Шел 1245 год от великого солнцестояния. Я сидел как обычно в своем кабинете, который располагался на самой высокой башне королевского замка. Кабинет мой представлял собой по сути библиотеку: вдоль стен стояли стеллажи с различными книгами, свитками, пергаментами, отдельный стеллаж был под завязку забит различными механическими устройствами наших предков. Данные предметы я с трудом отыскивал, а иногда спасал от огня Церковных фанатиков, считающих, что прошлый мир был поглощен самим сатаной.

Солнце постепенно заходило за горизонт, последние лучи мирно играли с листвой деревьев королевского сада. Моя свечка постепенно исчезала. Я внимательно переводил одну из найденных книг прошлого, она носила название «Божественная комедия». Язык был труден для перевода, мне понадобилось примерно четыре месяца, чтобы полностью разобрать структуру этого древнего языка. Книга была переведена мной примерно наполовину. Ее содержание увлекало меня, описание кругов ада было великолепным, я не мог поверить, что это создание сатанинского отродья, как утверждает королевский епископат.

Неожиданно в мою дубовую дверь постучали. Хриплым голосом, ибо в горле пересохло, я ответил:

– Войдите.

Дверь открылась, и в кабинет зашел юноша Эсгэр, который был одет в рабочую форму добывальщика, он работал в угольных шахтах подмастерьем, его одежда и лицо были измазаны черным углем. Запыхавшимся голосом он произнес:

– Сэр, мы там нашли, в южной части туннелей, прозрачный гроб, в котором тело девушки в странной одежде.

От услышанного я чуть не упал со стула.

– Вы ее не трогали, не пытались открыть? – быстрым темпом произнёс я, собирая в сумку свои инструменты.

– Нет, сэр, Старшина приказал ничего не трогать и отправил меня к вам, – уже отдышавшись, сказал юноша.

– Правильно сделали, скорей отправляемся, – произнес я, запихивая свой блокнот в сумку, закидывая ее через плечо.

Спустя тридцать минут мы скакали вдоль равнины по дороге, которая вела к северным шахтам нашего королевства. Данные шахты носили название Черная пасть, среди местных – Утроба мглы. Добычу угля здесь начали совсем недавно, по приказу нашего короля, я всегда знал, что рано или поздно его должны были обнаружить.

Прибыли мы на место, когда первые небесные огни зажглись на темном своде, нас встретила взволнованная толпа рабочего народа. Факелы освещали площадь перед входом в туннели, было видно, как днем. Я неспешно последовал за Старшиной, который молча пожал мне руку. Старшина был человеком суровым и безразличным к суеверию народа. В глазах людей я видел страх, некоторые стали креститься, читали молитвы, а кто-то даже уже говорил, что это дитя дьявола. В толпе я увидел пару священников, лицемерных невеж, управляющих народом во благо себе подобных. А люди, как бараны, не понимают, что они нашли сокровище, которое перевернет наш мир. Один лишь безмозглый скот. С такими мыслями я погрузился во тьму пещер.

Мы долго бродили по извилистым темным туннелям, я уже стал думать, что Старшина хочет меня увести в саму темноту. Мое терпение кончалось, но вот я увидел блеск света, который играл на поверхности прозрачного гроба. Мое сердце стало биться еще сильнее, его стук чуть не оглушил меня.

Увиденное представляло собой вытянутый прямоугольник, который в большей степени походил на погребальную усыпальницу. Материал, из которого он был изготовлен, был прозрачный, можно было подумать, что все сделано из стекла.

Я плавно подошел к гробу, сердце бешено стучало у меня в груди. Очень осторожно прикоснулся к нему – он оказался ледяным, несмотря на то, что вокруг него горело несколько факелов. Плавно стряхнув темную пыль от угля, я увидел лицо. Внутри лежала девушка, ее лицо было белым, как снег, аккуратно сложенные волосы – огненно-красными, некоторые пряди лежали у нее на груди.

Я еще раз смахнул черную пыль, неожиданно для меня на поверхности загорелись надписи, появились схемы, внутри зажегся красный свет, прозвучал голос, который что-то сказал на непонятном мне языке. Глаза девушки дернулись. Я быстро убрал руку, и все сразу прекратилось. Старшина даже глазом не повел, ни одна мышца его лица не дернулась, а пару человек, которые стояли за ним, сразу отступили и стали креститься.

Повернувшись к Старшине, я спокойно сказал ему:

– Его надо срочно переправить во дворец, сегодня же, собери крепких и расторопных ребят, и да накройте его полотном, желательно темным. И еще ни в коем случае не трогаете его, это приказ!

Старшина спокойно и размеренно произнес:

– Будет исполнено.

Он спокойно зашагал в темноту.

Я произнес вслед ему:

– И не смейте его разбить, это ценная находка, очень аккуратно, понял!

Старшина также спокойным голосом произнес:

– Все будет сделано.

Весь процесс доставки контролировался лично мной. Я не хотел допустить, чтобы драгоценную находку повредили. Ее привезли на территорию королевского замка только к восходу солнца.

