Джон сквозь окно смотрел, как его жена, которую звали когда-то Люси Гонзалес, разговаривает с группой разновозрастных мужчин, расположившихся вокруг небольшого грузовичка.

Она, засмеявшись, обнимала на прощание их всех, по-очереди.

Он поджал губы.

«Ты ревнуешь.»

Джон не понял, прозвучало это в его ушах или в душе.

Он всё же оглянулся и успел заметить тающий силуэт, но не смог понять, кто или что это было.

– Что, день рождения зажали? – Трое парней в сопровождении симпатичной девчонки подсели к однокласснику в школьной столовой.

Его приятель, типичный ``очкарик``, состроил недовольную физиономию, а сам именинник – худощавый, но спортивного типа юноша, даже не взглянул в их сторону.

Длинный, с горбинкой, нос и коротко стриженные тёмно-каштановые волосы делали его похожим на какое-то сказочное существо, словно не от мира сего.

– Я – не девчонка – ``сладкие шестнадцать`` отмечать, – отозвался он холодно.

– Он, наверное, вампир! – мечтательно протянула девушка, толкая своего дружка локтем.

– Не, он же парень-оборотень! – Тот хмыкнул. – То-то к нему индейцы приезжали…

Юноша вскочил. Его кошачьи глаза сверкнули, как у разозлённого львёнка.

– Изволь называть их ``первожителями!`` – прорычал он. – Предки этих людей жили здесь задолго до того, как твои сюда притащились и таким идиотским словом их обозвали!

``Троица`` тоже поднялась.

– Дэн, Дэн! – окликнул друга Очкарик. – Помни – у мамы твоей опять неприятности будут!

– Конечно, – иронично подхватил другой из тех, троих. – Училка детсадовская…

Даниель ринулся вперёд, девица завизжала, хитренько поглядывая в сторону подбегающих учителей и дежурного охранника.

Взрослые растащили подростков.

– Его спровоцировали! Его спровоцировали! – кричал Очкарик, пытаясь вырваться из рук учительницы.

* * * * *

Даниель молча сидел на переднем сидении машины, не глядя на мать за рулём.

– Дэн, – начала она робко, направляя автомобиль прочь со школьной парковки. – Ну, сколько раз повторять! Мы не можем жить в Резервации – тебе учиться надо, а по закону ты не имеешь права пойти в ИХ школу…

– Почему ты не хочешь отдать меня в кадеты? – перебил он её. – Вон, тебе даже сегодня опять предлагали!.

– Там будет тоже самое. – Женщина вздохнула. Они уже подъехали к дому.

– А не потому ли, что ты хочешь держать меня на цепи? – огрызнулся он, вылезая. – Ты меня даже на экскурсию не отпустила! Я – посмешище! Сынок маменькин!

– Дэн, прекрати!

– Курица! – крикнул он, оглядываясь.

– Дэн, не сметь так говорить с матерью! – вмешался толстенький невысокий мужчина лет сорока.

Он устанавливал пластикового ``садового`` гнома, но юноша выхватил его из рук Джона и запустил, словно гранату, далеко в сторону, а сам вошёл в дом и, поднявшись к себе в комнату, захлопнул за собой дверь.

Мужчина поднял гнома и растерянно посмотрел на жену.

– Дэн – прав, – шепнула она горестно. – Но я так боюсь его потерять…

* * * * *

Рама окна была поднята, и Очкарик влез без проблем. Он уже много раз именно так попадал в комнату друга.

Дэн лежал на кровати, одетый, по-прежнему в кроссовках. Он держал свой смартфон и быстро печатал.

Он даже не взглянул на своего визитёра.

– Я тебе пиццу принёс. – Очкарик положил коробку на кровать. Открыл банку колы для себя и для друга. – Ну, видишь, всё обошлось! Не только я за тебя ``свидетельствовал``.

Даниель глотнул из банки, но на еду даже и не посмотрел.

– Там луна такая жуткая, – Очкарик невольно покосился на окно.

– Не начинай хоть ты, Майкл, – угрюмо отозвался Дэн. – А то я сейчас завою и шерстью покроюсь.

– Не, вампиры девчонкам больше нравятся! – отозвался Майкл, наворачивая пиццу.

Кусок чуть не застрял у него в горле: на стене комнаты вдруг закрутилось нечто вроде водоворота, при этом постеры и прочие картинки не двигались, словно они были голограммами.

– Дэн! – пролепетал он.

Хозяин комнаты подтянулся и сел, тоже глядя с изумлением на это явление.

А оттуда спокойно шагнула высоченная длинноволосая блондинка, одетая как хиппи 70-х. Молоденькая, наивно распахнутые глаза цвета весеннего неба. Из-за её габаритов трудно было понять её возраст.

Следом за ней, придерживая друг-друга за руки, вышла парочка, казавшаяся лилипутами, но Дэн уже включил верхний свет и увидел, что это – дети, просто их странная одежда делала их похожими на взрослых карликов.

Полненькая девочка в хиджабе и толстенький, как колобок, мальчик – с пейсами и кипой на голове.

Замыкала шествие длинноногая чернокожая девочка-подросток с баскетбольным мячом. Когда она оказалась в комнате – ``водоворот`` исчез.

– Ну, я вас доставил, – раздалось в сторонке, и Майкл с Даниелем увидели паренька, которого они даже и не заметили, пока тот не заговорил.

Его голос – тихий и вкрадчивый, казалось звучал в душе, а не в ушах.

Нежное, как у младенца, лицо с кукольными губками и странными, переливающимися, калейдоскопическими глазами, выглядело настолько слащаво-хорошеньким, что Даниель поморщился. Только тёмно-русые прямые волосы придавали этому существу более-или-менее мужской облик.

Когда он исчез на их глазах, Майкл всё-таки подавился, закашлялся, и Дэн, почти машинально хлопнул его по спине.

Они оба встали. Гости и хозяева с любопытством разглядывали друг-друга.

Мальчик с пейсами деловитой походочкой подошёл к полкам.

– Это ТОТ мишка? – спросил он, указывая на потасканного чёрного игрушечного медведя с пуговицами вместо глаз.

– Что ты знаешь о Медведе? – изумился Дэн.

– Папа рассказал, – ответил мальчик спокойно.

– Мы с днём рождения пришли поздравить! – радостно заговорила Блондинка. – Я хотела, чтобы мама тебя доставила на мои ``сладкие шестнадцать``, а она упёрлась! Вот мы и сбежали. Пусть теперь с гостями объясняется!

– Энн, тут посторонние! – перебила её Чернокожая, ловко крутанув мяч на одном пальце… – Может ему сразу язык отрезать? Или, для начала, очки в ж** запихать?

Майкл обмер.

– Эй, он мой друг! – Даниель нахмурился. – Вы-то все откуда взялись?

– Иииииии! Он ничего не знает! – завизжав от восторга, Блондинка кинулась на шею Дэна.

Вернее, попыталась это сделать, но тот перехватил её руки.

Энн оказалась даже выше, чем он, хотя в классе Даниель был одним из самых высоких.

– Дамочка, вы не хулиганьте!

– Дурак! – крикнула она, топнув ногой. – Мы же – ровесники! Я всего на три дня тебя старше.

– А… – Он смутился. «Я-то думал – ей лет двадцать, как минимум.»

Все притихли – в дверь постучали.

– Дэн? – раздался встревоженный женский голос. – Что там происходит?

– Друзья пришли, мама, не волнуйся! – отозвался он.

Его голос прозвучал очень нежно, и Дэн покосился на визитёров, но те стояли с совершенно спокойными лицами – никто не усмехнулся.

Все молчали, пока по скрипу ступенек стало ясно, что женщина ушла.

– Ага, – заговорила Чернокожая ехидно. – Видала, Энн? Его мамаша о твоей ничего не сказала.

– Мама опять права! – выкрикнула та, со слезами в голосе. – С*ка твоя мать!

– Эй! – Даниель нахмурился. – Я дамочек не бью, но и дамочки такие слова не употребляют.

– А ты не рыпайся особо, – вступилась Чернокожая. Красуясь, она эффектно прокатила мяч с плеча-на-плечо позади шеи и подкинув, ловко поймала. – Её мамочка, между прочим, тебе несколько раз жизнь спасла. Ну, вот для Энн это, конечно, обидно, что тебе об этом не соизволили сообщить.

Даниель потрясённо молчал.

– Значит, у мамы были серьёзные причины, – выдавил он, наконец.

– Ага! – Чернокожая блеснула зубами, словно оскалилась. – Все лавры себе присвоить!

– Мала ещё рассуждать! – Майкл попытался отвлечь огонь на себя, и тут же получил удар мячом в голову. Врезавшись ему прямо в лицо, мяч сбил его очки, и юноша вскрикнул от боли.

Дэн ринулся было вперёд, Энн ухватила его за плечо, но не ЭТО остановило Даниеля.

Чернокожая зашипела, извиваясь, подобно поднявшейся на хвосте кобре.

Её пухленькие губы сложились в такую леденящую кровь улыбку, что Дэн замер, словно увидев Медузу-Горгону.

– Нутелла! – прикрикнула на неё Блондинка. – Мы же договаривались!

– Деритесь-деритесь! – Девочка в хиджабе захлопала в ладоши, нетерпеливо подпрыгивая, а её ``сопровождающий`` ехидно улыбался.

– Роза! – Энн накинулась на неё. – Сейчас домой отправишься!

– Алах Акбар! – с вызовом заявила девочка.

– Ты – такая же дура, как и мать твоя – Софочка! – Нутелла с явным удовольствием переключилась на неё. – Хочешь в мусульманку играть? Тогда изволь подчиняться и мужчинам, и старшим! Скажи ей, Джордж!

– Аорон, – поправил её мальчик в кипе.

– В синагоге своей Ароном будешь! – презрительно бросила Чернокожая.

Девочка досадливо сорвала с себя платок и всхлипнула.

– Всё равно я маме покажу! – Она вытирала тканью и слёзы и нос. – Вот стану Свидетельницей Иеговы…

– Ты же, Розочка, астронавтом собиралась заделаться? – продолжала издеваться Нутелла.

– Полицейским офицером! – злобно отозвалась девочка. – Заодно и проповедовать буду.

– А ``Свидетели`` оружие в руки не берут! – Чернокожая, подобрав свой мяч, спокойно колотила его об пол верх-вниз.

– А вы чего зыретесь? – обернулась она к юношам. – Да, я – обезьяна, вот в баскетбол и играю! Это сестрички у меня – ангелочки, а я – девка из гетто, ясно?

– Да мы не за этим пришли! – Блондинка снова топнула ногой. – Дэн, я тебе подарок привезла! Глянь во двор!

Оглядываясь на своих странных посетителей, юноша приблизился к окну и выглянул наружу.

Да, там стояла мечта очень многих парней – сверкающий новизной шикарный мотоцикл.

– Девок катать будешь! – Нутелла приблизилась, ухмыляясь, но уже совсем не пугающе.

Дэн глянул на неё и почувствовал жалость. Несмотря на цвет кожи, она очень напомнила ему мать – такая же худенькая, с грустным, даже тоскливым взглядом.

Майкл поднял свои очки, крутил их в руке, потирая переносицу и лицо.

Энн села рядом.

– Дай, я помогу. – Она улыбнулась. – Меня родители научили. Погоди, только сосредоточиться надо.

Блондинка зажмурилась, затем снова распахнула огромные синие глазищи в пол-лица.

Она дотронулась до его носа, и юноша с изумлением почувствовал – странное тепло шло из её ладони. Боль исчезла мгновенно.

– Что это? – Майкл удивлённо взглянул на неё. А Блондинка взяла его за щёки и обхватила губами его рот.

У юноши глаза на лоб полезли. Он никогда ещё в жизни не целовался, а эта девица явно знала КАК.

Совершенно дурея от происходящего, он обнял девушку, но тут раздался презрительный смех, и баскетбольный мяч снова стукнул его по голове, в данном случае, отскочив от его макушки.

– Нет! – крикнула Розочка. – Пусть целуются!

– Представляю, что миссис Чёрнсын скажет! – Мальчик с пейсами усмехнулся.

– Не смей её звать! – окрысилась Энн. – В кои-то веки вырвались! Смотри, в следующий раз не возьму!

– Я сестру одну не отпущу, – строго отозвался Джордж-Аорон. – Она маленькая и глупая.

– Сам дурак! – буркнула Роза обиженно. – Мне уже десять!

– A был бы я девочкой – через две недели уже совершеннолетним считался бы.

– Да? – изумился Майкл, надевая очки и вглядываясь в ребёнка.

– Ой! – Энн расхохоталась так громко – стёкла окна задребезжали. – Он религиозное совершеннолетие имеет в виду. Ему двенадцать должно исполниться.

– А что за история с Медведем?

– У Даниеля спроси, – отозвался Джордж-Аорон.

– Дэн? – Майкл взглянул на приятеля, а тот поглядывал то на него, то в окно.

– Дэн!

– Мама вряд ли разрешит мотоцикл взять… – Даниель вроде как и не услышал вопроса.

– Ой! – Энн всплеснула руками. – Вы что – миллионеры от такого подарка отказываться…

Она осеклась – в комнате возник ещё один визитёр – худощавый старик, в элегантном вечернем смокинге.

– Ага! – Он рассмеялся. – Попалась, хулиганка!

– Папа! – выкрикнула Энн. – В мотоцикл ``маячок`` вставил, да?

– Ну, надо же мне знать, к кому ты сбежала… – Он взглянул на Даниеля, и его улыбка погасла, а глаза сверкнули жёлтым огнём.

«Почему он с такой злобой на меня смотрит?» изумился юноша.

– Ну, Энн, – протянул Артур Чёрнсын. – Мы с тобой оба – в глубоком… Слушай, мотаем пока Мэри нас не застукала и…

Даниель уже даже и не удивился – вроде как ниоткуда, в комнате возник ещё один человек.

Маленького роста, платиновая блондинка, одетая в вечернее платье изумрудного цвета.

Но её появление напомнило Даниелю сцену из «Волшебника Оз», когда неожиданно заявилась ведьма.

Роза кинулась к брату, тот обнял её. Энн набычилась, а Нутелла прижала к себе мяч и закусила губу.

– Тааак, – протянула миссис Чёрнсын, оглядываясь с видом полицейского, возглавляющего облаву. – Вся компашка в сборе!

– Ещё и постороннего втянули! – Мэри всплеснула руками, глядя на Майкла. – Ну, ладно, ему вряд ли кто поверит. Болтать лишнего, парень, не будешь?

Тот только молча испуганно помотал головой.

Мэри приблизилась к мужу и дочери.

– Так, дорогой мой, – прошипела она. – Забирай эту лошадяру – и к гостям! С вами я ещё разберусь. Не подведи, доченька, папочку! Хуже будет.

– Это подло отыгрываться на нём из-за меня! – Энн топнула ногой.

– Дисциплина должна быть! – Миссис Чёрнсын смотрела на высокорослую дочку снизу вверх; она едва доставала головой до её плеча.

«Слон и Моська,» Артур даже хихикнул. Про себя и блокируясь.

Но Мэри почувствовала это.

– Давай, двигай! – обратилась она к нему. – Распустил девку!

– Сказала, что без Дэна не пойду! – Энн демонстративно скрестила руки.

– Энн, девочка моя, – Артур переводил встревоженный взгляд с дочери на жену. – Не серди маму!

Вздохнув, мисс Чёрнсын обняла отца, и оба исчезли.

А Мэри взглянула на Даниеля.

Она подошла вплотную, и юноша увидел – женщина вовсе не так молода, как ему сперва показалось.

Хотя на её лице вроде не было заметно ни пятен ни морщин, но общий вид кожи выдавал возраст.

Её глаза переливались, как цветные камушки под водой.

– Уже бреешься? – шепнула она, поднимая руку. Но, явно сдержала себя и не дотронулась до его лица.

– Маська… – пробормотал Даниель, сам не понимая, почему и откуда всплыло это слово.

Женщина попятилась.

Выражение её лица мгновенно изменилось, снова став волевым и холодным.

– Почему-то принято поздравлять человека на день рождения, а не его мать. – Миссис Чёрнсын нервно хихикнула. – Хотя это заслуга женщины, а не её дитя. Ну, что, ж исправим, пожалуй, это досадное упущение!

Даниель снова увидел того юношу, что привёл сюда этих странных гостей.

– Ай-я-яй, Энтони! – курлыкнула Мэри. – Мальчик мой, ну, зачем огорчать мамочку?

– Ты ревнуешь… – шепнул тот, улыбаясь, совершенно как ангел на винтажной открытке.

– Не хорошо, не хорошо! – миссис Чёрнсын шлёпнула его ладонью по плечу. – Отведи детей домой, а их мамочек пришли сюда!

Она запустила уже знакомый Дэну и Майклу ``водоворот``, и брат с сестрой шагнули туда. Всё так же прижимая к себе мяч, Нутелла молча последовала за ними.

Портал и Энтони исчезли одновременно, а Даниель впервые в жизни почувствовал желание закурить.

Да желательно что-нибудь покрепче табака.

Миссис Чёрнсын обвела взглядом комнату. Майкл так и сидел на кровати.

– Позови родителей и сядь там! – она обратилась к Даниелю, указывая на стул в стороне.

Дэн не спорил – выглянул в коридор.

– Мама! Пап! – окликнул он. – Поднимитесь ко мне, пожалуйста!

Не закрывая дверь, он прошёл в уголок.

Мэри стояла, скрестив руки, прислонившись спиной к подоконнику.

Супруги вошли в комнату.

Джон не понял, почему его жена подпрыгнула и со стоном кинулась к Даниелю.

Перепуганный реакцией матери, юноша вскочил, и они обхватили друг друга.

– Отведи Майкла домой, – холодно приказала Джону визитёрша. – И не вздумай подниматься сюда, пока не позволю.

Те двое молча вышли, плотно закрыв за собой дверь.

Тут же снова открылся портал, и Даниель увидел двух выходящих женщин.

Сильнее вряд ли можно было отличаться друг-от-друга; высокая, стройная чернокожая, в элегантной домашней пижаме, короткие кудряшки червонного золота.

И толстенькая, совершенно шарообразная серенькая женщина с пепельно-каштановыми лохматыми волосами. Одетая в кокетливую мешкообразную ночнушку, она сонно моргала и непрерывно зевала.

– Ну, вот! – произнесла Мэри Чёрнсын очень довольным тоном. – Теперь уже мы, девочки, все в сборе.

– Давайте спустимся в салон… – предложила хозяйка дома.

Дэн чувствовал – мать трясётся всем телом, и он разозлился.

– Слушайте вы, миссис… Как вас там?

– Чёрнсын, – холодно отозвалась та, догадавшись, к кому именно обращается юноша.

– Миссис Чёрнсын, – очень сдержанно заговорил Дэн. – Я прошу вас не пугать мою маму.

– Нет, Даниель, я…

– А… Вот это кто! – воскликнула толстушка. – Ох, как вырос!

Юноша изумлённо взглянул на неё.

– Мне кажется, я достаточно взрослый, чтобы понять, если вы будете так добры объяснить, – снова заговорил он.

– Ой! – Толстушка испуганно осмотрела себя. – Оденьте меня!

Чернокожая щёлкнула пальцами, и у той в руках оказался халат.

– Могла бы и в платье меня одеть, – проворчала женщина.

– Софи? – Хозяйка дома вглядывалась в гостью. – Это действительно – ты?

– Мам, ты её знаешь?

– Вроде да, – отозвалась та, но глядя не на сына, а на Софочку. – Ты что, беременна?

– Толстая она просто! – Хмыкнула Чернокожая, и Дэн сразу понял, ЧЬЕЙ дочкой была Нутелла.

– А тебе завидно, швабра!

– Ещё бы! Я всю жизнь на диете, а уже без инсулина не справляюсь. А ты жрёшь за десятерых, а диабет ещё не заработала!

– Нечего было черномазой заделываться! – огрызнулась та.

Хозяйка дома расхохоталась. – Да, тела меняются, а души – нет!

– Это точно, – холодно оборвала её Мэри. – Что ты так подскочила к сыночку своему? Я двеннадцать лет с ним не контактировала! Если б детки твоих мужей этот розыгрыш не устроили, я в жизни бы здесь не появилась!

– Какие детки? – изумился Дэн.

– А ты теперь как называешься? – Софи села на кровать и снова зевнула.

– Марта! – с вызовом отозвалась Хозяйка дома.

– Какие детки? – настаивал юноша.

– Мааарта, – протянула Мэри злобно. – Хоть имя моё крестильное да украсть, а?

– Да объясните ж мне наконец, в чём дело! – рявкнул Дэн на всю комнату.

– А? Кто? – Софочка подскочила.

– Разбуди её как следует, Анхелла! – приказала миссис Чёрнсын. – Ты куда это?

Чернокожая прошла в санузел, налила в стаканчик холодной воды и, вернувшись, выплеснула его в лицо сидящей на кровати женщины.

– Ты! – Та вскочила, напрасно пытаясь отряхнуться. – Я… Миссис Чёрсын!

– Буду я ещё Энергетику изводить! – Анхелла улыбалась. – Во, мокрая курица!

– Скотина… – Софочка заплакала.

– Мы сейчас спустимся в салон, – заговорила Мэри. – Подождём решение Даниеля.

– О чём? – Он и его мать воскликнули одновременно.

– Ты хочешь вспомнить и знать ВСЁ?

Юноша посмотрел на мать – та опустила голову.

– Прости, мама! – шепнул он. – Ничто на свете не изменит моих чувств к тебе! Я тебе всё прощу! Но позволь мне знать…

Та кивнула, не глядя на него.

Она вышла вместе с Софи и Мэри, оставив Даниеля наедине с Королевой Гипноза и Памяти.

В салоне на первом этаже Мэри села в одно из кресел, Софочка устроилась на диване, а Марта-Люси прошла на кухню. – Кому что налить?

– Есть обезжиренное молоко? – поинтересовалась Софи, взявшая фамилию Фабро.

– Мне то же, что тебе… Марта, – отозвалась миссис Чёрнсын.

Та вернулась в салон со стаканом молока.

Себе и Мэри хозяйка налила бренди, не разбавив ничем.

– Лимон и маслинку, – уточнила Мэри.

– Вы же сказали – что и мне! – Марта всё-таки прошла снова на кухню.

– Софи, – заговорила она, вернувшись. – Ты чего ж это так раздалась?

– И что? – огрызнулась та. – Я кормлю ещё, мне силы нужны.

– Да? – полюбопытствовала Марта-Люси, садясь в кресло рядом. – Девочка-мальчик?

– Да это у неё шестой уже, – спокойно уточнила Мэри. – Пришлось её ``ограничить``, а то Корпорация разорится если все работники так ``плодиться и размножаться`` будут.

– Ну, ты даёшь! – Марта выпила залпом и налила ещё.

– И что? – повторила Софочка Фабро. – Шесть – число святое в еврейской культуре. К тому же традиция – называть детей именами умерших родственников и любимых. Ну, вот у меня – Джордж, в честь Маршалла, Розочка – в память о бабушке. От Рона же только мальчики могут рождаться, так что Роза и сестричка её – ЭКО. Очень мне девочек хотелось. Значит, последовавшие детки – в честь мамы, двойняшки родились – в честь братьев назвала. Ну, и Глеб, конечно, для полноты картины.

– Всё-таки – Глеб? – Марта подмигнула. – А Рон как относится к такому выводку?

– Да у него в прошлых жизнях и по двадцать детей бывало, – ответила Мэри вместо Софи.

– А ты его так Рон и зовёшь?

– Да. ``Джузеппе`` ни мне ни ему не нравится.

– А Глебу сколько?

– Двадцать восемь месяцев.

– И до сих пор кормишь?

– И что? Так, иммунитет поддержать…

Вошла Анхелла. Одна.

– Где… Где Дэн? – пролепетала Марта, хватаясь за грудь.

– Дайте парню информацию переварить, – угрюмо отозвалась миссис Морт.

Она прошла в кухню и налила себе большую кружку воды.

– Что ты ему понарассказала? – У Марты дрогнул голос, она вглядывалась в мрачное лицо Демона Смерти.

– Не волнуйся, – буркнула та, садясь в кресло возле столика. – О Бренде я только вскользь упомянула…

– А зря! – не удержалась Мэри.

– А вот как о Люси Гонзалес я, пожалуй, сболтнула лишнего. – Миссис Морт глотнула из кружки. – Никак не ожидала – Дэн до сих пор верил, что Джон – Глеб! А Глеба-то, оказывается, он как любил!

– А ты не знала? – с горечью в голосе поинтересовалась Марта-Франсин. – Ну, Глеб, что, не понимал?

– Да ну тебя, и так тошно! – огрызнулась Анхелла.

– Что, опять что-то ляпнула? – Марта всплеснула руками, и даже миссис Чёрнсын нахмурилась.

– Ну… Я просто… Глеб же никогда не то что не любил Дэна, так, едва терпел и то лишь по приказу Хозяйки…

– И ты это парню сказала? – ахнула Мэри. – Во дура!

– Я не ожидала… Ну, что он так уж расстроится. Так зарыдал…

– С*ка, с*ка! – Марта запустила в Анхеллу кружкой, но та успела отклониться.

– Джон вполне заслуживает уважения сам по себе, как личность! – огрызнулась миссис Морт. – А не этот алкаш, слабак… Мало он тебе нервов потрепал?

– Ну, ``развенчание`` героя детства может оказаться серьёзной психологической травмой, – внесла свою лепту Софи.

– Ему не шесть лет, а шестнадцать! – Анхелла крутанула глазами, белки эффектно сверкнули на тёмном фоне кожи. – Ну, и сами ведите душещипательные беседы! Со своими вон детьми справиться не можем…

– Опять Нутеллу выпорешь? – поинтересовалась Мэри спокойно.

– Ты дочку бьёшь? – изумилась Марта.

– А что мне с ней делать? – оскалилась на неё Анхелла. – Миллион раз говорила – не следовать за ``стадом``! Ведь это Энн всю кашу заварила, а моя и бежит, как шавка за стаей! Ну, ладно, в этот раз обошлось, а мало ли в какую передрягу втянуть могут!

– Переходный возраст, – грустно объяснила Софочка Фабро. – У Розы вот-вот первые месячные начнутся. Вот девчонку и ломает. Мы вчера пиццу лепили, как всегда вместе. Глеб – лапуся мой! Скалкой тоже по тесту покатал. Потом – сложил кружочки колбасок, как глазки, гриб – как носик, рот правда не получился как следует. Он его из полосок перца пытался сложить. «Для мамочки!» сказал. Конечно, я его похвалила, а Роза как скинет пиццу на пол! Заплакала, убежала. Никогда, вроде, раньше не ревновала.

– Не, мои дочурки младшие, пока что – ангелочки, – Анхелла снова вздохнула и объяснила Марте. – Своего-то я Джузеппе и называю. Две дочки у меня уже непосредственно от него. Он хорошо с Нутеллой обращается. Но ``своих`` всё равно выделяет. Думаете она из-за этого выкозюливает?

– Да дала бы ты ей играть в этот дурацкий баскетбол! – Мэри покачала головой. – Вон, меня гимнастическая подготовка сколько раз выручала.

– А чем умение мячик кидать пригодиться может? – возразила Анхелла. – Пустая трата времени! Девка на одни пятёрки учится, а займётся ``вплотную`` – прощай хорошие оценки! Даже если в профессиональный баскетбол выбьется – кстати она только колледжным ограничиться хочет. Так у баб же контракты копеечные! Я уж ей даже предложила пол сменить – хоть какая-то перспектива…

– Бред какой! – Марта потрясла головой. – Впрочем, Глеб тоже не захотел в ``бедняки`` опускаться. Продажное ты существо, в каком теле ни живи!

– Нутелла же у тебя – умничка! – настаивала Софи Фабро. – Пусть в молодости поиграет…

– Конечно, учёба никуда не денется, – поддержала её Мэри. – Вон, Энн – уже шестнадцать, а так и не знает, что бы ей хотелось в жизни.

– А Роза уже давно мечтает в полицию пойти служить, – миссис Фабро поделилась с улыбкой. – У неё дома – целая игрушечная полицейская станция – машинки, фигурки, даже собаки!

– Ой, – Анхелла Морт снова крутанула глазами. – Ну, может свожу её на эту отборочную игру…

– А что это? – полюбопытствовала Марта-Люси.

– От нескольких школ посылают наиболее перспективных девочек, – объяснила миссис Морт. – У них даже не будет времени сыграться, так где-то с полчаса, пока разминаются. Ну, а потом, в течении игры, тренеры будут следить, как кто играет и каждому родителю скажут, стоит дальше тратить время и деньги на баскетбол или заняться чем-то другим.

– Ну, и хорошо… – начала было Марта, но осеклась – в комнату вошёл её сын.

Даниель вошёл с лицом, даже более бледным, чем обычно, но, если бы женщины в комнате не знали, что он плакал – догадаться по его виду было невозможно.

Он молча приблизился к Мэри Чёрнсын и, опустившись на одно колено, словно перед королевой, поцеловал ей руку.

– Спасибо за всё, что вы сделали для нас с мамой! – произнёс он с искренней благодарностью в голосе. – Можно я пойду к ней?

– Конечно, дурачок! – Мэри погладила его волосы и помогла встать, невольно подумав: «Чуть больше года или пятнадцать лет… Простая математика.»

Дэн подошёл к матери, поднявшейся ему на встречу, и они обняли друг-друга.

– Я знал, что ты через многое прошла ради меня, – прошептал он. – Но я даже представить не мог, как ты боролась! Вообразить не мог – как настрадалась! Прости меня! Я не буду проситься в кадеты, я постараюсь не драться…

– Нет-нет! – Марта-Люси разрыдалась. – Ты – прав! Я не должна пристёгивать тебя к юбке! Я обязательно отпущу тебя на следующую экскурсию! Прости, что не пустила в тот раз!

– Да ну, ерунда! – Он игриво толкнул мать. – Съездим как-нибудь всей семьёй! Ты, я и… папа. Гораздо интереснее – куда хотим, туда пойдём, а не мотаться, как в стаде баранов – иди куда погонят!

Он обернулся к Анхелле.

– Миссис Морт, а… можно я буду иногда звонить Нутелле? Или – она – мне?

Все женщины в комнате переглянулись, а Анхелла злобно прищурилась.

– Ей двенадцать лет! – напомнила она холодно. – Рановато со взрослыми парнями перезваниваться. И Facebook я от детей заблокировала.

– Я ничего подобного не имел в виду, – Дэн растерянно посмотрел на мать, а та только вздохнула.

– Ничего, – хмыкнула Мэри. – Зато Энн теперь, наверняка, ``доставать`` тебя будет.

Уже улыбаясь, Марта снова обняла сына.

– А где все? – услышали они голос Джона, и, оглянувшись, увидели – в салоне они только втроём, словно и не было никакого вторжения в их тихую семейную жизнь.

Но пустые стаканы и откупоренная бутылка бренди подтверждали реальность произошедшего.

* * * * *

Анхелла вернулась к себе домой.

Из-за отмечания ``Сладких Шестнадцати`` Энн, её муж, как Начальник Охраны, ещё не вернулся, поэтому она сама проверила младших девочек, перекинулась парой фраз с гувернанткой и поднялась в комнату старшей дочери.

Нутелла, в одних стрингах, лежала на животе, лицом вниз, на диванчике.

Рядом стояли розги.

– Я не буду кричать, – прошептала девочка, подгребая подушку поближе к лицу. – Только отвези меня на эту игру. Пожалуйста!

Анхелла присела на край топчана. Взглянула на худощавую узкую спину дочери с заметными лопатками и позвонками.

Женщина осторожно погладила вздрагивающую нежную детскую кожу, цвета горького шоколада, гораздо более тёмную, чем у неё самой.

– Я никогда не ударю тебя больше, – произнесла миссис Морт решительно и твёрдо, и девочка села, удивлённо глядя на мать. – Я думаю, ты – уже достаточно взрослая. Мы сможем договориться. Энн поступила очень нехорошо, не сказав маме. Мы же волновались! С вами могло случиться, что угодно! А если бы он оказался плохим парнем? В компании? Тебя могли избить, изнасиловать, даже убить! Как же так? Да ещё малышню втянули! Вы так надеетесь на свои ``оповещалки``, но ведь и они могут дать сбой! Девочка моя, не пугай меня так больше!

Дочка опустила голову, и мать обняла её.

– Я обязательно, обязательно отвезу тебя на игру!

Нутелла взвизгнула от восторга и поцеловала маму.

