Продолжался его обыкновенный, ничем не примечательный день. Он сел в свой москвич и поехал прямо. Дорога на редкость была ровная. Вдруг на огромной скорости мимо него проносится чирокки.

Он успел заметить водителя и женщину, которая выглядывала в окно.

Давит на газ, москвич несется как может. Но догнать чирокки – немыслимо, только следовать за ним.

Женщина замечает преследовавший их москвич и смутно видит хрупкого парня за рулем.

От неумолимого преследования этого москвича, от этой настойчивости ей стало тепло на душе. Она почувствовала себя нужной, любимой, хотя и понимала, что, возможно, этот москвич едет своей дорогой и до нее ему нет никакого дела.

–Сбавь скорость, – бросила она своему водителю.

–Зачем? Мне нравится ехать быстро, я думал, тебе тоже.

–Сбавь скорость. Сегодня хочется ехать медленней и никуда не торопиться, достаточно гонок.

Мужчина сбавил скорость. Москвич стал ближе.

–Какая-то колымага прется за нами, – проворчал он.

–Тебе кажется.

Доехали до кафе. Остановились.

–Я куплю нам что-нибудь на ужин и едем ко мне.

–Хорошо, – улыбнулась она, смотря куда-то вдаль.

Ее спутник вышел из машины и скрылся в дверях кафе. Нетерпеливым движением руки женщина распахнула дверь, выскользнула из машины.

Владелец москвича стоял неподалеку.

Несколько минут они смотрели друг на друга.

–Зачем вы едете за нами? – начала она разговор.

Хрупкий парень смутился.

Но ответил:

–Просто. Как вас зовут?

–Светлана. А вас?

–Святослав. Это ваш муж?

–Нет.

–Оставьте его, уедем вместе.

Светлана рассмеялась.

–Лучше оставьте меня. Поезжайте один.

Она резко отвернулась. Ушла, села обратно в машину, резко захлопнув дверь.

Сердце испуганно билось. Святослав не уходил. Прошелся. Остановился, глядя в ее сторону.

А Светлана улыбалась. Но пойти за ним вот так сразу – так странно. Взять и довериться, нет – невозможно!

Спутник вышел из кафе.

–Я все купил, моя дорогая. Все, едем?

«Дорогая» не ответила, находясь мыслями где-то далеко.

–Эй, ты здесь?

–Да, да,– вздрогнув проговорила она. Едем.

Они снова двинулись в путь.

Светлана смотрела не отрываясь в зеркало заднего вида. Москвич продолжал путь вместе с ними, но с большим отрывом.

Вечер. Ужин. Квартира выходила окнами на улицу, освещенную фонарем. За окном дождь.

Ночь. Светлане не спится. Слышно сопенье лежащего рядом. Завернутая в простыню, стоит у окна, глядя на свет фонаря.

Третий этаж. Хочется выпасть.

А внизу ждет Святослав. Она распахивает окна, выходит на балкон, дождь стекает по ее еще разгоряченному телу. Светлана с радостью принимает этот холодный уличный душ.

–Дура, ты же заболеешь! – кричит снизу.

–Нет, не заболею, – отвечает, смеясь и плескаясь, сверху.

Святослав надеялся, что она выйдет к нему, но Светлана, возвратившись в комнату и затворив окна, больше не показывалась.

–Дурак! Какой же я дурак! Чего я жду?! Баб что ли мало?!

И вновь дорога. Теперь он преследует другую машину, в которой уже с другим водителем его Светлана.

Москвич остановился. Приехали. Что-то сломалось. И в машине, да и в нем самом.

Заводит, давит на газ. Слышится продолжительное рычание, которое резко затихает.

Выбегает из машины. Открывает капот. Аккумулятор на нуле. Пытается поймать такси.

–Куда?

–За той машиной. Прибавь скорость.

Догоняют. Святослав немного успокоился.

–Что-то случилось?

–Там моя женщина.

–Поссорились что ли?

–Да.

Доехали до гостиницы. Снова ожидание, снова большие надежды, утраченные иллюзии.

Святослав знает теперь все. Ее адреса. Дома. Гостиницы. Улицы. Роскошные машины.

–Зачем я борюсь? Оставь ее!

Его чувства боролись, он не мог ее оставить, предугадывая ее одиночество.

Была уже зима. В ту ночь шел крупными хлопьями снег.

