в чем не бывало, еще вчера желая его крови.

Понимая, что демон понятия не имеет, где сейчас находится Вальтер, разворачиваюсь и тут же врезаюсь в того, кого искала.

— Что случилось? — он крепко держит меня за плечи, не давая упасть или убежать.

Но что за глупости?! О последнем я и не помышляла.

— Ты в опасности!.. — коротко пересказываю то, что задумал Дарк, после чего слышу, как Элиза начала кашлять, выплевывая чай обратно в чашку.

— Он сдурел? Да я ни за что не буду в сговоре с этими… нехорошими ребятами. Я вообще здесь в плену как бы, — объясняет она свою реакцию, когда я обращаю на нее внимание, заливаясь смехом.

Поскольку Вальтер продолжал удерживать меня, смогла рассмотреть девушку, подмечая насколько она красива: необычный оттенок бронзовой кожи и отливающие медью волосы в свете, льющимся из раскрытого окна.

— Они об этом не знают. И, подозреваю, Дарк не собирается их просвещать, — подытоживает Персивальд, и магиня перестает смеяться.

— Хорошо, что ты сообщила об этом сейчас, Ноа. Мы разберемся с этим, — произносит Вальтер, отпуская меня.

Мир снова становится серым.

— Ты сначала разберись со своим Зверем во мне, — хмурюсь, наваливая еще одну проблему на демона.

— Зверем? Вальтер, о чем она? — встревает в наш диалог директор.

— Долгая история. Я как раз шел об этом поговорить. Ты знаешь что-нибудь о моих родителях, Перси? — Вальтер наконец входит в кабинет, прикрывая за собой дверь.

— О, я обожаю слезливые истории. А у вас весело, хоть вы и остаетесь противными отродьями, — по-турецки складывает ноги девушка, подперев подбородок кулаками, выражая свою заинтересованность.

— Ноа, думаю, вас с Элизой лучше прогуляться, — тут же коротко бросает Персивальд, явно не желающий делиться информацией в компании лишних свидетелей.

— Вы уверены? — с сомнением спрашиваю, косясь на старушку в молодом теле.

Кто знает, какой финт она способна выкинуть?

— Не бойся, я не кусаюсь. И не собираюсь обратно в этот кластер отбросов. Эдвард не только у демонов уже в печёнках сидит. Идем, хоть посмотрю, что за тюрьма этот ваш Виственд, — отмахивается Элиза, поднимаясь с дивана, и тянет меня за собой к выходу.

Вальтер

— Чаю? — Персивальд явно собрался проверить мою выдержку на прочность, раз тянет время.

Я вежливо отказываюсь и сажусь напротив него за стол.

— Скажу честно — никто не знает, кто твои родители. И я не исключение. Есть только догадки, которые только подтверждаются словами Ноа. Твоя могущественная сила давно наталкивала Древних на мысль, что ты можешь быть потомком, а то и перерождением, того самого истинного правителя. Луксар — так его звали. Но это имя уже давно стерлось из памяти даже Древних. Разве что Роктарион может что-то знать о нем, но не факт, что он поделиться с тобой, узнав, кем ты можешь быть.

— Я заставлю его говорить, — мрачно отзываюсь, и Персивальд, утвердительно кивнув, продолжает.

— Я давно за тобой наблюдаю, Вальтер. Ты рос правильным и славным мальчиком, но могу с уверенностью заявить, даже наличие Зверя не делает тебя самым могущественным. Не сила определяет Истинного правителя. А скорее то, как он ею распорядится. Луксар не был правильным, мало что знал о дисциплине, времена такие уж были. И он точно не стремился завладеть троном Империи. И да, не смотря на то, что он нашел свою Душу — тут же потерял. Не повторяй его ошибок. Не стоит идти против мира в одиночку — цена может оказаться слишком велика. Ты должен найти свой путь.

— Я тебя понял, — переваривая полученную информацию, задумчиво проговариваю.

— Береги свою Душу, она у тебя единственная. А я разберусь с советом. Не зря же когда-то сам состоял в нем.

— Ты был в совете? — удивляюсь.

Никогда не слышал об этом.

— Да, и занимал в нем не самое последнее место, — горделиво произносит старый демон.

Ноа

— Ты всегда такая молчаливая? — Элиза, с которой мы мирно «прогуливались» по темным коридорам Виственда не могла умолкнуть.

По увиденным воспоминаниям из ее жизни, я могла судить, что эта женщина вообще не отличалась терпением. Взрывная, сумасбродная. И как она только не растеряла этих качеств за столько лет своего существования?

— Зачем говорить, когда слова не нужны? Это бессмысленно, — меланхолично замечаю.

— Хм, так можно сказать о чем угодно! Это не ответ, моя дорогая.

— Но как раз в этом есть смысл, не думаешь?

— Зачем думать, когда мысли не нужны? — оплачивает той же монетой Элиза, даже не пряча яд в голосе.

Мы доходим до просторного холла первого этажа, когда она вновь решает продолжить доставать меня вопросами:

— А все-таки, как у тебя вышло прикончить того… в грузовике. В тебе же одни кожа да кости. И оружия у тебя при себе не было. Признавайся, ты тоже владеешь какой-то магией?

Я останавливаюсь, раздумывая, стоит ли ей знать ответ. Все же она мне никто. И я совершенно точно не обязана отчитываться перед человеком, что был причастен к моему похищению. Но с другой стороны, раз мне ведома вся ее прошлая жизнь, то почему бы просто не поделиться чем-то из своей.

— Это была не я. Мне бы никогда не пришло в голову — убить кого-либо. Пусть даже вы и не такие уж и хорошие ребята, — искренне признаюсь.

— Ой, вот только не нужно себя оправдывать. Демоны тоже, знаешь ли, не божьи одуванчики, — отмахивается сарказмом Элиза, облокачиваясь на толстую колонну, что подпирала находящийся высоко потолок.

— Но и я не демон, — бескомпромиссно отзываюсь. Не понимаю, зачем она меня дразнит.

— И кто же ты? — в голосе магини слышится неподдельное любопытство. Все она знает.

Но я, не зная почему, подыгрываю.

— Кто? Всего лишь Душа, — отвечаю, пожимая плечами.

— И что это означает?

— По идее — то, что я целиком и полностью принадлежу демонам. Скорее даже одному конкретному, — выдаю, скрипя сердцем.

— И тебя это устраивает? Это же безумие! — словно вторя моим мыслям, восклицает Элиза.

Ну, хоть в чем-то мы с ней сходимся. Однако это не дает ей право продолжать терроризировать меня вопросами, когда я и сама во всем еще не разобралась.

— Слушай, не притворяйся, что слышишь о таких, как я впервые. Мне известно, что это не так, — огрызаюсь, не выдержав.

— А вот это уже интересно. Под всей этой пацифисткой броней спит настоящий вулкан. Мой тебе совет, не держи все в себе, — она отталкивает от колонны, подходя ко мне, с интересом заглядывая в мои глаза, но я отступаю, сжимая в кулаки свои ладони.

— Предлагаешь поступать так, как ты? Забирать чужие жизни, устраивать бессмысленные кровопролития, чтобы унять внутреннюю боль? — слова магини вызвали во мне неконтролируемый всплеск гнева.

Как и ее прошлые поступки. Я сказала, что мы в чем-то похожи? Только вот эта связывающая нить настолько тонка, что ее порвет даже обычное веяние легкого ветерка.

— Откуда ты?..

— Я видела это в твоих глазах. И не думай, что кто-либо из здешних поверил в твою жалкую пародию на примерную пленницу. Мне известно, что ты замышляешь. И знай, у тебя ничего не выйдет. Демон, которого ты хочешь убить, намного старше тебя, и опытнее, особенно в плетении интриг.

— Для сопливой девчонки ты слишком много знаешь, — прищурив свои очи, подмечает Элиза мою воинственность.

— Для полуторавековой мстительницы ты довольно хорошо сохранилась, — оплачиваю той же монетой, как совсем недавно это сделала она.

— Эм, это вообще-то звучало, как комплимент, — бровь девушки приподнимается, выражая изумление.

— Как и твои слова.

Мы молча стоит друг напротив друга, и я совершенно не знаю, что будет дальше. Не драться же с ней! К тому же, если Зверь снова решит вмешаться, то девушке не выжить. А это точно не то, что обрадует Персивальда.

— Значит, ты можешь видеть жизни людей, просто заглянув в их глаза? Все Души так могут? — первой нарушает тишину пустого холла Элиза, вновь задавая каверзный вопрос.

Но на сегодня хватит откровенностей. Особенно с ней.

— Понятия не имею. Я не встречала подобных. И мне кажется, нам пора возвращаться.

Ноа

Они нанесли удар первыми. Огромное количество магов, что окружили Виственд, просто взяли и бросили все силы, чтобы его уничтожить. Здание горело в пламени, где-то рассыпаясь миллиардами искорок, а где-то просто обрушиваясь этаж за этажом, погребая под своими сводами не только демонов, но и беззащитных школьников старшей школы, бывших обычными людьми. Из корпуса библиотеки слышался громогласный рык Роктариона, что сейчас буквально сгорал заживо, не в силах покинуть место своего заточения…

Болезненно бледная Элиза стояла в толпе магов, растерянно оглядывая масштаб катастрофы, что учинила собственными руками. Наступил тот самый час возмездия! Но почему тогда ей не стало легче, бездна в душе только сильнее открыла свою пасть, прося еще. Магиня наконец начала понимать, что это был не выход. Но ничего уже не изменить.

Возвращаюсь в реальность, понимая, что застыла у входа в кабинет директора в компании Элизы, что непонимающе хмурилась, переводя взгляд с лица на мои дрожащие руки. Она убила нас! Или… еще нет?

— Что это с тобой? — осторожно спрашивает она, кладя руку на мое плечо.

Я тут же отскакиваю, по-прежнему находясь под впечатлением от своего видения. Сколько это может продолжаться? Будто мало мне грязи чужих жизней и помыслов. Я не хочу видеть еще и будущее! Тем более такое…

— Послушай, ты побледнела. Тебе плохо? — заботливо спрашивает она.

Но я более ни капли не верю ей. То, что она сделает с этим местом, людьми… Ужасно! Однако, если это все еще не произошло, то я могу попытаться все изменить. Как тогда, в прошлый раз. У меня ведь получилось?

— Элиза. Как бы ты не хотела отомстить за своих родных, не делай поспешных решений. Прошу тебя. Помни, что Виственд — приют не только для демонов. Здесь учатся вполне обычные дети, что совершенно не причастны к тому, что произошло когда-то с твоей семьей.

Все мнимое лицемерное волнение слетает с лица девушки, и она отвечает коротко и без эмоций:

— Не понимаю, к чему ты ведешь.

А я по глазам вижу — прекрасно понимает. А еще замечаю, что начинает сомневаться в своих решениях. Именно это мне и было нужно.

— Долго вы под дверью стоять будете? — открывая оную, вопрошает непробиваемый Персивальд, приглашая Элизу внутрь.

Та послушно входит, но мне там делать было нечего: чувствовала, что Вальтер уже покинул кабинет.

— Она хочет уничтожить Виственд. Вместе с нами, — говорю тихо, так, чтобы девушка не услышала.

— Знаю. И я постараюсь ее переубедить, — кивает демон.

— Старайтесь лучше. Я, как оказалось, еще не готова умереть.

— Вальтер в библиотеке. — произносит на прощание Персивальд и закрывает за собой дверь.

Так, а что Вальтер забыл в храме знаний?

Вальтер

— Что. Ты. Знаешь. О. Луксаре, — в который раз по слогам задаю волнующий меня вопрос, немигающим взглядом стараясь подавить ауру древнего демона, что добровольно стал Заклинателем когда-то давно.

Но тот вполне сносно сопротивляется. По его покрытому чешуей лицу стекали струйки крови, что лились откуда только можно: из глаз, носа, хищно оскаленного рта. Роктарион не поддавался. Но это только пока что.

— Ты никогда не узнаешь, мальчишка. Не от меня, — этот урод еще умудряется усмехаться.

А мне были необходимы ответы, поскольку просто катастрофически не хватало информации. Кем являлись мои родители? Если у меня есть Зверь, то почему он не со мной? Кто я, черт возьми, такой?

— Что здесь происходит? Вальтер?! — процесс пытки прерывает тонкий грозный голос Ноа, отчего я тут же убираю свою подавляющую ауру, и слышу вздох облегчения от Заклинателя.

— Прости, я пытался ее остановить, но твоя девочка была слишком настойчива, — за спиной девушки стоит Киран, во всю строя из себя святую невинность.

Ну, да, так и поверил в его искреннее раскаяние. Парень всегда и во всем был расчетлив и почему-то сейчас решил, что Ноа нужно увидеть, какой я есть на самом деле. Жестокий? Или, может быть, бездушный? Даже стало интересно, какое мнение она составит обо мне в своей беловолосой голове.

— Зачем ты так с ним? — Ноа приближается к обессиленному Роктариону, осматривая его окровавленное лицо.

И что странно, ей, как многим барышням, не противно видеть кровь. Хотя, подозреваю, в ее глазах — это просто какая-то серая муть. Убедившись, что Заклинатель дышит и находится в сознании, она переводит на меня свой требовательный бледно-голубой взгляд.

— Он не хотел отвечать на вопросы. Важные для меня, — последнюю фразу выделяю интонацией.

— Может, потому что не хотел? Нельзя заставлять чело… демона делать что-либо против воли. Тебе ли это не знать, — пытается донести до меня свою мысль Ноа.

— Мне плевать на его желания, — отзываюсь коротко.

— Как было плевать и на желания Дарка? Вы не видите дальше своего носа! Ни ты, ни Киран. Пригрели у себя на шее змею, и ходите, как ни в чем не бывало.

Киран усмехнулся. Я тоже улыбнулся. Малышка начинает проявлять характер, переставая морозить окружающих своим равнодушием. Это неудивительно, учитывая насыщенность событиями ее дней.

— Малышка, мы уже взрослые демоны, сами можем разобраться со своими проблемами. Как-то же оставались в добром здравии до встречи с тобой, — поясняет девушке, как маленькой, Киран.

— Но ведь можно обойтись и малой кровью, разве вы не понимаете? Вальтер, ответь мне, ты действительно хочешь быть… таким? — запинаясь на последнем слове, девушка замирает.

— Каким, Ноа? — ну, наконец, я получу хотя бы один ответ.

Не сомневаюсь, что и у Ноа их тоже накопилось немало, не зря же она обещала мне вчера разговор. И плевать, что при свидетелях — когда Душа рядом, для демона не существует более никого, кроме нее.

— Глупым! — обескураживает своим ответом Ноа.

Киран начинает ржать.

— О, пожалуй, я оставлю вас, — уходя, произносит парень, продолжая посмеиваться.

Ноа стоит, ожидая реакции от меня, и я не намерен оставлять ее оскорбление без внимания.

— Последний, кто назвал меня таковым, скончался в муках от разрыва сердца, — с угрозой произношу, не сумев смягчить тон.

Запах крови будоражил демоническую кровь, даже не смотря на то чувство умиротворения, что принесла с собой моя Душа.

— И что ты намерен сделать со мной? — девушка отходит от упавшего в обморок Заклинателя, медленно приближаясь ко мне.

Ее присутствие действует на меня, как валерьянка для кота, и я после этих ее слов поразительно быстро успокаиваюсь. Словно и не собирался парой минут назад пытать тут до полусмерти плененного отступника.

— Ноа, что ты хочешь услышать? — поверить не могу, что признаюсь в этом сам себе, но я устал.

С появлением девушки весь мой привычный мир рухнул. Больше нет того правильного демона, что неотступно следует указаниям совета Древнейших. Они явно не станут помогать мне искать истину. А девушка… Она вообще мало что знает о жизни даже людей. Забитая, скрывшаяся в своем выдуманном мирке. Что с ней прикажете делать?

