Бе­ло­ку­рый ан­гел с пре­крас­ным име­нем Ма­ри­на во­рва­лась в мою жизнь, слов­но ура­ган, сме­ла обы­ден­ные тём­ные цве­та по­все­днев­ной жиз­ни, пре­об­ра­зив яр­ки­ми крас­ка­ми и на­сы­щен­ны­ми то­на­ми. Со­всем юный цве­ток, пят­на­дца­ти лет от ро­ду. Неж­ное и хруп­кое соз­да­ние, слов­но эк­зо­ти­че­ское не­обуз­дан­ное рас­те­ние, в то же вре­мя лас­ко­вое и тре­пет­ное, ко­то­рое от­кры­то для ми­ра и тя­нет­ся к лу­чам солн­ца.

С её от­цом у нас бы­ли парт­нёр­ские от­но­ше­ния, но как парт­нёр­ские, он был у ме­ня на служ­бе в ка­че­ст­ве лич­но­го ад­во­ка­та, имел свой про­цент от удач­ных сде­лок и ус­пеш­но вы­иг­ран­ных дел. Обыч­но близ­ко не об­ща­юсь с та­ки­ми людь­ми, но слу­чай­но уви­дел фо­то его до­че­ри и ме­ня, как то­ком про­шиб­ло. Де­воч­ка, ко­пия мо­ей же­ны, ко­то­рая так­же име­ла рус­ские кор­ни, но по­гиб­ла пять лет на­зад в ре­зуль­та­те не­сча­ст­но­го слу­чая, раз­би­лась на ма­ши­не. С то­го мо­мен­та моё серд­це бы­ло раз­би­то, ни од­на ба­ба не мог­ла его со­брать.

Бы­ли де­воч­ки, опыт­ные и не очень, на­ив­ные и раз­врат­ные, но это всё бы­ло бу­та­фо­ри­ей. Шир­ма, за ко­то­рой пря­тал свою боль. Ми­мо­лёт­ные ро­ма­ны лишь за­клеи­ва­ли ду­шев­ные ра­ны, но не бы­ли спо­соб­ны пол­но­стью из­ле­чить.

Од­на­ж­ды, под на­ду­ман­ным пред­ло­гом, прие­хал в дом ад­во­ка­та, где впер­вые соб­ст­вен­ны­ми гла­за­ми ли­це­зрел юное соз­да­ние. Она са­мим бо­гом, по­слан­ная мне.

И здесь мельк­ну­ла кра­моль­ная мысль, - а, что во­все не бог, а дья­вол (шай­тан) ис­ку­ша­ет ме­ня, – по­мо­тал го­ло­вой, по­ста­рал­ся из­ба­вить­ся от на­ва­ж­де­ния, ски­нуть шаль­ную мысль.

Убе­дил. До­ка­зал, са­мо­му се­бе, что де­воч­ка, моя судь­ба.

– Три го­да!  С…а!  Три дол­гих го­да её ожи­дал. Ох­ра­нял и обе­ре­гал. И вот се­го­дня на своё со­вер­шен­но­ле­тие, она прие­дет в мою род­ную стра­ну, ­– по­ду­мал я, за­крыв гла­за, пред­ста­вил об­раз де­воч­ки.  – Ни­ко­гда не был ро­ман­ти­ком. А сей­час, меч­таю и ро­бею, слов­но со­п­ли­вый маль­чиш­ка пе­ред пер­вым сви­да­ни­ем.

Ма­ри­не в со­стоя­нии по­да­рить це­лый мир. До­ро­гие ве­щи, брил­ли­ан­ты, ма­ши­ны, особ­ня­ки, ях­ты и са­мо­лё­ты, но, она де­вуш­ка ро­ман­тич­ная, един­ст­вен­ный эк­зем­п­ляр в сво­ём ро­де. На фи­нан­со­вые по­дач­ки, точ­но не по­ве­дёт­ся. Да­же, на­обо­рот, вос­при­мет, что её пы­та­ют­ся под­ку­пить, при­мет как лич­ную оби­ду. Без­ус­лов­но, я дос­та­точ­но уве­рен­ный в се­бя, со­сто­яв­ший­ся муж­чи­на, знаю, что оча­рую и за­во­юю ма­лыш­ку, без осо­бых про­блем. Но, как ис­тин­ный биз­нес­мен, пред­по­чи­таю под­стра­хо­вать­ся, по­это­му, ес­ли мыш­ка-ма­лыш­ка взду­ма­ет взбрык­нуть, при­бег­ну к ба­наль­но­му шан­та­жу. Ко­неч­но, это толь­ко в край­нем слу­чае, но ес­ли, что-то пой­дёт не так, предъ­яв­лю до­ку­мен­ты о мо­шен­ни­че­ских дей­ст­ви­ях её па­поч­ки. Ра­ди се­мьи она на всё пой­дёт, ну а там по хо­ду пье­сы. Ус­ми­рю и обуз­даю…За­став­лю по­лю­бить….

