— Я готова, — прошептала Джордан.

Эмма перешла в режим коммандос и заставила всех надеть черную одежду и наушники, чтобы поддерживать постоянную связь.

Эмма любила все, что связано с приключениями, и поэтому Джордан совсем не удивило, что она пыталась заставить их всех выглядеть так, как будто они выпали прямиком из «Миссия невыполнима».

— Это Карла. Я тоже готова.

— Девчонки, вы должны говорить «конец связи», — прошипела Эмма.

— Это Николь. Я тоже готова. Что там со связью?

— Когда вы заканчиваете что-то говорить по рации, вы должны говорить «конец связи», как в кино, — сказала Эмма.

— Но это не кино. Почему я должна говорить «конец связи»? — прошептала Карла.

— Это же наше самое большое приключение! Можем мы, по крайней мере, сделать его интересным? — Эмма все еще пыталась превратить происходящее в сцену из «Крепкого орешка».

— Мы и так нацепили для тебя черный спандекс (прим. — название синтетических волокон, по аналогии с лайкрой, еще одно распространенное название — эластан). Я нарисовала на лице полоски и таскаю это тяжеленное армейское снаряжение. Я не собираюсь заканчивать разговоры всякими «концами связи». — И просто так, ну а почему бы и нет, Джордан ухмыльнулась и добавила: — Конец связи.

— Ш-ш. Они нас услышат! — шикнула Эмма.

Джордан закатила глаза.

— Они нас не слышат. Мы так далеко, что нам нужен бинокль, чтобы их разглядеть. А теперь все будьте серьезны, мы выполняем важную миссию.

— Хорошо. Значит, теперь, когда мы все находимся в назначенных местах, мы просто снимаем все на видео? — Карла говорила так, будто ей не хватает воздуха. Что она, черт возьми, делает?

— Да. Не забудьте установить видеокамеры на штативы и выберите место, откуда видно лучше всего. Я просмотрю все, что вы снимете.

Джордан оглядела темные окрестности. Дрожь пробежала по ее спине. Она могла бы поклясться, что кто-то наблюдает за ней, но это было невозможно. Они провели тщательную разведку местности и никого не видели.

— Все помнят о резервных батареях? — Забавно: все они были учителями средней школы, но именно Эмма была единственной, кого дети всегда выбирали вожатой для своих скаутских отрядов.

— Да. Помню. Конец связи.

Джордан потерла висок. У нее заболит голова еще до того, как начнется миссия.

Покалывание в затылке заставило ее оглянуться. Густые деревья темного леса окружали ее. Волосы на руках встали дыбом в знак предупреждения. Все внимание Джордан было сосредоточено звуках вокруг. Тихий свист сверчков будто пытался успокоить ее разум. Но вот среди деревьев что-то зашуршало.

Какого черта? Она была не из тех, кого легко напугать, но знала, что там что-то или кто-то есть. Звук сердцебиения в голове стал громче. По-прежнему не было слышно никакого другого шума.

Затем вой, раздавшийся с места проведения церемонии, заставил Джордан повернуться и посмотреть туда. На поляне собралась целая толпа. Большая толпа. Они окружали поляну, но стояли далеко, так что она и остальные могли все разглядеть.

Все волки были в человеческом облике. Они оживленно болтали, обменивались объятиями и поцелуями, а в центре горел огромный костер. Факелы и фонари свисали с цепей, перекинутых через ветви, освещая поляну и обеспечивая отличную видимость.

Джордан опустилась на колени и глубоко воткнула ножки своего штатива в землю — для устойчивости. Затем зафиксировала на нем видеокамеру и настроила ее на запись.

— Не забудь отключить запись звука, как сказала Элли, — приказала Эмма.

— Поняла. — Джордан снова поднялась на ноги.

Мгновение спустя ее глаза остановились на нем.

Ее сердце бешено забилось при первом взгляде на Арика. Он и остальные прошли в центр поляны. Они что-то сказали его отцу. Его мать указала на окружающий их лес. Мужчины рассредоточились, каждый из них направился в разные стороны к деревьям.

— Вы все это видели? — голос Эммы прервал напряженное разглядывание Джордан.

