В своей книге «Опыты об интеллектуальных способностях человека» Томас Рид, один из самых значимых представителей философии «здравого смысла» XVII века, ставил вопрос о необходимости уточнять понятия и унифицировать термины, применяющиеся в той области, которую мы начинаем исследовать[26]. Рид говорил: «Нет большего препятствия на пути к знанию, чем двойной смысл слов»[27]. Но разве найдется что-то менее определенное, чем то, что расположено внутри нашего черепа? Мозг, система обработки информации, разум, интеллект, душа, дух, сознание – вот лишь некоторые из названий, к которым мы часто прибегаем, чтобы обозначить то, что помогает нам думать, чувствовать и действовать в этом материальном мире. Легко запутаться, поэтому первым делом следует прояснить значение некоторых слов и базовых понятий, используемых как учеными, так и простыми обывателями. Затем попытаемся разложить разум на основные компоненты. И, наконец, рассмотрим, какие элементы разума в соответствии с теорией информации и вычислительной науки являются бренными, а какие, возможно, продолжают свое существование и после смерти мозга.

С конца XIX века разум является объектом исследования разных научных дисциплин, таких как нейробиология, когнитивная психология, лингвистика, антропология. Появление в середине XX века искусственного интеллекта добавило к ним когнитивистику – междисциплинарное научное направление, объединяющее науки, посвященные изучению познания в биологических и небиологических системах, перерабатывающих информацию. В древности этот вопрос интересовал представителей религии и философии, причем не только на Западе – здесь значение Востока трудно переоценить. Например, практически неизвестная широким массам индийская философия внесла огромный вклад. Мыслители этой страны оказались потрясающими исследователями, и обнаруженные ими сокровища значительно превосходят достижения наших философов и западных ученых. В то время как мы сосредоточились исключительно на изучении системы обработки информации – физическом мозге, – они выдвигали куда более смелые гипотезы и говорили о других материях, о существовании которых в этом мире мы только начинаем догадываться. Концепций и понятий так много, что можно отчаяться, пытаясь в них разобраться.

Если задать этот вопрос специалисту в области нейронаук, он, вероятно, ответит, что разум – это сложный биологический феномен, результат электрических и химических процессов в нейронной структуре нашего мозга. Если то же самое спросить у специалиста по квантовой механике, который интересуется ментальными явлениями и углубляется в философские аспекты своей теории, скорее всего, он даст другой ответ. Он скажет, что разум и сознание плотно вовлечены в материальную реальность, то есть создают физический мир, который вы воспринимаете. А если обратиться за мнением к эксперту по искусственному интеллекту, он скажет, что не только физический мозг в состоянии генерировать разум и сознание; компьютер тоже будет ими обладать, как только мы сможем создать подходящее программное обеспечение. Даже алгоритм или арифметический расчет могли бы создавать некоторый субъективный опыт. Например, обогреватель, способный регулировать собственную температуру, обладал бы минимальной степенью разума. Несмотря на предложенные объяснения, никто нам пока так и не дал точного ответа, что же такое разум.

Основываясь на собственных знаниях и опыте, я считаю, что разум можно охарактеризовать как нечто, что позволяет нам воспринимать, организовывать и понимать реальность, которая нас окружает. Для этого он прибегает к физическим инструментам – например, органам чувств, – и сложным системам обработки информации, таким как мозг. И не только: благодаря существованию программного обеспечения, мы можем управлять данными, которые ежедневно используем. Однако разум обретает жизнь лишь с помощью одного загадочного и неуловимого компонента – сознания. Без него мы не испытывали бы ощущений, чувств и эмоций, были бы лишены личного «Я» и даже не могли бы отдавать себе отчет в том, что существуем в физическом времени и пространстве.

Несмотря на то что за последние 150 лет человечество многому научилось, нам по-прежнему мало известно о происхождении разума, его природе, функционировании и прекращении существования.

Вопреки традиционным представлениям о том, что человеческая суть сосредоточена в сердце, в IV веке до н. э. греческий врач и отец западной медицины Гиппократ сделал революционное для своего времени предположение: восприятие, чувства и интеллект рождаются не в сердце, а в мозге. В своем трактате «О священной болезни» он пишет:

Этой же концепции придерживался Гален – греческий медик, живший примерно во II веке н. э. До сегодняшнего дня она сохранилась практически неизменной. Однако мне кажется, что ученые и философы кое-что упустили: пусть разум находится в мозге, но теория информации и вычислительные науки говорят нам о том, что нельзя считать его навсегда привязанным к этому органу. Информация не остается навечно в компьютере, который ее породил. Современные технологии позволяют нам переносить ее на другое устройство. Временным пристанищем разума является мозг, но он может продолжить расти и развиваться и в другом мозге, отличном от привычного материального. Теоретически это возможно. И не только это: мозг, который разум использует для собственного эволюционного развития, может быть создан из совершенного другого типа вещества. Как мы увидим дальше, это способно породить массу спорных вопросов для науки, религии и философии.

Вас не удивляет, что, заглянув внутрь системного блока, невозможно увидеть информацию и компьютерные программы. Поэтому не следует удивляться тому, что никто не смог увидеть изнутри человеческий разум и его содержимое. Ведь физики, похоже, тоже не сумели разглядеть объекты своих исследований. Такие термины, как «фундаментальная частица» или «поле», используются достаточно часто, несмотря на отсутствие полной ясности в вопросе, что же они собой на самом деле представляют. Если спросить какого-нибудь ученого о составляющих атома, фундаментальных частицах, то он ответит, что никто их не видел. В последние годы это привело к тому, что некоторые физики и философы выдвинули идею о том, что материя в своем самом базовом состоянии, возможно, состоит не из материальных частиц, как считалось до сих пор, а из свойств. Форма, цвет, масса, заряд и спин частицы, кроме всего прочего, определяют то, что мы действительно различаем, а именно свойства и отношения. Эти характеристики и являются единственной действительно фундаментальной категорией. Тот факт, что физикам не до конца понятна природа вещей, не мешает им строить гипотетические модели и даже выдвигать научные теории. Модели представляют собой абстракции, помогающие нам представить те сущности и процессы, которые недоступны нашему взгляду.

Среди представителей нейронаук находятся энтузиасты, утверждающие, что, благодаря последним достижениям нейротехнологий, мы уже способны наглядно увидеть мысли, эмоции и чувства. Это не совсем так. Когда заявляют, что посредством сложных процедур вроде ядерного магнитного резонанса, ПЭТ[29] или фМРТ[30] можно рассмотреть мысль, эмоцию или переживание, подразумевают, что происходит визуализация тех зон мозга, которые активируются, когда мы думаем, чувствуем или находимся под влиянием определенных эмоций. Речь не идет о том, что мы наблюдаем образы, представления и идеи или различаем качества и природу чувств так, как мы испытываем их в повседневной жизни благодаря сознанию. В фильме «Фантастическое путешествие» кинокомпании 20th Century Fox, по которому позже вышел одноименный роман Айзека Азимова, группу ученых и их небольшую подводную лодку уменьшили до микроскопических размеров и внедрили в систему кровообращения доктора Яна Бенеша, находящегося в коме в результате травмы головы. После многочисленных приключений, пережитых во время путешествия через разные органы и ткани тела, команда наконец добирается до точки назначения – нервной системы. Там члены экспедиции наблюдают лишь химическую и электрическую активность, проявляющуюся в молекулах и вспышках света, пробегающих туда-сюда. Несмотря на огромное количество информации, перемещающейся из одной точки в другую в виде огоньков, гормонов и нейромедиаторов, личность доктора Яна Бенеша, по-видимому, полностью отсутствует. Мысли, представления, образы, ощущения, чувства, эмоции никак не отображаются. Так называемый исполнительный орган власти, или «призрак в машине»[31], судя по всему, совершенно исчез. Однако никто не сомневается в существовании личности доктора Бенеша.

Поскольку разум невозможно изучить в лаборатории, бихевиористы всегда отрицали его существование. Ни личные события, ни когнитивные репрезентации, ни желания, верования или намерения – ничего, что связано с ментализмом или субъективными состояниями, не принимается во внимание. Приверженцы этого подхода подвергают наблюдению лишь поведение человека. Интроспекция[32], к которой главным образом прибегали философы античности для изучения разума, в конце XIX века была заменена современным позитивизмом[33].

Разум может казаться нам необычайно простым, однако это заблуждение. Мой собственный автомобиль тоже мне знаком, и, хотя я не являюсь экспертом-автомехаником, той ограниченной информации, которой я обладаю о его структуре и механизме действия, достаточно, чтобы относительно уверенно и безопасно им пользоваться. Нам точно известно, сколько комнат в доме или квартире, где мы живем, и кто их занимает. Даже у персонального компьютера нет секретов от своего хозяина; стоит лишь нажать кнопку мыши, как самые тщательно охраняемые архивы появятся на экране. Что же насчет разума? Поддавшись влиянию, которое распространяют разные объекты на наши органы чувств, наше внимание остается запертым на поверхности разбуженного разума. Как же нам догадаться о существовании этих обширных и мощных потоков силы и знания, которые молчаливо двигаются в его глубине?

Несмотря на то, что ни органы чувств, ни физические инструменты, помогающие нам расширить рамки нашего восприятия, не выдают его присутствия в системе, разум совершенно реален. Последствия его работы могут ощущаться, иногда и на протяжении веков. Иисус из Назарета, Махатма Ганди и Мартин Лютер Кинг отдали свои жизни за идеалы, кажущиеся нам далекими сегодня. Сострадание и альтруизм, которые они нам продемонстрировали, не относятся к качествам, часто встречающимся в природном мире. Окружающая среда сурова и беспощадна, человеческие существа уничтожают друг друга, чтобы выжить. Природа столь самоотверженных поступков состоит в том, что их разум находился на более высокой ступени эволюционного развития и уже обладал решимостью для подобных актов воли, даже перед лицом угрозы жизни. Ньютон, Эйнштейн, Планк, Уотсон и Крик разгадали сложные головоломки, которыми окружены многие природные явления. Открытия, совершенные ими, можно назвать настоящими подвигами ума. Законы классической механики, теория относительности, квантовая механика и способность молекулы ДНК воспроизводить себе подобных – все это потребовало немало времени и таланта. К сожалению, нередки случаи, когда эффект от намерения, рожденного разумом, мог стать катастрофическим или даже апокалиптическим.

В первый год ординатуры в психиатрии мне попалось дело ребенка, которому едва исполнилось шесть лет, когда он убил своего маленького полугодовалого братика. Судя по всему, причиной трагедии послужила ревность, охватившая его разум. Способ для осуществления своего замысла он выбрал очень хитрый. После нескольких провокаций и полученных предупреждений, воспользовавшись тем, что мать отвлеклась, он взял небольшой пластиковый пакет и надел его на голову малыша; затем быстро снял со своего ботинка шнурок и затянул им мешок на шее младенца. Через несколько минут ребенка уже не было на этом свете.

Еще одним из моих пациентов был студент, изучающий психологию. Его скрытая гомосексуальность привела к тому, что он часто не мог отвести глаз от зоны гениталий мужчин. В попытке снизить риск разоблачения он купил темные очки. Вскоре внутри головы он услышал голос: «Твои глаза причиняют вред». Как-то ночью голос зашел еще дальше: «Твои глаза приносят вред. Вырви их!» Той же ночью он извлек их из глазниц с помощью указательных пальцев.

В августе 1945 года президент США Гарри Трумэн принял решение сбросить недавно разработанную атомную бомбу на японские города Хиросиму и Нагасаки под предлогом скорейшего окончания войны и снижения количества ее жертв. Такое оправдание существовало лишь в его разуме. Может быть, иллюзией была и машина смерти, созданная для истребления людей нацистской Германией в середине XX века? Принадлежность к арийской нации, чувство превосходства и отношение к другим как к ошибкам эволюционного процесса – бредовые убеждения, наводнившие разум Гитлера и окружающих его психопатов.

Убийство шестимесячного младенца, вырывание собственных глаз студентом психологии, 300 000 погибших после атомных взрывов в Японии и 8 000 000 евреев, сожженных в газовых камерах, с ошеломляющей ясностью доказывают нам существование нематериального разума.

Если углубиться в религию и философию, можно быстро выяснить, что разум называли разными «именами». Одно из них – душа, нематериальная сущность, которая, помимо ощущений, мыслей, эмоций и чувств, включает в себя дух, или индивидуализированное сознание. Эта четкая концепция прослеживается уже во времена Орфея, Пифагора, Сократа и Платона. В отличие от псюхе[34] поэтов гомеровской эпохи, которая после смерти тела потерянно и бесцельно бродила по царству Аида, эта душа была сущностью действительной и цельной, представляющей реального человека в его полной совокупности. Греческие философы разделяли мозг и разум.

Многие считают Аристотеля самым умным из когда-либо живших людей. Будучи учеником Платона, он достаточно быстро отделился от своего учителя и основал собственную школу, известную как перипатетическая[35]. Кажется, что его философия ближе к земле, чем к небесным сферам. Этот древний житель Стагира считал, что все живые существа обладают жизненным началом – душой. Поэтому Аристотель написал трактат, в котором изложил свои мысли по поводу столь важной составляющей, свойственной любому чувствующему организму.

Поскольку существуют разные классы живых существ, есть и разные типы душ. Растения, например, способные размножаться и расти, имеют растительную душу, отвечающую их особенным нуждам. Животные, воспринимающие окружающую их среду, наряду с вегетативной душой располагают еще и чувствительной[36]. В конце концов, нам, человеческим существам, обладающим способностью мыслить, необходима дополнительная жизненная поддержка, которую Аристотель назвал рациональной (или разумной) душой. И лишь та часть рациональной души человека, которая отвечает за активное понимание, отделяется от материи и рассматривается Аристотелем как истинно бессмертная[37].

Иисус из Назарета и апостол Павел тоже имели подобные представления. В своем Первом послании к Коринфянам Павел ясно различает два элемента: тело и физический мозг; тело и мозг другой природы, которые он называет духовным телом.

Это духовное тело, согласно Павлу, было физическим. Тертуллиан утверждал, что материальность души была заявлена еще евангелистами. Григорий, Кирилл и Амвросий верили в существование тела пусть и тончайшей, но все же материальной природы. Блаженный Августин задавался вопросом, не использует ли душа какую-либо разновидность тела или какой-то его аналог, отличный от физического тела, используемого в земной жизни.

Дуализм, начало которому положили греческие мыслители, Иисус, Павел и следующие за ними великие христианские философы, получил продолжение в работах Рене Декарта (1596–1650), возможно, последнего представителя философии Возрождения. Для Декарта компонентами человеческой личности были мыслящая и протяженная субстанция. К первой относится разум (душа), в то время как вторая – это тело материальной природы.

С появлением идей британского философа Джона Локка (1632–1704) началась эпоха Просвещения. Одним из самых значительных аспектов, которые характеризовали этот период, является изучение разума человека: откуда берутся наши знания, как мы воспринимаем и понимаем информацию. Каждый из авторов этого времени оставил после себя ключевую работу на эту основополагающую тему. Например, Локк больше 20 лет работал над «Опытом о человеческом разумении», опубликованном в феврале 1690 года. За этим трудом в 1704 году последовали «Новые опыты о человеческом разумении», написанные немецким философом Готфридом Лейбницем, первооткрывателем исчисления бесконечно малых. Почти сразу после этого был опубликован «Трактат о принципах человеческого знания» (1710) Джорджа Беркли, которого многие считают отцом идеализма на Западе. В 1739–1740 годах вышли три тома «Трактата о человеческой природе» английского философа Дэвида Юма, а затем, в 1751-м, – «Исследование о человеческом познании» того же автора[39]. «Опыт о происхождении человеческих знаний» Кондильяка появился в 1749-м[40], а «Трактат об ощущениях» – в 1754 году. К другим важным исследованиям на эту тему, которые было бы несправедливо не упомянуть, относятся «Разыскания истины» Николя Мальбранша и, наконец, работы шотландского философа Томаса Рида: «Исследование человеческого ума в соответствии с принципами здравого смысла» (1764), «Опыты об интеллектуальных способностях человека» (1785) и «Опыты о деятельных способностях человека» (1788). Кант, величайший немецкий философ, положил начало третьему этапу развития современной философии[41], критицизму, опубликовав три труда, относящихся к одним из самых сложных исследований мышления человека: «Критика чистого разума» (1781), «Критика практического разума» (1788) и «Критика способности суждения» (1790).

Отдельные сочинения на тему человеческого разума и рассудка продолжали выходить до конца XIX века. Рождение нейронной доктрины переключило интерес ученых на микроскопический мир нейронов, их связей и нервных путей. Зигмунд Фрейд снова вернул концепцию бессознательного на рассмотрение психологии.

Первая половина XX века характеризуется попытками отвлечь внимание от разума и заставить эту тему исчезнуть из области научных исследований. В своей книге «Понятие сознания»[42], вышедшей в 1949 году, Гилберт Райл, профессор философии в Оксфордском университете, сказал, что разум – это «призрак в машине». Там же он попытался нанести смертельный удар, заявив, что так называемый призрак в машине – это всего лишь продукт грубой категориальной ошибки со стороны Декарта (мы вернемся к этому вопросу в главе 12).

Дэниел Деннет, автор известного произведения «Объясненное сознание», тоже полностью отрицает существование разума[43]. Наши внутренние субъективные состояния, которые, как нам кажется, мы проживаем в своих головах, являются лишь иллюзорными порождениями нейронной активности. Другими словами, разум и сознание не являются сущностями, обладающими своим собственным реальным выражением. Разум – не более чем виртуальное творение, обусловленное тем, как работает наш мозг. Для представителя философии сознания Джона Серла разум и сознание – качества, вытекающие из особенностей мозговой активности. Однако, несмотря на все эти новые подходы, дуализма, хоть и с некоторыми модификациями, продолжали придерживаться такие значительные философы, как Чарльз Шеррингтон, Уайлдер Пенфилд, лауреат Нобелевской премии по медицине сэр Джон Экклс и выдающийся философ Карл Поппер.

В то время как греческие мыслители лишь выдвигали первые предположения о разуме как следствии правильного использования рассудка, в Древней Индии философские размышления достигли неожиданных вершин. Здесь рассудок рассматривался не только как инструмент, применяемый для исследования. Уже был открыт метод интроспекции, который широко использовали для того, чтобы глубоко проникнуть в тему разума. Результатом стало появление важных философских систем. Эти системы воззрений, или даршаны (ви́дения), подразделяются на две большие группы: ортодоксальные и неортодоксальные. Первые почтительно подчинялись авторитету древних Вед, самых старинных из всех известных религиозных писаний. Как наши священные тексты представляют собой откровения, посланные Богом пророкам Израиля, так и Веды относятся к истинам, явленным пытливым умам древних мудрецов с помощью интроспекции. К шести ортодоксальным системам выдающейся мысли в Индии относятся: ньяя (наука о логике и дедукции), вайшешика (атомная теория материи), йога (наука о союзе индивидуального сознания и высшего сознания или Бога), санкхья (дух и материя как два универсальных, вечных принципа), миманса (правила для верного понимания Вед) и веданта (учение о недвойственности). Системы воззрений, относящиеся к неортодоксальным, не чтили власть Вед. Они развивались альтернативными путями, хотя некоторые из них тоже прибегали к схожим интроспективным инструментам. Среди таких систем можно назвать материализм чарваков, буддизм Сиддхартхи Гаутамы и джайнизм Махавиры.

Как и греческие мыслители, представители основных ортодоксальных школ тоже верили в существование материального тела и духовного разума, или души. «Тайттирия-упанишада» – одно из самых ранних философских произведений, где впервые заявляется, что информация обрабатывается не только телом и физическим мозгом. Сеть тонкой энергии, которая пронизывает материальное тело, а также чувства, эмоции, конкретные и абстрактные мысли – все они имеют собственные средства выражения.

Шанкара, один из самых заметных мыслителей всех времен, был уверен в существовании нескольких систем обработки данных внутри человеческой личности. В своей работе «Вивека-чудамани, или Сокровище премудрости» он очень точно называет их оболочками. Первый процессор – физический, то есть тело и материальный мозг. Затем идет более тонкий процессор – оболочка жизненной энергии. За ней находятся оболочки разума, интеллекта и блаженства. Эти пять оболочек укрывают то единственно реальное, что существует в человеке, – сознание, или чистый дух:

Но, если убрать эти системы обработки информации, чистое сознание – то, чем мы на самом деле являемся, – заблистает в своем первозданном виде:

Шанкара не использует слово «процессор», но из текста совершенно ясно, что эти оболочки перерабатывают информацию, поступающую из внешней среды, в которой проявляется одна из этих кош.

В «Санкхья-карика», самом выдающемся философском произведении школы санкхья, написанном Ишваракришной примерно в IV веке н. э., говорится, что человеческое существо располагает тремя типами разных тел: грубым телом (стхула-шарира), рожденным от отца и матери; неорганическим, или инертным, состоящим из грубых элементов, то есть телом более тонкой природы (сукшма-шарира). Последнее из них эквивалентно душе в греческой философии. Свободное, прежде возникшее, оно переселяется из одного физического носителя в другой, продолжая существовать после смерти материального мозга. В него полностью входит личность человека: ощущения, восприятия, мысли, чувства, эмоции, личное «Я» и индивидуализированное сознание.

«Бхагавадгита», к которой чаще всего любят обращаться в Индии, безапелляционно утверждает существование души и ее вечную природу.

«Йога-Васиштха» – еще одно важное философское сочинение. Считается, что оно написано Вальмики, самим автором «Рамаяны». Истории основаны на опыте сотен античных мудрецов, занимающихся духовной практикой. Даже сегодня этот труд продолжают использовать как учебник. В одной из своих речей Васиштха подтверждает дуализм разума и тела, представленный двумя воплощениями разной природы:

Названия, которые философские школы Востока давали этим процессорам, отличаются, к тому же их трудно произнести и запомнить. Поэтому в конце XIX века они получили распространение под более простыми именами благодаря теософскому движению, возглавляемому мадам Блаватской, Чарлзом Ледбитером и госпожой Анни Безант. Праническое тело, оно же энергетическое, стало называться эфирным; процессор, отвечающий за эмоции и чувства, обозначили как астральное тело; ментальным телом назвали местонахождение конкретной мысли, а каузальным – положение мысли абстрактной.

Как можно заметить, и древние писания, и многие из самых блестящих философов заявляют о наличии иных тел и других типов мозга, отличных от привычных физических структур, которые и составляют совокупность человеческой личности.

Структуру и принципы функционирования человеческого разума неоднократно пытались объяснить многочисленные труды по нейроанатомии и когнитивной психологии. Я помню скуку, которая охватывала нас, студентов-медиков, когда приходилось изучать разные маршруты прохождения информации от периферии тела до коры головного мозга (сенсорный путь), а от нее до разных групп мускулов (моторный путь). Осмыслить карты мозга и расположение зон, отвечающих за разные когнитивные способности, было тяжело. В своей книге я постарался сделать эту информацию более доступной для читателя и для этого воспользовался аналогией с компьютером. Что, впрочем, нисколько не умаляет важность проделанного нами экскурса в изучение вопроса разума в классической науке. Мне кажется, что термины информатики упростят понимание, учитывая, что сегодня всем хорошо знакомо устройство компьютера.

Если рассматривать человеческий разум с точки зрения теории информации и вычислительных наук, его можно разложить на несколько основных элементов: мозг, информация, программное обеспечение и сознание. Это необходимый минимум для того, чтобы понять, о чем пойдет речь в книге, которую вы держите в руках. Теперь давайте углубимся в детали.

Мозг – это физическое выражение разума, информационный процессор, который он использует для конкретного сегмента реальности. Если провести аналогию с компьютером, мозг является аппаратным обеспечением (hardware). В нем содержатся сложные курсы, пути движения, проспекты, магистрали и схемы, по которым циркулирует информация. Эти проспекты и магистрали – разные нервные пути, которые тянутся от периферии тела к коре головного мозга. Конечно, дороги снабжены светофорами: иногда они горят зеленым, а иногда мигают красным. Зеленый свет светофора соответствует синапсу, в котором есть медиатор, передающий информацию, в то время как красный – это синапс, обладающий нейромедиатором, тормозящим передачу нервного импульса. Так и происходит обработка информации в мозге.

Мы уже неоднократно упоминали, что физическим мозгом не исчерпываются все возможности. Его всегда сопровождает другой мозг. Даже если бы он принял материальную форму, то все равно существовал бы в другом отсеке реальности и состоял бы из других основных частиц. Качества, проявляемые этими новыми частицами, делают его практически неразличимым для нашего обыденного взгляда. Может быть, у них отсутствует электрический заряд или, вероятно, они используют какие-то скрытые возможности уже известного нам электромагнетизма, из-за чего не воздействуют на наши физические органы чувств. Его невозможно увидеть или пощупать. Видимый и невидимый мозг, возможно, занимают одно и то же пространство и связаны законами физики, в результате квантовой запутанности или какого-то неизвестного ее варианта. Благодаря указанным связям эти два компонента образуют одну функциональную единицу и постоянно находятся рядом, до самой последней минуты нашего земного существования. С наступлением смерти, после исчезновения электромагнитных полей, которые держали их вместе, невидимая часть высвобождается, как я уже писал во введении, унося с собой информацию, программное обеспечение и индивидуализированное сознание, другими словами – личность человека. Эта идея, порожденная и запатентованная самой природой, гениальна. Два мозга, соединенных параллельно, один из которых состоит из видимой (барионной) материи, а другой – из темной (небарионной), дают куда более мощный потенциал. Невидимый мозг позволяет проявить способности и новые свойства, недоступные современным роботам. Ощущения, истинное восприятие, чувства, эмоции, семантика, самосознание и осмысление – все это продукты сознания, таинственного компонента человеческого разума.

Информация – понятие загадочное и неуловимое. Многие считают, что это такая же базовая сущность, как материя, энергия или сознание. Все, что содержится в нашем мозге, есть информация. Мысль, идея, образ, понятие или представление – это информация. Мы информация.

Непонимание настолько важного концепта и привело представителей нейронауки и когнитивных психологов к тому, что они ограничили разум и сознание человека рамками мозга. Для них уравнение звучит очень просто: разум равно мозг.

Но информация не относится к физическим структурам мозга. Она проходит по нервным путям, которые мы уже упоминали. Автомобиль едет по шоссе. Но автомобиль – это не шоссе. Я могу убрать его с дороги. Так же и информация не зависит от нервной системы и может быть удалена из нее. Приведу еще несколько примеров. Информация в виде звука – это не магнитофонная лента или аудиодиск, а также не проигрывающее устройство, позволяющее нам ее прослушать. Фильм – это не DVD-диск с записанной информацией и не телевизор, на котором можно его посмотреть. Это распространяется и на мозг, и на данные, что в нем содержатся. Мозг вмещает информацию, но не является ей. Теоретически ее можно удалить, как мы это делаем с аудиофайлом или фильмом.

Разобравшись в различных операциях по обработке информации, таких как ее получение, кодирование, передача, декодирование, дупликация и извлечение, мы сможем разгадать загадки мозга и разума, а также приблизиться к решению вопроса о способе существования человеческой личности с момента рождения до последних минут жизни.

То, что происходит с личностью после смерти тела, – это не философская и не религиозная проблема. Это вопрос информатики и вычислительных наук. Вселенная – огромный квантовый компьютер, а мы – его порождение.

Для обработки информации необходимо программное обеспечение. Всем известно, что ПО – это совокупность программ, инструкций, правил или алгоритмов, благодаря которым мы управляем данными так, как нам нужно. Это software компьютера. Самым простым примером являются программы, которые установлены на вашем персональном компьютере (ПК). Они разнообразны. К наиболее распространенным относится Word, с помощью которого можно обрабатывать информацию для создания письменных текстов, подобных тому, что вы держите сейчас в руках. Power Point делает возможным создание презентаций для конференций. Excel, Outlook и Publisher тоже обладают своими собственными функциями. Всей информацией управляют компьютерные программы.

Подобно компьютеру, человеческий разум обладает огромным выбором программ, позволяющих контролировать данные, которые обрабатывает мозг. Сюда относятся разные виды когнитивных способностей: интеллект, креативность, память и воображение. В эту же категорию включена фантазия, а также способность считать, говорить, размышлять и рассуждать. Перечисленные когнитивные навыки знакомы нам лучше всего, но есть и другие, не менее важные. Это основные инструменты, помогающие обогатить и расширить возможности нашего языка, мышления и его логических операций, таких как наблюдение, абстракция, сравнение, классификация, обобщение, критика, рефлексия и интерпретация. Среди многих других возможностей, характеризующих правильное функционирование человеческого разума, можно назвать формулирование гипотез, принятие решений, способность к синтезу, решение задач. Помимо этого, есть сознательная деятельность человека – воля, побуждающая нас совершать или не совершать определенные поступки.

Наравне с ПК, который можно соединить с остальными компьютерами на нашей планете, создав глобальную информационную сеть, наш разум тоже обладает своим собственным «Интернетом», позволяющим подключаться к другим разумам и к полной совокупности информации, существующей во всем мире. Для управления таким типом информации существует серия дополнительного программного обеспечения, которое с точки зрения эволюции еще разрабатывается. К таким программам относятся: телепатия, ясновидение, предвидение, психокинез. Рассмотрим вкратце, в чем они заключаются.

Телепатия – это передача информации от одного разума к другому без использования знакомых нам сенсорных каналов: ощущений, мыслей, эмоций и чувств. Это похоже на обмен данными современных компьютеров по беспроводной сети. Ясновидение – способность разума воспринимать то, что происходит на далеком расстоянии. Все равно, что установить сотовый телефон с включенной камерой на другом конце мира и наблюдать в режиме реального времени за разворачивающимися там событиями. Информация может поступать и из прошлого. В обратном же случае – когда полученные данные исходят из будущего – речь идет о предвидении. Психокинез позволяет влиять на наше непосредственное физическое окружение, в том числе и на биологическое тело, не прибегая к мышечной или механической силе. Нечто подобное мы делаем с помощью космических зондов Oportunity и Curiosity. В настоящее время они находятся на Марсе. С Земли мы отправляем им распоряжения об осуществлении определенных действий. Заметив, что они вот-вот столкнутся с каким-либо естественным препятствием на поверхности планеты или, например, что они приближаются к краю кратера, космический центр посылает им приказ обойти преграду и сменить направление движения. Люди тоже способны это сделать, несмотря на миллионы километров, которые могут их разделять. Сэр Джон Экклс, нобелевский лауреат в области медицины, утверждал, что самый яркий пример психокинеза – то, как мысль порождает физическое действие. Я хочу поднять ногу или встать, и тут же тело послушно подчиняется моему намерению и желанию.

Нелегко дать определение понятию «сознание». Если верить философу Дэвиду Чалмерсу, это трудная проблема для специалистов нейронаук. Именно этот компонент разума отличает нас от компьютеров. Машины им не обладают. Оно не относится ни к аппаратному, ни к программному обеспечению, которые мы уже рассмотрели. Не является оно ни физической структурой, ни программой, ни информацией.

Как же тогда его охарактеризовать? Можно сказать, что сознание – это способность, которая позволяет системе понимать, что она существует. Но не только: когда информация разворачивается в сознании, появляется ее понимание. Именно оно придает смысл информации. Благодаря ему нам доступны ощущения, впечатления, мысли, чувства, эмоции.

Физики XX века с большим благоговением относились к этому загадочному компоненту человеческого разума. Макс Планк, отец квантовой механики и лауреат Нобелевской премии, заявил в интервью, опубликованном в 1935 году: «Я считаю сознание первичным, а материю рассматриваю как производное от сознания. Что бы мы ни говорили, что бы ни считали существующим, все постулирует о существовании сознания»[50].

Другой нобелевский лауреат в области физики, Юджин Вигнер, считал, что сознание играет важную роль в создании материальной реальности: «После того как теоретической физике стали доступны микроскопические явления благодаря появлению квантовой механики, концепция сознания снова вышла на арену. Невозможно полностью обоснованно сформулировать законы квантовой механики без отсылки к сознанию»[51].

То, как с точки зрения информатики реальность меняется до состояния, воспринимаемого нашими органами чувств, продемонстрировал физик Ник Герберт на простом примере: «Часто мне кажется, что за моей спиной мир загадочен и неясен, он представляет собой беспрерывно текущий “квантовый суп”. Но каждый раз, когда я оборачиваюсь и пытаюсь увидеть этот “суп”, мой взор мгновенно его замораживает и превращает в привычную картину ежедневной реальности»[52].

Именно наблюдение, опосредованное сознанием, является причиной редукции волновой функции частиц и придает им четкую и конкретную сущность в нашей материальной действительности.

Из всех перечисленных компонентов бренен мозг, хоть теоретически его можно заменить. У информации и программного обеспечения есть начало, но может не быть конца, если придерживаться вышеизложенной концепции; все зависит от механизмов, которые природа выбрала для передачи, извлечения и накопления информации. Сознание не поддается расчету и, согласно всем мировым религиозным или философским традициям, является по-настоящему бессмертным. Объединяясь, эти компоненты образуют индивидуализированную сущность. После рождения и в результате внешнего влияния процесса социализации, культуры и окружающей ее физической среды эта сущность превращается в человеческую личность. В своей работе мы утверждаем, что смерть не означает неминуемый конец нашего разума. Он может сохраниться, используя другой тип физического носителя вместо материального мозга. Смерть физического мозга не равнозначна полному прекращению существования нашей личности.

«Все люди от природы стремятся к знаниям», – утверждал Аристотель более 2000 лет назад. Благодаря этому естественному порыву человечество прошло через самые неожиданные приключения. Открытие ДНК, проект «Геном человека», первые шаги человека на Луне, создание и запуск Большого адронного коллайдера, отправка на Марс аппаратов Spirit, Opportunity и Curiosity – это лишь некоторые из самых ярких достижений человечества за последние годы.

В прошлом веке три могущественных инструмента позволили понять и овладеть огромной частью материального мира: классическая ньютоновская физика, квантовая механика Планка и теория относительности Эйнштейна. Именно благодаря им в 70-х годах XX века родилась новая модель, способная объяснить поведение Вселенной и ее основных структурных элементов.

Стандартная физическая модель представляет собой математическую теорию о строении и функционировании нашего мира. Ее нельзя назвать полной, но это самое лучшее, что мы смогли придумать, чтобы объяснить реальность, в которой живем.

Для того чтобы разобраться в гипотезе, предложенной в этой книге, необходимо понять из чего состоит наша видимая Вселенная. Только когда мы узнаем, из чего создан человек, мы сможем сделать заключение о том, как устроен наш невидимый мозг и где он находится.

Согласно стандартной физической модели, основными элементами для создания мира являются: фундаментальные частицы, силы и взаимодействия, законы природы. Играя свойствами фундаментальных частиц и управляя силами природы и их взаимодействиями по своему желанию, мы можем создавать вселенные на собственный вкус. Какие-то из них будут пригодны для жизни, другие же останутся необитаемыми. Зная это, несложно вычислить основные структурные компоненты и минимум необходимых сил для сотворения мира, содержимое которого станет действовать по тем же законам, что и человеческий разум.

Еще 2000 лет назад греческие философы Левкипп и Демокрит утверждали, что Вселенная складывается из крохотных неделимых частиц, которые они назвали атомами[53]. Но это были лишь догадки. Ни тогда, ни сейчас невозможно заглянуть внутрь атома и рассмотреть его структуру и действующие в нем силы. Вот для чего ученым нужны модели – чтобы представить происходящее на таком микроскопическом уровне. Модели являются идеальными, а не реальными представлениями материальных атомов.

Первые прототипы, демонстрирующие устройство атомов, появляются в конце XIX – начале XX века. В 1897 году британский физик Д. Д. Томсон, сотрудник Тринити-колледжа в Кембридже, с помощью стеклянных колб и электрических разрядов показал выделение очень мелких частиц. Эти частицы, обладающие маленькой массой и отрицательным электрическим зарядом, он назвал электронами. Томсон представлял атом в виде положительно заряженной массивной сферы, внутри которой находятся отрицательно заряженные электроны. Выглядело это как «пудинг с изюмом».

Модель атома Томсона

Эксперименты, которые проводил Эрнест Резерфорд в 1911 году, привели к открытию протона. Его заряд положительный, а масса в 2000 раз больше массы электрона. Резерфорд предложил модель атома, похожую на миниатюрную Солнечную систему: в центре находится положительно заряженное ядро из протонов и других частиц (Солнце), а электроны с отрицательным зарядом вращаются вокруг него (как планеты).

Модель атома Резерфорда

Модель Резерфорда не смогла объяснить все свойства атома, и тогда физик Нильс Бор допустил, что электроны двигаются вокруг ядра из протонов только по стационарным круговым орбитам, которые он назвал уровнями энергии.

Модель атома Бора

Поскольку точное определение местоположения уровней энергии электронов внутри атома вызывало трудности, такие физики, как Гейзенберг, Шредингер и Дирак, выдвинули концепцию орбит. Орбитами можно назвать те области атома, где вероятность встретить электрон, вращающийся вокруг ядра, достигает максимума.

Современная модель атома

Оставшаяся масса атома приходится на нейтроны – частицы, открытые в 1932 году Джеймсом Чедвиком. Характерной особенностью нейтрона является значительный вес и отсутствие электрического заряда. В 1930 году был открыт мюон – частица, идентичная электрону, но в 200 раз тяжелее. В 1950-м обнаружили пятую частицу – нейтрино, – в изобилии присутствующую в космических лучах, прибывающих на Землю от Солнца.

В 1964 году Гелл-Манн и Цвейг доказали, что протоны и нейтроны не являются самими маленькими составляющими атомного ядра. И те и другие включают в себя еще более мелкие частицы – кварки. Кварк не единообразен: он существует в шести вариациях, называемых ароматами. Под ароматом понимают качества или физические свойства, которые позволяют нам различить шесть типов кварков: верхний, нижний, странный, очарованный, истинный и красивый. В свою очередь каждая из упомянутых разновидностей существует в трех разных цветах, также обозначающих физические свойства.

Типы кваркова = верхний, b = нижний, e = очарованный, x = странный, c = истинный, f = красивый Частицы с чертой сверху соотносятся с античастицами.

Учитывая ароматы и цвета, в целом получается 18 разновидностей кварков. Более того, каждому кварку соответствует своя античастица, таким образом, их всего 36. Важно помнить, что лишь две из этого количества частиц принимали участие в создании материального мира: верхний (up) и нижний (down) кварк. Протон состоит из двух up-кварков и одного down-кварка; нейтрон – из двух down-кварков и одного up-кварка.

Протон Нейтрон

Электрон – это частица, которая двигается по орбите вокруг атомного ядра. В соответствии с этой моделью она является фундаментальной (не имеющей составных частей).

В последние годы появилась новая модель, утверждающая, что мельчайшие компоненты материи – фундаментальные частицы – в действительности не точечные и не компактные, какими мы их всегда считали. Если бы оказалось возможным в достаточной степени увеличить кварк с помощью супермикроскопа, то выяснилось бы, что частица, которую представляли твердой как камень, – лишь плод нашего воображения.

