1

Небольшое помещение с ободранными стенами и потолком, с грязными подтеками и плесенью, в котором стояли два небольших засаленных дивана и кухонный гарнитур, в щелях которого обитали тараканы. На одном из диванов сидела светловолосая, кареглазая девочка и смотрела на свою мать, возившуюся над столешницей справа у входа. Она стояла в темно синем халате с красными цветами и жарила рыбу, отчего все помещение наполнял стойкий запах. Девочка зажала нос маленькими пальчиками, сквозь которые она всматривалась в родные черты, светлые сальные волосы были собранны в пучок, «волосы как у мамы» с нежностью подметила девочка, она всматривалась в лицо с пустыми, безжизненными, голубыми глазами, острый нос придавал лицу некую тоску или даже жизненную усталость. Смотря на маму, сердце у малышки сжималось от жалости «она такая измученная» думала девочка. На шее было два шрама, откуда они взялись, малышка не знала и потому часто фантазировала на эту тему. В своей голове девочка представляла маму, сражающуюся на мечах со злодеями.

– Воняет, – ели слышно выговорила она.

Мать оторвала взгляд от некогда белой плиты с большими коричневыми подтеками и черным нагаром.

– Воняет ей! Всем нам приходится что-то терпеть в этой жизни, не нравится, выйди вон. – Женщина тряхнула головой в сторону выхода. На что девочка лишь устало отвела взгляд в угол, где сидел коричневый медведь с некогда белом животом, теперь же он был с желтыми пятнами, слева на медведе была вышита красная лапка, для ребенка она представлялась сердечком плюшевого друга. Над игрушкой в своей паутине обитал паук. Сморщив лицо малышка, снова обратилась к матери.

– Мам, паук снова сделал себе дом над мистером Хомки.

– У меня нет на это времени, раздраженно бросила женщина, глаза ребенка начали наполняться слезами, материнское сердце сдавила жалость. Со столешницы женщина взяла полотенце и смахнула неугодного квартиранта.

– Ну, теперь довольна? Сухо произнесла женщина. На что девочка лишь повела плечами.

– Отвечай, когда я с тобой говорю Кэти!

– Хорошо мам. Я не знала что сказать, он же всегда возвращается в этот угол.

По столешнице заскользил коричневый таракан. Женщина попыталась прихлопнуть его лопаткой, которой переворачивала рыбу. Глухие стуки раздались по комнате. Но нарушитель спокойствия уже проскользнул в щель между столешницей и раковиной. Выключив плиту, женщина средством охоты за тараканом бросила несколько кусков рыбы в тарелку. Вручив тарелку с рыбой девочке, мать покинула помещение, хлопнув крашенной железной дверью. Вместе с хлопком в комнату попал и глоток свежего воздуха. Кэти опустила глаза, аккуратно приподняла кусок рыбы и укусила его, доставая изо рта мелкие косточки. Девочка снова посмотрела в угол, где проживал Хомки, паука не было видно, тогда взгляд упал на плиту, где на выключенной, но еще теплой конфорке стояла рыба, на столешнице уже вовсю хозяйничали тараканы.

За окном послышалось гудение подъезжающей машины. Кэти быстро побежала к раковине, выбросив остатки рыбы в мусор, девочка бросила тарелку в раковину. Придвинув стул, девочка забралась на него и стала полоскать за собой тарелку, краем глаза следив за тараканами на кухонной поверхности. Над раковиной висел небольшой шкаф, малышка приоткрыв его, постаралась протиснуть тарелку внутрь, но стул опасно заскрипел и отъехал на несколько сантиметров от раковины. Маленькое сердечко заколотилось от страха, девочке показалась, что от испуга ее даже бросило в жар. Медленно выдохнув, девочка снова попыталась положить тарелку на место, но из-за того что она немного отдалилась от своей цели ей пришлось встать на цыпочки. Наконец-то тарелка со звоном оказалась внутри шкафа и девочка с облегчением вернула стул на место. Звук открывающейся двери заставил девочку вздрогнуть. В комнату вошла мать.

– Отец приехал, сообщила она дочери, и Кэти по привычке и без лишних слов отправилась в угол к мистеру хомки и пауку, который еще не вернулся к ее удивлению.

Смуглый полный мужчина с угольно черными волосами, вошёл в дом и суровым взглядом обвел помещение, по выражению его лица и мать и дочь понимали, что глава семейства сегодня не в духе. От этого взгляда Кэти всегда становилось не по себе, ей казалась что внутри все превращается в лед, но к сожалению она не чувствовала себя в этот момент героиней своей любимой сказки «Снежная Королева», которую читала учительница в подготовительной группе. Отец пошел в ванную комнату, которая находилась напротив входной двери в самом конце помещения.

– Где мыло Лиз? Послышался недовольный крик из-за двери.

Лиз, не теряя минуты, бросилась к двери, но потом вернулась к небольшому шкафу, который стоял напротив кухонного гарнитура. Достав оттуда кусок мыла, вошла в ванную и дверь закрылась. Кэти была напугана, и все больше прижималась к Хомки в углу, не замечая того, что паук уже нежился на своей паутине в этом же углу чуть выше. Дверь резко отворилась, со стуком ударилась о стену, сбив кусок краски который при падении на пол разлетелся на мелкую крошку.

– Том, ты будешь ужинать? Я рыбу приготовила.

Мужчина недовольно смотрел на жену.

– Я не люблю рыбу! Ты же знаешь.

– Больше ничего не было. – Голос Лиз задрожал

– Накрывай на стол. Мужчина подошел к раковине, кружки нигде не было и он открыл подвесной шкаф. Тарелка что туда положила Кэти выпала и разбилась, что привело мужчину к вспышке ярости.

– Насколько же вы безалаберные. Мужчина стал открывать все дверцы на нижних полках гарнитура. Там были кучей накиданы кастрюли и железные и пластиковые тарелки, корзины с разной мелочью кухонные полотенца. Том в порыве необоснованной злости стал выбрасывать содержимое нижнего гарнитура на пол, все разлеталось по комнате. Мужчина направился к другому шкафу, что стоял напротив. Там были сложены вещи и поверх сложенных некоторые вещи лежали сверху, которые Лиз не успела сложить.

Мужчина стал выбрасывать вещи на пол, оставляя голые полки. Том кричал, оскорбляя жену и дочь, и скидывал все с полок и верхов шкафов, пока на полу не образовался бедлам из хлама вещей и посуды.

Девочка в ужасе смотрела на своего отца, а мать лишь бессильно ходила за мужем и оглядывала фронт работы. Лиз очень боялась мужа, у нее дрожали руки, во рту все пересохло так, что язык прилип к небу. Женщина продолжала молчать, лишь виновато приклоняя голову. Маленькая Кэти еле сдерживала свои рыдания, слезы бесшумно скатывались по детским щекам. Чтобы не издавать и звука малышка прикусила губу, она боялась расстроить отца еще больше. Несмотря на свой юный возраст Кэти знала как не попасть под горячую руку, а если уже попала, то нужно молча терпеть.

Том покинул дом, хлопнув дверью, но перед этим он не забыл заглянуть в ванную, чтобы навести и там свои порядки. Он не собирался оставаться в таком бардаке, поэтому отправился спать в машину. Лиз наклонилась и начала складывать посуду в раковину. Она бросила усталый взгляд на Кэти.

– Ты протри полки внизу, и складывай пока туда помытую посуду и делай это аккуратно, иначе придется все переделывать.

Весь этот бардак им удалось одолеть лишь к двум часом ночи. Без двадцати два мать велела Кэти идти спать, сказав, что дальше справится сама.

Семья Вайт жили в бедном районе городка Топол. Том был простым работягой на лесопилке, Лиз сидела дома, занимаясь воспитанием малышки Кэти, которая ходила в подготовительный класс.

Но мало кто мог подумать, что простодушный работяга Том был тиран. А жена его была настолько им запуганна, что даже боялась от него уйти. Малышка Кэти тоже до безумия боялась отца, хотя ей и значительно доставалось и от матери.

На участь малышки Кэти выпало немало испытаний. Она росла в семье со знанием того, что она не желанный ребенок. Ей в задушевной беседе об этом рассказала мать, сказала, что не хотела этого ребенка и просила деньги на аборт, но отец толи из-за его скупости, толи чтобы больше привязать к себе Лиз не дал ей денег на аборт. Но вначале беременности Лиз как-то лежала на животе смотря очередную муть по ТВ, когда заметила кровотечение. Опасаясь за свою жизнь, женщина обратилась в больницу. Но там спасли не только ей жизнь, но и ребенку. Не любовь своей матери к себе Кэти отрицала, она старалась делать все, чтобы добиться расположения матери. Даже тогда, когда мать била ремнем по рукам малышки за то, что она нашла и съела несколько штук спрятанного печенья, малышка винила во всем себя, в слезах она молила маму перестать, говорила, что не стоило ей брать печенье, что ей очень жаль, и она больше так не будет. Сладости Кэти получала от матери в малой порции, остальное мать берегла для того чтобы было с чем погонять чай с соседкой и для мужа которого она не только боялось, но и очень любила. Кэти была очень сдержанным и терпеливым ребенком, но в силу своего возраста она не всегда могла справиться со своими эмоциями и чувствами. В один из выходных дней мать как обычно задерживалась с обедом и голод извел маленького ребенка. Девочка начала плакать и просить еду, мать возилась с тестом, формируя из него плюшки, несколько плюшек лежали на ковре из муки. Лиз просила дочь успокоиться, но она, кажется, совсем не слышала мать. Тогда Том соскочил с дивана и бросился к дочери и большой грубой рукой стал совать в рот кусок теста, который был в форме плюшки.

– Давай жри! – Раздраженно выкрикивал отец. Девочка чувствовала во рту сладковатый привкус теста и размокающей от слюней муки. Она даже не сразу поняла что произошло. Но слезы сами собой прекратились, она понимала, чтобы себя защитить, нужно замолчать и не провоцировать. Разъяренное лицо отца, когда тот пытался накормить ее тестом, девочка запомнит на всю жизнь. Его лицо и без того всегда выражающее суровое недовольство, превратилось в гримасу раздражения и необоснованной ненависти. Его темные глаза казалось стали вовсе черные, он был похож не на человека, а монстра преследовавшего Кэти во снах до одиннадцати лет. Все детство Кэти подвергалась насмешкам и унижениям со стороны родителей. Они высмеивали ее за ее внешность и худобу, давали ей обидные клички. Но девочка все равно любила своих родителей, она не знала другого отношения и потому принимала его за норму и старалась всячески угодить им.

Поступив в школу, Кэти попала под травлю одноклассников. Она была очень худой и плохо физически развита для своего возраста, вещи мать всегда покупала ей на несколько размеров больше, и они с Кэти постоянно ушивали их в течении года, из-за этого одноклассники придумывали про нее оскорбительные шутки. Она плакала и жаловалась мистеру Хомки, к сожалению для нее плюшевый медведь был единственным другом. Она была глубоко несчастна и одинока и часто чувствовала себя лишней в этой жизни, поэтому она фантазировала, в своих фантазиях она была лидером, любимицей учителей и одноклассников, в ее фантазиях она была очень крутой с классными друзьями и красивой и подходящей по размеру одеждой. В школе ее дразнил толстый одноклассник в очках, Кэти пыталась дать отпор, но ее попытки выглядели жалко, поэтому в своих фантазиях, где она крутая и бесстрашная, она срывала с него очки и разбивала их об асфальт, притопнув их сверху ногой. И он, поверженный как слепой крот, выбравшийся наружу, убегает в поисках своей норки. А победительница Кэти выкрикивает ему в вдогонку кличку « кладбище пельменей», которую она придумала еще в первый раз, когда «пухляш» впервые ее унизил перед классом. Но, к сожалению, ее фантазиям не суждено было стать реальностью, зажатая в тисках ненависти и издевательств окружающих, малышка Кэти Вайт пропала, когда ей исполнилось семнадцать. Год поисков не дал никаких результатов. Исчезновение Кэти Вайт было самым необычным делом в полиции города Топол, многие жители поговаривали, что тут не обошлось без мистики. Кэти вышла со школы в пятнадцать двадцать, в пятнадцать тридцать ее видели у продуктового магазина, который был по пути к ее дому, но в пятнадцать сорок девушка не появилась дома как обычно. Весь маршрут от школы до дома Кэти полицейские исследовали несколько раз, но никаких следов не было обнаружено. Девочка просто исчезла. В ходе расследования всплыли факты травли в школе. По показаниям Киры Грин, любопытной женщины, которая жила по соседству, девочка не ладила с родителями и часто пряталась в заброшенном доме в конце улице Клоуд. Картина складывалась такая, что девушка сбежала сама и на годовщину исчезновения в газетах опубликовали, что загадочное исчезновение попросту побег.

Через два года после исчезновения Кэти Вайт, в сточной канализации при ремонтных работах были найдены неизвестные останки, в грудной клетке меж ребер был зажат нож. На удивление кости были целые, так же возле костей были найдены волосы и обнаружен се6ребрянный крестик, который был похож на крестик Кети Вайт. Было решено провести экспертизу волос и слепка зубов, чтобы убедиться принадлежали ли эти волосы жертве. Экспертиза ДНК показала родство с Вайтами, слепки зубов потвердели, что останки принадлежат многострадальной Кэти Вайт. Было заведено дело об убийстве под номером сто пять, хотя и шансов найти убийцу спустя столько времени почти не было.