— Да. Помните, что мы не можем сдвинуться с места, иначе вся эта сексуальная четверка может поймать нас во время обхода, — напомнила им Джордан.

Порыв ветра сотряс деревья и поцеловал ее кожу. Электричество танцевало в воздухе, делая его густым от предвкушения. Что-то хрустнуло у нее за спиной. Она обернулась так быстро, что ее наушник вылетел из уха. Медленно, вглядываясь каждую темную щель между ветвями деревьев, она искала источник шума. Ничего. Но Джордан знала, что там что-то есть. Она чувствовала, что за ней наблюдают. Но как бы усердно она ни озиралась вокруг, в темноте ничего не было. Проклятье. Ей следовало взять с собой палку, или электрошокер, или, черт возьми, биту. Что-нибудь. Но от волнения она оставила весь свой защитный набор для выживания во внедорожнике.

Джордан присела на корточки, тихо проклиная темноту, в поисках наушника. Быстрое движение слева привлекло ее внимание. Очень большой, очень сердитый на вид бурый волк стоял там, оскалив на нее зубы. Она вскочила на ноги, ее руки тут же сжались в кулаки. Она знала всех Вульфов в их волчьем обличье. Их отцом был черный волк, а мать — белой волчицей, так что у всех мужчин семейства было сочетание черного и белого окраса. Она знала Арика цвета наизусть, ведь не раз и не два подглядывала за ним, когда он превращался, чтобы побегать в волчьей форме со своими братьями и друзьями. Это был не один из волков, которых она знала.

— Стой там, и никто не пострадает, — прошептала Джордан. Ее мысли неслись со скоростью миллион миль в час.

Она пыталась придумать, как защитить себя, если дело дойдет до драки с большим волком. Что-то ткнуло ее сзади. Она ухватилась за ветку, в которую уперлась, и тянула, пока не отломила.

Низкое рычание было единственным ответом волка. Сердце тяжело колотилось в груди Джордан, распространяя страх, который она пыталась подавить. Волк угрожающе шагнул к ней. Она не знала, в чем заключался план животного, но интуиция подсказывала, что ей он не понравится.

— Слушай меня внимательно, пушистый комочек. Ты не превратишь меня в щенячью похлебку. А теперь возвращайся на вечеринку там, внизу, — она склонила голову набок, — и забудь, что я здесь. Понял?

Морда волка сморщилась, как будто его разозлили ее слова. И вот она разозлила и без того злого волка. Мило.

Еще одно, более глубокое рычание заставило ее дернуть головой вправо. Там стоял еще один волк. Его пристальный взгляд остановился на буром волке. Она знала этого волка. Черная спина, белые лапы и морда могли принадлежать только одному мужчине. Арик.

Противостояние вызывало у нее тошноту, а ее дурацкий наряд вдруг заставил кожу зудеть. Арик сделал три шага и встал перед ней. Бурый зарычал и бросился к ним.

О, черт.

Арик оттолкнул волка. Бурый волк заскулил от укуса, но глупая тварь все равно не остановилась. Волк кинулся к ней. Арик зарычал, зарываясь лапами в бурый мех и кусая бурую шею. Она поморщилась.

Держа ветку в руке, Джордан смотрела, как бурый волк склонил голову в знак покорности. Очевидно, Арику этого было достаточно. Он отпустил волка и повернулся к ней. Бурый воспользовался тем, что Арик отвлекся, чтобы прыгнуть в ее сторону, но Джордан внимательно наблюдала за волком. У нее было предчувствие, что он так легко не сдастся. Ее зрение обострилось, и она сосредоточилась на животном, уже летящем к ней в прыжке.

Джордан изо всех сил взмахнула веткой и услышала треск кости, когда та ударила волка в морду. Он с глухим стуком упал на бок. Арик встал и толкнул его, ворча и предупреждающе рыча. Бурый волк поднялся и пошел прочь, хромая и скуля. Каждые несколько шагов он оборачивался и свирепо смотрел на нее.