— Скажи лучше то, что хочешь ты, — с вызовом произносит Ноа и подходит еще ближе.

В полутьме помещения ей, вероятно, плохо видно мое лицо, но почему-то меня не отпускает мысль, что делает она это по совершенно иным причинам. Что это с ней? Сомневаюсь, что она перестала бояться моих прикосновений.

— Вообще-то, я стараюсь щадить твои хрупкие чувства, — отвечаю на пол тона ниже, чем хотелось бы. С ней вообще ничего не происходит так, как хочется.

— О, поверь, мои чувства не стоят того. Их уже давно расплющило осознание моего предназначение в этой жизни, — печально усмехается беловолосая, стоя уже вплотную.

И снова это чувство, как тогда, когда я караулил под ее окнами. Ее маленькое тоненькое тело в моих руках, прижимающееся в попытке слиться со мной навечно. Это не страсть. Что-то более глубокое. Но я должен сохранять ясность ума!

— Тебе не хочется быть Душой, я понимаю. Это не твой выбор, просто злая шутка мироздания. Не стоит себя за это корить, — не знаю почему, но последние слова вырываются сами собой.

Нам обоим не нужна эта связь, но она есть, и с этим ничего нельзя сделать. Возможно, меня манит Зверь, запертый в ней. Только, так ли уж он и заперт?

— С чего ты решил, что я корю себя. Это не так. Просто хочу, чтобы у меня как раз-таки был выбор, — она поднимает свою голову, обхватывая меня за плечи и сжимая их.

— Своевольная. Но ты не сможешь долго сопротивляться. Нам суждено было встретиться. Я, кажется, уже даже смирился с этим. Скажи, ты же чувствуешь это? — взяв на себя роль демона-искусителя, задаю вопрос, спуская руку к ее пояснице.

— Если ты говоришь о магнетическом притяжении, что очевидно, и желании забраться тебе в голову, чтобы выпотрошить все твои демонические замашки, то да, — сказав это, Ноа вновь отходит, разрушая момент единения.

— Ты неисправима. Но я подожду.

Я действительно не собирался ее торопить. Не хочет принять, что является моей Душой? Да, пожалуйста. У нас много времени.

— Знаешь. Меня последнее время посещают разные… видения. Я часто вижу смерть. Твою. Свою. Иногда мне кажется, чем больше я стараюсь не быть частью твоей жизни, тем сильнее возрастает вероятность того, что ты пропадешь без меня, — неожиданно в лоб заявляет девушка, снова погружаясь в себя.

— А ты без меня, — парирую.

— Тогда будем пока держаться рядом. Для взаимной безопасности, конечно, — уже без прежних эмоций, решает девушка, скорее для себя, чем для нас.

— Я только «за».

— Хорошо. Тогда я могу помочь, — снова озадачивает она меня.

Помочь? Эта маленькая беззащитная снежинка, что только и норовит растаять на теплой ладошке. Да ее даже обнимать сильно нельзя, не то, глядишь, рассыпется.

— Чем же? — тем не менее, интересуюсь.

— Как только Роктарион очнется — я посмотрю ему в глаза. Он уже открывался мне однажды, это что-то да значит.

Вот это новость! Значит маленькая Видящая успела заглянуть за темный занавес жизни Заклинателя. Мне это не понравилось. Этот старый демон что-то замышляет. И меня совсем не прельщало то, что он вздумал использовать мою Душу в своих корыстных целях.

— Нет.

— Но почему? Так было бы намного быстрее и это отличный способ обойтись без жертв, — словно ребенок, возмущается Ноа.

А она и есть еще ребенок. Только вот эта святая наивность способна одним только предложением сломать демону мозг. Зачем ей нужен живой Роктарион?

— Я не позволю тебе видеть всю ту грязь, что он совершил. Поверь, ты защищаешь не того.

— Свою «грязь» ты не скрываешь, — обидевшись, она скрещивает руки под грудью.

Старательно отвожу взгляд от сего действия. Сейчас только еще не хватало истекать слюнями, как голодный пес на кость.

— Мой случай — иной, и тебе об этом прекрасно известно.

— Хорошо. Только оставь при себе эти собственнические замашки. Мне это не нравится, — и все же она прекрасно понимает причину моего категоричного поведения, но не собирается с этим мириться. Пока.

— Привыкай, Душа, — советую, намекая на слова выше о том, что нам придется держаться вместе. Это было даже не мое решение, и за язык ее никто не тянул.

— Не дождешься, Демон.

А вот последнее прозвучало, как вызов.

Граница четвертого кластера Магического Ордена

Два громких стука в дверь, а после еле слышный скрип ее открывания.

— Мэм, у нас есть две новости.

В комнату вошел мужчина неопределенного возраста, одетый во фрак. В его голосе слышалось явное раболепие и желание угодить своей госпоже.

Высокая статная женщина стояла спиной ко входу и даже не повернулась, чтобы поприветствовать гостя, продолжая не отрываясь вглядываться в записи дневника, судя по его обшарпанной обложке, весьма древнего.

— Начинай с плохой, — все же отозвалась она сухим голосом. — Люблю оставлять сладкое на десерт.

Мужчина сглотнул ставшую вязкой слюну и осторожно начал:

— В районе дальнего кластера возник конфликт между магами и демонами. Последние устроили кровавую резню, и есть некоторые сведения о том, что одну из наших держат в плену.

А после замер, ожидая реакции. И она последовала. Женщина аккуратно прикрыла дневник, положив его над полку, и все же обернулась, всем видом выражая само спокойствие.

— Что на счет хороших? — под ее немигающим взглядом, мужчина сконфузился.

— Там же обнаружилась Душа, — после его слов, эмоции на лице загадочной женщины все же возникли.

Вернее — эмоция. Это было предвкушение.

— Внешние признаки очень характерны, — продолжил слуга. — Девушка 17–18 лет, белые волосы, серые глаза. Она вполне подходит по описанию на ту, что Вы ищете.

Губы женщины растянулись в хищном оскале. Мужчина, испугавшись, нервно оглянулся, бросив полный надежды взгляд в сторону выхода из комнаты.

— Так вот куда тебя занесло, Ноа Таймлез, — скорее для себя, чем для слуги, проговорила женщина. — Ну, что ж, Мартин, собирай чемоданы, кажется, пора лично посетить этот кластер, набитый шайкой отбросов.

Ноа

Не знаю, что на меня нашло в библиотеке. Возможно, это то самое пресловутое противоестественное притяжение Души и ее Демона. Но, определенно, было и что-то иного рода. Чувства? Нет, о них не может идти и речи: я ничего не знаю об этом демоне, чтобы испытывать к нему симпатию. Разве то, что он жестокий, судя по внешнему состоянию закованного в цепи Роктариона, и благородный, если однобоко рассматривать ситуацию с моим вызволением из рук магов. Но всегда есть и другая сторона. И у его поступков могут быть совершенно иные мотивы, отличные от тех, что надумала я в своей голове. Не думала, что скажу это, но я скучаю по таким понятным и простым людям.

Хотя, скучать долго не пришлось. После сцены в библиотеке, я направилась прямиком на уроки. Все же нужно хоть иногда их посещать. Компанию мне составил чем-то очень довольный Киран, что всю дорогу до учебного кабинета подшучивал над нашим уединением с Вальтером. А последний, впрочем, решил остаться и продолжить свои пытки. Меня корежило от этой его задумки, сама моя суть была против насилия над кем-либо живым. Так же нельзя! Но кого бы еще интересовало мое мнение…

Отсидев все уроки, словно на иголках, как только прозвенел звонок, обозначающий завершение учебного дня, я сорвалась с места и пулей вылетела из класса. Киран, который решил сегодня побыть моей тенью, с точностью повторил мои действия, но заметив, куда лежит мой путь, остановил.

— Тебе там нечего ловить, принцесса. Я думал, вы уже все выяснили, — с таким жирным похотливым намеком, тормозит меня демон, перегораживая собой путь.

— Слушай, ты не мог бы… — пытаюсь корректнее сформировать речь, чтобы вновь не оскорбить, но Киран не дает закончить.

— О, я, конечно, могу все и даже больше, но Вальтер мой друг, а я мне еще дорога жизнь.

— Изыди! — откуда не возьмись слышится голос Вивиан, которая отталкивает Кирана с моей дороги, заменяя его собой. — Ноа, мы сегодня еще не виделись, здравствуй. Как ты?

— Жить буду, — понуро отвечаю, понимая, что мне никто не даст просто так вернуться в библиотеку.

— А у меня для тебя сюрприз! — возбужденно восклицает девушка. — У тебя же вчера день рождения был, если не ошибаюсь?

— Не ошибаешься, — обреченно отзываюсь.

Господи, когда этот театр абсурда уже закончится?

— Отлично! Киран, ты идешь с нами, — довольно перебирает наманикюренными пальчиками демоница, сложив ладони лодочкой.

— За тобой хоть в Рай, хоть в Ад, — в своей клоунской манере выражается парень.

Хм, между ними что-то есть? Я хоть и не могу считать помыслы по их глазам из-за ментальных щитов, но чувствуется некое напряжение, когда эти двое находятся под одной крышей. И это точно не взаимная неприязнь. А, к тому же, совершенно точно, не мое дело.

Ребята приводят меня в свой личный кабинет, что сегодня представлял из себя разряженное в стиле детских праздников помещение. Вивиан, стоило мне переступить порог, натянула мне на голову картонный колпак и продудела свистком-языком прямо в лицо.

— С прошедшим праздником! — воскликнула она, и побежала разливать по бокалам приготовленный заранее пунш.

— Я, надеюсь, он алкогольный, — мрачно отозвался Киран, который тоже не избежал участи носить праздничный колпак, и пошел следом за девушкой.

— Твои надежды тщетны, — усмехнулась Вивиан, вручая мне картонный стаканчик с изображенным на ней карикатурным смайлом демоненка.

Полнейший сюрреализм. Замершую меня усадили за журнальный столик, служивший сегодня заменой кухонного, и стали угощать различными яствами, аргументируя это тем, что я слишком худая. Вивиан даже испекла для меня торт! Кривой с виду, несуразный, но, по ее словам, пальчики оближешь. Тот действительно оказался вкусным, и мы в три рта быстренько расправились с ним. Киран все время бросал какие-то мрачные ехидные замечания, а я все больше убеждалась в мысли, что он здесь только из-за Вивиан.

— Я так рада, что ты теперь с нами, — вдруг искренне признается демоница. — До твоего появления здесь было довольно… скучновато.

— А сейчас весело? — не смогла не улыбнуться ей в ответ, девушка просто лучилась счастьем.

На мой взгляд, с того момента, как я начала обучаться в Виственде, привычный мир живущих здесь демонов заметно пошатнулся. Но судить могла только по мыслям поделившегося своими воспоминаниями Дарка.

— Малыш, да ты же с ног на голову все перевернула! — скидывает с себя маску мрачности Киран, подтверждая мои собственные суждения.

— Например? — как бы я не старалась не влезать в жизнь демонов, меня тянуло постигнуть их мир.

Понять. Может быть это поможет мне смириться с участью Души…

— Тот же самый Вальтер. Ты, может, и не заметила, но он никогда не был настолько эмоциональным. Всегда сдержанный, стойкий. А тут похищают тебя и как понесло-о-ось!..

— Киран! Ноа явно неприятно слышать о вчерашнем инциденте. Сегодня мы говорим только о хорошем! Вот, я, например, всегда хотела иметь такую подругу, как ты, проницательную, что может понять даже без слов. Правда, здорово же?

— Это… мило, с твоей стороны, — удивившись тому, что Вивиан записала меня в список своих подруг, произнесла.

Нет, я понимаю, у демоницы навряд ли могли возникнуть хорошие дружеские отношения с обычными людьми, поскольку те были не посвящены в их тайны. Или были такие?

— А разве никто из обычных людей не знает о вас? — интересуюсь.

— Не, нам строго запрещено раскрывать себя. Мы же не хотим массовых гонений, — отмахивает Киран, говоря с набитым ртом.

— К сожалению, немногие люди могут понять и принять нас. Для всех лучше, если мы будем и дальше оставаться всего лишь мифом, — дополняет его слова Вивиан.

— А что вы делаете с теми, кто узнал это, скажем, по случайности? — осторожно спрашиваю. Попахивает чем-то нехорошим.

— Устраняем, конечно, — легко отвечает Киран, запивая проглоченный кусок магазинных кейков пуншем.

— Киран! — строго осаждает парня демоница и продолжает объяснение. — Все зависит от того, как воспринимает человек эту информацию. Если…м-м-м… спокойно, то ему просто-напросто стирают память. Для таких случаев у совета Древнейших есть особые артефакты. Составляются протоколы, и за этими людьми потом в течении нескольких лет ведется наблюдение.

— Да, но это такая морока! Легче уби… — снова вставляет свои пять копеек демон, не теряя времени зря, запихнувший в себя еще и огромную виноградину.

— Кир, мать твою грешную, жуй с закрытым ртом уже! — взрывается Вивиан.

Что-то дело попахивает нечистым. Я не дура, поняла, о чем хочет сказать Киран, но почему-то мне очень хотелось услышать полный ответ.

— А что случается с теми, кто не так мирно настроен?

— Понимаешь, такие люди представляют опасность, — нервно начинает Вивиан, комкая в руках салфетку, которую схватила, как только начался этот разговор. — Очень важно сохранить в тайне наше существование. Поэтому им тоже, конечно же, стирают память. Но не всегда выходит даже просто поймать подобных людей, ведь они, зная о таких, как мы, хорошенько готовятся к битвам. А в них, как ты понимаешь, всегда есть жертвы.

Затихла, переваривая информацию. То есть, ни в коем случае нельзя допустить, чтобы тетя Мегс узнала о том, в чьей компании я пропадаю уже который день. Нужно быть предельно осторожной. Не хотелось бы, чтобы и ее постигла подобная участь.

— Ладно, если вы наболтались, то я предлагаю разбавить обстановку кое-чем горячительным! — Киран подскакивает из-за импровизированного праздничного стола и в несколько шагов преодолевает путь до мини-бара, доставая оттуда бутылку шампанского.

— Все это, конечно, замечательно. Спасибо вам за чудесный подарок! Но мне уже пора домой. Тетя будет волноваться, — пытаюсь культурно избежать попойки, тоже поднимаясь с места.

На что парень только пожимает плечами, все равно с громким хлопком открывая бутылку.

— Но мы еще не дошли до подарков, — растерянно произносит демоница, хмурым взглядом следя за действиями Кирана.

Тот разливает шампанское по бокалам, один подавая девушке. Мне тоже вручает, несмотря на отказ.

— Давай. На улице прохладно, так хоть расслабишься и кровь разгонишь.

Ребята все же уговаривают сделать глоток насыщенного пузырьками напитка. После чего Вивиан вручает мне весьма странное украшение в виде тонкого браслета с подвесками незнакомых рун, заверяя, что это демонический оберег от плохих снов. Принимаю подарок, мысленно усмехаюсь. Все же демоница не виновата, что не знает, на сколько специфические у меня сны. После недолгих расшаркиваний, мы прощаемся. Подвыпивший Киран все норовился подбросить меня до дома, но я отказалась. Не хватало еще в аварию попасть! Хотя, подозреваю, на демонов спиртное действует все же не так, как на людей.

Впрочем, я-то как раз и не обладаю невосприимчивостью к алкоголю, поэтому всю дорогу до дома, в такси, клевала носом. Надо же, и это с одного глотка шампанского! Войдя на порог, коротко здороваюсь с занятой какими-то бумагами Меган, и сразу же удаляюсь в свою комнату. Там, не раздеваясь, падаю на кровать и моментально вырубаюсь.

Признаюсь, эти посиделки отлично отвлекли меня от ситуации с Вальтером. Вот же хитрые демоны…

Ноа

Сны мне всегда казались лучше той внешней жизни, что приходится терпеть, бодрствуя. В них никогда не было той боли, несчастий, которые могут принести люди. Именно поэтому в созданных мною снах никогда не было живых разумных существ. До некоторых пор.