После погребения Кэти, точнее того, что от нее осталось, произошло еще одно исчезновение Алана Бросс, одноклассника первой жертвы. В двенадцать ночи он вышел из закусочной, в которой трудился на раздаче, после чего его никто не видел. Хотя около продуктового магазина находившийся по маршруту исчезновения первой жертвы были найдены его очки. Тело Алана было обнаружено спустя месяц в заброшенном доме, поеденное крысами и кишащее червями. Было установлено, что жертве перерезали горло, а позже вонзили в сердце нож по самую рукоять. В связи с тем, что ножи были идентичны, дела Алона Броса и Кэти Вайт объеденились. Уже в то время прозвучали слова о серийном убийце.

Позже было еще два исчезновение одно тело так и не нашли.

2

По длинному коридору застеленному темным ковролином, по обеим стенам которого были хаотично расположены тридцать дверей, шла худощавая женщина, толкая перед собой большую тележку с моющими средствами и постельным бельем. Горничная остановилась у номера шестьсот шесть, заглянув в планшет со списком номеров и статусом заселения, девушка проговорила вслух «Выезд в десять тридцать утра». Нажав на подтверждение, система выдала ошибку. Из-за неуверенности, что гость все-таки покинул номер утром, девушка постучала в дверь.

– Уборка номера.

Но не получив ответа, горничная достала универсальный ключ и вставила его в дверь. Дверь без скрипа распахнулась, загорелся свет, в нос ударил неприятный запах. Номер был вполне опрятный, расплавленная кровать и пустая бутылка из-под виски валялась на полу, на стеклянном круглом столике стояла грязная посуда. Затянув тяжелую тележку в номер, девушка достала белое наглаженное постельное белье и направилась к кровати. Перестелив постель, она заметила, что свет в ванной комнате просвечивает через щель полузакрытой двери. Отрыв дверь девушка душераздирающе закричала, от испуга она захлопнула дверь в ванную и бросилась бежать прочь. Налетев на тележку, горничная повалила ее и упала сверху, с грохотом из тележки выпали моющие средства и швабры. Девушка почувствовала дикую боль в бедре, но все равно встала, придерживая правое ушибленное бедро и тяжело дыша из-за боли, продолжила свой путь прочь из злополучного номера.

На крик горничной из номера шестьсот три позвонили на ресепшен и любезно попросили уточнить, что там произошло.

–Из номера шестьсот шесть раздается странный шум. Может вызвать полицию? Там так кричали, а потом грохот и все стихло, я смотрю в глазок, дверь заперта, я боюсь, там случилось что-то странное.

– Спасибо что сообщили, мы все уладим в течение пятнадцати минут. Извините за предоставленные неудобства.

Администратор устало положила трубку

– Макс вызови, пожалуйста, кого-нибудь из службы безопасности, нужно узнать, что случилось в шестьсот шесть. Девушка забарабанила пальцами по стойке ресепшена и смотрела куда-то вдаль. – И это за час до переменки, мне сегодня везет.

Парень, стоящий за стойкой сочувственно улыбнулся.

– Да ладно, просто перепили и подрались, с кем не бывает. Я вызвал охрану, не переживай ты так, освободишься в срок.

– Ты же знаешь, если подрались нужно вызвать полицию и пока все не будет улажено, мне смену не сдать, они пьют и дерутся, а мне на работе задерживаться, – девушка издала нервный смешок. – Посмотри, за кем зарегистрирован этот номер.

Смуглый и худощавый молодой парень энергично застучал по клавиатуре.

– Странно, номер должны были сдать сегодня в десять тридцать утра, но нет подтверждения и ключ не сдан. А снял номер Томас Фло.

– Перепил и дебоширит, еще и косяк с номером, прекрасно! Как моя сменщица этого не заметила, ее лень мешает ей работать.

– Да опять, наверное, зачиталась своими романтическими новеллами, а следить за номерами, видимо для нее не так важно. Это уже не впервые, зачем ты ее все время прикрываешь?

– Такой уж я человек, добрый и все прощающий. – Кейт, улыбаясь, развела руками.

К стойке подошёл крупный мужчина, в черном костюме и белой рубахе, справа на груди был прикреплен бейдж, « служба безопасности, Джон Рис»

– Проблемы под конец смены Кейт?

– Как всегда Джон, поторопись пока они там не поубивали друг друга.

– Да, не хватало еще побитых гостей и разгромленного номера. Да еще и споров до поздней ночи кто виноват и кто же все оплатит.

– Ты чертовки прав. Но мы гостей не выбираем.

Кейт направилась к лифту, служба безопасности последовала за ней.

Лифт насчитал шестой этаж, двое вышли из лифта и направились к номеру.

Облокотившись на дверь с широко распахнутыми глазами, бледная и дрожащая от страха горничная прижималась к двери, придерживая рукой правое бедро.

– Лекси, что с тобой случилось?

Девушка на голос администратора лишь повернула голову к пришедшим, и безумными глазами посмотрела на Джона. Несколько секунд девушка просто молчала и смотрела, будто сквозь него. Потом заговорила, голос ее дрожал.

– Вам лучше посмотреть самому. Кейт не стоит туда идти. Я не смогу больше спать, не хочу, чтобы и она мучилась по ночам, как теперь буду мучиться я. Горничная заморгала, из глаз покатились слезы, взгляд стал более нормальным, и словно заметив Кейт и Джона только сейчас, горничная как-то наивно произнесла.

– Вы вызвали полицию?

Джон поспешно направился к номеру. Кейт обняла Лекси за плечи.

– Пойдем, посмотрим, что с твоей ногой, а Джон тут разберется.

Дрожа и хромая, девушка направилась с администратором в медпункт, когда из номера шестьсот три раздался крик.

– Кейт, вызывай полицию! И нужно переселить всех из соседних номеров. Я опечатаю этаж до приезда полиции. Кейт, все еще придерживая за плечи одной рукой Лекси, достала из кармана пиджака телефон. Джон уже догнал девушку и что-то шепнул ей на ухо, придерживая Лекси, сказал вслух.

– Я отведу Лекси в медпункт, как закончите переселение сообщи мне, я опечатаю этаж. Кейт одобрительно кивнула и набрала номер.

– Служба спасения, что у вас случилось?

– Отель «Блу скай» срочно требуется полиция. Улица Брекспот тринадцать дробь три. Наш постоялец, его, кажется, убили. Действовуем согласно инструкции.

– Полиция уже выехала.

– Спасибо, – Кейт скинула вызов и положила телефон обратно в карман своего пиджака.

Кейт никак не могла попросить переселиться постоялицу из номера шестьсот. Скандальная женщина не хотела ничего слушать, она была возмущена и никак не хотела покидать номер. Кейт пыталась объяснить, что этаж будет полностью опечатан, так как произошло чрезвычайное происшествие.

– Мне плевать на ваши форсможоры, я заселилась в этот номер, я бронировала именно его, и не собираюсь покидать его из-за придуманных вами проблем.

– Я прошу прощения, но вам придется переселиться в другой номер, в качестве извинений наш отель предоставит вам хорошую скидку. Кейт учтиво улыбалась, хотя и от этой скандальной дамы у нее разболелась голова.

– Я сказала «Нет!», мне не нужна ваша скидка. Мне нужно чтобы вы убрались от моей двери, и до конца моего пребывания не видеть вас. Постоялица не собиралась отступать. Кейт смотрела на нее грустным усталым взглядом.

Женщина маленького роста, но коренастого телосложения с коротко стриженными рыжими волосами и грубыми чертами лица, она была одета в пижамный шелковый комплект, голубого цвета с розовыми кексами.

– Почему вам так важен именно этот номер? Я могу предложить вам номер на этаж выше или на этаж ниже вашего номера, вид из окна не будет принципиально отличаться от вашего.

– Все, я больше не могу, женщина подняла руки в воздухе как бы сдаваясь.

– Я терпела и была вежливой, я оставлю на вас жалобу. Прищурюсь, женщина небрежно прочла имя с бейджа – «Кейт». Я напишу, что вы приставучая и не клиентоориентированая, вы абсолютно не компетентны Кейт и возможно занимаете не свое место в этой компании. Женщина почти перешла на крик, и потянув за ручку хотела захлопнуть дверь пред лицом администратора, но Кейт успела обеими руками обхватить дверь и расширив проход, встала между дверью и перилам, чтобы постоялица не могла закрыть дверь.

– Возможно, за это я лишусь работы, но мне уже все равно, я пытаюсь вас переселить, потому что вы живете по соседству с трупом, ваш сосед из номера шестьсот три погиб. Для вашего спокойствия я битый час пытаюсь вас переселить с этого номера, потому что трупный запах, возможно, уже поступает к вам в номер, и вы им дышите, ничего не подозревая. Возможно, вы правы и я совсем некомпетентна, но я переселила целый этаж, без каких либо проблем и лишней паники. Я не на что не намекаю, но возможно проблема не только в моей клиентоориентированности. Кейт не могла сдерживать раздражения, левый висок пульсировал невыносимой болью, единственное чего ей хотелось это чтобы постоялица, наконец-то замолчала, и ее писклявый голос перестал звучать в ее голове, причиняя ей боль.

Глаза постоялицы округлились, на лице отобразился страх и отвращение. Будто сдерживая позывы тошноты, женщина шепотом сказала.

– Я вообще не хочу оставаться в вашем отеле, я сию же минуту покину это ужасное место. Женщина бросилась в номер и наспех стала собирать вещи в свой маленький чемодан черного цвета с наклейкой большого розового кекса. Кейт оставалась стоять в дверях.

– Ноги моей здесь больше не будет. Боже поселили по соседству с трупом и еще нервы мотали, не могли сказать – зачем нужно приселяться. Я вам такой отзыв напишу, что здесь даже бесплатно никто не захочет жить. Голос постоялицы с пульсирующей болью отзывался в голове Кейт. Ей казалось, что прошла целая вечность пока женщина заполнила свой маленький чемодан, замок чемодана с характерным звуком закрылся.

Женщина в своей забавной пижаме стояла в центре комнаты, держа чемодан за ручку, и вопросительно смотрела на Кейт.

– Ну, вы мне будете предоставлять номер в замен? Или мне идти ночевать на вокзал.

Кейт тяжело выдохнула, и натянула на лицо учтивую улыбку.

– Наш отель предоставит вам номер семьсот, если вы не против. Предоставит вам скидку на проживание двадцать процентов, а так же пять процентов на обеды, наш отель просит прощения за предоставленные неудобства. Достав из кармана пиджака электронный ключ, Кейт протянула его женщине, все также не естественно улыбаясь, боль в виске начала отдавать в левый глаз.

– Так бы сразу, но жалобу я на вас все-таки напишу, думаю, вам это пойдет на пользу. Выхватив ключ из рук администратора, женщина наконец-то покинула номер шестьсот и направилась к лифту. Когда Кейт услышала звук закрывающегося лифта, она присела на край кровати, обхватив голову обеими руками. Боль не унималась и монотонно постукивала у нее в голове. Одной рукой придерживая левую сторону, правой рукой девушка достала телефон и набрала номер Джо. После коротких гудков мужчина снял трубку.

– Я всех переселила, можешь опечатывать этаж.

Сбросив звонок, девушка услышала скрежет из злосчастного номера шестьсот три. Кейт выглянула из номера и прислушалась. Через мгновение скрежет повторился, на этот раз Кейт поняла, что звук напомнил ей скрежет когтей по кафелю. Не замечая боли в голове и всего происходящего вокруг, девушка медленно подошла к номеру и дрожащей рукой распахнула дверь. Номер был хорошо освещен, перед входом валялась тележка, и пахло химикатами. Напуганными глазами Кейт оглядела номер, ничего не обычного не было видно. Девушка стала отходить от номера, не отрывая взгляда от содержимого комнаты, сделав несколько шагов, она снова услышала скрежет, он доносился из ванной. Кейт подумала, что ее долг проверить источник скрежета, тем более что Джо скорее всего уже поднимался на этаж. Администратор бесшумно ступала своими черными туфлями на плоской подошве. Скрежет еще раз повторился, девушка остановилась, ее внимание привлекла стеклянная ваза, стоящая на высокой коричневой тумбе напротив стекленного стола. Сделав несколько движений в воздухе вазой, как бы готовясь обороняться, девушка заглянула в ванную комнату. В голубых глазах застыл ужас, ваза вывались с рук и с глухим стуком упала на ковралин, отскочив, покатилась к стене.

Худощавый мужчина лежал ногами к двери, на белом кафеле были капли крови, шея мужчины вся была в крови, голова лежала в кровавой луже, а в сердце по самую рукоять был вогнан нож. В ванной со скрежетом скользя лапами, пыталась выбраться маленькая пушистая черная собачка.

