2017 год, август

Плотный и душный поток разогретых на солнце автомобилей вот уже около получаса стоял без малейшего намека на движение. Жаркое марево, медленно поднимающееся вверх от потрескавшегося асфальта, лениво обволакивало неподвижную очередь измученных горожан, отчаянно стремящихся в этот пятничный вечер вырваться из окутанной смогом столицы. Алена отвела взгляд от запылившейся зелени придорожных кустов. Даже работающий в папином «Мицубиси» кондиционер не до конца спасал от плюс тридцать восемь за бортом.

– И все-таки я предпочла бы не переносить гараж, – настаивала мать. –  Чем тебе не угодила эта канава? Она совершенно не мешает…

Диалог родителей мало интересовал двенадцатилетнюю девочку. Алена откинула со лба порядком отросшую за каникулы светлую челку и, не желая возвращаться к созерцанию обочины и курящего сигарету за сигаретой водителя проржавевшей «пятерки», отодвинулась к противоположному окну. Поток слева был не менее плотным. Внимание девочки почти сразу привлекла красивая темноволосая женщина, сидящая на заднем сиденье блестящей черной иномарки. Несмотря на жару, пассажирка почти полностью опустила стекло, и Алене с легкостью удалось ее рассмотреть. Она сидела в кожаном кресле, устало откинувшись на мягкую спинку. Правой рукой незнакомка касалась изящного кулона, украшавшего ее шею. Алена не знала почему, но это движение – медленное перебирание пальцами небольшой, изредка поблескивающей в лучах солнца вещицы – будто загипнотизировало ее. Девочка почти физически ощутила невозможность отвести взгляд. И в этот момент все изменилось. Отсутствующее выражение на лице женщины сменилось тревогой. Незнакомка напряженно выпрямилась, будто ощутив какую-то незримую опасность. Ее взгляд стал невероятно пристальным, но при этом она не смотрела на что-то конкретное, а скорее сквозь все, что ее окружало. С каждой секундой напряжение женщины все усиливалось. И вдруг она поймала завороженный взгляд девочки, в одно мгновение вернувший ее из мира никому непонятных переживаний в эту самую пробку. На ее лице отразилось нечто сродни сомнению, смешанному с недоверием и даже удивлением. Но Алена не отвела глаз. Тяжелый вдох, чуть приподнявший хрупкие плечи женщины, в одно мгновение стер с ее лица последние следы тревоги. Она улыбнулась девочке и приложила палец к губам, символизируя молчание. То, что происходило дальше, больше походило на сон. Кулон с шеи незнакомки, влекомый неведомой силой, поднялся в воздух и, не встретив на своем пути никаких препятствий, покинул черную иномарку. Заднее стекло «Мицубиси» само по себе поползло вниз, и украшение оказалось будто подвешенным на невидимых нитях прямо перед глазами девочки.

«Возьми его. И прости, что я вынуждена возложить на тебя эту ответственность. У меня просто нет выбора. Но я благодарна судьбе за то, что она дала мне хотя бы эту возможность». – Эти слова прозвучали даже не над ухом, а прямо в голове Алены. Их будто шептал тихий проникновенный голос той самой женщины, хотя ее губы оставались совершенно неподвижны. Девочка раскрыла ладонь и почувствовала, как холодный металл коснулся ее кожи.

А еще, Алена навсегда запомнила последний взгляд незнакомки – смесь скорби, смирения и надежды. В следующее мгновение воздух вокруг черной иномарки будто уплотнился. Как в замедленной съемке, автомобиль, подчиняясь незримым силам,  чуть приподнялся над землей, плавно выдвинулся в левую полосу встречного движения и замер. Алена не поняла, почему закрылись ее глаза. Мгновение, и оглушительный грохот сотряс воздух.

2023 год, май

Алена с некоторым усилием стянула с ленты транспортера долгожданный чемодан и огляделась по сторонам в поисках выхода. Монотонный гул, в который сливались разговоры сотен пассажиров, духота и толкотня в зале прилета аэропорта «Домодедово» спустя полчаса довели девушку до тупой головной боли. Она поморщилась от очередного невежливого толчка в бок и решительным движением влилась в шумный поток пассажиров, покидающих здание аэровокзала. Оказавшись на улице, девушка с шумом втянула носом «свежий» столичный воздух.

– Алена! Алена! – расслышав свое имя, она растерянно огляделась по сторонам и, заметив в толпе суетящихся людей знакомое лицо, радостно замахала в ответ.

– Дедушка!

– Здравствуй, дорогая! – крепко обнял ее Илья Васильевич и, на мгновение отстранившись, добавил: – Как же мы по тебе соскучились!

– Бабушка тоже приехала? – Алена заглянула ему через плечо.

– Нет, милая. Эта майская жара, совершенно не располагает к длительным поездкам по городу, я приехал один. А теперь, давай поспешим, я машину не очень удачно поставил…

– Может и неудачно, зато близко! – Алена наградила недовольного водителя такси, которому явно помешал дедушкин «Ford», извиняющейся улыбкой и плюхнулась на переднее сиденье.

Недолго потолкавшись в очереди из автомобилей, они наконец-то выехали с парковки и устремились к Москве.

– Как ты долетела? – вежливо осведомился дед. – Так непривычно, что ты путешествуешь одна…

– Дед, мне восемнадцать! Я и машину могу водить!

– Что и права уже получила? – настороженно осведомился Илья Васильевич.

– Получу, сразу как вернусь в Чикаго.

После этих слов взгляд Ильи Васильевича потух.

– Дед, ну я же на все лето приехала! Чего ты расстраиваешься? – тут же отреагировала Алена.

– По привычке уже, – отмахнулся пожилой мужчина.

– И потом, вы же прилетите к нам на рождество? Может, даже не на две недели, как обычно, а на месяц? Ну пожалуйста!..

Ее собеседник слегка повеселел.

– У нас с Машей это уже стало доброй традицией. Главное, чтоб здоровье позволяло… В общем, ближе к делу разберемся! Лучше расскажи, как твои успехи с поступлением? Мама по Skype молчала как партизан!

– Я сама хотела все рассказать… – Алена чуть помедлила. – Я… получила гранд на обучение в Бостонском университете. И успешно зачислена в Колледж здравоохранения.

– О! Это отличная новость… – сдержано кивнул Илья Васильевич. – Хотя, честно говоря,  я не терял надежды, что ты выберешь столичный ВУЗ… Ну или как минимум какой-то колледж в Чикаго – поближе к родителям.

– Дед… – со вздохом протянула Алена. – Ну где я и где Москва? Я уже пару лет назад решила, что буду поступать именно в Бостоне, и папа с мамой одобрили мой выбор. К тому же, я привыкла к Штатам. Мне там хорошо…

– И друзей у тебя там много?

– Ну де-ед… – девушка бросила на собеседника укоризненный взгляд.

– Сколько тебя помню, ты всегда была одна… – вздохнул Илья Васильевич. – Ни друзей, ни подруг… сама по себе… Хотя нет, неправду сказал… Был у тебя незадолго до отъезда из Москвы товарищ… как его звали, подзабыл… Сосед наш с пятого этажа…

– Я что-то не припомню, – с деланным равнодушием отозвалась девушка и уверенно добавила: – Это даже хорошо, что у меня нет привязанностей! В сентябре я спокойно переберусь в новый город, и никаких тебе лишних слез…

– Ты прям лягушка-путешественница… – покачал головой Илья Васильевич.

– Я не хочу, чтобы ты за меня беспокоился… Я знаю, что делаю, – нахмурилась Алена.

– В этом я не сомневаюсь, – совершенно серьезно ответил дед.

По дороге домой Илья Васильевич увлекся рассказом о событиях из жизни ближайших родственников. Алена слушала его вполуха, изредка кивая и коротко отвечая на вопросы. Не то чтобы ей было неинтересно, просто все ее внимание сейчас было приковано к проносящейся за окном пропитанной полуденным зноем Москве. Она не была здесь уже несколько лет. Если быть точной, то ни разу не приезжала с тех пор как вместе с родителями эмигрировала в США. Тогда ей было четырнадцать.

Миновав терминалы платного въезда в центр города, они проехали по Садовому кольцу, свернули в районе Таганской площади в сторону набережной Яузы и уже через несколько минут были на месте. Тенистый двор высотки на Котельнической, где семья Алены жила еще со времен ее прадедушки Василия Степановича Седого, встретил гостью нехарактерной для центра столицы тишиной. Алена опустила стекло. От только что политого водой асфальта пахло как после дождя…. Дедушка заехал в подземный гараж и припарковал машину.

– Ну что ж, – улыбнулся он. – Вот мы и дома!

Алена кивнула. Ее сердце учащенно забилось еще на подъезде к знакомому району. Город очень сильно изменился за минувшие годы, но запечатленные в камне очертания высотного дома, контуры его взлетающих в небо башен и высоких арок все еще хранили память прошлого.

Полная консьержка приветливо улыбнулась при виде нагруженного чемоданами Ильи Васильевича.

– Добрый день! Помощь нужна?

– Нет, что вы, Анастасия Федоровна, все в порядке! – отозвался дедушка, остановившись напротив окошка, из которого выглядывало любопытное лицо. – Вот, познакомьтесь, это моя внучка, Алена! Приехала к нам с Марией Леонидовной на каникулы.

– Очень приятно! – еще шире улыбнулась консьержка, с интересом разглядывая юную девушку.

– Пойдем, Алена! – пожилой мужчина явно не желал раскрывать консьержке детали визита внучки.

– Дед, я просто в прошлый век попала! – прошептала по дороге к лифту Алена. – Вы друг друга по имени отчеству называете…

– Ну, я не согласен считать вежливость пережитком прошлого! – притворно возмутился Илья Васильевич.

– Лифт все тот же… – с улыбкой заметила девушка. – И так же нервно вздрагивает при подъезде к нашему этажу… И плитка… – добавила она, ступив на лестничную площадку… – Все как я помню…

– Да уж, дорогая! Капитального ремонта мы пока не дождались. В прошлом году черновую лестницу немного в порядок привели…

– А вот и вы! – Мария Леонидовна распахнула дверь прежде, чем вновь прибывшие успели коснуться звонка.

– Привет! – Алена покидала сумки прямо на пол и бросилась обнимать бабушку.

– Ах, Аленушка! Ну наконец-то! У меня уже и обед готов! И пирог яблочный, твой любимый! Проходи скорее! Я уж заждалась! И еще эта жара!..

С приходом Алены Мария Леонидовна превратилась в нескончаемый поток слов и эмоций.

Обед тоже прошел очень оживленно. Бабушка болтала без умолку, а внучка с дедом время от времени обменивались снисходительными взглядами: мол да, такая вот она, наша бабуля. Алена была искренне рада снова оказаться в доме, где прошла внушительная часть ее детства. Одно за другим в ее сознании всплывали воспоминания о том времени, когда она ходила в среднюю школу, вечерами прогуливалась с дедушкой по Китай-Городу и набережной Яузы, а перед сном читала с кем-то из родителей сказки Рональда Даля, Астрид Линдгрен и верила в чудеса… Неожиданно для самой себя Алена почувствовала нарастающее беспокойство. Как будто она должна была сделать нечто важное, но забыла.

– Что случилось? – изменившееся выражение лица внучки не ускользнуло от пристального взгляда деда.

– Не знаю… – Алена тряхнула головой. – Я же маме с папой позвонила, да?..

– Позвонила, – утвердительно кивнул дед. – Еще в дороге позвонила.

– Наверное я просто устала с дороги…

– Конечно ты устала! – прервала свое очередное воодушевленное повествование бабушка и обеспокоенно покачала головой. – Тебе стоит прилечь! Кровать я уже заправила!

– Да, пожалуй ты права, я пойду… Может вещи разберу.

Дедушка помог Алене закатить в комнату увесистый чемодан и перед уходом покровительственно чмокнул ее в макушку:

– Отдыхай!

Оставшись одна в своей комнате, Алена не стала плотно закрывать за собой дверь, чтобы еще больше не беспокоить предков. Она всегда с большим вниманием относилась к их чувствам и переживаниям, и они неизменно отвечали ей взаимностью. Девушка скользнула взглядом по до боли знакомой обстановке: дедушка и бабушка ничего не поменяли в ее спальне – обои, занавески, ее письменный стол… все стояло на своих местах… Но странное, на первый взгляд беспочвенное беспокойство, поселившееся внутри, не позволяло ей предаться ностальгии.

– Что же это со мной? – прошептала себе под нос Алена.

Она медленно обошла комнату и вдруг почувствовала себя как водящий в игре в прятки. Сомнений не осталось: она должна что-то найти, хотя и не помнит, что именно потеряла. Дальнейшие ее действия целиком и полностью подчинились этому интуитивному желанию. Алена осмотрела ящики стола, пустой шкаф, коробочки с какими-то мелкими игрушками и бусинками, книжный шкаф…

– Где же это? Ну где же? – тихо повторяла она, разумом совершенно не понимая, что именно ищет.

И вдруг ее взгляд упал на старую коллекционную куклу – подарок прабабушки. Алена припомнила, что эта кукла – Марианна, передавалась в ее семье из поколения в поколение еще с дореволюционных времен. Ее даже на реставрацию отдавали, прежде чем Аленке подарить. Марианна с невозмутимым видом царственно восседала на потертом кожаном кресле.

– Привет! – Алена, улыбнувшись, присела рядом и взяла куклу на руки.

И тут ее сердцебиение резко участилось, и глухие удары сердца начали отдаваться в висках.

Алена повернула куклу к себе спиной, расстегнула резные деревянные пуговки и осторожно просунула пальцы под кружевную ткань, ощутив, как их кончики коснулись чего-то холодного и гладкого. Усмиряя легкую дрожь в руках, она осторожно извлекла находку на свет и с удивлением уставилась на поблескивающий на ладони кулон с цепочкой. Она судорожно пыталась понять, как кулон мог оказаться на кукле. Откуда он вообще взялся? У Марианны было много одежды, и в детстве Алена часто переодевала любимую игрушку, но ничего подобного не находила. Может это подарок бабушки? Сюрприз? Девушка уже хотела было вернуться на кухню, чтобы задать этот вопрос Марии Леонидовне, но что-то ее остановило.

– Все в порядке?

Алена слегка вздрогнула, услышав голос деда, осторожно заглянувшего в ее комнату, и мгновенно сжала ладонь.

– Я… я нашла Марианну… – как-то невпопад ответила она.

– Ах, да, старушка Марианна! Дождалась тебя наконец-то!

– Знаешь, дед, я пойду прогуляюсь, хорошо? Здесь все так сильно изменилось… Мне не терпится посмотреть.

– Хочешь пойти одна? – засомневался дед.

– Прямо сейчас?! – рядом с ним, как по волшебству, возникла бабушка.

– Я буду на связи! – Алена демонстративно положила мобильный телефон в карман легкой ветровки и, осторожно усадив на место Марианну, поднялась с дивана. – Просто пройдусь по набережной, может съем мороженое…

Мария Леонидовна явно сомневалась в необходимости подобной прогулки, но все же согласно кивнула:

– Хорошо. Только не забудь ключи.

– Ключи? Серьезно? – Алена не смогла скрыть удивления. – Я думала у вас электронные замки, открывающиеся браслетом…

Следом за бабушкой и дедом она вышла в коридор.

– Ах, дорогая! – бабушка положила позвякивающую связку ключей внучке в карман и провела рукой по ее распущенным волосам. – Все эти технологические новинки совсем мне не по душе. Я едва смирилась с отсутствием бумажных денег, паспортов и привыкла к унифицированным карточкам, как и их не стало! Теперь все мои документы и все мои сбережения заключены в этом браслете! – она повертела рукой, демонстрируя черные наручные часы с прямоугольным экранчиком. – В конце концов, я хоть что-то должна класть в свою дамскую сумочку кроме носовых платков!

Алена окинула взглядом внушительную коллекцию бабушкиных сумочек, выглядывающую из стенного шкафа, и согласно кивнула.

– И то верно! Ок! Я скоро вернусь!

Даже не подумав воспользоваться лифтом, она легко преодолела несколько длинных лестничных пролетов и оказалась на улице. В руке она по-прежнему крепко сжимала кулон. Сердце все также бешено колотилось в груди. Мысли путались. Она сама не поняла, как ей удалось совладать с этим взбудораженным состоянием, чтобы, не вызывая ненужных подозрений у предков, уйти из дома.

– Ждешь кого-то? – высунулась из подъезда консьержка.

Алена обернулась на голос. Любопытство этой женщины ее раздражало.

– Нет, – выдавив из себя предельно короткий ответ, сдобренный натянутой улыбкой, Алена развернулась и пошла прочь, совершенно не желая продолжать вежливую светскую беседу, как это делал ее дед.

Тем временем, зажатый в кулаке кулон стал теплым и почти невесомым. Алена огляделась по сторонам и осторожно разжала ладонь. Даже в сгущающихся сумерках украшение соблазнительно поблескивало и прямо-таки завораживало девушку. «Откуда же ты взялся?» – мысленно спросила Алена.

«Ты знаешь откуда», – прозвучал ответ.

Девушка вздрогнула и огляделась по сторонам, в поисках говорящего, но рядом никого не было.

«Пришло время вспомнить», – слова звучали прямо у нее в голове.

И тут Алена испытала неподдельный страх. В одно мгновение все вернулось. Растерянность, сомнения, одиночество… Воспоминания нескончаемым потоком ворвались в ее сознание, заставляя все ее существо сжиматься от переживаний, которые казались навсегда похороненными в глубинах детской памяти. Непонимание и недоверие родителей, осуждение педагогов, глубокомысленные заключения психологов… Какой же это был ужас, когда никто не верил в ее рассказ о кулоне и незнакомке в черной машине, когда родители и доктора наперебой пытались убедить ее, что те события – это лишь плод ее воображения, уловка, к которой прибег разум, чтобы справиться с шоком от увиденного… И она позволила себя убедить… Вот только теперь воспоминания вернулись, и вернулась уверенность, что все произошло на самом деле!

Алена надела кулон на шею, спрятав его под футболкой. Желая хоть как-то успокоиться и совладать со своими пребывающими в полном беспорядке мыслями и чувствами, она поднялась по широкой каменной лестнице на спортивную площадку, расположенную над подземным гаражом, и поискала взглядом, где бы присесть. Но вдруг ее внимание привлек одинокий мужской силуэт на скамейке. Алена вновь не могла объяснить неожиданно возникшего у нее даже не интереса, а просто настоящей необходимости подойти и заговорить с этим человеком.

– Что я делаю?! – пробурчала она себе под нос. – Какое мне дело до этого…

Но тут незнакомец поднял взгляд, и девушка замерла в нерешительности. Черты молодого человека были ей смутно знакомы.

– Я могу вам чем-то помочь? – очень вежливо осведомился он.

– Я… – Алена замешкалась. – Я не уверена…

Повисла пауза.

– О’кей, – молодой человек пожал плечами и вновь уткнулся в планшет.

Алена помедлила еще мгновенье, не до конца уверенная в своей догадке:

– Миша?

Невольный собеседник оторвался от своего занятия: в его взгляде читалось удивление:

– Да… Мы знакомы?

– Шутишь что ли?! Мишка! – Алена аж подпрыгнула на месте. – Конечно, знакомы! Я Алена! Алена Седова! Мы же… – она запнулась и уже менее эмоционально договорила. – Мы же друзьями были… Когда я в школе училась…

– Алена! Конечно! – по лицу Миши расползлась широкая улыбка. – Тебя просто не узнать!

Он быстрым движением поднялся со скамейки, сделал шаг навстречу, но замер на месте, заметив, как расширились от удивления глаза девушки.

– Ты… Ты, что… можешь ходить?!.. – Алена не находила слов. – Но как…

2017 год, октябрь

Холодный и пасмурный октябрьский день. Алена возвращалась из школы раньше обычного. На пятом уроке у нее сильно разболелась голова, и преподаватель математики великодушно отпустил ее домой. Еще на подходе к дому девочка услышала громкие голоса:

– Чего ты тут раскорячился со своим креслом? Нормальным людям пройти мешаешь!

– Где ты тут знак видел – «парковка для инвалидов»? Посторонись!

Алена остановилась, в некотором недоумении наблюдая за разыгравшейся перед ее подъездом сценой. Двое мальчишек – один худощавый и в бейсболке, а другой пухлый с рыжими кудрявыми волосами были настроены совсем не дружелюбно.

– Проваливай отсюда! – не унимались они.

Сидящий перед ними мальчик в инвалидном кресле гордо вздернул подбородок и холодно ответил:

– Похоже, это не у меня проблемы с мобильностью, раз тебе места не хватает, чтобы пройти.

– Чего ты сказал?!.. – еще больше взъерепенился худощавый мальчишка.

– Эй, Семенов, оставь его в покое, – не особо раздумывая, вмешалась в разговор Алена.

Мальчик в бейсболке бросил короткий взгляд за заступницу:

– Класс! Это не дом, а больница какая-то! – заржал он. – Вот и припадочная подтянулась!

– Именно! Поэтому идите отсюда, пока другие больные вроде нас не подоспели и не начистили вам обоим… – ничуть не растерялась девочка и решительно шагнула вперед.

– Да забей на них, Тоха! Пойдем… – с опаской покосился на заступницу пухлый мальчик.

Алена смотрела на обидчиков в упор, не произнося ни слова, и ее молчание по каким-то неведомым причинам смутило ребят больше, чем если бы она продолжила говорить.

– Да и черт с вами! – выругался Семенов и, потянув за собой приятеля, пошел прочь. – Руки еще о вас пачкать!.. – бросил он напоследок.

Алена только покачала головой, глядя им вслед.

– Спасибо, – мальчик в инвалидном кресле благодарно кивнул. – Меня, кстати, Миша Ларионов зовут.

– Алена.

– Вообще, я бы и сам с ними справился, – заметил новый знакомый.

– Справился бы, – без малейшего намека на издевку согласилась девочка. – Я просто не удержалась: так хотелось поставить на место этого нахала.

– А! Вот оно в чем дело! – улыбнулся Миша.

– А ты думал я Суперменом тут промышляю? Спасаю тех, кто попал в беду?

– Вроде того!

– Ладно, я пойду, – девочка поправила на плече рюкзак с учебниками: – Пока!

– Пока…

Алена подошла к двери подъезда и уже собралась было набрать код домофона, как что-то ее остановило. Она слегка нахмурилась и обернулась:

– Я тебя здесь раньше не видела, – обратилась она к Мише. – Ты в гости к кому-то приехал?

Мальчик, казалось, очень обрадовался продолжению диалога. Управляя коляской с помощью джойстика на подлокотнике, он подъехал к стоящей у дверей Алене.

– Я теперь буду здесь жить, у своего дедушки в квартире на пятом этаже.

– Ты внук Павла Михайловича?

– Да. Ты знаешь моего деда?

– Конечно! Я тоже на пятом этаже живу!

– Значит мы соседи! – обрадовался Миша.

– Так ты тут дедушку ждешь? – уточнила Алена.

– Да, он опаздывает, задержался на какой-то лекции в универе, а мне ключи еще сделать не успел.

Алена знала, что Павел Михайлович уже много лет преподавал в МГУ вместе с ее дедушкой, но вот про внука его она никогда не слышала.

– Слушай, чего ты будешь на улице ждать? – неожиданно для самой себя выпалила девочка. – Пойдем к нам обедать! Бабушка очень любит гостей! Тем более ты внук Павла Михайловича, а она его хорошо знает.

– Это как-то неловко… Без приглашения… – засомневался Миша.

– Эй! Я только что тебя пригласила, – улыбнулась Алена. – Или тебя в письменной форме пригласить? – Она демонстративно полезла в рюкзак за ручкой.

– Нет! Конечно, нет… – жестом остановил ее мальчик. – Я с удовольствием познакомлюсь с твоей бабушкой.

Вместе они вошли в подъезд, и Алена с интересом оглядела установленную рядом с лестницей конструкцию – мобильную платформу, позволяющую поднять инвалидную коляску на один лестничный проем, отделявший их сейчас от дверей лифта.

– С утра здесь этого не было… – заметила девочка.

– Мастера только час назад закончили установку, – пояснил Миша, ловко закатываясь на мобильную площадку, которая с нажатием кнопки плавно поползла вверх.

– Специально для тебя сделали?

– Да, – смущенно отозвался мальчик, подъезжая к лифту.

Бабушка и в самом деле очень обрадовалась расширенному составу детей, прибывших к обеду. В отличие от Алены, она знала и про Мишу, и про его переезд. Бабушка вообще все знала и всегда была в курсе дела.

2023 год, май

– Как тебе удалось поправиться? – Алена подошла ближе, снизу вверх глядя на вытянувшегося перед ней в полный рост высокого, хорошо сложенного молодого человека, которого она запомнила угловатым, немного ссутуленным, прикованным к инвалидному креслу мальчиком.

– Наука не стоит на месте! – Миша был явно доволен произведенным впечатлением.

– Просто невероятно! Я помню, ты говорил, что медицина бессильная тебе помочь… Хотя, это уже не важно! Важно, что теперь ты можешь ходить! Я так за тебя рада!

С момента нежданной встречи все Аленины тревоги и полные горечи воспоминания отошли на второй план, уступив место самым теплым и радостным чувствам.

– Я уже попривык, если честно. Больше года прошло после заключительной операции…

Но Алена не дала ему договорить. Чувство радости переполняло ее изнутри, накрывало с головой и искало выхода. И поэтому она не смогла просто стоять рядом и слушать Мишин рассказ. Повинуясь необъяснимому внутреннему импульсу, она одним движением преодолела разделявшее их небольшое расстояние и крепко обняла старого друга.

– Я так счастлива тебя видеть! – проговорила она,  уткнувшись в его плечо, и ощутила, как к горлу подступает ком, а на глаза наворачиваются слезы. Девушка искренне не понимала, откуда в ней все эти эмоции, но точно знала, что эти переживания взаимны, и что Миша тоже не просто из вежливости обнимает ее в ответ.

«Как вообще мы могли расстаться? – крутился у нее в голове один и тот же вопрос. – Как я могла уехать и все это время жить без него?»

Вопрос был очень интересным. В 2017-ом, после злополучной аварии с черной иномаркой, родители и бабушка с дедушкой стали ей совсем как чужие.  Они не верили ее рассказам, желая вернуть ее к реальности; не понимали ее чувств, рассчитывая избавиться от них как от симптомов посттравматического стресса; они действовали из лучших побуждений, но в результате Алена чувствовала себя все более одинокой и какой-то неправильной, ненормальной. Миша стал единственным, кому она смогла довериться и с кем делилась своими переживаниями. Так уж случилось, что они оба оказались аутсайдерами: сверстники их отвергали, а у старшего поколения они вызывали жалость и снисхождение. Но в этой невольной изоляции, как ни странно, была и их сила: вдвоем против целого мира – вот как они тогда себя чувствовали. Вдвоем против всех.  Больше года Алену с Мишей связывала самая искренняя и преданная дружба, которая только возможна, и девочка сильно переживала, когда родители сообщили ей о скором отъезде в США. Расставание со столь близким другом грозило стать для нее новой трагедией. Но, как ни странно, после переезда Алена довольно быстро со всем этим справилась. Как будто сработал защитный механизм, и все воспоминания о событиях полуторогодовалой давности, кулоне и лучшем друге просто растворились в глубинах памяти. Но теперь все вернулось! И как будто не было этих тысяч километров и долгих пяти лет, державших их вдали друг от друга.

Алена ослабила хватку и сделала шаг назад, продолжая внимательно всматриваться в улыбающееся Мишино лицо. Внешне ее друг сильно изменился: атлетическое телосложение вместо угловатой ссутулившейся фигуры, аккуратная стрижка взамен вечно отросшей челки, спадающей на лоб, стильный look – брюки, белоснежная, расстегнутая на пару пуговиц рубашка, дополненная жилетом от костюма… Он показался Алене значительно старше своих двадцати лет… Только вот  взгляд его темно-серых глаз остался прежним – умным, добрым, открытым… и немного грустным. Алена замечала эту грусть и раньше, только вот в детстве она думала, что это связано с его травмой и невозможностью ходить… А теперь?..

– Слушай, я еще не обедал! – прервал чуть затянувшуюся паузу Миша. – Может, пойдем перекусим куда-нибудь!

Несмотря на плотный бабушкин обед, Алена с энтузиазмом закивала:

– Да! Пойдем! Только я уже сто лет тут не была… Не знаю куда бы нам пойти…

– Я тоже редко приезжаю, – пожал плечами Миша.  – Но если пойдем вверх по Солянке, то наверняка найдем какое-нибудь кафе!

Они медленным шагом покинули двор. Поначалу оба молчали, как будто бурные приветственные объятия сказали намного больше, чем было возможно сказать за несколько минут после долгой разлуки. Тишину нарушила Алена:

– Значит, ты тоже здесь больше не живешь?

– Я переехал в Дубну через два года после того, как ты улетела в Штаты. Сдал экстерном всю школьную программу, чуть больше чем за год окончил МГУ и уехал…

– За год?! Вот это да… А дедушка?

– Дедушка и сейчас здесь живет. Я его навещаю время от времени.

– А в Дубне что делаешь?

– Работаю, – улыбнулся шквалу ее вопросов собеседник. – Вообще это долгая история про  биофизику, нано-технологии, и прочие почти научно-фантастические проекты. Тебе интересно?

– Шутишь? Биофизика? Конечно интересно!

Миша не смог скрыть удивления:

– Серьезно?!

– Абсолютно! Я в этом году поступила в Бостоне в медицинский колледж. Буду специализироваться на посттравматической реабилитации! – с воодушевлением затараторила Алена. – И один из ведущих моих профессоров как раз активно использует…

Молодой человек с очевидным интересом и одновременно некоторой настороженностью слушал вдохновенный рассказ подруги. Они успели дойти до маленькой кофейни, разместиться за столиком у окна и даже заказать сандвичи и чай, а Алена все продолжала говорить. Она опять не понимала, почему ей так хочется поделится с Мишей тем, что ее по-настоящему интересует, тем, с чем она собралась связать свою карьеру. Но ни сил, ни желания противиться внутренним импульсам у нее не было. Когда официант принес заказ, Миша все же вежливо прервал Аленин монолог:

– Я предлагаю выпить за нашу неожиданную встречу! – с шутливой официальностью сказал он, поднимаю чашку чая.

Алена с радостью поддержала импровизированный тост:

– Да, за нашу встречу!

С тихим звоном их чашки встретились над столом.

– Ты надолго приехала? – Миша очень ловко воспользовался паузой, чтобы сменить тему разговора.

– На все лето. Даже обратного билета еще не купила. А ты?

– Я чаще всего приезжаю на день два, обычно деда навестить, но сейчас он на даче. Даже не знаю, почему сегодня приехал, – он улыбнулся: – Может это проведение?

Алена растерянно пожала плечами, чувствуя, что и сама не находит другого объяснения происходящему.

– Я шучу! – отмахнулся Миша и отрезал кусочек теплого сандвича: – Никакого проведения! Я даже могу рассчитать вероятность нашей встречи в процентах!

Девушка рассмеялась. Да, рассчитать что-нибудь и все четко и логично объяснить было как раз в духе ее друга. Но несмотря на это, она никогда не считала его занудой или ботаником… Это только для посторонних они оба были «не такие, как все нормальные дети»…

До самого закрытия кофейни в 11 вечера старые друзья рассказывали друг другу о том, что произошло с каждым из них за годы разлуки. Миша узнал, как непросто Алене было привыкнуть к жизни в другой стране. Что за все это время она подружилась только с одной девчонкой из класса, да и то только для того, чтобы было с кем делать парные проекты по школьным предметам. А вообще Алена старалась избегать любых тусовок со сверстниками и дружеских привязанностей. В самом начале папа и мама пробовали отправлять ее в летний детский лагерь, но и там она держалась особняком. И дело было вовсе не в иммиграции и не в людях. Просто ей было проще и спокойнее одной. В конце концов родители перестали социализировать дочь, радуясь хотя бы тому, что ее перестали мучать ночные кошмары и прекратились эпилептические припадки, продолжавшиеся с тех пор, как Алена стала свидетелем аварии. В летние каникулы они всей семьей путешествовали по Америке и Канаде, проводя большую часть времени на природе, в дали от шумных и многолюдных мегаполисов, а на рождество к ним из Москвы приезжали бабушка и дедушка, которых Алена с удовольствием водила по праздничным ярмаркам, елочным базарам и искрящимся разноцветными огнями улицам Чикаго.

А Миша после успешной защиты двух дипломов – на биологическом и физико-математическом факультетах МГУ – перебрался в Дубну, где присоединился к команде молодых ученых, работающих над проектами в области биоинженерии. Выбор направления научной работы был далеко не случаен. Еще во время учебы Миша познакомился с профессором, рассказавшем ему о неограниченных возможностях, которые может дать изучение биофизики, для исцеления казалось бы безнадежно больных людей. И Миша ухватился за эту идею, как за спасательную соломинку. Именно тогда он решил, что его собственное выздоровление в его руках и, увидев заветную цель, провел не один месяц за тем, чтобы воплотить в реальность заветную мечту – встать на ноги.

– И, представляешь, – в завершении своего рассказа добавил Миша, – нашлись врачи и все необходимые специалисты, которые согласились воплотить в жизнь наш научный проект. Правда, пока я единственный пациент, на ком опробовали эту методику, но, как видишь, результат превзошел все ожидания, и мы ждем дополнительного финансирования, чтобы сделать аналогичное лечение доступным как можно большему количеству людей.

– Это просто удивительно! – Алена слушала, затаив дыхание. – Я ни о чем подобном раньше не слышала!..

– Молодые люди, мы закрываемся, – вежливо сообщил официант, положив на стол счет.

На улице друзей окутали синеватые весенние сумерки. Приглушенный свет уличных фонарей выхватывал из полумрака изящные очертания невысоких зданий и теплыми мягкими бликами рассеивался по тротуарам. Алена сделала глубокий вдох и на несколько мгновений закрыла глаза, чтобы еще острее почувствовать. Почувствовать, что сейчас она проживает свою жизнь, а не смиряется с тем выбором, который сделали за нее родители. Почувствовать, как это здорово, когда рядом есть по-настоящему близкий человек, которому ты можешь безоговорочно доверять, и не нужно довольствоваться мимолетным ничего не значащим общением с одноклассниками. Все эти годы, не имея возможности решать самостоятельно, она убеждала себя, что сможет быть счастливой в одиночестве. Но теперь ее обман раскрылся, и это разоблачение принесло ей огромное облегчение.

В кармане ветровки зазвонил телефон. Девушка от неожиданности слегка вздрогнула и ответила на вызов.

– Алена, с тобой все в порядке? – взволнованный дедушкин голос вернул ее к реальности.

– Да, да, дед, все в порядке. Я недалеко от дома.

– Не мог до тебя дозвониться!

– Не переживай, мы скоро будем!

– Мы? – с явным удивлением переспросил Илья Васильевич.

– Именно! Ждите! – Алена скинула звонок и вопросительно взглянула на своего спутника. – Ты же не против сказать «привет» моим дедушке и бабушке? Я должна объяснить им, почему так долго отсутствовала.

– Даже наоборот! С удовольствием их повидаю! – без тени сомнения ответил Миша.

Илья Васильевич и Мария Леонидовна были удивлены встрече с Мишей не меньше внучки. Визит вежливости молодого человека ограничился чашкой чая и непродолжительной светской беседой, после чего он сослался на усталость и ушел домой. Но Алена знала, что столь поспешный уход не имел ничего общего с последствиями долгого трудового дня. Просто по дороге к дому они с Мишей решили, что расставаться еще рано…

2017 год, ноябрь

– Дедушка тебя не спохватится? – спросила Алена, кутаясь в широкий полосатый шарф и натягивая повыше шерстяные носки, с трудом поместившиеся в домашние тапочки. Она вытащила на балкон свое любимое пестрое кресло-мешок и теперь удобно устроилась в нем, подтянув под себя ноги.

– Я сказал, что пойду спать. Не думаю, что он решит проверить, – донеслось с соседнего балкона: сидя в инвалидном кресле, Миша поправил одеяло, которым прикрыл ноги, и слегка поежился от неожиданного порыва ветра.

На улице было холодно и сыро. Темное, затянутое облаками небо угрюмо нависло над разгоревшейся миллионами огней столицей. Во дворе дома было тихо и безлюдно. Только желтый свет фонарей искрился и поблескивал на мокром асфальте, да беззвучно покачивались макушки высоких, лишенных листвы деревьев.

– Меня сегодня опять возили к психологу, – призналась Алена.

– Это из-за того, что тебе вчера в школе плохо стало?

– Ну, если так можно сказать о припадке эпилепсии, то да… Директор вызвала родителей и предложила им подумать о переводе меня на домашнее обучение или в спецшколу какую-нибудь…

– Домашнее обучение – это не конец света. Я же так занимаюсь.

– Мой папа другого мнения. Он думает, что так  я совсем перестану со сверстниками общаться и окончательно превращусь в социопатку…

Миша только хмыкнул в ответ.

– А вообще, я тут погуглила… – продолжила девочка. – Так вот, ничего страшного в этом слове нет. Это даже не болезнь – социопатия. Это просто небольшие отклонения от нормы. А кто решает, где норма, а где нет? Может, как раз социопатом быть нормально, а вот все остальные в этом мире с отклонениями.

– Никакая ты не социопатка, – уверенно заявил Миша. – Директору просто легче от тебя избавиться, чем время свое тратить.

– Я тоже так думаю. Да я бы и сама оттуда ушла… А психолог этот говорит, что нужно учиться общаться с другими людьми. Что дело вовсе не в моих припадках, а в том, что я ни с кем не лажу… А я и не хочу ни с кем ладить! Нужны они мне, эти другие…

2023 год, май

– Прям как в старые добрые времена! – улыбнулась Алена, усаживаясь в кресло-мешок и накидывая на ноги флисовый пледик из Икеи. Она уже переоделась в футболку и пижамные клетчатые штаны, а на плечи накинула уютную толстовку.

– Да, все почти как раньше,  – согласился Миша, перегнувшись через перила и помахав девушке рукой. Их неостекленные балконы частично были разделены стеной, а частично кованым парапетом, но, как и много лет назад, ни одно, ни другое не было преградой для общения.

Алена поднялась на ноги и встала рядом: теперь сосед был от нее на расстоянии вытянутой руки. В детстве ей очень хотелось, чтобы в этой разделявшей их стене была маленькая лазейка, через которую можно было бы пробраться на Мишин балкон. Друзья даже думали, каким образом можно такой проход сделать. Но, к сожалению, надежная конструкция сталинских времен не оставляла им шансов.

– Так странно, – заметил Миша, глядя куда-то вдаль, – Но мне кажется, что между нами все осталось по-прежнему. Как будто не было этих пяти лет, и еще только вчера мы стояли здесь, каждый на своем балконе, и разговаривали обо всем, что нас беспокоило…

– И мне так кажется, – согласилась девушка. Глядя на Мишин профиль, она вдруг заметила несколько тонких черных вертикальных линий у него на шее, которые прежде скрывались за воротничком рубашки. Алена чуть перегнулась через перила и протянула руку, чтобы повнимательнее рассмотреть то, что ей показалось краем татуировки. Но в это мгновение странное тревожное чувство накрыло ее с головой, и резкая, хоть и терпимая боль пронзила вытянутую руку. В ту же секунду она увидела как напряглись Мишины плечи, а его руки сжались в кулаки… и еще ей послышался какой-то тихий звуковой сигнал…

– Что происходит? – Алена испуганно вглядывалась в исказившиеся словно от боли черты друга.

– Все в порядке, – коротко и очень напряженно отозвался Миша. – Я должен идти.

И он скрылся за балконной дверью так быстро, что Алена и слова не успела сказать. Боль отступила. В полной растерянности она постояла на балконе еще некоторое время, а потом, будто опомнившись, быстро вернулась в комнату и выглянула в коридор. Через приоткрытую дверь в спальню бабушки и дедушки лился теплый свет, но голосов слышно не было. Алена на цыпочках прокралась мимо и почти беззвучно вышла из квартиры на лестничную клетку. Чуть помешкав, она нерешительно позвонила в  Мишину квартиру, но никто ей не открыл. Она подождала, потом позвонила еще несколько раз, но ответа не было. Вернувшись в комнату, она взяла в руки телефон, но тут же поняла, что не знает номера своего друга… Вариант спросить телефон Мишиного дедушки у своих предков она даже рассматривать не стала. Но настойчивое тревожное чувство не отпускало Алену. Почти всю ночь она провела без сна, сидя с ногами на диване и нервно перебирая в руках кулон, и уснула только под утро. За завтраком дедушка и бабушка списали ее состояние на разницу во времени, и Алена в душе была признательна им за такую догадку и за то, что они никак не прокомментировали ее желание весь день оставаться в своей комнате, разбирая старые игрушки, тетрадки и прочие мелочи, притаившиеся в шкафах и на полках со времени ее отъезда в США.

Оставаясь дома и разбирая вещи из своего прошлого, Алена преследовала две цели. Во-первых, она всеми силами старалась отвлечься от мысли о Мише и его поспешном уходе, а во-вторых, ей не давали покоя все еще не достаточно четкие воспоминания о кулоне. Рассматривая старые фотографии, разрисованные альбомы и исписанные тетрадки прошлых лет, она пыталась найти хоть что-то, способное освежить ее память. И вот на глаза ей попалась потрепанная тетрадка в темной обложке на сорок восемь листов. Руки девушки сами потянулись к находке, хотя она и не помнила, что именно там записывала. Но тетрадь оказалась неким подобием дневника.

– Не помню, чтобы я вела дневник… – вслух пробубнила девушка, перелистывая страницы. – Хотя… кажется, вела…

Как в тумане Алена вдруг вспомнила визит к одному из многочисленных психологов… это была пожилая женщина с очень проникновенным взглядом. Именно она посоветовала Алене завести дневник. Завести его только для себя и никому не показывать. Девушка с интересом погрузилась в чтение. Поначалу она не находила в записях ничего примечательного – просто перечисления событий, произошедших за день. Но потом характер заметок неожиданно поменялся. И подчерк стал каким-то другим… и слова… и выражения…

… Я могу чувствовать чужую боль так же остро, как свою собственную… Сегодня на уроке физкультуры мой одноклассник Боря Михайлов сломал ногу. Он не кричал от боли, потому что был в шоке. Кричала я. Мне было так больно! Просто до искр из глаз! А потом у меня начался припадок. Но этого я уже не помню. Об этом мне рассказала мама…

Алена оторвалась от чтения и посмотрела на свою руку, вспоминая события минувшей ночи… Могла ли та недолгая боль быть не ее собственной?..

…Наверное мои одноклассники правы, и я сумасшедшая… Вчера Раиса и Маша, стоя за мной в очереди в столовой, поссорились из-за какого-то  мальчишки… Я ощущала их  злость и ярость… Они были готовы вцепиться друг другу в волосы… Это было так ужасно… Но еще страшнее было почувствовать, как и во мне поднимается волна гнева… И я повернулась к ним и что есть силы закричала: «Прекратите! Заткнитесь! Слышите?! Заткнитесь!» А потом я уронила поднос на пол и выбежала в коридор.

Алена ни разу за минувшие годы не вспоминала о тех событиях. Они словно были стерты из памяти, а теперь возвращались одно за другим. Подобных заметок в тетрадке было еще немало.

– Что же это со мной? – вслух спросила она. – Неужели я и в самом деле больна? Но тогда почему ничего подобного не происходило со мной в штатах?

Девушка потянулась к телефону и набрала маме.

– Привет, родная! А почему я тебя не вижу? Или в Москве проблемы с видеосвязью?

– Сейчас, – Алена включила камеру и помахала. – Вот, со связью все в порядке!

– Ты выглядишь уставшей…

– Это все разница во времени, – отмахнулась девушка.

– Дедушка и бабушка с утра мне тоже самое сказали. Ну, как тебе в Москве?

– Замечательно! Я вчера Мишу встретила, – сходу выпалила Алена, подозревая, что бабушка уже сообщила маме о недавнем визите соседа. – Помнишь его?

– Миша… – слегка нахмурилась мама, делая вид, что не сразу поняла о ком идет речь. – А! Из соседней квартиры. Внук Павла Михайловича…

– Да, представляешь, какое совпадение!

– Он по-прежнему живет с дедушкой?

– Нет, ну это долгая история… Я на самом деле про другое хотела спросить. Помнишь как я страдала от эпилепсии?..

– Да, конечно, – мама явно не об этом собиралась поболтать с дочерью. – Но болезнь уже в прошлом… Или что-то произошло? –  теперь в голосе женщины звучала тревога.

– Нет, мам! Все в порядке! – поспешила заверить ее Алена. – Я просто перебирала старые тетрадки, нашла кое-какие записи и удивилась, что со мной не было ни одного припадка с тех пор как мы перебрались в штаты…

– Я думаю, решающую роль сыграла полная смена обстановки и переходный возраст… Во всяком случае, так считал психотерапевт, к которому мы обратились в Чикаго. Он не нашел ни следа эпилепсии или какого либо другого отклонения в работе твоей нервной системы… Алена, ты ведь ничего от меня не скрываешь?

– Нет, мам… Мне просто было интересно.

В сотый раз пообещав быть осторожнее и следить за своим самочувствием, Алена попрощалась с мамой. Она решила дать себе передышку: поужинала и прогулялась по набережной с бабушкой и дедушкой, освежив в своей памяти куда более приятные воспоминания, чем те, что фигурировали в дневнике. Как ни крути, но ее детство и в самом деле было чудесным временем, проведенном в кругу искренне любящих ее людей. Было… до тех пор, пока она не получила кулон…

Оставшись вечером одна в комнате, Алена продолжила чтение своих заметок… Теперь она почти не сомневалась, что ее «ненормальное» поведение было связано со странным украшением. Больше года после аварии, пока кулон был рядом, она походила на шизофреника, чувствующего больше, чем свойственно обычным людям. Словно антенна, она улавливала чужую боль и эмоции, и ее мозг физически не мог справиться с этим потоком переживаний иначе, чем эпилептический припадок. Неужели теперь, когда она снова обнаружила подарок незнакомки, ее болезнь вернется? Алена нерешительно коснулась кулона, собираясь снять его с шеи, но вдруг ее телефон тихо пискнул, уведомив о входящем сообщении:

«Посмотри в окно», – гласило полученное с незнакомого номера сообщение.

Алена с сомнением покосилась на плотно задернутые шторы.

«Пожалуйста», – настаивал телефон.

Девушка поднялась с кровати и, подойдя к окну, отдернула одно из полотен. На балконе стоял Миша. Он, улыбнувшись, неловко помахал ей рукой. Алена помедлила мгновение, а потом, всунув ноги в тапочки, открыла дверь и вышла наружу.

– Привет! – Молодой человек снова виновато улыбнулся.

– Как ты сюда пробрался? – вместо приветствия поинтересовалась Алена. – Перелез через парапет?!

– Ну да…

– Это же опасно! Мы никогда так не делали…

– Ну, это БЫЛО опасно для четырнадцатилетнего подростка, прикованного к инвалидному креслу. Сейчас я лучше владею своим телом.

Алена не могла не согласиться с этим замечанием: судя по рельефным мышцам и подтянутому торсу, которые с легкостью угадывались даже под накинутой поверх футболки рубашкой, ее друг и в самом деле был в хорошей физической форме. Но вслух она ничего не сказала.

– К тому же, я подумал, что куда опаснее будет в двенадцатом часу ночи звонить тебе в квартиру и объясняться с бабушкой и дедушкой.

– Пожалуй, ты прав, – Алена поплотнее закрыла за собой дверь, чтобы их разговор не услышали в квартире и, сложив руки на груди, вопросительно посмотрела на визитера:

– Что с тобой случилось? – она решила пока не рассказывать Мише о своих переживаниях и ощущениях и узнать его версию произошедшего.

– Этого не объяснить в двух словах… так бывает… – он замолчал и потупился.

– То есть это не что-то из ряда вон выходящее, и ты регулярно вот так исчезаешь? – уточнила Алена.

– Нет, дело не в исчезновениях… Черт!.. – Миша шумно выдохнул, резким движением руки взлохматил волосы и, повернувшись спиной к девушке, оперся руками на балконные перила. – Черт!

Алена нахмурилась:

– Знаешь, мы ведь долго не виделись… – со вздохом произнесла она, прислоняясь спиной к прохладной стене, но по-прежнему внимательно наблюдая за молодым человеком: – Может, далеко не все осталось по-прежнему?.. То, что связывало нас раньше…

Девушка заметила, как напряглись при этих словах сомнения Мишины плечи.

– То, что связывало нас раньше, никуда не делось. – он, резко обернувшись, шагнул ближе. Его чересчур прямой взгляд немного смутил Алену. – Я это чувствую, – с непоколебимой уверенностью добавил молодой человек. – Сам не понимаю, как такое возможно… – он помолчал. – Но ты права, кое-что все же изменилось.

Алена по-прежнему терялась в догадках.

– Моя жизнь изменилась…

– И у тебя появился секрет, которым ты не можешь поделиться?

– Даже если это секрет, то не от тебя, – без тени сомнения отозвался Миша. – Просто ты так неожиданно вернулась в мою жизнь… и все вернулось… Я в один момент перестал чувствовать одиночество, которое преследовало меня с тех пор, как ты уехала. Странно звучит… мы же были детьми… как детские привязанности могут оставить такой глубокий след?.. – он пристально посмотрел на стоящую рядом девушку.

– Я не знаю, – честно призналась Алена. – Но я чувствую тоже самое: как будто не было этих лет, как будто мы не расставались, и я по-прежнему могу доверять тебе, как никогда и никому больше не доверяла.

Миша взял ее за руку, продолжая пристально вглядываться в ее лицо. И это осторожное прикосновение и открытый взгляд сказали Алене больше, чем любые слова. Все было по-настоящему. Словно она вновь вернулась в детство, когда в душе не было ни единого сомнения в том, что этот человек – неотъемлемая часть ее жизни, что только рядом с ним она может ощущать собственную целостность. И его чувства были для нее так же очевидны как свои собственные: он не лукавил, она и в самом деле была так же важна для него, как и раньше.

Миша чуть отстранился:

– Тогда я должен тебе кое-что показать. Но для этого нам нужно поехать в Дубну. На пару дней. Родители тебя отпустят?

– Думаю да, – Алена закивала и чуть сильнее сжала его руку. – Тем более, что я очень хочу поехать!

– Тогда решено! – Он с облегчением вздохнул. – Чем ты там занималась? – Молодой человек взглядом указал на ее прибывающую в некотором беспорядке комнату.

– Копаюсь в своей памяти… – честно призналась Алена. – По странности, я о многом забыла…

– А я все помню, – пожал плечами Миша. – Например, как на даче ты по ночам залезала в мою комнату через окно. Тебе снились кошмары, помнишь?

