– Геля, где моя рубашка бордовая?

Я закатила глаза, с трудом сглатывая саркастически ответ. Усилием воли ответила спокойно, почти ровно:

– В шкафу, Дим. Как обычно. Где ей еще быть?

– В каком шкафу?

Боже, как будто у нас десять шкафов и пять гардеробных.

– В твоем, конечно.

– Нету, Гель! – Муж нарисовался на кухне злой и хмурый. – Ты ее куда-то убрала?

– Да, конечно, мне больше делать нечего, как прятать твои вещи. Это же так весело, – не сдержалась я.

Дима прищурился.

– Гель, я опаздываю, если что. Давай отложим конкурс сарказма, и ты найдешь мне рубашку.

Я сжала губы. С них рвалось много чего хорошего сказать, но ради семейного благополучия я глотала и глотала, и глотала каждую колкость, которая обязательно превратится в обвинение.

Одну все же не смогла, бросила по пути в спальню:

– Как будто ты на работу опаздываешь. Или там у вас вертушка с фиксированным опозданием и последующим штрафом?

– Не начинай, – зарычал мне в спину муж, следуя по пятам. – Я же говорил, там собираются уважаемые люди, большие ставки. Мне нельзя опаздывать. Я не кролик из Алисы в стране чудес.

– Ох, да. Но складывается ощущение, что Усманов отрубит тебе голову, если задержишься.

– Он может, – усмехнулся Дима. – Но ты же понимаешь, что это важно. Меня приняли в узкий круг. Там только руководители направлений. Это тебе не покер с приятелями под пивко.

– Угу, элитный подвал, элитная выпивка, элитные девочки, – невольно продолжила я аналогии.

Вроде бы без задней мыли, просто картинка нарисовалась как в гангстерских фильмах, где в смоге и полумраке короли мафии играли в карты, тиская на коленях девочек модельной внешности.

– Геля, сколько можно? – моментально вскипел Дима. – Одни упреки от тебя! Я устал, ей-богу. Мы ведь договорились. Если у тебя нет сил двигаться дальше, давай просто разойдемся.

На глаза тут же навернулись слезы. Почему? Ну как так? Какие упреки? Я же ничего такого не сказала.

– Я пошутила, Дим, – прошамкала я еле слышно дрожащими губам и сиплым голосом.

Ком встал в горле. Чтобы отвлечься и не нервировать мужа сильнее, я стала перебирать вешалки в шкафу.

– Шуточки твои вечно на грани фола, – продолжал кипеть он. – Сколько мне можно умолять тебя? Я ошибся, да. Но я тебя люблю, Гель. Ты и сама понимаешь, но пилишь и пилишь меня. Мы так всю жизнь будем что ли? Нахрен надо!

Я сглотнула и заморгала часто-часто.

– Нет, Дим. Ну что ты придумываешь? Я не пилю.

– Да супер. Я еще и придумываю. Ты мне нервы дернула, а виноват опять я. Конечно.

Я нашла его рубашку под пиджаком. Зачем он повесил его сверху? Смялась же вся. Эти мысли помогли отвлечься. Немного и не надолго, потому что Димка завелся моментально и определено еще не высказался до конца.

– Рубашка твоя, – промямлила я, отдавая ему вешалку, с которой сняла пиджак.

– Так она мятая вся! Сложно было погладить? – Он повысил голос и бросил рубашку мне в лицо. – Я в душ.

Умчавшись в ванную, муж включил там воду. Я шмыгала носом, доставая утюг, стараясь не разреветься. Смысла нет лить слезы. Я выплакала достаточно, когда узнала о его измене, а потом еще больше, когда каялся и валялся в ногах, уверяя, что все это было ошибкой. Дима категорически не хотел расставаться, хотя и признавать свою вину до конца тоже не собирался. Да, наверно, мы оба виноваты. Всегда виноваты двое, если семья рушится. Похоже, я была не очень хорошей женой, раз муж захотел другую.

Мы решили начать все сначала, забыть, с чистого листа. Для меня это стало испытанием. Я везде теперь видела ложь, подвох и измену. Старалась, но не могла отпустить свои сомнения и обиду. Любой намек на это бесил Диму. Он говорил, что я должна, просто обязана, забыть и простить. Иначе наши отношения не имеют смысла.

Дима прав, конечно, а я нет. Но все равно каждый раз, словно бритвой по сердцу резало, когда он неизменно выворачивал ситуацию наизнанку и обвинял меня в недоверии. Почему я неизменно оставалась виноватой, когда изменил именно он? Не знаю.

Мне это не нравилось, но Дима уходил, и я уверяла себя, что нужно работать над этим. Доверие – это ведь основа семьи и отношений. Только как же мучительно трудно отпускать его на всю ночь в пятницу, а потом не рассматривать рубашку, ища следы помады или женские волосы, не нюхать, улавливая духи.

Да, мне еще работать и работать над собой.

Выйдя из душа, муж носился по квартире, словно он не Дима, а демон какой-то. Разве что черный туманный плащ не развивался за спиной. Я старалась не отсвечивать. Рубашку повесила на стул, сама пошла перебросить на диск новый сезон любимого сериала, чтобы скоротать вечер.

– Не жди меня, – буркнул Дима, обуваясь.

– Ты же знаешь, что я так не могу, – проговорила я устало, выйдя в прихожую, чтобы проводить его.

– Да, конечно, не можешь. Все пытаешься меня поймать на горячем?

– Зачем ты так? Я просто волнуюсь и мне не спится без тебя.

Я встала на цыпочки, чтобы поцеловать его.

– Конечно, – фыркнул Дима, отворачиваясь. – Пока.

Мой поцелуй пришелся в щеку, а не в губы. Дверь словно ударила меня по ушам громким хлопком. Снова захотелось плакать, но я опять смогла сдержаться.

Вместо того чтобы пестовать свою тоску и обиду, я открыла бутылку вина, заказала себе суши из ресоранчика за углом. Еду доставили уже через полчаса, и я с удовольствием утонула в мягком кресле, наслаждаясь любимым сериалом и терпким вкусом Бордо.

Однако уже через несколько минут снова думала о муже и наших отношениях. Когда они перестали быть сказкой?

Мы встречались со школы, учились в одном классе, дружили, а на выпуском в девятом классе вдруг поняли, что между нами нечто большее. Возможно, потому что Димка напился и решился проявить инициативу, а я не оказала. Сначала вроде как из любопытства, а потом само закрутилось. Мы вместе делали уроки, вместе мечтали поступить в Москву. И поступили. Только он пошел глубже изучать химию и технологии, а я сделала акцент на языки.

Нас не поссорил большой город и соблазны. Наоборот. Мы держались друг за друга. Дима был моим первым и единственным мужчиной, самым надежным, лучшим другом, моим принцем. Само собой, что после учебы, мы поженились. Подарки на свадьбу позволили сделать первый взнос по ипотеке, взять квартиру. Родители, конечно, очень помогли. Не только деньгами, но и с работой.

Димин отец немного знал Сергея Усманова, который владел производством лакокрасочной продукции. По его протекции мужа взяли в главный офис на перспективную должность. Его карьера пошла в гору. А я как-то по привычке тоже подала заявку на соискание должности в отдел развития.

Мня приняли. Языки и второе высшее по экономике, которое я с трудом, но осилила одновременно с первым образованием, стали решающим фактором. Конечно, я мычала не о стойких красках, но все же…

Наверно, тогда меня в первый раз покоробило отношение Димы. Он не порадовался, даже осудил. Сказал, что работать вместе нельзя, это убьет наши чувства. Забавно. Мы ведь почти не пересекались в офисе. Правда, именно благодаря коллегам и добрым людям, я узнала о его интрижке с подчиненной. Это было ужасно.

Я вздохнула, стараясь не вспоминать день, когда застала их прямо на рабочем месте во время обеда. Она сидела на столе, а он…

Нет-нет-нет, нельзя на этом циклиться. Мы ведь решили. Я простила и обещала не упрекать его больше. Но все чаще ловила себя на мысли, что именно Дима в нашей маленькой семье – король упреков. Он стал цепляться по поводу и без. Говорил, что просто старается быть честным, ведь это основа основ.

Логика из серии: я не пойду налево, если ты будешь достаточно хороша для меня.

Я старалась, очень, но не всегда была уверена в собственной неотразимости. Да и не мудрено, ведь большая часть моей зарплаты уходила на ипотеку, а его на дорогие сорочки, костюмы и обувь. Он ведь метил на руководящую должность и обязан был выглядеть презентабельно.

– Усманова видела? Его запонки дороже нашей квартиры, – говорил муж, когда я почти плакала над чеком из магазина элитной мужской одежды. – Разве он повысит оборванца? Я должен быть на уровне.

Да, Владислав Сергеевич Усманов был идеален. Его отец несколько лет назад отошел от дел, оставив у руля сына, который повел компанию новым курсом и ориентировался преимущественно на зарубежный рынок. А когда-то мы все учились в одной школе, и я разве голову не сворачивала, оглядываясь на Влада. Соплюха была, но мне не мешала разница в возрасте. Детские глупые мечты о старшекласснике. Высокий и красивый, с лукавой улыбкой. Опасный и недостижимый. Я бредила им два года, пока он не закончил школу, но и потом через знакомых узнавала сплетни о его семье. Говорили, что отец рано поставил Влада у руля. Тот еще даже учиться не закончил, а уже стал гендиректором и во главе акционеров. Все ждали от него провала, а он взял и утер нос недоброжелателям, конкурентам и обычным сплетникам.

Дима всегда говорил, что Влад Усманов – это просто удачный проект для корпорации. Мол за него все делают юристы и правление, а он только подписи ставит и хорошо выглядит.

Я старалась не влезать в это. Мое дело маленькое – прогноз и расчет прибыли для грядущих сделок. Судить и рядить, копаться в белье, иметь мнение о начальстве – чревато. Правда, дух засватывало, когда на корпоративе Влад неизменно толкал речь, подводя итоги года. Эти несколько минут я рассматривала его, не боясь. Не разбирала ни слова, просто слушала сильный глубокий голос, следила за движениями красивых губ.

Ругала себя потом, конечно. Нельзя же пялиться на начальника так. Хотя… Дима же позволил себе намного больше с подчиненной.

Вот и снова я вернулась к этому. Может быть я муж прав. Я не смогу его простить до конца, не смогу двигаться дальше. Что тогда делать? Развод? А ипотека?

Представив, что придется продавать, делить, ругаться из-за денег, я зажмурилась. Нет, ну разве нужно доводить до такого? Мы все преодолеем, переживем. Просто нужно немного времени.

Неужели нас вместе держит только квартира?

Нет, конечно, нет. Я ведь люблю его. Кажется.

– Владик, а где мои сережки с голубыми бриллиантами? – закричала Настя со второго этажа.

Через секунду и она сама появилась на лестнице. Руки в боки, в одном белье. Я залюбовался. Красивая стерва.

– Понятия не имею, Насть, – буркнул я, волнуюсь больше о том, что придется опоздать на покер, если она не оденется прямо сейчас.

– Знаешь, почему?

Настя спустилась по лестнице, покачивая бедрами и сразу уселась на меня верхом. Кажется, мы подумали об одном и том же.

– Знаешь? – повторил Настя мне в губы, поерзав на моем члене, который уже был готов к подвигам.

– Ммм, – протянул я нейтрально, уже забыв, о чем речь.

– Потому что они все еще в магазине. Я думала, ты привезешь из Лондона.

Настя прижалась ко мне грудью, и я невольно поморщился. На вид ее сиськи были потрясающими, но на ощупь… Не исключено, что я выдумывал, но все равно раньше было приятнее контактировать с ее бюстом. Пусть это была невразумительная единичка, но все же.

– Из Лондона? – эхом ответил я.

– Да, Лондон из зе кэпитал оф грейт Британ, – хохотнула она, укусив меня за губу.

– Если это все, что ты знаешь из инглиш, нам будет непросто на переговорах, – пошутил я в ответ.

– О, я знаю достаточно, милый.

Настя уже не говорила, а мурлыкала и опускалась ниже, сползая с меня. правильный маневр. Я тут же забыл о ее силиконе и вспомнил, каким может быть умелым рот.

– Черт, детка, да, – простонал я, благословляя ее идеальное решение.

Настя сосала как гребаная богиня минетов. Хотя взял я ее на работу до того, как узнал об этом таланте. Хватало в ней и других способностей. Эту я выявил чуть позже, но ценил едва ли не выше всех остальных.

Откинув голову на спинку кресла я позволил ей все сделать самой. Не нужно было направлять или подсказывать. Она все знала сама без подсказок и исполняла без проволочек. Мы будет у Сани без опоздания.

– Ох, черт, детка… Я скоро.

Единственное, что Настя не любила – это глотать. Я смирился с этим и даже пошел навстречу, предупреждая по-джентельменски о скорой эякуляции. Но сегодня на моей улице, похоже, праздник. Она втянула щеки и проглотила все.

Охренительно.

Немного испортило кайф ее кислое выражение лица, но ведь я не настаивал. Едва я открыл глаза и взглянул на нее, Настя смыла брезгливость и заулыбалась, заползая на меня снова, целуя в шею, за ухом, шепча:

– Так что там с сережками, Влад? Давай купим вместе.

– Может быть, – выдохнул я.

Дебильный старый фокус – попросить мужчину сразу после оргазма – но верный и беспроигрышный. Практически.

– Они будут идеально смотреться с моим платьем для приема у Смерфита.

Я провел ладонями по ее боками.

– Посмотрим. Думаю, да.

Хрен с ним. Первый раз что ли? К тому же моя женщина должна выглядеть дорого.

– Сладкий котик. Пойду одеваться.

– Мур, – буркнул я ей с спину. – Давай уже поторапливайся.

Настя подмигнула и убежала в спальню.

Мой телефон пиликнул сообщением. Я узнал почту по звуку. Скорее всего, опять работа. Чтоб ее. Даже в пятницу вечером достанут, хотя это время всегда оговаривалось, как неприкосновенное. Я мог выйти сверхурочно в субботу, даже в воскресенье, но пятничное расслабление отменить – это подобно преступлению.

Рано я завелся. Пока это всего лишь почта.

Открыв письмо, я прочитал его раз пять и столько же просмотрел, прикрепленные отчеты.

Нет, этого просто быть не может. Ошибка какая-то. Я набрал главбуха, чтобы все прояснить и уточнить.

Зинаида Петровна не расстроилась позднему пятничному звонку или не подала виду.

– Я сама вам письмо отправляла, Владислав Сергеевич, – подтвердила она. – Обычно мы не уточняли у вас, но тут сумма очень большая, налоговая может придраться. Сами понимаете. Зачем эти проблемы?

– Обычно? – не поверил я своим ушам. – То есть это не разовая акция списания средств со счета компании?

Молчание на том конце провода сигналило, что мой бухгалтер озадачен и не решается сказать правду.

– Зинаида! Вы еще с моим отцом работали. Едва ли не единственная, кого я оставил из старой гвардии. Давайте без увиливаний и женской солидарности, – надавил я.

– Да какая тут солидарность, Владик? – перешла она на доверительные интонации. – Настя давно за счет компании одевается. Но я думала, ты в курсе. Все-таки она твоя ассистентка и вы общаетесь в таких кругах, что…

– Понятно, – перебил я. – Нет, Зинаида Петровна, я не поощряю такие траты за счет фирмы. Отмените, пожалуйста, оплату и проведите через мой личный счет.

– Конечно, Влад. Я завтра на работу заскочу и все сделаю.

– Большое спасибо. Не забудьте оформить сверхурочный выход.

– Ох, мелочи.

– Нет. Это правило. Вы же знаете.

– Ладно, напишу. Все-то ты по уму делаешь. Следующие Настины покупки тоже через твой личный проводить? – уточнила на осторожно.

– Очевидно, это были последние, – ответил я. – Доброй ночи.

– Доброй, Влад

Я повесил трубку и с минуту сидел без движения, переваривая все, что на меня сейчас свалилось. Вот так дела. Что за жадная стерва?

– Настя! – заорал я на весь дом, готовый объяснить подруге ее ошибку красочно и подробно.

– Да, дорогой? Что ты кричишь?

Она спускалась с лестницы, одетая в узкие брючки и мягкий кашемировый свитер, цокая шпильками и улыбаясь мне невозмутимо.

– Какого черта ты списываешь космические суммы как представительские расходы фирмы?

Ее лицо на мгновение омрачилось и мелькнула тень страха, но Настя тут же вздернула нос и нагло заявила:

– Вот старая метелка! Настучала. Она все врет, Влад. Неужели ты ей поверил?

Подойдя ко мне, эта бестия обвила руками мою шею и повисла, захлопав ресницами.

– Настя! Я верю своим глазам и документам, которые увидел. – Я взял ее за запястья и отодрал от себя. – Хотя количество нулей в счетах по началу, казалось, что двоится. Неужели, мало тех денег, которые я плачу и дополнительно тебе выделяю?

Она посмотрела на меня, как будто я сказал, что Земля имеет форму чемодана, а потом рассмеялась.

– Да ты шутишь, Владик? Что я куплю на эти копейки? Лифчик в секонд хенде? Кроссовки на рынке? Ты думаешь, выглядеть достойно дешево? Огорчу тебя, дорогой. Нихрена подобного! – она тоже в конце перешла на крик.

Меня это вывело еще сильнее. Лучшая защита – нападение? Блестяще. Только не на того напала.

– Ладно, допустим я не ориентируюсь в ценах, но какого черта ты проводишь платежи через компанию, не оповещая меня?!

– Я вообще много всего делаю, не оповещая тебя, Влад. Это моя работа, если что. Если я буду бегать к тебе за каждой мелочью, то…

– Мелочью?! Настя! Четыре миллиона на шмотки на этой неделе только – это мелочь? – заорал я так, что лампочки в светильниках зазвенели. – Квартиру можно купить.

– В Бирюлёво? – фыркнула девица.

– Нет, в той заднице, из которой ты приехала. Самара или Саратов? Я все время забываю.

– Да как ты смеешь меня попрекать, – вместо оправданий накинулась Настя, размахнулась и влепила мне пощечину.

Я так ошалел, что даже не сразу понял, как нужно реагировать на такую выходку. Только головой потряс и вздернул брови от изумления.

– Сволочь! – завизжала Настя, пихая меня в грудь. – Я хоть раз тебя подвела? Я же для тебя всегда с иголочки. Сам-то из жопы мира приперся в Москву под папочкой работать, еще и меня…

– Хватит! – рыкнул я, взяв ее за шею, сзади и повел к выходу.

– Пусти, придурок! Я на тебя заявлю. Это насилие, – вопила она, трепыхаясь в бессильном сопротивлении.

Я затолкал ее в лифт, скрутил и ждал, когда мы приедем на парковочный этаж.

– Влад, прекрати. Что ты делаешь? – стала взывать Настя к моему здравому смыслу уже чуть сдержаннее, смягчаясь с каждым этажом. – Владик, пожалуйста. Отпусти. Ну я же не знала… Не думала…

Она уже скулила, почти ласково меня умоляла.

– Надо было думать, Настя. Хорошо, что мы выяснили все на этой стадии и можем распрощаться.

Двери лифта открылись, и я вытолкал ее на парковку.

– На какой стадии? Что выяснили? – расплакалась она.

– Что ты жадная стерва и нам не по пути. Заявление занеси в понедельник. Отпуск с последующим увольнением.

Настя застыла с открытым ром.

– Да ты сдурел, Усманов. – И слезы сразу высохли. – Что ты будешь без меня делать в Лондоне?

– Разберусь, – бросил я, разворачиваясь обратно к лифту.

Настя драматично бросилась в закрывающиеся двери, но не успела. Пока я ехал наверх, остыл. На диване в гостиной нашлась ее сумочка. Я дернул молнию и проверил содержимое. Ключи от машины и квартиры. Последние ей больше не понадобятся. Я вынул их и бросил на тумбу. Карта на месте. Вряд ли пустая. Наличных тысяч десять, мобильный. Не пропадет. Все остальное потом.

Я снова спустился вниз. Настя сидела на бетонном полу, подтянув колени у груди и плакала, растирая черные от туши слезы по щекам. Очень мило, детка, но – нет. Больше я не куплюсь на твои представления.

– Чтоб ноги твоей здесь не было, – бросил я спокойно и швырнул ей в ноги сумку.

– Ты пожалеешь, Усманов, – орала она мне вслед, заходясь уже видимо в настоящих рыданиях. – Ты ничто без меня! Увидишь сам. Вот увидишь!

Я спокойно прошел к своей машине, сел за руль, завел мотор и поехал. Настя продолжала лупить ладонями по стеклу и что-то кричать. Хорошо, что я не слышал, мог и погорячиться. Женщин я не бью, но макнуть ее головой в фонтан посреди фойе жилого комплекса очень хотелось.

Ненавижу воровство и любые махинации с финансами фирмы. У меня выработалась стойкая неприязнь к людям, которые пытаются обобрать лично меня и нажиться на прибыли компании сверх дозволенного. Я научился прощаться с такими индивидами сразу и быстро, отдирая от себя как присохший пластырь даже старых сотрудников и, казалось бы, надежных людей, почти друзей, почти родных. Думал, уже прошло время беспощадной чистки, а вот ведь. Собственная ассистентка и любовница пригрелась змеей на шее.

Ведь знала стерва, что я не выношу таких фокусов. Очевидно, жадность и жажда красивой жизни были сильнее здравого смысла. Думала, я шучу и за умелый минет не замечу шесть нулей в конце счета?

Нет-нет. Не со мной такое проворачивать.

Лишь в одном Настя была права. Я не очень представлял, как справлюсь без нее в грядущей командировке. Вроде бы ничего сложного, но мне абсолютно некогда заниматься организацией. Нужно будет завтра вытащить кадровика, чтобы подобрал мне кого-нибудь. Конечно, меня ждут с подругой, но разу уж все так поменялось в одночасье, придется импровизировать. хотя по репутации расставание с невестой ударит неслабо.

Я чуть поморщился, понимаю ,что мне это не на руку, но и жалеть пока ни о чем не собирался. Подъехав к дому начальника отдела маркетинга, я запретил себе думать о работе. Пятничный вечер для отдыха, иначе можно поехать головой.

Немного покера сейчас – лучшее лекарство.

Лекарство помогало так себе. Едва гнев утих, я не мог не начать мыслить прагматично. Хрен бы с ним с регулярным сексом и фееричным минетом, которых я лишился, дав Насте отставку. Но вот грядущая поездка в Лондон меня весьма и весьма беспокоила. Все инвесторы и потенциальные партнеры как на подбор были махровыми консерваторами. Мы общались неформально, и они знали, что у меня есть подруга, она же ассистентка. Нас ждали вдвоем. Как я теперь заявлюсь без Насти? Сказать правду? Ну так себе решение.

Нужно было срочно кого-то найти для ширмы. Желательно привлекательной внешности и с лабильными принципами, ведь нам придется жить вместе и изображать пару. Тоже так себе маневр, но лучше, чем я буду выглядеть в глазах чопорных англиков ветреным придурком или бестолковым управленцем, которого хитро дурила собственная подружка.

За этими размышлениями я почти не следил за игрой и игроками, а очень зря. Сегодня у Сани был новый человек. Кажется, Дмитрий Жуков. Зам из отдела технического контроля. Мы с ним вроде даже в одной школе учились, и я взял его на работу по просьбе отца в виде исключения. Ненавижу весь этот блат, да и папина рекомендация – это скорее минус в послужном списке. Мне нужно было присмотреться к этому человеку, потому что он упорно шел на повышение. К его работе у меня претензий не было, а вот личностные качества не особенно выпячивались. Потому я и настоял на приглашении через Сашку. В непринуждённой обстановке, за азартной игрой и бокалом терпкого виски узнаешь людей намного лучше, чем за несколько лет работы бок о бок.

Я тряхнул головой, избавляясь от мыслей о стерве-Насте и Лондоне, взглянул на Дмитрия, который сидел напротив меня за столом. На его коленях крутилась юная симпатична брюнетка, и Жуков почти не смотрел в карты, больше внимания уделял ей. Я сразу же подумал, что вряд ли она его жена. Не целуют так жен. Кольца на пальце своего подчиненного я тоже не увидел, но почему-то бы уверен, что он состоит в браке. Наверно, из личного дела врезалось в память. Кажется, его супруга тоже работала у нас. А это я откуда знаю? Тоже из дела? За нее меня точно никто не просил.

Дима много пил и смеялся, вел себя непринужденно и расслаблено в компании управленцев на голову выше себя. Это мне нравилось. Никогда не посодействую повышению человека, который заведомо ставит себя на ступень ниже. Нет, Жуков знал, что идет наверх и вел себя соответствующе. Но вот его девица меня напрягала.

Я не был шовинистом, не имел никаких четких принципов о чисто мужской компании. Сам ведь обычно приезжал с Настей. Многие брали с собой жен и подруг, которые не особенно интересовались игрой, но пользовались случаем, чтобы выйти из дома, посплетничать, да и убедиться, что ни в какой вакханалии в пятницу вечером благоверный не участвует. Настя именно за этим со мной и таскаясь, как приклеенная. Не доверяла.

Протерев веки пальцами, я взглянул на карты. Сразу пришла мелкая пара. Не люблю такой расклад, но можно войти и посмотреть флоп*. Дмитрий тоже ответил на начальную ставку, никто больше не повысил. Флоп принес мне тройку, и я сразу поднял ставку. Мне ответил только Жуков, причем перекрутив.

– Простите, Владислав Александрович, – заискивающе улыбнулся он, не скрывая самодовольства, но сохраняя подобие пиетета к начальству.

– Давай без отчества, Дим. Не на работе, – толерантно выдал я и ответил на его повышение, бросив в центр стола три фишки.

Пожалуй, я сделал это только, чтобы вскрыть его карты и посмотреть, с чем он так смело идет на торн*.

После нескольких кругов не самых логичных торгов, я все же довел Жукова до вскрытия. Он с детским счастьем в глазах бросил на стол флеш, который, разумеется бил мой хлипкий сет. Я сбросил карты рубашкой вниз.

– Ничего личного, Влад, – развел руками Дима и смачно присосался к шее подружки, которая радостно заерзала на его коленях, хлопая в ладоши.

– Само собой, – я махнул рукой, откинувшись на стуле.

Внутри зародилась нелогичная злость и раздражение. Не из-за того, что я проиграл, а именно по адресу Жукова. Не нравился он мне. Черт знает почему. Вроде бы не было никаких логичных причин. Не завидовал же я его подростковым обжимашкам с брюнеточкой. Не по возрасту и не по статусу? Ну да, пожалуй, но опять же это не повод злиться.

Взяв себя в руки, я постарался унять негатив и вернулся к игре, хоть и не перестал следить за Димой. Он еще несколько раз взял банк, вскрывая не особенно сильные руки, а один раз провернул и вовсе рисковую комбинацию. Ему везло. Пока. Иначе уже давно бы вышел из-за стола.

Нет, это не тот человек, которого стоит ставить во главе отдела. Азартный и нелогичный. Возможно, я зря провел такую аналогию, но вряд ли он способен совладать с собой и на работе. Характер в карман не спрячешь, как и нравы. Уж слишком пошло н себя вел, тиская попку девчонки, не особенно это скрывая.

Глаза Жукова горели, а щеки стали алыми от азарта и виски. После полуночи народ стал расходиться. Остались самые стойкие. Нас было шестеро за столом, когда Дмитрию перестало везти. Но он все равно еще держал хороший стек** и давил им на партнеров. Меня это завело и разозлило еще сильнее.

Едва получив на руки туза и короля, я вошел в торги прифлоп***, сразу повысив. Все сбросили. Кроме Жукова. Он ответил, и мы вместе встретили три первые общие карты. Туз и король повторились, давая мне таким образом две старшие пары.

Я постучал по столу ладонью, попуская торги, заманивая Дмитрия на повышение. Его глаза вспыхнули, и улыбка тут же выдала удачу. Что там у него при таком раскладе? Тройка? Вряд ли. Флеш? Сомнительно. Скорее всего, старшая пара. Дам? Да, наверно.

Я взял паузу на подумать, а потом спокойно сравнял. На торне пришла дама, и Жуков расцвел. Я смотрел на карты просчитывая все возможные комбинации. Дима же смотрел на меня, не сводя глаз.

– Ну же, Влад! – подзадорил он.

На кону стояла хорошая сумма. Я не привык бросать деньги на ветер, и моя позиция была так себе.Я снова пропустил, а Жуков поднял ставку на целый банк.

Я сбросил. Дмитрий рассмеялся, вскрывая откровенную пустышку. Что он ждал с такой рукой? Десятка дала бы ему стрит – не более того.

Я равнодушно пожал плечами, делая вид, что мне все равно, но сам буквально кипел внутри. Уговорить себя успокоиться не поучалось. Я начал ждать момент, чтобы подловить удачливого подчиненного.

Его подружка то уходила, то приходила. Они все так же мило вались, раздражая меня еще сильнее. Спустя час нас осталось за столом четверо. Я жуков, Саня и Григорий из отдела продаж. Узкий круг, не считая брюнеточки-нимфетки. Она больше не уходила, потому что в доме не осталось гостей, с которыми можно поболтать.

Момент подкрался неожиданно, хотя я его ждал. Вроде бы это была обычная раздача, которую я поддержал участием. Вроде бы я стоял средне и был готов сбросить, но на торне мне впала лучшая комбинация, хотя перекрутил при этом опять же Жуков. Выдавливал меня из банка, желая напугать большой ставкой и забрать себе все. Я перекрутил в ответ.

Казалось бы… Обычное дело. Если ты блефрвал – сбрось. Если у тебя что-то есть – ответь.

– Блефуешь, Влад? – спросил меня Дима.

Я пожал плечами, улыбаясь.

– Повышаю, – выпалил он и тут же шлепнул подружку по попе. – Детка, выйди.

– Что? Куда? Все же уехали.

– Покури, – резко отрезал он. – Тут дело серьезное.

– Пойдемте, Катерина. Я вам составлю компанию, – вызвался Григорий и встал из-за стола. – Боюсь, мое сердце не выдержит того, что тут произойдёт сейчас.

Они вышли, и я сузил глаза. Мы с Димой сидели рядом, и я мог сосчитать его фишки. Их все равно было меньше чем у меня.

– Поднимаю.

Бросив на середину фишки, я ждал, что он пойдет ва-банк или же сбросит. Это было бы логично, но очевидно, что логика моему подчиненному отказывала сегодня.

– Отвечаю. Посмотрим ривер, – проговорил он.

Я едва не сделал рука-лицо. Смотреть ривер с таким банком без уверенности в своих картах. Он или осел, или великий гемблер***. Почти уверен, что первое.

Пока Саня работал дилером, выкладывая карту, у Димы завибрировал мобильный. Я автоматически опустил глаза, и увидел на дисплее улыбающееся лицо девушки. Блондинка, симпатичная, какая то лучисто светлая. Жуков не замечал вызова.

– Телефон, Дим, – обратил я его внимание и не мог не поддеть. – Сестра?

– Жена, – буркнул он, сбрасывая вызов.

– Ммм.

Прелесть какая. Не скажу, что я моралист, но как-то стало неприятно и брезгливо. Пока эти славная блондиночка не спит и ждет его, этот красавец проматывает семейные деньги и тискает любовницу.

Последняя карта ничего не решала для меня. Я уже имел лучшую комбинацию, но все равно посмотрел на стол. Плохо. Очень плохо для Димы. Судя по его улыбке, доехало что-то.

– Ва-банк, – выдал Жуков сразу.

– Отвечаю и банк сверху.

– Что? – встрял Саша. – Влад, это не по правилам.

– Нет, я согласен, – тут же оборвал его Дима.

– Наличные, карта? – поинтересовался я, усмехнувшись.

В банке было уже около полумиллиона. Где он собирается взять еще столько же?

– Разберемся. Расписку примите?

– Друзья мои, может мы не будем увязать в этом? – снова призвал нас обоих к разуму Саня.

Вот этому человеку я легко доверю фирму и кресло зама, он всегда собран и хладнокровен. А с Дмитрием все со-о-овсем иначе. Впрочем. Я могу дать ему шанс.

– Да, Дим, просто сбрось карты. Деньги огромные, а я знаю твою зарплату.

Огонек безумия, зависти и тщеславия вспыхнул в его глазах моментально. Этот олух сейчас в зад даст, лишь бы доказать, что он одного с нами уровня. Даже не с нами, а со мной. Господи, как можно быть таким ведомым?

– Ты покажешь карты, если я сброшу? – спросил он.

Я лишь отрицательно покачал головой.

– Тогда я напишу расписку и вскроемся оба.

– Ох, дела-а-а-а, – протянул Саша, но видя наше непримиримое противостояние, встал и пошел за бумагой и ручкой.

Я взгляну на часы, пока Жуков царапал расписку.

– Утром сразу заверим нотариально. Немного напряжем человека, конечно, но что поделать.

– Вы так говорите, словно я уже проиграл, – промямлил он, снова обращаясь ко мне на вы.

– Ты еще можешь сбросить.

Я видел, что он не может, но все равно предложил. Жуков ничего не ответил, упрямо дописал, поставил подпись.

Что ж… Его мобильный опять загорелся вызовом, но теперь даже не вибрировал. Дмитрий не замечал, а я напротив смотрел на лицо его жены и искренне ей сочувствовал. Почему-то хотелось помочь этой приятной молодой женщине избавиться от неверного бестолкового мужа. Поиграть в бога – так себе роль, но сейчас я чувствовал себя чуть пьяным от собственного превосходства. В голове сам собой родился план.

– Вскрываемся, – прорычал зло Дмитрий, едва Саша, как доверенное третье лицо изучил расписку и кивнул.

Жуков с улыбкой триумфатора бросил на стол стрит. Как я и предполагал. Ему банально доехало на ривере. Господи, в русской рулетке и то меньше фатализма. Счастье ползло с лица моего технолога, едва я перевернул карты. Старший флеш делал меня победителем.

Дмитрий побелел. Он осел кулем на стул, схватился за голову.

– Саш, я у тебя останусь? – спросил я, плеская в бокал виски, предпочитая не комментировать свою победу.

– Да, конечно. Все оставайтесь. Куда уже ехать в такую ночь? Дим, ты тоже. Влад, может…

Я сделал знак рукой, что не хочу сейчас ничего слушать. Конечно, приятель попытается меня убедить, что не стоит пускать по миру этого оболтуса. Я и без него прекрасно все знал.

– Саш, оставь нас?

ммы обменялись взглядами, и он вполне удовлетворился тем, что я дал ему понять без слов, одними глазами. Через секунду в игровой гостиной остались только я и Жуков.

Я опрокинул в себя порцию виски и налил еще. Себе и Дмитрию тоже.

– Выпей, Дим, – велел я, подвинув ему стакан.

Он что-то промычал, но не отказался, тоже выпил все за глоток. Я налили нам еще.

– Я все отдам, Владислав Сергеевич, – промямлил он, едва шевеля губами. – У меня машина. Хотя… Наверно, мало. Квартира еще есть. В ипотеке, но все же…

Я вздохнул. Все еще хуже, чем мне казалось.

– Возможно, не придется ничего продавать, Дима. У меня есть к тебе предложение.

Он взглянул на меня как апостол на Христа.

– Что? Какое предложение?

Я присел за стол напротив него, поймал бегающий взгляд подчиненного, удержал, прищурившись, и выдал:

– Я хочу твою жену.

Да, как-то не очень это прозвучало. Я поморщился, а Жуков сделал глаза по пятаку. Как по заказу его мобильник снова показал лицо жены на экране вызова. Мы оба смотрели на нее, пока монитор не потух.

– В каком смысле? – просипел Дмитрий, убирая со стола телефон.

Я рассмеялся.

– Не в том, о котором ты подумал. Мне нужна помощница и спутница на неделю в Лондоне.

– А ваша…

Я не собирался ничего ему объяснять о Насте.

– Я хочу, чтобы твоя жена поехала со мной в качеств сопровождения. Она ведь работает в компании, если я не ошибаюсь? – перебил я.

– Да.

– Прекрасно. Значит должна справиться. Образование высшее, я полагаю?

– Два высших.

– Еще лучше. Она должна будет исполнять обязанности моей помощницы и спутницы.

– В каком смысле? – продолжал недоумевать Дмитрий.

Я и сам немного от себя был в шоке, поэтому не винил его.

– Во всех, Дима. Во всех. Если твое жена справится, я спишу долг, и вам не придется продавать квартиру или машину. Думаю, она будет стараться.

– Я… Я не знаю, Владислав Сергеевич. Я ведь… Она…

– Что? – я приподнял бровь.

– Просто это… Как бы…

Я встал из-за стола, давая понять, что разговор окончен.

– Давай утром все обсудим, – предложи я, полагая, что сам протрезвею после сна.

То, что Дима не послал меня к черту сразу – плохо. То, что я не перевел все в шутку – еще хуже.

Саша показал нам комнаты, и все разошлись спать. Очень скоро я услышал из соседней спальни характерные шлепки и стоны. Жуков трахал свою подружку как будто завтра конец света. И чем громче она стонала, тем сильнее я злился. Иррационально и нелогично. Мне было обидно за ту милую блондиночку, что осталась одна в ипотечной квартире, которую проиграл ее неверный муж. Я не был поборником нравственности, никогда не лез судить и рядить, но сейчас просто не мог удержаться от негатива. Меня раздражал Дмитрий Жуков, просто выводила из себя его легкомысленное отношение к деньгам и жене. Я отчаянно хотел наказать его, преподать урок. Во всех смыслах.

Любовнички затихли ближе к утру, и я смог на пару часов забыться обморочным сном. Встал в восемь. Странно, что не в шесть по привычке. Хотелось пойти в зал или хотя бы пробежаться, но у меня были дела важнее. Я набрал знакомого нотариуса, растолкал Жукова, и мы поехали заверять расписку. После печатей и подписей заскочили в кофейню. Горячий эспрессо придал немного бодрости, но мозги мои все еще не отказались от бредовой идеи.

– Я так и не понял, Владислав Сергеевич, что за предложение вы озвучили вчера?

То, что Дима сам об этом напомнил значило, что он согласен на все мои условия. Интересно. И все еще противно. Я понимаю, деньги проиграны не маленькие, но отдать свою женщину.

– Давай так, Жуков. Я уезжаю с твоей женой на неделю в Лондон. Она исполняет все, что я велю и без кривляний. Это покрывает твой долг за покер.

– Все, что вы велите?

–Да. Ей придется изображать мою невесту, кроме основной работы.

– То есть..?

– То есть я могу целовать ее, обнимать, в общем создавать видимость отношений.

– Видимость?

– Ага. – Меня несло. – Что ты так смотришь, Дима? Насиловать я ее не собираюсь, но…

– Но…?

– Но если она согласится со мной переспать, я не только забуду о твоем долге, но и погашу ипотеку целиком. Идет?

Жуков сглотнул и оттянул ворот рубашки, хотя она верхние пуговицы были и так расстегнуты.

– Зачем вам это?

– Она мне понравилась.

Он снова потерял дар речи и моргал, не говоря ни слова.

– Ты подумай, конечно. – Я встал из-за стола, похлопал его по плечу. – Как ее зовут?

– Кого? А… Геля. Ангелина.

– Ангелина, – проговорил я вслух, перекатывая ее имя на языке, как леденец. – Прекрасно. Я буду ждать Ангелину в шесть вечера в понедельник в своем кабинете. Думаю, нам с ней нужно будет познакомиться поближе еще до поездки.

Я не сдержал сальной ухмылки, стараясь вытащить из Жукова хоть какие-то эмоции, но он сидел как мертвец, вцепившись в чашку капучино.

– Звони, если что.

Бросив на стол свою визитку, я вышел из кофейни, поехал домой, завалился спать и продрых до обеда.

Ангелина

Я почти не спала ночью. Дима обещал вернуться в полночь, максимум к часу, но стрелки уже перевалили за два, а он даже не брал трубку. Я сходила с ума, названивая снова и снова. Только к трем муж соизволил сбросить сообщение.

Все нормально. Останусь на ночь у Александра.

И все. Я позвонила еще раз, но он снова не ответил. Мне стало так обидно и больно. Конечно, Дима вернётся и снова будет упрекать меня в недоверии, подозрительности и паранойе. И будет прав. Я не верила ему. Я не хотела больше так жить. Каждый раз, когда он уходил, я непременно представляла его с другой, потом выносила мозги, и сама просила прощения после его упреков. У нас даже секса нормального не было уже давно. Пару раз в месяц, если мы не дулись друг на друга, и я могла побороть брезгливость. Наверно, нужно было что-то с этим делать, но развод пугал мен до чертиков.

Я никогда не была одна. Вроде бы не трагедия, если мы продадим квартиру, погасим ипотеку и заживем отдельно. Все снимают квартиры и как-то живут. Это же Москва. Только вот я не привыкла к независимости. К тому же, зная Диму, предвкушала громкие разборки и выматывающий раздел имущества, которого у нас не так и много. Я мысленно представила, как он будет требовать половину за машину, которую мне купили родители, и передернула плечами. Лучше все отдать. Но как объяснить маме и папе? Они копили так долго. Конечно, им не понравится, если мне не достанется ничего.

Я вздрогнула, поняв, что вполне буднично размышляю не просто о расставании, а о дележке имущества. Заставив себя отринуть эти мысли, я задремала. Дима придет, все объяснит. Мы справимся, – наврала я сама себе и с этой сладкой ложью задремала на диване.

Проснулась я, когда на улице уже было светло, а ощущение пристального взгляда и необоснованной тревоги скрутило внутренности. Дима сидел напротив меня в кресле и смотрел так пристально, почти не мигая.

– Дим, – промямлила я, вставая и протирая глаза. – Ты дома? Сколько времени?

– Почти десять.

– Я заснула?

– Да. Похоже. – Он встал с кресла. – Я сварю кофе. Нам нужно поговорить.

Муж прошел на кухню, а я так и сидела, сама не своя, не понимая, реальность это или все еще сон. Дима пошел варить кофе? Дима такой тихий? Дима не наезжает с порога? Меня так и тянуло перехватить инициативу и начать допрос с пристрастием, но едва я встала с дивана, поняла, что не хочу и не буду. Пройдя на кухню, где уже похрюкивала кофеварка, я внимательно рассмотрела мужа. Помятый и небритый, какой-то больной и серый. Словно он не спал всю ночь.

Дима меланхолично резал колбасу и раскладывал ее на кусках хлеба, не замечая, что кофе готов. Я подошла ближе, перегнулась через него, чтобы нажать кнопку выключения. Сразу накатила волна раздражения, потому что я хотела автоматическую машинку, а Дима настоял на этой, почти примитивной. Мы изо всех сил экономили, чтобы выплатить скорее ипотеку.

Я потянула носом воздух и тут же услышала запах цветов и мускуса. От него пахло другой женщиной и сексом. Я открыла рот, но тут же передумала ругаться, просто налила себе кофе, села за стол. Накатила какая-то апатия, безнадега. Разве я была такой? Истеричной и надоедающей дурой-женой, которая не спит ночь, чтобы утром устроить скандал? Когда наша жизнь превратилась в гонку упреков? Когда семья стала бременем, а не счастьем?

У меня были ответ на эти вопросы, но все они делали виноватым Диму. Я тут же сама себя пристыдила. В проблемах всегда виноваты оба. Наверно, со мной тоже что-то не так. Правда, самолюбие подсказывало, что все со мной нормально, просто я выбрала мужчину, который не в состоянии быть верным.

– Геля, нам нужно поговорить, – драматично начал благоНЕверный, едва я сделала первый глоток кофе.

Окинув его взглядом, я сдержанно ответила:

– Говори.

– У нас проблемы.

– Это не новость, – едко выплюнула я, наслаждаясь сарказмом, который всегда бесил мужа. – Если ты думаешь, что можешь игнорировать…

Я все же не удержалась и собиралась высказать ему все о неотвеченных вызовах и ночевке вне дома, но Дима тут же перебил.

– Мы должны много денег, Геля.

– Что?

Я тут же растеряла свой пыл.

– Да, больше полумиллиона.

– Чтооооо? – повторила я, повышая голос. – Как? Почему?

– Я проиграл сегодня ночью. Не лечи! – обрезал он мои обвинения сразу. – Сам знаю, что дебил.

– Полмиллиона, Дима! – повторила я сумму. – Где мы их возьмем? Мы должны?! Это невероятно удобно, милый. Ты проигралася, а должны мы.

– В богатстве и нужде, разве нет? – цинично напомнил муж.

Я уронила голову на руки, отчаянно ища выход, но его не было. Мои родители поиздержались, купив машину, а у Димкиных сроду гроша за душой не было. Собрать такую сумму по знакомым? Можно попробовать. Но меня затошнило, едва я представила, как жить, отдавая столько денег в короткие сроки. Да и знакомых у нас особенно близких не было.

– Деньги нужно найти на это неделе, – продолжал вещать Дима, как робот или диктор новостей, абсолютно отстраненной и бесстрастно. – Можно быстро продать квартиру за бесценок, выплатить ипотеку, а остаток отдать.

У меня дыхание перехватило.

– А жить мы где будем, Дим?

Этот вопрос звучал так нелепо. Я уже совсем не была уверена ,что хочу жить с этим человеком. Он ведь проигрался и вместо того, чтобы сразу ехать домой, трахал кого-то. Видимо, от нервов. Все от нервов. Я заставила себя сглотнуть эти обвинения. И так хватает психоза.

– Снимем что-нибудь. Мы же раньше снимали.

– Ты сдурел, Жуков? Серьезно? Снимать? Ты не устал от чужих квартир? Мы ипотеку платим меньше, чем будем отдавать за аренду.

– А что поделать?

Он развел руками, словно это было в порядке вещей.

– Что поделать? Иди задницей торгуй, занимай, крутись, кредит возьми, – закричала я, вскакивая. Хотелось что-то разбить. Желательно пустую голову мужа. – Как ты вообще мог? Как ты смеешь!

– А ты? – он ехидно хмыкнул. – Какая ты жена, если не хочешь мне помочь? А ведь ты можешь, Геля. Есть способ.

Я так и замерла с открытым ртом.

– Что еще за способ?

– Усманов сказал, что ему нужна помощница и подружка в Лондоне. Он готов тебя взять на эту должность в счет моего долга.

– Что? Усманов? – я ушам своим не верила. – Ты ему проиграл?

– Да, – со скотским спокойствием ответил муж. – Ему. Влад сам предложил. Давай, поработай на босса и сохраним квартиру.

Дима встал тоже, протер лицо рукой, словно умывался или снимал маску усталости. Он сунул в рот сэндвич и вылил кофе в термо кружку, направился к двери.

– Куда ты? – взвизгнула я. – Думаешь, можно вот так все на меня вывалить и снова уйти?

– Ты же мне мозг выжрешь чайной ложкой, Гель. Я все равно должен машину от Саши забрать.

–Это, конечно, отлично тебя оправдывает.

– Угу, – буркнул он, проглатывая кусок. – Ты подумай, Гель. Считай, повышение я тебе выбил. Благодарна должна быть, что с Усмановым поработаешь.

– Не собираюсь я с ним работать, – выпалила я. – Что это за работа такая?

– Обычная, – пожал плечами Дима. – Ну полапает он тебя немного, чтобы партнеры поверили, что ты его подружка. Подумаешь.

– Подумаешь? – эхом выдохнула я.

– Да, детка. Что такого? Ты же никак не можешь мне простить измену. Развлекись с шефом и будем квиты. Он кстати сказал, что трахаться вам не обязательно.

– Ты меня сейчас прямо утешил.

Я не сдерживалась больше, буквально орала на него и плакала от возмущения, бессилия и обиды, а Диме было все равно. Он продолжал убивать меня равнодушием и жестокостью.

– Но ты не стесняйся, Гель. Переспи с ним, и тогда Влад нам ипотеку отплатит. Смотри как все одно к одному. Я верну тебе должок, а заодно хата наша.

Ноги подкосились, и я осела кулем на пуфик в прихожей. Даже плакать перестала от потрясения.

– Дима, ты с ума сошел?

– Нет, дорогая. – Он взял меня за подбородок. – Просто Москва город прагматиков, и я ищу любые пути для собственной выгоды. Надеюсь, ты сейчас успокоишься и трезво примешь решение. Потому что оно очевидно. Влад ждет тебя в понедельник в шесть вечера, в своем кабинете. Вам нужно познакомиться. Оденься поприличней. Не заставляй за тебя краснеть.

Сказав все это, Дима вышел из дома. Я так и просидела до вечера в прихожей, недоумевая. Сначала хотелось послать всех к черту, потом убить, потом плакать и жалеть себя дуреху, но в итоге во мне победили злость, любопытство и тщеславие.