– Но… – начала Анхелла, и её дочь притихла. – Давай договоримся. Если тренер скажет, что ты – просто неплохо играешь, если у тебя нет перспективы, ты НЕ впадёшь в отчаяние. Не будешь считать, что жизнь – кончена. Смиришься и примешь реальность, критику и объективную оценку. Помнишь, какие безголосые приходят зачастую на «American Idol»? Мы же всегда смеялись над ними, если они начинали настаивать, что они – таланты. Я не хочу, чтобы ты была таким посмешищем.

– Я не буду, мама, обещаю тебе, – твёрдо ответила девочка. – Я насмотрелась на ``наших`` людей. Я очень благодарна тебе, что ты отдала меня в ``нормальную`` школу. Мне нравится обычная, человеческая жизнь. Но ни в одном из миров я не хочу быть посмешищем.

– Милая моя, – Анхелла обняла дочку. – Как, ну, как мне тебя уберечь от всего-от всего…

* * * * *

Она уложила дочку, как в детстве, сидела с ней пока та не заснула.

Ангел, пусть и павший, она не имела права навеять сон своему собственному отпрыску, поэтому просто с горечью смотрела на спящую дочку, как тысячи, а может и миллионы матерей, когда не знают чем помочь своему дитятке.

Наконец, вздохнув, миссис Морт вышла из комнаты.

Она почувствовала присутствие мужа и прошла в спальню дочерей.

Более, чем типичная ``девчонкина`` комната: розовые стены, цветочки, куклы, мягкие игрушки…

Высокий чернокожий, что-то нежно нашёптывая, поправлял одеяло у одной из девочек, и Анхелла знала – он уже проделал то же самое с другой.

Он выпрямился, повернулся к жене с улыбкой счастья.

– А к Нутелле зайдёшь? – холодно поинтересовалась она вполголоса.

– Шшшшш! – Он любовно обхватил жену за талию и вывел её из комнаты. – Ты разве не от неё? Ну, вот! Ещё разбужу её ненароком. Пусть отдохнёт. Я уж знаю о её ``походе``.

Миссис Морт снова вздохнула и последовала за своим земным мужем.

* * * * *

Проснувшись на следующее утро, Розочка первым делом проверила ночные трусики.

«Опять ничего!» подумала она с досадой, сама не зная, радует её это или пугает. «Папа же сказал – вот-вот. Папа же не может ошибаться… Или может?»

Переодеваясь, она взяла прокладку с ``крылышками``, но её затрясло от страха, и девочка схватила непромокаемые трусики.

«Я же дома весь день,» ругала она сама себя. «Чего я боюсь?»

Она одела синий спортивный костюм и долго возилась с волосами.

Она унаследовала пепельно-каштановые кудряшки матери, делавшие её похожей на ягнёнка и выразительные глаза усиливали это сходство.

Роза долго зачёсывала волосы то в одну сторону, то на другую, то на прямой пробор.

Совершенно расстроенная, она приколола привычный пышный бант, но тут же сорвала. «Что я, бебичка, что ли?»

Она спустилась в кухню.

Тут уже собралась вся семья, кроме старшего – Джорджа, который ушёл со своим гувернёром, как всегда по субботам, в синагогу.

Её младшая сестрёнка, удивительно похожая на Мэри Чёрнсын, сидела, хорошенькая, совершенно, как куколка, даже дома одетая в кружевное платице.

Она аккуратно ела фруктовый салат, осторожно вынимая вилкой кусок-за-кусочком.

– Ну, моя гулёна! – Рон обнял Розочку. – Как спалось?

– Пап, покрась мне волосы в синий цвет… – начала было Роза, но её братья дружно расхохотались.

– Мардж Симпсон! Мардж Симпсон! – скандировали они, продолжая толкаться и пощипывать друг-друга. Черноволосые, с намечающимися ``клювиками``, они напоминали воронят.

Роза почувствовала подступающие слёзы и отошла насыпать хлопья или колечки сухого завтрака.

«Надо худеть…» напомнила она себе, проверяя калорийность на пачках. «Ох, нет…»

Она ненавидела пресные овсяные колечки, но решительно насыпала себе, залила молоком и села на своё место.

Тут же один из братьев запустил в неё шариком из хлеба.

– В неё вы почему-то не кидаете! – окрысилась на них Роза.

– Ты – уродина, – спокойно заявил один, а другой показал ей язык.

– Прекратить! – вмешалась Софи. – Дисциплина должна быть…

Она следила, как ест маленький Глеб. Темноволосый и черноглазый, он деловито орудовал ложечкой, но взглянул на Розу, захныкал и потянулся к матери.

– Мамочку люблю, мамочку люблю! – стонал он, и женщина взяла его на руки.

– Это он – специально! – злобно выкрикнула Роза.

– Не придумывай! – возразила мать.

– Ты мой путусенька-тампупусенька! – Софи тискала сына. – Хочешь титечку?

Роза нахмурилась и запихала в рот ложку завтрака.

Она мужественно пыталась жевать, но поперхнулась от отвращения.

Молоко попало ей в нос, девочка закашлялась, чихнула, невольно фыркнув, заплакала и кинулась прочь из кухни, преследуемая хохотом двойняшек.

* * * * *

Рон вошёл в комнаты дочери, прошёл в её игровую.

Розочка сидела на полу возле своего игрушечного полицейского участка.

Фигурки, заряженные магией, двигались, как живые, а она держала в руке пластиковую куклу и говорила за неё.

Отец сел рядом, ``полицейские`` отсалютовали ему.

– Покушай, доча! – Рон поставил возле неё апельсиновый сок и булочки с яблочными кусочками в тесте.

Не особо заботясь о соблюдении соруright, он подвигал булочки, как в знаменитом Чаплиновском «танце Пирожков».

Только он использовал не вилки, а Энергетику.

Это будет работать, наверное, в любом веке – Розочка улыбнулась, беря угощение.

– Без добавления сахара! – Рон подмигнул. Его усы, не столь пышные, как были когда-то у куратора Джерри, и не столь негодяйски-тоненькие, как носил настоящий Фабро, делали его похожим на Эркюля Пуаро.

– Я не хочу быть такой толстой, как мама! – призналась Роза, жадно поедая булочку. Её отец только вздохнул.

– Зацикливаться на весе тоже не стоит, доченька!

– Я – уродина? – грустно спросила девочка. – Ты же не можешь соврать?

– Нет. – Он улыбался. – Ты – не уродина. Просто несколько лет тебе предстоит искать свой стиль, а тело, и лицо будут постоянно меняться! Потерпи немножко.

– Так долго… – простонала Розочка. – А ты не мог бы сделать, чтобы у меня уже…?

– Могу, но надо, чтобы организм был готов. Я люблю тебя, девочка моя! Я хочу, чтобы у тебя всё шло правильно.

– Энн поцеловала Его, – сообщила Роза.

– Джорджа? – Рон ахнул.

– Нет, там, у… Даниеля, правильно?

– Да, Даниеля… Его мама – моя приёмная дочка.

– Как я?

– Ох, глупышка! – Рон обнял её. – Это братцы тебе, конечно, тыкали? Вы для меня – все одинаково любимые! А за Дочерей Земли ещё и страшно! Сколько твоя мама намучилась, а уж Люси – мама Даниеля… Мне так хочется, чтобы хоть ты и сестричка твоя маленькая, поменьше страдали, раз уж совсем нельзя обойтись без этого.

– Мне кажется – мама притворяется чокнутой! – призналась девочка злобно. – Просто, чтобы её жалели!

– Нет, милая, не думай так! – заступился за жену Рон Фабро. – Ещё в глубокой древности существовало убеждение, что мир – всего лишь продукт нашего воображения. Маме так легче.

– А мне страшно, когда у тебя крылья… – призналась Роза.

– Ох, – Рон смутился. – Я же вроде при тебе…

– Позавчера, я проснулась ночью. Услышала, как выли шакалы. Я выглянула в окошко. А ты стоял во дворике. Махал крыльями.

– Ты поэтому не сказала мне, что уходишь с Энн?

Девочка кивнула.

– Прости, я, правда, больше не буду. Я хотела тебе пожаловаться на маму. Она не верит, что это именно Глеб ревнует ко мне, а не я к нему!

Она снова заплакала, и отец обнял её. Они посидели так некоторое время.

Полицейским фигуркам стало скучно, они сами начали ездить на машинках и мотоциклах, прогуливаться в одиночку, парами и-или в сопровождении собак.

– А ты меня будешь учить магии? – вдруг спросила Розочка.

– Не боишься? – Рон подмигнул.

– Не-а! – Девочка смело улыбалась. – Я им всем покажу!

Отец и дочка рассмеялись и хлопнули друг-другу ладони.

Даниель проснулся.

Он спал сегодня, как убитый – без снов и грёз, словно просто закрыл-открыл глаза. Плюш, как всегда, лежал у него под боком, потянулся и, мявкнув, подошёл к двери. Даниель выпустил котика, а сам прошёл в свою ванную.

Он старался даже и не вспоминать о том, что произошло накануне.

«Интересно, действительно ``щетина`` быстрее и гуще вырастет?» думал он, тщательно проводя бритвой по щекам и скулам.

Магические глаза Мэри Чёрнсын вдруг чётко возникли перед его мысленным взором, чарующий нежный голос раздался в душе: ``Уже бреешься?``

Его затрясло, и юноша торопливо вытер лицо.

«Как там мама? Как там мама?» билось в его голове. «Жуть какая!»

* * * * *

Он, конечно, не ожидал увидеть никого постороннего, поэтому вышел совершенно голым и замер от изумления, видя вчерашнего старика, спокойно сидящего в его компьютерном кресле.

Он обвёл юношу критическим взглядом, и его тонкие губы сложились в хитренько-циничную улыбочку.

– Прошу прощения, что без предупреждения, – произнёс он вкрадчиво. – А сколь быстро ты можешь одеться?

– Я не собираюсь рекорды ставить, – холодно отозвался Даниель, проходя к шкафу.

– Ууууу, сразу видно – мамина кровь проявляется!

– А вы не смейте даже упоминать о ней! – огрызнулся юноша через плечо, словно лев-подросток – на надоедливую гиену.

– Ты же, вроде, в армию хотел пойти? – визитёр не сдавался. – Ну, вот, любопытно было б прикинуть, сколь ты готов.

``Вечный Провокатор, Змей-Искуситель…``

– И что? – отозвался Чёрнсын на его мысли. – Сам-то себя не хочешь проверить? Ба! Заблокировался! Это когда ж тебя мамаша обучить успела?

– Я быстро учусь! – Даниель демонстративно одевался так медленно, как мог.

– Вот именно! Твоя семья никогда не сможет позволить себе оплатить твоё обучение. Армия – единственный путь. Неужели ты так уверен, что тебя заставят делать только ``добро``?

– Нет, у ВАС, заставят! – саркастически парировал Дэн.

– Можешь не верить, но – да! Под руководством моей жены – несколько отрядов, которые выполняют только ``светлые`` функции. В основном, конечно, просто охрана, но зачастую – спец-задания, куда правительство не успеет послать поддержку и помощь даже если захочет. Да и далеко не всегда хочет.

Юноша молчал. ``Маська…``

– А почему ваша жена сама не предложила мне это? – поинтересовался он с подозрением.

– Потому, что обратись она ЛИЧНО, – злобно отозвался Чёрнсын. – Ты бы вряд ли отказал, не так ли? А она всё равно любит тебя… Дьявол! Двое своих детей, в сыне души не чает, а за тебя всё равно хватается…

– Чтобы моей маме сделать больно!

– Ой! – старик поднялся. – Каждый верит во что он хочет!

Он обвёл рукой полукруг, открывая телепортационный портал, и спокойно шагнул туда, захлопнув его за собой.

* * * * *

Люси-Франсин, теперь взявшая себе имя ``Благочестивая Марта``, готовила завтрак, когда Плюш спустился по лестнице в кухню и, мурлыча, потёрся об её ноги.

Она открыла ему специальную баночку еды ``для стареньких кошек``, а сама продолжила разогревать оладушки.

Она накрывала на стол, и тут открылся знакомый ей телепортационный портал, и Артур Чёрнсын вышел спокойно, как к себе домой.

– Ещё раз так сделаете – я на вас Святой Водой плесну! – ``поприветствовала`` его Марта.

– Ай-я-яй! – покачал тот головой. – Разве вы не учите деток в подготовительной группе, что надо быть гостеприимными?

– Я знаю, что вы просто так не заявились бы. А если пытаетесь пугать меня возможным увольнением – напрасно стараетесь. Я кем только не работала. С голоду, Бог даст, не помрём!

– Да уж, я знаю, – мурлыкнул Артур садясь в кресло, слегка в стороне. – И механик ты прекрасный. А вот моя дочка, хоть и от твоего придурка заведённая, совсем в технике не разбирается. Подарить такой мощный мотоцикл шестнадцатилетнему мальчишке! А если он… не справится с управлением?

У Марты сердце оборвалось.

– Нам не нужны ваши подарки… – начала она было.

– Вам не нужны конфликты со мной! – оборвал её Чёрнсын. – Я очень люблю и дочку и Мэри, чтобы щадить твоего… Ну, ты знаешь моё отношение к нему.

– И что вам надо?

– Мне – ничего. Более того, Мэри буквально заставила меня прийти сюда.

Плюш снова подошёл к хозяйке, ласкаясь и мурлыча.

– Не будем лишний раз травмировать неустойчивую юношескую психику. – Артур бросил взгляд на лестницу, а сам протянул руку в сторону Плюша.

Котик вдруг вздрогнул, и рухнул замертво, как током убитый.

– Ублюдок… – прошептала Марта, неверяще глядя на своего любимца, лежащего у её ног, словно сломанная игрушка.

Артур спокойно достал пятигранную коробочку и открыл.

Там лежал жетон, на подобие солдатского.

– Я не могу достать его, – объяснил он холодно. – А вот ТЫ, я думаю, понимаешь ЧТО это.

Ещё раз глянув на котика, женщина взяла жетон.

Она хотела надеть цепочку на шею Плюша, но, едва дотронулась металлом до его шкуры – котик вскочил.

Зашипев на Артура, с мрачным завыванием, Плюш метнулся вверх по лестнице.

– Моя жёнушка создала этот оберёг при участии Анхеллы. – Поднявшись, Чёрнсын поставил коробочку на стол. – Какая ирония! Мэри терпеть тебя не может, а Даниеля любит, а Демон Смерти – наоборот! Кстати, она тебе хвасталась, что Папашу моего ``окрутила``?

– А Лилит где? – Марта поглядела на жетон, зажатый в её руке.

– Понятия не имею! – Артур пожал плечами. – Мне совершенно наплевать…

– А что ж вы всё в этом теле обитаете? – не смогла удержаться бывшая Бренда.

– Менять тело – очень болезненный процесс, – напомнил Чёрнсын. – А Мэри пока что – в великолепной форме.

– А причём тут она? – удивилась Марта.

– Ей надо поменяться первой, – объяснил Чёрнсын. – Когда Совладелица Корпорации умрёт, а я женюсь на молоденькой, я передам ей ``бразды правления`` и сам скапустюсь. А она выйдет замуж за какого-либо начинающего бизнесмена.

– А наоборот? – Марта подмигнула.

– Конечно, мы и это обсуждали. Но Мэри стесняется ситуации, если ``старушка`` выйдет замуж за парнишку, а сама помрёт! Первый вариант смотрится гораздо естественнее и особого внимания не должен привлечь… Ладно, мы что-то в сторону ушли… В общем, задание я выполнил – оберёг передал, а уж что ты с ним будешь делать – тебе решать!

Он исчез, а Марта так и стояла, сжимая цепочку в руке.

* * * * *

Конечно же Дэн не мог не похвастаться ЭДАКИМ подарком.

Торопливо позавтракав, он убежал, неверяще огладил мотоцикл и, надев прилагавшийся шлем, поехал объезжать друзей и знакомых.

Он катал всех желающих, давал покататься другим.

Особые технологии поражали всех: мотоцикл ``не желал`` отъезжать от хозяина дальше, чем на пару кварталов, автоматически останавливался перед препятствиями и кюветами.

– Кузина подарила, – небрежно бросал Даниель, хотя ему самому хотелось визжать от восторга.

~ Вот бы мне такую кузину! – обычно следовал ответ.

Поглощённый происходящим, он не замечал – его друг-``очкарик`` Майкл вёл себя даже тише чем обычно, но вот пользовался своим смартфоном гораздо чаще.

Честно признаться, Дэну было не до него. Такого внимания он никогда ещё не привлекал, так что отвезя друга домой, уже к вечеру, Даниель ничего не спросил, а бросив: «Увидимся!» уехал к себе.

Он просто изнывал от желания покатать одну девчоночку, но не хотел, чтобы это произошло ``в куче``, наравне с остальными.

«Завтра,» решил он.

* * * * *

– Ты что ж даже пообедать не заехал? – окликнула его Марта-Люси, когда он, наконец, появился дома.

Его родители сидели за столом, ужиная.

– Я там перекусил, – отозвался он, быстренько чмокнув мать.

Он на мгновение обнял Джона за плечи, схватив тарелку, нагрёб себе из общего блюда обжаренной картошки с персийядом – смесью из рубленой петрушки и чеснока.

– Мяса возьми! – крикнула мать ему вслед. Он ответил что-то невразумительное и убежал к себе, наверх.

Она только вздохнула.

* * * * *

В комнате он уселся на кровать и, наворачивая картошку, снова проверил свой телефон.

Дэн знал, что ОНА не ответила, но всё-таки надеялся.

«Ничего-ничего,» уговаривал он сам себя. «Завтра.»

Просматривая контакты, он наткнулся на новый: «Тётушка Мэри.»

«Ох, надо же, действительно, хоть поблагодарить…»

Он нажал номер, и, услышав чарующий нежный голос, замер на секунду.

– Что, Дэн? – миссис Чёрнсын спрашивала очень ровно, спокойно, а у него сердце колотилось, как бешеное, а в голове снова промелькнули события прошлой ночи и утренний визит.

– Я сегодня мотоцикл ``обкатал``, – ответил он, взяв себя в руки. – Хотел позвонить Энн, сказать спасибо, но я понимаю, что за такие подарки надо благодарить родителей. Вряд ли Энн сама заработала такую сумму.

– Ты – умный парень. – Дэн слышал, как женщина вздохнула. – Жетон тебе дали?

– Какой жетон? – удивился юноша.

– Ааааа. Не важно. Когда дадут – узнаешь. Не испугался муженька-то моего?

– Извините – нет, – отозвался Дэн холодно. Она рассмеялась.

Даниель не знал, что тренировка этого смеха заняла у Мэри несколько лет. Но сейчас её смех, настроенный на определённые частоты звуковых волн, сводил с ума мужчин и вызывал улыбку даже у самых суровых женщин.

Он звучал, вроде как скромно, но эффект производил сильнейший.

Дэн, потрясённый, совершенно потерял нить разговора.

– Правильно делаешь, что спрашиваешь родителей, прежде чем звонить несовершеннолетней девушке, – продолжила миссис Чёрнсын. – Я сама передам Энн. Не стоит вам особо контактировать. Она – отнюдь не лучший образец для подражания. Видел, сама убежала и детский сад за собой привела! Разве хорошо? Их мамы там с ума сходили. Ты же всегда говоришь маме, куда идёшь, и где ты?

– Да… Почти. – Дэн был рад, что не включил видеосвязь.

– Теперь ты знаешь, почему твоя мама так волнуется за тебя. Постарайся поменьше огорчать её.

– Да. Ещё раз спасибо.

– Спокойной ночи. – Она выключила связь.

* * * * *

Он уже засыпал. В голове его крутились-мелькали обрывки мыслей.

Тётушка Мэри.

Он невольно улыбнулся.

Его всегда забавляло созвучие слов «Тётушка»(Aunt) и «муравей»(ant), а Мэри Чёрнсын, такая маленькая, действительно напоминала насекомое.

… Он увидел муравья, ползущего в траве.

Дэн нажал на него пальцем и смотрел на замерший вдавленный силуэт.

«Он – НАВСЕГДА такой.»

Даниель потянулся раздавить следующего, но его рука замерла – изящное, тёмно-коричневое существо с узкою талией и длинными тонкими конечностями, глянуло на него вверх своими слегка выпуклыми чёрными глазами, и он узнал Нутеллу.

«Она – навсегда.»

Дэн спал.

* * * * *

Сегодня в церкви всё шло, вроде как обычно.

Начав с истории о Золотом Тельце, пастор закончил проповедь, упомянув о вдове, отдавшей свои последние деньги.

– Братья и Сёстры! – призвал он, поднимая руки. – Поступайте так же – и Господь прославит ваше имя в веках!

* * * * *

В конце церемонии жена пастора обходила ряды с корзиночкой для пожертвований.

Когда Джон положил порцию от их семьи, жена пастора остановилась.

– И сколько же такой мотоцикл стоит? – поинтересовалась она, демонстративно заглядывая в корзиночку.

– Что, – ответила Марта довольно резко. – нам надо было подарок продать и пожертвование сделать?

– Подарок от ``Кузины``, а может от ``Кузена?``. – Жена пастора поджала губки. – А деньгами он не мог оплатить?

– Что такое? – Даниель недоумённо переводил взгляд с неё, на побледневшую мать.

– Вы всё-таки с нашими детками общаетесь, – продолжала жена пастора. – Если вы добываете эдакие деньги… Бог вам судья, какого типа услугами…

– Не смейте оскорблять мою мать! – Даниель вскочил.

Марта-Люси попыталась удержать его, но юноша вышиб корзину из рук жены пастора и выбежал из церкви.

* * * * *

Когда Джон с женою вернулись, юноша с мрачным видом протирал и без того сверкающий мотоцикл.

– Дэн, – заговорил Джон серьёзно. – Ты уже большой мальчик, достаточно взрослый. Нехорошо всё-таки хулиганить в церкви.

– А вот почему ТЫ за мать не заступился? – окрысился на него Даниель. – Храбрая Картофелина! Пюре ты бесформенное! НАСТОЯЩИЙ Глеб никогда бы не позволил оскорблять свою жену!

– Да! – злобно крикнула ему Люси. – Он САМ это делал! Да я у него из ``б-дей`` и не вылезала!

– Просто он знал твоё прошлое лучше, чем Джон или даже я! – Юноша тут же прикусил язык, но бывшая Бренда и так стояла, как будто он залепил ей пощёчину.

– Мамочка… – прошептал Дэн с раскаянием. – Прости, пожалуйста!

– Ничего, милый. – Женщина перевела дыхание. – Ты прав. И я очень рада, что ты не повторяешь ошибки моей юности. Нельзя быть рабом тела. А потом оглянешься – и ужаснёшься. Я рада, что ты сохранил свою чистоту дольше, чем я. Мы не пойдём больше в эту церковь. Будем ездить в соседний городок. Там даже есть католическая, святого Джорджа. Пойдём, перекусим и поезжай, да поможет тебе Бог! Вряд ли ОНА поедет кататься, но, может, соизволит поговорить.

Женщина подмигнула, а её сын покраснел и смущенно кивнул.

* * * * *

Анхелла с семьёй вышли из здания, где проходила воскресная служба, как обычно в великолепном настроении.

Все три девочки, одетые в совершенно одинаковые розовые вязанные платьица, резвились и прыгали, ухватившись за руки.

Потом встали треугольником и повторили последнюю, заключительную песню, так же хлопая и пританцовывая.

Женщина смотрела на них с улыбкой, а её муж покачал головой.

– Сколько уж лет прошло, а никак не привыкну, – шепнул он жене. – Этот балаган в церкви…

– Да ну, в Библии же сказано, и неоднократно, что ангелы поют, – отозвалась она спокойно. – Помнишь – в Оперу ходили, так Нутелла измаялась…

– А мои тихо сидели… – Он ухмыльнулся, но его улыбка тут же погасла. – Что милая?

– ТВОИ, да? – выделила миссис Морт голосом, а её глаза выдавали её истинную сущность.

– Ой, ну, не цепляйся к словам! – парировал он холодно. – Хочешь – Я Нутеллу на игру свожу? А то – поехали все вместе?

Анхелла снова посмотрела на дочерей.

Восьми-и-шестилетняя девочки рядом со старшей сестрой смотрелись и трогательно и забавно; они заглядывали ей в лицо, а той явно нравилось ``верховодить``.

– Да нет… – Анхелла вздохнула. – Что там тренеры скажут – неизвестно… А вдруг девчонка расстроится, может, даже плакать будет. Ни к чему ей перед сестрёнками ``позориться``. А так, сведём всё на ``тормозах`` если что.

Он кивнул.

* * * * *

Даниель подрулил к стандартному двухэтажному дому.

Заглушив двигатель, вручную подвёл мотоцикл к гаражу и оставил в стороне, на дорожке.

Он направился ко входу, но едва приблизился – дверь раскрылась, и мужчина средних лет придерживал створку, явно не собираясь впускать юношу.

Даниель, сняв шлем, держа его в руках, всё-таки поднялся на веранду.

– С чего ты решил, что я позволю моей дочери выйти к тебе, – заговорил мужчина. – После того, что ты утворил в церкви?

– Потому что вы – мужчина, – спокойно ответил Даниель. – И вы, я уверен, тоже заступились бы за свою мать, жену или дочь.

Отец помолчал.

– Мы обедаем сейчас, – объяснил он сухо. – Можешь подождать.

Он закрыл дверь, и Даниель сел на крыльцо.

Он, наконец, позвонил своему дружку-``очкарику``; они не виделись со вчерашнего дня – семья Майкла не ходила в церковь.

– Привет, – заговорил Дэн, когда друг ответил. – Что там?

– Мне Энн звонила, – отозвался тот неуверенно. – Прям телефон оборвала.

– И что? – Даниель рассмеялся. – Изнасиловать пытается?

– Ну, почти. – Майкл нервно хихикнул. – Сначала жаловалась, что, мол, ``под домашним арестом``. ПотОм заявила, что папа ей спец.мобилу выдал, чтобы её мама не знала. А мне что-то, после пятничного вечера, не хочется связываться с её родителями.

– Ну, это ты правильно решил, – Дэн почувствовал холодок по коже.

– Да, но Энн прям чуть не плачет…

– Тоже мне принцесса под охраной дракона! – Даниель нервно рассмеялся. – Меч возьмёшь – спасать пойдёшь? Очки не забудь изолентой примотать…

Майкл послал его и отключил связь. Не ответил, когда Дэн перезвонил.

Даниель хотел послать ему насмешливую СМС-ку, но, снова вспомнив рассказ Анхеллы, невольно вздрогнул и написал: «Извини. Не дуйся. Там очень опасно. Не предпринимай ничего. Позвони мне.»

Он едва успел отослать текст, как снова отворилась дверь, и не вышла – выплыла ОНА.

Только сейчас Даниель понял, почему ОНА так ему нравилась.

Она была всего на год моложе; не самая популярная ни в классе, ни тем более – в школе.

Серенькая, тускленькая блондиночка, и её фигура уже полностью приобрела женские формы.

Но всё это как-то не смотрелось ни эффектным, ни тем более сексуальным. Словно какое-то облако загораживало её от ``грешных взглядов``.

Хотя, скорее всего, причина была в мешковатой футболке с невзрачной картинкой, и спортивные брюки ``немаркого цвета`` довершали её ``камуфляж``.

Её белёсые волосы с едва уловимым золотистым оттенком, в точности такого же цвета, как у Мэри Чёрнсын, спереди были заплетены в две тонкие косички, скреплённые кончиками позади головы, почти на шее.

И глаза.

То ли голубые, то ли серые, а может и зеленоватые – не разберёшь, как ни вглядывайся.

``Маська,`` невольно подумал он.

– Мне надо уроки делать, – спокойно заговорила девушка.

– Я помогу? – вызвался Даниель.

– Нет. – Она вздохнула. – Надо заучить названия стран в Северной Европе. Я даже не знала, что там тоже страны есть. Зачем нам это – не пойму.

– Да, по Интернету посмотреть всегда можно, – поддержал её Дэн, и не удержался. – А представляешь, оказывается, когда я был маленьким, меня три лета подряд возили в Сибирь!

– Жуть! – заинтересованная, она села рядом. – Нет, в Россию я бы побоялась ехать. Там же коммунисты.

– Это давно было, – отозвался Даниель неуверенно.

– Всё равно. – Она подпёрла рукой голову, задумчиво глядя в даль. – Я обязательно буду спасать носорогов…

– Так и не передумала?

– Я никогда не передумаю! – заявила девушка решительно, поднимаясь. – Мама права – только мужчины вечно ``передумывают``!

– Нет-нет! – Дэн тоже поднялся. – Я вот…

~ Хотел в кадеты – и передумал, – прозвучал в его душе насмешливый голос.

Даниель не знал, что сказать.

– У меня мама очень хорошая! – продолжала девочка с вызовом. – Когда эти комивояжёры заезжие стали про твою маму всякие гадости говорить, она их сразу выгнала!

– Какие комивояжёры? – У Даниеля даже сердце замерло на секунду.

– Меньше бы выпендривался и хвастался – знал бы! – бросила она. – Вчера весь наш городок объезжали, мама сказала. Фигню всякую хозяйственную по дешёвке предлагали.

– А причём тут моя мама?

– А они как по маршруту за тобой ехали. Вроде как узнали и тебя и мотоцикл. Всем говорили, что твоя мама к богатому мужику, чуть ли не женатому, в город ездила. Ну, вот он ей и подарил.

Она покосилась на потрясённо замершего юношу.

– Да ладно, – пробормотала она. – Мама их сразу выгнала. Дэн?

Не отвечая, Даниель надел шлем, и, быстро вернувшись к мотоциклу, рванул прочь, не оглядываясь.

* * * * *

Обхватив колени, Даниель сидел на берегу реки, на самом взгорке.

Сидел на уже густой, но ещё холодной майской траве, глядя вдаль, на уходяший вдаль лес.

Но за-над самым краем леса, почти на горизонте, его острые глаза видели силуэты небоскребов.

Хотя это был не тот, город, где обитали Чёрнсыны, юноша думал только о них.

Переведя дыхание, он достал мобильник и нажал номер Мэри.

– Да? – услышал он и задохнулся от чисто физической боли в груди.

«Это НЕ ОНА!» билось в его голове. «Муж и жена – одна Сатана… Нет, нет, это НЕ ОНА подослала этих ублюдков…»

– Как я могу связаться с вашим мужем? – произнёс Дэн очень сдержанно.

– Зачем?

– Он предложил мне службу в ВАШЕЙ Армии. Правда – у вас есть своё подразделение?

– Да. И даже не одно.

– Возьмёте?

– Сперва закончи школу, – получил он холодный ответ. – Там видно будет. Если не передумаешь.

``Те же слова.`` Он зажмурился, как от удара.

– Да, мэ'эм, вас понял, мэ'эм!

Она отключилась, не попрощавшись, но Даниель был этому даже рад.

Почти успокоившись, он направил мотоцикл к дому.

«Всё равно отомщу,» думал он, внимательно следя за дорогой.

* * * * *

За себя никогда так не переживаешь, как за своего ребёнка.

Они ехали в маленькой, двухместной машине, Нутелла её очень любила и даже время-от-времени водила по парковке.

Но, конечно, сейчас за рулём была мать.

Они ехали на отборочную игру, и девочка искрутилась на сидении рядом.

Анхелла несколько раз незаметно передавала ей Энергетику, чтобы немного успокоить. Это не было нарушением Правил – она тратила свою собственную. Болезненный процесс, но Анхеллу это беспокоило меньше всего.

«Она же такая эмоциональная,» с горечью думала она о дочери. «Скажут – ``бездарь!`` что тогда? В загул вдарится? Не обидел бы кто, а так всё остальное неважно… Исправим, поддержу… А если с собой покончит? Кто знает этих подростков! Миллион раз я объясняла ей, КУДА попадают самоубийцы. А я – хоть и Совладелица Ада, а не всесильна! Своих мозгов не вложишь, руки везде не подставишь…»

* * * * *

Миссис Морт очень волновалась – какой контингент там соберётся.

Но, к её удивлению, большинство оказались не только ``приличными`` – белыми, более того, ``затесалось`` несколько явно азиатского происхождения, но тоже высокие.

Только две семьи были полностью чернокожие, и одна ``смешанная`` пара.

Но ВСЕ держались особняком, сосредотачиваясь на своих дочках.

– Ты хотела бы, чтобы папа тоже поехал? – поинтересовалась Анхелла, с завистью поглядывая на ``полные`` пары.

– А? – Нутелла бросила на мать рассеянный взгляд. Та не стала уточнять.

– Удачи, милая! – Она подтолкнула дочь к тренерам, собирающих девочек.

У неё сердце билось и замирало, пока она следила, как дочь уходит от неё.