Кейт вдруг ощутила жуткую боль в голове, и она почувствовала как тошнота подступает к горлу, закрыв рот руками девушка повернулась к двери. В дверях в недоумении стоял Джон и двое полицейских. Не в силах сдерживать тошноту девушка бросилась в номер напротив, она влетела в ванную комнату и упала на колени перед унитазом, поднимая крышку, ужин стремительно покинул желудок Кейт, оставив во рту противный привкус тошноты.

– У меня есть жвачка, раздался спокойный бархатистый голос за спиной Кейт.

Полицейский стоял, скрестив руки на груди и оперившись на дверной косяк, его большие зеленые глаза смотрели на администратора с сочувствием, а четко выделенные скулы предавали лицу характерную строгость.

– Когда я получил вызов на труп в отель « Блу скай» я подумал, мужчина пожал плечами и покачал головой, казалось что каждое слово дается ему с трудом, словно он пытается сдержать нахлынувшую на него печаль, – надеюсь, моя жена не видела места преступления и того, что могло случиться с бедным человеком, но прибыв на место преступления, я застаю свою жену стоящую напротив трупа.

Кейт все так же сидела на коленях около унитаза, идеально собранный пучок с утра растрепался, в разные стороны торчали маленькие пушистые волоски, от чего голова была похожа на одуванчик, пиджак и брюки оставались опрятными и идеально выглаженными, словно она его только надела. Девушка виновато смотрела на мужчину. Полицейский сел на корточки и посмотрев в глаза девушки, снова заговорил, на этот раз его слова звучали раздраженно.

– Какого черта тебя туда понесло Кейт? А если преступник все еще здесь в отеле, то я бы приехал сразу на два трупа, только один из них мне бы пришлось опозновать, нельзя быть такой безрассудной Кейт.

Девушка подняла руку в воздух, останавливая диалог полицейского.

– Я вооружилась вазой, Кейт улыбнулась, но видя напряженное лицо мужчины, улыбка буквально сползла с ее лица. – Я услышала скрежет. Рон, я не могла не проверить, тем более я знала, что вот-вот появится Джон, чтобы опечатать этаж. Девушка снова почувствовала подступающую тошноту.

– Я не все Рон, тебе лучше уйти, ты следователь вот иди и расследуй.

Рон поднялся на ноги и, наклонившись, поцеловал девушку в макушку.

– Ты будешь в порядке? – Голос полицейского звучал взволнованно.

– Меня стошнило от вида тела. Прости, я правда поступила глупо.

– Да, и больше так не делай, когда слышишь подозрительные звуки в безлюдном месте, сделай мне одолжение, беги прочь. С этими словами Рон покинул ванную комнату.

Рон вернулся в номер с трупом, там уже вовсю работали криминалисты, в комнате был спертый запах смерти. Напарник Рона Кайл Блок стоял с собачкой на руках около окна и задумчиво смотрел вдаль.

– Все работают, а ты с новым другом решил насладиться видом.

Кайл медленно повернулся на слова друга, казалось, что он даже вздрогнул от неожиданности.

– Зверь очень испугался, уже в безопасности, а все равно дрожит.

Рон устало закатил глаза.

– Вместо того чтобы допрашивать возможных свидетелей ты решил играть в няньку для собаки?

Кайл опустил собаку на пол, но животное даже не двинулась с места, оставаясь сидеть около ног полицейского.

– Между прочем, пока ты беседовал со своей ненаглядной женой, я успел поговорить с работниками и кое что выяснил. А что касается собаки, мне было жаль животное, оно сидело в ванной пытаясь выбраться наружу своими маленькими лапками, я ее освободил, но не знал, что теперь с ней делать. Жаль собачонку.

Рон улыбнулся напарнику.

– Как герой спаситель ты просто обязан забрать ее к себе домой.

Собака на слова Рона залаяла, и напарники уставились на собаку.

– Что ты выяснил? Лицо Рона стало напряженным, он повернулся в сторону ванны, где дверь была распахнута, там все еще лежал труп.

– Номер зарегистрирован на имя Томаса Фло. Документы, найденные в номере, подтверждают это. Томас был жутко скандальный и при въезде сюда переругался абсолютно со всеми. С парнем из службы безопасности Николосом Брин и с девушкой со стойки регистрации Алисой Мир, досталось и твоей жене Кейт. Официантка с лобби бара говорила, что он так на нее орал, что Кейт вся красная в слезах выбежала оттуда.

– А почему он орал? Кейт даже не занимается лобби баром

– Рон, он был скандальной личностью, он посчитал что его обманули и начал кричать на официантку, что ему специально положили больше льда, чтобы налить меньше виски, за которое он заплатил. Кейт в это время брала в баре лед и решила помочь бедной официантке, за что и поплатилась. После Кейт вызвала службу безопасности. Пришел Ник, он увел дебошира в номер и тоже наслушался любезностей.

– Ты настоящий профессионал Кайл ты все это узнал за тридцать минут, не отходя от окна и успокаивая собаку.

– Не смешно Рон, но да, моей профессиональности нет придела.

Рон строго, не сводя взгляда, смотрел на напарника, его взгляд выглядел жутко и гипнотически. Кайлу стало не по себе, и он снова взял собаку на руки и стал нервно ее поглаживать.

– Ладно, сдаюсь, все это мне рассказала официантка когда принесла кофе.

Мужчины одновременно умехнулись.

– А собаку я все-таки заберу, и Шейла будет рада.

– Отличная идея, но для начала нужно поработать. Я еще Кейт хочу отвести домой.

Труп Томаса уже погрузили в черный пакет и вывозили из комнаты, на кафельном полу осталась лишь лужа крови. Молодая девушка подошла к детективам и протянула планшет.

– Он оставил след. Воодушевленно произнесла девушка и протянула планшет Рону. Полицейский выхватил планшет из рук девушки.

– Не может быть, за десять лет никаких следов, а тут он допустил оплошность. Рон возбужденно листал фотографии с места преступления.

– Наверное, он уже сам поверил в собственную неуязвимость и расслабился. Было бы не плохо, чем больше оплошностей он сделает, тем больше шансов его схватить. – Кайл говорил спокойно, все так же держа и поглаживая собаку на руках. Девушка с улыбкой потянулась к милому комочку на руках полицейского, на что Кайл отшатнулся от девушки.

– Холи, держи свои руки при себе.

– Кайл, не будь жадиной, с нашей работой редко встретишь что-то милое на месте преступления.

– Поздно, я уже решил ее забрать. Кайл как маленький встал в пол оборота, закрывая собаку как новую игрушку.

– Может у Томаса есть родные, которые захотят забрать ее. Рон указал на собаку рукой, не отрывая взгляда от планшета.

– Он переругался со всем отелем в день заезда, я думаю, он ужасно одинок потому и взял с собой собаку в отель. Кайл смотрел на собаку, и казалась, что все это он говорил именно ей.

На планшете Рон увидел фото следа от ботинка, он находился около унитаза. Детектив сунул планшет в руки Холи, и вошел в ванную комнату, его напарник последовал за ним. Рон смотрел на кровавый след, оставленный преступником, и размышлял вслух.

– Томас стоял у раковины, дверь в ванную распахнулась, он не успел ничего понять, как его «полоснули» ножом по горлу, кровь брызнула на пол, на преступника, на его ботинки.

– Он наступил в кровь, когда втыкал нож в сердце своей жертвы. Голос Кайла перебил размышления Рона.

– Ты прав Кайл, но почему он его не вытер?

– Не знаю друг, как поймаем, так и спросим.

– Ботинки сорок первого размера, это может быть не высокий мужчина или крупная женщина. Странно, что все десять лет он убивал людей, пряча их трупы по подвалам, канализациям и всяким заброшенным помещениям, а тут он зашел в отель, в котором «понапиханы» камеры. Кстати, камеры просматривали?

– Джон сказал, что утром с четырех до шести был перебой со светом, камеры не работали, а так он и наш стажер уже просматривают камеры, может что-то и накопают. Думаешь убийца решил сменить обстановку на что-нибудь уютное? Кайл саркастически усмехнулся.

– Нет, боюсь, что есть вероятность того, что это всего лишь подражатель. Рон тяжело выдохнул и провел рукой по своим коротко стриженным волосам. Раздался стук, выглянув из ванной, Рон увидел в дверном проеме Кейт, она была очень бледной, от чего черные круги четко выделялись под глазами. Мелкие волоски на голове торчали в разные стороны, в руках у девушки были бумаги.

– Я принесла всю информацию, что у нас есть на этого постояльца. Кейт забегала глазами по листам, читая вслух лишь то, что было важно. Его имя мы все уже знаем, его апартаменты в нашем отеле были забронированы и оплачены через медицинский колледж города Ичос.

Рон подошел к жене в плотную и исподлобья взглянул на нее.

– Как ты? Давай я отвезу тебя домой, здесь Кайл подстрахует.

– Рон, я в порядке, Кейт протянула мужу бумаги. – Я передаю информацию в полицию и на этом моя смена закончена. Я вызову себе такси. Приобняв мужа, Кейт собиралась покинуть номер. После выпитых нескольких таблеток обезболивающего лекарства, эхо боли все еще присутствовало у нее в голове.

– Кейт, – неловко произнес Кайл, – я знаю у тебя тяжёлый день, и выглядишь, если честно, ты не очень, ну в смысле болезненно, твоя красота всегда при тебе

– Короче, – поторопил его Рон.

– Короче не могла бы ты отвести это маленькое чудо ко мне, Шейлу я предупрежу, она будет вас ждать.

Кейт через силу улыбнулась.

– Хорошо Кайл, я сделаю это для тебя.

– Спасибо, ты ангел! Рон, тебе не сказано повезло с женой. Кайл предал собаку Кейт, и она наконец-то смогла покинуть отель.

3

Рон вернулся в участок и первым же делом запросил дела из архива. Дело номер сто пять лежало на столе следователя уже через пятнадцать минут. Полицейский уверенно открыл пожелтевшую папку, на первой странице была листовка «Помогите найти Кети» с листовки на него смотрело печальное лицо первой жертвы. Полицейский провел ладонью по фотографии, казалось совсем недавно, будучи в старшей школе он возглавлял поиски этой несчастной девушки среди волонтеров. Сейчас спустя десять лет он ищет поддонка, который забрал у Кети жизнь. Алан Брос, он исчез уже после того, как Рон покинул свой родной город. Мира Лисовски пропала в соседнем городе, ее нашли спустя сутки после исчезновения, девушки перерезали горло и вонзили нож в сердце. За десять лет серийник убил десять жертв. Многие из жертв даже не знали друг друга, они все жили в разных городах, но находящихся все в одном штате. Среди полицейских дело номер сто пять назвали «сердечник» так как все жертвы были убиты ножом в сердце.

У некоторых преступлений «сердечника» даже были свидетели, но все его описывали как невысокого мужчину в черной куртке с капюшоном, который скрывал лицо, хотя один из свидетелей утверждал, что под капюшоном он разглядел темную повязку, которая прикрывала нижнюю часть лица. Так же упоминались черные брюки и в солдатские ботинки. Рон внимательно изучал полицейские показания, когда явился Кайл.

– Принес тебе кофе напарник. А то сидишь в полутемном кабинете, смотришь старье из архива. Тебе не рассказывали что дела серийников, которые не раскрыты почти все отцифровали? Кайл раздражающе стал потягивать кофе из кружки.

Рон перевел недовольный взгляд полный не понимания на напарника.

– Что? Когда так потягиваешь кофе, оно не такое горячее. – Улыбаясь, произнес Кайл.

– Я рад, конечно, что тебе так лучше и вкуснее, но я тут пытаюсь работать, а ты меня отвлекаешь.

– Брось друг, до нас над этим делом работали много крутых полицейских, но никто не поймал «сердечника» к тому же, ты сам сказал, что это может быть подражатель.

– Если подражатель, то его и ловить не нужно? – Рон удивленно посмотрел на напарника.

– Я не это хотел сказать, Кайл поставил кружку на стол и его взгляд остановился на листовке « Помогите найти Кети». Полицейский схватил листовку и пристально стал всматриваться в лицо девушки. – Если так смотреть, то чем-то на Кейт похожа, кто это?

– Кети Вайт, первая жертва. Рон произнес это с какой-то грустью. – Я учился с ней в школе, перед ее исчезновением я обидел ее. Она была невзрачная тихушница, а я был полным придурком. После ее исчезновения было так стыдно, что я стал возглавлять ее поиски.

Кайл положил листовку на стол.

– Рон, ты ни виноват, что она пропала. Ты же знаешь, что жертвы маньяка часто становиться девушки тихие, чье отсутствие заметят не сразу. Что ты ей сделал?

– Она призналась мне в чувствах в записке, сейчас я даже не уверен, что это была ее записка. Там было написано «Дорогой Рон, ты мне очень нравишься, я уверенна, что мы созданы друг для друга и думаю, тебе стоит узнать меня получше», ну в такой манере, я же зачитал эту записку в столовой во время обеда, все стали смеяться, а она выбежала в слезах. Я помню ее лицо, такое неестественное, испуганное, на глазах слезы. Прежде чем она выбежала из столовой, наши взгляды встретились, она так на меня обиженно посмотрела, но без злобы. В тот момент у меня внутри что-то перевернулось. Через две недели после этого события она пропала. Я столько раз себя винил за то, что так с ней поступил. Не будь я таким идиотом, может она не исчезла бы. Я должен был подойти и поговорить с ней лично, но я этого не сделал.