Едва я проснулся, то сразу вспомнил о своем ночном безумстве. И что на меня нашло? Одно дело выяснить, что из себя представляет Жуков, и совсем другое требовать его жену. Правда, как только я вспомнил лицо с экрана мобильного, то сомнения рассеялись. Идиотское желание увести эту милашку у Дмитрия перевесило здравый смысл. Даже если она триста раз стерва или дура, то все равно не заслуживает такого с собой обращения.

Даже игнорируя факт измены, поведение Жукова просто отвратительное. Приличный мужик начистил бы мне лицо за такое предложение, а нормальный хотя бы сразу отказался. Этот же дурень реально раздумывал, похоже, даже собирался согласиться. Видимо, последнее слово было за его женой. Я сам не понимал, чего сам хочу больше: чтобы она согласилась или отказала. Мне, конечно, нужен ассистент в Лондоне, но можно попробовать взять кого-то из секретарей. Хоть у Санька.

Вместо того чтобы выяснить должностные характеристики помощницы моего зама, я потянулся к телефону, чтобы потребовать личное дело жены Жукова. На автопилоте стал звонить Насте. Вот же привычка все дела начинать с нее. Нужно бороться и отвыкать. Озадачить кадровиков или самому? Смогу ведь пробить ее по базе, а посвящать третьих лиц пока не хотелось.

Пришлось ехать в офис, чтобы подключиться к локальной сети и войти в папки отдела кадров. Поиск выдал мне несколько Жуковых, но я без ошибки выбрал нужную с первого раза. Миловидное лицо блондинки спутать было сложно. Она снова притягивала меня, гипнотизировала. И хотя на личном деле фото было без улыбки, официальное, почти строгое, но все равно я видел в ней мягкость и беззащитность. Что-то было в этой женщине неуловимо трогательное и славное, притягательное и роковое одновременно. Нет, я не хотел отказываться от нее.

Пусть это блажь и каприз, прихоть и наваждение, но она точно полетит со мной в Лондон. Даже если откажется от предложения, все равно найду способ сделать ее своей на неделю. Пробежавшись глазами по личному делу, я понял, что попал пальцем в цель. Жена Жукова обладала не только естественной мягкой красотой, но и весьма подходящими для моей помощницы знаниями и качествами. Первый диплом переводчика. Свободный английский, экономика и аудит, прогнозирование и маркетинг, международное право. Она трудилась в отделе аналитики не зря. Изучив дело внимательнее, я понял, что мы из одного города. Даже школу одну заканчивали. Она младше меня на четыре года. Удивительно. Неужели с Жуковым в одном классе училась? Открыл и его файл, сравнил. Да, точно. Правда, в Москве учились в разных местах, а еще я точно помнил, что за жену Дмитрия меня никто не просил. Видимо, она сама прошла все собеседования и была принята на работу без блата, на общих основаниях. Детей нет, вредные привычки отсутствуют. Она же идеальная женщина, судя по личному делу.

Я листнул страницы вверх, возвращаясь в начало и только тогда прочитал ее имя. Ангелина. Ох, правда. Дима называл ее Гелей, кажется. Только вот ей не идет. Какая Геля к черту? Ангел, она светлый Ангел.

Я просидел, рассматривая ее фото еще несколько минут, и полностью утвердился в решении взять Ангелину с собой. Будет лучше, если она не станет считать себя обязанной и скорее забудет о долге мужа, вынужденном положении и прочих печальных обстоятельствах. Что там девочки любят? Драгоценности, красивую одежду, легкую вкусную еду, романтическую обстановку. Вот с последней мы и начнем.

Я потянулся за мобильным, чтобы опять позвонить Насте. Ну совсем уже, Усманов! Пора в отпуск. Звонить бывшей любовнице, чтобы она устроила романтический ужин с будущей. В том, что Ангелина будет моей, я не сомневался. Я поставил себе цель и заполучу ее любой ценой. К черту Настю и прочих подчиненных. Что я не смогу сам заказать ресторан?

Сразу вспомнил, что велел Жукову прислать ко мне жену после работы. Не факт, что она сразу согласится со мной ужинать где-то. Да и зачем, собственно?

Я встал из-за стола и прошел на террасу.

Уютный уголок и отличный вид на столицу. Сейчас тепло. Почему бы нам не поужинать прямо здесь, по открытым небом, изолированно от всех? Это будет все еще офис, что позволит ей чувствовать себя комфортно. Без лишних ушей и глаз, чтобы мы могли обсудить нашу щекотливую ситуацию, не понижая голоса и не замолкая при появлении официанта.

Мне нравилась эта идея все больше и больше. Правда, снова подумал о Насте, чтобы поручить ей ужин, доставку, выбор кухни и все такое. Вздохнул и пошел все делать сам. Надо привыкать быть самостоятельным. Хотя бы на время.

Сломав голову, я принял, в конце концов, пограничное решение и набрал кейтеринговую службу. Менеджер был очень рад моему обращению и терпеливо выяснял все нюансы проведения вечера. Вроде бы и деловая, но все же личная встреча. Я сделал акцент на волнении своей дамы и просил устроить все максимально комфортно для нее. Никаких официантов. Все блюда сразу на столе, и еда должна быть простой, но не примитивной. Цветы приветствуются, пожалуй, но не надо превращать стол в клумбу.

Я отснял террасу и отправил фото по почте. Меня заверили, что все будет идеально и соответствующе моим требованиям.

Первый пункт выполнен. Зная, что завтра не вылезу из телефонных звонков, согласований и встреч, стал гуглить и стилиста для Ангелины. Настя хитрая бестия, но на счет одежды она была права. Отчасти. Моя спутница должна выглядеть безупречно.

Чтобы найти стилиста, я набрал жену отца. Она знала толк в этих делах и всегда нравилась мне тактичностью и немногословностью. Удивительные качества для женщины. Она не задавала мне лишних вопросов, просто дала контакты. К сожалению и дополнительной помощи не предложила, хотя я бы не отказался. Пришлось опять звонить самому. Хорошо, что меня и тут облизали, едва услышали заявленный бюджет преображения.

Стилист назначил время и обещал все исполнить в лучшем виде. Я сохранил его контакты, чтобы перенаправить потом Ангелине. Можно было бы уже озадачиться и организацией поездки, но я поленился, решив, что это сделает моя новая помощница. Завтра нужно будет официально оформить ее перевод и повышение зарплаты, соответственно. Если все сделать быстро и четко, то обойдёмся без сплетен.

Собственно, все и будет выглядеть невинно. Настя уволилась, а я быстренько подобрал ей замену. Да не с улицы, а среди сотрудников. Ну а ее замужнее положение вряд ли создаст повод для подозрений.

По дороге домой я только и думал об Ангелине, но в фойе пришлось перестать, потому что там ждала Настя. Выдохнув, я попытался пройти мимо, игнорируя ее. Не вышло, разумеется.

– Влад, Владик, ну постой же, – затараторила Настя, догоняя меня семенящей пробежкой на шпильках.

Я остановился, не дойдя до лифта. Ругаться с ней не хотелось. Еще и на глазах у соседей и консьержа.

– Мы вчера все выяснили, Насть. Заявление свое оставь в отделе кадров завтра. Я подпишу и сможешь забрать трудовую.

– Да перестань, милый. Какое заявление? Ну прости меня. Я больше не буду, правда.

Она надула свои чётко очерченные губки и погладила меня по груди.

Забавное дело. Не прошло и суток, как я наслаждался минетом от этого рта, а сегодня одна мысль о связи с ней вызывала только брезгливость.

После вчерашних угроз примчалась и изображает раскаяние. Как же, ага. Поверил я.

– Насть, да я просил тебя, конечно. Господь же велел прощать. Только делать тебе больше нечего, ни рядом со мной, ни в моей фирме. Если сейчас прекратишь этот спектакль, я тебе даже дам рекомендации.

Она сузила глаза, сверкая на меня взглядом.

– Прекращай сам, Усманов. Не смешно.

– Да какие тут шутки? Я серьезен на все сто.

– Влад, – взвизгнула Настя.

– Нет, – тихо ответил я. – Твои вещи соберет бригада на этой неделе. Оставь новый адрес, я пришлю.

– Ты не можешь, – опять заверещала она, пихая меня в грудь. – Да хватит же! Очнись!

Я взглянул ей за спину, встречаясь глазами с консьержем. Тот моментально все понял и кивнул. Через полминуты за спиной Насти, которая продолжала кричать и пытаться меня избить, выросли два амбала.

– Девушка, – пробасил один.

Настя уронила руки вдоль тела.

– Ты не посмеешь, Влад. Я здесь живу.

– Уже нет, – ответил я и вошел в лифт, надеясь, что Настя уйдет сама.

Едва я поднялся, сразу набрал охрану и велел вычеркнуть имя бывшей из списка допущенных на территорию.

Нет, я не порол горячку. Просто не имею ничего общего с корыстными расчетливыми стервами.

Остаток дня пришлось потратить на договоренности с упаковщиками. У Насти было столько шмоток, что у меня глаза разбегались. Моя домработница обещала проследить за сбором вещей, что обнадеживало.

Чувствуя себя разбитым, лег пораньше. Как знал. В воскресенье навалилось работы, пришлось опять ехать в офис, возиться с бумагами, сверять цифры. Между делом утвердил меню и концепцию образа Ангелины, отменил деловой ужин в понедельник, превратив его в обед вторника, сам забрал одежду из химчистки и заехал подстричься.

Хочешь убить выходные, спроси меня как.

В какой-то степени Настя оказалась права. Без нее мне хреново. Столько мелочей приходится делать самому. Все эти организаторские нюансы занимают кучу времени и распыляют внимание с приоритетных целей. Но я твердо решил продержаться понедельник сам.

Мне здорово помогла начальница отдела кадров. Она получила заявление Насти и тут же начала хлопотать о замене. Я принял ее временную кандидатуру, но при этом велел готовить для оформление Ангелину. Пока новенькая воодушевленная девочка пыталась разобраться в рабочих записях Насти, я набрал Жукова. его нужно было куда-то отправить. По официальной версии, чтобы не мешался под ногами. Мысль о том, что мне противно представлять его в одной постели с Ангелиной я старался в расчет не брать.

– Дима, ты с женой поговорил?

Надо было позвонить ему вчера, но я почему-то не додумался, а вот сегодня уже сомневался, что все пройдет гадко.

– Говорил, Владислав Сергеевич, думаю, она придет.

– Ты думаешь? – я вздохнул. – Хотелось бы больше определенности.

Он что-то промямлил в ответ, и я перешел к делу.

–Тебе нужно в Коломну съездить на производство. Оттуда отвратительные отчеты приходят и все жалуются на качество. Справишься?

– Эээ, я не знаю, Владислав Сергеевич.

– Я знаю. Ты повышение хочешь? Поезжай.

Слушать его бред мне было некогда, потому что пришел начальник отдела логистики, с которым мне нужно было многое обсудить перед поездкой. Когда я прекратил говорить и наконец нашел минуту на кофе, уже приехали сотрудники кейтеринга, чтобы оформить нам с Ангелиной ужин. Я сразу отпустил временную помощницу, оттянул петлю галстука, а потом и вовсе решил принять душ, пока на террасе шли приготовления.

В гардеробной, я выбрал свежую рубашку, белье и брюки, пренебрегая всем остальным. Волнение ускорило пульс, и я отругал себя мысленно, ухмыляясь в зеркало. Готовлюсь как девственник к выпускному, где есть возможность завалить какую-нибудь пьяненькую одноклассницу.

Спокойно, Усманов. Это просто знакомство. Ее не нужно соблазнять, пока только уговорить и успокоить. Прежде всего Ангелина должна понять, что я не представляю опасности и наш договор будет выгоден всем. А возможно и приятен. Я уж точно сделаю все, чтобы она не пожалела.

Выйдя на террасу, я сразу увидел ее у перилл. Она стояла ко мне спиной, смотрела на вечернюю Москву. В черном платье средней длинны и туфлях на высоком каблуке. Я глянул на часы. Ровно шесть. Официант прошел от стола к дверям, где я замер.

– Владислав Сергеевич, все готово. Вы уверены, что обслуживание не требуется? – уточнил он.

– Да, уверен. Только убрать все завтра утром. До восьми. Спасибо.

Я сунул ему в карман купюру. Парень кивнул с улыбкой и ушел.

– Добрый вечер, Ангелина, – поприветствовал я громко, привлекая внимание гостьи.

Она обернулась и посмотрела на меня так, что я растерял все свое спокойствие.

Я знала, что не останусь с Димой. Его прагматичный ум разбил все мои детские мечты о счастье в браке. Муж не пришел ночевать в субботу, соизволил явиться только в воскресенье вечером. Он лег в постель, не пытаясь даже что-то объяснить, извиниться. Неужели он думал, что такое поведение нормально?

Впрочем, какая разница.

Я много думала о том, что произошло, и в итоге решила все же пойти к Усманову. Раз он предлагает работу и спать мне в ним необязательно, то почему бы и нет. Первый порыв уволиться я благополучно подавила. С какой стати? Я получила должность после трех уровней собеседований и кучи тестов. Просто так писать заявление? Потому что мой муж придурок? Нет уж. Москва меня, наверно, тоже сделала немного циничной. Я велела себе воспринимать аудиенцию у генерального, как возможность быстрого карьерного роста. А что? Теперь он точно меня заметит, возможно, и подвинет по карьерной лестнице. Разу уж на сексе ему хватает мозгов и порядочности не настаивать, то я выжму по полной свою выгоду из омерзительной ситуации.

Примерно такую же линию я собиралась гнуть и с мужем. Если с Усманвым все пройдет гладко и нам не придется продавать квартиру, я изо всех сил постараюсь разделить имущество при разводе в свою пользу по максимуму.

Игнорируя Диму, я встала раньше, взяла машину и уехала на работу.

– Геля, какая ты сегодня, – сразу же заметила мой наряд коллега- Аня, с которой мы немного дружили.– Праздник какой-то?

– Ничего особенного. Просто захотелось платье надеть. А что? Вульгарно?

Меньше всего мне хотелось выглядеть соблазнительно. Вроде бы простое черное платье не должно было дать Усманову ложных поводов для чего-то большего, чем работа. Но и в обычном костюмно-рубашечном наряде мне не хотелось предстать пред очи босса.

– Нет, отлично, – уверила меня Аня. – Просто немного непривычно. Ты обычно застегнула на все пуговицы, а тут такой мягкий образ, женственный. Тебе очень идет.

– Спасибо, – улыбнулась я, полагая, что обсуждение одежды на этом можно закончить.

– Слыхала последние новости?

У меня сердце остановилось. Неужели все уже знают? Аня тут же продолжила, успокаивая меня.

– Открыта вакансия на периферии. Руководитель филиала. Похоже, надо все построить с нуля, обновить штат, систему управления и поощрений.

Она передала мне листовку из внутренней почты, и я вздернула брови.

– Это в моем городе. Первичный филиал, с него все началось.

– О, серьёзно? Значит его Усманов старший курировал. Неудивительно, что все развалилось. Наверно, директора прововались, и Влад Сергеич, как всегда, посносил головы с плеч.

Я усмехнулось. Наш генеральный никогда не устраивал разборок по части хищений в компании. Он просто сразу увольнял всех, кто причастен к утеканию средств из бюджета корпорации. Я всегда уважала его за такой подход. Да, радикально, но действенно. Возможно, благодаря этому Усманов вытащил компанию из застоя и коррупции, а теперь развивал западный импорт.

Многие все равно считали его мажором и папочкиным ставленником, золотым ребенком, наследничком, называли за глаза выскочкой и тунеядцем, за которого все решал совет директоров, но я была уверена, что он не такой. Мне запомнился красивый старшеклассник, добрый рыцарь, герой из девичей мечты.

Тряхнув головой, я велела себе сосредоточиться на вакансии, которую так хотелось обсудить Ане.

– Это хорошая возможность для среднего звена. Но кто захочет торчать там в глуши?

– Ты? – хихикнула коллега.

– Нет. Спасибо.

– Зато потом все двери открыты.

– Вот и поезжай, – предложила я.

Аня снова усмехнулась.

– Не, я тоже пас. Мне в Москве нравится.

Мы еще немного поболтали, посмеялись и разошлись по местам. Я открыла рабочие окна, поерзала, чувствуя себя и правда не очень комфортно в платье. Оно было простым и спокойным, но все же с вырезом, который можно было регулировать благодаря запаху. Я сделала минимальный акцент на декольте, разумеется, а вот к вечеру собиралась ослабить пояс. Нет, у меня не было цели флиртовать с Усмановым. Скорее, наоборот. Пусть посмотрит, облизнется и закатает губу. Собирался со мной переспать за ипотеку? Прелесть какая. Черта с два, Владислав Сергеевич.

Я почти забыла о вечернем визите к генеральному, проработав до обеда, не поднимая головы. Вернул меня в реальность звонок мужа.

– Геля, я уезжаю в командировку. Срочно. Спустись ко мне на этаж, отдай ключи от машины.

Хорошо, что я сидела, иначе бы упала от такого тона. Со мной даже начальник так не разговаривал. Я моментально почувствовала тяжелую усталость, которая надавила на плечи неподъемным грузом. Сколько же можно терпеть это все? Как он смеет вообще?

Я разозлилась. Даже рассвирепела и гавкнула в рубку:

– Да пошел ты в задницу, Дим! На метро доедешь, без пробок. Ветер в спину.

И бросила трубку. Машину ему, ага. Сейчас прям побегу. Может еще и рубашек в дорогу нагладить?

Сволочь. Бросив телефон на стол, я прогулялась до соловой, перекусила. Рядом со мной за стол снова села Аня, защебетав :

– Гель, представляешь, сейчас в очереди бухгалтерия трындела ,что Влад Сергеич свою Настю уволил. Вот тебе и насосала брюлики. В пятницу еще тут порхала, выпендривалась на всех, а теперь..? Дает наш босс просраться всем. Ух, какой!

– Мм, – невразумительно ответила я, пытаясь быть равнодушной к сплетням.

Значит поэтому Усманов возжелал меня на должность ассистентки и невесты. Потрясающе. Вот ведь повезло мне. Дима со своим долгом, уволенная пассия босса и его поездка в Лондон.

Я сама просчитывала вероятные расходы для постройки логистического центра в Англии и знала, что это приоритетное направление компании. Усманов будет землю жрать, но добьется всех этих контрактов. Без Насти ему будет тяжело, значит вцепится в меня, как клещ. Как будто у меня есть квалификация подобного рода. Я понятия не имею, что делала его помощница.

Аня продолжала щебетать о том, какой стервой была Настя, а я витала в облаках и собственных мыслях о засранце-муже, ковыряясь в салате. После обеда снова отвлеклась работой, но ненадолго. Чем ближе стрелка подползала к шести, тем сильнее дрожали руки и быстрее билось сердце.

Еще одним испытанием было улизнуть со службы незаметно от коллег. Пришлось воспользоваться лестнице и подняться на этаж технологов сначала, уже оттуда вызвать лифт, нажать кнопку верхнего этажа. Слава богу, что все ехали вниз в соседней кабине, и я была одна из посетителей босса.

Обитель генерального директора немало меня удивила. Я ожидала увидеть приемную и последующий кабинет за закрытыми дверями, но из лифта я вышла сразу в просторную комнату. Она была больше похожа на гостиную, чем на офис. Правда зонально было выделено и место руководителя, и стол помощника. Чуть дальше в глубине угадывалась зона для переговоров. Много цветов и текстиля в отделке. Очень уютно. И Усманова нигде не видно. Может все отменяется?

– Добрый день, – поприветствовал меня молодой человек в белой рубашке и бабочке. – Ангелина Юрьевна? Пройдите на террасу. Владислав Сергеевич скоро будет. Хотите шампанского?

– Не откажусь, – с трудом прошамкала я сухими от волнения губами.

Руки у меня, напротив, вспотели, и я вытерла их о платье, пока шла к террасе. У меня сразу захватило дух. Я даже не стала толком рассматривать уютный мягкий угловой диванчик и столик около него, у которого хлопотал официант. Меня захватил вид. Вся Москва как на ладони. Я вдохнула полной грудью смог и копоть столицы. Как же я любила этот мегаполис.

Встав у перилл, я смотрела вдаль. Мальчик принес мне бокал и с улыбкой удалился. Потягивая прохладное шампанское, я почти перестала нервничать и обрела решительность. Что бы не предложил мне Усманов, смогу принять это достойно. Или так же достойно отказать.

– Добрый вечер, – услышала я за спиной глубокий баритон.

Сердце упало в пятки, ноги стали ватными, но я тут же велела себе собраться. Можно умереть от страха дома, но сейчас нельзя показывать слабость. Я обернулась, встречая прямой и пронзительный взгляд генерального директора.

Он стоял у входа на террасу, в рубашке и брюках, совсем не такой, каким я его привыкла видеть на официальных мероприятиях. И уж точно не тот парень из выпускного класса, который покорил мое глупое девичье сердечко, заступившись. Но и в этой полуофициальной ипостаси Усманов выглядел потрясающе. Он всегда выглядел потрясающе. В этом мастерство его постоянства. Чтобы не расклеиться от воспоминаний, волнений и странного томления, я задрала нос и решительно чопорно кивнула.

– Здравствуйте, Владислав Сергеевич.

Он нахмурился и пошел ко мне, я двинулась навстречу. Не уступать ему ни в чем!

Протянув руку, я представилась:

– Меня зовут Ангелина Жукова. Но, думаю, вы в курсе.

– В курсе.

Он принял мое рукопожатие. Я легонько сдавила пальцы босса, вспоминая все правила официальных приветствий и делового общения. Однако, Усманов, похоже, не собирался их придерживаться. Он держал мою руку и не отпускал. Я ждала достаточно, но когда он начал поглаживать кожу между большим и указательным пальцем, мурашки побежали по спине, и я выпалила:

– Владислав Сергеевич!

– Влад, – поправил он меня, не прекращая ласкать руку. – Давай сразу оставим все эти глупости, Ангелина. Зови меня по имени и на ты.

– Нет! – возмутилась я, вырвав пальцы.

Усманов печально вздохнул.

– Ладно, – кивнул он сам себе. – Тогда для начала присядь.

Босс указал взглядом на диван, и я сжала губы.

– Владислав Сергеевич, давайте сразу проясним… – начала я, как можно спокойнее, отстраненно.

– Сядь! – приказал он резко и уже мягче добавил. – В ногах правды нет. Проясним, сидя и за ужином. Я голоден.

Продолжая топтаться у перилл, я сглотнула. Садиться мне никуда не хотелось, тем более в это уютное диванное гнездышко, чтобы разделить с боссом трапезу.

– Не думаю, что это уместно, – начала я, но Усманов на меня так посмотрел, что все доводы я просто проглотила.

Холодный, властный взгляд буквально связал меня по рукам и ногам. Он словно говорил: не зли меня, не трать мое время, не спорь.

Едва справляясь собственными ногами и нервами, я прошла к дивану, присела. Владислав последовал за мной.

– Так-то лучше, Ангелина, – поощрил он, сразу взявшись за бутылку, наливая шампанское в мой опустевший бокал. – Прошу, давай спокойно поужинаем и все обсудим.

– Обсудим, хорошо, – согласилась я. – Но я не голодна, Владислав Сергеевич. Спасибо.

Он шумно бросил бутылку в ведерко со льдом.

– Влад! – рявкнул босс, поправляя меня снова.

– Просите, это непросто и… неуместно, я думаю.

Усманов вздохнул и откинулся на диване

– Ради бога, Ангелина, давай ты перестанешь трястись, выкать и спорить. Выпей и ешь, пока не остыло. Ничего не хочу слышать про отсутствие голода. Ясно?

Я сжала губы и кивнула, едва сдерживая слезы.

Владислав сам убрал колпаки с тарелок, и мне в нос тут же ударил божественный запах мяса-гриль. Еда выглядела так же изумительно, как и пахла. У меня заурчало в животе. Усманов хмыкнул.

– Не голодна, конечно. Ешь и слушай.

Голос у него был, конечно, поставлен и заточен для командования. Я не стала спорить больше и взялась за приборы.

Пока мясо таяло у меня во рту, Влад говорил медленно и спокойно, озвучивая совершенно нейтральным тоном все, что произошло накануне.

– Твой муж должен мне круглую сумму, Ангелина. Я человек не бедный, но карточный долг – это особенное дело. Сама понимаешь, прощать я не намерен. Правда ,могу войти в вашу непростую ситуацию, поэтому предлагаю тебе работу. Неделя со мной в Лондоне. В качестве моей девушки и ассистентки. Думаю, это не самый плохой выход из ситуации. Продажа квартиры или тонна кредитов выглядит намного хуже, мне кажется.

– Вам кажется, Владислав Сергеевич, – выпалила я, не сдержавшись. Усманов взглянул на меня поверх бокала. – То, что вы вынуждаете меня на вас работать таким образом просто отвратительно.

– Возможно, – согласился он. – И меня не оправдывает даже то, что я делаю поступаю так ради собственной репутации и во благо компании. Но ведь это все равно чуть лучше того, что вытворяет твой муж, согласись?

Усманов дернул бровями, и я опустила глаза в тарелку, чтобы не смотреть на него. Опровергнуть последнее я не могла.

– Давай без сантиментов, Ангел мой, – пропел он, вплетая в голос приторную нежность. – Мне нужна подружка и помощница, а тебе квартира. Ты пришла, значит согласна.

– Я не буду спать свами, – выпалила я, бросив на тарелку вилку и нож. Приборы зазвенели о фаянс.

– Я и не настаиваю, – парировал Влад, – хотя и не откажусь.

Я взглянула на него возмущенно, но встретила смешинки в глазах босса, и сердце кольнуло так сладко. Я тут же вспомнила, что так же нежно и чуть насмешливо он смотрел на меня в школе. Так же открыто и тепло улыбался. Хорошо, что я сидела, иначе бы упала от переизбытка чувств.

Смущаясь собственных эмоций, я снова вскочила с дивана и убежала к периллам. Вместо злости и раздражения теперь я ощущала сладкое томление, предвкушение. Я не имела права на это. Я не должна была испытывать ни капли симпатии к боссу. Сделка. Это просто сделка. Безобразная игра мужчин, в которой я просто разменная монета. Что Дима, что Усманов – оба подонки. И нечего таять от воспоминаний и улыбочек.

Я взяла себя в руки, но Влад тут же оказался рядом, предложив мне шампанское, снова заставляя пол под ногами качаться. Я приняла бокал, чтобы занять трясущиеся от волнения пальцы.

– Скажи мне, Ангелина. Ты согласна? – надавил босс.

– Да, – ответила я почти без дрожи в голосе. – Разумеется, я согласна. Разве у меня есть выбор?

– Есть. Он есть всегда.

– Конечно. Но кроме всего дерьма, в которое вы с Димой меня окунули, я предпочитаю думать об этой сделке, как о возможности поработать с топ-менеджером и увидеть совершенно новые горизонты сотрудничества.

– Позитивное мышление – это прекрасно, – похвалил меня Усманов. – Выпьем за это?

Он звякнул своим бокалом о мой и снова улыбался, делая глоток. Я тоже пригубила, понимая, что вернусь домой на такси. Нужно было отдать Диме машину.

Воспоминания о муже меня неуместно развеселили. Чтобы не казаться идиоткой, которая смеется без причины, я спросила босса:

– Споить меня решили?

– Чтобы прямо сейчас затащить в постель? – не растерялся с уточнениями он. – Да, была такая мысль.

– Зря, Владислав Сергеевич. Спать с вами я не буду.

– Прекрасно, Ангел мой. Твоя позиция меня радует.

– Да что вы?!

– Ага.

Опровергая собственные слова, Усманов подошел вплотную и положил руку мне на талию. Я вздрогнула и уперлась ладонью ему в грудь, отталкивая.

– Что вы делаете?

– Репетирую. Не дергайся и привыкай. Если ты начнешь так пихать меня на людях, никто не поверит в наши светлые и глубокие чувства.

Я пыхтела от гнева, но он не отпускал и смотрел прямо мне в глаза, гипнотизируя как удав кролика, напевая при этом.

– Расслабься Ангелина. Я не кусаюсь. Разве что нежно и в постели, но ты ведь туда со мной не собираешься, правда?

– Н-нет, не соб-бираюсь, – прозаикалась я.

– Но ты моя невеста, так что и отталкивать меня неуместно. Убери руку. Сейчас же.

Последними словами он словно мне нож к горлу приставил. Моя ладонь беспомощно скользнула вниз, отменяя сопротивление. Влад тут же прижал меня к себе, сокращая расстояние. Я почувствовала тонкий запах одеколона и жар тела, задрожала от… Возбуждения? Боже, как же так? Нет. Этого нельзя чувствовать.

Словно издеваясь над моими мыслями Усманов заговорил тихо и вкрадчиво, почти касаясь моего уха губами:

– Привыкай ко мне, Ангел. Нам совсем не нужна твоя неверная дрожь. Расслабься. Представь, что мы танцуем.

Он забрал у меня бокал, поставил на парапет к своему, положил вторую ладонь мне на спину, чуть качнулся, замурлыкав:

– Видишь, Ангел, все совсем не страшно. Уверен, ты справишься. Посмотри на меня.

Я подняла голову. Мы замерли оба и синхронно. Руки Влада поползли вверх, и через секунду он уже держал мое лицо в ладонях, ласково поглаживая большими пальцами под губами. Его лицо стало приближаться к моему. Сейчас поцелует.

Как же я этого хотела. Его красивые очерченные губы неумолимо мчались на встречу моим. Казалось, если они соприкоснутся, я растеряю всю свою сдержанность и здравый смысл. За мгновение до полной капитуляции у меня хватило сил спросить.

– А целоваться нам тоже обязательно?

Влад замер. Он обдумывал ответ несколько секунд и, хвала небесам, чуть отстранился.

– Нет. Думаю, нет.

– Правда? – ко мне вернулся сарказм. – Даже за отдельную плату? Если за секс вы мне ипотеку погасите, то за поцелуй хоть машину переобуйте.

Усманов запрокинул голову и рассмеялся.

– Молодец, – выдал он, отпуская меня. – Составь список, и я подумаю над этим прейскурантом.

– Шутите, Владислав Сергеевич?

– А ты? – парировал босс.

Я решила не отвечать на его двусмысленность, а выбралась из пугающих объятий. Как бы то ни было, а мы еще не в Лондоне и репетировать близость мне не очень хочется.

– Ладно, – пошел мне навстречу Усманов, – решим это все. Пока важнее тебе вникнуть в детали работы. Подожди меня минутку.

Он ушел, внутрь, а я решила вернуться за стол, потому что в моих ногах правды не было. Два бокала шампанского кружили голову. Или это все мой босс? На всякий случай быстренько доела мясо, чтобы не опьянеть из-за пустого желудка.

Не сказать, что голова у меня просветлела, но я немного успокоилась. Правда, тут же взвилась снова, едва Усманов вернулся и сел не на свое место, а рядом со мной. Наши бедра соприкоснулись, и я заерзала, отодвигаясь подальше.

– И что ты собираешься разглядеть оттуда? – огрызнулся он. Я не сразу заметила в руках босса планшет, который он сейчас включал. – Давай без глупостей, Ангелина.

Похлопав по дивану рукой, Влад буквально примагнитил меня обратно своим взглядом. Я все же старалась не жаться к нему, хоть и села обратно.

– Смотри, – начал он совсем другим голосом. – Это планшет Насти. Тут достаточно простая программа и информация обо всех потенциальных партнёрах и сделках. Таблица с расписанием встреч и приемов. Сможешь разобраться?

– Да, вполне.

Влад передал мне планшет, и я водила пальцем по экрану, изучая все по очереди. Организация действительно была очень простой и доступной. Я боялась, что работа будет для меня сложной и непривычной, но с заметками его бывшей помощницы эти страхи таяли как утренний туман.

– Ты ведь просчитывала все наши риски с английскими инвесторами, да? – поинтересовался Усманов, словно между прочим.

–Я делала прогноз по сотрудничеству со Смерфитом.

– И как?

– Что – как? – не поняла я.

Меня слегка успокоил его деловой тон и смена темы на рабочую.

– Как ты оцениваешь нашу экспансию. Без цифр. Я их видел.

– Думаю, это дерзко, но вполне оправдано.

Влад довольно улыбнулся.

– Да, дело за малым – привлечь инвесторов.

– Да, – настала моя очередь кивать. – Разве они еще не согласились?

– Отчасти. Это большие деньги, Ангелина. Трое пытаются мне навязать своих подрядчиков и дополнительные условия. Я не хочу впрягаться в кабалу. Наиболее интересное предложение именно у Смерфита, но как раз он колеблется. Именно поэтому нам с тобой придется хорошенько постараться, чтобы он принял позитивное решение. Дядька старой закалки, потому я не могу рисковать. Понимаешь? Ни в каком смысле.

– Д-да, думаю, да, Владислав Сергеевич.

– Влад, – поправил он меня снова.

– Влад, – выдохнула я, соглашаясь.

Стало чуть проще, когда я поняла суть нашего маскарада. Англичане знатные консерваторы и не любят перемен. Даже расставание с невестой-ассистенткой могло негативно повлиять на решения инвестора.

– Умница, – похвалил меня Усманов и уронил мне руку на колено, словно нечаянно. Его пальцы ласково погладили.

Я едва сдержала дрожь. Первым же желанием было отбросит его руку, чтобы не чувствовать этого волнения и бури эмоций, что вызвал почти невинный жест. Я сдержалась, стараясь отвлечься расписанием самолетов и бронированием отелей из списка ,который составила Настя.

– Вы летаете первым классом? – спросила я.

– Ты, – снова поправил Влад. – Да. Мы полетим с комфортом, Ангелина.

Он продолжал поглаживать и наверно улыбался снова. Я не смотрела, чтобы не распсиховаться, или чтобы не наброситься. Когда этот ментор мурлыкал довольным котярой, я растекалась лужей, не в силах справиться с чувствами мощными и яркими, с примесью наивности из детства.

Просто давно не было секса. Вот и все. Но это же не повод вешаться на босса, которому меня проиграл родной муж.

– Какой отель? – спросила я. – В центре? Люкс?

– Посмотри адреса, которые нам нужно будет посетить, выбери что-то среднее. Можно и спальный район. Необязательно люксовое и лакшери. Я люблю винтажные отели, но номер должен быть просторным. Гостиная, кабинет, две спальни как минимум. Или ты будешь спать со мной?

Я подавилась воздухом и слюной, пытаясь бесшумно сглотнуть, закашлялась и вскочила, наконец избавляясь от ласковых поглаживаний.

– Мне нужно в туалет, – выпалила я, не давая боссу снова читать лекции о привыкании и стратегической близости.

– За переговорной зоной ванная комната. Черная дверь в самом конце. Или лучше проводить?

Он встал, намереваясь сделать это, но я истово замотала головой, уверила его, что сама все найду и умчалась, стуча каблуками по паркету.

Ванная нашлась быстро. Она была шикарной, но не помпезной, скорее функциональной. Как и весь кабинет Усманова.

Включив прохладную воду, я ополоснула руки и побрызгала на лицо, поправила волосы и платье, постояла немного, глядя на себя в зеркало. Все та же Геля, как и утром. Да, мне идет это платье, но оно достаточно простое по сравнению с тем, что носит бывшая помощница. Все эти намеки и поползновения Усманова в мою сторону просто смешны. Что ему от меня надо? Переспать? Зачем? Чтобы щелкнуть Димку по носу? Да он уже его утопил в собственном дерьме с головой. Неужели мало?

Ответов на эти вопросы у меня не было. Как не понимала я и собственной реакции на активность босса. Откуда все это взялось? Влажные ладони, дребезжащий голос и бабочки в животе. Я прекрасно отношусь к чешуекрылым, но этих нужно всех передавить. Не хватало мне еще погрязнуть в вожделении. Полагая, что собралась, я вернулась на террасу. Как-то незаметно наступили сумерки, и уютный диванный уголок стал выглядеть еще более романтично, чем раньше.

Владислав Сергеевич зажигал свечи, пока я шла к столу.

Я не спешила сесть, открыла бутылку воды и налила в стакан. Усманов опустился на диван, рассматривая меня без лицемерных попыток сделать это украдкой. Его прямота подкупала, если честно. Тот еще бульдозер. Вижу цель, не вижу препятствий. Такой будет давить и равнять с землей все, что стоит на пути. Сопротивляться ему – то еще испытание на прочность.

Я глотнула воду, чтобы освежиться, и тут же ощутила сильные пальцы на своем запястье. Влад потянул меня вниз, и я, вскрикнув, плюхнулась ему на колени.

– Вот опять, – ласково начал он ругать, улыбаясь и убивая меня теплотой глаз. – Не надо кричать, Ангелина. Я ведь твой возлюбленный. Можно подумать, ты не привыкла к таким моим фокусам.

Я шумно выдохнула, но воздержалась от оценок его фокусов, только заёрзала, пытаясь встать.

– Пожалуйста, отпустите, – попросила я. – Это уже…

– Это нормально, – перебил Влад. – Для влюбленной пары в дружеской обстановке. Ничего особенного.

Мне нечего было ответит на это, но я продолжала попытки выбраться.

– А вот если ты не перестанешь елозить попкой по моему члену, то может стать неудобно.

– Ох, – вырвалось у меня. – Я… простите. Мне…

– Все нормально, – обрезал Усманов и крепко обнял меня. Я прекратила дергаться. – Давай я тебе расскажу обо всех партнерах. Мы будем иметь дело е только со Смерфитом.

– Конечно, – с удовольствием согласилась я.

Действительно лучше вернуться к работе. Это помогло мне отвлечься от близости Влада, игнорировать его запах и жар тела. Я почти не замечала, как иногда он гладит меня по спине.

Вру. Все я замечала, но изо всех сил абстрагировалась. Это тоже выходило с трудом. Невозможно было игнорировать его. Нереально ничего не чувствовать. Но и деваться мне было некуда, поэтому я просто приняла эту бурю чувств, пытаясь не паниковать и не дергаться. Очень скоро мое волнение превратилось в сладкое запретное удовольствие. Я расслабилась и даже положила руку на плечо Влада, чтобы было удобнее.

Он посмотрел на меня мельком, едва заметно улыбнулся и продолжил листать в планшете файлы, рассказывать о партнерах и их бизнесе, показывать их жен, детей, дома. Я кивала и старалась запоминать, хотя мысли путались, а вся концентрация уходила на то, чтобы не дрожать.

– Во видишь, у нас все отлично получается, – проговорил Влад, отложив планшет.

Босс положил руку мне на бедро и привлек к себе ближе. Он улыбался, снова убивая меня мальчишечьим задором в глазах. Его рука опять гладила колено, а губы почти касались щеки. Я не отстранилась и не отвела взгляда. Меня гипнотизировали его глаза. Вдруг стало так легко и сладко. Я как будто вернулась в школу, и взрослый красивый мальчик обратил на меня внимание, усадил на колени, обнимает и… Кажется, сейчас поцелует.

Я облизала губы, и он тут же велел:

– Замри.

Этот приказ прозвучал так чувственно и страстно, что я не посмела ослушаться. да и не очень то хотелось. едва губы коснулись моих, я поняла, что пропала. Изо рта вырвался громкий стон. услышав его, босс стиснул меня еще крепче и обрушил мое сопротивление самым невероятным поцелуем.

Едва я увидел ее глаза, то понял, что попал. Ангелина смотрела на меня с дерзостью и вызовом, задрав нос и не отводя глаз. Словно это я должен был денег ее мужу. Словно это она мой босс. Но одновременно с этой несгибаемой гордостью я видел и свет, что буквально ослеплял, очищал, покорял.

Невероятная женщина.

Я был готов закинуть ее на плечо и увезти к себе, привязать к кровати и не выпускать, пока она не признает, что принадлежит мне. Способов выбить из нее это признание я знал великое множество, но призвал на помощь все свое терпение и здравый смысл.

Вряд ли Ангелина так просто примет мое желание сделать ее своей. Что там был за план? Ах да. Работа, поездка, помощница. Надо начать со служебного, а потом уже постепенно двигаться в сторону личного. Это будет несложно, ведь ей придется притворяться моей девушкой.

Ангелина меня не разочаровала. Она начала дерзить и колоться, едва мы заговорили. Просто не будет. Это я понял сразу, поэтому иногда просто рявкал на нее, не имея терпения уговаривать или объяснять.

Но чем больше мы общались, чем чаще я касался ее, тем сильнее ощущал не только колючки, но и нечто иное. Она защищалась своей дерзостью, это безусловно. Но, когда наши взгляд встречались, и она улыбалась, я видел и чувствовал, что нравлюсь ей. Ангелина изо всех сил это отрицала, но все же иногда забывалась и невольно поощряла мое вожделение.

Я стал чаще касаться ее, и Ангелина все меньше дергалась и не сразу отодвигалась. Уверен, не только потому, что я велел ей привыкать. Она могла послать меня к черту с этими репетициями и играть мою подружку по факту в Лондоне. К тому же мы взрослые люди, и я уж точно никогда бы не посадил Настю себе на колени при людях. Вот в школе я, конечно, обнимался с подружкой на переменках. А сейчас, конечно, перерос эти показушные нежности.

Да, я понимал, что веду себя, как хитрый и мерзкий сукин сын. Наверно я им и был. Но отказать себе в удовольствии обнимать ее не мог. Ангелина тоже, кажется, не испытывала отвращения, даже обняла меня за плечи одной рукой, чтобы удобнее устроиться. Эта женщина идеально подходила для моих объятий. Такая маленькая и хрупкая, словно хрустальная. Мне нравилось чувствовать ее попку, нравилось гладить коленку и рассказывать о партнерах, пока она кивала и задавала очень правильные вопросы.

Я не учел только одного. Эрекции. Ангелина хоть и перестала дергаться, но все равно немного ерзала и терлась попкой о мой член. Это было охренительно приятно, и скоро я уже не мог думать о работе, а полностью сосредоточился на этом удовольствии. Отложив планшет, я привлёк ее к себе ближе и понял, что взорвусь, если сейчас не поцелую эти губы. Слишком близко, слишком остро, слишком много для меня одного.

Я обязан был отдать ей хоть каплю возбуждения, поэтому приказал:

– Замри.

Поцелуй. Всего лишь поцелуй. Один единственный. Я остановлюсь. Смогу. Мне тридцать лет, черт подери. Я вполне в состоянии контролировать свои желания.

Нет.

Не в состоянии.

Это стало понятно, едва я коснулся губ Ангелины, и она громко и сладко простонала.

Все. У меня сорвало резьбу. Наверно, я стиснул ее до боли и даже не позволил что-то сказать, потому что тут же смял ее губы поцелуем. Настоящим, страстным. безумным. Она не оттолкнула меня, наоборот. Губы Ангелины сначала дрогнули, а потом раскрылись, позволяя моему языку проникнуть в рот и найти ее язык, коснуться, свиться с ним. Я отступил, и она тут же вцепилась в мою шею, не желая отпускать.

Теперь настала моя очередь стонать. Уж слишком завел меня этот банальный жест-просьба. Я снова коснулся ее губ и стал посасывать их, ослабив натиск, сделав упор на нежность. Ангелина сама провела языком по моей нижней губе, вырывая еще один стон. Я снова углубил поцелуй, утопил пальцы в ее волосах, сжимая их в кулак и тут же опуская. Не хочу причинять ей боль. Просто физически не могу это сделать.

Эта женщина достойна только удовольствия, тонны оргазмов и океана наслаждения. Едва представив ее стоны на грани экстаза, я опустил руку и стал поглаживать ее по спине, а второй ласкал ногу, двигаясь по внутренней стороне бедра.

– Влад, – наконец выдохнула Ангелина, и я чуть не кончил, услышав свое имя со сладким стоном. – Влад, перестань.

Она всхлипнула и вцепилась мне в шею, но губы не забрала, не отвернулась, даже продолжала отвечать на поцелуи.

– Ты… Не надо… Это же… – бормотала она, не открывая глаз. – Надо остановиться.

Последние слова прозвучали, как мольба, и я не мог ее игнорировать.

– Да, Ангел, я знаю. Надо, – не мог не согласиться я. – Я пытаюсь, но ты мне не помогаешь. Ни капли.

Ангелина захныкала и попробовала отстраниться, но тут же снова поцеловала меня. Сама, черт подери. По свое воле.

Она тоже не могла прекратить это. Не могла остановиться. Не могла не смаковать наше обоюдоострое сладкое безумие.

Проклятье, до чего же невероятное ощущение. Никогда не чувствовал ничего подобного. Ангелина, словно порох, вспыхнула в моих руках, грозя разорвать все принципы, отвергнуть мораль и запреты, раздвинуть лимиты. Но я все еще помнил, что являюсь ее боссом, и она чересчур уязвима из-за бестолкового мужа.

Пока еще помнил и давил на тормоза как мог, но мы все равно неслись кубарем с горы, заматываясь в нарастающий снежный ком страсти.

Я оставил ее рот и заскользил влажными губами по шее к груди. Декольте показало мне дорогу вниз, но я вернулся обратно и снова стал ее целовать.

Член буквально рвался из штанов, и я чудом уговаривал его и себя не делать глупостей, не пороть горячку. Мне нужно было отвлечься, сосредоточиться на ней, иначе финиш.

Я приподнял Ангелину, перекинул ее ногу через себя, заставляя оседлать. Она оказалась ко мне лицом, охнула и снова заерзала, отодвигаясь. Я не пустил. Взял ее за попку и придвинул к себе. Ангелина зажмурилась. Чтобы отвлечь, снова стал целовать. Она опять стонала и отвечала мне. Словно не могла противиться, не могла думать, не могла отказать.

Поняв руку, я погладил ее грудь через платье, чуть сдавил. Ангелина прикусила мою нижнюю губу и заерзала, давая моему члену сладостное трение.

– Проклятье, – выругался я. – Ты горячая… Невероятная… Дай мне посмотреть на тебя, Ангел.

Она все еще не открывала глаз, и я принял ее молчание за согласие, отодвинул вниз платье и лифчик одновременно. Ее грудь была потрясающей. Не большая и не маленькая, кругленькая, мягкая, с острыми напряжёнными сосками. Я не мог прекратить рассматривать ее, чуть поглаживая соски большими пальцами.

– Боже, Ангел, какая же ты… Идеальная… настоящая. Красивая, – бормотал я, глазея на ее грудь. – Хочу тебя.

Склонив голову, я втянул в рот сосок, пососал и чуть прикусил. Ангелина вскрикнула и вцепилась в мои волосы. Было немного больно, но мне понравилось это ощущение. Она царапнула кожу на затылке, и я пососал сильнее.

– Влад… – выдохнула Ангелина. – Остановись. Мы собирались… остановиться.

Ее голос дрожал, а то, как она выгибалась навстречу ласкам, не имело ничего общего с желанием остановиться.

– Я делаю все… чтобы мы остановились, Ангел. Клянусь, – буркнул я, нехотя выпуска я ее грудь изо рта и сразу же стал целовать другую.

– О боже, – простонала она. – Боже мой… Влад…

Ох, да, быть ее богом мне невероятно нравилось. Может быть, не зря я решил поиграть в него, требуя у подчиненного жену. В данный момент не было сомнения, что все мои решения правильные. Все, что происходит сейчас, правильно. Все, что мы делаем и чувствуем, даже не просто правильно, а идеально.

Кажется, я немного помешался на груди Ангелины. Не в силах оторваться от нее, ласкал ртом и руками снова и снова, пробуя на вкус, облизывая и втягивая в рот, одновременно чуть сдавливая и сжимая рукой вторую, чтобы ощутить идеальную мягкость и полноту, чуть покручивал сосок, чтобы вырвать изо рта моей новой помощницы очередной стон.

Именно она начала первая раскачиваться и тереться об меня. Мой член тут же сладко заныл от ее движений. Я усилил ласки ртом, и Ангелина ускорилась. Она держалась за мои плечи и бессовестно терлась прямо через одежду.

Я чуть не кончил, когда понял, что она так усиливает собственное наслаждение.

Проклятье, это было горячо, как сам ад. Почти невинный подростковый петтинг сводил меня с ума. Я никогда таким даже в школе не занимался. Как-то так вышло. У меня была подружка не из скромных, и мы сразу перешли к делу. В универе тем более было не до игр. Видимо, надо было дожить до тридцатника, чтобы соблазнять чужую жену и балдеть от потирушек на сухую.

Чувствуя, что мы оба на грани, я сжал попку Ангелины и заставил ее двигаться быстрее и резче. Она вцепилась в мои плечи и вскрикнула уже через несколько секунд, заерзав на мне, чтобы продлить ощущения.

Кончала, черт подери!