Прилив адреналина, захлестнувший Джордан, заставил ее все крепче сжимать ветку. Она уставилась на прогалину, через которую ушел бурый волк, ожидая, что он вот-вот развернется и нападет. Что-то коснулось ее ноги, отвлекая ее внимание и возвращая в настоящее.

Дерьмо. Арик нашел ее. Она посмотрела вниз на черно-белого волка, почему-то напомнившего ей далматинца.

— Э-э… Арик? — прошептала Джордан. У нее пересохло в горле. Это был мужчина, которого она хотела с незапамятных времен, и его морда была на уровне ее гениталий.

Арик склонил голову набок, обнюхивая ее руку. Она уронила ветку, разжала кулак и позволила ему понюхать ее ладонь. Он лизнул ее. Он был таким милым в своей волчьей форме. Может быть, если бы она видела в нем животное, а не сексуального мужчину, которым, как она знала, он был, она смогла бы жить, так и не дав ему понять, как сильно она его хотела. Это могло бы случиться, действительно могло случиться, если бы он не ткнулся мордой ей в промежность. У нее перехватило дыхание. Джордан застыла в шоке.

Он. Нюхал. Ее. ТАМ.

И она не знала, что делать. Конечно, она хотела этого мужчину много лет, но ощущение от его морды прямо у ее вагины было странным. Куда делась романтика, ужины, свидания? Черт, почему она вдруг начала представлять Арика мужчиной, утыкающимся лицом ей между ног? Он был в своей волчьей форме, черт возьми. Надо срочно сходить к психологу.

— Арик! — она пискнула, пытаясь оттолкнуть большую пушистую голову от своей промежности. Он все нюхал, и его горячее дыхание щекотало ее сквозь тонкие штаны для йоги из спандекса. Он зарычал, просовывая морду еще глубже между ее бедер.

— Прекрати! Это неправильно! Вообще-то ты сейчас волк! — она с трудом сглотнула, сделала шаг назад, но он последовал за ней.

А тем, так же быстро, как протиснулся между ее бедер, Арик отступил. Обошел ее по кругу, обнюхивая со всех сторон. Какого черта? От нее воняет? Он сделал еще один круг, остановился позади нее и уткнулся лицом в ее зад.

— Ух ты! Убери свою извращенную мохнатую морду оттуда, или я засуну ногу тебе в задницу и расскажу твоей матери.

Арик зарычал. Джордан могла бы поклясться, что это прозвучало так, будто он смеялся над ней, но он все-таки вытащил свою морду из ее зада. Очко в ее пользу.

Она оглянулась через плечо на поляну, где в самом центре, чего-то ожидая, стояла Келли. Какого черта она ждала? У Джордан не было возможности это выяснить. Внезапно ее повалили на землю.

— Какого черта?.. — Арик прижал ее к земле. Большой пушистый волк стоял над ней. — Арик?

Он наклонился, приблизив морду прямо к ее лицу. Яркие серые глаза завораживали ее. Суровая, неукротимая красота его звериного лица манила ее, и Джордан оставалось только наблюдать, как он меняется у нее на глазах. Так близко это было похоже на кадры из какого-то фильма. Она видела превращение, пусть и мельком, но никогда не видела, чтобы Арик превращался из волка в человека. Только из человека в волка. Морда уплощалась до тех пор, пока кости не приобрели форму острых линий и углов будущего Альфы. Лохматые черные волосы упали вперед, почти закрыв лицо. Луна, высокая и полная, дала Джордан возможность мысленно лизнуть его щетинистую челюсть и пройтись вниз по татуированному обнаженному телу.

Погодите.

О Боже.

Он был голый и прямо над ней. Она ничего не могла поделать: взгляд устремился ниже. Пробежал по мускулистому загорелому торсу, по линиям племенных татуировок, покрывающим его руки и грудь, и остановился на его очень твердом члене.

— Ух ты.

Он усмехнулся.

— Спасибо.

Она оторвала взгляд от его эрекции, как бы трудно это ни было, и заметила веселые искорки в его глазах. Он наслаждался ее благоговением. Ублюдок.

— Арик…

— Джордан, — передразнил он. Ему нравилось делать это с ней — нажимать на ее кнопки, чтобы увидеть ее реакцию.

