Отдых с любовницей может испортить один телефонный звонок. Особенно, если снятый домик находится далеко в лесу и в нем не должно быть связи…
Указатель «Тишина-2» возник из утренней туманной дымки внезапно. Мужчина резко вывернул руль, чтобы не проскочить поворот. Покрышки противно заскрипели, царапая асфальт, дорогая машина сильно вильнула задом, но не подвела и быстро выровнялась. Нога вдавила педаль газа в пол, бешено взревел мотор, и чёрная «Ламборгини» ринулась к своей цели.
– Милый, будь осторожнее, – капризно протянула женщина с пассажирского сидения, поправляя смоляные волосы. – Я совершенно не переношу тряску.
– Не ной, Руби, – мужчина фыркнул и будто нарочно принялся кидать машину из стороны в сторону. – Належаться ещё успеешь!
Руби только поджала губы, но ничего не ответила на эту откровенно похабную фразочку. Подумаешь, Гарольд Додсон, великий директор нефтяной фирмы, решил отдохнуть с любовницей. Да за одну эту поездку она получит столько, что на полгода безбедной жизни хватит! Денег за проданные серьги с бриллиантами оказалось достаточно на операцию для сестры и погашение долгов отца, так что можно и потерпеть этого типа пару дней, чтобы получить ещё больше. Не работа-мечта, конечно, зато прибыльно. И уж точно лучше работы официантки в придорожной забегаловке!
– Приехали!
Машина резко затормозила возле тёмной кромки леса. Руби выглянула в окно и содрогнулась – и вот это считается шикарным местом для отдыха? Крошечный домик на задворках мироздания? Женщина достала телефон и с неудовольствием отметила, что сеть отсутствует. Её вовсе не прельщала перспектива застрять неизвестно где на целую неделю без связи, но, похоже, Гарольд специально выбрал это место, чтобы не отвечать на звонки. Усилием воли Руби подавила накатывающее раздражение и вылезла из машины.
Огромные стволы деревьев возвышались над низким деревянным строением, увитым виноградными лозами. Первые лучи солнца уже коснулись верхушек самых старых сосен, тёмные ветви радостно распушились, создавая вокруг себя золотой ореол на фоне кристально-чистого неба. Однако, стоило опустить взгляд вниз, как прекрасное наваждение утра исчезало: внизу царил неприятный полумрак. Деревья нависали над людьми, будто стремились поглотить их, а между необъятных стволов скользили, извиваясь, белёсые полупрозрачные щупальца.
– Отлично, это именно то, что нужно! – Гарольд довольно прищурился и направился к дому. – Администратор не обманул, они действительно предоставляют уединённые номера для ВИП-клиентов!
– А вдруг здесь водятся дикие звери? – женщина поёжилась. – Разве это не опасно?
– Ну, ты трусиха! – мужчина захохотал. – Не боись, нет здесь никого. Мы только вдвоём на целую неделю, – он открыл дверь и вошёл.
Ещё раз опасливо покосившись на лес, Руби поспешила за ним. Внутри помещение оказалось отделано под охотничий домик: всё из натурального дерева, нарочито-небрежное. Крупная мебель, камин, медвежья шкура и – будто насмешка – огромная кровать в половину комнаты. Единственными напоминаниями современности служили микроволновка в углу и небольшая телефонная трубка на массивной тумбочке, потому что даже светильники оказались декорированы под свечи. Вздохнув, Руби поставила сумочку рядом с телефоном и направилась в ванную. Она старалась не думать о жутком лесе вокруг ненадёжного убежища и надеялась, что расслабляющее джакузи поможет отогнать страх.
Чуда не произошло. Ощущение надвигающейся угрозы засело в мозгу как жало шершня и усиливалось с каждым ударом сердца. Руби не могла бороться с этим, не помогали не ванная, ни чудесный вид на залитую солнцем поляну. Женщина по-прежнему видела только чьи-то жуткие тени за стволами деревьев и щупальца каракатиц, тянущиеся к домику.
Ночь выползла из своей норы бесшумно и неотвратимо. В последний раз мигнул над деревьями робкий солнечный луч, и погас, поглощённый ненасытной чёрной бездной. Лес на несколько минут затих, словно бы обдумывал что-то, а затем его заполнили звуки. Тяжело заскрипели под порывом ветра старые сосны, зашуршали на земле пожухлые иглы. Заскреблась в норе мышь, высунула острую мордочку. Филин сверкнул глазами, камнем рухнул на зверька и, ухватив когтями, и взмыл вверх, радостно ухая. Лес жил своей жизнью, но придвинулись к домику тени, этому миру не принадлежащие.