На самом деле в таком крошечном масштабе мы разглядели бы одномерное волокно энергии, вибрирующее, как струна скрипки.

Именно это одномерное волокно энергии, вибрирующее на разных скоростях, и выглядит как нечто твердое и массивное, если рассматривать в другом разрешении. На уровне размера атома струны трансформируются в массивные и конкретные фундаментальные частицы, уже нам знакомые: кварки и электроны.

На приведенном ниже рисунке представлена модель базовой структуры материи – от макроуровня (в виде капли воды) до микроуровней (выраженных кварками):

Структура материи

Существует ли нечто более фундаментальное, чем струны? Некоторые, в том числе и автор этой книги, считают, что в самой основе мира лежат биты информации. Марио Бунге называет это цифровой метафизикой. Биты информации являются базовыми составляющими Вселенной. А уже из них программы, заложенные в законах природы, разворачивают информацию в пространственно-временной континуум, который и содержит физическую реальность. Другими словами, наша Вселенная – это гигантский квантовый компьютер.

Если расположить по размеру – от бесконечно малого до бесконечно большого, – то последовательность будет такая:

Точно так же как мы, люди, обладаем разными волосами, цветом глаз и кожи, наряду со многими другими отличительными чертами, так и фундаментальные частицы имеют свойства, которые делают их уникальными. Такими характеристиками являются: масса, заряд и спин.

Масса в физике – это величина, определяющая инерционные свойства, то есть возможность тела сопротивляться изменению скорости под воздействием силы.

Заряд – это характеристика частиц, позволяющая им определенным образом вступать в электромагнитные взаимодействия.

Спин – это тип углового момента, или вид вращательного движения. Очень трудно дать определение этой характеристике. Нелегко представить себе объекты и их состояния, когда речь идет о размерах атомного ядра, но мы попытаемся. Вообразите частицу, вращающуюся вокруг своей собственной оси. В нашей привычной реальности мне придется повернуться на 360°, чтобы снова оказаться лицом к лицу с наблюдателем, находящимся в нескольких метрах от меня. Спин подсказывает нам, какой вид принимает частица, когда мы смотрим на нее с разных сторон. Например, частица со спином, равным нулю, выглядит одинаково со всех сторон. Можно сравнить ее с шаром, имеющим гладкую поверхность: вы увидите одно и то же, под каким бы углом его ни разглядывали.

Частица со спином, равным 1, уже не выглядит одинаково из разных положений. Лишь когда мы повернем ее на 360°, перед нами предстанет исходный вид.

Пример: лицо человека

Частицу со спином, равным 2, придется повернуть на 180°, чтобы вид стал прежним.

Самое невероятное, что иногда частице необходимо совершить два с половиной оборота вокруг своей оси, чтобы вернуть прежний вид. Для таких частиц спин принято считать равным 1/2.

Известные нам частицы можно разделить на две большие категории: фундаментальные частицы, обладающие спином 1/2, которые невозможно увидеть в материальном мире; частицы, которые выступают в роли посредников в силах и взаимодействиях, обладающие спинами, равными 0, 1 и 2.

Примечание: человек должен повернуться два с половиной раза, чтобы наблюдатель снова увидел его лицо.

Значения величин, в которых измеряются характеристики частиц – заряд, масса и спин, – могут отличаться. По этой причине на сегодняшний день насчитывают сотни разных фундаментальных частиц. Частицы, обладающие другими свойствами, могли бы породить иные реальности, вовсе не похожие на знакомую нам физическую действительность. Эту мысль хотел бы донести автор в этой книге.

Силы позволяют частицам взаимодействовать. Таким образом, отталкиваясь от самых простых составных компонентов, природа создает сложный, богатый и разнообразный мир из атомов и молекул, элементов и субстанций. Этими природными силами являются: сильные (ядерные) взаимодействия, слабые взаимодействия, электромагнитные и гравитационные силы.

Сильное ядерное взаимодействие удерживает кварки внутри протонов и нейтронов, а сами протоны и нейтроны – внутри атомного ядра. Слабое взаимодействие ответственно за радиоактивный распад. Электромагнетизм порождает свет и электричество (а также делает возможным существование атомов и химических связей). Гравитация – это сила, с которой предметы притягиваются друг к другу. Наличие в природе именно этого взаимодействия позволяет группировать и объединять материю для создания планет, звезд и галактик.

Перечисленные природные силы используют посредников. Например, глюоны являются частицами-посредниками в сильных ядерных взаимодействиях, а бозоны – в слабых; фотоны участвуют в электромагнетизме, а гипотетические гравитоны – в гравитации. Что говорит теория струн об этих частицах-посредниках? В точности то же самое. Каждая из них является струной, генерирующей собственную модель вибрации.

Нам не обязательно профессионально углубляться в физику, важно лишь знать, что свойства частиц, наряду с разными природными силами, будут определять то, как себя поведет будущая вселенная и позволит ли она появиться жизни в своих пределах.

В физической вселенной правят единые принципы, объясняющие события и процессы, что происходят в этом конкретном мире. Существуют сотни законов, которые действуют, начиная с самых крохотных масштабов, определяемых постоянной Планка, захватывая субатомный уровень, затем атомный, молекулярный и биологический, пока не будет достигнут бесконечно огромный – макрокосмос. На шкале Планка разные законы природы сливаются в единый закон, являющийся их очагом. В процессе увеличения шкалы он меняется и дает происхождение неисчислимому множеству природных закономерностей, которые управляют физической вселенной. Они появляются по мере того, как природа разворачивает свое создание.

Можно сделать вывод, что свойства фундаментальных частиц, природа сил и взаимодействий и законы мира объясняют, почему объекты, расположенные в этой конкретной области Вселенной, ведут себя тем или иным образом. Теория космического ландшафта, которую я обрисую в одной из следующих глав, допускает множество возможных сценариев, поскольку частицы и их свойства, силы и взаимодействия, законы природы, согласно самим их принципам, не являются единственными в своем роде. Они зависят от места и среды. Таким образом, наша физическая Вселенная – всего лишь одна из тысяч возможных. Это подводит нас к самой чарующей гипотезе современной космологии.

В сфере физики недавно возникла оригинальная концепция Мультивселенной. В соответствии с этой новой моделью Вселенная, в которой мы обитаем, является лишь одним из возможных вариантов. Многие из физиков считают, что наша Вселенная взяла начало из крохотного фрагмента пространства-времени, размер которого примерно равен одной миллиардной части протона. Появившись из небытия, эта часть продемонстрировала экспоненциальный рост, который космологи назвали инфляционной моделью. Таким было рождение нашего мира. Это событие апокалипсического уровня. С того мгновения наша Вселенная развивалась и эволюционировала, пока не приняла вид, который имеет сегодня: громадное скопление миллионов и миллионов тысяч галактик, каждая из которых состоит из аналогичного количества звезд. Сотни тысяч миллионов солнечных систем перемещаются в этой колоссальной безграничности. Весьма вероятно, что на многих из их планет, расположенных в границах системы, пригодной для существования, кипит жизнь.

Было ли это единичным событием? Различные космологические модели предполагают, что разные фрагменты пространства-времени могли появиться в разное время и расти схожим с нашей Вселенной образом, превратившись в конечном итоге в другие миры. В чем разница? Каждая из этих вселенных могла эволюционировать в своей собственной уникальной манере. Частицы, силы и взаимодействия, законы природы будут обладать отличительными особенностями. В этих мирах космологические константы, скорее всего, не будут совпадать. Некоторые из них способны дать приют живым существам, другие останутся совершенно безжизненными. Эта совокупность созданных вселенных и тех, что находятся в процессе зарождения, и называется учеными Мультивселенной. В научной фантастике они известны как параллельные миры и, судя по всему, не являются всего лишь продуктом чистого воображения.

Все это помогает понять, что мы имеем в виду, говоря о физической вселенной и о вселенной разума. Поскольку сознание является необходимой основой для того, чтобы воспринимать обе эти вселенные, можно утверждать, это те миры, которые существуют в сознании и разворачиваются в нем. Помните, о чем я вам говорил в предыдущих главах: сознание порождает физическую реальность.

Физический мир и мир разума не могут существовать отдельно. Есть лишь одна реальность, которая выражается в разных сферах, – это сознание. Каждая сфера обладает собственным набором фундаментальных частиц, сил и законов природы, которые делают ее уникальной. Наша физическая Вселенная отличается одной совокупностью компонентов, в то время как наша Вселенная разума имеет другой набор составных частей. Именно по этой причине они выглядят как два типа реальностей, до сих пор непримиримых. Сознание, которое воспринимает обе вселенные, одно и то же, так же как и информация, циркулирующая по ним обеим. Информация, находящаяся снаружи, та же самая, что и внутри. Меняется лишь ее поведение. Этот секрет скрывается в моделях вроде дуалистической и лежит за суждениями Декарта о мыслящей и протяженной субстанции, пусть даже он не смог в свое время их объяснить, поскольку не знал о подходящих для этого элементах. Я вижу здесь ключ к пониманию дуализма как философской модели. Впоследствии ученые-физики и специалисты по кибернетике и вычислительным наукам попытаются определить набор элементарных частиц, благодаря которым информация удерживается разумом и другими, более тонкими, уровнями, известными нам как духовные реальности. То, каким образом эти две сферы взаимодействуют, а также то, как информация перемещается по этим разным областям физической природы (возможно, посредством какой-то неизвестной версии квантовой связи), является предметом изучения физики будущего.

Современная наука утверждает, что разум и сознание являются продуктом деятельности мозга. К такому выводу пришло большинство ученых после рождения нейронной доктрины в конце XIX века. Это мнение не изменилось и в свете последних открытий, касающихся нейромедиаторов, мембранных рецепторов и техник отображения внутренней структуры тела.

Вклад, который внесли вычислительные науки и теория информации, без сомнения, представляет собой впечатляющее дополнение. Возникнув в середине XX века из смелых идей Джона фон Неймана, Алана Тьюринга и Клода Шеннона[54], эти научные дисциплины прибегли к аналогии с ЭВМ для того, чтобы попытаться объяснить, как функционирует разум. Мозг, согласно этой модели, является разновидностью очень сложного компьютера, а разум представляет собой программы, используемые этой биологической машиной для восприятия и обработки проживаемой реальности.

Однако понять механизм действия разума не так легко, как может показаться. Мы считали, что нейронная доктрина, вычислительные науки и теория информации способны постичь практически все. И тут появилась новая идея, учитывающая поведение нашей биологической системы. Эта модель, базирующаяся на способе, которым наш мозг обрабатывает информацию, ознаменовала грандиозный прорыв. Оказывается, огромное значение имеет архитектура нейронных сетей и то, как соединяются их функциональные единицы – нейроны.

Несмотря на то, что было приложено огромное количество усилий, многие аспекты так и остались необъяснимыми. Именно тогда на сцену вышли мыслители, предложившие еще более смелые, революционные подходы. Карл Прибрам, специалист по неврологии из Стэнфордского университета, и знаменитый физик Дэвид Бом из Лондонского университета выдвинули гипотезу голографического принципа работы мозга. Согласно этой модели «наш мозг математически конструирует объективную реальность путем обработки частот, пришедших из другого измерения – более глубокого порядка существования, находящегося за пределами пространства и времени. Мозг – это голограмма, свернутая в голографической вселенной»[55].

Во второй половине XX века Роджер Пенроуз[56] и Стюарт Хамерофф предположили наличие квантовых процессов в мозге. Разум, помимо того, что использует классические методы вычислений, возможно, прибегает к другим способам обработки информации, которые не подчиняются законам традиционной физики. Если следовать их рассуждениям, для обработки поступающей информации мозг задействует как классические, так и квантовые формы[57].

Другие ученые, например Амит Госвами и Генри Стапп, считают, что такие вопросы, как свободная воля, роль наблюдателя в создании физической реальности и загадочная природа сознания, могли бы изучаться с бо́льшим успехом, если бы мы использовали инструменты и подходы, которые за последние 50 лет нам подарила физика элементарных частиц.

В начале XXI века сознание стало центром внимания двух прославленных исследователей. Джонджо Макфадден[58], профессор молекулярной генетики в Университете Суррея, Англия, и Сьюзен Покетт[59], стипендиант-исследователь кафедры психологии из Окленда в Новой Зеландии, разработали теорию о том, что сознание берет свое начало в электромагнитном поле мозга. Это поле, возникшее вследствие электрической деятельности сотен миллиардов нейронов, служит, как утверждают авторы, физической основой сознания.

Та деятельность, которая началась в конце XIX века как изучение соединений и связей и опиралась лишь на данные, полученные с помощью оптического микроскопа, превратилась в нечто очень сложное, включающее в себя вычисления, информацию, нейронные сети, поля и механизмы как классических, так и квантовых методов обработки информации.

Подводя итог, разные подходы, которые мы кратко осветили, можно свести в следующую таблицу:

Однако на этом мы не остановимся. Помимо последних моделей, применяемых в когнитивных науках, существуют и другие, совершенно неожиданные возможности. Эти новые пути открываются на горизонте, если принять во внимание целый список как привычных, так и необычных явлений, не вписывающихся в принятые на сегодняшний день модели. В качестве примера можно привести индивидуальность – продукт преобразования деятельности нейронов мозга[60]; ментальную репрезентацию[61]; роль, которую играет человеческое сознание в создании физической реальности; рождение «Я»; природу мышления и передачу информации за рамками традиционных способов, не прибегая к известным нам чувствам. Все эти феномены не так легко объяснить.

Может ли разум оказывать какое-либо влияние на неодушевленную материю? Исследования, проведенные в середине XX века докторами Джозефом Райном[62] и Луизой Райн в лаборатории парапсихологии при Университете Дьюка, а также Робертом Яном и Брендой Дьюн в лаборатории Принстонского университета, демонстрируют, что передача информации без помощи органов чувств и влияние разума на неодушевленную материю являются вполне возможными и доказуемыми.

Конечно же, остается самый важный вопрос: сохраняются ли разум и сознание человека после смерти?

Начиная с 1950-х годов Отдел исследований личности[63] при кафедре психиатрии Университета Вирджинии в США хранит сотни историй детей в возрасте от трех до пяти лет, которые утверждают, что помнят свои предыдущие жизни. Также в его цифровых архивах покоятся рассказы о жизни вне тела, видениях в момент клинической смерти и переживаниях на пороге между жизнью и смертью.

В приведенной ниже таблице резюмируется обширный каталог привычных и необычных явлений, которые невозможно объяснить с точки зрения действующих в настоящее время моделей:

Все это нуждается в объяснении. Отрицать возможность того, что разум и сознание человека могут сохраняться после смерти физического мозга, значит не только игнорировать обширные и глубокие труды, осуществленные десятками серьезных исследователей по всему миру за последние 150 лет, включая несколько лауреатов Нобелевской премии. Это означает не знать основных предпосылок современной теории информации и вычислительных наук.

Но даже помимо этого списка привычных и необъяснимых явлений, притягивающих наше внимание и вынуждающих нас допустить возможность дополнительных гипотез, есть еще один феномен, достойный рассмотрения. Он имеет отношение к загадочному понятию ментальной репрезентации, которое недавно вошло в оборот.

Понятие «репрезентация» означает «представленность». Информация, которая находится снаружи, также представлена внутри нашего разума. Мы воспринимаем дерево посредством органов зрения. Информация воздействует на сенсорные рецепторы, расположенные в глазах, и трансформируется в электрическую активность, так называемые потенциалы действия. Оттуда они перемещаются по зрительному нерву и достигают зрительной зоны, что находится в затылочной доле мозга. Затем происходит нечто таинственное, и данные, которые в своем путешествии были похожи на электрический ток, вдруг превращаются в образ дерева в сознании[64]. Информация претерпела последнюю трансформацию, некую метаморфозу: разница между тем, какой она была, когда воздействовала на поверхность глаза, и в тот момент, как появилась в виде образа в сознании, очевидна.

Также может случиться, что субъект вспоминает это же дерево, которое по прошествии времени хранится в качестве фрагмента информации в его памяти; теперь дерево возникает в сознании как дубликат первоначального образа. Какая физическая операция используется, чтобы информация превратилась в этот клон? Это еще не все: природа и характер двух изображений, оригинального и клонированного, будут отличаться. Для первоначального образа характерно восприятие в деталях, картинка ясная, четкая, конкретная, в то время как дубликат, появляющийся как ментальный образ, не отображается ясно, оно мутное, контуры размыты, ему не хватает жизни и интенсивности. Кроме того, мысленные образы, хранящиеся как воспоминания, могут пережить структурную трансформацию в процессе визуализации под действием воображения. Ничего подобного не происходит, когда представляемый объект находится непосредственно в пределах видимости – перед глазами, которые его воспринимают в данный момент. Из-за чего возникает эта разница, если сравнивать природу и характер двух изображений? Возможно, ответ на этот вопрос мы получим, если попытаемся разобраться с типом материи, используемым при образном представлении и поддерживающим информацию в сознании.

В физической реальности тоже можно найти примеры различий, которые зависят от материи, служащей вещественной основой для представления информации. Я могу написать слово «вода» на листе белой бумаги, нацарапать на куске льда или вывести на небе, оставляя след с помощью специальных пиротехнических устройств, которыми оборудованы самолеты. Бумага, кусок льда и газ – три типа форматов образного представления. Слово, написанное на бумаге, долговечно. На льду оно исчезнет, превратившись в жидкость за считаные минуты, если мы находимся в стране с жарким климатом. Сообщение, написанное дымом, сохранится всего лишь на несколько минут, в зависимости от скорости ветра и других факторов. В чем причина такой разницы в длительности его существования? Дело в физическом состоянии материала, используемого в качестве носителя. В случае с бумагой материя находится в твердом состоянии; что касается льда, растаяв при высокой температуре, он превратится в жидкость. Дым представлен материей в газообразном состоянии. Именно качества материала в итоге определяют то, насколько ясными и долговечными будут образы, которые запечатлели информацию. Я предполагаю, что видимая материя служит в качестве физической основы для оригинального изображения, отсюда его ясность, прозрачность и стабильность. Материя невидимая, таинственная или экзотическая, к которой мы обращаемся в нашей книге, и есть та, что сохраняет наши ментальные и духовные реальности. В этом причина недостатка ясности, четкости и стабильности.

И при физическом, и при умственном восприятии сознание наблюдателя остается одним и тем же, так же как информация. Единственное, что меняется – это материальная основа, на которой представлена информация в физическом мире и в мире ментальном. Поэтому содержание, которое появляется в виде образов в сознании, нестабильно[65].

Разное поведение информации подразумевает, что законы природы, которые управляют тем, как она себя ведет «внутри» и «снаружи» разума, отличаются. Разные частицы, взаимодействия и законы природы означают деление, секторизацию реальности, о чем мы еще поговорим в этой книге. Отсюда вытекает просто ошеломляющая идея: реальность поделена на сферы, через которые проходит информация. Данные, что представляют собой дерево, находятся в той сфере физической реальности. Информация, которую собой представляет образ дерева, располагается на другом уровне – в ментальной реальности. Именно сведения, представленные деревом, перемещаются из одного сектора в другой, из физической реальности в ментальную и наоборот. Эта информация, способная путешествовать подобным образом, обрабатывается природными компьютерами, изготовленными в соответствии с типом реальности, к которой они принадлежат. Физический мозг – лишь один из этих процессоров, используемых природой для переработки информации, которой он управляет. Все вышесказанное подводит нас к поистине революционному выводу.

Идея, которую я развиваю в своей работе, такая же древняя, как само человечество, хотя современная наука отодвинула ее в область фантазий и вымыслов. Если же она верна, то разум должен использовать не только разные способы обработки информации, но и разные типы процессоров. Отсюда вытекает умозаключение, полностью отличающееся от того, что утверждалось ранее: разум – продукт исключительно физической мозговой активности.

Нейронауки убеждают нас в существовании лишь одной системы обработки информации – физического мозга. Считается, что мы думаем, чувствуем и действуем посредством этой уникальной массы серо-белой материи, изучаемой нейроанатомией и нейрофизиологией. Как же мы решились утверждать, что могут существовать другие типы процессоров?

Это не первый случай, когда какой-либо исследователь осмеливается предположить существование более одного мозга внутри черепа человека. Ранее уже предпринимались попытки поделить его на части, секции, а также расширить. Так, в 1970 году американский нейрофизиолог Пол Маклин[66] предложил свою модель триединого мозга, подразумевающую существование трех ментальных комплексов, с помощью которых мы интерпретируем мир и самих себя. Ученый опирался на три заметно различающиеся стадии развития мозга, через которые этот орган прошел за миллионы лет эволюции. Триединое функционирование мозга Маклин сравнивает с действием трех процессоров, обрабатывающих информацию. Он выделяет рептильный мозг, лимбический и, самый молодой, неокортекс. Рептильный мозг обрабатывает информацию, связанную с гомеостазом и выживанием: питание, сон, дыхание, половое влечение и так далее. Лимбический мозг отвечает за информацию, относящуюся к эмоциям и чувствам. Наконец, когнитивный мозг позволяет нам мыслить, анализировать и принимать решения с прицелом на будущее. Это три независимых мозга, каждый со своим собственным окружением и состояниями сознания.

Модель триединого мозга Пола Маклина

На этом попытки разделения не закончились. В 1982 году Сперри[67], нобелевский лауреат по медицине, предположил, что неокортекс, высший мозг по модели Маклина, на самом деле состоит из двух разных отделов – двух полушарий: правого и левого. Каждое из этих полушарий представляет собой уникальный мозг. Они по-разному обрабатывают информацию и обладают собственным сознанием.

Модель мозга Сперри

Не только Маклин и Сперри пытались разложить этот орган на части. Мне кажется, что мозг в буквальном смысле не один. Можно, конечно, разделить его по способу обработки информации и типу физического инструмента, используемого для этой цели. Но такая классификация далеко не так общепринята, как модели триединого мозга Маклина или расщепленного мозга Сперри. Скорее следует сказать, что можно разделить нефизический мозг. Существуют несколько мозгов, которые одновременно взаимодействуют с нашим материальным мозгом. Что самое невероятное, каждый из них находится в своей сфере реальности, отличной от других.

Модель невидимого мозга, предложенная автором этой книги

Есть несколько причин (я планирую осветить и изучить их в этой и последующих своих работах, которые намереваюсь опубликовать), убеждающие нас в том, что разум пользуется разными процессорами, обрабатывающими информацию. Физический мозг является лишь одним из них. Есть другой, который мы не видим и не ощущаем, и оба они переплетаются. Этот второй мозг, наравне со своей противоположной стороной, воспринимает, обрабатывает, накапливает и передает информацию. Точно так же как и его физический близнец, он сделан из материи, но совсем другого типа, чем та, которая нам известна; а ее фундаментальные компоненты, хоть и угадываются современной наукой, еще не описаны стандартной моделью физики элементарных частиц.

Вероятно, разум использует не только разные способы обработки информации, но и разные типы церебральных процессоров.

Почему мы его не видим и почему материальный мозг, судя по всему, не мешает второму занимать то же самое физическое пространство? Ответ очень прост, и мы поймем причину по мере чтения книги.

Как уже упоминалось, фундаментальная частица обладает физическими свойствами и вступает во взаимодействия в соответствии с четырьмя природными силами. С помощью этих элементарных частиц и соответствующих сил можно сотворить реальность, отвечающую нашим запросам. Эти свойства у разных частиц неодинаковы. Обыгрывая три основные характеристики частиц и четыре закона природы, ученые-физики и эксперты по информатике могут создавать модели миров, состоящих из разных фундаментальных частиц и имеющих разные законы природы[68]. Какие-то из них благоприятны для той жизни, которую мы знаем, в то время как другие – нет. Все будет зависеть от свойств и сил, характерных для того типа вселенной, которая изучается. Здесь частично лежит ключ к разгадке тайны, окружающей разум и сознание человека. Они не являются материальными структурами, но обладают процессорами под названием «мозг». Эти биологические компьютеры существуют одновременно в разных секторах реальности. После физической смерти самый грубый из них больше не используется, но жизнь продолжается благодаря другим процессорам, информации, программам и индивидуализированному сознанию.

Теперь мы можем ответить на вопрос, почему люди не воспринимают нашу невидимую часть и не сталкиваются с ней. Свойства и взаимодействия фундаментальных частиц, из которых сделан этот незримый компонент, отличаются от тех, что характерны для частиц, составляющих видимую часть. Вот в чем секрет. Судя по всему, его частицы не испускают электромагнитного излучения, а если и делают это, то применяют неизвестный вариант электромагнетизма. Хотя для нас они не источают свет, в своем окружении, возможно, они обладают собственным типом излучения. Не имея электромагнетизма в том виде, в каком он известен нам, частицы лишены непроницаемости, свойственной знакомой нам материи.

У меня стойкое ощущение (и оно подтверждается недавними исследованиями в области космологии и физики элементарных частиц), что реальность поделена на секторы, и физическая вселенная является лишь одним из них. Я снова повторю то, о чем уже заявлял в начале этой главы: информация – это общий элемент, присутствующий в большинстве из многочисленных областей реальности. Она переходит из одной сферы в другую, и в своем путешествии она должна обрабатываться при помощи соответствующих физических и вычислительных механизмов, которые бы это позволяли. Человек существует одновременно в каждом из этих секторов. Каждая сфера имеет свое собственное содержание, чье поведение зависит от физических законов, уникальных и свойственных именно этой отдельно взятой реальности. Для того чтобы информация обрабатывалась, необходимы особенные процессоры: для каждой сферы действительности существует свой процессор. Разные сферы – разные типы процессоров. В то время как телеграф, телефон, радио, телевидение и компьютер связывают различные географические точки одного и того же сектора действительности, видимый мозг может соединять две разные реальности мира. Таким образом, физический мозг – это инструмент коммуникации между нами и многочисленными секторами скрытой реальности, которую нельзя ни увидеть, ни почувствовать. Это самый потрясающий из когда-либо существующих аппаратов связи.

Концепция, на которую опирается выдвинутая мною модель, присутствовала и в античном мире, и в современной истории. Она просматривается в разных религиозных, философских и культурных традициях прошлого, а в настоящее время жива в коллективном сознании человеческого вида. Великие философы и религиозные лидеры никогда не выходили из моды. Их идеи настолько основательны, что, несмотря на пролетевшие годы, предложенные ими модели устройства мира до сих пор актуальны. Пожалуй, единственная заслуга автора настоящей книги заключается в том, что он обеспечил научную основу, которая позволит поддержать это древнее верование.

Я попытался изложить факты максимально простым языком, чтобы меня поняли как можно больше читателей. Однако вынужден признаться, что временами эта задача осложнялась препятствиями и затруднениями, встречавшимися мне на пути. В недавно опубликованной статье[69] Эван Бирни из Европейского института биоинформатики в Кембридже, директор консорциума ENCODE (объединяющего больше 400 ученых-генетиков по всему миру), заметил, что изучение «мусорных» (некодирующих) ДНК можно сравнить с путешествием по густой сельве, когда нужно прорубать себе путь с помощью «острого мачете и больших усилий». Исследование разума изобилует подобными трудностями.

Я понимаю, что модель, предложенную в этой книге, усвоить нелегко. Особенно если взять во внимание сложность относящихся к ней дисциплин. Разделение знаний на области привело к фрагментарному восприятию реальности. Уже в 1957 году французский философ Жан Гитон в своей работе «Научиться жить и мыслить» предостерегал нас от этого нового маниакального стремления расчленить знание, чтобы чувствовать себя мудрее. Он говорил: «Когда специалисты остаются в одиночестве, каждый на своем поле, они отдаляются друг от друга, игнорируют других, плохо их знают. Но если каждый поднимется на вершину, то заметит, что обитает на общей земле и трудится на общей ниве. Недостаток нашего времени – чрезмерное разделение занятий человека»[70].

В медицине, которой я занимаюсь больше 30 лет, ярко заметны результаты этой парцелляции. Офтальмолог знает только о глазах, а оториноларинголог – исключительно об ушах. Ревматолог объяснит, как лечить болезни суставов, но не просите его решить проблему с сердцем. То же самое происходит и в области нейронаук. Нейробиолог расскажет о нервных путях, нейромедиаторах и мембранных рецепторах, но предложите ему поговорить об информации, вычислениях или информационных программах, и он не сможет. Потому что эти дисциплины не включены в область его научных интересов. Еще менее вероятно, что он знает астрономию, космологию или физику элементарных частиц, не говоря уже о философии или изучении религиозных верований. Последнее издание «Принципов нейробиологии» (2013) Эрика Канделя[71], самого значительного из опубликованных на сегодняшний день трудов в этой области, помимо нескольких глав, посвященных математическим моделям, объясняющим устройство зрения, не захватывает почти ничего, что касалось бы междисциплинарных исследований. Приведу простой пример. Сильный грипп может поразить только верхние дыхательные пути, но есть болезни, которые затрагивают разные органы и системы. Лишь клиницист, семейный доктор или врач общей практики, подкованный одновременно в разных областях, таких как кардиология, неврология, эндокринология, сможет поставить правильный диагноз. Чтобы постичь разум, необходимо знание не только дисциплин когнитивного шестиугольника (нейронауки, когнитивной психологии, философии сознания, лингвистики, антропологии и искусственного интеллекта), но и других, на первый взгляд совершенно от них далеких, таких как физика элементарных частиц, теория информации и современная космология. Только так возможно приобретение междисциплинарных знаний, которые позволили бы установить необходимые связи между разными аспектами столь сложного явления, как человеческий разум и типы его процессоров. Только так мы сможем продвинуться и создать новую модель, которая поглотит предыдущие и выйдет далеко за их рамки.

Помимо необходимости комплексного подхода, по моему мнению, существует еще одна проблема – полное отсутствие интереса, творческого метода и широты взглядов со стороны представителей традиционной науки. Еще 2500 лет назад Аристотель утверждал, что человек по своей природе стремится к знанию. Как это ни грустно, но мы, похоже, утратили свое любопытство. В отличие от физиков, которые высоко взлетают, лишь только речь заходит о том, чтобы предложить новую модель, ученые, посвятившие себя изучению человеческого разума, с трудом преодолевают навязанные нам со школьной и университетской скамьи древние парадигмы. Нас учат смотреть на мир, используя модели, которые не соответствуют новым перспективам и последним открытиям. Неужели нас больше ничего не удивляет?

Платон, Аристотель, Декарт, Локк, Юм и Рид были необыкновенными мыслителями. Они знали все. Им были знакомы большинство дисциплин, существующих в то время. Они не чуждались ни физики, ни химии, ни биологии, ни математики. Астрономия, этика, мораль, искусство и религия также были им интересны. Их познания охватывали практически все. Они обладали глобальным ви́дением мира. Можно сказать, что они были настоящими пожирателями знаний. Без подобного опыта междисциплинарности трудно постичь выдвинутую в этой книге гипотезу. Но только при столкновении с проблемами осознания тем, относящихся к этим дисциплинам, далеким от традиционной нейронауки, появятся нейронные цепочки и синаптические связи, необходимые для того, чтобы облегчить понимание. Поэтому не стоит смущаться, если сначала вам будет сложно воспринимать то, что здесь излагается. Это совершенно естественно, и в этом нет ничего плохого. Если дать себе время и проявить терпение, то через создание новых нейронных путей в мозге мы достигнем восприимчивости, которая поможет освоить освещенные в этой книге идеи.

Невзирая на энтузиазм, который мог охватить многих из моих читателей и, конечно же, меня самого, я планирую следовать в своем подходе направлению, которое задал доктор Шарль Рише в работе «Наше шестое чувство», опубликованной в начале XX века. В своей книге он всего лишь хотел продемонстрировать существование дополнительного чувства, которое позволяло бы человеческому существу воспринимать фрагменты реальности, не прибегая к традиционной сенсорной системе, описанной физиологией. Профессор Рише говорит:

Далее он дает пример:

Хотя соблазн двинуться дальше простого предположения о существовании этой невидимой части физического мозга огромен, я ограничусь упоминанием некоторых признаков его наличия и демонстрацией самых последних открытий в области космологии и физики элементарных частиц, которые, судя по всему, поддерживают мою идею. Я не собираюсь углубляться в рассуждения о том, как этот невидимый двойник нашего мозга обрабатывает информацию. Несмотря на то что я уже наводил вас на некоторые мысли, я не стану сильно распространяться ни о природе его компонентов, ни о том, как информация с рождения и до самой смерти сохраняется и переводится в другой сектор реальности. И пусть в последних главах я все же сделаю предположение о возможных путях, используемых природой для спасения человеческой личности, эти аспекты будут глубоко освещены лишь в последующих работах.

Важно уточнить, что все, с чем я знакомлю вас в этой работе, – это лишь предположение, зачаток модели, возникшей в результате наблюдений за тем, что окружает нас на физическом и ментальном уровне, а также на основании выводов о разных типах мышления, используемых человеческим мозгом для организации и понимания существующих явлений.

В настоящее время бо́льшая часть научных исследователей концентрируются на доказательствах уже выдвинутых гипотез, а не на создании и разработке новых. Но куда соблазнительнее поднимать завесу тайны, когда дух замирает от ожидания приключения, – именно это происходит при возникновении научной гипотезы, этой «завораживающей загадки», как выразился Джером Брунер, известный психолог из Гарвардского университета. В моей книге представлено лишь зарождение гипотезы, и, хоть я и предлагаю некоторые пути для подтверждения отдельных идей, она не из тех, что можно полностью доказать в настоящее время. Мы еще не располагаем технологиями, необходимыми для эмпирической демонстрации того, что изложено в этом труде. Однако это не должно помешать нам отважиться ступить на девственную землю и покуситься на неисследованные области непознанного.

Любая теория когда-то была гипотезой. Многие предположения рождаются из наблюдения за происходящим, и лишь время, технологический прогресс и новые факты позволяют их доказать или опровергнуть, то есть превратить в теорию. История имеет множество подобных примеров. О существовании атома догадывались еще около 2500 лет назад такие ученые Древней Греции, как Левкипп и Демокрит, но лишь в конце XIX века Томсон, Резерфорд, Бор и де Бройль смогли дать экспериментальное подтверждение. Питер Хиггс в середине 1960-х постулировал наличие частицы, наделяющей массой другие частицы. Спустя 50 лет, в ходе опытов, проводимых с использованием Большого адронного коллайдера, след, оставленный на детекторах ускорителя, подтвердил ее существование. Теория струн, хоть и является лишь гипотетической моделью, сегодня представляет собой одну из самых важных и плодотворных областей теоретической физики. Несмотря на то что никто не видел струн, их существование еще не доказано, а математические модели в настоящее время находят в этой теории несоответствия, она является одной из новых идей, к которым с большим уважением относятся космология и физика элементарных частиц. Еще один пример, который можно привести, – открытие темной материи и темной энергии. Никто их не видел, никто не знает, что это такое, однако вывод об их существовании был сделан на основании гравитационных эффектов, которые их компоненты оказывают на видимую материю. Рождение и развитие гипотез происходит благодаря наблюдениям, реализуемым с помощью наших органов чувств, а также способности к размышлению нашего разума. В конечном итоге они превращаются в доказуемые теории. Идея о невидимом мозге возникла как дополнительная гипотеза, которая необходима для понимания многих необъяснимых на сегодняшний день фактов.

На начальной стадии научная гипотеза полна субъективных моментов, которые со временем трансформируются в нечто конкретное. Многие из представлений, используемых для объяснения некоторых аспектов реальности, зародились в гипотетических сценариях, касающихся психической части сознания. Демон Максвелла, кот Шредингера, парадокс Эйнштейна—Подольского—Розена и китайская комната Серла – вот лишь некоторые примеры подобных ментальных экспериментов.

В конечном итоге кто-то может задаться вопросом о роли, которую играет математика в представляемой нами модели. На это я дам простой ответ. Скорее всего, в настоящее время мы не располагаем математическими моделями, способными поддержать наши утверждения. За исключением необыкновенного труда Джорджа Буля «Законы мышления» и применения математики в нейронных сетях искусственного интеллекта, можно по пальцам пересчитать, когда ее используют в нейронауках. Но в нашем распоряжении есть другое мощное оружие – логика и мыслительные процессы. Великий философ, лауреат Нобелевской премии Бертран Рассел как-то заявил, что логика – это чистая математика, только замаскированная. И наши утверждения поддерживаются соображениями логики, умозаключениями и выводами, которые наш рациональный ум делает на основании фактов. Нужно лишь научиться снова удивляться той потрясающей панораме, которая как будто впервые предстает перед нами, когда мы открываем глаза или воспринимаем окружающий мир другими органами чувств.

В следующей главе я познакомлю вас с четырьмя основными предпосылками вычислительной парадигмы, на которых базируется выдвигаемая мною гипотеза.

Выдвигаемая здесь гипотеза проста, но провокационна. С точки зрения теории информации и вычислительных наук личность человека не исчезает после смерти. С помощью соответствующих инструментов и механизмов она может сохраниться. То, что еще несколько лет назад казалось невообразимым, сейчас логически допустимо. А то, что наука считала дремучим религиозным верованием, не имеющим никакого основания, превращается в самую волнующую вероятность.

Эта новая модель становится правдоподобной благодаря применению вычислительной парадигмы. Только использовать ее нужно за пределами привычного. Я хочу сказать, что ученые до сих пор не осознают, какие безграничные возможности она в себе таит, хотя с момента ее открытия прошло больше половины века. Мы работаем на компьютерах, живем среди них, обрабатываем с их помощью информацию. Трудно представить, на что сегодня была бы похожа наша жизнь без этих полезных устройств. Но понимаем ли мы, каких глубин философии можно достичь благодаря этой модели?

Большинство людей уже знают, что ученые и инженеры, работающие с искусственным интеллектом, предсказывают создание в ближайшем будущем роботов, способных мыслить, чувствовать и обладать минимальным сознанием. Но еще никто, насколько мне известно, не попытался совершить нечто более выполнимое и менее рискованное – доказать при помощи информационно-вычислительной модели, что информация, находящаяся в человеческом мозге, может сохраниться после смерти. А если она сохраняется, то мы можем сделать следующий шаг и предположить еще более поразительную вероятность: личность, возникающая в континууме информации, перерабатываемой нашим физическим мозгом, тоже может выжить.

Больше 60 лет назад серия определенных событий привели к беспрецедентному в истории человечества технологическому рывку. Среди некоторых из революционных последствий можно назвать полеты в космос, высадку человека на Луну, открытие генома человека и появление Интернета.

Алан Тьюринг, один из гениальнейших математиков XX века, в 1936 году создал механическое устройство, способное осуществлять любой вычислительный процесс. Машина Тьюринга (под этим названием она известна) стала началом современной эры вычислений и искусственного интеллекта. Параллельно с этим Клод Шеннон в 1948 году совершил революцию в сфере коммуникаций, сформулировав первую математическую теорию о понятии, до тех пор неопределенном и расплывчатом. Миру была предложена теория информации[74].