Это открытие и тут же толкнуло и меня за край. Я стиснул хрупкую красавицу крепко и замер, тяжело дыша. Но тут же почувствовал непреодолимую потребность поцеловать ее сладкие губы.

– Влад… – она не отвернулась, но и не отвечала мне больше.– Влад-дислав Сергеевич… Не надо…

Ангелина задрожала снова и дело было не в ветерке, который приятно остужал наши потные тела.

– Ангел… Порочный сладкий… Мой Ангел, – шептал я лаская ее лицо невесомыми поцелуями.

– Не твоя, – проговорила она и добавила тверже, отталкивая меня и вставая. – Я не твоя, Усманов.

Ангелина схватила сумку и бегом умчалась с террасы. У меня не было сил догонять ее. Никуда не денется. Завтра все равно придет на работу. У нее много дел и новых обязанностей.

Я довольно улыбнулся и пошел в ванную, чтобы сполоснуться и сменить белье.

Ангелина

Я выбежала из кабинета и судорожно стала хлопать по кнопке вызова лифта. Он приехал быстро, скрывая меня в кабине. Слава богу, босс меня не преследовал. Я тряслась, как осиновый лист, пока заводила машину и выезжала с парковки. Забыла даже, что выпила, но бросать машину на шоссе уже не было смысла.

Правда, и вести машину в таком состоянии не стоило. Проезжая мимо знакомого района по дороге в свой спальный, я поддалась мгновенному импульсу и набрала сестру. Двоюродную. Пожалуй, Рита была единственным моим близким человеком в Москве. подруги с универа растерялись, а на работе я не очень стремилась дружить. Вот и подумала первым делом о кузине.

– Рита, привет, – выпалила я в громкую связь. – Можешь говорить?

На фоне слышался детский смех, вперемешку с визгом и что-то говорил Матвей.

– Могу, конечно, Гелька. У тебя голос странный. Ты в порядке?

– Нет, – ответила я, не задумываясь.

– Мама, мама, там Димка ест какашки щенка, – услышала я голос племянницы. – А что папа? Папа, кажется, пишет.

Я нервно рассмеялась.

– Матвей! – закричала Рита, не прикрывая трубки рукой. – Матвей, имей совесть, а?! Гель, я перезвоню через минуту. Прости, бога ради.

Она бросила трубку и я ее не осудила. У человека там дети, щенок и муж, который время от времени подвержен острым приливам вдохновения. Ей точно не до моих идиотских метаморфоз из идеальной жены в шлюшку для босса.

Я встала на светофоре, пытаясь привести себя в порядок. Из зеркала на меня смотрела шальная и растрепанная девица с влажным блеском в глазах. Еще в них была паника, но даже через нее пробивалось бесстыжее довольство.

Прошло меньше минуты, а мой телефон зазвонил.

– Гелечка, прости. У меня тут анархия и беспредел. Давай выкладывай, что случилось.

Детей больше не было слышно, наверно Рита куда-то вышла. Но я все равно уже передумала ее дергать.

– Да ничего особенно, дорогая. Просто Дима проиграл мен в карты нашему боссу, и я с ним развожусь. Не с боссом. С Димой. Только не могу понять, какая причина важнее: что Жуков скотина или, что я шлюшка, которая чуть не дала этому самому боссу только что.

Я сама от себя была в шоке, но мне наверно нужно было это выплеснуть сейчас, чтобы не взорваться.

– Ооооо, – протянула сестрица. – Димка дома?

– Нет. Его сослали в командировку.

– А ты где?

– Рулю пьяная по бульвару. Недалеко от вашего дома.

Я назвала улицу, и Рита тут же скомандовала:

– Заезжай за мной.

– Ты уверена? А семья?

– Моя семья немного обнаглела, а у тебя вот все серьезно. Давай-давай, поворачивай к нам. Я выйду через пятнадцать минут.

Она снова бросила рубку. Что я могла? Свернула, конечно, и уже через десять минут припарковалась у солидного жилого комплекса. Рита вышла почти сразу, не заставляя меня ждать. В простых джинсах и кедах, с хвостиком на затылке, она была похожа не на мать семейства и успешную журналистку, а на юную бестолковую студентку.

Вместо того, чтобы сесть рядом, Рита открыла мою дверцу и заявила:

– Вылезай давай, шлюшка-алкоголичка.

Я не могла не засмеяться. Все-таки первый порыв был верным. Чтобы успокоиться и встряхнуться одновременно сейчас нужна моя потрясающая немного безумная сестрица. Она ведь еще и прекрасно знает о запретной страсти, ведь своего Матвея соблазнила, когда он был ее преподом в институте.

Или это он ее соблазнил? Не так уж и важно теперь, когда у них двое детей и разница в возрасте не такая шокирующая, а тогда папа Риты сильно психовал.

Может быть и моя ситуация однажды утихнет. И я буду вспоминать знакомство-свидание с шефом, как забавный эпизод. Будет о чем внукам рассказать. Хотя с кем теперь даже детей рожать, я смутно представляла.

– У тебя винишко есть дома? – спросила Рита, едва мы выехали на шоссе. – Я спешила, не подумала из дома взять, а купить не успеем, наверно.

– Есть, – чуть насторожено ответила я. – Только я уже напилась сегодня.

– Не-не, такие дела на сухую не решаются, – продолжала глумиться сестрица.

– Рит, а ничего, что ты там своих бросила?

– Нормально, – она махнула рукой. – Им полезно. Утром все равно няня придет, чтобы Матвей мог поработать, а я сто лет никуда не выбиралась без хвосто. Ты меня прямо встряхнула такие новостями. Учти, мне нужны все пошлые и грязные подробности.

Я не выдержала и расхохоталась.

– Ну ты и оторва, Ритка!

– А то.

Мы доехали до дома, болтая о всяких глупостях. Я сама не заметила, как напряжение ушло. В компании кузины всегда становилось легко и весело.

Войдя на кухню, я достала из ниши бутылку бордо, набросала на тарелку сыр, орехи, фрукты, и мы сели, чтобы обсудить мою щекотливую ситуацию.

– Не понимаю, чего ты психуешь, гель, – выдала мне вердикт Маргарита.– Дима сволота.Он меня давно бесит, если честно. Если босс тебя так заводит и уже точно решилась на развод, то почему бы не получить удовольствие по полной программе. да и выгоду тоже.

Я округлила глаза.

– Я думала, ты меня осудишь.

– С чего бы?

– Матвей ведь у тебя первый.

– И последний, – подтвердила она. – Но это тут при чем?

– Мне казалось, ты против всего этого разврата. Я и сама была против всю жизнь.

Ритка махнула Рукой.

–Брось. То,что Матвей у меня первый – это случай. Я уж точно не думала, что выйду за него, когда этот гад лез мне в русы на пересдаче лектуры.

–О боже,– я прижала ладонь ко рту. – Прямо во время?

– Ага, в пустой аудитории, на кафедре. Потрясно было, между прочим.

– Не сомневаюсь.

– А потом я сама пару прогуляла и за закрытой дверью…

– Рита! – вскрикнула я. – Какие же вы экстримальщики, господи!

– Есть немного. Так что твои потирушки на крыше…

– На террасе, – поправила я ее.

– Да не суть. В общем, не психу и езжай в Лондон. На развод только подай, потому что Дима твой гондон. Слава богу, вы детей не наделали.

– Да уж.

Я закивала, тоже радуясь такому раскладу. А ведь Димка хотел детей, это я настояла, чтобы отложить и сосредоточиться обоим на карьере. Теперь мне казалась, что привязать меня к дому декретом он собирался тоже с дальним прицелом. Тогда бы я от него никуда не делась.

– Так, а чего босс? Я не поняла.

– Скотина он похотливая, – огрызнулась я, злясь больше, конечно на себя за то, что повелась на поцелуи и бесстыжие ласки.

– Но ты кончила,– подметила Рита.

Я прижала ладони к алым щекам.

– Не напоминай. Так стыдно. Я уволюсь завтра.

– Зачем?

– Как зачем?

– Он ведь тоже кончил, Гель. Или нет?

– Да вроде. Да.

– Ну и все. Вот если бы ты на него мастурбировала тайно, а он бы поймал – это, да. Стыдновато. А у вас все взаимно и приятно. Приятно же?

– Даааа, – простонала я. – В этом и ужас. Я хотела с ним по деловому, а сама чуть на спину не упала, как течная сучка.

–Ну, знаешь, если так относиться к оргазмам, можно смело ампутировать себе клитор и уйти в монастырь. Ты молодая, красивая, уже свободная. Плевать на паспорт, главное, что морально от Димы отодралась. Почему бы не переспать с боссом?

– Нет!

–Ох, ты слишком скованная, Гель. Расслабься и получай удовольствие от жизни. Твой босс ведь тоже свободен. Вы никого не обманываете. Почему нет?

– Не могу я так, Рит.

–А хочешь? – задала сестра сакраментальный вопрос.

Ответа я не нашла.

– Не знаю.

Мы еще поболтали. Рита рассказывала о муже и их хулиганствах, которые она устраивала даже сейчас. Я снова краснела, с трудом представляя такие отношения через десять лет брака. И опять остро ощутила разницу. Мы с Димой тоже давно вместе, но секс с ним стал каким-то механическим, скучным, редким. Уже давно. Еще до свадьбы. Я думала, у всех так. Гормоны утихают и на смену страсти приходит доверие и спокойствие, уверенность и тихое счастье. Оказалось, у меня не было и этого. Горько осознавать себя не просто обманутой, но и вообще какой-то дефективной. Наверно по этой причине меня и размазало от Влада, его сладких слов и горячих ласк. Может быть, и правда не стоить быть такой впечатлительной?

С этими мыслями я отправила Ритку домой на такси, и сама заснула. Но утром снова накатила трусость. Решимости моей хватило только, чтобы пойти и отказаться от всего, что предлагал Усманов. К черту. Лучше продам квартиру и все ему выплачу, чем неделю поджариваться на медленном огне, пытаясь совладать со своими странными чувствами.

Влад, как чувствовал, позвонил с самого утра.

– Ангелина, я жду тебя к десяти сегодня. Можешь использовать час, чтобы собрать свои вещи и переехать в мой кабинет. Не опаздывай. Много дел.

Я даже сказать ничего не успела, а он повесил трубку.

И что делать? Решила поехать сразу к девяти наверх и все ему выложить. Томление и легкий психоз, которые спровоцировал голос Влада, я сталась игнорировать.

Чудом избежав встречи с коллегами, я вышла на последнем этаже и сразу прошла к рабочему месту Владислава. Он хмурился, просматривая что-то в ноутбуке и крутил колесико мышки.

– Сделай кофе, пожалуйста, – выдал он, не глядя на меня и не опускаясь до таких глупостей, как приветствие. – Кофе-машина у лифта. Американо, черный.

– Я передумала, Владислав Сергеевич, – выпалила я, заставляя его оторваться от монитора и посмотреть на меня.

Глаза Усманова сверкнули молниями.

Ну, здравствуй, грозовое небо.

– О чем ты передумала, Ангелина? – спросил он так, словно распял меня на кресте и уже прицеливался копьем в сердце.

– Я не смогу на вас работать, Владислав Сергеевич.

– Отлично, мы вернулись к Сергеевичу. Хотя в офисе, пожалуй, это правильно, – забормотал он. – Кажется, ты прекрасно на меня работала все это время. В чем проблема теперь?

– Я имею в виду, с вами лично.

Влад встал из-за стола, подошел ко мне. Я сжала кулаки от напряжения. Он ведь не будет меня целовать сейчас?

– И чем я лично тебе не угодил, Ангел? – спросил Влад.

Обиделся? Да ладно.

– Нет, вы… мне… – залепетала я. – Просто нам…

– Нам вчера, кажется, обоим было хорошо. – Я открыла рот, но он тут же оборвал попытку соврать. – И даже не смей отрицать это!

У меня было заготовлено много причин и доводов, но Влад смотрел на меня серьезно, почти сурово, и я просто не смогла ему солгать, тихо проговорила:

– В этом и проблема.

– В чем? – потребовал она ответа. – Скажи нормально.

– Я не хочу этих игр, Владислав Сергеевич. Ваши домогательства, прикрытые нелепыми репетициями нашей близости, ваши двусмысленности и попытки загнать меня в угол – это отвратительно.

В его глазах блеснул азарт.

– Боишься, Ангел мой?

– Вас? Нет, просто…

– Не меня, Ангелина, – перебил Влад. – Ты себя боишься. Того, как твое тело откликается на мои ласки, слова. Даже сейчас ты едва не трясешься и вряд ли от волнения.

– Прекратите это.

Я сделала шаг назад, но Усманов схватил меня за руку и притянул к себе, а потом подхватил под попку и усадил на стол.

Его губы врезались в мои, сокрушая неистовым поцелуем. Все произошло так быстро, что я даже возмутиться не успела. Правда, успела раскрыть рот и начать отвечать ему не менее страстно. Босс был чертовски прав. Я моментально отозвалась на его агрессивную страсть. Если бы он продолжил целовать меня яростно и пылко, возможно, я бы нашла силы противостоять, но он стал нежным и ласковым. Влад водил губами по моим, гладил бедра руками, а я только и могла, что хотя бы не обнимать его. Так себе стойкость. Что со мной не так? Откуда этот вихрь чувств, эмоций и отсутствие желания сопротивляться?

– Не бойся Ангел, – зашептал Влад мне в шею, опаляя горячим дыханием. – Думаешь, я сам каждый день трахаю на столе помощниц?

– Разве нет? – пискнула я.

– Нет. Ты первая.

– Какая честь.

Он усмехнулся, но тут же продолжил прокладывать поцелуи от шеи к уху и обратно вниз к плечу.

– Чего ты боишься? Что я возьму тебя прямо сейчас? Вот так?

Он сместил руки и провел ладонями по внутренней стороне моих бедер. Хорошо, что я надела сегодня брюки. Если бы босс коснулся голой кожи, боюсь, я бы опять позорно кончила.

– Боишься, что будешь кричать, пока под дверью ждут мои замы? – продолжал нашептывать он.

От его слов и касаний я завелась, а уж представив нас голыми на столе, плюющих на работу, стала совсем невменяемая. Похоже, Влад прекрасно понимал, как действует на меня и продолжал усугублять.

– Мне будет мало одного раза, Ангел. Я уложу тебя на стол и заставлю кончить еще раз.

Он убрал руки, чтобы взять меня за запястья, потянул вверх и назад, заставляя лечь на столешницу, прямо на документы.

Я заметалась, но деваться было некуда. Он держал меня за руки и прижимал к столу своим телом. Осталось только зажмуриться, но и это не помогло. В моем похотливом воображении продолжали рисоваться картинки того, что нашептывал змей-искуситель.

– А потом я нагну тебя над столом, Ангел и буду трахать так жестко, что ты заплачешь и будешь умолять меня не останавливаться. Слышишь, Ангелина? Именно это я хочу сейчас с тобой сделать.

Он толкнулся бедрами, и я почувствовала его эрекцию в полной мере. Тут же тепло тела исчезло, и я осталась лежать на столе без поцелуев и объятий.

– Вместо всего этого, Ангелина, я просто спрашиваю тебя, в чем причина. Полагаю, это неплохо характеризует мое терпение и намерения.

Я вскочила со стола, чуть не упала, стала оправлять волосы, одежду и вспоминать, как дышать без стонов и всхлипов.

– Я не заставляю тебя спать со мной, Ангел. Ты сама захочешь и попросишь.

– Скорее ад замерзнет, – процедила я сквозь зубы, отрицая все свои слабости.

– Ну и прекрасно. Тогда приступай к работе.

Я задрала голову.

– Нет. Я вернусь на старое место, а деньги вам вернет Дима сам. Плевать на квартиру.

Усманов задрал бровь, и я сразу поняла, что сейчас н меня просто пришпилит булавкой, как ту бабочку.

– Тогда сядь и напиши заявление по собственному. Мне не нужны сотрудники, которые отказываются от таких возможностей.

– Вы не имеете права! Я в трудовую пожалуюсь!

– Сколько угодно.

Усманов сел за стол и открыл папку, на которой я только что лежала.

–Владислав Сергеевич…

– Что, Ангелина? Не хочется увольняться? Любишь стабильность и комфорт? Полагаю, да. Иначе бы ты не жила столько лет со своим мужем. Очень сомневаюсь, что вас связывает что-то больше, чем долг по закладной.

Я стояла и хватала воздух ртом, стараясь найти слова, парировать, отрицать, но ничего не шло в голову. Возможно, потому что Влад был прав. Это обескураживало и злило.

– Минут через двадцать придет твой личный консультант. Сделай уже мне кофе, Ангел, и займись расписанием. Теряем время. Попробуй справиться с этой работой сегодня, а потом можешь вставать в гордую позу. Исполняй.

Я, как зомби, развернулась и пошла искать кофе-машину. Она оказалась простейшей и как раз такой, о которой я мечтала. Правда пока я ждала приготовления, слезы так и подкатывали к глазам. Неужели босс прав?. Человек, который нас совсем не знал, увидел суть невооруженным глазом. Возможно, Влад видел еще что-то и делал выводы. Соответствующие.

Я догадывалась, что ему многое известно о Диме. Это злило еще сильнее. Запретив себе реветь и отчаиваться, я отправилась за стол помощницы, занеся по дороге кофе Усманову.

Он выдал мне сухое спасибо.

Следующие полчаса я копалась в Настином ноутбуке, сравнивала информацию с той, что была на планшете. Расписание уже было составлено. Мне оставалось только напомнить Усманову.

– У вас сегодня встреча с префектом, Владислав Сергеевич. Уже через час, – отрапортовала я.

– Да, спасибо. Я помню. Заберу тебя на обед ближе к часу, постарайся управиться.

– С чем? – не поняла я.

– С шоппингом. О, вот и Лидия.

Звякнул лифт, оповещая о посетителе. В кабинет вошла женщина лет сорока пяти.

– Доброе утро, – поприветствовал ее мой босс.

– Доброе, Владислав Сергеевич. А это, наверно Ангелина Юрьевна?

– Можно без отчества, – смутилась я, пожимая женщине руку.

– Прекрасно, – улыбнулась она мне. – Я ваш персональный консультант по стилю. Мы отправляемся за одеждой. Кежуал, коктейль и спорт?

Последнее она уточнила у Влада. Я стояла и хлопала глазами, не веря своим ушам и глазам.

– Да, именно, – подтвердил босс.

–Бюджет?

– Как заявлено.

– Отлично. Думаю, мы успеем до часу с одеждой, но все остальное после обеда и до упора.

– Меня устраивает, – кивнул Усманов.

Они тоже пожали руки, и Лидия взяла меня под локоть. Крепко так взяла. Я едва успела схватить сумочку, а она уже тащила меня к лифту.

Лидия усадила меня в Миникупер и повезла по магазинам. Я старалась с ней не разговаривать, с трудом свыкаясь с мыслью, что Влад решил нарядить меня, как Золушку какую-то, и даже нанял персональную фею-крестную.

Мой надутый вид не впечатлил Лидию. Она сначала вывалила на меня ведро комплиментов, потом заявила, что мне повезло иметь такого щедрого босса и жениха. Одновременно. Я невнятно кивала, стараясь не кипеть от того, как Влад легко представил меня невестой постороннему человеку.

Лидия продолжала щебетать о трендах и брендах, примешивая к тенденциям собственное мнение о важности личного стиля и гармонии образа с внутренним миром.

– Вы немного зажаты, Ангелина. Думаю, еще и поэтому Владислав Сергеевич хочет преображения. Уверена, вечером вы себя не узнаете. А уж бойфренд голову потеряет окончательно. Хотя он и так от вас без ума.

Я нахмурилась.

– С чего это вы взяли?

– О, милая, это бросается в глаза. Я вижу сразу, когда мужчина смотрит на свою женщину по-особенному. Расслабьтесь и получайте удовольствие. Вы, кажется, немного раздражены, но не принимайте его инициативу в штыки. Я работала в Лондоне и знаю, как важно быть собой и одновременно безупречной. Одежда – это очень важно, поверье. Но она должна вам нравиться, иначе ничего не выйдет. За вами всегда последнее слово, Ангелина.

– Это радует, – улыбнулась я, наконец, чуть отпустив злость и напряжение.

Я уж точно не хотела быть в Лондоне как ряженая кукла и ненавидеть все, что на мне надето.

Стоп. Разве я не отказалась от поездки и работы с Владом?

Потерев лоб пальцами, я попыталась найти ответ. Мы говорили, я отказала ему, а потом… Щеки вспыхнули. Аргументы Влада пугали меня и возбуждали одновременно. Я хотела попробовать, только вот не знала, справлюсь ли со своими предательскими чувствами, который так ярко вспыхивают, когда Усманов рядом. Ион точно не будет помогать мне сохранить здравый смысл.

Вспомнила и слова Риты, которая велела мне гулять на полную и получать удовольствие. Крутнув кольцо на пальце, я подумала о Диме, который мне даже смс не прислал. Ради него я уж точно не должна ничего делать. А ради себя?

Вопрос открытый.

Его закрыла моя фея. Едва мы вошли в мультибрендовый бутик, она созвала консилиум консультантов, которые помогали ей отобрать наряды. Я в это время попивала кофе на диванчике и старалась не противиться приятной суете.

Нормальная такая у меня работа за долги мужа. Сейчас оденут и обуют, а после обеда, наверно, СПА и полный спектр ухода за телом, волосами и лицом. Кажется, что-то подобное со мой было только перед свадьбой, но, конечно, с меньшим размахом и бюджетом.

Я перемерила кучу всего, и Лидия каждый раз спрашивала, нравится ли, удобно ли? Она прислушивалась к каждому моему замечанию, давала ценные советы. Несколько платьев мы взяли, просто сменив размер, а брюки и джинсы выбирали по цвету.

– Останьтесь в этом, – посоветовала мне стилист, когда я крутилась перед зеркалом в укороченных брючках чернильного цвета и строгой удлинённой белой рубашке без рукавов. Она накинула мне сверху мягкий кардиган в тон брюкам, завершая образ. – Сумку и туфли тоже подберем, но еще белье! Вам все нравится, Ангелина?

– Да, прекрасно. Спасибо вам, – от души поблагодарила я.

– О, нет. Приберегите восторги до вечера.

Нам даже пакеты не пришлось нести. Лидия распорядилась, чтобы все было доставлено в офис. С обувью было еще веселее. Никогда не позволяла себе таких роскошных марок, хотя старалась выделять деньги на достаточно приличные и качественные туфли для офиса. Дима всегда ругался по этому поводу, но за обувь я стояла горой, потому что знала в ней толк.

Думать о том, можно ли оставить все себе после долговой интрижки с боссом, я боялась. Как-то это слишком меркантильно. Хотя и представить, что Усманов заберет все, чтобы отдать следующей помощнице вместо униформы, было сложно.

Последний пункт перед обедом – белье.

Лидия взяла тайм-аут, чтобы выпить кофе, поручив меня своей знакомой из ЛаПерла. Та моментально определила мой размер и принесла кучу моделей для всех случаев жизни. Мне осталось только примерить и отложить то, что понравится.

С каждым новым комплектом, что я примеряла, чувствовала, как уходит негатив. А еще я с удовольствием рассматривала себя в зеркале и (о,ужас!) думала о Владе, вспоминала ,как вчера его рот и пальцы ласкали мою грудь, представляла, что он скажет, когда у видит меня в этом бессовестно красном или прозрачно белом. Мысль, что ничего он не увидит, потому что я не покажу, почему то мен не тревожила при этом.

Я поймала себя на том, что глажу пальцами соски через тонкую ткань.

Стоп-стоп-стоп. Вчера все это было ошибкой, неожиданным форсированным нападением босса. Теперь-то я буду готова и дам ему отпор. Никаких повторений. Никаких фантазий об Усманове!

Только я так подумала, как Влад собственной персоной отодвинул шторку примерочной и вошел. Не веря своим глазам, я забилась в угол и прикрылась руками.

Супер! Никаких фантазий. Только реальность. Только хардкор.

– Привет, – проговорил он так спокойно и почти весело. – Лидия сказала, что ты в дальней примерочной, и я могу посмотреть.

– Не можешь! – прошипела я, злясь на него. А на себя еще сильнее за румянец и удовольствие, которое кольнуло меня между ног. – Выйди!

– Почему же? Ты моя невеста, а выбор белья – это маленький праздник для жениха.

– Влад, пожалуйста, – проскулила я, уставившись в пол, чтобы не смотреть на него.

– Брось, смущаться, Ангел. Дай мне посмотреть.

– Ты же обещал…

– Что не буду склонять тебя к сексу? Я точно не собираюсь трахаться в примерочной. Хотя в этом что-то есть, но нам точно стоит сначала переспать более традиционным способом.

– Влад…

– Спасибо, что зовёшь меня по имени.

– Давай обсудим это за обедом, – разозлилась я, но тут же стушевалась, потому что Усманов сделал шаг вперед.

– Сразу после того, как ты опустишь руки. Это просто, Ангел. Иди сюда.

Он положил ладонь мне на талию, мягко привлекая к себе. А я снова не могла ничего сделать. Все мое сопротивление можно было смывать в унитаз, едва горячие пальцы Усманова коснулись кожи. Уставившись на его галстук, я с трудом осознавала реальность ситуации. Влад положил мне на талию вторую руку, провел по бокам до груди и выше.

Я крепче обняла себя, истово игнорируя возбуждение, которое тут же вскипятило кровь.

– Спиной ко мне, – пропел босс, аккуратно, но твердо разворачивая меня лицом к зеркалу. – Руки.

Он накрыл мои ладони своими, ласково, но настойчиво, убирая их с груди. Влад склонил голову и выдохнул мне в шею горячим воздухом.

– Посмотри, Ангел. Ты такая красивая.

Я подняла глаза, проклиная себя за это нелепое послушание. Что такого особенного в его голосе, что я повинуюсь любому приказу. Или дело в этих соблазнительных интонациях? Или его близость превращает меня в безвольное желе?

Моргнув, я смотрела на себя в отражении. Все те же брючки и новые туфли телесного цвета, на которых настояла Лидия. Волосы в высоком пучке и моя светлая кожа идеально позволяли оценить темно-синий бюстгальтер. Влад провел пальцами по атласным широким лямкам. Едва касаясь, но я закусила губу, чтобы не застонать. Усманов не притронулся к соскам, которые (я уверена, он видел) приподняли тонкую чашечку и просили ласки.

– Очень красиво, Ангел, – проговорил он. – Я бы хотел посмотреть все, но у нас столик и обед через десять минут. Поэтому…

– Что? – выдохнула я, встречая его взгляд в зеркале. Очень вовремя ко мне вернулась дерзость. – Отсосать тебе по-быстрому и пойдем?

Глаза Влада потемнели на миг, он прищурился и вдавил пальцы мне в кожу, но тут же отпустил и сделал шаг назад.

– Я так и не видел прейскурант, Ангел. Что там за минет полагается? Обставить твою ипотечную квартирку ?

– О, я подумаю над этим. – Взяв с пуфика отложенные комплекты, я пихнула их Владу в руки. – Отнесите на кассу, Владислав Сергеевич. И этот тоже.

Я быстро расстегнула застежку, бросив в Усманова синий бюстгальтер. Пока он лапал глазами мою грудь, я выпихнула босса из примерочной. Влад постоял за шторкой немного и ушел. Слава богу. Хорошо, что не полез целоваться, как утром. Иначе все могло кончиться очень плохо. Для меня, разумеется.

Да что такого особенного в ее сиськах? Видел я много других. Всяких. Большие и маленькие. Свои и силиконовые. Круглые и висячие. Может быть, из-за Настиных имплантатов меня не особенно привлекала грудь последнее время, но Ангел моментально это изменила. Я не мог перестать думать о ее сосках, бархатных, сладких. Постоянно вспоминал, как приятно было вчера ласкать ее грудь, чуть сминая, чтобы ощутить идеальный для моих ладоней размер и полноту. Поэтому, едва Лидия сказала по телефону, что они заканчивают с бельем, я не мог просто поехать в ресторан и дождаться их там. Нет, нужно было обязательно забрать Ангелину самому, а в идеале еще и насладиться примеркой.

Конечно, я не мечтал, что Ангел устроит мне дефиле в бельишке, но нагло украсть кусочек красоты был обязан. О, да. Повезло. Ангелина, хоть и пыталась спрятаться, но от меня же не скрыться. Тем более, она явно нагоняла на себя скромную суровость. Разве настоящая стесняшка и моралистка бросила бы в меня бра, чтобы подразнить? Вот уж вряд ли. Собственно, как и не стала бы верная влюблённая в мужа жена тереться об меня и умолять остановить ее.

Не бывает дыма без огня. Уверен, что отношения Жуковых давно уже далеки от идеальных, иначе не вспыхнула бы Ангелина в моих руках как порох. Любопытство сжигало меня, и хотелось проникнуть в эту милую головку, узнать, что она думает, как живет. Обед для доверительного разговора – отличный повод.

Я сдал покупки Лидии, и она провела оплату, напомнив, что все будет доставлено в офис, Ангелине нужно быть в салоне к двум, и вышла из магазина. Я дождался Ангелину и, взяв ее за локоть, повел к выходу тоже.

– Ты держишь меня, чтобы не сбежала? – уточнила она едко.

– Отчасти. А еще, потому что мне нравится тебя трогать.

– Бессовестный, – выплюнула моя строптивая помощница, вырвав руку. – Не надо, Влад.

– В таком нервном состоянии нельзя отправляться на обед, Ангел мой. Заработаешь несварение. Расслабься.

Я обнимал ее за талию, пока вел к машине, наслаждаясь ее вынужденным смирением и громким дыханием. Да-да, дорогая. Не надо вырываться. От меня не уйдешь.

Ангелина смотрела в окно, пока мы ехали к ресторану. Она не проронила ни слова, и когда мы устраивались за столиком. Только дождавшись, чтобы официант ушел, спросила:

– О чем ты хотел поговорить? Что-то еще про Лондон?

– Нет, я хотел поговорить о тебе.

Ангелина поджала губы.

– Знаешь, у меня еще куча дел в офисе.

– Значит, ты все же согласна?

– А у меня есть выбор? – подняла она колючки снова. – И не говори, что он есть всегда. Терять место, которого я с таким трудом добилась и работу, которая мне нравится и приносит хорошие деньги… О, хотя что я тут распинаюсь. Мальчик-мажор, который сел в папочкино кресло директора, едва закончил институт, вряд ли поймет.

Я сжал кулаки и прищурился. Сколько раз слышал эти упреки, но вот из ее уст они ранили сильнее и пробивали даже мою слоновью кожу. Что за дерьмо? Я давно уже не реагирую на подобные шпильки.

– Да, мне не понять, – развязно пропел я. – А почему ты выбрала мою фирму? Вслед за мужем?

Ангелина пожала плечами.

– Нет… Да… Отчасти. Мне просто захотелось себя испытать, и я отправила анкету, а потом случайно практически прошла все туры собеседования и меня взяли.

– Случайно? – я вздернул брови. – Мой отдел кадров не пропускает случайных людей, Ангелина.

– Завуалированный комплимент? Спасибо, босс.

– Завуалированный? Да я прямо могу сказать, что ты умна и красива. Упертая, как черт, но это тоже сложно назвать недостатком.

– И такого злотого человека вы собираетесь уволить, Влад Сереич. Как лицемерно и подло.

Я развел руками.

– Нет выбора, Ангел. Мне нельзя рисковать Лондонской поездкой. Была бы ты страшненькая или тупая, мы бы вчера потискались и разошлись, а я бы в мыле искал замену Насте, но тут все одно к одному, так что ты сама виновата.

– Какой же ты гад, Усманов!

Теперь настала ее очередь сжимать кулаки и сверкать на меня глазами. А как ты хотела, детка? Оскорблять меня безосновательно и ждать, что я буду в ответ мурлыкать? Так не бывает.

Мы прекратили пикировку, потому что официант принес еду, но глаза Ангелины буквально палили в меня огненными пулями. Если бы взглядом можно было убивать, я б уже валялся в крови на полу.

Как только нас оставили наедине, я проговорил, меняя тему:

– Мы с тобой земляки и учились в одной школе.

– Угу, и уже тогда ты был наглым избалованным засранцем, – продолжала гнуть свою линию Ангелина.

– А ты, наверно, невинно девственным синим чулочком?

– Я встречалась с Димой с девятого класса.

Да, как я и думал.

– Только не говори, что он у тебя первый и последний!

Она вспыхнула и уставилась в тарелку, изображая изо всех сил, что тунец – это самое интересное, что может быть на свете.

– Какая прелесть. Очень трогательно, Ангел. Значит, вы со школы вместе?

Ангелина снова не ответила.

– Ты ведь знаешь, что он гуляет от тебя, да ?Зачем эта жертвенная неприступность? Муж ведь вряд ли оценит. Глупо хранить верность тому, кто изменяет.

– Ты думаешь, что я боюсь изменить Диме? – наконец взглянула она на меня.

– Разве нет?

– Меня это заботит меньше всего на свете. Я не хочу изменять самой себе.

Я сглотнул. Сильно сказано. И обнадёживает.

– Тогда что тебя останавливает? Нам было вчера хорошо, а может быть еще лучше.

– Я не собираюсь спать с тобой, Влад.

– Почему?

– Потому что ты самоуверенный, напыщенный индюк с комплексом бога. Дима тот еще гад, но ты хуже, Усманов. А я ведь… – Она всплеснула руками. – Зачем тебе это все, Влад? Ты уже потратил на одежду больше, чем должен мой муж. И не говори, что это часть твоей проклятой стратегии.

– Ладно, не скажу. – Я сложил руки на груди, растеряв аппетит и хорошее настроение окончательно. – А ты хотела, чтобы я выдал тебе костюм и пару туфель своей бывшей?

– Нет, но…

– Что но, Ангел? Я честен с тобой. Разве это плохо? Почему ты не можешь совместить приятное с полезным, просто расслабиться, делать свое дело и попутно получать удовольствие?

– Какое удовольствие я должна получать: от новых шмоток или от секса с тобой?

– От всего сразу. Не будь такой лицемерной святошей, Ангел.

– Хватит звать меня так. Я не ангел. Никогда им не была.

– Ты сама себя не знаешь, Ангелина.

– Прекрати, – повысила она голос и я возликовал. Она, наконец, раскрылась, разозлилась и отбросила показную сдержанность и оборонительную дерзость. – Это ты ничего не знаешь, Усманов. Выкручиваешь мне руки, но как будто не замечаешь очевидного. Да я сто раз уже могла тебя послать в задницу, могла уволиться, могла начать продажу квартиры, чтобы избавиться от тебя, от Диминых долгов и собственного брака. Но я боюсь, представляешь? Одна мысль о том, что мне придется все начать сначала, опять шататься по съемным квартирам, скорее всего делить их с соседями, начинать карьеру с нуля и… И быть одной все это время. Без поддержки, самой. Вот именно поэтому я закрывала глаза на измены мужа, именно поэтому сейчас сижу напротив тебя. Как тебе такой прагматичный ангел, Влад Сергеевич? Решили облагодетельствовать меня должностью, одеждой и собственной персоной? Я не откажусь. Неделю? Ради бога. Только руки держи при себе. Я не твоя.

Ангелина отбросила назад волосы и встала.

– Постараюсь запомнить, хотя это сложно, – проговорил я спокойно и с улыбкой. – Поверь, я тебя не обижу, Ангел.

Она прикрыла глаза, явно борясь с желанием мне врезать. А я едва удержался от соблазна расцеловать эту мегеру прямо сейчас. Она была прекрасна в гневе.

– Мне взять такси или ты поторопишься закончить обед, чтобы отвезти меня в салон? – спросила она, продолжая кипеть от раздражения.

– Да, ты действительно прагматична, дорогая. Поправь макияж в уборной , а я пока доем и расплачусь.

Она фыркнула, но не стала спорить.

– Ангелина, – окликнул я ее. – Мне нравится синий цвет на тебе. Очень красиво.

– Тогда я попрошу мастера выкрасить мне и волосы в синий. Все для вас, Владислав Сергеевич. Уверена, и в Лондоне такое оценят.

Я засмеялся, отпуская ее жестом. Что за колючка? Сплошные шипы по дороге к нежным лепесткам. Я никогда не охотился за женщинами. Обычно они сами добивались моего расположения, но для Ангелины хотелось сделать исключение. И это точно не будет легкой задачей. Для Насти хватило бы дорогих побрякушек и карт-бланша в любом бутике, но эта девочка из моего родного городка не впечатлилась красивой одеждой и моим повышенным вниманием. Единственной, что играет в мою пользу – ее физическое влечение. На этом вполне можно сделать ставку. Главное не перегнуть. Если она хотя бы отчасти так прагматична, как уверяет, то я смогу постепенно убедить Ангелину, что быть моей намного выгоднее и комфортнее, чем просто отработать долг мужа. И приятнее. Вот на последнее и буду делать упор.

Ангелина

Кажется, за эти несколько дней я устала сильнее, чем за последний год. Постоянная нервотрепка и смешение чувств буквально выбили мне землю из под ног. Я снова подумала об увольнении, пока наносила на губы блеск в уборной. Но, конечно, отбросила эти глупости. Я прагматичная трусиха. Влад прав. У меня нет сил просто взять и бросить все: оставить Диму самого разбираться с долгом, послать босса в задницу и уволиться.

Признаться, за эти дни я устала не только от мужчин, которые сообща загнали меня в угол, но и от самой себя. Я тоже была виновата в сложившейся ситуации и у меня абсолютно точно не было сил сейчас бороться с Владом или ломать саму себя. Поэтому очень вовремя вспомнился совет Риты. Раз уж все так сложилось, нужно просто расслабиться и получать удовольствия. Я же мыслила позитивно до того, как Усманов присосался к моей груди. Меня ждет Лондон, новые знакомства и возможности. Я же мечтала именно об этом, когда поступала на языковой факультет. Путешествия, встречи, совсем не тот уровень, что я вижу из-за своего рабочего стола.

Встряхнуться, улыбнуться и пойти работать.

Я вышла к Усманову с улыбкой и совсем другим настроением. Возможно, если я перестану трястись и шарахаться от него, Влад сам отстанет. Ему ведь доставляет удовольствие смущать и шокировать меня. Нужно поработать над эмоциями и субординацией.

Влад поймал меня в холле и повел к выходу. Он небрежно положил руку мне на талию. Вроде бы и ничего особенного, почти знак вежливости, но у меня поясница горела огнем. Субординация и эмоции, Геля.

Вздернув подбородок, я прошла до машины Усманова, невозмутимо села рядом с ним, пристегнулась, достала планшет.

– Настя забронировала билеты. Я уже подтвердила и выкупила их. Вылетаем завтра утром. Есть несколько вариантов жилья. Вам прислать на выбор? – заговорила я о работе, чтобы следовать своему плану.

Влад завел машину и стал выезжать с парковки.

– Нет, я доверяю тебе, – ответил он. – Не забудь вернуться на работу после салона.

– Зачем? – не поняла я. – Мы закончим поздно, я думаю.

– Затем, что я хочу посмотреть, и тебе все равно придется упаковать вещи, которые доставят в офис.

– Да, конечно. Не сообразила, извините.

– Ничего.

Влад больше не отпускал сальных шуточек, не прикасался ко мне. Словно мысли прочитал и решил дать мне воздуха, отступая на время. Он оставил меня в салоне, где уже ждала деловая Лидия.

Мне очень не хотелось менять что-то. Тем более кардинально. Я всегда любила свои длинные светлые волосы, ухаживала за ними и регулярно посещала парикмахера, чтобы убрать сечение на кончиках.

Слава богу Лидия и мастер со мной согласились. Было решено, что хватит и нескольких процедур для лица, тела и волос. Мня даже покоробило, что вместо работы я вкушаю СПА. Чтобы хоть как-то договориться со своей совестью, я попыталась выбрать лучший вариант для заселения в Лондоне. Мне не очень нравились отели в списке. Влад сказал, что любит винтаж и оригинальность, а Настя почему-то подобрала все, что дорого-богато-помпезно и с позолотой. Я решила банально воспользоваться букингом и отзовиком. Плюс, понадеялась на собственный вкус.

Мне невероятно понравились апартаменты в Ноттинг-Хилл. Сайт заглючил при попытке брони, и я отправила заявку для связи. Хозяин перезвонил моментально. О, чудо! Оказалось, что квартира свободна. Светлая, просторная, с террасой, двумя спальнями. Я набрала Влада, узнать, нужен ли трансфер, но он сказал, что нас встретит его партнер.

Я сразу напряглась. Придется играть влюбленных, едва ступлю на землю. Я задумчиво крутила обручальное кольцо на пальце, пока мальчик колдовал с моими волосами после процедур. Наверно, эта работа не только возможность увидеть Лондон и испытать себя на высоком уровне переговоров, но и хороший шанс вообще проверить, чего я стою без Димы.

Мне за эту неделю нужно узнать саму себя. Что-то подсказывало, что я совсем не та милая и скромная Геля, которой привыкла быть рядом с Жуковым. Во мне вдруг проснулся азарт и безумие. Наверно, сродни того, что толкали Риту в объятия своего профессора. Мне не хотелось думать, что это все разбудил во мне Влад, но выходило один к одному. Видимо, что-то есть такое в крови Левицких.

Я сняла кольцо и убрала в кармашек, точно зная, что не надену его больше.

Когда мастер со мной закончил, и я взглянула в зеркало, то с трудом узнала саму себя. Невероятно, но на меня смотрела совсем другая Ангелина. И вроде бы никаких кардинальных изменений, но я словно переродилась.

Единственное, что меня беспокоило – это время. Меня задержали чуть дольше, чем планировалось. Даже Лидия, отвесив все положенные комплименты, сразу отправилась на парковку. Она, разумеется, предложила меня подбросить. Я понимала, что если поеду в офис, то застряну там до ночи.

– Владислав Сергеевич, – снова решилась я побеспокоить босса звонком. – Я закончила.

– И в чем же дело? – раздраженно ответил он. – Кажется, я дал четкие указания по этому поводу.

– Да, но…

– Никаких но, Ангелина. Делай, что велели! – отрезал Усманов и бросил трубку.

Мне ничего не осталось, как поехать с Лидией. Мы тепло попрощались, и я взяла ее визитку, хотя вряд ли она мне пригодится. Когда я вошла в офис, на часах было уже за семь вечера. Снова пустой лифт и тишина на этажах. Я занервничала. Перспектива оставаться с Владом наедине пугала меня даже днем. Вечер, офис, уютный кабинет босса и вовсе вселяли ужас. Все кончилось плохо во время ужина на террасе. Вряд ли Усманов оставит меня в покое и сейчас.

Прямо у лифта стояли два чемодана. Чуть дальше, у моего стола была гора пакетов с моими обновками. Влада на рабочем месте не было . Я окинула взором кабинет и заметила его в переговорной зоне. Пришлось пройти, чтобы дать о себе знать.

Усманов валялся на диване. В спортивных мягких брюках и футболке, босой он выглядел моложе и как-то проще что ли. Я невольно залюбовалась. Даже морщинка между бровями его не портила. Влад сосредоточенно смотрел в экран планшета и, кажется, не замечал меня. Пришлось кашлянуть и объявить:

– Я вернулась. Добрый вечер.

Влад едва заметно вздрогнул и поднял на меня глаза. Я не без удовольствия отметила, как они округлились. Очевидно, преображение было заметно не только мне. Хорошо. Пусть видит, что не зря раскошелился.

– Добрейший, – откликнулся босс, не вставая и не меняя расслабленной позы. – Отлично выглядишь.

– Спасибо. Вы тоже, – не осталась я в долгу.

– А, да. – Он все же сел, отложив планшет. – Решил заночевать в офисе. Тебе тоже советую переодеться в удобное. Устала наверно?

– Какой ты заботливый. Даже отвернешься?

Влад хмыкнул.

– Нет. Но предложу воспользоваться просторной гардеробной. Напротив ванной.

– Благодарю. Надеюсь, ванной я тоже могу воспользоваться?

– Всем, кроме душа.

– Почему же?

– Туда можно только со мной.

– Это правило?

– Нет. – Влад окончательно расплылся в наглой улыбке. – Это мой каприз.

– Обойдусь, значит, без душа и ваших капризов.

Он театрально вздохнул и махнул рукой, отпуская меня.

Я вернулась к своим покупкам, выбрала уютный и красивый спортивный костюм, сходила с ним в гардеробную, переоделась. Не забыла и ванной воспользоваться. Душ и правда выглядел очень заманчиво, но я даже умыться не решилась. Было жалко смывать красивый легкий макияж от профи.

Когда я вернулась, с удивлением обнаружила, что Усманов расставляет на столе коробки с едой.

– Я подогрел, – объявил он буднично, словно мы каждый день ужинали в офисе. – Поешь.

– Ваша забота о моем питании умиляет, Влад Сергеевич.

– Мне не нужна любовница с язвой.

– Влад! – рявкнула я, моментально вскипев. – Я не твоя любовница.

– Что? Я разве сказал любовница? Тебе послышалось, Ангел. Помощница, конечно. Хотя…

Я сузила глаза, и он, слава богу, не стал продолжать. Вместо этого предложил:

– Вина?

– Нет, спасибо. Мне еще домой ехать.

– Да, конечно.

Влад присоединился ко мне, отложив планшет. Я взяла свою коробку, палочки и села в кресло, игнорируя свободное место рядом с боссом.

– Как дела с жильем? – спросил Влад, тоже приступая к еде.

– Я решила снять нам апартаменты в Ноттинг-Хилл.

– Апартаменты? То есть это квартира?

– Да, но она идеальная. Ничем не отличается от люкса.

– Обслуживание, Ангелина. Горничные…

– Уборка раз в два дня, по договоренности. Смена белья тоже. Рядом ресторанчик с доставкой. Буквально напротив.

– Это прекрасно, но кто погладит мне рубашку или отпарит пиджак?

– Я.

Он так и застыл, не положив лапшу в рот.

– Ты? – Влад бросил палочки в коробку. – Это вне твоих обязанностей.

– Но я ведь не просто ассистентка, но и твоя невеста.

– Так может ты мне и ужин приготовишь сама? Зачем ресторан?

– Если будешь себя хорошо вести, милый, – не сдержала я ехидной улыбки.

– Ты просто прелесть какая добрая вернулась из салона. Надо почаще отправлять тебя в СПА, злючка.

– СПА не при чем. Просто ты не пытаешься меня облапать. Я могу быть милой.

– О, правда? Печально. Подумай еще раз. Может все же СПА? Вряд ли я смогу долго не притрагиваться к тебе, ангел мой.

– Я не твоя.

– Ага, я это уже слышал.

Закатив глаза, я вернулась к еде. Влад тоже, но продолжал нервировать, посматривая в мою сторону. Я закончила раньше и поскорее пошла укладывать вещи. Чемоданы от Луи Витон меня впечатлили не меньше, чем преображение от кутюр. Я снова стала злиться на Влада за его двойные стандарты. Он может сколько угодно заливать о нашем обоюдно вынужденном положении, но дело уж точно не в Димином долге. Или не только в нем.

Я хотела снова пойти и нагавкать на босса, но решила сначала закончить с багажом. За это время мне стало казаться, что Влад действительно вбухал в меня столько денег не забавы ради, а для дела. Если бы он еще не лез ко мне, было бы проще в это поверить. А так…

Правда, в себя я поверила намного проще, чем в его чистые помыслы. Уже завтра мы будем в Лондоне. Я не могла не радоваться этому даже в такой извращенной ситуации.

Когда все вещи были уложены, я зашла к Усманову попрощаться. Он снова сидел за столом, пялился в экран и тер пальцами губы. Зажмурился, провел рукой по лицу и стал что-то вбивать на клавиатуре.

Неужели будет тут до ночи сидеть? Мне стало жаль этого мерзавца. Я не успела напомнить себе, что он гад ползучий, как выпалила:

– Я закончила. Могу помочь тебе.

– Что? – Влад поднял глаза на меня, продолжая печатать, не глядя.

– Если нужна помощь, только скажи. Я с удовольствием.

Он потер глаза и сразу выпали:

– Если честно, то очень нужна Ангел, но боюсь, ты застрянешь здесь со мной до самой ночи, если начнешь помогать.

– Это ведь моя работа теперь.

– Уверена?, – строго и серьезно посмотрел на меня Влад.

– Если ты уверен, то и я.

– Окей, бери тогда ноут и лови файлы по сетке.

Черт знает что, но это заявление взбудоражило меня в самом позитивном смысле. Предложи мне раньше кто-нибудь поработать после восьми вчера, я бы уже бежала прочь. Только вот для Влада мне хотелось быть не куклой для утех или ширмой для партнеров. Хотелось показать, что я и сама по себе чего-то стою.