– За­став­лю по­лю­бить, – мыс­лен­но ци­ти­рую се­бя и сра­зу за­да­юсь во­про­сом,­– Ар­ман, от­веть че­ст­но­ са­мо­му се­бе, раз­ве лю­бовь мож­но ку­пить или за­ста­вить по­лю­бить?

– С…а, - вслух вы­ру­гал­ся, не смог сдер­жать гнев­но­го по­ры­ва.

Ра­зум и со­весть слов­но сго­во­ри­лись, убе­ж­дая ме­ня, не со­вер­шать не­об­ду­ман­ных по­ступ­ков, не ид­ти на по­во­ду стра­сти. Но, что мо­жет про­ти­во­пос­та­вить ра­зум, ко­гда серд­це ис­то­ча­ет ра­ны. Ду­ша го­рит и всё нут­ро стре­мит­ся об­ла­дать объ­ек­том стра­сти. Ра­зум ка­пи­ту­ли­ру­ет пе­ред на­тис­ком по­хо­ти и бе­зум­но­го же­ла­ния.

Под­хо­жу к ра­бо­че­му сто­лу и дос­таю из шка­фа фо­то­кар­точ­ку, на ко­то­рой изо­бра­же­на моя же­на.

– Аню­та, – с пе­ча­лью в го­ло­се, про­из­но­шу имя жё­ны.

Всмат­ри­ва­юсь в ли­цо жен­щи­ны, пы­та­юсь уло­вить сход­ст­во с Ма­ри­ной, и осоз­наю, оно дей­ст­ви­тель­но уни­каль­но и бес­спор­но. Судь­ба по­да­ри­ла вто­рой шанс, по­слав мне Ма­ри­ну, пре­дос­та­вив на­де­ж­ду на се­мей­ное сча­стье.

— Ма­ма, - не­до­воль­но фыр­каю, про­дол­жая раз­би­рать ве­щи и ук­ла­ды­вать их в шкаф.

— Да, по­ря­док, в но­ме­ре на­вес­ти ку­да про­ще, чем раз­ло­жить всё по по­лоч­кам, в сво­ей го­ло­ве, ко­то­рая слов­но ста­рый чер­дак, за­хлам­ле­на не­нуж­ным му­со­ром, — мель­ка­ет уко­риз­нен­ная мысль в мо­ей го­ло­ве.

— Ты зна­ешь, не по­ни­маю,– на­чи­наю воз­му­щать­ся.

В по­ры­ве зло­сти бро­саю пла­тье на кро­вать.

— По­че­му свой день ро­ж­де­ния долж­на празд­но­вать с не­из­вест­ны­ми мне людь­ми по чу­ж­дым нам тра­ди­ци­ям? — с чув­ст­вом не­го­до­ва­ния, по­ин­те­ре­со­ва­лась у ма­мы. — И во­об­ще, этот Ар­ман, вы­зы­ва­ет у ме­ня чув­ст­во стра­ха. Он так оце­ни­ваю­ще смот­рит на ме­ня, — во­ин­ст­вен­но зая­ви­ла и за­мол­ча­ла, ожи­дая ре­ак­ции ма­те­ри.

— Ну ко­неч­но, так пря­мо и съест,–  съе­хид­ни­ча­ла ма­ма. — По­смот­ри, ка­кой ши­кар­ный дом.  Нет, это дво­рец, — жен­щи­на с вос­хи­щён­ным взгля­дом, ши­ро­ко раз­ве­ла ру­ка­ми. — Сад. Бас­сейн и лич­ная при­слу­га. Да и сам принц, очень да­же ни­че­го, ря­дом нель­зя по­ста­вить с тво­им Се­ре­жей. Ни ро­жи, ни ко­жи, — с чув­ст­вом пре­неб­ре­же­ния, ска­за­ла она.