Голос Рона дрогнул, было ощущение, что каждое сказанное им слово давалось с невыносимой болью.

– Дети бывают жестоки, брат. Если ты не забыл, одна девочка в старшей школе вылила мне куриный суп на голову, тогда-то я ее и заметил. Я это говорю к тому, что может, если бы не этот ублюдок « сердечник» может вы бы и правда разглядели друга. Ты должен винить убийцу, а не себя Рон. Когда ты поймаешь преступника и передашь его в руки правосудия, тогда ты и поставишь точку в этой истории. Даже если и была твоя вина в чем либо, ты ее искупишь, если уже не искупил.

– Спасибо Кайл.

– Пожалуйста, Рон! Раз ты так проникся моей речью, скажу еще вот что, я думаю, что нам стоит поехать домой, ты отдохнешь и успокоишься. Будем ловить серийнка на свежую голову. Я тоже поеду домой к беременной жене и новому питомцу.

Рон поднял уставший взгляд на напарника. – Ты прав, – спокойно проговорил он, вернув листовку в папку. – Мертвых не вернешь, мы можем лишь не допустить, чтобы к ним еще кто-нибудь присоединился.

Детективы вышли из полицейского участка.

– Кайл тебя подвести? Ты сегодня без машины.

– Машина у Шейлы, ей сегодня нужно было ехать к врачу, а ее машина в сервисе. Но подвозить не стоит, хочу пройтись.

– И как твой наследник? – Рон задал вопрос с некой доброй грустью.

– Мой мальчик стал почти совсем большим, совсем скоро уже покинет тесный мамин животик, – Кайл светился от радости, голос его звучал так, словно он сейчас рассмеется как ребенок весело и искренне. Взглянув на напарника, голос Кайла переменился и принял сочувственный тон.

– Как ваши успехи? Лечение не помогло? Кейт не беременная?

– Была у врача на прошлой недели, УЗИ ничего не показало, – устало потирая глаза пальцами, сказал Рон.

– Мне жаль, у нас с Шейлой не было проблем с зачатием. Ты же мне сказал, что я настолько плодовит, что со мной даже сидеть рядом опасно. Мужчины засмеялись и Рон весело добавил.

– Держись, пожалуйста, подальше от Кейт, я маленькую твою копию дома у себя не вынесу. Нужно же мне где-то от тебя отдыхать.

– Я думал, ты скучаешь по мне, когда мы в разлуке. – Обиженно произнес Кайл.

– Иди уже, тебя жена ждет. – Выговорил Рон и направился к своей машине, которая стояла под фонарным столбом.

– Как и тебя, – бросил Кайл вдогонку.

Рон добрался до дома очень быстро. Ночные дороги всегда были пустующими в городе Фринсел, хотя этот город и был самым габаритным в штате и являлся его столицей. Не смотря на это, город был спокойным, убийства происходили редко, хотя грабежей было предостаточно. Рон переехал сюда из Топола сразу после окончания школы. Здесь он поступил в полицейскую академию, а позже поступил в колледж на специальность детектив. Шесть лет он уже работает в своем полицейском участке, ровно столько же он знаком со своим напарником и единственным другом Кайлом Броуди. Кейт Рон встретил лишь два года назад, когда она стала свидетелем разбойного нападения. Нарушая правила, он взял ее номер из протокола и пригласил в кафе, будто для беседы по поводу дела. Кейт понравилась ему еще при первой встречи, хотя и ее глаза были красные от слез, туш была размазана под глазами. Но для него она при всех этих составляющих, казалась самой необычной девушкой. И это было так. Позже после встречи в кафе они стали видеться чаще, девушка всегда обозначала их встречи как дружеские и не более того, но Рону удалось добиться от нее нечто большего, чем просто дружба, и через год после дня знакомства они поженились. А через полгода после свадьбы Рон и Кейт поняли, что готовы для ребенка. Но девушка никак не могла забеременеть, хотя врачи ее успокаивали и говорили, что так бывает, и еще рано бить тревогу. Кейт воспринимала это весьма болезненно. А Рон очень переживал не только за физическое здоровье жены, но и за моральное.

Рон остановился у небольшого белого дома, на крыльце горела лампочка. В окне спальни на втором этаже горел тусклый свет. Мужчина сразу понял, что жена не спит, скорее всего, она переживает из-за постояльца, или же не может уснуть из-за страха. Не смотря на свой вполне уже взрослый возраст это двадцать семь лет, Кейт была очень впечатлительной и боялась темноты. Когда Рон заполночь возращался с работы и наблюдал в окне спальни тусклый свет, он догадывался, что Кейт снова смотрела ужастики или опять на работе травили страшные байки. Бывало, что Кейт не могла спать после очередного кошмара, она могла проснуться посреди ночи и страхом и дрожью по всему телу прижиматься к мужу, от чего тот просыпался и снежность прижимал ее к себе. Рону нравилось то, что Кейт видит в нем не только партнера, отца будущих детей, но и защитника, даже от самых банальных кошмаров.

Глядя на окно, Рон подошел к почтовому ящику, поддев низ ящика, вытащил крышку своего тайника. Достал оттуда пачку сигарет и зажигалку. Закурив, он спрятал сигареты обратно в тайник. Вернулся к машине и сев на капот он с облегчением закурил. Последний раз он курил полгода назад, хотя до встречи с Кейт он был настоящим курильщиком, жена уговорила его бросить, когда они решили завести ребенка и с невероятной тяжестью Рон все же избавился от дурной привычки. Хотя иногда, в минуты, когда ему было невыносимо тяжело, он мог позволить себе выкурить одну сигарету. Докурив он не найдя ничего другого как положить окурок в карман, направился к двери. Замок с громким щелчком открылся и Рон наконец-то попал в свой дом. Не снимая плащ, он сразу направился в спальню.

Кейт лежала на кровати с электронной книгой, как только дверь в спальню отварилась, девушка напугано подскочила.

– Наконец-то ты пришел, я не могу уснуть, этот Томас у меня перед глазами, я уже и мультики смотрела и читала, чтобы хоть как-то отвлечься, но ничего не помогает. Закрываю глаза и снова вижу его синие ступни, лужу крови, и собаку в ванной. – говорила девушка, обнимая своего мужа.

– Знал, что застану тебя в таком состоянии. Мне очень жаль, что тебе пришлось побывать на месте преступления.

– Брось Рон, ты не можешь оградить меня от всего, что твориться в этом мире.

– Но я буду пытаться, – прижимая к себе жену, сказал мужчина.

– Подогреть тебе ужин?

– Нет, спасибо милая, я в душ и к тебе или…

– Или? – повторила Кейт

– Или ты можешь пойти в душ вместе со мной, смоем этот день и все воспоминания с себя.

– Звучит весьма заманчиво, – целуя в губы, произносит девушка.

– Мне кажется, что есть какое-то но?

– Но, если я буду смывать с себя сегодняшний вечер, то забуду что мне завтра на пробежку.

– Снова решила начать бегать? – Зазвучал голос из открытой ванны. Кейт наблюдает, как Рон снимает рубашку.

– Да, я стала реже бегать с тех пор, как после каждой задержки мы делаем тест, в какой-то глупой надежде. Голос девушки зазвучал тихо и грустно, в ванной прекратилась возня Рона. В комнате воцарилась давящая тишина.

– Кейт, врачи же говорят, что такое бывает и нужно просто время. – Выглядывая из ванной комнаты, сказал Рон.

– Я знаю, но это меня гложет, просто хочу вернуться снова к прежней жизни, может если не выжидать, то все получится.

– Это правильно, – сказал Рон, закрывая дверь в ванную, – я скоро. – Посылая воздушный поцелуй, сказал мужчина. Когда Рон вернулся из ванной, Кейт уже спала, раскинув и руки и ноги на всю кровать. Мужчина, не тревожа жену, аккуратно лег на небольшую свободную часть кровати и сам погрузился в сон.

4

Утром Рон проснулся в пустующей кровати, из ванной доносились плески воды. «тук-тук» – зазвучал стук в дверь

– Кейт, ты уже вернулась с пробежки? – Бросив беглый взгляд на часы, стоящие на тумбочке, время 6:15.

– Нет, – зазвучал голос из-за двери. – Я неважно себя чувствую.

– Я вхожу, – дверь со скрипом отворилась, Рон увидел бледную с яркими кругами под глазами жену, сидящую на краю ванной, держа руку в раковине под струей воды.

– Тошнит – произнесла девушка, касаясь лица мокрой рукой, несмотря на болезненный вид, девушка улыбалась.

– Тебе через два часа на работу, может, ты не пойдешь? Попросишь Эллис тебя подменить. Я хотел бы остаться дома, но не могу, вчерашнее убийство – это серийник « сердечник» как его часто называют в СМИ.

– Что? – вскрикнула удивленно Кейт, – У нас в городе? И, конечно же, в моем отеле, после этого как-то странно ходить на работу.

– У вас в отеле уже дежурит полиция и началась проверка всех постояльцев. Кейт, но может, все-таки побудешь дома?

– До тех пор пока его не поймают? Рон мне тоже страшно, но его не могут поймать уже много лет, я не могу не выходить и сидеть дома для твоего спокойствия. Тем более, я боюсь, что именно ты будешь вести расследование, но я же не прошу тебя отказаться.

– Я буду помощником, сегодня должен приехать человек с главного офиса, он будет главным, а мы с Кайлом на подхвате. Тебе уже лучше? – Прикладывая руку ко лбу, сказал Рон.

– Да наверное отравилась. Когда меня тошнило вчера, я думала что из-за того зрелища или этого трупного запаха. Я могла отравиться запахом?

– Не думаю, что такое возможно.

– Да, ты прав! – Задумываясь, произносит Кейт – хотя, помнишь позавчера твой ужин, меня после него мутило. – Кейт показалось, что Роб расстроился из-за ее слов – прости, если расстроила тебя.

– Да ничего, ты же знаешь мои кулинарные способности.– Пара засмеялась.

И это правда, Рон отвратительно готовил. В прошлом году перед Рождеством, когда Кейт простыла, Рон, как заботливый муж приготовил ей куриный суп, и девушку тошнило от него весь день.

– Подбросишь меня на работу? – Вопросительно сказала Кейт. – Не хочу садиться за руль.

– Рано или поздно тебе придется снова водить.

– Я знаю, но после того случая, когда я въехала в дерево, я пока не готова, еще и двух месяцев не прошло.

Дорога до отеля заняла очень мало времени, машина на приемлемой скорости домчала по полупустым дорогам.

Кейт уже опаздывала, поэтому она в спешке покинула машину, лишь у дверей отеля она оглянулась и махнула рукой смотрящему ей в след мужу.

– Ваши документы, пожалуйста. – Высокий полицейский буквально возник из ниоткуда.

– Я, эмм – Кейт растерянно окинула холл – Я вчера оставила свой пропуск на рабочем месте, в кабинете администратора.

Мужчина подозрительно посмотрел на Кейт.

– Как ваше имя?

– Я Кейт, Кейт Полок.

Лицо мужчины переменилось, и он стал выглядеть более расположено к девушке.

– У нас на работе есть коллега тоже Полок.

– Рон Полок?

Полицейский кивнул, – Знаете его?

– Да это мой муж, – Кейт натянуто улыбнулась.

– Вы можете попросить кого-нибудь принести ваш пропуск?

– Да конечно, девушка судорожно стала осматривать холл, как раз недалеко проходил портье, – Стив, привет! Можешь зайти в кабинет администратора и принести мой пропуск, он на столе.

Стив недовольно обернулся, из всех администраторов, а их было четыре, Кейт была самым неприятным для него. С ней было сложно отлынивать от работы, она всегда следила не только за стойкой регистрации, но и за портье.

– Я не уверен, что могу отлучиться, вдруг появятся постояльцы. А потом еще и выговор получу от вас же.

– Стив, – тошнота снова подкатила к горлу, сделав над собой усилие, девушка продолжила, – Можешь принести, и я всю неделю не буду тебя доставать, а можешь не принести и получишь выговор, а за что у тебя всегда найдется.

– Уже иду миссис Полок. – Недовольно произнес парень и скрылся из холла.

Когда портье исчез из вида, девушка посмотрела на полицейского, который глазами полного недоверия смотрел на девушку. Кейт от взгляда мужчины становилось не по себе, она чувствовала дискомфорт и растерянность, она не понимала нужно ли заводить с ним непринужденную беседу, может спросить о преступнике, что проник в их отель, подумала она и эта идея показалась ей весьма правильной. Желая правильно подобрать слова, девушка начала говорить спокойным размеренным голосом.

– Я хотела спросить.. – Начала девушка, но полицейский бросил подозрительный взгляд «плохая была идея пытаться спросить о преступнике» пронеслось в голове. Но мужчина продолжал смотреть на девушку, выжидая ее вопроса. И что бы как-то выкрутиться, Кейт достала телефон. – Я могу же воспользоваться телефоном? Пока жду свой пропуск. Это не вызовет у вас подозрений? Я же не задержана?