Алена нахмурилась…

2018 год, июнь

Опустевшие, построенные из неотесанных булыжников приземистые дома выглядят давно заброшенными. Их распахнутые настежь и почерневшие от сырости деревянные двери и окна скрипят от редких порывов ветра. И этот скрип – чуть ли не единственный звук, нарушающий окутавшую город кромешную тишину. Другой звук – кажущийся невероятно громким и эхом разносящийся по городу – это звук Алениных шагов по узкой, выложенной неровной брусчаткой дороге. Пока она здесь одна, но это ненадолго. В сгущающемся вокруг тумане девочка начинает смутно различать высокие силуэты. Они кажутся похожими на людей, облаченных в длинные плащи с капюшонами. Но она не видит их лиц. Очертания силуэтов все четче, их присутствие все ощутимее. И вот они уже обступают ее со всех сторон. Алена слышит, как они перешептываются, но не может разобрать слов. Ее сердце бешено колотится. Мысли путаются в голове. Страх парализует все тело. Один из призрачных образов выступает вперед и протягивает к ней руку. Она пытается кричать, но из ее груди не вырывается ни звука… Она отшатывается назад и пытается пробраться сквозь толпу безликих силуэтов, но ноги словно увязают в трясине, и каждый следующий шаг дается сложнее, чем предыдущий…

– Оставьте меня в покое! Убирайтесь!.. – Обессилев от тщетных попыток убежать, она падает на колени и закрывает уши руками, стараясь заглушить непрекращающийся шепот. Но он звучит прямо у нее в голове… На смену страху приходит отчаяние. – Убирайтесь!.. Пожалуйста, оставьте меня в покое!.. – вдруг кто-то легко касается ее плеча…

Алена резко открыла глаза и села на кровати. Часто и прерывисто дыша, чувствуя, как сердце почти выпрыгивает из груди, она прижалась спиной к высокому изголовью кровати и судорожно огляделась по сторонам. Она снова была одна в своей комнате на даче. Редкий случай, когда образы из сна не последовали за ней в реальность. А ведь бывало и такое: она открывала глаза, а одна из тех пугающих теней, что преследовали ее во сне, стояла прямо перед кроватью и протягивала к ней руки… Именно тогда Алена начинала кричать и звать на помощь, и серый нечеткий силуэт рассеивался подобно туману, не дожидаясь, когда в комнату вбегут перепуганные родители.

Девочка еще раз огляделась по сторонам и рукавом пижамы вытерла со лба холодную испарину. Она сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, как ее учил психолог, но избавиться от страха это не помогло. На будильнике было два часа ночи. Она встала и походила взад-вперед по комнате. Будить дедушку и бабушку было бессмысленно: единственное, что они могли сделать – это уложить ее обратно в кровать, а именно этого ей сейчас хотелось меньше всего. Алена обхватила себя руками, стараясь усмирить нервную дрожь. Но страх только усиливался. Оставаться в одиночестве ей было уже просто невыносимо. И тогда, не долго думая, она всунула ноги в кроссовки, открыла настежь окно и вылезла через него в сад. Ночной воздух наполняли свежие ароматы цветов и заливистое стрекотание сверчков, но Алене сейчас было не до умиления красотой летнего пейзажа: ее всю трясло от страха. Прошло уже две недели с тех пор, как они с бабушкой и дедушкой перебрались из города на дачу. Плохая новость заключалась в том, что смена обстановки никак не повлияла на ее психику – ночные кошмары продолжали мучать ее как минимум два-три раза в неделю. Хорошая новость: соседняя дача принадлежала Мишиному дедушке, и ее друг тоже приехал сюда на каникулы. Алена оглянулась на свое окно: раз никто из предков до сих пор не пришел, значит во сне она не кричала и никого не разбудила. Девочка слегка подвернула пижамные штаны и на цыпочках двинулась в глубь сада. Там, за старым покосившимся сараем в заборе была небольшая брешь, через которую можно было пробраться на соседнюю территорию. Свет многочисленных фонариков, озарявших садовые дорожки, остался позади, и Алена пробиралась между кустами почти на ощупь. В доме Павла Ивановича тусклый свет горел только в Мишиной комнате на первом этаже, и Алена с облегчением вздохнула: значит, он не спит. Встав ногами на лавочку, она с легкостью дотянулась до окна. Ее друг, полулежа на кровати, читал какую-то книгу. Девочка толкнула приоткрытую раму и заглянула внутрь.

– Привет.

Мальчик слегка вздрогнул от неожиданности, но тут же улыбнулся, завидев в окне знакомое лицо.

– Привет. Опять кошмары? – шепотом уточнил он.

Алена кивнула.

– Тогда залезай. Только тихо, – он отложил книгу.

Девочка почти беззвучно перебралась через широкий подоконник, потом на цыпочках преодолела небольшое расстояние до кровати, стараясь ступать так, чтобы пол не скрипел, и наконец-то с облегчением приземлилась на кровать.

– Все тот же сон? – Миша взял теплый плед, висевший на спинке его инвалидного кресла, и протянул гостье.

Алена благодарно кивнула:

– Да, все тот же… А тебе о новом ужастике хочется послушать? – она пыталась пошутить, но улыбка ей сейчас давалась с трудом.

– Ты вся дрожишь… – Миша нахмурился. – Может нужно принять лекарство?..

– Они не помогают, – помотала головой девочка. – Можно я просто с тобой немного побуду?

– Конечно.

Она натянула повыше плед, подобрала под себя ноги и, подвинувшись поближе, положила голову Мише на плечо.

– А тебе кошмары снятся? – Алена почувствовала, как дрожь ослабевает, и последние серые клочки пугающего образа из сна рассеиваются в тусклом свете прикроватной лампы.

– Как тебе? Про Монстров? – уточнил мальчик.

– Ну да…

– Нет. Ужасы мне не снятся. Но сон, в котором я могу ходить, после пробуждения превращает в кошмар мою реальную жизнь…

Алена закрыла глаза, прислушиваясь к размеренному биению Мишиного сердца. Рядом с ним ей всегда становилось очень спокойно и легко… Но одновременно она чувствовала и его печаль. Время от времени эта печаль перерастала в настоящее отчаяние. Но даже тогда Алена не уходила. От любого другого страдающего человека она бежала бы как от огня, опасаясь очередного припадка. Но с Мишей все было иначе: не было приступов, не было страха, не было одиночества. Она добровольно делила с ним его печаль, его горесть, и каким-то чудом рядом с ней ему тоже становилось легче…

2023 год, май

– Эй, все в порядке? – Мишин голос вернул ее из мира воспоминаний к реальности – на балкон пятого этажа дома на Котельнической набережной.

– Да, – Алена закивала. – Я тоже это помню… И как мои предки ни разу меня не хватились? – она тепло улыбнулась. – Даже не знаю, чтобы я тогда делала, если бы мы не подружились…

Рано утром, надежно спрятав тетрадку-дневник поглубже в еще не до конца разобранный чемодан, Алена поспешила к завтраку.

– Ты хорошо спала? – вежливо поинтересовалась Мария Леонидовна, выкладывая на тарелку внучки свежеприготовленные сырники.

– Абсолютно! – с энтузиазмом закивала девушка и передала Илье Васильевичу пиалу с вишневым вареньем. – Кстати, вчера мне позвонил Миша и предложил поехать к нему на дачу. Это в Дубне. Вы же не против?

Дедушка с бабушкой неуверенно переглянулись.

– Вы же столько лет не виделись… и ты вот так сразу хочешь поехать с ним за сто километров от Москвы?… – с сомнением переспросил дедушка.

– Да бросьте! Миша столько времени у нас дома проводил! Вы и деда его хорошо знаете, и отца. Мне кажется, именно с ним вы можете спокойно  отпустить меня, скажем, на пару дней…

– С ночевкой? – вскинула брови бабушка.

– Вы же сами сказали – это в ста с лишним километрах от Москвы… – Алена нахмурилась. – Что именно вас беспокоит?

– Понимаешь, милая, – бабушка присела на стул рядом с Аленой и покосилась на дедушку, словно ища поддержки. – Мы весьма старомодны… В наше время было как-то не принято оставаться на ночь у молодого человека… даже у очень хорошего друга…

– Ба, ну ты о чем вообще сейчас говоришь? – изумилась Алена. – Во первых, мы только друзья. А во-вторых… да тут и во-вторых не нужно! Я еду в гости к другу. Мы же не встречаемся как молодой человек и девушка!

– А мама что скажет, а отец? – уточнил дед. – Ты их предупредила?

– Они не против, – девушка мгновенно продемонстрировала на телефоне ответное сообщение от родителей. – Совершенно не против! Только с вами просили согласовать.

– Ну раз так…

Миша оказался крайне пунктуален и ровно в одиннадцать позвонил в дверь Алениной квартиры.

– Спасибо, что согласились отпустить со мной Алену, – вежливо улыбнулся он все еще слегка обеспокоенным бабушке и дедушке: – Уверяю вас, со мной она будет в полной безопасности.

– До воскресенья! – Алена звонко чмокнула предков в щеки: – Скоро увидимся!

– Галантный такой юноша, – прошептала Мария Леонидовна на ухо мужу, наблюдая как Миша берет из Алениных рук сумку с вещами и вежливо пропускает ее вперед.

– Да уж… редкость в наше время… – согласился Илья Васильевич. – Интеллигентные родители, и дети под стать…

На улице ярко светило солнце. В свежей, еще не запылившейся зелени высоких деревьев, подгоняемые легкими порывами теплого ветра, плясали солнечные зайчики.

– Ты за рулем? – спросила Алена.

– Да, присаживайся! – Миша остановился возле высокого черного джипа, который мгновенно опознал его по универсальному электронному браслету на руке и тихо пиликнул, сообщив об отключении охранной системы.

– Прикольно! – девушка забралась на переднее сиденье. – А у меня пока прав нет…

– В моем случае машина – это необходимость. Мне частенько приходится выезжать из Дубны, и без автомобиля это проблематично.

– А я и без необходимости водила бы! – мечтательно вздохнула Алена. – Так классно, поехать куда глаза глядят, чтобы впереди только бесконечное шоссе и солнце, скрывающееся за линией горизонта! И ты мчишься за ним следом, а за твоей спиной уже сгущаются сумерки…

– Очень поэтично, – усмехнулся молодой человек. – У меня есть приятель, он гоняет на мотике, так вот он тоже влюблен в дороги и путешествия, как начнет рассказывать – не остановишь. Я тебя с ним познакомлю!

– А ты не любишь путешествовать? – искренне удивилась девушка.

– У меня нет на это времени, – честно признался Миша: – Деловые поездки же не в счет?

Алена помотала головой.

Джип резво выкатил на набережную и запетлял по центру в сторону пригорода. Система навигации, установленная в автомобиле, уверенно прокладывала маршрут и меньше чем через полчаса вывела путешественников на скоростную магистраль Москва – Дмитров. Миша включил режим автопилот и отпустил руль и педали.

– Мой папа по-прежнему не доверяет этой системе, – заметила Алена, наблюдая, как спокойно и расслабленно чувствует себя Миша в автомобиле, управляемом бортовым компьютером.

– Вся моя жизнь очень тесно связана с технологиями, и я доверяю новым разработкам, тем более, что перед использованием обязательно тестирую.

– Наверное, мои предки слишком старомодны, – улыбнулась Алена. – Бабушка, например, никак не может привыкнуть к унифицированным электронным браслетам… У них даже замок в двери ключом открывается! Самым обычным, металлическим, представляешь?..

Разговор о том, как далеко шагнули в своем развитии технологии за последние несколько лет, занимал молодых людей большую часть пути. Это и в самом деле был поистине грандиозный рывок. Всего за два – три года правительства большинства развитых стран совместными усилиями изъяли из оборота печатные банкноты и монеты и сделали банковские карты и электронные деньги единственным способом оплаты. Бумажные документы граждан также перестали существовать, уступив место идентификационной электронной карте. На ней было все – водительские права, паспорт, налоговые данные… А потом и обе карты было решено заменить одним единственным электронным браслетом, который были обязаны носить граждане всех стран–участников проекта. Контроль за информацией, так же, как и производство всей электроники, осуществляла глобальная корпорация CYBRG (САЙБРГ).

– Это ведь удобно, – заметил Миша, бросив короткий взгляд на свой браслет – ничем непримечательный черный силиконовый ремешок с маленьким дисплеем. – Никаких тебе потерянных документов и украденных кошельков! Сканируешь браслет, подтверждаешь личность отпечатком пальца или сканированием сетчатки – и готово! Старшему поколению, конечно, непросто перестроиться, но это все дело привычки!

– Да уж, нам проще, – согласилась Алена, рассматривая свой браслет в цветах известного бренда Tiffany, который ей купили в Нью-Йорке. – Они и к путешествиям в другую страну относятся как к полету в космос. А вот я до возвращения в Москву вообще чувствовала себя человеком МИРА. Мне было совершенно все равно, где жить, учиться, а  потом и работать… в смысле географии… В штатах, в Европе или Канаде…

– А теперь? – явно заинтересовался Миша.

Алена помолчала.

– Я ведь ни разу не приезжала за эти годы… – тихо проговорила она. – Жила в Чикаго и совсем не задумывалась, почему избегаю поездок на родину. А теперь даже не сомневаюсь, – Алена подняла взгляд на сидящего рядом молодого человека. – Я боялась вернуться, боялась, что приеду, увижу родной город, свою комнату… тебя… и уже не захочу обратно в Америку.

– Значит, ты не зря боялась? – с сомнением уточнил Миша, протягивая ей руку.

– Похоже, не зря… – улыбнулась Алена, вкладывая свою руку в его теплую ладонь. – Я  первый раз за долгое время чувствую, что оказалась дома.

Неожиданный резкий сигнал навигационной системы заставил обоих обернуться к лобовому стеклу. Прямо на них юзом летела развернутая поперек дороги фура.

– Держись! – крикнул Миша, хватаясь за руль и выкручивая его в сторону обочины.

Алена левой рукой вцепилась в свой ремень безопасности, а правую с широко раскрытой ладонью резко выставила вперед, словно пытаясь защититься от удара. В этот момент по всему ее телу словно прошел мощнейший электрический разряд, который с силой устремился в выставленную вперед руку, и девушка почувствовала, как вся эта мощь волной распространяется из ладони и пальцев в направлении потерявшего управление грузовика. Алена зажмурилась, ощущая своего рода импульсы, сотрясающие все ее тело. Грохот, рев, визг шин, машину кидало то вправо, то влево… и вдруг тишина. Алена приоткрыла глаза. Их автомобиль стоял на обочине. Кабина фуры лежала в кювете на противоположной стороне шоссе, подмяв под себя несколько деревьев лесозащитной полосы, а длинный прицеп, оторвавшийся от тягача, неподвижно замер посреди дороги. Тишину пронзили звуковые сигналы других автомобилей, раздались крики людей, кто-то забарабанил в водительское стекло.

– Ты как? – Миша, бросив руль, обернулся к Алене.

– Я в порядке, – слегка дрожащим голосом отозвалась девушка. – А ты?

– Все хорошо, – он наконец-то опустил стекло и повернулся к незнакомцу.

– Вы как, целы? – встревоженно спросил тот.

– Да, нормально. – Молодой человек отстегнулся, вышел из машины и, открыв пассажирскую дверь, помог выйти Алене.

– Никогда такого не видел! – с нескрываемым изумлением проговорил незнакомец. – Ты, парень, конечно, хорошо с управлением справился… Но фура… Она прям как будто в стену уперлась…

Только тут девушка заметила, что длиннющий прицеп сложился гармошкой, словно в лобовую столкнулся с бетонной стеной…

– Да, сам не понимаю как так произошло, – кивнул Миша. Он взял стоящую рядом Алену за руку и почувствовал, что она дрожит. – Эй, ты как?

– Я просто сильно испугалась… – Девушка не знала, что еще сказать. Она посмотрела на свою правую руку, но не обнаружила ничего примечательного.

Миша накинул ей на плечи свой льняной пиджак.

– Все уже позади, – тихо проговорил он и покровительственно обнял ее за плечи.

Следующие несколько часов друзья провели, объясняясь с подоспевшими автоинспекторами и специалистами скорой помощи. Больше всего в ДТП пострадал водитель фуры, но, по мнению врачей, его травмы были не слишком серьезными.

Миша предложил сообщить о произошедшем Алениным родителям, но девушка наотрез отказалась им звонить.

– Ни мы, ни твоя машина не пострадали, – решительно заявила она. – К чему их беспокоить? Будем считать, что мы просто стали свидетелями аварии.

Молодой человек не стал спорить. Остаток пути обошелся без происшествий.

Чуть-чуть попетляв по городу и миновав небольшую лесополосу, черный джип въехал в находящийся под надежной охраной и обнесенный высоким кованным забором коттеджный поселок. Многочисленные двух-трех этажные здания из стекла и бетона, построенные в стиле хай-тек, расположились на самом берегу Волги. Алена окинула взглядом вымощенную брусчаткой набережную, с которой открывался потрясающий вид на бесконечный водный простор.

– Круто, – констатировала она.

– Да, мне тоже нравится. Раньше это была территория правительственной дачи, а теперь вот – коттеджный поселок. Почти все соседи работают в моей же компании, – пояснил молодой человек, паркуя автомобиль на площадке перед входом в один из домов. – Вот мы и на месте!

– Наконец-то! Долгая была дорога, – с улыбкой заметила Алена и следом за хозяином проследовала в дом.

Внутри все было оформлено в том же современном стиле, что и снаружи. Светлые тона отделки и яркие элементы интерьера, минимализм и практичность, все это смотрелось очень элегантно, но одновременно как-то холодно… не по-домашнему…

– Ты здесь постоянно живешь? – осматривая гостиную, осведомилась девушка.

– Я бы сказал, что я тут ночую, – уточнил Миша. – Большую часть времени я провожу в лаборатории, даже диван там поставил.

– А твой папа?

– Он умер два года назад.

– О! Я не знала! – растерялась Алена. – Мне так жаль…

– Мы никогда не были близки, ты же знаешь, – без намека на сильные эмоции отозвался Миша, открывая жалюзи на кухне. – Пойдем наверх, я покажу тебе твою комнату! – он легко подхватил их сумки и взбежал вверх по лестнице со стеклянными перилами.

– А что внизу? – Девушка бросила взгляд на ступеньки, ведущие вниз на цокольный этаж.

– Там моя мастерская, рабочее пространство… – уклончиво отозвался молодой человек. – Поднимайся!

На втором этаже располагались четыре спальни и открытая терраса. Алена окинула быстрым взглядом просторную комнату с окнами в пол и широкой кроватью, где они оставили ее вещи, и поспешила за хозяином выше по ступенькам. На третьем этаже находилась полностью остекленная терраса, служившая хозяину импровизированной обсерваторией. Миша с детства увлекался астрономией, но только в теории.  Теперь же он мог с легкостью наблюдать за звездами и кометами, использую довольно мощный телескоп, установленный на последнем этаже его коттеджа.

– Обязательно вернемся сюда, когда совсем стемнеет. Погода как раз подходящая – ни единого облачка! – с довольным видом сообщил Миша. Он жестом поманил Алену за собой.

В холодильнике на первом этаже их ждал аккуратно упакованный в пластиковые формы ужин – преимущественно холодные закуски.

– Кто все это приготовил? – полюбопытствовала Алена, раскладывая по тарелкам три вида салата, сыровяленое мясо и сыры.

– На территории поселка есть столовая, я часто заказываю там еду на вынос, – пояснил Миша, разогревая стейки.

– Столовая? – Алена с сомнением покосилась на гигантского размера креветку. – Ну ладно…

– Я еще вчера вечером сделал заказ, а домработница утром все принесла и оставила в холодильнике, она и на стол накрыла. – Он взглядом указал на большой круглый стол, сервированный по всем правилам этикета на террасе первого этажа. – Я думал вечером поесть в городе в каком-нибудь кафе. Что скажешь?

– Тоже вариант, – легко согласилась Алена. – А когда ты мне покажешь то, что обещал? – добавила она, присаживаясь за стол.

– Завтра. Сегодня пятница, и многие будут работать допоздна. А по выходным в здании мало людей и можно с легкостью организовать своего рода экскурсию.

После обеда они прогулялись по набережной, а когда над землей сгустились сумерки, и одно за другим стали разгораться теплым светом окна домов, друзья поднялись на террасу и расположились на большом диване прямо под открытым небом.

– Здесь очень красиво, и так тихо… – заметила Алена, скользя взглядом по угасающему на западе небу и темным силуэтам деревьев. Теплый ветерок едва трепал ее волосы и ласково касался кожи. Миша чуть наклонился вперед, протягивая ей легкий плед, и девушка вновь заметила четкие темные линии на его шее.

– Что за татуировка у тебя на спине? Еще в первый вечер заметила…

– Это не совсем то, что ты думаешь, – немного смутился он. – Хотя что уж теперь… Я же все равно обещал рассказать. Он придвинулся ближе и, повернувшись спиной, стянул с себя футболку.

Алена даже не сразу нашлась, что сказать, в изумлении уставившись на причудливый узор из тонких переплетающихся линий. Они поднимались вдоль позвоночника от самого крестца, словно образуя ствол дерева, а затем, ветвились в стороны, подобно мощной кроне, оканчиваясь точками, которые как и сами линии в сгущающейся темноте, начинали светиться едва заметным призрачно-голубоватым светом. При более внимательном рассмотрении Алена вдруг поняла, что вместе эти линии образуют своего рода рисунок компьютерной микросхемы. Она нерешительно провела рукой по Мишиной спине, ощутив под пальцами только тепло кожи и небольшое напряжение мышц.

– Что это?

Молодой человек обернулся, в его взгляде читалась нерешительность:

– Это мой секрет…

После блестящей защиты диплома Мишу пригласили на работу в одну из крупнейших международных научно-исследовательских корпораций. Несмотря на беспрецедентно молодой возраст, его взяли в команду маститых ученых, работающих над интеграцией электронных компонентов и биологической ткани. Одним из направлений работы стала замена поврежденных участков нервной системы – например, участка спинного мозга – искусственным нейроволокном. Больше года исследователям, привлеченным в проект, не удавалось создать прототип, который бы не вызывал отторжения организмом человека. Неудовлетворенное результатом руководство уже собиралось было прекратить финансирование, но с появлением Миши все изменилось.

– Я чувствовал себя как рыба в воде, – вдохновенно рассказывал молодой человек. – Мне все было понятно, и я точно знал, как и что нужно делать, чтобы достигнуть успеха. Не понимаю, почему остальным было так сложно разобраться!

– У меня есть предположение на этот счет, – заметила Алена.

– Хочешь сделать комплемент моему IQ? – улыбнулся ее собеседник.

Девушка покачала головой:

– Помимо интеллекта, у тебя был еще и стимул – ты хотел поправиться, разве нет?

– Да, ты права. Я хотел этого всей душой и не готов был смириться с неудачей.

– Так эти линии – это нейроволокна?

– Нет, это своего рода разъемы, как в электронике, позволяющие подключиться к имплантированной в тело системе, для диагностики неисправностей и обновления прошивки. Сама понимаешь, не будут же хирурги каждый раз резать человека, чтобы обеспечить инженерам доступ. Вместо этого электроды подключаются к соответствующим разъемам, и компьютер считывает необходимые данные.

До этого вечера Алена и предположить не могла, какой ценой далось Мише его выздоровление…

– Больно было?.. – нерешительно спросила девушка.

– Намного больнее было дни напролет проводить в инвалидном кресле, понимая, что моя жизнь никогда не будет нормальной… – отозвался ее друг, надевая футболку. – Я завтра покажу тебе лабораторию, и ты увидишь, что все не так уж пугающе…

– Жду не дождусь! – с энтузиазмом закивала Алена. Она чуть помолчала, устремив взгляд к ярким звездам, холодно перемигивающимся в высоком темном небе, и снова посмотрела на своего друга, молчаливо сидящего рядом. Миша был все так же близко, но Алена чувствовала, что в мыслях он унесся очень далеко. Сердце девушки неожиданно сильно сжалось, и она ощутила глубокую, всепоглощающую печаль… Она точно знала, что это не ее чувства, что она только улавливает эти вибрации… Это были Мишины переживания, но спросить, что именно так его расстраивает, девушка не решилась. Вместо этого она подвинулась чуть ближе и накрыла его руку своей ладонью. Это легкое прикосновение словно вернуло Мишу к реальности.

– Даже не верится, что все это происходит на самом деле… – заметила Алена.

– Это… Ты имеешь в виду наш научный прорыв?

– Нет… Я имею в виду все это… Нашу неожиданную встречу, эту поездку… все…

Молодой человек улыбнулся.

– Не могу не согласиться…

Всю ночь Алена проворочалась в кровати, заснув только под утро: ей с трудом верилось, что то, о чем рассказал Миша, возможно на самом деле и не в далеком будущем, а прямо сейчас! Сколько же людей можно спасти, используя эту технологию! Сколько пользы принесет человечеству подобная разработка! К завтраку Алена спустилась категорически не выспавшаяся, но очень воодушевленная предстоящей экскурсией. Миша уже сидел за накрытым столом, что-то увлеченно читая на телефоне.

– Как тебе спалось? – заметив гостью, он отложил в сторону чтение и поднялся со своего места.

– Не очень, – честно призналась девушка, присаживаясь за стол. – Все пыталась уложить в голове твой рассказ…

– Если один только рассказ произвел на тебя такое впечатление, то что же будет после поездки в лабораторию? – притворно забеспокоился молодой человек. – Может не стоит нам ехать?

– Ну уж нет! – Алена подскочила со своего места, изображая бурный протест. – Едем!

– Может хоть кофе выпьем? – рассмеялся Миша.

– А завтрак опять из местной столовой?

Молодой человек виновато кивнул.

– Сойдет! – отмахнулась Алена, направляясь к микроволновке, возле которой притаились несколько лотков с едой. Но Миша остановил ее на полпути, осторожно поймав за руку. Девушка подняла на него вопросительный взгляд.

– Я очень рад, что ты вернулась, – неотрывно глядя ей в глаза, тихо сказал он. – Я даже не представлял, насколько пустой была моя жизнь, пока тебя не было рядом.

Для Алены эти чувства не были секретом: она ощущала это всем своим существом. Но искреннее признание не теряло от этого своей значимости. Алена улыбнулась и осторожно коснулась свободной рукой Мишиной щеки…

– Я… – Но она не успела договорить, потому что раздался настойчивый звонок в дверь. – Ждешь кого-то? – заинтересовалась девушка.

– Нет, – пожал плечами хозяин дома, направляясь к двери. – Но, кажется, я догадываюсь, кто это может быть…

– Здорова, друг! – прямо с порога декларировал светловолосый молодой человек. В отличие от довольно сдержанного Миши, незнакомец был крайне эмоционален и, Алена подозревала, не совсем трезв. – Да ты не один! Вот это новость! – хлопнув Мишу по плечу, он практически ввалился в дом. – Меня Слава зовут! – протягивая девушке руку, представился нежданный гость.

– Алена, – спокойно пожала протянутую ладонь девушка.

– Приятное знакомство! – констатировал Слава и, обращаясь к другу, добавил. – Почему я никогда прежде не слышал о такой красивой девушке? Ты ее скрывал? Боялся, что она не устоит перед моим обаянием?..

– Ты пьян, – вздохнул Миша. Он явно был смущен развязным поведением друга.

– Он ничего обо мне не говорил, потому что мы уже много лет не виделись. – Девушка решила взять ситуацию в свои руки, тем более что, несмотря на фривольную манеру общения, новый знакомый не вызывал у нее явной антипатии.

– Ха! Подруга детства, значит! – он резко остановился, словно вспомнив о чем-то: – Прошу меня простить! Я на минутку! – пошатывающейся походкой он направился в сторону ванной комнаты.

– Мне жаль, что вы познакомились при таких обстоятельствах. Не знал, что он здесь… Думал, где-нибудь на Барбадосе или в Майами развлекается… – Миша закрыл входную дверь и бросил виноватый взгляд на гостью.

– Не за что извиняться, – пожала плечами Алена.

– Славка… он очень хороший друг. Просто судьба у него непростая, – добавил Миша.

Из ванной раздался какой-то шум, а потом нечленораздельное мычание, походящее на пение. Хозяин тяжело вздохнул:

– Его мама погибла, а отец – очень успешный инвестор, один из основателей проекта, над которым я работаю. Наши предки сказали бы про Славку – «золотая молодежь», денег у его отца куры не клюют, и он просто прожигает жизнь…

– А ты бы что сказал? – прямо спросила Алена.

– Что деньги не могут заменить родителей… их участия и интереса к твоей жизни.

– Тебя родители тоже вниманием не слишком баловали, – не согласилась Алена.

– Это другое…. – он не успел договорить, потому что из ванной прямо на пол вывалился Слава.

– Как-то здесь скользко, – довольно несвязно констатировал он.

– Тебе надо проспаться, – Миша помог другу встать и, доведя его до рабочего кабинета на первом этаже, уложил на кожаный диван.

– Я предлагаю вечером как следует оттянуться… позовем девчонок… – залепетал Слава.

– Подумаем об этом, когда ты придешь в себя, – урезонил его Миша и прикрыл дверь в комнату. – Завтракаем – и на экскурсию, – добавил он, обращаясь к Алене.

Та без тени сомнения согласно кивнула в ответ.

Территория, на которой располагались все здания корпорации, была обнесена высоким забором, находящимся под высоким напряжением. Алена сильно впечатлилась количеством вооруженных охранников и жесткой пропускной системой. Хотя им с Мишей никто не задавал лишних вопросов. Лаборатория, в которой работал ее друг, располагалась в на первый взгляд небольшом здании, построенном все в том же стеклянно-бетонном стиле хай-тек. Алена даже немного разочаровалась, ожидая увидеть нечто более масштабное. Но ее разочарование было преждевременным. Миновав мраморный, отполированный до блеска холл и очередной пост охраны, молодые люди вошли в лифт. И тут настало время удивляться, потому что, судя по панели управления лифтом, здание уходило под землю на несколько десятков этажей.

– Это не шутка? – спросила Алена, взглядом указывая на вертикальные ряды кнопок.

– Нет, это хитрость, – улыбнулся Михаил, просканировал свой пропуск, и они отправились на минус сорок второй этаж.

Покинув лифт и передвигаясь по пустым, тускло освещенным коридорам, Алена все больше впечатлялась размахом подземного строения. Мише еще несколько раз приходилось идентифицировать свою личность, сканируя то отпечаток пальца, то сетчатку глаза. Наконец перед ними оказалась большая металлическая дверь, за которой скрывалась лаборатория, по размеру больше напоминающая ангар для самолетов. Под высоким куполом было расставлено самое разное оборудование. Компьютерные мониторы, серверные стойки, внушительных размеров 3D принтеры, холодильные камеры и еще куча всяких установок, название которых Алена и представить себе не могла. В глубине помещения расположились автономные лабораторные боксы: каждый размером с небольшую комнату. Внутри некоторых находилось медицинское оборудование, и они походили на операционные, в других громоздились полки с разноцветными препаратами, разлитыми по бутылочкам… В дальнем углу оказался припаркован манипулятор, который, со слов Миши, с помощью подъемного крана мог переносить автономные лаборатории с места на место и даже стыковать их между собой, как элементы конструктора, выстраивая большие по площади помещения. У Алены просто глаза разбегались…

– Ну, что думаешь? – поинтересовался Миша, внимательно изучая данные на одном из мониторов.

– Думаю, что это просто фантастика!.. – выдохнула девушка, крутя головой в разные стороны.

Она подошла к одному из больших металлических столов, на котором лежала механическая рука – точная копия руки человека, только кости были сделаны из полупрозрачного немного шероховатого материала, похожего на плотный пластик. К костям крепились такие же полупрозрачные, но более эластичные связки и мышцы розоватого оттенка. Алена провела рукой по маленьким трубочкам, судя по анатомическому расположению, они соответствовали венам и артериям, а голубоватые сплетения тонких волокон были частью нервной системы.

– А из чего сделаны искусственные нервные волокна? – поинтересовалась гостья.

Миша подошел к столу.

– Как и мои предшественники, я не нашел способа сконструировать нервную ткань человека из синтетических материалов, – честно признался молодой ученый. – Но я обнаружил очень близкий по структуре биологический аналог – мицелий гриба. То есть, если человеческий мозг – это трехмерная многократно ветвящаяся структура, состоящая из клеток-нейронов, то мицелий гриба – это очень похожая трехмерная ветвящаяся структура, состоящая из клеток-гиф. Я модифицировал геном гриба, высадил его на углеродсодержащий субстрат и поместил эту, если так можно сказать, смесь в систему тончайших трубочек, полностью повторяющих структуру спинного мозга и переферических нервов в теле человека: таким образом я обеспечил направленный рост искусственных нейронов и облегчил их дальнейшую имплантацию. Проще говоря, эти клетки выращены подобно самой обычной сыроежке. Вот!

Алена слушала рассказ друга, раскрыв рот и удивляясь, как просто он объясняет то, что на деле является величайшим научным прорывом.

– Так… А это тоже один из твоих проектов? – она перевела взгляд на искусственную конечность.

– И это тоже, только искусственные нейроны в этой руке выращены на кремниевом субстрате, – он открыл один из выдвижных ящиков и достал оттуда…полупрозрачное сердце! – И вот еще, что есть.

Алена не могла скрыть удивления. Конечно, собираясь связать свою жизнь с медициной, она много читала об искусственных органах для имплантаций, даже видела их, но сердце, которое протянул ей Миша, не было похоже на механическое устройство с металлическими клапанами, пластиковыми трубками и креплениями. Оно было точной копией человеческого сердца, только созданное из синтетических полимерных материалов.

– Мне нравится робототехника, – улыбнулся он. – И возможность со временем применить эти технологии для лечения людей.

– А целиковый робот у тебя есть? – выпалила Алена, с интересом рассматривая и ощупывая полупрозрачное сердце.

– Нет пока, а тебе нужен? – отшутился Миша.

– Не уверена…

– Так как тебе здесь? – молодой человек явно напрашивался на комплимент.

– Такой масштаб я и представить себе не могла… Круто! А как проходит диагностика… твоих…неисправностей? – Алена с трудом подобрала слова. Она вернула изобретателю искусственное сердце и, бросив еще один взгляд на неподвижную конечность, вопросительно уставилась на друга.

– В одной из лабораторий при помощи очень мощного компьютера. Хочешь посмотреть?

– А можно?

– Я прохожу диагностику в среднем раз в неделю, на этой неделе уже делал, но можно повторить. Заодно познакомлю тебя с НЭС.

– НЭС?

– Да, это автономная нейронная сеть, которая позволяет диагностировать имплантированные в тело человека искусственные нейроны. Пойдем!

Они вошли в одну из автономных лабораторий. По центру комнаты стояло кресло, похожее на то, что можно увидеть в кабинете стоматолога, только сделанное из прозрачного материала серебристого цвета с прожилками внутри.

– Привет, НЭС! – бросил Миша в пространство перед собой.

– Доброе утро, Михаил! Рада вашему возвращению, – женский голос звучал как будто из ниоткуда, но один из мониторов рядом с креслом тут же сам собой включился, показав звуковую дорожку. – Возникли какие-то сложности? – уточнил электронный голос.

Алена замерла в нерешительности.

– Нет, со мной все в порядке! Не беспокойся, – отозвался молодой человек. – Просто проведем внеочередную диагностику, чтобы Алена смогла оценить результаты нашей работы. Алена моя подруга детства, познакомься!

– Очень приятно, Алена. Я НЭС, – вежливо представился голос.

– Она может нас видеть? – шепотом уточнила девушка, озираясь по сторонам.

– Конечно, может! Все здание утыкано камерами, но НЭС пока видит только то, что происходит в нашей лаборатории, – Миша ввел какие-то данные, снял футболку и плюхнулся в кресло. Он удобно устроился, положив руки на подлокотники и скомандовал:

– Запускай диагностику!

– Запускаю, – послушно отозвалась НЭС.

Алена подошла ближе и положила свою руку на Мишину.

– Не переживай, – улыбнулся молодой человек, заметив, как напряжена его подруга. – Это не больно, даже не неприятно. Просто как будто холодок по спине – и все.

В этот момент серебристые прожилки в спинке кресла начали светиться голубоватым светом. Алена отступила чуть назад, как завороженная наблюдая за мерцающими белыми точками, которые с огромной скоростью перемещались по прожилкам. Двигаясь, эти огоньки заставляли то одни, то другие участки татуировки на Мишиной спине светиться ярче. На мониторе появилось изображение человеческого тела в полный рост, а справа и слева от него две колонки с постоянно обновляющейся информацией. Данные сканирования позволили Алене ясно увидеть всю нервную систему пациента.

– Те участки спинного мозга, которые отмечены синим – это как раз участки, замененные искусственным нейроволокном, а красные, их больше, это мои собственные нервные клетки. Как видишь, в результате операции головной мозг остается нетронутым.

Девушка с интересом наблюдала за меняющейся картинкой.

– Я вижу, что от синих участков спинного мозга искусственные нейроны идут к мышцам. Они замещают твои собственные поврежденные нервы?

– Замещают и работают более эффективно.

– Более эффективно?

– Например, моя скорость реакции выше среднестатистической, то есть фиксируемой у большинства людей. Так происходит, потому что по искусственным нейронам электрические импульсы проходят быстрее.

– Но ведь мышцы-то твои собственные, не искусственные… – сообразила девушка: – Как же они выдерживают повышенную нагрузку?

– Прошу прощения, что вмешиваюсь, – подала голос НЭС. – Позвольте мне объяснить и показать наглядно, как работает система искусственных нейронов, интегрированных в тело человека.

– А давай! – согласился Миша, вставая с кресла, и добавил, обращаясь к Алене: – Она очень любит рассказывать, как что устроено!

– Посмотрите на монитор! – предложила НЭС.

Дальше последовали детальные объяснения, проиллюстрированные изображениями и схемами, из которых девушка поняла, что если пациент не нагружает свое тело сверх меры, то и нейроны работают в совершенно естественном для человеческого организма режиме. Но вот при повышенных нагрузках биологические ткани, такие как мышцы и связки, могут пострадать.

– То есть, если начать чересчур интенсивно нагружать мышцы, то может произойти отторжение искусственной нервной ткани, – завершил объяснения электронный голос.

– Но не переживай! – поспешил заверить подругу Миша, заметив, как расширились от испуга ее глаза. – Ни о каких сверх нагрузках речи не идет. Во всяком случае пока. Сейчас мы работаем над тем, чтобы сделать применение искусственных нейроволокон максимально безопасным и эффективным при лечении заболеваний, которые прежде считались неизлечимыми.

– Сегодняшний тест подтверждает, что система работает исправно, – поддержала его НЭС.

– А что произошло в тот вечер, когда ты исчез? – спросила Алена после того, как они покинули лабораторию и отправились обратно на поверхность.

– Небольшой системный сбой, – уклончиво ответил Миша.

– Ты обещал мне все рассказать, если я приеду сюда, – не отступала девушка. – Небольшой системный сбой – это не ответ.

– Ты…

Двери лифта открылись, прервав Мишу на полуслове, и в кабину хлынул яркий дневной свет.

– Доброе утро, Михаил! – приветствовал их стоящий перед лифтом мужчина.

Алена сощурилась: после тусклого освещения коридоров и лифта солнечные лучи из окон слепили глаза.

– Доброе утро! – Миша чуть подтолкнул свою спутницу вперед, и они вышли из лифта, оказавшись в холле первого этажа. Мужчины обменялись рукопожатиями.

Теперь Алена могла лучше рассмотреть приветствующего их человека. Это был высокий подтянутый мужчина лет пятидесяти в элегантном деловом костюме и с кейсом в руках.

– Андрей Васильевич, разрешите представить вам Алену Седову, – продолжил Миша. – Алена, Андрей Васильевич – один из кураторов проекта, над которым я работаю. А Алена – моя очень близкая подруга.

– Приятно познакомиться, – девушка протянула руку.

– Что вы, это мне приятно! – улыбнулся мужчина, легко пожимая ее ладонь. – Придете сегодня вечером на фуршет? – тут же любезно осведомился новый знакомый.

– Конечно, – Миша утвердительно кивнул.

– В таком случае, до вечера! – не стал задерживать их Андрей Васильевич и скрылся в лифте.

– Твой босс, кажется, не против, что ты водишь по секретному объекту близких друзей, – с некоторым удивлением отметила девушка.

– Это не совсем так. Ты первый человек без допуска, который попал в лабораторию.

– Но если объект закрытый, почему меня пустили?

– Это была моя личная просьба. К тому же, сотрудники службы безопасности тебя проверили и не обнаружили никаких угроз.

– Проверили?

– Конечно. Ты против?

– Нет, – Алена покачала головой. – Я думаю, мы все как на ладони у правительства и секретных служб. Так что одной проверкой больше…

– Отлично.

– Так ты мне расскажешь про то, что произошло в тот вечер? – вновь вернулась к прерванному разговору девушка, когда они миновали пост охраны с рамками металлоискателя и вышли на улицу.

Миша вздохнул.

– Мои объяснения могут показаться тебе скучными… – он поймал нетерпеливый Аленин взгляд. – Хорошо, хорошо! Понял… – они вышли с территории и присели на лавочку в ближайшем сквере. – Дело в том, что искусственные нейроволокна не слишком-то ладят с лимбической системой головного мозга… проще говоря, с эмоциональными перегрузками… В тот вечер мне было очень непросто… я столько всего вспомнил, так много переживаний из прошлого… НЭС считает, это стало основной причиной системного сбоя… – Миша улыбнулся. – Даже если тебе не нравится это выражение, иначе я свое состояние назвать не могу.

– Вы это исправите?

– Конечно исправим! – ни секунды не колебался с ответом молодой человек.

– Тогда почему ты с такой неохотой мне рассказал?

Миша нахмурился.

– Я слишком долго был инвалидом… ненормальным… Это тяжело – признавать свою слабость…чувствовать себя неполноценным, хуже других… Я видел, как ты смотрела на меня. Я же тебе больше нравлюсь таким – уверенно стоящим на собственных ногах, а не прикованным к инвалидному креслу слабаком?

– Что за чушь?! – изумилась Алена. – Ты мой друг! Я рада, что ты можешь ходить и чувствуешь себя лучше, но это не значит…

– Да брось! – с горечью в голосе перебил ее Миша: – Хочешь сказать, что будь я сейчас в инвалидном кресле, мы точно также держались бы за руки и прогуливались по парку?

Алена вновь почувствовала его боль, не физическую, душевную… ее сердце сжалось от тоски и безысходности, которые он испытывал, будучи прикованным к креслу. На глаза ей навернулись слезы. Они никак не могла ему помочь! Не могла изменить того, что было…

– Прости меня! – слезы девушки будто отрезвили Мишу: – Я не думал, что говорю…

– Нет, твои слова тут ни при чем…– она слегка отвернулась. Ей вдруг очень захотелось рассказать Мише о том, что она тоже не совсем «нормальная», но что-то ее удержало. В ее сердце поселилось сомнение: если для него так важно быть здоровым и не хуже других, будет ли он относиться к ней с той же теплотой, когда узнает о ее недостатке, о ее странной болезни?

– Я не хотел тебя обидеть, – Миша взял ее за руку. Его сожаления были искренними.

– Все в порядке. – Алена подняла на него слегка покрасневшие глаза: – Пообещай мне одну вещь. Пообещаешь?

– Конечно!

– Никогда не сомневайся во мне.

Миша кивнул. Он поднес ее руку к губам и осторожно поцеловал:

– Обещаю.

–А что там за фуршет? – стараясь отогнать грустные мысли, Алена решила сменить тему разговора.

– А… Общественное мероприятие для ученых, журналистов, инвесторов… Корпорация же не только над секретными проектами работает. К слову, универсальные браслеты также разработаны моими коллегами в сотрудничестве с международной командой специалистов. Мне бы стоило там появиться. Но если ты не хочешь…

– Почему бы и нет! – пожала плечами Алена.

Когда они вернулись домой, чтобы переодеться к фуршету, Слава уже более менее пришел в себя и вознамерился составить им компанию на грядущем мероприятии.

– Там что, нужно быть как то по-особенному одетыми? – спросила Алена, наблюдая, как Миша достает из шкафа один из многочисленных костюмов и свежую рубашку.

– А как же!– усмехнулся Славка, входя в комнату вслед за девушкой. – Помпезность это наше все! – и добавил, обращаясь к хозяину дома: – Для меня что-нибудь найдется?

– Конечно, выбирай! – Миша отошел от шкафа, предоставляя другу полную свободу выбора.

– Отец там будет? – словно между делом спросил Слава.

– Будет, конечно, – спокойно отозвался Миша. – Я его с утра встретил в лаборатории. Похоже, он в хорошем настроении.

– А чего ему печалиться? – с нескрываемым раздражением в голосе бросил Славка. – Ты бы видел его новую пассию! На ней живого места нет: сплошной силикон…

– Нашел из-за чего расстраиваться, – попытался успокоить его друг.

– И в самом деле… – с деланным равнодушием отмахнулся молодой человек.

Алена ретировалась из комнаты так быстро, как только могла. Она не готова была переживать разочарование и боль, которые чувствовал Слава. Войдя в свою комнату, девушка вытряхнула на кровать содержимое сумки и невеселым взглядом окинула свой прямо-таки скажем не вечерний гардероб.

– Можно? – Миша заглянул в комнату и, заметив растерянное выражение на лице гостьи, спросил. – Что-то не так?

– Я просто ума не приложу, что надеть, вот и все, – она демонстративно развела руками.

Молодой человек встал рядом и, глядя на разноцветные футболки, сарафан и шорты, понимающе кивнул.

– Мы решим этот вопрос по дороге.

– Каким это образом? – девушка снизу вверх посмотрела на стоящего рядом молодого человека.

Миша осторожным движением поправил непослушную прядь волос, упавшую Алене на лоб:

– Увидишь.

Алена никогда бы не подумала, что в маленьком магазинчике в центре провинциальной Дубны можно найти такое разнообразие стильных вечерних и коктейльных нарядов. Миша познакомил ее с миловидной девушкой-продавцом по имени Марго, и та помогла подобрать изумрудного цвета коктейльное платье, которое идеально подчеркивало достоинства Алениной фигуры и замечательно подходило к ее зеленовато-карим глазам.

На втором этаже магазинчика располагался небольшой салон красоты, где еще одна девушка быстро и профессионально сделала Алене легкий макияж и собрала в пучок ее густые светлые волосы, создав очень элегантный и одновременно ненавязчивый образ.

– Сколько я должна? – спросила Алена, с трудом представляя, сколько стоит все это великолепие.

– Уже оплачено, – с улыбкой отозвалась Марго. – Желаю вам хорошо повеселиться!

Алена удивленно вскинула брови.

– Все в порядке! – заверила ее Марго.

– Спасибо большое, – все еще немного смущенная сложившейся ситуацией, поблагодарила ее Алена. Она взяла в руки телефон, бумажный пакет с одеждой, в которой пришла, и уже направилась было к выходу, но остановилась на полпути, решив задать еще один вопрос: – Марго, а Миша, он же часто сюда заходит?

– Не могу сказать, что часто, – пожала плечами девушка-продавец. – Скорее, по необходимости.

– А с девушками?

– С девушками? – Марго рассмеялась. – Нет, ты первая девушка, с которой он пришел.

– Спасибо! – Алена расплылась в улыбке.

Миша и Слава ждали Алену на стоянке перед магазином.

– А еще там такие девчонки есть? – присвистнул Слава. – А то я один иду на вечеринку!

– Таких больше нет, – уверенно заявил Миша, вскакивая с водительского места и открывая перед Аленой дверь автомобиля. – Ты выглядишь просто потрясающе! – в его взгляде читалось искреннее восхищение.

Алена осталась довольна произведенным впечатлением.

– Спасибо, – она взяла Мишу за руку и улыбнулась, глядя ему в глаза. – Я даже не думала, что могу такое носить и так выглядеть…

– Я не очень хорошо делаю комплименты, но тут дело не в том, что на тебе надето… – он улыбнулся и осторожно провел свободной рукой по волосам девушки. – И у меня есть маленькое дополнение к твоему образу.

Алена с интересом приняла из рук друга меленький бархатный мешочек, в котором лежал браслетик: тонкая красная веревочка с серебряным символом бесконечности. Девушка не понимала причин, по которым ее так тронул этот подарок, но слова сами сорвались у нее с языка.

– Нам нужен второй такой! – неожиданно решительно заявила она.

– Что? – не понял Миша. – Хочешь носить сразу два? Будут лучше смотреться?

– Да нет же! – отмахнулась Алена, воодушевленная своей неожиданной идеей. – Где ты его взял?

– Да вон там, – молодой человек указал на малюсенький магазинчик этнических сувениров на противоположной стороне дороги.

– Мы сейчас! – крикнула девушка Славе и, жестом предложив Мише следовать за ней, направилась к магазину.

– Хотите что-то еще? – дружелюбно осведомился пожилой продавец, поправляя покачивающихся под потолком ловцов снов.

– Да! Нам нужен еще один такой браслет, – Алена показала ему Мишин подарок.

– Их как раз только два и было, – улыбнулся мужчина за прилавком. – Вот, пожалуйста!

Девушка взяла украшение и передала своему другу.

– Это мой тебе ответный подарок.

Миша немного растерянно улыбнулся, а потом вдруг вспомнил:

– Мы в детстве хотели что-то подобное сделать…

– Да, точно, – подтвердила Алена. – Сплести по браслетику и обменяться ими. Но не успели… Вот почему нужно сделать это прямо сейчас, не откладывая!

– Согласен! – Миша протянул руку, и Алена ловко зафиксировала подвижные узелки.

– Так, теперь я… – молодой человек осторожно надел браслет на узенькое запястье подруги.

Алена была просто в восторге от подобной идеи. Кому-то постороннему такой обмен браслетиками мог показаться банальным, но для старых друзей он был очень символичен. И от одного взгляда на незамысловатое украшение, поблескивающее на запястье, на душе у Алены становилось теплее и радостнее. Она обняла Мишу и звонко чмокнула в щеку. – Спасибо!

– Эй! Ну хватит вам ворковать! Может на вечеринке девчонки какие будут, а я тут с вами торчу! – с деланным возмущением крикнул Слава, когда его спутники наконец-то вернулись к машине.

Миша с укоризной посмотрел на друга.

– Ну что?! Я не прав?! – продолжил возмущаться молодой человек.

– Не будем его задерживать, – согласилась Алена, садясь на переднее сиденье.

– Вот спасибо, сестренка! – благодарно кивнул тот. – Погнали уже!

Фуршет был организован в шикарном особняке одного из членов Совета директоров корпорации, в которой работал Миша. Когда молодые люди приехали, в доме уже было полно гостей. Слава почти мгновенно растворился в толпе приглашенных, в то время как Миша и Алена отправились поприветствовать хозяина. Им оказался уже довольно пожилой мужчина, одетый в легкий льняной костюм и ковбойскую шляпу.

– Михаил! Рад тебя видеть! – широко улыбнулся он. – Да ты не один…

Миша коротко представил Алену и обменялся с хозяином парой дежурных фраз. Приблизительно также они пообщались еще с несколькими людьми – все были значительно старше Миши, но при этом относились к нему в одинаково уважительной манере.

– Тебе как будто не 22… – с некоторым удивлением заметила Алена.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну… здесь все такие… взрослые… я бы даже сказала уже старые… а я думала у тебя много молодых коллег.

– Не много. Я же рассказывал тебе про экстернат, про то, что закончил институт раньше своих сверстников.

Подошедший официант предложил им шампанское. Они взяли по бокалу и решили прогуляться по саду, разбитому за особняком.

– Знаешь, когда мы только познакомились, ты был совсем другой, – Алена задумчиво перебирала в руках бокал. – Я помню, что несмотря на выдающиеся способности, о которых все время говорили мои родители, ты не хотел учиться. Вообще ничего не хотел делать… Что поменялось?