— Ма­ма, — пе­ре­би­ла её, — ну, при­чём здесь Сер­гей. Он мой па­рень, а этот ваш принц, про­сто ра­бо­то­да­тель па­пы.  Да и к то­му же лет на пят­на­дцать стар­ше ме­ня, — бес­спор­но, кон­ста­ти­ро­ва­ла факт.

— И что? Глу­пая, ему все­го три­дцать два го­да, по­лу­ча­ет­ся на че­тыр­на­дцать лет те­бя стар­ше,– про­го­во­ри­ла ма­ма. – Он ещё очень мо­лод и при­вле­ка­те­лен.  Ну, толь­ко по­смот­ри, как он к те­бе от­но­сит­ся,– взмо­ли­лась ма­ма,– как к прин­цес­се. О та­ком зя­те, толь­ко меч­тать мо­жет, лю­бая тё­ща. Имен­но та­ко­го муж­чи­ну, ка­ж­дая мать, же­ла­ет в му­жья сво­ей кро­ви­ноч­ке.

Жен­щи­на го­во­ри­ла для се­бя со­вер­шен­но обы­ден­ные ве­щи, в ко­то­рые ис­крен­нее ве­ри­ла.

— Ма­ма, — воз­му­щён­но за­кри­ча­ла, — ты по­ни­ма­ешь, что этот дом. Пер­со­наль­ный са­мо­лёт. При­слу­га.  Да­же чёр­тов бас­сейн, это всё толь­ко что­бы под­ку­пить нас, — не сдер­жи­ваю пра­вед­но­го гне­ва и на­чи­наю гром­ко го­во­рить, са­ма не за­ме­чая, как пе­ре­хо­жу на бо­лее жё­ст­кий раз­го­вор. — Да и во­об­ще, на­вер­но, зря по­да­лась на твои уго­во­ры.

Уве­рен­но ог­ла­си­ла свои мыс­ли. Пусть ма­ма зна­ет, что дан­ная по­езд­ка, мне не­при­ят­на и со­вер­шен­но  не раз­де­ляю вос­тор­гов ро­ди­тель­ни­цы.

— Я хо­чу до­мой. По­ка не­позд­но,– не ус­пе­ва­ла до­го­во­рить, так как мою речь пре­рвал уве­рен­ный, ре­ши­тель­ный и вла­ст­ный муж­ской го­лос, ко­то­рый раз­дал­ся за спи­ной.

— Позд­но, гос­ти до­ро­гие. Те­перь слиш­ком позд­но, — ци­нич­но кон­ста­ти­ро­вал муж­чи­на.

Раз­вер­ну­лась и уви­де­ла, муж­чи­ну с хищ­ной, пло­то­яд­ной и опас­ной ух­мыл­кой смот­ря­ще­го на ме­ня. В его гла­зах де­мо­ны тан­це­ва­ли стра­ст­ный и по­роч­ный та­нец.

Ма­ма при­ня­ла его фра­зу за шут­ку. Не­мно­го скон­фу­жен­но рас­смея­лась. А за­тем, при­дав ли­цу бо­лее серь­ёз­ное вы­ра­же­ние,  доб­ро­же­ла­тель­но кив­ну­ла, в знак при­вет­ст­вия и про­тя­ну­ла ру­ку.

— О гос­по­ди, принц Ар­ман, — с из­ви­няю­щим­ся ви­дом, за­го­во­ри­ла она. — Не слу­шай­те, — злоб­но взгля­ну­ла на ме­ня,– эту глу­пую дев­чон­ку.

На не­сколь­ко се­кунд в ком­на­те по­вис­ла ти­ши­на.

— Ах! Со­всем за­бы­ла, — наи­гра­но, про­из­нес­ла ма­ма, — в ма­ши­не за­бы­ла… Да… Да… Да… Кое-что, в ма­ши­не..., — и вы­бе­жа­ла за дверь, ко­то­рую гром­ко за­кры­ла за со­бой.

В ком­на­те ста­ло душ­но, ат­мо­сфе­ра не­про­из­воль­но на­ка­ля­лась, осоз­на­ва­ла, что нуж­но о чём-то на­чать го­во­рить. По те­лу про­бе­жал огонь, язы­ки пла­ме­ни об­жи­га­ли ка­ж­дую час­тич­ку мое­го те­ла, вы­ну­ж­дая упор­но мол­чать. Муж­чи­на про­дол­жал смот­реть на ме­ня, не от­ры­вая прон­зи­тель­но­го взгля­да.