Психологи оказались очень сообразительными. Как только они почувствовали, какой невероятный потенциал таят в себе эти последние открытия, они взяли их себе на вооружение и применили в своей области. На протяжении 1970-х годов рождались разные модели того, как знание представлено по отношению к разуму. Одна из них, модель символических архитектур, полностью основана на аналогии с компьютером. Раз это сходство оказалось нам полезным, почему бы не использовать весь его потенциал? Компьютационный подход хорош не только потому, что позволяет нам предположить, как представлено знание относительно разума. В случае когда полностью задействуются скрытые ресурсы, которые таит в себе информационно-вычислительная парадигма, происходит кое-что неожиданное. Представьте, что разум проясняется, после чего немедленно наступает понимание. Появляющееся при этом выражение изумления я часто наблюдал на лицах моих студентов-медиков, с которыми мне представлялась возможность обсудить предлагаемую в этой книге модель. «Как же я об этом раньше не подумал!»; «Да мне это даже в голову не приходило!» – такими фразами они выражали свое удивление.

Похоже, поражена не только наука. Религия и философия тоже не остались в стороне от новых открытий. Судя по всему, религиозные лидеры и выдающиеся представители современной философской мысли меньше всего ожидали, что именно теоретическая база, позволившая создание, производство и функционирование машин, способных подражать человеческому поведению, будет когда-либо использоваться для доказательства физической модели сохранения личности после смерти. Сегодня это вполне возможно, даже если кому-то кажется неприемлемым.

Тем не менее многим, наверное, не по себе от мысли, что я предлагаю считать человеческое существо, способное думать, чувствовать, осознавать и совершать волевые поступки, всего лишь еще одной машиной, пусть даже более сложной, чем компьютер, что стоит у вас на столе. Для тревоги нет причин. Одно дело утверждать, что мы являемся компьютерами, и совсем другое – полагать, что наш разум осуществляет вычислительные и мыслительные процессы по аналогии с существующими сегодня компьютерами. Это разные вещи. Человек усовершенствовал компьютер, изготавливая программы, схожие с теми, которые использует наш разум для обработки информации, поступающей из внешней среды. Это компьютеры сделаны, копируя наш интеллект, а не наоборот. Его структура симулирует мозг, а используемые программы, как считается, должны быть похожими на те, что применяет человеческий ум. Но здесь сходства заканчиваются. Несмотря на все подобия, компьютер не может мыслить так, как это делаем мы, и еще менее способен чувствовать и понимать. Он не обладает ни семантикой, ни сознанием. Машина не в состоянии радоваться победе над противником в шахматном поединке. Именно это мы зовем сознанием и именно это делает нас диаметрально противоположными. Сознание само по себе не поддается расчету, однако оно использует вычислительные операции и механизмы для того, чтобы выполнять свои функции в нашей материальной реальности.

Выдвигаемая мной гипотеза базируется на четырех основных предпосылках теории информации.

Первая происходит от одного из самых базовых принципов Вселенной – сохранения информации. Стихотворение, роман, математическое уравнение или закон природы могут существовать бесконечно долго. Нельзя сказать, что стихотворение или роман состарились. Когда срок действия носителя подходит к концу, прежняя структура заменяется на новую, но информация при этом остается. То же самое распространяется на математическую формулу или физический закон. Закон природы – это инструкция, программа, алгоритм, представленный в виде математического выражения. Он существовал с начала времен и продолжит свою жизнь после того, как все кончится. Недавно две группы физиков вступили между собой в полемику, которая стала известна как битва при черной дыре. Во главе первой был Стивен Хокинг, второй – Леонард Сасскинд и лауреат Нобелевской премии Джерард Хуфт. Что же произошло? Хокинг и его коллеги утверждали, что если поместить небольшой фрагмент информации (книгу, компьютер, даже фундаментальную частицу) в черную дыру, то эти данные будут навсегда потеряны. В то время как Сасскинд и Хуфт считали ровно наоборот: данные не исчезнут и не потеряются. Во время пресс-конференции в 2004 году Хокинг неохотно признал поражение, поскольку изменил свое мнение: информация не теряется, «она вырывается из черной дыры и уходит в виде продуктов испарения»[75]. Все содержимое разума – это информация. Вы есть информация. Человеческая личность – это организованная информация. И она не может исчезнуть, так как этому мешают законы физики.

Вторая предпосылка заключается в том, что информации требуется физическая поддержка для выражения в материальном мире. И здесь не возникает сомнений. Любая обработка и отображение данных в материальном мире требует средств и физической структуры. Сведения, содержащиеся у меня в уме, я могу отразить на странице книги, записать мелом на доске или в текстовом редакторе компьютера. А могу использовать язык, чтобы сообщить их другим людям на конференции. Страница книги или тетради, доска, экран компьютера и голосовые связки речевого аппарата – лишь некоторые из физических средств выражения информации. Чтобы передать ее на расстояние, мне тоже понадобятся соответствующие материальные приспособления: провода, антенны, радио, телевизор и спутники. Если же я задамся целью ее сохранить, то и здесь не обойтись без дополнительных устройств, которые позволили бы это сделать. Жесткий диск компьютера, USB-флеш-накопитель, магнитная лента, DVD – это хорошо известные материальные носители, которые люди используют для накопления информации. Природа тоже прибегает к подобным физическим средствам. Информация перемещается с помощью звуковых и электромагнитных волн. Рецепторы органов слуха, нервная система, нейромедиаторы и мембранные рецепторы – все это использует природа, чтобы ее обрабатывать. Благодаря генетическому коду сохраняется и передается информация, унаследованная от наших предков. Таким образом, мы можем сделать вывод, что для выражения, передачи и сохранения данных необходимы материальные средства. Нельзя отнести к исключениям и спасение человеческой личности после смерти; ей необходимо нечто материальное, чтобы информация уцелела. В этой книге я попытаюсь объяснить, как природа сумела сотворить это чудо.

Третьей предпосылкой является извлекаемость информации. В мире природы доказательством этому являются гены, которые находятся в ядре клетки. Содержащиеся в них данные позволяют создать новое живое существо, точную копию оригинала. Информация, которую хранит молекула ДНК в клеточном ядре, копируется, извлекается и переносится на станции синтеза белка – в рибосомы, расположенные в цитоплазме. Там извлеченная информация кодифицируется для аминокислот, а они, в свою очередь, объединяются, образуя длинные цепочки из сотен и тысяч белков, которые в конечном итоге будут использованы разными клетками, чтобы создать и поддерживать жизнедеятельность организма.

Сегодня мы все в той или иной степени знакомы с принципами работы компьютера. Даже для школьника не секрет, что информацию, которую содержит компьютер, можно сохранить, скопировать или перенести с помощью специального устройства. Так знание умножается и передается следующим поколениям. Сама информация может быть представлена разными способами: на конференции, в книге, в записи. Ее можно извлечь и сохранить в разных формах и разными способами. Если информация извлекаема, то каким же образом природа ухитряется «вынимать» разум после того, как физический мозг перестает функционировать? Мы, люди, придумали многообразные методы увековечивания данных, но нам не сравниться с природой, использующей такие формы с помощью своих творений, о которых мы только начинаем догадываться.

Согласно четвертой предпосылке, для сохранения информации необходим физический носитель, который совершенно не обязательно должен быть оригинальным. Если вернуться к примерам, приведенным ранее, данные, присутствующие в клетке, сохраняются, но не в первоначальной клетке, а в ее дубликате. Информация, когда-то созданная на компьютере, может быть извлечена и перенесена на жесткий диск другого устройства. Ни машины, ни биологические системы не вечны. И те и другие изнашиваются, стареют и в конце концов срок службы, на который они были рассчитаны, заканчивается. Зато информация, в отличие от материального носителя, не стареет. Как я уже говорил в начале этой главы, разве стареют шедевры мировой литературы или формулы, выражающие физические законы? Мы исхитрились не терять используемые данные, извлекая и перенося их на другое, более новое устройство. Так все и работает как в физическом мире, так и в виртуальном, созданном нами. Но какой же нужен материальный носитель, чтобы сохранить личность человека после того, как его биологическая оболочка исчерпает все свои возможности?

Выводы, вытекающие из этих четырех предпосылок, совершенно удивительны, просто революционны, если перенести их в область нейронаук и когнитивной психологии.

Наш разум действует как программное обеспечение компьютера – набор программ, используемых для обработки и организации информации. Мозг же похож на аппаратное обеспечение, физическую структуру компьютера. Информация – это совокупность объективных и субъективных данных, получаемых из окружающей среды или уже присутствующих в нашем сознании. Физический носитель, программы и информационный континуум необходимы для сотворения человеческой личности. Из них недолговечен лишь материальный носитель, но и он теоретически заменим, а информация извлекаема.

Теперь применим базовые предпосылки к проблеме сохранения человеческой личности. Первая утверждает, что информация сберегается. Вы и есть информация. Человеческая личность – информация. Раз ее можно сохранить, значит, вы тоже выживете. Вторая предпосылка гласит, что для выражения данных необходим материальный носитель. В соответствии с нашей моделью хранилищем информации служит физический мозг. После смерти эта же самая информация поддерживается его копией, созданной другими фундаментальными частицами. Третья предпосылка сообщает, что информацию можно извлечь. Для этого есть сотни способов, которые мы рассмотрим в этой и последующих работах. Информация, находящаяся в физическом мозге, не исключение. В соответствии с четвертой предпосылкой для сохранения информации необходим физический носитель, который не обязательно должен быть оригинальным. Невидимый мозг, хоть и является дубликатом своего материального двойника, не является первоначальным носителем. Он служит в качестве хранилища информации, после того как прекращается работа физического мозга.

Основная ошибка нейронаук лежит в охвате и интерпретации. Они ошибаются, когда пытаются использовать нейронную модель, чтобы объяснить разум в целом[76]. Упущение же интерпретации заключается в том, что информация идентифицируется с ее физическим носителем, структурой мозга. Это привело к созданию системы ложных представлений, которую необходимо исправить.

Эти дисциплины всегда утверждали, что наша субъектность, умственная деятельность, мышление и чувства являются продуктами активности мозга. Если так и есть, то после завершения работы нашего мозга наш разум перестает существовать. Это все равно что утверждать, что CNN[77] является продуктом деятельности электрических цепей телевизора. Очевидно, что CNN функционирует в результате собственной электрической активности. Если цепь разомкнется, возможно, звук и изображение пропадут с экрана телевизора. Но все мы знаем, что канал продолжает свое вещание из Атланты, невзирая на то что происходит с электрическими цепями нашего телевизора.

В свете четырех принципов теории информации и компьютационного подхода, которого я придерживаюсь в своей книге, подобное кредо, свойственное для нейронаук и когнитивной психологии, может претерпеть радикальные изменения. Другими словами, это означает рождение новой парадигмы, или системы верований, в рамках ранее упомянутых дисциплин. Конечно, все не так просто, как кажется. Разработка модели, подразумевающей извлечение личности из физического мозга, требует междисциплинарного подхода, который включал бы материи, не принадлежащие к той области, что изначально охватывают когнитивные науки.

Как я уже объяснял в предыдущей главе, они представлены так называемым когнитивным шестиугольником, имеющим шесть вершин, одной из которых является нейронаука. Наряду с ней присутствуют когнитивная психология, антропология, философия сознания, лингвистика, вычислительная наука и искусственный интеллект. Однако, как уже стало понятно в ходе прочтения этой книги, их недостаточно, чтобы объяснить все устройство мира. Шестиугольник должен превратиться в многоугольник, включающий в себя и другие учения. Физика и многочисленные ее разделы, особенно электромагнетизм, теория полей и физика элементарных частиц, новая космология, теория познания и философия науки – лишь некоторые из дисциплин, к которым следует обратиться для развития новой революционной теории.

Кроме того, стоит провести ревизию стандартной модели физики элементарных частиц. Если внимательно посмотреть, станет понятно, что она не охватывает всех возможностей. Нет указаний на то, что ее нельзя расширить. Совершенно новые, чуждые и до сих пор неизвестные нейронаукам и психологии концепты – например, космический ландшафт, невидимая материя и альтернативные реальности – станут необходимыми для того, чтобы упорядочить новую модель человеческого разума. Хоть она и не объясняет абсолютно все, но является крохотным шагом к открытию некоторых еще непознанных аспектов. И одним из подобных вопросов является именно проблема возможной непрерывности информации и сохранения «Я».

У Роджера Пенроуза, знаменитого физика и математика из Оксфорда, недавно вышло интервью в журнале Discovery Magazine, где он утверждал, что поведение человеческого разума не укладывается в рамки законов ни одной из известных на сегодняшний день областей физики. Процитируем его слова: «С моей личной точки зрения, человеческое сознание не ведет себя в соответствии с законами классической физики. Не следует оно и направлениям конвенциональной квантовой механики. Оно действует согласно теории, которая нам еще неизвестна»[78].

Пенроуз в своем убеждении не одинок. К нему примыкают и другие инакомыслящие, считающие, что наука еще не поставила точку в сфере, которая традиционно считалась туманной и противоречивой. Одним из них является профессор философии из Калифорнийского университета и член Института изучения мозга и когнитивных наук Алва Ноэ. В своей последней работе под названием «В нашей голове» он приходит к выводу, что проникнуть в тайны разума и постичь природу сознания нам практически не удалось: «Несмотря на десятки лет объединенных усилий нейрофизиологов, философов и психологов, вопрос о том, как наш мозг делает нас сознательными и как пробуждаются ощущения, чувства и субъективность, так и не получил ответа: мы не имеем ни малейшего представления»[79]. Он заканчивает свою мысль так: «Природа человека сегодня является не меньшей загадкой, чем 100 лет назад. Если мы хотим ее понять, придется начать сначала»[80]. Но что значит начать сначала?

Это значит выдвигать новые предположения, развивать новые подходы, новую методологию, новые теории и рабочие гипотезы. Вовсе не нужно перечеркивать уже пройденный путь. Разные модели разума, предложенные на протяжении всей истории, не воплощают в себе различные решения проблемы, радикальные и единственно верные. Напротив, каждая из них представляет собой полезное и необходимое направление, которое пытается объяснить лишь одну из многочисленных граней, которыми обладает разум. А множественные аспекты требуют разных взглядов. И ни один из них не может быть лучше другого – все они дополняют друг друга. Не существует единой теории или унифицированной модели, хоть многие физики и претендовали на это в рамках своих собственных областей. Помимо множества аспектов, которые пытаются объяснить разные подходы, человеческий разум действует в разного рода сферах (уровнях реальности), каждая из которых обладает своими физическими законами, структурами и фундаментальными компонентами. Любая сфера требует совокупности собственных законов, которые объясняли бы поведение ее видимых частей в данной конкретной области мира. И реальность, которую мы называем физической, является всего лишь одной из них. Соответственно каждое предположение будет действительным лишь в своем собственном контексте.

Чтобы объяснить эту мысль, я приведу простой и наглядный пример. Физика, кажется, с ним смирилась, хоть и неохотно. Когда-то, 400 лет назад, Ньютон выдвинул предположение, которое объясняло поведение объектов в знакомой и обыденной среде, где все можно увидеть и потрогать, – в нашей сфере реальности. Так родилась классическая механика. В конце XIX века все усложнилось. Изучив поведение объектов значительного размера, которые двигаются на чрезвычайно больших скоростях, Альберт Эйнштейн посчитал необходимым сформулировать новую гипотезу, объясняющую устройство окружающей человека действительности. Так появилась теория относительности. В то же время Макс Планк, исследуя мир бесконечно малых величин, предложил сложную математическую модель, способную объяснить, как ведут себя объекты в невероятно малых масштабах. Тогда открылся третий путь для исследований – квантовая механика, стремящаяся разобраться в поведении молекул, атомов и фундаментальных частиц, из которых эти атомы состоят. Ни один из путей ничем не лучше остальных. Никакая модель не отрицает две другие. Все три подхода одинаково необходимы. Каждая теория дает обоснование поведению объектов в той конкретной сфере реальности, где они подвергаются изучению[81].

То же самое происходит с разными предположениями, которые мы выдвигаем, когда пытаемся объяснить, как функционирует разум. Нейронная доктрина, компьютационный и нейросетевой подход, а также квантовая парадигма являются наиболее известными. Однако другие подходы, такие как материализм Левкиппа, Демокрита и Канады, идеализм Беркли и Шанкары, тоже верные, если смотреть на них в нужной перспективе. Каждый пытается объяснить то, что мы видим и ощущаем в разных секторах реальности, в которые вовлечен разум.

Но являются ли они исчерпывающими? Прежде чем ответить на этот вопрос, давайте сделаем краткий обзор тех моделей, которые развивались на протяжении последних 100 и более лет и которые на сегодняшний день дают самое полное объяснение проблемы разума и мозга.

Мозг состоит из материи. Это носитель, который разум использует для своего функционирования в определенном секторе реальности. Стандартная модель физики элементарных частиц утверждает, что вещество, из которого сделан мозг, составляют атомы. Атомы, в свою очередь, состоят из протонно-нейтронного ядра и более легких элементов, вращающихся вокруг него, – электронов. Но на этом еще не все. В 1964 году Мюррей Гелл-Манн и Джордж Цвейг обнаружили, что протоны и нейроны на самом деле не являются фундаментальными частицами, ведь они содержат еще более базовые частицы, которые получили название кварков. Эта материалистическая философия[82], родившаяся в Древней Греции с легкой руки Левкиппа и Демокрита, а в Индии появившаяся благодаря Канаде, затем поддерживалась мыслителями уровня Хоббса, Дидро, Ламетри и Гольбаха, а в XX веке – Марксом и Энгельсом. Она верна с определенной точки зрения: мозг состоит из материи, из кварков и электронов. Материализм объясняет вещество, которое природа использовала для создания физического мозга. Дальше он не заходит. Форма, которую принимает этот мозг, и его структура требуют применения другой модели.

Теперь представьте, что перед вами мозг и у вас есть мощная увеличительная линза, благодаря которой можно проникнуть сквозь его поверхность. Что бы вы увидели? Наверное, борозды, каналы, пути, перекрестки и светофоры, – в общем, всю дорожную систему коммуникаций, насчитывающую тысячи миллионов разветвлений, которые проходят из глубины мозга к его поверхности. В анатомии они получили название проводящих путей нервной системы. Но дорогами все не ограничивается. С момента рождения человека они начинают заполняться. По ним что-то путешествует. И в одну, и в другую сторону. Если бы Шеннон, отец теории информации, был жив, он без всяких сомнений утверждал бы, что это информация. Начиная с сенсорных рецепторов, расположенных на периферии нашего тела, и заканчивая корой мозга, эти пути, состоящие из нервной ткани, заполнены данными. Дорога – это не машины, но она полна машин, которые по ней двигаются. Мозг – это не информация, но он полон информацией. Когда данные воспринимаются сознанием, получившим выражение посредством нервной системы, они порождают то, что со временем и опытом будет расти – личность. Здесь возникает следующий вопрос: какая из моделей объяснит, каким образом и в какой форме перемещается и обрабатывается информация в нервной системе?

Итальянец Камилло Гольджи и испанский нейроанатом Сантьяго Рамон-и-Кахаль в конце XIX века заложили основы нейронной доктрины. Открытие метода окрашивания отдельных клеток позволило Гольджи в первый раз увидеть нейроны под микроскопом. Позже Рамон-и-Кахаль провел самое полное исследование анатомии и гистологии нервной системы, продемонстрировав характерную для нее сложную нейронную архитектуру.

Затем, в 1897 году, британский физиолог Чарльз Шеррингтон описал то, как разные нервные клетки вступают в контакт. Места их встречи он назвал синапсами, а процесс передачи информации в этих точках взаимодействия – синаптической связью.

Но это еще не конец. Эдгар Дуглас Эдриан, известный как первый представитель клеточной нейрофизиологии, впервые сумел доказать, что информация путешествует по нашей нервной системе, используя тип электрического тока под названием потенциал действия. Кеннет Коул и Говард Кертис, продолжившие исследования, продемонстрировали, что эти потенциалы действия являются результатом движения ионов по каналам, пересекающим мембрану, которая окружает нервную клетку.

В заключение, Отто Лоуи, Генри Дейл и английский физиолог Джон Ленси в разное время, независимо друг от друга, открыли механизмы, позволяющие передачу нервных импульсов на синаптические станции, где этот тип специальных клеток вступает между собой в контакт. С этого момента было обнаружено значительное количество нейромедиаторов, или молекул-посредников, наряду с соответствующими молекулами-рецепторами, расположенными на поверхности клеток. В настоящее время ведется упорная работа по исследованию коннектомов (структур связей) в нервной системе человеческого мозга. Другой интересный проект – расшифровка нейронного кода, используемого нейронами для связи между собой, и исследование способа, которым представлены разные типы информации в электрических потоках, или потенциалах действия.

Итак, можно утверждать, что нейронная доктрина объясняет, во-первых, поведение информации и манеру ее передачи с момента, когда ее уловили разные типы сенсорных рецепторов, расположенных на поверхности тела человека. Во-вторых, она пролила свет на вопрос, как данные превращаются в потенциалы действия. Наконец, она дает понимание, каким образом данные перемещаются по нервным путям, пока не достигнут обширных областей коры мозга – своего финального пункта назначения в этой конкретной сфере реальности.

Компьютационная модель тоже действенна в рамках своей собственной области. Материализм утверждает, что мозг состоит из материи, а нейронная доктрина объясняет, как информация путешествует по нервной системе. Теперь сделаем еще одно сальто и попытаемся понять, как же эта информация представлена по отношению к разуму. Оставим в стороне кабели, провода и терминалы. Забудем на время и про базовые кирпичики мироздания. Следующим пунктом нашей программы является осмысление того, как информация, знание, вещи из внешнего мира присутствуют внутри нашего собственного разума.

Когнитивные психологи и разработчики искусственного интеллекта предложили два типа моделей для объяснения расположения информации в разуме: первая, имитирующая действие компьютера, и вторая, вдохновением для которой послужил биологический мозг. Компьютационный подход пользуется аналогией с компьютером. Всем известно, как он работает. И компьютер, и наш мозг совершают вычислительные операции. И тот, и другой оперируют символами. Мозг, так же как и компьютер, получает, интерпретирует, кодирует, передает и декодирует информацию. Она может поступать к сенсорным рецепторам нашего тела в виде электромагнитных или звуковых волн, молекул душистых веществ или тех, что передают вкус, а также в виде тактильных сигналов. Там информация интерпретируется и трансформируется в электрические импульсы, называемые потенциалами действия. Они проходят по всему нейронному пути до коры мозга. И вот здесь происходит нечто таинственное, и потенциалы действия в результате превращаются в ментальную репрезентацию, то есть в субъективность.

Итак, в соответствии с моделью, базирующейся на сходстве с компьютером, есть два способа представления знаний в разуме: в аналитическом формате (в виде суждений) или в аналоговом (с помощью ментальных картин). В первом случае предполагается, что объекты, их свойства и отношения можно описать, используя предложения. Для этого необходимо прибегать к формальной логике и исчислению предикатов. У этого формата есть много разновидностей, которые мы не будем подробно разбирать: семантические сети, фреймы и скрипты, продукционная модель. Все они не передают сенсорно-перцептивные характеристики объектов окружающей среды, представленных в разуме. Другой тип форматов – аналоговые. Также их называют ментальными образами. Тут уже идет речь о передаче сенсорно-перцептивных характеристик представленного объекта.

Ученые всегда понимали, что человеческий разум осуществляет очень сложные операции, которые невозможно объяснить простым сравнением с компьютером. Таковыми являются умение видеть и говорить, а также социальное поведение и мыслительные процессы. Компьютер не способен на заранее обдуманное намерение, не обладает семантикой, «Я-концепцией» и, конечно же, сознанием. Другими словами, он не способен радоваться своим успехам. В середине 1980-х появились модели, опирающиеся на действие биологического мозга. Их назвали коннекционистскими архитектурами, или искусственными нейронными сетями. Как они устроены? Эти нейронные сети состоят из миллионов простых единиц, схожих с нейронами, которые способны одновременно обрабатывать информацию, то есть не серийно, как это делают современные компьютеры, а параллельно. Поэтому другое их название – сети параллельной обработки. Теперь мы знаем, что, помимо передачи информации и механизмов, которые способствуют этой коммуникации через синаптические щели, также важна архитектура сети. Каждая единица, со своими сотнями возбуждающих или тормозных синапсов, превращается в настоящую вычислительную машину. Фундаментом этих моделей служат те самые широкие сети и разнообразные типы соединений, на которые способны многочисленные обрабатывающие единицы. Было спроектировано множество моделей, вдохновением для которых послужили искусственные нейронные сети: однослойные, многослойные, рекуррентные, интерактивные и конкурентные.

Относительно недавно некоторые ученые, среди которых находятся Роджер Пенроуз и Стюарт Хамерофф, сделали попытку применить в своих моделях принципы квантовой механики. Эти авторы предположили, что объяснение, которое дают нейронная доктрина и компьютационный подход, – это лишь одна сторона медали. Мозг – не просто банальный компьютер, обрабатывающий информацию в классическом стиле наших сегодняшних ЭВМ. Он прибегает еще и к механизмам квантовой природы. Но где же осуществляются эти процессы квантового исчисления?

Внутри каждого нейрона находятся сотни цилиндрических полимеров – микротубулы, – которые состоят из миллионов белковых (тубулиновых) образований. Тубулиновые микротрубочки образуют очень сложную организационную систему. Пенроуз и Хамерофф утверждают, что каждую наносекунду эти белковые структуры колеблются между двумя разными состояниями, напоминая состояние включения-выключения транзисторов, используемых в классических компьютерах. Тысячи триллионов вычислительных операций в секунду совершаются в недрах микротубул. Там же рождается сознание. Что происходит с сознанием после гибели мозга? Хамерофф считает, что в момент смерти оно рассеивается в геометрии пространства-времени в размере, сопоставимом с так называемой шкалой Планка, «оставаясь там благодаря квантовой запутанности. Находясь в состоянии суперпозиции, оно не уменьшается и не исчезает на квантовом уровне. Похоже на наше подсознательное или наши сны. И поскольку Вселенная на шкале Планка не локальна, оно существует голографически и бесконечно»[83].

Тем не менее остается много вопросов. Мы сумели частично постичь природу материала, из которого сделан мозг. С помощью физики элементарных частиц и стандартной модели философия материализма обеспечила нас четким пониманием физического носителя, который наш разум использует для своего проявления в данном секторе материальной реальности. Информация, полученная, интерпретированная и переданная нервной системой, перестала быть для нас загадкой благодаря нейронной доктрине. Нейромедиаторы, используемые нервной системой для передачи знаний, и соответствующие им рецепторы клеточных мембран уже открыты нейронауками и продолжают исследоваться на протяжении последних 50 лет. Когнитивные психологи разработали классические архитектуры нейросетей, которые позволяют нам понять, как представлена информация в уме человека. Нашлись и те, кто рискнул предположить, что разум может функционировать в сферах реальности, шкала размеров которой меньше атомных ядер. Квантовая парадигма шагнула в такие сферы, связанные с крохотными величинами. Все эти модели, конечно, пытаются объяснить, что происходит с мозгом в определенной области природы – естественном физическом порядке, известном как материальная реальность.

Однако разум – мотив создания этой работы, – по-видимому, использует не один физический процессор для обработки информации в привычном нам мире. Как только знание достигает коры мозга, запускается загадочный процесс, и электрические импульсы, известные как потенциалы действия, преобразуются в субъективность – ментальные репрезентации, которые мы осознаем. Богатый мир мыслей, чувств, фантазий, снов, верований, намерений и проявлений воли присутствует и отсутствует там одновременно. Здесь заканчиваются границы привычной нам науки. Как же выбраться за пределы известных на сегодняшний день сведений?

Чтобы найти ответ, нужно вернуться в прошлое, в 50-е годы того века. Там содержится ключ, открывающий нам доступ к территориям, что находятся под запретом у науки и вне области ее исследований. Именно здесь таятся модели, не одобряемые наукой, которая, как мы до недавнего времени верили, охватывает всю совокупность знаний. Благодаря революции, зародившейся в самом сердце философии науки, сегодня нам известно, что существует другой тип знания, который окрестили наукой экстраординарной[84]. Лишь после того как мы сделаем этот шаг, перед нами откроется пусть экзотическая, но дивная и потрясающая панорама. Давайте посмотрим, что мы имеем в виду.

Человека, который больше 50 лет назад выдвинул новую концепцию научных революций, звали Томас Кун. Две небольшие, но выдающиеся работы являются квинтэссенцией его учения: «Что такое научные революции»[85] и «Структура научных революций»[86]. Как утверждает автор, существует два типа науки: одна, называемая нормальной, и вторая, которую он окрестил экстраординарной. Обе имеют право на существование и являются необходимыми для развития разных дисциплин. Но хронологически одна предшествует другой. Первой идет нормальная наука, за ней следует экстраординарная. Наступит момент, когда экстраординарная наука перестанет быть таковой и превратится в нормальную; затем, с наступлением новой научной революции, она опять станет экстраординарной. Такой цикл постоянно повторяется. Вы это сразу заметите, если посмотрите на прогресс науки на протяжении времени. Давайте углубимся в детали для лучшего понимания.

У любой научной дисциплины, по мнению Куна, есть история, которая проходит разные этапы. Другими словами, так же как биологические существа и сама Вселенная, наука и ее дисциплины эволюционируют. Она никоим образом не относится к исключениям.

Первый этап можно охарактеризовать одним словом: «одновременность». Он заключается в том, что сосуществуют разные точки зрения, пусть и не всегда мирно. Адепты противоположных идей и мнений не могут договориться по поводу целей, которых необходимо достичь, типа проблем, которые нужно решить, и методологии, к которой следует прибегать. Этот этап может длиться сотни лет, пока разные подходы и гипотезы не сумеют объединиться и унифицироваться. Тогда и наступает время для второго этапа. На мой взгляд, лучше всего его описывает слово «консолидация». Наконец найдена модель, теоретическая основа, позволяющая объяснить поведение объектов в этой конкретной изучаемой области знания. Результатом станут базовые предположения, не подлежащие изменению убеждения, ценности – все то, что наш автор объединил под общим термином «парадигма». Эти парадигмы принимаются как истинный символ веры и часто имеют почти религиозную окраску. На этой исторической стадии допускается лишь одна точка зрения, все остальные игнорируются. В результате ранее достигнутые договоренности превращаются в монолит. В течение долгих лет не случается ничего нового или необычного. Ученые продолжают трудиться, каждый день выполняя все больше работы и достигая новых результатов.

Однако, к сожалению, действующим парадигмам не удается вечно удерживать свое господство. У научных моделей есть свои границы. Теория объясняет лишь ряд явлений в пределах специфического сектора изучаемой реальности. Это ясно предугадал известный английский поэт Уильям Блейк, который в одном из своих прославленных стихотворений восклицал: «…Но прочь одинарное зренье, Господь нас храни от видений, что Ньютоны видят одни!»[87]

Как же узнать, что текущая парадигма исчерпала свои возможности дать объяснение изучаемым ею реалиям? Приходит пора, когда наука вынуждена столкнуться с явлениями, которые невозможно подогнать под используемые до сих пор модели. Тогда наступает стадия настоящего разлада. Это слово – «разлад» – мы возьмем, чтобы охарактеризовать следующий этап, полный сомнений и замешательства. Сначала корень проблем видится в недостатке таланта у ученого или в несовершенстве технологий. Но когда становится понятно, что это не так, происходит полный крах.

В это время глаза некоторых ученых, сумевших избежать давления собственных нейронных связей, внимательно следят за принятой парадигмой и наблюдают ее неспособность предложить адекватный, достойный доверия ответ на вопросы и зародившиеся тревоги, объяснить замеченные аномальные явления. Именно в этот момент возникает нечто неожиданное, экстраординарное, в самом деле революционное. Появляется ученый или группа исследователей, которые делают новое, смелое предположение. Подходящим для этой стадии словом станет «революция».

Такая гипотеза будет подвергаться критике со стороны консервативных узколобых ученых. В письме к Пуше от 1922 года профессор Брока упоминает, как сложно проходит принятие новой системы убеждений, основанной на наблюдениях, противоречащих установленным нормам. Процесс возникновения революционной мысли может проходить настолько тяжело, что только после смерти представителей старых идей новые наконец имеют возможность проявиться и восторжествовать: «Новая истина, рождающаяся вопреки предрассудкам наших наставников, не имеет ни малейшего шанса преодолеть их враждебность. Не существует ни таких аргументов, ни фактов. Лишь их смерть способна привести ее к триумфу. Новаторам остается лишь смириться и ждать явления этой их союзницы, так же как русские ждали прибытия генерала Зимы»[88].

Пусть это утверждение звучит чересчур категорично, не стоит унывать. Безжалостные и грубые нападки конкурирующих сторон являются предвестником неизбежного наступления революционного переворота. Тут-то и приходит момент славы для науки.

В итоге вся эта суматоха уступает место структурированию и консолидации новой системы убеждений, новой парадигме, новому видению мира, которое сможет дать достойное объяснение наблюдаемым аномалиям.

Кун не был единственным революционером философии науки во второй половине XX века. Несмотря на то что концепция научных революций осталась практически незамеченной большинством представителей различных дисциплин, к счастью, нашлись выдающиеся умы, которые внесли свой вклад в этот эпистемологический переворот[89].

Одним из таких блестящих мыслителей был Пол Фейерабенд, самая дерзкая фигура среди этой группы бунтарей. В отличие от Куна, Фейерабенд не относился к официальным представителям философии науки. Он увлекался искусством и научным знанием, в середине 1950-х познакомился с Поппером и Лакатосом и был профессором философии науки в Калифорнийском университете в Беркли, где работал до самой своей смерти в 1994 году.

В своем очерке «Против метода»[90] Фейерабенд обрушился на традиционную концепцию закона и порядка, характерную для науки со времен Ньютона, Коперника и Галилея: «Наука представляет собой по сути анархистское предприятие: теоретический анархизм более гуманен и прогрессивен, чем его альтернативы, опирающиеся на закон и порядок. Таким образом, он является отличным лекарством для эпистемологии и философии науки»[91].

По мнению Фейерабенда, единственным неоспоримым принципом, который не вредит прогрессу, можно назвать «все годится»: «Например, мы можем использовать гипотезы, противоречащие хорошо утвержденным теориям или обоснованным экспериментальным результатам. Можно развивать науку, действуя контриндуктивно»[92].

Фейерабенд ставил свободу и креативность исследователя выше, чем рациональность, закон и порядок метода, навязанного наукой. Для него любые варианты приобретения знания имели одинаковую ценность.

Генри Прайс (1899–1984), заслуженный профессор философии в Оксфордском университете и один из наиболее значимых представителей философии науки за последние 50 лет, считал, что в поисках новых моделей и научных теорий можно покушаться даже на самые древние традиции и культуры – те области, куда современные ученые не осмеливаются вторгаться:

Прайс говорил, что исследователю разума следует быть смелым и даже авантюрным, не бояться возможности выдвинуть новую концепцию, какой бы ошибочной она ни казалась: «Лишь над нашей робостью в выражении идей, а не над их экстравагантностью станут насмехаться потомки»[94].

Имре Лакатос (1922–1974) был учеником Поппера и его преемником на кафедре логики и методологии науки Лондонской школы экономики, где работал вплоть до своей преждевременной смерти в 52 года.

Для Лакатоса тот факт, что теоретическую модель невозможно полностью доказать или что она не подтвердилась в каких-то из своих тезисах, вовсе не означает ее провал. Модель по-прежнему объясняет многие вещи, пусть и не все. Отклонения, которые ставят ее под сомнение, требуют новой постановки вопроса, новых дополнений. Но сама теория, по мнению Лакатоса, не становится от этого ложной и не прекращает свое существование. На какие-то аспекты она проливает свет; для других, аномальных, необходима надстройка, дополнительная формулировка. Лакатос считает, что не следует избавляться от тех научных теорий, которые не объясняют абсолютно все. Их следует включить в нечто большее, в совокупность теорий, которую Лакатос назвал научно-исследовательской программой[95].

Кун, Фейерабенд, Прайс и Лакатос символизируют четыре аспекта модели, представленной в этой работе. По Куну, модель базируется на новой научной парадигме, вытекающей из применения теории информации и вычислительных наук к тем аспектам разума, которые не в состоянии истолковать принятые на сегодняшний день модели. Прайс помог нам окунуться в источники, которые многим могут показаться сомнительными, и воодушевил на то, чтобы предъявить миру другие модели, не важно, насколько абсурдными они кажутся на момент своего появления. Идея о том, что разум и сознание сохраняются после смерти, очень стара. В философии йоги можно встретить аргументы в пользу этой мысли, которые подтверждаются последними открытиями современной науки. Для защиты своих утверждений я обращался как к работам, имеющим общепризнанную научную ценность, так и к тем, которые выглядят подозрительно в глазах представителей старых парадигм. Наша модель не противоречит ранее описанным, она их дополняет в духе Лакатоса. Каждая сформулированная теория проливает свет лишь на один аспект реальности, изучению которой она посвящена. Наконец, прибегнув к силе воображения и к интуиции, нашей модели удается избежать жестких рамок тех моделей, что критикует Фейерабенд. Пригодно все, даже анархизм и беспорядок. И к этой максиме я прибегаю всемерно, ссылаясь на модели разума, не совсем принятые нормальной наукой, обращаясь к опыту прошлого в поисках интеллектуальных реликвий, способных нам помочь, и используя непривычные методы, например бионику и так называемое аналоговое мышление. Я цитирую источники, вызывающие возмущение у некоторых ученых. Поэтому я считаю, что моя теория относится к анархизму, хоть и является глубоко рационалистической. Давайте освободимся от цепей науки, ограниченной грузом нейронных связей тех, кто ее представляет. Устанавливать рамки науке – значит не давать ей развиваться, как утверждает Руперт Шелдрейк в своей последней работе «Мираж науки»: «Наука подавлена: предпосылки, которым уже сотни лет, приобрели неопровержимый характер. Без них было бы лучше. Науки стали бы свободнее, интереснее и даже забавнее»[96].

В настоящее время разные научные дисциплины сталкиваются с фактами, аномальными явлениями, которые невозможно истолковать с точки зрения традиционных теорий. Сегодня наука переживает настоящий кризис из-за того, что существуют эти необъяснимые феномены, а моделей, способных дать ясный ответ на возникающие вопросы, нет.

Например, современная космология имеет дело с событиями, которые требуют интерпретации, не укладывающейся в пределы действующих космологических моделей. Темная материя и темная энергия, скрытые измерения пространства, тонкая настройка констант природы и возможное наличие альтернативных реальностей в рамках куда более обширной Мультивселенной – лишь некоторые из проблем, которые бросают серьезный вызов ученым.

Квантовой механике тоже не удается остаться в стороне. Сколько всего недоступного нашему пониманию в настоящий момент происходит на уровне бесконечно малых величин. Корпускулярно-волновой дуализм, принцип неопределенности, квантовая запутанность и так называемый коллапс волновой функции из суперпозиции – малая часть явлений, которые мы обнаружили в этом конкретном секторе реальности и для которых все еще не нашли внятного рационального объяснения.