Решительно, забыв о холоде, шел Святослав по дороге. Тишина. Один. Он возвращался к своей машине.

–Только бы она осталась на месте!

Машина стояла так же, как ее и оставили. Святослав воодушевился.

Смел снег, залез внутрь, посидел. Зажег фары. Загорелся яркий свет, осветив всю улицу. Святослав улыбнулся.

Вышел из машины. Оставалось сделать самое сложное – перевернуть машину так, чтобы она стояла вертикально – фарами вверх. Одному это не под силу. Подождал, пока кто-нибудь из прохожих пройдет мимо.

На Святослава двое коренастых мужчин посмотрели ,как на сумасшедшего, однако в помощи не отказали.

Снег идет. Святослав сидит рядом с машиной, которая горящими фарами должна дать знак. Она близко. Он это знал.

Она с чашкой кофе в руке. На душе тревожно. Подошла к окну – и вскрикнула.

Светлана увидела свет. Эта полоса света, которая устремлялась ввысь, в бесконечную даль темного звездного неба, казалась чьим-то фонарем, освещающим путь в морозную ночь. Этот свет был как маяк для корабля, бегущего от шторма в тихую гавань .Свет посреди жгучей тьмы – надежда в жизни, полной черных дыр.

Чашка кофе соскользнула с рук и разбилась вдребезги.

Босая, с растрепанными волосами бежала изо всех сил. Тяжело дыша, упала коленями на холодный, колючий, неласковый снег.

Встала, снова бежать.

Заметила его, приостановилась. Бежала прерывисто. То ускоряясь, то замедляясь.

–Святослав!

Блеснули слезы в ее глазах, голос стал глухим. Она упала лицом в его плечо

Святослав отстранился, встал, пошел вперед. Светлана сидела на коленях, утопая в снегу, и с мольбою в тревожных глазах смотрела на уходящего Святослава.

–Куда ты?

–Вперед.

–А я?

Ответом была тишина – звучная, нерушимая.

Святослав медленным шагом шел.

Эта ночь длилась будто бесконечно. Светлана смотрела на звезды. Отчаяние сжимало сердце.

Она села около машины, фары которой продолжали гореть. Легла спиной на снег, который не казался уже холодным, а лишь мягким, и смотрела в небо, а по лицу текли слезы. Жизнь пошла не так, любовь настоящую , ту, которую она так ждала, молила о ней небеса, она пропустила, не поняла, не уберегла.

Лежа здесь, под этим необъятным небом, не чувствуя уже себя, растворившись в этом воздухе, осталось только одно – умереть.

Но Светлана встала, обессиленная, измученная, и пошла вперед. Понимая, что может потерять его навсегда, она начала бежать, спотыкаясь, задыхаясь, но бежать. За ним. К нему.

Светлане удалось его догнать. Теперь она могла идти спокойным шагом. Приближаться к Святославу она не стала. Следуя за ним, она видела, как он устал, двигаясь, словно скользя по снегу.

Вот так вдвоем дошли до двухэтажного дома. Темнота наполняла все пространство. Окна не горели, жители спали. Святослав зашел в свою квартиру. Светлана осталась одна в темном , холодном подъезде.

Она подошла к его двери.

Слышала лишь свое дыхание и стук сердца. Страх , волнение холодили руки.

Светлана дотронулась до двери, будто прикасалась к любимому человеку, оперлась лбом. Рука было сжалась в кулак, чтобы постучаться. Но не смогла.

Светлана сползла вниз, присела спиной к двери, запрокинула голову вверх, в ту сторону, где когда-то висела лампочка. Одиночество сидело с ней рядом, тишиной разговаривая с ней, холодной дверью прикасаясь и накрывая темнотой, всей чернотой проникая в глаза.

Светлана была одна, а за дверью была жизнь. Светлана повернулась лицом к двери, стоя на коленях. Лицом к двери, касаясь ее горячим лбом, Света не могла найти сил, храбрости постучаться.

Она встала, повернулась спиной, сделала два шага в сторону лестницы, как вдруг дверь слегка отворилась. Полоска света прорезала темноту в подъезде, показав Светлану, которая рукой заслоняла глаза от яркой вспышки.

Она увидела протянутую руку, вложила в нее свою, тотчас почувствовав тепло, силу. Зашла.

Дверь за ними закрылась.