— Из­ви­ни­те, не хо­те­ла по­ка­зать­ся не бла­го­дар­ной, но не при­вык­ла к та­ко­му от­но­ше­нию, – ви­но­ва­то про­из­нес­ла я.

В мо­их из­ви­не­ни­ях не бы­ло и на­мё­ка на ис­крен­ность, вы­ну­ж­де­на бы­ла со­блю­дать пра­ви­ла при­ли­чия, вот и из­бра­ла так­ти­ку сми­ре­ния и по­кор­но­сти, ко­то­рые мне не­свой­ст­вен­ны и чу­ж­ды.

— К ка­ко­му та­ко­му? – лу­ка­во за­дал про­во­ка­ци­он­ный во­прос муж­чи­на и не­мно­го на­кло­нил го­ло­ву впра­во.

Ощу­ща­ла его изу­чаю­щий взгляд, от ко­то­ро­го ста­ло не по се­бе.

— Да, что он так смот­рит на ме­ня, как удав на кро­ли­ка, то­го и, гля­ди, за­гло­тит, — воз­му­ще­ние и не­го­до­ва­ние за­ро­ди­лось в мо­ей не­по­кор­ной ду­ше, от пло­то­яд­но­го взгля­да Ар­ма­на.

— При­слу­га. Лич­ный са­мо­лёт. Ши­кар­ный дом, — про­дол­жа­ла, спо­кой­но разъ­яс­няя муж­чи­не, при­чи­ны ко­то­рые вы­зы­ва­ют моё сму­ще­ние.

— И, — из­де­ва­тель­ски про­из­нёс он, – по­ка ты про­го­во­ри­ла лишь плю­сы, что те­бя не уст­раи­ва­ет?  Ска­жи пря­мо? — вы­ска­зал во­про­сы, с яв­ным уп­рё­ком в го­ло­се и по­до­шёл ко мне вплот­ную.

Муж­чи­на про­вёл ру­кой по мо­ей ще­ке, ос­та­но­вил­ся на гу­бах, про­го­во­рил мед­лен­но, с хри­пот­цой в го­ло­се, — что не уст­раи­ва­ет? От­ве­чай.

Смот­ре­ла на прин­ца и по­ни­ма­ла, что он ис­крен­не не осоз­на­ёт при­чи­ны мое­го воз­му­ще­ния и не­го­до­ва­ние. В его ми­ре рос­ко­ши и вла­сти, та­кое сло­во как стыд, не­при­ем­ле­мо. Ар­ман при­вык ре­шать про­бле­мы с по­мо­щью де­нег. Жиз­нен­ный прин­цип. Ба­наль­но прост ­– тор­го­во-ры­ноч­ные от­но­ше­ния.

Не смог сдер­жать по­ры­ва уви­деть свою мыш­ку – ма­лыш­ку. Хо­тел прие­хать ве­че­ром, но ка­кая-то, не­объ­яс­ни­мая си­ла по­тя­ну­ла ме­ня к де­воч­ке.

Подъ­е­хал к особ­ня­ку, при­пар­ко­вал ма­ши­ну и вы­шел на­встре­чу ма­лыш­ке. Ме­ня ожи­дал дво­рец­кий, ко­то­рый мо­мен­таль­но на­чал хло­по­тать.

Гроз­ным жес­том ос­та­но­вил его.

– Где мои гос­ти? — как мож­но спо­кой­нее спро­сил я.

Дво­рец­кий с поч­те­ни­ем и долж­ным ува­же­ни­ем по­яс­нил, что они на­вер­ху, раз­би­ра­ют ве­щи.

По­бла­го­да­рил муж­чи­ну и уве­рен­но бы­ст­рым ша­гом от­пра­вил­ся на­верх.

— Хо­зя­ин, —  крик­нул дво­рец­кий. — По­зволь­те, про­во­дить вас.

— Нет, — слов­но но­жом, от­ре­зал я. — Не на­до.

Спеш­ным ша­гом под­нял­ся и уже в ко­ри­до­ре ус­лы­шал го­ло­сок сво­ей де­воч­ки, ко­то­рая воз­му­ща­лась при­ез­дом в мою стра­ну.

Доб­ро­же­ла­тель­ность, во­оду­шев­лён­ность бы­ст­ро уле­ту­чи­лись.