К этому перечню можно смело добавить список биологических феноменов, не осмысленных науками о жизни: морфогенез; вероятное существование полей, которые могут служить матрицей для создания живых форм; согласованность и гармония, на которую способен организм внутри себя и с окружающей его средой. Конечно же, изобилуют не укладывающиеся в нормы явления, связанные с функционированием разума и природой человеческого сознания. Пожалуй, самой известной предпосылкой этих дисциплин является то, что разум и сознание считаются субпродуктами деятельности мозга. Нейронаука утверждает, что все можно объяснить наличием нейромедиаторов, мембранных рецепторов, интрацитоплазматических мембран и разных классов ядерных рецепторов. Однако объяснительные возможности парадигм, представленных нейронной доктриной, не охватывают целый ряд реалий: взаимодействие разума и мозга, ментальные репрезентации, субъективность, передача информации без использования хорошо знакомых нам органов чувств и возможность влиять на свое непосредственное окружение, не прибегая к мышечной силе или любого рода механике. Есть и такие, что звучат еще более странно, например: опыт пребывания вне тела, переживания на смертном одре, воспоминания детей в возрасте между тремя и пятью годами о своих предыдущих жизнях. Все вышеперечисленное находится за пределами предпосылок так называемой нормальной науки, занимающейся этой конкретной областью знания. Мы достигли границы возможностей, предоставленных нам традиционными научными теориями. Нормальная наука себя исчерпала. Пришло время экстраординарной науки, чья цель – сформулировать новые, революционные модели, которые дополнили бы уже существующие.

В своей книге «Лестница жизни. Десять великих изобретений эволюции»[97] английский биохимик Ник Лейн сравнил природу с гигантской машиной – генератором изобретений. И для этого есть основания. Жизнь, клетка, фотосинтез, молекула ДНК, зрение, секс, движение, сознание личности – это лишь некоторые из ее самых смелых и новаторских творений. Среди творческого разнообразия, проявленного на протяжении миллионов лет эволюции, Лейн, похоже, пропустил одну из самых необыкновенных и удивительных, на наш взгляд, находок. Это изобретение не только позволило бы нам понять некоторые аспекты разума, необъяснимые с точки зрения действующих сегодня моделей, но и дало бы возможность человеческой личности сохраниться после смерти мозга.

В 2014 году в прокат вышел фильм «Превосходство», в котором описывается длительный путь ученого, столкнувшегося со смертельной болезнью. Поскольку он посвятил бо́льшую часть своей жизни работе над искусственным интеллектом, наш герой создает новую компьютерную программу, позволяющую ему извлечь совокупность информации, которой обладает его разум, включая мысли, эмоции и чувства. Перед самой смертью он загружает свой разум и сознание в компьютер с целью продолжить жизнь, которую у него вот-вот отнимет рак.

Пусть в настоящее время это представляется фантастикой, но последние 20 лет ученые-когнитивисты и физики-теоретики размышляют над возможностью продлить существование человеческой личности внутри компьютера.

Филип Джонсон-Лэрд, исследователь Кембриджского университета, в одной из своих последних работ, посвященных тому, как мы мыслим, предлагает именно такой вариант: всю информацию, находящуюся в мозге, вводить в компьютер.

Хотя это повествование на настоящий момент относится к научной фантастике, Лэрд задается вопросом, сумеем ли мы в будущем написать такую компьютерную программу, которая была бы в состоянии имитировать работу нашего разума. Если это теоретически возможно, то лишь технологический барьер препятствует осуществлению этой идеи сегодня. А если у нас получится спасти не только часть или совокупность информации, но и личность полностью?

По мере того как программы и технические средства для обработки информации усложняются, все более объемные ее фрагменты доступны для извлечения. Люди в древности использовали наскальные рисунки и фигуры из камня, глины и дерева для передачи информации. Потом появились первые алфавиты, позволившие структурировать и организовывать информацию как устно, так и письменно. На личном уровне информация до недавнего времени сохранялась на бумаге, в письмах и автобиографиях. Затем пришла фотография и, наконец, голоса и изображения стали запечатлеваться на видео. В настоящее время ученые уже придумали методы накопления битов информации в отдельных атомах, электронах и фотонах. Создание квантовых компьютеров – вопрос времени. Если сначала была бумага, потом фотография, затем видео, а сейчас перед нами открыта возможность обрабатывать и хранить информацию на носителях в атомном масштабе, то ничего не мешает в будущем, при наличии подходящих программ и развитых информационных технологиий, извлекать данные полностью. Нет недостатка в средствах и способах это сделать. На мой взгляд, это значит, что до запечатления личности не так уж далеко.

Если человеческий интеллект в один прекрасный день окажется способен на осуществление подобной идеи (а Лэрд в это верит), решились бы вы поставить предел безграничным возможностям, которые открывает мудрая и изобретательная природа?

Она не только смогла произвести два самых удивительных компьютера в истории творения: молекулу ДНК и человеческий мозг. Благодаря сохранению информации в генетической молекуле, жизнь продолжалась и распространялась по нашей планете; благодаря непрерывности информации в нашем мозге и нашем разуме, из глубин нервной системы возникает личность. Все знания, которыми мы обладаем сегодня, покоятся в этой массе серой и белой материи, спрятанной внутри нашего черепа. Не существует никаких границ для механизмов обработки информации, используемых природой. Но, несмотря на это, нам не удается понять, как разум и сознание могут преодолеть смерть. Так в чем же таится трудность? Возможно, нам мешает эволюционное несовершенство структур и механизмов нашего собственного мозга. Мы пока не достигли необходимого уровня биологического развития, чтобы разобраться в этой страшной тайне, как ее называет представитель философии разума Колин МакГинн[99]. Его цитирует Кандель в «Принципах нейробиологии», имея в виду как раз одну из самых больших загадок творения – сознание: «Сознание попросту недоступно эмпирическому познанию из-за ограниченности когнитивных способностей человека, отражающей неотъемлемую и непреодолимую ограниченность структуры мозга»[100].

Таким образом, проблема жизни личности после смерти мозга не носит религиозного характера. Она относится к природе эволюции, к информатике и вычислительной науке. Здесь нужно искать ответ на вопрос, который человечество задает себе с самого момента зарождения цивилизации. И он не имеет отношения к фантазиям верующих, как многие считают. Он постепенно зарождался в сознании благодаря эволюции области мозга, которая появилась сравнительно недавно, – префронтальной коры. Развитие префронтальной коры позволило нам, людям, начать размышлять о том, что мы собой представляем, и о том, что нас окружает. Такие вопросы, как: «Кто мы?», «Откуда мы появились?», «Куда мы идем?» – это следствие эволюции нашего мозга. Религиозная вера является мощным эволюционным двигателем, а не пережитком древних верований наших примитивных предков.

В качестве весомого аргумента в поддержку выдвигаемой мной гипотезы я рассматриваю положения новой науки, известной как биомимикрия[101] – искусство подражания природе. Ее технологии опираются на то, как это происходит в реальном мире. Как мы уже упоминали, природа мудра и изобретательна сверх всяких пределов. При этом, несмотря на то, что мы обладаем самым совершенным среди всех живых существ мозгом, наши возможности постичь ее очень ограниченны. Те когнитивные способности, которыми располагаем мы, люди, также представлены во Вселенной, только в гораздо более внушительном масштабе. Именно наш мозг стал одним из самых смелых произведений природы. При таком положении дел не будет ли полезнее повторить ее образ действий, что позволит нам извлечь максимум пользы из наших собственных творений? Несмотря на то что в основном область применения этой новой науки находится преимущественно в технологическом поле, мы можем воспользоваться теоретическими основаниями, на которых строится биомимикрия, для создания нового предположения о том, как функционирует человеческий разум. Каким образом? Нет, не наблюдая за природой и копируя ее, а бессознательно, не отдавая себе в этом отчета. Например, катушка ниток, которую мы используем, чтобы зашить одежду, или катушка на удочке для ловли рыбы являются грубыми имитациями той модели, с помощью которой природа наматывает молекулу ДНК вокруг белков, называемых гистонами, тем самым имея возможность упаковать ее внутри клеточного ядра. А ведь мы пользовались катушками задолго до того, как открыли молекулу дезоксирибонуклеиновой кислоты, то есть бессознательно имитировали образ действия природы.

Компьютеры и форма обработки данных – еще один способ повторять ее манеру поведения относительно создания, передачи, хранения и извлечения информации. Мы копируем ее стиль, даже не осознавая этого. Программы, которые мы написали для компьютера, очень похожи на те, что использует разум, чтобы мы могли запоминать и размышлять. Компьютеры – это точное отражение того, как природа устроила человека. Когда необходимо объяснить, как мозг запоминает, рассуждает и представляет знание, ученые используют вычислительные модели. Но это не все: копируя и извлекая информацию из компьютера, особенно если мы переносим ее с помощью устройств для временного хранения вроде USB, независимых от первоначальной ЭВМ, мы подражаем, не отдавая себе в этом отчета, процессам обработки информации, которые использует разум природы. Биомимикрия базируется на сознательном повторении за природой, в то время как через современные компьютеры мы бессознательно воспроизводим работу мозга (физического носителя) и разума (компьютерных программ). Сохраняя, копируя и извлекая информацию из компьютера, мы совершаем практически те же действия, что природа проделывает с нами в течение жизни, а также в момент смерти. Она переносит информацию на временный носитель (невидимый мозг), где сознание, включая программы и информацию, обработанную на протяжении жизни, сохраняется, чтобы продолжить процесс развития и роста либо на новом процессоре и в среде, подходящей для него (альтернативная реальность), либо посредством переноса на совершенно новый носитель, например на физический мозг.

Нетрудно представить Вселенную в виде огромного природного компьютера, перерабатывающего информацию во всех секторах реальности, как классической, так и квантовой, даже находящейся за пределами шкалы Планка, практически виртуальной, состоящей из битов информации. Именно так считает наука. Многие ученые в настоящее время убеждены, что Вселенная осуществляет вычислительные процессы с самого момента ее зарождения. Профессор Клаус Хефнер[102] вместе с группой коллег с факультета математики и кибернетики Бременского университета заявил, что Вселенная – это макросистема, постоянно обрабатывающая данные. Все физические частицы и материальные структуры получают, передают и обрабатывают данные, начиная с самых элементарных уровней и заканчивая высшими степенями сложности. Способы получения, обработки, хранения и передачи этой информации становятся все более и более изощренными по мере повышения уровня. Одним из современных представителей этого подхода является Сет Ллойд, профессор факультета машиностроения Массачусетского технологического института. В своей последней работе «Программируя Вселенную»[103] Ллойд представляет реальность в виде гигантского квантового компьютера. Наш мир, по его мнению, состоит из битов информации. Квантовых битов. Взаимодействие его компонентов изменяет эти биты данных, и поскольку Вселенная управляется по законам квантовой механики, можно утверждать, что она обрабатывает информацию, следуя принципам квантовой механики. «А что же это за информация, которую обрабатывает Вселенная?» – спрашивает Ллойд. Она обрабатывает саму себя, вычисляя свое собственное поведение. Как только Вселенная рождается в момент Большого взрыва, она тут же начинает вычисления.

Здесь сходства не заканчиваются. То, как мы копируем и извлекаем информацию при помощи специальных средств и устройств, тоже является отражением того, что делает природа со своим собственным содержимым. Копирование и извлечение относятся к тем операциям, которые мы постоянно осуществляем для того, чтобы управлять данными. Написав пару абзацев, мы нажимаем на иконку «сохранить», и сведения тут же оказываются зафиксированными. Информация останется на жестком диске, USB или DVD-носителе. Только так мы можем поддерживать непрерывность информации и спасти частицу общего знания. Природа тоже прибегает к копированию и извлечению для управления обрабатываемыми ею данными. Человеческая личность не ограничивается индивидуализированным сознанием, которое использует разум. Она постоянно работает с данными. Другими словами, все, что она содержит, – это организованная информация.

Если природа проявила столь большую заботу о жизни, снабдив ее генетическими механизмами, обеспечивающими не только функционирование, но и выживание, то не могла ли она сделать нечто подобное для человеческой личности, предоставив ей механизм, который позволит ее сохранить? Теория информации и вычислительные науки говорят, что это вполне возможно. Природа так и сделала. Теперь черед за нами: нужно выяснить, как и в случае с любым природным явлением, каким образом, где и при каких обстоятельствах осуществилось это чудо. И только потом мы начнем понимать некоторые аспекты, которые всегда оставались загадкой, например: «Почему мы здесь?», «Какова цель нашей жизни?» Если человеческий разум сохраняется, то многие вещи обретают значение. В случае когда мы рассматриваем эти вопросы лишь с точки зрения нейронауки, становится ясно, что смысла в них нет. Наука знает, как все функционирует, но не отвечает на вопросы, для чего или почему.

Однако когда проблемы возникают на стыке дисциплин, тогда и появляются некие логически возможные решения. Теперь у нас не отдельный фрагмент головоломки, и мы способны увидеть картину полностью.

В информатике есть понятие backup (резервная копия) – дубликат информации в памяти компьютера, предназначенный для восстановления данных в случае их повреждения. Это возможно по разным причинам: износ деталей компьютера, неожиданный скачок напряжения или сбой системы. Важно то, что сама идея резервного копирования базируется на двух основных предпосылках теории информации: во-первых, данные можно извлечь, во-вторых, для этого необходим физический носитель, не обязательно совпадающий с оригинальным. Представьте, что вы приобрели компьютер последней модели, которая только вышла на рынок. Одна из целей его покупки состояла в том, чтобы создать книгу. Но не простую книгу, а особенную – вашу автобиографию, самую ценную для вас историю. Вы начинаете писать, излагая все, что с вами происходило с момента рождения, минуту за минутой, день за днем, месяц за месяцем, год за годом. С течением лет возможности компьютера достигают своего предела: его элементы подверглись необратимым изменениям под воздействием времени, а ежедневный выход в Интернет оставляет его беззащитным перед лицом вирусов последнего поколения. В конце концов, ему не хватает памяти. Как же мы поступаем в таком случае? Первым делом спасаем информацию, для чего создаем резервную копию, если до сих пор этого не делали. Следующим шагом станет покупка нового компьютера. Туда мы переносим дубликат и продолжаем писать историю своей жизни. Информацию можно сохранить благодаря резервной копии, загруженной на USB-флеш-накопитель. Однако данным необходим физический носитель, которым станет новый компьютер. Предыдущий вы отвергли как устаревший. Он выполнил свою функцию. Теперь вы заменили его на более современный.

Невидимый мозг – это не только очень сложный процессор. Он служит еще и резервной копией. Именно там непрерывно сохраняются все данные. Извлечение информации и увековечивание личности не происходят в момент смерти – эти процессы не прекращаются с самого рождения. Подумайте, что вы делаете, когда вносите новые данные на компьютер. Вы сохраняете их, тем самым предотвращая их утерю. Если вы предусмотрительны, то создаете еще и дополнительные копии.

Это похоже на сад, полный необычных деревьев с экзотическими плодами. Человеческая личность – это маска, продукт информации, переработанной мозгом. «Мы сами и есть информация», – утверждает Влатко Ведрал[104], профессор из Оксфорда, занимающийся квантовой теорией информации. Все содержимое разума – это информация. Если личность является продуктом информации, которую можно сохранить после повреждения и разрушения материального носителя, следовательно, она тоже может выжить. Если данные и вытекающее из них знание могут уцелеть, то личность тоже на это способна.

Тайна личности – это большой вызов для когнитивных наук. Что делает вас собой, а не другим человеком? Где берут начало черты характера, которые отличают каждого из нас? Трудно дать однозначный ответ. Весьма вероятно, что большинство читателей испытывают соблазн искать причину в мозге: наша сущность базируется на генах, анатомии мозга и электрической активности его функциональных единиц – нейронов. Но это все равно что утверждать, будто ключ к содержанию текста лежит в компьютере и его компонентах. Если компьютер будет поврежден или его составные части износятся, то содержание и смысл этой работы утратятся навсегда. Вы же понимаете, что это не так. Всем известно: информацию можно извлечь в том виде, в каком она была представлена в компьютере, и перенести ее на другое устройство. Тогда будет можно снова прочесть все то же содержание и наделить его все тем же смыслом. Отличительные черты написанного сохранятся, конечно же, при условии, что информация и форма ее подачи не подвергались значительным изменениям. Следовательно, ответ лежит не в физическом носителе, а в самих данных. Это точное и смелое предположение. Если распространить эту аналогию на область когнитивной психологии, то мы увидим, что понятия личности и ее идентичности более близки к концепции информации, организованной определенным образом, чем к физическому носителю. Личность и личностная идентичность ближе к персональным данным, чем к материальному мозгу.

Дать определение понятию «личность» нелегко. Олпорт предлагает более 50 разных вариантов. Но в одном, как мне кажется, сходятся все ученые. Личность представляет собой уникальную конфигурацию черт и признаков, которые делают ее единственной в своем роде, непохожей на всех остальных людей. Это совокупность, которая характеризует поведение человека.

Когнитивные науки утверждают, что каждый из нас – это мозг, который порождает индивидуальный разум. Вспомните хотя бы название одной из последних работ Антонио Дамасио, представляющего мнение значительной части современных ученых: «Мозг создал человека». На первом месте мозг, а только потом разум – вовсе не так, как мы считали всего лишь несколько лет назад. Находятся и те, кто заходит дальше и занимает еще более радикальную позицию. Например, для философа-когнитивиста Дэниела Деннета разума вообще не существует[105]. Именно такие взгляды у некоторых из самых влиятельных представителей когнитивистики, хотя нельзя сказать, что их разделяет все научное сообщество.

Несмотря на то что мы все относимся к одному биологическому виду и обладаем одинаковыми способностями, свойственными человеку, мы отличаемся тем, как их используем. Кто-то хорош в науках, у других способности к искусству и литературе, а есть те, кто могут достичь выдающихся успехов в религии или философии. Эйнштейну нет равных в области физики. Пуанкаре – блестящий математик. Иисус проявил себя как исключительный религиозный лидер, а Жюль Верн – как потрясающий предсказатель. Если кроме интеллекта принять в расчет еще и чувства, эмоции, характер человека, то становится понятно, что каждый из нас уникален и с этой стороны. Есть люди импульсивные, а есть невозмутимые и расчетливые. Есть те, кто дрожит от страха в любой хоть немного рискованной ситуации, и находятся люди, которые перед лицом опасности спокойны и хладнокровны. Пусть биологически мы очень похожи, каждый из нас совершенно по-разному живет и действует даже в одинаковых ситуациях. Кроме того, у каждого человеческого существа есть личные убеждения и намерения. Мы исключительны.

Вопреки этим индивидуальным качествам и характерам, личность – это не то, чем мы являемся на самом деле. Слово «личность» является родственным со словом «личина» – «маска, накладка, скрывающая лицо». Латинское persona, от которого происходит «личность» в европейских языках, в древности использовалось для обозначения персонажей, которых воплощали актеры, надевая на себя маску. В свете выдвигаемого мной представления, мы, люди, скрываемся под личинами, которые нам выпали, чтобы занять подобающее нам место на шахматной доске этой жизни. Кто-то переоделся в медика, другой – в политика, третий – в адвоката, инженера или философа. К несчастью, большинство носит маски и играет роли, которые им не подходят. Все равно что в большом оркестре посадить гитариста за фортепьяно, а скрипача поставить дирижировать. Пусть и против нашего желания, но такая смена масок и ролей привела нас к катастрофе, и многие из нас оказываются в несвойственной им роли и вынуждены действовать по сценарию, к которому совершенно не были готовы. Мало того, что мы носим маску, так еще и выбрали наименее нам подходящую. Однако если мы не являемся той маской, которую на себя надели, то что же мы на самом деле?

Если бы личность можно было разложить на самые простые составляющие, то оказалось бы, что она включает в себя разные элементы. Перечислим их, начиная с периферии и двигаясь к центру. Информация, которая поступает в сознание через органы чувств и которая со временем превратится в содержимое разума конкретной личности, станет ее знанием, переживаниями, опытом. Физическим носителем информации является нервная система и мозг. Это самый сложный инструмент, созданный природой для того, чтобы обрабатывать данные, воспринимать их, кодировать, преобразовывать в электрические импульсы, проводить их по нервным путям и в итоге снова декодировать в коре головного мозга, после чего воспринятое станет репрезентацией. Затем идет программное обеспечение, способствующее самой совершенной обработке информации: язык, память и мышление. Мы считаем, что эти программы состоят из алгоритмов, которые позволяют разуму управлять обрабатываемой информацией. Наконец, сознание – базовая фундаментальная сущность, не поддающаяся расчету и становящаяся индивидуализированной посредством нервной системы. Без сознания мы не отдавали бы себе отчета в собственном существовании. Следом за ним идет разум – нечто чисто механическое, что наделяется пониманием, по утверждению многих религиозно-философских трактатов Древней Индии.

Как личностная сущность готовится принять на себя роль, которая выпадет ей в этом мире? Если мы временно исключим информацию, то останутся органы чувств, программы и сознание, то есть минимальный набор, необходимый для создания человеческой личности. Также нам понадобится контакт с социальной средой, чтобы эта зарождающаяся личность развивалась, росла и формировалась с течением лет. Именно окружение является стимулом, необходимым для полного раскрытия собственного потенциала.

Так что же «Я» такое? «Я» – это сознание, которое наделяется индивидуальностью через нервную систему. В процессе индивидуализации оно прибегает к программам для обработки информации, которая поступает через органы чувств, таким образом конструируя свою личную вселенную. Информации необходим физический инструмент, который будет служить ей носителем, – материальный мозг. Поступление данных в индивидуализированное сознание приводит к появлению чувств и эмоций, а их тип будет зависеть от того, через какие переживания проходит субъект, то есть от удовольствия или боли, которые будит в нем этот опыт. С этой точки и начинается рост и развитие личностной сущности. А через подобный опыт и в зависимости от того, как используются способности, которыми она наделена, и начинает строиться личность, с сотнями своих масок, делающих ее уникальной.

Смотрите, как индивидуализированное сознание с рождения начинает отождествлять себя с многочисленными аспектами материальной реальности: физическим телом; разумом, полным мыслей, эмоций и одержимостей; постоянными и временными ролями, которые придется играть на протяжении человеческой жизни. Сильнее всего идентичность устанавливается с физическим телом, полом, цветом кожи, национальностью и возрастом. Другой крепкой связью служит профессия: кто-то становится врачом, кто-то – адвокатом, педагогом или инженером. До этого момента мы все являемся детьми своих родителей. Спустя годы мы принимаем на себя новые роли: отца или матери, бабушки или дедушки. Некоторым, кажется, сопутствует удача, и они считают себя хозяевами сотен вещей, которые начинают приобретать с самого раннего возраста. Другие испытывают материальную нужду, живут по-спартански, обходясь без самого необходимого. Наконец, в зависимости от того, как мы реагируем на внешние стимулы, мы становимся спокойными или тревожными, безмятежными или злобными, эмоциональными или беспристрастными. Став взрослыми, мы носим множество хорошо прилаженных масок. При рождении нам было дано лишь сознание, несколько программ, мозг и информация, которую мы воспринимаем с помощью органов чувств. Теперь же мы считаем себя хорошо развитыми, зрелыми личностями.

Каковы же границы роста и развития этого индивидуализированного сознания, которое с первых лет нашей жизни начинает копить одежды и приспособления, чтобы во взрослом возрасте дойти до потери своей истинной сущности, идентифицируя себя с персонажами, роли которых ему выпадают в течение жизни? Это все равно что спросить Вселенную, каковы границы ее расширения и роста, или спросить Жизнь, каковы границы биологии, а именно пределы возможностей человеческого разума. Сегодня мы знаем, что границ нет. Относительно человеческой личности подразумеваются лимиты, накладываемые биологическими законами. Но не предусмотрела ли природа какую-либо возможность для личности, совсем недавно приобретенной индивидуализированным сознанием, выжить и продолжить процесс роста и развития в других областях реальности, а, возможно (почему бы и нет), и в той же самой физической реальности?

Когда скорлупа, под которой скрывается человеческая личность, лопается, новорожденная личность переживает те же процессы роста и развития, что и все макро и микросистемы, составляющие полноту нашего мира. Этот эволюционный закон, подчиняющий себе все сущее, позволяет разным системам полностью раскрывать свой потенциал. Вселенная родилась по чистой случайности больше 13 миллиардов лет назад и с тех пор росла и развивалась, формируя галактики, звезды и солнечные системы. В некоторых потайных уголках космоса природа заронила семя жизни, которое проросло и эволюционировало, развивая все более сложные формы жизни, пока не дало начало существования сознательным организмам. Однако этот процесс занял тысячи миллионов лет. Невозможно осуществить его за несколько коротких земных лет. Разум тоже заметно эволюционировал, от низших форм к все более и более сложным – таким, как у человека. Человеческая личность куда сложнее, чем что-либо другое, и несет в себе потенциал, который еще должен раскрыться и проявиться. Она должна расти, развиваться и эволюционировать. Ограничения накладывает лишь время жизни элементов, из которых состоит физическое тело и мозг. А их долговечность зависит от законов физики, управляющих поведением видимой части этого конкретного сегмента реальности. Как мы увидим далее, природа сама озаботилась тем, чтобы исправить этот недостаток, причем выбрала для этого креативный и новаторский способ. Так же как мы заменяем старый ПК на новый, перенеся на него информацию из прежнего устройства, так и природа извлекает личность из старого мозга и внедряет ее в другой, чтобы она могла продолжить свой эволюционный процесс роста и развития.

Существует глубокая связь между сознанием и информацией, с одной стороны, и между личностью и информацией – с другой. Дэвид Юм верил лишь в постоянный поток идей и впечатлений. «Все, что существует – это впечатления», – утверждал он в своем «Исследовании о человеческом познании»[106]. Схожим образом Уильям Джеймс, отец американской психологии, ввел в оборот термин «поток сознания», обозначающий непрерывное течение информации. В беседе, состоявшейся в 1897 году, Джеймс высказал мнение, что в конечном итоге все можно свести к содержимому разума, то есть к информации.

Я считаю, что информация (именно такое название мы выбрали для начинки нашего разума) идет рука об руку с понятиями «личность» и «сознание». Если я извлекаю данные в точности в том виде, как они организованы внутри конкретного разума, то я извлекаю и личность, которую характеризует эта форма данных. Один параграф текстовых сведений может сгенерировать семантическое содержание. Изменив слова или преобразовав их порядок в предложении, можно полностью поменять смысл. Это приводит нас к мысли о том, что порядок слов имеет значение. Если их соединить определенным способом, то в сознании воспринимающего рождается специфический смысл. Если же слова поменять местами, смысл может появиться совсем другой. В случае когда информация извлекается без изменения ее организации и порядка ключевых элементов, весьма вероятно, что личность (поток информации по Юму и Джеймсу), переживет потерю hardware, или физического носителя. Давайте рассмотрим другой пример, касающийся данных.

Состояние пациента с болезнью Альцгеймера постепенно ухудшается. Этот упадок прямо пропорционален потере информации его мозгом. Утратив ее полностью, сознание человека по-прежнему останется с ним, но личность, похоже, испарится навсегда. Приведу еще один пример. Пациент с шизофренией страдает тяжелым расстройством, характеризующимся потерей ясности ума и разного рода сенсорно-перцептивными нарушениями. Это приводит его к изменению сознания – бреду. Информация все еще присутствует, но ее обработка подверглась глубоким изменениям. И что же мы наблюдаем? Личность пациента не исчезла, но сильно изменилась.

Если посмотреть на факты под этим новым углом, то перед нами откроется потрясающая перспектива, к которой мы вас подводим на протяжении этой и предыдущих глав. Наша модель – всего лишь более широкий взгляд, распространение вычислительного подхода на Вселенную, воспринимаемую нами как единое целое. Вселенная – это гигантский космический компьютер, а мы – его порождение. Эту мысль нельзя назвать ни новой, ни необычной. Я твердо верю, что если мы научимся извлекать информацию, то сумеем сохранить «Я» и остальную часть личности человека. Звучит потрясающе, учитывая, что личность, согласно предложенной в этой работе модели, может быть реальностью, продуктом той уникальной формы, которую принимает информация, организованная каждым отдельным мозгом.

В конце XIX века некоторые ученые, воодушевленные невероятным научным и технологическим прогрессом того времени, отважились предсказать конец теоретической физики. Наука, казалось, достигла границы, которую трудно преодолеть. Многие утверждали, что законы движения планет и гравитационного взаимодействия, открытые Исааком Ньютоном, и электромагнетизм Максвелла – то, что наконец даст объяснение всем явлениям нашего мира. В своей знаменитой речи, произнесенной в Чикаго в 1894 году, физик-экспериментатор, нобелевский лауреат Альберт Майкельсон даже объявил, что «все основные принципы полностью установлены и дальнейшие достижения возможны при строгом приложении этих принципов ко всем известным нам явлениям»[107].

Прошло не так много времени, как эти надежды рухнули из-за открытия атомной структуры материи и рождения квантовой механики и релятивистской физики. Однако ученые не сдались и снова яростно бросились в атаку. В 1928 году известный физик и будущий нобелевский лауреат Макс Борн утверждал перед группой своих товарищей, посетивших Геттингенский университет, что физика, известная человеку на тот момент, прекратит свое существование меньше чем через шесть месяцев[108].

С тех пор прошло почти 100 лет, а конца теоретической физики так и не предвидится. Более того, мне не кажется, что в мире найдется хоть один ученый, готовый повторить такое опрометчивое заявление.

Конечно, многое изменилось. Фундаментальную частицу больше не считают определенной компактной структурой, движущейся в пространстве с постоянной скоростью. Если бы существовала возможность увеличить этот объект в миллионы раз, дойдя до шкалы Планка, мы бы увидели, что то, что нам представлялось массивным и плотным, на самом деле является крохотной одномерной вибрирующей струной энергии.

Еще несколько лет назад было общеизвестно, что все действия во Вселенной разворачиваются в геометрических рамках, ограниченных тремя пространственными измерениями и одним временны́м. Современные модели, предложенные теорией струн, говорят о четырех, пяти, шести и более пространственных измерениях, а время, считавшееся в начале XX века абсолютной величиной, превратилось в относительную, способную меняться в зависимости от скорости движущегося объекта.

Это еще не все. На заре XX века Вселенная виделась гигантским островом. Затем ученые продемонстрировали, что она не одинока, так как есть еще миллионы таких галактик, рассеянных в космосе. Сегодня космология уверяет, что наша Вселенная, вместе с миллиардами составляющих ее островных вселенных, не единственная существующая. Она входит в состав конгломерата, который куда крупнее – Мультивселенной, или Мегавселенной.

Сегодня физика сталкивается с новыми революционными находками. В качестве примера можно привести квантовую запутанность, новые типы материи и энергии, зеркальную материю, темную материю и темную энергию. Физики зашли даже еще дальше и проникли в сферу, далекую от их науки, зато близкую к нашей теме: в область разума и сознания человека. Многие придерживаются мнения, которое разделяет и нобелевский лауреат по физике Юджин Вигнер: сознание играет решающую роль в конструировании проживаемой нами реальности. Здесь таится причина редукции волновой функции, которая заключается в превращении объекта, представленного математически, в реальный и точечный.

Бог также не избежал вопрошающих взглядов представителей науки. Его существование утверждается в работах Амита Госвами и Джона Полкинхорна, предполагается в книгах Пола Девиса «Разум Бога» и «Проект Вселенной» и отрицается в недавно появившейся работе Стивена Хокинга «Высший замысел». Так где же, хочу спросить, конец теоретической физики?

Больше 100 лет назад Камилло Гольджи, Сантьяго Рамон-и-Кахаль и Чарльз Шеррингтон заложили основы того, что сегодня нам известно под именем нейронной доктрины. С тех пор любой вклад в область нейронаук награждается Нобелевской премией. Открытие молекул-посредников и рецепторов информации, находящихся как внутри, так и снаружи клетки, а также новые подходы, такие как компьютационный или нейросетевой, привели к тому, что некоторые нейробиологи, совсем как физики в прошлом веке, заявили пусть не о конце нейронауки, но о крахе картезианского мифа. Другими словами, возвестили о том, что проблема «разум-тело» полностью решена.

Одним из таких людей был Антонио Дамасио, профессор нейробиологии и психологии Южно-Калифорнийского университета, известный своими потрясающими работами по популяризации науки, среди которых «Ошибка Декарта», «Ощущение того, что происходит», «В поисках Спинозы» и «Мозг создал человека». В интервью специализированному научному журналу в 2002 году Дамасио высказался так:

Несмотря на провозглашение конца картезианского мифа, Дамасио не отрицает его огромное значение и демонстрирует глубокое уважение к этому разуму, который он считает материальным: «Натурализация сознания и установление его твердой позиции в мозге никоим образом не предполагают урон человеческому достоинству, а также не могут положить конец его загадочности, сложности и непонятности»[110].

Как еще несколько лет назад сказал лауреат Нобелевской премии Кристиан де Дюв: «Магия кончилась, но тайна осталась»[111].

Применение в философии неправильно интерпретированной нейронной доктрины, по моему мнению, является причиной серии катастрофических последствий для этики, морали и человеческого достоинства. Если мы так уверены в неизбежной гибели картезианского мифа, если нам совершенно очевидно, что разум возникает из химической и электрической активности мозга и прекращает свое существование после его гибели, то давайте готовить человечество к тому, чтобы оно спокойно и с достоинством приняло эту новость.

Томас Метцингер, заведующий кафедрой теоретической философии в университете города Майнц, считает, что обыкновенный человек должен быть определенным образом подготовлен к встрече с этими событиями. По словам Карстена Коннера, который брал это интервью для журнала «Мозг и сознание», если не взяться за дело в ближайшее время, то в не столь отдаленном будущем бочка, в которую мы сейчас подсыпаем пороха, может рвануть:

Однако прав ли Дамасио?

Как мы уже убедились в главе об экстраординарной науке, остается еще очень много вопросов, которые не смогли решить когнитивные науки: преобразование нейронного коррелята в субъективность, репрезентационный формат мысли и сновидений, проживание опыта, который невозможно объяснить при помощи современной парадигмы (предсмертные переживания, виде́ния на смертном одре, покидание собственного тела, экстрасенсорное восприятие и психокинез). В архивах Отдела исследований личности кафедры психиатрии Университета Вирджинии в настоящее время хранятся больше тысячи историй детей в возрасте от трех до пяти лет, которые утверждают, что помнят свои предыдущие жизни[113]. Исследования длились более 30 лет, и в них изучались дети по всему миру. Возглавлял работу доктор Ян Стивенсон, со временем ставший руководителем кафедры неврологии и психиатрии Университета Вирджинии, – один из самых уважаемых психиатров в Соединенных Штатах[114]. Все перечисленные явления требуют толкования. Их невозможно игнорировать дальше.

Общепринятые объяснения не очень убедительны, в них даже сами авторы не верят. Ментальные модели, разработанные на сегодняшний день, подходят лишь частично. Некоторые же аспекты так и покрыты мраком тайны. В таких условиях мне кажется чересчур смелым и безрассудным отрицать сегодня картезианский дуализм, прослуживший нам столько лет. И, по моему мнению, ответы на многие вопросы потребуют решения, которое и по нынешний момент продолжает оставаться по большей мере дуалистичным.

Традиционно считается, что разум и тело относятся к двум разным областям реальности. Тело сделано из материи. Разум, напротив, считается «нефизическим». Но еще никто не дал внятного определения, что же может означать «нефизическое». Пусть количество его последователей уменьшилось, дуализм по-прежнему остается самой популярной теорией разума на Западе. У него исторически крепкие узы с тремя самыми великими западными религиями. Такие известные и уважаемые философы, как Сократ, Платон и Декарт, были дуалистами. Здравый смысл говорит нам, что дуализм – это правильно. Однако ошибочное применение нейронной доктрины к областям знания, не относящимся к ее сфере, нанесло жестокий удар по этой теории, так хорошо прижившейся и на Востоке, и на Западе. Тем не менее XX век подарил нам людей, бесстрашно выступающих за тот или иной тип дуализма. Карл Поппер, величайший философ науки конца XX века, и сэр Джон Эклс, лауреат Нобелевской премии по медицине, придерживались дуализма, не испытывая стыда и страха перед критикой своих оппонентов[115].

Итак, автор книги, которую вы держите в руках, считает, что некоторые аспекты проблемы «разум-тело» можно понять только с позиций дуализма, хоть и взятого под новым углом. И самый важный вопрос из тех, что я имею в виду, – возможное сохранение разума и его содержимого после прекращения работы физического мозга. Мне не хотелось бы сильно углубляться в эту тему в своем произведении, написанном для широкой публики. Я лишь попробую предложить краткое объяснение вещей, отталкиваясь от того, как они открываются перед моим испытующим взором. Повторюсь: ниже я попытаюсь передать свою мысль максимально упрощенно.

Принято рассматривать физическое и ментальное как две отдельные стороны реальности. Разум и материя, похоже, существуют в разных сферах. Из этой идеи и зародился традиционный дуализм – из наличия двух обособленных, отличающихся друг от друга реальностей. Но так ли обстоят дела на самом деле? Если присмотреться внимательнее, то можно заметить, что существуют как единые для обеих сфер аспекты, так и те, что их разнят. С одной стороны, информация относится к общим элементам, присутствующим в обоих мирах. Сознание, позволяющее нам воспринимать реальность в обеих сферах опыта, тоже одно. Что же отличается? То, как ведет себя информация в физическом окружении и в разуме. Репрезентационный формат у нее тоже разный. Несомненно, есть и многие другие расхождения, подробно рассмотренные в таких работах, как «Ментальное и физическое» Герберта Фейгла, «Пространство Эйнштейна и небо Ван Гога» Марженю и Ле Шана, а также его «От Ньютона до экстрасенсорного восприятия». Однако они касаются скорее сходств и различий разных областей реальности, включая физическую и ментальную сферы. Для практических целей и понимания сути предложенной в нашей книге гипотезы, я думаю, вышеупомянутого будет достаточно. Но давайте все же еще немного углубимся.

Содержание внешнего мира, наравне с содержимым нашего разума, представляет собой фрагменты информации. И внутри, и снаружи она воспринимается одной-единственной сущностью – индивидуализированным сознанием, которым мы являемся. Информация и индивидуализированное сознание в обоих случаях являются одними и теми же. Если внимание направлено вовне, мы осознаем то, что поступает к нам через органы чувств. Если же оно обращено внутрь, то нам открывается вселенная мыслей, чувств, верований, намерений и состояний души. То, что я воспринимаю физически как материальный объект или же ощущаю внутри себя как мысль, порожденную разумом, – это информация. И снова повторю: сознание и информацию делят обе сферы реальности.

Раз сознание и информация общие для обеих сторон действительности, то каково же отличие между физическим и ментальным? Что ж, ответить на этот вопрос не составит труда. Именно то, как ведет себя информация, и делает две эти области такими разными. Следовательно, можно сделать вывод, что если поведение информации отличается в зависимости от сферы реальности, то это из-за того, что законы природы в них не одни и те же. И если они неодинаковы, то и тип материи, который составляет репрезентационный формат содержимого физического окружения и содержимого разума, тоже отличается. Материальный носитель информации в физическом мире не похож на тот, что используется для данных нашим разумом.

