Санкт-Петербург

Издательство КАРО

2013

Книга иллюстрирована рисунками художников Владимира Петрушова и Алексея Мыцика из серии «Иероглифы глазами европейца»

Мыцик А.П.

214 ключевых иероглифов в картинках с комментариями. — СПб.: КАРО, 2013. — 240 с.

ISBN 978-5-9925-0262-6

СОДЕРЖАНИЕ

Введение 

I. Неживая природа и природные явления

II. Растения

III. Животный мир

IV. Человек и его действия

V. Части тела

VI. Предметы труда и быта

Речь, возникшая вместе с сознанием на основе совместного труда, явилась той необходимой силой, которая помогла выделиться человеку из животного стада, развить свое мышление и организовать материальное производство. Благодаря языку и речи мысли формируются, передаются и воспринимаются. В зависимости от пути развития языка, его становления вполне естественно возникает необходимость в материальном носителе языка, т.е. письменности.

На протяжении веков, параллельно с формированием самой речи, формировались и способы ее передачи. Это и узелки южноамериканских индейцев, и дым костров индейцев Северной Америки, и барабанная дробь негритянских племен. Однако, с развитием орудий труда, наибольшее распространение получил самый удобный и точный способ закрепления сообщений — письменность. Письменность, являясь сжатым средством изображения мысли, воздействовала на протяжении веков и на саму мысль человека. Наверное, достаточно будет упомянуть, как нелегко было переписывать книги от руки, что привело к идее книгопечатания и что из этого получилось.

На определенном этапе развития общества, в Китае это произошло приблизительно во втором тысячелетии до нашей эры, возросшие и усложнившиеся потребности людей в общении перестали укладываться в рамки обычной звуковой речи, что потребовало закрепления ее в пространстве и во времени. Постепенно наибольшее распространение получил начертательный способ закрепления сообщений — иероглифическая письменность.

Итак, что же такое иероглифы? Иероглифы в настоящее время представляют собой абстрактные графические построения, не отражающие, на первый взгляд, в своем начертании никакой связи с их значением. Поэтому человек, впервые столкнувшийся с «китайской грамотой», как у нас принято называть иероглифическую письменность, вполне естественно оказывается перед психологическим барьером непонимания, преодолеть который, на первый взгляд, не представляется возможным. Хотя первые иероглифы, или лучше было бы назвать их рисунками или знаками, служили именно для преодоления этого барьера. Если представить наиболее древние иероглифы в том виде, который они имели приблизительно четыре тысячи лет назад, то перед Вами предстанут вполне понятные изображения явлений природы, растений, животных, человека, орудий труда и т.п. Эти первые, чисто изобразительные, иероглифы принято называть пиктограммами. В настоящее время они составляют сравнительно небольшую группу в иероглифике. Общим для нее является то, что изображаются явления в том виде, который был общим для различных растений, животных, человека, не отражая в рисунке единичных признаков и особенностей данных предметов.

Древняя пиктограмма «гора», например, изображала общий вид горной местности, условно обозначенный тремя вершинами. Пиктограмма «дерево» состояла из ветвей, ствола и корней. Иероглиф «человек» представляет собой схематизированный рисунок человека в профиль. Исходное начертание иероглифа «огонь» довольно похоже на пиктограмму «гора», хотя в одном случае изображались вершины гор, а в другом — языки пламени. Пиктограмма «река» изображает струи воды. Изображение руки было условным и не отражало количество пальцев.

Образовалась отдельная группа иероглифов, так называемых указательных, или знаков, в которых с помощью геометрических построений передавались те или иные понятия. Иероглифы «низ» и «верх» показывали положение предмета относительно линии горизонта. Иероглиф «середина» был основан на изображении лука со стрелой посередине.

Таким образом в Китае складывалась примитивная система письма, основанная на изображении формы предметов. В общей сложности выделилось в отдельные знаки и осталось в употреблении порядка двухсот иероглифов-пиктограмм.

Вполне естественно, что с развитием языка и мышления просто изобразительных иероглифов стало недостаточно, чтобы удовлетворять возрастающие потребности людей в общении. Идти по пути усложнения пиктографического изображения было не рационально. Указательные иероглифы определили качественный скачок в образовании иероглифов, поскольку помимо конкретных графических построений они передавали и некий смысл. На базе древних пиктограмм образовалась следующая категория иероглифов — иероглифов-идеограмм.

Идеограмма — это знак, в котором изображение предмета не было самоцелью. Определенное положение предмета (например, поза человека) должно было обозначать какое-либо состояние либо его функцию. Большинство идеограмм представляет собой соединение уже используемых знаков или элементов в новый, с целью обозначения другого понятия. Такой подход к образованию новых иероглифов можно считать революционным, поскольку он открыл качественно новые возможности в образовании иероглифов.

Так, соединение двух иероглифов «дерево» в один знак стало обозначать более широкое понятие «лес», соединение трех элементов стало обозначать «рощу» или «чащу леса». Количественное увеличение одинаковых элементов в одном знаке — наиболее простой способ построения идеограмм. Одновременно стали развиваться не только сами знаки, но и способы их образования: изображение части вместо целого предмета, причины вместо следствия, инструмента вместо изделия, органа вместо его функции, изображение предмета, с которым ассоциировалось слово, идеограммы, основанные на легендах и поверьях.