— Вот видь, да­же дверь не за­кры­ли, — по­ду­мал, а  по­том су­до­рож­но осоз­нал, что ма­лыш­ка ска­за­ла, что-то об отъ­ез­де и вол­на зло­бы ох­ва­ти­ла ме­ня.

Бы­ст­ро взял в се­бя в ру­ки, ти­хо во­шёл в ком­на­ту  и как мож­но спо­кой­нее  про­из­нёс, что уже позд­но уез­жать.

Её мать бы­ст­ро под­ско­чи­ла ко мне пы­та­ясь, как мож­но  быть бо­лее дру­же­люб­ной, но бы­ст­ро по­ня­ла, что все по­пыт­ки без­ус­пеш­ны и луч­шее, что она мо­жет сде­лать, это бес­шум­но по­ки­нуть ком­на­ту.

— Ну, хоть в чём-то есть от неё поль­за, — по­ду­мал. — Во­вре­мя уш­ла.

Де­воч­ка с вы­зо­вом смот­ре­ла на ме­ня. Она пы­та­лась го­во­рить уверенно, при этом её го­лос зву­чал с над­ры­вом. Ма­ри­на по­сто­ян­но об­ли­зы­ва­ла гу­бы, ощу­ща­лось её вол­не­ние, ко­то­рое не под­да­ва­лось кон­тро­лю.

По­до­шёл бли­же и ощу­тил её за­пах, же­ла­ние ох­ва­ти­ло ме­ня с ног до го­ло­вы.  Жад­но и стра­ст­но смот­рел в её гла­за, за­да­вал во­про­сы, но не слы­шал от­ве­тов, был оча­ро­ван Ма­ри­ной и мне пле­вать, что она го­во­рит, глав­ное, её губ­ки роб­ко дви­га­ют­ся, щё­ки го­рят, гла­за рас­пах­ну­ты и вни­ма­тель­но смот­рят на ме­ня, да­ря свет и те­п­ло.

— Гос­по­дин Ар­ман,  — про­сто­на­ла она, —  мне боль­но. От­пус­ти­те, по­жа­луй­ста.

— Что? не по­нял? — не­уве­рен­но пе­ре­спро­сил, ко­гда  оч­нул­ся, слов­но от дур­ма­на.

Ре­аль­но девочка, ведьма. Лес­ная ним­фа, ко­то­рая при­во­ро­жи­ла ме­ня. Оча­ро­ва­ла и окол­до­ва­ла серд­це, за­ту­ма­ни­ла и от­ра­ви­ла ра­зум, усы­пи­ла бди­тель­ность и по­ко­ри­ла гор­дость.

Не­про­из­воль­но опус­тил гла­за и уви­дел, что сжи­маю её под­бо­ро­док. Мои паль­цы так силь­но и креп­ко сомк­ну­ли её ко­жу, что она по­крас­не­ла, и на ней ос­та­лись крас­ные от­пе­чат­ки паль­цев.

— Из­ви­ни, за­ду­мал­ся, — спеш­но про­та­ра­то­рил.

При­кос­нул­ся ла­до­нью к её ми­ло­вид­но­му ли­чи­ку и бе­реж­но про­вёл ру­кой по  крас­ным сле­дам на её ко­же.

– Чёрт,– вы­ру­гал­ся я и мыс­лен­но по­жу­рил се­бя за не­сдер­жан­ность.– С та­ким тем­пе­ра­мен­том и на­по­ром ты изу­ве­чишь не­вин­ную де­вуш­ку.

— Так, о чём мы с то­бой го­во­ри­ли? — от­стра­нён­но, весь­ма, хо­лод­но спро­сил.

Ма­ри­на удив­лён­но по­смот­ре­ла на ме­ня и воз­му­щён­но про­из­нес­ла, —  я не хо­чу быть не бла­го­дар­ной, – по­вто­ри­ла она, – но мне не очень при­выч­но, быть в та­кой об­ста­нов­ке. Я про­стая де­вуш­ка, моя жизнь ти­хая и скром­ная, а сей­час всё из­ме­ни­лось. Мне не при­выч­но, — жа­лоб­но про­сто­на­ла Ма­ри­на.