Как в детский сад, как в первый класс…

«А потом – с каким-нибудь прыщавым пацанчиком…» Миссис Морт почувствовала наворачивающиеся слёзы. «Как быстро летит время.»

Её датчик засигналил, и Анхелла сделала себе укол инсулина, выпила таблетки, и села на трибуне, прихлёбывая заменитель пищи.

* * * * *

Миссис Морт смотрела, как играет дочь; никогда она ещё так не волновалась, но и восхищалась ею.

Тренеры несколько раз делали перестановки.

Нутелла отличалась не столько силой, сколько точностью бросков, так что её либо ``подводили`` под кольцо, либо она помогала, делая передачи из, казалось бы, совершенно заблокированных противницами положений.

Хотя тут игра шла не на выигрыш, но счёт всё равно шёл.

Девочки выкладывались по полной, играли самозабвенно. Многие поскальзывались, сталкивались, падали. Несколько раз опрокидывали и Нутеллу, и каждый раз Демон Смерти еле сдерживала себя.

Матч кончался, равный счёт, овертайма не будет. Уже раздался финальный сигнал, но Нутелла всё-таки схватила мяч, прыгнула…

У неё распахнулись крылья.

Нежно-зелёные, словно гигантские листья салата латук…

Анхелла среагировала мгновенно, до того, как зрители поняли в чём дело. Она ухватила дочку на лету, Энергетикой, и они телепортировались в спальню Нутеллы.

Девочка, по-прежнему с мячом в руках, в разорванной маечке, стояла растерянно хлопая крыльями.

Закусив губы, мать огладила ей спину, вправляя крылья в тело.

– Ты к месячным меня чуть ли не год подготавливала! – злобно закричала Нутелла. – А о крыльях не предупредила!

– Но у тебя никогда никаких особых способностей не проявлялось… – бормотала Анхелла, потрясённая произошедшим не меньше, чем дочь. – А крылья распахиваются под действием очень сильных эмоций. Не волнуйся, потренируешься – сможешь контролировать этот процесс…

– Как к горшку приучать? – Девочка грустно улыбнулась. – Я-то думала, что не могу врать, потому что я такая честная. А я всего-лишь демон… Почему твой Адский муж не сказал тебе – КТО я на самом деле?

– Нас – легион, – напомнила Анхелла. – Всех не будешь перебирать без особой надобности.

– Ну, значит, мне, хочешь-не-хочешь, а надо держать слово, – ухмыльнулась Нутелла. – Я не получила одобрения тренеров. Прощай баскетбол!

Она вышвырнула мяч в окно и горестно рассмеялась.

– Нет! – Миссис Морт возразила решительно. Она достала из Подпространства тонкий жилет, такого же цвета, как и кожа её дочки.

Она надела его на девочку, огладила, и он сидел, как влитой.

– Будем говорить – ортопедический! – объяснила Анхелла, улыбаясь. – Твой ``памперс``. Он поможет тебе, удерживая от непроизвольного распахивания крыльев. Играй, доченька! Раз это так важно для тебя…

– Мамочка… – Нутелла наконец заплакала и уткнулась матери в грудь.

Майкл так и не ответил на СМС, что послал ему Даниель, и, тревожась за друга, юноша заехал к нему.

Он позвонил в дверь, и ему открыла мать Майкла. Она слегка нахмурилась.

– Майкл сказал у него много уроков на завтра, – заявила она холодно.

– К вам тоже коммивояжёры заезжали? – Дэн горестно хмыкнул.

Женщина взглянула на него с удивлением.

– Когда? Вчера? Мы сами по магазинам ездили весь день… Ну, ладно, зайди. Он у себя. Может вдвоём быстрее сделаете.

Даниель поднялся наверх.

Дверь в комнату друга была заперта, он явно с кем то разговаривал.

Дэн постучал условным стуком. Майкл словно не слышал.

Даниель забарабанил кулаком, и ему, наконец, открыли.

Он почти не узнал друга; даже сквозь очки было заметно, как посверкивают его оливковые глаза, а белёсые волосы, обычно гладко прилизанные, воинственно топорщились.

Лицо Майкла раскраснелось и приобрело совсем новое, очень взрослое выражение.

Не то что бы агрессивное, нет – Майкл всегда был миролюбивом парнем. Но сейчас он выглядел так, словно действительно готовился к серьёзному экзамену.

– Нам разве что-то важное задавали? – Даниель даже встревожился, думая: «Замотался я, может, забыл?»

– Да нет, – отозвался Майкл, возвращаясь к своему компьютеру. – Я Энн помогаю уроки делать.

Дэн приблизился тоже и изумлённо взглянул на экран.

Энн Чёрнсын, в какой-то нелепой короткой кофточке и шортах, сидела в небольшой комнате.

А по её рабочему столу, заваленному бумагами, прыгал маленький чёрный кролик.

Время-от-времени он останавливался и грыз то листок, то карандаш. Пару раз зверёк забавно подкидывал ручку, или маркёр, и Энн хохотала так громко и заразительно, что Дэн даже улыбнулся.

– Ну, ребята, вы даёте! – Он покачал головой. – А твои родители в курсе?

– Папа – да. – Девушка улыбалась. – А мама – нет. Она сказала не выпустит, пока не закончу.

– Она отвлекается всё время, – Майкл покачал головой, но его мечтательная улыбка поразила Даниеля. – Или меня отвлекает.

– Да ну! – Девушка снова засмеялась. – Пару раз-то сделала так!

Она оттянула край кофточки, демонстрируя – на ней нет лифчика.

Дэн только хмыкнул.

– Девочка, – произнёс он насмешливо. – Нам шестнадцать лет. И нелимитированный интернет. Думаешь, мы что-то новое увидели? А твоя мама узнает, могу поспорить – очень недовольна будет.

– Да уж, не как твоя мать-б***! – огрызнулась девушка.

– Папенькина дочка! – Дэн фыркнул. – А у твоего папаши мать святая была, а?

– Майкл! Выгони его! – приказала Энн, беря кролика на руки и поглаживая. – А сами продолжим… – Она подмигнула, кокетливо изогнувшись.

– Да, Дэн, исчезни, а? – Майкл произнёс досадливо. – Завтра увидимся.

Даниель молча вышел.

Он сам боялся признаться себе, что в этом городке только Майкл был его единственным другом.

* * * * *

Время, как вода, даже камни сглаживает.

Уже в течении следующей недели жизнь Даниеля вроде как вернулась в привычную колею.

К нему не стали относится ни хуже ни лучше.

В понедельник же, Дэн заехал за Майклом на своём новом мотоцикле, и они вместе приехали в школу. Они не сговариваясь, даже не упоминали имя Энн, и вообще не обсуждали случившееся.

Единственным отличием было – Майкл теперь почти не убирал свой мобильник, и Даниель прекрасно понимал – с кем тот контактировал.

А вот родители Даниеля не знали – радоваться или огорчаться.

Их сын, и так не особо разговорчивый, снова замкнулся. Словно стараясь компенсировать это, помогал и по хозяйству, и Джону с машинами.

Впервые, без просьб и напоминаний, сам постриг газон и начал застилать кровать и пылесосить.

Он всегда учился ровно, тут изменений не было.

Зато теперь, после ужина, он не убегал к себе наверх, а сидел с родителями.

Обычно они, втроём, смотрели телевизор. Тo Марта, то Джон вскользь задавали вопросы, но Даниель не всегда отвечал, даже односложно.

Им не хотелось спугнуть его, разрушить, пусть даже такое, но общение. Поэтому муж и жена обычно переговаривались вполголоса, а Дэн, в точности, как в детстве, просто молча сидел, неподвижно глядя на экран, и невозможно было понять, о чём он думает, или что происходит в его душе.

А ещё через три дня – исчез Плюш.

И хотя котик и раньше уходил, бывало на несколько дней, в этот раз его отсутствие явно затянулось.

Родители не обсуждали это при Даниеле, но сами поспрашивали соседей и оставили заявление в местном приюте для бездомных животных, на случай, если котика обнаружит полиция.

* * * * *

Даниель возился с Джоном, в гараже, а его мать на кухне готовила ужин, когда в дверь позвонили.

Она открыла и увидела худенькую чернокожую девочку-подростка.

– Я дочка Анхеллы, – представилась та.

– Я тебя узнала, – улыбнулась женщина, пропуская её внутрь. – Нутелла, правильно? А что ты – через дверь?

– Мама сказала, вы не любите, когда приходят сквозь телепортал.

– Смотря кто. – Хотя её звали сейчас Марта, хозяйка дома продемонстрировала ухмылку Бренды. – А что ты – такая грустная? Что-то случилось?

– Да так много всего, – девочка отозвалась, явно сдерживаясь. – Даже не знаю с чего начать.

– С того, что ты сама считаешь – самое главное прежде всего для ТЕБЯ.

Вздохнув, Нутелла отступила на шаг, оглянулась по сторонам и распахнула крылья, сейчас – тёмно-оранжевые, почти коричневые.

Она всё-таки задела столик и, смутившись, торопливо вернулась в человеческую форму.

– О, милая моя, – женщина обняла девочку.

– Мама говорит, вы утешать умеете, как никто на Земле.

– Да я даже сына родного не могу… – произнесла Марта с горечью.

Нутелла взглянула на Марту.

– Я вам радости не прибавлю, – заявила гостья угрюмо. – Да. Я – мамина дочка. Надо помогать. Всегда так делала. Но теперь она мне и дополнительные поручения даёт.

Девочка встала так, что стойка для готовки располагалось посередине, между ней и женщиной. Она достала что-то вроде небольшого чёрного шара, положив на стойку, огладила руками.

Бывают мягкие игрушки, которые, если вывернуть наизнанку, превращаются в мячик.

Так и здесь, шар, вывернувшись, оказался маленьким, тоненьким горбоносым котёнком – в точности таким, каким она помнила котика, когда Алберто принёс его.

– Плюш? – Марта ахнула. Котёнок мяукнул. Нутелла погладила его, он замурлыкал, ласкаясь, но, когда женщина потянулась к нему, её рука прошла насквозь, ощутив только знакомое тепловатое покалывание.

– Понятно… – Марта всхлипнула.

– Он погиб как герой, – девочка произнесла очень ровно. – Прогоняя лису с территории. Мама говорит, вам всегда не везло на лисиц.

– Да уж. – Марта перевела дыхание.

– Вы хотите, чтобы Дэн обнаружил его тело? Или это сделаете вы или Джон?

– Я.

Девочка взяла котёнка на руки, и он исчез, а на стойке лежало, то, что осталось от Плюша в этом мире.

Марта провела ладонью по холодной бархатно-каракулевой шкурке.

– Почему он такой чистый? – удивилась она.

– Мама лично обмыла, – прошептала Нутелла. – Извините, я пойду. В понедельник – День Памяти погибших воинов. Вот в вашей семье ещё одним героем больше. Я знаю, вы будете вспоминать Марка-охранника. Отца Даниеля.

– Да.

– Мама сказала, ваш собственный папа вас как-то обидел серьёзно, но вы его простили. Так?

– А тебя папа не обижает? – Женщина пристально взглянула на Нутеллу.

– Маме считает, что да! – пожаловалась девочка. – Они так ругаются последнее время… Мне кажется, из-за меня… Это из-за того, что я оказалась демоном, да?

– Ой, глупышка, не бери в голову!

Женщина торопливо подошла к девочке, обняла её, а та замерла, прикорнув, как больная птичка.

– Ты всегда приходи, когда захочешь! – шепнула Марта. – Ты уже умеешь телепортироваться?

– Не совсем. Я учусь. Мама помогает.

– Ну, вот и…

– Мама, мы… – услышали они радостн-возбуждённый голос Даниеля.

Он замер, переводя взгляд с Нутеллы на Плюша.

– Что мама, что дочка, – произнёс он со злобой, прищуривая свои кошачьи глаза.

– Прекрати! – Марта развернулась к сыну. – Это естественный порядок течения жизни на земле! Хочешь использовать магию, чтобы вернуть его?

Даниель опустил голову. – Нет. Прости мама.

– Это тебе у Нутеллы надо просить прощения!

Женщина обернулась, но её гостья уже исчезла.

* * * * *

Роза, Софочкина дочка, сидела на полу со своей лучшей подружкой, Линдой, дочерью одной из служанок.

Они играли в полицейскую станцию.

– Как здорово! – вздохнула Линда. – А у меня нет даже заводных игрушек…

– Хочешь – возьми несколько моих! – предложила Розочка.

– А можно? – Линда взглянула с робкой надеждой. – А не заругают?

– Папа – точно нет… – Роза задумалась. – Да нет, мама никогда со мной не играет. Даже не заметит. Ой, а хочешь, я у Дедушки попрошу наборчик специально для тебя?

– Ты Хозяина имеешь в виду? – уточнила Линда с боязливым уважением.

– Да… – Розочка с гордостью кивнула. – Мама же – посажённая дочка мистера Чёрнсына. Ему нравится, когда я говорю ему: «Дедушка!» Всегда смеётся: «Что хочет моя первая внучка?» Только миссис Чёрнсын нельзя звать по-другому. Она же – Начальство. Дисциплина должна быть. А, может, ты хочешь не полицейских, а, например, зоопарк? У моих братиков – солдатики. Только они по-настоящему убивают. Мне не нравится.

– Зоопарк… – Линда задумалась.

– Ага! – Роза вздохнула. – Раньше ко мне Нутелла приходила играть. Иногда – я к ней. Так я у миссис Морт однажды спросила что-то насчёт зоопарка. Или Сафари-Парка? Точно не помню. А ОНА как заплачет!

– Нутелла? – удивилась Линда.

– Нет! – Розочкин голос звучал тоже с недоумением. – В том-то и дело, что её МАМА! Вообще вышла, чуть ли не убежала из комнаты. А Нутелла на меня разозлилась, мол, её мама всегда расстраивается, когда говорят о зоопарках. Откуда ж я знала! У них же вон, тигры. Причём НАСТОЯЩИЕ. Да и мама возила нас всех в Сафари-Парк, что Корпорация спонсирует.

– Это – «Фонд ``Джины``»? – Линда засмеялась. – Моя мама рассказывала, что её звали Джиной, до того, как она попала СЮДА. Только здесь же, почему-то, это имя запрещено.

– Ну, здесь правила лучше соблюдать, – Розочка вздрогнула. – Тебя родители на ``обзорную экскурсию`` уже возили?

– У меня же – только мама, – грустно напомнила ей подружка. – Зато есть НАСТОЯЩИЙ дедушка. – В голосе Линды прозвучал вызов. – Ну, и что, что он – всего-лишь садовник! Зато он НАСТОЯЩИЙ папа моей мамы.

– А у меня, что – игрушечный? – разозлилась Розочка. – Да я вот скажу СВОЕМУ Дедушке – он твоего выкинет, как Нутелла говорит – к ``чертям собачьим``!

– А у тебя мама – толстая! – Линда поднялась и попятилась к двери. – И псих! И атеистка!

– Дура! – крикнула Роза. – Ничего она не псих! Она просто считает, что вера в Бога лишает человека самостоятельности. Это называется – агностик.

– Атеистка-коммунистка! – показав язык, Линда выскочила из комнаты.

Заплакав от досады, Роза сошвырнула на пол коробки со стола.

Картонки, хоть и лёгкие, для мини-человечков были, как рушащиеся дома.

Девочка увидела – пара ``полицейских`` оказались придавленными, а их коллеги напрасно пытались сдвинуть задавившую их коробку.

– Папа, папа! – рыдая, Роза уткнулась в ладони.

Рон вошёл почти сразу.

– Ай-я-яй, доча! – Он неодобрительно покачал головой. – Опять поссорились?

Всхлипывая, Розочка показала на ``полицейских``.

Вздохнув, её отец поднял коробку, провёл рукой над неподвижными фигурками, и они исчезли.

Остальные растерянно огляделись, посовещались.

Подошла группа ``экспертов`` и занялась изучением места происшествия.

Роза с удовольствием наблюдала за этим.

– Ты не очень сердишься? – Oна робко покосилась на отца.

– Сержусь, – отозвался тот серьёзно. – Я обещал и буду учить тебя магии. Но, представь, если ты даже сейчас погубила кого-то, как ты можешь причинить вред, обладая Силой?

– Я… – Розочка снова заплакала, и отец обнял её.

– Давай, ототри слёзки.

Она так и сделала, а Рон поцеловал её и потискал.

* * * * *

Марта собралась готовить печенье, когда в кухне возник телепортационный портал, и вышла Нутелла.

Женщина невольно вздрогнула, а девочка, заплакав, рванулась обратно, но Марта успела ухватить её за развернувшееся угольно-чёрное крыло и буквально втянула девочку в кухню.

– Нет-нет, не уходи! – Она приласкала гостью. – Извини, я просто задумалась… Я же сама разрешила тебе появляться, когда захочешь!

– Я знала, что Дэн с Джоном уехали, – прошептала Нутелла, втягивая крылья. Она передёрнулась. – Ох, складывать их – самое сложное…

– Мама знает, что ты – здесь?

– Она сейчас со слугами разбирается. – Нутелла опустила глаза. – Я ей сообщение оставила.

– А… Папа?

– Он с девочками пазл собирает.

– А ты что ж?

– Он поинтересовался, не слишком ли я уже взрослая для этого. – Нутелла саркастически ухмыльнулась. – Что ж, если я такая взрослая – иду куда хочу. А что вы делаете? Меня прямо как потянуло сюда.

– Шоколадное печенье.

– Печенье? A зачем? – удивилась Нутелла. – Разве в магазине нет?

– А мама не печёт? – Марта продемонстрировала ухмылку Бренды. – Ах, да! Если что – закажет, э?

Девочка недоумённо взглянула на неё, и женщина покачала головой.

– Хочешь делать со мной?

– Можно? – обрадовалась Нутелла. – Мне как-то даже в голову не приходило испечь что-либо.

Марта показывала, а девочка старательно выполняла.

«Да,» невольно вспоминала женщина. «Глеб не зря говорил – с демонами легче, они – послушные.»

Глазки и зубки подростка посверкивали на фоне кожи, того же цвета, что и кусочки шоколада, которые она примешивала в тесто.

Нутелла не заметила, что снова выпустила крылья, сейчас золотистые, как у канарейки.

– Противень смазывать не надо, – объясняла Марта. – Просто на бумагу для выпечки положим… Да, вот так… Ой! Ты какао добавила?

– Куда? – удивилась Нутелла. Они обе некоторое время смотрели на тесто.

У Марты промелькнула мысль.

– Достань-ка из холодильника молоко, – попросила она.

Нутелла с готовностью сделала это, но, когда Марта налила содержимое в чашку, напиток оказался коричневого цвета.

– Ух ты! – Марта засмеялась. – Ты и молоко и тесто превратила в шоколад!

– Я? – Девочка изумлённо взглянула на неё.

– Имена даются Свыше, – услышали они усталый, слегка хрипловатый голос.

«Глеб?» похолодев, Марта обернулась.

Анхелла, с совершенно измождённым видом, сидела на стуле в углу.

– Мама! – Нутелла радостно подбежала к ней, примостилась рядом, возбужденно рассказывая о происшедшем.

Марта молча поставила противень в духовку и вернулась к гостьям.

– Налей мне водички, – так же хрипло попросила Анхелла.

Марта было шагнула, но Нутелла, с хитренькой улыбочкой, достала из Подпространство бутылку минералки.

– Ой, – Её мама покачала головой, тем не менее улыбаясь. – Сколько раз говорить – Энергетику по пустякам не изводить! Сил-то хватит домой вернуться?

Дочка кивнула.

– Ложись спать. Я тебе печеньец принесу, хорошо?

Нутелла поцеловала мать и, шепнув Марте: «До свидания!» растворилась в воздухе.

Когда женщины остались одни, Марта-Люси уточнила:

– Что ты имела в виду, когда сказала… Сегодня. Что имена даются Свыше?

– Когда я решила назвать дочь в честь Натана, имя ``Нутелла`` почти сразу пришло мне в голову…

– Анхелла-Нутелла? – Марта подмигнула.

– Ну, к тому же я знала – она будет чернокожей. Хотя она пошла больше в отца… Телом. А вот душа ``проскочила`` именно через меня. Она – демон шокоголиков.

Марта покачала головой.

– А ты… – заговорила миссис Морт неуверенно. – Замечала, что Глебу не нравится Дэн?

– Да.

– И терпела?

– И дальше бы терпела, – спокойно объяснила бывшая Франсин. – Пока САМ Даниель не начал бы замечать… Хотя, может, Глеб привязался бы к нему. Я надеялась.

Миссис Морт потёрла лицо руками.

– Мне кажется – Нутелла начала догадываться… – пожаловалась она. – А может, я просто, как все матери – мнительная. Как курица, действительно, ``грудями`` кидаюсь.

– А твой-то как? Неужели погуливает? Не боится?

– Ты которого имеешь в виду? Оба хороши. Ни х** эти кобели не боятся…

– А ты не ревнуешь? – Марта проверила печенье и налила себе бренди.

– Ой, если б я ревновала, – с досадой отозвалась Анхелла. – Энтони от меня бы ни на шаг не отходил.

– Ты неважно выглядишь, подруга.

Анхелла снова вздохнула.

– Мне Лючио новое тело приглядывает, – призналась она.

– Стара становишься, э?

– Нет, я сама попросила. Разрушается оно, хоть я диабет и стараюсь под контролем держать. Почки барахлят, давление скачет, а ведь что такое соль – уже вовсе забыла. Зрение портится. Револьвер свой любимый года два в руки беру только почистить, да воспоминания поперебирать.

– А что, хочешь опять мужчиной быть? – полюбопытствовала Марта.

– Нет, – сразу отозвалась Анхелла. – Я не всё ещё изучила, не всё испытала… А, Дьявол! И всё равно – только тебе могу поплакаться…

– Мне кажется Нутелла поняла бы тебя, – возразила Марта.

– Я всегда боялся показать свою слабость, – признался Демон Смерти. – А дочку боюсь разочаровать. Я для неё – символ безопасности, опора, надёжная крепость… А тут – плакса и нытик!

– Ой, ты всегда такое тупое существо было!

Топнув ногой от досады, Марта прошла к духовке и вынула печенье.

Она отложила часть в контейнер, и, вернувшись к подруге, сунула его ей в руки.

– Вот! Отнеси дочкам. А потОм уединись с Нутеллой и ПЛАЧЬ! Дай ей понять, что ты – не директор, не судья и не надсмотрщик! Да, ты – мать! Подруга! То, что ты страдаешь и чувствуешь – не минус, а плюс тебе! Она должна почувствовать свою силу, уверенность в СЕБЕ. Чтобы поддержать ТЕБЯ. Сделаешь?

Анхелла подняляась, смущенно улыбаясь, кивнула.

– Спасибо тебе… – прошептала она с благодарностью. – Спасибо тебе, Люси Гонзалес…

* * * * *

… В семейной спальне Анхелла устроилась на своём земном муже, лаская его и наслаждаясь его ласками. За столько лет они изучили тела друг друга досканально, и сейчас он массировал ей не только ``местечко на боку``.

– А почему бы мне не поучаствовать в подборе тела для тебя? – Он подмигнул. – Твоему же Адскому мужу всё равно должно быть?

– Кобель ты, кобель… – шептала она, склоняясь вперёд и потираясь своим телом о его. – Вот брошу я тебя! Провались в Преисподнюю!

– Не бросишь… – Ухмыльнулся он, сверкая белыми крепкими зубами. – Ты меня в плену держишь, а я – тебя…

В перерыве между уроками, Даниель ненавязчиво прошёл вперёд, к той парте, за которой сидела ОНА. Диана.

Девушка обменивалась с кем-то текстовыми сообщениями.

Он не мог налюбоваться её волосами, цвета… Дэн не знал, как назвать его. Нежный, с едва уловимым золотистым оттенком, словно лепестки белых нарциссов.

«Надо же… Как у миссис Чёрнсын…»

Струящиеся ниже плеч, сейчас просто сдвинутые на одну сторону…

Им в школе позволяли ходить с распущенными волосами.

Ему страстно, до физической боли, хотелось хотя бы дотронуться до этих локонов. Запустить в них пальцы, потянуть слегка, чтобы прядки скользили по коже…

Из самой глубины подсознания всплыло воспоминание – он утыкается лицом в нежный шёлк, в золотистое облако. И боль уходит – только покой и любовь…

Маська…

Какая-то бабка приговаривает что-то. «Машка! Затаскаешь парня-то!»

Он не помнил слов, он не был уверен даже, если это происходило когда-либо на самом деле. Маська…

Он молча стоял возле её парты, а Диана словно не замечала.

– У тебя – мобильник новый. – Дэн ничего больше не придумал.

– А у тебя – мотоцикл, – спокойно отозвалась девушка.

Такое сравнение ему очень не понравилось. – Коммивояжёры продали?

Она не соизволила ответить.

– Что, не светит? – Одноклассник, проходя мимо, вроде как случайно, толкнул его плечом.

Даниель притворился, что не заметил.

– Хочешь, я тебя после школы домой подвезу? – предложил он Диане.

– Ты же знаешь – за мной папа приезжает.

– А вечером?

– Мне мама не разрешает на мотоцикле кататься.

– А хочешь, полазаем по сайту? Я такой интересный нашёл, как раз о Сафари-Парке. Там много животных. Может и носороги есть.

– Ссылку пришли.

Даниель постоял ещё немного.

Раздосадованный, он двинулся было прочь, но Диана окликнула его.

– Ты лучше приди, снова газон нам постриги. И дверь гаража надо подкрасить. Или ты у нас теперь богатей – в деньгах не нуждаешься?

– То, что мне сделали такой дорогой подарок, не значит, что эта кузина нас содержать будет! – с досадой отозвался юноша. – Моя мама, оказывается, работала на её маму, ну, вот та и обрадовалась, что снова встретились.

– Красивая сказочка. – Девушка так и не взглянула на него. – Да неубедительно звучит.

– Я никого верить не заставляю! – разозлился юноша. – Можешь передать своим родителям, я приду, как всегда, в субботу, после обеда. А в воскресенье тогда и гараж покрашу. Устроит?

– Наверное, – холодно отозвалась она, продолжая печатать.

Дэн не знал, что ещё можно добавить.

Он глянул на Майкла – тот тоже уткнулся в мобильник, и Даниель молча вышел из класса.

* * * * *

На уроке физкультуры, пока девушки перекидывались мячом, их одноклассники подтягивались на перекладине.

Ко всеобщему удивлению, Майкл впервые смог сделать это почти четыре раза.

Все испустили одобрительно-восхищённое: «Вау!»

А самый ``популярный`` парень даже хлопнул его по плечу:

– Ну, ты даёшь, приятель! Челопуком заделался, а? Морды нам бить не будешь? А очки что ж?

– С этим тоже разберёмся, – произнёс Майкл удивительно уверенным тоном.

Когда они остались более-менее одни, Даниель не удержался.

– Папа сказал, что видел – ты по утрам бегать стал. Из-за Энн?

– Ага, – признался Майкл. – Я тут к ней в гости смотался…

– Как? Когда?

– Да её папа мне портал открыл.

– Папа? – Дэн набычился. – А ты что, не понял ещё, кто он?

– Да подумаешь, всего лишь – сын! – Майкл пожал плечами. – Нормальный старикан, без заморочек. И в общении с ним легко, не то что мои предки…

Даниель потёр лицо руками. – И что?

– Что? – Не понял его друг.

– С чего вдруг – ``физкульт-привет``?

Майкл ответил не сразу.

– Я видел – КАКИЕ парни её окружают, – прошептал он, покусывая губы. – Блин, фотомодели да культуристы. И накаченные, а красавцы – прям с подиума. Я там себя не червяком – личинкой мухи чувствовал. Знаешь, такие мелкие, беленькие…

– Заткнись, и так тошнит! – перебил его Дэн. – Что, надеешься докачаться до горы мускулов?

– Нет, конечно. Но… Мистер Чёрнсын сказал, что по ``протекции`` Энн может меня к себе взять. В Его Армию. Ну, если я не буду ``совсем уж слабак``. Энн его толкнула, смеялись оба.

– Над тобой же, дурак! – крикнул Дэн. На них оглянулись, и он сдержал себя.

– Ты для Энн – игрушка! – с горечью объяснил он. – Вот именно тем, что не похож на её окружение.

– Ну и пусть! – с вызовом бросил Майкл. – Вечно ты верховодишь! А то я не знаю, что тебе-то жетон уже передали!

– Какой жетон? – пробормотал Дэн в недоумении. Вопрос Мэри о жетоне для него всплыл в его памяти. – Что за ё** жетон?

– Не ври! – окрысился на него друг. – Мне Энн объяснила – её отец не может врать! Он сам сказал, что передал жетон для тебя!

Даниель молчал.

– Аааа! – Майкл ухмыльнулся. – То-то же!

Его лицо смягчилось.

– Да полно, Дэн! – произнёс он горестно. – А то я не понимаю! Мы ж с шестого класса – не-разлей-вода! Ну, что ты? В кой-то веке мне повезло…

– Повезло? – пробормотал Даниель. – Да у меня мама знаешь через что прошла, лишь бы меня ОТТУДА вытащить! А ты сам лезешь!

– Я для Энн буду кем угодно, – холодно отозвался Майкл. – Надо – игрушкой. А может она искренне оценила меня?

Его голос дрогнул, а у Даниеля душа перевернулась.

Он на мгновение обнял Майкла.

– Дружба – сначала, девчонки – потОм, – напомнил он пословицу. – Да. Ты прав. Мне предложили службу в его… Вернее в подразделении тётушк… В Подразделении Миссис Чёрнсын.

– А что, у них – разные? – удивился Майкл.

– Похоже на то… – Дэн нахмурился.

– Разберёмся. – решительно заявил он.

* * * * *

Вечером, когда Джон уже сел на диван перед телевизором, Даниель ``приловил`` мать в кухне.

– Мама, – заговорил он с лёгким упрёком в голосе. – После того, как мне такого понарассказали, разве я стал ``плохим мальчиком``?

– Боже мой, Дэн! – Марта обняла сына, с тревогой вглядываясь в его лицо. – Ты всегда был самым замечательным для меня!

Даниель хмыкнул.

– Но ты по-прежнему не доверяешь мне?

– Почему? – Женщина похолодела – с такой горечью её сын смотрел на неё.

– Тебе передавали жетон для меня?

Марта обмерла, а он опустил голову.

Не произнеся ни слова, женщина вышла из кухни и вскоре вернулась с футлярчиком в руке. Она открыла его и поставила на стол между ними.

– Я носила такой же в точности, – произнесла она ОЧЕНЬ ровным голосом. – Когда служила шофёром у Глеба.

– А шофера… – Даниель не знал, как сформулировать вопрос. – А у миссис Чёрнсын – действительно отдельное подразделение?

– Считается, что – да, – холодно отозвалась бывшая Люси. – Но я знаю, что только на руках шофёров, да и то не всех, нет крови невинных.

Даниель долго глядел на жетон.

– Да, – признался он. – Я хочу пойти на службу. Но я не дотронусь до этого жетона, пока ТЫ не благословишь меня. Пока ты не выдашь его ДОБРОВОЛЬНО.

Он решительно закрыл коробочку и взглянул на мать, а та уткнулась в ладони и всхлипнула. Он обнял её, сам едва сдерживая слёзы.

– Я могла оживить Плюша, – призналась Марта. – Я подозреваю, что это – оберёг. Он может дать тебе защиту даже от людей, потому что его зарядили Светлой Энергией. Но это тут же ``подключит`` тебя к инфо-системе Мэри. У тебя был такой, когда мы уехали из Поместья.

~ Тебе было три с половиной года. Но я тогда уже поняла. Есть вещи похуже смерти. Твой родной отец, Марк-охранник… Он служил честно. Но его, как ты знаешь, наказали. Наказали из-за меня. Я никогда не прощу этого ни себе, ни Артуру. И я не хочу, чтобы у Него была возможность расправиться с тобой. Мэри…

У Марты перехватило дыхание, но она заставила себя говорить.

– Она столько раз старалась мне помочь, а сколько хорошего мне сделала! И это самое ужасное… Я – просто неблагодарная свинья! Я даже этот мотоцикл почти ненавижу!

– Мамочка! – Даниель рассмеялся, обнимая мать и покачивая, словно баюкая. – Ты мне жизнь подарила! Какие другие подарки могут быть дороже? Ты – самая лучшая мама на свете! Прости, что я не всегда тебя радую!

Она смотрела на него сквозь слёзы. Сын казался ей настоящим молоденьким львом: слегка волнистые густые тёмно-каштановые, почти чёрные волосы, кошачьи глаза, в точности, как у неё самой…

Хотя мощный нос, с характерной горбинкой, на худощавом лице юноши несколько сбивал впечатление, делая его похожим, скорее, на какое-то мифологическое существо.