– Смотри, это Александр Нестеров. Мы с ним достаточно давно ведем переписку, но раньше не встречались. Именно он будет встречать нас в аэропорту. Эмигрант из Барнаула, но уже давно живет в Лондоне. Чем только не занимает, поэтому будет распихивать нас по всем ответвлениям своего бизнеса. Плюс, постарается привлечь к сотрудничеству с собственными партнёрами. Именно это меня настораживает и привлекает одновременно.

– Хочешь сказать, что там все как на юге?

– В смысле?

– Теточка, которая сдает комнату башляет таксисту, которого навязывает постояльцам, а мужик, который поставляет ее жильцам мясо для шашлыков, сам отстегивает процент за сотрудничество.

Влад рассмеялся.

– Да, именно так, – подтвердил он. – Но только все при этом делают вид, что любят тебя за красивые глаза, а не за бабки.

– Поняла. Что от меня требуется?

– Просмотри его партнеров по квартирному бизнесу. Сьют фор рент. Все, что выдаст гугл, особенно отзывы. Не бог весть какая информация, но и то хлеб.

– Он тебе не нравится? – тут же поняла я.

– Да. Нет… – Влад поморщился. – Он же не девица красная, чтобы мне нравиться. Но я чувствую там подставу. Хотя не исключено, что это банальная паранойя. Сложно что-то решать без личного знакомства и плотного общения.

– Да, конечно. Понимаю.

Я закивала и взялась за выполнение задания.

Спустя час моя спина затекла и шея почти отвалилась. Влад заметил, как я потянулась, и встал из-за стола.

– Перебрось все, что нашла, на планшет и приходи на диван.

– Нет, мне… – собралась я возразить.

– Удобно? Ага, конечно, – фыркнул Усманов. – Я не сомневался. А мне вот не очень. Так что я собираюсь переместиться и хочу выслушать все, что ты нашла и посчитала важным. Потом можешь вернуться за стол, разумеется.

Мне не осталось ничего иного, как последовать за боссом в переговорную зону. Наплевав на все, я решила последовать совету Влада и расслабиться: села в ютное кресло, скинула мягкие домашние туфли и подтянула ноги наверх.

Следующие полчаса мы обсуждали информацию о партнерах Нестерова. Влад размышлял вслух, и мне все сильнее нравилось его слушать. Он цеплялся за самые незначительные нюансы, предполагал все возможные варианты развития сотрудничества. Его мозг работал, как компьютер по сложнейшей программе вероятностей.

В какой-то момент мне стало немного стыдно за ту глупую шпильку за обедом, когда я назвала его мажором и папочкиным сынком. Определенно мало быть сыном своего отца, чтобы не только сохранить успешный бизнес, но и развивать его в перспективных направлениях, просчитывая риски и выгоду.

– Ладно, понятно с этим, – проговорил босс, поднимаясь. – Я в душ, а ты пока закончи с его поставщиками красок. Особенно на КолорСтайл обрати внимание.

– Да, конечно.

Влад развернулся, но притормозил и бросил через плечо:

– Ты очень милая, когда не дергаешься.

Он не ждал ответа и пошл к ванной, но у меня не нашлось сил промолчать, и я крикнула ему в спину, напоминая:

– Это потому что вы меня не лапаете, Владислав Сергеевич.

Влад что-то забормотал себе под нос, но я не разобрала. Стараясь не улыбаться, я вернулась к работе. В ванной зашумела вода. В моем больном воображении тут же нарисовался голый Усманов под стеной горячей воды из широкой лейки душа. Я передернула плечами и с трудом заставила себя не представлять нас там вдвоем.

Его широкие лечи и мощную спину, мои пальцы, скользящие по влажной коже, ладони Влада на моей попке, его губы, язык…

Я замотала головой, чтобы избавиться от этих мыслей, и вернулась к работе. Но настрой был утерян. Наверно, виновато проклятое уютное кресло и мягкое освещение, которое настроил Влад, а еще суматошный день и поздние посиделки с Ритой накануне. Я изо всех сил боролась со сном, но глаза закрылись, и я задремала.

Душ не помогал. Я стоял под горячей водой, потом вывернул на прохладную, но все равно не мог остыть. Едва Ангелина вошла в офис, у меня встал. Нет, она и раньше так вот домкратно действовала на мой член, но сегодня с ней сотворили что-то запретное. Вроде все тот же Ангел, но словно с нее сняли всю пыль и тяжесть, позволили дышать и сиять. Легкая, воздушная, слепяще светлая и невероятно желанная женщина стояла передо мной во всей своей естественной красе.

Сразу за возбуждением во мне проснулась злость. Почему Жуков не видел этого в родной жене? Зачем ему понадобилась та брюнетка с перекаченными губами и фальшивыми ресницами до потолка. Почему он не позволял Ангелине так сиять? Это ведь не волшебство, а банальный уход. И дело не в деньгах. Да, Лидия выбрала дорогой салон, но все услуги оттуда доступны и в бюджетных СПА. Но только не для Ангелины, муж которой предпочитал проматывать деньги в покер и на баб.

Я вроде бы сам недалеко от него ушел. Насте не изменял, но и особенно преданным и влюблённым себя с ней не чувствовал. Мне было удобно в этих отношениях. Не более. Думаю, и Настя была со мной больше из прагматичных убеждений, чем по великому зову сердца. Но глядя на Ангела мне становилось чертовски обидно. Она была достойна лучшего, самого лучшего. И я невольно становился лучше, только глядя на нее, находясь рядом. К сожалению, внешне это заметно не было, потому что улучшение никак не влияло на похоть. Я хотел Ангелину. Безумно. Сделать своей. Сейчас. Скрутить и опрокинуть на диван, взять, пометь, заклеймить и доказывать всю жизнь, что она идеальна. Сама по себе и для меня. Собственно, таким образом, я оставался прозаическим похотливым бараном. Не удивительно, что это бесило Ангелину. Я и сам от себя бы не в восторге. Мне бы осыпать ее цветами, холить и лелеять, заботиться и защищать, баловать и завоевывать, но моих сих хватало только, чтобы не накинутся прямо здесь и сейчас.

Пустой офис после рабочего дня никак не помогал мне обуздать эти порывы. Такой соблазн. Даже в удобной спортивной одежде Ангелина выглядела невероятно сексуальной, очень уютной и до абсурда родной. Невероятно сильно мне хотелось протянуть руку и снова затащить эту сладкую вредину себе на колени. Разве ее место в кресле? Нет! Только рядом со мной. Но я взял себя в руки, зная, что лучшее сейчас для нас обоих – это дела, поездка, работа. Сосредоточившись на ней, можно немного отвлечься.

О, чудо! Это действительно помогло. Ангелина как будто получала удовольствие от сверхурочных обязанностей. Нормальная помощница уже бы изнылась, что поздно и не положено так задерживаться, а моя с завидным энтузиазмом серфила интернет, добывая информацию. Мне было очень сложно не отвлекаться на нее. Сосредоточенная и серьезная Ангелина была еще соблазнительнее, чем дерзкая колючка.

Утренние фантазии о сексе на столе все сильнее просились в реальность. Я понял, что нужно отвлечься. Мне помог ее отчет, но недостаточно. Поэтому пришлось дезертировать под душ, со стояком со своим стояком. И стоять там, дымясь, почти готовый взорваться. Не дрочил со школы, а тут видимо придется. Иначе эта пугливая птичка упорхнёт.

Она будет моей. Обязательно, но чуть позже. Не сейчас. Мы оба не готовы. Она – морально, потому что совсем не знает меня и еще сильна верность мужу. Я – физически, потому что точно кончу, едва войду в нее. Нужно все делать постепенно и тогда лишь достигнешь успеха.

Мне не нужно было много времени, чтобы справиться со стояком. Я облизал губы, вспоминая, как целовал ее грудь, как Ангел терлась об меня вчера, представил, что все это могла кончиться иначе. Сдвинуть в сторону трусики, расстегнуть брюки и…

Два движения рукой, и сперма брызнула на стенку душевой. Потрясающе. Здравствуй, школа! Я как будто снова озабоченный старшеклассник.

На миг в памяти блеснули теплым светом кудряшки и настороженный и одновременно восхищенный взгляд синих глаз. Я моргнул, пытаясь понять, откуда это воспоминание и в честь чего, но мысль не зацепилась за эпизод, и я отпустил его. Словно вода, видение утекло, ускользнуло от меня. Тряхнув головой, я прогнал морок и вернулся к реальности. Быстро помыться и снова за работу.

Когда я вышел из душа, в офисе было слишком тихо. Ангелина дремала прямо в кресле. Такая милая и уютная, маленькая и славная. Словно куколка из фарфора. Я иногда ночевал в офисе, поэтому и заказал сюда раскладной диван с постельным бельем. Правда, сам при этом всегда ленился и дремал прямо в одежде, под пледом, на заморачиваясь комфортом. Но я это я, а за Ангелом грех не поухаживать.

Аккуратно разложив диван, я застелил простынь и нарядил на подушку наволочку. Ангелина не проснулась, когда я переносил ее с кресла на постель, только облизала алые губки и выдохнула:

– Спасибо.

В этой нехитрой благодарности снова было что-то знакомое. Кудряшки, синие глаза, страх и волнение, признательность. Нет, я не мог вспомнить ничего толком, потому просто прикрыл мою помощницу пледом, а сам вернулся в ее кресло, взял планшет и еще час серфил информацию по ее наводкам.

Когда глаза стали закрываться сами собой, подтащил пуфик и попытался уснуть на кресле, вытянув ноги. Хрен. Я не такой компактный, как Ангел. Даже свернувшись клубком, не мог забыться. Пришлось отказаться от джентльменства ради комфорта. В конце концов, диван вполне широкий, и мы прекрасно устроимся на нем вдвоем. Я же взрослый мужик и могу держать себя в руках.

Угу, могу. Едва я пристроился к Ангелине, с трудом вспомнил, что хотел спать. Я долго лежал рядом с ней на боку, рассматривая спокойное, разглаженное сном лицо Ангела. Не удержался и убрал блестящую шелковую прядь волос со щеки, коснулся ее губ большим пальцем. Ангелина причмокнула и чуть сморщилась. Я не сдержал улыбки, но руки убрал, чтобы не будить ее. Кажется, так и отрубился, глазея на нее спящую. Как маньяк какой-то.

Мне что-то снилось. Приятное. Эротичное. Я не сразу понял, что ощущения слишком реальны. Пребывая еще на грани сна и яви, приоткрыл глаза, и в рассветных сумерках увидел, губы Ангелины растянутые в блаженной улыбке. Тем временем ее ладошка пробралась за резинку моих штанов, под белье, сжала член.

Первой мыслью было: «Спасибо, блин, Боже, за такое потрясающее пробуждение». Но я сразу же свалился с небес на землю, вспомнив о ее паршивом муже. Ангелина блаженно улыбалась, но не открывала глаз, кажется, она спала и действовала по инерции. Мне совсем не хотелось быть на месте Жукова сейчас. Даже волшебные ощущения от прикосновений ее руки не могли отменить эту брезгливость. Я хотел быть собой с ней. Хотел, чтобы она знала, что это я лежу рядом, меня она трогает, целует, хочет.

Не должно быть никакой проклятой подмены.

Но все мои сомнения рассыпались прахом, едва Ангел выдохнула со стоном мне в губы:

– Влад…

И поцеловала.

Я отпустил тормоз и позволил ей все.

Страх. Липкий, противный, безмолвный. Обида и беспомощность. Все мои внутренности склеились этими чувствами в комок и вибрировали где-то в животе. Я изо всех сил старалась не разреветься, но перед глазами уже все поплыло. И вроде знала, что сплю, что все кончится хорошо, а все равно не могла не трястись.

Он появился из ниоткуда, как с Луны упал на голову хулиганам, на счастье мне.

– Держи, малышка, – проговорил красивый старшеклассник с добрыми глазами, и я расплылась в улыбке, не сразу принимая из его рук отобранный у мальчишек из параллельного класса пакет.

– Спасибо, – пробормотала я, очнувшись и обнаглев коснулась его пальцев, забирая сменку.

Волшебство. Едва я потрогала его, исчезли школьные задворки, хулиганы и даже мой родной город. Остался только Влад Усманов, который улыбался тепло и открыто, не опускал мою руку, гладил пальцы, медленно притягивая в свои объятия. Такой высокий, красивый, взрослый, надежный, сильный. Мы оказались вдвоем на солнечной поляне. Я жмурилась от ярких лучей и не сопротивлялась, когда Влад потянул меня вниз, укладывая на траву, продолжая прижимать к себе.

Постепенно мое девичье восхищение превращалась в более глубокое чувство, сдобренное взрослым возбуждением и истинно женским желанием быть за каменной стеной. Все это усугублялось тем, что Влад крепко меня обнимал, не отпуская ни на секунду. Я стала хотеть большего. Не только этих невинных опекающих касаний, но… Возможно, поцелуй. Один. Я украду его, а там хоть пожар.

Вполне вероятно, что сгорю именно я, но плевать. Я зажмурилась и подалась вперед, чтобы попробовать на вкус его красивые губы. Они были теплые и мягкие. Влад не остановил меня, хотя и не отвечал. Он просто позволял мне целовать его, посасывать нижнюю губу, водить по ней языком, забираться кончмком в уголок рта.

– Ангелина, – не услышала, а скорее почувствовала я свое имя с поцелуем.

Влад перехватил инициативу и тут же стал целовать мня сам. Теперь его язык проник мне в рот. Он положил руку на мой затылок, словно боялся, что я уклонюсь от неистовых движений его губ. Но я же не сумасшедшая, чтобы отказываться от такого блаженства. Влад целовался именно так, как я и представляла: страстно и сладко, сводя меня с ума. Он продолжал обнимать, лишь легонько поглаживая по спине и бокам, не позволял себе ничего больше, а я уже вся пылала и горела от желания. Мне нужно было почувствовать, что он хочет меня так же сильно.

Найдя в себе смелось, я решилась скользнуть ладонью под майку, тронула крепкий пресс. Усманов тут же зашипел, отстраняясь. Но меня это не остановило. Погладив его живот, я повела руку ниже, за резинку штанов.

– Детка, что ты делаешь? – выдохнул Влад, превращая страстные поцелуи в нежные касания губ.

– Ничего, – шепнула за меня юная Геля, сразу испугавшись. Правда руку я не одернула, а наоборот, погладила горячий, напряженный член. – Не нравится? Ты не хочешь?

– Боже, хочу. Конечно, хочу, Ангел. Просто…

– Что? – пискнула я, размазывая капельку влаги по головке и снова проявляя инициативу в поцелуях.

Усманов длинно и шумно выдохнул.

– Ничего, ничего, – забормотал Влад мне в губы. – Ты меня с ума сведешь своими играми.

Играми? Какими еще играми? Я просто хочу его. Хочу подарить немного удовольствия. Это так волнительно и немного стыдно, но безумно сладко. Особенно, когда Влад постанывает, не прерывая поцелуев, и инстинктивно подается бедрами вперед, задавая нужный ритм.

– Еще, детка. Сожми меня крепче. Да, вот так.. Ангел…

Меня опьянила эйфория от его удовольствия. Я смаковала, буквально пила стоны с губ Влада, улыбаясь и наслаждаясь. Я открыла глаза, чтобы увидеть его лицо, взгляд и сквозь пелену дремы в мою голову стала вторгаться жестокая реальность.

Мы не в школе, мы взрослые. Я замужем, а Влад мой похотливый босс. И лежу не на поляне мягких одуванчиков, а рядом с Усмановым на диване в кабинете. Боже, сюда же может войти кто угодно.

Я хлопала глазами, как кукла с пустой головой, не понимая, как оказалась в таком положении. Но лицо Влада было так близко, и я видела все, что хотела: как он закусил губу и прикрыл глаза, собираясь кончить, чуть запрокинул голову и застонал.

Нет, я не смогла бы остановиться, отодвинуться, перестать трогать его член. Такой, горячий твердый. Моя ладонь сжалась, ускоряя его разрядку. Я провела вверх-вниз, и Усманов зарычал, изливаясь мне в руку. Ощущение влаги отрезвило меня. Я окончательно проснулась и смотрела на босса огромными глазами, совершенно не представляя, как теперь себя вести.

Дернувшись, я попыталась убрать руку из его трусов, но Влад не позволил. Он бессовестно прижал мою ладонь, чтобы прочувствовать удовольствие в полной мере. И лишь, когда его член чуть обмяк, отпустил.

Я вскочила с дивана, огляделась. Как, черт подери, мы оказались в одной постели? Озвучить вопрос не решилась, но зато заметалась по кабинету в лучших традициях загнанного в угол зверька. Усманов в свою очередь не пытался меня поймать или вернуть обратно. Он невозмутимо сел, помотал головой, избавился от белья и отправился в ванную.

– Вымой руку, Ангел, – бросил босс небрежно по пути в душ.

Я просто окаменела от его спокойствия. Словно мы каждый день вот так вот просыпались рядом. Возможно Настя и ночевала тут с ним, возможно, и оказывала подобны услуги, но я – нет. Вернее – да, но больше нет.

На часах было пять утра. Спешно вытерев пальцы влажной салфеткой, я рванула обратно к дивану, чтобы найти обувь и скорее смыться из этого рабоче-интимного гнезда разврата.

Влад вернулся из ванной. Заспанный и расслабленный, растрёпанный и помятый, невероятно сексуальный и уютный. Захотелось его придушить. Или уложить обратно, потребовав ответной любезности.

– Ты далеко? – спросил он, действительно заваливаясь обратно на разложенный диван.

– Домой, – буркнула я.

– Зачем? Поспи еще. Сегодня трудный день.

– Нет, мне нужно домой, – упрямо бормотала я.

– Как хочешь. Тогда тебе придется переодеться в аэропорту, Ангел, – ответил Влад.

– Что?

– Я хочу, чтобы ты была в новом платье. То серое на пуговках. Приготовь его, чтобы я не рылся в багаже. Все вещи привезу, не опаздывай.

Он повернулся ко мне спиной и, кажется, мгновенно уснул снова.

Я стояла у лифта с туфлями в одной руке и сумкой в другой. Уверена, на лице было выражение безграничного идиотизма. Я совсем не знала, что мне делать. Оставаться с Владом и ложиться спать, как он велел, точно не буду. Домой? Да. Хоть душ принять успею.

Мотаться по Москве ранним утором – так себе удовольствие. Но хоть без пробок и в аэропорт мне близко. Непонятно, что делать с желанием остаться с Владом и вместе с ним принять душ. Я не могла избавиться от этих пленительных фантазий. Руку все еще покалывало фантомными ощущениями. Я даже чувствовала запах удовольствия Усманова и не испытывала отвращения. Скорее меня беспокоила неудовлетворенность. Мне хотелось еще обнимать его, целовать, позволить ласкать меня тоже, кончить в его руках.

Как же мне было хорошо с ним. Преступно хорошо. Я очнулась в своей маленькой ванной, понимая, что поглаживаю себя между ног, пока сверху их душа льется вода. Боже, этого еще не хватало. У меня мало времени и уж точно не лучшая идея мастурбировать, мечтая о своем боссе и фейковом женихе. Я быстренько сполоснулась и взвала такси до аэропорта. Влад ждал меня у стойки регистрации. Мы уладили все формальности и прошли в зал ожидания бизнес-класса.

Я вообще редко летала, а уж с комфортом – совсем никогда. Чилл-аут для избранных поражал воображение. Шведский стол и уютные диваны, просто огромная уборная, где я переоделась в платье, которое выбрал Усманов. Сам босс был подозрительно тих и невозмутим. Он почти не говорил со мной, лишь поинтересовался, хочу и я кофе и перекусить. Разумеется я отказалась, рискуя голодным обмороком. Влад вздохнул и все равно принес капучино и блинчики на двоих.

– И слышать ничего не хочу, – сказал он, принявшись за еду.

– Спасибо, – поблагодарила я и тут же вздрогнула, вспомнив, как делала это во сне.

Боже, как же стыдно.

– Тебе спасибо, – не упустил случай улыбнуться Влад, но продолжать стеб не стал.

Мы поели в тишине, а потом Усманов сунул мне в руки планшет и заставил закончить с того момента, где я вчера выключилась. Никогда в своей жизни я так не радовалась работе. После посадки Влад тоже не дал мне толком осмотреть комфортабельный салон самолета, потребовав отчета по заданию. Мы обсуждали партнеров Нестерова, возвращались к Смерфиту для сравнения и искали выгоду для нашей фирмы.

Влад говорил со мной не как с помощницей, а словно я была полноценным заместителем или кем-то из топ-менеджеров. Мне это невероятно льстило, и уж точно заводило не меньше, чем его домогательства. Если бы всегда так было…

Мечты.

Правда, когда босс отошел в уборную, я немного расстроилась. Все утро он вел себя профессионально и даже, черт подери, достойно. Не считая того спасибо в аэропорту, но и его было сложно натянуть на издевку. А ведь у меня было самое настоящее потрясение. Я бы хоела извиниться, объяснить, но Влад не спрашивал, а сама я не решилась поднять тему.

Такой бред. Сама так хотела его равнодушия, а когда получила, готова надуться. Нет, нужно прекращать с этими глупостями.

Я откинула голову назад. Кресло было такое удобное и мягкое. Даже лучше, чем у Влада в кабинете. Я прикрыла глаза, уверяя себя, что точно не усну. Хотя бы на зло Усманову, который был бодр и прав на счет пяти утра.

Я слышала, как Влад вернулся и сел рядом со мной, с трудом игнорировала его самодовольный смешок. Даже не глядя могу читать мысли этого самодовольного засранца. Наверно, думает, что опять был прав, велев мне выспаться, а не мчаться домой с раннего утра.

Он снова встал и ушел куда-то. Почему-то я сразу представила, что Усманов отправился трахать стюардессу и разозлилась на него еще сильнее. Наверно, это эхо Диминых измен меня сделало такой дурой. Или я всегда такой была? Надо же сама придумала, сама разозлилась, а ведь даже не видела ничего. Да и вообще, Усманов мне кто? Босс. И придурок, который меня хочет. Ревновать или подозревать его в чем-то я просто не имею права. Пусть хоть всех тут поимеет. Так даже лучше – не будет лезть ко мне больше.

Но с каждым днем, с каждой минутой рядом с Владом мне было все сложнее верить в это. Правда, пока я держалась и крепилась, хотя было очень сложно игнорировать воспоминания, сны и странную тягу к боссу на уровне срытых вибраций. Очередной барьер рухнул, когда я почувствовала мягкий плед на своих голых ногах. В самолете было прохладно, и забота босса тронула меня.

Может быть, я к нему несправедлива? Влад, конечно, тот еще похотливый гнус, но все могло быть намного хуже. Я почти уже решилась открыть глаза и выразить боссу свою признательность за заботу, как почувствовала его ладонь на своем колене. Я даже не дернулась. Нервы уже как канаты.

Наверно, стоило ожидать он него такого. Боже, почему как только я начина подозревать этого мужчину в порядочности, как он выкидывает нечто омерзительное. И это омерзительное мне нравиться настолько, что я молчу, дабы придумать достойное оскорбление.

Это была фатальная ошибка. Потому что, чем дольше его рука касалась меня, тем меньше хотелось этому противиться. Уже через минуту, я позабыла обо всем, кроме удовольствия. Утренняя неудовлетворенность снова сладко заныла тянущей болью внизу живота. Я поёрзала и, собрав последние крохи здравого смысла, выдохнула еле слышно:

– Влад, не надо. Мы же…

– В самолете, да. Салон почти пустой, Ангел. Никто ничего не увидит. Будь тихой. Не открывай глаза.

Я закусила губу, выпустив вместо громкого стона чуть слышный писк. Влад скользнул губами по моей щеке, опаляя кожу влажным горячим дыханием и мимолетными поцелуями. Его рука двинулась вверх, и я инстинктивно сжала ноги.

– Ты так сладко разбудила меня утром, Ангел, – запел мне в ухо, Усманов. – Я готов каждый день вставать в пять утра ради такого. Жаль, что убежала. Я остался должен тебе оргазм. Ненавижу быть должен. Позволь мне расплатиться.

– Не стоит, – прохрипела я.– Это…

– Это будет хорошо. Поверь мне.

Я сжала губы, чтобы не захныкать. Влад аккуратно освободил ладонь и погладил мои напряженные бедра. Я тут же расслабилась на секунду, и он смог потрогать нежную кожу на внутренней стороне.

– Моя хорошая, – пробормотал Усманов.

Больше я не вспоминала о запретах и сопротивлении. Касания Влада ощущались так сладко, так правильно. Просто не помнила, почему должна отказываться от этого запретного удовольствия. Даже на борту самолета, украдкой под одеялом его ласки были идеальными для меня. Ничего лучше в жизни не испытывала.

Может быть, и Дима чувствовал что-то такое, забывая обо мне, растворяясь в чистой похоти и абсолютной страсти. Мысли о муже вылетели из головы, как только Влад коснулся моих трусиков. Было очень сложно оставаться тихой, пока он гладил влажный атлас и тихо говорил:

– Ты такая мокрая. Невероятно горячая. Я бы многое сейчас отдал, чтобы услышать твои стоны, взять тебя, почувствовать этот жар и желание. Ангелина… Ты еще покричишь для меня. Правда, Ангелин?

Я не ответила, конечно, но заерзала, вдавливаясь в мягкое кресло, раздвигая ноги шире, чтобы побудить его на большее. Влад усмехнулся, игнорируя мои действия, явно издеваясь. Он водил пальцем по кромке трусиков, чуть проникая, но тут же отстраняясь, снова поглаживал чрез белье.

Я не выдержала и процедила сквозь зубы:

– Либо сделай это, либо убери свои чертовы руки.

Влад рассмеялся.

– Какая же ты вредная колючка, Ангел. Разве нельзя немножко потерпеть? Хочешь скорее кончить?

– Будь ты проклят, Усманов, – выругалась я, почти собрав волю с кулак, чтобы избавиться от его навязчивых касаний.

Но Влад, похоже, читал мои намерения, предугадывая на шаг вперед. Он, наконец, сдвинул трусики в сторону и коснулся моей изнывающей от желания плоти.

– Господи, Ангелина, – пробормотал он, видимо оценив море смазки. – Ты такая невероятная. Не могу понять, что хочу больше: ласкать тебя до посадки или заставить кончить прямо сейчас.

– Сейчас, – бессовестно потребовала я.

В его груди завибрировало приглушенное рычание, которое возбудило меня еще сильнее. Пусть это мужчина владеет мной, вынуждает делать невозможные вещи, но я сама имею над ним власть. И сейчас это опьяняет и делает меня такой счастливой. Возможно, на фоне эндорфинов от приближающегося оргазма. Или я совсем сошла с ума. Но факт остается фактом, мне нравится его напор, нравится его безумие, нравится быть под стать этому мужчине. Кажется, во мне проснулось что-то мощное и настоящее. Или это я сама очнулась от долгого сна, в котором была сама на себя не похожа.

Влад не стал меня мучить долго. Его пальцы действовали умело и быстро. Он погрузил в меня сразу два, забирая влагу, заставляя судорожно вдохнуть, а потом тут же стал водить круги по клитору, чуть нажимая, потирая. Я бы не продержалась долго. Я и не хотела сдерживаться. Я не хотела больше сопротивляться.

– Кончи, детка, давай, – шепнул Влад. – Только тихо.

Я сжала губы, зажмурилась и откинула голову, прогибаясь в спине от мощнейшего импульса разрядки. Влад прижал палец к пульсирующему бугорку, разрешая мне смаковать все до капли, до самого последнего колючего спазма. Но даже когда я успокоилась, он не убрал руку, а продолжал поглаживать половые губы, избегая слишком чувствительного клитора.

– Спасибо, Ангел мой.

– Отвали. Я не твоя, – буркнула я, едва шевеля онемевшими губами.

– Да, конечно. Я все время забываю, – не остался в долгу Усманов, убирая руку. – Поспи часик, Ангелин. Ты мне нужна сегодня отдохнувшая.

Спорить с ним совсем не хотелось. Глаза открываться отказывались, накатила приятная усталость, и сознание уже погружалось в блаженный сон. Последнее, что я услышала, прежде, чем отключилась – это странный чмокающий звук. Уже потом до меня дошло, что это Влад облизал пальцы.

Я спала до конца полета, как младенец. Слава богу, больше ничего не силось, и я просто позволила организму отдохнуть и набраться сил.

Влад снова превратился в отстраненного начальника, напомнил, что нас будет встречать Нестеров.

– Не забывай, что ты моя невеста, а не только помощник, – вставил он, пока я пристегивала ремень.

– Забудешь тут, – буркнула я себе под нос.

Влад услышал и усмехнулся, но ничего говорить не стал.

Приземление, паспортный контроль, таможня и получение багажа почему-то вымотали меня, словно целый день тяжелой работы. Я зашла в уборную, чтобы привести себя в порядок, вспомнила, что почти не ела со вчерашнего вечера. Хорошо, что Влад подумал и накормил меня в аэропорту, а то и того бы не было. А вот благодарностью за мокрое белье я не особенно прониклась. Представив, что весь день буду ходить с влажными трусиками, вспоминая пальцы Усманова и горячее запретное удовольствие, которое они творили под пледом на высоте в сто миль…

Черт…

Я передернула плечами, прогоняя непрошенное возбуждение. Он этого добивался? Чтобы я помнила свой оргазм до конца дня и снова текла? Гребаный демон.

На выходе из терминала нас встретил Нестеров. Я почему-то представляла себе грузного мужчину в клетчатом берете, но табличку с именем моего босса держал симпатичный блондин спортивного сложения. Он был в майке поло, слаксах и кедах, с приветливой доброй улыбкой на лице.

– Александр, – чопорно обратился Усманов, протягивая руку.

– Да просто Саша, – тут же поправил его Нестеров. – Земляки же, Влад. Не против на ты?

– Да, конечно, – тут же согласился босс, тоже оттаяв, и представил меня. – Ангелина, моя невеста и помощница.

– И красавица, – не постеснялся наш потенциальный партнер.

Я тоже улыбнулась и протянула руку.

– Очень приятно.

Саша сжал мою ладонь не сильно, но достаточно крепко, и я ответила тем же, вспомнив правило деловых приветствий. Мы, конечно, сразу на ты, но это не отменяет рабочей направленности нашего визита.

– Ты везучий сукин сын, Усманов. Хорошо устроился, – беззлобно отметил Саша, отпуская мою руку.

– О, да.

Влад обнял меня за талию, привлекая к себе, и я поежилась от близости, но постаралась не выдать волнения.

– Пойдемте к машине. Я возьму один чемодан.

Я шла по Хитроу, озираясь и стараясь почувствовать в полной мере прибытие на британскую землю. До сих пор не верилось, что мы в Англии.

– Первый раз в Лондоне, Ангелин? – спросил Саша, заметив мое любопытство.

– Да.

– И сразу по работе. Жаль, что нельзя улизнуть от босса. Я бы показал город.

Он подмигнул, и я немного напряглась, а Влад напротив, рассмеялся.

– Теперь я понимаю, почему ты тут зацепился, Нестеров. Сразу берешь быка за рога.

– Прости, Влад, как-то само собой. Я человек одинокий, а англичанки меня не заводят.

– Почему? – спросила я

– Страшненькие и слишком эмансипированные на мой вкус.

– Держи себя в руках, – присоветовал босс то ли в шутку, то ли действительно сурово.

Черт его разберет, когда он серьезен, а когда издевается. Однако какое-то легкое напряжение я все равно ощущала. Вероятно, Владу действительно не понравилось обостренное гостеприимство Нестерова. А мне, если честно, польстило. Что-то я становлюсь падкой на мужское внимание.

Саша козырнул и принялся укладывать наши чемоданы в багажник своего авто.

Меня усадили на заднее сидение, а Влад устроился впереди.

– Хотите сначала заселиться? – уточнил Саша. – Какой отель?

– Нет, лучше заехать куда-нибудь на ланч. Ангелина спала в самолете и голодная теперь, – выдал Усманов. – К тому же мы сняли апартамент в Ноттинг- Хилл. Думаю, спешить некуда. Да, Ангел? Договоришься?

– Конечно. Я полезла в сумку за планшетом, чтобы списаться с хозяином квартиры.

– Отличный выбор, – оценил Саша наше жилье. – Я сам начинал с недвижимости в Барнсе, но и в Ноттинг-Хилл сейчас есть пара объектов. Очень колоритный район.

– А в Барнсе что было? Дома? – уточнил Усманов.

И они завели долгий разговор о том, как еще со студенчества Нестеров пытался работать в Лондоне. Я в это время списалась с арендодателем, который без проблем перенес наш заезд на несколько часов.

– Везешь нас в Примроуз? – уточнил Влад у Саши спустя некоторое время.

Я тут же отвлеклась от вида за окном и прислушалась.

– Да, там отличный ресторан и, думаю, Ангелина оценит симпатичные домики Примроуз- Хилл. Ноттинг слишком популярен среди туристов, но есть места потише и не менее колоритные.

Я улыбнулась Нестерову, чуть пожимая плечами, а он подмигнул мне через зеркало заднего вида.

Саша привел нас в небольшой французский ресторанчик с простым интерьером, коротким меню и болтливым хозяином, который радушно нас приветствовал. Я сама не заметила, как перешла на английский, чтобы поболтать с толстым шефом. Он бессовестно настаивал, чтобы я заказала луковый суп и сэндвич с сыром бри. Мужчины поддержали меня в этом выборе. Правда, Влад взял себе еще и курицу в сельдереевом соусе, которую заставил попробовать, и сам не постеснялся украсть у меня из тарелки лист салата.

Усманов не положил руку на спинку моего стула и поглаживал время от времени то шею, то плечо. И меня это ни капли не раздражало. Возможно, я просто наелась, выспалась и успокоилась, смирилась, свыклась. Или мне нравилось принадлежать ему? Нравилось принимать эти легкие знаки внимания.

Да и сам Влад касался меня словно между прочим, как будто не мог иначе. Я бы хотела злиться на него, но уже не могла.

Во время ланча мужчины договорились прокатиться по объектам Нестерова. Мы только успели забросить багаж и взять ключи от квартиры, и снова уехали. К концу дня, посмотрев кучу квартир и домов, мы оказались у Саши в офисе, и я с блаженством упала на диван.

– Ты же понимаешь, Усманов, я хочу работать со своими. Англичане, конечно, ребята головастые, но они же все равно норовят тебя где-то облапошить. Тихонько, спокойно, не переставая улыбаться, но тянут одеяло на себя. Те же краски я заколебался подбирать. Особенно с их влажностью. Мне позарез нужен твой маленький заводик, – вещал Саша, наливая нам с Владом по рюмочке хереса.

Усманов рассмеялся.

– Ты слишком хорошего обо мне мнения, Саш. Я пока только о поставках думаю. Вряд ли мне позволят наладить здесь производство.

– Для начала можно и на поставках сосредоточиться, а там разовьемся. Поехали завтра к моим английским жучеллам на завод, все посмотришь. Помалкивай только о моих коварных планах, а то пустят по миру.

Они вместе рассмеялись на этот раз.

– Может завалимся в паб перед сном? – предложил Саша, и я с трудом сдержала стон.

Моим ногам на каблуках эта идея не казалась хорошей.

– Нет, Ангелина устала. Сам понимаешь. Перелет, весь день на ногах, – тут же отмел его предложение Влад.

Я уставилась на босса, не веря ушам. Он мысли мои читает что ли? Дима никогда не был таким внимательным.

Дима.

Я почти не вспоминала о нем и, оказалось, что свыкнуться с новыми обязанностями так же просто, как и забыть родного мужа. Здесь в Лондоне мне было так хорошо, так комфортно, не смотря на перелет, суматошный день и ноющие стопы.

– Конечно. Давайте я вас домой отвезу. Простите за это эгоистичное желание напиться эля. Просто давно не общался с земляками. Все местные надоели, а вы как глоток воды в пустыне, ребят.

– Не извиняйся, Сань. Просто ты холостой, а о девочках надо постоянно думать.

Нестеров рассмеялся этой беззлобной шпильке от Влада.

– Да я думаю, приятель. Постоянно думаю, но немного иначе, наверно.

Я не очень поняла юмор, решив не реагировать на шутку, стала подниматься. Ноги подвели, и я подвернула каблук. Наверно, упала бы, но меня подхватил Саша, который почему-то оказался рядом быстрее Влада.

– Вот видишь, – подвигал бровями Нестеров. – Поймал.

– Спасибо, – растерянно откликнулась я и тут же оказалась прижато к Усманову.

Он привлек меня к себе почти грубо и крепко стиснул плечи.

– Осторожнее, – процедил Влад сквозь зубы, выдавая злость.

Влад

Нестеров мне не понравился с первого взгляда. Того самого взгляда, которым он окинул моего Ангела. Что за дерьмо? Он вообще в курсе, что неприлично так пялиться на чужую женщину?

То, что Ангелина не совсем моя, я как будто и не помнил. Чья еще? Она же тянется ко мне. Она хочет меня. Разве позволила бы игры под пледом вот этому вот пронырливому блондину? Или мужу своему придурошному? Нет. Ее оргазмы и несдержанность только для меня. Наверно, с другой женщиной я бы посчитал такую доступность слабостью, или даже не постеснялся заклеймить шлюхой. Но в Ангелине я ощущал борьбу с собой, моралью и устоями. Она отчаянно цеплялась за здравый смысл, но я тянул ее в порочное блаженство сильнее. И то, как она сдавалась мне, доставляло мор удовольствия. Это не было чем-то плохим или преступным. Это было правильно. Я не убивал ее, а спасал. От рутины и лжи, от самой себя. Я рвло цепи, которыми эта хрупкая блондинка сама себя сковала.

Дебильное желание всех спасать. Я думал, обостренное чувство справедливости удалось придушить в зародыше аккурат после школы. Разочарование оно такое. Отрезвляет. Правда, себя тоже не обманешь. Я и головы рубил, прореживая кадры, как Дама Червей, не просто так, а со смыслом. Хотя со стороны, наверно, смотрелось дико. Вот и Ангелина считает меня мажором и самодуром. Пусть. Мне не жалко. Глупо строить из себя рыцаря без страха и упрека. Я так себе Ланцелот. Слишком похотливый.

Вот и теперь, после того, как Сашка-гнус ее схватил, чтобы не дать упасть, меня накрыло. Метнулся ведь, как Флэш, а я не успел среагировать, и в итоге Нестеров полапал моего Ангела. Как я ему не врезал? Бог отвел. Мне с этим человеком еще работать. Возможно. И уж точно не нужно нам портить отношения. Нестеров вроде бы ничего, но вряд ли будет гореть желанием сотрудничать после мордобоя. К тому же Британия – это не Россия. Все друг друга знают. Порука хлеще, чем в России. Кругом свои да наши. Заиметь сомнительную репутацию ой как чревато. В общем, я сам с собой договорился.

Почти.

Я почти выцарапал Ангелину из загребущих лап Нестерова, прижал к себе, напоминая обоим, кто тут кем владеет. Саша невозмутимо пожал плечами, и мы пошли к лифту, чтобы спуститься до парковки. Я не стал садиться на переднее сидение, устроился рядом с Ангелиной. Она вздернула брови, оценив мой маневр.

Наш дружелюбный соотечественник быстро снял неловкость и болтал о Лондоне, пабах, нравах англичан.

– Все в России говорят, что они тут помешались на чае. Да хрена с два. Пива пьют гораздо больше. В пабах никогда не бывает пусто. Завтра нужно обязательно побывать в Лондон Инн или Фуллерс.

– Слишком пафосно. Я бы сводил Ангелину в Голову Шекспира, – не сдержался я.

– О, кто-то знает толк в уютных питейных.

– Я жил в Лондоге. Немного.

– Да? – искренне изумилась Ангелина, разворачиваясь ко мне. – Я не знала.

– Во время учебы, по обмену, пару раз напрашивался и на стажировку. Не особенно распространяюсь об этом.

Она чуть прищурилась на меня, словно пыталась прочитать мысли, а я заметил, что Ангелина вынула пяточки из узких туфель. Хороший момент, чтобы сменить тему. Саше как раз позвонили, и он включил блютуз-связь.

– Устала? Сними туфли совсем, – предложил я тут же.

Она, конечно, не согласилась.

– Нет, нормально. Скоро уже дома будем.

– Ангел, – выдохнул я, двигаясь к ней вплотную, протягивая руку по спинке сидения позади нее.

– Правда, Влад, неудобно.

– Все удобно.

Я сам скользнул рукой вниз и снял ее туфли. Этого мне показалось мало, и я закинул ножки Ангелины на сидение, развернул ее боком и стал поглаживать икры.

– Устала, конечно. Весь день на ногах.

– Нор-нормально, – прозаикалась она.

– Немного массажа не повредит.

Саша все еще разговаривал, а глаза моего Ангела стали размером блюдца и панически забегали. Наверно, если бы я провернул этот фокус наедине, она бы меня послала в задницу, а при Нестерове было как-то неловко брыкаться. Я этим воспользовался.

Ангелина замерла, как загнанный в угол зверек. Можно подумать, я собирался отпилить ей ноги бензопилой, чтобы они не болели.

– Влад, – выдохнула она. – Неудобно.

– Саш, мы тебя не смущаем? – тут же спросил я у нашего водителя.

Нестеров только неопределенно махнул рукой. Мол, мне все равно, ребята. Хоть трахайтесь там. И продолжил разговор.

Я дёрнул бровями и стал поглаживать ноги Ангелины, чуть надавливая и спускаясь к стопам. Она попыталась вырваться, но я сжал, не позволяя.

– Всего лишь небольшой массаж, Ангел. Многие об этом мечтают… Особенно после долгого дня на каблуках.

Я говорил тихо, чтобы слышала только она. Ангелина, конечно, не могла принять мою инициативу за добрые намерения. Ну и всем известна, куда ведет та дорога. Я игнорировал народную мудрость и принялся разминать уставшие пальчики своей «невесты». Ангел то кусала губы, то сжимала их, но все равно иногда из ее рта вырывались тихие стоны блаженства. Она больше не пыталась вырваться и позволила мне доставить ее ножкам удовольствие. Я растирал ее стопы, перебирал каждый пальчик, надавливал на пяточку, чтобы кровоток пришел в норму. разобравшись с одно ногой, я поставил ее себе на бедро и принялся за втору.

– Лучше, родная? – поинтересовался я, прекрасно видя ответ на лице Ангелины.

– Да. Я твой должник, милый, – ядовито откликнулась она.

Ой, не понравился мне этот отравленный сироп в ее голосе.

– Я же от души, какие долги, Ангел.

– Которые нужно отдавать. Ты продолжай, продолжай. Не отвлекайся.

Ангелина блаженно откинулась на сидении, устраиваясь удобнее, и легонько погладила меня пяткой по ноге.

О, черт. Об этом я не подумал. Но, возможно, она не станет…

Станет, еще как.

Проклятье.

Пока я разминал ее вторую стопу, Ангелина начала меня поглаживать через брюки. Она передвигала пяточку все ближе к моему члену, который тут же начал реагировать на ее хулиганства. Я поерзал, и Ангелина позволила себе торжествующую улыбку. Мстительный, жестокий ангел. Припомнила мне самолет? Похоже.

Что ж… Я не против. Если она включилась в мою игру, будет еще веселее. И мне даже не стыдно будет уступить ей победу. Пусть забавляется. Я от этого точно не страдаю.

Ножка Ангелины наконец оказалась там, где под брюками уже выпирал мой член. Она легонько потерла, пошевелила пальчиками. Я усилил массаж и прищурился, стараясь выглядеть сурово, но глаза так и закатывались от удовольствия, а изо рта рвались стоны удовольствия. Черт, мне же нельзя теперь кончать в штаны. Несолидно, да и неприлично. Все-таки я не в офисе, где можно сполоснуться и переодеться, а в машине потенциального партнера.

Хорошо, что нам ехать недалеко. Я бы мог легко избавиться от дразнилок Ангела, но… не хотел. Она то убирала ножку, то снова меня поглаживала пяточкой или носочком, а я массировал ее стопу. Правда, запала Ангелины хватило ровно до тех пор, пока Саша говорил по телефону. Как только он отбил звонок, она подобрала под себя ножки. Я разумеется, не оставил ее у окна, тут же придвинул к себе, обнял, шепнул ей в ухо:

– Трусиха.

– Извращенец, – ответила она мне с тихим вызовом, заставляя смеяться.

Через несколько минут Саша притормозил у нашего дома. Я протянул ему руку, прощаясь до завтра, и пока Ангелина возилась на сидении, подхватил ее туфли, ее саму и вынул из машины.

– Влад! – вскрикнула она. – Сдурел?!

Несколько шагов до крыльца и три ступеньки по лестнице вверх.

Чудом мне удалось открыть дверь, не отпуская свою драгоценную ношу. Я поставил Ангелину на пол уже в квартире, прижал ее к двери, не давая возразить. Она только успела выдохнуть мне в лицо:

– Ты псих.

Подтверждая это, я набросился на ее сладкие губы, стал целовать почти грубо, жадно, неистово, едва сдерживаясь, чтобы не укусить, не сделать больно. Мои руки скользили по ее бедрам, задира юбку, пробираясь к попке, забираясь под трусики.

– Псих, да. Ты же все делаешь, чтобы я им был, мой прочный Ангел, – бормотал я ей в губы.

– Конечно, это я виновата, – огрызнулась Ангелина, а сама в это время сжимала мою рубашку в кулаках, словно хотела разодрать ее. Да и поцелуи мои не оставались без ответа.

– Скажи спасибо, что не взял тебя прямо в машине.

– Спасибо. Чтоб тебя черти драли, Усманов.

Я оставил эту реплику без ответа, лишь хмыкнул и подхватил ногу Ангелины под коленом, забрасывая себе на бедро. Откликаясь на это действие, она тут же подалась вперёд и потерлась своим центром о мой член. Я зарычал ей в губы. Кажется, еще немного и молния на брюках просто лопнет.

Я сдвинул ее трусики в сторону и погладил мокрые половые губы, протолкнул палец внутрь. Ангелина вскрикнула. Я тут же добавил второй и стал трахать ее рукой, не забывая потирать ладонью чувствительный бугорок.

Я отпустил ее губы, чтобы слышать громкие стоны и зашептал в ухо:

– Ты весь день помнишь свой оргазм, Ангел? Мокрые трусики – это так порочно, сексуально. Я едва дождался вечера, чтобы снова тебя потрогать.

– Болото в трусах ни капли не миленько, Влад Сергеевич, – выплюнула эта заноза и тут же снова застонала.

Я тихо засмеялся, покусывая мочку ее уха. Чувствовать пальцами горячую бархатную глубину абсолютно невероятно. Лучше только слышать стоны, которые превращаются в крики, когда я ускоряю движения и силу толчков.

– Влад я… – всхлипнула Ангелина.

Она стиснула мои плечи, подалась бедрами вперед, насаживаясь на пальцы, и я тут же согнул их, надавливая на стеночку.

– О, черт, – выругалась она и замерла с беззвучным криком на губах.

– Ты моя хорошая, – зашептал я, позволяя ей прочувствовать оргазм и полностью отдаться сладкой дрожи.

Я чувствовал, как она пульсирует, и до белой слепоты ощутил потребность проникнуть в нее сейчас совсем не пальцами. Убрав аккуратно руку, я дернул пуговицу и потянул вниз молнию, собираясь заменить пальцы членом.

– Хочу тебя, Ангел, – прохрипел я не сдержавшись.

Ангелина тут же опустила ногу и уперлась ладонями мне в грудь.

– Ты сказал ,что не будешь меня заставлять или насиловать, – промямлила она, едва ворочая языком и чуть пошатываясь после оргазма.

– Я? Что? Да… Но… – залепетал я как дурачок какой-то.

Заставлять? Насиловать? Да она подскакивала только что, насаживаясь на мои пальцы. Это нахрен насилие?

– Господи, Ангелин, ты в своем уме?

Но она уже, похоже, полностью осознала масштабы грядущей для меня трагедии и упивалась ею.

– Тогда я пойду спать, Влад. Завтра вставать рано. Доброй ночи. Спасибо за понимание.

Она подняла с пола туфли, педантично поставила их в шкаф и прошла через гостиную в спальню. Еще и нос задрала, явно ощущая свое превосходство. А я так и стоял у двери, с рукой в штанах, сжимая своего многострадального младшего брата ,который хотел совсем не таких прикосновений.