Теперь понятно, что поведение информации и репрезентационный материальный носитель с одной и с другой стороны действительности создали ложное впечатление разделения, которое привело нас к ви́дению их как двух различных отдельных реальностей. Они связаны и взаимодействуют при помощи нашей нервной системы. Информация, общая для обеих сфер, путешествует, перемещается, передается из одной вселенной в другую и трансформируется. Именно она подвергается метаморфозам, которые я обстоятельно опишу во втором томе этого сочинения, в главе под названием «Метаморфозы реальности»[116]. В этом причина кажущегося отличия внутри и снаружи. Сознание, которое одновременно наблюдает за тем, что происходит внутри и вовне, одно и то же. Меняется лишь тип материи, которая служит поддержкой для репрезентационного формата информации в обоих пространствах. Здесь основная разница. Оба мира взаимодействуют, пока мы живы, а поскольку у каждого свой формат, свой тип поддерживающей материи и свои собственные законы природы, можно утверждать, что они представляют собой самостоятельные сущности, несмотря на тесное сотрудничество и взаимозависимость во время жизни. В момент смерти, когда прекращают действие электрические и магнитные поля обширной нейронной сети, индивидуализированная сущность высвобождается в не менее подходящее физическое окружение. Туда же абсолютно независимо отправляется информация, программы и индивидуализированное сознание. Этот процессор и является тем, что я называю невидимым мозгом.

Мне хотелось бы совершенно четко разъяснить свою позицию: разум не материален, а его процессоры – да. Если информации, представленной как в материальной Вселенной, так и в разуме, для выражения необходим физический носитель, то о каком же типе материи идет речь, когда мы говорим о данных, хранящихся в нашем сознании? Если ответ лежит в области дуализма, то следует спросить себя и о том, как взаимодействуют эти два вида систем, которые имеют носителей из двух типов разных субстанций.

Существуют разные типы дуализма – например, дуализм свойств или субстанциальный дуализм. Однако в нашей работе мы опираемся исключительно на последний. Субстанциальный дуализм утверждает, что существуют два типа субстанций. Назовем их субстанция А и субстанция В. Субстанция А в настоящее время нам знакома. Это видимая материя, воспринимаемая человеком с помощью пяти традиционных чувств. В терминологии Декарта она называется протяженной субстанцией. Сегодня уже известно, что она состоит из элементарных частиц, взаимодействующих посредством четырех основных сил: электромагнетизма, силы тяжести, сильного и слабого взаимодействия. Так же как буквы алфавита можно организовать в слоги, слова, словосочетания и полные предложения, так и фундаментальные частицы группируются, чтобы сформировать более сложные структуры: атомы, молекулы, элементы и вещества, из которых соткана ткань нашей Вселенной. И точно так же как правила грамматики диктуют то, каким образом складываются буквы алфавита, так и законы физики, химии и биологии определяют форму соединения фундаментальных частиц для создания той Вселенной, в которой мы существуем. Фундаментальные частицы и законы природы дают уникальную галактику, которая ведет себя исключительным образом. Элементарные частицы, их качества и взаимодействия, а также особенные законы природы каждой конкретной вселенной обусловливают ее поведение.

Помимо этого, Декарт говорил еще об одном типе субстанции, отличном от обширной. Он назвал ее мыслящей, а мы, чтобы упростить понимание, – субстанцией В. Декарт не уточнил ее природу и состав. В то время не было и намека на то, что мыслящая субстанция могла бы иметь материальное основание, как в случае с обширной субстанцией. Достижения современной космологии и физики элементарных частиц позволили сделать удивительное открытие, которое могло бы поддержать существование мыслящей субстанции, ускользавшей от Декарта в годы его зрелости как философа. Две эти субстанции послужили бы материальными носителями двух систем, способных к одновременному двустороннему взаимодействию. Информация перетекала бы из субстанции А к субстанции В и наоборот.

Чтобы наша мысль была предельно ясна, повторим вкратце то, что мы уже обсуждали. Информация, находящаяся в нашем разуме, ведет себя не так, как та, что поступает из окружающего мира. Это означает, что законы природы, управляющие поведением информации в этих двух секторах реальности, тоже отличаются. Разные законы подразумевают существование фундаментальных частиц с непохожими свойствами и взаимодействиями. Значит, наряду с субстанцией А должна существовать субстанция другого типа. Субстанция А является субстратом физических явлений. Субстанция В – основа для многих феноменов, происхождение которых лежит в области ментального. На базе субстанции В создается репрезентационный формат содержимого нашего разума. Напомним одну из базовых предпосылок, на которых основывается эта работа: для выражения информации нужен какой-либо материальный носитель. Разум, так же как физический мир, содержит информацию. Она представлена в концептах и ментальных образах. Каков же их материальный носитель? На мой взгляд, субстанция В является материальным субстратом, который служит поддержкой для познания мира через сновидения, которые мы видим, пока спим. Наконец, некоторые аномальные явления, такие как предсмертные ощущения, переживания на смертном одре и опыт выхода из собственного тела, требуют другого типа субстанции для того, чтобы эти данные могли быть представлены и осознаны. Поведение информации, присутствующей в нашем собственном ментальном содержимом, в наших снах, а также проявления вышеуказанных аномальных феноменов – все это наводит нас на мысль о существовании субстанции В.

Однако из какого же типа материи она должна состоять?

Я предполагаю, что основа мыслящей субстанции относится к иному типу материи, отличному от физической, описанной в стандартной модели физики элементарных частиц. Окончательная характеристика этой материи возможна в рамках расширенной версии классической физической модели, либо с помощью совершенно новой математической модели. В начале XIX века люди знали больше сотни фундаментальных частиц. Для создания Вселенной понадобились лишь три из них: верхний кварк, нижний кварк и электрон. У вас не вызывает любопытства, что же произошло с остальными? Тот тип материи, который мы назвали субстанцией В, вероятно, состоит из «экзотических» фундаментальных частиц (назовем их так, чтобы отличать от фундаментальных частиц стандартной модели). Как взаимодействуют компоненты субстанции В? В то время как коммуникация элементов субстанции А происходит благодаря четырем известным основополагающим силам (электромагнетизм, тяготение, сильное и слабое взаимодействие), компоненты материи В осуществляют ее посредством еще неизвестных современной науке природных сил. Возможно, это какие-то скрытые вариации электромагнетизма и слабого взаимодействия. Частицы должны обладать массой и подвергаться действию гравитации, а также, должно быть, каких-либо других сил, о которых мы не знаем.

Разные частицы, силы и взаимодействия (либо скрытые, непознанные их версии) породили бы другую форму организации и структурирования материи. Это означает, что могут существовать неизвестные до сих пор атомы и молекулы. Возможно, эти новые структуры служат носителем информации. И она будет вести себя по-другому под влиянием совокупности законов, отличающихся от привычных нам и свойственных этим новым фундаментальным элементам.

Как же мы могли бы воспринимать Вселенную с такими характеристиками? Если ее частицы обладают скрытой версией электромагнетизма и не наделены электрическим зарядом, то они не испускают свет в том виде, в котором мы его знаем, и будут невидимыми для нас и взаимопроникающими с нашей видимой материей. Эти миры, хоть и занимают одно и то же пространство, проникают друг в друга, но не сталкиваются между собой.

Как же были бы связаны эти две области с разными частицами, силами, взаимодействиями и физическими законами? Здесь пригодится теория полей, предложенная Максвеллом и Эйнштейном для объяснения влияния друг на друга двух видимых тел, разделенных пространством и не имеющих никакого соединяющего их средства. Поля позволяют информации перетекать из одной сферы реальности в другую в любом направлении, и подвергаться всем возможным процессам обработки. По причине существования двустороннего обмена информацией, способствующего взаимному влиянию этих двух сфер, мы можем отнести такой тип дуализма к интеракционистскому[117].

В конце концов, взаимодействие могло бы осуществляться без помощи полей, посредством какой-нибудь квантовой связи или ее разновидности, которая нам пока неизвестна. В соответствии с уже знакомыми нам вариантами, например психофизическим параллелизмом, две вселенные, существующие в разных областях реальности, могли бы быть связаны и оказывать взаимное влияние. В XVI–XVII веках первыми, кто стал придерживаться подобных взглядов, были Гейлинкс, Луи де Ла Форж, Жеро де Кордемуа и Иоганн Клауберг, чьи идеи стали известны под именем окказионализма. Впоследствии Николя Мальбранш придал ему законченную форму, из которой родилось понятие «предустановленная гармония». В последние годы обнаружение одного из самых загадочных квантовых явлений – запутанности, – кажется, дает ключ к пониманию того, как разум взаимодействует с телом. Это очень напоминает окказионализм Мальбранша и предустановленную гармонию Лейбница[118].

Последние открытия в области космологии и физики элементарных частиц предполагают существование дополнительного скрытого элемента, состоящего из нетрадиционной материи, известной как темная материя, а также из еще более экзотической ее разновидности – темной энергии. Кто знает, может быть, здесь найдутся ответы на многие из вопросов, поставленных в начале нашей книги. Но прежде чем углубиться в это новое понятие и его применение в науке, религии и философии, рассмотрим, где же может находиться эта недавно обнаруженная материя.

Журнал Scientific American недавно опубликовал интервью с нобелевским лауреатом по физике Стивеном Вайнбергом, где он предположил, что Вселенная, которую мы воспринимаем посредством своих органов чувств и с помощью самых высокоточных приборов обнаружения, не является единственной существующей:

Про какое «куда больше» говорит Вайнберг? Пожалуй, станет понятнее, если продолжить читать фрагменты его интервью: «Возможно, существуют части Вселенной (здесь слово «часть» может иметь разные значения) с другими качествами, в которых то, что мы привыкли называть законами природы, будет отличаться, и где даже отношения пространства и времени будут другими»[120].

Эта идея стала настойчиво звучать в самых высоких академических кругах. Леонард Сасскинд, один из отцов-основателей теории струн, в 2003 году ввел термин «ландшафт», который сегодня прочно вошел в профессиональный язык астрономов и космологов:

Даже пространственно-временной континуум – многомерная рама, внутри которой разворачиваются все природные явления, свойственные этой конкретной Вселенной, – может оказаться разным: «Трехмерность пространства тоже не является незыблемой. Есть области ландшафта с мирами, насчитывающими четыре, пять, шесть и больше измерений»[122].

В конечном итоге Сасскинд приходит к удивительному заключению:

Мысль о том, что реальность поделена на сектора, не нова. Она выражается в многочисленных разнообразных формах. Например, один из самых известных критериев разделения – масштаб. В этом случае мир состоит из трех разных частей, пусть и расположенных в одном и том же пространстве: область бесконечно большого, бесконечно малого и та, где разворачивается наша жизнь как человеческих существ, – область визуального, тактильного, то есть нашего привычного окружения. Все они принадлежат одной и той же Вселенной, что доступна нашим телескопам, микроскопам и органам наших чувств.

Но есть и другой критерий разделения, который, скорее всего, нельзя так легко найти в научных книгах. Он имеет отношение к вероятности существования других типов реальности, состоящих из фундаментальных частиц, отличных от тех, что использовались при создании знакомой нам Вселенной. Такая галактика проявила бы иные типы взаимодействий и сил. Либо она демонстрировала бы варианты наших собственных фундаментальных законов, слегка измененных или еще неизвестных нам. Подобная Вселенная имела бы свои особенные проявления, совершенно специфические, немыслимые для ученых нашего времени.

По словам знаменитого физика Макса Тегмарка, одного из тех, кто с большим пылом продвигал концепцию существования параллельных реальностей, эти миры вовсе не являются лишь порождением ничем не занятого разума: «Это не просто фантазия, а прямое следствие космологических наблюдений»[124].

Параллельные миры, вселенные или реальности – можно назвать как угодно – могут быть представлены в иерархическом порядке, от самых простых до самых сложных; от вселенных, расположенных в одном и том же времени и пространстве, до реальностей, существующих в других измерениях или, возможно, «в других частях». Под другой частью понимается нечто очень труднообъяснимое словами нашего языка, и только, пожалуй, математика поможет нам приблизиться к пониманию этой концепции. Некоторые из этих миров настолько невероятны, что кажется, будто они сошли со страниц научно-фантастического романа. Другие относятся к симулированным реальностям, которые порождены разумом, стоящим на более высокой ступени эволюционного развития; чей уровень технологического прогресса несравнимо превышает наш. А какие-то миры, еще более фееричные, могли бы поместиться у нас в кармане[125].

Однако в наших поисках вероятных реальностей можно было бы остановиться на соседней, не такой экзотической, – на вселенной, которая находится в тесном контакте с нашей. Именно этот тип вселенной мы ищем, чтобы дать недвусмысленное подтверждение нашему первоначальному тезису, выдвинутому в книге: существование «нефизического» мозга, состоящего из иной материи, нежели материальный. Этот мозг должен находиться в отдельной, но смежной реальности. И, конечно, согласно нашей теории, информация должна перемещаться из одной сферы реальности в другую. Таким образом, два мозга находятся в постоянной коммуникации с момента рождения и до той минуты, когда тот из них, что является материальным, прекратит свою деятельность. Мы предполагаем, что невидимый мозг синхронизирован со своим физическим напарником. В момент смерти этот нематериальный дубликат высвобождается, обретает полную автономию, располагая разумом и сознанием, что руководили материальным мозгом. Каким бы невероятным ни казалось это допущение, оно вполне возможно.

Теперь давайте рассмотрим некоторые из классов вселенных, что могли бы существовать в соответствии с математическими моделями, основанными на самых последних исследованиях как в квантовой механике, так и в современной космологии.

Альтернативная реальность не находится ни в другом времени, ни в другом пространстве, как это обычно происходит в большинстве научно-фантастических рассказов. Она разворачивается в том же пространственно-временном континууме, где живем мы. Но при этом она так от нас далека, что мы никогда не сможем ее обнаружить. Рассматриваемая модель основывается на идее, что пространство способно к бесконечному расширению. В безграничном пространстве все возможные типы реальности материализуются и многократно дублируются. Наша Вселенная похожа на остров посреди океана, полного подобных островов. Некоторые из них окажутся необитаемыми и совершенно безжизненными. Другие, возможно, содержат физические структуры, но не населены жизнью в том виде, в котором мы ее понимаем. А некоторые дают приют разумным созданиям вроде вас или меня. Поэтому есть вероятность встретить среду, очень похожую на нашу, и даже точную версию вас в ней. Знаете, как далеко можно встретить ваше другое «Я»?

Вселенная первого типа

Согласно подсчетам, нашей Вселенной около 14 миллиардов лет. Это значит, что с момента Большого взрыва свет шел 14 миллиардов лет. Отсюда можно заключить, что видимая Вселенная в диаметре имеет размер около 14 миллиардов световых лет. Следует прибавить еще несколько миллиардов световых лет на эффект расширяющейся Вселенной. Причиной этого любопытного феномена (а Вселенная увеличивается с куда большей скоростью, чем мы думали) служит странная отталкивающая сила, которую назвали темной энергией. Это означает, что доступная наблюдениям область сильно превышает 14 миллиардов световых лет, достигая порядка 42 миллиардов световых лет по самым приблизительным подсчетам. Это называется «космологический горизонт». Так на каком расстоянии находится ваш ближайший клон в нашей Вселенной? Больше чем в 42 миллиардах световых лет от кресла, в котором вы сейчас сидите. Конечно, ваш двойник, находящийся так далеко, не будет иметь с вашим текущим «Я» ничего общего. Между вами невозможна никакая коммуникация. Каждое «Я» действует совершенно независимо друг от друга. В Мультивселенной с подобными характеристиками любая из индивидуальных вселенных управлялась бы известными нам законами природы, но первоначальные условия каждой из этих сред были бы разными. В свете такой безнадежной перспективы лучше продолжим поиск альтернативы для нашей модели разума.

Теория вечной хаотической инфляции открыла еще одну интересную вероятность – пузырьковые вселенные. Эта теория предполагает, что пространство постоянно расширяется, растягивается, но некоторые области остановились в росте и сформировались в виде мешочков, похожих на пузыри. Таких пузырей бессчетное количество. Каждый из них – своя изолированная вселенная, вроде нашей. Пузыри друг от друга не зависят. Вселенные, согласно этой модели, полностью разобщены. Квантовые флуктуации[126] приводят к тому, что каждый пузырь обладает свойствами, которые делают его уникальным. В одном пузыре качества его фундаментальных компонентов и так называемые физические константы покажут одни значения, а в других те же самые элементы продемонстрируют иные величины. Вселенные, состоящие из разных фундаментальных частиц и отличающиеся физическими константами, будут управляться законами природы, которые не обязательно будут совпадать во всех пузырьковых вселенных.

Наша вселенная

Этот тип вселенных зародился в современную нам эпоху в рамках физики высоких энергий. Модель, известная как многомировая интерпретация квантовой механики[127], была предложена в середине 50-х годов прошлого века американским физиком и математиком Хью Эвереттом в процессе работы над докторской диссертацией в Университете Принстона. Идея упирается в измерения и нелегка для осмысления, однако я попытаюсь вкратце ее изложить. Но для начала необходимо разобраться с понятием «суперпозиция состояний». Суперпозиция – феномен, впервые описанный квантовой физикой, который относится к способности системы частиц обладать одновременно несколькими значениями одного и того же наблюдаемого свойства. Например, фундаментальная частица, такая как электрон или фотон, в суперпозиции может находиться в разных состояниях: в одно и то же время иметь разную скорость, положение и спин. Но когда наблюдатель в своей лаборатории, расположенной в классической области реальности, осуществляет измерение, то в итоге видит лишь один возможный сценарий. Другими словами, он получает только один результат, а не их совокупность, которую представляет суперпозиция разных состояний наблюдаемой системы или частицы. Это означает, что лишь одна из возможных альтернатив сохранится и будет измерена наблюдателем с помощью инструментов его лаборатории. Попробую объяснить еще проще, приведя пример из повседневной жизни. Представьте себе квантовый кубик с шестью гранями. Он находится в суперпозиции шести возможных состояний, но когда вы его бросите, получите лишь один вариант из шести. Что же в этом случае происходит с остальными опциями? Согласно модели, предложенной Эвереттом, финальным результатом будет суперпозиция альтернативных состояний, копия каждого из вариантов. И эти другие варианты материализуются в параллельных реальностях. Всякий из таких миров будет развиваться так, как будто других исходов и не было. Наблюдатели, расположенные в каждой из вероятных реальностей, находятся в полном неведении относительно существования других миров и других исследователей, родившихся в момент проведения измерения. Таким образом, параллельные вселенные квантовой механики не локализованы в обычном пространстве или в каком-то из его дополнительных измерений. Они просто находятся «в других местах».

Вселенная третьего типа

Как бы фантастически ни звучала эта концепция, за последние годы многомировая интерпретация получила мощную научную поддержку и приобрела огромную популярность. В июле 2007 года отмечалась 50-летняя годовщина гипотезы Эверетта, в честь чего был проведен конгресс в Оксфордском университете. Событие удостоилось места на обложке Nature, самого влиятельного научного журнала в мире. Возможно, Эверетт из какой-нибудь другой реальности наблюдал за тем, что происходило в течение последних лет вследствие выдвинутого им предположения, и, несомненно, был очень доволен случившимся.

Если верить Тегмарку, все математические структуры реализуются также и в физическом виде. В материальной вселенной не существует того, чего нельзя было бы выразить математически, ведь есть вероятность, что она имеет математическую природу. В подобном типе вселенных возможно все. Любые альтернативы доступны. Здесь могут варьироваться не только начальные условия, тип частиц, свойства, характеризующие их, и фундаментальные физические постоянные, но и сами законы природы могут оказаться разными. Такие миры нелегко визуализировать. Для этого придется выразить их через абстрактные символы «в виде математических структур, представляющих физические законы этой конкретной уникальной вселенной».

Вселенная четвертого типа

Итак, какая из всех рассмотренных нами вселенных лучше всего подходит для объяснения модели, которую я пытаюсь предложить? Другими словами, если существуют системы обработки информации, отличные от физического мозга, в каком типе альтернативной реальности они располагаются?

Кандидат должен отвечать двум требованиям. Во-первых, необходимо наличие потока информации, курсирующего между разными сферами вовлеченных миров. Нужно, чтобы информация была способна переходить из одной вселенной в другую. Например, болезнь Альцгеймера уничтожила бы всю жизнь, если бы существовал лишь один биологический мозг. По мере разрушения путей прохождения информации и отмирания клеток, отвечающих за ее хранение (что происходит в результате накопления в нервной ткани патологических белков), все воспоминания безвозвратно стираются, а личность разрушается окончательно и бесповоротно. Но катастрофа не затронет процессор и хранилище данных, которые расположены в параллельной вселенной. Это такая же функция резервного копирования, которой мы ежедневно пользуемся для того, чтобы избежать потери информации на наших компьютерах. Природа, являющаяся самым талантливым изобретателем, не могла не найти решения подобной проблемы. В этом случае избыток протеинов в путях передачи и извлечения информации биологического мозга хоть и разрушает физические опоры, дальнейшего ущерба не наносит, поскольку данные, представленные воспоминаниями и жизненным опытом этого индивидуализированного сознания, находятся в безопасности благодаря аналогу дополнительного резервного копирования. Сохранив информацию вместе с программами, составляющими software, или разум, мы без всяких сомнений сберегаем личность, которая больше не подвергается разрушительному влиянию болезни.

Давайте теперь посмотрим, что могло происходить с другой стороны. Должна существовать какая-то форма коммуникации между невидимым мозгом, располагающимся «там», и нашей физической реальностью, находящейся «здесь». Читатель, наверное, уже понял мою позицию, заключающуюся в том, что наша жизнь не уникальна и что рождаемся мы уже с некоторым количеством накопленной информации, то есть несем с собой предыдущую личность, которую начали развивать намного раньше. Каналы коммуникации, частично открытые между реальностями, позволяют некоторую утечку памяти – той, которая относится к нашим способностям и талантам, приобретенным ранее, включая наши прежние предпочтения и отвращения. Конечно, поток не полон, и не получится вспомнить, кем вы были раньше, но воспоминания о дарованиях, умениях, вкусах и неприятиях никуда не пропадают. Эта часть сохраняется и возвращается в биологический мозг с первым вдохом, который делает наше новое тело. Надеюсь, вы не относитесь к тем, кто считает, что склонности, талант и предпочтения передаются по наследству. В ином случае стоит освежить свои знания генетики и хорошенько пересмотреть те вещи, которые наследуются от родителей. Гены лишь кодируют белки, а белки организуются для того, чтобы создать используемый вами физический носитель. Таланты, способности, предпочтения куда ближе к терминам информации и программного обеспечения, чем к физической структуре, служащей нам поддержкой. Следовательно, не стоит забывать: информация и программы не равнозначны физическому носителю, что используется ими для своего выражения и представления.

Вторым требованием к альтернативной вселенной является уникальность фундаментальных частиц, сил, взаимодействий и законов природы. Эти частицы, взаимодействия и законы привели бы к созданию простых и сложных структур вроде тех, которые мы наблюдаем в нашей реальности. Конечно, есть одно отличие: пусть информация та же, ведет она себя по-другому. Это полностью соответствует наблюдениям тех, кто испытал сны наяву, чувствовал, как покидает собственное тело и переживал околосмертный опыт благодаря продвинутым техникам медитации.

Несмотря на то, что информация, полученная во время подобных переживаний, одинакова, поведение ее компонентов отличается.

Эфирная, тонкая, невидимая и темная – такие определения обычно дают новому типу материи, состоящей из неизвестных частиц, чьи свойства отличаются от свойств обычных частиц, составляющих видимую материю.

Все, что доступно нашему восприятию посредством органов чувств, сделано из атомов, содержащих три типа частиц: протоны, нейтроны и электроны. Вспомните, как в детстве вам показывали модель атома в виде миниатюры Солнечной системы. Если заменить Солнце на ядро из протонов и нейтронов, то электрон выступит в роли планеты, вращающейся вокруг своего центрального ядра. Так традиционно рисуют атом в школьных учебниках физики. Основой подобного изображения служат атомные модели, похожие на Солнечную систему, предложенные в середине прошлого века Резерфордом, Нильсом Бором и отцами квантовой механики – Луи де Бройлем, Эрвином Шредингером и Полем Дираком.

Протоны и нейтроны состоят из кварков – самых маленьких из известных фундаментальных частиц. Электрон, насколько нам удалось выяснить, тоже является элементарной сущностью, то есть не делится на более простые частицы.

Некоторые физики подвергают сомнению идею о фундаментальности кварков. В соответствии с их моделями кварк формируют даже еще более мелкие частицы – так называемые преоны.

До какой степени может дойти это деление? Никто не знает. Существуют, однако, и другие, еще более странные модели, родившиеся в 80-е годы прошлого века. Их авторы утверждают, что кварки на самом деле не относятся к частицам, а являются крохотными одномерными нитями энергии, которые физики окрестили струнами.

Так же как струна скрипки может вибрировать по-разному, порождая звуки, соответствующие тем или иным музыкальным нотам, одномерная струна колеблется на разных частотах, создавая разные типы частиц, каждая из которых обладает свойствами, делающими ее уникальной.

Чтобы закрепить наши знания, давайте пробежимся от самого малого к самому большому. В соответствии с так называемой длиной Планка, значение которой определено примерно в 1,6 × 10–35 м, фундаментальные частицы кажутся нитями энергии, которые движутся, следуя определенной модели вибрации. В более крупном масштабе непрерывно дрожащая струна превращается в компактную точечную частицу, обладающую определенной позицией и скоростью. Эта вселенная точечных частиц создает структуры, известные как атомы. Атомы, в свою очередь, группируются в молекулы. Молекулы составляют базовые единицы элементов периодической таблицы Менделеева. Из элементов формируются разные типы субстанций, из которых состоит наш мир. Если посмотреть на Вселенную в еще более крупном масштабе, привычном для наших органов чувств, то она развернет перед нами разнообразие структур и форм, поражающих воображение. Но на базовом уровне эти структуры – струны, вибрирующие на определенной частоте.

Если задаться вопросом, что же идет за струнами, то можно обнаружить области, где, вероятно, существуют лишь биты информации, фундаментальные математические структуры. Это еще больше все усложнит. Поэтому давайте остановимся на минимуме, необходимом для того, чтобы понять модель, которую я предлагаю.

Это известная Вселенная; Вселенная, о которой говорили Ньютон, Коперник и Галилей, пусть и дополненная самыми последними открытиями физики элементарных частиц; Вселенная традиционной астрономии и космологии; Вселенная, попавшая в объектив телескопа Хаббл, вид которой ошеломил нас, продемонстрировав самые потрясающие и загадочные структуры мироздания.

Существует что-то еще, помимо протона, нейтрона, электрона и кварков. Оно где-то там, проникает в них, заполняет их пустые пространства и в то же время оказывает мощное гравитационное воздействие, доступное наблюдению благодаря точным и надежным инструментам астрономического измерения.

Если что-то воздействует силой тяжести на определенные участки нашей Вселенной (а, похоже, так оно и есть), это нечто должно состоять из какой-то неизвестной материи, чьи свойства обуславливают его поведение. Самое интересное заключается в том, что экзотические частицы, из которых складывается этот невидимый материал, не систематизированы в стандартной модели физики элементарных частиц[129], на которую опирается современная наука.

Пусть и недоступная взгляду, эта материя, судя по всему, в изобилии присутствует во Вселенной. Можно найти ее на расстоянии миллиардов световых лет, где она образует огромные короны (или ауры) вокруг внешних границ далеких галактик и их скоплений, или же встретить совсем рядом, вокруг и внутри наших тел, сделанных из видимой материи.

Согласно последним расчетам экспертов, обыкновенная материя, сделанная из электронов, протонов и нейтронов, составляет 3 % от общей критической массы Вселенной – той, которая соответствует инфляционной модели, предложенной Аланом Гутом в начале 1980-х. Это самое нечто, проникающее в видимую материю, обладает массой, от шести до восьми раз превышающей ту, которую имеет вся расчетная обыкновенная материя, – то есть берет на себя 22 % от общей критической плотности. Остальное приходится на еще более загадочную вариацию невидимой материи – на темную энергию (75 %). А ведь нам казалось, что видимая материя занимает все пространство Вселенной. Однако теперь мы знаем, что ей отведены лишь незначительные 3 % от целого, представляющего собой материальную реальность.

Видимая материя, невидимая материя и темная энергия

Физики и космологи видят в этой потерянной массе причину аномалий, отмеченных в скорости движения некоторых звезд, находящихся в далеких галактиках и их скоплениях. Недвусмысленно выдает ее присутствие так называемый эффект гравитационной линзы, обусловленный гравитационными полями конгломератов звезд и галактик при прохождении света, которые изменяют направление его движения.

Жизнь, как вода, растекается по всему космосу.

Но это еще не все. Ученые предполагают, что часть этой невидимой материи (космологическая константа, или темная энергия), скорее всего, и отвечает за ускоренное расширение Вселенной. Оно заключается в мощной антигравитационной силе, благодаря которой компоненты галактики удаляются друг от друга со скоростью выше ожидаемой. Если так оно и есть, и ускорение продолжится до бесконечности, то это может привести Вселенную к Большому разрыву, при котором все ее структуры, от суперскоплений до атомов, будут в итоге разрушены силой, порожденной этой невидимой энергией. Есть и другой вариант развития событий, которые ждут нашу Вселенную. Если победит притяжение, порожденное суммой массы видимой и невидимой материи, то галактики и звезды начнут обратное движение и вернутся к точке отправления, к так называемой голой сингулярности, их породившей. Весьма вероятно, что этот цикл расширения и сжатия повторяется вечно.

Итак, по всей нашей видимой и невидимой реальности разворачивается настоящая битва титанов. Видимая материя, невидимая материя и ее сестра-близнец – темная энергия, – похоже, держат в своих руках будущее нашего мира, и от них зависит, каким образом наступит его неизбежный конец.

Тем временем мироздание продолжает раскрываться со своей физической стороны. Материя организуется, создавая планеты, солнечные системы и звездные конгломераты. Пожалуй, и жизнь, как вода, растекается по всему космосу. Что же происходит с невидимой стороной?

Существует еще один неожиданный и завораживающий факт.

Если бы религиозные лидеры были в курсе этих открытий, то невидимая материя превратилась бы в Святой Грааль для многих древних верований. Она бы стала материальным носителем для тонких тел и духовных вселенных.

Западные религиозные традиции говорят о душе как о разновидности посредника между духом и биологическим телом. Многие считают, что душа – это тончайшая материальная оболочка человеческого сознания, напоминающая физическое тело. Восточные традиции утверждают, что сознание завернуто в несколько покрывал физической природы, которые его скрывают. После смерти дух, окруженный этой тонкой оболочкой, состоящей из разума и разных его компонентов, переходит в миры, созданные из подобного типа тончайшей материи. Если существуют области реальности, где сознание, покрытое разумом, проявляется после смерти биологического тела, то они должны иметь какое-то местоположение и физическую структуру. Невидимая материя послужила бы поддержкой этим традиционным местам, которые с недавних пор католическая церковь отнесла к состояниям сознания, а не к материальным пространствам.

Как я уже упоминал во введении, Дено Казанис предположил о такой возможности в статье, которая недавно была опубликована в журнале, посвященном исследованию смерти. Там он дал теоретическое обоснование своим философским размышлениям:

Философов разума эта находка может натолкнуть на новую модель, способную ответить на множество вопросов, например: каков физический формат некоторых ментальных репрезентаций. Наш разум, как и наша Вселенная, содержит информацию, а ей необходим физический носитель, имеющий выражение в нашей материальной реальности. Возможно, темная материя является фоном наших снов и самых неуловимых мыслей. Она, вероятно, и есть физический носитель, то есть материал, используемый разумом и сознанием, чтобы написать и прожить собственную историю, коллективную и личную.

Тем не менее этим вариантам не обязательно быть взаимоисключающими. Невидимая материя, ее структура и организация могут стать ответом на все волнующие вопросы, встающие одновременно перед физиками, астрономами, философами и религиозными лидерами. Конечно, возможно и другое объяснение: сила тяжести ведет себя странно лишь в бесконечно больших масштабах. Однако Ли Смолин в своей последней работе «Неприятности с физикой» считает это наименее вероятным развитием событий: «Гипотеза темной материи предпочтительнее, поскольку единственная другая возможность, – что мы ошиблись насчет законов Ньютона и их применения к общей теории относительности, – слишком жуткая, чтобы рассматривать ее даже гипотетически»[131].

Недавно меня спросили, какая связь может существовать между темной материей, послужившей причиной аномального поведения звезд и галактик, и нашим биологическим мозгом. Я прибегаю к открытиям в области космологии, чтобы ответить на такие столь далекие от космоса вопросы, как изучение человеческого разума и его дальнейшей судьбы. Что ж, задам встречный вопрос: какая связь между галактикой, сделанной из обычной материи, и физическим мозгом? Ответ прост: они оба состоят из одинаковых компонентов и построены из одних и тех же базовых материалов. Их поведение обусловлено одним и тем же типом физических законов. Раз видимая материя, из которой сотворены галактики, приняла ту форму, которой обладают все доступные нашему зрению структуры, включая Солнечную систему, нашу планету и все известные физические, биологические и небиологические системы, то почему же темная материя не смогла бы организоваться схожим образом вместе со своей родной сестрой – видимой материей? Если темная материя сложилась так же, как видимая, и породила невидимую вселенную, состоящую, как и материальная реальность, из форм и структур, эволюционирующих со временем, то есть вероятность, что рядом с нами одновременно разворачивается параллельный мир. Последствия подобного открытия стали бы поистине революционными и радикально изменили бы нашу науку, философские и религиозные воззрения, а также – что, пожалуй, самое важное – перевернули бы представления о том, что произойдет с нашим разумом после смерти биологического мозга.

Джонатан Фэн, физик-теоретик, специалист по темной материи из Калифорнийского университета, и Марк Тродден, содиректор Центра по изучению частиц в космологии при Университете Пенсильвании, в своей статье, которая была недавно опубликована в авторитетном журнале Scientific American, утверждают, что последние открытия в области темной материи выдвинули на первый план общую идею о том, что темная материя и темная энергия представляют собой самые асоциальные субстанции в космосе:

Авторы утверждают, что впервые эта идея появилась еще в далеком 1956 году, когда физики Цунг-Дао Ли и Янг Чжэньнин упомянули нечто подобное в своей статье, которая привела их к Нобелевской премии. Позднее эта теория разрабатывалась другими учеными, в числе которых Роберт Фут и Реймонд Волкас из Университета Мельбурна. Тем не менее «мысль продолжает оставаться в высшей степени соблазнительной»:

Зачем придумывать себе сложности, когда решение может быть простым и элегантным?

Если вселенная, созданная из невидимой материи, разворачивается параллельно нашей, то они могут взаимодействовать. Почему мы должны думать, что каждая идет своим путем? В конце концов, обе, похоже, занимают одно и то же пространство. Представьте сиамских близнецов или парочку влюбленных, которые повсюду ходят вместе. Они делают покупки, сидят в кинотеатре, вместе едят и спят в одной кровати, но при этом никогда не общаются. Несомненно, ситуация кажется невероятной, ведь такого никак не может случиться в реальной жизни. Если две вселенные существуют параллельно, одна рядом с другой, то логично предположить, что между ними происходит какая-то коммуникация. И это взаимодействие действительно есть, мы это уже заметили: темная материя оказывает гравитационное воздействие на видимую материю, и от нее, так же как от ее компаньонки, темной энергии, зависит судьба Вселенной.

Раз эти две вселенные взаимодействуют и сообщаются, следовательно, невидимый мозг, состоящий из экзотических частиц, может проникать в наш физический мозг. В своей работе я выдвигаю предположение о том, что у материального мозга есть невидимый партнер, и оба они оказывают друг на друга влияние посредством полей[134] (решение абсолютно гениальное, позволившее природе сохранять информацию, личность, «Я»).

Мы уже привыкли к подобным сюрпризам природы. Открытие молекулы ДНК в 50-е годы прошлого века позволило нам понять, насколько она изобретательна в устранении самых больших трудностей. И я задаюсь вопросом: есть ли что-нибудь более сложное, чем искусное воспроизведение информации, которое продемонстрировала нам природа в молекуле ДНК? Ведь так продолжается жизнь. Как мы увидим, передача данных между первым и вторым мозгом и то, что невидимый мозг высвобождается в момент биологической смерти человека, практически повторяет ситуацию, когда связи между двумя цепями спирали ДНК разрушаются, а нити разделяются, чтобы породить два сегмента, идентичных оригинальным. В момент репликации молекулы ДНК происходит разрыв водородных связей под действием специально предназначенных для этого белков. Поля, которые удерживают вместе эти два физических процессора (видимый и невидимый мозг), тоже исчезают после того, как прекращается электрическое действие нейронов и сопровождающего его магнитного поля.

Решение проблемы сохранения человеческой личности, которое предложила сама природа, было совершенно немыслимым до появления электромагнитной теории и информационных наук. Если прибавить к ним последние экстраординарные достижения космологии и физики элементарных частиц, то совершенно неожиданно открываются горизонты, о которых и подумать было невозможно до недавних пор. Веками продолжался спор между материалистами, дуалистами и идеалистами о том, сохраняется ли разум после смерти тела. Способа примирить эти разные точки зрения не существовало. Догадка, о которой я говорю в своей книге, может все изменить. Это завораживающая возможность, и я попытаюсь исследовать ее на протяжении этого произведения.

В этой работе я не ставил перед собой цель рассмотреть вопрос о том, материальна или нет природа информации, но одно совершенно ясно: для приема, кодификации, передачи, хранения и представления информации нужно физическое средство.

Чтобы явиться перед нашими органами чувств в материальном мире, информации необходим физический носитель. Стихотворение, математическое уравнение, мысль, рожденная разумом, – это данные, которым необходима платформа для того, чтобы быть записанными, прочитанными и познанными другими. Такой платформой может стать простой лист бумаги, экран планшета или смартфона.

Информация, которую содержит живопись, представлена набором красок, нанесенных на холст, который служит ей носителем. Экран кинотеатра (или телевизора) и луч света используются, чтобы информация дошла до каждого из нас.

Данные для создания нового человеческого существа закодированы в 25 000 генов, представленных внутри ядра клетки. Вся информация, содержащаяся во Вселенной, требует материальной основы, на которой она могла бы явиться. Эта основа соткана из разных типов фундаментальных частиц, поддерживающих физическую реальность: верхних кварков, нижних кварков и электронов.

Мы воспринимаем информацию не только снаружи. Она также представлена внутри нашего разума. Мысли, фантазии, иллюзии, желания, намерения, верования – это тоже информация. Ее мы воспринимаем напрямую сознанием, а не зрением. На какой же материальной поверхности она выражена?

Представьте, что вам снится сон. Вы стоите посреди прекрасного леса. Подняв взгляд, вы видите чудесную синь неба. Вы ощущаете, как ветер ласкает ваше лицо, чувствуете запах цветов, украшающих поляны этой дивной рощи. Вы когда-нибудь задавались вопросом, каков физический носитель информации, которая разворачивается перед вами, когда вы спите?