Например, солнце, изображенное за деревом, стало обозначать понятие «восток», человек в тени дерева — идеограмма «отдыхать», рука, держащая птицу за хвост — иероглиф «держать» и т.д. Таким образом в идеограмме условный смысл вытекает из соотношения значений частей. Например, более сложный иероглиф в первоначальной форме изображал постройку — святилище или жилище правителя (верхняя часть иероглифа — изображение крыши), перед ней коленопреклоненную фигуру человека и слева от нее — рот: всё это изображало почтительное выслушивание приказания, откуда и значение иероглифа «приказание, повеление».

С течением времени идеограммы утрачивали изобразительный характер и приобретали чисто условное значение. Таково происхождение большинства иероглифов, смысл которых в их нынешнем виде связан со значением входящих в них элементов.

Несмотря на значительное увеличение количества знаков письма, противоречие между фонетическим и графическим составом языка с течением времени обострилось, поскольку как в пиктографических, так и в идеографических знаках никоим образом не отражалось их звучание. Произношение знака в целом не зависело от звучания его элементов.

Основываясь на базе уже созданных элементарных знаков, вполне возможно было бы изобразить весь словарный состав языка, но древние китайцы пошли другим путем, отдаленно напоминающим создание системы алфавита. Возникли так называемые фоноидеографические иероглифы. В ходе графического и смыслового преобразования компонентов, фоноидеографические знаки стали результатом соединения двух частей, а именно — элемента, обозначающего его звучание, так называемого фонетика, и элемента, уточняющего или определяющего его значение, т.е. «детерминатива».

Так, если бы перед последовательностью букв «лук» для указания на то, о каком именно слове идет речь, была бы нарисована луковица или поставлен условный значок, имеющий значение «растение», то рисунок луковицы выполнял бы роль «детерминатива», а последовательность знаков однозначно записывала бы слово со значением известного огородного растения в отличие от вида оружия. Соответственно перед последовательностью букв «лук» в значении вида оружия можно было бы нарисовать этот вид оружия и т.д. Неполнота такой аналогии в том, что фонетик в составе иероглифа записывал звучание в целом, не отражая в графике составляющие его звуки. В качестве фонетиков выбирались пиктограммы или идеограммы с устоявшимся произношением. В фоноидеографическом иероглифе слово, им обозначаемое, фонетически тождественно слову, обозначаемому его частью. Другими словами, чтение знака в целом совпадает с чтением одной его части. Кроме того, фонетик мог иметь смысловую связь со значением знака в целом. Наличие или отсутствие такой связи зависело от того, в результате какого именно процесса был создан фоноидеографический знак.

Точно так же как и появление идеограмм открыло новые возможности образования иероглифов, качественно новая ступень развития языка, характеризующаяся появлением фоноидеограмм, породила качественно новые процессы в развитии иероглифического письма.

С развитием фоноидеографических иероглифов усложнилась функция древних пиктографических иероглифов. Они претерпели качественное изменение на новом витке развития письма. Первоначально пиктограммы-детерминативы играли роль идеографического определителя. В древних словарях слова объединялись по группам понятий. Например, в одном из древних китайских словарей под детерминативом «небо» располагались иероглифы «солнце», «дождь», «облако» и т.д., под ключом «земля» — вода, горы, деревья, травы и т.д. Следовательно, объединялись и обозначавшие эти слова иероглифы, среди которых множество имело одинаковые детерминативы. От этого легко было перейти к мысли, что по детерминативу можно располагать иероглифы в словаре. Таким образом детерминатив приобрел вторую функцию — определять место иероглифа в словаре, а значит и служить признаком, помогающим его найти.

С течением времени эта функция стала преобладающей, а идеографическая значимость детерминатива ослабевала. Таким образом к XVII веку число ключевых знаков, по которым располагались иероглифы в словарях, стабилизировалось на 214. Ключи в известной мере все же сохраняют идеографическое значение, присущее прежнему детерминативу. Например, среди иероглифов, имеющих ключ «дерево», многие обозначают названия деревьев, предметы, изготовленные из него и т.д.

Развитие общества, орудий труда и сознания в большой степени определяло форму иероглифов на каждом новом этапе ее становления, связанного прежде всего с развитием средств письма. Древнейшие памятники китайского письма были вырезаны на панцирях черепах и костях животных, на бамбуковых дощечках и шелке соком лакового дерева и заостренной палочкой, что обусловило линейно-схематическую форму знаков.

В то время древние китайцы еще не имели такой роскоши, как бумага и, прочувствовав на себе, сколько приходится затрачивать усилий для приготовления бамбуковых дощечек, на обработку панцирей черепах или костей животных, старались как можно схематичнее изображать те или иные предметы. Выделение наиболее общих признаков в рисунке диктовалось необходимостью быть понятым и экономией пространства и времени начертания знаков. В результате помимо тенденции схематизирования знаков происходил процесс сжатия иероглифов в более компактную форму, близкую к квадрату.