Я устала бороться в Владом, с его напором и навязанными ласками. Да, он мне нравился, черт подери. Наверно, всю свою жизнь я представляла идеального мужчину с лицом Усманова, с фигурой Усманова, с добрыми глазами Усманова и соблазнительным голосом Усманова. Только вот становиться его легкой добычей мне совсем не улыбалось. Если Влад хотел провести время в Лондоне не только с пользой, но и с удовольствием, то я не против. Но брать меня с собой за долги в качестве резиновой куклы, чтобы держать под рукой и трахать, когда приспичит. Нет, спасибо. Я так не работаю.

Хочет секса за деньги? Думаю, это не проблема. В Британии, конечно, не легализована проституция, но это же не значит, что ее нет. Так что пусть купит себе профессионалку и спускает пар с ней. А я… Ну да, я кончила. Снова. И я дразнила его сознательно в машине. Но это не более, чем сладкая месть за самолет, за ужин на веранде, за ночевку на диване… Ах, на диване это я начала. Черт! Ну и ладно. Он ведь сам ко мне лег, значит виноват.

Вот пусть теперь сам справляется и не жалуется на суку-судьбу и суку-меня.

Такими мыслями я успокаивала себя, пока металась по широкой кровати в одной из спален нашего временного дома. Обломать стремления и желания Влада поиметь меня у двери, конечно, было приятно. Видеть его шокированное вытянутое лицо, когда я пожелала спокойной ночи и поблагодарила за понимание – невероятный кайф. А уж сама морская фигура с рукой в штанах –просто шедевр. Хоть сейчас лепи скульптуру.

Я снова хихикнула в подушку и постаралась избавиться от навязчивой неудовлетворенности. Совершенно нелогичное чувство. Я ведь получила свое. За каким чертом мое тело так сильно хотело продолжения? Кажется, естественная потребность удовлетворена, но чего-то не хватает все равно.

Очевидно, секса с Владом. Настоящего, а не того, что он со мной делал. Хотя и его руки тоже сводили меня с ума, изводили до исступления и сладкой неги. Я сама себе разрешила получать удовольствие, но не более, решила быть потребителем, а не жертвой. Потому что, какого черта, а?

Примерно на этой мысли я и уснула.

Утром проснулась отдохнувшая и свежая еще до будильника. Неспешно сполоснувшись, уложила волосы, накинула халат и вышла из спальни. На меня сразу же обрушились звуки и запахи. Бекон, яйца, кофе. Пройдя на кухню, я увидела Влада у плиты. Босой, и еще взъерошенный после сна, в одних спортивных мягких штанах на бедрах, он мастерски перевернул на скороде хлеб. Я даже зажмурилась на секунду, открыла глаза и стала искать часы.

Неужели проспала? Перепутала местное время? Почему мой босс а кухне?

Если честно, я очень боялась ,что Влад озлобится и сразу начнет всячески издеваться надо мной в рамках рабочих обязанностей. Однако, ошиблась. Босс широко улыбался и излучал тонну позитива.

– Доброе утро, Ангелина. Как спалось? Завтрак?

– Разве это не я должна позаботиться о вашем питании? – почему-то снова перешла я на уважительное обращение во множественном числе.

– Похоже, у нас с тобой разные восприятия чувства долга, Ангел, – пропел Влад, задержав на мне колкий взгляд из-под бровей.

Я сглотнула, мгновенно понимая, что он имеет в виду вчерашний инцидент. Напряжение повисло между нами тягучим газом, отравляя солнечное утро и вкусные запахи. Однако Влад тут ж рассмеялся, сменяя двусмысленную недосказанность на легкость.

– Я не рабовладелец, Ангелина. Проснулся раньше, решил приготовить завтра. Ничего особенного. Ты знала, что холодильник полон? Приятный сюрприз от хозяина.

Я выдвинула стул, чтобы присесть. Его смех и лучистая улыбка делали мои ноги не очень устойчивыми.

– О, нет, Ангел, не спеши, – остановил меня Влад. – Отнеси, пожалуйста, на террасу. Погода чудесная. Грех завтракать внутри.

– Ах, да, конечно, – ответила я рассеянно и взяла со стола тарелки с поджаренными яйцами.

– Я уже заканчиваю. Можешь приступать. Присоединись через минуту.

Промычав что-то еще в знак согласия, я пошла к выходу на террасу. Там уже были чашки, стаканы и прозрачный пузатый кувшин с апельсиновым фрешем. На салфетках ждали приборы. Я поставила тарелки и присела, но тут же подскочила, налила сок себе и Усманову.

Бекон и яйца пахли божественно, но пока Влад не принес тосты, я не притронулась к еде.

– Очень мило. Спасибо, – опять проулыбался он, опустив на стол тарелку с тостами.

Моя челюсть упала куда-то в тот же район.

– А?

– Говорю, спасибо, что подождала, не начала есть. Это приятно. И сок налила.

– Да это тебе спасибо, – прошамкала я непослушными губами.

На миг я подумала, что Влад добавил что-то в еду и. Едва я съем его глазунью, то упаду на спину, распахну халат и раздвину ноги.

Но это было абсурдно, конечно. Намного более логично предположить, что босс решил так извинится за все свои выходки и теперь меду нами не будет никаких эротических игр. Только работа. Или вообще он просто встал и сделал, потому что мог. Мужчины намного проще устроены. Часто в их поступках не никакого скрытого смысла.

– Сегодня, пожалуйста, будь внимательна. Мне очень интересно, чем их производство отличается от нашего, – сразу завел рабочую тему Влад.

Я встрепенулась, собралась и вся обратилась в слух и внимание. Наверно, это был тонкий ход со стороны Влада. Он уже е первый раз усыплял мою бдительность работой. Я хватала эту наживку, как глупая рыба. Мне так нравилось работать с Усмановым. За какие-то два дня я поняла, что он не просто придурок в щегольском костюме и дизайнерских ботинках, а отличный управленец, тонкий психолог и достаточно скользкий делец.

Мне нравилась его деловая хватка не меньше, чем поцелуи и ласки. Вообще, я должна была сосредоточиться именно на его качествах руководителя и ценить, как босса. Но врать себе было глупо. Я хотела Усманова. Все, что мне в нем нравилось и раздражало, смешалось в крепкий коктейли и добавилось к моим детским впечатлениям и слепому тайному обожанию. Если он будет настаивать, вряд ли я долго продержусь, хоть и повторяю, как заевшая пластинка «я не твоя».

Но Влад не приставал ко мне больше. Мы спокойно поели, и я занялась посудой. Он тепло, но кратко поблагодарил, пошел в свою спальню. Через полчаса мы вышли из дома, сели в такси и поехали на встречу с Сашей и его партнерами.

Нестеров, как и обещал, устроил нам экскурсию по производству. Пришлось ехать за город и снова весь день провести на ногах, но я не жаловалась. Отчасти потому что Влад сразу велел мне надеть удобную обувь. Он вообще вел себя сегодня абсолютно профессионально. Никаких прикосновений или даже взглядов. При англичанах Усманов вообще едва ли на меня смотрел, а обращался только, чтобы я записала что-то важное или сфотографировала агрегаты на заводе.

А вот Саша наоборот постоянно крутился рядом, обращался ко мне по поводу и без. Хорошо хоть по-русски, потому что его шуточки вряд ли оценили бы чопорные англики. Влад как будто не замечал этого повышенного внимания. Или просто игнорировал. Все же мне казалось, что он обижен на меня, а завтрак и невозмутимость – это попытка показать, что мой вчерашний финт не впечатлил его.

Кто же поймет этих мужчин.

Мы обедали уже ближе к вечеру, в центе. Саша уехал в свой офис, извинившись пятьсот раз. Он оставил нас со своими партнерами, которые весьма оживленно обсуждали с Владом особенности бизнеса в России и Британии. Как и предполагал мой босс, Нестеров сгущал краски. Скорее всего, чтобы мы не соскочили с крючка. Из этих разговоров я поняла, что Влад ко всему прочему еще и большой фанат чистой бухгалтерии.

Добивая меня своей идеальностью после обеда в пробке, Усманов велел водителю остановить, расплатился и вытащил меня из машины.

– Пойдем прогуляемся, а то ты и город не увидишь. Хочешь экскурсию? Ландан из э кэпиал оф Грейт Бритен, – отбарабанил Влад с истинно русским акцентом.

Я рассмеялась и пихнула его в плечо кулаком.

– Замолчи.

– Ладно. Тогда через парк?

– Звучит здорово.

Мы вышли у Гайд-Парка, прогулялись по Кенсингтону до нашего милого Ноттинг- Хилл. Жаль не успели в Портобелло. Влад все время рассказывал мне что-то интересное про, казалось бы, всем известный город. Складывалось ощущение, он может что-то рассказать о каждой ветке в парке, о каждой цветной двери в Ноттинг-Хилл. Я почти не говорила, только слушала его, открыв рот. Все же человек, который жил в городе некоторое время любит его иначе, чем местные или туристы. Саша вот вряд ли мог бы рассказать столько всего. Для него столица Британии – это работа, а для Влада, похоже, праздник. И для меня тоже.

Я не чувствовала усталости, когда мы пришли к нашему дому, но Влад сразу же проявил внимательность.

– Если устала, можно отменить паб сегодня. Или я схожу один. Завтра будет тонна суматохи.

– О, нет. Паб я не пропущу. Вот если бы ты предложил пропустить завтрашнюю встречу на гольфе перед приемом…

– Нет, – засмеялся Влад. – Завтра ты нужна мне на встрече и на приеме.

Он развел руками, и я снова дружески похлопала его по плечу.

– Тогда и в пабе тебе меня придется потерпеть, дорогой жених-босс. – Но я сразу же немного струхнула. – Туда ведь не нужно наряжаться?

– Нет, конечно. Англики и в рестораны иногда как бомжи ходят. Надевай джинсы смело.

–Уф. – Я смахнула со лба воображаемый пот.

– Сделай кофе, пожалуйста. Мне нужно разгрести тонну писем на почте и всыпать дежурных розог замам, – проговорил Влад, доставая ноутбук из сумки и устраиваясь на диванчике в гостиной.

– Может быть что-то заказать поесть? – предложила я, заражаясь его учтивостью.

– Да, можно перекусить. Нагулял аппетит.

И он погрузился в работу.

Я сделала кофе и заказала ужин в ресторанчике на углу. Доставили меньше, чем через час, и мы с Владом успели подкрепиться. Между делом он подкидывал мне небольшие поручения и задания. Я окончательно расслабилась, забыв обо всем, что свело нас вместе в Лондоне. Мне просто нравилась новая должность и командировка.

На вечер я выбрала удобное платье рубашку в клетку и лоферы. Джинсы манили, конечно, но желание быть красивой победило.

– Ангелина, такси у двери, – окрикнул меня Влад.

– Уже готова.

Я вышла из спальни и не без удовольствия отметила, как Усманов осматривает меня. Черт, я уже соскучилась по этому оценивающе восхищенному взгляду.

– Отлично выглядишь, – прокомментировал Влад мой наряд.

– Ты тоже, – не забыла похвалить босса и я.

Он действительно был невероятно хорош в простых джинсах и тонком пуловере. Его плечи и спина как будто стали еще шире. Так и хотелось провести по ним рукой или… спрятаться за этой скалой? Я поспешила отогнать бредовые мысли и направилась к выходу. Меня ни капли не возмутило, что Влад положил руку мне на поясницу, легонько погладил. Я словно весь день ждала этого.

Если Усманов умышленно приучал меня таким образом, то способ сработал. Я расслабилась и доверилась ему. Улыбка Влада, которую он мне подарил в такси, больше не казалась дьявольским оскалом. Что-то волшебное промелькнуло между нами, и я с удовольствием примерила на себя роль подружки босса на отдыхе в пабе.

Едва мы вошли, то сразу увидели Сашу. Он махнул нам от стойки.

– Привет, я столик вял. Там все наши. Сейчас принесу пива, – прокричал он через шум музыки и голосов. – Темное или светлое?

– Темное, – проговорили мы с Владом в один голос, переглянулись и рассмеялись.

Саша тоже заулыбался, закатил глаза, словно говорил: одна сатана.

Мы отправились за стол, и я сразу узнала коллег Нестерова. Были и мужчины, и женщины. Они уже, похоже, опрокинули по стаканчику, и разговоры были громкими, весёлыми. А меня вот не сразу раскрепостил и терпкий портер, который принес Саша.

Я чувствовала себя не в своей тарелке. Хотя Влад сам настаивал на моей роли невесты, но я ощущала себя мошенницей. Возможно, потому что мне стало так приятно быть его девушкой. И врала я, кажется, не Нестерову и компании, а самой себе.

– Нравится пиво, Ангелина? – спросил Саша.

– Да, ничего похожего дома не пробовала.

– Ну еще бы.

– Влад бери ее с собой почаще. А то и перебирайтесь к нам. Будем веселиться регулярно, – балагурил Нестеров, приложившись к стакану.

Я усмехнулась, а Влад уронил руку, которую держал на спинке моего стула и сжал мои плечи, притянув к себе. От его хватки стало почти больно.

– А я так и не понял, почему ты холост, Саш? – вдруг спросил мой босс, игнорирую реплику собеседника.

– Да вот не нашёл такую красотку и умницу, как твой Ангел.

– Потому что она одна такая.

Влад притянул меня еще ближе и обжег губами мой висок. Я вздрогнула, но не отстранилась, конечно. Мне было не очень приятно такое поведение. Вроде бы ничего особенного, но Усманов как будто метил территорию таким образом. Показывал, что я его самочка. Как будто я дала повод, или Саша позволил себе лишнее. Все ведь невинно и юморно.

– Я все время занят, Влад. Квартиры, консалтинг, теперь вот еще наших артистов стали возить. Оказывается, это тоже хороший бизнес. И я от делать нечего – на все руки мастер. Наверно, с двадцати лет так. Кручусь постоянно. Иногда спать забываю, что уж говорить о подружке.

– Да, точно, – поддержал его партнер по квартирному бизнесу, дизайнер Женя. – Иногда ведь приходится по двадцать часов пахать, чтобы все в срок успеть, и все бабки вечно в развитии. Мы так себе женихи.

– Однако, ты что-то не одинок, дорогой! – подметила его жена и тоже дизайнер Лена.

– Да он на тебе женился, чтобы часть работы спихнуть, – хохотнул Нестеров.

Все рассмеялись, даже сама Лена, хоть и прищурилась на Сашу сперва убивающим взглядом.

– Да, когда совместно работаете, это круто, но ведь тоже сложно. Постоянно вместе. Как не бесить друг друга, взаимодействуя без передышки?

– А что, так бывает? – не выдержала я. – Меня вот мой босс все время бесит.

Очередной взрыв хохота и натянутая улыбка моего босса.

– И как ты с этим борешься? – спросил Саша Влада.

– Ее попускает после секса на столе в обеденный перерыв.

Я вспыхнула моментально, и в этот раз сама не смогла хохотать вместе с народом. Более того, мне стало так стыдно и неудобно, что я подскочила и выпалила:

– Возьму еще пива. Кому повторить?

Влад отрицательно покачал головой, зато все остальные заказали биттер. Если я ничего не перепутаю в сортах эля, будет чудо.

Я слышала, что обслуживание в пабах Лондона – это всегда заказ у стойки, поэтому не стала ловить официантку, а сразу направилась к бармену. Втиснувшись между посетителей, я попыталась привлечь внимание, но как ни старалась, меня словно не замечали.

Я почти отчаялась, когда почувствовала спиной широкую мужскую грудь. Мне даже не нужно было оборачиваться, чтобы знать – то Влад. Его парфюм, его стать и тут же шепот.

– Решил тебе помочь.

– А мне, наверно, решили ничего не продавать, – пожаловалась я.

– Наверно, потому что ты флиртуешь с Нестеровым.

Я обернулась и возмущённо выпалила.

– Я не флиртую!

– Ага, конечно. Прекрати это, Ангел. Испытываешь мое терпение.

– Да что ты! Я уже боюсь. Бармен меня не видит как будто. Может, ты попробуешь, – решила я сменить тему.

– Бармен видит все, Ангел. Просто до тебя подошла вон та группа немцев, а еще до них стояли в очереди завсегдатаи. Бармен прекрасно помнит и знает, кого нужно обслуживать и в какой последовательности.

– Я должна поверить тебе на слово?

– Ты можешь проверить. Всегда, Ангел.

Я уже сомневалась, чтобы мы говорили об обслуживании в пабе.

– Ты ведешь себя не очень красиво, – решила я отделаться расхожей фразой.

– Ты меня вынуждаешь, – парировал Влад.

– Эта реплика про секс на столе мало того, что омерзительна, так еще и просто ложь.

– Я могу сделать ее правдой. Одно твое слово…

– Нет, Влад.

Я задергалась, пытаясь вырваться, но он крепко прижимал меня к стойке. Да и бармен действительно обратился ко мне наконец.

– Что для вас, мисс?

Я заикалась и путала времена, озвучивая заказ. Вря ли он что-то разобрал из моего жалкого лепета, Пока Усманов не повторил все четко и звонко. Наш заказ должна была принести официантка, поэтому я воспользовалась заминкой и ускользнула в уборную.

Странные претензии Влада совсем выбили меня из колеи. Одно в нем отвратительно постоянно. Как только я расслабляюсь, мой босс напоминает, что он тут главный козел. Возвращаться в растрепанных чувствах за стол совсем не хотелось, и я выскользнула на улицу, чтобы подышать прохладой вечера.

Я тут же увидела Сашу. Он стоял под крышей, с сигаретой и стаканчиком светлого, курил, задумчиво глядя на тротуар, который стал влажным от мелкого дождя. Первым порывом было уйти, пока он меня не заметил. Наверно, я так и сделала бы. Слишком привыкла за эти годы быть послушной и милой для мужа. Но здесь я была не с Димой. И Влад может сколько угодно параноидалить, я не стану исполнять его приказы как та марионетка на веревке. Это же абсурд Мы с Нестеровым просто болтаем. Вот и сейчас я подойду и поговорю с ним. Даже не на зло Владу, а чтобы доказать, как он ошибается.

– Хей, Ангелин. Тоже покурить?

– Бросила на первом курсе, – почему то брякнула я вместо того, чтобы просто сказать нет.

Наверно, что-то было в Нестерове такое… флиртово-зажигательное, легкое. С ним сложно общаться официально или чопорно.

– О, так самое время снова начать баловаться.

Он протянул мне сигарету, и я, не задумываясь, приняла, а потом и затянулась.

– Это же Лондон, детка. Тут все курят. И можешь даже отхлебнуть из моего стакана.

Я засмеялась и закашлялась с непривычки, но зачем-то затянулась еще раз, прежде, чем выбросить сигарету.

– Не зашло?

– Почему же? Я вспомнила, почему бросила. Это невкусно. Теперь во рту помойка.

– Хлебни пива, – снова предложил мне Саша щедро.

Я не отказалась. Ну очень хотелось избавиться от дыма. Пиво конечно так себе альтернатива, но мягкий лагер меня практически спас.

– Я вообще тоже не курю, но вот так выйти из паба со стаканчиком и под мелкий дождик… Для того и нужно жить в Лондоне.

Я вдохнула полной грудью его дым и Лондонскую влажность. Почему-то запах сигарет меня не раздражал. Главное, самой не курить. И Саша был прав. Что-то есть особенное в этой атмосфере.

– Знаешь, чего не хватает для полного дзена?

Я подняла брови, побуждая его продолжать.

– Танца с красивой девушкой.

Не успела опомниться, а он уже выкинул сигарету, обнял меня и закружил в вальсе по мокрому асфальту, выводя под дождь. Я засмеялась и неожиданно поняла, что легко поддаюсь танцу. Саша вел осторожно, но уверенно. Это был интересный опыт, хоть и чуть более тесный, чем мне хотелось бы. Нестеров снял интимность, лихо запрокинув меня в конце и покружив.

– Вот ты жук!

Хохоча, я шлепнула его по груди и отстранилась. Улыбка тут же сползла с моего лица, потому что у дверей стоял Влад.

– Без обид. Усманов? Мы дурака валяли просто, – тоже оценив хмурый вид моего босса, выпалил Саша.

Влад нарочито громко рассмеялся.

– Да без проблем, Нестеров. Просто Ангелина уже давно тут. Мне не нужна помощница с мокрым… носом.

То, как он притормозил и акцентировал внимание на прилагательном говорило о многом.

– Пойдемте внутрь, – решил за всех Саша.

Я молча двинулась обратно в паб, едва живая от иррациональной тревоги, почти паники.

Мы ничего не сделали, но я ощущала себя преступницей. Может быть это из-за сигарет? Мне как-то крепко досталось за них от мамы. Собственно после этого я и бросила маяться дурью. Теперь у меня снова ощущение, что грядет лекция о здоровье и даже легкое ат-та-та от авторитетного начальства. Он же у нас такой важный, может командовать и, щелкая пальцами, вершить судьбы.

Пока я шла до стола, то разозлилась. Гнев буквально сжигал меня изнутри. Чтобы не вывалить все и при всех на Влада, я влила в себя почти половину стакана одним глотком. Сразу полегчало. Злость поутихла, но включилась вредность.

Мне бы сидеть, как мышке, в уголке, но я тут же взяла слово и провозгласила тост:

– Ребят, хочу за вас выпить. Вы такие классные. Большое спасибо за теплый приём и эту встречу. Особенно Саше. Да и всем. Чин-чин.

Меня поддержали стройным ревом и звоном стаканов. Владу тоже пришлось кивать и улыбаться. Едва я села, он буквально вцепился в мои плечи и не отпускал. Это жутко бесило. Я залпом допила стакан, сдерживая желание сбросить его руку и съездить Усманову по лицу.

– Не части, – шепнул он мне ухо.

Желание напиться тут же усилилось. К счастью, Саша снова пошел за добавкой.

– И мне портер, – крикнула я.

– Тебе хватит, – огрызнулся Влад, чуть надавив пальцами мне на шею.

– Нет!

Я повернулась к нему и сузила глаза.

– Не будь нудным, Влад. Еще стаканчик ей не поверит.

Усманов спорить не стал. Правда, когда Саша вернулся, и я снова стала пить, не попуская ни одного оста, он все же не выдержал.

– Ангел, хватит. Я теряю терпение.

Я повернула к нему голову, чтобы предложить пойти в задницу вместе со своим потерями, но это оказалось огромной ошибкой. Губы Влада тут же завладели моим ртом. Я даже пикнуть не успела, сообразить или отвернуться. Глаза закрылись в голове сразу отключились последние непропитые крупицы разума. Я вдруг поняла, что опьянела. Так быстро и внезапно. Это коварный портер или все же Влад? Или они напали на меня сообща?

Оторваться от губ Усманова было сложно. Мне нравилось чувствовать на них темный солод и хмель, нравился горьковатый привкус на языке, нравилось быть такой порочно и… влюблённой в собственного босса на глазах у всех.

– От тебя сигаретами пахнет, – выдохнул Влад, забирая у меня свои губы.

Возмущение, гнев и обида перемешались и внезапно для меня самой превратились в едкую издевку.

– Это чтобы ты гадал, курила я или целовалась с Нестеровым.

Рот Влада превратился в тонкую линию, и я не удержалась, лизнула его губы и мягко поцеловала.

– Не играй со мной в эти игры, – процедил он.

– Ты первый начал, – ответила я, улыбаясь ему во все зубы.

Саша принес пиво, и я одарила его улыбкой. Народ совсем расслабился и травил байки. Я смеялась и пила. Пила и смеялась. Иногда дразнила Влада чмокая в щеку или поглаживая по колену. Мне было хорошо. Мне было азартно. Я словно дергала тигра за усы. Зверь вскипел на середине моего четвертого бокала, когда Сашка позвал курить и танцевать под дождем, не стесняясь Усманова.

– Мы домой, – огрызнулся босс и не очень ласково дернул меня за руку вверх, поднимая со стула.

– А ну, олл райт, – пожал плечами Нестеров. – Я вам кэб организую.

Пока я со всеми прощалась и делала глоток на дорожку, Влад крепко держал меня за руку. На выходе он кратко пожал руку Саше и затолкал меня в такси, сел рядом Я уже собралась сказать, что о нем думаю, но Усманов рыкнул:

– Молчи. Все дома.

Зря он так решил. Я по привычке, конечно, не пылила, но снова начала закипать. И в такси к сожалению не было пива или весельчака Сашки, чтобы сбросить уровень накала.

Влад меня не трогал, не целовал, не направлял эмоции в русло похоти. Не скажу что я расстроилась… Или расстроилась? Какого черта он был такой прилипуче нежный в пабе, а теперь холодный как айсберг? Это все ради Саши что ли устраивал? Вот ведь сволочь!

Когда мы подъехали к дому я была в таком психически нестабильном состоянии, что самой страшно стало. Последних сил и хватило, чтобы решить удрать быстрее, чем Влад начнет разборки. То, что он их начнёт, я не сомневалась. Всю дорогу у него по лицу гуляли желваки, ноздри раздувались, а руки были сжаты в кулаки.

Разумеется, я споткнулась на лестнице, и Владу пришлось меня ловить. При этом мое запястье он не отпустил, буквально втолкнул меня в квартиру.

– Ты что себе позволяешь? – вскрикнула я. – Сдурел совсем?

– Я? Это я сдурел? – тоже повысил голос Усманов. – Это ты что творишь, Ангелина? Какого дьявола эти танцы под дождем и поцелуи? Или тебе кажется, что рога добавят мне очков при партнерстве? Или Нестеров будет со мной сотрудничать, чтобы потрахивать тебя между делом?

– Сволочь!

Я замахнулась и со всей силы влепила Усманову пощечину. Он мотнул головой и схватил мое запястье снова, заводя руку назад, прижимая к себе.

– Какая же ты сволочь, Усманов! Просто редкостный говнюк. Думаешь, ты всех и все можешь купить? Полагаешь, что скомандовал мне прыгать, и я буду скакать для тебя виляя хвостом? Я черт подери, просто общалась, была доброжелательна. Мне нужно было шарахаться от него что ли?

– Не юли, Ангел. Ты прекрасно понимаешь, о чем я.

– Возможно. Отчасти. Но, согласись, что тебя бесит больше, что я не твоя. Что мне приятно с Сашей болтать, а не с тобой. И я делаю это по своей воле, а не из-под палки. Да, Усманов? Ты весь такой властный мудак и собранный босс, а на деле просто папочкин сынок, который играет в начальника. Давай, поцелуй меня сейчас, трахни. Ты же знаешь, что мне нравится это твое дерьмо. Как ты вообще мог подумать, что я с Сашей целовалась! После того, как мы…

Я сама не заметила, как стала заговариваться. Мой гнев снова раскрасился влечением, возбуждением, непреодолимой тягой. Мы были слишком близко друг к другу, и я не могла найти тормоз. Говорила и говорила…

– Мы что? – выдохнул Влад.

Хмель сделал меня дурной и смелой.

– Того как… – повторила я пьяно. – Как ты.. Как мы…

– Ну же, Ангел, – подзадорил Влад.

Я мученически простонала и сдалась его горячим рукам, пронзительному взгляду и собственным слабостям.

– После всего, – прошептала я, встала на цыпочки и поцеловала Влада в губы.

Влад

Что она со мной сотворила? Я же собрался быть милым и терпеливым, показать Ангелине, Лондон, завоевать ее доверие, расположение и избавиться от предрассудков нашего воображаемого контракта. Но едва увидел ее с Нестеровым, меня просто все взбесило. Я хотел взять ее за волосы, засунуть в кэб, увести домой и трахать. Возможно, уже по дороге начать. Как я не сорвался – не знаю. Как не ввязался в драку с Сашей – чудом. Как умудрился сохранить лицо, ощутив запах дыма? Без понятия. Я всю дорогу уговаривал себя, что она с ним не целовалась. Не мог мой сладкий ангел вертеть хвостом так нагло. Да, я ей не муж, не жених, но, вашу мать, мы же договорились.

И вот теперь, дома, когда она меня ударила, все высказала и, кажется, сама запуталась, я уже тоже не знаю, как все исправить, как реагировать на эти огромные влажные глаза и томный шепот. И когда ее губы коснулись моих, я поплыл окончательно. Просто отпустил ее руки, стиснул попку, прижал к себе и целовал, теряя разум, бормоча много лишнего, но такого необходимо важного сейчас для нас обоих.

– Ты знаешь, как меня это бесит? Когда он просто смотрит на тебя. Когда говорит с тобой. Когда ты смеешься над его шутками. Я убить готов за эти касания. Как он смел вообще…

– Влад… Ничего не было. Мы просто танцевали, выпили.

– А запах?

– Я затянулась пару раз. Не знаю, зачем.

Я отстранился.

– Ты куришь?

– Нет. Сто лет назад бросила… А тут черт попутал.

– Паршивая привычка, Ангел, – проговорил я, улыбаясь так широко, что щеки заболели.

– Паршивая привычка оправдываться, – ответила мне Ангелина с обидой. – Зачем ты меня заставляешь объяснять? Я же обещала.

– Прости. Просто ревную тебя отчаянно.

Я расцеловал ее лицо и потянул в тёмную гостиную, усаживая на диван, продолжая ласкать губами губы, щеки, шею.

– Мне нравится, как ты бесишься, – промурлыкала Ангелина. – Такой темпераментный…

– А ты такая зараза! Приятно осознавать, что я весь твой?

Она взяла мое лицо в ладони, заставляя посмотреть в глаза.

– Ты мой? – спросила Ангел.

– Да. Разве не заметно?

– И я могу делать с тобой все?

Я застонал и все-таки-зажмурился, прерывая наш контакт. Не дождавшись ответа, Ангелина толкнула меня в грудь. Я откинулся назад, а она запрыгнула сверху.

– Детка…

Но прежде, чем я обрадовался, Ангелина начал командовать.

– Тихо. Сиди и не двигайся. Выключи все свои властные замашки короля вселенной.

Меня парализовало. Черт знает, что такое. она действительно мной владела. Я хотел принадлежать ей любым способом. И если девочка решила покомандовать, то кто я такой, чтобы сопротивляться?

Ангелина сунула ладони под пуловер, провела по моей горячей коже и потянула вверх, заставляя поднять руки и избавиться от одежды. Едва она меня раздела, стала целовать грудь, плечи, задерживаясь на сосках, чуть прикусывая и облизывая. Я заныл, не имея сил и желания сдерживаться. Кажется, эти звуки подзадорили моего Ангела. Она стала целовать жарче, гладить, растирая, спускалась все ниже и ниже, пока не оказалась на полу между моих разведенных ног.

Я глазам своим не поверил, а на подкорке всплыло предательское ощущение, что вот сейчас она что-нибудь скажет про голубые или розовые брюлики. Или платье в бутике. Или… Я не знаю. Мальдивы после славной трудовой недели. На денек другой. Почему нет?

Я ждал, ждал и ждал, но ничего подобного так и не сорвалось с ее губ. Только поцелуи стали звонкими и влажными. Губы Ангела жалили мою кожу над поясом джинсов, пока ее пальчики дергали ремень, расправлялись с пуговицей и молнией. Она отодвинула белье, достала член, взглянула на него, улыбнулась, облизала губки.

– Ангелинаааааа, – протянул я, все еще не веря своему счастью.

Женщины не делают минет просто так. Или я не с теми женщинами общался? Или она не будет? Опять заведет и бросит!

– О, черт! – выругался я, едва ее язык коснулся углубления в головке, собирая капельку влаги.

– Ты уже определись :черт или ангел, усмехнулась она.

Я не смог ничего ответить, только запрокинул голову и застонал совсем не мужественно но сладко, упиваясь волшебным прикосновениями ее губ к моей плоти. Ангелина втянула в рот головку и принялась посасывать. Ничего особенного, но у меня искры посыпались из глаз, а изо рта то и дело вырывались неконтролируемые звуки.

У меня никогда не было проблем с терпением, но Ангелина рушила все барьеры, уничтожала правила и привычки. Я хотел кончать с ней, как пулемет. Вот и сейчас, она еще только начала, я уже был на грани. Слава богу, сил хватило, чтобы там и оставаться. Ощущения были настолько классными, что я и не хотел ничего иного.

Невольно я снова сравнил ее с Настей. Если моя бывшая отсасывала с огоньком и профессионализмом бывалой путаны, то минет Ангелины был… Не знаю… душевным каким-то. Я был уверен, что она тоже получает удовольствие от процесса, упивается своей властью надо мной, кайфует от удовольствия, которое вырывается из моего рта звуками.

Словно прочитав эти мысли, Ангелина вобрала член в рот почти до конца, втянула щеки и пососала. Я зарычал, а она медленно заскользила влажными губами обратно, отпустила меня, чтобы пробормотать:

– Как же круто.

Я снова выругался и положил руку ей на затылок. Просто чтобы гладить и перебирать волосы, а не направлять движения. Она и так все прекрасно делала.

– Ты меня с ума сведешь, – пробормотал я, не сводя с нее глаз.

Ангелина тоже не прятала взгляда, взяла меня в рот снова, стала посасывать, двигать губами вниз и вверх, облизывала кончик и даже царапала зубками.

Меня окончательно переклинило, когда она стала сжимать мои яйца. Я снова откинулся назад и мычал, сдерживаясь из последних сил. Очередная бредовая мысль – не кончать ей в рот – родилась и эгоистично сдохла в тот же момент. Я ее не заставляю. Не заставляю. Сама. Она все сделает сама.

Ангелина сделала. Снова сжала мошонку, одновременно втягивая в рот член, сильно посасывая, оттянула яйца и надавила пальцем на какую-то точку чуть ниже.

Все. Я просто закричал и отпустил себя. Ангелина расслабила горло, принимая меня полностью, сглатывая и втягивая щеки, продлевая мощнейший оргазм.

– Малышка, детка, Ангел, – забормотал я, едва обрел дар речи.

Ангелина выпустила меня изо рта, и я тут же подхватил ее за плечи, заставляя подняться. Блаженная торжествующая улыбка блуждала по ее губам. Глаза чуть прикрыты, и сама она была абсолютно расслабленной, мягкой, податливой и теплой. Я целовал ее, благодаря за удовольствие, спрашивая разрешения продолжить.

–Хочу тебя, Ангел. Пойдем. Будь моей.

–Да,– только и выдохнула она. – Да.

Я встал с ней на руках и понес драгоценную девочку в свою спальню, на свою кровать. Конечно, где-то на фоне мелькала досадная мысль, что за ее сговорчивостью стоят две пинты портера и кураж нашей ругани, но я позволил себе быть сволочью и отогнал это все прочь. Да, я гад, который воспользуется ситуацией. Мне тоже голову замутило от хмеля. И даже стыдно не будет. Потому что… А когда еще так повезет? Кто даст гарантию, что завтра ее не накроет похмелье вместе с сожалением? Так хоть будет о чем жалеть, кроме минета.

Уложив Ангелину на постель, я навис сверху, рассматривая ее лицо. Блаженный, абсолютно счастливый Ангел. Нет, она не будет жалеть. Смущаться – возможно. Но не жалеть.

Я стал целовать ее, перебирая пальцами пуговки на платье, вызволяя из плена одежды ее красивое хрупкое тело. Она идеальна, абсолютно прекрасна в своей естественности. Меня снова заклинило на ее груди. Никакого силикона или даже пуш-апа. Просто красивая, большая грудь. Но как же приятно ощущать ее во рту. Как же вкусно теребить языком сосок, чувствуя, как он твердеет. И слышать стоны Ангела…

–Влад, еще. Так хорошо. Мне так нравится твой рот. Когда ты целуешь…там.

Я захмелел от слов Ангелины сильнее, чем от пива. Но груди мне сегодня точно мало. Я хотел попробовать на вкус и другие сладкие местечки, поэтому и стал продвигаться, ниже. Меня затормозил мягкий животик, который так и просил задержаться, поцеловать вокруг пупка и забраться языком внутрь, заставляя моего Ангела дрожать и хихикать, покрываться мурашками. Я, наверно, специально оттягивал удовольствие, смакуя прелюдию. Уж слишком упоительной она была. Мои губы гуляли по бедрам Ангелины, пока я стягивал крошечные прозрачные трусики. Избавившись от них, я задержался, целуя ее колени, и даже спустился к щиколоткам. Еще во время массажа стоп в такси безумно хотел это сделать. Насладившись вдоволь, я уже собрался приступить к десерту, но понял, что облажался.

Ангелина спала. Она улыбалась и тихо сопела. Волосы прилипшие к губам, распахнутое платье, сдвинутый вниз лифчик, без трусиков. Порок, соблазн и вожделение. Мой сладкий хмельной Ангел . Я сел на матрас, убрал с ее лица непослушные пряди. Она чуть поморщилась и снова заулыбалась, но тут же лицо разгладилось спокойствием сна.

Я встал, чтобы достать из шкафа чистую майку, осторожно освободил Ангелину от одежды. Она почти не двигалась, лишь забормотала:

–Влад, я кажется…

–Шшшш,– проговорил я тихо, прижимая палец к ее губам.– Все хорошо, Ангел. Спи.

–Ммм,– протянула она, ласково целуя подушечку моего пальца.

Я шумно выдохнул, призывая на помощь все свое терпение и сдержанность. Нет, ну воспользоваться опьянением – это одно, а трахать бессознательное тело – уже за гранью добра и зла.

Надев на Ангелину свою майку, я уложил ее обратно, и сам устроился рядом. Она тут же прижалась попкой к моему паху. Я сделал еще усилие, чтобы не разрешить себе возбудиться заново. Слава богу, минет позволял мне такую роскошь. Проснусь, конечно, со стояком, но вдруг мне повезет. Разумеется, утро будет непростым, но я предпочёл мыслить оптимистично. Мы проснемся вместе и продолжим , где остановились.

С этим позитивным прогнозом меня и выключило почти так же быстро, как Ангелину. Мечты не сбылись. Утром в кровати я оказался сам с собою.

Я проснулась рано утром. Наверно, в любом уголке мира похмельная зорька одинаково ощущается. Будь ты в Москве или на Бали, а продрать глаза, обнаружив во рту кошачий туалет, – не самое приятное начало дня. К тому же я моментально поняла, что сплю не одна.

Рука Влада приятной тяжестью давила мне на живот, и сам он прижимался ко мне сзади, буквально поджаривая своим горячим телом. Я сразу вспомнила все, что творила вчера. Завязываю с пивом, честное слово.

Легкая паника тут же погнала меня из кровати босса. Я аккуратно выкарабкалась из его медвежьих объятий и тихонько удрала в свою ванную. Я подошла к зеркалу.Кроме мятого лица землистого цвета, в нем отразилось еще и своеобразная сорочка из майки Влада. Он меня сам нарядил? Похоже. Вряд ли для этого был приглашен специально обученный человек.

Под майкой я была абсолютно голой. Мы что же, переспали?

Сильнее, чем сам факт соития с боссом меня возмутило то, что я совершенно ничего не помнила. Кажется мы целовались, и он меня трогал. О, это было здорово. Потом? Не помню. Ладно. А перед этим?

Кровь хлынула к щекам, едва я вспомнила, как обвиняла Влада во всех смертных грехах, а потом напала на него, как безумная дикая шлюха.

Боже, мне ведь никогда не нравился минет. Дима часто настаивал, но я считала оральные ласки не самой приятной обязанностью. При этом с Владом сама проявила инициативу. Что на меня нашло? Какой бес вселился?

Самое интересное, мне это безумие нравилось. Я искренне кайфовала, ощущая его член во рту. Я старалась доставить Владу максимум удовольствия. Каждый его громкий стон и поощряющее прикосновение к голове заводили меня все сильнее, заставляли вспоминать все прочитанный на эту тему статьи в Космо. Пригодилось ведь ,а я думала, что все это бред.

Стоя под струями воды в душе, я в очередной раз поймала саму себя на непроизвольных прикосновениях к промежности. Ох, нет. Это уже перебор.

Быстренько сполоснувшись, я оделась и вышла из дома. Тот самый ресторанчик через дорогу уже работал, и я поспешила заказать нам с Владом завтрак. Пока еду готовили и паковали, я выпила ананасовый фреш. Он буквально исцелил меня от похмелья, взбодрив не хуже кофе. Я заказала его и с собой тоже, не без улыбки вспомнив какие-то полубредовые теории о позитивном влиянии этого фрукта на вкус спермы. Откуда я вообще это знаю? Тоже Космо?

Не скажу, что вчера мне было противно. Вообще, все, что связано с Владом я категорически не могла прировнять к противному. Даже его договор с Димой постепенно приобретал для меня иное звучание.

Вернувшись домой, я начала разбирать еду и собиралась снова накрыть на веранде. Погода баловала нас теплом и солнцем по утрам. Словно небеса улыбались, благословляя.

Не удержавшись, я сделала еще пару глотков фреша и понесла тарелки и приборы на террасу.

Вернувшись на кухню, буквально подпрыгнула, увидев Влада. Он стоял, опершись на плиту, и попивал мой сок, загадочно улыбаясь. Сердце тут же подпрыгнуло к горлу, но я смогла проговорить вполне спокойно:

–Доброе утро.

–Привет,– ответил он слишком весело и игриво.

Будет издеваться.

–Я тебя разбудила? Прости.

–Нет, я сам встал и очень растроился, не обнаружив тебя в доме. Думал, ты самодепортировалась.

Я хмыкнула, не сдержавшись, но взяла себя в руки.

–С какой это стати?

–Может быть, потому что вчера вела себя отвратительно?

–Я?

–Ты, Ангел. Напилась, флиртовала с моим партнером, орала на меня, даже била.

Я прищурилась и сжала кулаки. Руки чесались, съездить по его самодовольной физиономии еще раз. А Влад искренне наслаждался ситуацией, забавляясь. Я совсем забыла, что влепила ему вчера пощечину. Пожалуй, это было слишком. Хотя он сам нарвался. Но извиниться я посчитала необходимым.

– Прости, что ударила. Я была…

–Пьяна в стельку? –подсказал Усманов.

Мои ногти впились в ладони.

– Зла. Извини за…

– За вопли? – снова перебил он.

– За несдержанность. И я…

– Делаешь минет, как богиня? Нет, милая, пожалуй, вот последнее точно не могу простить. Это вообще законно то, что ты вчера творила?

Я окончательно смутилась и собралась скрыться на веранде, чтобы отдышаться. Слишком много. Слишком сильно. Я не в силах выдержать это все, не моргнув глазом. Но моя попытка удрать не увенчалась успехом. Влад отставил стакан, поймал меня за руку и привлек к себе. Я уткнулась носом его в грудь, чтобы спрятать пунцовые щеки.

– Только не говори, что ничего не помнишь! – строго проговорил он мне в макушку.

–Помню…– пискнула я. – Не все, но… В начале…Как я…

–Ты что?

Я набралась смелости и таки сказала это вслух, как есть.

–Помню, как делала тебе минет.

Влад застонал и крепче стиснул меня в объятиях. Через секунду он отстранился, заставляя меня поднять голову.

–Скажи еще раз,– попросил он, почти умоляя, и даже чуть присел, чтобы наши лица были на одном уровне.

–Помню как делала тебе минет, и как мне это нравилось.

Усманов закатил глаза и с его губ сорвался сладкий стон. Один из тех звуков, что вчера побуждали меня на безумства, толкали за край. Влад подхватил меня под попку, посадил на стол и стал целовать.

Я всхлипывала и постанывала, заведясь моментально от его горячих губ и требовательных касаний. У меня снова повело голову, но на этот раз бороться со своей слабостью я не хотела. Лишь одно меня волновало.

–А потом? – пискнула я, чуть отталкивая его.

–Что потом? – переспросил Усманов, настырно присасываясь к моей шее.

–Я не помню, что было потом. После минета.

Влад опять мученически застонал. Видимо, ему нравилось, как я произношу это слово.

–Ничего, Ангел,– ответил он, успокаивая меня. Ты усула, а я не имею привычки заниматься сексом с женщиной в отключке.

–Ох, это хорошо…

Влад тихо засмеялся.

–Что именно?

–Все,– тоже захихикала я.– Особенно, что я ничего не пропустила интересного. Хотя и твои привычки меня тоже радуют.

– Поверь, пропустить будет сложно. Забыть –нереально.

–Ты такой самодовольный засранец, Усманов.

–Я просто предупреждаю.

–Нет, ты хвастаешься.

–Возможно. Немного.– Он снова поцеловал меня, а потом добавил.– У тебя губы сладкие.

– Наверно, от сока.

– Не только. Кстати, ананас? Это намек?

– Боже, нет. Или да? Ты уж сам реши.

Мне нравилось его дразнить. Нравилось ходить по краю, раззадоривая его и себя. Нравилось доверять и не бояться. Нравилась мысль, что сейчас вот тут на столе все может случится. Мне нравилось все, что было связано с Владом сейчас.

– Говорят, это работает и для девочек тоже.

–Что? – не поняла я, потеряв нить беседы.

И не мудрено, он ведь целовал меня и даже начал стягивать трусики.

–Ананас, – выдохнул Влад.– Давай проверим. Заодно я закончу то, что начал ночью.

–Что начал? – успела произнести я, но ответ не потребовался.

Усманов уложил меня на столешницу, подвинул чуть выше, а сам наклонился. Едва его дыхание защекотало внутреннюю сторону бедер, я вся покрылась мурашками.

Наиглупейший вопрос все равно сорвался с губ:

– Что ты делаешь?

–К сожалению не то, что хочу. На это у нас просто нет времени. Но вернуть долг я обязан.

Сказав это, Влад задрал подол моего платье, чтобы не мешало, и вплотную занялся возвращением долгов.

Я хныкала и извивалась, чувствуя, как его язык и губы творят что-то невероятное. Как он там сказал? Это вообще законно? Вряд ли я за всю свою жизнь испытывала что-то подобное, даже просто похожее. То, как Влад ласкал меня ртом, помогая себе пальцами было невероятно. Я даже пыталась приподняться, чтобы получить больше и еще, но он посмеивался и ласково прижимал мои бедра к столу, чтобы не дергалась, продолжал изводить ласками.

Он был то напористым, то мягким. Едва ощущение толкали меня к оргазму, и я начинала вибрировать, Влад отступал. А когда я успокаивалась его легкими касаниями, он снова принимался жестко посасывать клитор, доводя меня до безумия и криков с просьбами. Когда ни превратились в требования и мой голос сорвался почти на визг, Усманов ввел в меня сразу два пальца, заработал ими как поршнем, быстро и мощно. Его губы сомкнулись на клиторе, и он жестко лизнул меня, одновременно сильно посасывая.

Кульминация была невероятной. Мощной и опустошающей. Желанной и бесконечной. Я забыла о своем жестком ложе, забыла о страхе и стеснении. Самым важным сейчас казалось желание одновременно забрать себе все и отдать всю себя. Я вцепилась в его волосы, не желая терять ни капли того, что дарил мне этот невероятный мужчина.

Мой крик взлетел к потолку, рассыпаясь вверху на рваные стоны и невнятные благодарности. Я была на грани признания в любви. Глаза защипало от переполняющей страсти, нежности и признательности.

Влад отстранился, и я сразу же села, притягивая его губы к своим.

Слова были лишними. За меня все сказали поцелуи. А глаза Влада ответили мне, ч то он все прекрасно понял.

Усманов отпустил мои плечи только, когда я прекратила трястись, как паралитик. Он улыбнулся и сказал:

–Ты мое самое любимое лакомство, Ангел.

– Это все ананас, – усмехнулась я.

Влад не согласился.

– Это все ты.

Похоже, оргазм отключил мои последние тормоза, потому что я тихонечко ответила ему:

– Взаимно.

– Что взаимно? – уточнил Усманова

– Ты моё любимое блюда тоже. Кажется…

Я приготовилась к новому витку стеба, издевательств и поддразниваний, но Влад только расплылся в блаженной улыбке, пригладил мои волосы и снова привлек к себе, целуя в висок.

– Видит бог, я бы хотел сейчас запереть тебя в спальне и не выпускать до самого дня отлета.

– Сегодня гольф, – напомнила я аккуратно.

– Вот именно. Как так вышло, что мы должны заниматься делами, а не любовью?

Я вздрогнула, услышав от него последнее слово. Моих нервов едва хватило, чтобы осознать и смириться с нашим взаимным физическим притяжением. Думать о чувствах сейчас уже не было сил. Я быстро уверила себя, что Влад просто использовал фигуру речи романтического толка.

– Ты сам это придумал, – укорила я его мягко. -Кстати пора поесть, а то опоздаем.

– Нельзя опаздывать,– покивал Влад, соглашаясь.

Мы вместе перенесли еду на террасу, где позавтракали, обсуждая планы на день. Гольф-клуб, игра, обед, переговоры.

– Познакомишься сегодня со Смерфитом. Я вас представлю. Будь с ним аккуратнее. Он скользкий тип и прямой одновременно, – наставлял меня Влад, намазывая тост маслом.

–Как так?