Все тот же зеленый луг, лучистое солнце в необычайно голубом небе и, словно клякса на белом полотне, черный Зверь с зияющими провалами желтых глаз. Ему тут не место, в который раз понимаю я.

— Не смей управлять мною более, — тычу в него пальцем.

В ответ он лишь усмехается, скаля огромную пасть. Н-да, пожалуй, я погорячилась, не стоит ссориться с таким. Словно чувствую мои сомнения, Зверь только сильнее веселится, судя по тому, как он активно виляет хвостом.

И как мне теперь спокойно наслаждаться красками жизни здесь, если в голове все мысли только о том, что это существо моими руками разорвало живого человек там? Надеюсь, хоть тот безумный маг огня остался цел, и я не причинила ему боли. Не то, что бы он мне нравился, только сумасшедшим нравятся психи, но доводить до убийства не хотелось бы.

— Давай договоримся. Поскольку я вынуждена терпеть тебя здесь, будь добр, не вылезай наружу. Мне очень не нравится, как ты поступаешь. Если ты так жаждешь крови и смертей, то проваливай к своему демону, он как раз тебя поддержит в этом стремлении, — все еще храня обиду на Вальтера за то, что он сделал с беспомощным Роктарионом, ставлю условие Зверю.

Но животное на то и животное, что разумом не блещет. Зверь срывается с места, повалив меня на траву, и старательно начинает вылизывать мое лицо шершавым языком.

— Фу, слезь с меня. Ты слюнявый, — пытаюсь отпихнуть от себя тушу, которой, впрочем, хватило ума не наваливаться всем весом, иначе бы меня расплющило в лепешку.

Ноль реакции.

— Ты делаешь мне больно, — а вот эти слова можно даже посчитать волшебными. Зверь тут же отходит от меня, виновато поскуливая.

Вот это дела! Такой большой и грозный Зверь скулит? Даже стыдно стало.

— Ну, чего ты? Не расстраивайся. Я не хотела тебя обидеть. Просто мне неприятно.

Но Зверь не слушает мои оправдания, лишь расстроенно бредет в сторону леса, не реагируя на оклик.

— Да стой же ты! — срываюсь вслед за ним, но просыпаюсь.

В дверь стучит Мегс. Разблокировала телефон и взглянула на время. Еще даже восьми вечера не было. Алкоголь, оказывается, отличное снотворное.

— Ноа, за тобой там мальчик приехал. Я пыталась его позвать в дом, но он отказался, — услышав мою возню, сообщает Меган из-за двери.

Кто?! Подбегаю к окну и вижу показательно кутающегося в темное пальто Вальтера, что приветливо машет рукой, заметив мою заспанную личность.

— Ноа? — не услышал ответа, снова зовет тетя.

— А? Да, я сейчас спущусь, — отпрянув от окна, начиная судорожно переодеваться.

Что он тут забыл? Мы, конечно, договорились, держаться вместе, но не постоянно же!

— Давай скорее, замерзнет же мальчишка, — все не отходит от двери Мегс.

Ага, замерзнет, как же! С его-то горячей кровью. Еще в прошлый его приход заметила, насколько пышет жаром его тело. Вероятно, поэтому демонов считают адскими существами. Хотя, это не единственный характерный фактор.

Отчего-то собираюсь дольше, чем обычно, старательно выбирая свой наряд, и останавливаюсь на черном свитере и темно-синих, по заверениям тети, джинсах. Волосы торопливо собираю в небрежный пучок. А макияж… Да зачем он мне? Пусть все видят мое лицо таким же невыразительным, какими я вижу всех окружающих меня людей. И демонов, конечно же.

— Он такой красавчик. Разрешаю задержаться, завтра все равно выходной, — внизу сталкиваюсь с заинтригованной Меган.

Точно! Завтра же суббота. А я и забыла совсем.

— Ужинай без меня, — киваю ей в ответ, снимая с вешалки свое старое, но горячо любимое пальто.

— Эх, молодость, — вздыхает Мегс мне в спину, смеша меня этим.

— Тебе еще нет тридцати, так что не все потеряно, — заверяю ее и выхожу из дома в холодную осеннюю стужу.

На улице темно, в свете уличных фонарей не сразу замечаю фигуру демона, что неслышно подкрадывается ко мне со спины.

— Долго ты, — говорит тихо, но я подскакиваю, испугавшись. — Прости.

— За что конкретно ты извиняешься? — приведя чувства в порядок, интересуюсь.

Вдруг, он прозрел и понял свои сегодняшние ошибки. Но нет, скорее на Земле еще и ангелы появятся, чем это случится.

— Ты испугалась. Причем почему-то только сейчас. Я думал, после сцены в библиотеке тебя ничем не пронять, — усмехается он, предлагая мне локоть.

Недолго думая, кладу на него свою бледную замерзшую ладошку.

— Ты ошибаешься. Просто все эти ваши демонские повадки мне еще непонятны, — парируя спокойным голосом.

— Но разве люди не боятся того, чего не могут понять? — Вальтер бросил взгляд на мое лицо, ожидая реакции.

— В моей жизни столько всего непонятного, что я уже принимаю это за норму, — отмахиваюсь. — Зачем ты приехал?

— Хотел предложить тебе прокатиться до одного места. Ты же хотела стать…ближе ко мне, — эти слова даются ему с трудом.

Словно он… взволнован?

— Не перевирай. Я сказала, что пока что нужно держаться вместе. Для общей безопасности. Но это не подразумевало, что ты будешь заявляться ко мне домой, когда тебе заблагорассудится, — поясняю, выискивая в темноте его автомобиль, чтобы скорее закруглиться с этой волнующей уже меня темой.

Но, что б меня, даже прикосновение Вальтера не позволяет хоть что-либо различить в ночи.

— Ты расстроена? — неожиданно спрашивает демон.

Не думала, что это его беспокоит. Пусть, он наговорил в библиотеке много слов на тему того, как старается беречь мои чувства, но я-то знала, что это не так.

— Немного. Но это пройдет, — краткость — сестра таланта? Так пусть теперь заделается в родственники и ко мне. Как раз у меня их самый минимум. — Куда ты хотел меня отвезти?

— Увидишь, — загадочно произносит Вальтер, подводя меня к своему авто. Галантно распахнул дверь пассажирского места и пошел на свое только после того, как удостоверился, что я села.

Он молча заводить мотор, и мы трогаемся с места. Некоторое время молчим, однако я сдаюсь первой:

— Скажи, ты убил его?

— Кого? Заклинателя? — на мгновение отвлекается от дороги демон и, видя мой утвердительный кивок, сжимает челюсть так, что видно под его скулами появляются желваки. — Нет. Это было бы только ему на руку. А он не заслуживает быстрой смерти.

— И что, он теперь будет вечно в цепях? — ужасаюсь. Бедный Заклинатель!

Пусть он будет хоть тысячу раз чудовищем, но всему же должен быть предел…

— Он сам выбрал свою судьбу, в отличии от нас с тобой, — каверзно подмечает Вальтер.

— Это жестоко, — рассеянно подвожу итог, замолкая.

— Такова жизнь. Хватит о нем, — быстро сворачивает разговор демон.

Спустя минут пятнадцать, пока я «наслаждалась» проносящимися мимо бесцветными пейзажами за окном, Вальтер наконец-таки тормозит где-то на окраине. Я не бывала в этой части города, мне, признаться, вообще мало известно о приличных местах этого населенного пункта. И о неприличных тоже, к слову.

— Мы приехали, — озвучивает очевидное Вальтер, заглушая мотор.

Свет фар гаснет, и я больше не вижу даже близстоящих построек. Сплошная темнота.

— Что это за место? Не мог бы ты… зажечь фары, мне ни черта не видно, — смущенно прошу об одолжении парня.

Мне все же было слегка неловко из-за своего дефекта. Ладно, вру, очень стыдно.

— Прости, но это тоже часть плана, — без сожаления отвечает Вальтер, и выходит из машины, чтобы открыть для меня дверцу.

— Сегодня прямо день сюрпризов, — бубню себе под нос, вспоминая дневные посиделки с Вивиан и Кираном.

Надеюсь, сейчас будет без алкоголя, а то я усну прямо на ходу, предпочтя сон яви. Все же со Зверем тоже нужно было объясниться. Это меня и отрезвило.

Вальтер предлагает свою руку, но я игнорирую ее. Как бы не был велик соблазн взглянуть на красочный реальный мир — это бесполезно. Временный эффект из-за нашей ненормальной связи с ним. Еще одно глупое разочарование.

Мы входим в темное помещение, и Вальтер на секунду оставляет меня посреди темноты в одиночестве. Но оказывается, это тоже часть его плана, поскольку спустя это мгновение в помещении загорает свет. И не обычный, исходящий от одной-двух лампочек ограниченных люстрой. Нет. Тысяча маленьких огоньков загорается в темноте под находящимся где-то высоко потолком. Отсюда казалось, будто они просто парили в пространстве.

— Я же обещал тебе подарок, — снова возвращается Вальтер, находясь ко мне максимально близко, но не прикасаясь.

Лишь только его горячее дыхание опалило мою замерзшую кожу. Невероятный контраст!

— Как… Непонятно. Они же цветные? — интересуюсь, имея ввиду огоньки.

Не хочется его обижать, но мне не стоит забываться на счет демона.

— Нет, ровно такие, какими ты их видишь, — отрицает мое предположение Вальтер, ни капли не обидевшись.

— Похожи на звезды. Только эти можно потрогать, — завороженно дотягиваюсь до одного из огоньков, что спикировал мне прямо на ладонь и растворился.

Щекотно и… волшебно.

— Ты бы хотела дотянуться до звезд? — Вальтер времени не терял.

Помог мне снять пальто, после принявшись за свое. В помещении оказалось тепло. В углу комнаты заметила накрытый столик с приборами на двоих. Это, что, романтический ужин?

— Я мыслю трезво, так что вероятнее всего я бы сгорела к чертовой матери, — пытаюсь скрыть удивление, отрезая холодным тоном.

— Я тоже, — соглашается демон и жестом приглашает за стол. И почему мне кажется, что он имел ввиду совершенно иное?

— Ты ведешь себя странно. Все так же преследуешь одному только тебе известные цели, но… Где тот озлобленный демон, что показывает свой оскал на любую попытку сблизиться? — немного смущаюсь, когда Вальтер где-то берет готовое экзотическое рыбное блюдо, накладывая мне в тарелку.

— Кажется, ты не совсем понимаешь мои намерения, — невозмутимо отзывается он, сев напротив и наливая в мой бокал что-то. С сомнением кошусь на этот жест, но демон одним словом развевает мои страхи. — Это сок.

— Буду честна. Я вообще тебя не понимаю, — отпивая из бокала, отчего-то в горле пересохло, признаюсь.

А что? Если так оно и есть. Хоть в этом-то я могу сознаться. Но не в том, что мне очень нравится этот вечер. Наверное, он будет одним из самых светлых в моей памяти, после тех воспоминаний об уютных посиделок с родителями.

— Тогда я готов раскрыться перед тобой. Тебе же не нужен свет, чтобы видеть? — пригубив вино, которое налил в свой бокал, озадачивает меня парень.

И подается вперед, направляя свой уже ничем не защищенный взгляд ровно в мой обескураженный. Это было слишком неожиданно. Фишка у демонов, что ли, такая?

Я проваливаюсь в Вальтера, падая в бездну его воспоминаний о прошлом, мыслей о настоящем и будущем. Но цепляюсь почему-то только за те, в которых фигурирую сама.

Вот он видит меня впервые в компании Дарка, размышляя над тем, как очень не хочет устранять друга из-за за какой-то забитой новенькой, к которой хочет подойти и сам, чтобы отвоевать ее внимание.

Вот смотрит на мою одинокую фигуру у окна, когда я старательно пытаюсь ему объяснить, что имею такое же право находить не уроке, как и он. В тот момент, я, кажется, сказала, об его Избранности, хорошенько так насолив на рану. Тогда Вальтер очень удивился тому факту, что лично познакомился с Видящей и понял, что мое внимание просто-напросто ему ни к чему, впервые испытав страх перед тем, что кто-либо может узнать о нем больше, чем он сам.

Вот, я выхожу из кабинета директора, после странного разговора с Персивальдом, и демон быстро сворачивает разговор с тем, поспешив вслед за мной. Зачем? Тогда он и сам не понял, но думал только о том, что не может просто так взять и позволить другим использовать меня в своих корыстных целях. И впервые увидел счастье в моих глазах, когда порывисто прикоснулся ко мне, снова испугавшись, что я могу оказаться его Душой.

Вот, демон видит, как я, словно сумасшедшая, по его мнению, прыгаю из окна, до смерти перепугавшись, что могу переломать себе ноги.

Вот момент похищения, когда бессилие и ярость завладели им, уступая место здравому рассудку. Тогда он понял, что готов смириться с чем угодно, лишь бы я была в безопасности. Даже если являюсь его Душой.

А здесь я глупо бросаюсь наперекор огню, выпуская на волю Зверя, стойко терпя как мощь существа, завладевшего мною, так и силу горящей стихии. Вальтер понимает, что больше он не боится меня, только за меня.

А еще, он восхищается мной. Просто по-человечески. И, кажется, демон очарован. И ведь все, что я вижу — это больше его мысли, чем эмоции. Может ли это значить, что…

— Ты дорога мне, — прерывает зрительный контакт, который длился не больше пары секунд за которые я успела взглянуть на себя с его стороны. — Это не объяснить простыми словами. И я не хочу просто «держаться» вместе. Раздели мой путь со мной.

Сделав это странное предложение, он напряженно ждет моего ответа, не закрываясь более. В его глазах я вижу затаенную надежду.

— Это признание в любви? — сконфуженно спрашиваю, отводя взгляд.

Сердце просится наружу, чтобы ответить за меня, заходясь в бешеном стуке, оглушая. Но я не могла позволить ему это сделать. Да и что за глупость вообще?

— Если ты хочешь так считать, то пусть будет оно, — смиряется с моей формулировкой Вальтер, сжимая в руках приборы до побелевших костяшек.

Признания, явно, не его конек.

— Бред. Полнейший. Мне нужно все переварить, — машу головой, вытряхивая из своей памяти пронесшиеся картинки чужой жизни. Именно так — чужой. Мы не сможем быть вместе, пока я не разберусь в себе.

— Я буду ждать, сколько потребуется, — видимо то, что я не сказала «нет» вдохновило парня, и он принялся за трапезу, как ни в чем не бывало. Вот это самоконтроль! Не увидь я его помыслы несколькими мгновениями ранее, подумала бы, что ему просто плевать и это просто фарс. Но, к сожалению, все не так. Воистину, разумные существа — загадки. Так часто думают об одном, а делают совершенно противоположное.

— А если… Если в твоей жизни появится другая девушка? В которую ты по-настоящему влюбишься, — решаюсь спросить то, что волновало меня больше всего после той притче о Демоне и Душе от Дарка.

— Ничего не изменится. Мы связаны. А демоны не способны на светлые чувства. Без Души, разумеется, — криво улыбается на последнем слове парень.

— То есть ты хочешь сказать, что именно я привнесла в твою жизнь светлые чувства? — спрашиваю, утопая в пучине сомнений и безнадежно пытаясь выплыть.

— Не будет тебя, не будет и их. Последние весьма мешают. Но я не намерен отказываться от тебя.

Вот и все. Вальтер сделал свой выбор окончательно. Осталось дело за малым, как говорится, понять, чего на самом деле хочу я. Это сложно. Ковыряясь вилкой в тарелке, размышляла над тем, как скоро смогу дать ответ, и какие варианты есть у меня.