Так как поднять гроб в мой кабинет – задача весьма проблематичная, я, взяв разрешение у короля, разместил свой временный кабинет в темницах церковной инквизиции. Старший епископат был весьма недоволен моими действиями, обвиняя меня в том, что я впущу дитя сатаны в наш мир, и оно разрушит его. Но король был весьма дальновидным человеком и поэтому дал мне полную свободу действий в исследованиях находки, запретив епископату вмешиваться в мои дела. Также издал приказ обеспечивать меня всем, что я запрошу.

Я немедленно приступил к исследованиям. Первым делом я полностью отмыл гроб от черной пыли и грязи. Теперь я мог спокойно рассмотреть находку. Верхняя часть была выполнена из твердого материла, прозрачного как стекло, но по структуре он сильно отличался от него. Размеры находки составляли два с половиной на один ник. Нижняя часть была выполнена из светлого, плотного материла. Девушка располагалась на белоснежной пупырчатой поверхности. Сама девушка была примерно два ника. Она была одета в странную серо-голубую тунику. Ткань была полупрозрачной, что позволяло рассмотреть ее тело. На нем я не обнаружил ни шрамов, ни пятен. Она была чистая и белая, как снег.

Когда я приложил ладонь к стеклу, как и в пещере, появилась надпись, схема, прозвучал голос, замигал свет, девушка дернулась. Я быстро записал увиденное и приступил к расшифровке. Я мало стал спать и есть. Во дворце распускали слухи, что я занимаюсь дьявольскими делами. Но я вообще не обращал внимания на такие мелочи. На расшифровку надписи ушло у меня примерно три месяца. Это было оповещение системы безопасности, которая показывала состояние капсулы и состояние здоровья девушки.

Я приступил к решению следующей задачи: как извлечь Еву, так я назвал девушку из капсулы. Так как я мало знал о системах капсул, мне пришлось запрашивать все возможные книги и находки из ближайших королевств, а также из личного хранилища короля.

Поиски затянулись на пять лет. Я сильно изменился, года стали брать свое, но я не собирался отступать. Я полностью поселился в подвалах замка. Дневной свет мне заменили свечи и лампы.

Во дворце набирал власть и влияние на нового короля священный епископат. Новый король был молод и податлив, им вертела как могла его супруга, внебрачная дочь старшего епископата. Я прекрасно понимал, что мне не найти общего языка с молодым королем, и я решил ускорить свой процесс, пока действует приказ старого короля, который находился в тяжёлом состоянии.

На шестой год мне улыбнулась удача. Я сумел понять, как открыть капсулу, но также я столкнулся с значительной проблемой. Мне необходимо найти подходящую кровь, чтобы, как я понял, ДНК совпадали, чтобы безопасно открыть и пробудить Еву. Также я узнал, что если просто физически открыть капсулу, то произойдёт молекулярная дестабилизация всего организма. Переводя на понятный язык – Ева проснётся, но в ту же секунду она умрет в агонии, просто растаяв на глазах.

Опираясь на королевский приказ, я начал сбор крови. Во дворец хлынули толпы людей различного социального статуса. По всему королевству разошлись слухи о моем исследовании.

Но неожиданно старый король все же покинул нас. Молодой король, подбиваемый священным епископатом, который признал меня виновным в действиях против воли Бога, в заключении союза с дьяволом, также в создании армии на клятве крови, приказал меня арестовать. Я поспешил быстро переехать в соседнее королевство, которое было заинтересовано моими исследованиями, в особенности изучением военной силы и оружия предков. Я понимал, что это развяжет войну, но у меня была единственная цель – освободить Еву. К сожалению, я не успел.

Вечером ко мне ворвались личная стража короля и стража священного епископата. Заломив мне руки, они надели кандалы. Епископ кричал обвинения в связи с сатаной, в гибели мира, в предательстве. Но я не слушал, я понимал, что не успел, и что Ева погибнет.

– Прости Ева, – повторял раз за разом.

Вошел король и приказал открыть капсулу. Я с воплем и слезами закричал:

– Не смейте, ублюдки, ее трогать, не прикасайтесь.

Мне сильно ударили под ребра. Два стражника разбили булавами стекло. Моя душа рыдала от бессилия. Ева резко встала, она была сильно испугана и растеряна. Все резко отошли от нее.

– Где я? Кто вы? Где капитан? – произносила она снова и снова. Понимал ее лишь я, но сказать ничего не мог, в горле все пересохло, глаза застилали слезы, я понимал, что сейчас она умрет.

Все остальные не понимали ее, епископ закричал:

– Дитя тьмы, волей Бога приказываю сгинуть! – облив ее святой водой.

Она не ожидало такого и вскрикнула. А после я услышал душераздирающий крик – я понимал, что начался неизбежный процесс. Она стала задыхаться, хвататься на шею, хватать ртом воздух. Первыми лопнули глаза, кожа упала, оголив мышечные ткани, постепенно она плавилась как масло. Ее внутренности упали на кровавую жидкость. Она сложилась как карточный домик, мышцы разорвались. Многим стражникам стало плохо, короля стошнило. Епископ все орал:

– Дитя дьявола горит от пламени Божьего.

Я все шептал:

– Прости меня, Ева.

Меня увели в темницу. Мой разум полностью застыл. Лишь одна картина стояла у меня перед глазами. На следующее утро меня привязали к столбу, приговорили к смерти. Когда языки пламени стали съедать мою одежду и кожу, я лишь видел лицо Евы:

– Прости…….