— Ты… э… это нормально? — она взглянула на его все увеличивающийся член и облизнула губы.

— Это нормально, когда я возбужден, — его голос звучал глубже, чем обычно, грубо.

Ей было трудно следить за разговором. Все, что она хотела сделать, это снова уставиться на его член, чтобы посмотреть, не вырос ли он еще больше.

— Что тебя завело, драка или то, что ты ткнулся мордой мне в промежность?

Его глаза светились в темноте. Осознание того, что прямо под кожей Арика все еще прячется волк, еще больше возбуждало ее очень извращенный разум. Да и как она сможет отрицать свое возбуждение, если ее трусики намокли?

Он фыркнул и зарычал, накрывая ее своим телом. Она ахнула. Ее гормоны обезумели от ощущения его твердой мускулистой плоти. Конечно, в спину Джордан упирались камни, и только бог знает, какие насекомые ползали под ними, но, хоть убей, она не могла найти в себе сил беспокоиться обо всем этом. Тепло, исходящее от его тела, опьяняло ее чувства.

Она прикусила губу, чтобы не застонать. Арик пошевелился и потер внутреннюю сторону ее бедер своим возбужденным членом. Она не сводила с него глаз. Один резкий вдох — и да, Джордан понятия не имела, что будет дальше, но ей было все равно. Все, что она знала, это то, что его очень сексуальные губы накрыли ее губы, целуя ее. Глубокое, проникающее в душу клеймо, которое заставило пальцы ее ног поджаться в кроссовках. Поцелуй был таким горячим и страстным, что Джордан могла бы поклясться, что он плавит спандекс на ее теле.

Протянув руку, она запустила пальцы в мягкие волосы Арика и перестала притворяться, что не хочет его. Кого это волновало в данный момент? Он целовал ее так здорово, что она хотела только одного — большего.

Возбуждение нарастало в ее крови с каждым прикосновением его языка к ее. Она захныкала от его смелых движений. Арик погрузил язык в ее рот, раздувая пламя своими зачаровывающими движениями, заставляя ее увлажняться все сильнее от нажима его бедер. Ее клитор гудел от желания кончить. Если Арик не остановится, она кончит. Джордан царапала ногтями его руки и спину, пока не вонзила ногти в его задницу и не прижала его к себе.

Арик зарычал. Рокот прошел через их соединенные рты и вниз по ее телу, посылая искры вожделения вниз, между ее ног.

Она ласкала его спину, гладя вверх и вниз, сжимая его мышцы. Жидкий огонь разлился по ее венам, усиливая желание. Ей не хватало воздуха. Словно прочитав ее мысли, Арик двинулся вниз, чтобы поцеловать и пососать ее челюсть, а потом легкими покусываниями пройтись от шеи к плечу. Джордан застонала. Он снова двинул бедрами, и, ох ты бог мужчин с большими пенисами, она могла бы поклясться, что за веками вспыхнули звезды.

— Черт возьми, у тебя это хорошо получается. — Она будто со стороны услышала, как ее собственный задыхающийся и наполненный удивлением голос произнес эти слова.

Арик ухмыльнулся.

— Насколько хорошо? — его дыхание касалось ее кожи прямо над широким вырезом топа.

Она моргнула и посмотрела вниз. Он наблюдал за ней, обводя ее грудь пальцем с ногтем… или это был волчий коготь? Какого черта песня How Low Can You Go (прим. — буквально «Как низко ты можешь опуститься», песня исполнительницы LP) пришла ей в голову? Дурацкая песня.

— Достаточно хорошо, чтобы почти заставить меня забыть, что в траве подо мной полно всяких жутких ползучих тварей. И вокруг. Скорее всего, кто-то сейчас уже карабкается по моим ногам.

Джордан вздрогнула. Не из-за возможности появления насекомых, а из-за порочной улыбки, которая заиграла на сексуальных губах Арика. Возможно, ей придется отправиться на общественные работы, чтобы заслужить прощение за нечестивые мысли о том, что мог бы сделать этот порочный рот с ее телом.

Джордан наблюдала, как он ухватил вырез ее черного топа и разорвал материю прямо посередине, попутно прихватив ее лифчик своими острыми, как бритва, когтями. Его ноздри раздулись, и он облизнул губы.