Может случиться и так, что вы окажетесь на пороге смерти. В один момент вы почувствуете, как фокус восприятия меняется, он больше не в вашем физическом теле, а в точке вне его. Рядом с вами открывается длинный туннель, который кончается потоком света, сравнимым с лучами тысячи солнц. А перед вашими изумленными глазами разворачивается пленительная картина, расписанная сияющими красками.

И снова зададим себе тот же вопрос: какой носитель информации используется во время предсмертного опыта или выхода из тела?

То, что вы воспринимаете изнутри собственного разума, не важно, спите вы или находитесь на грани смерти, ничем не отличается от того, что мы ощущаем снаружи с помощью своих органов чувств. В любом случае это информация. Даже если вы лишены глаз, способность видеть, относящаяся к разуму, остается нетронутой. То, что вы воспринимаете изнутри, состоит из данных, очень похожих на те, что каждый день мы различаем нашим физическим зрением. В чем же разница? Отличие заключается в типе материального носителя, используемого информацией, которую вы потребляете, когда размышляете, видите сны или проходите через околосмертные переживания. Если видимая материя является поддержкой для данных, поступающих извне, то каков же носитель информации, которую мы воспринимаем внутри себя?

Кроме того, религиозные и философские книги полны описаний эсхатологических путешествий, когда человеческий разум способен перемещаться с одного края реальности на другой. В подробностях описываются Рай, Чистилище и Преисподняя, что наводит некоторых людей на предположение, что они представляют собой нечто большее, чем просто плод воображения их создателей. Интригующие возможности, открывающиеся благодаря околосмертным переживаниям, опыту выхода из тела и мистическим путешествиям, заключаются в том, что эти места действительно существуют в пространстве, а их содержимое состоит из материи, отличающейся от видимой. Подобные вероятности заполняют пустоту, что существует в литературе по культуре и религии.

Ответ на все предыдущие вопросы прост: физический носитель для наших ментальных репрезентаций, снов, внетелесного опыта и эсхатологических виде́ний сделан из невидимой материи, состоящей из неизвестных экзотических частиц, непохожих на фундаментальные частицы, изучаемые стандартной моделью физики элементарных частиц.

Чтобы оценить такую экстраординарную возможность, необходимо проанализировать, что же нам известно об этом типе материи. Возможно, именно этого элемента головоломки не хватает, чтобы сложилась модель, которую мы вам представляем.

Как утверждает Альберто Касас, доктор теоретической физики и руководитель Высшего совета по научным исследованиям Института теоретической физики в Мадриде, практически все, что есть в нашей Вселенной, невидимо[148]. Нам недоступно 95 % Вселенной. Эта масса, которой не хватает, но о присутствии которой мы знаем вопреки тому, что ее нельзя обнаружить никаким детектором, и есть темная материя.

Таким образом, можно определить темную материю, из которой главным образом и состоит эта невидимая вселенная, как гипотетическую форму неизвестной материи, до сих пор недоступную прямому наблюдению с помощью наших органов чувств или самых совершенных исследовательских инструментов. Несмотря на это, можно сделать вывод о ее существовании, опираясь на гравитационный эффект, который оказывает ее присутствие на видимую материю, особенно на далекие скопления, галактики и звезды. Другими словами, темная материя состоит из материальных частиц, но не из тех, что описаны стандартной моделью. Это экзотические частицы, свойства которых отличаются от тех, что характеризуют фундаментальные частицы, составляющие нашу видимую материю.

Говоря о видимой материи, мы в основном ссылаемся на Левкиппа и Демокрита, живших примерно в IV веке до н. э. Они первыми предложили атомную теорию материи, согласно которой все состоит из неделимых атомов. Открытие невидимой материи тоже не относится к последним новостям науки. Если внимательно изучить философские труды, то можно заметить, что и Левкипп, и Демокрит, а после них и Эпикур считали, что, помимо атомов, составляющих видимую материю, были еще такие, из которых состояли души людей и богов. Даже будучи тоже материальными, эти атомы отличались от тех, что использовала природа для создания материальной вселенной. В чем же отличие? Ответ прост: они тоньше обычных физических атомов. Их субтильность является следствием конфигураций и форм, которые принимали эти атомы при рождении богов и людских душ.

На Западе в середине XIX века, пока физики и химики той эпохи пытались воссоздать первые модели атомов видимой материи, течения спиритуализма и теософия мадам Блаватской возродили идею о существовании этого невидимого компонента. Ипполит Леон Денизар-Ривай, более известный среди своих последователей под именем Аллан Кардек, опубликовал в 1857 году свой труд «Книга духов». Ученик великого французского педагога Песталоцци, Кардек вскоре увлекся физическими, психологическими и паранормальными идеями тех, кто утверждал, что находится в контакте с духами когда-то живших людей. На одной из таких встреч с невидимыми собеседниками Кардек задал вопрос о природе видимой материи: «Обычно материю определяют как то, что обладает протяженностью; как то, что может воздействовать на наши органы чувств, вызывая ощущения; как то, что непостижимо. Точны ли эти определения?»[149] Ответ духов не заставил себя ждать:

Но лишь в конце XIX века эта идея приняла форму и состоятельность, обретя почти мистические значения. Чтобы понять, что случилось, необходимо в деталях знать параллельную гипотезу, выдвинутую двумя небезызвестными в то время фигурами – госпожой Анни Безант и епископом Чарльзом Ледбитером, самыми выдающимися последователями мадам Блаватской, основательницы зарождающегося теософского движения. Госпожа Безант и епископ Ледбитер опередили свое время. Их сочинения, датируемые концом XIX – началом XX века, свидетельствуют о знаниях, которыми не могли похвастаться научные произведения того времени. Однако если сравнить их с некоторыми открытиями, совершенными в физике за последние 50 лет, то не устанешь удивляться их сходству. Кварки, преоны, изотопы и струны, кажется, были предсказаны на 60 лет раньше. Совпадения впечатляющие и не оставляют ни тени сомнения, как утверждает в следующих своих работах Стивен Филлипс, специализирующийся на физике элементарных частиц: «Видение на расстоянии кварков и суперструн», «Экстрасенсорное восприятие субатомных частиц и Души», «Открытие сиддхи йогов»[151].

Какой же важный вклад сделали Ледбитер и Безант, что обусловило такой поворот?

Итак, эти авторы предложили два новых концепта: во-первых, модель атома, базирующуюся на существовании кварков и их возможных фундаментальных составляющих, которые они назвали «предельными атомами»[152]. Эти предельные атомы вместе с другими еще более элементарными частицами образуют физический носитель для обширных секторов реальности, которые наши авторы окрестили планами природы. Самое невероятное заключается в том, что «Оккультная химия»[153] расширила предельный атом, позволив увидеть нитевидную вибрирующую структуру. В близком разрешении он оказался колеблющейся струной, понятие которой появится лишь спустя 100 лет, в 1980-х, и станет ключевым для теории струн.

Кварки и фундаментальные частицы, состоящие из дрожащих струн, приобрели популярность во второй половине XX века. Первое издание «Оккультной химии»[154] появилось в конце XIX века. Как Безант и Ледбитер сумели угадать фундаментальные компоненты атома в то время, когда перед глазами физиков лишь забрезжили первые модели атома, представляющие собой ядро и вращающийся вокруг него электрон?

Ледбитер и Безант утверждают, что развили в себе особую способность йогов, которая называется «анима». Она представляет собой что-то вроде ясновидения на уровне самых мелких известных объектов. Именно таким образом они проводили исследование, продлившееся больше 20 лет, предварительные результаты которого они опубликовали в вышеупомянутом труде.

Позже вышла книга под названием «Человек видимый и невидимый», в которой Ледбитер подвел итог своего изучения вселенной бесконечно малого. Пусть для химии базовые блоки элементов – это атомы, они, по утверждению автора, на самом деле не являются последними частицами материи, которую составляют. С помощью паранормальных умений, которыми, по его словам, он обладал, Ледбитер вблизи рассмотрел атом и обнаружил, что его способность к делению еще далеко не исчерпана: атомы расчленяются все больше и больше, пока не достигнут нового плана природы, находящегося на границе физической реальности. Процитируем:

Но и здесь деление атомов не заканчивается:

Другими словами, Ледбитер, судя по всему, обнаружил новый тип материи, состоящий из частиц более фундаментальных, чем знакомый нашим физикам кварк. Ледбитер назвал их предельными атомами. Они состоят из еще более элементарных частиц, порождая новый тип материи, тоньше предыдущей. Опираясь на эту гипотезу, можно предположить, что тонкая материя Ледбитера соответствует темной материи современной физики. Похоже, однако, что Ледбитер – не единственный, кто упоминал материю, отличную от видимой.

В своей «Автобиографии йога» Парамаханса Йогананда передает то, о чем ему поведал учитель Шри Юктешвар Гири в 1937 году. Он предоставил несколько описаний удивительных вселенных, сделанных из нового типа материи, которая известна древним восточным мистикам под именем астральной материи (астральной субстанции):

Как же похоже описание, которое Йогананда дает этим вселенным, расположенным прямо здесь, в этом же физическом пространстве, на предположения Фэна и Троддена, которые они высказали в статье «Темные миры», опубликованной в 2011 году в журнале Scientific American. Мы уже упоминали ее во введении и в 11-й главе. Йогананда заявляет, что астральной субстанции в сотни раз больше, чем видимой материи, что полностью совпадает с утверждениями современной космологии о преобладании темной материи над видимой (в соответствии с космологической моделью Алана Гута). Второе сходство заключается в том, что обе реальности – темная вселенная современной космологии и астральная вселенная восточных верований – не отделены друг от друга, а занимают одно и то же физическое пространство. Йогананда говорит, что она «как бы висит подобно плотной корзине под огромным сияющим шаром астральной сферы»[158]. Те, кто хоть немного знаком с космологическими моделями Востока, знают, что астральная вселенная проникает в физическую так же, как темная материя располагается в том же пространстве, что и видимая материя (в соответствии с современной космологией).

Вернемся к Ледбитеру:

В статье, которую я уже упоминал выше, Фэн и Тродден рассуждают о том, что темная материя организована тем же образом, как и видимая вселенная, создавая «мир, подобный нашему», чьи компоненты комбинируются и формируют «темные атомы, молекулы, планеты и звезды»[160]. Йогананда тоже утверждает, что астральная материя организуется, сотворяя солнца, планеты, луны, которые гораздо красивее, чем их физические двойники.

Прозрения восточных мистиков позволяют нам увидеть человеческое существо как соединение разных носителей (процессоров). Самые тонкие тела выступают наружу, формируя структуры вокруг видимого тела, – ореолы, или ауры. Так происходит не только с одушевленными, но и с неодушевленными объектами. По недавним заявлениям ученых, они выяснили, что видимая материя в большой степени окружена огромными ореолами темной материи.

Как можно заметить, описания невидимой материи и способа ее организации, сделанные в прошлом, очень похожи на то, как это представляют современные физики и астрономы.

Наконец, великий исследователь ислама, француз Анри Корбен, познакомил Запад с тем, что знали суфийские мистики об этом новом типе материи. В своем произведении «Духовное тело и небесная земля» Корбен представляет некоторые из записей этих влиятельных духовидцев, живших между II и XVII веками:

Представители суфизма считают сияющую субстанцию похожей на своего материального двойника, так как она является объектом восприятия и обладает протяженностью. То есть это материя, которая сияет. Что наводит нас на мысль об отличии свойств составляющих ее частиц от тех качеств, что характеризуют видимую материю. Мне кажется, что сияющая субстанция и темная материя – это разные термины, используемые для обозначения одной и той же реальности; физический носитель духовных миров, о которых говорят разные философские и религиозные течения Древнего мира. Представленная ниже схема демонстрирует потрясающие сходства астральной субстанции древности и современной темной материи:

Теперь давайте посмотрим, что говорит официальная наука об этой малоизвестной стороне Вселенной.

Темная материя была обнаружена благодаря гравитационному эффекту, который ее частицы оказывают на видимую материю. По словам Майкла Диснея, профессора астрономии из Университета Кардиффа:

Первые предположения возникли еще в 1930 году, когда голландский астроном Ян Оорт, изучая поведение отдельных звезд, расположенных за пределами Млечного Пути, обнаружил аномалии курса их движения. Разумное объяснение этого феномена было возможно лишь при предположении, что общая масса галактики на 50 % больше расчетной.

Затем, в середине XX века, швейцарский астроном Фриц Цвикки заметил расхождение между общей расчетной массой галактик, находящихся в скоплении Волос Вероники, и той, что объяснила бы, почему они удерживаются вместе вопреки центробежному движению, которое порождено перемещением их отдельных элементов. Тогда Цвикки допустил, что масса и гравитационное взаимодействие, достаточные для того, чтобы составляющие элементы скопления продолжали находиться в связанном состоянии, генерируются каким-то типом неизвестного вещества, недоступного для обычных методов наблюдения. Этот тип невидимого вещества, говорил ученый, действует как межгалактический цемент – иначе такой эффект не объяснить.

Наконец, ближе к 1970 году Вера Рубин из Института Карнеги в Вашингтоне, совершила ошеломительное открытие, когда изучала поведение сотен галактик, известных как спиральные галактики. Доктор Рубин обнаружила, что звезды, расположенные по краям этих галактик, двигались с той же (либо с большей) скоростью, что и звезды, находящиеся в их центре. Это противоречило физическим законам движения. Ведь классическая физика утверждает, что самая большая масса галактики должна находиться в ее центре и быть пропорциональной ее яркости. Следовательно, скорость звезд в этой области должна быть выше. Но факты доказывали обратное.

Что же могло бы стать причиной такого вопиющего нарушения законов природы? Эти открытия заставили исследователей поверить, что, вопреки их мнению, бо́льшая часть массы галактики сосредоточена не в ее центре, как на это указывает яркость, а на периферии. Самые удаленные звезды движутся быстрее по причине ускорения, придаваемого им какой-то неизвестной невидимой материей, рассеянной в форме ореола над видимыми границами галактики. Доктор Рубин, пораженная такими открытиями, писала: «Природа сыграла над астрономами шутку. Нам казалось, что мы изучаем всю Вселенную, в то время как теперь нам стало известно, что мы исследуем лишь ее малую часть, ту, что светится»[163].

Открытие темной материи подводит нас к серии философских размышлений, как это демонстрирует Джеймс Трефил, профессор физики из Университета Вирджинии, автор многочисленных работ по популяризации науки, адресованных широкой публике:

Тем не менее идея о невидимом компоненте, находящемся в отношениях взаимопроникновения со своим видимым аналогом, возникла не только в связи с упомянутыми выше наблюдениями. Есть и другие важные доказательства, направляющие нас в ту же сторону: микроволновое излучение, флуктуации массы Вселенной и изменение направления света (явление под названием «гравитационная линза»).

Взвесив все эти аргументы, мы придем к тем же выводам: масса Вселенной гораздо больше той, что мы обнаружили с помощью наших мощных телескопов и других астрономических приборов. Эта масса, состоящая из экзотической материи, могла бы быть организована схожим с видимой материей образом. Если эти вселенные взаимопроникающие, ничто не помешает им вступать во взаимодействие. Несмотря на подобие, они ведут себя по-разному. И это отличие порождено различными свойствами фундаментальных частиц, из которых эти вселенные построены. Что же мы видим в описаниях мистиков и духовидцев прошлого по поводу окружающего их мира? Вселенные, манипулирующие схожей информацией, но ведущие себя разным образом.

Ученые изобрели разные способы, чтобы обнаружить невидимую материю: определить ее напрямую с помощью сверхчувствительных детекторов, застать ее во время редких столкновений, которые происходят между ее компонентами, и, наконец, воспроизвести ее в ускорителях частиц.

Попытка прямого поиска осуществлялась посредством очень чувствительных инструментов, расположенных в подземных лабораториях. Сюда относится проект LUX, для которого в Южной Дакоте на глубине 1,5 километров построили большой ксенон-детектор, похожий на те, что использовались для экспериментов в подземной лаборатории под горой Гран Сассо в Италии, – Xenón 100 и DAMA. Другие проекты известны под кодами CoGeNT, CDMS, CRESST и XENONIT. Идея, лежащая в основе этих экспериментов, состояла в том, чтобы заметить столкновения, которые могут произойти между частицами, составляющими темную материю, и атомными ядрами видимой материи. Пересекая нашу галактику и проходя сквозь землю, эти частицы должны в определенный момент врезаться в атомное ядро, производя вспышку света. Проведя анализ этих вспышек и их характеристик, мы смогли бы восстановить случившееся и таким образом определить свойства участвовавших в столкновении частиц темной материи. Пять экспериментов, проведенных на протяжении последних 10 лет, дали обнадеживающие результаты. Однако исследователям придется столкнуться с возможными ошибками, например с погрешностью вследствие остаточной радиоактивности детекторов.

Другим способом послужило наблюдение за столкновениями частиц темной материи, происходящими в тех областях Вселенной, где, как считается, они могли бы находиться в высокой концентрации. В результате возможен шлейф фундаментальных частиц (нейтрино, позитронов и электронов), который мы можем выявить в наших наземных исследовательских лабораториях. Некоторые из них были специально сооружены для этой цели: «Ледяной куб» в Антарктиде, магнитный альфа-спектрометр на борту МКС и «Супер-Камиоканде» в Японии. Результаты экспериментов по обнаружению следов частиц темной материи непрямым образом тоже оказались интересными. Проблема заключается в том, чтобы точно определить, когда эти сигналы обусловлены действительно столкновениями между частицами темной материи, а когда происходят из другого источника. Наконец, исследователи утверждают, что частицы темной материи могут образоваться во время столкновения протонов в ускорителях частиц типа Большого адронного коллайдера. В этом случае частицы не определяются прямым способом. Их присутствие вычисляется из потери «энергии и момента» до и после протон-протонного столкновения. После трех лет перерыва и технического обслуживания ускоритель частиц снова был запущен в марте 2015 года с усиленной мощностью. Одной из его целей было обнаружение этих ускользающих загадочных частиц материи, наполняющих Вселенную.

Участвующие в этих проектах ученые должны очень осторожно отнестись к их результатам. Эксперименты настолько сложны, а ожидания от них настолько высоки, что к поставленной цели следует продвигаться медленными, но твердыми шагами. Существует вероятность того, что свойства частиц, составляющих этот тип невидимой материи, столь необычны и трудноуловимы, что их выявление с помощью действующих на сегодняшний день ускорителей невозможно.

Пусть нам пока не удалось зарегистрировать частицы темной материи, зато мы можем доказать некоторые из ее особенностей. Для этого нам лишь понадобится немного воображения.

С одной стороны, нам известно о гравитационном эффекте, оказываемом на видимую материю. Это означает, что компоненты темной материи созданы из какого-то типа материальных частиц, чьи свойства отличаются от тех, что относятся к фундаментальным частицам, составляющим нормальную материю. Мы не видим их и не сталкиваемся с ними. То, что темную материю нельзя увидеть и пощупать, позволяет нам сделать вывод о двух ее самых главных качествах: она не излучает электромагнитных волн, поэтому ее частицы не несут электрический заряд. Электромагнитное излучение является следствием одного из атрибутов фундаментальных частиц – заряда. Если частица обладает электрическим зарядом, то она излучает электромагнитные волны, и свет, тоже относящийся к одной из разновидностей электромагнитного излучения, в итоге воздействует на наши органы зрения. Если мы его увидеть не можем, следовательно, электромагнитного излучения нет.

Наконец, как говорит Дено Казанис, раз эта материя не состоит из заряженных частиц, то она с легкостью способна проникать в нашу видимую материю, то есть занимать с ней одно и то же физическое пространство:

Если внимательно изучить описания, сделанные великими мистиками со всего мира и теми, кто пережил опыт выхода за пределы своего тела, предсмертных переживаний или путешествий за границы реальности, то выяснится, что именно так и ведет себя материя, из которой может состоять физический фон ментальных миров и духовных вселенных.

Отличительной чертой темной материи является ее слабое взаимодействие с видимой материей. Мы ее не ощущаем. Мы ее не видим. Должно быть, это два совершенно отдельных друг от друга мира. Лишь гравитационный эффект выдает ее присутствие.

Претендентов на роль темной материи традиционно принято делить на две большие группы:

• Частицы темной материи барионной природы. То есть видимая материя.

• Частицы темной материи небарионной природы.

Небарионную материю, в свою очередь, обычно делят в зависимости от скорости, с которой ее частицы перемещаются по Вселенной:

• Горячая темная материя.

• Теплая темная материя.

• Холодная темная материя.

Нет необходимости углубляться в теоретическую физику, чтобы понять выдвигаемую нами идею. Достаточно знать, что к частицам-кандидатам относится вимп – слабовзаимодействующая массивная частица[166]. Но Тродден и Фэн предостерегают от поспешных выводов: «Вимп может оказаться лишь верхушкой айсберга, который скрывает целый мир со своими собственными частицами и взаимодействиями»[167].

Этот тип частиц подвержен лишь силе тяжести и слабому ядерному взаимодействию. У них нет электромагнитных свойств, следовательно, они недоступны зрению и способны проникать в нашу видимую материю, не оказывая на нее никакого влияния.

Но есть и другие варианты: супервимпы, которые взаимодействуют еще слабее, чем вимпы, и лишь благодаря силе тяжести. Третьим кандидатом являются частицы, не имеющие отношения к вимпам, контакт которых происходит посредством свойственных только им сил. Другими словами, они являются темными версиями электромагнитной силы и слабого ядерного взаимодействия. Согласно этой последней модели, темная материя должна излучать свой собственный тип света.

В последние годы физики задаются вопросом, стоит ли продолжать искать частицы, обладающие массой темной материи. Некоторые новые модели предполагают, что невидимая материя может состоять из сверхлегких частиц. Уже запланированы эксперименты «в настоящем и будущем, чтобы их обнаружить»[168]. Эти компоненты назвали «висп» – сверхлегкие частицы со слабым взаимодействием. Одним из кандидатов в такие частицы является аксион.

Другие модели предпочитают нейтрино – частицы, предложенные физиком-теоретиком Вольфгангом Паули в 1930 году. У них нет электрического заряда, а масса исключительно мала. Они обладают рядом загадочных свойств. Например, три существующие их разновидности могут спонтанно превращаться одна в другую[169]. Их способность взаимодействовать с нормальной материей ничтожна. Из последних предположений можно назвать зеркальную материю, где каждая обычная частица имеет своего двойника.

В приведенной ниже таблице перечислены самые вероятные кандидаты на роль компонента темной материи в соответствии с гипотезой, развиваемой в этой книге:

Казанис считает, что есть еще один вариант, представленный легкой материей, которая в китайской и индуистской культуре известна как Чи (или Прана). Данный тип частиц обладает другими свойствами: это незаряженные частицы, способные формировать более сложные структуры, похожие на наши атомы и молекулы. Такое возможно благодаря существованию неэлектромагнитных сил или каких-то их темных разновидностей, а также других сил, неизвестных в природе.

Есть и еще более свежие предложения, открывающие массу возможностей. Их авторы считают, что темная материя образована темными атомами, то есть легкими соответствиями протонов, нейтронов и электронов, что позволяет ей быть настолько же богатой и разнообразной, как и традиционная видимая материя.

С самого своего открытия в 1930 году темная материя служит опорой, поддержкой, носителем, «гравитационными строительными лесами для видимой материи»[170].

Мы знаем, что галактики и их скопления располагаются внутри огромных структур темной материи, так называемых гало. Ученые считают, что такой тип материи был создан в первые наносекунды существования Вселенной. Эти структуры притянули обычную материю, которая, благодаря своим особенным свойствам и способности к разным видам взаимодействий между ее компонентами, смогла организоваться, породив те сложные композиции, что мы теперь наблюдаем.

Однако темная материя не только дала рождение галактикам и позволила им эволюционировать. Похоже, вместе со своей загадочной спутницей, темной энергией, она имеет важнейшее значение и для окончательной судьбы Вселенной. Предположительно именно темная энергия ответственна за ускоренное расширение Вселенной; она является силой, разъединяющей все компоненты известной нам галактики, заставляя их удаляться друг от друга. В зависимости от типа и количества экзотических частиц, входящих в состав темной материи, Вселенную ждет Большой разрыв или Большое сжатие. Темной материи и темной энергии подчинено будущее нашей Вселенной. Если расширяющая сила темной энергии окажется больше гравитационной силы всех частиц видимой и невидимой материи, Вселенная будет расширяться вечно. Это сценарий Большого разрыва. Напротив, если большей окажется гравитационная сила всех видимых и невидимых составляющих нашей материальной Вселенной, то наступит момент, когда ее расширение замедлится, а потом и вовсе прекратится, чтобы вновь начать движение в обратном направлении. В результате она достигнет своего сжатия до состояния сингулярности, откуда вновь вернется к жизни. Возможно, этот цикл не имеет ни начала, ни конца.

Таким образом, если мы считаем, что темная материя и темная энергия находятся там просто по определению, то мы полностью ошибаемся. Уже понятна та важная роль, которую они играют в зарождении, эволюции и смерти видимой Вселенной.

Вернемся к нашим утверждениям. Некоторые считают, что темная материя осталась в своем первоначальном состоянии, что, возможно, делает ее неинтересной для исследователей. По словам Фэна и Троддена: «Темная материя и темная энергия относятся к самым асоциальным субстанциям космоса… стерильность, свойственная им с самого момента открытия, всегда считалась их определяющим качеством»[171].

Но у них могла бы быть другая роль и судьба.

«Теоретические доказательства в пользу сложноорганизованного темного мира настолько непоколебимы, что многие исследователи сильно удивились бы, если бы темная материя свелась к индифферентному океану вимп», – говорят Фэн и Тродден[172]. И заканчивают так: «Как бы то ни было, видимая материя располагает широким спектром частиц с многочисленными типами взаимодействий, подчиняющихся элегантным принципам симметрии. Нет ничего, что указывало бы на то, что темная материя и темная энергия должны отличаться»[173].

Казанис придерживается мнения, что темная материя может быть организована сложным образом, как это сделала наша видимая материя:

Другие авторы вполне серьезно восприняли идею Фэна и Троддена о сложном темном мире. Среди них находится Шон Кэрролл, исследователь при кафедре физики в Калифорнийском университете. Он считает, что мир темной материи может оказаться таким же разнообразным и интересным, как наш:

Лиза Рэндалл и Андрей Кац разделяют эти взгляды. Недавно в журнале Physical Review Letters опубликовали их статью, где они заявляют о серьезных основаниях сомневаться в том, что темная материя состоит из одного типа частиц:

По их мнению, могут существовать другие типы темной материи, ведущие себя очень схоже с видимой материей. Темные тяжелые протоны и темные легкие электроны могли бы вступать во взаимодействие, чтобы образовать атомы, тоже темные. Что-то вроде темного электромагнетизма использовало бы темные фотоны. Эти темные атомы могли бы в итоге объединиться, чтобы сформировать более сложные структуры при помощи взаимодействий, которые породили бы все химические соединения темной природы.

Слишком много совпадений, чтобы списать их на чистую случайность. Все твердят одно и то же: это другой тип субстанции, который организуется для создания структур, похожих на наши физические, но более тонкого характера. И теперь выясняется, что наука им вторит, но на своем языке.

Этот темный мир может оказаться теми вселенными, о которых ведут речь религии, философские школы и культурные традиции Древнего мира. Темная материя или какой-то другой тип невидимой материи, состоящей из фундаментальных частиц, не включенных в актуальную Стандартную модель физики элементарных частиц, относятся, на мой взгляд, к физическим составляющим вселенных и духовных тел наших религиозных верований.

Это наводит нас на мысль о том, что древние обладали интуитивным знанием о добавочном компоненте Вселенной, так же как Левкипп, Демокрит и Эпикур догадывались о существовании материальной субстанции. Этому новому типу субстанции, который наука наконец вычислила благодаря последним открытиям в космологии, давали разные имена: эфирная материя, астральная субстанция, воображаемый мир. Все исследования указывают на наличие экзотического компонента, в изобилии присутствующего в космосе: темной материи и темной энергии.

Идея о том, что разум использует для переработки информации другие процессоры, кроме биологического мозга, не нова. Можно проследить, как она настойчиво и систематично появлялась в разных культурах в разные исторические эпохи. Каждый из нас располагает как минимум двумя телами. Каждый из нас использует как минимум два мозга.

Философы и религиозные лидеры античности не знали тех терминов, к которым мы прибегаем сегодня, говоря о компьютерах, теории информации, резервном копировании, приеме и обработке данных, хранении, копировании и передаче информации. Они пользовались простыми словами, свойственными их народной культуре, хоть те и были очень близки к языку информатики.

Разные философские школы и религии неоднократно твердили о существовании двойника у каждого из нас. Что же это за клон? Это копия первоначального физического тела. Она способна пережить смерть своего материального компаньона. Теперь, когда появились копировальные устройства и системы воспроизведения информации современных компьютеров, нам немного легче понять этот механизм. Благодаря этим приборам любые данные, зафиксированные на листе бумаги или в памяти компьютера, можно размножить столько раз, сколько нам нужно. Человеческая личность не исключение. Тело человека и все содержимое его разума – это чистая информация и программы, которые ее обрабатывают. Физическое тело существует в рамках квантовой Вселенной, мастерски осуществляющей вычислительные операции, как мы уже убедились в главе 7. Многие из этих процессов, широко распространенных в природе, имеют отношение к дублированию, хранению и извлечению информации.

На языке информатики и кибернетики это означает, что информация и, возможно, программы, содержащиеся в разуме, извлекаются и копируются на носитель, процессор, тонкое физическое тело – другими словами, сохраняются. Это похоже на ситуацию, когда, прежде чем выбросить старый компьютер, мы извлекаем всю информацию и переносим на USB-носитель во избежание потери данных.

Невидимому мозгу обязательно необходимо тело, созданное из того же материала, что и он сам. Невидимые тело и мозг являются носителями сознания, так же как видимое тело и видимый мозг. Чтобы легче было объяснить эту мысль, проведем аналогию. Разум личности, состоящий из сознания, программ и информации, может интегрироваться в нашу реальность, обмениваться информацией и проживать «физический» опыт лишь посредством материального тела, сделанного из подходящих фундаментальных частиц, описанных Стандартной моделью: верхнего кварка, нижнего кварка и электрона. Тело такой природы позволяет нам удобно и безопасно жить, участвовать во взаимодействиях и перемещаться по земной поверхности. Несомненно, если мне захочется исследовать морские глубины, понадобится подходящая для этого аппаратура. Маска и баллон с кислородом – тот минимум, который необходим для выживания в подобных условиях. Такая же история с путешествием в верхние слои атмосферы. Если я отправляюсь в открытый космос, мне нужен скафандр. Для каждой среды придется подобрать соответствующее средство. Разум существует и функционирует в разных областях реальности. Она поделена на секторы, и физическая сфера – лишь один из них. Однако об этом я подробно расскажу во втором томе своей работы.

После смерти разум остается без своего физического носителя, но продолжает существовать в другой материальной области. Она представляет собой среду, чье содержимое состоит из организованных иным образом фундаментальных частиц. Их свойства обусловлены законами природы, характерными для той действительности, которую познает в этот момент сознание. Невидимое тело и невидимый мозг образуют интегрированное единство, представляющее собой новый носитель для сознания в реальности, самой близкой к нашей.

Другие секторы действительности тоже потребуют подходящих им носителей. Индивидуализированному разуму придется менять оболочки в зависимости от уровня реальности, на котором он функционирует в настоящий момент. Не забывайте, что именно информация путешествует из одного сектора мироздания в другой. И каждый раз потребуется разное тело, мозг и информационные программы, соответствующие типу нашей реальности. Кажется, что переход совершает сознание, но это абсолютно не так. Оно пронизывает все мироздание. Сознание представляет собой фундаментальную разумную действующую силу, порождающую все, что мы испытываем. Без него разум был бы лишь очень сложным механическим компьютером без малейшего признака рассудка. Только сознание позволяет в конечном итоге человеческой личности понять проживаемую ею действительность. Давайте теперь поищем в прошлом, какие отпечатки оставили тела и процессоры более тонкого устройства в умах тех, кто решился разбираться в природе и механизмах функционирования разума и сознания человека.

В Древнем Египте этот второй процессор известен под именем Ка. Он является тонким аналогом Хат (бренной оболочки). По словам знаменитого египтолога Э. Уоллиса Баджа, обнаружившего Папирус Ани – свиток египетской Книги мертвых:

Хотя простые египтяне верили, что физическое тело может в любой момент восстать из могилы, как это сделал Осирис после своей смерти от рук собственного брата Сета, священники и образованные люди той эпохи так не считали. «Душа на небо, а тело – в землю» – так указано в свитке пятой династии, написанном в 3400 году до н. э. Другой документ, датированный позднее, тоже утверждал нечто подобное: «Небу отходит твоя душа, а земля владеет твоим телом».

В греческих записях, относящихся к гомеровскому периоду, есть отсылки к псюхе – олицетворению дыхания, дуновения, жизненной силы, которая давала жизнь телу. Хотя псюхе нельзя назвать организованной структурой в полном смысле слова, ее союз с телом порождал разум. Но и здесь пока еще не идет речь о двойнике, что сохраняется после смерти. Дойдя до конца земного пути, это дыхание жизни ускользало вместе с последним вздохом умирающего, возвращаясь в загробное царство[178]. Это начало, лишенное тела, служащего ему поддержкой, теряло сознание и все способности, свойственные разуму. Заблудившись в вечной ночи, псюхе бесцельно бродила по призрачному чистилищу под названием Аид. «Из Аида нет возврата», – восклицал поэт. Мертвые никогда не возвращаются. Таковы представления гомеровской Греции об этом психическом компоненте личности при жизни и после смерти.

Это понятие возникло позже, во времена орфизма[179], эволюционировав в начало божественной природы под названием «даймон». Такая душа была не только искаженной репрезентацией телесного образа. Это был реальный человек со своими умениями и качествами, которыми он обладал при жизни. В отличие от разума, описываемого поэтами гомеровской эпохи, который исчезал после кончины, даймон продолжал существовать после смерти тела. Эта сущность была истинно бессмертной.

Подобных верований придерживался Пифагор, выдающийся философ и математик из Кротона, живший примерно в V веке до нашей эры[180]. Представление о разуме, который воплощается время от времени в разные тела, поддерживалось его философской школой. Как и последователи орфизма, они считали разум реальным человеком, а не смутной бессознательной тенью, остающейся после смерти тела. Это тот самый разум, который сохраняет свойственные ему ранее признаки и свойства и переходит из одного тела в другое, из одной жизни в другую. Даже биографы Пифагора, Диоген Лаэртский и Ямвлих, утверждали, что он был рожден с даром помнить то, кем был в своем прошлом существовании. По его словам, в одной из жизней он являлся Эфалидом, сыном Гермеса. Последний пообещал ему, что исполнит любое желание, кроме бессмертия. Пифагор попросил способность помнить все, что с ним происходило, будь он жив или мертв. С тех пор, говорит Диоген Лаэртский, он никогда ничего не забывал и сохранял память после смерти. Он даже переносил ее без потерь из одной жизни в другую.

С приходом Платона идея о невидимых теле и мозге, не исчезающих после разрушения их физического носителя, утвердилась. Платон рассматривал человека как двойственное существо, состоящее из души и тела. Тело было бренным, а душа – бессмертной. Чтобы объяснить идею души Платона, нужно обратиться к двум философским рассуждениям – к мифу о крылатой колеснице и мифу об армянине Эре. Мы остановимся на последнем. Эту историю Платон поведал в 10-й книге «Государства». Наш персонаж, родом из Памфилии, был убит в сражении. Его труп подобрали спустя 10 дней. Хотя тела его товарищей уже разлагались, тело Эра нашли сохранившимся каким-то чудесным образом. Уже дома, когда его собирались сжечь на погребальном костре, Эр вдруг ожил. Он помнил все и смог рассказать, что с ним происходило на пути в другой мир. Это повествование можно считать первым подробным историческим рассказом о предсмертном опыте. Через описание Эром своих переживаний за гранью жизни мы можем понять, как греки эпохи Платона представляли существование разума после прекращения жизни тела.

Покинув свое земное прибежище, Эр оказывается в чудесном месте, где встречается с другими душами. Он видит там две расселины: на земле и на небе. Между ними находились те, кому было поручено судить вновь прибывшие души. Праведные отправлялись на небо через правый проход, а грешные уходили в отверстие, расположенное слева в земле. Когда пришла очередь Эра, судьи сказали, что его момент еще не настал, и велели ему все слушать и за всем наблюдать, чтобы рассказать об этом земным обитателям после своего возвращения. Через расселину в небе Эр видел, как спускаются чистые души. Через ту, что в земле, поднимались души, покрытые грязью и пылью. Потом они соединялись и расспрашивали друг друга о случившемся с ними в долгом и тяжелом путешествии на небеса или под землю. Награда праведникам и наказание грешникам описываются нашим героем достаточно подробно, особенно в части, касающейся судьбы Ардиея, тирана в одном из городов Памфилии, умершего за 1000 лет до этого, и других величайших преступников и психопатов.

Отдохнув семь дней на этих прекрасных лугах, души снова отправлялись «к назначенному месту», достичь которого можно было через четыре дня пути. Там огромный луч света протянулся через небо и землю, «прямой, словно столп». Описав обстановку, Эр рассказывает, как душам сообщают о неизбежном возвращении на землю: «Однодневные души! Вот начало другого оборота, смертоносного для смертного рода». Каждая душа сама выбирала условия своего предстоящего возвращения, хотя здоровье и болезни, богатство и бедность, хорошее и плохое справедливо распределялись между всеми предложенными вариантами. Они делали выбор своей будущей судьбы: кто-то легко и не задумываясь, а кому-то нужно было хорошенько поразмыслить (и, конечно, последним эта задача давалась лучше). Были те, кто руководствовался убеждениями, сложившимися в прошлой жизни. Опытность или неопытность душ имела значение для финального выбора. Эр говорил: «Стоило взглянуть на это зрелище, как разные души выбирали себе ту или иную жизнь. Смотреть на это было жалко, смешно и странно». Потрясает, с каким воображением описывается избрание будущих тел и жизненных обстоятельств. По словам Эра, находились души животных, готовые поменять свое положение на человеческое, и наоборот, души людей, которые предпочитают тело животного.

Когда каждая душа сделала свой окончательный выбор, а боги закончили все необходимые приготовления для того, чтобы исполнилось предначертанное, они отправляются в долину Леты (долину забвения) в сопровождении своего духа-хранителя, помогающего воплотить сделанный выбор. Там царит страшный зной, нет ни плодовых деревьев, ни другой съедобной растительности. Все души пьют из реки Амелет, пересекающей долину. Те, кто испробовал ее воды, полностью теряют свои воспоминания. Души мирно устраиваются на покой и, поспав, «как падающие звезды, рассыпались по разным местам, где им суждено возродиться». Эру не было дозволено испить воды из этой реки. Он не знает, где и каким образом душа его вернулась в тело. Внезапно очнувшись на рассвете, он увидел себя на погребальном костре и смог рассказать присутствующим обо всем, что помнил из своего удивительного путешествия за порог смерти.