Строгий изучающий взгляд всех подозревающего полицейского с неким удивлением и непониманием посмотрел на Кейт.

– Вы можете пользоваться телефоном, просто я не могу пропустить вас на территорию, где произошло преступление без пропуска. Я думал, вы это понимаете. – Спокойно проговорил полицейский.

Кейт неловко достала телефон, и стала нервно листать меню телефона с серьезным видом. Минуты, что она ожидала свой злосчастный пропуск, казались часами. Кейт продолжала увлеченно смотреть в телефон, иногда с важным видом пролистывая вперед назад, когда наконец-то нерасторопный сотрудник спас ее от сурового полицейского.

– Ваш пропуск, – деловито протянул Стив, но когда Кейт протянулась за пропуском, он резко отдернул руку. Девушка пальцами ощутила ускользающий из ее пальцев кусок пластика. – Я надеюсь наши договоренности в силе?

– Разумеется, – произнесла Кейт с натянутой улыбкой скрывающей, недовольство и раздражение. « Через неделю тебе сразу же влеплю выговор» подумала девушка.

Полицейский отметил что-то в планшете, и внимательно взглянув на фотографию на пропуске, вновь бросил недоверчивый взгляд на Кейт.

– Все в порядке, – произнес полицейский. – Можете приступать к работе. Удачного вам рабочего дня.

– Спасибо, и вам. – Бросила Кейт, направляясь на свое рабочее место, голова кружилась, а к горлу подступала тошнота. Кабинет в укромном месте за стойкой регистрации был для нее прекрасным оазисом, среди жестокого океана служащих и гостей отеля.

5

Рон прибыл в полицейский участок, уже абсолютно уставшим и разбитым. Невкусный кофе из кофейни напротив, добавлял серых красок в начало рабочего дня. За его рабочим столом сидел бодрый, и как всегда веселый Кайл. Он непринужденно беседовал с коллегой о футболе. Дина сидела на крае соседнего стола, на аргументы Кайла, она звонко смеялась, и ее белокурые кудрявые волосы вздрагивали на ее голове.

– Твоя команда уступила моей, со счетом пять ноль!

– Мы поддавались, была у нас такая стратегия, вы же были дебютанты, мы вам поддавались.

– А что тогда ты истерил, когда мяч не попал в ворота, если проиграть было твоим стратегическим планом?

– Она невыносима! – возмущенно произнес Кайл. – Если бы я со своими ребятами ее выиграл, она все равно бы так же подначивала меня. – Обращаясь к подходившему Рону, сказал Кайл.

– Ты его победила? – грустно произнес Рон, – я проиграл Денни полтинник, был уверен, что вы продуете, они же в прошлом году были абсолютными чемпионами. – Присаживаясь рядом с Дианой, сказал Рон.

Девушка улыбнулась, и толкнув коллегу локтем в бок заговорила:

– Я думала, что ты болеешь за мою команду, тем более что в ней играют дети с твоей улицы.

– А он болел за команду лучшего друга и напарника, его сердце и душа будет принадлежать нашей команде несмотря даже на наше стратегическое поражение. – с довольной физиономией поднимая руку Роба вверх, прокричал Кайл.

– Ах, так… Значит так.. Диана кивала собственным мыслям и улыбалась, – Тогда, когда мы окажемся в финале, вы оба не ставите на нашу победу, так как я не хочу, чтобы вас обогатила команда, за которую вы болели в пол силы. – Диана встала из-за стола. – Ладно, мальчики, мне пора работать, ловлю банду автогонщиков, не такое веселье как у вас с серийником, но тоже важно.

Мужчины одновременно помахали рукой в след уходящей девушки.

– Ну что напарник, с чего начнем наше гениально расследование? – Сказал Каил, включая компьютер.

– Начнем с того, что дождемся человека из главного офиса, который будет вести это дело.

– Зачем? У нас же есть допуск, мы тоже участвуем в этом деле, тем более если это просто подражатель, то мы поймаем его и без всяких крутых парней из главного управления. – С серьезным видом, смотря на монитор, Кайл продолжил. – Пришли результаты, отпечатков не обнаружено, след ничего не дал, а на ноже нацарапано маленькое расколотое сердечко. А это значит…

– А это значит что это не подражатель, а он сам…

– Рон я очень волнуюсь… Но я правильно понимаю, что мы будем ловить преступника, которого десять лет никто не мог поймать… На столько продуманного и опасного… За десять лед он не оставил ни единого намека кто бы он мог быть… Ни волоска, ни отпечатка..

– Да он очень осторожен, но вдруг оставляет след от ботинка… странно.

– Думаешь, он специально оставил след? – Проговорил Кайл.

– Возможно это банальная ошибка, а возможно и он затеял игру, которую мы пока не понимаем.

– Он всегда делает не больше двух убийств в год. Как его ловить, если это обычно люди никак несвязанные друг с другом. Он орудует в нескольких городах, мы не знаем где будет вторая жертва, да и будет ли она вообще.

– Кайл, будем делать выводы и начинать расследование после того..

– После того как сюда притащет свою задницу какой-нибудь стареющий детектив из главного офиса, я помню ты мне это уже раз пятьдесят сказал.

Дверь в кабинет отворилась, в дверях стоял худощавый мужчина. На нем был строгий костюм, темно зеленого цвета, скорее даже болотного, идеально зачесанные назад волосы, на глазах очки с толстой увеличительной линзой. В руках у него был плохой кофе из соседней кофейни и маленькая белая коробочка с прозрачным верхом, где красовались два шоколадных пончика. Мужчина удивленно уставился на напарников, хлопая своими увеличенными через линзы глазами, он заговорил:

– Вы здесь? Я думал вы уехали в отель, видел вашего нового босса, он поехал туда.

– Стоп, подожди.. Какого босса? Затараторил Полок.

– Ну тот, что из главного офиса приехал, такой солидный, был здесь с самого утра, запросил дело из архива, поработал за компьютером и уехал осматривать номер.

– Что? Почему он уехал один? То есть без нас.. – Кайл растерянно посмотрел на напарника.

– Он уехал не один, а с криминалистом, ну этой новенькой..мм.. Холи.

Напарники резко подорвались, Рон вышел из кабинета, Кайл остановился в дверях.

– Алекс, друг, ты мог нам сообщить это раньше?

– Я не знал что вы здесь, я искал Диану, мне Денни сказал, что она здесь…

Похлопав мужчину по плечу, Кайл поспешил догнать напарника.

Кайл и Рон, быстро добрались до отеля. Холл их встретил суетой покидающих гостей. Было шумно и тесно, люди толкались и кричали, в спешке сдавая номера. За стойкой стояла два регистратора, которые не успевали выслушать и извиниться пред каждым. Люди были недовольны, каждый хотел покинуть ужасный отель. До полицейских долетали слова возмущения «В отель прошел убийца и его никто не заметил, где была служба безопасности» «я слышала в новостях что его тело нашла горничная, человек не выехал из номера, а сотрудники это даже не заметили» « я не хочу оставаться ни в этом отеле, ни в вашем филиале» «верните нам деньги за проживание».

Полицейские незаметно проскользнули к лифту, излишнего внимания им сейчас хотелось меньше всего. Не хотели, чтобы недовольная толпа переключилась на них со своим недовольством, негодованием и главным вопросом – «поймали ли убийцу?». Когда двери лифта распахнулись, их грозным взглядом встретил Джон.

– А это вы, – меняясь в лице, сказал Джон, – думал журналисты или опять праздные зеваки. Один из ваших уже на месте, довольно серьезный.

Кайл и Рон нервно переглянулись и направились к номеру, где случилось преступление. Двери были распахнуты, в номере все было так же как при первом посещении, только тележку убрали, а от моющих средств на полу появилось выцветшее пятно. Холи стояла напротив ванной, увидев коллег, она сдержано кивнула и вновь направила взгляд в ванную комнату. Мужчины молча подошли и встали рядом, в комнате была удручающая тишина. После шумного холла, казалась, она силой давит на уши.

В ванной комнате стоял высокий статный мужчина, на нем был строгий костюм. Пуговицы пиджака и верхние пуговицы белой рубахи были расстегнуты. Он осматривал каждый миллиметр ванной комнаты, боясь упустить, что-то важное, но к его несчастью единственной зацепкой был лишь оставленный след. Мужчина еще раз осмотрел след и повернулся к выходу. Его холодный пронизывающий до самых костей взгляд сразу пал на опоздавших.

– А… Явились… Вы опоздали, и я надеюсь вам за это стыдно.

– Мы не знали где вы, вы нам не сообщали, – Начал оправдываться Кайл. – Мы же не телепаты читать чужие мысли. Если вы там, в главном офисе бюро расследований очень проницательны и умеете мыслить на опережение, то мы нет, мы простые детективы, привыкли пользоваться телефоном.

– Когда я был в вашем участке, я не застал вас на рабочем месте, хотя время вашего оплачиваемого рабочего дня уже шло. У меня не было времени выискивать ваши номера телефонов, поэтому я оставил вам записку на столе, что жду вас в десять на месте преступления.

– Мы не получали никакой записки… – Заговорил Рон

Лицо Кайла покраснело, нервно он стал расстегать верхние пуговицы своей рубахи.

– В вашей записке было еще так мало написано мелким почерком, на таком большом белом листе.... Так сложились обстоятельства, что я ее выбросил не прочитав.

– Что ты сделал? – недоумевая начал Рон.

– Зачем? – удивленно спросил мужчина.

– Я думал это записки сумасшедшего, мы так в нашем офисе называем записи нашего айтишника, который когда чинит программу, пишет невообразимые каракули на бумаге… Я думал это они. Вчера с утра программа слетела.– Кайл виновато опустил голову.

Мужчине эти действия полицейского показалось нелепыми, каким-то детским садом.

– Ладно, вы все равно ничего не пропустили, здесь ничего нет. Я Кол Рикс, будите вести расследование под моим контролем. Сказу вам скажу, я ценю честность и открытость, Субординацию уважаю и в некоторых моментах целиком поддерживаю, но обращаться ко мне можете Кол, или просто детектив как вам удобно. – Мужчина направил взгляд на Кайла, – Ваша внимательность меня впечатлила, поэтому вам я поручаю работу в участке, другими словами вся бумажная волокита будет на вас, чтобы в следующий раз вы могли разглядеть не только оставленные подсказки, но и нужные улики. Что до вас – пройдясь холодным, оценивающим взглядом по Рону, Кол продолжил. – Вы будете вместе со мной ехать куда придется и искать нашего серийника, где придется. К сожаления о вашей внимательности я ничего не знаю, поэтому будем знакомиться и узнавать друг друга в процессе работы. А теперь скажите кто из вас кто?

– Я Рон, – протягивая руку, заговорил мужчина, – Для меня честь работать с вами.

– Я так и понял сразу, что ты Рон, человек с такими хорошими показателями заметил бы записку, оставленную на столе и обязательно, хоть одним глазком туда заглянул. – Подмигнув Рону, проговорил Кол.

Кайл устало закатил глаза.

– Всего одно банальное недоразумение и я уже секретарша!

– Из-за такой банальной невнимательности вы мой дорогой друг можете упустить ценные улики, мы не можем себе этого позволить. Тем более что я буду вас привлекать к выездам, когда мне понадобится. Поэтому мы с Роном останемся здесь и опросим всех, кто контактировал с жертвой, особенно внимательно допросим тех, кто имел с Томом конфликт. – Кол жестом попросил папку из рук Холи, которая все еще находилась в номере. – Спасибо, проверишь еще раз все отпечатки, что мы с тобой здесь нашли, и обязательно сразу со мной свяжись, в любое время дня и ночи.

– Как скажите. – Выходя из комнаты, Холи устало помахала на прощание.

– Из этого списка он устроил скандал почти каждому работнику, что с ним контактировали. Начнем с тех с кем он не конфликтовал.

– Хорошо и много их? Мы можем разделиться. – Сказал Рон

– Один человек из писка кто с ним контактировал и не получил жалобы и недовольства. Это Лекси, горничная, которая его нашла, я думаю, ей он не учинил скандал, потому что был мертв.

– Вы кого-то подозреваете из работников отеля? – взволнованно заговорил Рон.

– Подозреваемых много, и не только в отеле, но и на работе, члены семьи даже не хотели слышать о нем, а когда узнали что его убили, сказали « этого и стоило ожидать», они были удивлены. что он смог с таким скверным характером дожить до своих лет. Будем проверять подозреваемых на связь с самыми первыми жертвами, даже если они просто, когда-то ехали на одном автобусе, я должен знать! – Грозно смотрев на Кайла заявил детектив. – Ты должен уже искать информацию о том, как все жертвы связанны между собой.

– Я могу быть не прав, но насколько я осведомлен по этому делу, только Алан и Кети были знакомы между собой и ходили в одну школу. Остальные жертвы никак не контактировали между собой.