Она нежно погладила его щёку и унесла футлярчик обратно, к себе в комнату.

* * * * *

Уже второй сезон подряд Даниель стриг газоны у более-менее знакомых.

Всегда аккуратный, на дворике дома, где жила Диана, Дэн вообще старался так, как нигде.

Зима была ужасной для травы – то оттепели с тут же следовавшим морозом, то мокрый снег, сменяющийся намерзающем дождём.

Но сейчас, к середине лета, газон выглядел уже вполне прилично.

Даниель знал, где и что. Оставив мотоцикл на парковочной дорожке, Даниель зашёл в гараж.

И большая газонокосилка и триммер были готовы, но ИХ машины не было.

Покусав губы, Дэн всё-таки послал СМС-ку Диане: «А ты где?»

А сам занялся делом. Там, где трава вплотную подходила к стене или декорациям, юноша брал садовые ножницы, стриг вручную.

Закончив, полюбовался работой. Даже сфотографировал мобильником.

«Маме покажу,» соврал он сам себе.

Диана не ответила.

Даниель покрутился ещё немного, посидел на ступеньках.

«Может сразу и гараж покрасить?» промелькнуло у него в голове.

Он проверил дверь. Да, краска облупилась в нескольких местах.

Он зачистил их, но красить не стал – хозяева явно не ожидали этого действия, и жестянки с с красками стояли на полках, по местам.

Даниель знал, конечно, какая именно пошла на окраску всей двери, но взять её не решился. «А вдруг они хотят целиком перекрасить?» подумалось ему.

Он снова послал текст Диане, на этот раз спрашивая насчёт двери гаража.

Она снова не ответила, хотя он ждал почти час.

«Ну и тьфу на них,» наконец разозлился юноша, садясь на мотоцикл. «Им нужно, а не мне. Уроки делать надо. И так завтра приду.»

Так он думал, выруливая на дорогу домой.

* * * * *

Дома он сперва закончил те задания, какие нужно было подготовить на понедельник и вторник, а затем сел просматривать и составлять расписание на следующий учебный год.

Биологию, механику и дополнительные часы физкультуры он взял сразу.

Испанский он знал, записался на латынь.

«Мама поможет если что…»

Курс русского языка его очень соблазнял – освежённые воспоминания о Глебе Орлове давали себя знать.

Но число факультативных часов было ограничено.

«Интересно, а какие Диана возьмёт?» думал он с досадой, проверяя в очередной раз телефон. «Может журналистику? О своих дурацких носорогах писать будет? Блин, и откладывать уже некуда. Последний день…»

Он начал было листать уже давно приготовленную брошюрку из колледжа, куда надеялся поступить после школы, как вдруг новая мысль словно обожгла его.

«Я же собирался в Армию пойти…»

``Не передумаешь, э?`` прозвучал в его душе насмешливый голос. ``Уже передумал! Твою маму позорили на весь городок, а ты только и думаешь, как за девчонкой бегать, а ей совершенно плевать на тебя!``

Даниель почувствовал, как у него затряслись губы.

«Так, так, мне ещё очередного припадка не хватает.»

Он сосредоточился, делая специальные дыхательные упражнения.

Взяв себя под контроль, юноша, не глядя, кинул колледжную брошюрку в мусорку, а сам прошёл к кладовке и выгреб полностью, до полок, всё накопившееся за несколько лет.

И вдруг, сверху этой кучи, он увидел коробку с игрой.

Лежавшая в самой глубине, она сейчас, естественно, оказалась наверху.

Он осторожно поднял её, удивляясь откуда она взялась.

«Операция…» Дэн погладил запылённую поверхность.

Как молния промелькнули, мучительно ожили воспоминания: они втроём играют; он, мама и… Глеб.

~ Очень аккуратно надо, – Его хрипловатый голос прозвучал, чётко, словно аудиозапись. ~ Видишь, сюда вкладываем сердце…

– Папа, – прошептал Даниель, снова гладя коробку, и не чувствуя выступивших слёз.

Он быстро вернулся к компьютеру и добавил анатомию, основы психологии и последним курсом – русский язык.

«Мама поможет если что.» снова подумал он.

* * * * *

В воскресенье, после обеда, как и было договорено, Даниель приехал снова.

В этот раз банка с краской и старые газеты поджидали его на парковочной дорожке.

Уверенный, что опять никого нет дома, Дэн спокойно закрасил зачищенные вчера места, убрал за собой и устроился на краю веранды, на верхней ступени, не столько передохнуть, сколь просто потому, что ему не хотелось уходить.

Он сидел, глубоко задумался, как иногда случалось, и буквально подпрыгнул, когда кто-то примостился с ним рядом.

Диана, хитренько прищурившись, смотрела прямо на него.

– Не свались, – шепнула она, показывая в ухмылочке мелкие ровные зубки – словно лисичка оскалилась.

Дэн не понял, что она сказала.

ТАК близко они никогда ещё не были. Её плечо прижималось к его лопатке, а к бицепсу сзади – грудь.

Такая и плотная, и мягкая одновременно.

Даниель вдруг осознал, что не дышит, и осторожно вдохнул, стараясь, чтобы это прозвучало более или менее естественно.

Он хотел задать вопрос о двери гаража… Или хоть о чём-нибудь.

Но ощущение ЕЁ тела, её дыхание, щекочущее его шею, словно парализовали юношу.

Особенно в начальных классах у него часто пропадал голос, и Даниель с ужасом понял – это случилось снова.

«Если она спросит что-нибудь, а я не смогу ответить – я удавлюсь,» промелькнуло у него в голове. «Исчезнуть, испариться…»

Она потёрлась о него головою.

``Не сиди же, как пень!`` вопил голос в его душе, а он не мог даже шевельнуться.

Он так мечтал об этом! Сколько раз в своих эротических грёзах он проделывал многое такое, что подглядел на Интернете, но сейчас именно действительность казалась волшебным сном.

Он почувствовал, как Диана запустила ему пальцы в волосы, сзади, ведя рукой вверх к макушке.

Даниель порывисто развернулся к ней, обхватил страстно, их губы соприкоснулись…

Но она тут же отодвинулась, брезгливо сморщив носик.

– Ты что, никогда не целовался? – презрительно поинтересовалась она.

– А ты – целовалась? – отозвался он потрясённо. «Ведь она же – ангел…»

– Дурак! – фыркнув, она поднялась и спокойно ушла в дом.

Дэн сидел, словно оглушённый.

Он не помнил, как оказался возле своего мотоцикла.

Он надел шлем. Взялся за ручки.

«Нет, нельзя ехать в таком состоянии.» Чувство ответственности вернуло его на Землю. «Интересненько, и с кем же она ``полизаться`` успела?»

– А тебе не всё ли равно? – услышал он странный нежный, даже не голос – полушёпот.

Даниель оглянулся и увидел прехорошенького паренька, которого узнал, хоть и не сразу. Это именно он привёл тех гостей, перевернувших жизнь Даниеля.

– Помнишь меня, братик? – выдохнули кукольные губки существа. – Я – Энтони.

Даниель оглядел его, пожал плечами.

– Вообще-то ты прав, – отозвался Дэн. – Просто как-то не думал, что ОНА…

– Ты почему перестал ревновать? – Слегка нахмурившись, паренёк провёл рукой по мотоциклу.

Дэн взглянул на него уже внимательнее.

– Моя мама настрадалась и из-за собственной ревности, и из-за ревности твоей мамы. Ты же – сын миссис Чёрнсын, не так ли?

– И Глеба Орлова, – уточнил Энтони, посверкивая своими калейдоскопическими глазами. – Он – мой биологический отец… Чёрт! Ты всё равно не ревнуешь! Ты же любил Глеба!

– Мальчик, – холодно заявил Даниель. – Ревность – самое бессмысленное чувство на земле.

– Не смей так говорить! – прошипело Существо. Но тут же переменило тон. – Хочешь, пришлю тебе девчонку ТАКУЮ. – Он подмигнул. – И целовать научит, и Диана обревнуется.

Даниель только хмыкнул.

Он спокойно залез на мотоцикл и уехал домой.

* * * * *

Готовя ужин на кухне, Марта держала трубку телефона плечом.

– Да, Джон к вам заедет, починит барбикюшницу. Ну, ему можете отдать и ``зарплату`` Дэна. Нет-нет, всё в порядке. Мы деньги сына не зажимаем. Заработок – святое дело. Спасибо, что даёте парню возможность подзаработать. Привет жене!

Она едва положила трубку, как почувствовала сзади движение воздуха и, обернувшись, увидела Энн, спокойно выходящую из портала.

Девушка, одетая в джинсы и водолазку, держала в руке рюкзачок.

– Я у вас поживу немного, – заявила она спокойно.

– С чего это вдруг? – изумлённо поинтересовалась бывшая Бренда.

– Мама разрешила.

– Да? – хозяйка дома ощерилась, словно рысь на лося. – А меня не подумали спросить? Это МОЙ дом!

Энн недоумённо смотрела на неё.

– Детка, – продолжила женщина. – Возвращайся-ка домой, и передай родителям, что даже в этом мире не всё принадлежит им!

– Вы действительно меня так ненавидите? – Голубые глазищи девушки казались лужицами пролитой краски.

«Джерри… Джерри…» Марта даже зажмурилась от нахлынувших воспоминаний.

– Да вы не переживайте, Мадам, – услышала она вкрадчивый голос, и даже попятилась от Энтони, стоящего совсем рядом.

Он улыбался от удовольствия, а Марта чуть ли не физически чувствовала, как он вытягивает из неё жизненные силы. – Ты… сын Мэри, да?

– И Глеба, – уточнило Существо.

У женщины закружилась голова, и она упала на колени.

«Что происходит?» Она не могла понять.

– Тётушка Марта! – Энн подбежала, помогла ей сесть. – Вы чё, действительно ТАК ревнуете?

– А? – Женщина обморочно взглянула на гостей. И вдруг, перекрестившись, решительно поднялась на ноги. – Нет. Да простит Бог Джерри! Он покаялся, он многое сделал для Даниеля. Только Богу судить его поступки. Мы рвали его при жизни. Оставим о нём только память.

– Ты надеешься это будет так просто? – прошипел Энтони, и позвал жалобным голоском. – Мама!

Миссис Чёрнсын, в деловом костюме, возникла мгновенно.

– Милый мой, – начала она нежно. – У меня же – совещание… – Она осеклась, видя куда попала.

– В чём дело? – прозвучал холодный голос Генерального Директора Корпорации. – Энн?

– Что, не ты её отпустила? – недоверчиво уточнила Марта.

– Куда? – Мэри взглянула на неё, на дочь, и нахмурилась. – А! Всё из дома сбежать норовишь?

– Мне надоело жить в тюрьме! – выкрикнула Энн со слезами в голосе.

– Ну, и почему бы ей не пожить у нас? – ТЕПЕРЬ уже Марта ухмыльнулась.

– Дети, домой! – приказала миссис Чёрнсын.

Конвоируемая Энтони, Энн скрылась в портале, по-прежнему всхлипывая.

Когда они остались одни, Мэри объяснила.

– Потому что мой МУЖ навязывает эту идею. Чтобы Энн ``погостила`` здесь. Она тут паренька присмотрела. Дружка сыночка твоего – Майкла.

– Ох, бедный парень! – искренне отозвалась Марта.

– Своего пожалей! – холодно уточнила Мэри. – Артур явно задумал какую-то пакость. Против тебя ли, против Даниеля – не знаю. Девчонка-то его, как её…

– Диана? – уточнила Марта, холодея.

– Да. Если, например, её зверски изнасилуют, убьют, думаешь – Даниель не покончит c собой?

– Боже Всемогущий! – Марта опять перекрестилась. – Нет, конечно! Ну, может отомстить попытается… Как ты можешь о ТАКОМ так спокойно говорить?

– Потому что я и не такого навидалась! – Мэри закурила, но сделав только пару затяжек, убрала сигаретку. – Не волнуйся, это просто предположение. Я надеюсь. Но Артур зачем-то хочет, чтобы Энн здесь околачивалась.

– Да просто меня позлить, – отозвалась бывшая Бренда спокойно. – Как кобра или змея гремучая – кусать-не-кусать, а так, напугать.

– Ну, будем надеяться, – пробормотала Мэри. – Я пойду, а ты… Береги Даниеля.

Она исчезла, а Марта, покачав головой, снова принялась за готовку, словно никакие визитёры и не прерывали этот процесс.

ПРОШЛО ДВА ГОДА

– Тётушка Марта! – появившаяся уже даже без помощи портала, Нутелла порывисто обняла хозяйку дома.

– Что сегодня готовим? – деловито поинтересовалась девчушка, надевая специально заготовленный фартучек.

– Картошку с зеленью, – Марта кивнула на уже несколько начищенных картофелин. – Умеешь?

– Я же демон, – грустно напомнила девочка. – Да ещё и обезьяна. Учусь быстро. Так обидно. Я-то думала, что потому что я так старательно уроки делаю, а оказалось – я просто подключилась к Информационной Базе. Сейчас даже специально похуже оценки получать стала. Иногда просто хочется бросить школу… Такуя безнадёгу иногда чувствую.

Она перестала срезать кожуру и, опустив голову, всхлипнула.

Марта торопливо вытерла руки и обняла гостью.

– А мама как к этому относится?

– Я ей не плачусь. – Девочка перевела дыхание.

– Тоже слабость показать не хочешь?

– Огорчать её не хочу, – возразила Нутелла. – Итак мы переехали…

– Как? – изумилась Марта. – Куда?

– Мама ушла от… Джузеппе. Он с дочками будет.

Марта молча погладила девочку по голове. – Ты так выросла…

Девочка отрицательно покачала головой.

– Очередное разочарование в этой жизни, – призналась она. – Мама такая высокая, отец у меня тоже высокий… А я перестала расти. Кидаю я хорошо, да вот тренер намекать стал, что я место в команде занимаю. Этот сезон уж доиграю. А на следующий год – всё. Не знаю, чем мне в жизни ещё заняться, кроме как людей мучить. Вы представить не можете, сколько оказывается страдает от шоколадной зависимости! А их не понимают, смеются, издеваются! А ведь у некоторых – ``ломка``, как у наркоманов настоящих… Мама говорит, в прошлом теле у неё была наркозависимость. А вы её не осуждали. Помочь пытались. А сейчас – мне. Вы такая добрая!

– Девочка милая, – Марта снова обняла её. – Эти мысли – не потому что ты – демон! Все подростки, да и молодые люди проходят через поиски себя, через поиск цели в жизни… Тебе уже сколько?

– Почти четырнадцать… – Нутелла лукаво покосилась на женщину. – А правда вы где-то в моём возрасте… Извините, конечно, можете не отвечать…

– Я уверена, тебе не только твоя, но и мама Энн об этом миллион раз говорили, – холодно отозвалась бывшая Бренда, отстраняясь.

– Вы обиделись, да? – огорчённо уточнила Нутелла. – Мне просто хотелось понять… Вы не жалели, что начали так рано?

– Жалела, что так по-глупому начала, – призналась женщина. – Первый раз бывает лишь однажды. Не надо, чтобы это было только в качестве вызова родителям или обществу. А мама что говорит по этому поводу?

Ухмыльнувшись, как только демоны умеют, Нутелла обвела рукой полукруг, и Марта увидела ванную комнату.

… Нутелла стояла под душем, а её мать, тоже голая, стояла рядом и тёрла ей спину мочалкой.

Распахнутые крылья у юноной демонессы переливались всеми цветами радуги.

– Так всё-таки, чтобы ты хотела на день рождения? – поинтересовалась Анхелла, рассмеявшись, когда дочка обдала её брызгами.

– А можно мне… Попробовать? – девочка подмигнула в зеркало.

Даже бровью не поведя, Миссис Морт провела рукой вдоль её тела, сканируя.

– Зависит от размеров у партнёра, – отозвалась она спокойно. – Тебе действительно хочется или просто любопытно? Я тебе подберу несколько подходящих – выбирай!

– Ой, мам, забей! – Нутелла втянула крылья. – Ты ничего не понимаешь!

Она выбежала из ванной комнаты, даже не вытираясь, а Анхелла проводила её недоумевающим взглядом Глеба Орлова.

Картинка исчезла, и теперь называемая Марта покачала головой.

– Да, тело меняй сколь угодно, а душу…

– Вы поэтому не хотите менять тело? – полюбопытствовала Нутелла.

– Я никогда не пользовалась ворованным, – объяснила Марта, и Нутелла опустила глаза.

– Не пользуетесь краденым… – задумчиво повторила Нутелла. – А почему миссис Чёрнсын говорит, что вы имя её украли?

– Ой, – с досадой отозвалась женщина. – Я хотела назваться ``Благочестивая Марта``. Ну, так… с детства осталось. Но, честно признаться, мы с самого начала… Я с самого начала подкалывала её. Ну, сейчас я уже сама удивляюсь, как же я всегда любила вызов бросать, людей провоцировать… А потОм поняла – жизнь так устроена – сколь ни делай пакость, ОБЯЗАТЕЛЬНО пожалеешь. Может не сразу, может совсем по-неожиданному, но ВСЕГДА расплачиваешься за свои поступки. И даже не в Аду – уже здесь, на Земле.

Нутелла молчала. Она положила последнюю картофелину в воду и перенесла к плите. Там уже, на медленном огне, варилась баранья лопатка.

Марта сама аккуратно, чтобы бульон не плескался, переложила картофель в кастрюлю.

– Вот, посыпь! – Женщина передала Нутелле пакетик. – Очень хороший набор специй. Лучше соли не добавлять, а петрушку, укроп и чеснок положим… Ты можешь чеснок резать?

– Конечно! – Нутелла рассмеялась. – Даже есть могу, хоть и не люблю. Я же не вампир! А… у Даниеля есть девушка?

– Да, – медленно отозвалась Марта. – Лора зовут. У них некоторые классы совпадают, хотя она – на год младше. Ходят вместе. Видела, что целуются. Может и больше что. Дэн всегда скрытный был. Я не лезу. Но он уверил меня, что ребёнка абы как не заведёт. Он парень ответственный. Я ему верю.

Женщина вздохнула и поделилась:

– Жалко, что Диана никак не хочет с ним общаться. Она такая серьёзная, хорошая девушка. Мне казалось, она нравилась Даниелю. А тут, на её последний день рождения, даже не пригласили…

Вдруг Марту, словно огнём, обожгла мысль: «Нутелла за эти, почти два года, даже не виделась с Даниелем, не то что не говорила…»

– А почему ты избегаешь Дэна? – поинтересовалась она, вроде как между прочим. – Всегда приходишь, только когда он с Джоном уезжает куда-либо?

– Мама так велела, – грустно объяснила Нутелла. – Не зря она именно мне велела принести Плюша. Вы были её женой. Ваши души повязаны. Я буду приносить ему вести от Смерти.

У Марты дыхание перехватило.

– А Майкл… – начала она неуверенно.

– Он к нам часто мотается, – призналась Нутелла. – Мы же с Энн общаемся. Миссис Чёрнсын её так гоняет! Но дядюшка Артур очень любит свою дочку. Прямо, как она куда девается хоть на час – чуть не всю Организацию на уши ставит. Маму срывает, чтобы та ни делала…

Она улыбнулась, стряхнула мелко нарезанный чеснок в кастрюлю, и продолжила доверительным тоном:

– А вот с Энтони мы чаще общаемся. Приходится. Он ко мне хорошо относится, как братик настоящий. Он-то помнит маму ещё Глебом Орловым. Летаем вместе. Да и по Аду мы часто гуляем, там, где смертным проходу нет. Рон иногда присоединяется, показывает где что.

– А он дочек не обижает? – не удержалась Марта.

– Не! – спокойно отозвалась Нутелла. – Младшей пока не интересно, а вот Розочку дядюшка Рон уже давно обучает магии. Хотя мне кажется – рановато ей. Такая же дура, как и её мама…

– Не надо повторять чужие слова! – довольно резко оборвала её женщина.

Нутелла взглянула на неё с тем же наивным недоумением, что и Анхелла, и мучительная, тянущая боль сжала сердце той, которую звали когда-то Люси Гонзалес.

«Боже,» невольно подумала Марта-Франсин. «Неужели я всё-таки любила Глеба?»

* * * * *

Демон Смерти развлекалась со своим Адским мужем.

Он любовался её телом Анхеллы, и Ему приходилось втискиваться в физическое тело, чтобы ЧУВСТВОВАТЬ.

– Извращенец, – хихикала она, извиваясь на их королевском ложе. – Я уж старушка! Выдыхаться стала. Скоро только на позу ``звезды`` способна буду…

– Пока есть п***, сойдёт и звезда, – мурлыкнул Он, целуя её в соответствующее место. – Здорово, что ты – диабетик! Сладкая ты моя, в прямом смысле!

Она села в сторонку, пригорюнилась, принимая вид сфинкса.

– Я ушла от Джузеппе, – пожаловалась она. – Издёргалась, глядючи на него с Нутеллой. Не могу больше. Все нервы истрепала.

– Забрать его? – деловито поинтересовался её муж, тоже сбрасывая физическую оболочку, словно человек – халат.

– Не вздумай! – Она вздохнула. – Со своими-то дочками он – ничего… Вот номер будет, если они – тоже демонессы! Жаль, что не узнаешь, пока не проявят себя…

– Аааа! А кто к Даниелю ещё хуже относился?

– Да ну тебя…

– Интересно, ведь Артур тебе тоже не родной…

– Он ТВОЙ сын, – отозвалась она нежно.

Хозяин Ада переместился так, чтобы Сфинкс забралась ему на руки, как собачонка – на колени.

Обнял её и руками и крыльями.

– Любимая моя, – прошептал он, но Демонесса почувствовала блокировку и, соскочив на пол, поднялась, принимая более человекоподобную форму.

– В чём дело? – подозрительно поинтересовалась она.

– Дорогуша, ты ревнуешь? – Его голос звучал с юмором, но крылья демона начали темнеть.

– Ты что-то против Люси задумал?

– Ну, что ты, дорогая моя, как бы я посмел… – пробормотал Он, видя, что жена переходит в свою Светлую Ипостась.

– Колись, пока я не разозлилась всерьёз! – Ангел Смерти сверкала подобно отполированной платине.

– Это всё Артур, – заныл Он жалобно. – И жёнушка его…

* * * * *

Джон и Дэн ехали в грузовичке из соседнего городка, где располагался их Гараж.

Уже совсем стемнело.

– Пап, – окликнул его Даниель. – Может я за руль сяду? Носом клюёшь.

Мужчина смущённо хихикнул. – Ничего, почти приехали.

Они действительно подъезжали к мосту через местную речку. На том берегу начиналась граница их городка.

Грузовичок не успел выехать из тени леса – навстречу выскочил мотоцикл и резко развернулся, перегородив дорогу.

Джон ударил по тормозам, а Дэн успел упереться руками, радуясь, что был пристёгнут.

– Сынок, – пробормотал Джон потрясённо. – Это что же, ТВОЙ мотоцикл?

Джон не успел даже закончить фразу – обе дверцы распахнулись одновременно, и мужчины в полном камуфляже выволокли и отца и сына наружу, вперёд, между грузовичком и мотоциклом.

– Парня не помните! – предупредил, по-видимому, офицер. У него на груди светился золотисто-голубым светом значок отличия, но Дэн не мог разглядеть как следует.

– Да сами его щупайте, – отозвался другой, с фиолетово-синим знаком на форме.

``Золотистый`` кивнул головой, и один из атаковавших быстро обыскал Даниеля, вынув мобильник, кинул его мотоциклисту в шлеме.

Тот сунул его в карман, развернулся и уехал в сторону городка.

– Так… – ``Фиолетовый`` проверил рацию.

– Почему у него мой мотоцикл? – Дэн чувствовал, как у него затряслись губы. – Зачем вы взяли мой мобильник?

Ему не отвечали, но Даниель и так примерно догадался.

«Только не припадок, только не припадок…» Он перевёл дыхание несколько раз так, как его учили. Но паника уже начала охватывать юношу.

– Пожалуйста, – Он изо всех сил старался говорить спокойно. – Отвезите меня к тому, кто вас послал. Богом прошу, не отыгрывайтесь на невиновных!

``Фиолетовый``, выругавшись, отступил на пару шагов.

– Правильно, что вы людей взяли! – выкрикнул он. – Дьявол, как меня ломает!

Он кинулся к державшим Даниеля, но ``Золотистый`` взмахнул рукой, и тот словно в невидимую стену врезался.

– На базу! – приказал он, и ``Фиолетовый`` исчез.

«Подразделение тётушки Мэри?» у Дэна кровь застыла в жилах.

– Тётушка Мэри! – выкрикнул он. – Тётушка Мэри!!!

Один из державших профессионально стукнул его, ``вырубая``.

* * * * *

В молодёжном клубе царило веселье.

Девчонки с парнями танцевали и толкались.

Охранники, прохаживающиеся вокруг, тоже улыбались.

Тут собиралась только тинейджеры.

В городке внимательно следили за соблюдением закона, так что выпивки вроде не было, хотя некоторые отходили время от времени ``к машине``, и возвращались ещё более весёлые и взбудораженные.

На веранде за столиками сидели ``солидные``.

Они не бесились, ``к машинам`` не отходили, просто разговаривали, общались и отдыхали.

Диана, Лора и ещё несколько человек как раз и составляли одну из таких групп.

Сейчас они обсуждали школьный проект, и окружающий шум им нисколько не мешал. Даже наоборот, всеобщее возбуждение подхлёстывало их воображение, и идеи сыпались одна за другой.

Внезапно к парковке подрулил мотоцикл, и два парня в шлемах, соскочили и направились к зданию.

– Глянь-ка, Дэн с Майклом пожаловали! – крикнул кто-то.

Диана презрительно хмыкнув, отвернулась, а Лора поджала губки.

– Ты же сказал, что с отцом поедешь! – обратилась она к парню, идущему впереди.

– На х** ты мне нужна, б** подзаборная! – Он ударил её наотмашь, так, что девушка отлетела вместе со стулом.

Охранники метнулись к ним, но оба парня открыли стрельбу.

Все заметались в панике.

Лора с трудом поднялась, неверяще глядя на побоище.

Более высокий парень волок отчаянно сопротивляющуюся Диану к мотоциклу, а второй парень, с двумя пистолетами в руках, прикрывал отступление.

Девушка всё-таки вырвалась и, заскочив в ближайший же автомобиль, заперлась изнутри.

Это была не её машина – ключей у неё не было, а подсоединить провода зажигания Диана не умела.

Выругавшись, парень схватил канистру с бензином, и, облив машину, поджёг.

– Вылезай, б***! – крикнул он.

Вдали уже раздавались приближающиеся звуки сирен.

Словно окаменев, Лора смотрела на охваченный пламенем автомобиль.

Его владелец кинулся было к нему, но тут же рухнул. Лора не поняла, кто из этих двоих парней в шлемах, выстрелил.

Они вскочили на мотоцикл и успели во-время отъехать.

Взрыв швырнул Лору снова на землю.

Как в кошмарном сне, она поднялась, оглядываясь.

Ей показалось – она попала на войну или даже в самый Ад.

Несколько машин уже тоже загорелись, крики, стоны, раненые и явно убитые.

«Даниель…» единственно, что крутилось в её голове. «А я его любила… И даже сейчас люблю. Говорили же, что он – болен… Значит, правда…»

Лора прошла в женский туалет, заперлась в кабинке, и, сев на унитаз, достала из косметички маникюрный набор.

Решительно проведя острым пинцетом по запястью, она убедилась, что кровь течёт достаточно сильно, уселась поудобнее, чтобы не упасть, и закрыла глаза.

* * * * *

Когда Даниель открыл глаза, они уже подъезжали к их дому. Он и Джон сидели в кузове грузовичка, их по-прежнему крепко держали люди в камуфляже.

Дэна трясло, он слышал сирены, мимо проехала пожарная машина.

Заехав во дворик, сопровождающие вытащили Даниеля и Джона.

Мужчину отпустили, а юношу ввели в дом и буквально втолкнули в кухню.

Он невольно оглянулся – позади никого не было.

– Нет-нет! – услышал он потрясённый девичий голос. – Мама! Мама!

Он взглянул и изумился, видя худенькую чернокожую девочку-подростка.

Прижав ладони к щекам, его собственная мать стояла рядом с ней, с ужасом глядя на сына.

– Мама, – пробормотал он. – Я не понимаю, что происходит, клянусь!

– Где медальон? – спросил кто-то новый.

– Мама! – рыдая, Нутелла кинулась к своей матери, уткнулась ей в грудь.

– Полиция уже здесь, – быстро предупредила Анхелла. – Не оказывайте сопротивления, сейчас нет времени объяснить!

Она с дочерью исчезла, а в кухню действительно вошли двое полицейских и Джон.

– Таких ублюдков надо отдавать родителям на растерзание! – заявил один из офицеров прямо с порога.

– Я не допущу самосуда! – оборвал его шериф. – У меня у самого сын в больнице. Но закон есть закон.

Мать торопливо перекрестила Даниеля и выбежала из кухни.

Стиснув зубы, Дэн не сопротивлялся, когда его забирали.

Джон что-то кричал, но его оттолкнули, выводя юношу из дома.

Во дворике какие-то люди тоже вопили и плакали, осыпая Даниеля проклятьями, а он почти и не слышал, концентрируясь только на том, чтобы держать себя под контролем.

Полицейские пытались сдерживать толпу, но какой-то мужчина прорвался и выстрелил Даниелю в живот.

Юноша даже не понял, в чём дело.

Он лежал на спине, шум стих, и он видел склонившегося над ним Глеба Орлова.

– Ничего не бойся, сынок! – шепнул тот своим хрипловатым, но нежным голосом.

* * * * *

Обняв жену, Джон сидел рядом с ней на диванчике в кухне-салоне.

Он только что закончил свой рассказ.

– Теперь понятно, почему они нашли телефон Даниеля на ``месте преступления``, – произнесла женщина ОЧЕНЬ спокойно. – Даже бы если у кого и возникли б сомнения…

– Да я и сам понимаю, что мне никто не поверит… А, Господи, его, что, на самом деле… В смысле, совсем убили?

– Надеюсь, что – да…

Джон не знал, что ответить, но она поняла.

– Думаешь, лучше было бы, – тем же ровным тоном отозвалась женщина, – чтобы его сколько-то лет мурыжили, прежде чем на электрический стул посадить?

Джон потёр лицо рукою. – А Чёрнсыны?

– Я звонила. Им обоим. Оба номера не ответили, а так, ``напрямую``…

Они поднялись одновременно – Анхелла возникла рядом с диванчиком.

Мрачно кивнув, она села на высокую, ``барную`` табуретку, вытянув по-прежнему изящные ножки, и, включив телевизор, нашла канал с бизнес-новостями.

~… Несмотря на все старания врачей, – прозвучало с экрана. – несколько часов назад, скончалась Мэри Чёрнсын, доставленная в больницу только позавчера. Первоначальный диагноз подтвердился – обширный инсульт. Но Совет Директоров уверяет, что неожиданная смерть Генерального Директора не должна отразится на деятельности Корпорации…

– Для начала хватит… – Миссис Морт выключила телевизор. – Ну, готова? Пойдём, медальон наденешь…

Зазвонил телефон, Джон взял трубку, включая громкую связь, и представился.

– Да, – они услышали голос, звучавший не очень уверенно. – Тело вашего сына исчезло в больнице, пока его оформляли. Да, довезли, но вряд ли он убежал с таким ранением. Скорее всего, кто-то из родителей выкрал. Нам очень жаль. Но, если он всё-таки объявится – помните – ваш гражданский долг – сообщить об этом.

– Разумеется, – сдержанно отозвался Джон, кладя трубку.

Супруги снова взглянули на Миссис Морт.

– Ну, – повторила та уже раздражённо. – Мы идём или как?

– Я не хочу! – Марта помотала головой. – Я знаю, как дико это звучит! Но я спасла тогда Мэри. А она много раз повторяла, что есть вещи хуже, чем смерть…

– Ты дала ей шанс, – возразила Ангел Смерти. – Рон дал тебе шанс. Даже Артур дал Ядвиге шанс!

``Я обязательно отпущу тебя на экскурсию…`` Её же слова.

Переведя дыхание, Марта взяла футляр с медальоном, до этого лежащий рядом с ней, на сидении.

– Лучше, наверное, если Джон останется… Пока что, – уточнила Анхелла, не очень уверенно. – Как сам парень среагирует – никто предсказать не может. Но меньше народу – меньшее давление. Впрочем вам виднее, вам решать.

Джон кивнул, снова сел на диван, а женщины исчезли.