Еще месяц назад я жаждала только покоя. Желательно, вечного, конечно, но и вполне обыденный тоже бы подошел. Но стоило увидеть, что реальная жизнь тоже имеет свои нюансы, которые были мною не изведаны, проснулось пресловутое любопытство. Я, сама того не ведая, добровольно забредала в дебри иного мира, с искренней радость воспринимая каждое новое открытие, подобно маленькому ребенку, учащемуся ходить. Так случилось и со мной. С каждым разом изучая новые грани, я уже с точностью могу сказать, что не имею никакого желания возвращаться к прошлой скучной лишенной красок жизни. Мой мир разделился на «до» и «после». И я совершенно не принадлежу тому, что было «до». Именно здесь мое место. Сейчас. С ним.

— Я согласна.

И к черту долгие расшаркивания. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на годы размышлений.

Ноа

Я даже не подозревала, что с того самого момента свидания, а это было именно оно, все настолько изменится. Не вокруг — жизнь текла своим чередом. Школа, какие-то мини-приключения в компании демонов, ну, и обязательно развлекательная программа от Вальтера. Он четко чувствовал мои перепады настроения, и всегда знал, когда нужно подать руку помощи, чтобы я могла вновь увидеть краски мира. Да, пришлось рассказать ему об этой особенности нашей связи, и демон, казалось бы, стал еще более довольным, чем когда получил мое согласие.

Но вернемся к нашим баранам. Мое восприятие — вот, что по-настоящему изменилось. Я стала более чутко воспринимать визуальную материю. Видения посещали меня чаще, это и помогало предотвратить нападки разбитых мстительных магов, что уже не раз пытались выкурить нас из Виственда. Вам не послышалось, я сказала нас. Теперь это неотделимая часть моей жизнь.

Когда тетя Мегс заметила, что меня частенько стало где-то носить, лишь сурово свела брови и скрестила руки под грудью. Но в глазах ее видела, что она только рада тому, что я наконец ожила. Да. Теперь я не просто существую — живу.

Зверь больше не приходил в мои сны, и это весьма озадачивало Вальтера. Он-то хотел переманить того обратно к себе, думая, что это поможет ему найти ответы на некоторые из своих вопросов. Но увы, как я не старалась, Зверь словно растворился. Видимо, сильно его обидела.

И я бы с удовольствие оставила эти попытки вернуть неведомую зверушку, но теперь проблемы Вальтера стали и моими проблемами тоже.

Совет Древнейших после стукачества Дарка молчал. Возможно, Персивальд, к которому я так и не смогла обращаться фривольно, как делают это все остальные знакомые мне демоны, все же смог убедить тех, что гостящая в его заведении магиня лишь пленница. Но мне-то была известна правда. Элиза не смогла забыть моих слов, поэтому не пыталась даже совершать попытку побега. В какой-то момент мне даже показалось, что в ее мыслях проскальзывает своеобразная симпатия к старому демону. Мистика какая-то.

Киран и Вивиан все так же продолжали собачиться, но я замечала эти долгие взгляды, которыми они провожали спины друг друга.

А что насчет нас с Вальтером… Ну, мы не стали парой в прямом смысле этого слова. Взаимопонимание — не гарантия любви до гроба. И пусть я понимаю, что это неизбежно, все равно стараюсь жестко дистанцироваться от его общества. И плевать на заходящееся, словно в приступе аритмии, сердце, потеющие ладошки, и тот комок напряжение в солнечном сплетении, что иной раз даже не давал сделать вдох. Я выше этих чувств. Выше же?

— О чем задумалась? — неожиданно спрашивает Вальтер, словно снова почувствовав, что я думаю о нем.

В ответ улыбнулась, а комок в груди начал медленно растворяться. Да, в присутствии мне хоть и было тяжело сохранять здравый рассудок, но так же я почувствовала невероятный прилив эндорфинов.

— О тебе. О нас, — честно призналась ему. Понимаю, что скрывать нет смысла. Все равно же узнает. Почувствует.

Я сидела на скамейке у Виственда, наслаждаясь вот уже недельном снежном заходе. Зима уже вовсю вступила в свои права. И это было прекрасно, хоть и так неблагоприятно влияло на мои глаза — слишком светло. Вальтер подошел ко мне, и я заметила, что с его лица не сходит улыбка, а после присел рядом, взяв меня за руку. Меньше, чем за секунду, веки сомкнулись и разомкнулись, и я вижу все в ином свете. Но смотрю только на своего демона. Как на его черные волосы падают снежинка, постепенно тая.

— Как думаешь, почему, будучи исключительно уникальной, такая прекрасная и хрупкая снежинка столь разрушительна для живых существа, когда собирается в огромные сугробы? — поймав одну своей ладошкой, спрашиваю.

Холод колол кожу, но это была такая ерунда.

— А как иначе ей защищаться от внешнего мира? — ответил вопросом на вопрос демон, тоже наблюдая, как в моей руке образовывается маленькая лужа из талого снега.

— Но разве ей кто-то угрожает? — непонимающе спрашиваю.

— Все. Своим теплом мы уничтожаем ее.

— А мне кажется, все иначе. Она просто меняет форму. Да, мы уже более не видим ее красоты, не обжигаемся холодом, но не уничтожаем. Возможно, она и не хочет причинять нам неудобства? Поэтому превращается в воду, что, пожалуй, более податлива, чем снег.

— Напрасно ты считаешь, что вода более податлива. Она, как и огонь, такая же непокорная стихия. Ее можно запереть, но нельзя контролировать. Разве ты можешь указать, в какую сторону идти дождю?

— Нет, с этим неплохо справляются, ученые-метеорологи, — улыбнулась Вальтеру.

Мы замолчали. Каждый хотел сказать что-то еще, но находил свое очарование в этом мягком зимнем дне и покое, что дарит он.

Дальний кластер Магического Ордена

— Месяц! Прошел уже чертов месяц, а эти ублюдки так и ходят безнаказанными! — Эдвард мерил комнату широкими шагами, не желая более терпеть промедления.

Ему очень не нравилось, что из центрального кластера не пришло в ответ никаких вестей. В голову молодого мага приходили различные подозрения. Что, если послание не дошло? Или его перехватили? А, может быть, просто не приняли во внимание? Последняя догадка выводила более всего.

— Неужели понял, что самодеятельность влечет свои неприятные последствия? — Магистр, что нынче был в отставке, нежился в кресле своего бывшего кабинета.

Ему нравилось этот предмет мебели. Все, как он любит — мягко, приятно для его сморщенной старой кожи, что скрывалась под подолом длинного форменного балахона. Кларенс, в отличии от Эдварда, совершенно не волновался за задержку ответа, поскольку точно знал, что послание дошло до адресата. Он воспринимал эту ситуацию лишь затишьем перед бурей.

— Даже не скажешь, что она наказуема? Какой-то ты сегодня исключительно добренький, Кларенс. Хочешь обратно в камеру? — в словах мага огня было столько яда, что им можно было бы наполнить целый бассейн.

Хотя тот, впрочем, тут же бы покрылся коркой льда, ведь каменные стены помещения, в котором был расположен штаб их кластера, ничуть не сдерживали холода. Наступающая зима Эдварда волновала в последнюю очередь.

— Не мешай старику радоваться спокойствию, — отмахнулся старый маг.

Он взял с ближайшего столика дымящийся напиток, с гулким звуком отхлебнув горячее содержимое. Сейчас Кларенс уже не был просто пленником, поскольку Эдварду было невыгодно предстать перед Магическим Орденом, как революционер, который свергнул свое начальство. Это могло стоить ему целой жизни. Поэтому старый маг просто наслаждался тихим спокойствием и теплыми ужинами, которыми теперь его кормили исправно.

— Такое ли уж оно спокойствие? — глаза Эдварда сузились, превратившись в две маленькие щелочки.

Плохое предчувствие просто не отпускало молодого пиромана, и он уже даже жалел, что выпустил бывшего Магистра из темницы, задаваясь вопросом: «А, может, это было и не такой уж и хорошей идеей?»

— Кто знает, — пожал плечами старик.

Вальтер

В человеческой культуре достаточно много достойных людей, что внесли огромный вклад в ту культуру общества, что существует и поныне. Но мне, словно сопливому романтичному мальчишке, в голову приходит цитата Оскара Уайльда: «Красота в глазах смотрящего». И вот, глядя в светло-голубые очи напротив, я уже не вижу того урода, каким считал себя, будучи брошенным демоном. Понимание того, что кто-то нуждается в тебе так же сильно, как и ты значительно повышает самооценку. По мне, конечно, не скажешь, что я так уж сильно и страдал по поводу отсутствия родни, хотя это и было так, ровно до того момента, пока не почувствовал нахождения поблизости Души. Чуть позже начали проявляться ощущение потерянности и непонимания, кем же мне суждено стать. Возродить Империю демонов? Восстановить диктатуру чудовищ, которым только дай повод вырваться из оков человеческих принципов? Но… разве я не могу поступить иначе? Порой мне кажется, что не только Роктарион должен сидеть в тех цепях. Далеко не только он один.

— Ноа, я хочу отыскать Зверя. Истинного, — делюсь с ней тем самым, о чем бы мне вообще не стоило говорить никому. Лишь догадка, но скольким она может стоить жизни?

— Думаешь, это не ты, и он еще жив? — удивляется девушка, наклонив голову к плечу.

— Я в этом уверен.

Приближались каникулы. Внеплановые, конечно же, поскольку Персивальд пошел мне навстречу, дав добро на поиски Луксара. Поскольку Виственд был достаточно унитарным в среде общеобразовательных заведений, устроить это ему не составило труда. За что я был благодарен.

— Я кое-что увидела, — после недолго молчания произносит Ноа, поерзав на скамейке.

Ей, должно быть, холодно. Приобнял за плечи, всем своим видом показывая, что готов ее выслушать, и девушка тут же расслабилась.

— Видение. Если мы уедем, то Меган будет угрожать опасность со стороны магов, — продолжает она.

— Снова тот огневик? — уточняю.

Если это так, то я готов лично найти мага и размазать его мозги по белому снегу. Хм, выйдет неплохой натюрморт, Киран оценит.

— Нет, кто-то иной, более влиятельный. Из верхов. Картинка смазанная, лиц мне не видно, как будто в тумане черный силуэт. Определенно женский, поэтому это не может быть Эдвард, — словно все еще пребывая в своем видении, произносит Ноа, и утыкается носом в мое теплое плечо.

— Элиза? — снова предполагаю.

Она рассказала мне о прошлом своем видении, связанным с этой магиней, и оно тоже не порадовало меня.

— Нет, от нее можно уже не ждать удара в спину, — отрицательно качает головой девушка.

А я просто наслаждаюсь ее покладистостью. Бесспорно, Ноа говорит о важных вещах, которые нельзя просто так спустить на тормоза, но как думать о проблемах, когда та, что у тебя в объятиях заставляет забыть обо всем на свете, даря ощущение… дома?

— Только в лицо, да? — послышался насмешливый голос моего друга.

По всей видимости, он решил все же отвлечься от обхаживания Вивиан, и повидаться с нами. Как не во время.

— Здравствуй, Киран, — приветствует Ноа, тут же отпрянув от меня.

Мне на короткий миг даже показалось, что я тоже начал замерзать.

— Ну, что, уже планируете свой медовый месяц? — махнув ей рукой, снова лезет на рожон потомок Заклинателя.

— Брось, ты прекрасно знаешь, что это не так, — тут же оправдывается девушка, нервно кусая свои губы.

Замер, завороженно наблюдая за сим действием. Это выше меня.

— Да ладно? Так вы еще не того? Не переспали? — продолжает подхлестывать мое воображение Киран, но отчего-то именно после этих слов я прихожу в себя, совершив дыхательную гимнастику.

— Идиот, — на выдохе произношу, предчувствуя, как Ноа закроется от меня. Опять.

— Я думал это так у демонов и их Душ происходит. Перепихнулись разок и все, ты всемогущ и непобедим.

Кажется, говорил, что мы друзья? Я был не в себе.

— Луксар бы с тобой поспорил, — вопреки всем предположения опровергает девушка, даже не подскочив со скамьи и не заверещав о том, какие мы тут все извращенцы.

— М? — в унисон озадачились мы с Кираном.

— Он не состоял в интимной связи со своей Душой. И без этого сумев стать во главе вашего народа, — поясняет Ноа, озадачивая своей эрудицией.

Откуда она узнала? Я же ничего не рассказывал об этом.

— Так кто знает, может и спал он с Императрицей. Это же так давно было, некоторые подробности могли и позабыться, — первым приходит в себя Кир, пожимая плечами.

— Либо у тебя просто очень бурная фантазия. Как, кстати, Виви? — решаю вмешаться.

Пора уже прекращать этот балаган.

— А что сразу Виви? Все так же стремиться походить на людей, играясь на моих чувствах, — поджимает губы он, присаживаясь по другую сторону от Ноа.

— Мне казалось, все совсем наоборот, — не упускает возможности поделиться своими наблюдениями она.

— Детка, смотрю, и у тебя с фантазией все в порядке. Признавайся, по ночам представляешь меня с ней сплетающихся в страстном огненном соитии? — он приближается к ней слишком близко, но девушка не тушуется.

А вот меня уже тушить давно пора!

— Очень смешно, — закатывает Ноа глаза, а Киран отодвигается, замечая мой напряженный взгляд.

Вот так. Еще метра на два, пожалуйста. И не дыши в ее сторону!

— Так вы уезжаете или нет? — уже без усмешки задает вопрос он.

— Почти. Ноа пришло видение. Будет еще одно нападение, — стараюсь говорить спокойным голосом, беря под контроль свое демоническое начало.

— Ну, ничего, раскидаем этих хлюпиков снова и в путь-дорогу. Виви уже второй день чемоданы пакует, — откидывается на спинку демон.

— Вы не едете, — жестко спускаю его мечтания на землю грешную.

Нечего было приближаться к моей женщине.

— В каком смысле? — возмущается Киран, подскакивая на месте.

Да, друг мой, ты мне больше не пригодишься. По крайней мере, не там, куда я собирался взять с собой Ноа. Только я и она.

— Персивальд нуждается в поддержке. Хоть он этого и не показывает, но его позиции в Совете Древнейших стремительно падают, хотя бы по причине того, что он возится с одной из магов, — выдаю, на мой взгляд, вполне логичное объяснение.

— Любовь зла… — раздосадованно произносит Киран.

Я тут же чувствую, что что-то не так. Кажется, Ноа не понравилось находиться меж нами и не участвовать в нашем диалоге.

— Демоны не признают любви. Тебе ли не знать? К тому же, тебе нужно быть при Роктарионе. Он, конечно, ослаблен, но так же хитер, как и раньше. Неужели забыл, про прошлый раз? — жестко осаждаю, надеясь, что девушка не воспримет мои первые слова на свой счет. Она другая.

— А что было в прошлый раз? — благополучно миновав бурю, интересуется Видящая.

— Ты наверное знаешь об одном мифе из Венгрии о Кровавой графине? — ровным тоном начинаю с вопроса.

— Елизавета Батори? Что-то припоминаю. Но как она связана с Заклинателем? — Ноа переводит свой непонимающий взгляд с меня на Кирана и обратно, жаждя услышать ответ.

К счастью, друг знает о моей не любви к долгим разговорам и поясняет.

— Все просто! Роктарион безумен, это факт. И вот однажды, бессмысленно бродя по землям человеческим он встречается с графиней лично. В его помутневшем рассудке щелкает что-то, и он влюбляется в нее. Не то, чтобы по-настоящему, просто графинюшка уже очень внешне напоминала ему нашу Императрицу. У них закрутился тайный роман. Из-за тесного общения, ну, ты понимаешь, какого рода, девушка сходит с ума, понимая, что не в силах сохранить молодость и продолжить жить при демоне вечно. Все убийства, кровавые жертвы — ее рук дело, не подумай на Роктариона, он не настолько глуп, чтобы марать свои руки лично. Но все происходило по его указке. Мой родственничек, несмотря на свое безумие, отлично умел манипулировать другими. Особенно людьми.