Кол раздраженно посмотрел на Кайла, больше всего он не любил лентяев, которые считали себя умнее всех

– Если этого не нашли наши предыдущие коллеги, это не значит что связи нет, поэтому без результатов чтобы я тебя не видел.

Кайл раскраснелся, полный раздражения и недовольства покинул номер.

– Вы думаете, что все жертвы связанны? Может это просто какой то псих, который выбирает нелюдимых и одиноких жертв.

– За десять лет след от ботинка единственная улика, которую он нам оставил, у убийцы холодный расчетливый ум, каждое его убийство это тонкая, без лишней суеты работа. Возможно это месть, или он получает от этого удовольствие, ему нравится, когда от него зависит чья-то жизнь.

– Вы сказали, что он оставил улику, вы думаете, он решил оставить нам подсказку?

– След от мужского ботинка не такая уж большая подсказка. Но именно этот след портит картину, давая подумать, что это всего лишь подражатель.

– Но, нож…

–Да, я знаю что нож видимо из нескончаемой коллекции нашего серийника и конечно же метка разбитого сердца. Но нужно и не выпускать из головы то, что с годами подражатели совершенствуются. Вы знаете, некоторые подражатели на столько впечатлены своим кумиром, что пытаются не только подражать его в убийствах, но и меняют имена, да и жизнь в целом, они хотят стать им, занять его место, стать таким же гениальным и неуловимым. – Кол посмотрел на часы. – Я думаю нам пора приступить к допросу, Строить теории можно до бесконечности, но именно внимательное расследование и нахождение даже самых маленьких и косвенных улик, доводит дело до его раскрытия.

Роб заглянул в список подозреваемых,

– Кейт Полок?

Кол лишь пожал плечами

– Она контактировала с жертвой, по словам свидетелей, он довел ее до слез.

– Это же не мотив…

– Не мотив для вас, так как вы знаете и доверяете своей жене, но для следствия мотив. Рон, я не думаю, что ваша жена поплакала, а потом схватилась за нож. Но проверить я ее обязан, и вы это знаете.

– Я знаю, и понимаю это. А еще знаю, что не имею права допрашивать свою жену, я должен был идти вместо Кайла в архив.

– Я допрошу вашу жену согласно процедуре, без вас. Но на допросе остальных вы можете быть полезны мистер Полок.

6

Детектив Кол Рикс внимательно смотрел на фотографию из личного дела Лекси Мокс. Его суровый проницательный взгляд опустился на лист с показаниями горничной. Он сидел, раскинувшись в стуле, его крупная фигура возвышалась над столом и личными делами сотрудников. На висках выступали надутые вены. Он то и дело подергивал челюстью в разные стороны. Эта была его глупая привычка, раскачивать нижнюю челюсть в разные стороны, это нервное действие помогало ему сосредоточиться и расслабить немного свой напряженный взгляд. Хотя со стороны это действие выглядело глупо и добавляло его лицу злобный оскал.

Лекси, глядя на детектива, заметно занервничала и от того стала ковырять сломанный ноготь на левой руке.

– Значит, вы утверждаете, мисс Мокс, что ранее не видели и никак не контактировали с мистером Фло.

– Нет, я была в отпуске и когда я обнаружила его… в смысле тело…труп, – ярко выраженная нервозность казалась детективу странным, и выражение лица горничной было такое словно она неуверенна в каждом своем слове. – в общем, это был мой первый рабочий день, после недельного отпуска разумеется. Я работаю в этом отеле уже два года.

Детектив поднял лист с показаниями, еще раз пробежав по тексту глазами, снова обратился к Лекси.

– Вам нечего больше добавить? Может от волнения и пережитого стресса вы что-то забыли сообщить следствию… – Слова детектива звучали размеренно, как на очередном рядовом допросе, который как обычно ничего не даст но, не смотря на его незаинтересованную интонацию от его цепкого взгляда не ускользало не одно движение горничной, не единый мускул на ее лице не дрогнул незамеченным.

– Я сообщила все, что… – девушка осеклась и тяжело задышала, – все что знала, я убирала номера, в планшете у меня не высветилось, что из номера выселились. Я постучала, когда не открыли, я вошла, чтобы убрать номер. Во время осмотра номера я увидела его на полу в ванной и испугалась, дальше я помню себя уже в коридоре, ко мне подошел наш администратор и человек из службы безопасности, меня увели в медпункт…

– Вы уверенны, что вы ранее не были знакомы с Томасом Фло?

– Я же сказала, что не знала этого гостя – девушка приподнялась и прикрикнула и когда осознала что ее поведение выглядит странно она снова присела на стул и заговорила уже более спокойным голосом. – простите, это все нервы, я плохо сплю.

– Я вас понимаю, это такой стресс оказаться на месте преступления. – Голос детектива звучал успокаивающе, – Я вижу, что раньше вы работали в гостинице в городе Ичос, могу я спросить? Почему вы сменили место директора точки общественного питания на простую горничную в другом городе?

– Какое отношение это имеет к допросу о трупе, – холодным почти равнодушным голосом произнесла девушка. – Моя личная жизнь не имеет ни какого отношения к вашему преступлению!

– Вы знали, что Томас жил с вами в одном городе.

– И что? Вы думаете, что я знаю всех жителей в городе, в котором живу! – девушка злилась, но за злостью скрывался страх.

– Простите Лекси, просто я хотел убедиться, что вы не встречались ранее. Теперь я понимаю, что вы не были знакомы с жертвой – поднимая ручку, и не сводя взгляда с девушки, проговорил детектив – я так и записываю в ваших показаниях, что вы не знакомы, и более не смею вас задерживать.

Девушка поднялась со стула, детектив заметил, что пальцы на руках девушки подрагивают, не смотря на то, что она улыбалась. Заметив взгляд на своих руках, Лекси сразу же сжала кулаки.

– Простите, чуть не забыл, – детектив старательно разложил фото с места преступления, – могли бы вы взглянуть на фото.

– Зачем? – растерянно спросила горничная, от улыбки не осталось и следа.

– Видите ли если его убил кто-то из работников отеля, то после вашей находки он мог еще раз посетить место преступления и что-то подбросить, чтобы навести нас на ложный след или же наоборот что-то забрать.

– В таком случае, конечно, я посмотрю, – девушка придвинула фото к себе указательным пальцем, осмотрев фото, она заговорила – я плохо разглядела тогда, от испуга сразу выбежала прочь, поэтому я не уверенна, но мне кажется, что все так и было, когда я его обнаружила.

– Благодарю вас за помощь Лекси. Если что-то вспомните, можете звонить мне в любое время суток, – заговорил Рон, который все это время стоял около выхода.

Лекси дрожащими руками взяла визитку из рук полицейского.

Дверь за горничной закрылась, Кол прислушался к удаляющимся за дверью шагам, и спокойно заговорил.

– Мне не понравилось, как она себя вела, нервная дерганная… Нужно будет с ней еще пообщаться.

– Она просто волнуется, девушка увидела труп, а теперь мы заставляем ее вспоминать тот страшный день. – Проговорил Роб, листая личное дело горничной.

– Она из Топола, позже перебралась в Ичос и пыталась потупить в Медицинский колледж города Ичос. После она поступила на гостиничный бизнес, после выпуска работала в отеле директором точки общественного питания. Кстати, наша жертва любила там отдыхать, и чтобы у такого характерного клиента не нашлось ни одной жалобы для директора ресторана? Я крупно сомневаюсь. Она могла контактировать как минимум с тремя жертвами нашего серийного убийцы. У нее был слишком спокойный взгляд, когда она осматривала фотографии. Она слишком нервничала на вопросе «знакомы ли они», а когда я сделал вид, что поверил, мне показалось, что на ее лице появилось… – Кол задумался – облегчение что ли.

– Я все же придерживаюсь версии, что убийца мужчина, среди жертв есть как женщины, так и мужчины, их будет трудно побороть, да и след от ботинка мужской.

– Мужской? По твоему мнению все девушки маленькие и хрупкие? На следе не написано мужской он или женский, а размер ноги не определяет пол, так что не веди себя как сопливый мальчишка, а размышляй логически. – Отчитывая помощника, сказал детектив. – Убийца руководствуется нам не известной яростью, но, не смотря на это, он остается в трезвом уме и контролирует ситуацию, за десять лет улик практически нет. Женщины.. они гениальны и осмотрительны, и в мести своей они жестоки и страшны, нет страшнее и коварнее врага, чем женщина. Женщине не нужно бороться с крепким молодым парнем, если она может воспользоваться своим обаянием. В отличие от нас, женщины не борются кулаками, они пользуются умом. Я допускаю… даже нет, я твердо уверен, что убийца может быть женщиной.

Роб пожал плечами. – Ты будто восхищаешься убийцей!

– Я действительно восхищен, умом этого человека, он не дает ненависти затмить разум, он оставляет его светлым. Этот человек не допускал ни одной оплошности за 10 лет, потому я думаю, что след, оставленный на месте преступления некий знак, который мы должны расшифровать. Может это некое предупреждение.

– Или же наш убийца настолько чувствует себя неуловимым, что безнаказанность его немного расслабила, и он допустил оплошность. – Роб взял папку следующего сотрудника на допрос, этим сотрудником оказалась его жена. – Ты подозреваешь Кейт!?

– Я лишь делаю свою работу, к тому же сама того не осознавая Кейт может что-то видела, просто не предала значения. – Взяв папку с личным делом сотрудника, Кол бросил задумчивый взгляд на напарника – Про оплошность может ты и прав. Но что до допроса твоей жены, ты же знаешь что не можешь при нем присутствовать? – детектив задал вопрос как-то по детски поддев Рона, Улыбнувшись, он поднялся и поравнявшись с помощником одобрительно похлопал его по плечу, взглядом указывая на двери.

Детектив Полок направился к двери, когда Кол бросил ему вдогонку.

– Но ты можешь пригласить ее на допрос.

Рон обернулся на детектива, тот стоял у стола устало потягиваясь.

Дверь со скрипом закрылась.

Кейт стояла у лифта, спиной к кабинету, где проводили допрос, ожидая своей очереди, Роб тихо подошел сзади и нежно обнял жену, от неожиданности девушка вскрикнула, но узнав мужа, она засмеялась от собственной глупости.

– Знаю, что ты где-то бродишь, но тебе все равно удалось меня напугать. – Обиженно сказала Кейт.

Мужчина, положив голову жене на плече, тихо прошептал.

– Я думал, ты узнаешь меня по запаху и нежным прикосновениям!

Кейт заулыбалась и слегка повернула голову.

– Скорее, я узнаю тебя по запаху и детским приколам! Кому еще как не детям, взбредет в голову подкрадываться вот так.

– Твоему весельчаку мужу!

Кейт засмеялась, она смотрела на мужа с нежностью и любовью. Рон обожал, когда Кейт так него смотрела, он таял от нежности и утопал в любимых синих как море глазах.

– Меня вызывают? – грустно улыбаясь, спросила Кейт.

– Да, я не могу присутствовать на допросе, это против правил.

– Я понимаю… – Кейт повернулась к мужу и нежно его обняв, положила голову ему на плече, он оставил легкий поцелуй на макушке.

– Я все равно буду рядом за дверью.

Кейт улыбнулась, высвободившись из объятий, она внимательно всмотрелась в глаза Рона. Он был уставшим, не смотря на то, что он улыбался, глаза были грустные. Кейт знала, что найти убийцу для мужа как личный вызов, он до сих пор винит себя за смерть девочки из школы первой жертвы бессердечного убийцы.

Рон ладонью провел по щеке. Кейт выглядела болезненно и не привычная для нее бледность заставила Рона почувствовать волнение и страх.

– Тебе до сих пор нездоровится? – Рон приложил ладонь ко лбу жены, и взволнованно концентрировался на ощущениях ладони.

Не смотря, на истощенный вид, девушка загадочно улыбнулась.

– Да, меня до сих пор мутит Рон, я не хочу делать поспешных выводов, я сделала тест, и впервые за год он показал две полоски! – Девушка сложила ладони, прикрывая рот, словно хотела закричать, она просто искрилась от нескончаемого счастья. – Я записалась завтра к врачу, он подтвердит… или опровергнет! – Последние слова она произнесла с болью и страхом.

Казалось, сердце полицейского остановилось, но потом с большой силой застучало. Он испытал, сильное волнение, почувствовав поток нескончаемой и неконтролируемой радости. Без лишних слов очень нежно положил ладонь на живот жены и аккуратно стал поглаживать. Кейт перехватила ладонь, поднесла ее к губам, оставив быстрый поцелуй на тыльной стороне руки, она грустно проговорила.

– Это не то… что.... Рон… Я не хотела давать… давать тебе ложную надежду. Хотя вся эта слабость и тошнота дает мне надежду на то, что завтра все подтвердиться. – Лицо девушки было украшено надежной, даже на фоне болезненной бледности для мужа она казалась сияющим ангелом.