Руби не спалось. Она бессмысленно таращилась на потолок, стараясь рассмотреть причудливые узоры в древесине. Несколько трещинок сплелись в листочек клевера, а прямо над ним качалась на волнах небольшая рыбка… Мужчина рядом всхрапнул и перевернулся на другой бок. Руби покосилась на него и вздохнула. Мерзкий тип. Получить бы только с него деньги, а потом пусть к жене возвращается, такого добра не жалко, даже любовницей его быть противно.
Телефонный звонок за минуту до полуночи заставил женщину дёрнуться от неожиданности. Мерзкий скрипучий звук как у плеера, в котором сели батарейки, резал слух, и будто бы нарочно снаружи завизжала какая-то ночная птица. У Руби сердце бешено подпрыгнуло и забилось где-то в районе горла. Она не могла заставить себя пошевелиться.
– Я же сказал, чтобы меня никто не беспокоил! – рявкнул полусонный Гарольд и схватил трубку. – Алло?
– Здравствуй, дорогой, – приятный женский голос в трубке говорил тихо, но почему-то слова были слышны по всей комнате. – Я очень рада, что ты наконец-то здесь, наконец-то ты вернулся. Жди, мы скоро встретимся.
– Кто это?! Что за шутки?! – связи не было. В трубке стояла глухая тишина, даже не шли гудки. – Бред!
Бросив трубку, мужчина отобрал у Руби край одеяла и, натянув его на голову, вскоре снова захрапел.
А вот женщина могла думать только о том, как бы сохранить рассудок. Ни о каком сне после такого и речи быть не могло, и она не понимала, как Гарольд мог так спокойно уснуть! Звонок посреди ночи в место, где нет связи, бессмысленные фразы – это по меньшей мере странно, разве нет?! Это…
Звонок. На часах половина второго.
– Что за чёрт?!
– Милый, я, похоже, буду не одна, приготовься, – снова тот же голос.
– Я сейчас позвоню администратору!
В трубке тишина.
Гарольд резко сел и принялся остервенело бить по кнопкам, пытаясь дозвониться до администратора сети таких домиков, которому он отвалил хорошую сумму за то, чтобы тот разбирался с его звонками. В договоре они предельно чётко прописали, что беспокоить клиента можно лишь в раз в сутки, в полдень, для короткого доклада. Вот только для полудня на улице как-то слишком темно!
– Слушаю, – спокойный мужской голос ответил через несколько секунд.
– Кто посмел звонить мне так поздно?! Почему Вы сами не ответили на звонки?! – зло зарычал мужчина, сжимая трубку так, что пластик хрустел под его пальцами.
– Сэр Додсон, – администратор сохранил ровный тон, – на Ваш аппарат не поступало никаких звонков. Любой из них сперва регистрируется в системе и попадает ко мне, и только я могу переадресовать его в определённый домик. За сегодняшний день Вам поступило шесть важных звонков, три из которых касались нового контракта, а один – увольнения одного из сотрудников. Ещё два поступили из городской больницы, я должен был сообщить Вам о них сразу, поскольку ситуация крайне серьёзная, однако наша компания высоко ценит доверие клиентов, поэтому доклад Вы получили бы только завтра.
– И чего же там было такого важного? – бесстрастная речь словно водой окатила разъярённого Гарольда, возвращая ему способность здраво мыслить. – Рассказывайте уже.
– Как скажете. Сегодня около полуночи из больницы позвонили в первый раз, у Вашей жены начались преждевременные роды, и она слишком поздно обратилась за помощью – её не спасли. За жизнь ребёнка врачи боролись почти полтора часа, однако буквально за минуту до Вашего звонка нам сообщили, что девочка тоже не выжила, – в бесстрастный тон администратора прокрались человечные нотки. – Примите мои соболезнования.
– И? – в голос мужчины вернулось раздражение. – Вот уж эту новость могли оставить себе до полудня. Всё, больше меня не беспокойте! Сам позвоню, если понадобитесь! – он сбросил звонок. – Бесполезные идиоты, элементарных условий не могут выполнить! Иди сюда! – прикрикнул он на Руби.