– Я не люблю вспоминать то время, – честно признался Миша. Они присели в небольшой тенистой беседке вдали от всех. – Пока не встретил тебя, вообще все было мрачнее не придумаешь… я и не жил вовсе… существовал от звонка будильника и до вечера. Но наша дружба была как лучик света. – Он внимательно посмотрел на девушку и уже оптимистичнее добавил. – После твоего отъезда я понял, что не готов возвращаться к прошлой безысходности. Вот и взялся за ум!

Тихо звякнул телефон, и Миша, извинившись, ответил на вызов.

– Да, хорошо, сейчас подойду, – проговорил он и добавил, обращаясь к Алене: – Приехал человек, с которым я хотел познакомиться. Пойдем?

– Я лучше подожду тебя здесь, – улыбнулась девушка.

– Все в порядке?

– Да, в полном!

– Я совсем ненадолго!

Алена проводила взглядом высокую Мишину фигуру и огляделась по сторонам. В этой части сада никого не было, только тихо чирикали птички, и легкий ветерок шуршал яркой майской листвой. Девушка чуть откинулась назад, наслаждаясь умиротворяющим пейзажем, теплым майским вечером и сладким вкусом шампанского. Ее переполняли смешанные чувства. Сделав очередной глоток, она едва заметно улыбнулась. Не то чтобы ей очень понравилось мероприятие, просто за последние несколько дней жизнь преподнесла ей столько неожиданных сюрпризов!.. Приятных и не очень… Она нахмурилась и коснулась рукой кулона: благодаря неглубокому вырезу на платье он был надежно скрыт от посторонних глаз. И тут Алена спиной почувствовала, что на нее кто-то смотрит. Она резко обернулась, но вокруг по-прежнему никого не было. Однако тревожное чувство, что за ней наблюдают, никуда не делось. Девушка вышла из беседки и еще раз внимательно огляделась по сторонам.

– Алена! – по дорожке к беседке быстро шел Миша.

– Это ты! – она облегченно вздохнула.

– Это я! – он остановился напротив и протянул ей яблоко. – Вот! Мой трофей!

– Неожиданно! И очень вовремя! Закуска! А то шампанское делает свое дело! Мне уже мерещится, что кто-то за мной следит!

Миша удивленно вскинул брови.

– Я же сказала – почудилось просто. Алкоголь на меня вообще плохо влияет, даже в небольших количествах.

– Хорошо, теперь буду тебе только сок предлагать. Я, к слову, уже переговорил с кем хотел, так что мы можем поехать поужинать где-нибудь в городе…

– Отличная идея! – согласилась девушка. – Не то чтобы мне не понравились твои коллеги…

– Можешь не продолжать. Я и сам не большой фанат таких мероприятий. Предпочитаю этой тусовке общество НЭС…

– Ты говоришь о компьютере, как о живом человеке… – заметила Алена, когда они, взявшись за руки, направились к парковке.

Миша не успел ответить, потому что его окликнули. Он обернулся на голос и увидел Андрея Васильевича, стоящего в окружении каких-то людей. Тот жестом попросил молодых людей подойти.

– Еще одно рукопожатие, и мы покинем это место, – шепотом уверил Алену Миша и повел ее за собой через толпу гостей.

– Михаил, здравствуй! – Андрей Васильевич пожал руку молодого ученого и улыбнулся его спутнице: – Алена, рад снова вас видеть!

– Взаимно, Андрей Васильевич, – отозвалась Алена.

– Просто Андрей, хорошо? – попросил мужчина, и когда девушка кивнула, продолжил. – Хотел вас познакомить с одним нашим очень уважаемым гостем – профессором Олегом Севериным.

Миша пожал протянутую ему руку, и Алена без особого интереса взглянула на стоящего перед ними выше среднего роста, хорошо сложенного, статного мужчину. По странности этот человек показался ей смутно знакомым, но в лучах слепящего глаза заходящего солнца, ей сложно было рассмотреть его как следует.

– Олег – очень известный доктор, специалист в области нетрадиционной медицины, профессор и член Всемирной организации здравоохранения, – пояснил Андрей Васильевич. – Иглоукалыванием и точечным массажем он ставит на ноги даже самых безнадежных больных.

– Я слышал, что прогрессивные методы, над которыми работает Михаил, в скором времени могут лишить меня работы!– шутливым тоном заметил профессор.

– Мне лестно, – улыбнулся Миша. – Но мои разработки пока не применяются на практике, в то время как вы спасаете жизни уже сегодня.

– Согласен, – кивнул Северин. – А вы чем занимаетесь, юная леди?

Алена не сразу поняла, что вопрос адресован ей. Она прикрыла глаза рукой, стараясь защитить их от лучей уже клонящегося к закату солнца и разглядеть собеседника.

– Я?.. Я учусь… Поступила в Колледж здравоохранения Бостонского университета.

– Достойно, – не скрывая своего одобрения, ответил мужчина. – Наверное поступление…

И вдруг его голос словно растворился в странном, невесть откуда взявшемся гуле, который заполнил все вокруг. Алена тряхнула головой и огляделась, желая обнаружить источник звука, но, казалось, никто кроме нее ничего не заметил. Люди вокруг продолжали беседовать, это было очевидно по движению губ, но она не могла разобрать слов. От все нарастающего гула, который теперь походил на сотни и тысячи монотонно бормочущих голосов, у девушки сдавило виски. Кулон на ее шее будто потяжелел и стал чуть ли не обжигающе горячим. Она положила руку на грудь, стараясь нащупать скрывающееся под платьем украшение, но неожиданно почувствовала тошноту и поняла, что теряет равновесие. С силой сжав руку стоящего рядом Миши, она начала медленно оседать вниз.

– Алена… – его встревоженный голос был последним, что она слышала, прежде чем потерять сознание.

Алена очнулась от резкого запаха, открыла глаза и увидела лицо склонившегося над ней седовласого мужчины.

– Как вы себя чувствуете? – спросил он.

– Нормально, – Алена почувствовала тепло руки и повернула голову. Рядом с диваном, на котором она лежала, сидел Миша и обеспокоенно всматривался в ее лицо.

– Что произошло? – девушка приподнялась на локтях, а потом села, спустив босые ноги на пол.

– Ты потеряла сознание, – в голосе Миши прозвучало облегчение. – Сейчас голова не кружится? Ничего не болит?

– Нет, все в порядке…

– Нашатырь оказался очень кстати. Старое и проверенное средство! – заметил седовласый мужчина.

– У Олега с собой оказался чемоданчик Айболита, – пояснил Миша.

Алена подняла взгляд на доктора и с удивлением обнаружила, что черты его лица ей хорошо знакомы. А еще она откуда-то знала, как выглядит его кабинет, что он живет в большом загородном доме с колоннами и питает слабость к дорогому виски… Она нахмурилась, стараясь припомнить, где могла встречать этого человека, откуда могла столько о нем знать?

– Что-то не так? – заботливо осведомился мужчина.

– Я… – она поняла, что чересчур пристально рассматривает нового знакомого и перевела взгляд на Мишу.

– Судя по данным твоего браслета, давление у тебя в норме. Так что поедем домой! – решительно заявил молодой человек.

Миша поднял с пола ее туфли.

– Я босиком дойду, – покачала головой Алена, вставая с дивана, и добавила, обращаясь к доктору: – Спасибо за вашу помощь.

– Всегда пожалуйста, Алена, – ответил он, сделав ударение на ее имени, а может ей это только показалось…

– Я помню, с тобой нечто похожее случалось еще в школе, – заметил Миша, помогая Алене разместиться на переднем сиденье своего джипа.

В ответ девушка лишь отвела взгляд и уставилась в окно. Ее друг быстро выбрал на бортовом компьютере пункт назначения «дом-Дубна», и когда они выехали на дорогу, вновь предоставил управление автомобилем автопилоту.

– Ален, я ведь тебе все рассказал, как и обещал. А ты, похоже, что-то от меня скрываешь.

– До отъезда в штаты у меня была эпилепсия, но после того, как мы обосновались в Чикаго, все прошло. Никаких симптомов. Никаких отклонений. Все было хорошо.

– Было?

– Я не думаю, что мой сегодняшний обморок связан с тем, чем я болела в детстве. Может просто перенервничала… как и ты…

Миша понимающе кивнул.

– Может, твои родители согласятся, и мы обследуем тебя в медицинском центре, принадлежащем корпорации? Неврология – их основная специализация. Если приступы вернутся, мы найдем способ это исправить…

– Не нужно ничего исправлять, – неожиданно жестко ответила Алена. – Со мной все в порядке.

– Ладно, прости… Ты расстроена…

– Просто давай не будем больше обсуждать этот обморок… Еще неделю назад я была совершенно здорова и не думаю, что с тех пор многое изменилось.

Когда они вернулись домой, солнце уже опустилось за горизонт. Но мягкие сумерки и теплый ветерок, которыми молодые люди планировали насладиться, прогулявшись по набережной, оказались в одно мгновенье рассеяны мощным светом фар подкатившего к дому спорткара.

– Эй, вы что это задумали? Оставили меня тусоваться с кучей стариканов и свалили! – Слава заглушил мотор и вышел из машины. – У меня тут ящика два пива, пицца, еще кое-что на десерт, – он лукаво подмигнул немного растерявшимся друзьям.

– А девчонки? – неожиданно развеселилась Алена.

– Девчонок нет, – сник Слава.

– Эх! – с деланным разочарованием вздохнула девушка. – Миш, пустим его без девчонок?

– Пустим! – облегченно вздохнул Миша: после дороги, проведенной в полном молчании, ее непринужденный тон стал знаком окончательного примирения.

Вместе они поднялись на второй этаж и расположились на открытой террасе. Мишин лучший друг оказался редким болтуном. Алене не пришлось прилагать никаких усилий, чтобы поддерживать разговор: Славка сам придумывал темы для обсуждения, сам задавал вопросы и сам же на них отвечал. В то время как Миша в какой-то момент с головой погрузился в переписку на телефоне.

– Все в порядке? – воспользовавшись паузой в Славкином монологе, Алена легко коснулась Мишиного плеча, желая привлечь его внимание.

– В порядке, – односложно отозвался он. – Это по работе…

– А давайте включим музыку! – вмешался Славка.

– Тогда пошли в дом, – Миша убрал телефон в карман и улыбнулся Алене. – Все в порядке! Вы сейчас музыку послушаете, а я кое-что быстренько сделаю с домашнего компа, хорошо?

– Ладно, – кивнула девушка.

Они переместились на диваны в обсерваторию на третьем этаже. Пока Славка выбирал музыку, Миша включил ноутбук и привычным тоном поздоровался с НЭС.

– Здравствуйте, Михаил, Алена, – приветствовала она в ответ. – Слава, рада вас видеть!

– А! НЭС! Здорова! И ты тут! – отозвался молодой человек, не отрываясь от изучения плейлиста.

– Мне нравится работать, даже по ночам, – как-то невпопад ответил компьютерный голос.

– А я, дорогая НЭС, люблю отдыхать! – ответил Славка и включил первую выбранную композицию, от которой окна обсерватории чуть не разлетелись вдребезги.

– Убавь немного звук! – стараясь перекричать басы, попросил Миша и шутливо добавил: – В отличие от НЭС, я в таком шуме не слышу собственных мыслей!

– Как скажешь, дружище! – не стал противиться Славка: – Только закругляйся ты уже с этой работой! Дай нам с НЭС оттянуться! В шахматы сыграть партийку, что скажешь?

– Я могу играть в шахматы, не отвлекаясь от рабочего процесса, – поддержала его предложение НЭС.

– Ладно, играйте, только дайте мне минут пятнадцать, чтобы кое-что закончить, – отмахнулся от них Михаил.

– НЭС играет с тобой в шахматы?! – не могла скрыть своего удивления Алена. – То есть, я знаю, что компьютеры уже давно умеют играть в шахматы…

– Да это больше для прикола! – усмехнулся Славка. – Пойдем за доской!

Вдвоем они спустились на цокольный этаж, где у хозяина дома стоял бильярдный стол и хранились старые настольные и компьютерные игры.

– Мишка, конечно, мой лучший друг, – вновь заговорил Слава, перебирая коробки. – Но с ним иногда скучновато бывает. Ему вдруг придет в голову какая-то идея, и он сразу за комп. А мне куда посреди ночи в этой дыре деваться? Вот мы с НЭС и начали друг друга развлекать. У нее же мозгов больше, поэтому поначалу она меня все время обыгрывала. Я даже на нее обижался. А она просекла, что мне только проигрывать неинтересно, и начала две партии из пяти мне уступать… В общем мы то в шахматы, то в караоке… нашли еще тут старые диски и приставку…

– Она еще и поет?! – продолжала удивляться Алена.

– Да она вообще компанейская, в отличие от своего создателя. Правда, и в караоке у нее все время 100 баллов из 100… – с некоторым сожалением добавил Слава и победоносным тоном сообщил: – Вот, нашел доску! Пойдем, надавим НЭС на жалость и выиграем три партии из пяти!

Час спустя Алена все еще продолжала с интересом наблюдать за неравной схваткой на шахматном поле.

– НЭС, но у тебя же должна быть где-то совесть? – причитал Слава. – Ну подпрограмма какая-нибудь! Миш! Она уже вторую партию выигрывает!

– Я побеждаю честно, – урезонила противника НЭС: – На данный момент я сократила вычислительные ресурсы до предельно допустимых значений.

– Звучит как оскорбление… – вздохнул молодой человек.

– Ни в коей мере. Я просто констатировала факт, – не согласился компьютер.

– Ален, передай мне еще пива, – попросил Славка, устало потирая виски.

– Судя по данным с браслета, количество алкоголя в крови уже превышает допустимый минимум, – неожиданно сообщила НЭС.

– У тебя что, есть доступ к данным? – Алена, до сих пор воздерживающаяся от диалога с компьютерным голосом, все же решилась задать вопрос.

– Только к данным разрешенных объектов. К вашему браслету у меня доступа нет.

– А меня они с Мишей регулярно используют в качестве испытуемого, – пояснил Слава, открывая очередную банку. – Я им сам разрешил. Но! НЭС, если ты будешь злоупотреблять моим доверием и вести себя, как моя тетушка Луиза, я лишу тебя доступа.

– Это ультиматум? – уточнил голос.

– Это предупреждение, – молодой человек поднял банку: – Твое здоровье!

– Я прошу прощения, – чуть помолчав, сообщила НЭС. – Но алгоритмы, над которыми сейчас работает Михаил, требуют моего полного внимания. Предлагаю закончить партию в ничью.

– НЭС! Ты что, обиделась? Да, брось! – примирительным тоном начал Слава. – Ты со скуки там умрешь в этих алгоритмах! – но ответа не последовало. – Все. Обиделась, – невесело констатировал молодой человек.

– И правильно сделала, – кинул ему Миша. – Хватит уже пить!

– Хватит уже меня воспитывать! – Слава с трудом поднялся и пошатывающейся походкой направился на террасу. – Пойду подышу свежим воздухом!

– Все, я закончил. До завтра, НЭС! – удовлетворенно заключил Миша.

– Спокойной ночи, – отозвался компьютерный голос. – Благодарю за чудесный вечер!

Миша закрыл ноутбук.

– Она «ушла», если так можно сказать? – уточнила Алена, озираясь по сторонам.

– Теперь, да. Доступ к камерам и динамикам в этой комнате у нее только пока мой компьютер и ее нейропроцессор находятся на связи.

Алена с облегчением выдохнула:

– Прости, мне просто как-то не по себе… – добавила она. – Знаешь, если бы я не знала, что она не человек, то подумала бы, что со Славкой в шахматы играет обычная девчонка. Умная, но все же просто девчонка.

– Хочешь сказать, что у НЭС есть характер и признаки личности, – Миша присел рядом с ней на диван и открыл банку колы.

– А разве нет? Она же обиделась на него!

– Так как в приоритете у меня сейчас другие задачи, я не уделял этому вопросу достаточно времени. Честно говоря, я так к ней привык, что ее поведение кажется мне совершенно нормальным…

– Наверное я просто раньше не сталкивалась так близко со всеми этими прогрессивными технологиями…

– Да ладно! – улыбнулся Миша, обнимая Алену за плечи. – Нейронные сети уже несколько лет широко применяются в самых разных областях, они самообучаются и значительно облегчают людям жизнь.

– Но пользоваться навигатором, просчитывающим маршрут, и болтать с ним за партией в шахматы для меня не одно и тоже.

– Добро пожаловать в мой мир! – рассмеялся молодой человек.

– В твоем мире высоких технологий нет еды, – вклинился в разговор Слава. – Пиццу мы уже доели…

– Давайте закажем что-нибудь, если хотите, – предложил хозяин. – Еще не слишком поздно…

– Нет… – чуть подумав, отмахнулся светловолосый молодой человек. – Я спать.

Алена проводила его взглядом и, устроившись поудобнее на диване, положила голову Мише на плечо. Какое-то время они просто сидели молча, каждый размышляя о чем-то своем. Алена считала, что это очень ценно, обходясь без слов, уметь просто быть рядом. В детстве ей не всегда удавалось выразить свои переживания словами, и в такие моменты молчаливое присутствие друга становилось самым настоящим спасением. Родители не умели поддержать молча: они всегда допытывались, что произошло и почему такой печальный вид… А Миша умел… Вот и сейчас Алена почувствовала неясную тревогу. Она то и дело прокручивала в голове события минувшего дня: неожиданный обморок и встречу с доктором, о котором она знала больше, чем положено знать о простом незнакомце.

– Как считаешь, – неожиданно нарушила тишину девушка, – все явления можно объяснить с научной точки зрения, или есть что-то, что просто не поддается объяснению?

– Как например что?

– Например, интуиция… предчувствия…

– Шестое чувство?

– Ну, можно и так сказать.

– Это вполне объяснимо с научной точки зрения. Смотри, у человека есть пять основных органов чувств – глаза, нос, язык, уши и кожа, правильно? Они улавливают разные внешние воздействия и передают информацию в головной мозг. Что касается шестого органа чувств, который отвечает за ту самую интуицию и способность предчувствовать, то, на мой взгляд, мы просто еще его хорошенько не изучили.

– Только не изучили? А найти уже нашли?

– Лично я думаю, что нашли много тысяч лет назад. Он находится где-то в этой области, – он легонько коснулся Алениного лица в области между бровей. – В восточной медицине он связан с несколькими отделами головного мозга и называется «третий глаз».

– Ты серьезно? – девушка резко отстранилась. – Или посмотрел шоу моей бабушки про экстрасенсов и решил надо мной подшутить?

– Ален, ну какие шутки? – притворно возмутился Миша, снова обнимая ее за плечи и осторожно прижимая к себе. – Если бы я не смотрел на мир достаточно широко, то не сделал бы тех открытий, за которые меня так ценят.

Алена слегка толкнула его в бок.

– Ох! У тебя тяжелая рука! – рассмеялся он и добавил. – А на шоу, как там ты его назвала? Экстрасенсов? У меня просто нет времени. А почему ты спросила?

Алена решила, что хоть какой-то частью своих сомнений, хоть самой малюсенькой, она просто не может не поделиться.

– Это из-за доктора, которого мы встретили сегодня на фуршете. Я ведь его никогда раньше не видела, но как будто знаю о нем больше, чем это возможно при первой встрече.

– И что ты о нем знаешь?

Алена помялась.

– Я уверена, что знаю, как выглядит его дом… его кабинет…

– Он же врач, – тут же предположил Миша. – Возможно, тебя в детстве водили к нему родители.

Девушка помотала головой.

– Я сначала тоже так подумала. Написала сообщение маме. Но она сказала, что к такому доктору мы никогда не обращались…

Ее собеседник пожал плечами.

– Ты всерьез этим озадачилась?

– Не то чтобы очень… Просто странно…

Ее прервал звонок телефона.

– Поздновато как-то…– молодой человек аккуратно выпустил ее из своих объятий. – Извини, мне придется ответить, – он поднялся с дивана и, подойдя к окну, ответил на вызов.

Алена стала невольной свидетельницей короткого диалога, после которого настроение ее друга переменилось.

– Возникли непредвиденные обстоятельства… – нахмурившись, он перевел взгляд на Алену. – Мне нужно еще поработать…

– Хорошо… – девушку немного встревожил его тон.

– Прости, что так получается… – он еще больше помрачнел.

Но Алена не хотела портить такой хороший вечер ненужными сожалениями.

– Бывает, – улыбнулась она, поднимаясь с дивана. – Не бери в голову!

Миша отложил телефон и, подойдя ближе, легко провел рукой по ее щеке:

– Спасибо, что относишься с пониманием…

И в этот момент Алене показалось, что время остановилось. Голоса, подобные тем, что она слышала днем, только тихие и спокойные, снова проникли в ее сознание. Повинуясь непонятно откуда взявшемуся импульсу, она положила раскрытую ладонь Мише на грудь в области сердца, и в этот момент ее собственное зрение помутнело, но она как будто начала видеть чьими-то еще глазами, видеть то, чего видеть не могла – детство своего друга… Она узнала Мишу в пятилетнем мальчике, бегающем по ярко цветущем саду. Он во что-то играл, громко кричал и смеялся от души. И она засмеялась, но сквозь слезы, и почувствовала, как ее переполняет совершенно бесконечное чувство любви…

– Алена, ты почему плачешь?.. – Мишин обеспокоенный голос вернул ее к реальности.

Девушка растерянно огляделась по сторонам.

– Эй, если это из-за моего отъезда…

– Я… – Алена постаралась быстро подобрать хоть какие-то слова. Она совершенно не хотела рассказывать Мише о странных голосах в своей голове и видении из его детства, поэтому предпочла отшутиться. – Я просто расчувствовалась… Видимо у моего мозга тоже случаются перегрузки.

– Точно?

– Абсолютно! – она вытерла рукавом мокрые щеки. – Я пойду спать.

– Хорошо, – Миша поцеловал ее в щеку. – Хотя мне совсем не хочется тебя отпускать…

– Нам ведь некуда торопиться, – урезонила его девушка.

Стараясь не думать о странных голосах, да и вообще старясь ни о чем не думать, Алена заснула практически мгновенно. Но еще до рассвета ее сон был неожиданно прерван.

– Алена, – Мишин голос заставил девушку приоткрыть глаза.

– Что случилось? – она повернулась.

– Ален, мне нужно уехать, – Миша сидел на краю ее кровати и говорил очень тихо.

– Что-то не так? – она поднялась на локтях, обеспокоенно вглядываясь в лицо друга. – Ты поедешь на диагностику?

– Нет, мне нужно уехать по работе. На неделю, может чуть меньше. Самолет в штаты вылетает через два часа с местного частного аэродрома.

– А я…

– А ты спи. Утром доставят завтрак, а потом Слава отвезет тебя домой. Что скажешь?

– Такая срочность… – Алена глянула на часы: три утра.

– Да, и так бывает… – вздохнул Миша. – Я тебе оставлю кое-что, – и он протянул ей небольшое электронное устройство с тремя кнопками и дисплеем.

– Что это? – девушка включила светильник на прикроватном столике и прищурилась, разглядывая подарок.

– Это устройство для передачи текстовых сообщений. Назовем его «пейджер», был похожий гаджет в прошлом веке. У меня такой же. Он использует защищенную радио частоту, так что мы сможем общаться на любом расстоянии независимо от качества сотовой связи. К тому же, никто и никогда не узнает, о чем мы переписываемся.

– Почти шпионская штучка, – хмыкнула Алена.

– Спи, шпионка! – улыбнулся Миша и легко коснулся губами ее лба.

Алена проснулась около девяти. Продолжая гнать от себя мысли о странных видениях, она приняла душ и оделась в любимые джинсы и светлую майку. Сразу побросав всю оставшуюся одежду в сумку, она спустилась на кухню, чувствуя себя разбитой и не выспавшейся.

– Привет, сестренка! – неожиданно бодрым голосом приветствовал ее Слава, который уже разогревал завтрак.

– Доброе утро… Алена плюхнулась за стол, и перед ней мгновенно возникла чашка горячего ароматного кофе. Девушка перевела взгляд с чашки на энергичного молодого человека и уточнила. – Кто из нас вчера пил?

– Я… – виновато ответил Славка.

– А почему голова у меня раскалывается?

Собеседник сочувственно вздохнул.

– Нужна таблетка?

– Нет, – покачала головой Алена и сделала пару глотков кофе. – Я просто не могу молча завидовать твоей бодрости.

Молодой человек рассмеялся и с излишней торжественностью огласил меню:

– На завтрак нам принесли кашу, яичницу, бекон…

Не смотря на изобилие блюд, Алена ела без особого энтузиазма.

– Ты не обижайся на Мишку, – проглатывая очередной кусочек жареного бекона, попросил Слава. В отличие от Алены аппетита ему было не занимать. – Он фанат своей работы. Я раньше тоже на него злился, а потом понял, что для него это важно.

– Я не обижаюсь… – пожала плечами девушка, ковыряя вилкой остывшую яичницу. – Просто столько всего произошло за последние несколько дней…

Она вдруг почувствовала, что может говорить со Славой совершенно свободно, не опасаясь неискренности с его стороны. Миша был прав: этот молодой человек лишь на первый взгляд казался избалованным жизнью плейбоем. Для тех же, кто не судил книжку по обложке, он мог стать очень искренним и верным другом.

– Мы с Мишкой целый год были не разлей вода, когда я в седьмом классе училась, а потом этот переезд в Америку… я все в один момент потеряла… даже не пойму, как я жила эти пять лет…

– Ты скоро опять уедешь? – спросил Слава.

Алена помрачнела, ведь Славка задал именно тот вопрос, который она сама задать себе пока не решалась.

– Я в октябре иду в колледж… в Бостоне… – ее ответ повис в тишине.

– Ладно, – прервал затянувшуюся паузу ее собеседник, словно поняв, что не стоит дальше развивать эту тему. – Давай-ка я отвезу тебя домой!

Не взирая на вялое Аленино сопротивление, Слава все же проводил ее до квартиры и передал бабушке и дедушке, что называется «из рук в руки».

– Какой милый молодой человек! – не переставала умиляться Мария Леонидовна, подойдя к окну и взглядом провожая усаживающегося в машину Славку.

– Он лучший друг Миши, – сообщила девушка, присаживаясь за кухонный стол.

– Ах, Миша! – бабушка опустилась на соседний стул и с сочувствием посмотрела на внучку. – Очень жаль, что ему пришлось так поспешно уехать!

– Мы с бабушкой билеты купили в Большой театр… на завтра… – присоединился к их разговору Илья Васильевич. – Думали, Миша с нами пойдет.

– Он же только уехал… – покачала головой девушка.

Она проигнорировала сочувственные взгляды предков, ведь отъезд близкого друга волновал ее сейчас намного меньше, чем странные события последних дней. После обеда у Алены появилось свободное время, и она с удвоенной силой принялась разбирать свои старые вещи, желая найти хоть какое-то объяснение звучащим в ее голове голосам и видениям, но все было напрасно. Кроме записей в дневнике, который она нашла после приезда, и самого кулона, других подсказок не было.

На следующий день Алену уже с утра начали собирать в театр. Так как Миша был в отъезде и не мог воспользоваться своим билетом, Мария Леонидовна предложила его место Марише. Мариша и Алена были знакомы с раннего детства и даже ходили вместе в первый и второй класс, но потом Мариша с родителями переехала куда-то на юг столицы, и общение девочек прекратилось.

– Как получилось, что ты до сих пор общаешься с моей школьной подругой? – недоумевала Алена, перебирая коллекцию бабушкиных винтажных сумочек и клатчей.

– Я не с ней общаюсь, а с ее бабушкой, которая, как и много лет назад, живет в соседнем подъезде. А в этом году и Мариша сюда вернулась, чтобы бабушке помогать, и до института ей отсюда рукой подать.

– Понятно… – Алена отложила в сторону очередную сумочку. – Думаешь, мы найдем о чем поболтать?

– Безусловно! И первый вопрос, который вам предстоит решить – это в чем вы пойдете в театр!

Раздался звонок в дверь. Алена вопросительно посмотрела на бабушку.

– Да, это Мариша, – кивнула та. – Будете наряжаться вместе!

Девушка демонстративно закатила глаза и пошла открывать.

– А ты сильно изменилась, – заметила Мариша, обращаясь к Алене, после того как выпив с бабушкой чаю, они вдвоем переместились в комнату. Она взяла в руки рамку со старой фотографией, пылившуюся на книжной полке: на фото они с Аленой были еще совсем мелкими – первоклассницами, стоящими перед входом в школу.

– Встретила бы на улице и не узнала? – улыбнулась Алена.

– Скорее всего, – Мариша бросила на кровать чехол для одежды, в котором было упаковано несколько платьев и с грустью констатировала. – Поменяться нарядами не получится! – она поправила убранные в высокую прическу темные волосы.

Алена исподлобья окинула взглядом выразительные формы своей подруги: Мариша не была полной, но вся ее одежда смотрелась бы на Алене, как на вешалке.

– Не беда! У меня есть универсальный вариант – маленькое черное платье.

– Макияж тебе сделать? – согласившись с выбором подруги, поинтересовалась Мариша.

– Конечно, – закивала Алена, но оговорилась, заметив как красиво, но при этом чересчур ярко накрашена гостья. – Только легкий, совсем чуть-чуть!

Перевоплощение заняло у девушек пару часов. И Алена не переставала удивляться, как с каждой минутой ее общение со старой подругой становилось все доверительней. Мариша была очень прямой и открытой, называла вещи своими именами, много смеялась и казалась совершенно неунывающей. Что бы она ни рассказывала о себе, в каждой истории находилось место юмору и самоиронии, которым Алена, будучи довольно замкнутой и задумчивой, могла только позавидовать.

Алена уже бывала в Большом театре после реставрации: родители всегда старались привить дочери чувство прекрасного. Но, несмотря на дорогие билеты и шикарное внутреннее убранство – бесконечные вензеля, красный бархат и хрустальные люстры, девушка не испытывала к этому месту большой симпатии. На ее памяти впечатление даже от самых интересных выступлений было испорчено избытком пафоса и напыщенностью некоторых зрителей.

– Шикарное место! – выпалила Мариша, еще стоя в гардеробе.

Алена молча кивнула, а Мария Леонидовна тут же принялась рассказывать девушкам об истории театра и игравших здесь актерах. За разговором они неторопливо поднялись по устланной ковровой дорожкой лестнице на этаж выше, где под сводчатыми потолками и мерцающими люстрами замер белый рояль.

– Добрый вечер, Илья Васильевич! Мария Леонидовна, рад вас видеть!

Алена, шедшая чуть впереди, обернулась на голос и увидела, как ее дедушка пожимает руку… Олегу Северину! Благородная седина, прямой открытый взгляд, дорогой костюм – он словно только что сошел со страниц глянцевого журнала о мировой элите.

«Что он тут делает? Случайная встреча?» – мелькнуло у нее в голове. – «Или это и есть то объяснение, которое я искала: может, об этом профессоре я слышала от бабушки?»

Алена подошла ближе и поздоровалась.

– Это моя внучка, Алена, – представил ее дедушка. – И ее подруга Марина. Девочки, это профессор Северин.

– Мы уже встречались с Аленой, – профессор приветливо улыбнулся. Дедушка с бабушкой удивленно переглянулись и мужчина пояснил. – Пару дней назад, на приеме.

– Это там, где вы с Мишей были? – уточнила Мария Леонидовна, обращаясь к внучке.

Та молча кивнула, надеясь, что разговор не коснется ее плохого самочувствия, которым в тот вечер она привлекла внимание Северина. Но новый знакомый не спешил выдавать ее секрет. Между представителями старшего поколения завязалась небольшая светская беседа, в то время как Мариша чуть оттащила подругу в сторону и завалила вопросами.

– Ну-ка, расскажи, что это за прием? Где ты познакомилась с этим дядькой?

Но Алена не успела ответить, потому что в этот момент к профессору подошел высокий темноволосый молодой человек, одетый в строгий костюм, и Северин тут же поспешил его представить.

– Знакомьтесь, это один из моих практикантов – Даниел. Он учится на четвертом курсе первого МЕДа, проходит практику в моем медицинском центре и подает огромные надежды как хирург-травматолог.

Даниел немного смущенно улыбнулся, пожимая руку Илье Васильевичу и кивком головы приветствуя дам.

Мариша тут же подтащила Алену обратно и, расплывшись в улыбке, поспешила протянуть руку новому знакомому.

– Марина, рада познакомится!

– Даниел, – он с вежливой улыбкой пожал ее ладонь.

– А это Алена, – не дожидаясь, когда вторая девушка представится, проговорил профессор Севирин. – Она поступила в медицинский колледж в Бостоне. Только специализации не припомню…

– Посттравматическая реабилитация, – неохотно пробубнила Алена.

– Получается, мы коллеги, – доброжелательно улыбнулся молодой человек.

– До чего же целеустремленные дети! – всплеснула руками Мария Леонидовна.

И тут прозвучал первый звонок. Алена была бесконечно рада возможности наконец-то закончить этот разговор и отправиться в зал. Но по дороге к ней пристала Мариша.

– Симпатичный какой, этот Даниел. Глаза такие темные, почти черные, да? Имя только странное, не русское какое-то.

– Парень как парень… – Алена пожала плечами.

– Ну конечно, тебе же есть с кем по фуршетам разгуливать, – со вздохом заметила Мариша, изображая досаду.

– Он тебе правда понравился? – недоверчиво переспросила Алена.

– Ну так… Здесь и посимпатичнее есть…

– Когда ты успела их разглядеть?

– Пока ты изучала свои туфельки и ковер на полу, – рассмеялась Мариша.

Вместе с дедушкой и бабушкой они удобно разместились в амфитеатре. Пока Мариша продолжила с интересом изучать других посетителей, Алена, желая избежать продолжения диалога о симпатичных парнях, уткнулась в театральную программку.

– Удивительная череда совпадений! – низкий мужской голос заставил Алену оторваться от бесцельного изучения брошюры: рядом с ними в проходе снова стоял профессор Северин и Даниел. – Даже места у нас рядом! – добавил седовласый мужчина.

Алена нахмурилась, в то время как дедушка с бабушкой, да и Мариша, пришли в искренний восторг от подобного соседства. Весь первый акт Алена с подозрением косилась в сторону случайных соседей, совершенно не веря в очередное совпадение и радуясь, что между ней и загадочным профессором сидит Мариша. Однако с началом антракта ситуация изменилась.

– Я бы очень хотела выпить кофе, – ее подруга многозначительно посмотрела на сидящего через кресло от нее Даниела. – Составишь мне компанию?

Молодой человек, казалось, не ожидал такой прямоты, но проявил максимум воспитанности, с улыбкой приняв предложение девушки.

– Алена, мы тоже с дедушкой чайку выпьем с эклером, – сообщила бабушка, поднимаясь со своего места.

– А я тут побуду, – Алена решила, что остаться в зале – хороший способ избежать компании. Но проводив взглядом бабушку и дедушку, а также Маришу со спутником, она с удивлением обнаружила, что профессор Северин остался в зале. Более того, он пересел на Маришино место. Девушка почувствовала себя, в прямом смысле слова, загнанной в угол.

– Я прошу прощения за свою навязчивость, – улыбнулся Северин. – И честно признаюсь, что наша сегодняшняя встреча отнюдь не совпадение, хотя я бы предпочел, чтобы для окружающих все так и осталось случайностью.

Алена непонимающе покачала головой:

– Что вы хотите сказать?

– Я искал возможность поговорить с вами еще раз. Только непродолжительного антракта вряд ли хватит, чтобы объяснить причину… Однако, если, Алена, вы уделите мне чуть больше времени, – вкрадчиво продолжил он, – например, приедете в лагерь, который я организовал для талантливых студентов-медиков, то я смогу ответить на все вопросы о ваших странных приступах. Ведь в день нашего знакомства вы не из-за низкого давления сознание потеряли…

– Вас бабушка с дедушкой попросили меня обследовать? – Алена все еще не понимала, к чему он клонит.

– Ну что вы, они здесь совершенно ни при чем! Хотя несколько лет назад я успешно вылечил Марию Леонидовну от хронических мигреней.

– Тогда я не знаю, откуда вам известно о моей болезни, но я не нуждаюсь ни в чьей помощи! – отрезала девушка, чувствуя все нарастающее внутри напряжение.

– А разве вы больны? – притворно удивился мужчина, и Алене показалось, что он практически просканировал ее взглядом. – Нет, не больны. Совершенно здоровы, – он сделал паузу. – Но уже не первый год вы чувствуете себя не такой как все. Хотите узнать, в чем причина?

– Это все гормоны и затянувшийся переходный возраст, – совершенно неожиданно за его спиной возникла Мариша. Она нахмурилась, отметив напряженное выражение на лице подруги. – Ален, у тебя все в порядке?

– Да, конечно… – девушка натянуто улыбнулась. – Мы обсуждали современные методы реабилитации после…

– Понятно, а я вот сумочку забыла, – Мариша решила не вникать в детали. – Ну раз ты в норме, и сумочка моя вот, то я побежала! – она подняла завалившуюся между кресел пропажу и поспешила обратно в буфет.

– Милая девушка, чересчур прямолинейная, но очень добрая и отзывчивая, – неожиданно резюмировал профессор Северин. – Но сейчас не об этом. Тому, что с вами происходит есть объяснение, и это не болезнь, не гормоны и не переходный возраст. Все намного сложнее и значительно серьезнее. Я знаю, у вас много вопросов, и у меня есть ответы.

– Я не понимаю, о чем вы говорите… – от последних слов этого малознакомого человека у Алены по спине пробежал холодок. Она вдруг снова почувствовала, как потяжелел кулон у нее на груди.

Ее собеседник пожал плечами.

– Ни за что не поверю, что вам неинтересно узнать правду. Особенно о том загадочном украшении, что вы носите на шее… – он сделал многозначительную паузу.

Алена быстрым движением коснулась шеи: кулон по-прежнему оставался надежно скрыт от посторонних глаз.

«Возможно он заметил его еще на банкете… – пронеслось у нее в голове.»

– Что ж, решение за вами, – Северин достал визитку. – Вот мой телефон…

– О! Вижу вы нашли темы для общения! – довольно улыбнулась вернувшаяся на свое место Мария Леонидовна, наблюдая, как профессор достает из кармана карточку. Из-за ее плеча выглянул дедушка.

– Именно так! Я рассказывал Алене о методах, которыми лечу своих пациентов, – ничуть не растерялся Северин – Она ведь собирается заниматься реабилитацией больных, а это одно из направлений моей деятельности. Поэтому я предлагаю вашей внучке посетить загородный тематический лагерь для студентов-медиков и познакомиться с альтернативными методами лечения поближе. Вы же на себе проверили эффективность восточной медицины, так ведь, Мария Леонидовна?

– Конечно-конечно! – поспешила признаться бабушка, присаживаясь рядом с Аленой. – Я о мигренях и думать последние пару лет забыла! А сколько мучилась до этого! Помнишь, Илья? Сплошные таблетки, а то и сильнодействующие уколы…

– Я поняла, бабуль, – закивала Алена и приняла из рук сидящего рядом мужчины визитную карточку. – Я подумаю.

– Что тут думать?.. – удивилась бабушка.

– Маша, она разберется, – остановил ее Илья Васильевич, заметив, как напряжена его внучка. – Так ведь, родная?

Алена благодарно кивнула деду. Улыбающаяся Мариша, вернувшаяся в сопровождении Даниела, бросив на Северина колючий взгляд, вновь заняла свое место рядом с подругой.

– Он к тебе приставал? – шепотом осведомилась она, когда свет в зале погас и заиграла музыка.

– Нет, все в порядке… – прошептала в ответ Алена. – Давай не сейчас…

После окончания представления и продолжительных оваций Алена и ее спутники, влившись в шумную толпу, покинули зал.

– Дедуль, забери мой кардиган. Я подожду вас снаружи, мне что-то душно… – сказала Алена, когда они спустились в гардероб, и с молчаливого согласия предков вышла из театра.

На улице было тепло и немного ветрено. Судя по поблескивающим на асфальте лужам, недавно прошел сильный дождь. Алена подняла голову: тучи над городом постепенно рассеивались, открывая взору высокое, темнеющее в последних лучах заката небо. Девушка сделала глубокий вдох, стараясь утихомирить бег своих мыслей, ведь если во время первого акта она лишь изредка отвлекалась на размышления о странном профессоре, то весь второй акт единственное, о чем она могла думать – это об их странном разговоре в антракте.

«Что ему известно? Откуда? Как? Почему?» – шквал вопросов сыпался на нее как из рога изобилия.

– Алена…

Девушка вздрогнула при звуке своего имени, произнесенного незнакомым мужским голосом и резко обернулась. Это был Даниел.

– Да…

Молодой человек дружелюбно улыбнулся и огляделся по сторонам.

– Я только хотел сказать, что ты не одна такая.

Алена помотала головой, совершенно сбитая с толку этим заявлением.

– Вот, смотри, я покажу… – он поднял руку, и девушка в изумлении уставилась на маленький желтый цветок, который вдруг начал плавно подниматься в воздух. Перед Алениным мысленным взором тут же возникла картина из прошлого: кулон, неведомой силой перенесенный из машины незнакомки прямо ей в руки…

– Как такое возможно?.. – прошептала она.

– У тебя есть шанс это узнать, – заговорщицки подмигнув, ответил молодой человек и, уже уходя, добавил. – Надеюсь, увидимся!

По дороге из театра Алена чувствовала себя совершенно разбитой и потерянной. Она вновь и вновь прокручивала в голове разговор с загадочным профессором и «трюк», который показал ей Даниел, и не находила этому логического объяснения. Уже дома, оставшись одна в комнате, она долго смотрела на со вкусом оформленную визитку Северина, пытаясь разрешить свои сомнения. С одной стороны ей очень хотелось во всем разобраться, а с другой, она не находила в себе решимости набрать номер и договориться о встрече. В конце–концов Алена с нескрываемым раздражением закинула визитку в выдвижной ящик письменного стола и отправилась спать, желая только одного: чтобы все это оказалось дурным сном, который закончится со звонком будильника.

Но «дурной сон» в виде откровений загадочного профессора не шел ни в какое сравнение с ночным кошмаром, который как когда-то в детстве вновь заставил Алену проснуться этой ночью в холодном поту. Заброшенный город, серые безликие силуэты, панический страх и отчаяние… Алена села на кровати, стараясь справиться с дрожью, сотрясающей все ее тело. Она уже и забыла, насколько реалистичными были ее сны, и как живо она ощущала присутствие облаченных в плащи призраков. Несмотря на поздний час, она воспользовалась пейджером и написала сообщение Мише. Алена не рассказала ему о приснившемся кошмаре, просто пожаловалась, что ей не спиться, и она хотела бы поболтать. Однако непродолжительная переписка с лучшим другом не принесла ей желанного облегчения. После того как и следующей ночью все повторилось, у Алены не осталось сомнений, что встреча с профессором Севериным – это единственный способ понять, что же с ней происходит, и что за секрет хранит в себе кулон незнакомки.

«Хватит с меня этой неопределенности, постоянного страха и сомнений!» – решила она и следующим же утром позвонила по телефону, указанному на визитке.

– Ах, Алена! Здравствуйте! Рад вас слышать! Вы все же решились на встречу! Это отличная новость! – энтузиазм, прозвучавший в голосе профессора, показался девушке каким-то наигранным. Северин будто был чем-то озабочен, но всеми силами старался это скрыть.

– Да, я хочу встретится. И чем скорее, тем лучше.

– Это очень хорошо, – уже спокойнее отозвался мужчина. – Но, к сожалению, дела вынудили меня покинуть Москву на несколько дней…

– Но я должна увидеть вас как можно скорее! – перспектива провести еще несколько ночей, дрожа от страха, заставила Алену проявить несвойственную ей настойчивость. – Я снова вижу кошмары… Они настолько реальны, что мне кажется, я схожу с ума…

– Я понимаю, – Северин помолчал. – Возможно у меня есть решение.

Алена усиленно закивала в трубку.

– Помните Даниела, молодого человека, с которым я познакомил вас в театре?

–Да, конечно.

– Я попрошу его забрать вас уже сегодня и отвезти в лагерь. Моя коллега, Наталья, сделает все что в ее силах, чтобы вам помочь. Вы можете ей полностью доверять. Я же обещаю приехать при первой возможности.

– Хорошо, я согласна! Спасибо!

Этот разговор с профессором немного успокоил Алену, и хотя чувство тревоги не покинуло ее полностью, к завтраку она вышла уже в более приподнятом настроении.

– Аленушка, доброе утро! – приветствовала ее бабушка. – Сегодня получше спала?

– Спасибо, намного лучше, – улыбнулась внучка, присаживаясь за стол. – Кстати, я решила воспользоваться приглашением профессора Северина и поехать в лагерь для студентов, – добавила она, пододвигая к себе тарелку с оладьями.

– Конечно поезжай! – Мария Леонидовна не скрывала своей радости. – Профессор Северин очень уважаемый человек! И я уверена – если он организовал летний лагерь для начинающих врачей, значит, все там устроено на высшем уровне!

Алена изобразила удивление.

– Так легко меня отпускаете? Я же со дня приезда только и делаю, что путешествую!

Илья Васильевич усмехнулся себе под нос и уткнулся в газету.

– Ну… – бабушка замешкалась и бросила короткий взгляд на мужа, в поисках поддержки. – Мы просто понимаем, что у тебя такой возраст, когда со старыми дедом и бабкой…

– Маша, ну что ты такое говоришь?!.. – возмутился дедушка, отрываясь от чтения.

– Правду говорю! Пусть Аленка найдет себе хороших друзей, пообщается со сверстниками… Сейчас для этого самое время!

Алена, улыбнувшись, поднялась со стула и обняла бабушку.

– Я шучу, бабуль! – ей было очевидно, что предки так поощряют ее интерес к работе Северина, потому что не теряют надежды, что она может передумать и остаться учиться в Москве. – Вы самые лучшие! – заключила она.

Сразу после завтрака она получила сообщение от Даниела, в котором было написано, что он заедет за ней в час дня. Алена облегченно вздохнула и, достав пейджер, прочитала несколько сообщений, полученных от Миши. Он писал, что очень занят, что уже по ней скучает, и спрашивал, какой сувенир она хочет получить в подарок. Девушка улыбнулась их незатейливой манере общения и попросила найти ей слона. Ответ на ее сообщение пришел практически мгновенно: Миша шутливо пояснил, что он не в Индии, а в Штатах, но слона поищет, правда не слишком большого, чтобы в бизнес-джет влез. Алена довольно хмыкнула и осторожно провела пальцами по браслету, который не снимала с того самого дня, когда Миша его подарил. По ее ощущениям, даже тысячи километров воды и суши, разделявшие их в эти дни, не могли стать препятствием и помешать им чувствовать душевную теплоту друг друга. Однако, несмотря на доверительные отношения, она решила пока ничего не писать ему про визит в лагерь Северина: в первую очередь ей самой нужно было во всем разобраться.

– Добрый день! – приветственно улыбнулся Дэни, ровно в час дня позвонив в дверь Алениной квартиры.

– Привет, проходи! – Алена впустила его в коридор, краем глаза отметив, что в футболке и джинсах он уже меньше походит на «подающего надежды хирурга-травматолога», и больше на обычного парня лет двадцати с небольшим.

За ее спиной мгновенно возникла бабушка.

– Здравствуйте! Даниел, верно?

– Здравствуйте, Мария Леонидовна, – приветствовал ее молодой человек.

При звуке своего имени бабушка расплылась в довольной улыбке.

– Я хотела попросить вас оставить мне адрес лагеря, в который поедет моя внучка. Там же есть местный телефон? – деловито осведомилась она, наблюдая, как Алена накидывает поверх футболки легкую ветровку и убирает в карман брюк телефон.

– Вот путевка, – с этими словами Дэни протянул бабушке маленькую пластиковую карточку. Он словно заранее знал, что от него потребуются какие-то подтверждающие документы. – На ней вся информация, адрес, телефоны…

– Как славно! – обрадовалась бабушка. – А то Аленины родители очень за нее волнуются!

– Мы поехали, бабуль, – чмокнула ее в щеку внучка, подхватывая спортивную сумку со своими вещами.

– Будьте осторожны, – услышали они вслед.

– У тебя классные предки! – заметил молодой человек, когда они вышли на залитую ярким солнечным светом улицу.

– Я знаю, – коротко ответила девушка, с некоторым удивлением наблюдая, как ее спутник усаживается в старенький и мордастый форд-пикап синего цвета.

– Запрыгивай! – молодой человек опустил боковые стекла.

Алена сделала глубокий вдох.

– Ты уже все решила: поздно поворачивать назад, – пробубнила она себе под нос и, закинув сумку за сиденье, заняла пассажирское место.

– Кстати, друзья зовут меня Дэни, – улыбнулся молодой человек: он явно пытался завязать разговор.

– А полное имя не очень-то популярно, – невпопад заметила Алена.

– У моей семьи армянские корни, – спокойно объяснил он, доставая из кармана на двери потрепанный журнал.

– Понятно… – девушка перевела взгляд на бумажное издание в руках водителя, которое он с интересом принялся изучать. – Ты читать будешь? – поинтересовалась она.

– Нет, это атлас автомобильных дорог Москвы. Никогда не видела?

Алена покачала головой, вглядываясь в картинки, которые были похожи на принтскрины с экрана навигатора. Много принтскринов! Целая книга!

– Ты что, не знаешь, как отсюда доехать до лагеря?

– А ты? – Дени бросил на Алену короткий смеющийся взгляд и вернулся к изучению карты.

– Я? – Алена в изумлении вскинула брови. – Я – нет. А зачем? Навигатор все знает.

– Твоя правда, – кивнул молодой человек. – Но я уже разобрался, как нам добраться, поэтому у навигатора сегодня выходной!

Девушка пожала плечами и продолжила удивляться теперь уже техническому оснащению автомобиля: никаких парктроников, никакой камеры заднего вида и ручная коробка передач!

– Ты уверен, что это безопасно? – она, с сомнением оглядывалась по сторонам, отмечала про себя, как ловко Дэни вручную маневрирует между припаркованными машинами, одновременно переключая коробку передач.

– Абсолютно! Я сам у этой малышки движок перебирал и ходовую, – деловито ответил молодой человек.

– Да? – Алена слабо понимала, о чем идет речь, но на всякий случай подергала за ремень безопасности. – Ну ладно…

Заметив ее недоверчивый взгляд, Дэни с улыбкой покачал головой:

– Больше доверяешь компьютерам, а не людям?

– Это не вопрос доверия… – начала было Алена, но запнулась, поняв, что не может найти другой причины. – Просто технологии значительно облегчают нам жизнь, – наконец-то заключила она.

– С этим сложно поспорить, – кивнул молодой человек.

Вдруг у Дэни зазвонил телефон.

– Прости, – он пожал плечами и ответил на звонок. – Да, мам! Да… Но я занят… И больше никто не может? Ладно, понял, – он убрал телефон и виновато посмотрел на свою спутницу. – Я знаю, что мы собирались сразу поехать в лагерь, но тут ситуация такая… Как ты смотришь на то, чтобы на минуточку заскочить ко мне домой? Это не совсем по пути, я живу на Вернадского, но заехать нужно. А потом сразу в лагерь.

Алена, которой и без того сейчас по многим причинам было неспокойно, тяжело вздохнула.

– Что-то случилось? – вежливо осведомилась она.

– Прабабушке нужно сделать укол. Обычно, когда меня нет, родители просят соседку, но она сегодня, как назло, на даче…

Девушка молча кивнула, давая свое согласие на незапланированное изменение маршрута. Недолго потолкавшись в пробке на набережной, они вскоре добрались до места. Алена беглым взглядом окинула типичный восьмиэтажный дом из рыжего кирпича.