— Но зачем ему все это нужно было? — почему-то спрашивает она у меня.

— Кто знает. Может быть хотел верить в то, что она является перерождением его истинной любимой. А убийства ее руками вызывали в нем теплые воспоминания, — пожимаю плечами.

— Глупость какая-то. Сам же сказал, что демоны не в силах испытывать любовь, — загоняет себя в отрицание девушка.

Вот, черт, все же обратила внимание на мои слова…

— Понятие одержимого женщиной демона тебе подойдет? Нам, знаешь ли, не нравится, когда кто-то отбирает что-то принадлежащее нам. Тем более, если это происходит по вине потерявшего, — за меня поясняет Киран.

— Уже более похоже на правду, — принимает эту версию девушка.

— Что там на счет видения? — тут же переводит тему демон, снова возвращаясь к началу.

Ноа пересказывает всю историю заново.

— Хм, ее бы в Виственд затащить. Здесь мы сможем ее защитить, — на полном серьезе заявляет Киран, удивляя даже меня. Но в его словах, действительно, есть смысл.

— Как? Она же ничего не должна о вас узнать. Я сразу против варианта — вырубить и переждать бурю, — возмущается Ноа.

— Обижаешь. К тому же, в твоем случае, можно сделать исключение. А что? Раз уже Персивальд пошел против правил Совета, то почему мы, его «ученики», не можем взять у него пару уроков, — интригующим тоном завершает наш диалог демон, вставая со скамьи и уходя куда-то по своим делам.

Ну, наконец-то!

Ноа

День обещал стать тяжелым. После короткого видения, где в моем отсутствии Меган похищают и пытают маги, чтобы выяснить куда мы направились с Вальтером, не могла найти себе места. Не помогали даже заботливые объятия моего демона, в которые он заключал меня, как только замечал, что я проваливаюсь мыслями в себя.

Вальтер довез меня до дома, благоразумно оставшись ждать в машине. Времени на раскачку нет, нужно действовать.

Меган беззаботно смотрела телевизор, когда я вошла в дом. У нее сегодня был выходной.

— Привет! Как день прошел? Ты сегодня рано, поссорилась с друзьями? — тут же выключает «ящик», замечая мою неуверенную фигуру, замершую посреди гостиной.

— Меган. Мне нужно серьезно поговорить с тобой, — осторожно начинаю, стараясь подобрать более правильные слова. Все же это огромный стресс для обычного человека — узнать, что сверхъестественному тоже есть место быть.

— Ты беременна? — тут же хватается за сердце Меган, выдав безумную догадку.

— Что? Нет, зачем так шаблонно-то? — хмурюсь, понимая, что ее несет, ну, совсем не в ту степь.

— Да. Прости. Я пошутила, — облегченно вздыхает, но тут же настороженно замирает. — Пошутила же?

— Не беременна я, Мегс! Разговор о другом, выслушай меня пожалуйста, — возмущаюсь.

— Ну, что же, внимаю, — привычно складывая ладони лодочкой, Меган садится на диван, я следую ее примеру. Информация, действительно, может сбить с ног.

Я кратко пересказываю произошедшие со мной события с начала своего появления в Виственде, не утаивая ничего. Не забываю упомянуть и о собственных способностях видеть самую суть, на что Меган со скепсисом заглядывает в мои глаза.

— Ты мне веришь? — спрашиваю, хотя вижу, что нет.

— Я уверена в том, что ты в это веришь. Это и без всяких сверхспобностей понятно, — утвердительно кивает она. Что же, придется идти ва-банк.

— Я могу доказать. Снаружи ждет Вальтер. Тебе нужно только взглянуть на него.

Тетя молча соглашается, мысленно надеясь, что после этого я от нее отстану и дам досмотреть передачу. Надеюсь, мне не придется пожалеть об этом.

Мы быстро накидываем на себя верхнюю одежду и направляемся к машине демона. Тот стоит возле, расслабленно облокотившись на дверцу.

— Вальтер. Покажи, пожалуйста, свой истинный облик, — прошу, надеясь, что он не станет задавать глупых вопросов.

— Ты уверена? — все равно спрашивает демон.

Неужели, он думает, что я просто здесь поиграть в вопрос-ответ решила?

— Так, дети, не тяните, у меня уже уши отмерзли, — тетя тоже теряет терпение, топчась на месте, в попытке согреться.

— Вам бы присесть, — указывает парень на машину, но Меган отрицательно машет головой.

— Не старая, постою.

— Вот от кого у Ноа столь острый язычок, — усмехается Вальтер, подметив эту деталь.

Нет уж, дорогой, мой язычок — это вообще последнее, что сейчас должно тебя волновать!

— Молодой юноша, следил бы за своим языком, когда говоришь с… — начинает возмущенную тираду Меган, но пораженно замирает, поскольку демон выбрал именно этот момент, чтобы показать свое истинное «я». — О, Ноа, что это такое?!

— Все в порядке, Меган, это просто Вальтер. Он демон. Как я и говорила, — я тут же приобнимаю ее за плечи, надеясь, что она не станет убегать.

— Так… Это все правда? Все, что ты рассказала… — похолодевшим тоном задает риторический вопрос тетя.

Ей было сложно просто так взять и поверить во все с разбегу. Словно в прорубь посреди зимы окунули.

— Да, — за меня отвечает Вальтер, возвращая себе человеческий облик.

Меган отошла на пару шагов, не заметив моих удерживающих объятий, скинула с себя пальто и наклонилась в ближайшему сугробу, чтобы загрести в руку кучку снега. После чего засунула его себе за шиворот, блаженно зажмурившись.

— Все в порядке, мисс Таймлез? — удивленно интересуется демон. Да, мои причуды — это семейное.

— Да, да, сейчас только остыну, — глубоко вдохнув, отзывается Мегс, и я вижу в ее глазах, что она пришла в себя. — Вообще, знаете, не удивительно, Ноа всегда была странной девочкой. С самого детства. Особенная. Еще тот момент после аварии с похищением.

— Похищением? Ноа, ты ничего не рассказывала мне об этом, — перебивает ее болтовню Вальтер, тут же направив свой строгий взгляд на меня.

— Я и сама едва ли что знаю об этом. Меган меня вытащила, — развожу руками.

— Это было сложно, — подтверждает мои слова тетя. — Я тогда была довольно успешным журналистом. Пришлось использовать свои связи, вычисляя, кто и куда мог увезти тело моей племянницы после аварии. В больницах и моргах его не было. Я тогда еще подумала, очень странно, что автомобиль на котором ее увезли, поехал к заброшенным зданиям бывшего завода по производству мороженого. Только после поняла, что там подпольная лаборатория, когда уже тайно проникла туда. Отыскать Ноа не составило труда, вокруг нее было так много суеты. Другие же подопытные молчаливо сидели в камерах с такими глазами, словно из них вытрясли души, — Меган запнулась, припомнив, что я ей рассказывала о Душах. — Кхм, не в обиду сказано, но это было чудовищное зрелище. Люди разных возрастов: малые дети, подростки, взрослые мужчины и женщины, старики. Я тогда подумала, что ее увезли под шумок, чтобы провести какие-то свои теневые эксперименты, и постаралась поскорее вызволить. Но сейчас… Э, демон или как там тебя…

— Можно просто Вальтер. Накиньте пальто — на улице холодно, — все это время демон внимательно ее слушал, что-то решая для себя.

Я подняла пальто со снега, аккуратно отряхнув, и подала Меган.

— Спасибо. Так вот, Вальтер, ты что-то знаешь об этой организации? — в глазах тети загорелся подозрительный огонек увлеченности.

О, да, не зря говорят, что журналистами становятся либо алкоголики, либо психи. Они же просто живут своей работой, и кто-то просто не выдерживает такой жизни, а кто-то, как моя тетя, постоянно горит, не потухая.

— Поговорим об этом в Виственде, — отрезает демон, открывая дверь водительского места.

— Да, Меган, тебе нужно сейчас собраться все необходимое и поехать с нами. Там ты будешь под защитой, — принимаю его поступок, как толчок к действиям и быстренько подбиваю на это тетю.

Времени в обрез.

— Ты снова в опасности? — хмурится Мегс.

— Нет, это тебе угрожает опасность, — поясняю ей, рассказывая о своем видении.

— Фух, испугала. Я уж думала, тебя снова хотят похитить, — легкомысленно выдает она, отмахиваясь от меня.

— Мегс… — в попытке достучаться до нее, начинаю, но она перебивает.

— Да, да, только проорусь на заднем дворе. Это ж надо — демоны живут среди нас. Фантастика! — сказав это, покидает нас, направляясь по заданному маршруту.

Через минуту слышится пронзительный женский крик. Потом еще. Надеюсь, соседи не сбегутся.

— Она придет в себя, — рядом встает Вальтер, успокаивающе гладя меня по плечу.

— Я надеюсь на это, — обреченно отзываюсь.

Ноа

Все произошло на следующий день.

Вальтер уже успел поделиться своими домыслами, что организация, некогда похитившая меня, могла быть одной из созданных магами, что с самого детства вылавливают Души, перевоспитывая тех в оружие, которое можно использовать против демонов. Мегс, услышав такое предположение, лишь хмыкнула, да пошла исследовать свои новые владения, не забыв уточнить, где у них в Виственде компьютерный класс, работать-то ей тоже надо. Ее скепсис был связан, конечно же, с тем, что она до сих окончательно не приняла новую правду о мире. Ну, еще бы, Меган же обычный человек!

Но я только порадовалась тому, что демоны защитят ее, пока я буду в отъезде. Мое участие в нем даже не обсуждалось. Все и так было ясно — куда Вальтер, туда и я. И почему-то внутри меня больше не было того отрицания, что тревожил с самого поступления в Виственд. Я чувствовала себя целостной, как никогда, понимая, что это действительно то, чего мне всегда не хватало. В череде черно-белых картинок, коим мне представлялся окружающий мир, регулярных переездов и жалких попыток казаться нормальной.

Но все хорошее когда-нибудь заканчивается. Это я поняла, когда увидела целую делегацию машин, что припарковалась у ворот Виственда ранним утром. Эту ночь мы с Меган тоже провели в стенах учебного заведения, в услужливо выделенных комнатах где-то в дальних коридорах здания. Я и не знала, что тут есть еще и такие! Но суть в том, что пробуждение не было приятным, поскольку буквально кожей почувствовала, что черные автомобили, заехавшие с заднего двора — не к добру. Из черных затонированных машин вышли, я бы сказала, что люди, но нет, это были демоны. Древнейшие. Кажется, авторитет Персивальда действительно таял на глазах, как и говорил Вальтер.

Мигом умылась, расчесалась и накинула на себя первое, что вытащила из собранной наспех сумки. Меган разместили в соседней комнате, и оттуда не было слышно возни, так что вполне возможно, что она еще спала, поэтому я не стала ее тревожить и решительно направилась в сторону кабинета директора.

— Ноа. Вмешиваться — сейчас не лучшая идея, — откуда не возьмись услышала голос Дарка, когда уже была готова распахнуть дверь кабинета.

Вальтер там, с ними, я это чувствую. Но почему тогда тот демон, что и выдвинул обвинение на Совет сейчас здесь? Почему Дарк не участвует? Не то, что бы я настаивала, просто странно все это.

Светловолосый не подходил, восседая на подоконнике и загораживая своей фигурой льющийся солнечный свет из окна, отчего мне было плохо видно выражение его лица.

— Доброе утро, — подойдя чуть ближе к нему, решилась все-таки поддержать беседу. — Ты надолго здесь или снова приехал, чтобы напакостить и слинять?

— Для меня оно, определенно, доброе, — проигнорировал мой вопрос Дарк и лениво слез с подоконника.

— Зачем ты приехал? — меня словно заклинило.

— Все просто. Хотел лично посмотреть, как загнется это место. Именно за этой дверью, — указал жестом на кабинет Персивальда. — Озвучивается приговор. В котором нет ни слова о том, что ты Душа. А значит, Совет постановил, что тебя и Вальтера разлучат по причине того, что он нарушил главное правило о неразглашении своего происхождении. И если ты сейчас вмешаешься, то только усугубишь ситуацию.

О, демон совершенно верит в то, что говорит. Но он он еще не знает, что один обычный человек точно уже знает о них, сейчас спокойно посапывая в подушку. Это могло обернуться бедой.

— Что ты им сказал? — как можно спокойнее поинтересовалась я, стараясь не выдать своих настоящих эмоций. — У тебя же был совершенно иной план…

— Неужели, ты думала, что я стал бы раскрывать перед тобой все карты? Я лишь закинул наживку, которую вы все послушно заглотили, — с превосходством заявил парень, пригладив свои и так зализанные в прическу волосы.

— Вот же урод, — вмешалась в диалог Элиза, которая, явно, подслушивала наш разговор, входя из-за угла коридора.

Она-то откуда здесь? Ей бы вообще лучше не показываться, пока Древнейшие не покинут Виственд. Или… так и задумано?

— О, ты еще не сбежала, я удивлен, — в голосе Дарка звучит злоба.

Интересно, с чего бы? На сколько я знаю, магиня не успела сделать ему ничего плохого.

— Тебя еще не скормили псам? Ну, ничего, еще все впереди, — в той же манере отзывается Элиза. — Вот именно из-за таких отродий, как ты, страдают невинные. А потом демоны удивляются, за что их так ненавидят маги.

— Следи за словами, ты… Ты не достойна находиться здесь, среди нас! — вспылил демон.

Должно быть, он или кто-то из его семьи пострадал от рук магов, раз парень даже не в силах сдержать свои гневные эмоции. Хм, а ведь, в таком случае, у этих двоих ситуации окажутся аналогичными. Только вот Элиза оказалась более понятливой. Возможно, возраст сказался…

— Ты тоже, но тем не менее, мы оба здесь. И я, в отличии от тебя, пришла исправить ситуацию, — даже не повела бровью магиня и повернулась к демону спиной.

Вот это уровень доверия! Либо она очень сильно уверена в своих силах, хотя это не соответствует тому, что я смогла увидеть в ее глазах, либо — в том, что ее есть кому защитить.

— Элиза, стой, они же… — ринулась за ней я, испугавшись того, что своей «горячностью» магиня только все испортит.

— Ничего они не сделают мне, Ноа. Персик обещал помочь, — поняла по-своему мой возглас женщина.

Персик? Она назвала директора Виственда, демона мохнатым южным фруктом? Кажется, я упустила тот момент, когда они успели сблизиться настолько близко. Но это неудивительно, все мои мысли были о Вальтере. Я очень боялась за него, вдруг, ему назначат какое-нибудь наказание из-за моего вчерашнего опрометчивого поступка… Мне бы очень не хотелось обрекать его на что-то вроде вечного заточения в цепях, как когда-то обрек себя самого на это Роктарион.

— Я с тобой, — произнесла твердо.

— Всегда рада компании, — пожала плечами Элиза и после секундной заминки открыла дверь.

Мне показалось, или Персивальд только что сам ее позвал?

Вальтер

Совет Древнейших нагрянул внезапно. Ранним утром сонного меня вытащил из кровати Киран, что-то лепеча о главных шишках, которые набил нам бывший друг. Ни черта не понял из его слов, пока своими глазами не увидел по-хозяйски расположившихся в кабинете Персивальда Древнейших. Они приехали неполным составом — всего трое. Отец Дарка, что презрительно оценивал всех взглядом, дед Кирана — тот еще прохиндей, прятавший свою лукавую улыбку за обильной порослью на лице, и Доминик, один из самых верных блюстителей закона о чистоте крови. Так, ладно первые двое, но этот что тут забыл? Нас вроде обвиняли в сокрытии врагов…

— Ну, что ж, все в сборе. Перейдем сразу к сути. Персивальд Оллред Кастанта, Вы приговариваетесь к лишению прав владения данным учебным заведением, именуемым частной старшей школой Виственд. Вопросы? — деловитым тоном начал Доминик, лишая всех дара речи.