В обширном описании Платона мы вновь видим представление, зародившееся еще в древнем Египте, о двойнике физического тела, который высвобождается в момент смерти. Это тело более тонкой природы встречалось с другими такими же в потустороннем мире, что являлся чем-то вроде дубликата физического окружения, которое было только что покинуто: долина Леты, небо, земля, луга, река Амелет. Другими словами, разум для своего выражения по-прежнему пользовался носителем, имеющим вид двойника материального тела, коим могла владеть душа в течение жизни, независимо от того, что ей пришлось пережить в этом потустороннем мире. Его среда, в свою очередь, была очень близкой копией мира, в котором обитала душа до того, как закончила свою земную жизнь.

Павел из Тарса тоже верил в существование тела духовной природы, сохраняющегося после смерти своего физического двойника. Хоть Иисус Христос не был ему знаком лично, Павел имел возможность общаться со свидетелями его всем известных деяний. Сначала Павел считал, что мы все будем однажды воскрешены в том же физическом теле, которым обладали во время земной жизни. Древние были не так глупы, как некоторые считают. Если разум не исчезает, а бессмертная душа существует, как это утверждали орфисты, Пифагор и Платон, то такой душе нужны материальные тело и мозг. Поэтому первые христиане думали, что нельзя обойтись без воскрешения тела и мозга, которые использовались человеком во время жизни. Интуиция им подсказывала, что для выживания разуму необходим физический носитель. За неимением альтернативы, единственное, что им оставалось, – это воскрешение. Однако верования Павла вскоре претерпели изменения, что в итоге привело его к убеждению о существовании тонкого двойника нашего тела. В своих последних письмах апостол с уверенностью утверждает, что Иисус никогда не вернется в своем физическом виде и что, вероятно, ему самому вскоре предстоит умереть, но он не будет вознесен на небо душой и телом, как предсказывал в своих первых письмах. Наконец, в своем Первом послании к Коринфянам Павел говорит: «Есть тела небесные и тела земные»[182]. Из этого высказывания понятно, что он признавал наличие физического носителя, отличного от материального тела, который душа использует для продолжения своего существования до конца времен.

Представление о том, что сознание скрывается под разными материальными оболочками разной степени плотности, уходит корнями в древность. Сокровищница индийской философской литературы и священных текстов предоставляет тому обширные и убедительные доказательства. Нам указывают, что сохраняется не только сознание, но и разум, а также практически все качества и признаки человека. Другими словами, вся личность полностью продолжает свой путь после того, как разрушился ее физический носитель.

Пожалуй, самое раннее упоминание разных оболочек сознания встречается в одних из наиболее древних Упанишад – «Тайттирия-упанишаде». Там впервые описывается доктрина покровов (кош), то есть носителей, используемых сознанием для функционирования в разных слоях мироздания. Существует по меньшей мере пять носителей, управляемых индивидуализированным сознанием: физическое тело, или аннамайя коша; тело энергии, или пранамайя коша; оболочка, имеющая некоторое отношение к нашему представлению о разуме, или маномайя коша; виджнянамайя коша, или тело понимания; наконец, анандамайя коша, или оболочка блаженства.

Санкхья и классическая йога, считающиеся двумя самыми значимыми философскими школами в Индии, тоже постулируют существование двух типов тела: физического, «грубого» (стхула шарира) и тела нефизической природы (сукшма шарира). Последнее не разрушается после смерти и способно существовать совершенно независимо от своего материального двойника. Представители этих школ, похоже, были экспертами в теории информации и вычислительных науках. Они считали, что информации для своего представления необходим физический носитель. В «Санкхья-карике» Ишваракришна пишет (карики 41): «Как картина не может существовать без холста, а тень – без столба, который ее отбрасывает, так и разум не существует без тонкого тела, служащего ему опорой»[183].

Если перевести это на язык ЭВМ, то станет понятно, что разуму для своего выражения необходим грубый или тонкий процессор.

Теософия – это философско-религиозное течение, возглавляемое мадам Блаватской и возникшее в конце XIX века. Родоначальница этого учения появилась на свет в России и в юном возрасте была принуждена к браку с человеком втрое старше ее. Она достаточно быстро сбежала от ненавистного замужества и начала жизнь, полную приключений и поисков древнего знания, что приводило ее в самые негостеприимные уголки планеты. Блаватская даже совершила несколько кругосветных путешествий, а после двух неудачных попыток все же попала в страну вечных снегов – Тибет. Самыми подробными и полными описаниями разума и его компонентов с точки зрения восточной философии мы обязаны ей и двум ее самым способным ученикам – госпоже Анни Безант и англиканскому епископу Чарльзу Ледбитеру. Обладатели острого ума и способностей к ясновидению, которые мало кто подвергал сомнению, эти двое исследователей незримого и оккультного воплотили результаты своих изысканий более чем в 100 работах, ставших классикой для людей, интересующихся возможной реальностью тонких тел. Особенно в самых известных своих трудах: «Человек и его тела», «Семь принципов человека», «Человек видимый и невидимый», «Формы мышления» и «Астральный план и ментальный план» – Безант и Ледбитер обстоятельно перечислили средства, используемые индивидуализированным сознанием для существования и проявления в разных средах нашей реальности. Благодаря носителю сознание вступает в контакт с физическим миром. Через органы чувств оно получает информацию извне и обрабатывает ее. Посредством двигательной системы мы способны изменять наше окружение. Именно контакт с информацией, поступающей снаружи в виде стимула, позволяет индивидуализированному сознанию раскрыть весь свой потенциал. Тело энергии, или эфирный двойник, как его называют в теософской литературе, представляет собой точное повторение физического тела и, в соответствии с этой концепцией, служит сосудом для энергии более тонкого типа – праны. Она регулирует и поддерживает различную деятельность, разворачивающуюся в материальном теле. Физическое тело и эфирный двойник являются двумя сторонами одного инструмента и необходимы для эволюции индивидуализированного сознания в знакомом нам материальном плане. Тело желания, или астральное тело, перерабатывает связанную с восприятием информацию, трансформируя его в ощущения. Когда астральное тело действует вкупе с другими системами обработки информации, расположенными на высшем уровне, ощущения порождают чувства, желания и намерения. Ментальное тело имеет отношение к данным, связанным со способом обработки конкретных мыслей, в то время как абстрактное мышление осуществляется с помощью процессора еще более тонкой природы – каузального тела. Наконец, мы добрались до того, что в восточной философии называется буддхи. Этот санскритский термин обозначает начало, отвечающее за многие функции, среди которых понимание, интеллект, суждение. Буддхи располагается в еще более тонком процессоре – будическом теле, как его называют теософы.

В заключение мы встречаемся с атма – индивидуализированным сознанием. Согласно представлениям описываемой философской школы, именно через этот носитель вся мощь мироздания используется сознанием для своего развития.

Парамаханса Йогананда относится к самым ярким представителям религии XX века. Наследник тысячелетних традиций, уходящих корнями в индийские Веды, ученик Юктешвары Гири, одного из самых выдающихся духовных гуру начала XX века, Йогананда утверждает, что знал о своем призвании, будучи еще совсем ребенком. История его жизни представляет собой захватывающий рассказ, полный забавных происшествий, необычных встреч и мистических совпадений, которые превзошли все, когда-либо описанное ранее.

Тремя самыми известными его работами, высоко оцененными литературными критиками, являются: «Автобиография йога», «Бхагавадгита. Беседы Бога с Арджуной» и «Второе пришествие Христа». В своей знаменитой «Автобиографии йога» – пожалуй, самой читаемой автобиографии за всю историю, – автор описывает устройство человеческой личности в соответствии с представлениями древней культуры, в рамках которой он сам вырос. Помимо этого, он опирался и на собственный опыт:

Итак, Йогананда считает, что за нашим телом из плоти и крови таится его невидимый двойник:

Если перевести некоторые из терминов, используемых Йоганандой на язык кибернетики и космологии, то оболочки будут соответствовать процессорам, обрабатывающим информацию; идеи Бога, расположенные в каузальном теле, – программам; витатроны, физические составляющие астрального тела, станут частицами темной материи, которые объединяются, чтобы сформировать невидимые тело и мозг человеческой индивидуальности.

Те, кто погружаются в подобного рода исследования, обязательно должны остановиться на особенной йоге, известной под названием «Сурат-Шабд-йога», или йога божественного потока света и звука. Опыт, пережитый практикующими ее людьми, очень похож на предсмертные ощущения, хорошо описанные многими врачами и психологами, среди которых Джордж Ритчи, Реймонд Муди, Кеннет Ринг, Мелвин Морс, а также кардиологи и реаниматологи Майкл Сабом, Сэм Парния и Пим ван Ломмель.

Мастера этого пути утверждают, что знают не понаслышке о том, что мироздание необъятно широко и лишь в малой степени постижимо человеческим разумом в его актуальной стадии эволюции. Эта гигантская реальность разделена на многочисленные области проявления. Некоторые из них чисто физические, другие – полуфизические, а третьи – духовные. Чтобы достичь каждого из описанных планов (областей), сознанию нужны подходящие для этого носители. В своих произведениях «Духовное руководство» и «Письма от Души к Душе»[186], которые представляют собой сборник частных писем, обращенных к ученикам, живущим в Америке в начале XX века, Хазур Баба Саван Сингх дает представление о том, как поделена на секторы эта огромная реальность, доступ к которой получили лишь немногие. Для каждого сектора индивидуализированное сознание использует свой собственный, уникальный носитель.

Если кто-то и посвятил себя научному исследованию существования невидимых тела и мозга, то это был доктор Роберт Крукал. Он родился в Великобритании и добился успеха в своей профессии геолога, после чего в частном порядке занялся исследованиями, направленными на малоизученную область – так называемое внетелесное переживание (опыт пребывания вне тела). Его работа была воплощена в 13 книгах, выходивших в печать с 1960-го по 1973-й[187]. Научные труды посвящены нескольким сотням случаев людей, утверждавших, что они покидали свое материальное тело на какое-то время.

Крукал разделил этот процесс на естественный и вынужденный. В первом случае он происходил во время отдыха, сна или болезни. Во втором он являлся следствием анестезии или тяжелого несчастного случая. В обоих разновидностях прослеживались сходства, но находились и значительные отличия. Выводом работы стало убедительное доказательство того, что двойники тех, кому удавалось скинуть оковы физического тела, на самом деле не относятся к ментальным образам, как многие психиатры стремились доказать, а являются физическими носителями с некоторой степенью объективности.

По мнению Крукала, человеческая личность состоит из четырех типов процессоров: физического носителя, покидаемого в момент смерти; жизненного носителя; тела души; духовного тела, соответствующего каузальному телу теософов.

В XVII веке Исаак Ньютон открыл гравитационную силу – тот «цемент», который скрепляет Вселенную. Некоторые из его принципов кажутся вполне очевидными, например: сила притяжения между двумя телами прямо пропорциональна произведению их масс и обратно пропорциональна квадрату расстояния, разделяющего их. Благодаря этому несложному закону Ньютон и другие ученые той эпохи смогли точно высчитать орбиты Земли, Луны и остальных планет нашей Солнечной системы. Любое отклонение от этих принципов и свойств указанных выше тел, включая нашу планету, привело бы к тому, что они по спирали падали бы на Солнце, либо сошли с орбиты и навсегда затерялись в глубинах космоса.

Однако возникла крохотная проблема: воздействие на расстоянии поставило массу трудных вопросов даже для самого Ньютона. Тяжело принять идею о том, что одно материальное тело способно оказывать влияние на другое, даже не входя с ним в прямой контакт. Информация любого типа и любое движение требуют какого-то средства передачи. Чтобы объяснить этот эффект действия на расстоянии, Ньютон и его современники предположили, что пространство состоит из невидимой и неопределяемой субстанции, названной ими светоносным эфиром. По их мнению, она и послужила средством, благодаря которому эта сила и смогла проявиться.

Далеко не в первый раз людей завораживала возможность того, что определенные материальные тела оказывают воздействие на другие, не вступая с ними в непосредственный контакт. Уже древние греки восхищались способностью минерала магнетита притягивать железо. А китайцы и европейцы между XIV и XVI веками заметили, что намагниченная стрелка, помещенная в специальное устройство, позволяющее ей определенную свободу движения, неожиданно занимала положение, при котором ее концы указывали на Север и на Юг.

Камни с магнитными свойствами, намагниченная стрелка, поворачивающаяся к полюсу, и сила притяжения, открытая Ньютоном имеют нечто общее: действие, осуществленное на расстоянии. При этом отсутствует какое-либо привычное средство передачи информации или силы.

Это приводит нас в самое сердце нейронаук, к загадочной и неуловимой проблеме «разум-тело». С одной стороны, мы обладаем физическим телом, которое можно увидеть и воспринять с помощью органов чувств. Его также можно измерить и взвесить, а ведет оно себя в соответствии с законами традиционной физики, химии и биологии. С другой стороны, у нас есть разум, компоненты которого не доступны ни зрению, ни измерению, ни взвешиванию. Да и поведение разума не подчиняется строго принципу причинности, как происходит со всеми другими природными явлениями, которые существуют на уровне, превышающем размер атома.

В связи с этим возникает вопрос: как же возможно, что разум, который человечество на протяжении последних двух тысячелетий считало чем-то нематериальным, может оказывать заметный видимый эффект на наш мозг и физическое тело? Желание, всего лишь простое намерение пошевелить конечностью – и она действительно двигается. Мысль промелькнула в сознании – и сотни тысяч нейронов одновременно сорвались с места, направляясь в разные области нашего мозга.

Задача очень похожа на ту, что решал Ньютон, когда раздумывал о влиянии одних небесных тел на другие. Сила гравитации настолько же загадочна и неуловима, как тот эффект, что оказывает разум, запуская армии нейронов, чтобы родилась мысль или пошевелилась рука. Наряду с гипотезой о светоносном эфире возникали и другие многочисленные модели, которые пытались объяснить материальные проявления невидимого разума. Одну из них предложил французский философ и математик Рене Декарт. В своем теперь уже знаменитом трактате «Страсти души», опубликованном в 1649 году, Декарт развивает идеи греческого медика Галена, жившего во II веке нашей эры и утверждавшего, что нервы – это трубки, по которым циркулируют сообщения, отправленные мозгом к мускулам и наоборот. В качестве посланников служили «животные духи» – что-то вроде оживляющих флюидов, жизненных дуновений. Декарт пошел дальше своего предшественника, который, как и Гиппократ, считал, что мозг является вместилищем разума. Он предположил, что контакт души с телом осуществляется в шишковидной железе. Оттуда животные духи, располагающиеся в крови и полостях мозга, получают сигнал о передаче информации и устремляются через кровь и нервы к мускулам, чтобы привести тело в движение. Декарт считал, что восприятие, ощущения и эмоции души порождаются и поддерживаются перемещением этих животных духов. Подобных взглядов придерживались Локк, Юм, Лейбниц, Кант и другие великие философы и биологи той эпохи.

За последние 100 лет возникли новые попытки объяснить способ взаимодействия разума и тела. С развитием нейронной доктрины животные духи Галена и Декарта были заменены на потенциалы действия, химические передатчики (нейромедиаторы) и мембранные рецепторы. Тем не менее мы продолжаем пребывать в вечных поисках ответа на вопрос, каким образом разум оказывает непосредственное воздействие на корковые нейроны нашего мозга? Возьмем пример с физиков, которые сумели продвинуться дальше светоносного эфира, нащупывая альтернативные пути, и попытаемся выйти за пределы химических медиаторов и соответствующих им мембранных рецепторов. Давайте посмотрим, что происходит с информацией, когда она достигает зон мозга, ответственных за корковые функции.

О существовании потенциалов действия, химических посредников и мембранных рецепторов мы узнали благодаря самым последним исследованиям, осуществленным в области нейронауки. Это позволило объяснить, как двигается информация и как она обрабатывается нашей нервной системой. Мы знаем, какие проблемы могут возникнуть, если их окажется слишком много или слишком мало. Мы даже осмелились предположить, что эта система медиаторов может представлять собой двоичный код, похожий на тот, что используется компьютерами. Подобную функцию выполняют диоды микрочипов, зажигаясь и погасая. Возможно, нам пригодится опыт физики в решении задачи действия на расстоянии, что, как мы уже упоминали, имеет немало общего с проблемой коммуникации разума и мозга. Это позволит наконец нащупать путь к окончательной разгадке самой большой тайны создания, не дающей покоя нейронауке: союзу разума и тела и секрету сознания.

Одной из концепций, рожденных в период революций, заставивших пошатнуться основы традиционной физики, была теория поля. Это относительно новая гипотеза, а такие нам и нужны, чтобы создать революционные модели, способные предложить жизнеспособное решение выдвинутых нами проблем. В книге «Эволюция физики», написанной в соавторстве с Леопольдом Инфельдом, знаменитый физик Альберт Эйнштейн утверждал:

Эйнштейн считал, что его теория полей многое упрощает в физике. Несмотря на то что она использовалась для объяснения неуловимых явлений природы вроде гравитации и магнетизма, а также проявлялась на микроскопическом уровне, я почти не встречал упоминаний о ней в исследованиях по медицине. Часто говорится о потенциалах действия, мембранных потенциалах и потенциалах покоя, но крайне мало упоминается о магнитном поле, которое их сопровождает. Даже в самых свежих работах, таких как «Принципы нейронауки» Канделя, «Нейронауки» Дейла Первса, «Нейронауки» Беара, Коннорса и Парадизо, а также в «Объясненной нейронауке» Кардинале, очень редки отсылки к этим словам в аналитических указателях. Я помню, как, будучи подростком, сыпал железные опилки на магнит и смотрел, как они упорядоченно располагались вдоль силовых линий поля. Затем наступило время «Затерянных в космосе» и «Звездного пути». Благодаря мощным силовым полям «Юпитера II» и корабля «Энтерпрайз», члены команды окружили себя невидимыми непроходимыми барьерами, способными выдержать нападение самых враждебных цивилизаций. Сегодня научная фантастика продолжает о них мечтать: поля, помогающие защитить наши города от мощных ураганов и торнадо, вызванных происходящими на планете климатическими изменениями; поселения под толщей океана и под защитой силовых заслонов, делающих их менее уязвимыми перед лицом вражеской армии; силовые поля, оберегающие нас от будущих пандемий, способных поставить под угрозу выживание нашего вида.

Корни этой концепции уходят в изучение электрических феноменов в начале XIX века. В 1819 году датский физик Ханс Кристиан Эрстед случайно заметил, что при замыкании электрической цепи магнитная стрелка, находящаяся рядом, отклонилась. Спустя год Андре-Мари Ампер предположил, что в основе всех магнетических явлений лежат электрические феномены, и доказал, что электрический ток не только способен создать магнитное поле вокруг проводника, но и сам может подвергнуться его влиянию. Становилось все очевиднее, что магнетизм является результатом действия электрического тока. Концепция поля появилась в 1831 году благодаря Майклу Фарадею, доказавшему в ходе эксперимента, что получить ток в цепи из витков проволоки, намотанной на бобину, можно с помощью магнита. Он способен преобразовывать магнетизм в электрическую энергию. Для появления электричества нужно лишь подвигать магнитом внутри обмотки из проводов. Чем больше витков на бобине, тем больше вырабатываемое напряжение. Спустя годы это экстраординарное открытие будет использовано Томасом Эдисоном для создания электростанции, обеспечивающей электричеством весь Нью-Йорк. Паровые турбины заставляли огромные бобины с проводами двигаться вокруг магнитов и таким образом генерировать электрический ток, который передавался по всему городу.

Сегодня открытия Эрстеда, Ампера и Фарадея имеют многочисленные применения в нашей обыденной жизни. Телеграф и телефон относятся к первым изобретениям, рожденным благодаря их находкам. Позднее к ним присоединились двигатель и динамо-машина, радио и телевидение. Относительно недавно в список вошли магнитные ленты, диски и цилиндрические магнитные домены для хранения данных. Магнитно-резонансная томография и транскраниальная магнитная стимуляция – вот два важнейших способа их использования в медицине. Но, несомненно, самое значительное свое развитие они получили в информатике, включая три области: магнитная и оптомагнитная запись, а также память на цилиндрических магнитных доменах (пузырьковая память).

В настоящее время нам известно о наличии и других типов полей: гравитационных, электрических, квантовых. За последние годы уверенно утвердилась идея о существовании единого поля, порождающего энергию, материю и физические законы, управляющие поведением видимых объектов в этом конкретном секторе реальности. Эрвин Ласло, руководитель Будапештского клуба, заявляет о присутствии космического поля, которое сохраняет и передает информацию, а также включает в себя само сознание[189].

Мы сделали обзор некоторых базовых принципов электромагнетизма и концепции полей с целью объяснить действие на расстоянии, которое один предмет оказывает на другой в отсутствие физического контакта. Теперь давайте пойдем дальше и проанализируем возможность того, что разум и мозг могут представлять собой какое-то из упомянутых нами полей или их типов со схожими характеристиками.

Идея о том, что разум представляет собой некое поле, выдвигалась и раньше. Карл Поппер поддерживал мнение, что человеческое сознание может быть проявлением силового поля, порожденного в мозге. Исследователи, среди которых Линдаль, Архем и Либет, развивали эту мысль, хоть природа этого поля и продолжала оставаться тайной. В начале XXI века биолог Джонджо Макфадден[190] заявил, что сознание возникает из электрического поля мозга, и его мнение не оригинально. Уже давно известно, что мозг генерирует свое собственное силовое электромагнитное поле. Ток, бегущий по проводам, состоящим из более 100 миллиардов нейронов, создает свое собственное силовое поле. Благодаря ему возможны снимки, получающиеся в результате томографии мозга, энцефалограммы и транскраниальной магнитной стимуляции. С помощью магнитоэнцефалографии можно выявить функциональную активность коры мозга.

Однако магнитное поле нейронов незначительно. Выброс тысяч нейронов, активированных одновременно, генерирует поле в миллион раз меньше того, что производит земля, или линии электропередачи, или движение металлических объектов вроде лифтов или автомобилей. Еще одно доказательство того, что магнитные поля мозга каким-то образом вовлечены в мыслительную деятельность, встречается в исследованиях канадского психолога Майкла Персингера[191]. Он считает, что мистические состояния могут быть вызваны колебаниями электрической активности в определенных зонах височной доли мозга. Как он в этом убедился? Оказывая воздействие магнитными полями на мозг испытуемого. Такая процедура, известная под названием «транскраниальная магнитная стимуляция», вполне безвредна и легко осуществима. Электрический разряд, вызванный аппаратом, мгновенно изменяет электрическую деятельность мозга подопытного на небольшом ограниченном участке нервной ткани. Для этого на голову надевают шлем с бобинами и пропускают ток, который проходит сквозь череп. Этот ток меняет электрическую деятельность в зонах мозга, расположенных точно под бобинами.

Персингеру удалось вызвать переживания духовного характера у более 1000 испытуемых, участвовавших в эксперименте. Тип этих ощущений, судя по всему, зависел от того, какая именно область височной доли подвергалась стимуляции. Например, воздействие на правую височную долю провоцировало появление персонажей вроде демонов или инопланетных существ, традиционно считающихся злобными и темными. Пришельцы возникали ночью, когда объект спал, и извлекали его из тела, чтобы доставить на свой корабль и проводить над ним биологические опыты или вынуждать вступить в связь с представителями своего вида (обычно женского рода). Если же стимулировали правую височную долю, происходила встреча с существом более высокого духовного порядка или с самим Богом. Электрические разряды в гиппокампе порождали ощущения спокойствия и благополучия, а вот воздействие на миндалевидное тело вызывало в основном сексуальное желание. Еще одной важной находкой стало понимание, что тип духовных существ, появляющихся во время стимуляции, во многом определялся уровнем культуры человека.

В настоящее время магнитное воздействие на мозг, основанное на изложенных выше принципах, позволило лечить многие психологические и психические нарушения, например аффективные расстройства при депрессии.

Какое же значение может иметь магнитное поле, охватывающее весь мозг и порожденное электрической деятельностью всей нейронной сети?

В начале этой главы мы перечислили многие из применений электромагнитных полей, открытых Эрстедом, Ампером и Фарадеем. Если чему-то мы и научились за время существования науки, так это тому, что в природе все имеет свой смысл, пользу и значение. Какова же роль общего магнитного поля, распределенного по ткани мозга?

Я твердо уверен, что магнитное поле мозга вовлечено во многие умственные процессы: обработку и сохранение данных, а также, возможно, порождение и сохранение человеческого сознания. Так считают Джонджо Макфадден и Сьюзен Покетт, которых я цитировал в начале книги. Однако поля могут выполнять и другие функции: поля, придающие форму, весьма вероятно, задействованы в морфогенезе, организации и моделировании разных биологических структур, из которых состоит живое существо. И это еще не все: поле может позволить двум предметам притягиваться, так же как это делает гравитационное поле, сближающее два тела и гармонично и упорядоченно удерживая их в тесном контакте. Наконец, поля являются еще и передатчиками информации. И тут возникает вопрос: откуда и куда?

Я утверждаю, что электромагнитное поле мозга – это тонкая структура, задействованная во многих процессах обработки и накопления информации, а также при появлении сознания. Однако, помимо этого, я полагаю, что электромагнитное поле мозга соединяет две разных области реальности: физическую и ментальную. Не премину напомнить, о чем я твержу на протяжении всей книги: обе области являются физическими, но их несущая материя состоит из разных наборов фундаментальных частиц, делающих их уникальными. Именно эта тайна спрятана за загадочным разумом и мыслящей субстанцией Декарта. Информация постоянно путешествует между видимым и невидимым мозгом. Так же как мы сохраняем данные на жестком диске компьютера или на USB-носителе, нажав на иконку «сохранить», природа постоянно сохраняет информацию и в том, и в другом мозге с того момента, как она поступает в нервную ткань от органов чувств. Благодаря электромагнитному полю биологического мозга эти две структуры, видимая и невидимая, принадлежат друг другу, подобно планетам, что вращаются вокруг Солнца, или двойным звездам, связанным общей гравитацией.

Невидимый мозг был там всегда, но до сих пор мы не могли догадаться о его существовании. Только сейчас фрагменты головоломки стали складываться в единую картину: целый список необъяснимых для традиционных моделей явлений; присутствие электромагнитного поля по всей обширной нейронной сети и его таинственные функции; существование другого типа материи, отличной от привычной нам, – той, которая, по нашему мнению, является физической материей мозга в более тонкой области реальности.

Невидимый мозг, параллельно соединенный с нашим биологическим мозгом, похоже, и является пунктом назначения для информации, передаваемой через глобальное магнитное поле, порожденное нейронной сетью.

Существуют и другие возможности, помимо электромагнитного поля мозга. Другая версия того, как разум оказывает прямое воздействие на тело, известна под названием «психофизический параллелизм». В соответствии с ней две вселенные, существующие в разных сферах реальности, могут быть связаны и оказывать взаимное влияние.

Первые представители такого типа дуализма пытались прибегать к Богу, чтобы разобраться с проблемой, поставленной Декартом. Естественно, ни шишковидная железа, ни животные духи не могли считаться решением. И они оставили его Богу. Разум и тело не могут взаимодействовать посредством какой-либо известной нам субстанции, но попытки повлиять мыслью на тело и наоборот представляют собой ценные моменты, «оказию» для Бога, чтобы вмешаться напрямую. Так и происходит влияние физической субстанции на ментальную и наоборот.

Арнольд Гейлинкс (1624–1669), Луи де Лафорж (1632–1666), Жеро де Кордемуа (1626–1684) и Джоанн Клобера (1622–1665) были первыми, кто принял точку зрения, известную как окказионализм[192]. Но лишь Николя Мальбранш дал ей более конкретное выражение. В своей книге «Беседы о метафизике и религии», написанной в форме диалога между Теодором (который представляет Мальбранша) и Ариосто, нападающим на него с вопросами, он пытается решить старую дилемму, прибегая к теории естественных причин. Действие, которое разум оказывает на тело, а тело на разум, – это удобный случай, которым пользуется Бог, чтобы по своей воле проявить таинственное влияние этих двух субстанций. Человеческое существо является лишь безмолвным зрителем, неспособным осуществить никакое видимое действие в обитаемой им среде: ни произнести простое слово, ни пошевелить конечностью. Здесь нам на помощь и приходит Господь, становясь тем мотором, который по его воле запускает столь желанное движение. Стремления разума и тела взаимны и одновременны.

Взаимодействие «разум—тело», по версии психофизического параллелизма, обретает новую силу с появлением на сцене немецкого философа Готфрида Лейбница. Рожденный в Лейпциге в 1646 году, Лейбниц считается одним из самых важных представителей эпохи Просвещения. Он стал знаменит тем, что изобрел исчисление бесконечно малых почти одновременно с Исааком Ньютоном. Среди его философских трудов выделяется «Монадология» (1720), «Рассуждение о метафизике» (1686) и «Новые опыты о человеческом разумении» (1765) (последняя книга вышла уже после его смерти). В своих произведениях Лейбниц вводит понятие предустановленной гармонии. Давайте посмотрим, что она из себя представляет.

Лейбниц видел ее как идеальное соответствие между монадами[193]. Они не имеют ни окон, ни отверстий, через которые что-либо могло бы войти или выйти. Как же тогда объяснить, что бесконечное множество монад способно действовать, прекрасно согласуясь между собой? Ученый прибегает к концепции предустановленной гармонии: монады существуют в гармонии, установленной Богом с самого начала времен. Нет никакой субстанции-посредника, есть идеальная связь. Чтобы лучше объяснить свою мысль, Лейбниц приводит пример двух маятниковых часовых механизмов, находящихся в полной синхронии. Для ее достижения часы были изготовлены так, чтобы их можно было привести в совершенное соответствие между собой. Лишь это гарантирует достижение гармонии. Источник этой синхронии – Бог. Он единственный истинный посредник между вещами. В «Монадологии» мы находим пояснение:

Похоже, в последние годы появилась новая версия окказионализма Мальбранша и теории предустановленной гармонии Лейбница. Она не прибегает к идее Бога для объяснения связи между двумя взаимодействующими материальными частицами, находящимися на расстоянии миллионов световых лет друг от друга. Однако так называемая квантовая запутанность знакомит нас с элементом почти мистическим, который сразу напоминает нам об этих двух вариантах психофизического параллелизма. Во введении к книге «Запутанность» физик Амир Ацель, профессор Университета Бентли в Уолтхэме, штат Массачусетс, пишет:

Это очень похоже на утверждение Мальбранша и Лейбница о том, что ментальные и материальные события происходят параллельно, сохраняя между собой строгое соответствие и не имея при этом ни малейшего физического контакта. Что же представляет собой запутанность?

Вообразите, что перед вами стоит маг и собирается осуществить уникальное, невероятное действие. Для этого ему понадобится лишь пара игральных кубиков. Но эти кубики наделены волшебным свойством: они обладают таинственной связью. Один из них находится в Нью-Йорке, у вас, а другой – у вашего друга в Лондоне. Фокус состоит в следующем. У обоих кубиков шесть сторон. Если у вас в Нью-Йорке выпадет шестерка, то у вашего друга в Лондоне, бросившего кубик одновременно с вами, верхней стороной тоже окажется шесть. Если же вы наугад бросите еще раз и выпадет три, то другой кубик снова ляжет такой же стороной – тройкой. Каждый раз, когда вы наудачу кидаете кости, оба кубика поворачиваются одинаковой стороной. Говоря языком современной физики, их квантовые состояния взаимозависимы. Не имеет значения, какое расстояние их разделяет, – строгое соответствие между поведением первого и второго кубиков всегда сохранится.

А теперь представьте две частицы, например два фотона. Они находятся в запутанном состоянии[196] (помните про волшебные свойства игральных кубиков). Эти два фотона запускаются в пространство из одной точки, но в противоположных направлениях. На их пути есть два детектора, установленные на одинаковом расстоянии от точки запуска. Детекторы нужны, чтобы узнать свойство частиц – спин. Спин, если объяснить по-простому, это вращение частицы по отношению к определенной оси (ось может быть направлена горизонтально, вертикально или под наклоном). Если бы фотон был нашей планетой, то спин стал бы той характеристикой, которая определяет ее вращение вокруг слегка наклонной вертикальной оси. Понять нетрудно. Теперь продолжим описание нашего эксперимента. Запустим фотоны в противоположных направлениях и зарегистрируем с помощью датчиков данные этих призрачных частиц. Если пара фотонов находятся в запутанном состоянии (магическое свойство кубиков), то оба спина окажутся согласованы. Так и происходит на самом деле. Когда мы замеряем спин одного фотона с помощью детектора, это обязывает спин второй частицы демонстрировать такие же показатели. Эйнштейн назвал это призрачным действием на расстоянии.

Если все понятно, мы можем перейти к следующему пункту. Ведь квантовая запутанность открывает перед нами перспективу еще более волшебного действия – квантовой телепортации.

Представьте, что вы смогли перепрыгнуть на 1000 лет вперед. Вы стоите в Лос-Анджелесе в 3015 году, а через пару часов у вас важная встреча в Лондоне, с другой стороны Атлантического океана. Вы торопитесь к недавно запущенному терминалу, показываете билет, и вас пропускают в закрытую зону. Там вы входите в специальную камеру и ждете несколько секунд. Считывающее устройство быстро сканирует ваше тело и полностью извлекает составляющую его информацию. Если перевести на язык современной физики, устройство считывает квантовое состояние всех ваших частиц. Данные отправляются напрямую в Лондон. Всего несколько мгновений, и ваша копия воспроизводится на принимающей станции на основании совокупности информации, полученной минутой ранее. Ваше сознание ненадолго приглушается, а затем – о чудо! – вы стоите в Лондоне и готовы присутствовать на запланированном собрании. Не важно, что ваше первоначальное тело было дематериализовано, превращено в энергию, а потом снова материализовано на принимающей станции. Не имеет значения, что с помощью пересланной информации мы создали новое тело, точную реплику оригинального образца, из атомов и молекул, обнаруженных в месте назначения. Пусть это описание похоже на сцену из научной фантастики, но передача фундаментальной частицы посредством телепортации уже перешла из разряда чудес в реальность. Более того, телепортация фундаментальных частиц, например фотонов, сегодня происходит совершенно обыденно. Но получится ли когда-нибудь телепортировать большие предметы, например тарелку, цветок или даже человека?

Последние исследования говорят о том, что, возможно, законы квантовой механики получится применить и к классической области. Как утверждает Влатко Ведрал в своей статье, опубликованной в Investigación y Ciencia: «Квантовая механика описывает не только поведение микроскопического мира. Ее влияние ощущается на всех уровнях: в растениях, птицах и, наверное, в человеческих существах тоже»[197].

В настоящее время проводится огромное количество исследований в попытках заметить квантовые эффекты в масштабах, которые сильно превышают размер атома. Многие уверены, что законы квантовой механики проникают в макромир нашего повседневного опыта[198].

Если окажется, что так оно и есть, то откроется куда более фантастическая и невероятная возможность, нежели квантовая телепортация фотонов, – передача содержимого разума от одного процессора к другому, то есть между видимым и невидимым мозгом, расположенными в разных сферах реальности.

Если квантовый эффект распространяется на классический мир, как это предполагают современные исследователи, то можно допустить, что не только две частицы, но и два мозга могут находиться в запутанном состоянии, то есть являться частями единой системы. Видимый мозг и его невидимый партнер взаимодействуют на протяжении всей жизни, как это иногда делают запутанные частицы. И запутанные частицы, и запутанные разумы являются двумя компонентами одной и той же системы. Это делает возможным трансляцию информации из видимого мозга в невидимый посредством квантовой телепортации или с помощью какого-то неизвестного ее варианта, как мы можем наблюдать в случае с запутанными фотонами.

Мы живем в XXI веке. Приходится признать, что, если оставить в стороне божественное вмешательство, частицы все равно остаются связаны таинственным образом, возможно, на очень глубоком уровне, так же как находятся во взаимодействии явления физические и ментальные благодаря окказионализму или теории предустановленной гармонии.

Не нужно обладать высоким интеллектом, чтобы понять, что человеческий разум мастерски справляется с кибернетическими операциями: приемом, кодированием, передачей, хранением и извлечением информации. Даже не принимая в расчет наше осознанное знание и игнорируя сложные современные технологии для создания запутанных фотонов и запуска их с одного конца Вселенной в другой, наш разум способен породить богатый и разнообразный внутренний мир. Настоящая виртуальная реальность каждую ночь разворачивается перед нашими глазами, когда разум и сознание спокойно отдыхают. Во сне разум пользуется всеми возможностями своих программ для репликации и приведения в порядок информации, полученной в часы бодрствования. Те счастливчики, что умеют в ясном уме входить в область сновидений, отмечают, что пейзаж и обстановка, предстающие перед ними, в большинстве случаев являются сильно улучшенной версией физической реальности.

Природа охраняет от нас свои секретные крепости, в которые людям еще не удалось проникнуть. Восстановление информации в новом процессоре в момент смерти человека – всего лишь еще одна кибернетическая операция этой невероятной машины-генератора изобретений (такое название дал Ник Лейн в своей книге «Десять великих изобретений эволюции»).

Передача информации от видимого мозга к невидимому осуществляется благодаря полям физической природы или посредством какой-то неизвестной разновидности квантовой запутанности, как мы предположили и кратко описали в главе о взаимодействии разума и мозга.

Невидимые тело и мозг требуют такого же окружения: места, подходящего для того, чтобы можно было двигаться и взаимодействовать с объектами и другими личностями, порожденными этой средой или явившимися из нашей видимой реальности.

Способны ли мы сейчас познать мир, с которым начинаем знакомиться лишь после того, как наш физический мозг прекращает свое функционирование?

Давайте представим, что однажды утром мы решили отправиться из Боготы, расположенной в Латинской Америке, в Париж. Что мы будем делать в первую очередь? Наверное, попытаемся найти среди наших знакомых того, кто уже бывал в Париже. Если получится, то расспросим его о деталях путешествия, которое собираемся осуществить. Какое из средств транспорта, способных нас туда доставить, является самым надежным и безопасным? На каком языке общаются местные жители? Также логично было бы спросить о том, где лучше разместиться и насколько безопасно жить в этом районе и контактировать с окружающими людьми. В итоге, скорее всего, мы купим путеводитель, где и найдем ответы на большую часть своих вопросов. Только так у нас получится выжить в окружении, отличающемся от того, к которому мы привыкли.

Итак, рано или поздно нам всем предстоит самое важное в нашей жизни путешествие. И мне кажется неразумным и неосмотрительным ждать приближения этого момента, даже не предпринимая попыток выяснить, что нас там ожидает. Так что же мы можем сделать?