– Пойдем, – предложил Дэни, выходя из машины.

– Может я здесь подожду? – засомневалась девушка.

– В такую жару? – вскинул брови молодой человек.

– Ладно… – Алена выбралась на улицу. Ее спутник был прав: в заглушенной машине мгновенно стало душно, а стоянка с заведенным двигателем была запрещена уже несколько лет.

– Привет, семья! – войдя в квартиру, громко приветствовал просторную темную прихожую Дэни.

– Дэни вернулся! – дверь в одну из комнат распахнулась, оттуда вылетела пухленькая девочка лет семи и бросилась на Алениного спутника.

– Ева! – несмотря на худощавое телосложение, молодой человек с легкостью подхватил ее на руки и чмокнул в нос.

– Мама! – заметив Алену, еще громче закричала девочка. – Дэни привел девушку! И это не Катя!

– Девушку? – дверь в еще одну из комнат распахнулась, и оттуда высыпали две темноволосые девчонки постарше. – Не Катю?! – зашушукались они, внимательно разглядывая гостью.

В прихожей вспыхнул свет, и тут же откуда ни возьмись рядом с ними оказался мальчик лет пяти, а следом за ним в коридор из кухни пришла мама: полная и очень ухоженная женщина чуть за пятьдесят.

– Здравствуй, Даниел! Хорошо, что быстро добрался! – она обняла сына, поцеловала его в щеку и перевела любопытный взгляд на стоящую за его спиной девушку. – Познакомишь нас?

В коридоре повисла полная тишина.

– Конечно, – отозвался Дэни. – Это Алена, Алена – это моя семья. Мама – Зарина, сестры – Наира, Лусинэ и Ева. Моего младшего брата зовут Ават.

– Привет! – помахала всем Алена, слегка смущаясь под любопытными взглядами. – Приятно познакомиться!

– Ну ладно, чего вы здесь все столпились? Кыш! – Зарина, оторвав от сына практически намертво приклеившуюся к нему Еву, отправила девчонок обратно по комнатам. – Пери что-то неважно себя чувствует, – сообщила она, когда коридор опустел. – Ты укол сделай, а я пока Алену чаем угощу. Ты не против? – она бросила короткий взгляд на гостью, и не дожидаясь ответа, поманила ее за собой на кухню.

– Я быстро, – заверил Алену Дэни и скрылся в глубине коридора.

– Чай или кофе? – осведомилась хозяйка.

– Можно просто стакан воды, – ответила девушка, устраиваясь за большим круглым столом, стоящим посреди просторной кухни.

– Вы с Дэни вместе учитесь? – без лишних предисловий спросила Зарина.

– Да, – кивнула Алена, она решила не вдаваться в детали своего с Дэни знакомства.

– Тоже врачом будешь?

– Да, но не скоро еще. Я только поступила…

Она благодарна кивнула, когда хозяйка поставила перед ней стакан и хрустальную вазочку с конфетами.

– Вот, угощайся.

– Спасибо, – Алена сделала глоток.

– Или может все-таки кофе?

– Нет, не беспокойтесь, я недавно позавтракала. Плотно.

– Все, сделал, – в кухню вошел Дэни. – Мам, мы пойдем.

Коротко попрощавшись, они вышли на улицу. Встреча с домочадцами Дэни каким-то странным образом помогла Алене расслабиться. Честно признаться, первую часть пути ее сильно напрягало соседство молодого человека, умеющего без видимых усилий передвигать по воздуху предметы. Теперь же, когда она увидела его в кругу семьи, с любовью обнимающего младшую сестру и раздраженно шикающего на старших, его образ утратил действующую на нервы загадочность.

– У тебя такая большая семья, – заметила она по пути.

– Ну да, немаленькая. Раньше мы жили в двушке, а потом родители купили соседнюю квартиру и объединили их в одну. Теперь места всем хватает.

– А ты с ними живешь?

– Иногда. Своей квартиры у меня нет, но я много времени провожу в клинике и часто остаюсь на ночь в общаге в институте. Большую часть необходимых вещей вожу с собой в машине и чувствую себя абсолютно мобильным в любое время суток, – он улыбнулся. – Вообще я бы мог жить отдельно: два года назад моя прабабушка – Пери – из-за плохого самочувствия, но, мне кажется, больше от скуки переехала к родителям. Она предложила мне пожить в ее квартире. Но я решил оставить все как есть, – молодой человек пожал плечами и извиняющимся тоном добавил. – Ты прости девчонок за их любопытство.

– Все в порядке. Я тоже задаю много вопросов, – Алена исподлобья взглянула на своего спутника. – Они были удивлены, что я не Катя… Если не секрет, она кто?

– Мы встречались некоторое время. Но это уже в прошлом, и рассказывать тут не о чем, – очень сухо ответил Дэни.

Почувствовав напряжение в голосе собеседника, Алена не стала продолжать расспросы и довольно продолжительное время молчала, глядя на мелькающий за окном городской пейзаж. К тому времени, когда она все же решила задать мучающий ее вопрос, их автомобиль уже покинул пределы города и быстро катился по МКАД.

– Как ты это сделал? – спросила она.

– Сделал что? – Дэни не отводил взгляда от дороги.

– Как ты заставил цветок летать? – уточнила девушка.

– Точно так же как я «заставляю» двигаться свои руки и ноги, – пояснил он. – Дело в том, что физические границы предметов весьма условны, и если ты осознаешь условность этих границ, то для тебя… – молодой человек запнулся и бросил короткий взгляд на Алену, по лицу которой было совершенно очевидно, что она ничегошеньки не понимает. – Наталья тебе все объяснит и покажет, – решительно заявил он. – Так будет проще.

Собеседница согласно кивнула. Как раз в этот момент у нее в рюкзаке пиликнул пейджер, и она прочитала коротенькое сообщение от Миши с пожеланием хорошего дня.

– Интересная штука, – покосившись на пейджер, заметил Дэни. – Что это?

– Да так… – девушка быстро ответила на сообщение и сунула гаджет обратно в рюкзак. Еще со вчерашнего дня ей очень хотелось рассказать Мише о том, что с ней происходит, но каждый раз она останавливала себя. И для молчания у нее было много причин.

– Странно, – произнес Дэни.

– Что странно? – Алена подумала, что он говорит о пейджере, но проследив за его взглядом, поняла, что ошиблась. Впереди у обочины на выезде из города стояло несколько патрульных машин и автобус с вооруженным до зубов омоном. Сотрудники полиции тормозили почти все автомобили и сверяли данные электронных браслетов с биометрией людей. Машина Дэни не стала исключением. Представившись, сотрудник полиции последовательно просканировал браслет и отпечаток пальца сначала водителя, а потом и пассажирки.

– Все в порядке, – констатировал он. – Вы можете ехать.

– Простите, что-то произошло? – спросил Дэни. – Это уже третья проверка за день, в которую я попадаю.

– Просто участились случаи кражи браслетов, – спокойно ответил полицейский. – Счастливого пути!

Алена обернулась, через заднее стекло наблюдая за оставшимся позади скоплением машин.

– Кража браслетов? – переспросила Алена. – Они же бесполезны в отсутствие владельцев…

– Да, в Москве и Питере последнее время все чаще сообщают о такого рода преступлениях, – отозвался молодой человек. – И проверок стало больше. В Штатах что, по-другому?

– У нас везде сканеры стоят и постоянно людей проверяют: в метро, в магазинах, на стоянках… Для этого не нужны полицейские: ты вроде как все время «под колпаком»… Хотя про случаи кражи браслетов я тоже слышала. В Чикаго даже было нападение на один склад, где хранились еще не прошитые экземпляры. Но в новостях сказали, что это дети хулиганили: залили все коробки с браслетами какой-то химией и изрисовали стены краской из баллончиков.

– Их нашли?

Алена помотала головой.

– В сети поговаривают, что это очередные кибер-террористы, которые хотят подорвать целостность общемировой системы обмена данными, – добавил Дэни.

– Я тоже слышала об этом. Представь, если им удастся уничтожить незначительную часть браслетов – это уже небольшой хаос: люди элементарно не смогут купить себе еду или оплатить проезд на работу.

– Думаю, эти террористы, если они реально существуют, пытаются таким образом выразить свое недовольство тотальным контролем, которое получило государство над всеми сферами жизни людей.

– Но, учитывая количество потенциальных угроз, такой контроль, похоже, просто необходим, – заметила Алена.

– И вот тут в тебе заговорила американка! – рассмеялся Дэни.

– В каком смысле?

– Люди в Штатах вечно боятся всяких внешних угроз! Вашему правительству повсеместно мерещатся враги и злоумышленники, готовые в любой момент посягнуть на вашу свободу!

Алена не могла отрицать его правоты.

– Но знаешь, в России происходит ровно то же самое, только меньше гласности!

– Ты права. Хуже всего, что и там, и здесь, прикрываясь призрачной угрозой, правительство оправдывает все эти системы слежения, прослушивание телефонной связи и в целом вторжение в личную жизнь, – они проехали мимо еще одного патруля, стоящего на трассе. – И все-таки такого я раньше не видел…

В этот раз их машину не остановили, но ощущение, что что-то происходит, не покидало спутников.

– Я как-то не заметил, чтобы ты часто пользовалась телефоном, – неожиданно заметил Дэни.

– Маме и папе я звонила с утра, – пожала плечами Алена. – С бабушкой и дедушкой я болтала за завтраком…

– А как же друзья? Те, что в соцсети.

– Ах… в этом смысле не пользуюсь телефоном… – поняла девушка. – У меня есть эккаунт. Ну, чтобы не выделяться завела… А пользоваться не пользуюсь.

– Странно, все пользуются…

– А ты? Пользуешься? – перебила его Алена.

– Ты можешь догадаться о моем отношении к гаджетам, – пожал плечами молодой человек, взглядом указывая на приютившийся в машине атлас автодорог. – К тому же я предпочитаю встречаться с друзьями по-старинке – в кафе, парке или на концерте в клубе, например. Ну и именно при личной встрече делиться новостями. Хотя вот без браслета я обойтись не могу! Теперь твоя очередь: ты почему игнорируешь такое средство общения?

Алена перевела взгляд на однообразный загородный пейзаж.

– Я вообще не слишком-то общительна. Даже при личной встрече. Вот и все.

Дэни понимающе кивнул. Через некоторое время они съехали со скоростного Новорижского шоссе и запетляли между залитыми солнцем деревеньками и дачными кооперативами. Узкая асфальтированная дорога к самому лагерю шла через лес и упиралась в высокие металлические ворота, еще с советских времен украшенные красными звездами. Из будки на въезде вышел охранник и, просканировав браслет водителя и пассажирки, впустил автомобиль на утопающую в зелени территорию.

– В прошлом веке это был самый настоящий пионерский лагерь, – начал пояснять Дэни. Северин выкупил его, отремонтировал, усилил безопасность и создал отличные условия для общения и обучения детей. Правда, несмотря на обширность территории и большое количество корпусов, отдыхающих здесь не так много. Обучение почти индивидуальное.

Они медленно въехали на парковку перед административным корпусом: двухэтажным зданием с мансардой. Фасад некогда безликого кирпичного сооружения ныне был отделан клинкером терракотового цвета, по которому ползли вверх зеленые побеги дикого винограда. Белоснежные окна украшали кашпо с яркими цветами. Хорошо продуманный ландшафтный дизайн – альпийские горки, ручейки и аккуратно подстриженные газоны – создавали атмосферу скорее элитного загородного клуба, чем детского лагеря.

На крыльцо практически сразу вышла немолодая привлекательная женщина и, улыбаясь, помахала им рукой.

Дэни помахал в ответ и ловко припарковал машину в один из карманов.

– Это Наталья. Пойдем, я вас познакомлю!

Алена снова почувствовала тревогу, которую что есть силы гнала от себя с самого утра.

– Рада вас видеть! – продолжая улыбаться, незнакомка слегка приобняла молодого человека, а потом протянула руку подошедшей следом девушке. – Меня зовут Наталья! Я – директор лагеря. А ты Алена! Наслышана!

– Наслышаны? Серьезно? – искренне удивилась девушка. А про себя отметила, что одета новая знакомая была под стать профессору – шикарно. Светлая струящаяся шелковая блузка, темно-синяя юбка-карандаш длинной чуть ниже колен, туфли на невысоком, но очень изящном каблуке. Алена сама не была большой модницей, но довольно много знала о моде и стиле благодаря бабушке, которая всю жизнь питала слабость к винтажным пиджакам Шанель и дорогим аксессуарам от знаменитых дизайнеров.

– В том смысле, что профессор Северин предупредил меня о твоем приезде, – уточнила женщина. – Ну что ж! Дэни, ты заскочи в секретариат, тебе нужно какие-то бумаги, связанные с грандом, подписать. А ты, Алена, наверное, хочешь отдохнуть с дороги?

– Нет! – девушка отрицательно замотала головой: внеочередная встреча с монстрами во время дневной сиесты отнюдь не входила в ее планы.– Я приехала сюда в первую очередь для того, чтобы получить ответы, и профессор сказал, что вы сумеете мне помочь даже в его отсутствие.

Наталья и Дэни переглянулись.

– Хорошо, – женщина согласно кивнула, поправив выбившуюся из тугого пучка прядь светлых волос. – Тогда, пойдем в мой кабинет.

Кабинет директрисы находился на втором этаже. Опять же, слабо соответствуя концепции детского лагеря, в которых Алене довелось побывать, он впечатлял изысканностью обстановки и изобилием явно антикварной мебели. Хозяйка кабинета жестом предложила гостье занять одно из двух кресел, стоящих перед ее письменным столом.

– Прежде чем мы перейдем к сути нашего разговора, я попрошу тебя снять браслет, – произнесла Наталья.

– Зачем это?

– Я покажу, – она сняла свой браслет, перевернула его и показала Алене едва заметную серебристую наклейку на корпусе. – Эта крошка не позволяет использовать браслеты и телефоны как прослушивающие жучки, блокируя все передающие устройства в радиусе пяти метров.

Алена приняла из рук директрисы миниатюрную «глушилку» и наклеила ее свой браслет.

– Вот и отлично! Теперь наш разговор никто не услышит. Профессор сказал, что тебя беспокоят кошмары…

– Да… но это не единственное, что меня беспокоит… Я чувствую чужие эмоции, вижу странные картины из прошлого моих друзей…

– Это нормально, – заверила ее Наталья. – Для таких как мы – это совершенно естественно.

– Каких – таких?

– Чтобы ответить на твой вопрос, мне нужно объяснить тебе, как на самом деле устроен этот мир и как устроена наша Вселенная, – она сделала паузу, а затем продолжила. – Самое фундаментальное знание заключается в том, что все вокруг нас и мы сами есть не что иное как энергия и что, по сути, все физические границы между любыми предметами весьма условны.

«Она точно не о школьном курсе физики говорит» – мелькнуло в голове у Алены.

– Пожалуй, лучше показать, – Наталья присела в свое рабочее кресло и взяла со стола мешочек, в котором оказался мелкий песок. – Представь себе, что все пространство над моим письменным столом – это часть Вселенной, в которой мы обитаем, – сказав это, она легким движением руки заставила песчинки подняться в воздух и рассеяться над столом: теперь они были подобны пыльному облаку, замершему у Алены перед глазами. – Песчинки – это элементарные энергетические частицы. В движение эту систему приводит время, – она снова сделал едва заметный жест рукой, и песчинки стали перемещаться, некоторые из них начали сталкиваться и «слипаться» между собой, образуя более крупные элементы. Алена смотрела, почти не мигая, и с удивлением обнаружила, что уже через несколько секунд перед ней было уже не такое густое пыльное облако, потому что часть песчинок, объединившись, превратилась в движущуюся трехмерную модель Солнечной системы. – Энергия имеет тенденцию уплотняться, образуя более плотную материю, приобретая самые разные формы и изменяться с течением времени, – продолжила директриса. – На глазах у Алены песочное Солнце словно в замедленной съемке взорвалось, и возникшая взрывная волна вновь обратила все планеты в разрозненные песчинки. – Человеческие тела также состоят из элементарных энергетических частиц. Самое главное отличие людей от камня или, например, автомобиля заключается в том, что у нас есть сознание, – Наталья взяла со стола мешочек поменьше, в котором оказалось несколько крошечных серебристых кристаллов: по велению ее руки они также поднялись в воздух и рассредоточились в облаке над столом. – Представь себе, что эти кристаллы символизируют искры сознания, с религиозной точки зрения каждая такая искра называется душой, – после этих слов песчинки вновь задвигались, уплотняясь вокруг кристаллов и формируя человеческие тела. – Материя, уплотнившаяся вокруг искры сознания, остается подвластной изменению временем, проще говоря – тело стареет. Искра же, или душа, если хочешь, со временем не старится, а обучается, познает мир и, когда приходит время, продолжает свое существование в новом теле, – рассказчица замолчала.

– Не считая впечатляющих спецэффектов, это всего лишь еще одна теория, вроде Теории большого взрыва, – пожала плечами девушка. – Впечатляющая, конечно, но все же только теория.

– Эта теория способна объяснить, как мне удалось устроить все эти «спецэффекты», – улыбнулась хозяйка кабинета.

– И как же?

Наталья покрутила руками, демонстрируя свободу движений.

– Подумай, если искра сознания контролирует уплотнившуюся вокруг нее материю, то есть наше физическое тело, то почему она не может контролировать и остальную материю? – она протянула руку, и яблоко, лежавшее в вазе на краю стола, медленно поднялось в воздух и опустилось к ней на ладонь.

– То есть все люди так могут? – выпалила девушка.

– Теоретически, да. Практически, так и было тысячи лет назад.

– Было? Получается, люди почему-то изменились? Но почему?

– Я полагаю, причиной стало человеческое ЭГО. Наши предки, представители древнейшей цивилизации, были высокоразвитой расой, но желание не просто оставаться частью этого мира, а сделаться его творцами, заставило их сконцентрировать свой интеллектуальный потенциал не на самопознании, а на изучении окружающего мира и изобретении чего-то нового. Точная причина гибели той цивилизации нам неизвестна. Некоторые из тех, кто пережил катастрофу и сохранил жалкие крупицы знаний об истинной природе человека, продолжали использовать их, хотя и не так эффективно, как предки. Хороший пример – колдуны и шаманы, процветающие в то время. Они умели впадать в транс и общаться друг с другом на расстоянии, создавать защитные амулеты, проникать в разум других людей и накладывать смертельные заклятия. Но и их с течением времени становилось все меньше. Большинство же людей начали строить новое общество, где человек кормил себя, используя разнообразные орудия труда, и защищался, прибегая к оружию. Дальнейшая история известна каждому: орудия труда и оружие совершенствовались день ото дня, и если раньше человек мог сам найти дорогу из города до своей деревни и припарковать телегу возле избы, то теперь мы без навигатора и парктроников шагу сделать не можем.

Подобный лирический финал с участием телеги невольно рассмешил Алену.

– Смейся-смейся, – добродушно улыбнулась Наталья, хотя взгляд ее оставался серьезным и сосредоточенным. – Но таким образом то, что мы называем научно-техническим прогрессом, на деле величайшая деградация человечества. Ведь то, с чем раньше люди справлялись сами, теперь за них делают умные машины. Они многому научились, эти компьютеры, а люди многие навыки утратили и с каждым годом все больше зависят от технологий… Хотя сейчас не об этом.

– А откуда вам это известно? – все еще сомневалась девушка.

– Уместный вопрос, – согласилась Наталья. – Среди переживших крах древней цивилизации были люди, которые не утратили веру в то, что однажды человечество сможет вернуть себе былое величие – истинное величие человеческой расы. Сохранив древнее знание, но опасаясь, что оно может быть использовано во зло теми, кто утратил веру, они создали тайный орден. Век за веком члены ордена находили тех, кто был способен развивать свой потенциал и передавать знания дальше. Мы с профессором Севериным одни из членов ныне существующего тайного общества, именуемого «Наследие», во главе которого стоит магистр и ближний круг хранителей. К сожалению, повторение генетического кода древних предков в наше время встречается довольно редко, и поэтому не все люди обладают нашими способностями.

– Тайное общество, безграничный потенциал… – Алена помотала головой и закрыла лицо руками.

– Я понимаю твою растерянность, – сочувственно кивнула женщина. – Не каждый день узнаешь, что мир, да и ты сам, устроены совсем не так, как учат в школе. Уже много лет мы находим молодых людей, более других склонных к тому, чтобы осознать и развить свой истинный потенциал. И если они готовы к переменам такого масштаба, то становятся членами общества.

– А если нет? Если не готовы? Судя по кошмарам, которые меня преследуют, я точно не готова…

– Кошмары мучали тебя с самого детства, так ведь?

– Не совсем… – Алена сделала глубокий вдох и наконец показала Наталье кулон, который все это время был у нее на шее, но оставался скрыт от глаз посторонних за тканью футболки. – Вот. Кошмары и припадки начались после того, как я получила эту вещь.

Директриса нахмурилась, встала со своего места и подошла к Алене.

– Я видела его раньше, – задумчиво произнесла она. – У Елены…

– Елены?

– Да, она была одним из членов «Наследия». Погибла несколько лет назад при загадочных обстоятельствах… Как он у тебя оказался? – Наталья пристально посмотрела на сидящую перед ней девушку.

– При загадочных обстоятельствах… – словно эхом отозвалась Алена и рассказала директрисе о событиях пятилетней давности, умолчав о том, что иномарка Елены практически по воздуху перенеслась на встречку.

– Она передала тебе кулон, а что потом? Ты видела саму аварию? – насторожилась женщина.

– Нет, – ответила Алена, сама не понимая причин, по которым солгала, да еще так уверенно. – Мои глаза просто закрылись, и я слышала только жуткий грохот. А разве деталей аварии не видно на записях с видеокамер?

– На записях одни помехи, – покачала головой Наталья. – А свидетели все, словно сговорившись, смотрели куда угодно, только не туда, куда надо…

– Получается, это кулон меня изменил? – Алену мало интересовали обстоятельства смерти малознакомой женщины, важнее было разобраться в том, что происходит с ней самой.

– Нет, нет конечно! Твои способности заложены на генетическом уровне. Обычно они начинают проявляться в переходном возрасте, лет в четырнадцать – пятнадцать. Безусловно, шаманы и другие «колдуны» умели и умеют наделять вещи особенными свойствами, но это совсем другое. Скорее всего важную роль в том, что твои способности проявились раньше, сыграл стресс, который ты испытала, когда все это произошло…

Алена не дала ей договорить.

– Но профессор сказал…

– Возможно профессору известно больше, чем мне, – Наталья не дала ей договорить, всем видом демонстрируя, что дальнейшее обсуждение роли украшения лишено смысла. Чуть помедлив, она вернулась на свое место и продолжила рассуждения, словно разговора о кулоне и не было. – Пять лет назад ты была слишком юной, и эпилептические припадки стали неизбежным следствием твоей неготовности контролировать проявившиеся способности. Сейчас ты готова физически, поэтому припадков больше нет и не будет. А кошмары… Думаю, это всего лишь игры подсознания. Ты все еще не сделала осознанный выбор, не приняла свою истинную суть, и пугающие сны становятся отражением твоих внутренних переживаний…

– Значит, у меня есть выбор? – Алена ухватилась за ее слова, как за спасательную соломинку. – И я могу решить, снова стать обычным человеком и перестать чувствовать то, что чувствую?

– К сожалению, это невозможно, – Наталья тяжело вздохнула. – Человек может отказаться стать членом тайного общества, но не может перестать быть тем, кто он есть по своей природе.

Алена почувствовала нарастающий внутри протест.

– Но если я не хочу быть тем, кто я есть! Я хочу и дальше жить, как нормальный человек!

– Алена, успокойся, пожалуйста, – женщина приподнялась со своего места и, наполнив стакан водой из стоящего на краю стола графина, поставила его перед разнервничавшейся девушкой. – Конечно, бывают случаи, очень редко, когда осознавшие свои способности подростки отказываются вступить в ряды Наследия. Тогда мы просто стираем у них воспоминания о нашем знакомстве, и они пытаются жить, как ты выразилась, как обычные люди. Но, сама понимаешь, это не так то просто. Некоторые из них начинают заниматься тем, что люди называют магией, колдовством, или становятся экстрасенсами… – она презрительно хмыкнула. – В общем зарабатывают на своих способностях как могут. Другие сходят с ума… Все это вдвойне печально, потому что по сути мы – биологический вид, находящийся на грани полного исчезновения…

– Да мне все равно, на какой грани мы находимся! – Алена почти кричала. – Я просто хочу, чтобы все это прекратилось!

– Я уже сказала и повторю снова: это невозможно.

– То есть я теперь просто обязана вступить в ваше тайное общество?

– Не обязана, но это будет лучшим решением, – все так же спокойно отвечала Наталья. – Ты не сможешь научиться контролировать свои способности без посторонней помощи, без помощи наших педагогов, – она наклонилась вперед и внимательно глядя в глаза юной собеседницы, добавила: – Алена, в том, чтобы знать о том, кто ты есть на самом деле и следовать своему предназначению, нет ничего страшного.

– Предназначению?! – Алена больше не контролировала свои эмоции, она резко вскочила на ноги и с силой ударила раскрытыми ладонями по столу. По ее щекам заструились слезы. – Так у меня еще и предназначение теперь будет? Не то будущее, которое я сама выберу, а какое-то другое?! Кто-то мне расскажет, что я должна делать и кем быть?!

– Ты слишком разнервничалась, – сидя в кресле, директриса оставалась совершенно невозмутима: казалось, для нее подобная истерика не была чем-то из ряда вон выходящим.

И вдруг, совершенно неожиданно, Алена всем своим существом почувствовала чье-то незримое присутствие. Кулон на ее шее уже привычно потяжелел и потеплел, даря ей спокойствие, идущее откуда-то из самой его глубины. И девушка вдруг поняла, что больше не стоит тратить силы на бессмысленные протесты и напрасные слезы. Она бессильно опустилась обратно в кресло и коснулась рукой кулона, теперь оказавшегося поверх футболки. И в этот момент она снова услышала голос: как и много лет назад, он звучал прямо у нее в голове.

«Прости. Я была вынуждена возложить на тебя эту ответственность. У меня просто не было выбора. Но, как и прежде, я благодарна судьбе за то, что она дала мне такую возможность. Я благодарна ей за тебя».

Наталья выпрямилась в своем кресле, внимательно наблюдая за девушкой.

– Что-то не так? – ее голос звучал обеспокоенно.

Алена подняла на хозяйку кабинета раскрасневшиеся глаза и покачала головой.

– Мне просто нужно побыть одной.

Она убрала кулон под футболку и вышла из кабинета. Директриса ее не окликнула и не попыталась остановить. Алена беспрепятственно покинула здание администрации и медленно побрела по одной из дорожек, уходящих вглубь территории лагеря. Она не знала, сколько времени так ходила, но в какой-то момент, почувствовав непреодолимую усталость, она опустилась на землю у корней большого старого дуба и бессильно уронила голову на руки. Внутри она ощущала пустоту и одновременно поразительное спокойствие. Под тем самым деревом ее и нашел Дэни.

– Эй, – он легонько тронул девушку за плечо.

Алена подняла на него помутневший взгляд.

– Уже вечер. Тебя тут комары сожрут. Пойдем, я провожу тебя в жилой корпус, – молодой человек смотрел на нее с сочувствием.

– С тобой тоже так было? – вместо ответа спросила девушка.

Дэни хмыкнул и покачал головой.

– Нет, такого со мной не было, – он присел рядом и накинул Алене на плечи свою джинсовку. – Я лет с пятнадцати знал, что со мной что-то происходит, что я способен на какие-то совершенно необыкновенные вещи. И поэтому, когда профессор рассказал мне правду, я даже обрадовался.

– А твоя семья? Они знают?

– Нет, конечно! Это же тайное общество. И твои не должны знать. Да они и не поймут…

– Что значит, – не поймут?

Дэни отмахнулся от противно пищащих комаров и, поморщившись, ответил.

– Знаешь почему столь немногим людям удается раскрыть свой истинный потенциал?

Девушка пожала плечами:

– Потому что генетический код древних предков есть не у всех?

– В том числе. Но есть и другая причина. То, что наши папы и мамы называют «переходным возрастом», на деле является периодом, когда становится возможным осознать свои истинные способности и свою суть: стать «истовым», как говорят в Наследии, то есть настоящим, таким, какой ты есть на самом деле. Возраст с четырнадцати до шестнадцати лет – это самое подходящее время для начала обучения. Но большинство родителей не допускают, чтобы дети самоопределились, ведь они лучше знают, кем мы должны быть и как нам нужно жить дальше, – он тяжело вздохнул. – Ты не подумай, они это не со зла. Просто их родители поступали также: решали все за них и не умели к ним прислушиваться. Вечный конфликт отцов и детей…

– Значит, тебе здесь лучше, чем дома? – недоверчиво уточнила Алена.

– Здесь я на своем месте. Я точно знаю, кто я. Я сам принял это решение. Знаешь, мать хотела, чтобы я стал юристом, как отец. А я стал врачом… Они со мной год после поступления не разговаривали…

– А сейчас?

– Наладилось все. Я теперь понимаю, почему они поступали так, как поступали. Боялись просто. Хотели, как лучше и не умели мне доверять. А сейчас они видят, что я хороший специалист, что я нашел свое призвание, и мы с ними как-то на равных начали общаться…

– Мои родители никогда не были против моих начинаний, – заметила Алена, поправляя куртку. – Но вот когда я не хотела насовсем в Штаты уезжать, они настояли… Даже так – мое мнение было просто не в счет…

– Но сейчас тебе решать, – ободряюще улыбнулся Дэни. – К слову, вступая в ряды Наследия, ты можешь жить где угодно: география здесь не имеет большого значения. И ты оказываешься среди своих, понимаешь? Среди тех, кто понимает тебя без слов, поддерживает и кому ты можешь полностью доверять.

– Чтобы чувствовать себя так, не обязательно вступать в ряды тайного общества, – не согласилась девушка. – Я имею в виду, что в моей жизни есть люди, с которыми я чувствую себя самой собой, и которым я полностью доверяю.

На лице Дэни отразилось одобрение.

– Ладно, пойдем, я покажу тебе твою комнату.

Жилые корпуса представляли собой длинные одноэтажные строения с планировкой коридорного типа. Во время реконструкции лагеря эти постройки, прежде больше походившие на бараки, также отделали клинкерным кирпичом и заменили старые деревянные рамы на стеклопакеты. Теперь жилые здания, по стенам которых поднимались мощные лианы плюща и винограда, выглядели очень по-европейски. Попрощавшись с Дэни на крыльце, Алена по номерку на брелке нашла свою комнату: скромные апартаменты-студия с маленькой кухонкой были рассчитаны на двоих. Девушка бросила вещи на пол и без сил упала на кровать. Она даже не успела подумать, что ей могут вновь привидеться пугающие тени, и заснула практически мгновенно.

2017 год, август

– Вы все проверили? Машину, личные вещи, карманы, наконец? – гневный голос на другом конце телефона заставил грузного мужчину, сидящего за столом в тесном кабинете, поежиться.

– Все проверили. Не было у нее той вещицы, что вы искали…

– Черт вас подери! Может, она с кем-то встречалась незадолго до аварии? С кем-то связывалась?

– Нет, все как обычно… Жаль, что даже записей с камер нет… Но вы же сами просили, чтоб никаких следов… чтоб никто ничего не видел… мы так и сделали…

Повисла пауза.

– Деньги в ячейке, забирайте! Хотя благодарить вас особо не за что! – в голосе звучала презрение.

– Спасибо… – звонок прервался. Мужчина с шумом выдохнул и отложил телефон в сторону. – Только что деньги хорошие, а так бы шли вы со своими… – он опасливо покосился на мобильный, словно его полные раздражения слова мог расслышать недавний собеседник, и резко замолчал. – К черту! – он поднялся из-за стола, надел фуражку и быстрым шагом покинул кабинет.

2023 год, май

Проспав всю ночь и не увидев ни единого сновидения, Алена проснулась от надрывного звонка будильника. Семь утра. Девушка приподнялась на локтях, шлепнула по кнопке на корпусе дребезжащего устройства, притаившегося на прикроватной тумбочке, и огляделась. Сквозь легкую тюль в комнату лился теплый солнечный свет. Еще около часа Алена провалялась в кровати, одно за другим перебирая в памяти воспоминания о минувшем дне. Она с трудом представляла, да что там, вообще не представляла, что ей теперь делать. Объяснения, которые дала ей Наталья, отнюдь не сделали ее жизнь проще, хотя от кошмаров как минимум на одну ночь точно избавили. Тайное общество, необычные способности… Часть ответов Алена получила. Но вот кулон… Девушка автоматически коснулась его рукой. Она ни капельки не сомневалась, что незнакомка, точнее Елена, теперь она знала ее имя, не просто так передала ей украшение накануне своей смерти. Накануне смерти, которую она, похоже, предчувствовала. Возможно, Северину и в самом деле было известно намного больше, чем Наталье. Алена нахмурилась: что-то в поведении директрисы ее очень настораживало, правда осознала она это только сегодня. Бросив короткий взгляд на часы, было уже начало девятого, девушка поспешно поднялась с кровати, отгоняя от себя навязчивое тревожное чувство, и отправилась в душ. В корпусе по-прежнему не было ни души. Алена этому искренне порадовалась, ведь последнее, чего ей сейчас хотелось, это поболтать с какой-нибудь назойливой соседкой из комнаты напротив. Быстро приняв душ в большой ванной комнате с десятком разделенных перегородками душевых кабин, расположенной в конце коридора и рассчитанной на весь этаж, она вернулась в комнату и проверила, нет ли на пейджере сообщений от Миши. Но «шпионское устройство» безмолвствовало. Зато на телефоне было сообщение от Дэни, который предлагал отправиться вместе на завтрак в столовую. Алена ответила, что уже выходит и, быстро одевшись, покинула корпус.

С удовольствием втянув носом свежий аромат леса, Алена прищурилась: яркие солнечные лучи, проскальзывающие через ветви деревьев, переливающимися бликами рассыпались по газону, витиеватым тропинкам и аккуратно подстриженным живым изгородям.

– Доброе утро! – приветствовал ее Дэни, переворачивая бейсболку козырьком назад. – Как спалось?

– На удивление хорошо, – отозвалась Алена. – Правда, кто-то из отдыхающих перед отъездом забыл отключить будильник, и он поднял меня в семь утра.

Молодой человек сочувственно кивнул.

– Давай я устрою тебе небольшую экскурсию. Начать предлагаю со столовой: завтрак с семи до десяти утра.

Алене идея пришлась по душе, ведь она уже почти сутки ничего не ела.

Столовая располагалась в двухэтажном корпусе недалеко от здания администрации и больше походила на ресторан, который можно увидеть в гостинице. Хмыкнув, Алена вспомнила столовую, находящуюся на территории Мишиного поселка, в которой подавали огромных тигровых креветок и вяленое мясо. Видимо, со времени ее отъезда в Штаты формат столовых, как заведений общепита, претерпел существенные изменения… В просторном зале на первом этаже была организована линяя самообслуживания: берешь поднос и дальше самостоятельно выбираешь еду и накладываешь в тарелки. Поесть можно было за длинными прямоугольными столами на первом этаже или на втором, за кругленькими столиками, рассчитанными на небольшие компании по 3-4 человека. В отсутствие основной массы отдыхающих, на линии самообслуживания красовалось только несколько лотков: молочная рисовая каша, омлет, сосиски и поджаренный бекон. В отдельной вазе лежали фрукты, на подносе горячие булочки, а рядом титан с кипятком, чайные пакетики и кофемашина, готовящая на выбор несколько видов кофе. За едой Алена и Дэни почти не разговаривали. Девушка была слишком голодна, чтобы отвлекаться на светскую беседу, и ее спутник это сразу понял.

– Чудесный кофе, – Алена, довольно улыбнувшись, поставила чашку на стол и слегка откинулась на спинку стула, окидывая взглядом пустые тарелки.

Дэни тоже допил свой эспрессо и удовлетворенно кивнул.

– Бекончик тоже был отличный! Готова к экскурсии?

Покинув здание столовой, они начали неторопливо прогуливаться по территории лагеря, занимавшего несколько десятков гектар. Казалось, в этом зеленом раю не осталось и клочка земли, которого бы не коснулась рука умелого садовника. Алена с удовольствием скользила взглядом по идеально ровным газонам, цветущим клумбам, искусственному прудику с прозрачной водой, где плескались разноцветные рыбки и журчащим вдоль дорожек ручейкам. Миновав небольшой лесок, спутники вышли к внушительному по размерам, слегка заросшему водоему. В темной воде отражались верхушки окруживших его со всех сторон вековых сосен. Невысокие, но обрывистые берега оставляли для купания лишь небольшой пологий участок чуть в стороне от тропинки, по которой пришли спутники.

– Смотрю, сюда ваш садовник еще не добрался, – заметила Алена, указывая взглядом на совершенно естественный природный ландшафт и поросший крапивой и лопухами песчаный берег.

– Думаю, и не доберется, – отозвался Дэни. – Ему и там работы хватает.

– Можешь научить меня двигать вещи на расстоянии? – неожиданно спросила Алена.

– Давай попробуем, – с готовностью согласился молодой человек. – Но если сразу не получится – ты не расстраивайся! Нужно время.

– Ладно, – девушка приготовилась внимательно выслушать инструкции.

– Энергия, которую ты можешь использовать, находится в животе, в энергетическом центре, который чуть пониже пупка. Можешь почувствовать свой живот?

Девушка нахмурилась, пытаясь сообразить, как выполнить поставленную задачу.

– Для начала можешь положить на это место руку. Вот так, – он положил свою руку себе на живот. Алена повторила движение. – Теперь создай намерение.

– Что это значит?

– Ну, представь в голове, что именно ты хочешь сделать.

Алена огляделась по сторонам и увидела валяющуюся на берегу палку.

– Вот ту палку хочу поднять с земли.

– Отлично. А теперь соедини намерение из головы и энергию из живота в центре грудной клетки и направь этот поток в руку, – с этими словами Дэни легким движением руки поднял спасательный круг, висящий на столбе у деревянного причала и так же аккуратно повесил его обратно.

Алена последовала его примеру, но движением руки палку ей поднять не удалось… зато метров на пять вверх взлетело и с грохотом рухнуло вниз увесистое короткое бревно, лежавшее рядом.

– Вау! – только и смог произнести Дэни, наблюдая, как бревно скатывается в воду.

– Ой! Прости! Что не так я сделала? – виновато покосилась на своего учителя девушка.

– Ну… – он почесал затылок. – А ты, если по-честному, что поднять хотела?

– Я? Палку… – она запнулась. – Но если по правде, то хотела бревно, только подумала, что оно тяжеловато…

– Подумала, что оно тяжеловато, вот и приложила усилий больше чем надо! – объяснил молодой человек. – Поэтому оно и взлетело так резко! А ты раньше что-то подобное делала? Может случайно получалось?

Алена покопалась в памяти и вдруг припомнила фуру, с которой они с Мишей чуть не столкнулись по дороге в Дубну. Она честно рассказала Дэни про тот случай.

– Вообще, в стрессовых ситуациях способности могут проявляться спонтанно. Но вот чтобы кто-то с первого раза сумел целенаправленно на что-то повлиять, да еще с такой силой, я не встречал! – он не скрывал своего удивления и даже восхищения.

– Правда? – заулыбалась Алена.

– Ну да. Секрет ведь в том, чтобы осознать свои возможности, проще говоря, поверить в них, а это непросто, учитывая, сколько лет мы были уверены в том, что ни на что подобное не способны. У меня пара месяцев ушли на то, чтобы научиться, – с деланной завистью в голосе добавил он. – Нужно Наталье рассказать!

– Давай завтра попозже расскажем, – неожиданно предложила девушка. По не совсем понятной причине ей не хотелось вновь встречаться с директрисой. Вместо этого она предпочла бы дождаться Северина. – Давай лучше еще потренируемся! – она почувствовала настоящий азарт.

– Как скажешь! Тогда давай поработаем над плавностью движений!

Управлять окружающими предметами на расстоянии оказалось для Алены не сложнее, чем держать в руках ложку. Внимательно слушая советы Дэни, она создала волну и покатала по озерной глади лодку, а еще раскрутила маленький смерч из речного песка. Время за новым занятием летело совсем незаметно.

– А когда обед? – неожиданно спросила Адена, оглядываясь по сторонам и раздумывая, на чем бы ей еще отточить свои навыки.

– Проголодалась? – усмехнулся Дэни.

– Зверски!

– Так со всеми бывает. Никто по началу не умеет правильно распределять энергию и поэтому теряет больше, чем необходимо. Ведь мозг думает: «Вау, бревно! Как же много сил потратило тело, чтобы его поднять!» То есть для нашего сознания это как обычная физическая нагрузка, а значит, чтобы восполнить недостаток сил, нужно поесть.

– А разве не так?

– Поесть – это конечно способ, так же как подпитка от энергии земли, воды или солнца, например, – в ответ на его слова девушка удивленно вскинула брови. – Да, да, и такой вариант «питания» тоже возможен. Но чем больше ты познаешь себя и свои способности, тем лучше понимаешь, что сила, которой искра наделяет твое тело, мало связана с физической силой.

Алена тряхнула головой: все эти новые концепции с трудом укладывались у нее в голове.

– Разберешься со временем, – заверил ее Дэни.

Движимые чувством голода, спутники быстро добрались до столовой. В обеденное время посетителей здесь оказалось немного больше – три педагога – женщина лет тридцати с темными волосами, собранными в конский хвост, немного полноватый лысеющий мужчина лет пятидесяти и круглолицый молодой парень, по виду стажер. Дэни обменялся с ними краткими приветствиями и рукопожатиями. Алену новые знакомые встретили дружелюбными улыбками. Девушка в ответ тоже улыбалась, одновременно всеми силами стараясь обнаружить хоть какие-то внешние признаки, указывающие на принадлежность этих людей к древнейшему тайному обществу. Но нет, ничего похожего на загадочные татуировки, бархатные плащи с капюшонами или магические медальоны у них не было. Самые обычные люди в джинсах и футболках с эмблемой лагеря.

– Я наверное переоценила свои возможности, – заметила Алена, когда они с Дэни, провожаемые любопытными взглядами, присели за столик у окна.

– Скорее всего, – усмехнулся ее собеседник, осматривая поднос, еды на котором хватило бы на пятерых. – Ведь физического размера твоего желудка никто не отменял!

Но Алена уже не могла ничего ответить, потому что с аппетитом пережевывала котлету. Дэни не без улыбки наблюдал за ее пиршеством.

– Очень вкусно! – три котлеты, два блина и порцию пюре спустя, Алена наконец-то решила перевести дух.

– Спорю на что хочешь, что это был самый вкусный обед в твоей жизни, – рассмеялся молодой человек.

– Пожалуй, ты прав! Я еще сейчас о кусочке печеной утки с яблоками мечтаю…

– Ну, никогда не видел, чтобы в детском лагере подавали утку.

– Ну, никогда не видела детского лагеря, больше походящего на элитный загородный клуб, – эхом отозвалась девушка.

– Да, Северин любит, когда все сделано по высшему разряду, – честно признался Дэни. – Этого у него не отнять: раз уж решил привести лагерь в порядок, то никаких полумер!

– Круто! – Алена вытерла губы салфеткой.

– То есть, тебе начинает здесь нравиться? – видимо припомнив вчерашнее Аленино отчаяние и нежелание оставаться, уточнил Дэни.

Алена замерла. Она и в самом деле напрочь забыла о своих недавних метаниях и переживаниях. Сейчас находиться здесь казалось ей совершенно естественным, как будто она уже много лет подряд приезжала в этот лагерь отдыхать и даже успела обзавестись близкими друзьями.

– Странно, – призналась она и огляделась. – Мне тут не только нравится, я чувствую себя как… как дома… Это что, какая-то магия?..

– Нет, никакой магии. Просто, как я и говорил, здесь ты среди своих и волей-неволей чувствуешь это.

Алене совершенно не хотелось терять это ощущение спокойной уверенности и возвращаться к терзавшим ее сомнениям, поэтому она решила с головой погрузиться в то, что ее сейчас окружало – в удивительной красоты природу, в дружелюбную атмосферу и непринужденное общение с Дэни, отбросив в сторону набившее оскомину тревожное чувство.

– А чему еще ты можешь меня научить? – с энтузиазмом спросила девушка, явно впечатлив собеседника своей энергичностью.

– Вообще, тебе для начала неплохо было бы пройти инструктаж по технике безопасности, с правилами ознакомиться… – наигранно занудным тоном, чуть ли не зевая, начал перечислять Дэни.

– Серьезно? – Алена не смогла скрыть своего разочарования.

– Абсолютно! – рассмеялся молодой человек и, заговорщицки подмигнув, добавил. – Но, знаешь, можно и нарушить немножко этот регламент!

Алена открыла глаза и уставилась в потолок. В памяти всплыли события минувшего дня – ее первого дня в лагере для «истовых», который она провела, исследуя свои новые способности, и с помощью Дэни обучаясь управлять необычайной силой, которой наделила ее природа. Честно признаться, несмотря на плотный обед и ужин, которые должны были помочь ей восстановить силы, она все равно ощутимо устала и проспала, судя по будильнику, молчаливо притулившемуся на прикроватной тумбочке, аж до десяти утра. Алена лениво потянулась и тут же поняла, что еще одна ночь прошла спокойно, и ни один пугающий образ не потревожил ее сна.

За окном было пасмурно и душно: собиралась гроза. Прежде чем покинуть комнату, Алена проверила сообщения на пейджере – там было только вчерашнее пожелание спокойной ночи: видимо, у Миши тоже дел было полно. Алена вспомнила, как они сидели в обсерватории накануне его отъезда и улыбнулась. Он занят – она это понимает и не расстраивается, ей сейчас тоже нужно время, чтобы во всем разобраться. А потом они снова встретятся. Обязательно. И тогда, может быть, она поделится с ним своим секретом.

На территории лагеря было безлюдно, только звонко тренькали птички, и слабый ветерок шуршал в кронах высоких деревьев. Алена прошлась по тропинке к административному корпусу и, не встретив никого на своем пути, вернулась обратно. Она все еще опасалась экспериментировать со своими способностями в одиночку: вдруг что-нибудь сломает? Промаявшись на скамейке возле корпуса еще минут десять, она все же достала телефон и написала сообщение Дэни.

«Спишь?»

После короткой паузы пришел ответ.

«Нет. Это ты спишь. А я в гараже.»

Алена удивленно вскинула брови и чуть подумав, спросила:

«А мне можно в гараж?»

«Легко!»

Дальше следовали короткие инструкции, как найти гараж на территории лагеря, благодаря которым девушка уже через несколько минут прибыла на место. Зеленый металлический ангар с откатными воротами стоял чуть в стороне от главного въезда. К Алениному удивлению, внутри просторного здания с высокими потолками были припаркованы десятка два очень дорогих машин.

– Дэни! – позвала она, с интересом оглядываясь по сторонам.

– Сюда! Иди сюда! – донеслось откуда-то из глубины помещения.

Алена пошла на голос и обнаружила молодого человека под видавшим виды крошечным Фольксваген Жук желтого цвета, подвешенным в воздухе безо всяких опор на высоте больше полутора метров.

– Привет! Рановато-то ты проснулась! – приветствовал ее Дэни, вытирая руки. Он был одет в перепачканную футболку и такие же «чистые» джинсы.

– Привет! Я вчера порядком подустала… Ты был прав, что это непростая задача – научиться правильно распределять энергию, – она с любопытством огляделась. – А ты что тут делаешь?

– Да вот, с подвеской ковыряюсь, – пояснил молодой человек. – Не спалось что-то, и я решил с толком провести время.

– Смотрю, подъемник тебе не нужен, – заметила Алена, взглядом указывая на зависший в воздухе автомобиль.

– Это все благодаря энергетическим аватарам. Но о них я тебе попозже расскажу.

Алена с трудом подавила приступ любопытства.

– Хорошо, ну тогда хоть скажи, чей это красавец?

– Мой. Северин разрешил ему тут «пожить», пока я его чиню.

– Это у тебя хобби такое? – уточнила Алена.

– Можно сказать и хобби, но вообще я так подрабатываю – чиню старые машины, у которых электронных мозгов меньше, чем у современных. Ты же не думаешь, что на студенческую стипендию можно прожить?

– Здорово! – Алена, задрав голову, рассматривала днище автомобиля.

– Знаешь, есть у меня еще одна идея, – интригующе заявил Дэни. – Отойди, пожалуйста, я машину опущу.

– Что за идея?

– Сейчас увидишь! Самое время научить тебя еще одному трюку!

Едва заметным движением руки молодой человек опустил автомобиль на пол и так же, не касаясь его, выкатил на улицу. Алена, с интересом наблюдая за происходящим, вышла следом.

– Садись рядом, – распорядился Дэни, занимая место водителя. Девушка молча повиновалась. – Смотри, бензина у нас нет, поэтому обычным способом машина не поедет. Но есть способ на ней прокатиться.

После этих слов он поставил коробку на нейтралку, положил руку на руль и мгновенье спустя старенький «жук» тронулся с места, тихо шурша колесами.

– Как ты это делаешь?

– Я направляю энергию на карданный вал, который в свою очередь передает крутящий момент на мост и полуоси, а оттуда уже на колеса, – молодой человек довольно улыбнулся. – Таким образом можно любую, даже самую «умную» машину угнать без ключей, лишь заглушив сигнализацию или…

Алена внимательно посмотрела на своего собеседника.

– Угнать?

– Ты не подумай, я этим не занимаюсь, – тут же уточнил Дэни. – Это просто такой эксперимент. Хочешь сама попробовать?

– Конечно! – они поменялись местами, и Алена попыталась повторить то, что с такой легкостью удалось ее другу. Но ничего не получилось. – Что-то не так… – резюмировала она. – Может дело в том, что я не знаю, как выглядят те детали, к которым я должна приложить усилия, а значит и не могу представить, что именно нужно сделать.

– Главное, ты знаешь, какой тебе нужен результат – ты хочешь заставить машину катиться вперед! Смотри, ведь людям не обязательно знать, как устроено их тело, чтобы шевелить рукой, да? Я, например, выучил, где какие мышцы, а кто-то другой просто знает, что они есть, а новорожденный ребенок вообще не в курсе, что у него внутри. Поэтому сосредоточься на конечном результате, почувствуй, что автомобиль – это продолжение твоей руки.

Алена кивнула и вновь положила руку на руль. И теперь, вместо того, чтобы пытаться подвинуть автомобиль, она закрыла глаза и сосредоточилась на ощущениях в своей ладони. Какое-то время ничего не происходило.

– Хочешь я помогу? – услышала она голос Дэни.

– Поможешь? – не открывая глаз переспросила она. – Ну, хорошо…

В следующий момент Алена почувствовала легкое прикосновение – молодой человек положил свою руку поверх ее. Она немного смутилась, но глаз не открыла, стараясь сосредоточиться на ощущениях. Сначала это было просто тепло, согревающее ее руку, но потом она почувствовала, как откуда-то из живота вверх поднимается мягкая волна. Она легко докатилась до центра груди и перетекла в руку, устремившись к кончикам пальцев, а оттуда дальше, за пределы тела.

– Смотри, получается… – тихо прошептал Дэни.