Это еще что за шутки такие? Киран, стоящий рядом, не сумел сдержать лицо, вскинув в изумлении брови.

— На каком основании? — впрочем, Персивальд пришел в себя быстро.

Казалось, его совсем не волновал вынесенный приговор. Либо у него были свои козыри в рукаве.

— Вы лишаетесь права знать причину, — сухо отозвался отец Дарка именуемый Эндором.

— Зато его не лишен я. Потрудитесь пояснить, — вмешиваюсь в разговор, глупо посчитав, что мой авторитет, зацикленный на силе может хоть что-то значить.

Как же я ошибался…

— Вальтер, мальчик мой, ты бы не заблуждался, — Доминик тут же подхватил вожжи правления, переведя на меня свой немигающий взгляд.

Я бы, честно, стушевался, если бы действительно чувствовал за собой вину. Но мы не сделали ничего такого, за что можно было бы отбирать место, которое мы уже много лет зовем домом. Поэтому я лишь ответил ему немым взглядом, в котором содержался жирный такой вопрос.

Доминик даже немного подсдал, снова отпуская вожжи правления. Тряпка. Всегда знал, что за его напускной невозмутимостью и праведностью скрывается обычный трус. А сейчас он еще и почувствовал себя более ничтожным, поскольку моя сила возросла рядом с Душой.

— До совета дошли сведения о том, что Вы проигнорировали одну из главных заповедей о неразглашении информации о своем происхождении. И это, если не учитывать, что из-за какого-то человека вы, все вы, разожгли конфликт с магами. Это недопустимо! — забубнил Эндор, который вообще редко в какие моменты мог вовремя остановиться.

Иначе почему у него тогда двести двадцать сеть отпрысков, из которых Дарк является, увы, не самым младшим.

— Вы что-то путаете, — ровным тоном оповестил.

— Скажешь, что все было не так? Киран, Вам есть что добавить? Надеюсь, хоть Вы не попрекали правилам, исправно исполняя свои обязанности по охране презренного Заклинателя? — продолжил раскидываться явными обвинениями отец Дарка, прекрасно осведомленный о беспечности моего друга.

— Ну, как сказать… — осторожно начал оправдываться младший потомок Заклинателя.

В наступившей тишине четко расслышал смешок, издаваемый его дедом. Ума не приложу, как только он смог пролезть в совет, будучи нечистым кровью? Одним словом — змей.

— Уму непостижимо! Персивальд, как Вы могли допустить все это?! — снова проявил темперамент капризного ребенка Эндор.

— Эндор, нельзя верить всему, что говорит юнец, пусть и являющийся тебе сыном. Это глупо, — парировал Перси невозмутимо и отпил из кружки утренний кофе.

— Он бы никогда не посмел солгать мне, — горячо веря в свои слова, произнес отец Дарка.

— Правда? Мы, знаете ли, тоже обожглись об его эту ангельскую непогрешимость, — активизировался Киран, кажется, поняв, что дед не даст его в обиду.

— Позвольте рассказать вам свою версию. Элиза, войди, — Персивальд оставил кружку и принялся ждать продолжение «концерта».

В кабинет вошла магиня. Но не одна, а в компании бледной, словно только что выпавший снег, Ноа. Я, было, чуть не бросился к ней, но вовремя сдержался, заметив строгий останавливающий взгляд Персивальда.

— Приветствую, о, Древнейшие, — ехидно отозвалась Элиза, встав прямо перед тремя вальяжно рассевшимися, кто где, советниками.

— Кто это? Еще люди?! — непонимание на лице Эндора читалось так просто, что никак способностей Видящей было не нужно, чтобы понять, как демон обескуражен.

— Но-но-но, ты как с магом разговариваешь, выродок? — сорвалась в банальное хамство женщина, угрожающе прищурив глаза.

Вся ее поза говорила о том, что она готова броситься в бой за свою честь. Хотя все мы, кроме наших гостей из Совета, знали, что Элиза не владела боевой магией, способной причинить вред. Ее оружие — умение выжидать, благо сила поддерживала ее возраст, острый ум, наточенный за долгие годы хождения по земле грешной, и выверенная физическая подготовка. Как-то пару дней назад, я привычно ворвался в кабинет Персивальда и с удивлением наблюдал за рукопашным боем этих двоих. Женщина не проигрывала демону, в какой-то момент даже начав одерживать победу. Но отвлеклась на мое появление и не успела уйти от подсечки. Так что эта девица могла и без магии устроить здесь потасовку, в этом я не сомневался.

— Магом?! — Эндор был вне себя, но его тут же заткнул дед Кирана, которому тоже не очень понравилась данная новость.

Вообще, его зовут Мимикус. Но старый потомок Заклинателя очень не любил, как карикатурно звучит это имя в современных реалиях, и просил называть просто — Мим. Мне кажется, он только усугубил этим положение.

— Потрудитесь объяснить, — Мим вмешивается в истерику отца Дарка.

— Я здесь не для того, чтобы выслушивать ваши сухие речи. Персивальд нанял меня для защиты Виственда от моих, скажем так для вашего понимания, сородичей. Маги дальнего кластера не так давно устроили бунт, сместив действующего Магистра, и открыли охоту на ваших. Я сразу… Ну, ладно, почти сразу поняла, что запахло жаренным, все же Эдвард огнем владеет, и пришла на помощь, — взяла на себя ответственность за несуществующие поступки женщина.

Красиво стелит, честно говоря. Если не ошибаюсь, они продумали эту версию с Персивальдом, забыв предупредить нас. Очень умно.

— Безвозмездная помощь от мага? Звучит неубедительно, — кривит лицо Доминик, переглянувшись с остальными советниками.

— Пф, я и не отрицаю, что делаю это за вознаграждение. И надеюсь, что мне будет обеспечена неприкосновенность от таких, как вы. Естественно, после удачного выполнения задания, — поражает своей наглостью Элиза.

Древнейшие снова переглянулись, и слово снова взял дед Кирана.

— Совет обдумает ваши условия. А что? Давно пора налаживать контакт с магами. Это будет маленький шаг к примирению. Никто не желает войны, — довольно кивает Мим, игнорируя уничижительный взгляд Эндора, который был явно не согласен с этим решением.

Но слово сказано. А слово даже одного из Древнейших — закон.

— Кхм, а кто это стоит у вас за спиной? — Доминик все же решает обратить внимание на мнущуюся позади магини Ноа.

Девушка тут же берет себя в руки, и выступает вперед.

— М? — удивляется Элиза, отступая.

— Меня зовут Ноа. Я… Душа Вальтера, — неуверенно начинает она, но заметив, как Древнейшие пораженно замерли, продолжает уже более уверенно. — То, что рассказал Вам Дарк ложь. Но только отчасти. Вчера нам действительно пришлось раскрыть правду о вашем происхождении обычному человеку. Моей тёте. Но только в целях ее защиты. Мне пришло видение, что ее убьют маги.

— Видение? Еще и ясновидящая? — искренне восхищается Мим.

— Да не, дед, она просто Видяшая. Прикинь, всех по глазам читает, — опровергает догадку деда Киран.

Древние тут же занервничали, накинув дополнительные щиты на свои разумы. Старческий маразм, он такой. Кому нужны их пыльные скелеты в шкафах?

Ноа подошла ко мне и вцепилась в плечо. Ее мелко потряхивало. Уверен, она понимала, чем может обернуться признание в том, что мы раскрылись перед обычным человеком. Моя храбрая, сильная девочка…

— Ну, что ж, происходящее действительно не соответствует донесенной до нас информации. Совет пересмотрит свой приговор, приняв во внимание сложившиеся обстоятельства. И Вальтер, ты… — бегающий взгляд Доминика остановился на мне, он громко сглотнул слюну.

Еще бы, знать, что ты несколько минут назад нахамил потенциальному Избранному, любого труса сведет в могилу.

— Нет, у меня нет Зверя, — честно отвечаю.

Ведь это правда. Зверь сейчас с Ноа. С моей девочкой, что так доверчиво жмется к моему телу, ища защиты, не понимая, что она и сама в силах уничтожить своих недоброжелателей. Еще бы, с такой-то Зверюгой внутри!

— Очень жаль. Просим прощения за беспокойство. Нам уже пора, — Доминик облегченно вздыхает и торопливо встает с места.

За ним тут же поднимаются остальные советники, и все они двигаются к выходу.

— Ну, что Вы, двери Виственда всегда открыты для Древних, — снова схватившись за кружку, весело отзывается Персивальд, отсалютовав им вслед.

— Персик, помолчал бы уже. Жуткие ребята, век бы их тут не видеть, — расслабляется Элиза, пододвигая мягкое кресло к столу теперь уже самого старого демона в кабинете.

— А ты собираешься задержаться тут на век? — усмехается тот, проигнорировав то, как она его назвала.

— Кто знает… — парирует женщина, отпивая из его кружки и жмурясь, словно довольная кошка.

Ноа

Все обошлось!

Именно эта мысль бродила у меня голове, пока Древнейшие покидали Виственд, забирая с собой раздосадованного Дарка с его мстительными планами. Конечно, я все еще боялась, что Совет может решить стереть память моей тете, но Персивальд пообещал, что сможет найти выход из этой ситуации. Какой? Этого он мне не сказал, но Вальтер верит ему и, значит, я тоже попробую довериться.

Теперь дело оставалось за малым — съездить домой, чтобы собрать кое-какие мелочи для путешествия. Вальтер мне помог и в этом, услужливо свозив туда и обратно. И вот, когда уже все было готово, пришло время прощаться.

Первым, к кому я направилась, стал, как ни странно, Заклинатель. Роктарион все так же сидел в своей темнице храма знаний. Уже менее изнеможенный, поскольку мне удалось уговорить демонов проявить хоть капельку уважения к одному из самых Дрейнейших представителей их расы. Банально — еда, вода, чистая одежда и, по необходимости, лекарская помощь.

Теперь демон выглядел хотя бы не так жалко, каким мне удалось застать его в первую нашу встречу. В чистой футболке, рукава которой не прикрывали его покрытых чешуей верхних конечностей, и свободных спортивных штанах. Если не приглядываться, то можно принять за обычного учителя физической культуры, благо телосложение позволяло, только почему-то босого. Но это мелочи — полы здесь были теплыми.

— Здравствуй, Душа, — не стал отмалчиваться проклятый демон.

Я мысленно посмеялась над его детским желанием меня поддеть. Прекрасно же знает, что мне по себе слышать подобное определение в свой адрес. Другое дело, когда я сама в этом признаюсь.

— И тебе здравствуй, Роктарион. Как ты? — миролюбиво интересуюсь, присаживаясь в заботливо принесенное Вальтером кресло.

Расправила на коленях форменную юбку, и подняла голову, направив свой взор ровно на демона.

— Ты же Видящая, сама посмотри, — устало поддевает меня Заклинатель, вертя в руках яблоко, что я ему принесла в качестве гостинца. Глупо, знаю, но с пустыми руками приходить к тому, кто делиться со мной кое-чем более значимым — считала грубостью.

Я поднялась с кресла и подошла к Роктариону. Ровно на столько, чтобы видеть его сверкающие глаза.

— Ты уверен, что сейчас время? — уточняю, трясясь от нетерпения заглянуть последний раз в прошлое того, кто показывает мне уклад демонов вот уже несколько недель.

С той самой эпичной попытке Вальтера выбить из него правду.

— Потом его может и не быть. Я уже стар, Ноа, и чувствую, как жизненная сила покидает меня. День, месяц, год и все закончится. Я так долго этого ждал, — говорит так, словно его не волнует, когда это случится.

Демон смирился со своей участью и был готов покинуть этот мир. Пустой мир, если учитывать, что он так и не смог найти ни свою Душу, ни ту, что считал возлюбленной. Всего лишь бледные копии, не более. Мне было бесконечно его жаль.

— Хорошо, — киваю и заглядываю в его темный разум, погружаясь в воспоминания.

Демоны во главе с Императрицей на вороном коне, по правую руку от которой и ехал Роктарион, рыскали по лесу в поиске жертв. Сегодняшняя охота вышла никудышной. Парочка трясущихся от страха крестьян, пастух и какой-то хромающий пьяница. Эмоций ужаса эти никчемных людей было мало, чтобы утолить жажду крови демонов. Поэтому они забрели в лес в надежде, что там им попадется кто-то более опытный, способный противостоять отправленным на разведку низшим существам. Цепными собачками демонов была всяческая нечисть, которой мы сейчас называем домовых, леших и других представителей маленького мифического народа.

Но вот прозвучал рычащий зов горна. Охота продолжается!

Роктарион, с позволения Императрицы, бросается с несколькими демонами загонять жертву. Ею оказался молодой человеческий парнишка, что смело отстреливался из лука, защищая себя от нагоняющих демонов. Смело. Но глупо. Демонов было больше. Они загнали парня на небольшую полянку, где он и слег, держась за раненое плечо, которое успел попробовать на зуб один из низших.

— Позвольте, моя Императрица, я сделаю все сам? — Роктарион слез с коня и преклонил колени перед демоницей.

Та даже не удостоила его взглядом, не сводя своего с обреченного парня.

— Я сделаю все сама, — прозвучал ее голос, вызывая в демоне трепет. Словно мед, горький, но дарящий наслаждение. Наслаждение через боль.

Императрица, не слезая с коня, движется по направлению к юнцу, останавливаясь прямо перед ним и… И подает ему руку! Уму непостижимо, самая кровавая из правительниц только что оказала небывалую честь обычному человеку!

Но тот, не оценив подобной милости от палача, не принял руку, самостоятельно поднявшись на ноги, и заговорил с демоницей. Никто не смел слушать разговор самой Императрицы, а он состоялся, поэтому Роктарион так и не узнал, о чем была речь. Лишь мог отслеживать стремительную смену эмоций на лице юнца: ненависть, недоверие, благоговение и… Что это? Восхищение? Демону было сложно понять, с чем может быть связана эта мерзкая приторная эмоция, ему она была не по вкусу. И когда Императрица вернулась, оставив в живых парня и отозвав Охоту, еще долго мучился мрачным предчувствием чего-то неприятного. И оно наступило. На следующий день Императрица официально во всеуслышание заявила, что запрещает демонам выходить на Охоту. Взамен она организовывала бои, где главным призом стала Свобода.

И только спустя долгие годы, когда был созван последний бой, Роктарион заметил в своре претендентов того самого выжившего юнца, коего помиловала Императрица. И начинал понимать, с чем было связано его предчувствие, так долго не отпускающее его из своих тисков сомнений и страха. Имя того, уже давно не юноши, Луксар. И он далеко не просто человек, как показала практика.

Я вынырнула из воспоминаний демона рывком, пораженно всматриваясь в его не дрогнувшее лицо. Получается, они тогда чуть не убили Луксара! Страшно подумать, какой бы был мир сейчас, случись тогда это. И не факт, что Вальтер бы вообще существовал. Последняя мысль взволновала более всего.

— Спасибо, — все же искренне поблагодарила Заклинателя я, понимая, что этим воспоминанием он и уничтожает себя.

Постоянно прокручивая у себя в голове те события, мужчина все больше и больше погружается в пучину отчаяния и одиночества. И все, что я могу ему сказать — спасибо. Как же неравноценно.

— Ты должна понять, девочка, мир несправедлив по отношению к тем, кто постоянно жаждет большего. И Луксар, и я за это поплатились. Твой демон тоже обожжется на этом рано или поздно, а от него расплата может отрикошетить и в тебя. Будь осторожна.

— Ты очень мудр, Роктарион, не смотря на свои злодеяния. Ничто не в силах оправдать твои поступки, и ты это знаешь почему, не по причине того, что ужасен. Для начала тебе нужно простить самого себя.