Её глаз­ки стыд­ли­во опус­ти­лись, бро­ви на­хму­ри­лись, а щёч­ки ещё силь­нее рас­крас­не­лись. Вид­но бы­ло, что вол­не­ние Ма­ри­ны уси­ли­ва­ет­ся. Она ли­хо­ра­доч­но сжи­ма­ла и раз­жи­ма­ла паль­цы рук.

Обыч­ная де­вуш­ка, а муж­ская плоть реа­ги­ру­ет, весь­ма креа­тив­но. Ни од­на кук­ла не вы­зы­ва­ла во мне та­кое же­ла­ние. Не про­бу­ж­да­ла без­рас­суд­ную страсть,  за­бы­вая о здра­вом смыс­ле.

— По­слу­шай, Ма­ри­на, се­го­дня твой день ро­ж­де­ния, — ус­ми­рив плот­ские же­ла­ния, спо­кой­но про­го­во­рил. — Да­вай от­ме­тим его, а по­сле об­су­дим все во­про­сы,  ка­саю­щие­ся тво­ей жиз­ни.

Ма­ри­на не­по­ни­маю­ще и тре­бо­ва­тель­но, с не­при­кры­тым уко­ром, по­смот­ре­ла на ме­ня и не­мно­го по­ду­мав, спро­си­ла, — о чём нам с ва­ми го­во­рить? При чём здесь мой день ро­ж­де­ния? – не­до­вер­чи­во спро­си­ла она. — Да, от­ме­тим празд­ник вме­сте с ро­ди­те­ля­ми в этой пре­крас­ной стра­не, —   с тре­пе­том и дет­ским вос­хи­ще­ни­ем, про­из­нес­ла де­воч­ка. —   И мы уе­дим.

Ме­ня пе­ре­ко­си­ло от её твёр­до­го ут­вер­жде­ния.

Гроз­но по­смот­рел на неё.

Не­у­же­ли она так на­ив­на. Ду­ма­ет, что её так про­сто от­пу­щу.  У ме­ня от од­но­го ви­да кры­шу сно­сит, в го­ло­ве эро­ти­че­ские кар­тин­ки од­на за дру­гой по­яв­ля­ют­ся с её уча­сти­ем. Ин­стинк­тив­но плоть на­чи­на­ет пуль­си­ро­вать и при­ни­ма­ет бое­вую стой­ку.

Вы­ды­хаю.  Де­лаю кру­го­вые дви­же­ния го­ло­вой, за­тем про­из­но­шу, — до ве­че­ра, Ма­ри­на.

Вло­жив в свой го­лос нот­ки неж­ной сек­су­аль­но­сти,Бы­ст­ро по­ки­нул ком­на­ту, так и не до­ж­дав­шись от­ве­та от Ма­ри­ны.

Тя­же­ло бы­ло на­хо­дить­ся око­ло объ­ек­та сво­его же­ла­ния и не иметь воз­мож­но­сти при­кос­нуть­ся к ней.

– Ско­ро. Очень ско­ро, – ус­по­каи­вал се­бя, – эта де­воч­ка бу­дет тво­ей.

– Гос­по­дин Ар­ман, – ус­лы­шал жен­ский го­лос и рез­ко раз­вер­нул­ся, осоз­нав, что он при­над­ле­жит мо­ей бу­ду­щей тё­ще.

– Слу­шаю вас, Ксе­ния Ан­д­ре­ев­на,– веж­ли­во об­ра­тил­ся я.

Хо­тя эта жен­щи­на и не вы­зы­ва­ла у ме­ня ни­ка­ко­го ува­же­ния, но ра­ди Ма­ри­ны ста­рал­ся про­яв­лять сдер­жан­ность и уч­ти­вость.

– По­зволь­те вы­ра­зить вам бла­го­дар­ность, за та­кой при­ём, – ко­кет­ли­во хло­пая гла­за­ми, с лу­ка­вой улыб­кой на ли­це, про­бор­мо­та­ла жен­щи­на.

Её сло­ва бы­ли на­пол­не­ны фаль­шам, при­твор­ст­вом и не­дос­ка­зан­но­стью. Она ка­за­лась мне слиш­ком же­ман­ной и ма­нер­ной.

– Это всё, так пре­крас­но, – про­дол­жа­ла свои хва­леб­ные ре­п­ли­ки жен­щи­на. – Ду­маю Ма­ри­на, бу­дет в вос­тор­ге от тор­же­ст­ва и обя­за­тель­но от­бла­го­да­рит вас за ока­зан­ную честь.