– Ну вот так…Всегда ищет выгоду. В любом предприятии. Ничего не говорит и не делает просто так. Он из семьи обнищавших лордов, потому гонора вагон и хватка, как у бульдога. Пожалуйста, постарайся не вызвать подозрений. Ты моя невеста. Мы собираемся пожениться в этом году. Хорошо?

–Да, как скажешь.

Я чуть сникла, нелепо расстроившись из-за того, что сказанное Владом лишь наша стратегия, а не реальность.

– Ты работаешь со мной уже год.

–И ты, разумеется, идеальный руководитель, – не могла не вставить я с ехидцей.

– Это бесспорно. Хотя можешь немного пожаловаться на мое скупердяйство. Думаю, Алекс оценит. – Влад замолчал, не донеся до рта тост, а потом неожиданно признался.– Ты как-то спрашивала, почему я уволил Настю.

Я поняла голову, отвлекаясь от фасоли, которую гоняла по тарелке. Влад продолжил, довольный моим повышенным вниманием.

–Она использовала счет компании, оплачивая свои личные покупки. Я выделял ей суммы на одежду, но этого оказалось мало. Когда траты стали неприлично большими, бухгалтерия сообщила мне о сложностях. В тот же день мы с Насей распрощались. Во всех смыслах.

Я часто моргала, переваривая все, что услышала. Не удержалась и спросила:

–Зачем ты мне это сейчас говоришь?

–Хочу, чтобы ты меня узнала чуть лучше. К сожалению, у нас совсем нет времени на это. Я не пытаюсь тебя обидеть, Ангел, и ни на что не намекаю.

–Ладно. Понятно.

Влад вроде бы пытался быть честным, и умом я это понимала, но сердце почему-то заболело. То ли упоминание Насти царапнуло глупой ревностью, то ли я не смогла не примерить на себя тот самый намек. Не знаю. Но настроение испортилось.

Закончив завтрак, я собиралась убрать посуду, но Усманов уверил, что сделает это сам.

– Иди одевайся, – оправил он меня и взялся за тарелки.

–Я хотела спросить, что лучше для гольфа. Наверно, строгий костюм неуместен, а брюки и джинсы для дам, кажется в этомм клубе запрещены.

–Да, надень теннисное платье и спортивную обувь. Мы будем много ходить.

– Разве по полю не ездят на карах?

– Не всегда.

Я вздохнула и ушла к себе. Смерфит не просто пригласил нас в гольф-клуб, он еще и прислал машину. Я нервно терла друг о друга потные ладони, и Владу пришлось взять меня за руку, чтобы прекратить это.

–Хватит, Ангел. Ты прекрасна. Все будет хорошо. Просто не дергайся. Тебе невероятно идет этот наряд.

–Спасибо,– откликнулась я и зачем-то добавила. – Хорошо, что ты проинспектировал все вещи и знаешь, когда и что мне надеть.

Усманов тут же прищурился.

– Это бизнес. Я должен знать, за что плачу. Твоя одежда не исключение.

– Да, за меня ты тоже заплатил и теперь осматриваешь все стратегически важные места?

Влад отпустил меня, провёл ладонью по лицу.

– Я не покупал тебя, Ангелина. Жаль, если ты так относишься к нашему.. хм…сотрудничеству. Мне пришлось хорошо заплатить за возможность поработать с тобой. Это факт. Но я ни капли не жалею, что вынудил Жукова написать расписку и расстаться с тобой на неделю.

Второй раз за утро Влад говорил чувственно и искренне. Я тут же пожалела, что вела себя, как мнительная дурочка, сама взяла его ща руку, ласково сжала.

–Я тоже не жалею, Влад.

Он улыбнулся, склонился к моему лицу и ласково коснулся губ губами.

– Я понимаю твои чувства, Ангел. Мы поговорим обо всем, обещаю. Вечером, ладно? Сейчас не время и не место обсуждать наше прошлое и будущее. Понимаешь?

–Да, кончно,– поспешила согласиться я.– Сейчас работа.

– Умница.

Он ласково ущипнул меня за щеку. До конца поездки мы говорили о гольфе и нравах англичан. Когда водитель остановил у клуба, я снова занервничала, но быстро взяла себя в руки. Влад будет рядом. Я все смогу, не подведу его.

Зря я переживала, что ничего не смыслю в гольфе. Играть меня никто не заставлял. Самым важным моментом оказалось знакомство с Алексом Смерфитом и его сыном. Высокий, худой мужчина, на вид лет пятидесяти, крепко пожал мне руку и внимательно осмотрел. Я поспешила улыбнуться ему и так же уверенно ответила на рукопожатие. Его сын Николас едва коснулся моей руки и приветливо кивнул. На этом все его внимание ко мне закончилось. Мужчины практически не говорили о делах. Они сразу отправились на поле, начали игру.

– Ты уж извини, Влад,– обратился Смерфит к Усманову.– Разминаться нет времени. Успеть бы до вечера партию.

Мой босс только усмехнулся.

–Не вопрос, Алекс. Я постараюсь не продуть в сухую.

Они оба засмеялись, но я, напротив, насторожилась. Что-то было между ними сковывающее и напряженное. Наша встреча точно не будет похожа на веселые покатушки с Сашей.

Я не думала, что гольф настолько изматывающая игра. Оказалось, что ходить по полю и искать свой шарик – не так уж и просто. Хорошо, что я сама не участвовала, а то пришлось бы еще и клюшкой махать. У Влада это получалось очень живописно. А еще я радовалась, что он сам таскал весь инвентарь, не пытаясь поделиться со мной этой ответственной ношей.

Смерфит, очевидно, относился к Усманову слегка пренебрежительно, и был немало удивлен успехами моего босса. В перерыве нам накрыли стол в промежуточной зоне, под раскидистым ясенем. За все время Влад практически не касался меня, но постоянно спрашивал, все ли в порядке, и как я себя чувствую. Признаться, к обеду я очень устала, но, разумеется не подавала виду. Наверно, Смерфит заметил, как я слегка скривилась, вставая из-за стола, поэтому сказал Владу:

– Усманов,– оставь Ангелину со мной. Она не привыкла к такой беготне. Я составлю ей компанию. За меня доиграет Ник.

Ник тут же кивнул как болванчик. Было очень заметно, что он положительно и мгновенно откликается на все приказы отца.

А вот Влад не приветствовал такое предложение априори.

–Ты устала? – спросил он у меня, ласково взяв за подбородок.

–Немного,– честно призналась я.

–Я так увлекся, что не заметил. Извини.

– Ничего страшного, я могу…

– Знаю, что можешь,– перебил Влад. – Но лучше останься с Алексом. Ты мне нужна свеженькая вечером.

И он подмигнул задорно и весело, явно намекая на сегодняшний особенный вечер и напоминая, что мы будем не только обсуждать наши больные вопросы.

Я тут же покраснела и не стала спорить.

–Алекс, присмотри за ней. Так и быть. Только не соблазняй.

–О, Влад, такие замечания больше похожи на лесть, чем на опасения. Мы тут просто поболтаем с Анжелин.

Усманов кивнул и запрыгнул в кар, который увез его на позицию.

– Что ж, Анжелин, раз я вас спас, развлекайте старика.

–И никакой вы не старик,– ответила я осторожно, но приветливо.

Нет, он же не будет ко мне клеиться сейчас. Хотя то, что Смерфит оставил меня здесь намеренно не вызывало сомнений. Я вспомнила, как Влад говорил, что он ищет выгоду везде и всегда. Нет, мне нечего опасаться. Нужно просто сосредоточиться и играть свою роль. Она вдь нравится мне все сильнее.

– Нет, милая, возраст берет свое. Я все чаще задумываюсь о передачи бизнеса детям. Правда, не очень уверен, что они потянут.

– Детям? Разве Николас не единственный сын?

–Нет, у меня еще есть дочь. Она задержалась в Париже, но обещала быть на ужине после игры. Ее зовут Сара.

–Буду рада с ней познакомиться.

– Не сомневаюсь. А с Владом вы как встретились?

А вот это был уже интересный вопрос. Хорошо, что мы с боссом все это обсуждали сто раз.

–Я пришла на собеседование. Мы год работали вместе, потом стали встречаться.

–Наверно, тяжело все время проводить рядом на работе и дома,– продолжал допрос англик.

– Нет, Мистер Смерфит…

–Зови меня Алекс.

–Ол райт, Алекс. Нет, мне не тяжело. Влад прекрасный человек и не самый суровый начальник. Он требовательный, конечно, но справедливый. Мы стараемся не смешивать работу и личное.

– Да, я заметил. У гас в стране не очень приветствуются такие отношения, но вы отличная команда и красивая пара.

–Да? – немного удивилась я.

Когда это он успел заметить?

–Конечно. Видно, что вы друг друга чувствуете. Не знаю, как это объяснить словами, но между вами приятная аура. Прости за термины. Моя жена немного увлечена изотерикой, вот я и нахватался.

– Ничего, – усмехнулась я, выдыхая. Вроде бы не страшный он.

Но расслабляться не стоило.

–А свадьба, Анжелин? Я не вижу кольца, но Влад говорил, что вы помолвлены.

–О, это… – Я махнула рукой, словно проверяла наличие кольца. – Вы знаете, в России не принято дарить кольца на помолвку. Вообще, как таковой помолвки не бывает.

– Как же мужчина объявляет о своих серьезных намерениях по отношению к леди?

– Эммм… Словами. Пара просто решает пожениться. Иногда даже никому не говорят до подачи заявления в ЗАГС. Это учреждение, где проводят церемонию,– поспешила объяснить я.

– Интересно. А я уж подумал, что Влад водит меня за нос. Или тебя, Анжелин.

– Я немного суеверна в этих вопросах, поэтому не буду вас убеждать в серьезности намерений Влада.

– Вижу, ты умна, девочка. Усманов не зря тебя выбрал. Помощница и возлюбленная в одном лице. Прости мою прагматичность, но это удобно. К тому же ты красива и воспитана. Я очень надеюсь, что ты сможешь его удержать.

–Возможно, это ему придется держать меня,– не сдержала я дерзости.

Алекс рассмеялся.

–Тоже верно. Но хочу предупредить тебя, Анжелин. По все видимости ты совсем ничего не знаешь о Саре. У них с Владом был роман.

–Что?

Я ушам своим не поверила.

–Да,дорогая. Я буду честен с тобой. Вижу, ты хороший специалист и верная подруга, мне не помешает твоя поддержка. У нас с тобой схожие цели. Я заинтересован в инвестировании бизнеса Усманова, но с условием, что он будет моим партнером, а не родственником. Семья и деньги должны быть отдельно. А Сара… она имела виды и планы, пока Усманов стажировался в моей компании. Думаю, если бы не болезнь отца Влада… Но ты же знаешь все это, правда?

–Д-да, – промямлила я.

Хотя я ни черта не зала. Роман с дочкой Смерфита во время стажировки? Они собирались обручиться? Болезнь отца?

Почему Влад ничего мне не сказал? Почему я узнаю это от Алекса?

– Мы же в одной лодке. Правда, Анжелин?

– Д-да,– повторила я запнувшись и натужно рассмеялась.– Мне бы тоже не хотелось, чтобы Влад женился на вашей Саре.

Алекс запрокинул голову и рассмеялся.

–Рад, что не ошибся в тебе. Пойдем-ка прогуляемся. Нам пока сделают чай.

Он манул персоналу повел меня по полю, рассказывая о клубе и своих лучших матчах. Очень скоро разговор снова вернулся к Владу. Смерфит рассказывал, как важно наблюдать за партнером во время гольфа. Его более чем устраивала манера игры моего босса.

Гуляя, мы дошли до позиции, где Усманов примерял клюшку к шарику, чтобы выбить его из песчаной зоны.

–Не самая лучшая позиция, но уверен, Влад вытащит за удар,– напророчил Алекс.

Он не ошибся. Замахнувшись, Усманов выбил мяч далеко за пределы зоны.

–Да, работать с Усмановым весьма приятно. Хотя он иногда слишком упрям, но мне нравится его холодный ум и собранность. Уверен, нас ждет долгое и плодотворное сотрудничество.

–С божьей помощью,– выдохнула я.

– И с твоей, Анжелин.

Игра закончилась, когда на часах уже перевалило за шесть вечера. Алекс все это время едва ли на пять минут присел. Сомневаюсь, что я устала бы с Владом больше. Кроме того, меня не отпускали вопросы и терзания после откровений Смерфита. Алекс пригласил нас на ужин в своей городской квартире. Похоже, Сара будет присутствовать. Мне заранее стало дурно. Я заочно уже ревновала Усманова.

– Алекс, что ты сделал с Ангелиной? На ней лица нет, – шутливо возмутился Влад, как только вернулся поля.

– Мы прошлись и поболтали. Боюсь, ты вручил мне ее уже не слишком бодрую. Давайте заканчивайте и поедем ужинать к нам, – заявил Смерфит.

От такого продолжения вечера я не пришла в восторг, но изобразила бодрость и кивнула.

Все расселись по карам, и я не могла не радоваться, что ходить больше не придется.

– Как ты? спросил Владом по-русски.

–Нормально.

– Ангел, какое нормально? На тебе лица нет. Бледная и поникшая. Смерфит что-то сказал тебе?

Я закусила губу, но все же не стала сознаваться.

– Нет, мы болтали просто. Все хорошо.

Влад даже потрогал мой лоб.

–Холодный. Но все равно ничего хорошего. Поезжай домой и выспись. Завтра придется собраться.

–Что? – я ушам своим не поверила.

Мало было переживаний из-за Сары,так теперь еще и Влад меня отправляет домой.

– Ужин у Смерфитов затянется до ночи. Я буду сидеть с ним в кабинете, пить бурбон, играть в покер и слушать обо всем на свеьте, а тебе придется общаться с его женой, клюя носом. Не надо, Ангел. Тебе это будет в тягость, а ей тем более. Я, конечно, тиран и деспот, но не стану заставлять дам страдать.

– У меня ненормированный рабочий день по контракту, кажется,– попыталась я быть мужественной.

Все во мне соглашалось с Владом: физическое состоянии здравый смысл. Я была бы рада поехать домой и отдохнуть, но непонятная тревога и предчувствие чего-то нехорошего никак не отпускало. Я не хотела оставлять Влада сейчас.

–Да, ненормированный,– согласился Усманов,– Но и приказы босса не обсуждаются.

–Понятно,– кивнула я обречённо.

– Хей, детка. Выспись. Я вернусь и мы… – Он подвигал бровями, заставляя меня рассмеяться. – Поговорим. поговорим, Ангел, а ты что подумала? Закажи ужин домой, отдохни. Ладно?

–Ладно.

Что мне еще оставалось? Конечно, я согласилась. Влада увез Николас, а меня доставил домой водитель. Я задремала в дороге, и пробки центральной части Лондона в час пик позволили мне выспаться уже по пути домой. Оптимизма это не прибавило, хотя усталость отступила.

Как и велел Влад, я заказала ужин и включила телевизор. Для достижения спокойствия так и просилась бутылочка вина, но я смотреть не могла на алкоголь после вчерашнего. Душистый чай с мятой тоже был к месту. Под специфическую английскую комедию коротала вечер в красивой квартире, в красивой одежде и с некрасивыми мыслями.

Мне бы лечь спать и не думать о Владе, не считать минуты, не волноваться о нем, но в голове так и бурлили мысли. Стрелки часов стали приближаться к полуночи, и я совсем завелась, ужедаже собралась позвонить, как пришло сообщение.

Останусь на ночь у Алекса. Ложись спать.

Это было последней каплей. Я свернулась калачиком на диване и разрыдалась.

Нужно было согласиться на все это безобразие, уехать в Лондон с мужчиной из своих тайных фантазий, позволить ему залезть мне в трусики, а потом и в душу, чтобы опять превратиться в несчастную, брошенную, ревнивую жену.

Это проклятие какое-то? Разве хотела я себе таких развлечений? Разве для этого нужно было решиться на развод? Чтобы все по новой?

Не хочу! К черту Усманова с его улыбочками и глазами, в которых тонна страсти и океан обещаний. Все мужчины одинаковые. Все сводится к одному.

Влив в себя еще чашку чая, я запретила себе реветь.

Это деловая поездка. Все, что у нас было с Владом – факультативное удовольствие. Как раз то самое, чтобы без сожаления подать на развод по приезду. Как раз о самое, на что меня благословила Ритка. Как раз то самое, о чем я мечтала в детстве. Нельзя тащить эти маленькие приятности в сердце. Нельзя даже мысли допускать, что Влад что-то чувствует ко мне кроме похоти.

Я отыграю наш спектакль, но не более. Хватит с меня иллюзий и самообмана. Я наелась ими в браке.

Я легла спать, запретив себе страдать, ревновать и, вообще, думать о Владе.

Усманов примчался домой утром. Свежий и веселый.

– Доброе утро, дорогая, – пропел он сладким жаворонком.

Захотелось удавить его, чтоб эта милейшая лучистая улыбка сползла с лица. Я ничего ему не сказала о разговоре с Алексом, о своих обидах и мыслях. Сначала слова не шли с языка, потом мы были заняты. Вернее, Влад носился по дому, собираясь на встречу. Меня он решил не брать, потому что перед приемом еще ждали СПА, мастер по волосам и визажу.

– Заберу тебя прямо из салона, Ангел. Ты успеешь приготовить мне костюм?

– Да, конечно, – ответила я спокойно, принимая его просьбу с исключительно рабочим энтузиазмом.

Сколько я так наглаживала рубашки и отпаривала пиджаки Диме? И все рано все было плохо. Влад мне хоть заплатит за услуги.

Я печально хмыкнула себе под нос. Услуг я ему уже оказала более чем достаточно. Самое ужасное, что я очень хотела пойти до конца и дальше. До сих пор. Влад ничего мне не сказал о ночи у Алекса, но, по всей видимости, от него не укрылось мое смятение и обида.

– Хей, Ангел, ты злишься на меня? Я правда не мог вчера от них отвязаться. Ты же понимаешь, – проговорил он уже у двери, прощаясь со мной.

– Все в порядке, – соврала я, натягивая улыбку. Не признаваться же сейчас, когда его уже ждут в офисе другие потенциальные партнеры. – Увидимся вечером. Я отглажу рубашку.

– Буду скучать. Сегодня ночью мы все наверстаем, – пообещал Влад.

Я не успела опомниться, а он уже целовал мня глубоко и чувственно, крепко обнимая. Я не могла ему противиться. Не было сил отказаться от этой сладкой боли, что будили во мне его прикосновения, ласки и близость.

– До вечера, малышка. Побегу, а то останусь с тобой и гори оно все…

Он еще раз поцеловал меня в губы и ушел. Я снова осталась одна со своими невеселыми мыслями, запутавшаяся в желаниях и чувствах. Не в силах оставаться в четырех стенах, я вышла на улицу и пошла прогуляться по рынку Портобелло.

Как истинная женщина, я очень быстро зарядилась атмосферой этого места. Мне нравились такие рынки, нравились необычные вещи и такие же оригинальные продавцы. Я не прошла мимо аксессуаров и купила себе несколько браслетов с натуральными камнями, два шарфика и кошелек. Дизайн был простенький, но мне они пришлись по душе. Не смогла я устоять и в посудной лавке. Не знаю, откуда там взялась большая кофейная чашка с надписью «Я не твоя». Это ведь как специально для Влада.

Я тут же вспомнила все, от чего меня вылечил шоппинг, но чашку все равно купила. Вспомнив советы Ритки и прочие позитивные мантры, я решила взять от Усманова все самое лучшее. Пусть он плетет интриги с Сарой, но мне-то что? Я вернусь на работу, разведусь с неверным мужем и начну новую жизнь. Как бы то ни было, но Усманов за эти дни позволил мне стать совсем другой. Сильной, смелой, желанной. Такая я себе нравилась намного больше и собиралась зафиксироваться именно в этом состоянии.

СПА, визаж, вечерняя прическа и роскошное платье утвердили меня в этом образе еще сильнее. Влад, как и обещал, забрал меня из салона. Смерфит опять прислал за нами водителя, но у открытой двери стоял именно Усманов. Его губы растягивались в широкой улыбке, пока я шла по тротуару до парковки.

– Ты прекрасна, – проговорил он. – Ненавижу работу. Поехали ужинать, а потом домой. А лучше ужинать домой и…

– Не искушай, – усмехнулась я. – Теряем время.

– Ты стала нудной, Ангел. А я надеялся соблазнить тебя на всякие непристойности по дороге.

– Держи карман шире. Как твой бранч кстати?

Мне удалось сменить тему, и по пути в поместье Влад говорил о работе. Даже по тону я чувствовала, что он не особенно рад вращаться в высшем обществе, хотя перспективы сотрудничества переговоры сулили хорошие.

– С Алексом тоже все как-то странно. Мы с ним во многом совпадаем, и он не давит на меня по части условий, но его дети…

– Дети? – неожиданно для самой себя я начала прикидываться несведущей дурочкой, давая Владу шанс объясниться. – Разве Ник не единственный ребенок?

– Нет, есть еще Сара. Но они оба те еще наследники.

– Значит, Сара?

– Да, старшая дочь.

На этом Усманов закрыл тему детей и больше говорил о сотрудничестве.

Я расстроилась. Почему он не считает нужным мне сказать? Или это часть того разговора, который мы снова отложили. Я не стала заострять внимание, а зря. Наверно.

И без этих недомолвок мне было страшновато и волнительно. Все же я девочка из провинции впервые среди сэров и пэров. Эдакая Золушка на службе у принца.

Шикарный особняк был ярко освещён. Влад первый вышел из машины и помог мне. Я не упала на каблуках и не наступила на подол платья. Меня тепло поприветствовал Алекс, и так же доброжелательна была его жена, которую мне тут же представили. Ник тоже кратко и сдержанно кивнул, не напрягая. А вот эффектная брюнетка, которая тут же спустилась со второго этажа в гостиную, мгновенно заставила нервничать.

– Ангелина, это Сара Смерфит, дочь Алекса, – познакомил нас Влад.

Я тут же забыла обо всех правилах. Мне нужно протянуть руку или кивка достаточно?

– О, прелесть, – тут же запела Сара, обнимая меня без лишних церемоний и имитируя поцелую мимолетным касанием щеки о щеку и чмоком в воздух. – Наконец, ты привез ее к нам, дорогой. А я уже думала, что прячешь. Анжелин, почему вы не приехали вчера? Мы славно поиграли в покер. Влад даже выиграл.

Значит, она действительно приехала вчера и Влад провел с ней ночь под одной крышей. Ревность снова забурлила, кипятя мою кровь, но я совладала с эмоциями.

– Я не фанат азартных игр. Вряд ли моя компания была бы вам приятна.

– Ну что ты, милая… – на этом ее внимание ко мне закончилось, и она вцепилась в Усманова. – Я ведь так и не успела тебе показать своего нового скакуна. Пойдем. Ник, ты уж развлеки Анжелин. Не стоит ей пачкать туфельки в навозе.

Я едва успела моргнуть, а она уже увела Влада за собой, как телка на веревочке.

– Шампанского, Анжелин? – предложил мне Ник с абсолютно непроницаемым лицом.

– Да, пожалуй, – кивнула я.

А что мне еще оставалось? Не бежать же за его сестрой и Владом до конюшни.

Благослови бог англичан с их тактичностью и невозмутимостью. Мы с Ником достаточно долго говорили о погоде, о гольфе, о моих впечатлениях первого визита в Лондон. Когда бедолага иссяк, на помощь пришла его матушка, которая познакомила меня со своими подругами, такими же женами сэров-пэров. Я в ответ сказала, что у них очень красивый дом и изъявила желание выйти в сад. Наверно, зря, потом что сразу увидела Влада и Сару. Они, похоже, возвращались из конюшен, и дочка Смерфита буквально висела на моем «женихе», что-то рассказывала, и сама заливалась звонким смешливым колокольчиком.

Мне стало дурно. Правда, увидев меня, Усманов осторожно освободился от ее захвата.

– Возвращаю его вам, Анжелин, но ненадолго. Влад, не забудь, мы хотели обсудить брексит с лордом Саливаном. Он очень интересовался твоим мнением.

– Да, помню, Сара. Сейчас иду.

Она оставила нас у кустов с ароматными розами. Я переминалась с ноги на ноги, сама не знала, что ждать сейчас.

– Заскучала? – спросил Влад, как ни в чем не бывало.

– Прости, что бросил, но мне нужно пообщаться со всеми этими скучными людьми.

Он взял у меня из рук бокал и выпил половину, а я даже не пригубила.

– Конечно, – с улыбкой откликнулась я. – Мне не скучно. Это работа.

«На конюшнях, наверно, веселее», – подумалось мне, но обвинять Влада во всех смертных грехах я не мела права.

Подняв глаза и увидев его рот со следом сливовой помады, меня затошнило. Скучные переговоры, ага. Конюшня? Да-да. Жеребец, твою мать.

Влад протяну мне бокал обратно, но я резко отпрянула, и он уронил его. Стекло брызнула в разные стороны осколками.

Господи, какая я же я дура и слабачка. Нужно сейчас собраться и попытаться не реветь, не представлять его с ней и не показывать свою слабость. И уж точно не требовать у него объяснений, оправданий.

– Ангел, ты в прядке?

Влад словно не заметил разбитый бокал.

– В полном, – отважно соврала я. – Ты хотел вернуться внутрь? Нас, наверно потеряли. Мистер Саливан ждет.

– Да, конечно, но…

Не дав Владу договорить, я взяла его под руку, как недавно Сара, и повела уверенно к дому. Он платит мне за этот эскорт. Я должна все отработать. Без эмоций, без глупостей и без иллюзий.

Усманов словно опешил от моего уверенного напора и больше ни о чем не спрашивал. Это и понятно, потому что мы уже на веранде столкнулись с тем самым Саливаном, который жить не мог без обсуждения брексита.

Моментально рядом с нами оказалась Сара. Она тут же включилась в обсуждение и постоянно прикасалась к Владу. Ее совершенно не смущало, что при этом он обнимал меня. Такой наглый флирт не просто раздражал, он моментально меня выбесил. Даже увеченный экономикой и политикой Саливан пару раз взглянул на мисс Смерфит, а потом сразу перевел взгляд на Влада и на меня. Кажется, я покраснела. Мне было так стыдно.

Это противное чувство не покидало меня, потому что Сара от нас не отходила ни на шаг. Это было просто неприлично, в конце концов. Не знаю, каким чудом я сдерживала свои нервы. Иногда я так злилась, что вдавливала ногти в свою ладонь, чтобы не наговорить ей гадостей. Или ему.

Усманов ведь улыбался ей и периодически отвешивал комплименты.

– Потрясающее замечание, Сара.

– А что ты думаешь об этом, Сара?

– А как ваш бизнес будет развиваться потом, Сара? Ты ведь думала об этом.

– Инвестирование тебя интересует, Сара? Ты слишком хорошенькая для всей этой скучной денежной канители.

На каждое подобное замечание Сара отвечала лучистой наивной улыбкой, а Влад ухмылялся как истинный демон.

Я не выдержала. Час этого ада совершенно вымотал меня. Извинившись, я оставила этих двоих с в компании нескольких лордов и самого Алекса. Его жена любезно проводила меня до уборной, где я просидела наверно минут десять, пытаясь прийти в себя, промакивая салфетками глаза и сдерживая плач.

Они ведь переспали этой ночью. В моем воображении проскальзывали образы потных тел, сплетенных в танце страсти. Ее смех, его ухмылки. Поцелуи, объятия. А меня просто некуда деть. Я ведь была анонсирована заранее. Очевидно, Влад притащил с собой невесту ,чтобы раззадорить бывшую. Проклятый стратег. Ему все удалось. Осталось только поздравить.

Мне бы радоваться, потому что вряд ли босс будет теперь настаивать на интиме. Но вот сердце кровило и ныло от боли и ран. И это даже рядом не стояло с тем, что я чувствовала, когда мне изменил Дима. То была обида больше, а сейчас я просто умирала, теряя то ,что никогда и не было моим. А я ведь хотела. Все равно хотела. Вопреки всему.

Я вышла из ванной комнаты и почти наскочила на Ника.

– Анжелин, ты в порядке? Такая бледная, – сразу заметил он.

– Да, мне нехорошо, я бы хотела поехать домой.

– Я сейчас найду Влада. Кажется, он был на террасе с Сарой.

Я могла бы и догадаться.

– Не стоит беспокоиться, Николас. Я просто скажу ему, что заболела. Пусть он остается.

– Как скажешь. Тогда я велю подать машину.

– Большое спасибо. Я бы хотела попрощаться с твоими родителями и поблагодарить за все.

– Они отдают последние распоряжения на кухне, я передам им. Не переживай.

Я коснулась его плеча в знак признательности, кисло улыбнулась и пошла к выходу на огромный балкон.

Что я знала о боли до сих пор? Наверно, ничего. Сердце ноет – это можно перетерпеть, но как не кричать и оставаться в сознании, когда видение, словно огромное, раскаленное ядро влетает в грудь.

Я стою и смотрю, как они целуются.

Она держит его за галстук, притягивая к себе, и смачно всасывается в мои любимые губы, пачкая их помадой еще сильнее.

Слезы покатились по щекам, но я стерла их пальцами, четко и звонко поговорила:

– Влад, кажется, я приболела. Немного тошнит. Поеду домой. Доброго вечера.

Ответа ждать я, конечно, не стала. Мне уже было больно везде. Ногти, вдавленные в ладони, узкие новые туфли, тугой лиф платья, даже шпильки словно впились в голову. И дыра в груди, которую никто не видел. Я шла, как слепая, улыбаясь и кивая всем, кто прощался со мной, но при этом не разбирала лиц. У ворот ждала машина. Только возле нее я поняла ,что еду домой не одна. Влад сел со мной рядом на заднее сидение.

– Ангел, я могу…

Я подняла руку, прерывая его, и сказала кратко по-русски:

– Давай все обсудим дома, Влад. Когда приедем или завтра или никогда. Никогда было бы идеально. Ты не обязан уезжать со мной. Возвращайся на праздник.

– Нет, я с тобой, – упрямо проговорил он и кивнул водителю. – Го, Джейми. Ту Ноттинг-Хилл*.

Я отсела к окну и до самого дома не проронила ни слова. Влад тоже ничего не говоил, но я за эти дни немного его узнала и понимала, что едва мы войдем домой, он потребует объяснений. Забавно, а ведь это эму следовало объясниться. Хотя с какой стати? Мы никто друг другу. Он точно не обязан передо мной отчитываться. Хотя мне показалось… Да-да, Геля, тебе показалось.

Усманов взял и влюбился за три дня. О-о-очень смешно.

Наверно, решение уйти с вечеринки и не закатывать Владу сцену на балконе и по дороге было самым взвешенным и мудрым за всю мою игрушечную жизнь. Огни Лондона, тихий гул мотора успокоили меня. Я снова была равнодушна и холодна. Да, немного взволнована и весьма возмущена, расстроена, конечно, но страсти я усмирила. Сейчас мои эмоции были схожи с теми, которые я испытывала перед ужином с Владом на веранде нашего офиса.

Стряхнув с себя все лишнее, я умудрилась спокойно поблагодарить Джейми и войти в квартиру с гордо задранным носом.

– Ради бога, Влад, я устала и хочу спать. Избавь меня от своих нелепых объяснений, – бросила я, небрежно скидывая туфли, пошла к себе в спальню.

– Нет, – резко отказал мне Усманов, схватив за запястье.

Одно касание. Одно единственное слово, и я снова размазня с глазами на мокром месте.

– Пожалуйста, – жалобно попросила я, посмотрев на него снизу вверх. – Пожалуйста, Влад, оставь меня в покое. Неужели тебе мало всего, что ты сделал?

– Что я сделал, Ангел? Она меня целовала. Не я ее.

– Серьезно? На балконе или на конюшне?

Все, я оседлала любимую лошадь, снова превратившись в ревнивую жену.

Влад прищурился.

– Везде. Это было необходимо. Не мне. Саре. Она…

– Правда? А тащить меня сюда и представлять своей невестой тоже необходимо? Наверно, чтобы втоптать меня в грязь? Это видимо часть твоей работы. Знаешь Усманов, я помню прекрасно, что мы никто друг другу, но все эти люди – они же не в курсе. Для них я просто дура, которая терпит вертихвостку рядом со своим мужчиной. Такую роль ты мне готовил? Серьёзно? Между прочим, изображать идиотку я не нанималась. Это стоит дороже расписки моего мужа.

– Ангел, я же…

Я перебила его, не в силах остановиться.

– Или ты собирался вызвать ревность Сары с моей помощью? Хотел вернуть ее расположение, сделать своей женой и войти в семью Смерфита? Он не в восторге от такого сценария, Влад. Вряд ли тебе что-то светит. Алекс против вашей свадьбы. Прости, что говорю с сарказмом, но нет сил тебе сочувствовать.

– Ты очень сильно ошибаешься сейчас, Ангелин, – мягко укорил меня Влад.

Слишком ласково звучал его голос, а глаза смотрели слишком пристально. А на лице застыло выражение лица человека, который целиком и полностью верит в собственную правоту.

– Ты просто ревнуешь меня, малыш.

– Да пошел ты в задницу, Усманов! Мне просто противно, вот и все. Ты играешь судьбами, используешь людей, давишь на слабые места. Это отвратительно и мерзко. Я по горло сыта твоими играми. Можешь делать с моей квартирой и моим дебилом-мужем что угодно. Я в этом дерьме больше не участвую.

Наконец удовлетворив потребность вывалить на него все, что думаю, я дернула руку, потребовав:

– Пусти! Я…

Не тут то было. Усманов не только не отпустил, он потянул меня за руку, прижимая к себе, завел за спину и вторую ,полностью обездвижив. Я почувствовала себя такой беспомощной и очень уязвимой. Влад смотрел мне прямо в глаза и говорил искренне и проникновенно.

– Малыш, клянусь, я не хотел тебя ранить. Ты права, я дерьмово поступил, увлекся, заигрался. У меня никогда не было женщины, чьи чувства я принимал бы в расчет. Для меня всегда работа на первом месте. Была.

– Была? – эхом уточнила .

– Да, была. Я ведь все бросил и уехал. Значит, теперь на первом месте ты.

– Какая честь, твою мать!

–Ангел, я думал, что причиню тебе боль. Я не хотел этого.

– Ты же спал с ней, Влад. Как это может не ранить?

Слезы потекли по моим щекам. Я не могла больше держаться.

– Это было сто лет назад, Ангелин. Прости, но я не могу вернуться в прошлое.

– Вчера, – прохрипела я. – Вчера она была на ужине. Ты остался…

– Я не спал с ней вчера. Клянусь. Мы засиделись за покером и разговорами. Я едва на ногах держался. Сара ушла к себе, сыграв одну партию. Мы почти не говорили. Пожалуйста, не плачь, родная.

Я судорожно втянула ртом воздух, задыхаясь от желания верить ему. Влад взял мое лицо в ладони.

– Прости меня, – зашептал он. – Прости, пожалуйста. Мне нужно было пообщаться с Сарой сегодня. Да, я расчетливый гондон и использовал ее влечение, чтобы выведать планы, ее и Алекса. Я думал, ты поймешь… Нет! Я надеялся, ты не увидишь. Дерьмовая оказалась идея. Нужно было хотя бы предупредить тебя, но я не стал. Не посчитал нужным. Это все так сильно и ново для меня. Я не успеваю перестроиться.

– Сильно? Ново? – залепетала я, повторяя его слова, но не понимая их смысла. – Что?

– Мои чувства к тебе. Я бы назвал это любовью, но, наверно, слишком рано. Поэтому пусть будут просто чувства…

– Чувства? – снова откликнулась я эхом.

– Да, чувства, Ангелина, разве ты не видишь? Я помешан на тебе. Все, чего я желаю – это ты. Неужели так сложно заметить, милая? Ни одну женщину я не хотел так сильно. Ни одна не злила меня и не восхищала, как это делаешь ты.

Он опустил мои руки и стиснул попку, прижимая к себе, позволяя почувствовать через брюки свое возбуждение.

– Никто так не может, Ангел. Только ты. Ты мое наваждение. Мое единственное желание – обладать тобой. Я тебя никуда не отпущу. Даже не мечтай об этом.

У меня закружилась голова, и стало тяжело дышать. Я вроде бы была в уме и ни на грамм ему не верила. Все слова, пустое. Но мое тело пело, отвечало на его возбуждение собственным жаром и потребностью. Руки сами обвили шею Влада. Я встала на носочки и потянулась его губам.

Наверно, все дело в извинениях. Дима никогда не говорил «прости меня». Его коронной фразой было «сама виновата». А Влад… Влад снова ударил тараном по всем моим крепким стенам. Крепость пала. Я больше не хотела сопротивляться. Я хотела принадлежать ему, потому что он так хотел. Потому что я сама хотела.

Я поступил, как кретин, конечно. Азарт своеобразных переговоров с Сарой отбил мне память и залил глаза туманом. Я совсем забыл о моем Ангеле, пытаясь выведать у бывшей ее планы. Конечно, она мне все разболтала, едва я дал ей надежду на взаимность и возобновление отношений. Я знал, что придется играть в эти игры, но не посвящал в них Настю. Не счел нужным предупредить и Ангелину.

Красавец, в общем. Даже радовался, что Ангел не ходит за мной по пятам. Думал, умненькая девочка, все понимает. Нет, она, конечно, умница, но все же девочка. Я как манну небесную с неба поймал, поняв, что она в бешенстве и ревнует. Вместе с этой идиотской радостью пришло и полное осознание своего просчета.

Мне не стоило рассчитывать на семью Смерфита. Слава богу, хватило ума распихать яйца по разным корзинам. Не стоило мне и пренебрегать чувствами Ангелины. Хотя я сомневался вообще в наличии этих самых чувств. Да, ее тянуло ко мне. Нам было хорошо, но я не рассчитывал на большее. Я не думал о большем. И вот именно в машине на меня снизошло озарение.

К черту бизнес! Она сейчас самое важное для меня. Я решил быть искренним и сказал ей все прямо, без увиливаний, не побрезговал извиниться и опять не смог держать руки при себе. У меня просто не было сил отпустить Ангелину, позволить ей плакать, даже просто расстраиваться из-за меня. Это же как ребенка ударить или кошку пнуть. Она такая хрупкая и красивая, невероятно мужественная, сильная и ранимая одновременно.

Я знал, что люблю ее. Впервые за всю мою жизнь захотелось сказать это женщине, но я знал также, что рано. Слишком рано для всего. Но, пожалуй, самое время, чтобы разрушить ее сопротивление окончательно.

– Никто так не может, Ангел. Только ты. Ты мое наваждение. Мое единственное желание – обладать тобой. Я тебя никуда не отпущу. Даже не мечтай об этом, – говорил я глядя ей в глаза, пьянея от ее близости, запаха, тепла.

Она больше не пыталась вырваться или уйти, не противилась моим касаниям, а сама встала на цыпочки и поцеловала.

Комкая в кулаках мою рубашку, Ангелина шептала что-то мне в губы, но я не мог разобрать. Намного важнее сейчас было что-то горячее и чистое между нами. Не просто похоть, не голая страсть, а нечто большее. Мы чувствовали друг друга. Она знала, что я не вру, она принимала мои извинения, она, наконец, принимала все, что между нами было.

Я поднял ее на руки и отнес в свою постель, уложил на прохладные простыни и снова потянулся к губам Ангела.

– Пожалуйста, – пробормотала он между поцелуями. – Пожалуйста, Влад…

Я чуть отпрянул, чтобы взглянуть на нее. Ангелина не сказала того, что хотела, но я читал по ее глазам.

Пожалуйста, не ври мне.

Пожалуйста, не обижай меня.

Пожалуйста, не изменяй мне.

Я улыбнулся ей робко, как пацан, и осторожным кивком пообещал, что не буду. Правда, изнутри меня разрывали совершенно недетские чувства. Мне одновременно хотелось раздевать ее медленно и долго, бесконечно ласкать и целовать, но дикий зверь требовал взять, растерзать, пометить. Балансируя между этими крайностями, я осторожно снимал с Ангелины платье, но едва увидел ее грудь, обезумел.

Напряженный сосок, словно сам звал облизать, втянуть в рот, прикусить и жестко пососать, теребя языком. Сдвинув платье до пояса, я ласкал вторую грудь пальцами, пьянея, как от самого крепкого виски.

– Господи, – выдохнула Ангелина, дергая мой галстук, чтобы ослабить. – Сними это все Иди ко мне.

Эта чувственная просьба сработала, как заклинание. Я оторвался от ее груди, чтобы сбросить одежду за две секунды. Пользуясь заминкой, я стянул с Ангелины платье, оставив ее в одних трусиках, и накрыл своим телом сверху. Ее руки тут же оказались у меня на спине, поглаживая, лаская. Я замер, глядя на нее снизу вверх. Мы оба замерли, привыкая к таким ярким и новым ощущениям. Она не была чужой женой. Я не был ее боссом. Были просто мы. Друг для друга.

Разумеется, в этот трогательный момент меня опять начал раздирать на части озабоченный Халк. Чтобы чуть умерить пыл, я поцеловал Ангелину. Страстно и неистово, почти грубо, но все же это позволило немного притормозить, а не рвать на ней трусики и таранить без подготовки. Правда, опустив руку и погладив ее между ног, я ощутил, что никакой подготовки и не требуется. Гладкий шелк белья стал мокрым от ее смазки, и я замурлыкал каким-то рычащим басом, балдея от этого открытия.

– Хочешь меня, Ангел? Скажи… Пожалуйста, – прогудел я ей в губы.

Нависая над ней, распаляясь все сильнее от ее томного взгляда и вздохов, я чувствовал себя одновременно уязвимым и всемогущим. Мне так нужно было услышать от нее эти слова. Аж ком подкатил к горлу. Волнение перемешалось с возбуждением.

– Хочу, – просто ответила она, истерзав меня на клочки за несколько секунд молчаливой паузы. – Хочу тебя. Я твоя.

Я зажмурился от удовольствия и стал покрывать ее тело жалящими поцелуями. Ангел вздрагивала от каждого прикосновения моих губ к своей коже и вскрикивала, когда я прикусывал самые сладкие местечки, не в силах удержаться. Между грудью и подмышкой, в сгибе локтя, под пупком и в солнечном сплетении. Я не знал, что можно сходить с ума, просто целуя женщину. Я нарочно избегал ее груди, чтобы не сорваться. Нарочно оттягивал момент, снова и снова требуя:

– Скажи… Скажи мне!

– Твоя, – отвечала Ангелина. – Вся твоя, Влад.

Она приподнималась мне навстречу, обнимала крепко, извивалась и вздрагивала, запускала пальцы мне в волосы, больно дергая, но возбуждая этим до предела.

Когда я в очередной раз заставил себя успокоиться и пошел на сотый круг ласк и поддразниваний, Ангелина вонзила мне ногти в плечи, заявив:

– Еще минута и мне придется тебя изнасиловать, Усманов. Я тихо засмеялся, снова поглаживая мокрые трусики, чуть надавливая на клитор прямо через белье. Ангелина приподнялась, куснула меня за губу.

– Осталось сорок секунд, Влад.

– Какая ты нетерпеливая.

– Это ты какой-то тормоз. Я терпела более чем достаточно, и сейчас хочу неистового секса, а не бесконечных издевательств.

– Ангел… – мне показалось, она говорила не только о нашей прелюдии, но и о своем сексуально опыте до…

– Влад, пожалуйста, – снова попросила она, и ее ладошка оказалась внизу. Ногти царапнули мой живот, а через секунду пальчики нашли член и сжали. – Давай… Мне не нужна нежность… Я не хрустальная ваза.

– Что тебе нужно, Ангел?

– Ты. Просто сделай меня своей.

Последнее слово она выдохнула мне в ухо, кусая мочку. Ее большой палец тем временем растирал влагу по головке. Даже если бы я мог сдержаться, то не стал бы. Ну а слова Ангела снесли все барьеры и преграды.

Я стянул с нее трусики. Ангелина развела ноги и приподнялась мне навстречу. Подписала себе приговор. Вот дуреха.

Халк вырвался на свободу. Я больше не мог сдерживаться. Очень надеюсь, что Ангелина хотела именно этого. Оказавшись в ней я даже не пытался двигаться медленно. Мне хотелось ее так сильно. До безумия. Эта неистовая страсть и голодная потребность вылилась в мощный и быстрый ритм движений.

– Ох, черт, – выкрикнула она и подняла ноги, обвивая меня ими позволяя поникнуть ещё глубже.

– Ангел… – рыкнул я. – Пре… Прекрати. Я ведь… разорву тебя.

– Давай уже.

Ее дерзкие слова были синхронны с очередным толчком и вырвались изо рта Ангела звонким криком. Она царапнула мою спину. Больно ,черт! Я зашипел и еще ускорился, чувствуя, как Ангел крепче обнимает меня и сжимает внутри, усиливая и мои, и свои ощущения.

Мне кажется, и двух минут не прошло, а она уже кончала, вздрагивая в моих объятия и все равно продолжая подгонять. Сладкая дрожь и всхлипы, пульсация ее плоти вокруг моего члена все же заставили притормозить. Я замер, хотя сам трясся от желания продолжить сразу же.

– Не останавливайся.

Ангелина словно читала мои мысли.

– Отдохни, – прохрипел я.

– Нет.

Она сжала меня внутри, и сама захныкала от остроты ощущений. Я зажмурился и стал потихоньку двигаться. Даже осознавая все безумие ее просьбы, не мог внять здравому смыслу. Кажется, мы оба сошли с ума.

И как только удавалось до этого сдерживать лавину страсти, что сейчас обрушилась на нас обоих.

– Ангелина. Ангел? – шептал я ей в губы. – Тебе хорошо? Не больно?

– Идеально, – ответила она, снова и снова сжимая меня и заставляя грязно ругаться. – Только мало. Еще. Хочу тебя себе. Всего. Целиком.

Ангелина

Ангелина

Я знала, что секс с Владом будет невероятным. Одно прикосновение, один поцелуй, и моя кровь превращалась в жидкое электричество. Наши обнаженные тела и полный контакт кожа к коже поднял уровень напряжения до предела. Я не продержалась и двух минут, кажется. Как будто всю свою жизнь принадлежала именно этому мужчине. Словно он годами изучал мое тело и душу, зная, как я люблю, что мне нравится. Его безумие и страсть были разбавлены внимание и заботой. Я знала, что он сдерживается, даже когда я просила о неистовстве и буйстве. Влад хотел меня, но не позволил себе кончить сразу. А я слабачка, наверно. Но женщине и не положено терпеть в этом деле.

Правда, как только меня ослепил белый свет, я сразу захотела еще. Жадная стерва требовала продолжения. Слава богу, Усманов не противился моей ненасытности. Он снова начал двигаться. Сначала медленно и осторожно, но подгоняемый моими стонами и поцелуями, очень скоро вернулся к мощному ритму, который опять отправил меня на небеса.

Я села, чтобы быть к нему ближе, сцепила ноги замком и двигала бедрами навстречу толчкам Влада. Он придерживал меня за попу, помогая, направляя. Его губы обжигали мою шею, и я выгибалась, подставляя ему больше кожи. Плечи, грудь. Влад целовал и даже успевал пососать и укусить. А мне нравилось чувствовать его зубы и мимолетную боль, которая невероятно оттеняла такое же острое удовольствие и новые вспышки фейерверка оргазма.

– Ангел, ты такая… Невероятная… Безумная… Совершенство… – бормотал Влад, сцеловывая с моих губ стоны.

Я не останавливалась, а он больше не предлагал отдохнуть. Мне хотелось снова и опять. Больше и сильнее. Но теперь по своим правилам. Я толкнула его в грудь, заставляя лечь на спину, и устроилась сверху. У меня не было богатого опыта в этой позиции. Пришлось экспериментировать, как и с минетом. Я двигалась аккуратно и неспешно, но все лучше чувствовала себя в роли всадницы и очень скоро смогла взять уверенный темп, да еще и покрутила попой, чтобы раздразнить Влада.

– Ангел.

Он потянулся ко мне, приподнимаясь, но я заставила лечь обратно.

– Не двигайся, – потребовала я строго.

– Да, босс, – улыбнулся он мне в ответ, чуть шевельнув бедрами.

Я прищурилась, но ничего не ответила, снова стала раскачиваться.

Влад не сводил с меня глаз и это невероятно возбуждало. Он мог вот так смотреть на меня молча, и я просто читала его мысли, купалась в обожании, которым светилось его лицо, млела, когда он облизывал губы и выпускал изо рта воздух с придыханием. Чем смелее я становилась, тем чаще он стонал и сильнее вдавливал пальцы мне в бедра.