— Ты тоже мудра не по годам, девочка. Пришла попрощаться? — улыбается Заклинатель, пропустив мимо ушей мой посыл.

— Откуда ты… — удивляюсь.

— Киран проболтался, когда наряжал меня в это современное безобразие, — указывая на футболку со штанами, признается Роктарион. — Мальчишка очень негодовал, что его не взяли с собой.

— Он нужен здесь. Нужен тебе, — смиряясь с болтливостью своего друга.

— Заблуждаешься. Мне никто не нужен. И чтобы это понять, я прожил немало лет, — отрицательно машет головой демон, а в голосе его звучит сталь.

И я понимаю, что на этом все. Нам больше нечего обсуждать с Заклинателем. Всем, чем хотел, он поделился со мной, а я вряд ли могла равноценно отблагодарить его. Чем? Свободой? Но нужна ли она теперь ему?

— Еще увидимся, Роктарион, — перед тем, как покинуть демона, произношу.

— Прощай, Душа, — доносится мне в спину.

Следующим пунктом моего назначения была «праздничная» комната демонов. Тот самый кабинет, в котором я узнала, кто я, и где после провела самое необычное празднование своего дня рождения. Вивиан и Киран находились там, подозрительно притихшие. Демоница что-то записывала в свою записную книжку, а потомок Заклинателя расположился на диване, тыча по смартфону.

— Привет, ребята, — начала на позитивной нотке.

Меня проигнорировали.

— Эй! — растерявшись, пытаюсь привлечь к себе внимание.

— Мы с тобой не разговариваем, — не отрываясь от телефона, отзывается Киран.

— Да, Ноа, это подло, — вторит его словам Вивиан, поднимая голову.

— Ну, перестаньте. Вы не можете поехать с нами, и причины вам уже озвучивали, — в отчаянии произношу.

— Мы прекрасно знаем все это. Но как ты могла променять нас на Вальтера? — внимательный взгляд Вивиан, в котором скользит легко читаемый укор, достается мне.

Хотела внимания? Получила.

— Виви, она ж его Душа, не ной, — отмахивается Киран, все так же не удостаивая нас взглядом. Только поменял положение тела на более удобное.

— Я не ною. Мне грустно. Только обрела подругу, а он тут же ее отобрал, — заканючила девушка.

— Хэй, я же не навсегда уезжаю. Обещаю, мы еще встретимся. Обязательно, — подсела я к ней, отодвинув стул, и схватилась за изящную горячую кисть.

Вивиан грустно улыбнулась.

— Если не погибнете, — флегматично отозвался демон, принимая сидячее положение.

— Кир, перестань! — привычно возмутилась демоница.

— А что? Если бы нас с тобой взяли, их вероятность сгнить в канаве в разы бы уменьшилась, — парень даже телефон отложил, чтобы сообщить об этом.

— Либо мы дружненько сгинули бы все вместе, — в том же тоне отзываюсь, повернувшись к нему корпусом. — Киран, ты прекрасно знаешь, что Вальтер не намерен рисковать еще и вами. В его темной голове даже проскальзывала мысль оставить меня.

— Но ты едешь! — моментально взрывается Вивиан, вырывая руку.

В ее голосе слышится плаксивость. Распереживалась, бедная.

— Куда он, туда и я, — твердо произношу.

— Все понятно с вами, голубки, — закатив глаза, Киран встал с дивана, не находя себе места.

Он тоже взволнован, но сам еще этого не осознал.

— Я буду очень скучать, дорогая, — неожиданно обнимает меня Вивиан, уже не скрывая слез.

— Я знаю. Постарайся не пропускать занятия, не поддавайся влиянию этого бездаря, — наставляю ее, говоря эти слова куда-то в район шеи — демоница все же была выше меня.

— Вообще-то я все слышу! — слышу возмущение Кирана и только сильнее улыбаюсь.

— Это не всегда тебе помогает, — огрызается на него девушка, выпуская меня из объятий. — Хорошо, обещаю, я буду записывать все интересное, что произойдет за время твоего отъезда и обязательно потом поделюсь с тобой.

— Это будет очень мило с твоей стороны, — сконфуженно отзываюсь.

Не ожидала, что эта демоница так сильно привяжется ко мне. Осознание этого факта разливалось теплом в районе сердца.

— Фу, опять эти девичьи сопли, — не упустил возможности съязвить Киран.

— Всяко лучше, чем выслушивать от Роктариона, как ты жаловался ему на свою судьбинушку, — усмехаюсь в ответ.

— Ноа, это удар ниже пояса! — возмутился парень, всплеснув руками, не осознавая, что впервые назвал меня не деткой, малышкой или прочей кличкой из своего привычного арсенала плейбоя.

— Ноа? — удивилась я.

— Ладно-ладно, я тоже буду скучать, — сдается он.

Мне будет не хватать этих демонов.

— Присмотрите за моей тетей. Я в вас верю, ребята, — тепло улыбнувшись, покидаю «учебную» комнату.

Осталось только сходить к тете. Время близилось к полудню, она должна была уже давно проснуться. Вальтер сказал, что мы выезжаем в районе трех часов дня, так что оставалось не так много, чтобы успеть убедить Меган в том, что ей не при каких обстоятельствах нельзя покидать Виственд в одиночку.

Тетя действительно не спала, во всю разведя деятельность в своей новой комнате. Перевешивала шторы, меняя те на прихваченные из дома.

— Ноа? Привет. Ты видела эту безвкусицу? Смотреть страшно, — бросив быстрый взгляд на меня, она указала на скомканную кучку бывшей шторы черного цвета. Теперь на окне красовались светлые. В цветочек.

Хм, возможно, Виственд действительно не помешает разбавить светлыми красками. Надеюсь, когда мы вернемся, Мегс не успеет перекрасить здание в розовый. Хотя, против сада с цветами во дворе я не имела бы ничего против.

— Я уезжаю, — в горле образовался ком, поэтому мне с трудом удалось произнести эти слова.

— Надолго? — напевая под нос какую-то попсовую песенку, уточнила Мегс.

— Не могу сказать точно, сколько это займет. Но тебе нужно будет оставаться здесь, — сжала дрожащие руки в кулаки.

— Хорошо, Ноа. Я сделаю так, как ты скажешь, — огорошивает меня тетя своей покладистостью, закрепляя последний крючок нового предмета интерьера.

— И это все? — удивленно вопрошаю, присаживаясь на заправленную кровать.

— А чего ты ждала? Ты уже взрослая девочка, вполне можешь принимать решения самостоятельно. К тому же, знаешь об этом мире даже побольше моего, — Меган, закончив работу, удовлетворенно кивает себе и поворачивается ко мне лицом, привычно затараторив.

— С…спасибо. А ты не боишься оставаться здесь? С демонами, — все еще не до конца веря в происходящее, спрашиваю, ища ответ в ее глазах.

И понимаю, что мысли тети вполне соответствуют озвученному.

— А чего их бояться? Не съедят же они меня, — отмахивает она, продолжая. — К тому же, я тут утром познакомилась с одной интересной девушкой. Элиза, кажется. Мне кажется, мы с ней подружимся. Она обещала показать мне здесь все.

— Эм… Это хорошо. Только будь с ней поаккуратнее. Она маг. И ей более сотни лет, — предупреждаю я, отчетливо представляя, чего могут наворотить эти две сверхактивные женщины.

— Правда? Тем паче! Она может столько всего знать! Настоящая находка для моей следующей статьи, — подтверждает мои опасения Меган.

Надеюсь, Виственд выстоит под натиском данных особ.

— Ты правда не против того, что я оставлю тебя здесь? — все же уточняю то, что волнует меня первостепенно.

— Не спорю, мне страшно отпускать тебя. Но когда-то это должно было произойти. Все птенцы рано или поздно покидают родительское гнездо. Только будь осторожна, прошу тебя, — она подходит ко мне, кладя руку на макушку, поглаживая. — А я уже взрослая девочка, как-нибудь разберусь со своими тараканами.

— Я люблю тебя, Мегс, ты знаешь? Спасибо тебе за то, что вырастила меня и защищала, пусть по-своему, но это правда помогло мне стать той, кем я являюсь сейчас, — искренне признаюсь.

— Пустяки! Ты все равно вернешься, как только соскучишься по моим пончикам, — усмехается тетя, поигрывая бровями. — Кстати, где у них здесь кухня или столовая?

Мы еще немного поболтали ни о чем, и крепко обнявшись попрощались. Я почувствовала небывалую легкость на душе. Кто бы сказал мне, что проститься с дорогими сердцу людьми или демонами может оказаться такой трудной задачей. Но все прошло, как по маслу. И это весьма радовало меня.

Теперь я знаю, что есть на этом свете место, где меня всегда будут ждать родные люди. Мой дом. Никогда бы не подумала, что назову Виственд таковым, но как иначе? Здесь собрались все самые дорогие мне существа. Я отчетливо поняла, что теперь мне есть куда возвращаться, и это главное. И никакая буря, штормы и молнии не станут препятствием тому, чтобы помешать этому единению сердец. Теперь точно можно было смело ступать в новую жизнь наполненную приключениями, бесспорно, насколько опасными, настолько и захватывающими дух.

Дальний кластер Магического Ордена

В здании кластера творился настоящий Хаос. Маги суетились, стараясь привести в порядок помещения перед приездом одной очень влиятельной среди их общества особы, иной раз забывая, что могут сделать это, без применения физических усилий. Но что взять с тех, кто был отослан в самую даль для того, чтобы не мельтешить перед взором магистров из высших кластеров? Неудачники, отбросы…

Кларенс лениво отслеживал сие безобразие, мысленно ведя обратный отсчет времени. Скоро… Через час, может быть, полтора, приедет та, кому он отослал весточку. Почему он не сделал так, как велел ему Эдвард? Все потому что старый маг понимал, что никто бы из главного кластера Магического Ордена не удостоил даже каплей внимания каким-то там новостям издалека. Они были действительно не нужны. Сами по себе. Но в одиночку им не справиться с демонами. Кларенс осознавал, насколько бессмысленна борьба против тех, кто способен принимать чудовищный облик, что повергал в ужас, стоило только столкнуться с ним лицом к лицу. Но ситуация не безнадежна, если подключить к делу эту женщину.

Мередит Гордетски Антерама — великая ученая, та, что взяла на себя ответственность выявлять слабости демонов собственноручно. И она неплохо с этим справлялась, в какой-то момент придя к гениальной мысли, как сделать так, чтобы адские отродья сами шли к ней в расставленные ее цепкими руками силки. Души — так называют демоны тех существ, что являются неотъемлемой частью их. И именно поиском и поимкой оных занималась Мередит.

Ее лаборатории, в которых проводят опыты над Душами, раскиданы по всему континенту. Она ловко подчиняет их своей воле, чаще всего выкрадывая тех еще в юном возрасте, воспитывая по своим правилам. Повзрослев, Души уже не принимают своего предназначения, стремясь избавиться от тех, к кому привязала их злодейка-судьба. Слышали что-нибудь про то, что чувства могут быть смертельно опасными? В этом случае, демоны здорово просчитались, поскольку именно Души являются их слабостью. И оружием Мередит.

Кларенс вздрогнул, когда услышал резко возросший гвалт своих соратников, прозвучавший где-то еще на подходе ко входу. Сам он расположился на гостевом диванчике в холле, чтобы быть одним из первых, кто встретит столь уважаемую особу. Но видимо просчитался. Первым, кого она повстречала, стал Эдвард.

Молодой маг не верил своим глазам, видя как к зданию их кластера подъезжает тонированное авто с эмблемой Ордена на бампере. Кто-то отозвался на их зов! Немыслимо!

Признаться, Эдвард уже потерял надежду на то, что к ним отправят помощь. Хотя нужна ли ему она вообще была? Парень лишь хотел получить официальное право на уничтожение демонов. Он вообще всегда мечтал стал Охотником, но никак смелости не хватало об этом прямо заявить.

Мередит грациозно выпорхнула из машины, будто не ехала сюда целую вечность, старательно пряча за маской безразличии негодование. И вот здесь ей придется коротать дни до поимки улизнувшей от нее когда-то Души? Злачное местечко.

Место действительно не вызывало доверия: двухэтажный особняк с покосившейся крышей и старым фасадом. Зданию давно нужен был ремонт, но никому из живущих там не было до этого дела, поскольку все считали, что они там «временно». Но это понятие в данном случае растяжимое.

Верный слуга и помощник Мередит тоже немного удивился тем условиям, в которых обитают его соратники и мысленно даже порадовался, а он делает это не часто, тому, что его когда-то взяла под свое крыло суровая наставница.

— Надеюсь, вы не думаете, что я буду ночевать в этом клоповнике? — брезгливо произнесла Мередит, стягивая с руки перчатку, чтобы достать из своей объемной сумки портсигар, вытянув из него искомое, и закурить.

— Мисс Антерама, мы рады приветствовать Вас здесь. Мое имя Эдвард Хлос, я действующий Магистр дальнего кластера, — Эдвард с трудом выдавил из себя радушие, своим зорким взглядом отметив, что женщина оказалась не такой, какой он себе еще представлял.

На краткий момент ему показалось, что она жестока не только с демонами, но и со всеми, кто считается статусом ниже. Молодой маг прекрасно понимал, что не дотягивает до ее планки, и это его злило.

— Прискорбно, — кратко прокомментировала его обращение женщина, докурив сигарету и бросив ее под ноги своему помощнику — тот тут же затоптал еще дымящийся бычок. — Мое имя вы и сами знаете, господа. Давайте перейдем сразу к делу. Где тут у вас можно… освежиться?

Мередит стремительно вошла в холл, не обращая внимания на столпившихся, словно стадо баранов, магов, что с любопытством провожали взглядом ее фигуру. И тут Кларенс, заметив своего кумира, бросился чуть ли не в ноги женщине, что-то твердя о великой чести удостоенной ему и все в подобном духе.

— Уберите это… насекомое, — скривилась женщина, следя за тем, как пожилой маг чуть ли не лобызает ее обувь, и перешагнув его, направляется дальше.

— Ты жалок, — сплевывает на пол рядом с преклонившейся фигурой Эдвард и продолжает путь.

Кларенс не знал, что на него нашло. Что за странное благоговение вдруг охватило всего его? Возможно, дни проведенные в темнице не прошли даром, и старик просто свихнулся. В любом случае, Мередит было плевать на тамошние разборки, кто здесь главный и то, что Магистром назвался юнец, у которого за плечами никакого опыта. Она здесь не для этого.

Эдвард отвел женщину в выделенные ей покои, а после того, как дождался, когда закончит все свои дела с дороги, — в свой кабинет и рассказал о случившемся без утайки. То ли присутствие более волевого человека на него так подействовало, то ли желание перетянуть ее на свою сторону так повлияло, но он не стал юлить.

— Зверь, говоришь, — постукивая ногтем по твердому корешку своего старого блокнота, задумчиво проговорила Мередит. — Мне нужно больше информации о девушке, которую вы имели глупость похитить.

— Ноа Таймлез. Восемнадцать лет. Живет на окраине, в северной части города. С родственницей. Днем ранее вместе с ней торопливо собрала вещи и, судя по всему, переехала в Виственд — местное прибежище демонов. Есть вероятность, что собирается броситься в бега, — сухо выдал информацию Эдвард, сжимая кулаки от негодования.

Ему не нравилась сама мысль того, что демон со своей Душой могли решить сбежать. Он еще не успел закончить с ними! И поэтому собирался отправить следом.

— Я знаю, о чем ты думаешь, малец, — неожиданно заулыбалась Мередит.

— О чем же, мисс Антерама? — скучающим голосом отозвался парень.

Ему было плевать на слова этой женщины, ее разум полностью захватила жажда отмщения.

Глухой каркающий смех Мередит все же смог привлечь внимание Эдварда. Он с оторопью взглянул на нее, и только после этого она соизволила пояснить.