– Чтобы завтра нам не сказал врач, я все равно тебя люблю… И буду благодарен за те эмоции, за эту эйфорию, что я сейчас испытываю – продолжая глупо улыбаться, Рон проговорил, – но тебе пора на допрос, я знаю, что о многом прошу, но старайся не волноваться. И, скажи детективу, чтобы не показывал тебе фото жертв! – Рон был взволнован, страх перемешивался с эйфорией возможной беременности жены, он боялся, что может что-то произойти с ребенком, или окажется, что его вовсе не существует. Но в этот момент веры и надежны, любовь в его сердце подсказывала украсть жену и беречь ее как самую драгоценную и хрупкую вещь в мире. Ему не хотелось расставаться с ней ни на секунду, но человеческая жизнь так устроена, всегда есть дела важнее собственных желаний.

Кейт закивала, она прошла вперед на несколько шагов, оставляя мужа за своей спиной, он стоял не двигался и не поворачивался лицом к удаляющейся жене, она остановилась, вернулась и обняла Роба со спины. После девушка направилась к двери и с легким волнением и нерешительностью, она медленно вошла в кабинет. Обойдя стол, она медленно села напротив детектива, который изучал ее личное дело.

Бросив беглый взгляд на девушку, детектив заговорил, не отрывая глаз от документов.

– Вам нездоровится? Могу предложить воды или открыть окно, если вам душно. – Он почувствовал некую скованность, детектив всегда внимательно относился к женщинам и детям, особенно если женщина выглядела нездоровой.

Ему было не по себе рядом с болезненной Кейт, сам не понимая, почему, но она оживила его страшные воспоминания болезни младшей сестры во времена его юности. Тогда они с матерью не на шутку боролись за жизнь девочки, и самое ужасное для Кола было то, что противник был неуловимым вором, который крал прекрасные года детства и здоровья его красавицы сестры, но этого ему было недостаточно, оттого он пытался украсть и саму жизнь. Потому Кол и решил стать детективом, потому что в отличии от врачей, что борются с невидимыми болезнями, полицейский видит фоторобот и ловит осязаемого преступника, от того на улицах становится безопасно. Бороться с плохими видимыми парнями для юного Колла казалась на много проще, чем бороться с болезнью, из-за которой на твоих глазах угасает чья та жизнь. Сестра победила болезнь, и даже пришла на вручения диплома, но Кол не мог выносить больных людей из-за щемящей тоски в сердце.

– Спасибо детектив, но не нужно, – Кейт заулыбалась. – Мне действительно нездоровится сегодня, Я надеюсь, что моя болезненность обусловлена зарождением новой жизнью в моем организме! – Кейт говорила это, не скрывая собственного счастья. Детективу казалось, что она говорит это не ему, а себе, чтобы насладиться, пусть даже надежной на то, что это правда.

Детектив поднял удивленный и недовольный взгляд, хотя он почувствовал облегчения, что природа болезненности этой девушки кроется в другом. Кейт растерялась, поникла и опустив взгляд виновато заговорила.

– Простите, я не должна была вам этого говорить! Просто меня переполняет радость и надежда.

– Надежда? Переспросил Кол, сам не понимая зачем, он поддерживает пустую болтовню, когда нужно вести допрос.

– Да мы, год безуспешно пытались… Я знаю, что для врачей год это не считается серьезным отклонением, но для нас это очень долго и тяжело. Как я и сказала, простите, я не должна вам это все говорить. – Искренность и открытость девушки подкупала детектива, поэтому ему хотелось, как-то поддержать ее, помочь ей хотя бы словами.

– Что вы Кейт, не извиняйтесь! Моя жена тоже долго не могла забеременеть, стыдно признаться но, она уже и к экстрасенсам ходила, в минуты отчаянья и я готов был верить каждому встречному шарлатану. Но после шести мучительных лет отчаяния и бессилия у нас все получилось! – Детектив просиял счастьем, – к чему я вам это все говорю, если вдруг, завтра окажется, что вы просто напросто отравились какой-нибудь пиццей, не расстраивайтесь, не давайте вашей надежде угаснуть, надежда это главный маяк для счастья.

– Я рада что ваша жена забеременела, даже представляю какое счастье она испытала.

– Да, а после родила еще двоих детей, у меня две дочери и сын! – не скрывая своего счастья, сказал детектив. Он почувствовал предрасположенность к этой милой и искренней девушке. Абстрагироваться у него не получилось, Кейт показалась ему простой, открытой и предсказуемой, этот тип людей ему был хорошо знаком, они не умеют скрывать чувства, их можно прочесть как открытую книгу. – Кейт, я знаю, что вы сейчас мыслями далеко в мечтах, но я должен вас немного приземлить и поговорить с вами об убийстве. Учитывая ваше возможное положения, мы не будем с вами смотреть фото трупов, не хочу вас волновать, тем более слышал, что вы уже достаточно насмотрелись.

– Да мне пришлось войти в номер с… – Кейт осеклась, видно было, что она пытается подобрать правильное слово, – с погибшим, сейчас мне кажется это дико, я необдуманно поступила, когда пошла на шум туда, где недавно убили человека. Мозг будто отключился… Я поступила необдуманно, теперь стыжусь, – Кейт закрыло лицо руками,

– Так бывает, люди в стрессовых ситуациях поступают спонтанно, но, когда лучше всего убежать они либо стоят как вкопанные, либо как вы – идут проверять что за шум…Я, думаю ,наша беседа перетекает плавно к событиям вечера, когда обнаружили жертву. Поэтому начнем с главного вопроса – Кол снова погрузился в бумаги. – По словам свидетелей у вас был конфликт с мистером Фло?

– Я бы не назвала это конфликтом, скорее это односторонняя агрессия… Он кричал на официантку, я не имею никакого отношения к персоналу ресторана, в лобби я оказалась, чтобы обсудить проблему питания. Гость из номера пятьсот был недоволен качеством работы официантов, потому я пришла к менеджеру ресторана, его не оказалось, там происходил конфликт гостя с официантом. Я не могла проигнорировать происходящее. Гости считают себя очень значимыми и для них важно решать вопросы не с линейным персоналом, а желательно с кем-нибудь старшим по званию, если бы они могли, то дергали бы самого владельца гостиницы, чтобы высказать свои претензии. Как администратор я решила вмешаться, чтобы решить конфликт. Я попыталась успокоить гостя и выяснить причину его недовольства, чтобы устранить. Так нас учат на тренингах. Показать гостю, что его проблема для тебя намного важней, чем свои собственные. Но мистер Фло… Был просто не в себе. Он кричал, любую мою попытку выйти на контакт он пресекал. Я поняла, что ситуация неконтролируемая, тогда я предложила позвать директора ресторана для решения его вопроса, но он не унимался, оскорблял меня и официантку, называя нас «безалаберными» «ленивыми». Я не могла даже понять причину его агрессии. Это не профессионально, но я не могла долго сдерживать натиск его злости. И после очередного оскорбления с его стороны я просто ушла из ресторана, – сказала Кейт как-то по-детски просто, – Я выглядела жутко не профессионально, но мне кажется, его могла бы успокоить только ванна с корвалолом.

– После этого случая вы как-то контактировали с этим человеком?

– Нет, после этого инцидента я не видала мистера Фло… – Кейт задумалась, – Хотя … От него был звонок на рецепшен, на тот момент я страховала своего сотрудника… Он был недоволен работой горничной, сказал, что его номер убран «похабно», кажется, так он сказал… да «похабно» – Кейт уверенно закивала, она говорила это спокойно, будто боялась упустить какую-нибудь пустяковую для нее деталь, но важную для расследования, – я извинилась и сказала, что обязательно уладим эту не приятную историю. Он потребовал наказать «ленивую» горничную, я сказала, что сделаем ей выговор, а ему в качестве извинений за неудобства подарим вино от заведения, он согласился. Мне показалась, что он не просто удовлетворен решением его проблемы, а в какой-то мере даже очень доволен. Он так заинтересованно спрашивал, когда вино будет доставлено, я уточнила его предпочтения, и сказала что в течении часа вино будет у него в номере. Он так мило со мной говорил после этого, даже предлагал выпить этого вина с ним, я отказалась, как положено по стандартам вежливо и с сожалением, он даже поблагодарил меня за работу, после мы закончили разговор. После этого я уже никак не контактировала с этим человеком.

– В день убийства была ваша смена? У меня записано, что именно вы сообщили о преступлении.

– Да, в тот день я заступила на работу с утра, в привычном графике. Моя смена начинается в одиннадцать, пересменка начинается за час до окончания выселения!

–Что вы делали в день убийства с четырех до семи тридцати? – Кол спросил это чопорно и неловко, хотя ему было странно, это рядовой вопрос для всех людей, имевших конфликт с жертвой. Но он настолько проникся к Кейт, что ему показалось, как будто нее этот вопрос звучит как личное оскорбление. Но Кейт была также спокойна и сосредоточена. Она этот вопрос восприняла, как и любой другой связанный с убийством.

Увидев смущения детектива, Кейт ободряюще улыбнулась – Я знаю, что это вопросы по протоколу, будь на вашем месте мой муж, он бы тоже задал этот вопрос. – Детектив удивительно для себя самого выдохнул с облегчением.

– Сейчас Я веду себя не профессионально, – улыбаясь, заговорил полицейский. – Даже Колла отстранил от беседы с вами, боясь его предвзятой оценки, а в итоге сам веду себя как стажер без тридцати лет стажа за спиной.

– Это доказывает что мы в первую очередь люди со своими эмоциями, это не стыдно, но порой обидно, когда нужно проявить стойкость и профессионализм мы руководствуемся своими эмоциями. – Кейт улыбнулась, и получив ответную улыбку детектива продолжила. – В тот день я наконец-то заставила себя пробежаться. В четыре я, конечно же, еще спала, я не бегаю в такую рань. На пробежку я вышла где-то в пять тридцать, наш сосед бегает в это время. Иногда когда я долго собираюсь, он убегает без меня.

– В тот день вы в пять тридцать вышли на пробежку с вашим соседом, и он может это подтвердить?

– Да может, его имя Лой Ликч, он из двадцатого дома. Обычно пробежка длится минут сорок, со спортивной ходьбой, ну иногда мы еще беседуем с Лоем в парке на лавочке. Но в этот раз ему не здоровилось, как выяснилось позже у него давление подскочило, ему пятьдесят семь, наверное в их возрасте бывает. Он сошел с дистанции почти сразу, не прошло и пяти минут. Перед бегом мы разогреваемся, потом идем спортивной ходьбой, после уже бежим. Но в этот раз после пару упражнений Лой побледнел, он сказал, чтобы я бежала, а он отдохнет и догонит. Вернулась с пробежки я где то через час, я шла еле ноги волоча, – наклонившись к детективу Кейт заговорила шепотом, – я до этого прогуливала пробежку целую неделю, снова человеческий фактор, – виновато пожимая плечами, проговорила Кейт. – Когда я вернулась, то увидела Лоя, сидящего на лавочке. Ему совсем стало плохо, я помогла вернуться ему домой и вызвала ему скорою помощь, больше оставаться у него я не могла, мне нужно было собираться на работу. Когда я вернулась домой, на часах было … семь пятнадцать вроде, но я не совсем уверена. Может было чуть больше или меньше.

– Это не так важно, что же, я могу сказать спасибо Кейт за беседу, вопросов у меня к вам больше нет.

Дверь распахнулась, с грохотом ударяясь о стену, в проеме возник Кайл, он глупо улыбался.

– Простите, хотел тихонечко поприсутствовать.

– Это что еще такое!? – возмущенно произнес Кол.

Кайл бросил глупый взгляд на кофе, что держал в руке и в привычной для него манере заговорил.

– Кофе для самого трудолюбивого босса. – Кайл говорил своим подхалимным голосом, продолжая глупо улыбаться и делать вид, что не понимает, почему детектив был недоволен его появлением.

– Что ты здесь делаешь, если я пару часов назад оправил тебя в архив!? – Кол был в недоумении выходкой легкомысленного помощника, хотя то, что он принес для него кофе, о котором он грезил последних пол часа смягчило его недовольство. Он продолжал строго смотреть на Кайла, догадываясь, что его сюда подослал Рон.

Кайл стоял в проеме, не решаясь войти, но и не желая выйти.

– Я там был, там пыльно и никакой новой информации, ничего интересного. За записку я каюсь, и прошу еще один шанс вас удивить.

Суровый взгляд детектива перешел на Кейт.

– Мы закончили, не смею вас задерживать. – Еще раз повторил полицейский стоящей в нерешительности уйти Кейт.

– Ааа.. вы уже закончили, – Кайл наклонился немного назад, и чуть выглядывая из-за проема, заговорил, – они уже закончили, заходи, – пройдя в кабинет, он поставил рядом с детективом свой «подхалимный» кофе – я взял его внизу в лобби баре, вкуснее, чем из кофейни напротив участка.

В проеме возник Рон, преграждая путь подходившей к выходу Кейт.

– Все хорошо? – тихо произнес Рон.

Кейт улыбаясь, кивнула и вышла, Рон закрыл дверь и сел за стол к детективу.

– Мог и мне кофе купить, раз притащился! – бросил он обиженно напарнику.

– Ты можешь и сам сбегать себе за кофе, а у детектива времени не хватает он же весь в делах, вот я и проявил заботу к ближнему.

– И я тебе за нее благодарен. – Сказал подобревший детектив.