Позднее, на бронзовых вазах и предметах обихода, производить гравировку на которых было достаточно трудоемким занятием, иероглифы становились еще более схематичными, линии — более четкими, хотя вид их был достаточно схож с иероглифами на костях или бамбуковых дощечках.

Изобретение в III веке до н.э. волосяной кисти произвело революцию в графическом изображении иероглифов. Волосяная кисть и тушь позволили не только ускорить процесс написания, но и проводить линии разной толщины, делать их более извилистыми, выполнять отдельные элементы в виде точек или запятых.

Данное открытие определило качественно новый этап не только в письме, но и в культуре народа. Умение красиво писать иероглифы стало выделяться в самостоятельный вид искусства — каллиграфию. Искусные каллиграфы, в особенности изобретатели новых почерков, часто слишком вычурных и труднопонимаемых, приобретали славу наравне с крупными писателями, поэтами и художниками. Из всего многообразия почерков, которых было создано в Китае в разные эпохи более сотни, наиболее употребительными остались только два. Это «Ли-шу» — «официальное письмо», созданное в эпоху династии Хань, считающееся в настоящее время несколько устаревшим и применяемое только в государственных или индивидуальных печатях. «Кай-шу» — «нормализованное письмо», разработанное в IV веке нашей эры каллиграфом Ван Си Чжи, которое применяется в настоящее время и положено в основу современных типографских шрифтов.

С расширением областей применения письма и круга людей, владеющих им, возникла потребность в ускорении письма, что приводило к еще большему упрощению формы знаков и потери их изобразительности. Особенно в этом были заинтересованы профессиональные писцы. В результате их усилий произошло новое качественное преобразование системы письма — создание скорописных и полускорописных форм иероглифов.

Вполне понятно, что не рассматривая предыдущих форм, практически невозможно найти связь между конкретным словом и графическим его отображением.

Помимо изменений, связанных с научно-техническим прогрессом, письменность, будучи вторым отражением действительности, претерпевала изменения со стороны государства. Одной из характерных особенностей изобразительного письма было то, что оно на первых этапах своего развития было доступно многим, поскольку достаточно было иметь лишь некоторые навыки рисования. Главная трудность заключалась в том, что каждый рисовал знаки как мог или умел или нередко изобретал их самостоятельно. В силу этого первые иероглифы были нестабильны, несовершенны и неупорядочены, что допускало разное их толкование. И поэтому, чтобы не посылать каждый раз вслед за письмом толкователя-переводчика, было решено привести все иероглифы к некоему стандартному виду.

Государственная регламентация основных принципов китайского письма и систематизация иероглифов началась еще в I тысячелетии до н.э. в эпоху Чжоу и была завершена при Циньской и Ханьской династиях (221 г. до н.э. – 220 г. н.э.). После объединения Китая первым императором Циньской династии естественно возникла необходимость в унификации письма, поскольку в различных областях иероглифы имели разную форму, что значительно усложняло управление страной. Был выдвинут даже лозунг: «Все повозки — одной ширины, все иероглифы — одного начертания!»

Во исполнение этого было разработано общеобязательное начертание и составлен первый официальный словарь иероглифов «Шовень Цзецзы». В каждой категории иероглифы разбивались на смысловые группы, роль определителя в которых играл ключевой знак, детерминатив. В дальнейшем детерминатив постепенно утратил свою основную функцию и стал выполнять роль чисто графического элемента — ключевого знака или номера. В общей сложности к XVII веку определилось 214 ключей, по которым и располагаются иероглифы в современных словарях.

Перечисленные выше процессы развития письменности привели к тому, что в настоящее время форма знаков китайского письма, на первый взгляд, графически не отражает заключенного в них содержания, что составляет основную сложность в ее освоении.

Рассмотрение отдельных иероглифов в связи с их древними формами и способом образования помогает не только в их запоминании, но и в выявлении связи с другими знаками письма, что способствует освоению языка в целом.

В книге, которую мы предлагаем Вашему вниманию, представлены 214 ключевых иероглифов, составляющих «Таблицу ключевых знаков», в соответствии с которой иероглифы систематизированы в японских и китайских словарях.

По аналогии с древнекитайскими словарями ключевые знаки в книге распределены на шесть смысловых групп.

Практический опыт многих людей, начинающих изучение языка, показывает необходимость запоминания не только формы самого ключа, но и его порядкового номера, что значительно убыстряет поиск искомого иероглифа в словаре.

Для удобства заучивания иероглифы представлены на карточках, которые можно вырезать и располагать в соответствии с номером в словаре или по смысловым группам.

На каждой карточке представлены древние начертания знаков различных эпох:

Изображение на костях животных

Изображение на бронзе

Полускоропись

«Ли-Шу», официальное письмо

Внизу на лицевой стороне карточки указаны китайское и японское произношение иероглифа. Если японское отсутствует, это означает, что иероглиф самостоятельно не используется и является составной частью более сложных знаков.