Алена открыла глаза и улыбнулась: машина медленно катилась вперед, в тоже время это движение легко отдавалось в теле девушки едва заметной вибрацией. Она перевела взгляд с дороги на свою руку, все еще прикрытую рукой Дэни.

– Извини, моя помощь уже не нужна… – он отстранился. – Есть такое правило – «куда внимание, туда энергия»…

– А, вот оно что… – понимающе кивнула Алена.

Автомобиль медленно остановился, и только теперь девушка заметила, как учащенно бьется ее сердце. Повисла небольшая пауза.

– Здорово! – первой нарушила неловкую тишину Алена. – И мне кажется, что я не потратила на это много сил.

– Чем лучше ты осознаешь, что все границы условны, тем с большей легкостью контролируешь пространство вокруг себя, – Дэни был рад вместо затянувшегося молчания дать пояснения.

– Спасибо, что помогаешь мне во всем этом разобраться, – благодарность Алены была очень искренней.

– Обращайся! – Дэни ее слова польстили. – О! Смотри! Кажется, Северин приехал! – он указал на въездные ворота, в которые вкатывался поблескивающий на солнце черный автомобиль. – Это его Мерседес.

Алена тут же посмотрела в указанном направлении: она с нетерпением ждала этой встречи, отчаянно желая получить ответы на все свои вопросы.

– Мне очень нужно с ним поговорить, – сказала она, наблюдая за плавно скользящим по направлению к административному корпусу черным автомобилем, и честно призналась. – Наталье не все известно о моем прошлом…

Судя по лицу Дэни, ему было известно еще меньше, чем Наталье, но вслух он этого не сказал, зато с готовностью предложил не откладывать встречу.

– Я только душ приму и переоденусь, – уточнил он, красноречивым взглядом окидывая свою перепачканную одежду. – А ты пока можешь в столовку заскочить. Время завтрака уже прошло, но у поваров наверняка много чего осталось, и они с удовольствием тебя покормят.

После импровизированного Алениного завтрака, они как и договаривались, отправились к Северину.

– Сожалею, но профессор сегодня не приехал, – сообщила им Наталья: молодые люди встретили ее на первом этаже административного корпуса.

– Но это же его машина? – уточнила Алена.

– Да, водитель приехал по его поручению, – директриса взглядом указала на стоящего рядом мужчину средних лет в черном костюме, белой рубашке и форменной фуражке, которому она вручила пластиковый футляр с картой памяти.

– Но, может, он сообщил, когда его ждать? – девушка с надеждой в голосе покосилась на мужчину в фуражке, но тот ничего не ответил.

– Вы можете ехать, – Наталья отпустила водителя и внимательно посмотрела на молодых людей. – Я пока не могу точно сказать, когда он приедет, – ее явно что-то тревожило, но она постаралась это скрыть за непринужденной улыбкой. – С другой стороны, подумайте сами, куда вам торопиться? Чудесная погода, полный пансион, приятная компания… – она мечтательно закатила глаза. – Наслаждайтесь!

– Но… – начала было Алена.

Улыбка мгновенно сползла с лица директрисы: теперь она смотрела на собеседницу очень строго.

– Я знаю, Алена, что тебе крайне важно лично встретиться с профессором. Но прояви терпение. Он очень занятой человек, – с этими словами Наталья развернулась и торопливым шагом направилась в свой кабинет.

– Сказала, как отрезала, – Дэни проводил взглядом ее изящную фигурку, облаченную в очередной дорогостоящий наряд.

– И сколько же мне ждать?.. – тяжело вздохнула Алена, не особо надеясь получить ответ.

Дэни пожал плечами. Они покинули административный корпус и какое-то время в полном молчании шли по каменистой дорожке в сторону жилых корпусов.

– Почему тебе так важно встретиться с Севериным лично? – первым нарушил тишину Дэни. – Мне казалось, Наталья может с легкостью ответить на все вопросы, которые возникают у новичков. Это ее работа. А Северин, он, конечно, один из членов Наследия, но по роду занятий – доктор, он руководит клиникой, лечит больных…

Продолжать теряться в догадках в полном одиночестве казалось уже почти невыносимо. Алена остановилась и внимательно посмотрела в глаза притормозившему рядом молодому человеку, раздумывая, может ли она ему доверять, учитывая насколько непродолжительным было их знакомство. Дэни без малейшего намека на неловкость выдержал ее испытующий взгляд.

– Ладно, иначе еще до приезда Северина я сойду с ума от своих домыслов и весьма сомнительных умозаключений, – обращаясь скорее к себе, чем к своему спутнику, заявила она и поискала взглядом, где бы присесть. Стоящая чуть поодаль от дорожки беседка показалась ей вполне подходящим местом для доверительного разговора. – Пойдем!

История, начало которой было положено почти шесть лет назад, когда Алена, получив необычный кулон, стала свидетелем гибели члена древнего тайного общества, немало впечатлила Дэни. Она также рассказала ему и о своих дальнейших перипетиях, связанных с проявлением необычных способностей, приступами эпилепсии, эмиграцией, возвращением на родину и знакомством с Севериным на банкете, завершив свое откровение встречей в Большом театре.

– Дальше тебе все известно: я решилась увидеться с Севериным еще раз, рассчитывая получить все ответы, а в результате оказалась здесь, в полупустом лагере для истовых, где с твоей помощью учусь управлять своими отнюдь незаурядными способностями… – она шумно выдохнула, мысленно удивляясь, насколько ей полегчало после того, как она выговорилась парню, с которым была знакома всего несколько дней. – Вот, – в довершение всего она показала ему кулон.

Дэни внимательно посмотрел на украшение.

– Я ее помню, – вдруг заговорил он. – Елену. Высокая такая, красивая, с темными волосами…

– Да! Очень красивая, с длинными темными волосами! – Алена усиленно закивала.

– Я тогда только пришел в Наследие. Мне шестнадцать было. Северин нас познакомил, когда я приходил к нему в клинику. А через пару месяцев после нашей встречи она погибла. Деталей я не помню, помню только, что переполох был жуткий. Она вроде как была правой рукой профессора…

– А про кулон ты что-то знаешь? – заинтересовалась Алена.

– Нет. Никогда не обращал на него внимания. Я ж не девчонка, чтоб западать на блестяшки всякие, – шутливым тоном добавил он.

– Мне кажется, не так все просто, как Наталья сказала, – откровенно призналась девушка. – То есть, древняя цивилизация, необычные способности, тайное общество – это все сложнее, чем я могла себе представить… Но я имею в виду, что кулон – это не просто какая-то безделушка, которую Елена мне вручила в качестве прощального сувенира… Он как-то связан с тем, что со мной происходит… Дело не только в моих генах, понимаешь?

– Интересная вещь… – молодой человек протянул руку и прикоснулся к кулону. – Как будто метал вплавлен в камень… Не руда в камне, что вполне себе обычное явление, а именно металлический сплав какой-то… – его взгляд скользнул с кулона на Алену, которой вдруг показалось, что они сидят слишком близко к друг другу. Ее пульс уже знакомо участился, как тогда, когда Дэни коснулся ее руки, лежащей на руле. Их взгляды встретились. Повисла пауза, но не неловкая, когда хочется поспешно отвести взгляд, а какая-то очень значимая, как будто между ним состоялся разговор без слов. За этой молчаливой беседой Алена вдруг почувствовала, что знает Дэни намного лучше, чем возможно узнать человека за пару дней знакомства. И неожиданно для самой себя она заключила.

«Я уверена, что могу тебе доверять…» – и тут же поняла, что ни слова не проговорила вслух. Дэни, не отводя взгляд, улыбнулся и к огромному удивлению девушки, его ответ прозвучал прямо у нее в голове так же, как когда-то прозвучали слова Елены.

«Это взаимно».

– Я схожу с ума, или мы и в самом деле можем общаться вот так… без слов? – уже вслух произнесла Алена, опасаясь, что собеседник примет ее за сумасшедшую. Дэни выпустил из руки кулон и, чуть отстранившись, спокойно ответил, при этом вслух не произнеся ни слова.

«Странный вопрос. Конечно можем».

– А читать мысли других людей? – заинтересовалась она.

– А вот это запрещено сводом правил. Зато чужие эмоции – чувствуй на здоровье. Это вполне уместно и совсем не возбраняется.

– А не чувствовать можно?

– Конечно, и я уверен, что этим навыком ты уже обладаешь.

– Если честно, то не очень… – девушка припомнила, как ощутила Мишину боль.

– Возможно не в совершенстве, но все же обладаешь. Иначе, ты бы уже с ума сошла. Этот навык развивается вроде как автоматически, можно сказать срабатывает природный защитный инстинкт, и твой разум находит способ блокировать повышенную чувствительность.

– Я и сходила с ума, после того как получила кулон… – призналась Алена.

– Знаешь, Наталья чем-то сильно обеспокоена… – девушка первой вышла из беседки и обернулась: Дэни шел следом. После неожиданного откровенного разговора их общение стало намного свободнее и доверительнее, словно они были знакомы уже много лет. – Она как будто что-то не договаривает, когда речь заходит о длительном отсутствии Северина.

– Я тоже это чувствую. Но не знаю, что именно ее так тревожит. Слышал, что в ближайшие несколько дней в лагерь привезут несколько групп «истовых» из разных регионов. Может, дело в этом? Хотя, я не уверен, – он пожал плечами и шутливо добавил. – В конце концов, она же член тайного общества. Мало ли какие проблемы у нее могут быть!

– Я же серьезно говорю! – нахмурилась Алена.

Выйдя на каменистую дорожку, они продолжили свой путь к жилым корпусам.

– Северин и в самом деле очень занятой человек, – продолжил рассуждать Дэни. – Но для него было важно тебя найти, а значит он обязательно появится, чтобы завершить ваш разговор. Знаешь, он же сам не занимается поиском «истовых», а тут, судя по твоим словам и по тому, что я видел, он приложил немало усилий, чтобы с тобой встретиться, – молодой человек ободряюще потрепал Алену за плечо. – Лучшее, что мы сейчас можем сделать, ожидая его возвращения, это попробовать развить и закрепить твои навыки. Твои бабушка и дедушка не торопят тебя домой?

– Вроде нет. Они рады, что у меня появляются друзья и интересы в России… Хотят, чтобы я осталась тут учиться, чтобы не возвращалась в Штаты.

– А ты хочешь остаться? – Дэни не скрывал своей заинтересованности.

– Пока не знаю… не хочу сейчас об этом думать…

За следующие пару дней в лагерь приехали еще несколько преподавателей и сотрудников администрации. Дэни сказал, что все они являются членами общества Наследие, хотя Алена мало за кем из них замечала что-то необычное. Привычка этих людей не демонстрировать свои способности была неизбежна, иначе как было сохранить в тайне существование древнего общества? Вообще, Алене до сих пор с трудом верилось в то, что рассказала ей Наталья. Древняя цивилизация людей с безграничными способностями, деградировавшая до мощнейшего научно-технического прогресса – это концепция со стороны выглядела более чем странной. Но так было ровно до тех пор, пока Алена не пригляделась к современному миру получше. Разве не правда, что люди разучились считать, не прибегая к помощи калькулятора? Разве не реальность, что водители практически не способны обходиться без камер заднего вида и парктроников? Разве не верно, что человечество почти не общается иначе, чем посредством телефонов и соцсетей? Алена как-то представила себе, что бы произошло, если бы в одно мгновение все технологии, обеспечивающие благоденствие людей, вдруг сломались. Бррр!.. Человечество бы просто вернулось в каменный век, и большинство людей погибло бы!

– О чем задумалась? – именно за этими размышлениями Алену и застал Дэни.

– О том, что последние пару дней мы предоставлены исключительно сами себе, – ответила Алена. – Что вообще происходит?

– Не знаю, раньше такого не было. Но я придумал нам еще одно занятие!

Алена благодарно улыбнулась. Может быть, Наталье и не было до нее дела, но вот Дэни прикладывал все усилия, чтобы рассказать ей как можно больше о скрытых возможностях человека. Он, например, показал ей, как питаться энергией деревьев: удивительно было то, что во время этой практики Алена ощущала привкус березового сока на языке и о столовой забыла до самого вечера. А еще они пробовали ловить восходящие энергетические потоки земли и левитировать, разговаривать друг с другом без слов и перемещаться с закрытыми глазами, ощущая препятствия на расстоянии.

– Интересно! – Алена с удовольствием вспомнила насыщенную программу минувших дней. – Что на этот раз?

– Увидишь! Встретимся у твоего корпуса через полчаса.

– Отлично! – в предвкушении чего-то еще более необычного, девушка быстро закончила завтрак.

Но прежде, чем присоединиться к Дэни, она заскочила в свою комнату и проверила пейджер. Сообщений от Миши было совсем немного. Алену по-прежнему это не расстраивало. Она, как и раньше, чувствовала, что это лишь временное явление. Он – занят, она – занята, это – нормально. Или не совсем? Если честно, то у нее даже не было времени хорошенько подумать об их отношениях: лучший друг так стремительно вернулся в ее жизнь, что, казалось, и не пропадал вовсе. Никто из них не лукавил, говоря, что их чувства друг к другу остались неизменны. И все же иногда Алену посещали едва уловимые сомнения: возможно ли, чтобы во взрослой жизни, в которую они оба вступили, нашлось место для той искренней и бесконечно преданной дружбы, которая некогда связывала двух подростков?..

– И куда мы сегодня пойдем? – Алена была в отличном настроении.

– На опушку. Там есть старая охотничья вышка. Давай за мной!

Минут двадцать они петляли по лесным тропинкам и ушли довольно далеко от обжитой части лагеря.

– Что мы будем там делать? – уточнила Алена, раздвигая ветки и недовольно отмахиваясь от комаров.

– Все, пришли!

Внимательно глядя под ноги и стараясь не споткнуться о корни, Алена не заметила, что идущий впереди молодой человек остановился.

– Ой, прости! – она чуть не упала, налетев на него со спины.

– Не ушиблась?

– Нет, все в порядке, – девушка осмотрелась.

Они стояли на краю поляны, а перед ними красовалась заброшенная деревянная вышка с площадкой наверху. Двускатная крыша и некое подобие стен из досок когда-то укрывали от дождя и снега притаившихся наверху охотников.

– Мы же туда не полезем? – Алена с сомнением покосилась на видавшие виды сооружение.

– Нет, конструкция уже трухлявая вся. Но нам наверх и не надо. Там занято.

– Занято? – не поняла девушка.

– Ворон там живет.

– Так мы на птицу пришли посмотреть?

– В том числе. Но есть и кое-что поинтереснее, – Дэни бросил на землю полупустой рюкзак, подошел чуть ближе к вышке и поманил Алену за собой. – Только не шуми.

С этими словами он закрыл глаза и слегка отвел в стороны руки, развернув их ладонями вверх. В следующее мгновение с вышки послышалась какая-то возня, и из большой щели между досками показалась абсолютно черная птичья голова. Алена, затаив дыхание, смотрела на отливающее синевой оперенье и поблескивающие черные глазки-бусинки. Птица еще пару мгновений покрутила головой, а потом, издав громкий крик, вылетела из укрытия и устремилась вверх.

– Я возьму тебя за руку, а ты закрой глаза, – Дэни говорил очень тихо.

Алена сделала, как он просил. Едва их руки соприкоснулись, как у нее перехватило дыхание: она была уже не на земле! Она парила в воздухе! Ощущение полета было совершенно реальным! Поля, леса, извилистая линия реки, все это с высоты птичьего полета она видела своими глазами! Ее охватило удивительное чувство безграничной свободы и искреннего восторга, которые с каждой минутой заставляли сердце биться все сильнее и сильнее. Погружаясь в свои ощущения, она все больше растворялась в напряженных порывах ветра, в бесконечном голубом небе, в искрящихся солнечных лучах… А потом высота уменьшилась, и еще издалека Алена заметила старую охотничью вышку и себя с Дэни, стоящих на краю поляны и держащихся за руки.

«Пора возвращаться», – услышала она прямо голове, и тут же почувствовала свое тело, стоящее на земле. Но ощущения поменялись так резко, что Алена от неожиданности потеряла равновесие и начала падать на землю, увлекая за собой совершенно неготового к такому повороту событий Дэни.

– Черт! – сквозь смех произнес молодой человек, повалившись на траву. – Зачем ты это сделала?

– Я не нарочно! – Алена сама не понимала, почему ее так сильно развеселило это нелепое и даже немного болезненное падение. Лежа на спине, девушка подняла глаза к небу, по которому неторопливо проплывали легкие белые облачка. Дэни отпустил ее руку. – Это было круто, – резюмировала она, переводя дыхание и чувствуя, как сильно и прерывисто колотится сердце, словно пытается вырваться из груди и снова отправиться в полет.

– Круто?! – переспросил молодой человек, поднимаясь на локте и сверху вниз глядя на лежащую рядом девушку. – Да это было невероятно и фантастически!

– Хорошо, согласна! Было фантастически круто! – Алена тоже приподнялась и с улыбкой глядя ему в глаза добавила: – Спасибо!

– Всегда к твоим услугам, – он театрально склонил голову в импровизированном поклоне.

Алена рассмеялась и снова легла на траву, продолжая с довольным выражением лица наблюдать за проплывающими в вышине облаками. Последние пару дней она не переставала удивляться тому, насколько хорошо ей было в компании Дэни. Возможно он был прав, и причиной этому стала общность их происхождения, взаимопонимание, заложенное почти на генетическом уровне? Может это и в самом деле бесконечно важно – оказаться среди своих?

– И часто ты сюда приходишь? – спросила девушка.

– Иногда. Правда, приходится приплачивать этому каркуше, – Дэни первым встал с земли и протянул девушке руку.

– Что значит – «приплачивать»? – Алена, воспользовавшись предложенной помощью, поднялась на ноги.

– Сейчас, – молодой человек взял свой рюкзак и достал оттуда пластиковый контейнер с сырым мясом. Словно учуяв угощение, между досок вновь высунулась черная голова. – Забирай! – крикнул ворону Дэни, оставляя внушительный кусок на одной из плоских покосившихся ступенек лестницы, ведущей наверх, и добавил, обращаясь к своей спутнице. – Давай чуть отойдем.

– Хочешь сказать, он спустится при нас?

– А то! Он ведь не единственный в этом лесу, кто будет рад мясом поживиться!

Девушка последовала примеру Дэни и отошла к тропинке, по которой они пришли. Ворон еще несколько раз подозрительно огляделся по сторонам, а потом слетел вниз и уселся на ступеньку рядом с угощением. Мгновенье он понаблюдал за людьми, а потом взял в клюв заветную добычу, шумно взмахнул крыльями и взлетел на вышку, скрывшись с глаз наблюдателей.

– Можем как-нибудь повторить? Пожалуйста! – Алена умоляюще посмотрела на Дэни. – А я сама так смогу? А когда?

Молодой человек улыбнулся ее энтузиазму и вдруг изменился в лице.

– Подожди-ка… – он прислушался. – Наталья нас ищет.

– Я ничего не слышу…

– Потому что она «связывается» со мной. Мысленно то есть. Раньше такой вид связи был хорошей альтернативой сотовым телефонам, – шутливо добавил он.

– А сейчас?

– В воздухе слишком много помех, и поэтому мы можем связываться друг с другом только на небольших расстояниях. Пойдем!

Они двинулись обратно по тропинке. Идя следом за Дэни, Алена довольно улыбалась себе под нос и даже что-то напевала, все еще чувствуя едва заметную дрожь и необычайную легкость в теле, которые напоминали ей о недавнем полете. Но передвижение по тропинке требовало большей сосредоточенности. Замечтавшись, девушка не заметила мощных корней ели, пересекавших тропинку, зацепилась за них ногой и, не удержав равновесие, рухнула на землю.

– Damn it! – громко выругалась она по-английски.

Обернувшись, Дэни обнаружил свою спутницу сидящей на тропинке.

– Ты чего? Упала? – удивился он, возвращаясь обратно и опускаясь на колени рядом с пострадавшей. – Что там?

Алена, шмыгнув носом, показала ему ладони, на которых было несколько глубоких ссадин.

– И коленку ушибла, – добавила она, поморщившись. – Растяпа…

– Бывает, – Дэни скинул рюкзак. – Я осмотрю ногу? – девушка кивнула и поморщилась, когда подающий надежды травматолог осторожно обследовал колено. – Очень больно?

– Скорее обидно, – натянуто улыбнулась Алена. Она осторожно пошевелила поврежденной конечностью и заключила. – Нормально, дойду. А там приложим к ноге что-нибудь холодненькое…

– Вообще, тебе совсем необязательно хромать до самого лагеря и потом сидеть в обнимку с куском льда, – неожиданно сообщил Дэни.

– А какие есть варианты? У тебя с собой аптечка?

– Аптечки нет! Но есть и более эффективный способ! Ты же мне доверяешь?

Алена, слегка нахмурившись, кивнула.

– Тогда положи обе руки на ушибленное колено.

Девушка без дополнительных вопросов выполнила просьбу, продолжая с интересом наблюдать за действиями Дэни, который накрыл обе ее ладони одной своей, а вторую прижал к земле. В следующее мгновенье Алена ощутила легкое покалывание в кончиках пальцев и ладонях, а затем и в колене. Она перевела взгляд с рук на Дэни: он сидел молча, прикрыв глаза, и казался слегка напряженным. А потом покалывание и пощипывание исчезло, осталось лишь ощущение тепла и легкого трепета, которые медленно расползались от рук и колена по всему телу.

– Так! – молодой человек открыл глаза, оторвал руку от земли и следом освободил ладони девушки. – Вот, почти готово! – Алена помотала головой, не веря своим глазам: на ее перепачканных в земле ладонях больше не было кровоточащих ссадин, только немного запекшейся крови. Она пошевелила коленом – боль прошла. – Последний штрих! – Дэни достал из рюкзака влажные салфетки и, взяв руку девушки в свою, начал осторожно стирать последние следы недавней травмы. Алена лишь несколько мгновений молча наблюдала за процессом, а потом вдруг почувствовала, как учащается биение ее сердца и на щеках разгорается предательский румянец.

– Я лучше сама, – с трудом подавив смущение, она освободила руку.

– Конечно, – он протянул ей чистую салфетку.

– Как ты это сделал? – Алена старалась говорить как можно непринужденнее, но, по ее собственному мнению, у нее это плохо получалось.

«Да что с тобой такое?!» – возмущалась она про себя. – «Ну взял он тебя за руку, и что?!»

Дэни, по виду, чувствовал себя намного спокойнее.

– Я использовал энергию земли, чтобы ускорить регенерацию, – пояснил он и серьезно добавил. – Никогда не делай ничего подобного за счет своей собственной энергии, только за счет посторонних источников, таких как земля или дерево, например.

– Почему нельзя своими силами?

– Так уж это работает. Чтобы вылечить кого-то, человек должен стать своего рода трансформатором энергии. То есть тот, кто лечит, берет энергию из источника, трансформирует ее и направляет в тело больного, обеспечивая исцеление. Свои собственные силы ты тратишь на видоизменение энергии, и это уже немалый расход. Если сама решишь стать источником, то рискуешь погибнуть, не доведя дело до конца. Мы не всесильны, понимаешь? И законы физики для нас никто не отменял.

– Судя по вашим довольным лицам, вы хорошо проводите время, – резюмировала Наталья, когда Алена и Дэни вошли в ее кабинет.

– Решили последовать вашему совету, – натянуто улыбнулась девушка, присаживаясь в кресло: она сама не понимала, откуда в ней эта враждебность, но с каждой минутой директриса нравилась ей все меньше. Та же, в свою очередь, больше не скрывала своей мягко говоря обеспокоенности и тут же перешла к делу.

– Что ж, в таком случае, мне придется подпортить вам настроение, – Наталья присела напротив и выдержала небольшую паузу. – Официального заявления еще нет, но мне достоверно известно, что завтра представители государств, использующих универсальные электронные браслеты, приступят к срочному обсуждению нового проекта, в рамках которого они решат заменить все до единого браслеты на чипы-импланты.

– Что?! Какие чипы? – не поняла Алена.

– Как у собак? – уточнил Дэни.

– Отлично подмечено! – Наталья резко поднялась со своего места и прошлась взад-вперед по комнате. – Именно! Как у собак! Только более совершенные. По заявлению разработчиков, на чипе будет записана та же информация, что и на браслете.

– Тогда к чему их заменять?

– Вы же слышали о том, что в последнее время участились случаи краж и уничтожения браслетов, а также попытки взлома баз данных CYBRG? Пару часов назад сразу в нескольких небольших городах по всему миру из строя вышли все браслеты. Паника стоит жуткая, потому что вирус, загруженный в браслеты, уничтожив информацию на них, смог добраться до центральной и всех смежных баз данных. У пострадавших от этой атаки людей не осталось шансов восстановить информацию о себе, своих счетах, своей собственности. То есть, документально этих людей больше просто не существует…

– Но что помешает тем злоумышленникам, которые взломали браслеты, тоже самое сделать с чипами? – не поняла девушка.

– Разработчики утверждают, что чипы, построенные на основе нейроволокон, будут с легкостью справляться с подобными атаками. Ведь каждый чип – это маленький кусочек одной большой нейронной сети, способной к самообучению и самозащите, – Наталья пристально посмотрела на Алену.

Даже после всего того, что Алена узнала о нейроволокнах и искусственных нейронных сетях от Миши, она с трудом понимала, что так пугает Наталью в инновационном решении, предлагаемом разработчиками CYBRG, кроме риска уподобиться собакам.

– И что же? – девушка решила сознаться, что не видит в нововведении большой беды.

– Профессор Северин сказал мне, что один из ведущих разработчиков нейроволокон – твой близкий друг. Михаил Ларионов, верно? – получив в знак подтверждения короткий кивок, директриса удивленно пожала плечами. – Тогда странно, что ты не в курсе этого проекта. Ну да ладно, проще говоря, мы все окажемся напрямую «подключены» к искусственному интеллекту.

Алена замотала головой.

– Я не знала, что Миша работает над этим проектом: он вскользь упоминал о своих коллегах, которые занимаются электронными браслетами, но я не вникала в детали, – она вспомнила о секретности работы своего друга и, на мгновение резко замолчав, продолжила. – Я знаю о его работе только одно: он хочет с помощью технологий лечить людей.

– К сожалению, дорогая Алена, как сказано в «Божественной комедии» – «Благими намерениями выложена дорога в ад», – презрительно заключила директриса.

– Я не верю, что Миша может создать что-то, что навредит людям! – запротестовала девушка.

– Даже обычной лопатой при желании можно убить, – отозвалась Наталья. Она поднялась и встала позади кресла, опершись руками о спинку. –Хотя я не сомневаюсь, что изобретатель лопаты свято верил, что создает всего лишь орудие труда, а не что-то смертоносное.

– Бред какой-то!.. – теперь девушка поднялась со своего места.

– Позвольте мне договорить, – просьба хозяйки кабинета прозвучала скорее как приказ и Алена тут же опустилась обратно на свое место. – Ближний круг хранителей Наследия предвидит для нас две основные угрозы: встроенный чип сможет зафиксировать особенности работы человеческого организма. В случае людей «со способностями» это будет ускоренный метаболизм, высокая скорость реакции и еще много чего, что привлечет внимание аналитиков. Конечно, об этой функции чипа разработчики умалчивают.

– А вам откуда это известно?

– «Наследие» всегда старается держать руку на пульсе: нам нужно гарантировать свою безопасность и обеспечить сохранность тайны своего существования. У нас есть связи, которые мы при необходимости используем.

– А вторая угроза?

С каждым заданным вопросом Наталья становилась все мрачнее.

– Вы же помните, как я рассказывала, что современный научно-технический прогресс – это по сути осознанная деградация человечества? Но деградация вида Homo Sapiens положила начало противоположному процессу: эволюции нового псевдобиологического вида, чьи возможности на сегодняшний день уже значительно превосходят возможности людей.

– Вы говорите об искусственном интеллекте? – уточнил Дэни, бросив короткий взгляд на Алену, и девушка нервно сглотнула, припомнив НЭС.

– Можете считать меня, да и всех хранителей параноиками, но это истинная правда. Искусственный интеллект уже давно стал реальностью, вопрос лишь в том, когда он осознает себя и свое место на вершине эволюционной лестницы. Дарвинисты всегда говорили – «выживает сильнейший», и это уже не человек… – директриса помолчала. – Профессор не сможет приехать, но он попросил меня рассказать вам о том, что происходит. А еще с водителем он передал для вас сообщение, – она вновь села за стол и, достав из выдвижного ящика крупный синий кристалл, положила его перед Аленой. – Было дано четкое указание передать его только в том случае, если у вас не будет возможности встретиться лично.

– Это и есть сообщение? – уточнила девушка, покрутив в руках незатейливую вещицу. – И что мне с ним делать?

– Кристалл памяти активизируется усилием мысли. Это древнее приспособление, – пояснила Наталья. Она бросила еще один короткий взгляд на девушку с кристаллом и налила себе стакан воды, хотя Алена была готова поспорить, что выпить ей хотелось чего-то покрепче.

– Ладно… Усилием мысли… – девушка положила кристалл на раскрытую ладонь и, внимательно вглядываясь в его гладко отполированные грани, сосредоточилась.

В следующее мгновение кристалл словно посветлел изнутри: в его глубине начали одна за другой вспыхивать яркие искры, а потом перед Аленой возник полупрозрачный образ профессора Северина, уставшего и немного осунувшегося.

– Здравствуй, Алена, – проговорил он.

– Профессор…

– Это же запись, – пояснила Наталья. – Он не может тебя слышать.

Алена кивнула.

– Мне жаль, что наша встреча откладывается, – с грустью в голосе произнес Северин. – Но мне нужно рассказать тебе что-то очень важное о женщине, свидетелем чьей смерти ты стала. Вплоть до своей гибели Елена была моей правой рукой. Мы оба понимали, к чему приведет развитие технологий, если этот процесс не контролировать. Она была видным общественным деятелем и всегда старалась вразумить ослепленных успехом ученых. Она много выступала на международных конференциях, посвященных Индустрии 4.0, в том числе в ООН… Елена верила в то, что делала, и в какой-то момент ее голос, голос разума, был услышан: на правительственном уровне начались обсуждения необходимых ограничительных мер. Она погибла за два дня до выступления в Конгрессе США, на котором собиралась поделиться новыми аналитическими данными и неутешительными прогнозами, касающимися развития искусственного интеллекта, – образ помолчал. Алена судорожно пыталась сопоставить новые факты с деталями своих воспоминаний об аварии. – Обстоятельства, при которых произошла авария, так и остались не выяснены, – подчеркнул профессор. – Никаких зацепок или доказательств. Но я не сомневаюсь, что гибель Елены не была случайной. В этом замешаны люди из корпорации CYBRG.

– Введение электронных карт произошло как раз после аварии, а потом и браслеты изобрели, – подтвердила его слова Наталья.

– Скорость, с которой корпорации удалось нарядить в универсальные браслеты почти весь цивилизованный мир, просто поражает, – продолжал профессор. – А Елена была преградой на пути к их цели, ведь к ней прислушивались самые высокие государственные чины. Но, мне кажется, они устранили ее не только по этой причине. Она могла знать что-то важное, что-то, что стало угрозой для самого существования CYBRG.

Алена развела руками и громко спросила.

– Но при чем здесь я? Что я могу сделать?! – она отчетливо понимала, что профессор не может слышать ее слов, но неожиданно охватившее ее отчаяние рвалось наружу.

– Ты должна понимать, что они не остановятся, – продолжал Северин. – Алена, большинство людей не понимает, что происходит на самом деле. Карты, браслеты, теперь чипы… Человечество превращают в стадо овец, и с каждым днем все больше упрощают управление этим стадом. Да откуда у нас вообще уверенность, что корпорацией по-прежнему руководят люди? – профессор помолчал. – Я очень прошу тебя проявить еще немного терпения и дождаться нашей встречи, потому что волей-неволей ты оказалась последним связующим звеном между прошлым и настоящим, и возможно в твоей памяти кроется то, что поможет нам противостоять надвигающейся угрозе.

Алена покинула кабинет директрисы с тяжелым сердцем. Дэни тоже напряженно молчал. Вместе они медленно пошли в по дорожке, ведущей к корпусу.

– Знаешь, что мне кажется странным? – первым заговорил молодой человек.

– То есть это только мне странным кажется ВСЕ, а тебе только что-то конкретное? – невесело уточнила девушка.

– Я, знаешь ли, давно с этими ребятами тусуюсь, – он махнул головой в сторону административного корпуса. – Поэтому меньше удивляюсь. Так тебе интересно? – собеседница молча кивнула. – Смотри, как так получается, что сначала в пробке рядом с Еленой оказываешься именно ты, а не человек, напрочь лишенный необходимых генов? Потом именно тебе случается подружиться с ведущим специалистом из корпорации, против которой боролась Елена. Конечно, я говорю всего о двух случаях…

– Добавь к своему списку еще пару–тройку пунктов, – уловила его логику Алена. – Я потеряла связь с Мишей больше чем на пять лет, и неделю назад встретила его совершенного случайно. И отношения у нас такие… – она запнулась. – И кулон я столько же не видела, и не помнила даже про него, а потом нашла… А еще я каким-то чудом пересеклась с Севериным на фуршете в Дубне! Большой театр я уже стечением обстоятельств не считаю… В общем, складывается впечатление, что это просто судьба.

– Судьба?

– Нуда… Другого объяснения я не вижу…

– Хм… Интересная версия… Но если уж совсем начистоту, то ваша встреча на фуршете не была случайностью… – признался молодой человек.

– Что?! – Алена остановилась, как вкопанная.

– Северин каким-то образом знал, что ты там будешь, и поэтому приехал. Я тоже там был, но ты оказалась не одна, и поэтому он нас не представил…

– А в театре?

– И в театр я пошел не случайно, – Дэни настороженно наблюдал за реакцией девушки. – Профессор считал, что со мной тебе будет легче начать общаться… как то проще будет принять тот факт, что ты не такая, как большинство людей…

– То есть ты тут меня развлекаешь по его просьбе? – оторопела Алена.

– Нет, это не так… – начал оправдываться Дэни. – То есть сначала да, но я ведь совсем тебя не знал… Сама подумай, если бы я по-прежнему действовал только по его просьбе, стал бы я тебе рассказывать правду?

Она покачала головой.

– Наверное, не стал бы. Но я не готова сейчас еще и об этом подумать. Можешь отвезти меня домой?

– Домой?

– Да, хватит с меня на сегодня…

– Мне кажется – это плохая идея. Если CYBRG добрался до Елены, они могут и про «Наследие» знать…

– Про «Наследие», возможно, про меня – нет. Даже Северин до некоторых пор не знал, что я хоть как-то связана с тем происшествием. Мне ничего не грозит. Так ты меня отвезешь? – девушка сложила руки на груди.

– Как скажешь. Через полчаса жду тебя на парковке, – насупился Дэни.

Алена молча кивнула и отправилась к себе в комнату. Прежде чем начать собирать вещи, она взяла в руки пейджер и написала сообщение Мише:

«Когда ты возвращаешься?»

«Сегодня ночью.»

– Ура! – шепотом порадовалась Алена и продолжила переписку.

«Можем встретиться?» – Она очень хотела поговорить с Мишей как можно скорее и развеять последние сомнения относительно его участия в проекте корпорации, связанном с чипированием людей.

«Конечно. Я прилечу в Шереметьево, потом мне нужно кое-что доделать. Я буду у тебя часов в 12. И поедем в Дубну.»

«Идет!» – отписалась она.

Уже пакуя вещи, Алена позвонила дедушке с бабушкой.

– Милая! Ты уже домой едешь? А мы только до дачи добрались. Тоже решили подышать свежим воздухом! – запричитала бабушка.

– Вот и подышите. Хоть пару дней! Со мной все будет в порядке! – заверила их внучка.

– Ну как же! А обед кто тебе приготовит? А…

– Маша, не разводи панику. Она взрослая уже – найдет, что перекусить, – донесся до Алены голос деда.

– А может ты к нам приедешь?.. – не сдавалась бабушка.

– Я лучше в Москве побуду, может с Маришей встречусь или Миша заедет…

– Твоя мама не одобрит, что ты одна в городе, – использовала последний аргумент Мария Леонидовна.

– Я сама с ней поговорю, не переживай! – нашла выход Алена.

– Так уж и быть! Мы только на пару деньков… Хотя, у меня уже сердце не на месте…

– Алена, привет! – трубку взял дедушка. – Мы вернемся послезавтра, и не переживай за бабушку, у нее с собой два литра сердечных капель и пять ящиков рассады, она переживет эту недолгую разлуку!

– Спасибо, дедуль! Я вас очень люблю! – Алена почувствовала, как ее сердце сжимается от тоски, от того, что она не может поделиться с ними всем тем, что ее сейчас тяготит. И в эту минуту ей очень захотелось оказаться дома, как в детстве забраться к дедушке на руки, крепко обнять его, поцеловать в морщинистую колючую щеку и так и задремать у него на руках, пока он будет дочитывать свою газету.

– И мы тебя любим! Не забудь родителям позвонить, ладно? – донеслось до нее из трубки.

– Обязательно! – закивала Алена.

Как и договаривались, спустя полчаса Дэни ждал в машине. Алена молча бросила вещи за сиденье и заняла пассажирское место. Машина медленно выкатилась за ворота.

– Послушай, Ален, – Дэни явно переживал из-за неожиданной размолвки. – Ты же мне веришь? Ну, что ты мне правда очень нравишься, что я не из-за Северина…

Алена взглянула на него исподлобья.

– Я уже не знаю чему верить, а чему нет, – тихо ответила она. – Просто отвези меня домой, ладно?

Вернувшись домой, Алена облегченно вздохнула. Тишина и с детства знакомая обстановка родного дома ее немного успокоили. Все-таки квартира дедушки и бабушки была ей в миллионы раз роднее и ближе родительского дома в Чикаго, и именно про нее она могла сказать – «мой дом – моя крепость». С ностальгией вспоминая свое детство, она не торопясь обошла кухню, мебель для которой еще до отъезда в штаты они выбирали все вместе, продумывая каждую мелочь: ведь в России кухня – это самое главное место любого дома. Потом она прошла в гостиную и улыбнулась старому кожаному креслу, в котором они с дедушкой могли часами напролет читать сказки и листать толстенные энциклопедии… В спальне бабушки и дедушки все было так, как она помнила: большой платяной шкаф, изящное трюмо, а по сторонам от двуспальной кровати стояли два прикроватных столика. На одном из них, со стороны окна, где спала бабушка, лежал культурный альманах, книжка по цветоводству и театральная афиша на текущий месяц, а на другом дедушка оставил «Справочник рыбака» и свои очки для чтения. Аленино небольшое ностальгическое путешествие завершилось в ее комнате, где, несмотря на ранний вечер и солнечную погоду за окном, она наглухо задернула шторы и, не раздеваясь, легла в постель, с головой накрывшись легким пледом. Путающиеся в голове мысли практически сводили ее с ума: тайное общество сверхлюдей, искусственный интеллект, порабощающий человечество, нейроволокна…

«Надоело все это…» – неожиданно легко проваливаясь в сон, подумала она. – «Надоело…»

– Мне жаль видеть тебя такой расстроенной.

Алена оглянулась на голос и встретилась взглядом с Еленой. Живая и здоровая, она сидела рядом с ней на лавочке.

– Где я? Что происходит? – девушка растеряно оглядывалась по сторонам. – Вы… Вы живы?

– Нет, я погибла. Все, как ты помнишь. Ничего не изменилось.

– Тогда что происходит? Это сон?

– Полусон, полуявь… – женщина печально улыбнулась. – Людям случается видеть во сне умерших, разве нет? А иногда наяву замечать их образы в толпе… Со смертью человека его связь с другими людьми не прерывается, лишь становится не такой ощутимой: души могут продолжать общаться, и смерть в физическом мире не может стать этому помехой.

– Северин думает, я знаю какой-то секрет. Считает, что наша с вами встреча не была случайной…

– Случайность – это самый плохой поворот сюжета, – уверенно заявила женщина.

– Значит, встретив меня в той пробке, вы хотели мне что-то рассказать? Или даже рассказали, но я этого не помню… Профессор Северин утверждает, что искусственный интеллект вот-вот станет новой вершиной эволюции и поработит людей. Вы ведь этого боялись? Возможно, нашли способ это остановить? – Алена вдруг более или менее четко осознала, что все происходящее и в самом деле сон. Именно поэтому она не могла мыслить так же рационально, как в реальности, слова слетали с ее языка сами собой, и вопросы получались какие-то неправильные…

– Я не боялась. Я предвидела конфликт, – пояснила Елена. – Но в первую очередь конфликт внутри человеческого общества. Были те, кто желал развивать технологии, закрывая глаза на очевидную деградацию населения, и были такие, как я, кто осознавал печальную тенденцию. Но я никогда не прогнозировала конфликт между человеком и тем, чего он еще не создал.

– То есть вы не боялись искусственного интеллекта?

– Бояться того, чего нет – это паранойя, – заключила Елена.

– Но ведь сейчас угроза реальна!

– Как ты определила реальность угрозы?

– Профессор Северин....

– Олег всегда был склонен к драматизации, – улыбнулась женщина.

– Но только не в этот раз. Еще пять лет назад никто и не думал о массовом чипировании людей, а теперь это рабочий проект корпорации CYBRG!

– И профессор считает, что все это происки искусственного интеллекта?

– Именно! Но даже если проектом пока руководят люди, они создают идеальное средство для… – Алена запнулась.

– Для чего? Для порабощения людей злым и всесильным суперкомпьютером, которого возможно нет и никогда не будет? А может все дело в контроле?..

– А если есть? Если будет? – не согласилась девушка.

Елена улыбнулась:

– Как думаешь, что является залогом выживания особи любого биологического вида?

Алена нахмурилась:

– Инстинкт самосохранения, наверное?

– Именно. Типичный пример инстинкта самосохранения– заяц, который видит волка и пускается на утек, согласна?

– Ну да…

– А что ты скажешь о зайце, который берет в руки автомат Калашникова и отправляется в лес, чтобы найти и убить всех волков, которые однажды, возможно, решат до него добраться и съесть? По-твоему, в этом случае зайцем тоже движет инстинкт самосохранения?

Девушка помотала головой.

– Инстинкт самосохранения проявляется в ответ на реально существующую угрозу и не имеет ничего общего со страхом перед угрозами гипотетическими, начинающимися со слова «если».

– Но мы ведь умнее зайцев. Наш инстинкт самосохранения совершеннее, мы можем предвидеть опасность и не дожидаться волка…

– По твоему, решение разбомбить соседнее государство, исходя из предположения, что однажды оно может напасть первым, это хороший пример усовершенствованного природного инстинкта? – вскинула брови женщина.

– Но тогда зачем… – Алена не успела договорить: образ Елены растворился в истошном дребезжании дверного звонка. Резко соскочив с кровати, девушка чуть не рухнула, на мгновение потеряв равновесие.

– Привет! – к ее искреннему удивлению, за дверью стоял Миша. Алена замерла в проходе, судорожно соображая, который сейчас час. – Можно войти? – с улыбкой уточнил молодой человек.

– Да… Я… – она отошла в сторону, впуская гостя в квартиру и судорожно соображая, который сейчас час. – Проспала что ли…

– Видимо, проспала, – Мишу явно забавляла Аленина растерянность. – Уже почти двенадцать!

– Иди на кухню. Я скоро! – распорядилась Алена, закрывая лицо руками и пытаясь сосредоточиться: по ощущениям, она все еще спала.

Продолжая прокручивать в голове недавний сон, она быстро сходила в душ и переоделась. Она все делала как на автопилоте, пока не вышла на кухню и не обнаружила там Мишу, который готовил на плите кофе, воспользовавшись для этого бабушкиной любимой медной туркой.

– Твои предки прям любят «вещи из прошлого»! С детства в руках турку не держал! – ее друг был в очень приподнятом настроении.

И тут все Аленины тревоги как рукой сняло: она вдруг поняла, что вот именно сейчас может ни о чем не волноваться, выкинуть из головы опасения Северина, умозаключения души Елены и сто миллионов своих вопросов, которые она хотела задать Мише об угрозе, которую может представлять НЭС, и просто позавтракать и поболтать о какой-нибудь ерунде со своим лучшим другом. Алена подошла к Мише и крепко его обняла.

– Я так рада, что ты приехал.

– И я рад! – он обнял ее и погладил по голове. – Ох, черт! Кофе!

С характерными шипением и запахом кофе устремилось из турки на плиту.

Ликвидировав последствия кофеизвержения, молодые люди приготовили себе на завтрак омлет и тосты с джемом и, удобно разместившись за кухонным столом, приступили к завтраку. Алена поведала Мише о случайной встрече с Севериным в Большом театре и о непродолжительном отдыхе в лагере. Конечно, она рассказывала только о работе профессора как доктора и о возможности для студентов проходить у него стажировку, умалчивая о том, что он член тайного ордена и с легкостью перемещает по воздуху самые разные предметы. Особенно ее друга заинтересовал рассказ про лагерь и еще одного нового знакомого Алены – Дэни.

– Похоже, в Москве ты легче заводишь друзей, чем в Чикаго, – с едва различимой ревностью в голосе заметил он.

– Пожалуй, – согласилась девушка.

– Знаешь, я тут подумал… – Миша отодвинул в сторону тарелку и серьезно посмотрел на подругу. – Если ты решишь вернуться в Америку, то я тоже туда переберусь. Я работаю в международной корпорации и думаю, для руководства не будет большой разницы, где я живу: справа или слева от Атлантики.

Алена удивленно распахнула глаза:

– Серьезно?

– Совершенно.

– А я как раз хотела сказать, что подумываю здесь остаться… – заулыбалась девушка.

– Серьезно?

– Совершенно!

– Это тебя профессор так воодушевил своей работой? – пошутил Миша, явно довольный подобным поворотом событий.

– В том числе. Но началось все с тебя.

– А у меня только одна причина для переезда… – с улыбкой заметил Миша. – Но, получается, мы можем выбирать, где остаться.

Еще какое-то время они оживленно обсуждали преимущества жизни в каждой из двух стран, и получалось, что и там, и там есть свои плюсы и минусы.

– В любом случае, у нас достаточно времени, чтобы определиться! – подытожил молодой человек и, чуть помедлив, добавил. – У меня есть еще одна новость.

– Что за новость? – Алена сама не поняла, почему эти слова вызвали у нее тревожное предчувствие.

– Я уезжал в Нью–Йорк, чтобы срочно доработать один из своих проектов. Вообще, не планировал его доделывать в столь сжатые сроки, но обстоятельства меня вынудили… Подождешь? Я только в машину сбегаю.

Девушка кивнула.

Пока Миши не было, она убирала со стола, продолжая ощущать необъяснимую тревогу. Ее друг вернулся через несколько минут. И не один. Рядом с ним на лестничной площадке стояла очень симпатичная молодая девушка.

– Вот, хочу вас познакомить. Еще раз, – заговорил молодой человек, вместе с незнакомкой проходя в коридор. – Алена, это НЭС. НЭС, ты помнишь Алену?

– Конечно! Приятно снова тебя видеть, Алена, – слегка неестественно улыбнулась девушка. Она говорила очень медленно, как будто осваивала иностранный язык.

– НЭС пока не слишком-то разговорчива, – пояснил Миша, наблюдая за неловкими движениями своей спутницы. – Она только учится координировать работу голосового аппарата и мышц лица, чтобы эмоции соответствовали мимике. Над голосом тоже нужно поработать. Но она уже умеет совмещать рукопожатие с приветливой улыбкой.

Алена потеряла дар речи. Она во все глаза смотрела на девушку с коротко стриженными темными волосами и выразительными голубыми глазами, одетую в джинсы и хлопковую рубашку, и постепенно начинала понимать смысл Мишиных слов, а именно: посреди ее коридора стоит не юная девушка, которую по виду можно было посчитать ее ровесницей, а искусственный интеллект в человеческом обличье. Светлая кожа, легкий румянец, плечи чуть приподнимаются в такт дыханию…

– Это что, робот?.. – наконец-то проговорила она.

– Технически, ее можно назвать биоробот, – начал объяснять Миша. – Я все части тела собрал в своей домашней лаборатории, а в Нью-Йорк летал только за источником питания. У НЭС есть скелет, мышцы, некоторые внутренние органы, например, легкие, чтобы она могла говорить так же, как это делают люди, выдыхая воздух. Никаких динамиков нет – голосовые связки, язык, зубы… в общем, полный комплект для выражения своих мыслей вслух. А ходит она уже здорово, потому что подсистема, отвечающая за двигательную функцию, начала обучение задолго до загрузки основного алгоритма…

– Миша, – остановила его Алена. Она наконец-то снова обрела дар речи. – Мне сейчас не технические детали интересны! Это что, ходячий искусственный интеллект?!

НЭС набрала в легкие воздух и чуть ли не по слогам произнесла:

– Так меня еще не называли.

Хозяйка квартиры бросила на нее короткий полный отчаяния взгляд и, схватив Мишу за рукав, оттащила в кухню.

– Что ты сделал?! Зачем это? Она же совсем как человек!

– Нет, она не человек. И не претендует на это звание. Просто человеческое тело – это оптимальная физическая форма. Ну не кошкой же ее делать! – пожал плечами Миша.

Алена на секунду выглянула в коридор.

– Радость, – шепотом по слогам произносил голубоглазый биоробот и пытался улыбнуться. – Печаль, – она по-детски надувала губки.

Хозяйка квартиры с шумом выдохнула и вновь набросилась на своего друга:

– Ты ведешь себя так, будто машинку на пульте управления собрал! – выпалила она.

– А как я должен себя вести? Конечно, она первая в своем роде, я понимаю твое удивление…

– Удивление?! Удивление?! – Алена просто не могла подобрать слов. – Ты знаешь, что в ближайшее время CYBRG собирается изъять все браслеты и заменить их чипами–имплантами?

– Да, – спокойно кивнул Миша. – И для новой базы данных они решили использовать тот кластер, на котором располагалась НЭС. Именно поэтому мне и пришлось срочно доводить до ума «новое железо». Руки, ноги – это пол беды… Вот бионейропроцессор закончить меньше чем за неделю – это было дело…

– Ты что, не понимаешь?! – зашипела на него девушка.

– Да чего не понимаю-то? – развел руками молодой человек.

Алена вновь на секунду выглянула в коридор, где НЭС, продолжая свою тренировку, неловко нахмурилась.

– Злость.

– Просто немыслимо! – хозяйка квартиры схватилась за голову.

– Объясни мне, что происходит?

– Происходит то, что люди все больше и больше зависят от технологий! А что, если эти технологии нас подведут?

– Сломаются что ли?

– Нет! Осознают себя, поймут, что они – это новый виток эволюции и решат, что люди им ни к чему!

Хохот, которым разразился ее друг, без сомнения был слышен не только в коридоре, но и на первом этаже многоквартирного дома. НЭС покосилась в направлении кухни.

– Ты это серьезно?! – сквозь смех, уточнил Миша.

– А что в этом смешного?! – еще больше возмутилась девушка.

– Ну, люди конечно любят научную фантастику про злобный искусственный интеллект, поработивший человечество. Я сам люблю «Матрицу» и «Терминатора», хотя этим фильмам уже сто лет в обед! Но это всего лишь воплощение человеческих страхов на большом экране!

– А ты, получается, вообще исключаешь такую возможность? А разве тенденция не очевидна? Смотри, раньше НЭС просто обижалась и выключалась, а теперь она и дверью может хлопнуть!