— Уверен, я могу заставить тебя забыть все это, — прошептал он.

Забыть что?

Она изо всех сил старалась не упасть в обморок от возбуждения. В глазах Арика было явное обещание оргазма, и она не собиралась упускать его. Очарованная, Джордан затаила дыхание. Он отодвинул разорванные части топа так, будто разворачивал подарок. Она была большой девочкой, в этом не было сомнений. Черт возьми, она всегда немного стеснялась своего размера, вот почему была немного груба с большинством мужчин. Но прямо сейчас, когда великолепные серые глаза Арика смотрели на нее так, словно она была самой сексуальной женщиной на земле, она не могла чувствовать себя неуверенно.

— Красивая. — Он застонал и потерся носом о ее грудь. Ее соски напряглись при первом дуновении теплого воздуха из его рта, прежде чем он втянул их в рот.

Джордан всхлипнула и выгнулась, чтобы он мог взять ее грудь еще глубже в рот. Он сосал ее так сильно. Каждое движение губ посылало прямой толчок вниз к ее клитору и заставляло ее влагалище сжиматься от пустоты. Ее глаза закрылись. Чувства бушевали внутри.

Желание. Вожделение. Страсть.

Все фантазии о сексуальном рте Арика не имели ничего общего с реальностью. Движения его языка на ней были как скольжение атласа. Было горячо. Она была мокрой. Она вот-вот кончит.

— О Боже милостивый. — Она сжала в кулаках мягкие пряди его волос.

Соси. Лижи. Обведи языком. И повтори.

Быстро нарастающее удовольствие привело ее в неистовство. Штаны для йоги были буквально выдернуты из-под нее, но Джордан едва ли обратила внимания. Вместо этого она широко раздвинула ноги. А потом резко открыла глаза и перешла от созерцания полной луны к зрелищу Арика, потирающегося лицом о внутреннюю сторону ее бедра.

— Моя.

Джордан проигнорировала бы всю эту игру с пещерным человеком-волком, которую он сейчас затеял. Но она знала, что сейчас Арик был гораздо больше животным, чем человеком, судя по жестким чертам лица. А еще он дышал на ее киску, и одно только ощущение его горячего дыхания подталкивали ее к краю удовольствия.

Она пошевелилась и оторвала зад от травы, надеясь, что он понял намек. Он раздвинул ее ноги шире, чтобы они поместились на его массивных мускулистых плечах. Предвкушение закипело в ее груди. Ее губы пересохли от тяжелого дыхания.

— Арик… — его имя превратилось в сдавленный стон в момент, когда его прохладный язык ткнулся в ее клитор. Страсть пронеслась по кровотоку быстрой вспышкой прямо внутрь. Арик рванул с места в карьер, вылизывая ее и посасывая клитор со скоростью, которой могли бы позавидовать ее игрушки. А затем он зарычал. Звук в сочетании с вибрацией послал по телу Джордан волну желания. Через секунду она уже кончала. Она вцепилась в его волосы, впиваясь ногтями в кожу головы, пока удовольствие распространялось по ее телу.

Прежде чем она успела перевести дыхание, он уложил ее на живот. Стоя на четвереньках, Джордан все еще тяжело дышала и пыталась понять, как, черт возьми, он заставил ее кончить меньше чем за две минуты. Даже у ее самого дорогого вибратора не было такого рекорда. Мягкое прикосновение его мозолистых грубых рук к ее спине заставило ее оглянуться через плечо. Его глаза сияли. Волосы стояли дыбом вокруг его головы, и он кусал губу.

— Арик?

— Я так сильно хочу тебя, Джордан.

Было трудно разобрать слова сквозь грубый рык. Она видела, как трудно ему было держаться за свою человеческую сторону.

Она встретилась с ним взглядом, задержала его на мгновение и сказала ясным мягким голосом:

— Так возьми меня.

У нее перехватило дыхание от одержимости в его глазах.

— Я не спрашивал разрешения. Ты уже моя.