* * * * *

Они оказались в небольшой комнате, в точности, как отдельная, одноместная палата в больнице.

Но окон не было, а дверь – непрозрачная. Лампы на стенах заливали помещение мягким белым светом.

На каталке лежал Даниель.

Он всегда был очень бледным. Марта не решалась спросить, если он умер.

Хотя в данном случае, это было не важно.

Она подошла и осторожно погладила его, такие густые, волосы.

«Львёночек мой…» Слегка дотронулась до его лица. «Только-только выправляться стал. А ведь он красавцем будет… А если он повторит путь Джерри? А если он не угодит Начальству, и с ним расправятся, как с его родным отцом – Марком-Охранником? Он уже настрадался в этой жизни! Не повезло с утра – не повезёт до вечера…»

– Я не могу, – Марта замотала головой, раздираемая противоречивыми чувствами. – Я боюсь! Боюсь за него! За него же! Что ждёт его впереди? Какие испытания?

– Любая ответственная мать задумывается об этом, – мрачно отозвалась Анхелла. – Но мы, женщины, идём на этот риск. Да, жизнь – лотерея. Но… Дай ему шанс.

– Ты же никогда не любила его! – Марта не смотрела на Демона Смерти.

– Мне столько раз давали шанс, – возразила та. – Кроме того, да, конечно, я не столько о нём сейчас забочусь. Подумаешь, лишнюю душу доставить! Гораздо больше проблем, если он будет жить на Земле, пусть сколько-нисколько.

Решительно переведя дыхание, Марта аккуратно подсунула цепочку вокруг шеи сына, поправила медальон на уровне его сердца.

– Почему он не двигается? – Женщина почувствовала холодок, пробежавший по спине.

– Сейчас включу, – отозвалась Анхелла. – Может отвернёшься?

Марта помотала головой.

Она взяла было кисть сына в свои ладони, но Ангел Смерти предупредила её так же, как говорят медики перед применением дефибриллятора, и женщина убрала руки.

Да, происходящее далее очень напоминало эту процедуру.

Анхелла дотронулась до жетона, и тело юноши подпрыгнуло, как от разряда.

Женщине показалось – это ЕЁ ударили, у неё даже в глазах потемнело, хотя её и натренировали переносить экстремальную боль, даже не застонав.

Даниель открыл глаза, взглянул на мать. Он ТАК напомнил ей Плюша…

Наконец она смогла заплакать, уткнулась, рыдая, в его больничную рубашкуа он неуверенно, но нежно гладил её голову и трясущиеся плечи.

– Мама, – заговорил он, слегка хрипловато, но мелодично. – Я видел отца… Марк, да? Он велел мне вернуться! Говорил – я не всё ещё сделал на земле.

Она не могла ответить.

Даниель взглянул на Анхеллу. – Теперь-то мы можем узнать, что случилось?

– Может не стоит? – Марта перевела дыхание, выпрямляясь. – Даже то, что мне кратко рассказал детектив… Может попозже, когда ты окрепнешь?

– Крепче он вряд ли будет, – хмыкнула Анхелла. – Сейчас он буквально нашпигован Светлой Энергией, да и транквилизаторами наколот. Ну, а если припадок всё же случится – тут медицинская бригада – сразу за дверью.

Мать с сыном переглянулись.

– Я готов, – решительно заявил Даниель, и мать снова взяла его за руку.

В комнате, на стене, располагался небольшой телевизор, и Анхелла включила его.

– Это комбинированная запись, – объясняла она. – Камеры слежения, телефоны и… Воспоминания… тех кто погиб.

Дэн только в мыслях воскликнул: «Диана!», но мать всё равно поняла, почему он так передёрнулся и зарылся в неё лицом.

А ведь Анхелла не включила звук…

Сейчас она нажала «паузу» и ждала, с суровым видом исполнителя приговора, когда юноша снова сможет смотреть продолжение.

– Пойди вон! – крикнула Марта.

– Смерть голосом не прогонишь, – напомнила Анхелла. – А ему надо знать. Особенно о Лоре.

– Лора… – Дэн сел рывком. – Да… Ублюдок. Ударить! Девчонку…

– Она думала, что это – ты.

Даниель уткнулся в ладони.

– Прекрати его мучить! – Марта метнулась к Анхелле, но та уже поставила Энергозаслон.

– Он спал с ней! – объяснила она холодно. – Причём не столько по зову тела. Лора любила его!

– Что? – Даниель взглянул на Анхеллу, слегка покраснев, покосился на мать.

– Понравилось? – подмигнув, та продемонстрировала улыбку Бренды.

– Б** ты и есть б**, – Миссис Морт хмыкнула, видя что ни мать ни сын бровью не повели на это её высказывание. – Но дело в том, что девка себе вены вскрыла.

– Нет! – тут уже Дэн закричал.

Он стучал кулаками по каталке, мотал головой, просто рухнул, закрыв глаза. Он молча плакал, но Марта стояла рядом, словно окаменев. Это были не те слёзы, которые можно облегчить, просто обняв, и никакие слова не сработали бы.

– Я же предупреждал её, – простонал, наконец, Даниель. – Я же говорил ей… Много раз…

– Бабы – дуры, – буркнула Демон Смерти. – Я удивляюсь, как Роджер Сатани не превратился в попугая, повторяя Джине одно и то же. Вот уж точно, как об стену – горох! Имеющие уши – не слышат.

– В какой бордель её отправили? – голос Дэна прозвучал совершенно безжизненно.

– Благодари Судьбу, что я теперь – совладетельница Ада! – заявила Анхелла, и мать с сыном взглянули на неё с надеждой.

– Мой Муж подарил её МНЕ. К сожалению, не я устанавливаю законы. Её душа навеки принадлежит Аду. А тело…

– О нет… – Марта замотала головой. – Неужели Мэри забрала его?

– Была такая мысль, – Анхелла ухмыльнулась. – Артур ОЧЕНЬ уговаривал. Но Мэри по-матерински всё равно любит Даниеля!

Анхелла выругалась так, как ругался когда-то Глеб Орлов.

Передёрнувшись, продолжила: – Дэну ещё Эдипова комплекса не хватало! В морге пока её тело. От тебя, парень, будет зависеть, отдать его родителям девчонки, или законсервировать и втиснуть туда какую-либо ``выслужившуюся`` работницу.

– Законсервировать? Отдать служке Ада? – пробормотал Дэн.

– Тело, которое я целовал и ласкал? – закричал он, снова садясь. – К которому относился, как к святыне, которое берёг!

– И не уберёг… – застонав, он снова упал на подушку. – Нет… Пусть уж несчастные родители хоть простятся с ней… Похоронят по-человечески…

– А где же её душа… – Марту охватила холодная дрожь: она догадалась.

Анхелла бросила на неё быстрый взгляд.

– Да, девочка, ты права, – ответила она на мысли Марты.

Женщина рванулась в туалет. Даниель проводил мать встревоженным взглядом – он слышал – её вырвало, и как она кашляет, а потом полощет рот и горло.

– Боже Всемогущий! – Он взглянул на Анхеллу.

– Что, забыл в КАКОМ виде отрабатывал твой отец своё наказание? – отозвалась она злобно. – Что вылупился? Я Марка-Охранника имею в виду!

– О нет… – у Даниеля волосы встали дыбом.

– Что, в бордель её отправить? – саркастически поинтересовалась совладетельница Ада. – Ну, вообще-то, в попугая можно было запихать. Они хоть дольше живут. Прости, парень, я так обрадовалась, что мне её отдали – схватила первое попавшееся тело, не подумав.

– Ты вообще, по-моему, никогда не задумывалась, как окружающие реагируют на твои слова и поступки! – бросила ей вернувшаяся Марта.

– Меня такой создали, – объяснила Ангел Смерти спокойно. – Мне нельзя задумываться над этим. Моим поступкам, моему появлению редко кто радуется.

– Поэтому мне всегда было тебя жалко… – невольно прошептала Марта-Франсин. Она смотрела на Анхеллу, но видела Глеба Орлова.

Эффектно крутанув глазами, миссис Морт вышла и почти тут же вернулась, внеся на руках крохотную, дрожащую бежевую чихуа-хуа.

Она хотела посадить её на кровать, но собачка, увидев Даниеля, отчаянно завыла, начала вырываться.

Анхелла спустила её на пол, чихуа-хуа заметалась. Она заглянула в лицо Марте, тявкнула жалобно. Испугавшись своего же голоса, собачка прижалась к полу, почти по-кошачьи обхватив мордочку лапами.

– Мы не имеем права выпустить её, – уточнила Анхелла. – Она обязана служить в Аду. Мы можем отдать её тебе, только если ты согласишься остаться. Получишь образование какое захочешь. Любую профессию и специальность. Но жетон на тебе будет контролировать тебя. Приказы придётся выполнять.

– Нет! – Марта пнула собачку так, что та отлетела кубарем в сторону. – Будь ты проклята!

– Она уже проклята! – рассмеялась Демон Смерти.

– Мама! – Даниель спрыгнул с каталки, подхватил чихуа-хуа на руки.

Та плакала, как ребёнок – без слёз, поскуливая, дёрнулась в его объятиях, замерла, закрыв глазки. Она вздрагивала, всхлипывала, а Даниелю казалось – это его сердце рыдает.

– Как ты могла… – Он неверяще посмотрел на мать.

– Я через ТАКОЕ прошла, чтобы избавить тебя от сетей Ада! – завизжала Марта, топая ногами. – А теперь из-за этой дуры безмозглой…

– Мы пожениться планировали! – выкрикнул Даниель, прижимая собачку к себе. – Миссис Морт! Отдайте ей моё тело!

– Не ты его создал! – Прошипела его мать. – Не тебе им распоряжаться! Боже Всевышний! Я снова сделала ту же ошибку! Тогда Мэри спасла, теперь – тебя… Чтобы ты из-за шавки паршивой…

– Да, свекровь из тебя ещё та! – Анхелла передёрнулась. – Да ты вспомни, как к тебе Валентина Макаровна относилась! Как к дочке родной!

– Глеб был алкаш, убийца и вообще м*д*к! – парировала Марта. – Ещё бы она рада была, что хоть б*** какая да с ним живёт! А тут – ангел, а не сын, и из-за… в буквальном смысле – сучки!

– Кстати, – Миссис Морт прервала эту гневную тираду. – почему никто из вас не поинтересуется, кто эту всю катавасию устроил?

– Разве не мистер Чёрнсын? – одновременно воскликнули мать и сын.

– Для матери даже сын-маньяк – ангел! – Анхелла вздохнула.

– Энтони. Демон Ревности. Он предложил спровоцировать либо Диану, либо Лору на самоубийство, зная что Даниель последует за ней, если не от любви, так из чувства ответственности. Но Мэри не ожидала, в какую форму это выльется.

~ У неё инсульт случился, когда ей принесли план на окончательное утверждение. Такое потрясение её сын с муженьком устроили! А Артур подсуетился, что жена в отключке. Хотя демонов не решился привлечь – только в качестве наблюдателей.

– И что, весь этот ужас…?

– Люди. – Демон Смерти пожала плечами. – Можно подумать – первый раз ``школьная стрельба``. Просто в в данном случае использовали профессионалов. И то никто не ожидал, что Диана погибнет при взрыве. Таких-то только в День Страшного Суда вызовут, да и то не всех.

Она помолчала.

– Так что, Марта? А ты куда теперь? Хочешь, у нас же тоже – детский сад, школа имеется? Возвращайся, а? И Джону работу подыщем…

– Верни меня к нему! – холодно отозвалась женщина, не глядя на сына.

Не добавив ни слова, Анхелла открыла телепортационный портал, и Марта шагнула туда, даже не попрощавшись.

* * * * *

– А ты чем займёшься? – Анхелла присела на край каталки.

– Вы… – Даниель замялся. – Можете показаться мне, как… Глеб?

После паузы, Демон Смерти выполнил его просьбу.

Дэн смотрел, покусывая губу.

– Прости, парень, – произнесло изображение Орлова, используя его проникновенный, хрипловатый голос. – Я не любил тебя, потому что боялся. Хозяюшка была права. Я – трус. А ты – сильнее меня. Ну, о чём ты хотел сказать именно Глебу?

– Я очень тебя любил, – признался Даниель, вздыхая. – Я… хочу быть врачом. Хирургом. Если нужно – военным.

Раздался сигнал датчика, и образ Глеба растворился, а Анхелла достала шприц-ручку.

– Сделаешь мне инъекцию? – предложила миссис Морт. – Я покажу как.

– Лора, милая, ты в порядке? – шепнул Даниель, устраивая собачку на подушке и подтыкая одеялом. – Полежи, ладно?

Он прошёл к раковине, тщательно вымыл руки и вернулся к Анхелле.

Внимательно слушая инструкции, ввёл ей инсулин.

– Неплохо-неплохо, – Миссис Морт кивнула. – Майкл уже у нас. Не волнуйся, ТАМ тоже не он участвовал. Вообще за него дамочка выступала. Это – семейная пара. Пока я всё налаживаю, поживёшь у меня. Мы с Нутеллой в отдельной квартире сейчас. Ушла я от мужа. Так мне и надо! Глеб нос от тебя воротил, а Джузеппе – тоже ничем не лучше! Только что – ``медвежатник``, а не киллер… Хрен редьки не слаще. Вон Рон – золото, а не отец! К нему бы тебя вернуть, да там и так – выводок целый, каша из детей. Но в гости сходи обязательно!

Даниелю принесли одежду и оставили одного, с собачкой.

Он переоделся и присел на край каталки, гладя чихуа-хуа.

Жалобно глядя на него, она издала какой-то звук и опять заскулила.

– Ничего-ничего, – прошептал он, изо всех сил стараясь улыбаться, а не снова заплакать. – Я всё равно тебя люблю и не брошу! Считай, что у тебя – просто травма! Некоторые же люди не могут говорить – не страшно… Придумаем… А! Давай, когда хочешь сказать «да» – давай ПРАВУЮ лапу, а «нет» – левую! Да?

Она машинально дёрнула головой, замерла на секунду и, не очень уверенно, но положила правую лапу.

Он рассмеялся, чуствуя себя почти счастливым.

– Умница! Умница! – приговаривал он, поцеловав собачку в крутой лобик.

Та слегка отстранилась. Юноша вздохнул.

– Не бойся, я – не 300ФuЛ, – произнёс он грустно. – Я вырос с котиком. Корниш-рекс. Он почти каждую ночь ложился ко мне под бок, баюкал. Я его часто в лобик целовал… Даже чаще, чем маму… Ты не сердись, не обижайся на неё! Ей же тоже – такой стресс, как больно! Ладно, милая?

После паузы, собачка положила на него правую лапку.

– Ты обманываешь меня?

Она положила ЛЕВУЮ.

– Kак здорово! – Он нежно погладил её. – Я знаю, что менять тело – очень больно, но… Может пересадить тебя в овчарку, хотя бы? Мне так за тебя страшно!

Она снова положила ЛЕВУЮ лапку.

– Ну, разберёмся…

Он взял её на руки и вышел из палаты.

* * * * *

Даниель помнил поместье более чем смутно; если бы ему искуственно не освежили воспоминания, вряд ли бы он что-либо узнал.

Они объехали центральный особняк вокруг, припарковались возле юго-западного крыла.

– Запоминай, – кратко бросила Анхелла. Она указала на дверь гаража. – Номер 4, там твой мотоцикл.

Прижимая к себе робко оглядывающуюся по сторонам Лору-собачку, Дэн молча следовал за миссис Морт.

Они прошли на второй этаж, затем по коридору направо.

Дверь была открыта, и Нутелла нетерпеливо подпрыгивала, ожидая их.

Даниель прошёл в комнату, где ему предстояло жить.

Оформленная очень типично, она казалась частью демонстрационного зала в мебельном магазине – aбсолютно никакой персонализации.

– Ты, парень, начинаешь с нуля, – объяснила Анхелла.

Но около кровати он увидел хорошенький диванчик, крохотный, чуть ли не игрушечный.

«Для Лоры…» понял он. Дэн спустил собачку на пол. Та жалобно оглянулась на Нутеллу.

Юная демонесса вздохнула.

– У вас специально – большая ванная, – она обращалась и к Лоре и к Даниелю. – Там постелены ``собачьи`` коврики. Горничная, вообще-то будет их менять…

– Да я и сам могу! – буркнул Даниель. – А то я за Плюшем лоток никогда не чистил!

Лора замерла, и он погладил её.

– Я буду врачом, – произнёс он ласково. – А до этого – буду работать санитаром. Неужели ты думаешь, мне будет неприятно убирать за тобой?

Собачка снова заглянула в лицо Нутелле. Девочка покачала головой.

– У меня нет жалости к самоубийцам, – произнесла она холодно.

Чихуа-хуа поджала хвостик, сгорбилась, как гусеница.

– Но собачек мне жалко, – Нутелла подняла Лору на руки. – Поживёшь пока у меня.

Она вышла, а Даниель сел на край кровати. Взглянул на компьютор на столе. Анхелла дала ему мобильник.

– Твоим родителям сообщили твой новый номер телефона, емаil. Захотят – свяжутся. Сам им не звони. Не запрещаю, да вряд ли твоя мамаша готова. А в этой мобиле, в адреной книге – номерa Майкла, мой, Нутеллы, Рона. Осваивайся. Ужин в семь вечера. Явка обязательна. Если я втяну тебя Энергетикой – тебе будет очень больно.

– Я знаю, – спокойно отозвался Даниель. – Но я даже дома на ужин не опаздывал.

– Молодец. – Она улыбнулась, но совсем не пугающе, и вышла из комнаты.

Даниель помедлил. Он взял свой новый телефон и набрал номер, которого не было в адресной книге.

Ему не ответили.

– Ничего… – прошептал он сам себе. – Она успокоиться должна. Примириться. Понять… Она же всегда меня понимала… Мама… Мамочка, ну, зачем ты так…

Он перевёл дыхание и нажал номер Майкла.

Вот он-то ответил сразу, и Даниель наконец-то искренне улыбнулся.

– Привет! – произнёс он радостно. – Я тоже тут!

– Привет! – голос Майкла прозвучал с лёгкой иронией. – Здорово ты меня с моста сошвырнул – моё тело до сих пор не нашли… Твоё, я так понял, тоже?

– Ты о чём? – Улыбка Дэна погасла.

– А ты новости не смотрел? Конечно, кто-то ``случайно`` записал, как ``ты своего лучшего друга и сообщника`` в речке топишь…

У Даниеля опять на секунду прервалось дыхание.

– Ты так спокойно об этом говоришь…

– А что? – Майкл хихикнул. – Теперь мои предки уж, конечно, не ТУТ искать меня будут…

– Послушай, а ты-то сам где? – перебил его Дэн.

– Меня пока возле квартиры Энн расположили…

– В игровой? – саркастически поинтересовался Даниель.

– Не начинай, а? – отозвался его друг раздражённым тоном. – Ты-то уже выходил из квартиры?

– Нет ещё…

– Ну, вот и попробуй. Приходи ко мне сейчас.

– Так где это?

– Во-первых, у тебя в телефоне – карта. Во-вторых, выйдешь – скажешь 26-18 – тебя отведут.

– Сейчас приду. – Дэн не стал ничего уточнять. «Сам разберусь,» решил он.

Он взглянул на часы: 16:15. «Полно времени… Надеюсь.»

* * * * *

Проходя по коридору, он заодно вскользь осмотрел квартиру.

Заглянул по дороге в открытую дверь. В игровой (или салоне?) Нутелла сидела на полу и расчесывала Лору-собачку.

– Сейчас косички заплетём, – приговаривала она. – Я своим сестричкам так часто заплетала… Они сейчас с папой… С Джузеппе. А мой папа, Натан, маму спас! Душу, тело – всё отдал… Очень её любил. Мама до сих пор иногда о нём плачет…

Даниель прошёл дальше.

Две закрытые двери он даже и не попытался открыть. Кухня-салон располагалась почти у выхода, следом -небольшая прихожая с узким диваном и шкафами-купе.

Он догадался, где центральная дверь, хотя дальше он заметил ещё две.

«Наверняка – телепорталы,» промелькнуло у него в голове.

Он вышел из квартиры в коридор, и к нему тут же подошёл охранник.

Даниель уже почти достиг ``взрослого`` роста, тем более оба его родителя были высокими. Так что подошедший оказался не намного выше него, хотя и раза в два крупнее.

– 26-18, – произнёс Дэн не очень уверенно.

– Майкл пригласил гостя, – сообщил охранник в рацию. – Даниель Пёрпл (Фиолетовый).

«Почему ``фиолетовый``?» изумился Дэн. «Но всё равно, не у этого же дяди-шкафа спрашивать.»

Подошёл другой работник, не столь внушительных габаритов, в несколько иной форме.

– Пожалуйста достаньте ваш телефон и включите карту, – спокойно заговорил он. – Вам надо осваиваться здесь, а здание – огромное. Ходить можете везде, где двери открыты или куда пускают.

– А если я случайно зайду, куда нельзя?

– Вы не сможете. – Работник ухмыльнулся.

– Вы – демон? – полюбопытствовал юноша, следуя за ним.

– Полукровка, – признался тот. – Так, только мысли читать. Даже телепортироваться не могу, хотя некоторые люди и то это легко осваивают. От способностей зависит.

«Интересно, а я смогу научиться?» думал Даниель.

А пока он просто шёл рядом, поглядывая на экран смартфона, а сопровождающий его показывал то на телефоне, то ``в живую``, куда ведёт какой коридор.

«Сколько народу!» поражался Дэн,, проходя по помещению особняка.

Мужчины редко обращали на них внимание, так изредка поглядывали, когда попадались навстречу или проходили мимо.

А вот женщины…

Одна краше другой, они одаривали Даниеля откровенно оценивающими, а то и похотливыми взглядами.

Но юношу это только нервировало.

«Они что, все тут такие озабоченные?» думал он с брезгливостью, когда очередная аж лизнула губу, изогнувшись, как кошка в охоте. «Что, я такой неотразимый? Да нет, просто ``свежнький пацанчик``. Интересно, а как Майкл здесь справляется? Он-то всегда симпатяшкой считался… »

* * * * *

Когда они, перейдя в другое, соседнее Юго-восточное крыло, подошли к коридору, сопровождающий передал Дэна другому охраннику, а сам, показав знак ``удачи``, ушёл.

«Как в тюрьме, блин,» невольно подумал Даниель. «Хорошо хоть, не ``лицом-к-стене``…»

Пройдя несколько дверей и залу, они поднялись на второй этаж и, после очередной смены ``конвоира``, Даниеля наконец, допустили в комнату 26-18.

Он с изумлением оглянулся, видя маленький тропический садик, с искусственным водопадом, и прудиком, где плавали огромные золотые рыбки.

Недалеко от входа, стоял заваленный бумагами офисный стол -с двумя компьютерами, принтером и прочим оборудованием для работы или учёбы.

Перед одним из мониторов сидел Майкл.

– Сейчас, только программу закрою, – бросил он, не оглядываясь.

Дэн молча подошёл к прудику, присев на край, погрузил кисть в воду.

Он никогда не видел таких огромных золотых рыбок. Они сразу кинулись к нему, высовывая круглые, жадно хлопающие рты. Некоторые с противным, всасывающимзвукам ухватили его пальцы.

Перекосившись от отвращения, Даниель выдернул руку.

– Энн говорит, в детстве именно из-за этого их жутко боялась, – объяснил его друг, подходя к нему. – А теперь ничего, играет, даже дразнит их. Говорит – это души тех, кто пожрать любил, будучи человеком. Им такое наказание. У рыб нет чувства сытости.

– А анурексиков куда? – полюбопытствовал Даниель.

– Всякие насекомые, у которых личинки жрут непревывно, – Майкл толкнул друга в плечо. – Ну, как ты, а?

– Лора вены вскрыла, – пожаловался Даниель. – Слава Богу, миссис Морт её в чихуахуа запихала, а не в бордель какой отправила.

– Ох, прости, – пробормотал Майкл, садясь рядом. – Мне правда жаль о таком услышать. Как она?

– Её Нутелла, вроде как удочерила, – Дэн хмыкнул.

– Не превратит она её, случайно в шоколадку? – рассмеялся Майкл.

– Что? – изумился его друг.

– Ты не знал? Нутелла же демон шокоголиков.

Даниель потёр лицо руками.

– А ты как, освоился? – поинтересовался он.

Майкл хмыкнул не очень уверенно.

– Это вообще-то была комната для наказаний Энн.Но сейчас, когда миссис Чёрнсын умерла… Ты что?

– Я позвал её, – признался Дэн, закусив губу. – Она не пришла. Теперь я знаю – почему. Мне кажется – неплохая тётка была.

– Почему была? – Майкл удивлённо взглянул на него. – Да все ждут-не-дождутся, когда она в новом теле вернётся. Энн надеется, что они лучше смогут общаться. Ты представить не можешь, как она мать любит.

– Кто ж не любит, – прошептал Даниель, думая о своей.

– Да это-да. – Майкл погрустнел. – Ничего, мы мужчины, пора от мамкиной сиськи отвыкать.

– К другим привыкать? – ухмыльнулся Дэн. – Меня пока сюда под конвоем вели, так и то служанки чуть не изнасиловали. А ты как?

– Ну, – Его друг смутился. – Кто ж решится, пока я с Энн.

– А она не замучила? – Даниель подмигнул.

– Да ну тебя, – грустно отозвался его друг. – Мы так только. Иногда. Не тяну я, наверное. А ведь люблю я её до чёртиков! Как вижу её – ведь сгусток Энергии, а не девчонка! А она так, погладит меня грустно, как кролика своего дурацкого!

Даниель посмотрел на часы.

– Я пойду пока, на всякий случай пораньше, – объяснил он неуверенно.

– Да уж, сочувствую! – Майкл понимающе кивнул. – Миссис Морт дисциплинку держит!

– А ты уже знаешь, что я у них?

– Конечно. Тут сразу всех информируют.

– А почему… – Даниель замялся. – Мне фамилию «Пёрпл» дали. А тебе?

– И мне. Это временно. Ха, а ещё врачом хочешь заделаться! Что обозначает ``Код фиолетовый`` в больнице?

– Агрессивный посетитель?

– Да, но во многих – захват несовершеннолетнего. Куковать нам с тобой под такими фамилиями ещё три года. А там выберем. Как раз, когда лагерь закончим…

– Какой лагерь?

– Тренировочный. Тебе что, ещё не сказали? Тут всех тренируют, блин, как в Израиле – даже девчонок. Правда программы у всех разные. Энн, например ветеринарную медицину будет осваивать.

– А ты свои хакерские способности совершенствовать? – подколол друга Дэн.

– Да ну тебя! – Майкл вздохнул. – Тут очень хорошие лаборатории. Мне, правда, только вскользь показали. Они пока могут менять целиком организм. Превратить, например, человека в летучую мышь.

~ Помнишь, в ТУ пятницу, когда вся эта катавасия и началась, мы шутили насчёт вампиров? Оказывается, изменить человеческий организм в летучую мышь не так уж и сложно. Оба теплокровные, а ``строительного материала`` хватает. Но, опять-таки, меняется ВЕСЬ организм.

~ А вот, например, наркозависимость у твоего же господина Орлова исправить не смогли. Твоё ДНК так и не подправили. Даже миссис Морт, вон, от диабета мучается. Вот тут и пытаются научиться ``корректировать`` ДНК. Сейчас вообще по всей земле такие работы ведутся. Ладно, иди давай. Вечером всех бегать заставят – может увидимся. Или в бассейне. Меня Энн почти каждый вечер таскает.

Даниель кивнул и вышел из помещения.

Даниель вышел в коридор. Там стоял охранник.

Юноша замешкался, ожидая, что к нему подойдут, но охранник знаком показал: ``Проходи, мол!``

Ни слова не говоря, Дэн пошёл, как он запомнил.

Выйдя в центральный холл, он, тем не менее, достал мобильник, проверяя маршрут. Количество народа, идущего во все стороны, опять поразило его.

Юноша торопливо нырнул в нужный коридор, и почти сразу лицом-к-лицу столкнулся со служанкой.

Очень красивая, но лет тридцати, не меньше. Даниель только теперь до конца осознал, почему таких активных дамочек, ``охотящихся`` на молоденьких пареньков, называют кугуарами.

– Что, проводить тебя? – мурлыкнула она, посверкивая глазами и зубками, как настоящая пума.

– Не надо, я – педик! – ответил Даниель первое, что пришло в голову.

Она вскинула тонкие бровки.

– А ты попробуй, может понравится? – Служанка потянулась к нему, но юноша удрал.

«Жуть какая!» думал он.

Неожиданно охранник шагнул ему навстречу, вроде как ниоткуда.

– Правда что ль? – поинтересовался он с явным любопытством.

– Что? – не понял Даниель.

– Ты – гей?

– Боже Всевышний! – Дэн даже перекрестился. – Я просто так ляпнул, клянусь! Лишь бы она отстала.

– Жаль, – произнёс тот с разочарованием. – А то некоторые интересуются. А что ж ты тогда убежал?

– Я не привык – абы с кем, – сдержанно отозвался Даниель.

– Х** есть – привыкнешь. – Охранник улыбнулся.

«Вот, наверняка, одна из причин, почему мама не хотела, чтобы я здесь жил,» с горечью думал юноша, идя дальше.

* * * * *

Он делал вид, что не замечает ни взглядов, ни осторожных прикосновений женщин.

«А если полезут всерьёз?» ужасался он.

Какой-то работник перегородил ему дорогу, гаденько улыбаясь, но кошачьи глаза юноши сузились; он сам стал похож на разозлённого льва.

– Ой, да ладно… Даниель! – мужчина попятился, подняв руки вверх. – Просто познакомиться хотел. Поклон миссис Морт! Ты же не сердишься всерьёз, а?

– Пожалуйста, передайте своим друзьям, чтобы меня оставили в покое! – прорычал Даниель, впервые ощущая себя готовым не просто к драке – к бою.

– Без проблем, парень! – Работник заискивающе улыбнулся. – Остынь!

«Надо попросить у миссис Морт пистолет,» думал Даниель. «Хотя бы газовый… Хоть бы баллончик! Мама, мамочка, прости меня! Но не мог, не мог я бросить её… Ах, Лора, Лора. Что же ты наделала…»

* * * * *

Они подошли к лестнице на второй этаж одновременно – Дэн и Нутелла с Лорой-собачкой на руках.

Девочка нарядила чихуа-хуа в элегантное платьеце, а всю шёрстку вокруг головки заплела в крохотные косички с бусинками.

– Мы гуляли! – поделилась Нутелла радостью. – Все любовались! Мои сестрёнки обзавидовались. Джузеппе сказал – тоже купит. А они хотят именно ЭТУ. А я не отдам. А как тебе, нравится?

– Прелестно, – пробормотал Даниель, думая о своём. – А ты так, одна гуляешь? К тебе не пристают?

– Нет, я с охранником. – грустно ответила девочка. Она застенчиво взглянула на юношу. – А покатаешь меня на мотоцикле? Я тебе доверяю.

– Думаешь, мама разрешит? – Дэн отозвался скептически. «Диана так ни разу и не поехала…»

– Не знаю, – призналась девочка со вздохом.

* * * * *

Время поджимало, и Даниель, вымыв руки, прошёл на кухню.

Анхелла и её дочка уже сидели за столом, под котором примостилась Лора, робко поглядывающая оттуда.

Дэн сел на свободное место, невольно отметив, что ужин у всех разный: на тарелке миссис Морт лежал кусок рыбы с ладонь и какая-то зелень, у Нутеллы – овощное рагу, а у него – рис с мясом.

«Наверняка в ресторане заказали,» промелькнуло у него в голове. «Уж слишком профессионально смотрится…»

Из напитков на столе стояли несколько видов сока, молоко и вода.

Больше ничего.

Женщины не сводили с него глаз. «Они явно от меня что-то ждут…»

– Ну, давай же! – Нутелла потребовала нетерпеливо.

– Что? – не понял он.

– Ты – гость и мужчина, – Анхелла ухмыльнулась своей леденящей кровь улыбкой. – Молитву читай!

– При вас можно? – растерялся Дэн.

Они обе эффектно крутанули глазами.

– Молитва, как нож, – объяснила Ангел Смерти. – Бывает для рыбы, мяса, фруктов… Можно любоваться, можно пищу резать, а можно и пырнуть.

– Благослови Бог этот дом и наш ужин, – произнёс Даниель и перекрестился.

– Аминь, – спокойно отозвалась Анхелла, беря вилку.

– Аллилуйя! – пропела Нутелла, наворачивая рагу. – Да, мамкин! ТАК насколько вкуснее!