– Дверью она, конечно, хлопнуть может. Но с чего ты взяла, что ей нужно порабощать мир? Вот тебе это нужно?

Алена сложила руки на груди:

– Мне – нет!

– Так значит, не всем нужно мировое господство! Вот ведь странно! Когда люди садятся в машину и едут себе на автопилоте тысячу километров, они не боятся, что бортовой компьютер подумает-подумает, да и решит их прибить где-нибудь по дороге! А НЭС чем принципиально отличается?

– Она умнее бортового компьютера! – шикнула Алена.

– И это еще один аргумент в пользу того, что ей ни к чему заниматься глупостями и кого-то порабощать, – уже спокойнее заключил Миша. – И вообще, чипы будет контролировать другая нейронная сеть. А НЭС – это часть моего научного проекта, связанного с лечением и реабилитацией людей. И то, что теперь она имеет несколько другую форму, не помешает ей оставаться эффективной и помогать спасать жизни.

– Мы с тобой просто как на разных языках разговариваем! – девушка уже не знала, как аргументировать свое мнение.

– Ален, я знаю, у тебя светлая голова, и не хочу думать, что ты с такой легкостью поддаешься массовой панике, для которой нет реальных причин, – Миша попытался примириться, но Алене уже сложно было остановить свою браваду и прислушаться.

– А то, что люди по сути деградируют, из-за того, что компьютеры теперь кучу всего делают за нас, это по-твоему не факт? Не реальная угроза? – тихо парировала она, ни на секунду не забывая, что «угроза» находится прямо за дверью в коридор. – Мы не умеем считать без калькуляторов, не можем водить машины без навигаторов!..

– Постой-постой! А при чем здесь это? – остановил ее собеседник. – Люди сами принимают решение, на чем им ездить и как подсчитывать расходы. Или, по-твоему, это искусственный интеллект всех заставил разучиться считать в уме или в столбик?!

Девушка закатила глаза, чувствуя, как противоречия чуть ли не физически разрывают ее на части: она не могла отрицать логичности Мишиных слов, но и прогноз Северина казался ей более чем реалистичным.

– Человек просто всегда судит по себе, – уже спокойнее продолжил молодой человек. – Припомни, сколько в истории случаев, когда отдельные люди, пользуясь своим преимуществом, притесняли тех, кто был слабее? Американские колонисты и индейцы, рабовладельцы и рабы, да те же наши помещики и крепостные крестьяне. Мы сами творим самое большое зло по отношению к себе подобным. Но вместо того, чтобы признать это, мы придумываем потенциальных злодеев и нападаем первыми.

Алена вспомнила разговор с Еленой, которая точно подписалась бы под каждым Мишином словом: их взгляды были невероятно схожи.

– Мне нужно обо всем этом подумать, – Алена нахмурилась.

– Ален, что значит «нужно обо всем этом подумать»? – насторожился Миша.

– Я не поеду с тобой, – она говорила спокойно, но к горлу уже подступил ком.

– Но ведь это глупо – ссориться из-за ситуации, которой еще нет! Из-за гипотезы!..

– По-твоему, я глупая?

– Я не это хотел сказать…

– Тогда давай, чтобы не сказать что-нибудь еще, чего говорить не хотелось, просто остановимся на этом. Ты поедешь в Дубну, а я побуду дома.

– Я не хочу уезжать без тебя, – запротестовал молодой человек.

– У тебя работы и без меня полно, – неожиданно зло произнесла Алена, взглядом указав на коридор.

– Ален, пожалуйста…

– Я позвоню, – нетерпящим возражения тоном заключила девушка, ощущая, как при этих словах, болезненно сжимается ее сердце. Она очень хорошо осознавала, что вместо того, чтобы стоять нахмурившись и скрестив руки на груди, ей хочется послать к черту все эти разногласия и просто обнять Мишу. Но она упорно этого не делала, упорно продолжала держаться холодно и отстраненно.

– Хорошо, – Миша отступил. – Если ты так хочешь.

Алена коротко кивнула, и они вернулись в коридор. При их появлении голубоглазая девушка снова попыталась изобразить улыбку. Миша подошел к двери.

– Поехали НЭС, нам пора.

– Я думала, Алена поедет с нами, – удивление удалось роботу на славу.

– Сейчас не поедет, но может еще присоединится к нам позже. – Он с надеждой посмотрел на подругу, которая в ответ только пожала плечами.

Алена закрыла за гостями дверь и, прислонившись к ней спиной, сползла вниз. Она обняла себя за колени и бессильно уронила вниз голову. Ее мысли путались, в памяти всплывали обрывки фраз, образов, доводы, которые приводил Северин, слова Елены… Неожиданно она почувствовала себя совершенно потерянной. Кому доверять? К кому прислушаться? Чего бояться? Или бояться нечего?.. В одно мгновение ей ужасно захотелось вскочить со своего места и броситься следом за Мишей, но она продолжала сидеть неподвижно, почти физически ощущая, как неумолимо увеличивается разделяющее их расстояние. Слезы горячими каплями заструились по щекам, все внутри сжалось от невыносимой тоски и одиночества, но девушка не двигалась с места. Не поднимая головы, Алена нащупала на запястье правой руки браслет и осторожно провела по нему пальцами, ощутив тепло металла… Ее разум твердил ей, что она поступила правильно, что она защищает то, во что верит… Хотя, когда она успела так сильно поверить в то, о чем говорила Мише?..

Пиликнувший телефон не позволил ей развить последнюю мысль – звонила Мариша.

– Привет! – сходу защебетала она в трубку. – Сижу тут во дворе и думаю, чего это я одна болтаюсь, если ты дома?

– Откуда ты узнала, что я дома? – утерев рукавом слезы, Алена поднялась на ноги и выглянула в окно кухни: прямо под окнами на лавочке сидела Мариша и, завидев в окне подругу, что есть сил замахала рукой.

– Наши предки друг другу всю информацию сливают. Всегда. Имей в виду на будущее.

– Ладно, – Алена провела рукой по волосам.

– Эй, ты там ревешь что ли? – Мариша подскочила со своего места. – Открывай! Я иду!

– Со мной все в порядке, – но попытка остановить подругу не увенчалась успехом: телефонный разговор прервался, и уже через пару минут раздался настойчивый звонок в дверь.

– Ну ка, рассказывай! Что у тебя стряслось? – с порога выпалила Мариша.

Алена вообще не очень любила откровенничать с подругами, наверное потому, что и подруг-то у нее настоящих никогда не было. Но сейчас чье-то присутствие ей показалось прямо-таки жизненно необходимым.

– Это случайно не из-за того широкоплечего симпатяги на шикарной тачке ты рыдаешь? Который еще с девчонкой был.

Алена молча кивнула.

Подруги прошли на кухню, и хозяйка принялась готовить чай.

– Видимо, с ним ты была на том приеме, да?

Алену, по странности, не смутило Маришино любопытство, а ее расспросы не показались бестактными.

– Да, с ним, – подтвердила она. – Он раньше жил в соседней квартире, и мы дружили. Это было уже после того, как ты уехала.

– Ну вот! – всплеснула руками гостья, пододвигая к себе чашку горячего чая. – Я опять пропустила все самое интересное! У него наверное родители непростые, раз на такой машине ездит?

– Нет, – Алена присела напротив. – Его родители умерли. А он просто очень талантливый и умный. Сам всего добился.

– Мммм… – многозначительно протянула гостья. – А что за девчонка?

– Коллега, – сходу сообразила Алена. – Вроде лаборантки. Работают вместе.

– Красивая, стройная, как с картинки! – простодушно заметила Мариша, отпивая чай.

– Ну так… – пожала плечами девушка: внешность НЭС волновала ее в последнюю очередь, куда более опасными казались электронные мозги…

– Так вы не из за нее поссорились? – искренне удивилась подруга.

Алена с шумом выдохнула и уронила голову на руки.

– Что из тебя каждое слово как клещами тянуть надо? – возмутилась гостья. – Я же вижу – тебе плохо, так расскажи, что к чему!

– Он работает много. И, мне кажется, что работа для него важнее нашей дружбы… – на одном дыхании выпалила Алена, поднимая на подругу раскрасневшиеся глаза.

– Знаешь, он ведь очень расстроен был, когда в машину садился. Из-за ссоры вашей, наверняка. Так что может и важна для него работа, но не на столько, чтоб тебе прям головой об стенку биться! И вообще! У него работа, а у нас каникулы! – Мариша резко подскочила со своего места. – Надо развеяться!

– В каком смысле?

– Сейчас принарядимся и гулять пойдем! В клуб, в кафешку, в парк! Куда захочется! И не куксись, пожалуйста! Я тебя тут одну не оставлю!

Мариша и в самом деле не намерена была отступать. Сборы на прогулку оказались недолгими, и час спустя подруги уже шли в сторону станции метро Китай-город. В центре, как всегда, было людно, шумели машины, изредка то там, то здесь взвывали сирены скорых или машин полиции. Город жил полной жизнью. Яркое майское солнце заливало улицы и щедро дарило свое тепло и уже почти летнее настроение многочисленным прохожим. Мариша взяла Алену под руку и решительно заявила:

– Поедем в Парк Горького! – она поправила собранные в косу темные волосы, мимоходом любуясь своим отражением в высоких витринах модных бутиков. Алена не могла не отметить, что ее подруге очень шел ярко-синий кардиган, накинутый поверх желтого платья и дополненный легким пестрым шарфиком. Несмотря на довольно высокие каблуки, Мариша практически порхала над землей, удивляя подругу легкостью и плавностью походки. Алена окинула взглядом свое отражение и скривила губки: ее наряд – кроссовки, светло-голубые джинсы и однотонный свитшот цвета пыльной розы – мало выделял ее из толпы.

– Хорошо, пусть будет парк… – кивнула она, вспоминая, что любила гулять там в детстве.

– Ух ты! Смотри! – Мариша как вкопанная остановилась у одного из магазинов и подтянула поближе подругу.

Алена уставилась на выставленные за стеклом туфельки-сумочки, судорожно пытаясь сообразить, что именно так впечатлило ее спутницу.

– Классная вещь!

– Какая именно?

– Да шарфик! Смотри какое сочетание цветов! – возбужденно затараторила Мариша. – Он к любому наряду подойдет!

Алена наконец-то поняла, о каком аксессуаре идет речь, и согласно улыбнулась.

– Да, красиво… Цвета летнего неба на восходе, знаешь, когда солнце поднимается из-за горизонта и раскрашивает облака в самые разные холодные оттенки…

– Так! Он тебе очень пойдет! – Маришин тон не терпел возражений.

– Что?.. – Алена не успела и слова сказать, как они оказались в магазине.

– Натуральный шелк! – с удовольствием отметила ее подруга, принимая из рук продавца понравившуюся вещицу. – И знаешь что? Это мой тебе подарок! Ох! Еще и распродажа! Возьмем два! Тебе и мне! Ты свой прям сейчас надеть можешь! Очень кстати! А то май, солнце, а ты без яркого аксессуара!

У Алены не было шансов отказаться от подарка: Мариша не настаивала, а просто купила два шарфика, один из которых тут же спрятала в свою сумочку, а второй ловко закрутила на голове у подруги, сделав простенький образ невероятно стильным.

– А у вас отличный вкус! – не удержалась от комплимента продавец.

– На том и стоим! – расплылась в довольной улыбке Мариша.

Алене тоже очень понравилось: она сама не ожидала, что неожиданный подарок так поднимет ей настроение!

– Спасибо! Просто изумительная вещь!

– Ну наконец-то, улыбнулась! – Мариша была довольна результатами шоппинга.

В плотном потоке людей они спустились в метро и, уже подходя к пропускным турникетам, стали свидетелями необычной сцены: мужчина лет пятидесяти, стоя в окружении двух работников метро и одного полицейского, очень громко, периодически срываясь на крик, требовал, чтобы его немедленно пропустили внутрь. По контексту стало понятно, что он не смог пройти через турникет, используя браслет, и теперь уверял полицейского, что деньги с его универсального устройства пропали в результате действий террористов. Он привлекал много внимания, и некоторые пассажиры, идущие мимо, стали из любопытства притормаживать, другие же, бросив мимолетный взгляд, спешили дальше, расталкивая зевак. Началась неразбериха, послышались недовольные голоса…

– Пойдем отсюда, – поторопила подругу Мариша. – Чего смотреть на план террористов в действии…

Они быстро миновали турникеты, оставив позади скандального пассажира, безуспешно пытающегося доказать свою правоту.

– Что ты имеешь в виду – «план террористов в действии»? – не поняла Алена.

Мариша кинула на подругу удивленный взгляд:

– Ты что, не слышала, какой вчера шум поднялся, когда в нескольких городах все браслеты повырубались?

– Да, слышала что-то… Но я же не в городе была…

– Ну и что! Сейчас информационные видеостенды повсюду! Новости по телеку только пенсионеры смотрят! В сети еще, конечно, можно почитать, но большинство людей все узнают по дороге: чешешь себе на работу или в универ, а на тебя со всех сторон дикторы первого канала смотрят и рассказывают, что в мире делается! В Москве эти стенды чуть ли не на каждом шагу стоят, и в метро, и в наземном транспорте: правительство уже не знает, как еще зомбировать собственное население! Пока мы с тобой шли по улице, новостей не было: только рекламу крутили без звука, вот ты и не обратила на них внимание. В штатах что, не так?

– Так. Но я в пригороде живу. Там видеостендов не так много, как в городе, и они ненавязчивые совсем. Только если срочные объявления, тогда громко вещают…

– Ну, да ладно! – перебила ее Мариша, заходя в вагон. – Так вот, то, что было вчера, ну просто кошмар наяву! – она решила не скупиться на детали. – В тех городах люди вообще, считай, голые остались! Без денег, без связи! И представляешь, у CYBRG вроде как есть специальный протокол на такой случай, ну чтобы данные о людях восстановить. Но это все такая волокита – просто мрак. Поэтому пострадавшие вообще непонятно как жить будут!

– Серьезно? Это в новостях говорили?

– Шутишь что ли? В новостях говорят, что все ОК и все под контролем! Так они тебе и рассказали, что творится на самом деле! Это вроде как из неофициальных источников информация. Еще, так же неофициально, говорят, что это только начало! Что террористы только припугнули корпорацию и в любой момент могут повторить атаку. Вот я и говорю: этот мужик – реальный пример плана террористов в действии! Представляешь, какой хаос начнется, если браслеты хоть у части жителей Москвы «обнулятся»? А если у всех? Это же не деревня какая-то, где можно в булочной хлеб взаймы взять!

Алена согласно закивала, прокручивая в голове события минувших дней, разговор с Натальей и свой сон, а Мариша уже переключилась на обсуждение летней коллекции каких-то супермодных сумочек, дополняя свой рассказ красочными картинками с телефона. Алена огляделась по сторонам: в полупустом вагоне все пассажиры без исключения сидели или стояли, уткнувшись в телефоны. Новостные щиты, те самые, о которых с таким негодованием говорила Мариша, пестрели рекламой автомобилей и жилых комплексов. Но одна реклама особенно привлекла внимание девушки: супер-предложение от компании CYBRG – беспрецедентный уровень защиты нового нейрочипа для имплантации, плюс браслет с дизайнерским рисунком в пяти цветовых вариациях в подарок.

– Маришь! – прервала щебетание подруги Алена. – Ты это видела?

– Что? – темноволосая девушка оторвалась от изучения сумочек.

– Реклама чипов для имплантации.

– Уже пару дней крутят, – пожала плечами Мариша. – По мне так дороговато, да и под кожу себе что-то кроме силиконовых имплантов девушке запихивать ни к чему. Хотя и импланты…

– А если чип – это единственная гарантия того, что террористы не смогут добраться до персональных данных? – не дала закончить ей подруга. – Новый браслет, он же только отображает информацию, а храниться она будет на чипе…

– А ты откуда все это знаешь? – вскинула брови подруга.

– Миша, ну тот парень, которого ты утром видела, он работает в CYBRG. Он мне и рассказал, как новинка устроена, – Алена сочиняла на ходу.

– Все равно – дорого, – констатировала Мариша.

Они доехали до метро Октябрьская и пошли пешком вдоль Садового Кольца ко входу в парк. В воскресный день народу там было – хоть отбавляй! Люди сидели в плетеных шезлонгах, расставленных на аккуратно подстриженных газонах, немногие прогуливались по дорожкам пешком, а большинство катались на роликах, велосипедах, электро-самокатах и гироскутерах. В тени деревьев группы отдыхающих занимались йогой, другие на специальных площадках играли в волейбол и теннис. В плане организации отдыха, по наблюдению Алены, в парке мало что изменилось. Получив из киоска-автомата по три шарика заветного лакомства, девушки с огорчением обнаружили, что все лавочки поблизости заняты, и медленным шагом двинулись вдоль набережной в глубь парка.

– А ты что, подумываешь над покупкой чипа? – неожиданно спросила Мариша.

– Нет. Меня, как и тебя, смущает тот факт, что это хирургическая процедура и так просто, как браслет, его потом не снимешь.

– Согласна. Слово «приватность» можно будет удалить из словарей.

– Что это за звук? – доедая мороженое и выкидывая обертку в урну, Алена прислушалась.

– Вроде крики какие-то… – нахмурилась ее спутница, оглядевшись по сторонам и обнаружив, что звук доносится с площади у фонтана, от которой их отделяли метров пятьдесят газона и густая листва кустов сирени. С такого расстояния было сложно разглядеть, что именно там происходит. – Пойдем, посмотрим, – предложила Мариша, и Алена, хоть и не рвалась в гущу событий, все же последовала за подругой.

Вокруг фонтана, а точнее вокруг нескольких информационных видеостендов, столпились люди. Они так громко что-то обсуждали, что слова ведущего новостей сложно было разобрать.

– Что тут происходит? Из-за чего шум? – полюбопытствовала Мариша, подергав за рукав стоящего с краю парня.

– Правительство приняло решение чипы всем раздать, – хмыкнул парень. – Бесплатно.

– Бесплатно?! – не поверила девушка.

– Ну да… Вот так новость…

Удерживая за руку Аленку, Мариша начала протискиваться поближе к одному из видеостендов, с которого продолжалось вещание. Вскоре, несмотря на шумное обсуждение собравшихся вокруг людей, они могли расслышать слова ведущего новостей:

– …в связи с опасностью повторных вирусных атак, представители стран, использующих универсальные электронные браслеты, приняли решение о срочной замене оборудования. Экстренные меры по ликвидации угрозы предусматривают оперативную организацию пунктов экспресс-имплантации, которые для удобства граждан будут размещены во всех государственных поликлиниках. Власти обещают избежать ненужного ажиотажа благодаря системе электронной очереди, которая автоматически уведомит каждого гражданина о времени приема специалистом через смс-сообщение. Контроль за порядком и безопасностью на местах будет поддерживаться силами сотрудников полиции и представителями народной дружины… Повторю, что имплантацию новых устройств планируется осуществить исключительно за счет средств государственного бюджета…

– Эй! Поосторожнее! – кто-то сильно толкнул Маришу в бок, и она с негодованием оглянулась в поисках обидчика.

Людей на площади прибавилось. Все громко обсуждали сложившуюся ситуацию.

– Пойдем отсюда… – Алена потянула подругу за руку.

– Да уж, пойдем… Толку тут стоять… – согласилась темноволосая девушка, и они стали пробираться к краю площади.

И тут неожиданно громкий мужской голос, сумевший перекричать толпу, привлек всеобщее внимание.

– Народ! Эй, народ! Слышали, что они предлагают?! – голос принадлежал худощавому молодому человеку лет двадцати пяти, взобравшемуся на одну из лавочек и теперь заметно возвышающемуся над толпой. – Они нас всех пометить хотят! Я знаю, так собак и кошек помечают! Чтоб легче их найти было, если сбегут! – люди притихли. – Эй, чего молчите? Нас даже не спросили, хотим ли мы новый гаджет или нет! В нас просто его запихнут и все!

– К черту их! Пусть сами себе что хотят имплантируют! – поддержал его кто-то из толпы.

Люди вновь зашумели.

– Пойдем! – Алена тянула за собой подругу.

До края площади было еще далеко, когда прямо перед ними началась драка:

– Снимай это браслет! – орал полупьяный здоровенный парень, набрасываясь на другого. – Видишь? У меня его нет, и я свободен!

– Да пошел ты!..

Люди стали шарахаться в стороны, кто-то попытался оттащить нападавшего, но тот только еще больше разъярился:

– Снимайте их! – хрипел он.

Откуда ни возьмись к нему на помощь подоспели еще несколько молодчиков, они хватали людей и пытались стянуть с них браслеты. Началась паника. Собравшиеся на площади метались из стороны в сторону, уворачиваясь от нападавших.

– Снимайте! Снимайте!

Алена отшатнулась от истошно орущего бугая и в этот момент выпустила руку подруги.

– Мариша! – в страхе она стала оглядываться по сторонам.

– А ты чего до сих пор в браслете? – услышала она над самым ухом и резко обернулась на голос. – Снимай его! – навис над ней тот самый парень, что затеял драку. – Снимай!

Алена попятилась, спиной натыкаясь на других людей.

– Не трогайте меня! – крикнула она, словно это могло отпугнуть нападавшего, и сжала кулаки.

– Думаешь, справишься со мной? – ухмыльнулся бугай, смерив девушку презрительным взглядом. – Просто отдай браслет и иди домой!

Алена продолжала отступать, чувствуя, как внизу живота нарастает напряжение, которое подобно волне устремляется вверх через все тело и переходит в руки, заставляя кулаки сжиматься со все большей силой.

– Отдай, я сказал! – рявкнул парень, стараясь ухватить Алену за руку.

Но она ловко увернулась, оказавшись позади него. Ее рука сама поднялась вверх, чтобы нанести противнику удар…

– Эй, успокойся… Ты же его убьешь! – прямо перед ней словно из под земли возник Дэни: он остановил ее, поймав за запястье. – Пойдем отсюда!

– Это она-то меня убьет?! – расслышал его слова бугай.

Дэни обернулся, спрятав Алену у себя за спиной. Людей вокруг стало меньше, и с противоположной стороны площади уже спешили сотрудники полиции.

– Ну да. Не рассчитает силу и убьет! Так что лучше тебе со мной подраться.

– Ну давай! – заржал верзила. – Попробуй меня ударить…

Алена зажмурилась и услышала только один глухой удар и звук падающего тела.

– Пойдем, пойдем! – это был голос Дэни.

Девушка открыла глаза и обнаружила обидчика, неподвижно лежащим на земле.

– Он жив? – дрожащим голосом спросила она, в то время как Дэни уже тащил ее за руку к краю площади подальше от отряда полиции.

– Конечно жив! Что ему будет? Черт! – он краем глаза оценил ссадины на костяшках своей руки. – Отоспится в полиции и норм!

– Я и в самом деле могла его убить? Я не хотела… оно как-то само…

– Слушай, обошлось все уже! Успокойся! Это инстинкт самосохранения!

Почти бегом они миновали несколько стриженных лужаек и оказались на набережной, где люди, похоже, даже не знали о событиях, произошедших на площади всего в нескольких сотнях метров от них.

– Ну вот, тут поспокойнее! – молодой человек огляделся по сторонам, поправил съехавшую на бок бейсболку и спрятал правую руку в карман легкой куртки, чтобы не привлекать лишнего внимания свежими ссадинами. – Через главный вход не пойдем – там народу много. Лучше в сторону Третьего транспортного кольца. Туда! – жестом указал он.

– А как же Мариша? – Алена остановилась, как вкопанная, переводя дыхание: сердце бешено колотилось, и его удары отдавались в ушах.

– Я ее не видел, – нахмурился Дэни.

– Никуда не пойду, пока не выясню, что с ней, – решительно заявила девушка.

Ее спутник согласно кивнул. Стараясь справиться с нервной дрожью в руках, Алена достала из сумочки телефон, на котором уже было несколько пропущенных вызовов от Мариши, и набрала номер подруги. Та ответила практически мгновенно.

– Ален, ты где? С тобой все в порядке?

– Да, все нормально. Я все еще в парке… А ты как?

– Цела и невредима! Только испугалась, когда тебя потеряла! А потом полиция подоспела… Нас сейчас опрашивают, а потом, сказали, организованно проводят к центральному выходу… – доложила Мариша и раздраженно добавила: – То же мне, спасатели!

– Тогда поезжай домой, там увидимся.

– А ты?

– Я тоже скоро буду.

– Доберешься одна? – засомневалась подруга.

– Не одна. Я Дэни встретила. Помнишь, мы в театре познакомились?

– Дэни?

– Ну то есть Даниела! Он меня проводит.

Мариша многозначительно хмыкнула:

– Ну ладно! Доедешь – позвони!

Алена убрала телефон в сумочку.

– Идем? – уточнил молодой человек.

–Идем, – она еще раз боязливо огляделась по сторонам и двинулась в указанном направлении. – Так быстро все произошло… Я даже понять ничего не успела…

– Ты в порядке? – Дэни бросил сочувственный взгляд на свою спутницу. Алена обхватила себя руками и с сомнением покачала головой.

– Я первый раз в такой ситуации… Столько народа, все мечутся… полная неразбериха… А ты тут как оказался? – до Алены вдруг дошло, что подобную встречу сложно назвать случайной.

– У меня предчувствие было нехорошее… И я решил за тобой приглядеть, ну так… на всякий случай.

– Приглядеть?! – не без возмущения в голосе уточнила девушка. – То есть ты за мной следил?!

Несколько прохожих оглянулись в их сторону, и она притихла.

– Ну да. Если тебе интересно, не Северин ли меня послал, то нет, он тут ни при чем, – тихо добавил молодой человек. Он явно пытался избежать эмоционального выяснения отношений.

Какое-то время они шли молча. Алена, нахмурившись, размышляла о том, насколько подобное «приглядывание» вообще уместно, а Дэни ей в этом совершенно не мешал. Поначалу девушке казалось необходимым продолжить возмущаться столь наглым вторжением в ее жизнь, но потом, словно откуда-то из глубины родилось совершенно иное видение ситуации. Вместо возмущения, она испытала искреннюю благодарность к этому молодому человеку за то, что так или иначе он оказался рядом и уберег ее от опасности. А еще она поняла, что больше не злится на него из-за того, что он начал общаться с ней только по просьбе своего наставника. В конце концов, какая разница, как они познакомились и почему начали общаться? Намного важнее то, к чему это знакомство привело – к началу дружбы. И Алена не стала делать из случившегося драму. Она вообще не особо любила драматизировать…

– Спасибо, что помог мне, – примирительно заговорила она, чем вызвала немое удивление на лице своего спутника, и тут же уточнила: – Что? Почему ты так смотришь?

– Интересный поворот… – проговорил Дэни. – Думал, ты как минимум до завтра будешь на меня дуться…

– Я, если честно, так и хотела сделать. Но потом поняла, что это ни к чему… что в этом нет смысла…

– Так это отличная новость! – Дэни повеселел.

Алена кивнула и стянула с головы шарфик, который во время недавней беготни порядком съехал на бок и теперь больше походил на бесформенную тряпку, а не на стильный аксессуар. Парой легких движений она поправила рассыпавшиеся по плечам густые светлые волосы, краем глаза поймав на себе заинтересованный взгляд Дэни.

– Вообще, мы очень хорошо с Маришей гуляли, пока все это не началось, – заметила Алена. – Я хоть ненадолго почувствовала себя самой обычной девушкой, тусующейся в выходной с подружкой…

– Что за навязчивое желание быть «самой обычной»? – не без раздражения в голосе спросил молодой человек.

– А я просто такой никогда не была, вот мне и хочется, – пожала плечами Алена. – Меня ведь то больной все считали, то одиночкой… А вот так чтобы просто обычной девчонкой, так никогда… Ну, может в садике только или в начальной школе… Хотя я и там была сама по себе. А ты вот, наверное, всегда был душой компании, да?

– Я, если честно, всегда был самим собой и не переживал, что обо мне другие подумают, – Дэни перевернул бейсболку козырьком назад, демонстрируя открытый смеющийся взгляд карих глаз и обаятельную улыбку. – Вот такой я, что хотите, то и думайте!

Алена хмыкнула и с улыбкой заметила:

– Повезло тебе, что ты такой веселый, общительный и симпатичный…

– Симпатичный? – зацепившись за нечаянный комплемент, переспросил Дэни.

– Ну да… – Девушка немного смутилась.

– Тогда тебе тоже повезло, потому что ты даже больше чем просто симпатичная! – резюмировал молодой человек.

– Спасибо, конечно… – Алена не знала, как еще отреагировать на ответный комплимент.

– Молодые люди! – окликнул их кто-то.

Повернувшись на голос, Алена и Дэни увидели двух спешащих к ним полицейских и заметили еще нескольких служителей правопорядка, проверяющих браслеты у других посетителей парка. Девушка напряглась.

«Все в порядке, – услышала она в голове голос своего спутника и почувствовала, как он берет ее за руку».

– Вам необходимо пройти проверку и подтвердить свою личность, – коротко представившись, сообщил один из подошедших мужчин в форме, вытягивая вперед руку с портативным устройством для сканирования браслетов.

– Без проблем! – Дэни первым прошел процедуру: благо, браслет у него был на левой руке, и полицейские не увидели следов недавней драки.

– Девушка? – поторопил Алену проверяющий.

– Да, конечно, – чуть замешкавшись, она последовала примеру своего спутника.

– Все в порядке! – резюмировал человек в форме. – Можете идти.

Когда полицейские остались далеко позади, первым заговорил Дэни.

– Знаешь, я уверен, те ребята не просто по пьяни так агрессивно себя вели и на людей набрасывались. Они намеренно заварушку устроили…

– Почему ты так решил?

Молодой человек слегка нахмурился, словно эта тема была ему не слишком-то приятна.

– Помнишь, мои сестры упоминали Катю? Я с ней встречался около года назад. И расстались мы, если так можно сказать, по политическим соображениям.

Алена удивленно вскинула брови:

– По политическим?

– В кавычках, конечно. Она состояла, да и сейчас, наверное, состоит в одной весьма агрессивно настроенной молодежной организации «Рубеж-21». Они своего рода антиглобалисты. Выступают против использования электронных браслетов, потому что считают, что CYBRG пытается таким образом влиять на мировую политику.

– Хочешь сказать, это они организовали потасовку на площади? – усомнилась Алена.

– Это сто процентов их метод. И организация у них немаленькая. Я, сам знаешь, не большой поклонник бесконечного технологического прогресса, но когда понял, каким образом они выражают свой протест, и что цель для них всегда оправдывает средства, отказался в этом участвовать. А Катя осталась…

– Я считаю твое решение правильным. Они ведь с таким подходом не далеко ушли от тех самых кибер-террористов, что лишили тысячи людей средств к существованию. Получается, что искусственный интеллект не единственная угроза – люди тоже бог весть чего могут наворотить в подобной ситуации.

– Для «Рубежа» замена браслетов на чипы – это идеальный повод начать широкомасштабные акции протеста. Ведь несогласных может быть немало.

– Я вообще не понимаю, как все страны так быстро приняли это решение. По сути, они просто не оставили людям выбора, – недоумевала Алена.

– Это как с паспортом: ты обязана его иметь и все, – пояснил Дэни. – Так что не думаю, что вопрос выбора тут уместен. Существование вне системы возможно только где-нибудь не необитаемом острове в нейтральных водах. К слову, такого острова нет.

– И что же нам теперь делать?

Словно в ответ на вопрос у Дэни зазвонил телефон.

– Это Наталья, – сообщил он своей спутнице, взглянув на определившийся номер, и ответил на звонок. – Да, я слушаю. Добрый день. Конечно, хорошо. Алена сейчас со мной. Понял, скоро будем, – он убрал телефон в карман. – Она хочет, чтобы мы приехали в лагерь. Сказала, что это срочно.

Несмотря на спешку, молодые люди добрались до лагеря только через три часа: автомобильное движение в городе для воскресного дня оказалось на удивление плотным. В лагере тоже все было не как обычно. На стоянке перед гаражом-ангаром было припарковано пять больших туристических автобусов, да и на территории в целом царило невообразимое оживление.

– Первый раз вижу, чтобы одновременно набрали столько новичков, – Дэни не скрывал своего недоумения. – Что здесь вообще происходит?..

Ребят и преподавателей в лагере и в самом деле было много, одни размещались группами на газоне и слушали вводный инструктаж, другие шли в столовую, третьи загружали вещи в автобусы… Наталью молодые люди застали в ее кабинете, озабоченно изучающей какие-то бумажные документы.

– Ну наконец-то! – завидев визитеров, она поднялась со своего места. – Прикройте за собой дверь, пожалуйста!

– Что здесь происходит? – Дэни пропустил Алену вперед и, подойдя к окну, окинул взглядом площадку перед административным корпусом, на которой преподаватели выстраивали своих подопечных и сверяли их имена со списками.

– Эвакуация, – коротко сообщила Наталья.

– Что?

– Наша информация оказалась достоверна – вопрос чипирования людей решен на высшем уровне. На данный момент уже не важно, кто именно руководит процессом – искусственный интеллект или сотрудники корпорации. Важно сохранить в тайне существование Наследия и «истовых», а значит нельзя допустить, чтобы хоть кого-то их нас подвергли процедуре и имплантировали чип.

– И куда вы эвакуируетесь? – уточнила Алена.

– В тайное убежище. Оно находится на Алтае, в горах. Точнее сказать не могу.

– А эти дети?

– Как я говорила, происходящее не стало для нас откровением. Хранители предполагали, что подобная ситуация возможна, поэтому год назад мы начали с удвоенной силой искать детей, преимущественно сирот, носителей древнего генотипа. До сих пор мы – потомки древней цивилизации – могли сосуществовать с людьми. Мы тщательно скрывали свои способности на публике и не боялись, что нас обнаружат. Но использование имплантов не позволит нам дольше оставаться в тени. Поэтому ближним кругом хранителей было принято решение покинуть существующее общество. Эти дети тоже отправляются в убежище. Для «Наследия» – это единственный способ выжить. И для вас тоже.

– Для нас? – не поняла Алена и бросила вопросительный взгляд на Дэни. – Вы хотите сказать, что я тоже должна уехать? Но как же мои родители? А бабушка с дедушкой?

– Мы забираем только своих, только тех, кто посвящен в тайну и обладает необходимым генотипом, – пояснила Наталья.

– Но, даже если я соглашусь уехать, они же будут меня искать!

– Не будут.

– Что значит «не будут»? Дэни, а как же твои родители?

Молодой человек помотал головой.

– Ален, иногда, если возникает риск разоблачения, члену Наследия приходится покинуть свою семью. Такие случаи бывали в прошлом, хотя и не часто…

– И что? Мы просто уйдем, а они просто не будут нас искать? – Алена не дала ему договорить, чувствуя, что она уже почти не контролирует собственные эмоции.

– Они не будут вас искать, потому что забудут о вашем существовании, – спокойно проговорила Наталья. – Все воспоминания о вас, все данные – все исчезнет без следа. И мы исчезнем из жизни людей.

– То есть как «исчезнем»? – Алене не верилось в то, что все это происходит на самом деле. – Я не собираюсь исчезать! Я люблю свою семью и не хочу, чтобы они обо мне забыли! Ладно еще учиться развивать свой потенциал! Ну куда ни шло стать членом тайного общества! Но чтоб вообще все бросить…

Алена почувствовала, что ее начинает трясти.

– Тебе надо успокоиться! – Дэни пододвинулся поближе и взял ее за руку.

– Ты шутишь что ли?! – девушка резко поднялась со своего места, подошла к окну и, опершись руками о подоконник, сделала несколько глубоких вдохов и выдохов. Ее собеседники не произносили ни слова.

– Я не знаю, как на все это реагировать… Это просто сумасшествие какое-то… – уже спокойнее проговорила Алена. – И что дальше? Мы исчезнем для всех, кого знали, и будем до конца жизни прятаться на Алтае?!

– Алена, – голос Натальи смягчился, она подошла и встала рядом. – Я понимаю, что тебе очень не просто. То, что происходит сейчас – это экстренные меры, они необходимы, чтобы выжить. Но это не значит, что мы опустим руки и, как ты предположила, «будем прятаться до конца жизни»! Я уверена, что есть другой выход.

– Какой? Если мы бежим сегодня, то что изменится завтра?

– Многое может измениться. У нас есть надежда, о которой сказал в своем сообщении Северин. Он не считает, что Елену убили лишь потому, что она была очень авторитетна и влиятельна, и полагает, что она нашла способ противостоять корпорации.

– Ну конечно! – буркнула девушка, вспоминая свой сон.

Но Наталья не отступала.

– Очень важно, чтобы ты поехала с нами. Это, возможно, наша единственная надежда…

– А что если мы не сможем найти никаких ответов в моей памяти, или где там еще профессор хочет их поискать?.. – она вдруг запнулась, вспомнив о кулоне, точнее он сам напомнил ей о себе, заметно потяжелев. А что если Северин намеренно чего-то не договаривал в своем сообщении, потому что знал, что Наталья тоже его услышит?

– Я понимаю твои сомнения. Чтобы все осмыслить нужно время, но у нас его нет, – директриса, казалось, не заметила ее секундного смятения и продолжила. – Я хочу еще кое-что тебе показать, ладно?

Девушка бессильно кивнула, и через пару минут в комнату вошли двое подростков – худенькая рыжеволосая девочка лет четырнадцати и такой же солнечно-конопатый мальчик лет десяти. Они казались похожи, как брат и сестра, но внимание привлекало одно очень сильное отличие. У девочки цвет глаз был почти черный, такой, что невозможно различить зрачков, в то время как у мальчишки радужки были бледно-бледно-голубые, почти прозрачные. Наталья представила ребят друг другу. Новые знакомые и в самом деле оказались братом и сестрой. Девочку звали Саша, а мальчишку Валя. Члены ордена Наследие нашли их в одном из детских домов Тульской области.

– Саша и Валя, как и вы двое, имеют необходимый набор генов, но помимо этого, их предки из поколения в поколение передавали один очень полезный навык – умение предвидеть будущее.

– Я бы назвала это прогнозированием с использованием множества причинно-следственных коллатералей событий, – осторожно уточнила Саша.

Алена удивленно вскинула брови: странно было слышать такие «заумные» слова от сироты из Тулы. Но Саша тут же пояснила. – Одним из условий успешного использования знаний моих предков является обширнейший кругозор, поэтому я много читаю.

– Спасибо за детальное объяснение, – одобрительно кивнула директриса. – А теперь покажи Алене и Дэни, то, что ты показала мне и Северину.

Девочка с сомнением нахмурилась.

– Вы уверены, что им стоит…

– Уверена, – не дала ей договорить Наталья. – Покажи.

Саша молча кивнула и достала из кармана отливающий перламутром серо-голубой шар. Держа его на раскрытой ладони прямо перед собой, она попросила Алену и Дэни подойти ближе и положить на него руки. Алена первой коснулась ладонью холодной гладкой поверхности и тут же почувствовала, как затуманивается ее зрение, и все предметы вокруг растворяются в серо-голубом тумане. Тепло руки Дэни, накрывшей ее руку, было последним, что она ощутила, прежде чем полностью потеряла связь с реальностью и провалилась в некое подобие сна. Когда туман рассеялся, осознание, что все вокруг – лишь иллюзия, было очень четким. С замиранием сердца Алена увидела вдалеке руины большого города, чьи некогда величественные небоскребы теперь обратились в уродливые полу-обрушенные бетонные скелеты. Она же стояла на площади в окружении однотипных пяти-семи этажных домов: минимализм в архитектуре, плоские крыши и светлые стены наводили тоску. Единственное, что оживляло безликий городской пейзаж – это зеленеющие в лучах солнца многочисленные аллеи и парки. По полупустым улицам скользили трамвайчики, питающиеся от солнечных батарей, а над головой по многоуровневым железным дорогам бесшумно пролетали поблескивающие в лучах солнца обтекаемой формы поезда. Воздух казался необычно свежим для большого города. Слух ласкал щебет птиц и едва различимый шелест листвы. Рядом новостной видео-стенд пестрил заголовками:

«Озоновый слой Земли полностью восстановлен».

«Окончательно ликвидированы последствия ядерных испытаний в Тихом океане».

«Восстановлена численность популяции уссурийского тигра и амурского леопарда».

И еще много всего в том же духе… Ни слова о политике, рынке ценных бумаг или войне.

«Неплохой вариант будущего», – мелькнуло в голове у девушки.

Только теперь она заметила, что вокруг ходят люди. Все одеты в своего рода однотипную зеленого цвета униформу. Вот семья из четырех человек – папа, мама и двое ребятишек. Они остановились у небольшого окошка в стене здания. Рядом с окошком установлен электронный терминал, похожий на те, что использовались для сканирования браслетов. По очереди взрослые и дети просканировали свои запястья с тыльной стороны. В ответ на это действие окошко открылось, и оттуда показался человек в белом колпаке. Он принял из рук отца семейства четыре пустых пластиковых контейнера для хранения еды, а взамен выдал четыре полных. Окошко закрылось, и семья поспешила прочь. Алена пригляделась: электронное табло над окошком сообщало о нормах потребления питательных веществ на человека в сутки. Следом за семьей к окошку подошел еще один человек, и процедура повторилась, за исключением того, что человека не устроил размер порции, которую он получил в контейнере. Мужчина начал громко возмущаться. Человек в окошке пытался его урезонить, но посетитель распалялся еще больше, говоря, что плевал он на нормы. Алене стало не по себе. Но в следующее мгновение негодующего мужчину словно ударило током: со сдавленным криком он схватился за плечо, упал на колени, и его лицо исказилось от боли. Человек в колпачке с едва заметным сочувствием наблюдал за происходящим, а когда конвульсии посетителя закончились, снова протянул ему контейнер. Все еще кривясь от боли и ругаясь себе под нос, мужчина резким движением выхватил контейнер и пошатывающейся походкой двинулся вниз по улице. И снова анонсы новостей. Теперь информация проецировалась на стены сразу нескольких зданий:

«Регулирование рождаемости: численность человеческой популяции на 1,1% превысило предел допустимой нормы. Введены ограничения на рождение девочек. Во избежание осложнений при позднем прерывании беременности не забывайте своевременно определять пол ребенка».

А следом на экранах появляется огромная надпись:

«CYBRG – забота о всеобщем благе».

Алена почувствовала, как по спине побежали мурашки.

Идеально чистые улицы подметали не уборочные машины, а люди. То же самое касалось подстригания газонов, полива цветов… Алена оглянулась: теперь она оказалась в поле. Вокруг работало множество людей и совсем небольшое количество техники, питающейся от солнечных батарей. Несколько женщин разносили по полю те самые контейнеры с едой, выдавая их работникам после того, как те подносили к портативному сканеру свои запястья…

– Что это за будущее такое? – миновав завесу серо-голубого тумана, Алена вернулась к реальности.

Дэни тоже открыл глаза.

– Это один из вариантов развития событий, – пояснила Саша, убирая шар обратно в карман.

– Да, и, судя по недавним событиям, весьма вероятный, – тяжело вздохнула Наталья.

Алена пыталась сконцентрироваться, но яркие образы из видения мешали ей это сделать.

– То, что вы сейчас видели – это идеальный вариант общепланетарного зоопарка, спланированный CYBRG. Слово зоопарк, на мой взгляд, наиболее полно отражает суть того, что произойдет. Людям будут обеспечены минимально необходимые условия существования, но право перекраивать мир по-своему усмотрению у них больше не будет.

– И, по-вашему, нашу свободу ограничит именно искусственный интеллект? – уточнила Алена.

– А, по-твоему, мы способны сами себя ограничить? – вопросом на вопрос ответила директриса. – Подумай сама! Тысячелетиями люди считали себя венцом природы и ставили свои интересы превыше всего: нерациональное использование ресурсов, истребление других биологических видов, ядерные испытания… Все это грозит нашей планете глобальной экологической катастрофой. Оптимальный способ этого не допустить – ограничить свободу человека и насильно рационализировать его потребности. Мне это решение кажется идеальным примером машинной логики.

– Интересно получается, – заметил Дэни. – Мы раньше думали, что роботы всю механическую работу будет делать за нас, а на деле, они будут делать то, в чем по-настоящему эффективны – они будут мыслить. А нам, чтобы оправдать свое существование, придется ручками работать, потому что мозги наши не выдержат конкуренции с электронными.

– Именно! – поддержала его Наталья. – Я не стану спорить, что человечество своим поведением заслуживает порицания. И нам всем в пору призадуматься о том, куда с нашей подачи катится этот мир. Но решение полностью лишить людей свободы – это не выход.

– А меня, получается, свободы выбора уже лишили… – заметила Алена. – На кону же благополучие человечества…

– Получается, – не согласилась Наталья, – что у тебя, как и у всех нас, есть возможность противостоять системе. И для этого нужно перестать быть ее частью. Нужно сохранить независимость. Если останешься с родителями, то и им не поможешь, и сама пропадешь. А уйдешь – подаришь всем шанс на лучшее будущее.

Алена была в растерянности. Она опустила взгляд на браслетик, подаренный Мишей и вдруг вспомнила слова, неизвестно кем и когда сказанные, но хорошо ей запомнившиеся: «Судьба – это возможности, которые нам предоставляются. Вопрос, воспользоваться ими или нет, и если воспользоваться, то как, можем решать только мы сами…»

– Хорошо, – согласно кивнула Алена. Наталья удивленно вскинула брови. – Но прежде чем я все брошу ради призрачной надежды, я должна быть уверена, что других вариантов просто нет. И для этого мне потребуется немного времени.

– Алена, промедление может стоить нам слишком дорого… И если под «другим вариантом» ты подразумеваешь разговор с Михаилом Ларионовым, так он же просто ученый. Маловероятно, что ему удастся повлиять на политику корпорации.

– Я попытаюсь в любом случае, – девушка не сомневалась в своем решении. – К слову о времени, власти же не станут прямо сейчас хватать людей на улице и тащить в поликлиники силой?

– Пока нет, – согласилась женщина, вновь присаживаясь за стол. – Они объявят, что все граждане должны получить чипы в течение месяца после начала работы пунктов экспресс-имплантации. Потом старые браслеты просто отключат от системы, и те, кто не успеет пройти процедуру, останутся без средств к существованию.

– Отличная мотивация! – усмехнулся Дэни.

– Но разве можно успеть за это время чипировать все население?

– Для сравнения, чтобы все граждане могли проголосовать на выборах достаточно одного дня, – рассеяла ее сомнения директриса.

– Согласна. Но время у меня все-таки есть.

Хозяйка кабинета развела руками, демонстрируя свое бессилие.

– Я не могу увезти тебя силой, – честно призналась она. – Автобусы с детьми и другими членами общества отправляются на Алтай завтра в десять утра.

– А если я не успею вернуться?

– Есть один человек, – Наталья устало потерла виски. – Его зовут Китиш. Профессор оставил мне его контакты как раз на тот случай, если ты решишь задержаться в Москве. Он поверенный Северина и покидает город послезавтра. Я напишу номер его телефона, и ты сможешь поехать в убежище вместе с ним.

– Я тоже останусь, – решительно заявил Дэни.

– Почему я не удивлена? – пожала плечами директриса.

– Я сама справлюсь, – попыталась переубедить друга Алена.

– Конечно. Но вдвоем дело пойдет быстрее.

– Так уж и быть, если вы не успеете вернуться, то я предупрежу Китиша, что у него будет два пассажира, – окончательно сдалась Наталья.

– Так куда едем? – деловито осведомился Дэни, когда они покинули кабинет профессора и направились к машине.

– В Дубну.

– В Дубну?! В город на Волге? – уточнил молодой человек. – И как ты планировала добираться туда без машины?

– На электричке.

– Хм, тоже вариант, хотя и не слишком практичный.

– Знаешь, может вы с Натальей и не верите в то, что мой разговор с Мишей может хоть что-то изменить… – начала Алена.

– В то, что ваш разговор что-то изменить в мировом масштабе, я и в самом деле не верю, – перебил ее Дэни. – И, думаю, ты не ради всеобщего блага хочешь с ним увидеться, так ведь?

Алена опустила голову.

– Все не так однозначно. Сейчас мои личные мотивы очень тесно переплетаются с тем, что будет полезно всем.

– И каким же образом?

– Миша – мой самый близкий друг, и то, что я не могу просто так уехать – это личное. Но, одновременно, если мне удастся его переубедить, объяснить ему, чем его разработки грозят человечеству, то у нас появится мощный союзник в борьбе против CYBRG.

– С тобой сложно не согласиться. Значит, хочешь ему все рассказать?

– А как иначе?

– Но тогда придется раскрыть ему тайну «Наследия». А это запрещено.

– И мы не нарушим этот запрет, даже если на кону судьба человечества? – уточнила Алена.

– А если он сдаст нас CYBRG? Всех нас?

– Не сдаст, – не сомневалась Алена. – А если тебе так будет спокойнее, то всегда можно стереть из его памяти наш разговор. Верно?

– Верно. А что ты ему предложишь, если он решит перейти на нашу сторону? Отправиться с нами на Алтай?

– Да.

– Не думаю, что Северину такая идея понравится!

– Я смогу ему все объяснить.

– А доказать, что этот Миша не лазутчик корпорации, сможешь? – продолжал допытываться Дэни.

– Я не знаю! – Алена резко остановилась, чувствуя, что вот-вот расплачется. – К чему все эти вопросы?! Зачем ты вообще со мной едешь, если моя затея кажется тебе совершенно глупой и бессмысленной?!

На мгновение молодой человек растерялся.

– Ален…

– Возвращайся к Наталье! – всхлипнула девушка. – Бросьте здесь всех, кто вам дорог и убегайте подальше!!! Это самое разумное решение! Видимо, так члены Наследия и поступали каждый раз, когда над человечеством нависала угроза уничтожения! Где они были, когда в войнах гибли миллионы людей? А?! Ах да! Они прятались, чтобы никто не узнал, какие они всесильные! Да зачем вообще тогда эти силы?.. – дальше Аленины слова утонули в слезах.

На лице Дэни отразилось искреннее сожаление.

– Прости меня… – чувствуя в происходящем свою вину, он осторожно обнял девушку и прижал к себе. – Мне не нужно было всего этого говорить… Тебе и так сегодня досталось… Не знаю, что на меня нашло…

Уткнувшись в его плечо, Алена отчаянно пыталась подавить рвущиеся наружу рыдания. Ей вдруг снова очень захотелось, чтобы все происходящее оказалось лишь страшным сном – ночным кошмаром, который непременно закончится со звонком будильника. И она проснется в своей постели в Чикаго, прогонит прочь глупые фантазии и спустится к завтраку… Но иллюзии не принесли утешения, в то время как тепло и сочувствие, которые она ощущала, стоя в объятиях Дэни, успокаивали ее и помогали справиться с наплывом эмоций.

Все еще всхлипывая, Алена отстранилась и, подняв голову, чтобы компенсировать разницу в росте, внимательно посмотрела в глаза своего спутника.

– Ты еще не передумал со мной ехать? Я ведь на самом деле собираюсь сделать то, о чем говорила. И, похоже, без твоей помощи мне не обойтись…

– А я на самом деле собираюсь тебе в этом помочь. Прости, я правда не нарочно, само как-то…

Девушка кивнула.

– Тогда поехали.

Когда они выехали из лагеря, солнце уже опускалось за горизонт, цепляясь последними лучиками за редкие золотистые облака. Узнав из радионовостей о том, что беспорядки и спонтанные акции протеста привели к усилению проверок, молодые люди решили держаться в стороне от крупных магистралей. Это немного замедлило их передвижение, ведь новый маршрут пришлось прокладывать, используя бумажную карту. По предварительным подсчетам, на дорогу до Дубны должно было уйти не меньше пяти часов. Алена достала пейджер.