Вернувшись в участок, полицейские долго возились, изучая личность убитого, проверяли его семью и знакомых. Но он был настолько невыносим, что с ним никто не общался. Жена с Томом развелась три года назад, когда надоело терпеть его измены и постоянное недовольство. Она рассказала, что четыре года назад у ее мужа был роман со студенткой, она была в ужасе, когда узнала про девушку, она ничего не знала, ни как выглядит, ни имя, ни фамилию. Она, засиживалась до конца занятий, чтобы подкараулить разлучницу, так сказать застукать их с мужем с поличным, но ей этого не удавалось. Тогда она, копаясь в личных вещах Тома, наткнулась на адрес, записанный не почерком ее мужа, было даже похоже что это женский почерк. Не раздумывая, женщина, умирая от ревности, направилась по этому адресу. Она любила своего мужа, хотела за него бороться. Четыре года назад Том не был такой скандальный, он был мягкий отзывчивый и к сожалению для семьи весьма влюбчивый, в какой-то мере даже навязчивый в своей любви. Когда жена Тома приехала по таинственному адресу, то поняла, что не ошиблась. Там действительно жила разлучница. Том, разумеется, остался с женой, эту девушку она более никогда не видела. Но ей запомнилось то что девушка показалась ей не расстроенной, а озлобленной, даже немного безумной. Но после этого романа со студенткой, Тома словно подменили, и жить с ним стало просто невыносимо, потому она и ушла. Полиции она смогла предоставить только адрес той девушки, надеясь, что это хоть как-то поможет, хотя поначалу она и приняла весть об убийстве мужа спокойно, сейчас чувствовалось, что она расстроена.

Отправив запрос на информацию о хозяйке квартиры, полицейские со спокойно душой отправились по домам. Время уже перевалило за полночь.

7

Утром пара отправилась на прием к врачу, хотя Кейт сегодня было очень хорошо, она не чувствовала слабости или тошноты. Врач долго всматривалась в анализы Кейт, бросая на них жалостливый взгляд. Странно, но Кейт было достаточно одного взгляда, чтобы понять, что ее надежда на ребенка рушится. Рон почувствовал волнение жены и взял ее нежно за руку, он оставил легкий поцелуй на тыльной стороне ладони, он делал так всегда когда хотел проявить приободряющую нежность, этот жест означал для него протянуть руку помощи и проявить любовь одновременно.

Сочувствующий взгляд снова скользнул по паре, врач выдохнула и заговорила четко и размеренно.

– Вы не беременны Кейт, мне очень жаль, тест на ХГЧ ничего не выявил.

Кейт улыбнулась, хотя на глазах заблестели слезы.

– А как же симптомы. – сказала Кейт, видно было как она сдерживает слезы в голосе чувствовалась дрожь.

– Возможно отравление, или ложная беременность, так бывает у женщин, которые очень хотят забеременеть, мозг играет с ними в злую шутку. – Врач встала – предлагаю сделать УЗИ, чтобы убедиться наверняка!

Кейт больше не сдерживалась и заплакала, она подошла к кушетке, легла, оголив живот.

– Брюки не много нужно спустить, – проговорила врач.

Девушка, молча, выполнила просьбу. Поникший Рон остался сидеть на стуле.

Врач начала водить датчиком по животу, напротив кушетки был большой экран, где Кейт увидела свою пустую матку.

– Видите вот этот, – Указывая пальцем на рядом стоящий экран, который она слегка повернула к пациентке, – скажем так шарик? Это ваша матка, она пуста, если был бы там эмбрион, мы бы с вами его увидели, сейчас я включу чтобы послушать сердце. Тишина и всхлипы Кейт наполняли кабинет. – Стука нет, мне очень жаль, но вы не беременны, – спокойный и безразличный голос врача звучал как приговор.

Кейт поднялась, обтерев гель с живота, она просто выскочила из кабинета.

– Простите, – вставая, проговорил Рон.

– Это вы меня простите за плохие новости. – Сев за стол она быстрым и размашистым почерком что-то записала на листке и протянула Рону. – Дополнительные анализы для Кейт. – Сейчас она расстроена, но я уверенна, что скоро она придет в себя и продолжит борьбу. Надежна есть!

– Надежда есть, – повторил полицейский, – До свидания! – бросил Рон через плече и скрылся за дверью.

Кейт сидела на капоте машины, увидев приближающегося мужа, она направилась к передней двери пассажира.

– Кейт! – начал говорить муж, но она его перебила.

– Ничего не говори, просто отвези меня домой. Я устала, но Кол мне вчера сказал, чтобы не случилось, нельзя чтобы угасала надежна. А моя надежда все еще горит теплым и хорошо ощутимым огоньком.

– Моя надежда горит ярче звезд на небе, – он протянул Кейт запись врача, – Это направление на дополнительные анализы…

– Хорошо, я пройду их, но позже. Сейчас хочу расслабится и забыться.

Дорога домой прошла налегке, Рон шутил свои глупые и незамысловатые шутки, а Кейт даже улыбалась на них.

Зайдя домой, Рон плюхнулся в кресло, Кейт села ему на колени, обхватив его плечи руками, она поцеловала его в губы, так привычно и обыденно, она всегда так целовала Рона пред работой. Положив голову на плече, она заговорила.

– Ты веселил меня шутками, хотя сам очень расстроился, спасибо тебе за это.

– Я думал, тебе не нравятся мои шутки.

– Ты прав они ужасны, – Кейт засмеялась – но я рада, что ты не даешь мне впасть в уныние.

– Разве я могу тебе позволить впасть в уныние? Уныние очень страшный грех, между прочим.

Кейт закатила глаза, – Ты же знаешь что я агностик, я верю лишь в то, что доказано наукой!

– Да, но иногда немного веры не повредит.

Кейт задумалась – ты прав, как говорят все сладкие парочки, твоей веры хватит на нас двоих. Последнюю фразу Кейт сказала неестественным для нее немного писклявым и приторным голоском.

Они засмеялись.

– Я не уверен но, кажется, так должен говорить один из них и про любовь. – Рон стал наигранно произносить, – Моей любви хватит на нас двоих.

Кейт стала прижиматься так сильно, вдыхая запах его тела и парфюма.

– А знаешь, что нужно сделать, чтобы не впасть в уныние, – Кейт бодро поднялась и раскинула руки в сторону.

– Только не это… – наигранно слезливым голосом произнес Рон.

– Только это! – Весело поправила мужа Кейт – Смешные танцы! – Радость Кейт была по-детски предвкушающая.

Взяв пульт с дивана, она включила на телевизоре песни своей любимой группы «Фиэль», заиграла песня «неудержимое веселье».

Бросив пульт обратно на диван, она стала хаотично двигать руками, пританцовывая ногами.

– Ты танцуешь как пансионер на своем юбилее! – Смеясь над собственной не оригинальной шуткой, проговорил Рон.

Кейт засмеялась и стала эротично двигать бедрами, нежно скользя по телу руками. Поднявшись с кресла, Рон стал пританцовывать плечами, покручивая бедрами. Он выглядел очень неуклюже, но Кейт это забавляло. Они танцевали бодро и весело, подпевая песню. Рон не любил эту группу, да и песни их не приводили его в восторг, но он всегда подпевал вместе с Кейт. Такие моменты заряжали их позитивом и семейным теплом, они дурачились как дети, забывая свои взрослы проблемы, количество которых росло, вместе с их возрастными цифрами. Динамичная песня закончилась и следующая заиграла их песня, она была символом их любви, даже на собственной свадьбе они танцевали первый танец молодых именно под эту песню, не смотря на то, что она уже давно устарела.

Рон притянул Кейт к себе, покружившись, она прогнулась назад, Рон с тем же трепетом, что и в день свадьбы придерживал ее за поясницу.

– Я люблю тебя Кейт, – так просто без особых усилий, но с огромным чувством внутри сказал Рон.

– Я тоже тебя люблю, – повторила Кейт, смотря в любящие глаза мужа.

Они выпали из реального мира, нет проблем, нет жестокого и не справедливого мира, нет споров о вечном. Только мир двоих, любящих людей, наслаждающихся мгновением уединения, создавая этот волшебный момент для своей истории любви.

Этот хрупкий и прекрасный мир разбил телефонный звонок от Кола, пришла информация по адресу, он зарегистрирован на, десять лет назад почившую, Кристину Борсен. Рону вместе с детективом придется отправиться в Ичос, до которого добираться три с половиной часа. Кол позвонил помощнику уже стоя под его окнами.

Хотя Рон и был недоволен нарушенным уединением с женой, он все же в суматохе засобирался в рабочую командировку. Работа для Рона тоже была важным аспектом в жизни. Он мог, забывая самого себя, погружаться в работу, он всегда ответственно и внимательно изучал дела, замечал самые не приметные зацепки, которые впоследствии играли не последнюю роль и помогали раскрыть дело. Рон был один из лучших и трудолюбивых детективов местного полицейского участка. Благодаря его усердности и трудолюбию у него была хорошая раскрываемость дел.

Поцеловав жену на прощание, Рон удалился, а жене оставалось лишь из окна наблюдать, как муж уезжает в командировку. Когда Рон отправлялся в командировки, он оставлял небольшие записки на холодильнике для Кейт, чтобы утром она улыбалась над его небрежным слегка корявым почерком и милым содержанием записки. Записки всегда били просто содержания «меня завалило работой, но я скучаю», «если от меня еще не пришло сообщение с нелепым содержанием значит, я весь в мыле ищу преступника и еще не урвал драгоценную минутку чтобы напомнить о себе». Кейт, отходя от окна, прошла к лестнице и остановилась напротив двери на кухню, бросив взгляд в верх по лестнице она направилась на кухню. Какого же было ее удивление, когда она увидела желтый стикер, приклеенный на холодильник. Рон не смог оставить любимую жену без маленького напоминания о своей большой любви, « я скоро буду обнимать тебя, уже скучаю Р. S неуклюжий танцор Рон». Кейт сняла записку с холодильника и покинула кухню.

Кайла, по уже зародившейся традиции, оставили работать в городе. Конечно же, он был очень не доволен, пока не понял свое счастье, что может размеренно работать и уходить домой пораньше. В отличие от Рона Кайл не славился трудолюбием и потому любил работать над сложными делами, чтобы можно было лениво паразитировать на парнике, от того с ним никто не хотел работать. После очередной жалобы он, можно сказать, достался в напарники Рону за его рабочие заслуги. После быстро раскрытого дела в таком тандеме, их решили сделать постоянными напарниками и давали им дела повышенной сложности. У начальника их городского полицейского участка была очень простая философия, чтобы участок был среди лидирующих по раскрываемости лучших нужно ставить с худшими. Таким образом из разгильдяя в тандеме можно получить средне статистического работника.

8

Пожилая женщина сидела в старом потертом кресле, в полутемной комнате освященной лишь экраном телевизора, звук туповатого телешоу, еле заполняет комнату. При каждом движении женщины слышен протяжный скрип кресла. Спокойное старческое уединение, нарушает шум у соседней двери. Женщина бросает недовольный взгляд на дверь, и под скрип кресла делает звук телевизора еще тише. Многоквартирный дом, старого образца, или «картонник», как часто называют его жильцы, потому что слышимость отменная, никакой шумоизоляции.

Приглушенные голоса и монотонный стук в соседскую дверь поднимает в женщине волну раздражения. Поднявшись с кресла, тихими шарпающими шагами она приблизилась к двери. Взглянув в замусоленый глазок, старушка увидела две размытых пеленой старости глазка фигуры. Всунув щеколду в бегунок, старушка приоткрыла в дверь

– Чего тарабаните? На время посмотрите и поищите у себя внутри совесть

– Простите мэм, – отозвался мужчина помоложе, показывая жетон полицейского, он продолжил – Я детектив Полок, а это мой коллега детектив Кол Рикс. Вы не знаете кто здесь живет? По документам квартира принадлежит Кристине Борсен, но она умерла несколько лет назад.

Женщина открыла дверь шире и показалась в дверном проеме.

– Здесь жила ее внучка Элизабет Борсен. Странная была и скрытая, из соседей ни с кем не общалась. Она заехала сразу после смерти Кристины, я подумала, мало ли может мошенница какая. Кристина ничего не говорила о своей внучке. Ну я и вызвала полицию, что по соседству поселилась подозрительная личность и я переживаю за свою безопасность. Приезжал полицейский, такой молодой, но уже серьезный, все выяснил и сообщил, что это внучка Кристины и она имеет на квартиру все законные права.

– Я вижу, вы очень бдительная гражданка и поэтому спрошу у вас: этот мужчина не был вами случайно замечен? – Показывая фотографию Томаса Фло, – спросил Кол.

Женщина отшатнулась и исчезла в полу мраке комнаты и появилась спустя несколько минут в очках.

– Кажется… Я его видела, лицо вроде знакомое, но я не уверенна.

– Хорошо, как я могу к вам обращаться? – Продолжил Кол.

– Роза Блим.

– Миссис Блим, а как мы можем поговорить с внучкой Кристины?

– Да никак, если только односторонним монологом на кладбище.

Полицейские удивленно переглянулись.