– А что вы служанку какую не попросите молитву читать? – поинтересовался Дэн, ковыряя вилкой в своей тарелке. Это было его любимое ресторанное блюдо, но есть ему совершенно не хотелось.

– Я ни собак ни слуг за стол не сажаю, – холодно объяснила миссис Морт, и её британский акцент очень соответствовал этой фразе.

– Ох, спасибо за такую честь! – саркастически отозвался Даниель.

– Ты – молодец, – так же ровно продолжила Анхелла. – Первую проверку прошёл.

– Проверку?

– Да. Я следила, как ты возвращался. Забавно. Ничего, мужчины к тебе приставать не будут, а вот от баб придётся отбиваться самому .

У Дэна дыхание перехватило. Лора-собачка под столом потёрлась об его ногу, а он едва удержался, чтобы тоже не пнуть её прочь.

«Мама, мама!» думал он, уткнувшись в тарелку. «Она-то знала, она понимала, в какое болото я лезу…»

– А можно меня Даниель на мотоцикле покатает? – Нутелла взглянула на мать.

– Конечно, – отозвалась та. – Но не сегодня – поздно уже.

– Ещё восьми нет! – изумился Дэн.

– Ну, если только недолго.

Миссис Морт хлебнула воды и напомнила:

– Расписание выучи назубок! Сорок минут после ужина – двадцать минут вечерняя пробежка. Бассейн – десять минут активного плавания. Дальше – делай что хочешь. Но подъём в 4:30 утра. Через три минуты после будильника не вылезешь из кровати – включится тейзер. Ясно?

– Мэ'эм, да, мэ'эм. – Он улыбнулся с вызовом во всём облике, но, к его удивлению, суровое выражение на лице Анхеллы смягчилось.

Подперев щёку, она с умилением смотрела на юношу.

– Как же ты похож на своих родителей, – прошептала она еле слышно.

* * * * *

Даниель очень волновался.

«За себя-то не страшно,» думал он. «А Нутелла, хоть и демонесса, а всё равно – девчонка малая. Сколько там ей? Мать, вроде говорила, она почти на четыре года меня моложе. Лет четырнадцать? Спросить что ли…»

– А когда у Нутеллы день рождения? – поинтересовался он ненавязчиво.

– Через три дня, – отозвалась миссис Морт. – Успеешь отметить. Мы ещё недостаточно набрали рекрутов.

«Значит ей ещё и четырнадцати нет. Во, блин, а высоченная какая…»

– Мне б оружие какое, – начал он неуверенно. – Меня мама учила стрелять…

– А какую модель ты знаешь лучше всего? – спокойно поинтересовалась миссис Морт.

Он ответил, и она тут же вынула автоматический многозарядный пистолет и протянула его юноше.

– Оберегай мою дочку, – произнесла Анхелла очень серьёзным тоном. – Подрастёшь – попрактикуйся из револьвера стрелять. Более мужское оружие, на мой взгляд.

* * * * *

Он вывел мотоцикл из гаража, вздохнул, невольно думая о произошедшем там, в Городке.

Нутелла уже поджидала его, подпрыгивая от нетерпения.

Они оба надели шлемы с переговорными устройствами и забрались на мотоцикл.

Нутелла подсказывала ему куда ехать, так что они сперва сделали круг по поместью.

Стадион, церковь, технический корпус…

… А потОм они выехали в лес.

Тут уже Даниель позволил себе ``похулиганить``.

Он выжимал полную скорость, ловко выруливая и по узким тропинкам и вообще по бездорожью.

Нутелла держалась крепко, действительно, как обезьянка.

Её тонкие, цепкие ручки, прижавшееся худенькое тельце, переполняли юношу странным, но удивительно приятным ощущением.

Ему нравилось когда-то возить Лору, но такого трепетного чувства он никогда ещё не испытывал.

«Сестричка моя маленькая,» думал он с нежностью.

* * * * *

Они остановились на высоком, крутом берегу реки, вытекающей из озера.

– Мы не опоздаем? – Даниель с тревогой взглянул на часы.

– Не волнуйся – я портал открою, – отозвалась Нутелла, слезая и снимая шлем.

– Не испугаешься? – Она оглянулась на него. Дэн улыбнулся.

Нутелла, подойдя к краю, распахнула крылья, того же цвета, как небо над нею, озарённое закатным солнцем. Рассмеявшись от удовольствия, она взлетела, словно молодая орлица – спиралью – вверх-вверх-вверх!

Гаснущие лучи освещали юную летунью подобно прожекторам.

Даниель следил, затаив дыхание.

Он уже не думал ни о прошлом ни о будущем; он сам растворился в этом зрелище, которое не каждому смертному удаётся увидеть.

Нутелла вернулась.

– Сестричка моя маленькая, – шепнул он ей, обнимая за талию.

Положив руку ему на плечо, Нутелла другой погладила его волосы, густые, слегка волнистые, как грива льва.

– Только не ляпни это моей маме, – отозвалась она грустно. – У той учительницы, чьим телом пользуется мама сейчас, убили младшую сестру.

У Дэна руки опустились, а улыбка исчезла.

– Поэтому учительница покончила с собой, – продолжила Нутелла. – Это настолько глубоко запечатлелось в этом мозгу, что даже Энергетикой полностью стереть невозможно. Да! Тебя-то точно возьмут на похороны миссис Чёрнсын. Любопытно, в каком теле она появится? Мама мне по секрету рассказала – тётушка Мэри всю жизнь страдала, что у неё короткие ноги, так что в этот раз будут точно – ``от ушей``. Забавно, а?

– Очень, – пробормотал потрясённый Даниель. – Поедем домой, ведь пора уже?

Они сели на мотоцикл, Нутелла снова обхватила его, но юноша не успел завести мотор.

Ему показалось – их подхватила волна, крутанула…

Он едва удержал баланс. Они оказались перед самой дверью гаража номер четыре. В том же месте, что покинули меньше получаса назад…

«Телепортация…» понял он.

– Здорово! – Нутелла спрыгнула с мотоцикла и объяснила. – Открыть портал требуется гораздо меньше Энергетики, но занимает больше времени. А я впервые смогла переместить такой крупный объект! Ура! Пойду маме расскажу! И ты иди переодевайся – сейчас бегать пойдём!

«Объект…» Даниель передёрнулся от этой мысли. «Я для неё – объект… Снобы, блин. Что мамаша – что доченька…»

Даниель завёл мотоцикл в гараж и поставил на зарезервированном месте, а сам поднялся по внутренней лестнице в квартиру миссис Морт.

«Надо же,» думал он, оглядываясь. «Наверняка тут – охрана. А никого не видно. Профессионалы…»

Он быстро переоделся и, когда вышел в коридор, Анхелла и дочка, тоже в спортивных костюмах, были уже готовы.

– Лору возьмём? – поинтересовалась Нутелла.

– Нет, – отозвалась мать. – У чихуа-хуа дыхалки слабые.

* * * * *

Они бегали ровно двадцать минут, прошли в здание бассейна.

Анхелла дала Даниелю ключик от шкафчика.

Они ушли, Дэн переоделся, ополоснулся в душе и вышел в зал.

Он сразу услышал вопли и громогласный хохот, от которого, казалось, даже стены вибрировали.

А на самом ближнем ко входу краю, тихо и грустно сидела полненькая девочка-подросток, спустив коротенькие ножки внутрь бассейна.

Она казалась настоящей куклой, кудрявенькая, огромные выразительные глаза. Правда, длинный, горбатенький нос её здорово портил.

Даниель невольно потёр свой.

Он не обратил внимания на ``плюгавенького мужичонку``, стоящего по-пояс в воде, рядом с девочкой.

– Розочка, милая! – приговаривал тот ласково. – Да не обижайся ты на Энн! Она вон даже не поняла в чём дело! А ты ещё научишься хорошо плавать… Подрастёшь, похудеешь…

– Обозвать меня тюленем! – Роза всхлипнула. – Можно домой пойти?

– Девочка моя, – уговаривал он. – От плаванья очень худеют…

– Я никогда не похудею! – Расплакавшись, она убежала в раздевалку, а ``мужичонка`` вылез, покачав головой.

Он остановился возле Даниеля, и юноше не понравился какими глазами тот смотрел на него; с откровенным восхищением, чуть ли не влюблённо.

– Иди на х***, педик! – злобно бросил юноша, но ``мужичонка`` только рассмеялся.

– Я – Рон, – представился он. – Посажённый папочка твоей мамы.

– Ох, простите… – Дэн вспыхнул до корней волос.

– Ничуть не обижаюсь! – Рон хлопнул его по плечу и последовал за дочкой, в раздевалку.

Даниель оттёр пот со лба.

«Молчать, молчать!» приказал он себе. «Держать язык за зубами.»

Он взглянул в сторону непрекращающихся воплей.

Трое молодых людей плескались в самой глубокой части бассейна.

Громогласная блондинка казалась даже не русалкой – китом; от её мощных движений волны расходились по всему бассейну. Майкл едва угадывался рядом, а вот третий… С крыльями…

У Даниеля в голове помутилось он ненависти.

«Энтони…» Oн узнал КТО это был. «Ублюдок…»

Юноша сел прямо на пол, с трудом переводя дыхание; он чувствовал, как передёргиваются его мускулы.

«Ох, только припадка сейчас не хватает,» с ужасом подумал он, торопливо делая дыхательные упражнения для предотвращения этого. «Чтобы дать им лишний повод поиздеваться…»

Дэн взглянул снова.

Артур Чёрнсын сидел в шезлонге, в той же стороне. Зоркие глаза Даниеля разглядели самодовольную ухмылочку Сына Дьявола.

Даниель опустил голову.

Если бы его прижгли сейчас раскалённым железом, ему было бы легче.

Кто-то слегка пнул его.

– Что расселся? – холодно поинтересовалась Анхелла. – Десять минут интенсивного плавания! Время пошлО!

– Мэ'эм, да, мэ'эм! – решительно отозвался Дэн, быстро спускаясь по лесенке в воду.

Плавая из конца-в-конец бассейна, Даниель искренне ``выкладывался``, но десять минут оказались очень большой нагрузкой.

Он предпочёл бы утонуть, чем сдаться.

Время не кончалось, он задыхался, почти теряя сознание, когда почувствовал сильные руки ухватили его под грудь-подмышки и мягко вынесли из воды, как когда-то, в детстве, из ванночки.

Анхелла усадила его в шезлонг, почти у выхода в раздевалку.

– Передохни. – Она заботливо укутала его огромным пляжным полотенцем. Покачала головой. – Глеб тоже был ``упёртый``. Однажды на танцевальном марафоне чуть не сдох, да твоя мамочка его пожалела, на себя ``огонь отвела``. Ах, Люси Гонзалес… Что бы не говорили о твоей матери, ты можешь и должен ей гордиться.

Даниель не мог ответить.

Он видел, как миссис Морт перешла на другой конец зала и села, по-турецки, на пол рядом с шезлонгом Чёрнсына.

Он заметил Нутеллу, присоединившуюся к ``компашке``, как назвала их Мэри. Юная Демонесса тоже распахнула крылья, сейчас – сине-зелёного цвета, положив их на воду, словно надувной матрас.

Энтони сидел, наполовину высунувшись из воды. Прислонившись спиной к стенке, он слегка помахивал золотистыми крыльями, удерживая баланс.

«Адам и Ева в Эдемском саду,» саркастически подумал Дэн, поглядывая на Энн, целующегося с Майклом, словно они были совершенно одни.

Он вспомнил слова друга, когда мисс Чёрнсын погладила Майкла по голове, а сама обернулась и, махнув рукой, крикнула: – Дэн, братик! Иди к нам!

Не меняя позы, Энтони высказал что-то, и обе девушки засмеялись.

Даниель положил полотенце на шезлонг и поднялся.

Он прошёл по ``своему`` краю водоёма до глубокого конца, ``рыбкой`` нырнул в воду и подплыл к группе молодёжи.

Майкл и Энн придерживались за сетку, натянутую на бортик бассейна, и Дан сделал тоже самое.

– Привет, сестричка! – произнёс он, подмигивая. – Ох, какая же ты красавица!

Энн самодовольно хихикнула.

– А ты чего такой тощий? – Она дотронулась до его груди. – Жуть! А я ещё Майкла худым считала…

– В мамашу свою пошёл, – хмыкнул Артур. – Да, сынок, подсунул ты мне солдатика ещё того…

– Да, в мамашу! – Даниель вдруг обнял Энн и потискал её так, что та изогнулась от удовольствия, слегка застонав.

– Эй! – окликнул Чёрнсын злобно. Он весь подался вперёд.

– Ты сестру мою не очень-то хватай! – поддержал отца Энтони.

– Демон Ревности ревнует! – Нутелла захлопала в ладоши.

– Ох, простите, Хозяин, – пробормотал Даниель, жалобно глядя на Артура снизу вверх, словно удод, прижавшийся к земле.

– Да ладно, папка! – Энн засмеялась. – Он – забавный. Ох, какой у тебя носопыра!

– Это чтобы лучше обонять тебя, дитя моё! – зарычав, Дэн ткнулся ей в грудь лицом.

«Жуть какая!» промелькнуло у него в голове. «Какой, интересно, у неё номер лифчика? Аэродром, блин.»

– Ладно, веселитесь, – проворчал Артур, поднимаясь, но Даниель даже не взглянул посмотреть куда тот ушёл.

– А правда, – прошептала Энн на ухо Даниелю, обнимая его. – Чем больше нос, тем больше…

– Хочешь проверить? – отозвался он тем же тоном, потираясь щекой о её волосы, цвета опавшей листвы.

– Мам, – полюбопытствовала Нутелла. – А Дэну можно на похороны миссис Чёрнсын?

– Обязательно! – отозвалась Энн вместо Анхеллы. – Мама так его любит!

У Дэна сжалось сердце.

Он развернулся к Энтони. Тот сидел уже снова в той же позе, улыбаясь, а его калейдоскопические глаза переливались, словно бирюза.

– Надеюсь, ты не в претензии, – мурлыкнул он своим характерным полу-шепотом. – Что бы ты там делал в своей дыре? А так, мама говорила, собирается чуть ли ни в Гарвард тебя пристроить.

– Ты ж её до инсульта довёл! – не удержался Даниель.

– Да она уже давно собиралась тело менять, – спокойно отозвался юный Демон. – С весом боролась, морщины появляться стали…

Дэн зажмурился на секунду.

Он так чётко помнил измождённое лицо матери, её взгляд, полный тревоги за него.

«Сколько морщин ей прибавилось за эти два года…» промелькнуло в его голове. «Я не сдамся, мама! Я всё равно отомщу за тебя… За отца, за себя, за Лору! За всех, кто пострадал из-за нас…»

– Иди-ка домой, Даниель! – довольно строго приказала миссис Морт. – На сегодня тебе явно хватит.

– Я тоже пойду. – Майкл вылез и, не оглядываясь, направился в раздевалку.

Не сказав ни слова, Дэн последовал за ним.

Они едва вошли в душевую, как Майкл развернулся и с размаху ударил Даниеля по лицу.

У того голова мотнулась, он почувствовал вкус крови во рту, и едва успел заблокировать следующий удар.

Юноши сцепились и рухнули на пол.

– Лучший друг! – рычал Майкл, напрасно пытаясь вырваться. – Да я тебя за Энн урою!

– Да? – саркастически отзывался Дэн. – МНЕ морду бьёшь? А другим её ё** – слабо? Герой-любовник, ***!

– Это к твоей мамаше кобели в очередь строились! – парировал его друг.

Дэн отшвырнул его, а сам молча поднялся и подошёл к шкафчику, переоделся.

Майкл так и сидел на полу.

Даниель покачал головой, сел рядом.

– Мне правда жаль, что я вёл себя, как придурок, – произнёс он искренне.

Они обменялись не словами – рукопожатием, Майкл вышел, даже не одевшись, и тут же вошла миссис Морт.

– Да, вижу ты уже получил в прямом смысле ``по зубам``, – хмыкнула она. – Будешь к Энн лезть – лично за х*** подвешу! Она дурочка, вроде Софочки нашей. Мы уж и так следим, чтоб она не влюбилась в м**ка какого. Не сметь ей мозги пудрить, ясно?

– Ясно. – Даниель не отвёл глаз. – Вы видите, что я – не блокируюсь? Мне правда стыдно за своё поведение.

– Мамочкина кровь, – Анхелла вздохнула. – Тот же приём использовала – Милорда позлить. Дети часто повторяют ошибки родителей.

Дэн молчал. Он вдруг увидел Глеба Орлова, тот обнял его, и юноша всхлипнул, уткнувшись в крутое, сильное и надёжное плечо ОТЦА.

У него в голове словно прояснилось.

Даниель взглянул – Анхелла Морт стояла примерно в метре от него.

– Иди домой, – повторила она ласково. – Отдохни. Завтра можешь нас не ждать; та же схема, только наоборот: пробежка – тренажёрный зал – бассейн. Ясно?

– Мэ'эм, да, мэ'эм, – отозвался он.

Женщина улыбнулась, совершенно по-матерински.

– Спокойной ночи, дурачок! – шепнула она и быстро вышла из раздевалки.

Даниель прекрасно помнил дорогу к квартире миссис Морт.

То ли слуг предупредили, то ли мрачный вид юноши отпугивал их, но до своего нового обиталища он добрался без приключений.

«Десять минут проплавать не смог,» крутилось у него в голове. «Слабак, червяк! А ещё считал себя в хорошей форме… Майкла жаль, конечно, но за те рожи, что были у Хозяина и его сыночка – по своей собственной получить – в удовольствие. Ну, ладно. Этот план был хорош, но, да, не по мне.»

* * * * *

Когда он вошёл, Лора-чихуахуа выбежала в коридор, но не подошла к Даниелю.

– Как ты? – спросил тот ласково.

Она растерянно переступила с лапки на лапку.

– Ах да! – Сообразил он. – Хочешь гулять?

Она подняла левую лапку, злобно тявкнула на него и вернулась в комнаты Нутеллы.

«На что она обиделась?» Даниель не понял, но даже сам удивился, сколь мало его это волнует. «Ничего, у неё там коврики есть.»

* * * * *

Уже в кровати, Дэн просмотрел на мобильнике присланные сообщения, проверил почту.

Обнаружил несколько оповещений о событиях и развлечениях для проживающих на территории Поместья.

И ещё три письма.

Одно – от Энн – бессвязное, кокетливое, со смайликами через слово.

Он сразу удалил, не читая, но заблокировать не решился.

«А вдруг, не дай Бог, ей всерьёз что-то надо будет сообщить?»

Второе – от Майкла: два рыцаря пожимают друг другу руки.

«Детский сад, блин,» подумал Даниель. Тем не менее, это его тронуло, и Дэн переслал картинку, с вопросом: «Побежим утром вместе?»

Второе – от Рона.

Картинка изображала его «Мёртвого Мишку», но вместо пуговиц, пришитых крестиком – типично-игрушечные глазки.

«Зайди завтра к четырём пополудни – познакомлю с семьёй.»

«Ох, как неудобно получилось!» Даниель почувствовал, что снова краснеет.

А вот… Неизвестный адресат.

У Дэна замерло сердце.

Незнакомый номер телефона.

Но подпись, подпись! «Полярная Сова»

Так назвали его мать в том индейском племени, приютившим их с Джоном почти пятнадцать лет назад....

У него тряслись и губы и руки, пока он набирал эту, казавшуюся бесконечной, цепочку цифр.

«Нет, не добавлю в список – слишком опасно…»

Ответили сразу.

– Мамочка, – прошептал он.

Женщина на том конце вздохнула. – Как день прошёл?

«Ужасно…» Даниель не ответил бы так ни под какой пыткой.

– Да неплохо, – произнёс он бодро. – Нутеллу на мотоцикле покатал. Побегал, в бассейн сходил. С Майклом связь восстановил.

– А… Лора как?

– Ничего, по-моему, освоилась. Её Нутелла, вроде, ``удочерила``.

– Tак, может, ты вернёшься? Ну, я имела в виду к нам? Мы, конечно, уехали…

– В Резервацию? В Гараж?

– Да нет, ещё не хватало их втягивать! Не важно. Так как же?

– А я могу? – изумился Дэн.

– Конечно можешь. – Внезапно к разговору подключилась Анхелла. – В Аду силой только грешников держат. А ты – душа невинная. Пока что.

– Но ведь я… – Дэн смутился. – Мы с Лорой…

– Только некоторые человеческие религии считают любой вид секса грехом, – объяснила Ангел-Демонесса. – То, что у вас было с Лорой – воспето ещё в Библии – «Песня Песней». Благодарственный гимн Создателю, сделавшему эти отношения такими сладостными. Не зря даже многие ангелы отказываются от Рая Небесного, только чтобы испытать эти ощущения. То, что было между вами – не насилие и не разврат. Так что ты можешь вернуться к матери. ПОКА ЧТО.

У Даниеля перехватило дыхание.

– Я бы предпочёл остаться, – заявил он твёрдо. – Тут такие возможности, каких у меня никогда не будет ТАМ. Я хочу стать настоящим мужчиной. Хотя бы попытаться… Раз я могу дезертировать в любой момент.

Он старался шутить, но сколь бы оптимистично ни звучал его голос, мать обмануть он не мог.

Она снова вздохнула.

– Не лишай парня будущего! – настаивала Анхелла.

– Да, но КАКОГО? – возразила Марта-Люси. – Ладно, Бог тебе в помощь! А я тебя благословляю!

Они обе отключили связь, а Дэн свернулся под одеялом, прижав мобильник к груди, и, наконец, заснул спокойно, с улыбкой счастья на губах.

* * * * *

Когда Даниеля разбудил будильник, как его и предупредили, в 4:30, он вскочил сразу же. Он выспался прекрасно, настроение было великолепным, и юноша смотрел в будущее с оптимизмом.

В ванной, разглядывая своё отражение, он думал: «Ничего-ничего! Вот накачаюсь, как буйвол! Мама гордится будет. Эх, как же так – я каких-то паршивых десять минут не выдержал… Ничего, просто я редко плавал. Натренируюсь.»

* * * * *

Проходя мимо салона Нутеллы, он услышал голоса и заглянул.

Он обмер; Анхелла и Нутелла, обе только в стрингах, копались в ящиках и шкафу, переругиваясь на незнакомом ему языке.

Хотя через некоторое время он понял – на латыни.

Его ещё в бассейне поразила грациозная красота тела Анхеллы.

Дэн невольно перевёл взгляд на её дочь.

Худенькое тельце Нутеллы не вызвало у него никаких ``мужских`` реакций, а маленькие грудки, загнутые вверх, как рожки у мультипликационного чертёнка, его просто позабавили.

У них обоих соски даже и не казались таковыми, напоминая просто какие-то экзотические ягоды или фрукты.

«Странно как,» он отметил невольно. «Белые женщины смотрелись бы развратно, а так – совершенно натурально, естественно, словно в джунглях. Пальм только не хватает, блин.»

Будто напоминая, ГДЕ именно он находится, Нутелла зашипела на мать, распахивая тёмно-зелёные крылья размахом в пол-комнаты.

Анхелла тут же выпустила бордово-красные, но Даниелю не удалось посмотреть, то, что он уже успел назвать: «Битвой демонов.»

Лора-чихуахуа залаяла, и демонессы приняли земной облик.

– Мам, а можно меня Дэн отвезёт в школу? – Нутелла продолжала спокойно копаться в ящике. – Ага! Вот он! Нашла!

Она натянула жилет, того же цвета, что и её кожа.

– Можно, – ответила миссис Морт, выходя из комнаты. – Только пусть не вздумает ни шлем ни перчатки снимать!

– Ну, это понятно, – отозвалась дочь.

«Почему?» удивился Дэн.

Проходя мимо Даниеля, даже и не пытаясь прикрыться, Анхелла уточнила:

– В лагере душевые будут ОБЩИЕ.

* * * * *

Дэн окончательно пришёл в себя только на улице.

Моросил тёплый апрельский дождик, всё вокруг затягивал лёгкий туман.

Вдохнув полной грудью влажный воздух, юноша направился к тому месту возле особняка, где они договорились встретиться с Майклом.

* * * * *

К удивлению Даниеля, Майкл был один. Угадав мысли друга, тот объяснил:

– Нет, Энн если в пять утра не вскочит, то теперь уж до полудня проспит. Да и вместе мы никогда не бегаем. За ней даже местные парни не успевают. Есть у неё двое, специально приставленных, так они и то выдыхаются быстрей, чем она. Так и передают её, как эстафету. Говорят, она силу и габариты унаследовала от отца, а выносливость – от матери. А ведь могла бы наоборот, – закончил он грустно. – Но я читал – парни до двадцати пяти лет растут, может ещё ``догоню`` – сейчас-то мы – вровень.

* * * * *

Пока они бегали по дорожкам, юноши почти не разговаривали, экономя дыхание. Потом Майкл отвёл Даниеля в тренажёрный зал.

Ему уже подобрали программу, теперь была очередь Дэна.

Майкл прошёл в зал, а у Даниеля взяли кровь, надели маску, оцепили всего датчиками и поставили на беговую дорожку с рычагами, приказав бежать изо всех сил, ``пока не задохнешься.``

Даниель выложился по-честному, ополоснулся в душевой и вернулся за результатами.

Тренер по-прежнему смотрел на экран компьютера.

Он хмурился, и Даниель встревожился. – Что? Что не так?

– Обычно я не отчитываюсь рекрутам, – отозвался Тренер. – Но ты…

Он поднялся и приблизился к Дэну.

– Сними жетон! – велел он. Даниель молча выполнил приказ, а Тренер, оказавшийся демоном, просканировал его Энергетикой.

– Тебя что, Светлой Энергией поддерживали? – поинтересовался он.

– Пожалуйста, объясните мне в чём дело! – взмолился Даниель.

– Я удивляюсь, как ты с таким ДНК дожил до такого возраста! – Тренер поделился своим изумлением. – Как ты вообще ещё ноги таскаешь? У тебя же должна быть дистрофия мышц. Тобой, видно, здорово занимались, а?

Дэн молчал.

– Ну, ладно. – Демон покачал головой. – Фрау Морт виднее. Ты, небось, хаккер?

– Нет, – отозвался Даниель безжизненным голосом.

– А зачем же тебя взяли? – удивился Тренер. – Ты – гей? Или домушник? С такой худобой, конечно, не только в форточку – в щель под дверью пролезешь.

Демон снова покачал головой.

– Ладно, иди пока восвояси. Завтра приходи. Мы подберём тебе программу не только тренировок, но и питания и витаминов. Может удастся из тебя хоть что-то человекообразное соорудить. Свободен!

Покачиваясь, едва держась на ногах, Даниель направился к выходу.

– Жетон возьми! – напомнил ему Тренер.

* * * * *

Даниель опомнился не сразу. Он оглянулся по сторонам.

Он обнаружил себя сидящим на какой-то скамеечке в туннеле ведущем от зала к бассейну. Почти бегом Дэн направился туда.

* * * * *

Он осторожно заглянул в помещение бассейна, в этот раз – совершенно пустого.

Юноша слегка размялся, засёк время и спрыгнул в воду.

Он плавал сколько мог, вынырнул, взглянул на часы.

«Четыре минуты…» У него помутнело в голове. «Задохлик, слабак, червяк, недоделок! Не удивительно, что Глеб меня презирал… Я сам себя презираю! Утопиться… Прямо здесь! На х** такое тело!»

``Не ты его создал!`` – всплыли в памяти слова его матери. – ``Не тебе им распоряжаться…``

``Тебя что, Светлой Энергией поддерживали?``

Маська. Мэри Чёрнсын.

Или это сработалo бабушкино лечение в Вишнёвке?

Заботливый тренинг Рона?

Тот образ жизни, там, в Резервации, где они провели пару лет?

Перелкадина, которую Джон закрепил у него в комнате? Даниель так любил подтягиваться на ней, снимая стресс…

Или ежеутренние пробежки с матерью? Как она следила, чтобы он всегда делал зарядку!

– Я не опущу руки! – простонал Даниель, стискивая и кулаки и зубы. – Мама, мама! Ты дала мне это тело! Я буду заботится о нём. Ничего-ничего, я смогу! Я не сдамся…

~ Попроси – поменяют, – шепнул вкрадчивый голос.

– Нет, – Даниель твёрдо сказал сам себе. – Бог посылает и солнце и дождь. Всё имеет какой-то смысл. Может, как Апостолу Павлу, слабость моего тела дана для проверки моей силы духа…

Он перевёл дыхание и снова поплыл.

* * * * *

Когда Даниель вернулся, в прихожей, он увидел миссис Морт.

Одетая в бизнес-костюм, она разговаривала по мобильнику, одновременно давая распоряжения трём служанкам, стоящим перед нею, а горничная одевала ей туфли.

– Повезёшь Нутеллу в школу, – напомнила ему Анхелла. – Не вздумай шлем или перчатки снять! Я правда, подготовила запасной вариант, если что… Да, да, я слушаю, – снова заговорила она в телефон, и Даниель ничего не спросил.

* * * * *

В кухне-салоне Нутелла, уже в школьной форме, ела мюсли.

Даниель сел за стол напротив. Подняв крышку, он увидел свой завтрак.

– ``Овсянка, сэр!``, – Анхелла заглянула на секундочку. – И протеиновый коктейль! Ладно, играйтесь! Но чтоб это было первый и последний раз! Ещё не хватало Нутеллу из школы срывать… Хотя… может ты хочешь?

– Не знаю, мам, – грустно отозвалась девушка. – Но, спасибо, что всегда поддерживаешь.

Мать обняла дочь, а выходя, ласково потрепала Даниеля по голове.

Он не понял, была ли это миссис Морт или Глеб Орлов, но юноша почувствовал такой прилив сил, словно утренней тренировки и вовсе не было.

«В меня верят!» думал он, запихивая в рот ненавистную кашу, от которой его мутило. Но сейчас вдруг даже этот вязкий вкус больше не казался таким уж противным. «Это всего лишь горючее для организма. Ничего, ``Фрау Морт`` увидит, что она во мне не ошиблась! Глеб не верил, что из меня что-то получится, а она – верит! Как странно, вроде же – одно и то же существо… Неужели гормоны так меняют восприятие?»

Он вспомнил, как читал об опытах с «гормоном любви»-окситоцином. Крысы-самки, лишённые его, бросали и даже СЪЕДАЛИ своё же потомство, а самцы, которые должны бы были вести себя так, получая этот гормон, начинали трогательно заботиться о детёнышах…

Нутелла сама намазала себе ореховое масло на хлеб, хотя служанка и попыталась это сделать за неё.

– Лучше пройдись с Лорой, – буркнула девушка. – Мне уходить надо, а там вроде распогодилось?

– Да, солнышко выглянуло, – подтвердила служанка, подходя к окну.

– А на что Лора обиделась? – поинтересовался Даниель. – Ты понимаешь язык собак?

– Конечно! – спокойно ответила юная демонесса. – Она жаловалась, что ты к ней, хуже, чем к настоящей собаке относишься. Не поговорить, не поиграть. Не виделись целый день, а у тебя – один-единственный вопрос возник – не хочет ли она пос***ать.

Даниель так и замер с ложкой в руке.

– Да полно! – Нутелла хмыкнула. – Мама часто сравнивает свою нынешнюю ипостась со своим опытом в теле мужчины. Да все вы придурки! – Она злобно бросила свою ложку.

– Пап… Джузеппе тоже! Он меня из школы забирает, заодно с сестрёнками – они в соседнем квартале учатся. Так мне он: ``Доченька! Доченька!`` А то я не вижу, КАК он смотрит на меня и своих дочек! Всегда спросит: «Не обижали? Как успехи в школе?» – Она всхлипнула.

– Так чем же ты недовольна? – совершенно растерялся Даниель.

Она фыркнулa то ли насмешливо, то ли презрительно, и, поднявшись, сунула тарелку с недоеденным завтраком в раковину.

– Вот видишь, и ты не понимаешь… – отозвалась она грустно. – Ладно, выводи мотик, я сейчас.

– Ну, так объясни мне! – Дэн раздражённо передёрнулся. – Как вас, дамочек, на х** поймёшь, если вы ни хрена не объясняете!

Она только рукой махнула, выходя из кухни, а Даниель закончил свой завтрак в ``гордом одиночестве``.

* * * * *

Нутелла одела ветровку и свой шлем, затем проверила сколь плотно воротник куртки Дэна прилегает к его шлему и забралась на мотоцикл, цепко обхватив юношу.

Они поехали, девушка подсказывала маршрут.

* * * * *

Уже на подъезде к школе, когда они остановились на красный свет, Нутелла поинтересовалась: – Ты пистолет снял с предохранителя?