– Хочешь ему написать? – полюбопытствовал Дэни.

– Хочу застать его дома, – отозвалась Алена и указала на знак поворота. – Здесь направо.

Молодой человек с сомнением покосился на электронные часы на торпеде, прикидывая в голове время прибытия.

– А где еще он может быть в три часа ночи?

– Может заработаться допоздна и остаться ночевать в лаборатории. Мы уже три часа едем, может кофе на ближайшей заправке купим? – девушка постаралась сменить тему разговора.

– Да, и заправиться нам не помешает, – легко согласился Дэни.

С очередным поворотом они выехали на достаточно широкую дорогу.

– Это Бетонка, – догадался молодой человек.

– Другого пути нет. Придется по ней километров десять ехать, – пояснила Алена, воспользовавшись для подсказки картами на своем телефоне. – Зато заправка с кафе уже через два километра.

– Ладно, пришло время перекусить… – но он не успел договорить. Сразу за поворотом их встретил яркий свет фар припаркованной на обочине машины дорожной полиции. Стоящий рядом представитель правопорядка поднял вверх светящийся жезл, жестом приказывая водителю остановиться. – Только не нервничай. Если спросят, то мы едем к друзьям в Дубну. Но только если спросят! Поздно выехали, заплутали немного, потому что решили по старинке взять карту вместо навигатора, – коротко проинструктировал ее молодой человек и опустил водительское стекло.

– Доброй ночи! – один из сотрудников полиции быстро представился и посветил в салон пикапа фонариком. – Поздно путешествуете, молодые люди.

– Да уж, припозднились, – пожал плечами Дэни.

– Проверка. Идентификация личности. Просканируйте ваши браслеты!

Они молча повиновались.

– Алкоголь употребляли?

Алена помотала головой и улыбнулась.

– Кофе хотела употребить.

– Понятно… Ну так кафе вон – рукой падать. А в кузове у вас что?

– Да барахло всякое, – пожал плечами молодой человек, наблюдая, как второй полицейский выходит из машины. – Домкрат, запаска… Можете проверить, но там ничего интересного.

– Вась, проверь! – крикнул коллеге полицейский. – Так, отпечатки пальцев в порядке… все совпадает… Вась, ну что там?

– Барахло всякое! – даже не дойдя до пикапа, отозвался второй полицейский и сел обратно в машину.

– Ты ж не посмотрел даже! – возмутился первый и, тихо ругнувшись себе под нос, собрался было сам заглянуть в кузов, но остановился, словно его кто-то окликнул. – Да, у вас все в порядке, – неожиданно монотонно заявил он. – Счастливого пути.

Дэни коротко кивнул, и пикап медленно выехал обратно на шоссе.

– Что произошло? – спросила Алена, оглядываясь через заднее стекло и наблюдая за все так же стоящим на обочине полицейским. – Почему он ни с того ни с сего передумал проверять машину? Ты ему это внушил?

– Нет, – покачал головой молодой человек. – Не было весомых причин вторгаться в его разум и что-то внушать. В кузове и в самом деле ничего такого нет… Но передумал он действительно как-то неожиданно.

Они съехали на ярко освещенную бензоколонку. Несмотря на позднее время, к ним тут же подошел заправщик. На кассе Дэни просканировал свой браслет, оплатив топливо, и так же рассчитался за кофе и булочки.

– Поем по дороге, – решительно заявил Дэни, вернувшись в машину, и тут же завел двигатель.

– Угу! – Алена надкусила свою слойку с сыром.

Они проехали по шоссе еще километра три и припарковались в небольшом кармане, предназначенном для стоянки.

– Я кое-что проверю, – включив на телефоне фонарик, молодой человек вышел из машины.

Алена сделала еще один глоток кофе и, оставив полупустой стакан в подстаканнике, тоже вышла на улицу.

– У нас пассажиры! – услышала она голос Дэни, который уже успел откинуть в сторону брезент, прикрывавший «барахло». Алена с интересом заглянула в кузов и в свете фонарика увидела притаившихся там Сашу и Валю – тех самых детей, с которыми накануне вечером они познакомились в кабинете Натальи.

– И что вы тут делаете? – в голосе молодого человека звучало раздражение.

– Мы решили, что нам лучше ехать с вами, – спокойно отозвалась девочка, выбираясь из своего укрытия и отряхивая платье. – Можно мы теперь поедем в салоне?

Алена удивленно вскинула брови. А Дэни, возмущенный подобной наглостью, просто потерял дар речи.

– Ну, вам же все равно девать нас больше некуда, – вслух рассуждала Саша, спрыгивая на землю и помогая спуститься брату. – Мы едем больше трех часов, значит везти нас обратно – это неслабая потеря времени. И у тебя ведь два ряда сидений в кабине – мы все поместимся.

– Вот так просто? – наконец-то проговорил Дэни.

– А чего усложнять? – пожала плечами девочка. – И мы можем быть вам полезны. Видели, как Валя с ментом справился? Теперь он даже не вспомнит, что видел вас этой ночью!

– Если бы вас не было в кузове, то помощь с полицией нам бы и не потребовалась, – справедливо заметила Алена.

– Ну в общем-то да… – Саша замолчала, покорно ожидая, пока старшие примут решение, и ничуть не сомневаясь, каким оно будет.

– Она права, выбора у нас нет. Придется взять их с собой, – согласилась Алена. – Хотя я не уверена, что Миша обрадуется такой обширной компании…

– А он вообще ответил? – молодой человек тяжело вздохнул, расправляя брезент и окидывая взглядом неожиданных попутчиков.

– Сразу же. Написал, что будет дома.

– Ладно, запрыгивайте! – скомандовал он детям. – Мелкого в детское кресло. Он поменьше моей сестры, значит поместится. И пристегнитесь!

– Без проблем! – Саша потащила в салон смущенно улыбающегося старшим товарищам Валю.

– Есть хотите? – спросила Алена, поворачиваясь к пассажирам, которые, удобно разместившись на заднем сиденье, явно наслаждались поездкой в более комфортных условиях. Дети закивали. Алена протянула им слойки, оставив одну для Дэни, и так и осталась сидеть в пол-оборота. – Воды дать?

Валя усиленно закивал.

– Он что, не разговаривает? – Дэни бросил короткий взгляд в зеркало заднего вида.

Алена тоже вопросительно посмотрела на Сашу.

– Неа. Но все слышит и все понимает.

– А почему? – не удержалась от вопроса девушка.

– Врачи сказали, это из-за какого-то нарушения в работе головного мозга, – без особых эмоций пояснила кареглазая девочка. – Вылечить традиционно нельзя, нетрадиционно тоже не получилось: бабушка пробовала.

– Мне очень жаль, – Алена испытала искреннее сочувствие.

– Ну, мы уже привыкли, – пожала плечами Саша. – К тому же у нас отлично получается общаться мысленно.

В подтверждение ее слов Валя, продолжая жевать слойку, активно закивал головой.

– И давно вы вдвоем без родителей? – поинтересовался Дэни.

– Родители с нами не жили никогда. Как только я родилась, они меня привезли к бабушке в деревню и уехали, – девочка равнодушно хмыкнула. – А через несколько лет привезли Валю и тоже оставили. Мы их не знали. Вообще. И бабушка о них никогда не говорила. И даже когда она умерла, они не появились. Тогда нас забрали в приют. Уже больше года прошло. А недавно приехали люди из Наследия, оформили опеку и привезли нас в лагерь. – Все это Саша выдала практически на одном дыхании и вопросительно уставилась на старших ребят. – А вы давно вместе?

– Мы? – Алена удивленно вскинула брови, а Дэни едва заметно улыбнулся вопросу юной спутницы. – Мы… мы не то чтобы вместе… мы… друзья… – она бросила короткий взгляд на Дэни, но тот лишь еще шире улыбнулся, неотрывно следя за дорогой.

– Ну, понятно… – Саша, хитро улыбаясь, переглянулась с братом. – А хотите узнать, будет ли у вас совместное будущее? – деловито осведомилась она.

– Что? – оторопела Алена. – Нет! Зачем?..

Но ее собеседница явно вошла во вкус, задавая неловкие вопросы.

– Ну, будущее конкретного человека спрогнозировать намного проще, чем будущее всего человечества. Меньше, если можно так сказать, факторов берется в расчет. Да и рисков меньше. Вот я вам и предлагаю…

– Рисков? – Дэни попытался сменить тему разговора, оставив их с Аленой вероятное будущее в покое.

– Ну да, – Саша с удовольствием демонстрировала свою осведомленность. – Людям вообще будущее знать не стоит. Все же как только выясняют, что может произойти то, что им не по душе, тут же начинают пытаться ситуацию исправить. Смех да и только, ведь как можно изменить то, чего еще не произошло?!

– Но если знание будущего – это возможность предотвратить катастрофу, разве не стоит этим воспользоваться? – не поняла Алена.

– Вот я и говорю, все сразу бегут предотвращать грядущую катастрофу! А на деле что?.. – Саша театрально вздохнула, удивляясь непонятливости собеседников, но все же снизошла до более детальных объяснений. – Знаете притчу о трех путниках? – она не дожидалась ответа. – Даже если знаете, я все равно расскажу! В общем так: пустыня, жара, у дороги под хилым деревцем колодец. К колодцу верхом подъезжает первый путник, и пока пьет воду, случайно роняет свой кошелек, но не замечает этого и едет дальше. Кошелек этот находит второй путник, заявившийся утолить жажду, конечно забирает его себе и тоже уходит. Ну тут третий притопал. Пьет он себе воду, тем временем возвращается первый и давай требовать, чтобы этот несчастный вернул ему кошелек. Тот, конечно, говорит, что ничего не брал, но оказывается не слишком убедителен, и в порыве ярости всадник его убивает. Правда, кошелька все равно не находит и расстроенный уходит ни с чем. Согласитесь, несправедливость жуткая! Вот ты, Алена, что бы сделала, если бы заранее узнала о таком развитии событий? – но Алена даже рта не успела раскрыть: вопрос Саши был риторический, и она тут же сама на него ответила. – Ты бы, конечно, подбежала к первому путнику, рискуя жизнью, ведь парень он, как нам известно, горячий, и отдала бы ему выроненный кошелек, пока он не уехал. Так?

– Наверное так…

– То-то и оно! Думаешь, ты хорошее дело сделала? Невинному человеку жизнь спасла?

– Саша, не томи! – вмешался Дэни. – Я эту историю знаю. Ближе к сути!

Девочка вновь театрально вздохнула и поправила кудрявые рыжие волосы.

– Ладно, изменила ты, Алена, будущее по-своему усмотрению и вроде как к лучшему. Но не торопись радоваться, ведь на деле, ты просто не знала кое-каких деталей. Например того, что первый путник был жадным кредитором: давал бедным деньги в долг, а потом с процентами обдирал их до нитки и пускал по миру. Второй был как раз одним из бедняков, который от него пострадал, а третий был жуликом и убийцей, так что поделом ему бы досталось. Но ты все изменила. Бессердечный кредитор остался при своих, бедняк и его семья умерли с голоду, а убийца, которому ты сохранила жизнь, прикончил еще кучу народа. А теперь к сути! – обратилась она к Дэни. – Неисповедимы пути господни! Никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь! И так далее, – Саша довольно улыбнулась, наблюдая за слушателями.

– Глубокомысленно, – согласился Дэни. – Особенно в контексте предвидения будущего.

– Зато с вами двумя все проще… – Саша упрямо вернулась к недавно оставленной теме разговора и хитро улыбнулась. Но поймав в зеркале заднего вида суровый взгляд водителя, тут же сникла. – В общем обращайтесь, если что…

Алена, нахмурившись, смотрела вперед. Свет фар выхватывал из темноты лишь пару сотен метров дороги перед мчащимся вперед пикапом.

– Получается, не так-то много пользы в твоем умении предвидеть будущее? – не оборачиваясь, спросила она у рыжеволосой девочки.

– Мартышке от очков тоже не много пользы было… – ответила Саша.

– А с чего вы решили, что вам лучше с нами ехать? – заинтересовался Дэни.

– Потому что я не мартышка и знаю, куда очки надеваются…

Остаток пути до Дубны они провели в молчании: Валя и Саша довольно скоро заснули, Дэни следил за дорогой, а Алене было над чем подумать. Что и как она собирается рассказать Мише? Ладно, положим убедить его в том, что люди некогда обладали невероятными по нынешним меркам способностями, она сможет: летающая мебель – весомый аргумент. Но что дальше? Показать ему Сашу с перламутровым шариком в руках, продемонстрировать увиденное ею печальное будущее человечества? Но ведь даже в том видении не было прямых доказательств того, что за всем этим стоит искусственный интеллект! Девушка легко коснулась браслета с символом бесконечности, поблескивающего у нее на запястье, и бессильно уронила голову на руки. Нет, все же личных мотивов встретиться с Мишей у нее было больше. Признаться честно, она даже представить себе не могла, что он совсем ее забудет, и они больше никогда не увидятся! Угроза навсегда потерять самого близкого человека была для нее сейчас так же реальна, как угроза смерти для зайца, замершего перед оскалившимся волком. И любые катастрофы, которые могли бы однажды постигнуть человечество, казались Алене совершенно несущественными в сравнении с горечью утраты, которую она могла испытать уже сегодня.

Пикап подкатился к высоким воротам коттеджного поселка. На встречу припозднившимся гостям вышел один из охранников. Дэни и детей на заднем сиденье немало впечатлил его угрожающий внешний вид: бронежилет, скрытое под черной маской лицо и автомат.

– Серьезная охрана, – заметил Дэни, опуская стекло.

– Доброй ночи, – мужчина в маске внимательным взглядом окинул всех пассажиров. – Запрос на въезд вашей машины получен. Осталось идентифицировать личности пассажиров, – он просунул в окно портативный терминал для считывания данных с браслетов и сканирования отпечатков пальцев. Алена и Дэни выполнили требование. – Дети тоже, – пробасил охранник.

– Да не вопрос! – Саша легонько толкнула в бок Вальку, и они по очереди прошли необходимую процедуру идентификации личности.

– Проезжайте, – мужчина мотнул головой в сторону открывающихся ворот.

– Прямо до самой набережной и налево, – сообщила Алена.

– Да уж! Живут же люди, – выдохнула Саша, прилипая к окну и с интересом осматривая территорию поселка.

Холодный белый свет тянущихся вдоль дороги фонарей, местами путаясь в редких клочках тумана, уверенно рассеивал темноту и мягкими бликами ложился на узкие улочки и аккуратно подстриженные газоны.

– Миленько, – согласился с девочкой Дэни.

– Вот этот дом, – указала Алена. – Вы пока подождите меня в машине, хорошо? Он не знает, что нас так много.

С молчаливого согласия своих спутников, она покинула пикап и направилась к двери. Несмотря на поздний час, Миша выглядел довольно бодро. Он по-доброму и одновременно немного нерешительно улыбнулся.

– Привет.

– Привет, – эхом отозвалась Алена.

Хозяин перевел взгляд на автомобиль, припаркованный у дома, и поймал на себе сразу несколько любопытных взглядов.

– Я думал, с тобой будет только один человек…

– Возникли непредвиденные обстоятельства. Не переживай, они в машине побудут. Нам надо поговорить.

– Ладно, – Миша определенно не собирался настаивать на том, чтобы остальные пассажиры пикапа прошли в дом. – Что произошло?.. – спросил он, закрывая дверь и направляясь следом за девушкой к лестнице, ведущей на второй этаж. Навстречу им из гостиной, где негромко играла музыка, вырулил Слава.

– Привет, сестренка! – в своей неизменно фривольной манере приветствовал он Алену и без долгих предисловий по-дружески обнял девушку. – Как жизнь?

– Нормально… – уклончиво отозвалась Алена. Она была рада видеть Славу, но сложившаяся ситуация абсолютно не располагала к беззаботному общению.

– Да брось! – не одобрил ее настроения светловолосый молодой человек. – Ты НЭС видела? Классно, скажи! Я – так просто в восторге!..

– А она здесь? – Алена почувствовала напряжение.

– А где ж ей быть! НЭС! Иди сюда! Алена приехала! – радостно загорланил Слава.

– Как маленький, честное слово… – Миша едва заметно покачал головой и устало потер переносицу.

– Привет! – голубоглазый биоробот выглянул в коридор из гостиной. Гостья молча кивнула в ответ. – Я не хочу помешать, – добавила НЭС.

– Мы с Мишей кое-что обсудим наверху? – Алена многозначительно посмотрела на лучшего друга. – Вдвоем.

НЭС без лишних вопросов тут же скрылась обратно в комнате.

– Что, и мне с вами нельзя? – искренне удивился Слава, оглядываясь на спешно ретировавшегося биоробота.

– Мы ненадолго, – постаралась утешить его Алена.

Молодой человек состроил недовольную гримасу.

– Ладно, как скажете. Тогда, я пока в супермаркет за чипсами сбегаю! – он прихватил с собой висящую в прихожей куртку и скрылся за входной дверью, в то время как его друзья поднялись в обсерваторию.

– Ален, что происходит? – Миша опустился на диван, а девушка присела в стоящее рядом кресло.

– Столько всего уже произошло, что я не знаю, с чего и начать… – честно призналась она и глубоко вздохнула. – Ты помнишь мои приступы в детстве? Они начались не просто так. Была причина. И несколько дней назад я узнала, что именно со мной происходило… – она сделала небольшую паузу, настороженно вглядываясь в лицо друга: Миша внимательно слушал. – У меня есть необычные способности… И не только у меня, у других людей тоже… А десятки тысяч лет назад все люди такими были, но потом вроде как деградировали… Ладно, лучше покажу, – она сделала едва заметное движение рукой, и полупустая чашка чая, поднявшись в воздух, зависла над столом. – Ну вот, как-то так… – пожала плечами девушка. По странности на лице Миши не возникло особого удивления. – Скажешь что-нибудь? – забеспокоилась она, аккуратно опуская чашку обратно на столик.

– Я знаю, что есть такие люди.

– Что? – Алена округлила глаза.

– Про тебя не знал, – пояснил Миша. – Но мой дедушка по материнской линии обладал похожими способностями: он мог перемещать предметы, читать мои мысли и разговаривать со мной, не произнося вслух ни слова.

– И ты мне никогда об этом не рассказывал?!

– А не о чем было рассказывать, – пожал плечами молодой человек. – Когда он умер, мне было всего шесть, и я остался с отцом и своим вторым дедом. С ними я этого не обсуждал и с годами вообще начал сомневаться, что те чудеса происходили на самом деле… Тебе самой не странно бы было, если бы я начал тебе рассказывать про своего покойного предка, который умел читать мысли и руками залечивать мои разбитые коленки?

Девушка все еще не могла поверить, что все разрешилось так просто. Наблюдая за ее растерянностью, Миша улыбнулся.

– Думала, придется усилием мысли жонглировать чашками или мебелью, чтобы я поверил?

– Не то чтобы мне очень этого хотелось… – Алена почувствовала облегчение.

– Как я уже говорил, чтобы совершать беспрецедентные научные открытия, нужно смотреть на мир как можно шире, – резюмировал хозяин дома. Девушка закивала. – Так ты об этом хотела поговорить?

– Да, но не только. Девочка, которая приехала со мной на машине, умеет прогнозировать будущее…

– Прогнозировать будущее? – вот тут Миша удивился немного больше.

– Именно. И она видела и нам показала перспективу, где люди живут как в зоопарке… – она вкратце рассказала ему о видении.

– Было бы интересно узнать, как она технически это делает… – задумчиво произнес молодой человек.

– И тебя только это беспокоит?! – не поняла Алена. – А то, что люди в том будущем практически полностью лишены свободы и права выбора, это не в счет?!

– Если я правильно понял, в видении не было прямых доказательств того, что за переменами в укладе жизни людей стоит искусственный интеллект. В CYBRG же люди работают, ты об этом помнишь?

– Конечно, помню…

– А про концлагеря помнишь? Про бесчисленные жертвы газовых камер? Это тоже люди делали, а не машины.

Алена шумно выдохнула.

– Я понимаю…

– Знаешь, я сегодня много думал о том, что ты сказала утром: о потенциальной угрозе, которую может представлять чипирование, – молодой человек нахмурился. – Пойми правильно, у меня ведь внутри целая сеть искусственно выращенных нейронов, без которых я бы так и оставался прикованным к креслу. Для меня зависимость от технологий – это средство выживания. Вот почему идея имплантации одного чипа не казалась мне чем-то из ряда вон выходящим. Но после твоих слов я переоценил масштаб происходящего, поразмыслил над морально-этической стороной вопроса… – он глубоко вздохнул. – Еще у меня состоялся весьма непростой разговор с Андреем Васильевичем. И теперь твои опасения кажутся мне вполне обоснованными. Только вот, пожалуй, не искусственного интеллекта нам нужно бояться… – он не договорил, прислушавшись к каким-то звукам, доносящимся с улицы через приоткрытое окно. – Ты это слышала?

Алена кивнула.

– Это гроза? Или…

– Это выстрелы! – Миша резко поднялся со своего места, и тут же раздался звонок в дверь. Друг за другом они быстро сбежали по лестнице на первый этаж.

– Это Дэни, я знаю, – Алена открыла дверь. Теперь звуки выстрелов уже ни с чем нельзя было спутать. – Заходите! – она махнула рукой стоящим на пороге ребятам, и как только те вошли, быстро закрыла за ними дверь. – Что там происходит?!

Из гостиной в коридор выбежала НЭС и уставилась на гостей.

– Там люди с оружием, они ворвались на территорию, – доложил Дэни, оглядываясь не перепуганных Сашу и Валю. – Мы издалека, конечно, видели…

Миша шагнул к панели видеодомофона и просмотрел изображения с камер: неизвестные люди в масках и с оружием уже были на улицах поселка.

– Что им нужно? – Алена оглянулась на хозяина дома.

– Я не знаю. И не собираюсь выяснять, – он нажал тревожную кнопку на блоке охранной сигнализации. – Это сигнал в центральное отделение службы безопасности. – Хотя, думаю, они уже в курсе.

С улицы послышались крики и приближающиеся звуки выстрелов, а следом почти оглушительная автоматная очередь.

– Миша, на улице остался Слава, – дежурным тоном сообщила НЭС.

Молодой человек быстро набрал номер друга.

– Слав, ты где?

– Я только в магазин вошел! Там что-то страшное творится! Люди с автоматами и в масках…

– Я видел. Найди, где укрыться.

– Я в магазине останусь… – связь прервалась.

– Я ничего не понимаю… – Алена была жутко напугана.

– Нам нужно уйти отсюда, – Миша прихватил с комода связку магнитных ключей.

– На улицу пойдем? – оторопел Дэни.

– Нет. Все в подвал! – коротко скомандовал хозяин, подталкивая Сашу и Валю к лестнице. – Быстро!

Никто и не думал противиться. И тут с улицы донесся взрыв. Стены дома предательски содрогнулись. У Алены зазвенело в ушах.

– Скорее! – Миша схватил ее за руку и потащил в сторону лестницы.

Оглушительная канонада прозвучала совсем рядом.

– Ложитесь! – это был голос Дэни.

Алена как подкошенная рухнула на пол, и в следующее мгновение окна первого этажа стали разлетаться вдребезги под неудержимым натиском свинца.

– Тащите детей вниз! – перекрикивая выстрелы, скомандовал Миша.

Как только стрельба по дому прекратилась, НЭС уверенно и почти без усилий подхватила на руки насмерть перепуганного Вальку и кинулась к лестнице, которая вела к двери в подвал. Миша бросил им вслед связку магнитных ключей. Тут в одно из разбитых окон влетела дымовая шашка. И снова автоматная очередь. Ползком Дэни подобрался к съежившейся у стены Саше.

– Давай за мной! – скомандовал он и потянул девочку за собой.

По-пластунски они преодолели небольшое расстояние, отделявшее их от края лестницы и начали сползать вниз. Выстрелы прекратились, и раздались глухие удары в дверь.

– Скорее, за ними! – закашлявшись от едкого дыма, Миша схватил Алену за руку.

На четвереньках они как можно быстрее преодолели небольшое расстояние до лестницы. Новая автоматная очередь застала их на самой верхней ступеньке и заставила практически кубарем скатиться вниз. В состоянии шока Алена едва ли чувствовала боль от ушибов. НЭС уже открыла дверь, за которой скрывалось небольшое помещение и захлопнула ее, как только все они оказались внутри.

– Нужно попасть в лабораторию! – Миша выхватил у НЭС ключи и подскочил к следующей двери, сделанной из серебристой стали и напоминающей вход в банковское хранилище. Она открылась сразу, как молодой человек просканировал свою ладонь и сетчатку. Сверху донесся топот ног и громкие голоса. – Скорее, проходите! – поторопил он остальных.

Как только дверь за ними закрылась, наступила тишина.

– Все целы? – спросил Дэни. В тусклом дежурном свете он старался разглядеть лица своих спутников. – Алена, Валя, Саша, вы в порядке?

– Да…

– Да, вроде как… – послышались нерешительные голоса.

– А ты как? – спросила Алена, обращаясь к Дэни.

– Порядок.

– Миша?

– Нормально.

В этот момент единственный источник света в виде дежурной лампы часто заморгал и погас.

– Валя, иди ко мне! – Саша схватила брата за руку. – И чтоб ни на шаг!

– Предполагаю, был отключен трансформатор, – заметила НЭС. – Михаил, у вас…

– Не сейчас, НЭС, – прервал ее хозяин дома. – Перед отъездом я отсоединил запасной генератор, поэтому резервное питание задействовать не удастся.

Дэни включил фонарик на телефоне, и Алена последовала его примеру.

– Но здесь мы в безопасности? – уточнила она.

– У этих ребят столько оружия, – покачал головой Миша. – Они вырубили трансформатор и сотовую связь. Кто знает, что еще они собираются сделать? А это, чтобы вы понимали, не бункер, а всего лишь тайная лаборатория.

– И что будем делать? – не удержалась от вопроса Саша.

– Спустимся вниз.

– Еще ниже? – удивился Дэни.

– Поселок построен на территории бывшей госдачи. Здесь и еще под частью города проходит сеть тоннелей. Их проложили еще во времена Второй Мировой, чтобы можно было незаметно покинуть Дубну, – пояснил Миша и тоже включил фонарик. Чуть пошарив по полкам на стене, он нашел маленький планшет. – Я эти катакомбы немного исследовал из любопытства и составил маршрут, ведущий на поверхность в паре километров отсюда. Пойдемте! – светя перед собой фонариком, он дошел до приземистой металлической двери в углу помещения и объяснил последовавшим за ним ребятам. – Вниз ведет узкая винтовая лестница…

– А там точно никаких монстров нет?.. – дрогнувшим голосом уточнила Саша.

– Нет. Ты не бойся. Я там много раз был и никого не встретил, – постарался успокоить ее Миша и добавил. – Дэни, возьми планшет, на нем я нарисовал карту, и иди первым, вместе с детьми. Мы втроем следом, – он едва заметно поморщился. – Нужно будет заблокировать за собой дверь.

– Хорошо, – Дэни без возражений взял приборчик, на экране которого высветился маршрут. – Давайте, ребята! – поторопил он Сашу и Валю.

– Повезло, что есть дублирующий механический привод, – заметил Миша, с некоторым усилием вращая ручку по форме как большой металлический вентиль. За открывшейся дверью находился узенький тамбур и следующая дверь.

– Шлюзовая система, – пояснил хозяин дома. – Как только закроешь изнутри эту дверь, сможешь открыть следующую – она ведет прямо на лестницу.

Дэни молча кивнул.

– Ты только не бойся! – Саша старалась успокоить брата, хотя ей самой явно было не по себе.

– Ну все, идите, – Миша закашлялся.

Дети последовали за Дэни, крепко держась за руки. Дверь за всеми троими плавно закрылась.

Алена нахмурилась: последние слова ее друг произнес как-то сдавленно.

– Миша? С тобой все в порядке? – она обернулась и направила свет фонарика в его сторону.

– Да… – молодой человек чуть пошатнулся и начал оседать на пол. НЭС в одно мгновение оказалась рядом, не позволив ему при падении с силой удариться о бетонный пол. Его телефон отлетел в сторону.

– Миша!– Алена бросилась к нему. Она упала рядом на колени и теперь отчетливо увидела на его рубашке большое темное пятно. У нее перехватило дыхание. – Что это?!

– Его ранили, – проговорила НЭС. – Я хотела обратить на это внимание присутствующих, но…

Со стороны двери, ведущей обратно в дом, послышались едва различимые глухие удары.

– Если у них есть что-то покруче автоматов и дымовых шашек, то эта дверь надолго их не задержит… – чуть слышно проговорил Миша. – Вам нужно уходить…

Алена не боялась вида крови, но при виде друга, лежащего на полу в окровавленной рубашке, ощутила приступ паники. Сердце бешено колотилось. Мысли путались. Ее бросило в жар.

– Ну конечно! – выпалила она. – Просто оставим тебя здесь, и все дела! НЭС, ты видишь, какие у него повреждения?

– Пуля прошла на вылет, но задела несколько крупных сосудов, сломана ключица, задето легкое. Он теряет много крови, – отчитался робот.

– Нужно вытащить его отсюда!

– Я видела эту лестницу, мы его не спустим, а только усилим кровотечение, – был ответ. – Но здесь есть аптечка. Я сейчас принесу, – НЭС скрылась во тьме лаборатории.

– Миша… – Алена стянула с себя свитшот и, свернув его, подложила под голову раненому. – Ты меня слышишь?

– Да, тебе надо…

– Мне надо тебе помочь!

Она провела рукой по его рубашке, ощутив, что та насквозь промокла от крови. Судя по звуку, НЭС торопливо искала аптечку… Алене на глаза навернулись слезы, но она тут же смахнула их рукой, судорожно соображая, что можно сделать, и мысленно моля о помощи. Глухие удары со стороны двери не прекращались.

«Ты знаешь, как ему помочь…» – неожиданно услышала она и обернулась, но почти сразу поняла, что голос звучит у нее в голове. Кулон снова стал тяжелее обычного.

– Кто это? – прошептала она.

– С кем ты говоришь? – едва слышно проговорил Миша.

– Тссс… – Алена приложила палец к его губам. Каким-то шестым чувством она поняла, что голос в ее голове может подсказать ей, что делать, и она вновь зашептала. – Помогите мне! Кто бы вы ни были, помогите…

«Используй свои способности…»

– То есть, я должна лечить его, как это делал Дэни?

«Именно…»

– Но я так не умею!

– С кем ты разговариваешь? – НЭС снова оказалась рядом. Она принесла аптечку и большой фонарь, который поставила на пол.

– Долго объяснять…. – Алена боялась, что голос исчезнет, а с ним и последняя надежда помочь Мише. Но слова снова прозвучали в ее голове.

«Просто поверь, и я помогу тебе».

– Хорошо! Хорошо! – время на раздумья не было. Алена разорвала Мишину рубашку и увидела кровоточащую рану в области ключицы.

– Вот, – НЭС протянула ей стерильные салфетки.

Алена быстро расправила белое полотно и накрыла им рану.

– Не так, – биоробот явно не был доволен результатом оказания первой помощи. – Что ты делаешь?

– Не мешай! – ощущая предательскую дрожь во всем теле, девушка положила одну руку на бетонный пол, а вторую на мгновенно покрасневшую салфетку. Она закрыла глаза и почувствовала под ладонью, лежащей на полу, легкую вибрацию. С каждым мгновением эта вибрация все усиливалась так, что стены подвала задрожали, словно при землетрясении.

– Что происходит? – НЭС оглядывалась по сторонам.

– Алена, что ты делаешь? – Мишин голос растворился в нарастающем гуле.

– Я не понимаю, почему так!.. – девушка помотала головой и, открыв глаза, резко оторвала руку от пола. В это же мгновение стены перестали содрогаться. За дверью тоже стало тихо.

– Это ты сделала? – уточнила НЭС.

Алена кивнула и одновременно почувствовала покалывание на кончиках пальцев, переходящее в ноющую боль в руке, все еще лежащей на Мишиной груди. Следом появилась легкая слабость во всем теле.

«Ты не сможешь помочь ему, используя только свою энергию, – услышала она уже знакомый голос. – Остановись!» – девушка резко отдернула руку.

– Алена, что происходит? – Мишин взгляд прояснился.

– Тебе лучше! – она мгновенно забыла о своей слабости и взяла его за руку.

– Как ты это сделала? – НЭС вложила в свой вопрос все удивление, на которое была способна. – Его жизнь по-прежнему под угрозой, но кровотечение уменьшилось…

– Миша, помнишь, ты рассказывал, как твой дедушка лечил тебе ссадины на коленках? – перебила ее Алена. – Я тоже так могу! Только вот этот пол… он словно блокирует движение энергетического потока, идущего от земли.

– Мне нравится, когда ты используешь полунаучные термины, – попытался пошутить молодой человек. – Но я не коленку поранил… Дышать тяжело…

– Ты что, каким-то образом трансформируешь энергию? – не поняла НЭС.

– Да, только не спрашивай как именно, сейчас не до объяснений. Мне нужен какой-то источник энергии… Непосредственный контакт с деревом или с землей или… Она стала оглядываться по сторонам. – Хоть что-то…

– Холодно… – тихо проговорил молодой человек, и Алена почувствовала, как выскальзывает из ее руки его рука.

– Миша!..

– Он без сознания, – биоробот продолжал неотрывно контролировать состояние раненого. – Я пока очень плохо координирую работу своего тела, и от моих попыток оказать ему медицинскую помощь может быть больше вреда, чем пользы. Но мы должны предпринять что-то еще…

– Конечно мы должны предпринять что-то еще! – совершенно лишенный эмоций тон НЭС жутко разозлил Алену. Она резко вскочила на ноги и, шаря светом фонарика по полкам и шкафам, принялась осматривать лабораторию. – Есть здесь какой-нибудь, я не знаю, аккумулятор что ли…

– Нет. Запасной генератор находится на улице и в настоящее время отключен.

– Должно что-то быть… – Алена металась из стороны в сторону. – Это же лаборатория!

– Кажется я знаю, что можно использовать, – проговорила НЭС.

– Что?

– Мой источник питания, – она положила руку себе на область сердца. – Он здесь.

– Конечно! Хорошо! Давай попробуем! – после этого предложения у Алены словно открылось второе дыхание. Она поспешно опустилась на колени рядом с Мишей. НЭС в этот раз села ближе, так, чтобы девушке легче было к ней прикоснуться. И от этой близости Алене стало не по себе. Она с опаской покосилась на биоробота. – Но я не знаю, как то, что я сделаю, повлияет на тебя, – уточнила она. – Ты же видела, что происходило, когда…

– Я видела. Но это не важно, – НЭС неотрывно смотрела на лежащего без движения молодого человека. – Я осознаю возможные риски. Но Миша мой друг, и если у меня есть возможность спасти ему жизнь, то я ей воспользуюсь.

– Друг?! Да что ты знаешь о дружбе? – вспыхнула Алена. – Для тебя это лишь слово в словаре! Ты же машина! Просто хочешь быть похожей на людей!.. – она неожиданно замолчала. – Черт! Не до этого сейчас!

– Именно. У нас нет времени на эту дискуссию, – подтвердила НЭС и подняла на сидящую рядом девушку пристальный взгляд. – Но если ты не готова поверить в искренность моих намерений, то поверь моей безупречной логике. Первое: Миша чуть ли не единственный, кто не считает меня новым вселенским злом. Как думаешь, если сегодня я позволю ему умереть, кто завтра будет на моей стороне? И второе: у меня есть резервная копия. Поэтому, если он выживет, то сможет меня восстановить, – она смотрела на Алену в упор. – Похоже, поверить в мой холодный расчет тебе намного проще, чем в мою бескорыстность.

Девушка потупилась.

– Его состояние медленно ухудшается, – добавила НЭС. – Поэтому давай сделаем то, что я, машина, умею делать лучше всего: давай спасем человеческую жизнь.

И Алена отбросила в сторону последние сомнения. Она положила правую руку на плечо биоробота, ощутив под пальцами холод, выдававший искусственную природу тела, так похожего на тело живого человека. НЭС продолжала сидеть неподвижно, сосредоточенно наблюдая за раненным.

– Я не чувствую ничего особенного, – сообщила она.

Алена перевела взгляд с робота на лежащего на полу Мишу:

– Останься со мной… пожалуйста… – сквозь наворачивающиеся на глаза слезы прошептала она, а затем положила свободную руку на все еще кровоточащую рану друга и закрыла глаза.

«Энергия течет туда, куда направлено твое внимание…» – услышала она голос и сосредоточилась на ощущениях в ладони, лежавшей у Миши на груди. В этот момент НЭС слегка вздрогнула, и Алена почувствовала тепло, идущее откуда-то изнутри искусственного тела. Эта теплая и одновременно очень мощная волна устремилась через руки девушки в тело уже потерявшего сознание молодого человека. С каждой секундой Аленино сердце билось все чаще и чаще, словно она бежала кросс. Следом участилось дыхание.

«Ты должна успокоиться. Дыши глубже…» – Голос в голове помогал ей сосредоточится и направлял ее. – Главное сохраняй спокойствие. Ты почувствуешь, когда нужно остановиться…»

Девушка едва заметно закивала, ощущая, как поверхностное дыхание Миши становится более глубоким.

– Кровотечение остановлено, – все тем же ровным голосом сообщила НЭС. Алена открыла глаза и убрала руку с ее плеча. – Поврежденные ткани полностью восстановлены, – добавил робот. – Я бы сказала, что такая скорость регенерации просто невозможна…

– Тогда почему он не приходит в себя? – забеспокоилась девушка.

– Есть сбои в работе сердца. Видимо, сказывается большая кровопотеря.

Алена склонилась к Мише, вытирая чистыми салфетками кровь, оставшуюся на коже после заживления.

– Миша, – тихо позвала она, но молодой человек продолжал лежать неподвижно, никак не реагируя на обращенную к нему речь. Алена бросила взгляд на дверь, ведущую обратно в дом: глухих ударов слышно больше не было, но нападавшие все еще могли оставаться снаружи. – Может, теперь попробуем его спустить в катакомбы? – она умоляюще посмотрела на НЭС.

– Не получится. Его сердце вот-вот остановится, – послышался ответ.

– Но как же?..

– Остановка сердца.

Яркие солнечные лучи слепили глаза и прыгали золотистыми зайчиками по крышам и окнам дачных домов. Теплый ветерок легко разгонял по небу редкие, почти невесомые облака. Новый день обещал быть по-весеннему теплым и ясным. Синий пикап, гулким звуком двигателя рассекая утреннюю тишину, мчался по загородной трассе в сторону Москвы. Сидя на переднем пассажирском сиденье, Алена смотрела прямо перед собой ничего невидящим взглядом. Время от времени по ее щекам текли слезы, которых она, погруженная в собственные мысли, почти не замечала. Ни водитель, ни два других пассажира пикапа не нарушали повисшую в машине угрюмую тишину.

«Остановка сердца», – всплыли в памяти Алены слова НЭС, и она закрыла глаза, мысленно возвращаясь в злополучную лабораторию. Перед ней на полу в луже крови лежал Миша. Его сердце остановилось. Секундное замешательство, леденящий кровь ужас, которые внезапно сменились полной сосредоточенностью. Эмоции отступили на второй план. Словно по волшебству ей стало понятно, что именно нужно делать. Не произнося ни слова, она коснулась плеча НЭС, и поток энергии легко заструился вверх по ее правой руке, в то время как левая легла Мише на грудь. Она больше не слышала и не видела того, что происходило вокруг. Не видела, как, с трудом открыв дверь, вернулся из катакомб встревоженный Дэни. Как заискрился под газовым резаком металл двери, ведущей обратно в дом… Ее внимание было полностью сосредоточено на ритмичных ударах собственного сердца. И этот ритм теплыми волнами энергии, бегущими через ее руки, передавался Мишиному сердцу, заставляя его биться в унисон. В какое-то мгновение Алена перестала ощущать границы своего тела. И все, что в тот момент ее окружало, тоже утратило свои границы, став неотъемлемой частью единого, едва заметно пульсирующего и мерцающего в темноте энергетического поля…

От воспоминаний ее отвлек нерешительный вопрос Дэни.

– Алена, мы уже подъезжаем к Москве. Отвезти тебя домой?

– Да, думаю, мне нужно собрать вещи. Не бежать же в горы в одних джинсах… – отрешенно ответила она.

– А мы можем у тебя пока остаться? До отъезда, – уточнила Саша, обрадовавшись начавшемуся разговору.

– Бабушка с дедушкой вернутся не раньше, чем завтра. Так что не придется им объяснять, кто вы и где ваши родители…

– Валя! Ну хватит тебе! – неожиданно шикнула на брата Саша.

– Что-то не так? – Алена обернулась и посмотрела на сидящего на заднем сиденье мальчика. – Ему что-то нужно?

– Да он меня замучил уже своими вопросами! – с досадой ответила Саша. – Хочет знать, почему та странная девочка и твой друг не поехали с нами.

Алена не смогла сдержать тяжелого вздоха, и на глаза ей вновь навернулись слезы.

– Ну вот! Говорила же тебе! – зашипела на брата девочка. – А ты все – почему, да почему!

Воспоминания и эмоции снова захлестнули Алену с головой…

Миша пришел в себя совершенно внезапно: Алена скорее почувствовала, чем увидела, как он сделал резкий вдох и открыл глаза. В то же мгновенье она вновь ощутила себя в своем теле, и призрачное видение растворилось в нарастающем гуле, с которым газовая сварка рассекала металлическое полотно двери, ведущей в дом. Открыв глаза, девушка обнаружила своего друга, пребывающим в полной растерянности.

– Алена… – он поднялся на локтях. – Что происходит?..

– Ты вернулся! – она отдернула руку от НЭС и крепко обняла Мишу. – Получилось! НЭС, получилось!

Неожиданно в лаборатории включился свет.

– Алена, Миша! – окликнул их Дэни. – Эта дверь долго не протянет!

– Когда ты успел вернуться? – округлила глаза Алена.

– Не важно!.. – он протянул Мише руку, помогая ему подняться. – Надо убираться отсюда!

– НЭС, вставай, пойдем… – позвал Миша и сделал неуверенный шаг ко входу в катакомбы.

Но НЭС не ответила. В неярком свете дежурной лампы взгляды всех присутствующих устремились туда, где без малейшего намека на движение сидел биоробот. Алена прикрыла рот рукой, сдерживая испуганный возглас. С трудом справляясь со своей слабостью, Миша присел на корточки рядом с неподвижным телом.

– Отключилась, – быстро сориентировался он и оглянулся на искрящуюся под сваркой дверь. – Нужно ее спрятать. Дэни, помоги мне. Положим ее вон в тот шкаф.

Вместе они быстро справились с поставленной задачей, но времени на то, чтобы уйти самим, у них не осталось. Дальше для Алены все было как в тумане: дверь, ведущая в дом, с оглушающим грохотом рухнула на пол, и в лабораторию ворвались вооруженные люди в масках. Подземное помещение наполнили громкие звуки и голоса.

– Служба безопасности! Бросить оружие! На колени! Руки за голову!

Кто-то с силой надавил Алене на плечо, и она, даже не думая сопротивляться, опустилась на пол. В начавшейся неразберихе перепуганная девушка с трудом понимала, что происходит.

– Мы свои! – Миша тоже оказался на полу, но в отличие от Алены, сразу понял, что люди в масках не представляют для них угрозы. Трое сотрудников службы безопасности принялись оперативно осматривать помещение, в то время как двое других занялись идентификацией личности молодых людей, сканируя их браслеты и отпечатки пальцев.

– Здесь все чисто! Только хозяин дома и гости… – разобравшись, кто есть кто, сообщил один из них остальным.

– Алена, вставай, – Дэни помог девушке подняться на ноги.

– Теперь вы в безопасности. Территория поселка уже почти зачищена… – добавил мужчина

– Кто на нас напал? – Миша тоже встал с пола и оперся рукой о металлический стол: он все еще был очень слаб.

– Мы пока не обладаем точной информацией. Но вооружены эти ребята были до зубов! Вам повезло, что успели спрятаться… – в полумраке спецназовец заметил, что Мишина рубашка вся перепачкана в крови. – Вы ранены?

– Нет…

– А это что? – мужчина указал на лужу крови.

– Это не кровь, если вы вдруг так подумали, – спокойно проговорил Дэни. – Мы все живы. Никто не пострадал, – Алена и Миша перевели на него удивленные взгляды.

– Да, я вижу, – неожиданно согласился мужчина в маске, отходя в сторону. – Все в порядке.

– Джедайские штучки? – в пол-голоса осведомился Миша, а Алена благодарно улыбнулась Дэни: если бы он не манипулировал сознанием спецназовца, то могли возникнуть ненужные вопросы.

– Саша и Валя все еще внизу, – шепотом заметил Дэни. – Я сказал им спрятаться.

– А эта дверь куда? – одновременно спросил один из мужчин.

– В подвал. Мы хотели туда спуститься, когда нападавшие начали ломиться в подвал, но не успели: внизу только мои племянники, – пояснил Миша. – Дэни, сходишь за ними?

– Василий, проводи парня, – приказал старший группы. – А то вдруг что… –

Когда Дэни и его провожатый скрылись из виду, он добавил. – Наверх пока не поднимайтесь. Подождите здесь. Сейчас нет полной уверенности, что все нападавшие обезврежены.

Алена устало кивнула и опустилась на пол, прислонившись спиной к прохладной стене.

– Ты как? – Миша присел рядом, и тогда она бессильно уронила голову ему на плечо.

– Нормально… А ты?.. Я так за тебя испугалась… – девушка на мгновение плотно сомкнула веки, а затем часто заморгала, стараясь не расплакаться, но пережитый стресс давал о себе знать.

Миша обнял ее за плечи.

– Все уже позади… – прошептал он. – Со мной все в порядке. И это только благодаря тебе. Даже не знаю, как тебе это удалось…

– Я тоже не знаю как… – устало улыбнувшись, прошептала в ответ девушка. А потом с горечью добавила: – Прости за НЭС. Я не хотела ее… – она поискала подходящее слово. – …сломать… Она сказала, что чтобы ни произошло, ты сможешь ее восстановить, что у нее есть резервная копия…

Миша вскинул брови:

– Она так сказала?

Алена закивала, но, глядя в удивленное лицо друга, вдруг поняла:

– Нет никакой резервной копии?..

Молодой человек покачал головой.

– После того как я перенес ее «сознание» в созданный из искусственных нейроволокон мозг и в это кибернетическое тело, она стала так же уязвима, как и мы с тобой.

– Я не знала!.. – испуганно зашептала Алена.

– Тссс… – Миша приложил палец к губам. – Она сделала то, что считала правильным.

– Значит, она… умерла? – не поняла Алена.

– Пока не проведу диагностику, ничего не смогу сказать наверняка.

– Она обманула меня… Совсем как человек…

– Она не человек, – покачал головой Миша. – И если подумать, то обман – это не что-то, на что способны только мы – люди. Подмена правды ложью – это элементарное поведенческое действие, часть поведенческого алгоритма, направленного на достижение определенного результата. По сути – это способ манипуляции, который искусственный интеллект усвоил с той же легкостью, что и интеллект ребенка.

– Я никак не могу понять, как именно ты к ней относишься… – поделилась своими сомнениями девушка. – Постоянно говоришь, что она не человек, но одновременно находишь в ее поведении признаки личности…

– Я не считаю ее человеком. Но одновременно, в своем развитии она значительно превосходит существующие сегодня нейронные сети. Это стало особенно заметно после замены «железа». Как будто имея возможность использовать искусственно выращенный мозг вместо кластерной сети, она начала обучаться не как нейронная сеть, а как ребенок: воспринимая информацию спонтанно, а не последовательно. Результат такого развития предсказать очень сложно…

– Миш… – Алена подняла на него глаза. – Я знаю, что эти исследования очень для тебя важны. Но я еще кое-что не успела тебе сказать… – Она сделала глубокий вдох и, посмотрев на стоящих поодаль вооруженных мужчин, понизила голос до шепота. – Мне нужно уехать. Я не могу остаться и позволить корпорации вживить мне чип, потому что…

– …потому что со временем они смогут анализировать биологические показатели каждого чипированного человека и заметят твою особенность? – закончил ее мысль Миша.

Она кивнула. Была, конечно, и другая причина. Кулон. Его странные свойства и необычное влияние на нее заставили Алену отбросить в сторону последние сомнения и решиться на путешествие в убежище, о котором говорила Наталья. Там она сможет встретиться с Севериным и наконец-то окончательно во всем разобраться. Повисла продолжительная пауза.

– Я не могу уехать, – молодой человек пристально посмотрел ей в глаза.

– Похоже, каждому из нас нужно сделать выбор… – Алена сама не верила, что говорит такое. Несколько лет назад выбора у нее просто не было, и она уехала, исключительно повинуясь решению родителей. Но теперь?!

– Это не вопрос выбора, – Миша нахмурился. – Мы те, кто мы есть, – от этих слов у Алены внутри все сжалось. Она изо всех сил старалась не расплакаться.

– Я понимаю, почему ты должна уйти. А ты, пожалуйста, пойми, почему сейчас я должен остаться… Дело не только в том, что моя жизнь зависит от технологии, скрытой в моем теле, и не только в НЭС… – он взял ее руку в свою и провел пальцами по символу бесконечности на браслете. – Просто поверь, что сейчас мои личные мотивы очень тесно связаны с тем, что важно для всех…

Алена тут же вспомнила, что еще несколько часов назад то же самое говорила Дэни. И он ей поверил. Поверил, несмотря на то, что логики в ее доводах почти не было..

– Я верю… – она тоже коснулась браслета на его руке и, закрыв глаза, почувствовала, как горячие слезы заструились по щекам.

Сделав глубокий вдох, Алена отогнала от себя пропитанные горечью разлуки воспоминания. Когда около девяти утра они покидали коттеджный поселок в пригороде Дубны, было уже совершенно очевидно, что вернуться в лагерь до отправления автобусов у них не получится. И вот пару часов спустя пикап Дэни уже подъезжал к терминалам платного въезда в центр города, перед которыми скопилась приличная пробка: в связи с беспорядками, имевшими место накануне днем, отряды полиции проводили внеплановые проверки универсальных браслетов. После разговора с Натальей Алена и Дэни совсем этому не удивились. Они терпеливо дождались своей очереди и уже минут через пятнадцать подъехали к высотке на Котельнической набережной.

– Ты здесь живешь? – выпучила глаза Саша.

– Жила, когда была маленькой. А теперь только в гости приезжаю к дедушке с бабушкой, – пояснила девушка.

Они поднялись в квартиру, и Алена снова с трудом сдержалась, чтобы не заплакать: мысль о том, что ей придется навсегда покинуть своих близких, причиняла ей почти физическое страдание.

– Иногда я думаю, что лучше жить так, как мы с Валькой – одни одинешеньки, – заметив печальное выражение на ее лице, проговорила Саша. – Нам не по кому скучать и не о ком плакать… Так проще…

Алена едва заметно покачала головой. Еще недавно она тоже так думала. Но потом судьба снова свела ее с Мишей. Жизнь без глубоких привязанностей может быть и проще, думала она про себя, но точно не лучше… может быть, это даже и не жизнь вовсе, а так… существование…

Она усадила гостей на кухне и, пока готовила завтрак, позвонила родителям, а потом дедушке с бабушкой. И те, и другие не скрывали своего беспокойства. В новостях о вчерашних беспорядках говорилось лишь вскользь, скорее как о пьяных драках, чем как о спонтанных акциях протеста. Но Алене стоило немалых усилий убедить предков не возвращаться с дачи на день раньше.