Женщина не двинулась с места. Она не хотела верить в то, что у этого человека вообще нет чувств. Честь, мораль, элементарное сострадание – хоть что-нибудь? Он, конечно, все уши прожужжал про то, как ненавидит жену, но ведь нельзя же прожить с человеком почти полгода и ни капельки не привязаться к нему! Или можно?
– Я тебе сказал, иди сюда! – Гарольд повысил голос. – Оглохла что ли, Руби?
– Тебе что, на самом деле плевать? – чуть слышно прошептала женщина. – Твоя жена рисковала собой, чтобы выносить твоего ребёнка, а теперь её нет. Её нет, ты это понимаешь?
– Не истери, я ещё не глухой маразматик. Ну, нет её, найду другую. Если бы не батя, который грозился лишить меня наследства, я на этой залетевшей замарашке и не женился бы никогда. А она ещё и сына мне родить не смогла.
– Насколько же ты отвратителен! – Руби брезгливо дёрнулась, когда мужчина попытался распустить руки. – Не трогай меня!
Гарольд захохотал, холодно, каркающе.
– Не корчи из себя невинную паиньку, Руби! Ты знала, что я женат, когда начала вертеть передо мной хвостом. Так и чем ты лучше?
– Ничем, – женщина поджала губы. – Я знаю, что я последняя мразь. Пусть я и не знала, что она была беременна, но меня это не оправдывает.
– Твои бестолковые морали испортили мне всё настроение, – мужчина фыркнул. – Отработаешь завтра. И не смей меня будить.
Бросив Руби в лицо телефонную трубку, Гарольд отвернулся. Женщина едва успела закрыться ладонью, чтобы не получить удар по щеке. Подняв пластиковый корпус, она взвесила его в руке – легковат, расколется при первом же ударе. Да и оставаться здесь после такого не получится, а бежать на улицу, в темноту, полную жутких размытых фигур и звуков… Будто в насмешку где-то неподалёку снова завопила птица. Руби вздрогнула. Нет уж, только не сейчас.
Дождавшись, пока Гарольд снова заснёт, женщина попыталась позвонить на последний набранный номер, быть может, администратор расскажет ей, что это за странное место. Но в трубке было тихо. Отчаянная попытка вызвать полицию тоже ни к чему не привела – гудки попросту не проходили.
Глядя на небольшой экран пустым невидящим взглядом, Руби размышляла о том, что ей делать дальше. Перспективы у неё все оказались безрадостными, и страх перед будущим перекрыл все волнения о настоящем. Как ни надрывалась жуткая птица, как ни скреблись возле крыльца мыши и не бились в стекло мотыльки, она не слышала их. Угрожающе царапали стекло ветви деревьев, клубились под окном полупрозрачные тени, холодно светила луна, но она не видела их. Хоть и тянуло из-под двери мерзким холодом, а сквозь щели полз затхлый гнилостный запах, она не замечала их.
Несколько часов подряд Руби просто сидела, глядя в никуда. Луна исчезла и темнота медленно и неохотно сгущалась, готовясь отступить и впустить в мир стылое утро. Самый глухой час – перед рассветом.
Мигнул подсветкой экранчик на телефоне, женщина вздрогнула, словно выдернутая из транса. Сфокусировав взгляд на цифрах, она попыталась найти время. Вот там, в уголке стоят знакомые цифры 18:58. Странно… Не может быть, ведь сейчас должно наступить утро.
18:57.
Что? Что это значит?
18:56.
Неужели… обратный отсчёт?
Подняв взгляд на настенные часы, Руби увидела, как стрелки спокойно движутся вперёд, показывая 5:04. Утро. Самое обычное утро.
Телефон показал 18:55. Мигнул.
«Убирайся!»
Надпись исчезла так же стремительно, как и появилась.
18:54.
Уронив телефон на покрывало, Руби зажала рот руками, чтобы не завизжать. Нет, не стоит. Не стоит будить его, он всё равно не поверит, а единственный шанс удрать растает как туман под солнцем.
Стараясь не шуметь, женщина выбралась из кровати и, кое-как натянув одежду, на цыпочках подошла к двери. Выглянула. Никого.