Черт возьми. Он двинулся вперед, накрывая ее собой. Возбуждение расцветало с каждым прикосновением языка к ее спине. Она вздрогнула. Ощущение его языка на ее коже было потрясающим — будто мягкая щетка на коже. Она вцепилась руками в траву, не обращая внимания на то, за что ухватилась, чтобы удержаться. Его язык продолжил свое путешествие вниз, пока не провел влажную дорожку между ее ягодиц прямо к…

— Черт! — Арик зарычал.

Она оглянулась через плечо и увидела, как напряжено его лицо.

— Что не так?

— У меня нет защиты.

— Я… Я никогда ни с кем не была без презерватива, — призналась Джордан. — Но я тоже хочу тебя, и я принимаю таблетки. Я знаю, что ты ничем не болен.

Он ласкал ее зад, сильно сжимая ягодицы.

— Ты уверена?

— Боже, да, — тихий стон сорвался с ее губ. — Я уверена.

Она опустила голову и ждала. И, о Боже, оно того стоило. У нее перехватило дыхание, когда головка его члена растянула ее.

— О боже…

Он был большим, но не остановился, чтобы дать ей привыкнуть. Одним медленным движением Арик растянул ее и наполнил — так, что у Джордан перехватило дыхание. Его грудь будто прилипла к ее спине. Его горячее дыхание щекотало ее плечо. Один быстрый рывок и еще более быстрый толчок, и огонь охватил ее изнутри. Он делал это снова и снова, сводя ее с ума каждым прикосновением кожи к коже. В мгновение ока она оказалась на краю утеса наслаждения, желающая и готовая совершить прыжок ради него. Ее тело напряглось так сильно, будто было готово вырваться из кожи.

— Арик… пожалуйста…

— Да, Джордан. Моя.

Рык был почти неразборчив, но Джордан не стала сдерживать возникшее внутри удовольствие, услышав, как он говорит, что она принадлежит ему, пусть даже только на одно мгновение.

— Скажи это! — он зарычал.

Она сжалась вокруг его возбужденного члена. Может быть, все это было полным бредом. Это не имело значения. Мысль о том, как сильно она хотела его, вытолкнула слова наружу.

— Да, Арик. Я твоя.

Джордан могла бы поклясться, что в этот момент он потерял контроль. Он трахал ее с точностью отбойного молотка. Сильно. Глубоко. Грубо. Она умоляла его продолжать. Она не знала, что происходит, но ее тело никогда еще не было готово к такому взрыву. Она отключилась от всего, кроме своего желания.

Арик зарычал. Его член ощущался внутри, как раскаленная сталь, клеймя ее. Она захныкала, а потом сорвалась с края. И как раз в тот момент, когда она подумала, что все это не может быть еще лучше, он укусил ее. Ощущение зубов, впивающихся в ее плечо, боль и удовольствие, которые он доставлял ей одновременно, оказались слишком сильными.

Напряжение внутри Джордан разлетелось на миллион осколков. Все будто перешло в гиперрежим. Она никогда не принимала наркотики, но готова была поклясться, что это именно так — быть под кайфом. Яркие цвета вспыхнули за ее веками. Удовольствие затмило все, и она кричала или стонала — или и то, и другое одновременно. Черт возьми, в тот момент Джордан могла бы назвать Арика богом. Она была слишком поглощена радостью, наполнявшей ее и распространявшейся по телу, чтобы замечать что-то еще. Что она точно знала, так это то, что он ревел. Очень громко.

— Моя!

Его член стал еще больше внутри нее, пока Джордан не показалось, что он вот-вот разорвет ее пополам резкими толчками. Мини-оргазмы потрясли ее. Ее влагалище будто всосало его, и Арик кончил быстрыми сильными толчками. Его рычание было чертовски сексуальным, пока его теплая сперма наполняла ее.

Он перевернул их, и она оказалась над ним, сверху. Их потные тела будто склеились вместе. Огонь, страсть и желание наполняли его взгляд, а еще та самая одержимость, которую Джордан уже знала и которая ей нравилась.

Она приблизила свои губы к его губам, сплетая их языки в один влажный дикий клубок поцелуем. Позже она подумает о том, что произошло; прямо сейчас она хотела чувствовать.