— Ты горишь жаждой мести, мальчик. Пусть за твоей душой ни гроша, но в тебе таится великая мощь, которую из-за своей безусловной слепоты не заметили Магистры из центральных кластеров. Ты можешь сослужить мне хорошую службу, Эдвард, — хриплым голосом проговорила женщина, вытаскивая еще одну сигарету.

Заинтересовавшись, молодой маг сам не заметил, как подал огонька.

— И что я получу взамен? — заинтригованный парень подался вперед.

— А ты мне нравишься, — хищно оскалилась Мередит. — Как на счет ходатайства о переводе в более ближний кластер?

— Я не хочу абы-кабы куда. Мне нужен главный, — запальчиво произносит парень, внося правки в заключающийся уговор. — И демона я прикончу сам.

— Посмотрим, что с этим можно будет сделать, — подзывая жестом руки своего помощника, чтобы тот зафиксировал договор на магической бумаге, легко произносит женщина.

— По рукам, — в глазах Эдварда разгорается пожар, что вторит его пылающей сжатой в кулак руке.

Ноа

Наконец, все последние дела были завершены, а багаж собран. Нас вышли провожать Персивальд и Киран, и Вальтер удостоил их краткими рукопожатиями, а после со спокойствием удава сел за руль.

И зачем только притворяется, что ему плевать на всех вокруг, когда это не так? Я-то знала о том, что он чувствует на самом деле. Горечь. Демону было сложно покинуть привычную жизнь, пусть даже и во благо собственной.

Я сидела рядом с ним на пассажирском сиденье, поэтому мне ничего не стоило в ободряющем жесте коснуться его руки.

— Мы справимся, — подкрепила свои действия словами.

— И никак иначе, — кивнул мне Вальтер и завел мотор.

Включила радио, чтобы разбавить гнетущую тишину, что поселилась в салоне автомобиля, стоило нам только отъехать от Виственда. Каждый думал о своем. Я о том, как буду присылать Меган весточки по смс, а Вальтер, подозреваю, о том, как круто изменилась его жизнь. Впрочем, как и моя.

И вот уже табличка, желающая счастливой дороги, и совершенно пустая дорога, что приветливо принимает нас в свои объятия.

Не поняла, в какой момент все пошло не так, только потому что банально не успела. В нашу машину с треском врезалось что-то огромное, сбивающее ее с трассы. Запахло гарью. Авто вместе с нами несколько раз перевернулось, тут я порадовалась, что мы успели пристегнуться, и застыло в неестественном положении.

Оглушенная внезапной аварией, вися вниз головой на ремне безопасности, первым делом посмотрела на Вальтера. Он был без сознания. Должно быть ударился, а теперь еще и кровь приливает к голове. В срочном порядке, отстегнула ремень, со стоном свалившись вниз. Вот же Киран! Накаркал!

Проделала ту же манипуляцию с Вальтером, еле как открыв заевшую дверцу машины, и стала тащить его наружу. Тяжелый, зараза.

Странным образом не почувствовала ничего такого, что бы связывало эту аварию и ту, смертельную для мои родителей и брата. Не было такого чувства, что переживаю все заново. И не было страха. До определенного момента.

— Вот мы и встретились. Снова, — надо мной прозвучал глумливый голос Эдварда, что по всей видимости и сбил нашу машину с назначенного пути.

Парень лениво подходил к нам, держа руки в карманах брюк. Позади него находилась какая-то странная женщина средних лет.

И тут я такая, с разбитым виском, поскольку подушки безопасности не сработали, и бессознательным телом того, кто хоть что-то может противопоставить магам. Что же я могла предпринять?

— Скучала, малышка? — он присел на корточки, подтянув штанины, рядом с нами.

Я принялась тормошить Вальтера, но тому хоть бы хны. Эдвард, лениво следящий за моими действиями, лишь одарил своей фирменной улыбкой сумасшедшего. А ведь он пришел не за мной. Ему нужен демон.

— Ты не осознаешь, с кем связался, — прохрипела отчего-то понизившимся голосом, с опаской посмотрев парню за спину — женщина все так же стояла позади, не проявляя никакого интереса к происходящему, и просто курила.

— Это ты, кажется, еще не поняла, что со мной шутки плохи, — с угрозой высказался Эдвард. — Ну, что, где там твоя собачка?

Он сейчас Зверя назвал собачкой? Вот идиот. Если бы тот не исчез куда-то, я бы ему показала такую собачку, которая сделает с ним то, что ему еще и в самом страшном сне не приснится!

— У тебя за спиной, — решила схитрить я. И это сработало, парень растерянно обернулся, а улыбка слетела с его холеного лица.

Не теряя более ни минуты, поднялась с земли, схватив Эдварда за руку.

— Нехорошо обманывать, — сразу же среагировал маг, позволяя огню в своей ладони, за которую я схватилась, разгореться. Почувствовала просто адскую боль, но все же не отпустила, заглянув в его глаза.

«Ты никто. Ничтожество. Тебя никто никогда не полюбит и никогда не примет», — именно эти слова часто повторяла ему мать, как только мальчик достиг сознательного возраста. Эдвард убил ее вместе с очередным отчимом в двенадцатилетнем возрасте. Перед глазами потянулась вереница всех тех, кого когда-то своей огненной магией сжил со свету этот безумный парень. Он чудовище…

Задыхаясь от боли и страха, отпустила руку Эдварда, прижав к себе обожженную кисть.

— Ты не обязан так поступать. Твоя мать бы не хотела этого, — сквозь набежавшие слезы все же смогла выдавить слова. Но кто бы знал, чего мне стоило не сорваться на истошный крик из-за боли.

— Что ты можешь знать о ней! — огрызнулся маг, лицо его скривилось, словно сейчас именно я причинила ему боль. Он поднялся, сделав шаг ко мне.

— Довольно, — ворвался знакомый женский голос в мое сознание, словно ураган, сметая все на пути.

Я…Знаю. Узнаю этот голос. Эта женщина меня похитила. Именно она мучила меня бесконечными вопросами о моей жизни, что-то чиркая на бумаге. Холодный, будто неживой, он вызывал во мне чувство озноба, что так сильно контрастировал с опаляющим жаром в раненной кисти.

— Но Вы же сказали, что я могу… — словно маленький мальчик залепетал Эдвард, пятясь.

— Демон твой. Как и договаривались, — женщина подошла к нам, оттеснив мага, и равнодушно отмахнулась в сторону бессознательного тела Вальтера.

— Нет! — возразила я, стараясь не думать о боли, и встала наперекор было ринувшемуся к моему демону Эдварда.

— Ноа, ты же знаешь, что перевес силы не в твою сторону. Будь хорошей девочкой и отойди, — монотонным голосом психиатора заговорила знакомая незнакомка, бросив на меня насмешливый взгляд из-под затемненных очков.

Я так поняла, она хорошенько подготовилась ко встрече со мной. И каждый из них пришел за кем-то конкретным. Но я категорически была против того, чтобы нас разлучали. Пусть в плен, но вместе!

— Я не отдам вам Вальтера, — внутри зарождалось какое-то странное чувство, похожее на вибрацию.

Даже показалось, что мой голос стал на пару октав ниже.

— Придется делиться, малышка, — усмехается парень, присматриваясь к телу демона. Видимо, решает, какую часть спалит в первую очередь.

Не позволю!

— Он мой, — сжала руки в кулаки, невзирая на боль. Она только злила, придавая большую уверенность в правильности моего решения.

Наверное, моя хиленькая воинственная фигура смотрелась нелепо, но мне было плевать.

Я разорву этих негодяев на части!

— Мисс Антерама… — что-то заметив в моих глазах, заострожничал Эдвард.

Что же он увидел во мне?

— Заткнись и действуй, — грубо прервала его женщина, и ее сухие губы скривились в хищной улыбке. — Сейчас начнется самое интересное.

Гнев внутри нарастал, я уже не могла его контролировать. Одна мысль о том, что Вальтеру могут причинить боль, разрывала меня на части.

— Не. Смейте. Приближаться. К нему! — прорычала нечеловеческим голосом, осознавая, что начала меняться.

Тело свело судорогой, кости стремительно начали увеличиваться в размерах, возвышая меня над недругами, а руки покрываться темной шерстью. О, нет, неужели, я становлюсь Зверем?

Этого же не может быть! Из моего рта, что трансформировался в огромную звериную пасть, раздался громогласный рык. Кажется, он и разбудил Вальтера. Тот открыл глаза, наткнувшись взглядом сначала на мою растерянную оборотническую мордаху, а после мельком прошелся по фигурам магам. Демону ничего не стоило быстро оценить ситуацию и встать в боевую стойку рядом со мной, скинув человеческий облик. Отлично, теперь нас двое, монстров.

— Я рядом, Ноа, — проговорил он низким голосом, не удивившись моим внешним изменениям.

На удивление, его голос подействовал на меня успокаивающе. Я бы и дальше радовалась этому эффекту, но в меня ударил Эдвард, запустив огромный огненный шар прямо в живот.

Вальтер зарычал и бросился на него, пока моя громадная туша валялась в снегу, воя от поглощающего шерсть огня. Пахло это… Отвратительно пахло!

— Ты не горишь, — откуда не возьмись надо мною возвысилась фигура той женщины.

Она еще здесь? Да я ее порву сейчас на куски! Это она убила моих родителей! Я была уверена на все сто процентов. Только такая бессердечная и жесткая женщина могла спланировать ту аварию, чтобы изъять очередную Душу без последствий и разбирательств.

Я нужна была ей тогда. И нужна сейчас. Но зачем?

Глупый вопрос от того, в ком живет Зверь.

С ревом бросилась на нее, когтистыми лапами целясь в шею, но женщина смогла ловко уйти от удара.

— Послушай, Ноа! Ты такая же, как и я, — в сдающемся жесте выставила ладони перед собой она, но меня это не остановило от следующего неуклюжего прыжка. Я уже возжелала вспороть ей живот, намотав кишки себе на шею, как трофей!

Такая же, как и я? Вопрос отозвался где-то внутри, заставляя прокручивать в голове домыслы, пока моя чудовищная составляющая, ведомая жаждой крови, преследовала ловкую не по годам женщину. Может быть она тоже видит в черно-белом свете? Или так же потеряла родителей в тринадцать? Или…

Замерла истуканом, осознавая сказанное ею. Такая же, как и я… Душа? Видящая? Неужели, я не одна такая?

— Да, Ноа, я тоже читаю людей по глазам. И тоже могу видеть будущее. Редко, но метко, — заметив в моих звериным глазах проблески понимания, женщина подходит и пожимает плечами. — Я смогу помочь тебе вернуть обратно твой облик.

Подняла голову, заглядывая ей в лицо, ожидая подробностей, которые тут же последовали.

— Тебе всего лишь нужно убить этого демона, — проговорила мне женщина, но прерывалась, увидев, как я скалюсь. — Не рычи, я знаю, как это сложно, сама через это прошла, — ошарашила меня дама. — Правда, мне еще не приходилось видеть такой силы. Мощи. Зверь ведь не твой, верно? Это он должен был превратиться в это чудовище, а не ты, Ноа, — указывая на Вальтера, что безусловно одерживал победу над выдохшимся Эдвардом, добила. — Ты не заслужила такой жизни. Все еще можно изменить.

Я посмотрела в сторону дерущихся парней, одному из которых я была Душой. Той частичкой сущности, в которой содержалось вся слабость демона. И почувствовала в себе невероятную силу в этот момент, понимая, что даже без него, без Вальтера, я в силах себя защитить. Нужен ли он мне? Ответ пришел сам собой. И я снова сделала свой выбор.

Вальтер

Мерзопакостный маг все не унимался, хотя был уже на грани своих сил. Я специально выматывал его, растягивая время расплаты. Как он посмел напасть на нас?

Я чуть не умер со страху за Ноа, когда понял, что пролежал в отключке какое-то время, за которое она успела принять облик Зверя. Как такое возможно? Это все было неважным, главное, что благодаря этому она цела. Не знаю, что они сделали, чтобы довести Ноа до состояния «озверения», но Эдвард первым поплатится за это!

В пылу битвы не забывал отслеживать действия девушки, что с грацией новорожденного звереныша, пыталась достать когтистыми лапами незнакомую мне женщину. Та что-то говорила Ноа, но мне, даже с моим превосходным демоническим слухом, было не расслышать. Все из-за этого мерзкого звука обильного таяния снега, что окружал меня со всех сторон волей сопляка-пиромана.

Пуляться огнем посреди наступившей зимы? Очень умно! Устав играть в кошки-мышки, молниеносно взял в захват паренька, острым когтем рисуя ему улыбку на шее. Теперь ты никого не спалишь, неудачник.

Бросив истекающее тело на талый снег, повернулся к Ноа, что увлеченно ковырялась в кишках той женщины, теперь уже точно умерщвленной. Словно ребенок, честное слово!

Подошел к ней сзади, уверенный в том, что она почувствует меня. Так оно и случилось. Взгляд ее ясных голубых глаз на морде Зверя смотрелся несуразно, хотя бы потому что он был полон вины.

— Возвращайся. Все закончилось, — твержу.

Через пару секунд передо мною предстала полностью обнаженная девушка, по локоть в крови. Я завороженно смотрел на нее, не смея отвести взора от глаз, а она бросилась в мои объятия.

— Я так испугалась, — прохныкала мне в плечо девушка.

Я лишь улыбнулся, скидывая с себя пиджак и прикрывая ее плечи, а следом беря на руки.

— Все хорошо. Все теперь точно будет хорошо, — как заведенный повторял.

— Я страшная была, да? — задала наивный вопрос она.

Вот же, женщины… Даже в смертельной опасности беспокоятся за свой внешний вид. Это, похоже, в гены заложено. И кто, спрашивается, из Создателей такой шутник?

— Ты восхитительна. Всегда, — признался честно ей, двигаясь к разбитой машине. Нужно было позвонить Персивальду и попросить другой транспорт.

— Правда? — удивилась девушка, заглянув мне в глаза.

И увидев в них ответ, зарделась.

— Что? — в недоумении спросил, дойдя до авто, и на минуточку поставив Ноа на землю, пока я искал мобильник.

— Ты пялился на меня! — возмутилась она.

— Не каждый же день можно увидеть возлюбленную в столь прекрасном костюмчике Евы, — не оборачиваясь, пожимал плечами, найдя необходимое.

— Вальтер! — ее маленькие кулачки ударяли по моей спине. — Стой! Возлюбленной?

— А ты еще не поняла? — повернулся к ней, напечатав нужное сообщение, и удостоверившись, что оно мгновенно было прочитано, продолжил. — Знаешь, хоть ты и Видящая по своей сути, ни черта не видишь перед своим носом. Я люблю тебя, Ноа Таймлез.

— Вальтер, ты же знаешь, что я… — растерянно переминулась с ноги на ногу девушка, кутаясь в пиджак.

— Ничего, я все еще не разучился ждать, — снова взял ее на руки.

Все оставшееся время, пока Персивальд собственнолично не предоставил нам новый транспорт и одежду на первое время, я грел свою девочку в объятиях, раскопав в разбитом салоне машины какое-то завалявшееся старое одеяло. Багаж было не достать.

Мы сердечно поблагодарили директора Виственда и двинулись дальше в путь. Никто и ничто не в силах остановить наши поиски истины. Это понимал как я, так и Ноа, что доверчиво уткнулась мне в плечо, задремав.

— Вальтер, — неожиданно сонно произнесла девушка.

— М? — тут же отозвался.

Интересно, она еще и во сне разговаривает?

— Я тоже тебя люблю, — удивила своим признанием Ноа.

— Что? — свернув руль к обочине, заглушил двигатель.

— Я сплю, — заерзала моя девочка, устраиваясь поудобнее, и снова провалилась в сон.

Услышал ее мирное дыхание и, почувствовал небывалую нежность к девушке и поцеловал в макушку. Мы обязательно со всем разберемся, как только проснёшься. И никуда ты не денешься от меня, Душа.