Дэн обмер. «Слава Богу, я вообще его взял!» Но он промолчал, блокируясь.

Они въехали на школьный двор, и тут уже Даниель понял, почему ему велели сохранять ``инкогнито``.

Это была школа для ЧЁРНЫХ. Причём уже СТАРШАЯ школа.

Нутелла спокойно спрыгнула и, взяв свой рюкзачок, гордо проследовала внутрь. Даниель увидел разномастных чернокожих парней, стоящих возле входа в здание. Они проводили Нутеллу глазами и уставились на Дэна, внимательно разглядывая его.

Он торопливо развернул мотоцикл; парни звонили по своим мобильникам.

Не зря он встревожился – Даниель не успел выехать даже из квартала, когда заметил не просто ``хвост`` – откровенное преследование; два мотоцикла, а чуть подальше присоединился и длинный бежевый ретро-автомобиль.

Он тут же послал сигнал тревоги. Ему ответили по переговорному устройству, вделанному в шлем.

Даниель кратко описал ситуацию, но Анхелла предвидела такую возможность развития событий. Юноше подсказали маршрут, и на одном из крутых поворотов, он спрятался в подворотне, а его подменил мотоциклист-двойник – остановился на виду, поджидая преследователей.

К ужасу Даниеля, ещё и кабриолет с несколькими чернокожими парнями и цветными девицами перегородил путь ``двойнику``.

«Я бы точно погорел,» Даниель почувствовал мурашки по всему телу. «Будем надеяться, этот мотоциклист – демон. Тут только улететь или телепортироваться можно.»

Водитель же, совершенно спокойно снял шлем, и Дэн с изумлением узнал Анхеллу; кожанка скрывала её формы, а ростом она была с Даниеля.

Преследователи явно знали её. Даже с того места, где прятался Дэн, он мог видеть с каким уважением ``расшаркивались`` преследователи, извиняясь.

Все разъехались, а Даниелю кто-то приказал:

– Сейчас портал откроем – прямым ходом домой!

Он увидел ``водоворот`` в воздухе, и смело направился прямо туда.

Мотоцикл слегка подпрыгнул, словно переехал бровку тротуара, но Даниель удержал баланс. Его доставили прямо к особняку, в Поместье.

«Хорошо я с Нутеллой потренировался телепортироваться!» подумал юноша, заводя мотоцикл в гараж.

* * * * *

Даниель едва успел войти в квартиру, как ему позвонили, напоминая о занятиях. Он схватил рюкзачок и бегом направился в указанное место.

Даниель уже узнал, что здесь – местная школа, для тех, кто не хотел или не мог учиться в другом месте.

Первым был урок биологии, так что Дэн оказался в одном классе с мисс Чёрнсын и Майклом.

К его удивлению, Энн очень старалась, выполняя задания, а вот слушать ей было явно тяжело.

Буквально после двух фраз преподавателя, её взгляд начинал блуждать по сторонам, а руки сами перебирали предметы.

Поэтому преподаватель объяснял ей отдельно, с паузами.

Следующие предметы Дэн посещал уже один, среди совершенно незнакомых парней и девушек.

То ли все, как и он, недавно появились здесь, а скорее всего из-за специфики места, но все держались очень замкнуто, не пытаясь знакомиться или подружиться.

Выслушал – вопросы – занятие в классе – задание на дом.

До 3:30 Даниель только и учился, перекусив по дороге, между уроками.

Он даже удивился, когда учебный день закончился.

«К Рону не забыть!» напомнил он сам себе, чуть ли не бегом возвращаясь в квартиру.

Он знал итальянские традиции – в качестве извинения принести цветы, и обратился к домработнице миссис Морт: – А где можно добыть букет цветов?

– Переодевайся, – женщина понимающе улыбнулась. – Сейчас доставят.

* * * * *

Трёхэтажный дом семейки Фабро располагался неподалёку от Центрального Особняка. Входя во дворик, Даниель невольно вздохнул.

Ему открыла домработница, а хозяева с детьми выстроились в две шеренги в салоне. Старший, Джордж, в белой кипе показывающей его принадлежность к изучающим каббалу, стоял слева от Рона, справа – Роза и Софи.

Малышню они выставили вперёд; близнецы, в костюмчиках, с ехидно-солидными рожицами разглядывали гостя, рядом их младшая сестричка придерживала за плечи маленького Глеба.

Вот на неё-то и уставился Даниель – настолько девочка отличалась от остальных. «Вот уж точно – ни в мать, ни в отца…»

Рыженькая, но без веснушек, с сияюще-белоснежной кожей курносенькая.

Она стояла, опустив слегка раскосые глазки, но, когда она украдкой бросила взгляд на Даниеля, они сверкнули изумрудным огнём, словно у лисички.

На фоне остальных ребятишек – полненьких, крепких, черноглазых, это изящное существо казалось язычком пламени между углей.

«Второй закон Менделя в действии,» подумал Дэн, вспоминая уроки биологии. «Значит этот ``рыжий`` ген есть в теле обоих родителей, раз он проявился при ``скрещивании``…»

О том, что девочка – ``из пробирки``, юноша, естественно, не знал.

Рон представил Даниелю своё семейство, и все сели за стол.

– В Брахот, 35а, б, – обратился к гостю Джордж-Аарон, – говорится, что еда без благословения Бога равносильна краже.

– Талмуд, – ухмыляясь сквозь усы, уточнил Рон для Даниеля.

– Я только Католическое знаю, – растерялся Дэн.

– Не важно. Ты – гость.

– Благослови Бог этот дом и эту пищу! – произнёс он, осеняя себя крестным знамением.

– Аминь! – подхватила Розочка, тоже крестясь, с вызовом глядя на мать, но та только губки поджала.

* * * * *

Когда семейство Фабро закончило трапезу, Джордж-Аарон тоже произнёс благодарственную молитву.

Он и его гувернёр ушли, а Софочка с Глебом за ручку прошли в прошли в комнату малыша, сопровождаемые Роном и Дэном.

С восторгом Софочка комментировала каждое слово маленького Глеба, когда он показывал свои игрушки, и Даниель грустно думал о своей матери.

«Как она, где? Неужели она тоже так же близко к сердцу принимает всё, что я делаю? Ах, мама, мамочка, прости меня за всё…»

Софи демонстрировала рисунки сыночка, сложенные в аккуратные папочки – пронумерованные, с датами на обложках, с такой гордостью, словно это был Рембрант или, по крайней мере – Пикассо.

– Милая, – напомнил жене Рон. – дай Даниелю и с остальными детками пообщаться.

Софочка обиженно поджала губки, а Рон быстренько увёл Даниеля.

– Мать ребёнком может хвастаться часами. – Муж Софи вздохнул.

Они зашли в комнату близнецов.

«Слишком убрано,» Дэн ухмыльнулся пор себя, видя с каким энтузиазмом вышвыривают братики игрушки из ящиков. «Готовились к приходу гостя.»

Их игрушечные солдатики по-прежнему были любимым развлечением, но у Даниеля волосы встали дыбом: человечки убивали друг-друга ПО-НАСТОЯЩЕМУ.

– Дедушка Артур подарил! – похвастался один из близнецов, спокойно раздавливая ногой одного из раненых. – Он раз в неделю нам новых выдаёт.

Даниеля замутило.

«И как я собираюсь быть солдатом или врачом?» подумалось ему. «Ничего, привыкну…»

Рон почувствовал состояние юноши и увёл его в комнату младшей дочери.

Та дисциплинированно сидела за столиком-партой, положив на неё руки, как в школе. Её странные, слегка раскосые глазки неподвижно-изучающе впились в гостя.

– Пойдём к Розочке, – предложил Рон, кашлянув.

– Разве ты не хочешь посмотреть мои рисунки? – поинтересовалась девочка, блеснув мелкими беленькими зубками.

У Даниеля сердце пропустило такт – её вкрадчивый голос звучал в точности, как Энтони. «Демонесса…» понял он. «Нас – легион…»

– Потом как-нибудь, времени мало… – пробормотал Дэн, умоляюще глядя на Рона.

– Да, доченька, – тот поддержал гостя. – Он ещё будет приходить.

– Ну, на похоронах увидимся! – Она хихикнула.

«На чьих похоронах?» ужаснулся Даниель

– Никаких детей! – сурово возразил её отец. – Всё равно тебя не пустили бы смотреть, как сжигают её тело.

– Чьё? – Дэн не удержался.

– Мамочки твоей! – Девочка расхохоталась, а у юноши подогнулись ноги, и он сел прямо на пол.

– Ну, зачем ты так! – Рон рассерженно прикрикнул на дочь и объяснил Даниелю; – Она Мэри Чёрнсын имела в виду. Она же была твоей приёмной, официальной мамой больше полутора лет…

Он помог Дэну подняться, обвёл рукой, делясь Энергетикой, и они оба вышли из комнаты.

За ужином Анхелла поинтересовалась: – Ну, Дэн, как тебе выводок Рона?

– Он такой замечательный отец! – отозвался Даниель.

Нутелла опустила глаза, ковыряя вилкой в своей тарелке.

– Я не знал, что Роза на скрипке играет! – продолжал Даниель, не заметив этого. – Да так здорово!

Нутелла крутанула глазами. Это всегда смотрелось эффектнее, чем у любой светлокожей девушки.

– А у тебя как в школе? – обратился к ней Даниель. – Как среагировали?

– ``Ох, твАя мА такА крутая! О какой байк клёвый!`` – с сарказмом отозвалась девушка, говоря с местным характерным акцентом.

Даниель едва понял.

– А что не так? – удивился он.

– А то, что смертные только на оболочку смотрят! – злобно объяснила юная демонесса.

– Нет, ты мне и с крыльями нравишься… – Юноша осёкся, видя КАК они обе уставились на него.

– Нет, ну, я имел виду, не как девушка… – пробормотал Дэн, теряясь.

Зашипев, Нутелла швырнула в него стаканом, разлив апельсиновый сок по всему столу. Она распахнула угольно-чёрные крылья, отсвечивающие оранжевым, словно отблески костра.

Вскочив на подоконник, плюнула огнём и полетела прочь, тяжело, с усилием, как подранок. Даниель недоумённо проводил её глазами.

– Сколько раз я, как мужчина, ту же ошибку делал, – вздохнула Анхелла. – Даже если тебе НЕ нравится женщина, или ты – ей, НИКОГДА не говори об этом, если не хочешь её разозлить. Глупо, конечно, но женщине ВСЕГДА хочется нравиться… Хммм. Знаешь что, давай-ка, после бассейна, сходим к моим тигрикам. Хочу одну идейку проверить…

Она замолчала – на месте Нутеллы сидел Энтони.

Даниель замер, глядя прямо в калейдоскопические глаза юного демона.

– Кто из вас тут ревновал? – шепнуло существо, демонстрируя ангельскую улыбку. – Жаль, я опоздал, почти вся Энергетика уже рассеялась…

«Он – сын тётушки Мэри!» Даниель повторял сам себе, его затрясло. «Ради неё я должен смириться.»

– Как тебе Розочка? – мурлыкнул визитёр, обращаясь к нему. – Понравилась?

– Не начинай снова, Энтони! – вмешалась Анхелла. – Оставь эту дурочку в покое!

– Что? – У Даниеля аж челюсти свело. – Ты чё? Ей же… Сколько? Двенадцать?

– Ну, мне тоже не двадцать два. – Юный демон подмигнул.

Рванувшись вперёд, Дэн сгрёб существо за крыло, грубо повалив его на стол.

– Тётушка Анхелла! – жалобно пискнул Энтони.

– Правильно, – отозвалась та спокойно. – Сколько уж раз повторять можно. Ни Рон ни я не позволим тебе ей мозги пудрить! Пусти его, Дэн!

Юноша послушался, и Демон исчез.

– Почему он сразу не телепортировался? – удивился Даниель. – Пока я его держал?

– В данном случае ТВОЯ Энергетика оказалась сильнее, – объяснила Ангел Смерти. – Да, и смертные могут чисто физически бороться с ангелами. Такое описано в Библии – Бытие, Глава 32 и в Двенадцатой Главе книги Осии. Ну, ладно, иди – бегай, увидимся в бассейне!

* * * * *

Даниель позвонил Майклу, но смог только ``оставить сообщение``.

Тот не отвечал, время поджимало, так что Дэн пробежался один и прошёл в бассейн.

Там его встретил тренер.

– Попробуем по-другому, – объяснил он юноше. – Я засеку время. Плавай БЕЗ напряга, просто, пока можешь.

Даниель прыгнул в воду.

Он плавал от края до края, дыша именно так, как и при беге, так же поочерёдно расслабляя мышцы.

Ему казалось – он плавал целую вечность.

Наконец выдохся, едва доплыл до мелкого конца и, уцепившись за лесенку, взглянул на тренера с надеждой.

– Очень неплохо, – произнёс тот оптимистичным тоном. – СЕМЬ минут, сорок три секунды.

«Всё равно не потянул…» Даниелю хотелось разбить голову о бортик бассейна.

– Вот так и будешь плавать каждый вечер, – велел ему тренер. – А когда сможешь выдерживать все десять минут – увеличишь скорость.

Юноша едва выбрался из воды и на трясущихся ногах добрался до душа.

Включив обжигающе-горячую воду, долго стоял, словно окаменев.

«Я смогу,» повторял он сам себе. «Столько людей вложили в меня и силы и надежды. Я не могу их подвести. Клянусь, клянусь, я оправдаю их ожидания. Мама никогда не сдавалась. И я не сдамся.»

* * * * *

Он вышел, а в коридоре его уже поджидала Анхелла.

– Комплексуешь? – Она продемонстрировала свою характерную улыбку, но на Даниеля сейчас это не произвело никакого впечатления.

– Да, – ответил он с грустным спокойствием.

– Отлично! – Она рассмеялась тем смехом, какой только демоны умеют испускать. – Интересно, минус-на-минус даст плюс? Пойдём-ка, парень, ПОСМОТРИМ ТИГРОВ.

Они шли по подземному переходу молча, потом Дэн поинтересовался:

– А как правильно называть: демон или демонесса?

– Демон, – объяснила Ангел Смерти. – Это как – секретарь и ``секретарша``.

* * * * *

Они подошли к вольеру.

Все три тигра не спали – ходили вдоль обзорных окон.

Увидев Анхеллу – забегали, радуясь, потягиваясь, как обычные кошки, так же потираясь головой о предметы. Тыкались мордами в стекло.

Тигрица-мама встала на задние лапы и, упираясь передними в окно, изящно выгнулась.

У Дэна сжалось сердце.

– Скучаешь по Плюше? – поинтересовалась Анхелла. Юноша молча кивнул.

– Не испугаешься зайти?

У Даниеля сердце пропустило такт.

– Не знаю, – признался он честно.

– Молодец! – Она хмыкнула. – Мне долгонько пришлось приучать их к этому телу.

Она открыла боковую дверцу и вошла первой. Тигры кинулись к ним, но Ангел Снов тут же усыпила их.

– Заходи, – велела она Даниелю. – Гладь их так, чтобы они чуяли твой запах. Старайся НЕ бояться, а то они запомнят тебя, как потенциальную добычу.

Даниель перевёл дыхание и сел рядом с тигром-самцом.

Его размеры потрясли юношу. Он осторожно провёл рукой по полосатой шкуре, поражаясь её шелковитости.

Погладил морду, задержал ладонь прямо перед носом. Горячее, почти обжигающее дыхание зверя вызвало у него улыбку восхищения.

Он чувствовал себя, словно рыцарь возле огнедышащего дракона.

* * * * *

Он долго ласкал то одного, то другого. Вдруг Тигр-дочка схватила его за запястье.

Юноша замер.

Тигрица по-прежнему спала, и он осторожно высвободил руку.

– Ну, хватит на сегодня, – шепнула Анхелла. – Подожди снаружи.

Юноша вышел, плотно закрыв за собой дверь.

С улыбкой он наблюдал, как Демон Смерти разбудила своих любимцев, возилась с ними и играла.

Вдруг кто-то коснулся его плеча.

Дэн буквально подпрыгнул и уставился на хорошенькую невысокую девушку, смуглую и черноволосую.

– Кто ты? – шепнула она, оглаживая его, лаская и возбуждая.

– А ты кто? – пробормотал он, думая: «Оттолкнуть? Убежать? Ну, что я стою, как чурбан какой?»

– Это одна из местных служительниц, – объяснила Анхелла, приближаясь к молодым людям. – Как же лицемерен мир Земли! Её сожитель приучил её к наркотикам, ``одалживал`` друзьям, иногда даже не одному одновременно! А когда она, доведённая таким обращением, в беспамятстве запыряла его кухонным ножом, её же! приговорили к смертной казни. Теперь эта девочка обречена жить здесь, и не может выйти наружу. Мы обязаны предоставить грешникам все возможности, чтобы покаяться. Но этот ублюдок так закомплексовал её, внушив, что она – уродина, что девчонка вот уже четвёртое тело меняет, а всё никак не поверит в себя.

Даниель не уловил связи. Его естественные мужские реакции на её ласки вообще лишали возможности думать.

– Этот мальчик, – обратилась миссис Морт к Служительнице. – Чист душой и телом. Если ОН скажет, что ты – красивая, поверишь?

– Не знаю… – Она ответила с горестным стоном. Уронив руки, поникла, как от удара. – Я уродина…

– Прекрати! – Даниель решительно обнял её. Обнял, как ему казалось, по-товарищески.

– Ты самая красивая, какую я когда-либо видел! – произнёс он искренне, сам в это веря.

Она снова начала ласкать юношу, а его тренировочный костюм позволял ей добраться до его тела так легко.

«Тут же, наверное, камеры…» единственно, что промелькнуло у него в голове.

* * * * *

Он даже не думал о Лоре. Происходящее казалось совсем другим миром.

Как сравнить сочное свежее яблоко и жаренную копчёную колбаску?

Что приятнее – пробежаться утречком, по холодку?

Или по тёмным лесным дорожкам, когда луна подглядывает за тобой в просветы между веток деревьев?

А это восхитительное, втягивающее, пульсирующее ощущение…

– Диана… – соскользнуло с его губ.

* * * * *

Стоя перед обзорным окном вольера, Даниель словно проснулся, изумлённо глядя на служительницу. Та сидела на подоконнике, прижавшись спиной к стеклу, обхватив юношу хоть и короткими, но сильными ножкам. А сам Дэн, прежнему в ней, продолжал сжимать плотные булочки её аккуратной, кругленькой попы.

Тигры изнутри с любопытством разглядывали парочку.

Вспыхнув до корней волос, Дэн едва не уронил девицу, отдёрнув на мгновение руки, но тут же осторожно подхватил её, помогая спуститься на пол.

– Пойдём ко мне! – шепнула она.

Даниель оглянулся – Анхеллы нигде не было видно.

«Когда, куда она ушла?» промелькнуло в его голове. «Ой, она, наверняка, знает…»

Служительница взяла Даниеля за руку и повлекла за собой.

* * * * *

Её квартирка оказалась крохотной, гостиничного типа.

Прихожая, налево – кухонька и санузел, третья стена – стекло в вольер с тиграми, а вот четвёртая стена – вся увешена фотографиями. У Даниеля пошли мурашки по коже.

На фотографиях тигры терзали мужчину. Ножи и кинжалы пригвождали к стене те картинки, на которых он стоял, сидел или лежал.

Многие фотографии едва держались. Искромсанные, истерзанные, разрезанные на мелкие кусочки бумажки громоздились на полу возле стены.

Юная служительница прошла и встала, молча глядя на ``выставку``.

Даниель приблизился к ней и осторожно обнял за плечи.

– Я, честно говоря, первый раз без… – Он запнулся, снова краснея. – Я всегда только безопасным сексом занимался… А ты?

– Боишься СПИД подхватить? – злобно отозвалась служительница. – Сейчас уже поздно бояться.

– Я буду рядом с тобой, – отозвался он спокойно. – Не важно что.

Она бросила на него взгляд, улыбнулась.

– Правда? Не волнуйся, это тело – абсолютно здорово.

Но тут Даниель вздрогнул уже от другой мысли.

– А… если ты забеременеешь?

– А что, я – уродина, и от меня нельзя иметь ребёнка? – Она снова взглянула с горечью.

– Нет, наоборот! – произнёс он оптимистично, думая с ужасом: «Ни работы, ни образования, ни жилья! Прощай учёба, карьера… Ну, может, позволят к матери уехать. Я же многое умею делать, пристроюсь куда-нибудь.»

– Я вас не брошу, – заявил он твёрдо. – Я знаю, как необходим отец в семье.

– А моё прошлое? – Она указала на стену.

– Его нет! – Даниель кинулся вперёд, срывая, комкая, швыряя фотографии на пол. – Нет, и не было!

Он обернулся к ней. Она улыбалась.

– Ты – чиста и невинна! – произнёс он искренне. – Ты – прекраснее всех раскрасавиц на свете! Ты мне веришь?

– Да! – прошептала она.

С той же улыбкой счастья на лице, она сомкнула густые чёрные ресницы и упала на пол.

Она не двигалась, и вдруг Даниель с ужасом понял – и не дышала.

– О нет… – Он схватил свой мобильник, вызывая местную ``скорую помощь``.

«Я даже не знаю, как её зовут!» сообразил он. Но Анхелла уже стояла рядом.

– Сработало! – Миссис Морт на секунду обняла юношу, но тот оттолкнул её прочь.

– Я что, проклят, – выкрикнул он со слезами в голосе. – Что все девушки, которых я полюблю – умирают?

– Ты спас её! – возразила Ангел Смерти. – Поверив в себя, она поняла, что её сожитель недостоин ни злобы ни ненависти. Она простила своего мучителя, а ей простили её грех. Прощайте – и вам простится! Ты помог её душе освободиться – теперь это тело принадлежит тебе!

– Я – не нeкpoфuл! – Даниель передёрнулся.

Миссис Морт крутанула глазами.

– Для Лоры! – уточнила она.

Дэн не мог поверить ушам.

– Да… Да! – пробормотал он, с благодарностью глядя на Анхеллу. – Благослови вас Бог!

– Ох, сын своей мамаши… – прошептало существо, которое некогда было Глебом Орловым.

* * * * *

Даниелю так не терпелось обрадовать Лору, но он не решился попросить Анхеллу телепортироваться. А та шла, спокойно передавая сообщения по рации и гарнитурке в ухе.

Юноша поражался, сколько же обязанностей лежало на миссис Морт.

Дэн невольно вспоминал произошедшее возле вольера.

«Как всё здорово получилось!» радовался он. «Да, но вдруг действительно – забеременеет? А я ведь маме обещал… Хорошо, я не демон – мне бы только сутки жить осталось, если я правильно понял местную систему соблюдения клятв.»

Уже на подходе к квартире, Анхелла обратилась к Даниелю:

– Иди пока один, я Нутелле сказала.

Она свернула в другой коридор, а Дэн припустился бежать со всех ног.

* * * * *

Когда он вошёл, его уже ждали; юная демонесса стояла, опираясь спиной на косяк двери из коридора в салон-кухню, а Лора-собачка радостно скакала возле её ног.

Увидев Даниеля, чихуахуа завыла от восторга и запрыгнула юноше на руки.

– Да, милая, да! – выкрикнул он, тиская собачонку. – Будет у тебя тело, да ещё лучше прежнего!

Лора замерла.

– Всё познаётся в сравнении, а? – саркастически отозвалась Нутелла. – Мама тоже, как приловит Джузеппе с очередной, тот сразу: ``Но ты, милая, лучше всех!`` Мама и тает.

Собачка оглянулась на юную демонессу, та обвела рукой полукруг, и в воздухе возникло что-то вроде экрана.

Кратко, словно подборка видеоклипов, промелькнула ``запись``.

``Ты – прекраснее всех раскрасавиц на свете!`` ЕГО слова.

Тоненько зарычав, Лора-собачка впилась Даниелю в руку – зубки, крохотные, но острые, как шпажки для бутербродов, и юноша, вскрикнув от боли, выронил чихуахуа.

Та, поскуливая, подбежала к Нутелле, рядом с которой уже стоял Энтони, как всегда помахивая крыльями, сейчас цвета лепестков чайной розы.

Нутелла подняла собачку на руки, и оба демона ласкали и гладили её, утешая.

– Ничего, девочка, – мурлыкнул Демон Ревности. – Тельце у тебя будет действительно прехорошенькое. Тут многие пробовали. Даже я. С удовольствием снова заскочу. А на Дэна не обижайся! У него мама сама такая же б***.

Даниель швырнул юного демона на пол. Наступив коленом на крыло, замахнулся, но его рука замерла в воздухе.

Калейдоскопические глаза, кукольные нежные губки, изящный, курносый носик…

Для Даниеля это было словно ударить ту, которую он до сих пор в душе своей называл ``Маська``.

– Как у такой матери может быть такой ублюдок-сын! – Дэн, чуть не рыдая, встряхивал Энтони, прикладывая спиной об пол.

– Да! – с вызовом прошипел тот. – Я горжусь своей матерью!

Он резко поднялся, отшвырнув земного юношу одним ударом крыла.

– А ты, ничтожный смертный, ещё очень пожалеешь, что осмелился коснуться меня!

Он встряхнулся, в точности как помятый орёл, и вылетел в окно кухни-салона.

– Лора, послушай… – начал Даниель, поднимаясь. – Всё не так, как ты подумала…

Двойной смех был ему ответом – Анхелла тоже уже стояла в коридоре.

– Удивительно! – присоединилась она к обсуждению. – ВСЕ эти кобели говорят одно и то же. Да, парень, как бывший мужчина, я могу тебя понять.

– Лора, – обратилась она к собачке, протягивая руку. Та злобно лязгнула зубками. Но Демон Смерти только рассмеялась.

– Ба! Мы тело менять не будем? Ай-я-яй! Ну, ладно, я пока законсервирую, на случай если передумаешь. Вообще-то, обретение тела – самый болезненный процесс на Земле. Поживи пока так, а? Ни забот, ни хлопот, на всём готовеньком… И все тебя любят.

Дэн убежал к себе в комнату, а Анхелла обняла дочь, по-прежнему прижимающую к себе чихуахуа.

– Можно мы сегодня вместе ляжем? – поинтересовалась девушка грустно.

– Конечно, милая! – отозвалась её мать.

* * * * *

Даниель прибежал к себе в комнату. Не раздеваясь, бросился на кровать, зарылся лицом в подушку.

Он искренне не сожалел о случившемся, и только одно крутилось в его голове: «Ну, как, как Лоре объяснить это?»

Он сам не заметил, как заснул, поэтому шум снаружи спальни разбудил его.

Юноша сел, прислушался и выбежал из комнаты.

Ходили какие-то люди, говорили, на Дэна никто не обращал внимания.

Он услышал голос Нутеллы и пошёл в ту сторону.

Девушка собирала сумку, а её мобильник, включённый на громкую связь, лежал на тумбочке.

– И не притворяйся, что ты волнуешься! – говорила она злобно.

– Можешь мне не верить, – отвечал ей мужчина. – Я действительно люблю твою маму! Но, в связи с завтрашними похоронами, мне никак, никак к ней не вырваться! Я же – Начальник Охраны, вся организация, вся подготовка на мне! Слушай, ну, приезжай, с сестрёнками посидишь?

– Я с мамой посижу! – Не прощаясь, Нутелла выключила мобильник и объяснила Даниелю, не дожидаясь вопросов; – Как удачно, что Лора осталась собакой! Мы с мамой легли вместе, обе забыв о моих проклятых способностях! Она же диабетик, а я ``нашпиговала`` её шоколадом! Сахар взлетел до небес! Она в кому впала. Но Лора учуяла изменение запаха маминого тела, подняла панику. Я проснулась, сразу маме укол сделала, ``скорую вызвала``. Маму увозили – она даже уже смеялась, мол, в ту же палату, что и Глеба Орлова клали!

Нутелла шмыгнула носом. Она взяла сумку и исчезла.

Только сейчас Дэн заметил Лору-чихуахуа на её диванчике. Увидив, что юноша на неё смотрит, она демонстративно свернулась клубочком, спиной к нему.

Даниель приблизился, присел на корточки. – Лора…

Развернувшись, подобно пружинке, собачка злобно гавкнула на него и залезла под софу.

Даниель встал на четвереньки, заглянул и еле успел отдёрнуть лицо – она чуть не цапнула его за нос.

– Ну и дура! – Вскочив, он пнул край софы и вернулся к себе в комнату.

Даниель едва запер дверь, как кто-то сгрёб воротник его футболки и, словно щенка за шкирку, швырнул на кровать.

Юноша с изумлением огляделся и вздрогнул, увидев Артура Чёрнсына, расположившегося в одном из компьютерных кресел.

Трое громил (другое слово не пришло юноше в голову) стояли возле двери с тупо-почтительным выражением на лицах.

Худощавый очкарик сидел перед его компьютером, время от времени поглядывая на мобильник Даниеля.

А слегка в стороне, Дэн заметил того же самого офицера, который руководил их захватом там, в Городке. И, хотя он был одет не в камуфляж, на его груди светился тот же голубовато-золотой знак отличия.

– Вы – из подразделения тётушки Мэри? – обратился к нему Даниель.

– Да, – отозвался тот холодно.

– И как же вы допустили ТАКОЕ?

– Там действовали люди! – парировал офицер. – Вы, смертные, сами хотели быть независимыми от Создателя! Нечего гравитацию обвинять, если разбился, спрыгнув с моста или крыши!

Рассмеявшись, Артур оттолкнулся ногой и проехался, крутанувшись, через всю комнату.

– Бедный мальчик! – Он снова подъехал поближе к Даниелю. – Родная мама – далеко, приёмная – умерла, завтра её тело кремируют. Опекуншу в больницу забрали. Кто теперь заступится, а?

Он перестал улыбаться и, подавшись вперёд объяснил:

– Я не наказал тебя, когда ты щупал Энн – ей нравилось. Я стерпел, когда ты Энтони прижучил, чтобы он к Розочке не лез, он – моя внучка названная! Но ты, сучонок, явно принял моё терпение за слабость! Я с твоей мамашей не рассчитался и за себя и за Мэри! А тут ты ещё залупаться будешь, а?

«Энтони нажаловался,» понял Даниель.

– Если вы думаете, что я боюсь вашего наказания – вы ошибаетесь, – произнёс он искренне.

– Не сомневаюсь! – Артур опять улыбнулся. – Зная твоих родителей. Поверь, я уважаю твою храбрость. Мы тебя довольно мягко обработаем, обещаю.

– Чё, его вые***ть, что ли, босс? – удивился один из громил.

– Ну, нет! – отозвался Чёрнсын. – А вдруг ему понравится?

Те трое заржали дружно, как по команде, а офицер-наблюдатель тихо выругался, неодобрительно покачав головой.

– Сними жетон! – приказал Чёрнсын прежним тоном палача.

Даниель молча повиновался и положил медальон на прикроватную тумбочку.

Близстоящий громила сошвырнул юношу на пол, и они, трое, принялись его избивать.

Профессионально, без ``членовредительства``, причиняя только боль, не травмируя всерьёз. Посмеивались, обмениваясь шуточками, словно школьники, играющие в футбол, свернувшимся в клубок ёжиком.

Даниель дрался всю жизнь, сколько себя помнил, но ему никогда ещё так не доставалось. Впрочем, в данном случае, он даже и не пытался уворачиваться от ударов.

«Меньше сопротивления – быстрее всё закончится,» понимал он.

Но, когда его в очередной раз подкатили к креслу Артура, Даниель приподнялся на четвереньки, бросив с вызовом:

– А что ж сыночек ваш не присоединится?

– Об шпану мелкую ни он ни я даже ног не мараем! – Чёрнсын презрительно хмыкнул. – Ох, ну, ты – весь в папочку своего родного! О! Идея! Ребята, вы же записали, а?

– Так точно, босс! – отозвался один.

– Ну, и пошлём его мамочке видео-отчёт! – Артур продемонстрировал свою характерную ухмылочку.

– Нет! – Дэн замотал головой. – Пожалуйста, пожалуйста, ну, отыгрывайтесь на мне!

– Да? – протянул Чёрнсын. Он обвёл рукой полукруг, и перед юношей из подпространства выпала Лора-собачка.

Даниель сел, с ужасом глядя на неё.

Чихуахуа оглянулась, заскулив, поджав хвостик, кинулась к юноше, но замерла, разглядывая его, залитое кровью, лицо.

C яростным лаем она бросилась на Артура, но Дэн перехватил её в воздухе, прижал к себе.

– Нет, нет, – шептал он, оглаживая собачку, вздрагивающую всем тельцем, словно её током били. – Не надо, не надо, а то они и тебя накажут…

– Ну, что ты! – Артур улыбнулся. – Это ТЫ сверни ей шею. Будем квиты.