– Ангелина… – прошептал Влад, словно молитву, когда я подняла руки к волосам собирая их наверху.

Он простонал и чуть прикрыл глаза, но лишь на миг, чтобы продолжать смотреть шоу, которое было чистой воды импровизацией. Я двигалась неспешно, сжимая его внутри, и сама себя ласкала. Ладони скользили по шее, груди. Я опустила руки на живот, но не решилась и вернулась к соскам, сдавила их пальцами. Влад зарычал и заерзал подо мной. Ему нравилось.

Я стиснула его бедрами, запрещая командовать. Он сморщился, но принял это. Только стал сильнее помогать мне двигаться, направляя движения руками.

Я сама адски завелась от этого маленького эротического концерта. Мне нравилось ласкать себя для него. Нравилось, что он смотрит и не мешает мне. Нравилось быть сверху и самой вести эту игру. Колкое удовольствие от пощипывания сосков мчалось вниз, завязывая тугие узлы нового оргазма там, где мы с Владом соединялись.

– Давай, девочка. Давай. Кончи для меня, Ангел, – подзадорил Влад.

Я не могла его разочаровать. Эта просьба стала последней каплей. Я пила мягкое долгое удовольствие, смакуя и растягивая, направляя и продлевая. Кажется, я кончала целую вечность, но все равно не насытилась.

Силы были на исходе, и я улеглась на Влада, блаженно ощущая его горячую влажную кожу. Даже после всего мне хотелось его опять. Я потерлась грудью о его грудь и застонала, ощутив, как его ладони растирают и разминают мое тело.

– Влад, – позвала я его.

– Мммм.

– Я могу попросить?

– Все, что угодно.

– Хочу сзади.

Усманов потянул меня за волосы, заставляя подняться и посмотреть на него.

– Что?

– Возьми меня сзади, – выпалила я, теряя смелость и заливаясь румянцем. Поздно стесняться, но я все равно покраснела, пытаясь объяснить. – Я никогда, но всегда хотелось попробовать, и ты..

– Ангеееел, – перебил он меня, впиваясь в губы поцелуем.

Его пальцы утонули в моих волоса. Влад потянул за пряди, снова доставляя эту невероятно сладкую, чувственную боль, и загудел мне в рот:

– Что ты такое говоришь? С ума сошла просить об этом? Я же…

– Что? Нет? – я почти заплакала от расстройства. Наверно, посчитает меня шлюхой какой-то.

– Малышка, я же тебя… Черт… Это же нихрена не должно было быть так. Я хотел любить тебя сладко и медленно.

– Не надо… Мне нужно вот так. К черту медленно.

Он взял мое лицо в ладони, выдохнул в губы:

– Попроси еще раз.

– Трахни меня сзади.

Я укусила его за нижнюю губу и вырвалась из объятий, вставая рядом на колени и призывно качнула попкой. Влад тут же оказался сзади и звонко шлепнул меня. Я взвизгнула.

– Порочный сладкий Ангел, – пропел он, покрывая мою спину поцелуями и водя головкой по влажной плоти.

Я захныкала, пытаясь потереться об него сильнее, но Усманов и сам уже был на грани, кажется. Когда он снова вошел меня, я поняла, чего мне не хватает все это время. Его оргазма. Мне нужно было разделить удовольствие с этим невероятным мужчиной. Вернуть ему хоть что-то, отдать себя и забрать себе.

Я проживала эти мысли вместе с ощущениями. Влад двигался резко и жестко, не щадя меня. Но его руки так нежно поглаживали при этом, гуляя по спине, опускаясь к груди, сминая попку. Он даже задевал влагу и чуть касался клитора, но быстро прекращал, чтобы не терять ритм. А вот когда он провел пальцем между ягодиц, касаясь ануса, я невольно сжалась.

– Шшшш, – прошелестел он мне на ухо, тут же склонившись. – Просто ласки, Ангел, я не буду. Обещаю.

Я тут же расслабилась, ответив ему:

– Да, я знаю.

У меня был плохой опыт по этой части, но с Владом все неприятные воспоминания тут же отступили. Я доверяла ему. Свое тело, свою душу. Он не сделает больно.

Его пальцы действительно были осторожными и нежными. Он даже двигаться стал медленнее, чтобы не навредить мне в пылу страсти. Я дышала ртом от совершенно неожиданных ощущений. Оказалось, это может быть приятно и нежно. Влад просто гладил меня, не надавливая. Его пальцы были в моей смазке, и я ощущала только теплое скольжение, которое пикантно оттеняло удовольствие.

Оргазм катился на меня как снежный ком, как роковая лавина, но я все сдерживалась и оттягивала этот момент.

Влад убрал руки от моей попки и взял за руки, заставляя подняться, прижаться спиной к его торсу. Его пальцы тут же сдавили мои соски.

– Зачем? – спросил он, кусая меня за ушком. – Зачем ты сдерживаешься? Кончай, Ангел. Ты же этого хотела.

Я вздрогнула и в очередной раз отказалась от оргазма. Ответила ему:

– С тобой. Я хочу вместе.

Стон Влада превратился в рычание. Чтобы толкнуть его за край, я опустила руку вниз, где он входил в меня. Я ласкала себя и его. Было так чертовски приятно ощущать рукой движение его члена, прикасаться к нему, когда Влад чуть отстранялся, чтобы снова погрузиться.

– Ангелина, господи, – простонал он, сдавливая мои соски и присасываясь ртом к шее.

И теперь уже я подгоняла его:

– Давай же, Влад. Кончи со мной. Сейчас.

Я сжалась, побуждая его не медлить, и отпустила себя только, когда услышала хриплое:

– Да, черт. Я… с тобой

Мы синхронно вздрагивали. Влад крепко обнимал меня. Взаимное удовольствие и громкие стоны были лучшей клятвой. Крепче подписей, сильнее обещаний. Я принадлежала ему, а он мне.

Во всяком случае, в этот конкретный момент.

Я лежала на груди Влада, слушая стук его сердца, водя пальцем по влажной коже. На душ не было сил у нас обоих, спать не хотелось, улыбка не сходила с губ, и внутри все пело. Усманов обнимал меня, перебирая пряди волос, поглаживая плечи и спину.

– Я была влюблена в тебя, – проговорила я тихо.

– Ммм… Что? – тут же встрепенулся притихший Влад.

– В школе. Ты меня не помнишь, наверно. Мальчишки из параллельного класса отобрали мои кроссовки, дразнили на заднем дворе. Ты подошел, пристыдил их, вернул мне сменку. С тех пор я не дышала, когда ты проходил мимо.

Усманов тихо засмеялся.

– Да, я помню. –Он заерзал, чтобы я подняла голову и посмотрела на него. Влад провел пальцами по моей щеке, прищурился. – Это ты была? Прости, я, правда, смутно помню лицо. Но кретинов, которые издевались, весьма отчётливо. И как хотел им лещей раздать.

– Не потребовалось, – хихикнула я. – Ты был очень убедителен и без применения силы.

– Да, я тогда страдал обостренным чувством справедливости. Мечтал на юридический поступить, чтобы защищать таких вот сладеньких сиклявок. Тренировался, можно сказать. Вырабатывал убедительный голос для заседаний в суде. – Он ущипнул меня за бок, и я скорчилась, смеясь. – Хотел быть супергероем-адвокатом. Детские мечты. А стал вот…

– Беспринципным дельцом, – подсказала я, дразня его.

– Да, Ангел. Что поделать… Пришлось. Правда, меня опять переклинило из-за тебя. Полез вот спасать от очередного ничтожества. Наверно, в тебе какая-то магия. Ты делаешь меня лучше.

– Спасать? – не поняла я.

Влад скриви губы, вроде как показывая, что зря сболтнул лишнее, но тут же улыбнулся, погладил меня по щеке.

– Ты ему все звонила и звонила, а он даже не смотрел на телефон. На любовницу свою тоже не смотрел. Интереснее было выставить на кон все, что вы вместе заработали. Квартиру, машину, да и тебя саму, Ангел. Я тот еще урод, но Жуков не имеет права с тобой даже дышать рядом. Мне певать на деньги и его расписку. Тогда и сейчас. Я хотел забрать у него тебя. И желательно себе.

Я часто заморгала.

Как ни странно, мне не тронуло, что Дима бессовестно притащил любовницу на покер с начальством. Собственно, для меня это не было новостью. А вот немного стыдно за его было. И противно. Но никакой ревности или обид я не испытывала. Он сам себя утопил.

А вот признание Влада пробрало до самого сердца. Усманов, конечно, бессовестный гад и тот еще вершитель судеб, но я снова чувствовала себя маленькой девочкой под защитой красивого и сильного мужчины.

– Ты же Ангел, – прошептал Усманов, продолжая гадить мои волосы и лицо. – Как он мог так с тобой?

– Ты совсем не знаешь меня, – попыталась я увильнуть от таких странных и обезоруживающих комплиментов.

– Мне не надо ничего знать, Ангелина. Я чувствую тебя. Я вижу тебя. Ты страстная и нежная. Сильная и ранимая. Такая красивая и яркая, когда счастлива. Вот прямо сейчас. Обнажённая, с растрепанными волосами и потекшей тушью. Я не видел женщины прекрасней. У меня нет сил даже прекратить смотреть на тебя.

– Перестань, – окончательно смутилась я и уткнулась носом ему в плечо, прячась от откровенно обожающего взгляда.

Стоило мне прикрыть глаза, снова всплыли неприятные воспоминания. Терраса, Сара, поцелуй. И вот это как раз ранило. Я не могла промолчать.

– Совсем недавно ты бросил меня среди гостей и ушел целовать другую.

– Ангел, я же сказал, что не целовал ее. Она меня…

– И на конюшне?

– Да. Мне нужно было с ней пообщаться. Я не поощрял близость и не отвечал ей взаимностью. Но женщины бывают настойчивы. Особенно, когда они чувствуют власть. Сара почему-то уверена, что я весь ее с потрохами. В этом есть смысл, конечно. Но меня не тянет торговать собственной задницей во благо компании. Хотя и жалко терять Смерфита как инвестора.

– Если это так важно, почему ты уехал со мной?

– Потому что выяснил все, что нужно. Получилось не очень красиво по отношению к Алексу и его жене, конечно, н я вряд ли буду работать с ним после всего, что узнал. Ник не в восторге от перспектив нашей сделки, а Сара практически прямо мне заявила, что для долгого и продуктивного сотрудничества я должен на ней жениться. У меня другие планы.

– Понятно.

– Ангелин. – Влад крепче обнял меня. – Я сожалею, правда. Нужно было тебе сказать, предупредить.

Я вздохнула.

– Мне все равно бы это не понравилось. Но я хотя бы могла сделать вид, что у нас свободные отношения и попробовать соблазнить Ника или лорда Саливана.

– Боже, какое коварство, Ангел. Может быть, мне придется спасаться от тебя самому?

– Не исключено, – дерзко заявила я.

Влад подтянул меня повыше, чтобы поцеловать. Наверно, мы бы снова увлеклись ласками, но я отстранилась, чтобы спросить:

– Почему ты не пошел на юридический, если мечтал стать адвокатом? Вряд ли из-за конкурса и дороговизны обучения.

Влад откинулся на подушки, потер глаза пальцами. Похоже, я затронула не самую приятную тему, но отступать не хотела. Мне нужно знать о нем все.

– Из-за отца, – признался Усманов. – Он реши сразу меня подготовить, и очень скоро стало понятно, что мне придется выучит законы, чтобы умело их обходить. Правда, и бунтарь из меня вышел так себе. Закончил Хим, одновременно получил степень по экономике. Очень удачно познакомился с Алексом еще на пятом курсе, думал остаться в Англии и после диплома, но отца накрыло инсультом.

– О, я не знала.

– Мало кто знал. Удобнее считать, что мажору дали поиграть в генерального.

Я поджала губы, вспоминая, как не единожды попрекала его этим.

– Прости.

– Ничего, Ангел, – махнул рукой Влад. – Я привык. На самом деле у меня выбора не было. Компанию уже разбирали на куски, когда я прилетел из Лондона. Как акционеры меня не придушили? Загадка. Такой неудобный сынок от первой жены. И ведь совершеннолетний, вменяемы, почти с дипломом. Даже с двумя. Твои шпильки, Ангелин, просто шутки на фоне того, что я узнал в те дни о себе.

– Давили?

– Не то слово. Сначала уговаривали, потом убеждали, в конце перешли к угрозам. И в чем-то эти старые пройдохи оказались правы. Я не умею вести бизнес по правилам.

– Прекрати, Влад. Все ты умеешь. Пять лет ведь прошло? Или больше?

– Семь. Правда, я все еще расхлёбываю последствия. Например в нашем родном городе офис – он самый первый – отец не позволил разогнать местных управленцев. Только в этом году я смог вмешаться.

– Да, я слышала, что туда требуется управляющий. Почему?

– Уволил старого. Заколебали на откатах работать. Взятки проходят мимо счетов десятками миллионов. Иногда и сотнями. Я столько здоровья и сил положил, чтобы в столице выровнять ситуацию, а тут на периферии беспредел. Хотя возможно и не стоило. Мы ехали на старых заказах эти годы. И теперь со мной мало кто хочет перезаключать договора. Так себе репутация. Слишком честный.

Я ушам своим не верила. Вот вам и железный босс самодур. Меня посетила догадка.

– То есть эта поездка…

– Да, Ангел, я смотрю на запад не от хорошей жизни. Нам не дадут нормально работать в России, а подстраиваться под коррупцию и отваливать всем и каждому я устал. Производство у нас в порядке, но вот сбыт проблематичен. Поэтому я хочу настроиться на Европу. Качество товара достойное, а цены как раз щадящие по их меркам. В этом есть смысл. Разве нет?

– П-пожалуй, – запнувшись, согласилась я.

– Для меня очень важна эта поездка. После нее придется принять решение, и пока я совсем не знаю, какое.

– Завтра мы встречаемся с мистером Йорком? – напомнила я. – Уже сегодня.

– Да, малыш. Поэтому нам нужно поспать.

Я покивала, соглашаясь. Влад протянул руку, чтобы настроить будильник в мобильном, а потом придвинул меня к себе и крепко обнял.

– Прости, что вывали на тебя это все. Сам не знаю, зачем.

– Мы же команда, – бодренько проговорила я, устраиваясь у Влада под боком.

– Да. Точно. Команда. И пара.

Я не стала разубеждать его в этом, хотя до пары нам было далеко. Мне нужно было развестись как минимум и, вообще, принять себя как женщину Влада Усманова. Пока это казалось какой-то сказкой, ночным мороком. Словно утром я проснусь, а все просто сон.

Влад провел губами по моему плечу, сказал тихо:

– Спокойной ночи, милая.

– Спокойной, – откликнулась я.

Кажется, сон поглотил меня, едва закрылись глаза. В его объятиях засыпать легко и приятно.

Я просыпалась от требовательных ласк, не совсем понимая, реальность это или еще сладкие грезы. Влад был сзади, целовал мою спину. Я выгнулась, мурлыкая, как кошка, потерлась попой о его пах.

Ммм, утренняя эрекция во всей красе.

Сон как рукой сняло, но я все еще не открыла глаза. Совсем не хотелось возвращаться в реальность, где между нами еще столько препятствий. Намного приятней представлять нашим миром эту постель. Тут все просто. Он меня хочет, а я хочу его. Нам даже говорить не надо об этом. Все и так очевидно. Похожие дела и с чувствами. Я совсем не хотела обсуждать наши отношения, планы, будущее. Все и так понятно. Мы вместе, а остальное решим по ситуации.

Ладонь Влада заскользила по моему телу. Его колено втиснулось между моих ног, требуя лучший доступ для руки. Я послушалась и уже через секунду стонала и извивалась в его объятиях. Влад безошибочно нашел клитор и легонько потирал его, возбуждая меня.

– Хочу каждый день просыпаться так, – шептал Усманов хрипло, продолжая целовать между лопаток. – Вместо кофе твои оргазмы. От них намного ярче тонус.

– Вот уж вряд ли, – усмехнулась я между стонами

– Шшш, не спорь с боссом, – осадил Влад шутливо и погладил меня сильнее.

– Не смею перечить.

Поощрением за мою сговорчивость стали более интенсивные ласки. Еще приятнее было ощущать, как горячий и твердый член Влада вжимается в мое бедро. Я подалась назад, но он не дал продолжить шалость.

– Сначала ты, Ангел.

Я захныкала, отдаваясь его воле и приказам. Усманов в постели был просто невероятным. Все для меня. Сначала я. Словно мое удовольствие для него важнее собственного. Я не знала, что мужчина может быть таким. Хотя допускала мысль, что мой сказочный принц из детских фантазий никогда не кончает первым.

– Черт, ты так быстро заводишься, – продолжал шептать Влад, забирая мою смазку от входа и растирая вокруг клитора, усиливая нажим.

У меня не было сил что-то отвечать на это. Наверно, и не нужно было. Я заводилась от этих вскользь брошенных фраз не меньше, чем от его умелых движений. Хотелось тянуть это удовольствие бесконечно и одновременно сразу кончить. Я захныкала, разрываясь от противоречивых желаний, а Влад как будто мысли читал.

– Давай, моя хорошая, не дразни меня.

Он протолкнул в меня два пальца, а большой оставил при этом на клиторе и потер жестко, почти больно. Я сжала его руку, кратко вскрикнув. Оргазм был ярким и сильным, но кратким при этом. Правда, Влад ту же оставил в покое мой чувствительный клитор и продлевал удовольствие пальцами внутри. Откуда он знал это все? Как он мгновенно откликался на мои потребности?

– Поцелуй меня, Ангел, – проговорил Влад, поворачивая меня на спину.

О, нет. Я отвернулась, легла на живот, прячась от него, загудела в подушку:

– Утреннее дыхание. Пойдем в душ.

Усманов печально вздохнул.

– Не дойду я до душа, Ангелина.

Он тут же перекинул через меня ногу, оседлал сверху. Смял мою попку. Я пискнула, не очень понимая, что сейчас будет, но Влад, конечно, не стал экспериментировать. Он приподнялся и навис надо мной.

– В душе тоже, – пообещал Усманов, прикусывая мое ухо.

Он заполнил меня медленно и до конца. Я протяжно застонала, вцепившись в простыню. Влад отстранился и вошел в меня снова. На это раз мы застонали вместе.

– Сведи ноги, Ангел. Сожми меня, – попросил он.

Я тут же послушалась, и новый выпад был еще слаще первого. В это раз Влад не был диким и неистовым, как ночью. Он двигался медленно и размеренно, даря мне совершенно новое удовольствие. Влад почти касался грудью моей спины, но не давил и не навяливался. Он все время целовал меня в шею, за ушком, водил губами по плечам. А я расслаблялась, когда он погружался в меня, и сжималась, когда его член скользил обратно. Мы смаковали друг друга так сладко, изучая с другой стороны. И с этого ракурса были совместимы тоже.

Когда его поцелуи стали больше похожи на укусы, а движения ускорились, я уже была на грани. Мы кончили вместе, как и ночью. Влад дышал мне в спину горячим воздухом, удерживая себя на локтях.

– Теперь… можно и в душ, – выдал он, запнувшись, заставляя меня смеяться.

Я выползла из-под него и прошагала до ванной.

Усманов присоединился ко мне через минуту. Разумеется, совместный душ превратился в новый раунд, во время которого я узнала ,что мой босс не только выносливый но и сильный. Влад сначала просто придерживал мою ногу и прижимал к стене, а потом приподнял и усадил на себя верхом. Я вцепилась в него, не веря в происходящее, громко взвизгнула, требуя отпустить, но Усманов и не думал слушаться.

Только когда очередной оргазм размазал нас обоих, я снова ощутила ногами кафельный пол. Сил не было, и Владу пришлось самому меня мыть. Уверена, если бы не работа, он начал бы сексуальные игрища заново. Уж слишком часто его руки скользили по внутренней стороне бедра, и раз пять он намыливал мне грудь.

– Сколько времени? – проговорила я, когда Влад вытирал меня полотенцем. Да, я ленилась по полной программе. Но он сам виноват, совсем избаловал.

– Восьмой час. Нам нужно встретиться с Йорком, поэтому завтракаем быстро, одеваемся и выходим.

– Ох, завтрак! – воскликнула я уже в спальне. В этот самый момент раздался звонок в дверь.

– Это он прибыл, – оповестил Влад, накинул халат и пошел открывать.

Когда я вошла на кухню, Усманов уже раскладывал по тарелкам жареные яйца и фасоль. Я была в шоке от его предприимчивости.

– Когда ты успел?

– Пока ты настраивала воду. Позвонил и попросил повторить вчерашний заказ. Ты была права. Хороший ресторан и отличный сервис. О, чуть не забыл!

Вад привлек меня к себе и впился поцелуем в губы. Я закинула руки ему на шею, отвечая и принимая, благодаря и обещая.

–Вот! Раз уж ты такая щепетильная, – ухмыльнулся он, опуская меня. – Но это только для первого раза Ангел, я такой добрый. Больше ждать не буду. Это ведь заболеть можно от нетерпения и без поцелуев.

– Ты такой дурной иногда, – рассмеялась я, усаживаясь за стол.

Горячий кофе и традиционный английский завтрак утолили мой адский голод после ночи секса и не менее интенсивного утра. Правда, Влад почти все время сидел в телефоне, а под конец и вовсе достал планшет.

– Прости, Ангел, – сказал он. – Мне нужно срочно эти письма изучить и еще…

– Конечно. Я понимаю. Не волнуйся, – поспешила успокоить его я.

Влад тепло улыбнулся и провалился в дела. Я быстро поела, собрала посуду, загрузила в машинку, пошла одеваться.

– Ангелин, похоже, к Йорку я один поеду. Мне нужны прайсы Нестерова и его партнёров. У них там какой-то о коллапс, нет человека ,который бы переслал .Сможешь сама? Сделай копии и на бумаге для наглядности.

– Да, конечно. Не вопрос. Ничего, что ты без меня к Йорку?

– Он перенес встречу. Снял какой-то ресторан для фуршета. Я сейчас доеду до Алекса, хочу пообщаться, извиниться. Он писал еще вчера.

Меня напрягло упоминание Смерфита и вчерашнего вечера. Я кратко кивнула, но это не укрылось от внимания Влада.

– Ангелин, – позвал он, взяв еще и за руку для верности. – Я твой, детка. Никакой Сары. Мы даже не увидимся. Обещаю.

Я прикрыла глаза, пытаясь смерить гордыню и недоверие.

– Пожалуйста, если что-то будет… – начала я, но Влад перебил.

– Ничего не будет, Ангел.

Я приложила пальцы к его губам.

– Если что-то заставит тебя принять поцелуй другой женщины или переспать с ней. Или даже… Все, что угодно. Просто скажи мне, ладно? Не ври.

Он закивал.

– Хорошо. Но я очень надеюсь, что дамочки не будут на меня вешаться. Хотя я, конечно, классный.

– И бессовестно самонадеянный, самовлюбленный говнюк, – засмеялась я.

– Виновен.

Влад украл с моих губ еще один поцелуй и только потом отпустил. Через полчаса мы взяли такси и вместе поехали работать. Я первая должна была выйти у офиса Нестерова. Машина остановилась, и Влад успел галантно открыть мне дверь, придержать за локоть, помогая выбраться из салона.

– Ангел, – проговорил он, не давая дотянуться до губ.

Я вздернул брови.

– Что?

– Переезжай ко мне.

Все случилось чертовски не вовремя. Нет, это свинство, конечно, с моей стороны обижаться на работу. Мы в служебной командировке, в конце концов. Но у нас с Ангелом категорически не хватало времени, чтобы нормально пообщаться. Вчера ночью немного откровений сблизили нас еще сильнее. Я не хотел отпускать это чувство, собирался усугубить, но работа, мать ее. Пришлось торчать в телефоне и за планшетом, перекраивать расписание по ходу. Хорошо, что у меня есть Ангелина. Мы разделились, чтобы все уладить. Но опять же не смогли пообщаться. Поэтому я выпалил это предложение так спонтанно для нее, без подготовки. Для меня самого это было внезапно тоже. Но я вот именно в этот момент, стоя у такси, рядом с офисным центром, понял, что не хочу отпускать ее больше. Даже сейчас к Саше не хотел, а уж к мужу тем более.

Ангелина хлопала глазами, совершенно ошарашенная.

– Переезжай ко мне, Ангел, – повторил я. – Давай, как вернемся в Москву, больше не будем расставаться. Наплюй на всех, будь моей. Я не хочу даже на час отпускать тебя к Жукову.

– Но вещи, Влад. Мне все равно придется…

– Нет, обрезал я. – У тебя есть одежда и купим еще. Правда, Ангел. Я могу нанять людей, и они соберут все необходимое у тебя дома. Пожалуйста, соглашайся…

– Я… Я не знаю, – совсем растерялась Ангелина.

– Постой, тебя смущают только вещи? – зацепился я.

– Меня все смущает. Я официально замужем, Влад. Я едва тебя знаю.

– Мы знакомы сто лет.

– Школа не считается.

– Ангел…

– Нет, Влад, нет. Не дави на меня. Это совсем не то место и абсолютно неподходящее время для подобного разговора. Давай дома, вечером.

– Боюсь, дома вечером мне совсем не захочется говорить.

Я привлек ее к себе, положив ладонь на талию и нагло воровал с губ Ангелины быстрые поцелуи.

– Завтра в самолете тогда, – захихикала она, как девчонка.

– Ооо, самолет тоже слишком большой соблазн.

– Не смей даже касаться меня там.

– Ничего не могу обещать. Ты такая соблазнительная.

– Прекращай. Нам нужно работать. – Она оттолкнула меня, но улыбаться не прекращала. – В семь я буду у Йорка в Беладжо. Созвонимся, если что.

– Да, ладно.

Я отпустил ее, и Ангелина посеменила ко входу в офисный центр. Только проводив ее глазами до дверей, я вернулся в машину и велел водителю трогать.

По пути в ресторан, где мы встречались с Алексом, меня посетил гениальная идея. Чтобы быстрее избавиться от Жукова, я должен был устранить все препятствия на пути к их с Ангелом разводу. Ушлый говнюк еще в Москве сбросил мне все реквизиты по их ипотечным платежам, и я прямо в такси погасил остатки долга, плюс дополнительно закинул круглую сумму на карту Дмитрия и сразу же набрал его.

– Владислав Сергеевич, – откликнулся Жуков с первого же гудка. – Мне пришли сообщения об оплате. Это ошибка?

– Никакой ошибки, Дим. Подай на развод. Жена к тебе не вернется.

– А заявление на перевод с повышением тоже могу написать? – нагло уточнил он.

– Не борзей, Жуков. Приеду и поговорим об этом. К Ангелине не приближайся, а то будешь по собственному писать.

– Как вы быстро поладили с ней, Влад Сергеич…

Я сдержался и не стал ничего говорить на это, лишь кратко попрощался и отбил звонок.

Встреча со Смерфитом прошла удачно, но во время разговора я еще сильнее утвердился в мысли, что работать с ним не стоит. Алекс снова притащил на буксире Ника. Он вроде бы не лез в наши дела, но мне не понравились его ремарки еще во время игры в гольф. Он вряд ли будет ко мне лоялен и прикроет инвестиции, едва отец отпустит вожжи. А мне все же требовалось не разовое вливание, а долгосрочное сотрудничество. Я предлагал взаимовыгодные условия, но Смерфиты упорно гнули свою линию. Хорошо хоть Сару не притащили. Алекс даже извинился за дочь и просил передать наилучшие пожелания Ангелине. Таким образом намекая, что все понимает, но тактично обходи скользкую ему.

Все эти реверансы и тонкие намеки утомили меня до невозможности. На поздний обед я ехал какой-то выжатый и помятый. Сил не было вообще. Для работы. А вот мысли о том, чтобы сбежать с Ангелом гулять, а лучше домой в постель, тонизировали моментально. Я потряс головой, чтобы избавиться от этих сладких дезертирских фантазий. Правда, не отказал себе в удовольствии позвонить Ангелу. Вызов почти сразу перевел меня на автоответчик. Наверно, отключила телефон. Я немного занервничал, вспоминая поползновения Нестерова, но все же ревность быстро угасла. Ангелина не будет с ним флиртовать. Не такая она. Да и Саша, похоже, подкатывал к ней без злого умысла, больше по привычке и из добрых побуждений. Ну или меня проверял. Кто поймет этих русских.

Пока я все это прокручивал в голове, мне позвонили.

– Мистер Усманов, это менеджер ресторана Беладжо. Хотим сообщить, что ваша спутница уже прибыла, и мистер Йорк с нетерпением ожидает вашего прибытия.

– О, спасибо, – откликнулся я, радуясь, что Ангелина уже освободилась. – Я в пути. Буквально два квартала. Скоро буду.

– Прекрасно, сэр. Ждем вас.

Через пять минут я расплатился и вышел из кэба. Приветливый мужчина у входа уточнил мое имя и открыл дверь.

Я сразу увидел Йорка. Он стоял в компании стройной брюнетки. Она была ко мне спиной, но силуэт показался знакомым.

Нет, быть не может.

Я даже притормозил, не веря глазам, но тут она обернулась, сверкая наклеенной на пухлые губы улыбкой.

– Влад, дорогой, – защебетала Настя по-английски, протягивая ко мне руки. Мистер Йорк уже заскучал, развлекая меня.

– О, это не правда, – весело откликнулся Йорк. – Мне невероятно приятно ваше общество, Анастейша.

Я кисло улыбнулся, отчетливо читая довольство на лице лорда и безумную решимость в глазах бывшей. Если Йорк был размазан от ее внимания, то Настя сообщала мне, что запросто устроит сцену и сорвет мне переговоры.

Наплевав на вежливость, я достал мобильный, одновременно пожимая руку Йорку.

Телефон Ангелины снова скинул меня на автоответчик.

Что за дерьмо!

Ангелина

– Ну скажи, Ангелин, – допытывался Саша уже в сотый раз. – Не будет со мной работать Усманов, да?

– У него спроси. Откуда мне знать?

Что я могла на это ответить еще? Только правду. Но Нестеров мне не верил, конечно.

– Лукавишь ты, лисица. Все знаешь. Еще и надавить можешь, уверен. Влад к тебе прислушивается.

– Глупости какие. Он все решает сам, Саш. Правда. Мы не обсуждаем эти вопросы вне работы.

– Не до того, да?

Я покраснела тут же, прячась за монитором ноутбука.

Оу, прости, не хотел тебя смущать. Но Усманов, конечно, везучий гад. Или я уже то говорил?

– Раз пятьсот.

– Переманить мне тебя не удастся?

– Нет.

– А соблазнить?

– Еще меньше шансов.

Он шутил, разумеется, и я улыбалась. Зря Влад ревновал. Саша безобидный.

– Жаль, жаль. А ведь наделся я на вас. Если не партнерство в Усмановым, то хоть толковую помощницу урвать. Но не судьба.

– Почему ты так уверен, что Влад не будет с тобой работать? – удивилась я.

Говорить про Смерфита я не стала, и был еще Йорк, но Сашина обреченность как-то обижала меня. Влад ничего не решил, а Нестеров уже сдался.

– На фоне лордов мои инвестиции выглядят блекло, Ангелин. К тому же я сам повязан партнерствами и понимаю, что Усманову не очень хочется зависеть от армии моих саппортов.

– Да, он не в восторге от этого, – подтвердила я.

– Вот! – Саша поднял вверх палец. – Но я бы хотел с ним работать, правда. У Влада железная хватка, а производство на потоке просто отличный багаж. Сбыт мы бы наладили и подрядчиков вполне можно найти. Правда, крутиться придется адски. А лорды… Лорды пальцем могут щелкнуть и Усманов в шоколаде. Вот поэтому я не особенно верю в свою удачу.

– Тебе видней. Мне эти лорды, как диковинные звери. Я девочка из глубинки без роду и племени.

– Зато с мозгами.

–Утешаешь?

– Нет, говорю, как есть. Влад не стал бы держать рядом колотушку. По нему это видно. Он нормальный мужик, и ты умница ему под стать.

– Все, замолчи, а то зазнаюсь. Вообще, ты мне уже мешаешь.

– Затыкаюсь, – поднял руки Саша. Хочешь кофе?

– Не откажусь.

– Ладно, сгоняю в буфет тогда.

Он вышел из кабинета, оставив меня среди документов и цифр. Такое доверие подкупало. Если бы Влад действительно со мной считался, я бы выбрала Сашу для партнерства в Англии. Правда, теперь это будет выглядеть странно и подозрительно, так что мне точно стоит молчать и не будить ревнивого тигра в Усманове.

Я поскорее отогнала приятные воспоминания о последствиях ревности Влада и стерла с губ улыбку, возвращаясь к работе. Саша принес кофе, когда я уже распечатывала его прайсы.

– Долго тебе еще? – спросил он. – Мне нужно уехать на объект. Как всегда не могут без лещей нормально сделать все.

– Я только начала. Минут двадцать.

–Нет, не дождусь. Заканчивая сама, ладно? Дверь просто захлопни, она встанет на сигнализацию автоматически.

– Ты уверен?

– Конечно. Воровать тут нечего, а все данные я тебе сам дал. Мой бизнес чист, Ангелин. Расскажи об этом Владу.

Я рассмеялась его хитрозадости. Саша подмигнул.

– Рад был знакомству. Надеюсь, что увидимся еще.

– Очень взаимно, Саш, – честно ответила я, пожимая его руку.

Нестеров ушел, а я осталась стоять у принтера, попивая кофе. Времени мне понадобилось действительно немало, и я уже хотела позвонить Владу, как мой телефон заиграл. На экране всплыло имя мужа.

Ну надо же. Решил вспомнить обо мне. Как мило. Я ухмылялась, видя, что он звонит по вайберу. Экономит на роуминге, видимо. Какой молодец.

– Алло, – нейтрально ответила я.

– Привет, любовь моя. Как дела? – развязно заговорил Дима и я сразу поняла, что нормального разговора у нас не выйдет.

– Спасибо, все хорошо. Сам как?

– Я? Отлично. Сижу вот в своей квартире и шлю тебе лучи любви в Лондон. Какая ты у меня умница, Геля. Отлично сработано.

– О чем ты?

Зачем я спросила? Знала, ведь, что он будет говорить гадости, но повелась. Вообще, с чего бы Диме ругаться со мной? Он, конечно, отвратительно себя повел, но сейчас его ядовито садкий тон меня обескуражил. Если только…

– Ну как же, – подтвердил мои подозрения муж. – Легла под босса и заработала на квартиру быстренько. Не думал, что ты сможешь, если честно. Вся такая правильная и чистенькая Геля. На деле оказалось, ты просто подстилка, детка.

Принтер жужжал, оглушая меня. Или это в ушах шумело, потому что вся кровь прилила к голове от слов Димы. У меня не было слов. Да, я спала с Владом, но откуда Жуков узнал? Заработала на квартиру? Что это значит?

Пытаясь сглотнуть ком, я безуспешно шевелила сими губами, не силах ничего сказать. Но Диме и не требовался диалог. Он не за этим звонил.

– Твой богатенький мачо оплатил нашу ипотеку. Если ты думаешь, что продашь квартиру и поимеешь половину, у меня плохие новости. Даже не пытайся качать права, Геля. Серьезно. На развод я уже подал. Приедешь, отпишешь мне все. Только попробуй упрямиться, я тебе устрою такой разнос в суде. Мало не покажется. К тому же тебе, наверно, без надобности какая-то нелепая двушка в спальном районе. У Усманова отличные апартаменты в центре. Он ведь возьмет тебя к себе, да? Или ты разово насосала?

Я скинула звонок, не в силах слушать эти гадости.

Боже, неужели Влад погасил нашу ипотеку, как они и договаривались? Да как он мог?

Легко – ответила я сама себе. Это же Усманов. Такой он человек. Да, я ему нравлюсь, но бизнес никто не отменял и бизнесмена во Владе так просто не уймешь. Ему, видимо, мало было, что мы переспали, и он решил упрочить свои позиции. Черт бы его побрал. На фоне предложения съехаться моя теория была очень похожа на правду. Влад делал все, чтобы у меня не осталось выбора. Не удивлюсь, если он сам и настоял на разводе, надавил на Диму по всем фронтам. Сам Жуков вряд ли бы догадался. Его, похоже, вообще не особенно волновало мое целомудрие.

Телефон снова зазвонил, и на это раз вызов был от Влада. Я совсем не хотела с ним сейчас говорить, поэтому сбросила вызов и отключила мобильный.

нужно взять паузу и остыть.

Решить сложнее, чем сделать, но мне всегда помогала работа справляться со стрессом. Я закончила с распечаткой и собрала документы, закрыла офис, как Саша и просил, взяла такси и съездила домой, чтобы оставить документы. Прихватив по дороге крендель и кофе, я немного остыла.

Пороть горячку расхотелось. Убивать Влада – тоже. Но вот от разговора на повышенных тонах он вряд ли отделается. Пора уже начать понимать, что я не его собственность, которую можно выиграть на неделю, а потом продлить ренту. Если он не прекратить делать такие вещи, нам вряд ли стоит быть вместе.

Вот этот момент я еще могла простить, но и он обязан изменить свое отношение к людям. Хотя нет. К людям вряд ли Усманов будет относиться иначе. Но со мной точно так не надо.

Я сменила деловой костюм на чуть более легкомысленное платье и снова вызвала кэб, чтобы поехать в Беладжо на встречу с Йорком. Опаздывала, но, думаю, Влад понимал, что я могу задержаться у Нестерова. Говорить с ним по телефону мне все еще не хотелось. Лучше после обеда обсудить личное. Мне самой будет проще находиться рядом с ним при людях сейчас. Общество все же заставит сдерживать эмоции, и я не буду пытаться придушить или наорать.

Я вышла из машины и направилась к ресторану. У дверей меня встретил швейцар.

– Прошу прощения, мисс, ресторан закрыт. Частное обслуживание.

– Да, я знаю. Меня зовут Ангелина Жукова. Я спутница Владислава Усманова. Мистер Йорк меня ждет, – ответила я на это, даже не глядя на него, а изучая сто оповещений о непринятых вызовах от Влада.

– Прошу прощения, но Владислав Усманов уже прибыл со спутницей.

Я подняла глаза.

– Что?

– Я не могу вас пропустить, мисс.

– Это ошибка.

– Не думаю.

Я повернула голову и увидела на открытой фуршетной площадке Влада. И Настю. И, кажется, Йорка.

Последний смотрела я только на спутницу Влада, которая гладила по спине Влада. Моего Влада. Почему она его обнимала? Почему он позволял ей? Как? Снова? А я ведь поверила, что с Сарой просто эпизод.

Словно почувствовав мое желание оттащить от него Настю, Усманов отстранился, отошел чуть в сторону, достал мобильный. Мой тут же зазвонил.

Я моргнула, роняя слезы на асфальт, но… Возможно, всему этому есть объяснение?

– Алло?

– Ангел, господи! Куда ты пропала? Я все провода оборвал.

– З-забыла зарядку дома, – соврала я неубедительно.

– Черт! Ладно. Где ты? Уже закончила у Нестерова? Едешь в Беладжо? – тараторил Влад.

Я знала этот виноватый тон. Сейчас он будет врать и извиваться как уж на сковородке. Боже, зачем? Почему? Уж лучше бы как вчера все признал. Я же просила меня не обманывать.

– Беладжо, да. Почти на месте, – соврала я снова.

– Ангел, планы поменялись. Возвращайся домой, жди меня. Я скоро приеду, все расскажу, ладно?

– Домой? – откликнулась я эхом, уже не особенно соображая.

Слезы застилали глаза, а сердце болела сильнее, чем вчера. Разве это возможно?

Почему он делает это сова?

– Да, если я тебе не нужна, то, пожалуй, полечу домой сегодня. В Москву.

– Что? Какая Москва, Ангелин? У нас на завтра билеты.

– Дима ждет меня дома, соскучился. Он звонил, сказал, ты закрыл нам ипотеку. Спасибо большое. Думаю, на этом мы можем закончить сотрудничество. Я же отработала долг?

– Ангелин… ты чего несешь. Дима? Долг?

– Да, Влад. Я замужем, если ты помнишь, и мы договорились. Вернее, это ты договорился с Димой. Я свои обязательства выполнила.

– Обязательства?

– Надеюсь, ты не будешь это все афишировать, и я смогу вернуться к работе без сплетен. Вы ведь точно решили все с кредитом? Не будет никаких хитрых возвратов?

– Это все, что тебя волнует? – проговорил Усманов, моментально меняя тон. Мне стало холодно от его голоса. – Сплетни и кредит?

– А что еще меня должно волновать?

– Я тебя понял. Возврата не будет, и я не имею привычки распространяться о своей личной жизни.

– Приятно было иметь с вами дело, Владислав Сергеевич.

Я повесила трубку и пошла прочь. Через два квартала мои ноги в узких туфлях потребовали пощады, и я снова оказалась в такси, которое привезло меня в аэропорт. Очень удачно по времени. Через два часа я сидела в самолете по пути в Москву.

Это был какой-то морок, сон. Я едва ли соображала, когда попросила водителя отвезти меня в Хитроу и на автопилоте взяла билет до Москвы. Примерно в таком же беспамятстве я ступила на родную землю и снова оказалась в такси. Без багажа, с одной дамской сумкой я выглядела, наверно, странно. Правда, меня это не волновало. Я хотела просто попасть домой, собрать вещи и начать новую жизнь, в которой не будет места врунам и изменникам. Да и мужчинам вообще. Что-то я сыта по горло отношениями с противоположным полом. Можно сказать , я всю свою жизнь в отношениях. Настало время побыть одиночкой.

Я вышла из машины, расплатившись. Серая высотка в спальном районе столицы после Лондона казалась мне какой-то ненастоящей. Неужели за неделю я так легко привыкла к красивой и яркой жизни? Или мир казался мне цветным рядом с Владом.

Я не разрешила себе плакать, зашла в подъезд, стараясь на ощупь найти в сумке ключи. Хорошо, что есть привычка все важные вещи носить с собой. Паспорт, деньги, карта, ключи от дома. В руку прыгнул брелок с Биг Беном. Ключ от Лондонской квартиры. Я снова заморгала, бросила его обратно и извлекла, наконец, нужную связку.

Каково же было мое удивление, когда я обнаружила, что ключ не походит. Я глазам своим не поверила. Он поменял замки.

Я позвонила, но мне никто не открыл. Пришлось доставать мобильный.

– Дима, что с замками? Почему я не могу открыть дверь?

– Потому что ты больше тут не живешь?

Я сосчитала до пяти, чтобы успокоиться и не орать на него. Дима не шутил и не преувеличивал. Он действительно решил забрать себе квартиру. Ладно, с этим я разберусь потом. В любом случае, жить там с ним сейчас мне совсем не хотелось.

– Мне нужны мои вещи.

– Зачем? – продолжала издеваться муж. – У тебя же есть спонсор. Пусть он купит новый гардероб. Не к лицу тебе, детка, теперь в своем тряпье ходить.

– Дима!

– Я все выбросил, Гель. Не благодари.

Он повесил трубку.

Я выбежала на улицу, села на лавку у подъезда, вцепилась руками в волосы. Моя жизнь стала похожа на аттракцион мужского свинства. Слезы душили, но я сдерживалась. Знала, что если начну плакать – это финиш. Нужно действовать, а не жалеть себя, решить что-то. Хотя бы найти гостиницу, чтобы перекочевать и зайти в магазин. У меня ведь даже белья нет. Теперь. Только то, что на мне.

Это был полный абзац. Я вдруг осознала себя абсолютным нулем и тут же разозлилась. Плевать на Диму и квартиру. Плевать на Усманова с его бабами и привычкой манипулировать людьми. Я молодая, независимая, умная женщина. У меня есть работа, немного денег и голова на плечах. Не пропаду. Мне не нужен мужчина чтобы что-то из себя переставлять.

Влад, конечно, редкий скот, но с ним я поверила в себя. Раз я без проблем общалась с лордами, в Москве точно не пропаду.

Я встала и пошла к ближайшей кофейне. Наверно, позитивное мышление творит чудеса, потому что мне сразу же позвонила Ритка.

– Привет, Гель, ну как тебе Лондон?

– В двух словах и не опишешь. Но я уже в Москве, Димка выгнал меня из дома, сменил замки, даже вещи не дал забрать. Кретин, да?

Рассказывая сестре это, я уже не плакала, а смеялась. Шмотки – дело наживное, а вот мозги и порядочность для Димы роскошь.

– Что? – не поверила Рита. – Ты шутишь? А босс твой?

– Мой босс тоже красавец. Он в Лондоне со своей бывшей, и я точно не хочу иметь с ним ничего общего.

– Блееееск. Ты сама где?

– Около дома. Хочу кофе выпить. Перелёт, нервотрёпка, сама понимаешь.

– Так! – начала чеканить слова Рита, и я сразу поняла, что она будет командовать. – Сиди в кофейне, сейчас я приеду. У меня поживешь.

– Нет, это неудобно.

– И знать ничего не хочу. Зафиксируйся, я постараюсь быстро.

Рита не наврала. Оказалось ,она была по работе в моем районе и быстро приьыла, чтобы забрать к себе без возражений. Когда мы приехали, дети уже спали. Зз кабинета вышел хмурый Матвей, но тут же заулыбался, увидев меня.

– Геля, привет. Ради бога, девочки, скажите, что собираетесь болтать за бутылочкой сухого, потому что пить в одиночку мне совсем неохота.

– Творческий кризис? – быстро диагностировала Рита недуг мужа.

–Да, уперся лбом. Без понятия, как выкручивать сюжет. Меня уволят.

– Раз в неделю это слышу, – хихикнула сестрица. – Так и быть, возьмем тебя в девочковую компанию. Возьмем ведь, Гель?

Я покивала. Не скажу, что близко общалась с Тойфелем, но он всегда мне нравился. Его тихое присутствие не помешало мне быть откровенной, все рассказать. Больше всего Риту возмутило поведение Димы.

– Бог с ним с боссом, но Жуков охренел, Гель. Шиш ему, а не квартира.

Я махнула рукой.

– Да пусть подавится.

– С какой радости? – поддержал жену Матвей. – Вы в браке нажили имущество. Продать и поделить деньги – это как минимум. Я уж молчу, что его выходка с замками и твоей одеждой просто… Вот слов даже не могу подобрать.

– Да, я тоже с трудом нахожу определение этому поступку.

– Гель, у меня есть хороший адвокат. Он мне очень помог в самом начале, когда я продался издательству с потрохам. Уверен, что и с разводом он поможет. О деньгах не думай. Все будет зависеть от исхода дела. Думаю, ты останешься в плюсе.

Я было хотела снова отмахнуться от такого предложения, но тут во мне подняла голову какая-то новая Геля. Геля, которая не станет терпеть и сносить все, что отмерил ей муж. Бывший муж. Я больше не воспринимала Диму своим человеком и не собиралась позволять ему вытирать об меня ноги.

– Да, пожалуй, мне не помешает хороший адвокат. Спасибо, Матвей. Буду признательна за рекомендацию.

Тойфель улыбнулся и вдруг уставился на меня невидящим взглядом. Замер.

– Что-то не… – начала я, но Рита взяла меня за руку, побуждая замолчать.

Матвей сидел так с минуту, а потом вдруг вскочил.

– Прошу прощения, дамы. Мне нужно работать. Не засиживайтесь.

И он тут же ушел, оставив меня растерянную в компании совей хихикающей жены.

– Что это было? – не поняла я.

– Вдохновение и озарение, – объяснила Ритка. – Будет писать всю ночь. Какая ты молодец!

– Я ничего не сделала.

– Это тебе так кажется, а Матей, похоже засунет какой-нибудь эпизод из твоего рассказа в книгу. Перевернет, конечно, все, добавит магии, зомби и кровищи, но ты его вдохновила. Знай и гордись.

– Какой кошмар. За это, пожалуй, можно выпить.

– Определённо! – поддержала сестра и подняла бокал.

Мы еще немного посидели, а потом Рита выдала мне уютный домашний костюм, отправила ванную, а сама приготовила гостевую комнату.

Я не плакала, засыпая, а утром меня разбудил звонок от Влада.

Он даже не поздоровался, сразу перешел к делу.

– Я привез твои вещи. Куда их доставить?

Я продиктовала адрес Риты, радуясь, что Влад не знал моего и не раскусит ложь о возвращении к мужу. Отказываться от вещей я тоже не стала. Пусть считает меня корыстной стервой ,которая им воспользовалась. Все лучше, чем быть рогатой дурой по второму кругу. Да и одежда мне сейчас совсем не помешает. Лучше я приму ее от Усманова, чем буду пресмыкаться и умолять Диму забрать свои вещи. Деньги опять же лучше не тратить попусту. Жить у Риты долго я точно не собиралась. Нужно найти квартиру и потихоньку привыкать быть независимой и самодостаточной женщиной.