Лёгкие горели, перед глазами плавали круги, а сердце хотело разорвать грудную клетку и выпрыгнуть. Нужно бежать, но как? Пешком до трассы бежать километров тридцать, по незнакомой дороге, на высоких каблуках. Отбросив эту мысль, Руби осторожно подошла к кровати, медленно открыла верхний ящик тумбочки и потянула к себе ключи от машины. Плевать, что она завалила экзамен по вождению в городе, на пустынной дороге уж как-нибудь справится. Брелок стукнулся о дерево, и на несколько мгновений женщине показалось, что Гарольд сейчас проснётся. Но он продолжил лежать неподвижно, грудь равномерно вздымалась. Стиснув в кулачке ключи, Руби схватила свою сумочку и, сделав глубокий вдох, будто собиралась нырнуть, выскочила за дверь.
Гарольд проснулся далеко за полдень, когда дневной зной просочился сквозь неплотно прикрытую дверь. Разлепив тяжелые веки, мужчина обвёл комнату мутным взглядом и отметил отсутствие Руби. Недовольно ворча, он сел на кровати и потянулся. И куда только могла подеваться эта подстилка, когда она нужна? Хоть бы дверь за собой закрыла, жаром же тянет!
Поднявшись, Гарольд подошел к двери, чтобы закрыть её, и увидел пустую поляну. Его машина пропала! Метнувшись к тумбочке, он рванул ящик на себя и сразу же взревел как раненый бизон: ключей не было! Эта мразь забрала ключи от его машины и свалила! Да её за такое убить мало! Мужчина схватил свой сотовый, но он упрямо показывал отсутствие сети. Несколько минут ему пришлось потратить на поиски телефонной трубки, но одно особо яростное движение, и из складок одеяла выпал пластиковый корпус.
Копки жалобно пищали, проминаясь под жёсткими пальцами, но пункт охраны, где могли отследить местоположение машины, упорно молчал. Плюнув на них, Гарольд набрал номер администратора. Тот принял звонок почти сразу.
– Слушаю, сэр. Что у Вас случилось?
– Девка угнала мою машину, – зло процедил мужчина. – Пришлите кого-нибудь забрать меня отсуда.
– Как скажете, сэр. За Вами приедут к полуночи.
– А раньше никак? Это слишком долго!
– Прошу прощения, сэр, мы вышлем машину прямо сейчас, но Вы сами выбрали самый дальний участок, добраться быстрее просто не получится.
– Ладно, чёрт с вами! Высылайте только уже! Я не хочу торчать здесь один целую неделю! – он сбросил вызов и плюхнулся на кровать.
Без компании в изолированном домике оказалось невыносимо скучно. Гарольд маялся от тоски, разглядывая кружевной бюстгальтер, оказавшийся у него под подушкой. А всё-таки фигурка у Руби что надо. Его даже посетила мысль великодушно пощадить красотку. После того, как она сполна отработает за свои проступки, разумеется.
К ночи терпение мужчины иссякло окончательно. Он никак не мог найти себе занятие, а стрелки часов ползли издевательски-медленно. От безысходности Гарольд даже пытался снова дозвониться до администратора, но вызов почему-то не проходил. Было невыносимо скучно.
Лес затих. Чёрные сосны встали прямо, ветер не трогал тяжёлые ветви, подвижные пряди тумана присмирели, робко прижались к земле. Попрятались звери, упорхнули птицы. Природа замерла, ожидая чего-то.
Услышав долгожданный звонок, Гарольд радостно схватил трубку. Наконец-то его заберут отсюда!
– Здравствуй, мой бывший и будущий муж, – приятный женский голос звучал холодно и отстранённо. Мужчину пробрал озноб: он узнал его обладательницу. – Совсем скоро мы будем вместе. Я приду к тебе и дам то, чего ты заслуживаешь. Смерть.
Мороз юркой змеёй скользнул по полу, цепко ухватил свою добычу. Липкий страх пробежал по спине и растёкся дальше, делая ноги слабыми, лишая способности думать. Этого не может быть, ему же сообщили… Трубка прыгала в дрожащих пальцах, экранчик вспыхивал каждую секунду, мерно отсчитывая остаток жизни.
59… 58…57…
Рёв мотора ворвался в глухую тишину, как пуля в голову, раскалывая её напополам. Гарольд бросился вон из этого жуткого дома.
30… 29… 28…
Скорее, скорее! Туда, к людям! Мужчина бежал, спотыкаясь, путаясь в островках травы, скользя по невидимым камешками.
10… 9… 8…
Фары! Он уже видит впереди свет фар! Вот они, совсем близко!
3… 2… 1…
Холодные губы коснулись его уха, и тихий голос прошептал:
– Здравствуй.