Собачка замерла, заглядывая в глаза Даниеля, и робко положила на него ЛЕВУЮ лапку. Юноша обмер.

У него дыхание перехватило, а сердце колотилось, как бешеное.

– Давай! – настаивал Чёрнсын. – Я тут всю ночь сидеть не собираюсь! У меня днём – похороны жёнушки моей драгоценной и встреча нового главного менеджера.

Дрожа, поскуливая, Лора снова и снова клала свою левую лапку на руку Даниеля.

– Ну, что ж, посылай тогда! – Артур повернулся к своему человеку.

– Нет! – Даниель зажмурился, словно робот исполняя приказ.

«Я буду солдат, я буду врач, я не должен быть тряпкой…»

– Прости меня, Лора…

Он обморочно взглянул сперва на обвисшее неподвижное тельце, затем поднял глаза на Чёрнсына.

– Умница! – похвалил тот. – Ну, ладно, НЕ отсылай…

– Ой, а я уж отослал… – тупо хихикнул громила.

– Ублюдок! – Даниель рванулся вперёд, но новый удар отшвырнул его на другой конец комнаты.

Юноша сдался. Свернувшись, обхватив себя руками, он мог только рыдать.

– Червяк ты и тряпка! – услышал он, словно сквозь слой ваты. – На похороны сходишь, поприветствуешь новоприбывшую. А там катись к ***ой матери своей под крылышко! Сидите, как раньше, в дыре какой-нибудь. Мэри-то всё мечтала предоставить тебе возможность проявить себя. Мда, проявил. Слабак!

Дэн даже боли уже не чувствовал.

* * * * *

Он не знал, сколько времени прошло, когда он снова начал осознавать реальность. Даниель сел, неверяще оглядываясь.

Пустая комната, только посередине, на полу, лежала собачка, теперь уже совершенно неотличимая от игрушечной.

Он не мог подняться.

Кое-как, на четвереньках, задыхаясь, добрался до тумбочки.

Зажав жетон в руке, подполз к чихуахуа, надел на неё медальон.

Юноша ждал долго. ПотОм надел на себя.

Дэн сразу почувствовал, как Светлая Энергия разливается по его телу, снимая боль, придавая силы.

Он торопливо схватил собачку, прижал к груди.

– Лора, Лора, девочка, вернись! – шептал он, помня: «Только зов любящего может быть услышан.»

Он снова лёг на пол, проваливаясь в туманную пустоту.

Даниель проснулся, лёжа на полу.

«Боже Всевышний, пожалуйста, пусть это будет просто кошмарный сон…»

Он взглянул на мёртвую собачку в его руках.

«И всё рано отослали… Погодите-ка…» Даниеля словно кипятком обдали. «Куда и как он мог послать, если я сам не знаю, где мама сейчас? Это я, я, просто на провокацию попался! Ох, какой же я лох… Ну, так мне и надо. Жаль, мне мало морду набили. Лучше б уж они меня просто убили… Нет. Не лучше. Я буду умнее. Я буду осторожнее. И я не сдамся. Поражения у всех полководцев бывали. И в кино главного героя всегда сперва долго бьют, а потОм…»

``А с чего ты решил, что ТЫ – главный герой?``прозвучал в его душе насмешливый голос.

Даниель угрюмо взглянул на часы. «7:30? А как же бег, бассейн? Это из-за ночных событий, потому что-суббота или из-за похорон Мэри Чёрнсын?»

Его мобильник по-прежнему лежал возле компьютера.

Придерживая тельце чихуахуа одной рукой, Даниель просмотрел присланные сообщения.

От миссис Морт тоже пришла инструкция на сегодняшний день.

Да, самым главным событием были похороны.

Он нажал номер Анхеллы, и та ответила почти сразу. – Что, Дэн?

Он почувствовал комок в горле и не смог издать ни звука.

– Ничего, парень, держись…

– Спасибо, – выдавил юноша. – А… Как вы?

– Спасибо Лоре. Я то мне бы тоже тело менять пришлось.

Дэн зажмурился, словно его опять ударили.

– Я… – начал он.

– Я знаю.

Даниель перевёл дыхание.

– Давай, парень, – голос миссис Мoрт прозвучал нежно, почти по-матерински. – дел у тебя сегодня много. Надеюсь, я оклемаюсь до церемонии.

* * * * *

Даниель оделся в обычный спортивный костюм; снова взял на руки мёртвую собачку и вышел в коридор.

Он пошёл было на кухню, когда странный голос окликнул его из прихожей: – Дэн!

Юноша вошёл и замер, глядя на ту, которая была когда-то служительницей у тигров.

Сейчас она стояла, как-то странно растопырив ноги, прижавшись спиною к стене.

Микроскопический розовый лифчик-топ практически не скывал её грудей, нелепо перетягивая их.

И мини шорты…

Даниеля замутило: молния не сходилась, складки кожи выдавливались и сверху и снизу, словно тесто.

«Как она вообще смогла натянуть их?» подумал он. «Зачем?»

– Велено передать, – произнесла девушка безжизненным тоном. – Твоя мама пришла сюда в этой одежде.

Девушка всхлипнула, но, передёрнувшись, вскинула голову столь характерным жестом, что Даниель всё понял.

– Лора? – пролепетал он потрясённо. – Ты всё-таки согласилась?

– А что? – огрызнулась она. – Если уж менять тело… Отдай мне!

Дэн молча передал ей трупик чихуахуа.

– Что, твоя мамаша совсем безжопая была? – горестно поинтересовалась Лора, прижимая к себе мёртвую собачку. – А более приличной одежды у неё не было?

Дэн не ответил.

– А мне в таком виде через весь Особняк тащиться, в центральный офис! – Она перевела дыхание.

– Я пойду с тобой, – наконец смог заговорить Даниель. – Тебя ж в таком виде…

– Что? – с вызовом бросила Лора. – Да я даже рада буду эти уродские штаны снимать!

– Лора! – произнёс он с болью в голосе. – Это так на тебя не похоже!

Неуверенно, словно на протезах, девушка сделала несколько шагов, глянула на себя в зеркало.

– Да, ты – прав, – пробормотала она. – СОВСЕМ не похоже…

С трудом переставляя ноги, она вышла из квартиры, а Даниель так и остался стоять, не в силах даже нормально вдохнуть.

* * * * *

Рон тоже оставил сообщение – приглашал на завтрак, и Даниель воспользовался этим.

Юноша не хотел признаться сам себе, как страшно ему было оставаться одному в квартире миссис Морт.

В этот раз ему открыл сам хозяин дома.

Дэна снова умилило, в каком же низкорослом теле обитал сейчас Рон.

Он усадил юношу за стол – трапеза была уже в полном разгаре.

Розочка не смотрела на него, близнецы умудрялись есть, болтать и толкаться одновременно, а ``Лисичка``, поймав взгляд Даниеля, показала ему язык.

Дэн обрадовался булочкам с ореховой начинкой, но удивился, когда ему принесли протеиновый коктейль.

– Приказ миссис Морт, – объяснила служанка.

* * * * *

После завтрака, Рон отвёл Дэна в свой кабинет, и юноша подробно рассказал о событиях ночи.

– На счёт матери – не волнуйся, – утешал его Рон. – Я-то знаю, где она. Она – профессионал, не засветится. Я на похороны не пойду. Глупо. Прости, я всегда не ладил с Мэри, а как пойдут дела с ``новоприбывшей`` – не известно. Пока постараюсь свести контакты к минимуму.

* * * * *

Всю половину дня Даниель провёл в семье Фабро.

Терпеливо послушал похвалюшки Софочки, погонял мяч с близнецами, а после обеда – зашёл к Розочке.

Девочка сидела за столом и задумчиво рисовала в блокнотике бесформенные фигурки.

Даниель осторожно сел рядом. – Как ты?

– А тебя в школе дразнили? – поинтересовалась Роза, не поднимая глаз. – Ну, насчёт носа?

– Нет, – растерялся Даниель. – Ну, конечно, дразнили, но из-за носа – никогда. Ты мне скажи – кто, я ему сам нос подправлю!

– Да это – девчонки. – Роза хихикнула. – Я – же в школе для девочек. Папа предлагал мне учиться дома, но ТАК хочется общаться! Надо мной хоть и посмеиваются, но всерьёз не обижают.

– А Энтони? – не удержался Дэн.

– Энтони? – Роза взглянула на него с удивлением. – Что ты! Не понимаю, почему папа так против общения с ним. Он такой ласковый, внимательный. Всегда слушает…

– Он тебя целовал? – с подозрением спросил Даниель.

– Ой, ну, почему вы BCE всегда задаёте этот идиотский вопрос?

Роза швырнула ручку и, выйдя из-за стола, взяла скрипку.

Она исполняла какую-то странную мелодию; льющаяся музыка звучала и печально и оптимистично одновременно.

Дэну не то чтобы нравилось…

«Да,» отметил он, невольно разглядывая её полненькую фигурку. «Толстая она просто. Так не знать – не поймёшь. Вон какие сиськи! Нутелла насколько старше, а у неё… Боже Всевышний! Да как я смею даже думать о таком!»

Его в жар бросило, Дэн перекрестился.

– Ты чего? – удивилась Роза, перестав играть. – Так плохо, да?

– Да нет, чудесно, – пробормотал Даниель. – Просто похороны же сегодня. Я пойду, а?

Девочка пожала плечами и снова коснулась смычком струн.

Дэн вышел, но до самого конца коридора он слышал нежные, чарующие звуки.

* * * * *

До официального начала церемонии оставалось почти два часа, но Даниель переоделся в костюм и, взяв заготовленный букет, направился в сторону местной церкви.

Он пошёл было по подземному туннелю, но, увидев парочки, развлекающиеся по закоулкам, торопливо поднялся наверх через первый же аварийный выход.

Вдохнул полной грудью свежий воздух, невольно вспоминая, как он проделывал тоже самое возле вольера с тиграми.

«Свобода, блин…» Его трясло. «Несчастная Лора… Как она добралась? Да и добралась ли?»

Он старался даже не думать об этом.

Юноша медленно шёл по дорожке сквозь парк.

В этот весенний, такой солнечный день многочисленные работники подметали и чистили дорожки, красили скамейки и мыли статуи, обрабатывали газоны, стригли кусты и обрезали ветки деревьев.

Широкое поле-луг отделял парк возле особняка от лесо-парка вокруг церкви и местного кладбища.

Сейчас по этому полю ехал мини-трактор, которым управлял уже немолодой мужчина, и Даниель с изумлением увидел – позади него стояли две девочки, ухватившись за поручни и… парень с крыльями.

«Энтони… Опять с Розочкой!» Даниель замер, но девочка узнала его, замахала рукой, и старик остановил машину.

– Нас дедушка Линды катает! – радостно крикнула Роза. – Залезай к нам!

Дэн приблизился.

У него челюсти свело от ярости, юноша еле сдержал себя – держась за поручни, стоя позади Розочки, Энтони, вроде как ненавязчиво, но всем телом крепко прижимался к девочке.

Он встретил Даниеля своей ангельски-невинной улыбкой.

– Залезай к нам, братик! – мурлыкнул он.

– Братик? – Линда изумлённо взглянула на Энтони.

– Мама почти два года о нём заботилась, как мама родная, – объяснил тот. – До сих пор очень любит. Я даже ревную.

– Да-да! – Линда тоже сделала приглашающий жест.

– Спасибо, не хочу, – холодно отозвался юноша.

– Пожалуйста! – Её голос прозвучал с мольбой, чуть ли не со слезами.

«Что-то не так,» почувствовал Даниель, молча забираясь наверх.

Придерживая букет, Дэн вцепился в поручень, стараясь не очень прижиматься к Линде, хотя совсем избежать соприкосновения было невозможно.

– Ты что-то хотела сказать? – шепнул юноша, слегка наклоняясь; девочка оказалась гораздо выше Розы.

– Да, – жалобно ответила Линда. – Мою подружку, одноклассницу, изнасиловали в школе. Она даже не знает кто…

Даниель невольно глянул в сторону Розочки.

– Да нет, – объяснила Линда, поняв о чём он подумал. – Роза-то -в спец.школе. Я – в школе для слуг. Там такие отморозки! А, в связи с похоронами, часть охранников отозвали. Ну, вот ей и не повезло.

Даниель зажмурился.

«Если эти подонки девчонок малых не щадят, что ж они могут утворить с Лорой…»

– Я обязательно скажу Хозяйке, – прошептал он Линде. – Она это так не оставит.

Они уже подъехали к церкви, и юноши спрыгнули, а старичок развернул трактор, увозя девочек.

Трактор отъехал достаточно далеко, и Даниель развернулся лицом к Энтони.

– Ты в шортах собираешься идти на Похороны родной матери? – поинтересовался он холодно.

– Думаешь, меня бы не пустили? – Энтони подмигнул. – Энн тоже подумывала одеться с вызовом. Но мы о маме уже успели соскучиться. Не хотим её огорчать.

У Даниеля даже дыхание перехватило.

А юный демон обхватил сам себя крыльями, а когда снова распахнул их – он стоял уже одетый в строгий костюм.

Следующим движением он втянул крылья, принимая облик обычного земного юноши, только калейдоскопические глаза, на мгновение сверкнувшие жёлтым огнём, выдавали его истинную сущность.

– А то потОм журналистов запустят, – объяснил он спокойно. – Конечно, каждый раз подмывает ``засветиться``, но приходится сдерживаться…

– И с Розой приходится сдерживаться? – злобно поинтересовался Дэн.

– Ага-брат-ага! – пропело существо, подмигивая. – Ах, какая она сладкая булочка!

Даниель обоими руками вцепился в букет, сдерживая себя.

– Ты не ревнуешь, – холодно заметил Демон. – А к Лоре?

Даниель рассмеялся ему в лицо.

– Нет! И никогда не буду. Мне очень больно за неё. Если её принудят к сексу – мне будет её безумно жаль. Если она полюбит кого-либо – я буду счастлив! Ревность – бессмысленна. И знаешь… Мне тебя даже жаль.

– Что? – Энтони попятился.

– Да, представь себе! – грустно отозвался Дэн. – Ты – вроде тигров миссис Морт. К своим ласковы, чужих терзают, и не хрена не понимают!

И он, не оглядываясь, направился к церкви.

* * * * *

Пройдя сквозь широко распахнутые двери в зал прощаний, Даниель сразу огляделся.

На первом ряду уже устроилась Энн, в скромном, полностью закрытом чёрном платье, а рядом – Майкл, в элегантном смокинге.

«Ох, подружка подарила,» Дэн хмыкнул про себя. «Впрочем, мне, наверняка костюм тоже по заказу шили – сидит, как влитой, не жмёт, не давит…»

Он прошёл к открытому гробу, поставил букет на место для цветов и подошёл взглянуть напоследок на Мэри Чёрнсын.

Анхелла полностью освежила его воспоминания с Мэри, он помнил теперь буквально каждую секунду, словно это случилось только вчера.

Он долго смотрел на её неподвижное лицо, кукольные губки, даже сейчас так сурово сомкнутые.

«Она так редко улыбалась,» промелькнуло у него в голове. «За что, за что она любит Хозяина? Ну, как понять этих женщин?»

Вздохнув, Даниель сел рядом с другом. – Как вы, что тут делается?

– Я так соскучилась! – Энн вертелась, сжимала руки и передёргивалась. – Меня накачали транквилизаторами! Доктор сказал – лошадь бы свалилась, а меня всё равно трясёт!

– Почему, сестрёнка? – шепнул Энтони, пристраиваясь с другой стороны.

– Это место – для папы, – напомнила она.

– Да ладно тебе! – мурлыкнул её брат. – Придёт – я пересяду. Так в чём дело?

– Появится какая-то посторонняя тётка…

– Да полно! – Энтони рассмеялся. – Считай, что она просто пластическую операцию сделала, да волосы перекрасила!

– А вы уже знаете, как она будет выглядеть? – не выдержал Даниель.

– Ага, – Энн кивнула. – Мама уже давно это тело приглядела. Хочешь взглянуть?

Дэн кивнул. Девушка передала ему фотографию.

– И кто она? – удивился он, глядя на высоченную длинноногую шатенку с небесно-синими глазами. – Мне, почему-то, кажется – я её где-то видел.

– Наверняка по Интернету! – Майкл хихикнул, толкая друга в бок. – На порно-сайтах любят приставлять головы знаменитостей для эффекта.

– Это – Тереза Новакова, – объяснила Энн. – Одна из самых знаменитых фотомоделей Чехии. Её потом спонсор, вроде как, в фирму к себе взял работать, а и полгода не прошло – пинка под ж***. А эта дура, то ли от недалёкого ума, то ли от досады, отравилась. Хотя, мне кажется, она просто припугнуть хотела, да не ожидала, что её бывший любовник номер-то её заблокировал, а 911 набрать уже не смогла.

У Даниеля голова закружилась, и он вернул фотографию.

Постепенно начали собираться и другие.

Даниель заметил – многие женщины искренне плакали, да и некоторые мужчины явно едва сдерживали себя. Один всё-таки разрыдался и, закрыв лицо руками, выбежал из зала.

– Видишь, видишь! – повторяла Энн хлопая длинющими ресницами. – Анхелла – не Глеб! Хотя я его почти и не помню…

– Прекрати истерить! – отозвался Энтони раздражённо. – Дьявол! У меня чуть крылья из-за тебя не открылись! Ну, тебя! Пойду жилет одену. Ненавижу это, но мать подводить я не буду! А ты можешь рыдать – на здоровье! Тем более, когда ``стервятников`` запустят. Помнишь, ЧТО говорить?

– А? – Энн всхлипнула, Майкл обнял её.

– Тупые люди! – злобно бросил Энтони, уходя прочь.

Даниель сидел, словно окаменев.

«Зачем я здесь?» вертелось у него в голове. «Я – совершенно лишний. Мистер Чёрнсын – прав. Поприветствую ``новоприбывшую`` -и домой. Не могу больше. Мне, кажется, Энн тоже с удовольствием ушла бы.»

Народ всё прибывал.

Энн несколько раз звонила.

– Где папа? – скулила она, набирая очередной номер. – Почему он мобильник выключил? И Анхелла тоже… Начальник Охраны? – Она заговорила в телефон. – Где все? Как ты можешь не знать, где твоя жена? Ох, бывшая-не бывшая… Ну, если не тебе, так кому-то она должна отчитываться? Не отвечает его мобильник!

Она выключила телефон и разрыдалась. Тут же подскочил журналист и сделал фото.

Выругавшись, девушка запустила в него мобильником.

– Кто его сюда пустил? – рявкнула она, словно через громкоговоритель. – Охрана!

Репортёра, правда очень вежливо, вывели из зала.

«Бред, бред, бред,» вертелось в голове Даниеля. «Как же я понимаю теперь бедную тётушку Софи!»

Ему казалось – прошла целая вечность, когда в зал быстро вошёл Артур, сопровождаемый Энтони.

«Что-то не так,» догадался Даниель, видя их растерянно-потрясённые лица.

К его изумлению, ``запустили`` журналистов, а судя по реакции Энн, это и для неё явилось неожиданностью.

Чёрнсын обнял дочь, вскочившую ему навстречу. Они оказались примерно одного роста, невольно отметил Дэн.

– Держи себя руках! – он услышал, как Артур шепнул Энн.

Но девушка заголосила, передёргиваясь и цепляясь за отца.

– Где мама? Мама! Мамочка!

– Ты меня сейчас опрокинешь! – Чёрнсын криво ухмыльнулся. – Майкл!

Они вдвоём под руки подвели Энн к гробу.

Энн уткнулась лицом в отца, и он отвёл её на место.

Даниель так и сидел, обмерев.

Церемония пошла своим чередом.

* * * * *

Когда, наконец, всё закончилось, Чёрнсын с детьми перешли в комнату для последнего прощания.

– Майкл, останься! – приказал Артур перед входом. – Дэн, с нами!

Юноши послушались. Чёрнсын, всё так же обнимая дочь, открыл телепортал, а Энтони взял Даниеля за руку. Они все вместе шагнули туда и оказались в больничном коридоре.

– Сядь! – приказал Артур, указывая Даниелю на кресло в стороне, а сам усадил Энн на софу. Энтони остался стоять.

– Почему мама не возвращается? – простонала Энн. – Не может?

– Сейчас Анхелла выясняет… – Чёрнсын не успел закончить – Демон Смерти возникла из Подпространства.

Она что-то сказала на незнакомом Даниелю языке, но он понял, ещё до того, как Энн возмущённо воскликнула:

– Что значит – ``Не хочет``? Она обещала!

– Миллион раз тебе говорили, – Анхелла отозвалась мрачно. – Люди могут не держать слово.

– И я не буду! – завизжала девушка, топая ногами, как раненный слон. Она разорвала на себе платье. – Я желаю голой бегать! Она делает, что хочет – я буду делать, что хочу!

– Ну, без мамочки это же будет проще! – Демон Смерти ухмыльнулась своей, характерной для всех ипостасей, улыбкой.

Зарычав, Энн ринулась в палату.

Даже с того места, где он сидел, Даниель мог видеть сквозь стеклянные двери, как девушка начала трясти ту, что неподвижно лежала на кровати, подключённая к многочисленным приборам и мониторам.

Санитары уже бежали с обоих сторон. Потребовалось несколько человек, чтобы вынести Энн наружу, словно пойманную тигрицу.

Её завалили на пол, связывая и делая уколы.

Вдруг все резко расступились, девушка вскочила, но Анхелла обвела рукой полукруг. Энн зашаталась, a Владелице Снов потребовалось трижды повторить своё магическое движение, прежде, чем оно сработало.

Энн медленно опустилась на колени, поползла на четвереньках…

Санитары уложили её на каталку, пристегнули ремнями.

– Смотри, аккуратней! – угрюмо заметил Артур. Миссис Морт только головой покачала.

Чёрнсын сидел задумчиво, с мрачным видом. Он кинул на Даниеля оценивающий взгляд, и то же самое, хладнокровно-жестокое выражение, что Дэн лицезрел этой ночью, возникло на худощавом лице Сына Дьявола.

Он достал свой мобильник, приказал что-то, и, убрав, поднялся. – А ну, пойдём!

Даниель молча проследовал за ним в палату.

Женщина на кровати, без макияжа и волосами, скрытыми больничной шапочкой, даже не была похожа на ту фотографию.

Она ТАК напомнила Даниелю мать, что он понял, почему Мэри выбрала именно ЭТО тело.

– Зови её! – приказал Чёрнсын.

– Тётушка Мэри, – неуверенно заговорил юноша. «Какой бред!» снова промелькнуло у него в голове. – Пожалуйста, вернитесь!

– Искренне зови! – Артур выругался.

– Тётушка М… – Даниель осёкся. Его прошиб холодный пот.

– Почему она не хочет возвращаться? – Юноша взглянул на Чёрнсына. – Она не хочет возвращаться в эту грязь, в это болото! Я не буду её звать…

– Вот как? – Артур прищурился. Он снова достал мобильник. – План А!

Дэна затрясло – в палату вошли те же трое громил, его ночные визитёры.

«Я труп,» Даниель подумал, даже как-то спокойно, мысленно прощаясь со всеми, кого помнил. «Только бы умереть по-достойнее…»

– Уууу, какой ты умница! – Чёрнсын рассмеялся. Юноша не блокировал мысли, и Артур прочёл их. – Kонечно, я-то с удовольствием посмотрю, как ты сдохнешь у меня на глазах. Да вот беда, с этим медальоном на шее тебе это не удастся!

Дэн не успел опомниться, как двое громил приковали его наручниками к металлическому поручню, выступающему из стены.

«Я выдержу, я выдержу…»

От разряда тейзера у него остановилось и дыхание и сердце, но встречный импульс из жетона снова запустил его.

Даниель понял, что сидит на полу, повиснув на цепях наручников, но не помнил, упал он или сел.

– Ещё, босс? – деловито поинтересовался громила.

– Конечно, – отозвался его напарник. – Вишь, не сдох.

* * * * *

– Так можно сто лет провозиться! – Артур нетерпеливо поглядывал то на юношу, то на неподвижную женщину на кровати. – План Б!

– О нет… – простонал Даниель; в палату вошла Лора, одетая в скромное серенькое платье с чёрной оторочкой.

Не глядя на юношу, молча подошла к громиле с тейзером, и, опустившись на колени, обнажила грудь.

– Босс, – хрипло заговорил громила. – А можно мне НЕ тейзер прижать, а?

– Как, Дэн? – ухмыльнулся Чёрнсын. – Хочешь полюбоваться, как они BCE TPOE её обрабатывают? А уж устанет, тогда мы её и ``подбодрим``. Сама прыгать будет.

– Нет! – Даниель зажмурился до искр в глазах.

Он мотал головой, не в силах издать ни звука, но в душе и кричал и молился, уже потеряв ощущение реальности: «Маська! Маська!!! Маська!!! Вернись, пожалуйста! Tолько ты можешь нас защитить…»

Он подпрыгнул от жуткого то ли крика, то ли стона.

Однажды, там, в племени у индейцев, Дэн видел, как подстрелили росомаху. Вот такой же в точности – хриплый, скрипящий, но пронзительный, леденящий кровь вопль раздался сейчас в палате.

– Лора! – выкрикнул Дэн, открывая глаза, но это НЕ она издала этот звук. Девушка, как и все остальные, смотрела на кровать.

Мониторы испускали уже совсем другие сигналы, женщина передёргивалась всем телом, а медики хлопотали вокруг неё.

– Ублюдок… – выдохнула она, глядя на Даниеля. Тот обмер, но женщина крутанула глазами, как новорожденный, который ещё не умеет концентрировать взгляд на предметах.

Её голова мотнулась из стороны в строну, женщина снова хрипло вздохнула.

– Ой, мой ягнёночек! – в голосе Артура прозвучали слёзы.

Он кинулся к кровати, упав на колени, уткнулся лицом в одеяло.

После паузы, женщина медленно подняла руку и ласково погладила, перебирая его волосы.

– Какой же ты мерзавец, – нежно шепнула она. – Помоги мне сесть.

Изголовье её кровати приподняли, медики подпёрли женщину подушками поудобнее.

– А дети где? – поинтересовалась она.

– Там, снаружи! – Артур целовал её руку, гладил щёку, уже наливающуюся здоровым румянцем. – Позвать?

– Погоди! – Она засмеялась. – Мне с Даниелем надо поговорить.

Чёрнсын поднялся. По его знаку Дэна отстегнули. Потирая запястья, юноша с горечью проследил как Лора, так же молча, не глядя на него, вышла следом за громилами.

Сам он приблизился к кровати и опустился на колени.

Женщина и юноша разглядывали друг-друга.

– Я боялась посмотреть тебе в глаза, – призналась она наконец. Хмыкнула. – Ну, теперь я – новоявленная ``Матушка Тереза``.

Дэн не знал что ответить.

– Что это за девчонка?

Даниель кратко рассказал.

Тереза Новакова поджала губки. – А ты что решил?

– Ваш муж…

– Я не замужем, – напомнила молодая женщина.

Даниель перевёл дыхание. – Не важно. Можно я уеду домой?

Она пожала плечами. – Хозяин – барин. Привет мамаше, как бы она ни называлась.

Дэн поднялся.

– Там, в школе для детей слуг, девочку изнасиловали, – произнёс он с горечью. – Вы же так не оставите, а?

– Да уж, совсем без меня распустились… – Она передёрнулась. – Ну, ладно, удачи тебе. Какой бы ты путь не избрал.

«``Аудиенция закончена``,» с горечью подумал Даниель, выходя из палаты.

Артур, придерживая Энн, сонно переставляющую ноги, зашёл, сопровождаемый Энтони. Все трое даже не взглянули на Дэна. Он тоже не оглянулся.

У дверей в палату он увидел Лору. Девушка стояла одна, явно поджидая его.

– Меня миссис Морт предупредила, – заговорила она. – За человеческое тело надо расплачиваться. Но я пошла на это, чтобы проститься с тобой.

Дэн открыл было рот, но Лора остановила его жестом.

– Я очень тебя любила. Надеюсь, наши души никогда больше не встретятся.

– Пройдёмте! – Какой-то медик взял Даниеля за руку, и юноша не успел даже перевести дыхание, как оказался снова в квартире Анхеллы, в своей спальне, а доставивший его спокойно вернулся через телепортал, захлопнувшийся за ним.

Дэн оглянулся по сторонам.

«Мне какие-то вещи взять или как?» подумал он отрешенно.

Он принял душ и переоделся в спортивный костюм.

Бессвязные, короткие мысли плавали в его голове, просто отражая его действия.

Он вернулся в комнату, взял свой смартфон, долго смотрел на экран.

И вдруг телефон заиграл мелодию. Такую знакомую…

Дэн ответил.

– Мальчик мой, – услышал он голос Рона. – Как ты?

– Я… Не знаю. Мне кажется – я умер. Я к маме хочу.

– Поужинай у нас, а?

– Спасибо… Сейчас приду.

– Открыть тебе портал?

– Нет, спасибо. Я пройтись хочу.

– Ну, ладно, мы ждём.

``Мы ждём.`` Какая сладкая фраза!

Даниель вышел и в коридоре почти столкнулся с Нутеллой.

Она вдруг ударила его кулаком в лицо, да так, что юноша отлетел, врезавшись спиною в стену.

– Убить мою собачку! – рявкнула девушка. – Почему некоторые думают – животные чувствуют боль, не так как люди? Только потому что они не могут сказать об этом? Она маме жизнь спасла, а ты, ты! Ублюдок!

Она убежала к себе в комнату, а Даниель – к себе.

В его сознании мелькали лица; Артур, ``Матушка`` Тереза, Энн и её братик. Даже у Майкла взгляд стал совсем другим.

Теперь ещё и Нутелла. А ведь как замечательно всё началось! Та их поездка в лес… Ему никогда не забыть.

Как и обвисшее крохотное тельце собачки в его руках.

Снова, уже всхлипывая, нажал номер Рона.

Тот ничего не спросил, но в комнате завертелся уже знакомый юноше ``водоворот``, и Дэн кинулся туда, словно в настоящий омут.

Он упал на землю перед так называемым Фабро, уткнулся, рыдая.

– Я не могу, Рон! – прошептал юноша. – Я – тряпка, слабак, ничтожество!

– Дурашка, – прошептал Демон-Забота, помогая ему подняться, делясь Энергетикой. – Ты – замечательный, добрый парень. Мама твоя верит в тебя. Она любит и ждёт. Не стыдись вернуться к ней.

Даниель кивнул.

– Только дай мне не в таком виде ей показаться, – произнёс он, оттирая слёзы, переводя дыхание.

Дэн огляделся; они стояли в палисаднике перед семейным домом Фабро.

Он не успел добавить ни слова – по дорожке бежала Линда.

Она резко остановилась, всхлипывая.

– Синьор Фабро, синьор Фабро, – молила она. – Спрячьте меня!

– Опять? – Рон покачал головой, и объяснил Дэну. – Её мамаша, как напьётся… Частенько, особенно в последнее время. В общем… Говорит ей, Линде, привыкать надо. Большая уже. Её-то сожители уже не раз пытались. Пока что девчонке удавалось сбегать.

– Линда! – Даниель взглянул на Рона, потом снова – на девочку. – Линда, ты мне доверяешь?

Она отрицательно помотала головой.

– Иди с ним! – решительно заявил Рон, запуская телепортал. – Его мама – замечательная женщина, отец – добрый и заботливый. Я никому не скажу, где вы!

Схватившись за руки, девочка с юношей кинулись туда, не оглядываясь.

Брифинг уже заканчивался. Красивая юная женщина уверенно отвечала на опросы, элегантно встряхивая гривой кудрявых тёмно-каштановых волос.

– Мисс Новакова, – задали очередной вопрос. – Ваша фамилия означает ``Новая``, вы считаете- у вас начинается новая жизнь? Не боитесь повтора истории?

– Вы имеете в иду моё увольнение? – уточнила женщина. – Это был хороший урок. Можно сказать, я ``ушла в подполье``…

– Да, ходили даже слухи о вашем самоубийстве!

– Ой, про моделей всегда норовят гадости да глупости писать! – Она эффектно пожала изящными плечами. – Я поняла- молодость, красота- не вечны, они уходят. Я занялась изучением менеджмента, маркетинга. Я уверена, что не смотря на небольшой опыт, я справлюсь с должностью Главного Менеджера Корпорации. У меня остались связи в рекламных компаниях и агентствах. Я знаю их требования. Я постараюсь оправдать возлагаемые на меня надежды.

Её тёмно-синие глаза светились, а аккуратно накрашенные чувственные губы демонстрировали уверенную улыбку женщины-полководца.