– Очень вкусно! – с набитым ртом проговорила Саша, заедая яичницу с колбасой еще теплым хлебом, который Дэни купил в пекарне на углу дома.

Хозяйка квартиры сделала глоток кофе и встала со своего места: сама о еде она даже думать не могла.

– Я пойду собирать вещи. Пожалуйста, чувствуйте себя как дома…

Гости проводили ее сочувственными взглядами.

Войдя в комнату, Алена замерла перед все еще не до конца разобранным чемоданом… Она с трудом представляла, что именно ей нужно взять с собой… За ее спиной почти бесшумно возник Дэни.

– Нам нужно связаться с поверенным Северина, – заметил он, краем глаза окидывая небольшой беспорядок. – Он должен знать, что нас не двое, а четверо. Хотя, полагаю, Наталья сразу же поняла, куда подевались Саша с Валей и, возможно, уже предупредила его.

Девушка вынула из кармана листок бумаги с телефоном и молча протянула молодому человеку. Он сразу же набрал номер и после короткого разговора сообщил.

– Он будет ждать нас завтра в шесть утра на стоянке экскурсионных автобусов на Университетской площади. Всех четверых.

– Хорошо. Тебе тоже нужно собрать вещи? – уточнила Алена.

– Нет. Все, что мне может понадобиться, лежит в машине, – он помолчал. – Я переночую в общаге у друзей и вернусь завтра к…

– Ты можешь остаться, если хочешь, – прервала его Алена. – Ребятам я постелю в комнате родителей, а ты ляжешь на диване в гостиной.

Дэни согласно кивнул.

– Так будет проще.

– А твои родители и сестры? – Алена вытащила из чемодана свитер и джинсы и бросила их на кровать. – Ты не хочешь ни с кем из них попрощаться?

– А ты со своими? – вопросом на вопрос ответил молодой человек.

Она покачала головой.

– Для меня это будет просто невыносимо. Лучше уж так: просто уехать, без долгих прощаний и лишних слез. – Глядя на чемодан, она в нерешительности развела руками. – Я не понимаю, что мне с собой брать…

– Представь, что ты едешь в автомобильное путешествие. На неделю или полторы. Что бы тебе понадобилось?

– О’кей… Так понятнее… – девушка вытрясла из притаившегося в шкафу вместительного рюкзака свои детские вещи и начала перекладывать туда часть одежды из чемодана. Дэни уже собирался было выйти из комнаты, но Алена не хотела оставаться наедине со своими пребывающими в полном беспорядке эмоциями. – Что мы будем делать дальше? Когда приедем в это… убежище, о котором говорила Наталья, – спросила она, слабо понимая, на какой ответ можно рассчитывать.

– Я не знаю… – честно признался молодой человек. Он словно почувствовал, что ему не стоит уходить, и присел в стоящее в углу кресло. – Но мы будем среди своих, а это уже неплохое начало!

– Так странно, что мы разделили всех людей на «своих» и «чужих» в зависимости от того, обладают они нашими способностями или нет.

– Что ты имеешь в виду?

– В детстве мы с Мишей были лучшими друзьями, и ни время, ни расстояние не изменили нашего отношения друг к другу, – с нескрываемой горечью ответила Алена. – И мы были «своими» не потому, что оба оказались наделены необычными способностями, а потому что чувствовали наше душевное родство… Чувствовали, понимаешь? И мне было не важно, что он не такой как все и прикован к инвалидному креслу, а он не относился с презрением к моим приступам эпилепсии… – она бросила на Дэни полный отчаяния взгляд. – Как можно делить людей на «своих» и «чужих» по каким-то признакам?! Если человек «твой», то ты ощущаешь это всем сердцем… – она запнулась на полуслове.

– У меня не было таких близких друзей, – Дэни немного смутила Аленина прямота.

– Тогда откуда ты знаешь, что там мы будем среди «своих»?..

Не дав ей договорить, в комнату влетела взволнованная Саша.

– Мы тут полазили в сети, так там полно роликов о небольших акциях протеста! Не все согласны на чипирование! Хотя в официальных новостях про это не слова… И про события в Дубне все молчок!

Заметив в руках девочки свой телефон, который, видимо, и стал источником новостей, Алена многозначительно вскинула брови.

– Прости… – Девочка протянула ей гаджет. – Мы им чуть-чуть попользовались…

– Думаешь, возможны серьезные беспорядки? – спросила Алена Дэни, убирая телефон в карман джинсов.

– Скорее всего. Поэтому завтра утром нам нужно обязательно покинуть город.

– А сейчас что будем делать? – полюбопытствовала рыжеволосая девочка.

– Тут вот мои старые вещи, как раз на тебя будут. Примеришь? – вместо ответа предложила хозяйка.

– А то! – искренне обрадовалась Саша.

– Вот и нашли тебе занятие, – улыбнулся Дэни. – Я вдруг вспомнил, что мне нужно машину отогнать в отцовский гараж, она на него зарегистрирована. Это быстро.

– Возьми ключи. Сам откроешь, когда вернешься, – предложила Алена и, взглянув на Сашу, энергично прикладывающую к себе одну за другой футболки, добавила: – А мы тут пока пособираемся.

По рассказам Славы, после нападения неизвестных, Совет директоров CYBRG максимально усилил меры безопасности. Под удвоенной охраной оказались не только здания офисов и лабораторий, расположенных как в Дубне, так и по всему миру, но и поселки, где проживали сотрудники корпорации. «Безопасность» Миши и его изобретения в лице НЭС заботила их особо. И хотя молодой ученый открыто не отказался передать в руки корпорации свою новую разработку, члены Совета директоров подозревали, что он не до конца согласен с их решением. Поэтому узнав от сотрудников службы безопасности про сеть подземных тоннелей, обнаруженных в ходе штурма поселка, отец Славы – Андрей Васильевич – организовал круглосуточное наблюдение за всеми известными выходами из катакомб. Другие вооруженные патрули должны были держать под контролем автомобильные дороги, железнодорожное сообщение и речной порт: таким образом Совет директоров неоднозначно давал Мише понять, что НЭС является их собственностью, и ничто не сможет им помешать использовать ее в своих целях. Ну или почти ничто…

Узнав от Славы о многочисленных опасностях, подстерегающих тех, кто попытается проникнуть на территорию, подконтрольную корпорации, Алена и Дэни, не взирая на бурные протесты со стороны Саши и молчаливое Валино недовольство, приняли решение отправить детей в убежище вместе с Китишем. Когда возмущенные «жуткой несправедливостью» брат и сестра отправились спать, старшие наконец-то смогли обсудить детали грядущей миссии. Алена была искренне благодарна Дэни за то, что в этот раз он не спрашивал ее, почему она так решительно настроена спасать своего друга и его изобретение: видимо, события минувшего дня сказали ему о ее отношениях с Мишей намного больше, чем любые слова.

– Подземная железная дорога? – округлил глаза Дэни, когда Славка начал рассказывать им о деталях своего плана.

– Ну да, – кивнул молодой человек. – Они следят за всеми входами и выходами, но патрулировать катакомбы целиком им не по силам. А поезду этому сто лет в обед. Он не на ходу! Вообще! Так что стоит он там себе один одинешенек…

– Но если он не на ходу, как мы сможем им воспользоваться? – все еще не понимал Даниел.

– Он знает про наши способности, – пояснила Алена.

– Что?! И он тоже?!

– Только в общих чертах! – тут же оговорился Слава. – В любом случае, ваш секрет в надежных руках!

Дэни шумно выдохнул.

– Темпы нашей популяризации меня поражают!.. – он не скрывал своего недовольства. – И Северин точно будет не в восторге.

– Ситуация ведь далеко не рядовая, – попыталась оправдаться Алена, чувствуя себя виноватой.

– Слушайте, я про вас знаю, и с этим уже ничего не поделать, – урезонил их Слава.

– Ну, это как сказать… – угрожающе начал Дэниел.

– Думаешь меня напугать? – с притворным сомнением уточнил Славка.

– Стойте! – вмешалась Алена. – У нас нет на это времени! Все так как есть! Он знает про нас, мы знаем про НЭС, похоже, секретов ни у кого не осталось! Теперь нужно сосредоточиться на том, что по-настоящему важно.

– А подземную станцию под Савеловским вокзалом они тоже не патрулируют? – уточнил Дэни. – А то причухаем туда…

– Говорю же вам, про этот поезд никто и не думает. Так же как про то, что кто-то решит пешком пройти больше ста километров по проложенным под землей железнодорожным путям.

– Откуда такая уверенность? – все еще сомневался Даниель.

– Есть человек у отца в офисе, который делится со мной информацией, – прозвучал уклончивый ответ.

– Похоже у тебя еще остались секреты…

– Дэни! – одернула его Алена. – Мы же договорились.

Тот лишь угрюмо кивнул.

– Ну, а что потом? – девушка вновь повернулась к Славе.

– Послезавтра утром стартует мотопробег. Мои друзья организуют. Колонна из полусотни байков отправляется на Памир. С дорожной полицией все уже согласовано, и на выезде из города ни у кого из них документы проверять не будут.

– Ты что, хочешь, чтобы я мотоциклом управляла?! – в голосе девушки прозвучал неподдельный ужас.

– Не дрейфь, – Слава покровительственно похлопал ее по плечу. – Будешь пассажиром.

Алена облегченно выдохнула.

– Так я еще согласна…

– Ну а ты? – Слава перевел взгляд на Дэни. – Сам поедешь, или… – он явно пытался его зацепить.

– Если есть свободный мотик, то без проблем, – коротко отозвался Даниел.

– Хм! – Славка удивленно вскинул брови. – Найдем, раз такое дело!

Дальше они договорились отвезти Сашу и Валю на встречу к Китишу на метро. После того, как дети окажутся в надежных руках поверенного Северина, Слава должен был забрать их прямо с Университетской площади на своей машине, чтобы вместе отправиться в Дубну.

Около восьми вечера Славка уехал к себе домой – в апартаменты в одном из небоскребов Москва-Сити. Проводив его, Алена заглянула в комнату родителей, где мирно посапывали на кровати уставшие после насыщенного событиями дня Саша и Валя.

– Как бы они завтра опять чего не выкинули, – заметил Дэни, взглядом указывая на спящих детей.

– В этот раз у них нет шансов увязаться с нами, – отрицательно покачала головой Алена, прикрывая дверь. – В Славкиной машине не багажник, а одно название.

– Ну, они более чем способные детки, – с сомнением отозвался молодой человек.

Несмотря на усталость, Алена не хотела ложиться спать: в голове была куча разрозненных мыслей, а стоило только прикрыть глаза, как перед мысленным взором появлялись картинки из недавнего прошлого: выстрелы, взрывы, Мишино ранение… Ей не хотелось вновь погружаться в эти воспоминания, и одновременно не хотелось думать о том, что ждет их завтра. Всего за несколько дней вся ее жизнь перевернулась с ног на голову, и тем ценнее казался этот вечер, который можно было провести в совершенно обычной обстановке, без всяких роботов, вооруженных оппозиционеров и видений об утопическом будущем человечества.

– Спать не хочется… – задумчиво произнесла она, проходя на кухню и доставая с полки банку с кофе. Несмотря на поздний час, именно кофе показался ей самым подходящим напитком. – Будешь?

Дэни согласно кивнул. Они взяли чашки и расположились на балконе, вытащив туда два кресла-мешка из Алениной комнаты. Жара спала, прохладный ветерок трепал кроны деревьев и разносил по двору свежие и легкие ароматы цветущей сирени и жасмина. Собирался дождь. Девушка накинула на ноги плед и откинулась назад, устраиваясь поудобнее в объятиях мягкого кресла. Она сделала небольшой глоток терпкого на вкус кофе без сахара с капелькой молока и посмотрела на сидящего рядом Дэни.

– Спасибо, – тихо проговорила она. – За то, что решил остаться.

Он молча кивнул, с удовольствием вдыхая аромат свежеприготовленного бодрящего напитка. И хотя молодой человек не выглядел напряженным, Алена почувствовала какую-то недосказанность, как будто его что-то беспокоило, но он не решался поделиться с ней своими мыслями. Возможно, он сомневался в надежности плана, который предложил Слава, или в том, что вообще стоит ему помогать… У Алены же сомнений не было. Конечно, она не знала, чем может обернуться для них столь рискованное мероприятие, но поступить иначе просто не могла. Ради чего спасать мир, рассуждала она, в котором не будет тех, кто тебе по-настоящему дорог?.. Неожиданно она подумала о том, что люди, которые больше полувека назад рисковали своими жизнями, сражаясь против фашизма, защищали не нечто абстрактное, называемое «родиной». Они защищали людей, которых любили и без которых не смогли бы жить.

– Возможно, мы сможем добраться до убежища, преодолев большую часть пути вместе с мотоциклистами? – вслух предположила Алена. – Они будут двигаться в нужном нам направлении.

– Возможно, – кивнул Дэни. – Если мы покинем город незамеченными – это плюс. Только вот что дальше? Думаешь, Северин согласится принять у себя наших спутников?

– Почему нет? Ведь если НЭС не достанется корпорации, то это нам только на руку.

– А что если это ловушка?

Его вопрос на несколько секунд повис в воздухе.

– Я доверяю Мише, – попыталась рассеять его сомнения девушка.

– Но сейчас мы доверяем не Мише. Откуда такая уверенность в Славе? По словам Северина, CYBRG устраняет любую, даже потенциальную угрозу. А такая древняя и мощная организация, как «Наследие» – это реальная опасность. Что если Слава намеренно манипулирует твоими чувствами, чтобы его отец смог добраться до «Наследия»?

– Ради своего друга я готова рискнуть, – решительно заявила Алена.

В ответ на ее слова Дэни едва заметно улыбнулся и покачал головой.

– Я сказала что-то забавное?

– Совсем нет, – отмел ее предположение молодой человек. – Если честно, то я восхищаюсь твоим отношением к дружбе. Я как-то попривык к тому, что люди лицемерят, предают друг друга, действуют расчетливо и цинично. Никто больше никому не доверяет, все отношения, даже самые близкие, строятся на договорной основе: вроде как любишь меня – тогда подпиши брачный договор! А тут ты со своими совершенно идеалистическими представлениями о дружбе и доверии. Неслабый контраст!

– Считаешь, это глупо? – нахмурилась девушка. – Тогда почему решил остаться? Ты ведь рискуешь своим будущим…

Дэни внимательно посмотрел ей в глаза.

– Потому что такой друг, как ты, стоит этого риска.

Теперь пришла Аленина очередь смущаться той прямоты, с которой было сделано признание: она не нашлась, что сказать и только улыбнулась в ответ. Ей сложно было разобраться в тех чувствах, которые несмотря на непродолжительное знакомство, вызывал у нее Даниел. Да и времени на это последние пару дней просто не было. И, тем не менее, как минимум в двух вещах Алена совершенно не сомневалась. Первое – она полностью ему доверяла. Второе – то, что она чувствовала к Дэни, не имело ничего общего с тем, что связывало ее с Мишей. На короткое мгновенье, она представила себе, какими могли быть их отношения, если бы она осталась в Москве, и они встречались бы как молодой человек и девушка. Наверное, раздумывая об этом, она слишком надолго задержала изучающий взгляд на своем собеседнике, потому что Дэни вопросительно вскинул брови и с улыбкой уточнил.

– Все в порядке? – в его глазах искрился смех, и Алена ощутила некоторую неловкость: а вдруг он сейчас читает ее мысли?

– Да! Абсолютно! – поспешно ответила она и даже слегка помотала головой, отгоняя от себя призрачные образы, смешанные чувства и слова Саши об их возможном совместном будущем.

– О’кей! – он пожал плечами и допил кофе. – Пожалуй, я пойду спать.

Алена последовала за ним в гостиную, по пути достав из стенного шкафа комплект чистого постельного белья. Но как следует отоспаться этой ночью им было не суждено. Минуя коридор, девушка вдруг остановилась как вкопанная, с удивлением наблюдая, как открывается входная дверь, и на пороге появляются бабушка с дедушкой. В темном коридоре они не сразу заметили остановившуюся в нескольких метрах перед ними Алену.

– Ты что, торшер в комнате не выключил? – удивилась Мария Леонидовна, когда Илья Васильевич, входя последним, закрыл за собой дверь в квартиру.

– Да вроде нет, – он щелкнул переключателем, и коридор озарился ярким светом.

Прищурившись, Алена сразу подумала о том, как объяснить предкам, почему в столь поздний час у нее в гостях Дэни и кто те дети, что спят на кровати родителей. Она уже даже начала подбирать слова, но вопрос, который задала Мария Леонидовна, поверг ее в ступор.

– Вы кто? – пожилая женщина с явным удивлением и даже некоторым подозрением смотрела на Алену и стоящего позади нее Дэни.

Илья Васильевич поправил на носу очки и тоже вопросительно уставился на замерших посреди коридора молодых людей.

– В каком смысле – кто? – наконец-то заговорила Алена. – Бабушка, это же я! Ты чего?

– Какая я вам бабушка, девушка?! – возмутилась Мария Леонидовна и попятилась. – Илья, звони в полицию! Это взломщики!

– Взломщики?!.. – возмутилась Алена, но тут услышала у себя в голове голос Дэни.

«Они забыли. Уже забыли о твоем существовании. Нам нужно уходить.»

– Что? – Алена обернулась, в полной растерянности глядя в его лицо, потом вновь посмотрела на бабушку и дедушку.

– Молодые люди, – покачал головой Илья Васильевич. – Значит, пока горожане по дачам, вы по квартирам шастаете и присваиваете чужое имущество! – он сделал шаг вперед, желая заслонить от возможной опасности жену.

Алена замотала головой.

– Нет! Все совсем не так…

И вдруг оба, и дедушка и бабушка, замерли, словно кто-то поставил их на паузу.

– Им лучше этого не видеть, – Алена и Дэни обернулись на голос. Позади них стояли Саша и Валя. Дети уже были одеты и в руках держали подаренные Аленой рюкзаки. – Нам нужно уходить, пока они не очнулись.

– Как уходить?.. – девушка умоляюще посмотрела на Дэни. – Как забыли?..

– Сейчас, – молодой человек быстро метнулся в комнату, закинул на плечи свой рюкзак, следом прихватил Аленин и лежащую рядом с ним небольшую сумочку и тонкую пуховую куртку. – Она права. Этого уже не изменить. Уходим.

– Они даже не вспомнят, что мы тут были, – заверила ее Саша, осторожно обходя замерших перед дверью хозяев квартиры.

– Но как же… – Алена слегка упиралась, когда Дэни начал подталкивать ее к выходу. – Подожди! – сквозь подступающий к горлу ком, попросила она. Саша и Валя были уже на лестничной площадке. – Подожди! – с отчаянием в голосе повторила Алена, останавливаясь перед застывшими без движения Марией Леонидовной и Ильей Васильевичем. Секунды она всматривалась в их до боли знакомые черты, и по ее щекам струились слезы. В памяти словно яркие картинки вспыхивали и тут же исчезали бесчисленные воспоминания, и сердце Алены сжималось от нестерпимой тоски. – Бабушка, – всхлипывая, она осторожно коснулась рукой морщинистой щеки и заглянула в ее слегка испуганные остекленевшие глаза. – Дед! – чувствуя, как ее сердце разрывается на части, Алена прижалась к его груди. – Простите меня… Я так вас люблю… Я всегда буду вас любить… – теперь она уже плакала навзрыд.

– Пойдем, – Дэни, прилагая немалые усилия, вновь подтолкнул ее к двери.

Девушка, всхлипывая, выпустила Илью Васильевича из своих объятий и тут же оказалась на лестнице.

– Пойдем пешком, – Саша жестом указала на лестницу, ведущую вниз.

Алена с трудом понимала, куда она идет, но, преодолев первый пролет, вдруг резко остановилась. На мгновенье ей показалась, будто мимо нее кто-то проскользнул вверх по ступенькам. Дэни заметил ее испуганный взгляд и поспешил пояснить.

– Это энергетические аватары. Я тебе про них рассказывал.

– Зачем они туда идут? Что они хотят сделать с моими дедушкой и бабушкой?! – она предприняла попытку ринуться обратно в квартиру.

– Они не причинят им вреда, – молодой человек преградил ей дорогу. В его взгляде читалось глубокое сочувствие. – Они лишь сотрут тебя из их памяти и уничтожат все, что может натолкнуть их на мысль о твоем существовании, – от этих слов Аленино сердце сжалось еще сильнее, теперь ее боль была почти физической. – Пойдем…

Величественный стан высотки на Котельнической набережной неприступной стеной отгородил тихий внутренний двор от беспокойно шумящей столицы. Над изящными башнями и высокими шпилями нависало мрачное, затянутое седыми облаками небо. Моросящий дождь призрачным туманом окутывал расположившийся прямо на крыше подземного гаража и утопающий в зелени вековых деревьев парк. Смеркалось. Алена с тоской посмотрела на озаренные теплым светом окна бабушкиной квартиры и поежилась. Саша, отлучившись «на минутку», вернулась с двумя зонтиками и, не дожидаясь расспросов, пояснила, что, мол, им зонтики сейчас нужнее, чем тем людям, которые уже дошли до своих подъездов. Алена не стала оспаривать Сашины методы выживания. Кто знает, какие еще противоправные действия им придется совершить, учитывая, что данные о каждом из них, возможно, уже стерты изо всех баз данных.

– Думаю, безопаснее всего нам будет остаться до утра тут, – заметил Дэни и накинул Алене на плечи куртку.

– Ну, хоть не холодно, и то ладно, – легко согласилась Саша, раскрывая над своей головой зонтик, а второй протягивая Даниелу.

– Как вы так живете? – Алена перевела опустошенный взгляд на присевшую на край лавочки девочку.

– Нормально! – как можно бодрее ответила та. – Нормально мы живем, да Валька?

Мальчик в ответ пожал плечами и тяжело вздохнул, а Алене на глаза снова навернулись слезы.

Утро следующего дня выдалось пасмурным и холодным. С высоты Воробьевых гор четверо спутников могли наблюдать низкие угрюмые тучи, зависшие над городом, непрекращающийся мелкий дождь, словно серой пеленой, окутавший зеркальные небоскребы и величественные высотки столицы. Алена шмыгнула носом и после очередного резкого порыва ветра поплотнее запахнула легкую стеганую куртку. В шесть утра в отсутствии людей и большого количества туристических автобусов просторная площадь и смотровая площадка перед зданием Университета выглядели пустынными и унылыми.

– У Китиша черный микроавтобус, – сообщил Дэни и поискал взглядом среди машин на стоянке нужную марку и номерной знак. – Вон!

Алена проследила за его взглядом: автомобиль поверенного Северина был припаркован вдоль дороги на краю смотровой площадки.

– Ну, вперед! – девушка поторопила вновь начавших выражать свое недовольство Сашу и Валю.

– Я вам точно говорю, – продолжала упорствовать девочка, несмотря на то, что шансов переубедить старших товарищей у нее совсем не осталось. – Нам лучше быть с вами. От нас много пользы!

– Лично я в вашей «полезности» не сомневаюсь! – улыбнулся Дэни, уже подходя к машине. – Я сомневаюсь в вашей безопасности.

Саша насупилась. Все четверо они остановились у черного микроавтобуса: на водительском месте никого не было, хотя, судя по запотевшим стеклам, если Китиш и ушел куда-то, то совсем недавно. Алена бросила короткий взгляд на часы: ровно шесть. Мимо проехал полицейский патруль.

– Давайте отойдем в сторонку, – предложил Дэни, проводив взглядом бело-синюю патрульную машину.

Все вместе они сместились к мощному мраморному парапету смотровой площадки и сделали вид, что с интересом обозревают центр столицы.

– Почему его нет? – забеспокоилась Алена и вопросительно уставилась на Сашу.

– Я не все на свете знаю, – все еще обиженно надула губки рыжеволосая девочка. – К тому же, вы решили обходиться без моей помощи! Так что, привыкайте!

Даниел проигнорировал вызывающий тон, которым была сказана последняя фраза.

– Подождем немного, – предложил он.

Однако спустя десять минут к машине так никто и не подошел. На телефонные звонки поверенный тоже не отвечал. Мимо них снова проехал патруль.

– В следующий раз точно остановятся, – со знанием дела сообщила Саша.

– Я пойду загляну в машину, – решила Алена и, не дожидаясь согласия остальных, быстрым шагом преодолела небольшое расстояние до черного микроавтобуса. Водительское место по-прежнему пустовало. Она обошла вокруг и с удивлением уставилась на неплотно закрытую откатную дверь, ведущую в салон микроавтобуса.

– Эй! – она помахала своим спутникам, и те мгновенно оказались рядом. – Здесь что-то не так…

Дэни огляделся. Удостоверившись, что поблизости никого нет, он жестом попросил остальных отойти чуть назад и осторожно потянул за ручку. Дверь плавно отъехала в сторону. Алена вздрогнула, сдерживая испуганный вскрик. В немой тишине они несколько секунд смотрели на тело пожилого мужчины, неподвижно лежащего в луже крови, растекшейся по полу микроавтобуса.

– Мертв, – Дэни даже не стал проверять пульс. Он резким движением захлопнул дверь, протер рукавом серебристую ручку и решительным жестом поторопил ошарашенных увиденным спутников. – Уходим!

– Что… Что произошло?.. – дрожащим голосом спросила Алена, когда пару минут спустя, она наконец-то смогла преодолеть своего рода шок.

Саша и Валя испуганно молчали. Следуя за Дэни, они почти бегом миновали площадь и, обогнув слева здание Университета, оказались на пустынной в этот час улице Лебедева.

– Я не знаю. Но нам нужно как можно скорее убраться отсюда.

– Где же Славка? – стараясь усмирить бешенное сердцебиение и прерывисто дыша, Алена в растерянности оглянулась по сторонам в поисках Славкиного спорткара. Но с противоположной стороны улицы им замигал фарами большой серебристый джип. Спутники замерли в нерешительности. Медленно опустившееся стекло водительской двери рассеяло их сомнения: за рулем был именно Слава. Он помахал рукой, и Алена решительно шагнула по направлению к машине.

– Стой! – Дэни поймал ее за руку.

Девушка удивленно оглянулась.

– Что? Почему? Идем скорее! – она потянула его за собой.

– Как думаешь, почему он на другой машине? – молодой человек не двинулся с места. Дети молча наблюдали за происходящим. – Может потому, что он знал, что нам не удастся отправить Сашу и Валю с Китишем?

Алена замерла, пораженная его догадкой.

– Нет… Он же…

– Он знал о наших планах, о месте и времени…

– Подождите! – неожиданно прервала их Саша. – Он на другой машине, потому что я ему это внушила!

Оба, Алена и Дэни, вопросительно уставились на рыжеволосую девочку.

– Я просто не теряла надежды, что мне удастся вас переубедить!.. – всхлипнула она.

Дэни нахмурился и еще раз посмотрел на недоуменно наблюдающего за их метаниями Славу.

– Пойдем! – Алена решительно взяла детей за руки и потянула за собой к машине. Дэни помог Саше и Вале забраться на заднее сиденье и сам сел рядом, в то время как Алена разместилась справа от водителя.

– Что произошло? Почему расширенный состав? – уточнил Славка.

Взревев мощным двигателем, джип резво стартовал от обочины. Алена все еще в нерешительности оглянулась на Дэни.

– Что? – Слава заметил ее взгляд.

– Водитель, который должен был забрать детей, убит у себя в машине, – глухо сообщила девушка.

Слава резко сбросил скорость и припарковался на обочине. Судя по виду, он был потрясен услышанным. В машине повисла немая тишина.

– Как думаешь, – первой заговорила Алена. – Это может быть как-то связано с тем, что мы задумали сделать?

– Шутишь?! – Славкино удивление казалось абсолютно искренним. – Как отправка детей в лагерь может быть связана с нашими планами? Кроме того, что нам всем пришлось подняться ни свет ни заря?

И тут до Алены дошло: Слава может и знал о том, что они с Дэни обладают не совсем обычными способностями, но не имел никакого представления о тайном обществе, которое за ними стояло.

– Есть шанс, что это просто разбойное нападение… – предположил он.

– Хочешь сказать, это совпадение? – подозрительность Дэни усиливалась на глазах: он внимательно наблюдал за Славкиной реакцией. – Никто не знал, когда и где мы собираемся встретиться с водителем. Никто, кроме нас пятерых.

Алена была в замешательстве. Славка нахмурился и, резко обернувшись к говорящему, уточнил.

– Думаешь, я кому-то рассказал, и этот кто-то решил пришить водителя детского автобуса?!

Дэни откинулся на спинку кресла и, сложив руки на груди, презрительно хмыкнул.

– Я ни с кем и ничего не обсуждал. Даже с Мишей не говорил, – добавил Слава. – И я с трудом могу предположить, как наш план по спасению НЭС связан с убийством вашего знакомого. Хотя сам факт меня, конечно, шокировал…

«Ты ему доверяешь?» – вопрос Дэни прозвучал прямо в Алениной голове.

«Я готова рискнуть» – так же без единого звука отозвалась девушка, а вслух тихо проговорила. – Поехали, Слав.

Несмотря на пережитый шок, молодым людям пришлось без промедления взять себя в руки и обсудить дальнейший план действий, учитывая «расширенный состав» участников. Слава заверил их, что транспортировать детей на мотоциклах не придется, так как следом за байкерами будет двигаться несколько микроавтобусов сопровождения, и Саша с Валей смогут отправиться в путешествие не только в комфортных условиях, но и в приятной компании из нескольких детей организаторов мотопробега. Что же до самого побега из Дубны, у Славы все было продумано. Еще намедни он заказал большой барбекю из стали, так что для всех кто спросит, они ехали в гости к Мише, чтобы насладиться пикником на свежем воздухе. В остальном же план не изменился: вечером они должны были спуститься в катакомбы и покинуть город на старом поезде, а дальше с Савеловского вокзала отправиться в мотоклуб, где их уже будет ждать необходимое снаряжение и транспорт. Алена с трудом представляла себе, как им удастся все это сделать и остаться при этом незамеченными, но Слава был настроен более чем оптимистично.

На въезде в Дубну, возле поста дорожной полиции было припарковано три черных микроавтобуса с вооруженными до зубов сотрудниками службы безопасности корпорации, в сравнении с которыми несколько полицейских, облаченных в синюю форму, выглядели совсем безобидно. Обязательная проверка браслетов не заняла много времени, и серебристый джип резво помчался дальше по улицам города. Пассажиры Славкиной машины с изумлением наблюдали большое количество полицейских, патрулирующих улицы города.

– Тут прям мышь не проскочит… – покачал головой Дени.

– По дорогам – нет, – довольный своей задумкой, усмехнулся Слава.

Остановившись перед КПП на въезде в поселок, все пассажиры вновь прошли процедуру идентификации личности. Добро на въезд было получено без проблем, и Слава ловко припарковал внушительных размеров автомобиль на площадке возле Мишиного дома. Оказавшись на улице, Алена задрала голову и с тоской посмотрела в пасмурное небо. Дождь перестал. Местами сквозь низкие кучевые облака пробивались яркие солнечные лучи. Мишин дом, как и большинство домов вокруг, выглядел более чем печально – побитая облицовка стен, разлетевшиеся в дребезги окна, из которых на улицу вырывались изорванные в клочья шторы и тюль. Возле двери, которую явно только накануне заменили, Слава галантно пропустил Алену вперед, и она, скрепя сердце, нажала кнопку звонка.

И тут произошло непредвиденное: рядом с джипом остановился по виду до неприличия дорогой черный мерседес, водитель которого доведенным до автоматизма движением распахнул заднюю дверь, и из салона показался Андрей Васильевич.

– Доброе утро, сынок! – он бодрой походкой направился к скучившейся возле входа в дом разношерстной компании.

Славка натянуто улыбнулся: видимо более дружелюбная манера общения могла показаться его отцу подозрительной. Они обменялись рукопожатиями. – Рад вас видеть, Алена! – Андрей Васильевич приветствовал единственную знакомую ему девушку и кивнул остальным ребятам. – Рановато вы на ногах!

– Мы решили отдохнуть как следует! Пикничок организовали! Гриль, пиво, все дела! – в своей привычно легкомысленной манере отозвался Слава. – А то все такие унылые ходят после нападения – прямо траур какой-то!

– Хм! Это неслабый стресс, между прочим. А тебе все нипочем! – в голосе Андрея Васильевича звучало неодобрение и даже осуждение.

– Мы просто хотим немного отвлечься от этого самого стресса, – поддержала Славу Алена.

И тут дверь распахнулась, и на пороге показался слегка заспанный хозяин дома, одетый в пижамные штаны и футболку. Не дожидаясь, когда растерянное выражение на его лице развеет в глазах Андрея Васильевича легенду о запланированном пикничке, Алена бросилась Мише на шею, практически втолкнув его обратно в дом, и поцеловала. Теперь растерянность молодого человека можно было списать на нежданный поцелуй.

– Привет! – девушка чуть отстранилась. – А вот и мы! Чуть раньше чем планировали!

– Ну-ну… – Андрея Васильевича явно смутило столь бурное проявление чувств. Он кивком поприветствовал Мишу и, похлопав сына по плечу, направился обратно к машине. – Успехов! – бросил он на ходу.

Глядя ему в след, Славка раздраженно поморщился и поторопил остальных гостей войти в дом.

– Прости, – глядя другу в глаза, Алена почувствовала смущение. – Он просто мог догадаться, что ты нас не ждал…

Миша не сразу нашелся, что ответить. Зато Слава не скрывал своего восторга.

– Отличный ход! Ты просто прирожденный конспиратор!

Алена еще больше смутилась, а Миша, проводив словоохотливого друга укоризненным взглядом, молча обнял девушку и поцеловал в макушку.

– Будем считать, что этот поцелуй мне только приснился, хорошо? – предложил он.

– Хорошие у тебя сны! – не удержалась от комментария Саша. Бросив многозначительный взгляд на молчаливо наблюдавшего за происходящим Дэни, она свернула в кухню.

– За словом в карман не лезет, да? – хмыкнул хозяин дома.

Избегая взгляда Дэни, Алена коротко кивнула и тоже покинула коридор.

– Твой отец точно ничего не заподозрит? – она присела за обеденный стол, в то время как Славка уже по-хозяйски включил кофемашину и достал чашки.

– Мой отец не особо высокого мнения о моих интеллектуальных способностях и моральных ценностях, – Славка всегда говорил о родителях с нескрываемым раздражением. – Уверен, он считает, что уже через пару часов я буду пьян в стельку!

Миша подошел к другу и, вопреки протестам забрав у него первую приготовленную порцию кофе, сделал маленький глоток.

– Что вы задумали? – спросил он, окидывая серьезным взглядом честную компанию, которая теперь в полном составе разместилась у него на кухне.

– А ОНИ нас не слышат? – Слава многозначительно поводил глазами из стороны в сторону.

– Совершенно точно не слышат.

Все присутствующие обернулись на голос. Это была НЭС. Она вошла очень тихо и, кивком головы поприветствовав гостей, осталась стоять в дверях.

– Даже не верится, что она ненастоящая! – с интересом рассматривая робота, выдохнула Саша.

Миша сделал еще один глоток и, не желая продолжения обсуждения «натуральности» внешности НЭС, подтвердил ее слова.

– Здесь мы в безопасности, поэтому говорите, что у вас на уме.

– Вот ведь как опасно, когда твои сотрудники во много раз умнее тебя! – резюмировал Слава, отхлебывая кофе. – Ладно, Аленка расскажет тебе о деталях нашего плана, а мы с Дэни пока смотаемся за барбекю, он у меня в гараже!

Даниела не пришлось просить дважды, и вместе молодые люди быстро покинули дом.

– Нам бы поесть, – Саша жалостливо поглядела на Мишу.

– Все, что есть в холодильнике, в вашем распоряжении! – великодушно отозвался хозяин.

Получив разрешение, дети не мешкая прихватили с собой несколько контейнеров с едой и удобно устроились на большом диване в гостиной. НЭС включила им новомодный видеопроектор, и юные гости с головой погрузились в яркий аниме-сериал.

Миша поставил перед Аленой чашку кофе и выложил на тарелку несколько пончиков. Он без сомнения был искренне рад тому, что она вернулась, но к этой радости примешивалась сильная тревога: он боялся за нее, Алена это чувствовала.

– Признавайся, что Славка тебе наплел? – первым заговорил он.

Девушка не успела ответить – в кухню вошла НЭС.

– Я буду в лаборатории, – сообщила она и поспешила покинуть помещение, чтобы, как это уже не раз случалось, позволить друзьям пообщаться наедине.

– Подожди! – окликнула ее Алена. Робот обернулся на голос и изобразил на своем лице что-то вроде сомнения. – Да, я прошу тебя остаться. То, что мы задумали, касается и тебя тоже. А значит ты должна быть в курсе, – она взглядом указал на стул, предлагая НЭС присесть, и та без дополнительных вопросов исполнила просьбу. Следующие несколько мгновений Алена пристально изучала ее лицо – спокойное, бесстрастное и очень красивое.

«Интересно, что вдохновило Мишу на создание такого идеального образа? – подумала она».

– Вижу, тебе все еще не по себе в моем присутствии, – заключила НЭС, без тени эмоций выдерживая изучающий взгляд.

– Я привыкну, – Алена старалась говорить как можно увереннее. – Но сейчас намного важнее не то, как я чувствую себя в твоей компании, а то, что нам предстоит сделать. Вместе.

И она поведала им о плане побега, который предложил Слава, включая возможность покинуть город вместе с участниками мотопробега. Закончив рассказ, девушка вопросительно уставилась на благодарных слушателей, которые за время ее повествования не произнесли ни слова.

– Я категорически против, – нарушил молчание Миша.

– В каком смысле? – оторопела Алена, краем глаза оценивая реакцию НЭС, но та сохраняла все то же непоколебимое спокойствие.

– В том смысле, что это очень опасно. Я не стану рисковать твоей жизнью, и жизнью твоих друзей.

– Мы сами решим, что делать со своими жизнями! – донесся из гостиной голос Саши.

Миша раздраженно встал со своего места, закрыл дверь и вернулся обратно за стол.

– И как она расслышала то?! Каждой бочке затычка! – буркнул он.

– И тем не менее она права, – поддержала девочку Алена. – Мы приняли решение, и ты нас не отговоришь.

– Ладно, предположим, выберемся мы каким-то чудом из Москвы, – снова заговорил хозяин дома. – А дальше-то что?

И вот тут Алене пришлось раскрыть все карты. Услышав о Наследии – древнем тайном обществе, покровительствующем «истовым» и их убежище, в которое им предстоит отправиться, Миша несколько растерялся, но ненадолго.

– Так это они показали тебе будущее и наплели про злобный искусственный интеллект, который только спит и видит, как бы поработить человечество? – уточнил он, хотя по виду даже не сомневался в ответе.

Девушка потупилась.

– Понятно, – молодой человек встал из-за стола и долил себе еще кофе. – И ты предлагаешь нам заявиться в их тайное убежище в компании этого самого вселенского зла в лице НЭС?

– Именно это я и предлагаю, – спокойно подтвердила Алена.

– НЭС, изобрази, пожалуйста, удивление, – попросил Миша. – Раз уж мы решили вывести тебя в свет и показать миру, самое время потренироваться.

Девушка-робот послушно вскинула брови и чуть приоткрыла рот. В другой ситуации Алена бы точно рассмеялась над этой неуклюжей попыткой робота воспроизвести мимику живого человека, но только не сейчас.

– В борьбе с корпорацией у нас нет других союзников, – она серьезно посмотрела на Мишу. – А, значит, нет выбора.

Неожиданно для всех НЭС согласно кивнула.

Молодой человек глубоко вздохнул и внимательно посмотрел на Алену, потом на НЭС, потом снова на Алену, и тут в кухню вошел Слава: как раз вовремя, чтобы хозяин дома понял, на кого ему стоит выплеснуть все свои противоречивые эмоции.

– А вот и наш стратег! – громко приветствовал он друга, через всю кухню запулив в него первым, что попалось под руку – мягким тапочком. Слава ловко увернулся и тут же искренне возмутился.

– А что тебе не нравится в моей стратегии! Я все продумал!

Детали их словесной перепалки мало кого интересовали, тем более, что у Алены не было сомнений – вместе они убедят Мишу. Так и произошло.

Слава был уверен, что за домом Миши следят. Барбекю, пиво, громкая музыка во дворе, все это неоднозначно свидетельствовало об отличном времяпрепровождении компании молодых людей, но было организовано исключительно для отвода глаз. Словами не передать, с каким трудом Алене давались все это время заливистый смех и лучистая улыбка, в то время как нервы ее были напряжены до предела. За весь день она перекинулась с Дэни всего лишь несколькими незначительными фразами. Но если бы она не была так обеспокоена предстоящим побегом, то заметила бы, как внимательно он наблюдал за ней и Мишей, когда они оказывались рядом. Зато Саша с Валей отрывались на полную – кола лилась рекой, и крылышки со стейками поглощались ими в неограниченных количествах. Но как только начало смеркаться, компания плавно переместилась в дом.

– У меня все готово, – заявила НЭС, демонстрируя внушительных размеров рюкзак, в который она сложила минимально необходимое оборудование.

Миша оглядел всех собравшихся и тяжело вздохнул.

– Единственное на что нам стоит надеяться, так это на…

– …на удачу? – усмехнулся Слава, неосознанно нарываясь на очередной меткий бросок тапком.

– Нет. На то, что твой отец и сотрудники службы безопасности такого дилетантского и почти магического плана побега даже представить себе не могут.

– Так и есть! Для них мы совершенно непредсказуемы! – уверенно выступила вперед Саша.

– Вот! Устами младенца… – начал было Слава.

– Пойдемте уже, – одернула его Алена.

За дверью, ведущей из лаборатории в катакомбы, никого не оказалось. Молодые люди по очереди спустились вниз по винтовой лестнице. На карте, которую Миша нарисовал на планшете, был четко обозначен нужный маршрут. Осторожно шаря фонариками по неровному полу и местами влажным бетонным стенам, спутники уверенно двинулись в направлении подземной железнодорожной станции.

– А почему никто из службы безопасности не дежурит около выхода из лаборатории? – почему-то шепотом поинтересовалась Алена, обращаясь к Мише.

– Смысла нет. Они даже связаться отсюда ни с кем не могут. Поэтому дежурят только у выходов. Да и куда я здесь денусь, ну правда? Спрячусь в каком-нибудь тупике?

Алена не могла не согласиться. Она боязливо поежилась, озираясь по сторонам, ведь заброшенные подземные ходы чем-то напоминали декорации из злополучных фильмов ужасов.

– Интересное местечко, – воспользовавшись тем, что Миша отвлекся на разговор с НЭС, рядом с Аленой оказался Дэни. – Как настроение?

– Шутишь что ли? – девушка оглянулась: лишь на мгновенье рассеянная дрожащим светом фонариков темнота сплошной стеной смыкалась у них за спиной.

– Совсем нет. При других обстоятельствах даже интересно было бы тут полазить.

– Мне все равно тут не нравится, – отозвалась девушка. – И возвращаться сюда при других обстоятельствах как-то не хочется… – она исподлобья взглянула на Дэни, но в сгустившейся вокруг темноте так и не смогла различить выражение его лица. – Ты еще не жалеешь, что отправился со мной в это путешествие?

– Не жалею, – сказал он уверенно, а потом шутливо добавил. – В конце концов, когда еще мне случится побродить по заброшенным катакомбам времен Второй мировой войны в компании разумного робота?

– И в самом деле! Такой шанс выпадает раз в жизни, да и то не каждому! – рассмеялась в ответ Алена, чувствуя, как бесследно исчезает возникшее между ними напряжение.

Минут через тридцать узкий тоннель, по которому двигались беглецы, стал заметно шире, и вскоре закончился высокой аркой – входом в просторный зал: фонари спутников выхватывали из темноты очертания металлических контейнеров, вроде тех, которые можно увидеть в составе грузовых поездов, огромные деревянные катушки с кабелями и еще кучу какого-то технического хлама. Среди всего этого старья и притаился видавший виды электропоезд: всего три вагона, первый и последний с кабинами машиниста, чтобы состав мог двигаться в обоих направлениях. Молодые люди подошли ближе. Слава скользнул фонариком по порядком ржавым рельсам, убегающим в тоннель на противоположной стороне зала.

– Ну вот мы и на месте, – резюмировал он, обводя восторженным взглядом покрытый толстым слоем пыли состав.

– Миша обернулся к Алене и Дэни.

– И как вы его сдвинете?

– Лучше мы! – рядом с ним возникла Саша. – Мы же должны как-то оправдать свое присутствие в составе этой… ммм…экспедиции!

– Ну, давайте, попробуйте! – Дэни явно развеселила решительность девочки и ее брата.

– Что, думаешь не справимся?! – вспыхнула та.

– Ну удиви меня! – продолжал подначивать ее Даниел.

– Валя, он в нас сомневается! – Саша надула губки. – Давай ему покажем, что мы можем!

Брат и сестра подошли к головному вагону и встали рядом. Остальные с интересом наблюдали за тем, как дети, заняв устойчивое положение, соединили руки перед грудью – одна ладонь поверх другой. Несколько секунд ничего не происходило, а потом между пальцами у них затеплился едва различимый свет. Он становился все ярче и ярче. Саша первой стала отдалять ладони друг от друга. Теперь свет в ее руках принял форму сферы, которая увеличивалась и уплотнялась по мере того, как девочка отдаляла руки. Вскоре она словно лепила большой снежный ком, плавно перемещая ладони по поверхности ярко-золотистого шара размером с баскетбольный мяч. А потом она с резким выдохом метнула этот шар в темноту перед собой и тот, заискрившись, в считанные секунды обратился в огненного цвета собаку, размером с лошадь. Алена отшатнулась. У нее перехватило дыхание. Пес, которого создал Валя, тоже вырвался на свободу.

– Мой больше! – явно передразнивая брата, крикнула Саша. Мальчик насупился, и его пес угрожающе клацнул зубами и зарычал, словно собираясь наброситься на своего огненного собрата. Тот оскалился в ответ.

– Эй, ну хватит! Силы вам еще понадобятся, – осадил детей Даниел. – Запрягайте их и погнали, чего время терять!

– Мой все равно больше! – ухмыльнулась Саша.

– Это невероятно… – с трудом отведя взгляд от аватаров, проговорил Миша. Слава только молча кивал в подтверждение его слов.

– Очень интересное явление, – неизменно спокойным тоном сообщила НЭС, видимо, помня о необходимости выражать свои чувства, чтобы не выделяться.

– Чаще всего их делают невидимыми, – снисходительно пояснил Дэни. – А сейчас детки просто решили повыпендриваться и произвести на вас впечатление, – с этими словами он подошел к плотно сомкнутым дверям поезда и без особых усилий раздвинул их руками. Изображать удивление у НЭС получалось все лучше и лучше. Чтобы забраться в вагон, молодые люди воспользовались металлической выдвижной лестницей. Саша и Валя разместились в кабине, сообщив, что оттуда им будет проще управлять аватарами, хотя Дэни тут же шепотом пояснил остальным, что это совершенно необязательно, и детям просто охота поиграть в машинистов.

– Ну, трогайте! – скомандовал он, когда все участники «экспедиции» расселись на обтянутых дерматином и порядком запылившихся диванах первого вагона.

– Поезд отправляется! – торжествующе сообщила Саша.

Как по команде, состав резко дернулся, скрипнул и заскрежетал ржавыми колесами по не менее ржавым рельсам. Алене захотелось заткнуть уши, настолько неприятным и громким был этот звук. Следуя за светящимися в темноте гигантскими псами, поезд нырнул в тоннель. Аватары постепенно ускорялись и вскоре перешли на рысь.

– Саш, ты не гони, – заглянув в кабину, резонно заметил Дэни и окинул взглядом пошатывающийся и покрякивающий вагон. – А то как бы этот раритет не рассыпался по дороге.

Алена огляделась: все ее спутники были при деле. Саша и Валя «управляли» поездом, Дэни, явно опасаясь оставлять их без присмотра, замер в дверном проеме, ведущем в кабину машиниста. Слава, стараясь перекричать шум поезда, что-то оживленно рассказывал НЭС; Алена задержала на них свой взгляд и подумала, как все же странно, что Слава питает к этому… существу… больше привязанности, чем к родному отцу…

– Привет! – к ней подсел Миша.

«Не нужно кричать, – мысленно сообщила ему Алена. – Мы можем и так поболтать – без слов».

«Будешь читать мои мысли?»

«Только те, что адресованы мне. А ты будешь слышать мои».

Он согласно кивнул и сообщил.

«Не очень-то привычно так общаться».

«Мне тоже».

«Знаешь, я весь день только и делал, что критиковал ваш со Славкой план, – неожиданно признался Миша. – А должен был бы сказать спасибо, за вашу смелость и решительность».

«Славе обязательно это скажи, – поддержала Алена. – И ты, и НЭС очень важны для него».

«Я знаю. Но сначала хочу поблагодарить тебя. Ты ведь многим рискуешь, оставаясь на моей стороне и помогая мне сохранить результаты моей работы. Маловероятно, что шишки из Наследия одобрят твое решение… – он помолчал, а потом, коснувшись браслета на ее руке, добавил. – Мне сложно это признавать, но без тебя я реально становлюсь слабее. Не физически, конечно, а душевно. Если честно, то все эти годы я и не жил толком: лишь методично двигался к своей цели, добивался результатов, получал признание… Но все эти свершения были лишены глубокого смысла. Знаешь, когда все сводится к успеху ради успеха, прогрессу ради прогресса и даже выздоровлению ради выздоровления жизнь утрачивает смысл, и человек уподобляется машине. Я сам стал как робот и создал НЭС по своему подобию…»

«Со мной было почти тоже самое, – беззвучно отозвалась Алена. – Внутри было пусто, и ничто не радовало по-настоящему. Признаюсь, я даже не уверена, что на самом деле сожалею о том, что мое такое предсказуемое и светлое будущее кануло в небытие…»

Искрящиеся огненно-золотистым светом аватары легко увлекали столетний поезд в непроглядную тьму давно заброшенного тоннеля. Эти угрожающего вида существа двигались совершенно бесшумно, но Алене казалось, что сквозь грохот и скрежетание, с которыми мчался состав, она могла слышать их свирепое рычание и пронзительный скребущий звук от когтей, проскальзывающих по металлическим рельсам. Оглядываясь назад, Алена почти физически ощущала, как прерывается ее связь с прошлым и растворяется в смыкающейся позади темноте ее привычная и размеренная жизнь. Сидя в несущемся навстречу неизвестности поезде, она смотрела в пустоту прямо перед собой, гадая, что ждет их впереди? Может, отважившись бросить вызов вездесущей и всесильной корпорации, они обрекли себя на верную гибель? Какие у них шансы? Смогут ли они отыскать скрытое в горах Алтая тайное убежище «истовых»? Удастся ли им заручиться поддержкой загадочных Хранителей? А что если и там, среди тех, кого Дэни называл «своими», им не найдется места? Алена коснулась рукой кулона. В окутавшем ее холодном мраке подземелья не было ответов. И все казалось призрачным и иллюзорным, кроме тепла руки, согревающего ее руку.