– Хорошо, – спокойно продолжал Влад, услышав адрес. – Я дам твой номер, будь на телефоне, чтобы забрать.

– Хорошо, – согласилась я в свою очередь.

– Ты больше не обязана исполнять роль и обязанности моей помощницы.

– Разумеется. Это понятно. Я могу вернуться на свою обычную должность?

– Да, разумеется. Надеюсь, ты получила хороший опыт.

– Я и развлеклась неплохо, – ввернула я мстительно.

– Аналогично, – так же ядовито отозвался Влад. – Всего доброго, Ангелина.

Влад повесил трубку, и тут я уже не смогла сдержаться – расплакалась. Хорошо, что он не стал мне ничего привозить сам, потому что я, скорее всего, снова бы расклеилась и поплыла.

Воскресенье я провела у Риты, а в понедельник, как обычно, поехала на работу. В обед у меня была запланирована встреча с адвокатом, которого посоветовал Матвей, а вечером нужно было посмотреть квартиру. Она мне очень понравилась по объявлению, и я надеялась переехать в ближайшие дни.

Войдя в офис, я почти натолкнулась на Аню, которая тут же защебетала:

– Геля! Офигеть, ты чего как сонная муха? Рассказывай! Как Лондон? Это же надо как тебе повезло.

– Да, было интересно, – кратко ответила я.

– И все? А шеф не предлагал остаться помощницей?

– Нет, у меня другая работа.

– Да там же такие деньги! И вообще…

– Это все не мое, Ань. Много пафоса.

– Хаха, – не унималась коллега. – Наверно, поэтому ты в босоножках от Маноло и платье от Дольче. Или они тоже не твои? Брось, Геля. Не понравилась боссу? Так это нормально. Усманов разборчивый. Он, наверно, переживает из-за Насти. Его можно понять.

– Можно, – кивнула я равнодушно. – Возможно, Настя вернется скоро. Они вроде бы помирились в Лондоне.

– Оооо, она приезжала? Расскажи мне все.

– Да я не знаю всего, Ань. Усманов отпустил меня на день раньше, потому что Настя приехала.

–Ох, неужели Усманов ей все простил. Говорят, она деньги воровала. Но деньги – это же не измена или еще что-то. Влад Сергеич, наверно, не обеднел.

Я неопределённо пожала плечами. Совсем недавно я бы сказала, что Влад не простит ничего подобного. Слишком уж он категоричен и суров, но ведь видела своими глазами. Поэтому не стала спорить, а только сказала:

– Ладно, Ань, мне работать надо. И так прогула столько дней.

Она тоже не стала продолжать разговор, побежала на свое место. Я перекладывала бумаги, разбираясь на столе ,который завалили папками за время моего отсутствия. Мне на глаза совершенно случайно попался буклет из внутренней почты. Среди многих вакансий внутри фирмы значился руководитель филиала на периферии в моем родном городе. Тот самый самый первый офис, с которого начал отец Усманова, где все было плохо сейчас.

Следуя порыву, я написала письмо в отдел кадров, предложила свою кандидату. Почти сразу пожелала об этом, но было поздно. Я вязалась за работу и до обеда не поднимала головы.

Встреча с адвокатом меня взбодрила. Он недоумевал на Диму сильнее Тойфелей, а возмущался и того громче.

– Что за мужики пошли! Я всякое видел, но вот так жену выгнать – это немыслимо. Хорошо хоть не на мороз босиком.

Я почему-то веселилась, слушая его. Казалось, что этот приятный молодой мужчина – супергерой от юриспруденции. Он пообещал, что вернет мне машину и половину квартиры как минимум. Свой процент тоже заявил вполне адекватный, и мы пожали руки. Едва я вернулась на работу, меня поймала на первом этаже, начальник кадровиков.

– Ангелина Юрьевна? Мы получили вашу заявку. Давайте все обсудим.

Что мне оставалось? Я прошла в кабинет и еще около часа слушала о своих идеальных данных для новой должности.

– Фирма предоставит вам квартиру и машину с водителем. Ваш опыт работы с Владиславом Сергеевичем просто идеальная рекомендация. Вы же знаете все его требования после командировки в Лондон. Ведь так?

– Да, кажется, – тихо отвечала я, не веря, что меня вот так вот сразу берут. Остался один маленький нюанс. – А Усманов, наверно, сам захочет меня проинструктировать?

– Да, он бы хотел, но Владислав Сергеевич улетел в Питер утром. Вы будете общаться с его замом.

У меня от сердца отлегло. Судьба была милостива. Второго собеседования на террасе я бы не пережила.

Меня закрутило в водовороте перемен. Если бы кто-то сказал мне совсем недавно, что я буду счастлива вернуться в родной город, я бы попросила не шутить так жестоко. Но сегодня эта перспектива не пугала меня, а окрыляла.

Конечно, было страшно занять руководящую должность, но, кажется, я смогла научиться чему-то хорошему у Влада Усманова. Например, встречать проблемы с поднятой головой, а не игнорировать их. Быть смелой. Быть решительной. Любить себя и принимать такой, какая я есть.

Нужно мыслить позитивно, тогда все получится. Обязательно.

Спустя два месяца.

Я вышел из вагона поезда, вдохнул давно забытый запах вокзала. Дым отечества. Можно купить билет в первый класс и доехать от Москвы за два часа, но аромат шаурмы и беляшей, сигарет и бомжатины – это бесценно и неизбежно. Особенно в таких областных центрах, как мой родной город.

Надо было поехать на машине, но мне совсем не хотелось стоять в пробках, зарабатывая плоскую задницу. Самолет тоже не внушал доверие. Он хоть и считался надежным, но был очень похож на кукурузник, с которого обычно выбрасывают десантуру на учениях. Поэтому идеальным вариантом для меня так и вышел скоростной поезд и первый класс. Вокзальную вонь я посчитал достойной расплатой за скорость и комфорт. Все же это Россия.

Привык к аккуратной Англии, забыл, что сам родом не из лордов. Полезно иногда вернуться к истокам. В моем случае необходимо. Я хотел окончательно разобраться с этим офисом, чтобы не оглядываться и не мотаться, если вдруг дела пойдут по бороде. Дистанционно ситуация показалась мне вполне оптимистичной, но я хотел убедиться в положительной динамике лично.

Два месяца назад сюда был назначен новый управляющий. Женщина. Да, даже феминистичная Европа не выбила из меня предубеждения по части гендерного подхода к управлению. Не было у меня положительного опыта по этой части. Все мои директора – мужчины. У баб один ветер в голове. Считать деньги они умеют, тратить тоже, а вот направлять и организовывать – не особенно.

Ладно, посмотрим, что тут наделала шефиня. Я приказал себе быть беспристрастным и толерантным. Выйдя на вокзальную площадь, стал сканировать глазами машины. Кажется, меня должны встречать.

Взгляд зацепился за девичий силуэт. Простая голубая блузка и серая юбка карандаш чуть выше колена, лодочки. Стройные ножки, тонкая талия, высокая грудь, блондинка. Я уже собрался отвернуться, чтобы не таращиться на нее, но не смог. Просто встал, как вкопанный, и пялился с открытым ртом.

А она, напротив, не растерялась. Приветливая улыбка тронула губы. Через минуту Ангелина уже подошла ко мне, протянула руку.

– Доброе утро Владислав Сергеевич. Хорошо добрались? – проговорила она мягко, но официально.

– Ангел? – выдохнул я, не веря глазами и собственой руке, которая сжала тонкие пальчики Ангелины в ответ на ее приветсвие.

– Да. А что тебя удивляет?

– Откуда ты здесь?

Она рассмеялась.

– Встречаю тебя, Влад. Ой, ничего, что на ты? Или нужно соблюдать субординацию?

– Нет, все в порядке. Конечно, без проблем, – начал я мямлить, совсем теряясь. – Не очень понял, почему ты меня встречаешь?

– Потому что ты мой босс и приехал ревизорить, – продолжала веселиться Ангелина. – Разве не так?

– Ты руководитель филиала? – додумался я, наконец.

– Да. Ты не знал?

– Понятия не имел.

– Меня твой заместитель назначил.

– О, понятно.

– Ну раз все встало на свои места, может, поедем? – Она указала на машину черного цвета представительского класса. – Вещи можно и на заднее сидение бросить. Смотрю, у тебя немного багажа. Или ты сам туда сядешь назад? Тогда открою багажник, конечно.

– Нет, сяду спереди, – быстро ответил я, бросая кожаную дорожную сумку назад.

Через полминуты мы с Ангелиной уже сидели спереди, и она поворачивала ключи в зажигании. У меня все еще не сошелся пазл, и я продолжал смотреть на нее, как баран на новые ворота.

– Фамилия! Выпалил я, то ли возмущаясь, то ли недоумевая. – Меня должна встречать Левицкая.

– Я Левицкая, Влад. Девичья фамилия.

– Девичья?

– Ну да. После развода сменила назад. Никогда не чувствовала себя Жуковой.

– Да, тебе совершенно не идет.

Ангелина опять заулыбалась.

– Ну а у тебя как дела?

– Дела?

– Да, как Настя?

– Настя?

– Да, Настя, Влад. Ты здоров ли? Не заболел.

– Нет? С чего ты взяла?

– Переспрашиваешь каждое слово, словно плохо слышишь. Говорят, сейчас вирус ходит, дает осложнение на уши.

– Я прекрасно тебя слышу, просто не понимаю. Если ты имеешь в виду Настю мою бывшую, то у нее все хорошо. Готовится к свадьбе.

– Поздравляю тебя.

– А меня с чем?

– С грядущей женитьбой на Насте.

– Ангелин, ты в свое уме? Не я на ней женюсь.

Она сверкнула на меня глазами, а я начал понимать и сопоставлять факты.

– Брось, Влад, я не держу зла. Ну, было у нас в Лондоне, ну, передумал ты и вернулся к бывшей. Я вдела вас у Йорка. Искренне рада и желаю счастья. Можешь не врать и не щадить мои чувства. Их все равно нет.

Я рассмеялся. Нет? Серьезно? Да как же, Ангел.

– Значит, ты видела нас и удрала из-за этого? – озарило меня.

Господи, как же все до тупого просто. Конечно, она не меркантильная стерва, которая трахалась с боссом ради квартиры. Я не ошибся в моем Ангеле. Промахнулся только, отпустив ее тогда.

– Ангелин, Настя приехала, чтобы встретиться с Йорком. У нее был свой дальний прицел. Она хотела через меня пролезть в высшее общество Лондона. Ей это удалось. Я был вынужден терпеть ее присутствие, чтобы она не закатила скандал.

Ангелина смотрела на дорогу, сжимая руль до белых костяшек. Я вдел на ее лице смену эмоций. И облегчение, и недоверие. И радость, и настороженность. И грусть, и… надежду?

Она не говорила со мной больше. Я тоже помалкивал. Только когда она остановила у офисного центра решил перевести тему на служебную.

– Это у тебя рабочая машина? Не слишком ли шикарно?

– Я отказалась от водителя и служебной машины сразу, как приняла должность. На этом вполне можно сэкономить в кризисное время. Машина моя личная.

– О, это очень сильное решение.

– Простое решение на самом деле и разумное. Нужно всегда начинать с себя.

– Согласен. Но машина хорошая. Я бы себе не выбрал лучше.

Я плел паутину, заманивая Ангела в сети босса. Совсем уже не те сети, которые грозили ей оргазмом.

– Спасибо. Мне папа помогал выбрать. Она надежная и легкая в управлении.

– И достаточно дорогая, – вскользь добавил я, выходя вслед за Ангелиной на парковку.

Она на это лишь хмыкнула и сказала:

– У меня был хороший адвокат при разводе. Я могу себе позволить.

Мое сердце скакнуло к горлу и забилось о гланды.

– Развод и девичья фамилия значит?

– Да. А еще смена обстановки, новая работа и куча дел, чтобы не хватало времени жить. Очень здорово тонизирует, знаешь ли.

– Очень даже знаю, – закивал я, следуя за ней. – С чего мы начнем?

– Мы с тобой начнем со знакомства с начальником отдела кадров. Я на этом и закончу. Она тебе все покажет. Бухгалтерия предоставит пароли и документы. Мои найдешь на рабочем столе.

– А ты сама?

– А я должна быть на производстве через полчаса. Если что – звони.

Обязательно, – откликнулся я и повернулся к тучной женщине, которая и оказалась главной по кадрам.

Ангелина уехала почти сразу. Я даже обрадовался этому, потому что вряд ли мог бы нормально поработать в ее присутствии.

Ее развод и наше недопонимание в Лондоне перевернули в одночасье все мое к ней отношение. Хотя… Что уж лукавить, я не переставал ее любить с тех пор, просто запретил себе о ней думать. Это было несложно, учитывая темп жизни и работы. Правильно говорил Саша. Когда вкалываешь по двадцать часов в сутки очень сложно найти время на личное.

Примерно так я и жил эти два месяца.

Но вот стоило увидеть Ангела, как я снова хочу быть не только боссом, но и человеком, мужчиной. Ее мужчиной.

Не помогло даже то, что Ангел уехала. Я, конечно, прогулялся с кадровиком, познакомился со всеми и засел за изучение бухгалтерии, но глаза застилала пелена. Я никак не мог сосредоточиться. Все время думал об Ангелине.

Развод и девичья фамилия.

Она теперь успешный руководитель филиала. Даже до меня в Лондоне дошли слухи о мощных пертурбациях на малой родине.

И что теперь?

Неужели я смогу снова отпустить ее, потерять? Вот уж вряд ли.

У меня есть как минимум два варианта развития событий, и в обоих случая она будет моей.

Ангелина

Он не знал!

Нет, это вообще нормально? Усманов не знал, кто у него в родном филиале поувольнял к херам весь штат и перекроил устои делопроизводства. Последние два месяца я почти каждый день представляла, как он мной доволен, возможно, даже гордится.

А он не знал! Понимаете? Вот ведь сволочь.

Я все делала по его науке. Никакой пощады. Жесткое руководство, тотальный контроль и драконовские меры. Это было сложно, иногда даже невыносимо и изматывающе. Первый месяц я приходила домой, снимала туфли, залезала в постель и рыдала, выплескивая все, что накопилось за день. Утром под душем, вместе с грязью и потом и сном я смывала с себя слабость, завязывала волосы в строгий пучок, надевала костюм, туфли на шпильках и шла снова разделять и властвовать. Мысль, что Влад все это знает, согревала меня, добавляла сил, питала изнутри хорошей злостью, заставляя гнуть свою линию, не отступать от намеченной цели.

А он, видите ли, понятия не имел. Он пропадал в Лондоне, и все поручил своему заму.

Вот так свинство.

Тянуло закатить ему истерику, устроить скандал на пустом месте, но я сдержалась, конечно. Я вообще стала спокойной как удав за время работы на руководящей должности. Во мне много чего бурлило иногда, но я всегда оставалась невозмутимой. Эмоции – это слабость. Особенно, если ты женщина и пытаешься занять свое место под солнцем среди важных членов.

Влад вообще ничего не знал обо мне. И про развод, и про девичью фамилию. Слава богу, не знал он и про глупые влажные мечты о его расставании с Настей и форсированном наступлении на мои рубежи.

Оказалось, то и Насти никакой не было. Я много раз вспоминала то, что видела, как они общались с Йорком. Влад ведь велел мне ехать домой, обещал объяснить, но все придумала сама. Неужели Усманов действительно был загнан в угол, а я поспешила с выводами?

Сейчас эта версия казалась намного реальнее, чем то, что я себе придумала в тот момент.

Или это магия убеждения Усманова, которая всегда действовала на меня гипнозом?

Здесь, дома, Влад словно питался силой родной земли и жадно забирал недоверие и боль обиды. Стоило ему посмотреть на меня, я растекалась лужей. Это ужасно для сотрудника моего уровня, для женщины, которой я себя сделала. Но я хотела верить Владу, хотела подчиняться ему и… любить? Да, я любила его все это время. Возможно, всю свою жизнь. И надо было, видимо, пройти этот путь, вернуться сюда, к истокам, чтобы это понять.

Правда, сейчас у нас совсем не те отношения и абсолютно другие планы. Мне нужно было проверить внедрение нового смесителя на заводе, переговорить с технологами. А я витала в облаках, только думая о визит босса. Переспрашивала все по три раза, вникала долго даже при доступном объяснении на пальцах.

По дороге домой я к тому же вспомнила, что не скопировала себя показатели приборов, и в очередной раз пожалела, что не согласилась на удаленный доступ. Думала, мне и на работе работы хватит, а вот ведь. Пришлось заехать в офис. Часы уже показывали девятый час. Я приготовилась к жалостливо понимающему взгляду охранника на вахте, но тот смотрел настороженно.

– Нет ключей, открыт ваш кабинет, Ангелина Юрьевна.

– Почему?

– Там засел большой босс и не выходит. Заночевать что ли решил? На гостинице экономит? Вроде не бедный. Да и мать его тут недалеко живет. У богатых свои причуды.

– Понятно, – кивнула я, улыбаясь без причины. – Пойду выгоню. У нас тут не ночлежка.

– Это правильный подход, – похвалил меня сторож.

Я вызвала лифт, чтобы добраться до этажа. Дверь моего кабинета действительно была открыта настежь. Я прикрыла ее, входя. Влад сидел за компьютером в компании огромной чашки с кофе.

– Привет, – проговорила я. – Меня прислал охранник. Просил передать, что в офисе нельзя ночевать.

Влад поднял глаза, улыбаясь мне так тепло и лучисто, что я сразу ощутила себя маленькой девочкой под защитой надежного сильного друга.

– Вот ведь жалость, а я рассчитывал сэкономить на гостишке.

– Это можно сделать, остановившись у мамы, – подсказала я любезно.

Усманов чуть скривился.

– Она мне мозги вскроет. Заеду завтра на часик. А ты мне не заказала номер?

– А должна была? – Я сложила рук на груди. – Это работа твоей ассистентки.

– У меня теперь парень помощник. Такой ушлый проныра.

Что не так с этим мужчиной? Как только я начинаю на него злиться, он говорит или делает что-то абсолютно обезоруживающее. Вот и сейчас у меня нет сил быть серьезной, хотя надо. Я собрала остатки воли.

– Мне нужно посмотреть данные по оборудованию, – заявила я. – Освободи машину на минутку.

– Да я почти закончил, – ответил Влад, вставая.

По закону подлости он встал слишком резко, я не успела затормозить и врезалась в Усманова. Босс тут же поймал меня и заключил в объятия, но тоже не удержался на ногах и уселся обратно в кресло. Я оказалась у него на коленях. Губы Влада оказались так близко, что сразу захватило дух. Ему никогда не нужен был повод, чтобы поцеловать меня. Вот и сейчас он тут же накрыл мои губы своими, обнял крепче, не позволяя даже попытаться встать. Его пальцы погрузились в мои волосы, ломая пучок и фиксируя голову, чтобы я не могла уклониться от поцелуя. Но я и не стала этого делать.

Влад опять отравил меня своим сладким ядом. Мое тело изголодалось по теплу и ласкам, губы просили поцелуев, а душа любви. Я обняла Усманова за шею и раскрыла губы, позволяя углубить поцелуй. Его язык нашел мой, стал играть с ним. Я застонала и заерзала. Влад моментально на это среагировал. Он поднял меня, усадил на стол и встал между моих ног. Его ладони обняли мое лицо, большие пальцы погладили скулы. Усманов смотрел на меня, гипнотизируя, не позволяя отвернуться или даже опустить глаза.

– Что ты здесь делаешь, Ангел? – спросил он.

– Работаю, – промямлила я, едва ворочая языком. – Мне нужно скопировать…

– Что ты делаешь так далеко от меня? – перебрил он, повторяя вопрос с нажимом. – Почему ты не со мной? Это же неправильно. Незаконно. Я люблю тебя.

Я моргнула несколько раз, с трудом веря ушам. Может быть у меня тоже тот самый вирус с глухотой? Влад, как будто понял это, и повторил:

– Я люблю тебя, Ангел.

Я не успела подумать, взвесить, проанализировать сопоставить. Кажется, когда дело касалось Усманова, я могла только чувствовать и следовать порыву. Поэтому ответила сразу, уверенно честно:

– Я тоже люблю тебя, Влад.

Он утопил пальцы в моих волосах, окончательно распуская их, прижался своим лбом к моему, тихо и радостно засмеялся. Я зажмурилась, не веря в реальность момента. Неужели можно вот так просто изменить свою жизнь? Похоже –да. С Владом Усмановым возможно и не такое. Как только он вторгается в мой мир, все переворачивается ног на голову. И мне это нравится, черт подери.

Три простых слова, а мы уже где-то далеко от офиса, дел фирмы и всего мира.

– Больше не обманешь меня, трусиха, – бормотал Влад, целуя мои щеки, нос, лоб, уголок рта, спускаясь к шее. – Хватит, Ангел. Я больше никуда тебя отпущу. Даже не мечтай. И не смей мне врать, слышишь? Мы же договаривались. Пусть это работает в обе стороны.

Я повернула голову, чтобы ему было удобнее ласкать губами мою шею и плечи, которые Влад уже успел оголить.

– Я увидела тебя с ней и… Боялась, что…

– Тшшш, – зашептал Влад. – Знаю, моя хорошая. Знаю. Давай не будем. Не сейчас…

Я покивала и притянула его к себе, чтобы поцеловать в губы. Усманов не спорил и не терял времени. Пока мы жарко целовались, он расстегнул мою блузку, опустил вниз чашечку кружевного бюстгальтера и стал покручивать соски.

Я тут же захныкала, прикусила его нижнюю губу, желая больше, сильнее, еще. Влад все это прекрасно чувствовал, он стал пощипывать меня сильнее, почти до боли, но она была сладкой и желанной. На грани. Как и моя потребность принадлежать этому мужчине. Как и все, что вообще было между нами.

Я сама надавила на его голову, безмолвно прося поласкать мои соски ртом. Влад склонился и лизнул, а потом пробормотал:

– Как же я скучал.

– По моей груди?

– По тебе. Но и по ней тоже.

Я тихонько засмеялась, одновременно захлебываясь стонами, которые были реакцией на движения губ и языка Влада. Как я жила без этого? Почему отказалась так легко, зная, насколько мой мужчина потрясающий. Нет, я тоже теперь никуда его не отпущу.

– Хорошо, Ангел? Тебе хорошо? – спрашивал Влад, лаская меня все сильнее и жестче. – Это приятно? Не больно?

Он стал прикусывать и сильно всасывать, потирая во рту сосок языком.

– О, нет. Нет. Хорошо. Так хорошо, – отвечала я, стараясь не срываться на крик.

– Давай сделаем еще лучше.

И Усманов задрал мою юбку, сдвинул в сторону трусики и безошибочно нашел клитор. Несколько умелых движений, и я выгнулась дугой, едва ли не ломаясь пополам от мощного разрывающего на куски оргазма.

Он еще не утих, а Влад уже доставлял мне новое удовольствие, проникая в меня медленно, растягивая аккуратно. При моем двухмесячном воздержании эта стратегия была идеальной. Знал ли он? Или догадывался. Возможно, как всегда, меня чувствовал и читал как открытую книгу.

Его член погрузился в меня полностью, и я шумно выдохнула, содрогаясь всем телом от потрясающих ощущений. Влад взял меня за бедра и стал двигаться. Быстро, мощно и беспощадно. Но именно так, как я хотела.

– Прости, Ангел. Прости. Я… не могу. Медленно. Не… сейчас.

– И не надо, – ответила я, вцепившись в его плечи с радостью встречая этот безумный натиск. – Так… идеально.

Усманов впился в мои губы с хрипящим рычанием. Поцелуй отдавал безумием триумфа. Я как будто опьянела от вкуса, запаха, движений Влада. Он был моим личным торнадо, катастрофой, пожаром. Я горела и тонула одновременно. Падала и летела. Плакала и смеялась. Он был моим всем. Миром, любовью, счастьем. Я чувствовала это сейчас, сидя на своем столе, забывая, что нас в любой момент может прийти проверить охрана.

Ничего не имело значения. Только Влад и я. Мы. И наше удовольствие, которое захлестнуло одновременно, пропитывая насквозь, проникая под кожу, в кровь, в сердце и душу.

Я долго пыталась прийти в себя, ласково поглаживая влажные волосы Влада на затылке, с удовольствием ощущая, как он упирается лбом мне в плечо и тоже пытается заново научиться дышать ровно.

Как только пульс успокоился, и тело начало снова слушаться, Усманов поднял голову.

– Поехали ко мне, – проговорила я, улыбаясь.

– С удовольствием.

Приведя себя в порядок через несколько минут, мы спустились вниз, отдали ключи на вахту.

– Как думаешь, он все понял? – спросила я уже на парковке, открывая машину.

–Разумеется, – поддразнил меня Влад, усаживаясь на сидение рядом.– Ты особенно прекрасна после секса. Это сложно не заметить.

Я фыркнула.

– Врешь ты все.

– В любом случае, какая разница?

– Действительно.

Я пожала плечами и поняла, что мне не стыдно.

Спустя еще два часа мы с Владом лежали в моей постели, утомленные любовью и страстью. Я ощущала невероятное спокойствие, умиротворению и гармонию. Это уже было в Лондоне после нашей первой близости. Тогда я не особенно обратила внимание на это чувство, но сейчас стало ясно, что мне так невероятно тихо и хорошо из-за Влада.

– Почему ты не сказала, что ждешь у ресторана, Агелин? Зачем заставила меня думать, что все было ради квартиры? – мягко, но требовательно проговорил Усманов.

– Я увидела вас, и разум помутился. Ты позвонил и сказал, чтобы я ехала домой.

– Я бы все объяснил тебе.

– Я думала, ты наврешь. Опять…

– Опять? Когда я тебя обманывал, Ангел?

– Не ты…

Влад вздохнул и крепче обнял меня.

– Мой раненый Ангел, – выдохнул он мне в макушку. – Я не стану тебе врать, родная. Пожалуйста, не равняй меня с бывшим.

Я покивала. Влад коснулся губами моих волос, провел пальцами вдоль позвоночника.

– Он подал на развод?

– Да, и выгнал меня из дома. Даже вещи забрать не дал. Не знаю, куда их дел. Поэтому я не отказалась от своего багажа.

– Проклятье, ну и придурок. Где ты жила? В гостинице?

– У сестры. Ее муж посоветовал мне хорошего адвоката. Он не только половину имущества у Димы помог отсудить, но моральный ущерб. Сумма была символическая, но принесла мне какое-то нелепое удовлетворение.

– Нервов наверно измотала?

– На самом деле нет. Все делал юрист. Я только два раза явилась в суд. У меня было много дел тут.

– Ммм, вот почему Жуков слетел с катушек.

– Что?

Я приподнялась на локте, чтобы посмотреть на Влада.

– Да, он заявился к моему заму, требовал повышением, уверял, что я все знаю. Пришлось повысить его до старшего технолога и сослать с Старый Оскол. Вроде грозился заявление кинуть, но, похоже соблазнился частичным погашением оплаты за жилье. Давно ничего о нем не слышал. Если честно, думал, ты уехала с ним.

– Это можно было легко проверить, но ты, похоже, не стал утруждаться.

Влад шумно выдохнул.

– Ты хотела, чтобы я искал тебя? Побегал? Этого добивалась?

Мне сразу стало не по себе. Да, истинно женское начало во мне хотело бы такого, но важнее для меня было нечто иное.

– Нет, – ответила я честно, прямо глядя Владу в глаза. – Я хотела, чтобы ты узнал, как я с стараюсь. Хотела, чтобы ты мной гордился. Тебя тоже хотела, но я искренне считала, что ты помирился с Настей и собирался объясниться со мной в Лондоне после приема. Быть нечаянной любовницей не очень приятно.

– Я понимаю, Ангел. Жаль, что мы оба поторопились с выводами тогда. Хотя…

– Хотя?

– Хотя тогда, возможно, ты не решилась бы на возвращение домой и работу в этой должности. Я действительно тобой горжусь, Ангелин. Ты проделала такую колоссальную работу. Я бы лучше не смог. Это очень смело и дерзко. Уверен, было сложно и не раз хотелось бросить.

– Да, очень хотелось, – согласилась я, зажмурившись. – Многократно.

– Я рад, что ты заменила всю команду. Рад, что ты не держишься за госзаказ и отказываешься от все этой коррупционной бюрократии.

– Я до сих пор не уверена, что правильно поступила. Но они же просят миллионные откаты. Мы, конечно, отбили бы по прибыли, но…

– Все правильно, – не дал договорить мне Влад. – Пошли они в задницу со своими госзаказами. Сейчас наладим логистику и будем работать по большей части на западный рынок.

– Серьезно? До меня доходили слухи, но как-то не верилось.

– Ох уж эти слухи. Даже до нашей жопы мира дошло.

Я прищурилась на него, собираясь отстаивать честь провинции, но Влад не дал мне даже слова сказать, снова уложил на спину, навалился сверху, не давая двинуться и стал целовать.

Я сначала хотела образумить его, напомнив, что завтра нам обоим нужно быть на производстве с утра, но уже чрез минуту, стало плевать на все. А вот Влад наоборот, вдруг резко отстранился, приподнялся и долго смотрел на меня.

– Что-то не так? – спросила я, когда пауза затянулась.

– Все так. Почти… Кроме одного нюанса.

– Какого?

– Я хочу, чтобы ты стала моей женой.

Легкая степень ступора некоторое время не позволяла мне сказать ни слова. Влад же в это время самодовольно ухмылялся, очевидно уверенный в успехе этого предприятия.

– Молчание – знак согласия? – с легкой иронией в голосе предположил он.

– Нет.

– Нет? – теперь настала его очередь изображать рыбу, выброшенную на берег.

– Нет, повторила я уверенно, добавляя. – Я недавно развелась, Влад и обратно замуж пока совсем не тянет.

– Ты просто была замужем не за тем мужниной.

– И пока не хочу быть вообще ни за каким.

– Пока? То есть ты мне оставляешь надежду, и я могу попробовать сделать тебе предложение еще раз?

– Ахаха, да, конечно. Кто я такая чтобы тебе запрещать?

– Ты моя… – проговорил Влад, целуя меня снова.

Но он быстро отвлекся от этого приятного занятия и опять принялся болтать. Что за мужчина!

– Что ж… Я ожидал такой поворот событий. Надеялся, конечно, но нет так нет. Тогда я вас поздравляю, Ангелина Юрьевна, вы получаете повышение с переводом. Надеюсь, вас не затруднит в ближайшее время передать дела и отчалить в Лондон. Ваш босс совсем там зашивается.

– Нет! – опять заартачилась я. – Повышение, Влад? После руководителя филиала опять стать секретаршей…

– Кто говорит о секретарше? Я же упоминал, у меня есть ассистент. Он отлично справляется со своей должностью.

– Прекрасно, а я тебе тогда зачем?

– Затем, что я не могу разорваться. Мне нужен заместитель, партнер, человек, который разбирается в делах компании, с хорошими организаторскими способностями, аналитическим умом, железной хваткой и лимитом доверия. Ты – идеальный вариант.

– Мда?

Я была настроена более чем скептически.

– Будет сложной, Ангел. Если честно, я сбежал сюда, чтобы немного передохнуть с родными баранами. В Лондоне безумно интересно, но сложно. Нестеров помогает, но мне категорически не хватает…

– Кото?

– Тебя, Ангелин. Пожалуйста, соглашайся.

– Как это будет выглядеть, Влад?

– Если ты согласишься выйти за меня, то вообще нормально. А пока – можно наплевать на сплетни.

– Руки выворачиваешь, Усманов.

– Есть немного. Но я сам повязан с головы до ног.

– Ангел, я не отпущу тебя. Прошу, прекрати меня дразнить, скажи, что согласна. Иначе…

– Иначе что?

– Мне придется тебя украсть. Я не шучу, малыш.

Я засмеялась, зная, что он не шутит. И ведь не было во мне ни капли сомнения. Опять эта магия Усманова. Едва он предложил Лондон, я живо себя там представила и морально приготовилась к работе в адском ритме.

– Ладно. Но мне все равно понадобится время, чтобы передать дела здесь.

– У тебя есть подходящий человек или мы опять застрянем с поиском кандидатуры?

– Я думаю, что Тамара, кадровик, справится. Она одна из немногих, кто остался из старого штата.

– Можем ей доверять?

– Да.

– Отлично, Ангел, тогда действуй. Я тебе доверяю.

Я улыбнулась и заметила совсем не про работу:

– Я тебе тоже.

Влад прижал меня к себе.

– Спасибо, моя хорошая. Я тебя не подведу. Обещаю.

Он поцеловал меня глубоко, крепко, сладко. Впервые за долгое время я расслабилась и позволила мужчине взять верх. Пусть не во всех вопросах и не в каждой позе, но все же.

Влад наконец прекратил деловые разговоры и поцелуи снова стали прелюдией. Но он то и дело просил:

– Скажи мне, Ангел. Скажи, любимая.

И я отвечала, очно зная, что он хочет услышать.

– Твоя. Я люблю тебя. Я твоя.

– Моя. Моя. Моя, – шептал Вад этом. – Мой Ангел. Я люблю тебя.

– Я уже скучаю по тебе, – проговорила я в трубку, с трудом сдерживая слезы.

Объявили начало посадки, и я прошла к стойке регистрации.

– Прости, Ангел, я сволочь, знаю, но…

– Не сволочь. Просто дела, я понимаю. Наверно, мне нужно было самой получше следить за подрядчиком. Я виновата…

– Так, – Влад включил свой властный голос, собираясь быть категоричным. Я приготовилась к внушению. – Давай мы оба закончим самобичевание и просто примем обстоятельства. Ладно? Ты не виновата. Я не виноват. Просто так вышло.

– Да, я понимаю. Ты прав.

– Уф, малыш, но я все равно не хочу отпускать тебя одну. Прилечу как только все решу. Надеюсь, завтра. При оптимистичном раскладе.

– Было бы здорово.

Я сморгнула слезы, улыбаясь. Какой он все же молодец. За тот год, что мы провели вместе в Лондоне, я практически полностью избавилась от своих комплексов, но иногда все равно чувствовала себя виноватой на пустом месте. Влад с этим активно боролся.

Мы попрощались, и я постаралась смерить эмоции. Нужно брать себя в руки самостоятельно. Грядут большие перемены, и мне понадобится много сил. Во всех смыслах.

Я пропустила встречу выпускников зимой из-за большой загруженности по работе, но школьные подружки буквально заставили найти окно в плотном расписании, чтобы встретиться летом узким кругом.

Влад собирался составить мне компанию, но в последний момент, как всегда, случился форс-мажор. Эти проблемы мог решить только он. Или я. Волевым решением Усманов взял на себя обязанности по устранению локального Армагеддона. А я полетела в Москву одна. Рейс был удачным, почти сразу после приземления я села в скорый поезд, который привез меня в родной город глубокой ночью.

Я остановилась у мамы, которая крепко обняла меня и уложила спать. Позвонив Владу, я легла спать. С губ рвалось признание, но я не решилась. И надо было мне сделать все на работе, а потом отложить до дома, чтобы спокойно ему все рассказать. Теперь вот приходится ждать и мучиться. Оказалось, что терпение не самое лучшее мое качество.

Ладно. В любом случае не стоит говорить о таком по телефону, а родителям до того, как скажу Владу. Ох, хоть бы он скорее прилетел.

Я смогла немного отвлечься от своего нетерпения благодаря задушевным разговорам с мамой и папой и суете сборов для девичьих посиделок.

Девочки выбрали небольшой ресторанчик и заказали столик. Мне осталось только прибыть, что я и сделала. Объятия и улыбки наконец-то заставили меня прекратить переживать из-за работы, отсутствия Вада и своего маленького секрета.

Я полостью погрузилась в обмен новостями, рассказы о себе и знакомых. Мне намного больше нравилось встречаться вот так, узким кругом, только с теми девочками, с которыми я дружила, с которыми до сих пор переписывалась. Не так часто, как хотелось бы, но у всех у нас была работа, семьи. В общем, все как у всех.

Я потягивала безалкогольный мохито, слушая историю о родах моей подружки Иры. Она всегда была веселой, поэтому и рождение ребенка в ее изложении превратилось в анекдот. Неужели это действительно не страшно?

– О, Геля, смотри твой Димка, – неожиданно прервала рассказ Ирина.

– Ее бывший, – поправила подругу Надя. – Ты не в курсе что ли? Они развелись. Геля теперь в Лондоне, еще и невеста Усманова.

– Ничего себе. Первый раз слышу. Ну ты Гелька тихая, тихая, а вон какая мощь! Сам Усманов. надеюсь, младший?

Пока девочки хохотали над шуткой, я искала глазами Диму. Он стоял у стойки с бокалом пива смотрел на меня, не отводя глаз. Я вежливо ему кивнула. Девочки тоже помахали. Дима направился к нам.

– Привет, дамы, – поздоровался он. – Сегодня встреча выпускников? Я и не знал.

– А тебе и не надо знать, – спокойно заявила ему Ира. – Только для девочек. Ты же не девочка, Дим?

– С утра не был, – хохотнул он. – Ладно, не буду вам мешать. Рад видеть всех.

Он подмигнул почему-то именно мне и отошел обратно болтать с барменом.

– К родителям приехал что ли? – удивилась я вслух.

Раньше Диму было не заманить на родину.

– Да он тут живет уже полгода, – продолжала просвещать меня и всех вокруг Надя. – Вы не общаетесь?

– Нет. Мы не очень хорошо расстались.

– Ага, он всем рассказывает, что ты грязная шлюха легла под босса, а потом еще и обобрала его до нитки благодаря адвокату, с которым тоже трахалась, – выпалила все на одном дыхании.

Я даже разозлиться не смогла, услышав это, засмеялась.

– Боже, да я прям роковая женщина. Вас ведь это не смущает?

Девочки засмеялись тоже, уверяя, что потерпят.

Разумеется, они не могли молчать о судьбе Жукова. Надя сразу вывалила душещипательную историю о том, как Диму сослали на родину, на производство. Очевидно, он и в Старом Осколе наделал дел. Но моему бывшему это не повредило особенно. Оказалось, что он совсем недавно женился, и его избранница ждала ребенка.

– Он, конечно, шляется от нее, а она с пузом. Говорят, специально залетела. Жалко дурочку. Он ей напел про Москву и перспективы. А надо своими мозгами всего добиваться, а не через мужика. Я от сроду не поверю, что Геля с Усмановым спала за должность в Лондоне.

В другое время я бы смутилась и промолчала, но теперь смело сказала правду в ответ:

– Нет, с ним приятно это делать абсолютно бескорыстно.

Девчонки опять расхохотались.

Они знали, как я пахала здесь на родине. Конечно, моя лондонская работа отчасти была обусловлена желанием Влада не расставаться, но я ни разу не почувствовала себя блатной или не на своем месте. Я была правой рукой Влада по праву, а не в честь наших отношений.

Подружки заказывали шампанское, и скоро веселые пузырьки развязали языки. Темы стали пикантнее, разговоры и смех громче. Я выпила два коктейля и больше не стала. Лишь оставила немного на дне, чтобы поддерживать тосты, не вызывая подозрений.

Все бы ничего, но среди болтовни и веселья меня постоянно смущал взгляд Димы. Он смотрел так часто и пристально, что мне становилось неприятно

В один из таких моментов я даже вышла в уборную, чтобы избавится от его слежки, а потом прошла на улицу, подышать воздухом.

Очень захотелось, чтобы здесь был Влад. Я достала из сумочки телефон и набрала его.

– Привет, – бодро откликнулся мой любимый босс. – Как ты? Уже пьяная?

Я засмеялась. Телефон такой нужный и важный гаджет, но абсолютно беспощадный. Вроде бы вот он голос, а потрогать нельзя, потому что любимый за тысячи километров. Влад уже звонил мне днем и сказал, что скорее всего не приедет. Что ж…

– Да, напилась. Скоро буду буянить.

– Только не соблазняй никого. Ты и так у меня конфетка. Боюсь, мужчины не выдержат соблазна.

– Перестань, Влад. Как там дела?

– Я делаю все, чтобы как можно быстрее оказаться рядом с тобой.

– Ну, понятно, – вздохнула я. – Значит застрял с концами.

– Больше оптимизма, Ангел. Я прилечу к тебе на крыльях любви, – продолжал кривляться Усманов, отвлекая меня от грустных мыслей.

– Лучше на самолете. И лучше я к тебе.

– Я учту.

– Скучаю по тебе очень.

– И я, моя хорошая. Ты даже не представляешь.

– Очень представляю.

– Опять будем спорить?

– Ну ладно, ты больше. Пусть у тебя все будет больше. Мне не жалко. Больше денег, больше влияния, больше обязанностей, большой член.

Теперь настала очередь Влада хохотать мне в трубку.

– Черт, Ангелин, я тебя люблю. Спасибо, что замечаешь все мое больше.

– Пожалуйста. Ладно, я пойду к девочкам. Просто позвонила сказать, что люблю тебя.

– И за это спасибо тоже. Не грусти. Скоро обнимемся.

– Ага, пока, – буркнула я не очень позитивно.

Скоро – это еще не скоро. Несколько дней. Жаль, что мы с Владом так и не навестим его и моих родителей вместе, но работе есть работа.

Я постояла еще немного и уже собиралась вернуться, как из ресторана вышел Дима.

– Привет. Вышла проветриться? Там душно внутри.

– Привет, – кивнула я, отвечая на его слова.

– А чего не взяли стол на открытой площадке?

– Там шумно. Мы отели поболтать.

– Ну да. Как у тебя дела?

Я приподняла бровь, не ожидая желания Димы поболтать. Но вежливость заставила ответить:

– Все хорошо, спасибо. Я пойду к девочкам.

–Чтобы опять смеяться надо мной?

Дима закрыл собой дверь, не позволяя мне пройти.

– Ты слишком высокого о себе мнения. Как обычно. Мы смеёмся, потому что нам весело. Ты не единственное забавное существо на планете. Дай пройти.

Я сделала шаг вперед, уверенно отодвигая его. Но здравой смысл, силы и удача сегодня были не на моей стороне.

Дима схватил меня за руки, завел их за спину, прижал к себе и сделал несколько шагов вперед, уводя на неосвещённую часть крыльца. Я попятилась.

– Прекрати, пусти меня.

Он не послушал. Лишь выдохнул мне в лицо:

– Как ты все хорошо провернула, да? Молиться на меня должна, а ты ржешь. Стерва бессовестная. Что он в тебе нашел, а? Все та же мышь серая. Только наглая стала.

Я уже собиралась закричать и позвать на помощь, но тут Дима припечатал свои губы к моим, не давая издать ни звука. Я могла лишь мычать и пытаться вырваться, отвернуться. Но он сжал мои запястья одной рукой, а второй держал меня за подбородок, не давая сопротивляться.

В тот момент, кода я почти отчаялась и начала паниковать, а бывший муж полез мне под платье, какая –то неведомая сила отодрала его от меня. Я моргнула, едва ли веря глазам. Влад держал Диму за воротник и замахивался. Я зажмурилась, чтобы не видеть удара, но характерный звук впечатанного в лицо кулака и так прекрасно обрисовал картину. Когда я открыла глаза, то Дима уже валялся на деревянном полу веранды, а Влад тряс рукой.

– Я же предупреждал, Жуков. Нахрен ушел отсюда, пока я еще себя контролирую, – рявкнул Усманов. – Если жить хочешь.

Дима вытер разбитый в кровь рот тыльной стороной руки, сплюнул и неуклюже поднялся. Его уже не было, когда я повисла у Влада на шее, расплакавшись, как дурочка.

– Боже, детка, тебя совсем нельзя оставлять одну? Все хотят себе моего Ангела. Что за люди? Приходится опять спасать мою красоту.

– Откуда ты тут взялся? – всхлипывала я, одновременно хихикая. – Я же звонила.

– Я в это время ехал в такси с вокзала.

– Быстро ты.

– Недостаточно быстро, раз не успел… Черт… Что за человек? Мало я ему…

– Давай домой поедем? – попросила я, не в силах сейчас обсуждать Диму и его выходку. – Я только с девочками попрощаюсь.

Влад кивнул и… пошел за мной в ресторан.

Мне было немного неприятно от того, что сейчас одноклассницы узреют моего важного бойфренда во всей красе. Наверно, я все еще ревнивая жена. Сложно избавиться от собственнических привычек. Особенно, когда твой мужчина – властитель девичьих грез. Пусть это было в школе, но все же. Я вот до сих пор с ума по нему схожу.

– Я думала, ты подождёшь.

– Я думал, ты слышала, что я тебя больше никуда не отпущу. Смирись, Ангел.

Для наглядного понимания этого бескомпромиссного заявления, Влад еще и обнял меня за плечи.

– Добрый вечер, девочки. Прошу прощения, но Ангелину я у вас забираю, – заявил он, едва мы подошли к столу.

Мне осталось только пожать плечами и сделать немного виноватый вид.

Признаться, я была рада такому повороту событий. Ну, разве что Димина выходка не радовала совсем. А вот уйти мне очень хотелось. Уйти с Владом хотелось еще сильнее.

Разумеется, меня никто не стал уговаривать остаться. Девочки хихикали, как будто снова стали школьницами, к которым подошел шикарный выпускник. Мы расцеловались, и Влад увел меня из ресторана.

Такси брать не стали. Решили, что прогуляемся до дома моих родителей, и Влад останется ночевать у нас. Усманов нес на плече свою любимую дорожную сумку, продолжая обнимать меня одной рукой. Он иногда останавливался, чтобы поцеловать и почти уже у дома заметил.

– От тебя мятой пахнет.

– Я пила мохито.

– Мммм, похоже, без рома.

– Боже, какая проницательность.

– Ты вроде бы любишь ром.

– Ммм, – протянула я, вставая на цыпочки и целуя его в губы. – Да, но тебя сильнее.

– Это радует.

Влад засмеялся, отвечая на мои поцелуи. Он бросил сумку на лавку у подъезда и обнял крепче.

– Мне словно опять семнадцать. Как же приятно проводить свою девочку до дома и целоваться у подъезда в темноте.

– Ох, да. Очень приятно.

– Ты знаешь, я ведь не самый целомудренный кавалер.

– Только не рассказывай об этом моему папе.

– Не буду.

Ладонь Влада скользнула по моему бедру, но если Димины прикосновения вызывали брезгливость, то ладонь Усманова порождала одно желание.

Мы целовались, как безумные, но Влад, хоть и продолжал меня гладить, дальше не заходил. Думаю, это был коварный план, и мы все же уедем в гостиницу на ночь. Или он устроит мне дома тихий ужас, перемешанный с возбуждением. Он может. Я как-то в гостях у Усманова старшего извела Влада до посинения. Он точно решил отомстить.

Но даже перспективы сексуальных игр не дали мне забыть о самом важном. Я должна была сказать ему здесь и сейчас. У подъезда, под фонарем, в сумерках летнего вечера.

– Влад, у меня задержка. Кажется, я беременна.

– Кажется? – переспросил Усманов.

Ох уж эта его привычка быть уверенным во всем и всегда.

– Да, я сделала тест перед вылетом. Не хотела тебе говорить по телефону.

Влад смотрел на меня внимательно и чуть настороженно.

– Ты ведь не собираешься делать аборт? Я знаю, работы сейчас навалилось, но мы…

– Нет, я хочу ребенка, дорогой, – перебила его я. – Это же наш ребенок. Пусть мы не планировали, но…

И теперь Влад заговорил, не давая мне закончить.

– Уф, слава богу! А то я уже успел перепугаться. Второй раз за день – то перебор. Наверно, я старый стал, раз сердце шалит от новостей. Вот точно пора нам родить, а то и компанию некому передать.

Я шлепнула его по груди.

– У тебя все мысли в одну сторону. Сплошная работа.

– Нет. Не в одну. Еще я думаю, что это прекрасный повод прекратить кривляться и уже принять мое предложение.

– Ой, я не знаю… – стала ломаться я, чтобы подразнить.

– Ангелина! Не зли меня.

Я засмеялась.

– Ладно. Наверно, пора. Так будет удобнее.

– Так будет правильно, – поправил Влад. – Ты моя, Ангел. Вы мои.

Усманов положил ладонь на мой еще плоский живот. Я совсем расклеилась, когда он погладил, расплакалась.

Мы долго еще стояли у подъезда, то целовались, то болтали о малыше и свадьбе, два раза поспорили и почти поругались, но в итоге опять стали целоваться и решили отложить все вопросы на потом.

Сейчас друг у друга были мы, и это важнее всего.