На протяжении древней и новой истории поступали сообщения от субъектов, утверждающих, что им удавалось мельком увидеть эти неизвестные территории. Находились и те, кто считал, что им удалось частично познакомиться с географией тех обширных регионов, которые ожидают нас, когда разум и сознание человека покинут свое земное прибежище. Предсмертные переживания или опыт выхода из тела мгновенно отбрасывают нас в окрестности этих неизведанных земель. Видения в момент смерти, пережитые в конце XIX века теми, кто стоял на пороге гибели, помогали им взглянуть на те сценарии, которые вот-вот перед ними развернутся.

Одним из первых подобных отчетов мы обязаны Уильяму Барретту, профессору экспериментальной физики из Дублинского университета, члену Королевской академии Великобритании. Все случилось 12 января 1924 года. Свидетелем события была его супруга, доктор Флоренс Барретт, специализировавшаяся на гинекологии и акушерстве и работавшая в то время в Клэптонской больнице. Как утверждает Барретт, видения на пороге – это частое явление. Поразительным в его заметках является следующий факт: умирающий не имеет представления о том, что тот или иной человек уже скончался, поэтому его удивляет встреча с уже погибшим родственником, ведь он по-прежнему считает его живым. Тем утром доктор Барретт получила срочный вызов на роды пациентки, страдающей серьезным сердечным заболеванием. Ее состояние было нестабильным, поэтому прогнозы были сдержанные. Приняв ребенка, врач направилась в другие палаты, чтобы сделать обход пациентов. Когда она вернулась, состоялся следующий разговор, который сразу был записан доктором:

Однако на этом все не закончилось. Самое необычное событие нашей истории было зафиксировано директором больницы, а затем подтверждено матерью пациентки:

Барретт сумел достать также свидетельство матери, находившейся на месте событий. Оно не противоречит всему вышесказанному:

Ослепительное сияние, чудесные создания и встречи не только с близкими, которые давно умерли, но и с теми, о кончине которых пациенту не было известно. Много описаний подобных случаев публиковалось, и рассказы были настолько трогательными, что впечатлили даже Шарля Рише, нобелевского лауреата по физиологии, который не верил в сохранение личности после смерти. Говоря о подобном опыте, профессор Рише утверждал следующее:

Конечно, исследование этих невидимых областей также может проводиться путем развития сверхъестественных способностей, способствующих обострению нашего обычного восприятия. К ним относится ясновидение – способность разума различать, что происходит на большом расстоянии, не используя при этом привычные органы чувств. Если такая способность позволяет нам воспринимать информацию за пределами известных чувств, то можем ли мы распространить ее охват и направить на исследование нефизических реальностей природы?

Если вас заинтересовала эта тема, то вы можете самостоятельно изучить записи, оставленные первыми исследователями: шведским ясновидцем Эмануэлем Сведенборгом, Эндрю Джексоном Дэвисом, так называемым Пророком Нового Откровения, преподобным Стейнтоном Мозесом и знаменитым ирландским теософом Чарльзом Ледбитером. В своих книгах «Небеса и преисподняя», «Земля вечной весны», «Духовные учения», «По ту сторону смерти», «Астральный план и ментальный план» эти ясновидцы, по их словам, представляют подробное описание того, какая обстановка и какие условия ждут нас после того, как разум и сознание покинут свой материальный носитель[203].

Еще одной возможностью исследования невидимых областей является развитие разновидности экстрасенсорного восприятия – телепатии. Этот термин был впервые употреблен в конце XIX века Фредериком Майерсом и охватывает все типы передачи информации (мысли, эмоции, чувства и ментальные состояния) от одного разума к другому без использования органов чувств. Если телепатия позволяет обмен информацией между двумя разумами, обитающими в физических телах, то можно ли ее применить для коммуникации между двумя разумами, один из которых обладает телом, а другой – нет?

Проведенные исследования доказывают, что, несмотря на трудности, которые представляют собой подобные изыскания, этого вполне можно достичь. Оливер Лодж, выдающийся британский физик, заявил, что поддерживал постоянную связь со своим сыном Реймондом, погибшим в битве Первой мировой войны. Подобное стало возможным благодаря сверхъестественным телепатическим способностям госпожи Леонард Осборн, одной из звезд Лондонского Общества психических исследований начала XX века. Записи об этом выдающемся событии сохранились в «Трудах Общества психических исследований», а также в книге, изданной Лоджем в сокращенном варианте под названием «Реймонд, или жизнь и смерть» (1916).

Несомненно, свидетельство Лоджа не уникально. Широко известен отчет об объемном исследовании, осуществленном медиумом Дрейтоном Томасом. Более 500 сеансов с этим могущественным экстрасенсом на протяжении 30 лет убедили церковнослужителей в реальности продолжения жизни после смерти. Результаты его наблюдений вылились в три произведения, хорошо известных публике того времени: «Новые свидетельства жизни человека после смерти» (1922), «Жизнь после смерти, с доказательствами» (1928) и «Экстраординарный эксперимент» (1936), не считая дюжины научных работ, изданных в трудах и журнале Американского Общества психических исследований, филиала Общества в США, а также публикаций Международного метапсихического института в Париже, основанного нобелевским лауреатом по физиологии, доктором Шарлем Рише.

Наверное, самым ярким доказательством служит так называемая перекрестная переписка – хитроумный способ, цель которого – сделать очевидной телепатию между живыми людьми.

Исследователи начала XX века отлично понимали, что следует рассмотреть и этот вариант среди способов коммуникации, прежде чем уверенно утверждать, что имела место связь между физическим разумом и его невидимой копией. Содержание сообщения могло появиться из подсознания самого медиума или тех, кто присутствовал на сеансе. Медиум, используя экстрасенсорное восприятие, способен получить информацию из ума ассистентов с помощью «космического Интернета», а затем, благодаря способности нашего подсознания к драматизации, в совершенстве воспроизвести личность умершего субъекта. Как же исключить эту накладывающую ограничения возможность?

Можно ли положиться на подобные отчеты, чтобы составить представление о среде, которая нас ждет после того, как невидимые тело и мозг отделятся от своих материальных спутников в момент смерти?[204]

Как я уже упоминал, учеными осуществлялись лишь попытки изучения, в ходе чего они опирались на две способности: ясновидение и телепатию, которые у части людей развиты настолько, что их нельзя сравнить с другими. Но, к несчастью, границы этих качеств нам неизвестны. Когда телепатия и ясновидение смешиваются с другими экстраординарными и нормальными способностями – например, с талантом бессознательного, пантомнезией (способность помнить все), некоторыми разновидностями ксеноглоссии (способность разума говорить на языках, которые он не мог выучить в естественных условиях), – проблема становится комплексной и очень трудной для исследования. Существует ли истинная коммуникация между материальным разумом и тем, что находится вне человеческого тела? Или, с другой стороны, наделен ли «живой» разум такими способностями, которые отвечают за связь человека с его усопшим любимым?

По нашим представлениям, Вселенная – это гигантский природный компьютер, умело осуществляющий бесконечное количество одновременных вычислительных операций. Разум способен мгновенно создавать сотни копий себя самого, при этом каждая из них будет содержать одну и ту же информацию, одинаковые программы и, конечно, обладать некоторой степенью интеллекта, как современные компьютеры. Симуляция личности умершего человека не представляет особого труда для клонов (или клона), созданных бессознательным разумом. Звучит фантастически, но так оно и есть. Существуют свидетельства, доказывающие, что многие способы коммуникации можно объяснить, не обращаясь к уже умершим разумам, которые продолжают свое бытие в какой-то альтернативной реальности. Что же можно сделать?

Фредерику Майерсу, одному из основателей Лондонского Общества психических исследований пришла в голову гениальная идея – так называемая перекрестная переписка, или эпистолярный обмен. В качестве своих эмиссаров он использовал умерших ученых, которые при жизни исследовали проблему сохранения личности. Общение происходило через медиумов, находящихся в разных частях мира. Некоторые из них были знакомы, другие – нет. Однако и те, и другие не знали о том, какой именно работой они занимались. Данные, полученные в процессе коммуникации, в основном представляли собой фрагменты литературных произведений. По отдельности они не обладали никаким смыслом. Медиумы через послания получали приказ передать отрывки в штаб-квартиру Лондонского Общества психических исследований. Там фрагменты соединялись и обретали смысл. Это похоже на элементы головоломки. Лишь когда подберешь и соединишь их, становится ясным переданное сообщение[205].

Таким образом, некоторые исследователи считают, что они сумели преодолеть то, что представляет собой серьезное препятствие для окончательного доказательства сохранения личности после смерти, а именно телепатию и ясновидение между живыми людьми.

Один из самых завораживающих экспериментов на тему коммуникации между двумя живыми разумами без использования известных нам чувств провел американский психолог Гарднер Мерфи, который в то время занимал высокий пост на кафедре психологии в Колумбийском университете (США). Подопытными выступили знаменитый американский писатель Гарольд Шерман и исследователь Арктики Хьюберт Уилкинс. Шерман, помимо написания эссе и романов, занимался изучением малознакомых нам возможностей разума, таких как экстрасенсорное восприятие, и сумел развить свои телепатические способности до невероятного уровня[206]. Уилкинс, фотограф и авиатор, был одним из первопроходцев Арктики: он совершал полеты на низкой высоте, которые помогли составить карты этой местности. Все произошло в 1937–1938 годах, когда Уилкинс отправился искать русских пилотов, пропавших на Северном полюсе. Три раза в неделю, примерно в 23:30, находясь в своем кабинете в Нью-Йорке, Шерман пытался уловить все, что произошло за тот день с Уилкинсом в Арктике. Шерману следовало быть очень осмотрительным и отличать те образы, которые он получал из разума Уилкинса, от порожденных своим собственным воображением. Ночью Уилкинс должен был перечислять все события, случившиеся с ним в течение дня, в то время как Шерман пытался уловить содержимое разума своего собеседника. Шерман даже утверждал, что образы, которые поступали ему напрямую из разума Уилкинса, сопровождались восприятием чувств, которые арктический исследователь переживал во время передаваемых событий. Именно чувства, по словам Шермана, были тем двигателем, который давал импульс и силу мысли. Результаты этого эксперимента были тщательно зафиксированы в труде под названием «Мысли сквозь пространство», и те, кто интересуется экстрасенсорным восприятием и развитием паранормальных возможностей мозга, могут с ней ознакомиться. В книге есть две очень интересные главы о способе получения мыслей и о том, какую роль играют эмоции при телепатической передаче[207]. Шерман и Уилкинс на этом не остановились и использовали этот ресурс сверх всяких ожиданий. Телепатические способности, которые позволили им с успехом справиться с описанными выше испытаниями, использовались при попытке Шермана связаться с Уилкинсом вскоре после его смерти в 1958 году. Если Шерману удавалось получить впечатления непосредственно из разума Уилкинса, то что помешало бы ему продолжить улавливать информацию из сознания своего друга в случае, если тот смог пережить смерть своего телесного сосуда? Вот, что нам сообщает Шерман:

Судя по всему, после смерти Уилкинса произошло два телепатических контакта:

Давайте обратимся к некоторым из записей, сделанных Шерманом во время первой серии воздействий:

Теперь приведем отрывки, которые стали результатом второго сеанса передачи сообщений:

Именно случившееся с Джорджем Ритчи послужило мотивом, который подтолкнул Рэймонда Моуди к изучению необычных переживаний, представленных публике в середине 1970-х с выходом первой книги, описывающей состояние разума на пороге смерти, – «Жизнь после жизни». В ней Моуди сделал первые наброски того, что позже станет известно как околосмертный опыт. Это серия событий, пережитых теми, кто находился на краю гибели из-за аварии, тяжелой болезни или стихийного бедствия, угрожающего неминуемой смертью. Краткий пересказ произошедшего с Ритчи был включен Моуди в книгу. Автор утверждает, что это повествование можно отнести к одному из «четырех самых фантастических и лучше всего задокументированных среди всех историй, которые я анализировал»[212]. Позже Ритчи опубликовал свой необыкновенный рассказ в книге под названием «Вернуться из завтрашнего дня», где подробно описал, через что ему довелось пройти в 1940-х, когда он служил офицером в армии Соединенных Штатов. Важно отметить, что речь идет о непосредственном опыте человека, позже посвятившего себя медицинской практике, специализируясь на психиатрии. Ритчи рассказывает, что во время прохождения службы в армии США в 1943 году, в лагере Баркли, который находился в Техасе, его здоровье было подорвано тяжелой пневмонией. Она и стала причиной его околосмертного опыта. Сразу после того, как он потерял сознание при прохождении рентгена органов грудной клетки, его отвезли в отделение интенсивной терапии, где дежурный медик признал его мертвым. Спустя какое-то время (точный интервал автор не называет) он приходит в себя. Не увидев ни одной живой души вокруг, он встает, чтобы найти одежду, которая на нем была, когда его повели на рентген легких. Он спрыгивает на пол и тут же потрясенно замечает, что на кровати остается лежать чье-то распростертое тело. Сбитый с толку, он направляется прочь из комнаты в поисках других людей, которые объяснили бы ему, что за странности с ним происходят. Он быстро проходит через палаты, где спят его товарищи, и вдруг сталкивается с сержантом, который его чуть не сбивает с ног, поскольку даже не замечает его присутствия. Ритчи продолжает свой путь и подходит к железной двери, ведущей прочь из лагеря. Приведу здесь отрывок, где он рассказывает, как обнаружил себя за пределами лагеря, в котором располагался:

Несмотря на невероятность происходящего Ритчи понимал, что он переживает нечто очень странное, но абсолютно реальное:

Тогда-то Ритчи и вспомнил о сержанте, с которым столкнулся до того, как вышел за пределы лагеря и который тоже не заметил его. Много вопросов вихрем закружились в его голове. Если сержант и неизвестный мужчина, с которым он столкнулся у входа в бар, не увидели его, что же тогда произойдет, когда он доберется до армейского лагеря или до факультета медицины в Университете Вирджинии? Полностью осознавая свое одиночество, он вспомнил о теле юноши, который делил с ним кровать в момент, когда он пришел в себя, и о том, что случилось после потери сознания в кабинете, где проводятся рентгеновские обследования. Чье это было тело? Что, если это было его собственное тело, которое он таинственным образом покинул, когда встал со своего смертного одра? Когда он сможет его вернуть?

Ритчи немедленно отправляется обратно и делает это настолько быстро, насколько может двигаться призрачное существо в том странном месте, где он находится. Прибыв в Баркли, ему приходится отправиться на отчаянные поиски, самые странные в его жизни, – на поиски своего материального тела:

Однако врач никак не реагировал. Казалось, он не слышит его. Ритчи все еще оставался погруженным в свои мысли. Он решил найти то, что всего несколько часов назад принадлежало ему безусловно, – свое собственное биологическое тело. Но как же отыскать его во мраке ночи среди дюжин тел, растянувшихся на постелях в своих палатах? «Кольцо с буквами пи-гамма-дельта! Ну конечно же… золотое кольцо с овальным камнем – черным ониксом… Как же мне это раньше в голову не пришло?»[216]

Ритчи возобновил свои поиски. Среди всех этих тел должно быть то, на чьем пальце находится кольцо с вырезанными буквами:

То, что произошло дальше, можно кратко пересказать следующим образом. Ритчи, снова стоя перед своим телом, пришел в состояние расстройства и отчаяния: он увидел себя мертвым, но в то же время не ощущал себя таковым. Он полностью находился в сознании и располагал своими умственными способностями. Попытавшись привести в движение собственное тело, прикоснуться к нему, поднять прикрывавшую его простыню, он убедился в том, что это невозможно. Похоже, его физическое тело и его невидимая часть находились в разных мирах.

Вдруг освещение в комнате стало меняться: оно было «намного ярче, намного интенсивнее, чем все, что я когда-либо видел». Вскоре он осознал присутствие рядом сияющего существа, которое он определил, как «сына Божьего». Оно излучало безусловную любовь, неизмеримую, «находящуюся за пределами человеческого понимания; ту, которую невозможно представить». И тут же началась ревизия всей его жизни. Сотни картин молчаливо мелькали на грани его сознания, демонстрируя каждую фазу, каждый аспект, каждый пережитый момент. «Фигуры были трехмерными, они двигались и разговаривали».

И тогда снова и снова стал возникать вопрос, связанный с ценностями жизни: «Как ты прожил свою жизнь?» – «Я интересовался лишь собой», – вновь и вновь появлялся ответ. Неужели ничего ценного не было в эти краткие годы существования?

В это же время произошло следующее: «Я заметил понимающий, теплый взгляд существа, находящегося рядом, от которого я сразу почувствовал себя уверенно… Никаких насмешек, никаких угроз, лишь радость, которая, казалось, говорила мне, что среди ошибок и трагедий есть место бесконечному веселью и удовольствию». Существо его не осуждало – похоже, это делал сам Ритчи. Создание же лишь любило, ничего более.

И вдруг – любовь – причина и цель существования. Сколько ты любил на протяжении жизни? Ты любил других абсолютно и безусловно?

Вскоре Ритчи и сияющее существо отправились в путь. Перед ними открывались многочисленные картины: целые города, полные организмов, лишенных физического воплощения, «движущихся в обычном пространстве». Многие из них покончили с собой в тщетной попытке связаться с любимыми, которые остались в мире живых, «прикованные последствиями своих собственных действий».

Еще одним явлением, привлекшим его внимание, было странное свечение, казалось, исходившее от тех, кто пока еще обладал физическим телом. Те, у кого этого тела больше не было, не имели такого света. Здания и объекты тоже не испускали никакого особенного свечения.

В барах бестелесные существа пытались воспользоваться этим защитным сиянием, чтобы среди живых продолжить наслаждаться выпивкой и предаваться другим порокам, свойственным им при жизни. Они напрасно пытались вернуть навсегда потерянный для них мир. Сцены, похожие на Ад Данте, перемежались с местами, где интеллектуалы могли продолжить свои изыскания благодаря огромным библиотекам, включающим в себя универсальное знание.

На доктора Ритчи это событие, случившиеся с ним в юности, произвело огромное впечатление, и память о нем сопровождала его до самого дня смерти – 29 октября 2007 года.

Кроме описаний околосмертного опыта, есть еще повествования от лица потрясающих людей, которые жили в первой половине XX века, а сегодня считаются самыми выдающимися духовными фигурами всех времен. Одним из таких людей был Парамаханса Йогананда, познакомивший современный мир с Крийя-йогой, зародившейся в отрогах Гималаев. Или Хазур Баба Саван Сингх, самый умелый мастер звукового и светового потока жизни в XX веке.

Околосмертные переживания продемонстрировали нам разные этапы пути, который проходит человеческая личность после высвобождения и перенесения в иную реальность, где продолжает свою эволюцию. Интересный факт о видениях Йогананды и Бабы Саван Сингхи заключается в том, что они описали этапы, которые прошли на пути к оригинальному источнику, на полвека раньше, чем появились работы Моуди, Ринга и Сабома. Продвинутые практики Крийя-йоги и Шурат-Шабд-йоги воссоздают околосмертный опыт. Пережитое теми, кто занимается такими практиками, наверное, придется ощутить всем нам, когда наступит момент покинуть наше земное убежище и вступить в неизведанные области, ожидающие нас по ту сторону реальности. Описание туннелей, потоков света, выхода за пределы собственного тела, прекрасных пейзажей, характерных для астральных и каузальных областей, – все это встречается в таких монументальных работах Йогананды, как «Второе пришествие Христа» (тома 1, 2 и 3), «Беседы Бога с Арджуной» (тома 1 и 2), «Автобиография йога» и «Беседы» (том 1 «Вечный вопрос», том 2 «Космический любовник» и том 3 «Путь к просветлению»). Также можно найти многочисленные отсылки к этим мирам в письмах Хазура Саван Сингхи ученикам («Духовные сокровища» и «Рассвет»). Очень подробное описание методологии и инструкция для достижения этой цели представлены Саван Сингхом в пяти томах его внушительного труда «Философия мастеров», переведенного с языка пенджаби.

Жизненные пути двух этих представителей мистицизма однажды пересекаются. Это происходит именно в тот момент, когда их внимание полностью направлено вовнутрь, в ту темноту, которую мы все видим, закрыв глаза. Йогананда начинает путь с основания позвоночного столба, оттуда поднимается к фокусу восприятия, расположенному за лбом. Саван Сингх отправляется в путешествие из центра сознания, размещающегося между глазами. Эта точка считается центром души. Оттуда индивидуализированное сознание начинает восхождение к небесным областям, описанным разными религиями и философскими школами по всему миру.

Йогананда не скрывает источник своего опыта. Вся его жизнь, посвященная практике невероятно эффективной техники йоги, известной как Крийя-йога, привела к тому, что он развил практически безграничное восприятие, превосходящее все пределы разумного:

Какова же эта невидимая среда, в которую нам предстоит вернуться после того, как оставим свое физическое вместилище (тело) и свой процессор (мозг), что верно служили нам в той области материальной реальности? Дадим слово Йогананде:

Большинство религий прошлого убеждают нас в существовании трех обширных секторов мироздания, где проходит эволюция сознания, приобретающего индивидуальность через нервную систему. Цель – задействовать весь скрытый потенциал, который это сознание хранит в себе. Достичь ее можно только при стимуляции информацией, получаемой органами чувств из материальной вселенной. Из этих строительных блоков собирается богатый и разнообразный внутренний мир, которым обладает каждый из нас. И та человеческая личность, которую мы формируем на протяжении всей жизни, не исчезает со смертью. Ее эволюция проходит во всех трех описанных мирах. Сознание, вместе с программами и информацией, содержащимися в конкретном разуме, приходит и уходит, пока не достигнет своей финальной цели. Эти обширные миры обладают своей собственной средой, и индивидуализированное сознание использует процессор и программы, подходящие для каждой из них. Когда Иисус говорил: «В доме отца моего обителей много», – он имел в виду это многообразие возможных сред, а также то, что эти переходные места сознание использует для собственного личного роста и раскрытия всех своих способностей. Физическая, астральная, каузальная – это вселенные, каждая из которых сделана из своего собственного набора частиц и обладает уникальными силами и законами природы.

Что происходит в момент смерти?

Если верить Йогананде, когда приходит время и разум отделяется от физического тела, индивидуализированное сознание вместе с программами и накопленной информацией переносится в среду, соответствующую его собственному уровню эволюции, в зависимости от поступков, совершенных им за свое земное существование:

Каково же это астральное небо, которое Йогананда исследовал через телескоп своей духовной реализации?

Также автор рассказывает:

Как эти обитатели невидимых миров используют свои чувства и волю?

Он рассказывает, что «их тела могут материализоваться или дематериализоваться по их желанию… все астральные существа свободно принимают любую форму и могут легко общаться между собой»[226].

Как передвигаются жители астрального мира в своем собственном пространстве?

Саван Сингх достиг прямого восприятия этих духовных реальностей с помощью особенной техники – Шурат-Шабд-йоги, или йоги звукового потока жизни. Упоминания о ней встречаются в учениях Гуру Нанака, Кабира Сахиба и 10 сикхских гуру, а также Тулси Сахиба и Сетха Шивы Дайяла Сингха, более известного как Соами Джи (середина XIX века). Способ очень простой. Первая часть техники состоит в том, чтобы сконцентрировать внимание на темном пространстве, которое появляется в области лба, когда закрываешь глаза. Сначала виден лишь мрак. Затем, если продолжать удерживать внимание на закрытых глазах, по прошествии достаточного времени темнота постепенно уступит место мягкому сиянию. У кого-то начинают появляться разноцветные огни. Потом их сменяет небо, усеянное звездами, которые то зажигаются, то исчезают. Следует сосредоточить внимание на самой яркой звезде и удерживать его на ней. Тогда можно заметить, как сознание физического тела начинает рассеиваться, а клубок мыслей заметно уменьшается. Внимание по-прежнему полностью сосредоточено между глазами. Есть лишь внимание и этот психический горизонт. Чтобы помочь сконцентрироваться, мастер техники предложит вам пять разных звуков, которые нужно повторять сначала шепотом, а затем на языке мыслей. Такое ментальное повторение звуков и внимание, полностью направленное в центр темноты, – это первая часть процесса. Когда физическое тело будет совершенно забыто, а разум без малейших отклонений устремлен в средоточие тьмы, тогда придет время второй части процедуры.

Она состоит в том, чтобы по очереди слушать разные типы звуков, «прибывающих сверху». Если сознание идеально сконцентрировано в фокусе, расположенном между бровями, а физическое тело полностью оставлено, есть вероятность, что разум унесется вслед за звуками, к источнику, их породившему. Эти звуки возникают в секторах реальности, отличной от нашей. Так начинается спланированный околосмертный опыт. Разница в том, что нет никакой опасности умереть при попытке пройти через него. Это отправная точка глубоко личного исследования того, что происходит с разумом и индивидуализированным сознанием в момент смерти.

Приведу ниже что-то вроде путеводителя, сделанного учеником Свана Сингха, о котором я прочитал в книге Джулиана Джонсона «С великим мастером в Индии». Рассказ получил полное одобрение мастера и был опубликован для того, чтобы обыкновенный человек имел представление о типе переживаний, через которые ему придется пройти во время своего последнего пути.

На основании опыта, полученного самыми продвинутыми приверженцами этого типа йоги, мироздание разделено на три большие части:

Первая область, которую пересекает путешественник, – это астральный план, расположенный сразу над третьим отделением. Это подразделение второй части называется «Анда»:

Исследование этих миров – долгое и захватывающее приключение:

Можно продолжить описание того, что происходит во время восхождения разума и индивидуализированного сознания по разным планам, мирам и вселенным, принадлежащим к обширному мирозданию, в котором мы находимся. Однако тогда нам придется отклониться от цели, обозначенной в начале этой книги, – обнаружить существование невидимого мозга. В следующей главе подведем краткий итог того, как человеческая личность извлекается в момент физической смерти.

15 мая 2011 года в британской газете Thе Guardian известный ученый Стивен Хокинг сделал спорное заявление, облетевшее весь мир за несколько часов:

Утверждение Хокинга передает актуальную позицию официальной науки, почти всех нейробиологов и когнитивных психологов по отношению к возможности сохранения человеческого разума после смерти материального мозга. Этот подход относит разум к продуктам деятельности мозга. Когда мозг перестает функционировать, разум просто исчезает безвозвратно. Так считает не только Хокинг, но и выдающиеся ученые вроде Эрика Канделя, Антонио Дамасио и Родольфо Льинаса.

Однако не заблуждается ли этот служитель науки, которого многие считают одним из самых блестящих математиков и физиков в мире?

Невероятно, но с точки зрения теории информации и вычислительной науки Хокинг совершил две ошибки. Во-первых, он спутал разум и мозг – все равно, что назвать аппаратное обеспечение компьютера программным. Простыми словами, для Хокинга программы слились с самой физической структурой устройства: разум – это компьютер. Вторым его просчетом было пренебрежение дополнительным, но от этого не менее важным элементом – информацией. Hardware изнашивается. Software и информация – нет, у них другая судьба. Они не стареют и не исчезают после «смерти компьютера».

Теперь, добравшись до последней главы, мы уже способны тщательно рассмотреть проблему, даже если нас нельзя назвать экспертами в информатике и кибернетике.

Всем известно, что компьютер – это физическая структура, которая получает, обрабатывает и сохраняет данные. Электронные и механические части компьютера называются hardware. Но ведь ЭВМ – это не просто набор деталей. Чтобы компьютер функционировал, нужен еще один компонент – программы, которые он использует, чтобы суметь выполнить те задания, на которые запрограммирован. Они не относятся к физической структуре аппарата. Это последовательности, правила, алгоритмы, созданные для осуществления поставленной задачи, то есть обработки данных.

Приобретая компьютер, вы покупаете физическую структуру. Затем нужно купить программы. Как минимум из software вам понадобятся Word, Power Point и Excel, чтобы его запустить. Hardware и software – два разных элемента системы обработки информации.

Если перенести эту аналогию на биологию, то мозг представляет собой физическую структуру, которая собирает, передает и накапливает данные, воспринимаемые нами с помощью органов чувств. Возвращаясь к нашему примеру, в компьютере он относился бы к hardware. Но ему необходим разум, набор программ, которые использует индивидуализированное сознание, чтобы воспринимать, анализировать и понимать реальность. Этими программами, software компьютера, и является то, что мы называем разумом.

Когда Хокинг заявляет, что мозг – это компьютер, прекращающий свое функционирование, когда его компоненты приходят в негодность, он совершенно прав. Ошибка спряталась в следующем предложении. Сказать, что нет жизни после смерти для компьютера, вышедшего из строя, – значит по умолчанию приравнять разум к самому компьютеру. Конечно, физическая структура ЭВМ не сохранится, но зато можно сберечь обработанную информацию и используемое программное обеспечение. Отсюда вытекает, что информация и обрабатывающие ее программы переживут смерть компьютера. Верно утверждение, что компьютер не сохранится. Мне кажется, что для Хокинга разум, мозг и компьютер имеют одно и то же семантическое значение. Минимальные знания нейронауки, когнитивной психологии и кибернетики позволят увидеть, что разум – это не мозг, а мозг определенно похож на физическую структуру компьютера, хоть и в сотни раз ее сложнее.

Однако компьютер располагает не только hardware (физической структурой) и software (программами). Есть еще один элемент, который является душой компьютера. Это информация. Именно здесь мы видим вторую ошибку, которую совершил Хокинг, не принимая в расчет третий компонент, находящийся в компьютере, но не являющийся им. Если в компьютере есть нечто, способное симулировать человеческую личность, то это совокупность постоянно присутствующей информации и набор программ, которые ее обрабатывают. И если есть такой элемент, который можно извлечь из разрушающейся машины, то это именно информация.

Итак, мозг, как и физическая структура компьютера, не сохраняется после повреждения и окончательного износа. Здесь мы согласны. Если разум – это мозг, значит сознание тоже не сохраняется. Но если он ближе к информации и программному обеспечению, то расклад совсем иной. Раз информация и программы сохраняются, значит и разум тоже.

«Всему свой час, и время всякому делу под небесами», – говорил царь Соломон в Екклесиасте. Что-то в этом определенно есть. Теория информации и вычислительные науки дали нам возможность выдвинуть новую гипотезу, а людям – ее понять.

Многие идеи прошлого легли в общую копилку и теперь хорошо представлены в действующих сегодня моделях разума, таких как материализм, нейронная доктрина, компьютационный фокус в его традиционной версии, нейросетевой подход и квантовая парадигма. Однако мы уже заметили, что этого недостаточно. Многие факты и аномальные явления не находят объяснения в вышеупомянутых моделях и заставляют нас снова подумать о том, что все уже было сказано когнитивными науками.

С одной стороны, развитие теории информации и вычислительных наук позволило сделать удивительный вывод, на который мы опирались в нашей работе: информацию можно извлечь, а для ее сохранения необходим физический носитель, который может отличаться от первоначального. Эти две предпосылки много раз повторялись в этой книге. Мы глубоко погрузились в тайну ускользающего понятия под названием «информация», а также выяснили, что все, что содержит наш разум, – это именно информация. Она является самым мощным стимулом для развития и обновления всех способностей, функций и потенциалов разума. Тогда немалая часть этой стимуляции приходит не только через органы чувств, но и в результате уже созданных ментальных репрезентаций – отражений данных, поступивших в сознание как восприятия разного класса. Подобную роль играют ощущения, пробуждаемые в нашем сознании этими сведениями, поступающими как из окружающей среды, так и из недр нашего собственного разума.

Будет ли потеряна вся информация, когда человеческий мозг достигнет конца своего срока эксплуатации и перестанет работать?

В своей последней работе «Будущее разума»[232] Митио Каку, штатный профессор теоретической физики в Университете Нью-Йорка, размышляет о возможности извлечения чего-то, очень похожего на оригинальную человеческую личность.

Он говорит, что можно использовать ДНК мертвого человека и воссоздать его точную физическую копию. Это самая легкая часть. Затем придется восстановить его память. Но для этого необходимо располагать огромным архивом данных, который содержит всю информацию о его жизни, включая мысли, привязанности, эмоции, привычки, намерения и верования. Каку относит сюда также кредитные карты, денежные переводы и личную почту. Чтобы повторить черты личности, придется обратиться к друзьям и знакомым. Они заполнят анкету, где им предлагают ответить на вопросы о характере и индивидуальных особенностях покойного. В результате мы получим примерное представление о том, как реагировал бы субъект на жизненные ситуации. Таким образом, считает ученый, можно говорить о «цифровой подписи» личности, которую мы пытаемся воспроизвести. Другая возможность заключается в том, чтобы построить робота, который будет очень похож на оригинал, и загрузить в него программу, полностью представляющую личность.

Но Каку в своих предсказаниях идет еще дальше. Для этого он упоминает проект «Коннектом». Коннектом – это полная структура нейронных связей в мозге. Считается, что если мы сумеем точно воспроизвести нейронные цепи, то получим цифровой коннектом, который будет копией оригинального. «Все наши воспоминания и личностные особенности уже включены в этот коннектом»[233].

Наконец, зададим себе вопрос: это создание, этот клон, этот «самозванец» и есть оригинальная личность? Можно ли считать это «полноценной заменой оригинала»?

Говоря об извлечении личности, мы, конечно, имеем в виду оригинальную версию, которая включает в себя персонализированную информацию, программы и сознание. Здесь нет места клонам, нагруженным искусственными воспоминаниями или архивами данных, без которых они не способны симулировать личность. Клон – это всего лишь физическое тело и мозг, которым не хватает той первоначальной информации, какой обладал исходный индивид. Из этой информации, организованной определенным образом, и рождается истинная личная идентичность, единственная и незаменимая.

Допустив возможность того, что информация сохраняется, мы подготовили почву для следующего вопроса: каким способом можно извлечь личность человека в момент, когда биологический мозг прекращает функционировать?

Здесь не обойтись без новых открытий космологии и последних достижений физики элементарных частиц. Существует не только видимая материя. В результате современных космологических исследований были обнаружены другие типы материи, что заставляет предположить наличие параллельной реальности, которая организовалась и эволюционировала одновременно с нашей. Ничего не мешает им взаимодействовать друг с другом, а информации, которая является общим элементом для них обеих, – переходить из одного сектора действительности в другой.

Разум состоит из информации, программ и индивидуализированного сознания. Таковы базовые элементы человеческой личности. Поэтому первым и, пожалуй, самым важным шагом на пути к возможности ее сохранения станет логическое доказательство того, что информация, которой обладает разум, не исчезает после смерти материального мозга. Но как это происходит?

Разум человека сохраняется в невидимом мозге с самого момента рождения. Он существует там подобно постоянно обновляющейся резервной копии. Нечто подобное происходит, когда мы вносим новые данные на компьютер (например, сочиняем собственный, очень личный текст). Нажимаем на иконку «сохранить» и информация записывается. Для большей уверенности можно сделать вторую копию на USB-носителе[234].

В этом томе «Невидимого мозга» я перечислил разные известные нам пути, с помощью которых природа могла бы перенести через нервную систему всю информацию, накопленную человеком в течение жизни, на другое устройство хранения и обработки данных.

Такие понятия как «электромагнитные поля», «квантовые поля» и «квантовая запутанность» стали ключевыми для понимания того, как эта информация транспортируется и передается из одного сектора реальности в другой. Следующим этапом встает вопрос, какой же физический носитель можно использовать, чтобы разум продолжил свое существование в других областях. В нашей книге мы выдвинули новую, смелую и оригинальную гипотезу.

Благодаря развитию новых космологических моделей, особенно концепции космического ландшафта (космической мозаики), мы пришли к мысли о том, что наша привычная физическая реальность составляет лишь небольшой сектор куда более глобальной реальности – Мультивселенной. В какой же альтернативной реальности нам предстоит сделать следующую остановку?

После анализа разных типов вселенных, существующих внутри гигантского Мегаверсума, мы приходим к следующему выводу: несмотря на то, что эти другие реальности основываются лишь на математических моделях, рядом с нашим миром могла бы существовать альтернативная реальность, развивающаяся параллельно и одновременно с ним. Может быть, одной из доступных опций стала бы вселенная, сделанная из темной материи. Что, естественно, не отменяет других возможностей. Законы физики это позволяют.

Есть серьезные основания полагать, что такая вселенная существует, и что она, скорее всего, состоит из какого-то материала неизвестного типа. Если так оно и есть, ее частицы могли бы организоваться в более сложные структуры, чем те, из которых сделана наша реальность. Этот новый класс фундаментальных частиц, обладая иными свойствами, породил бы новые силы, новые взаимодействия и новые законы природы, став причиной возникновения физики, химии и биологии, совершенно отличных от тех, что мы знаем.

Альтернативная реальность с другим типом материи вызвала бы к жизни невообразимые структуры, в том числе тело и мозг более тонкой природы. То, как ведет себя информация в нашем собственном разуме, заставляет меня думать, что, помимо физического мозга, разум использует другой процессор. Таковым стал бы невидимый мозг, неоднократно упомянутый в этой работе. Оба мозга переплетаются, и информация течет в обоих направлениях. Это кажется немыслимым, но если отталкиваться от приведенных здесь аргументов, то такое предположение вполне разумно. Дальше мы заходить не будем. Однако это не конец, а лишь начало. В следующем труде под названием «Разум – это не мозг», который уже практически закончен, мы продолжим развивать эту невероятную теорию. Сделаем обзор источников, на которые опираются наши идеи относительно человеческого разума, и пробежимся по притягательному в этом отношении XIX веку. Существует история разума, которую не освещали ученые когнитивных наук, и ваш покорный слуга готов исправить это упущение. Особый упор будет сделан на вычислительной парадигме, и вы удивитесь, когда поймете, что мы живем внутри гигантского природного компьютера. Реальность, которую мы видим, вовсе не настоящая. Настоящая вселенная состоит из единиц информации. Они превращаются в вибрирующие модели одномерной струны. В более крупном масштабе струна и ее вибрации выглядят как фундаментальные частицы со всеми характерными для них свойствами. Такое явление я называю метаморфозой реальности. А великий секрет, который таится за превращением вселенной, состоящей из единиц информации, в реальность, знакомую нам, заключается в сознании.

Также в новой работе мы рассмотрим несколько примеров того, что подсказывает нам путь, которым шла природа при создании других форм жизни и физических носителей в этих альтернативных реальностях. Творение – это компьютационная игра сознания, где оно само превратилось в миллионы индивидуализированных сознаний посредством нервной системы.

Цель – четко понять эту игру и то значение, которое имеет каждое вовлеченное в нее индивидуальное сознание. Только так мы становимся сотворцами этого необыкновенного космического плана, задуманного космическим разумом этого бесконечного сознания.

Однако и на этом мы не остановимся. В третьем томе работы мы проверим каждое из аномальных явлений, которым на сегодняшний день можно найти убедительное объяснение в соответствии с выдвигаемой нами моделью человеческого разума. Опыт выхода за пределы собственного тела, события на грани жизни и смерти, переживания на смертном одре, телепатия, ясновидение, воспоминания детей о своих прошлых жизнях – все эти явления будут отражены в третьей книге. Раю, Чистилищу и Аду разных религиозных традиций тоже найдется место в представленной нами модели. Она показывает, что эти понятия не относятся, как думают многие, к состояниям сознания, а имеют конкретное объективное расположение в некоторой пространственно-временной области этой гигантской космической мозаики.