– От­бла­го­да­рит, не со­мне­вай­тесь, – злоб­но скри­вил гу­бы и хищ­но блес­нул гла­за­ми.

Ксе­ния не­мно­го рас­те­ря­лась и сму­ти­лась, ви­ди­мо, осоз­нав, что её сло­ва про­зву­ча­ли по­шло, лю­бой муж­чи­на мо­жет, двояко их по­нять и рас­це­нить как пред­ло­же­ние. Что соб­ст­вен­но я и сде­лал. Про­де­мон­ст­ри­ро­вал, что со­гла­сен ку­пить то­вар, ко­то­рый мне от­кры­то был пред­ло­жен.

– Гос­по­дин Ар­ман, – ис­пу­ган­но про­сто­на­ла Ксе­ния.

Ды­ха­ние жен­щи­ны уча­сти­лось. Она пре­под­нес­ла ру­ку к гу­бам, за­тем рез­ко уб­ра­ла её и, гля­дя мне в гла­за, спро­си­ла, – вы не оби­ди­те мою дочь? Она не­вин­ное ди­тя, ко­то­рое соб­ст­вен­но и жиз­ни ещё не ви­де­ла. Но при этом гор­дая и че­ст­ная де­воч­ка, ко­то­рая жи­вёт в ми­ре грёз и меч­та­ний. Она ждёт пре­крас­но­го прин­ца и ис­крен­не ве­рит, что лю­би­мый че­ло­век, обя­за­тель­но поя­вит­ся в её жиз­ни.

За­тем, за­кон­чив свою тро­га­тель­ную речь, Ксе­ния от­ве­ла свои гла­за в сто­ро­ну и, по­мор­щив нос, про­мям­ли­ла, – вер­нее, у неё есть один маль­чик на при­ме­те.  Ни­че­го серь­ёз­но­го, так за руч­ку по­хо­ди­ли. По­гу­ля­ли и по­тан­це­ва­ли.

– Ва­ша дочь на­шла уже прин­ца, прав­да, не уве­рен, что он пре­крас­ный...

— Ма­ма! Ма­моч­ка, — не по­зво­ляю ска­зать и сло­ва на­чи­наю кри­чать, па­ни­ка ох­ва­ты­ва­ет ме­ня. – Да­вай уе­дем.

— Пре­кра­ти ка­приз­ни­чать, — крик­ну­ла ма­ма. — Что за ис­те­ри­ка на ров­ном мес­те? Или что принц те­бя оби­дел?

— Что, он сде­лал? — во­про­си­тель­ным то­ном, про­из­нес­ла она.

— Ни­че­го не сде­лал. Но он ме­ня пу­га­ет, - про­из­нес­ла я, как мож­но, спо­кой­нее, что­бы лиш­ний раз, не бес­по­ко­ить ма­му.

— Его взгляд. Сло­ва. Мыс­ли, — тща­тель­но про­го­ва­ри­ваю ка­ж­дое сло­во, а са­ма хо­ло­дею, как вспом­ню, этот про­ни­ца­тель­ный взгляд, ко­то­рый про­ни­ка­ет в са­мую ду­шу. Ка­са­ет­ся са­мых по­та­ён­ных мест. Про­бу­ж­да­ет же­ла­ния, ко­то­рые со­кры­ты да­же от ме­ня.

— Серд­це за­ми­ра­ет от чёр­ных, слов­но ночь глаз, ко­то­рые мо­гут, од­но­вре­мен­но со­греть и сжечь до ос­но­ва­ния.

Вздра­ги­ваю от вне­зап­но­го во­про­са ма­мы, — ну и что за­мер­ла?

— Та­кой муж­чи­на, как Ар­ман, име­ет ог­ром­ное ко­ли­че­ст­во де­ву­шек. По­верь, у не­го от­боя от них нет, — иро­нич­но про­из­нес­ла ма­ма.

— Нет, до­ро­гая, ты у ме­ня де­воч­ка вид­ная, но не очень со­вре­мен­ная. Ни те­бе на­ка­чен­ных гу­бок, поп­ки или гру­ди, —   па­яс­ни­ча­ла она.

За­тем по­гла­ди­ла ме­ня по пле­чу и серь­ёз­но про­из­нес­ла — ми­лая, не вы­ду­мы­вай. Ар­ман  – вос­точ­ный муж­чи­на, это его гос­те­при­им­ст­во. Он при­вык быть щед­рым, а ты его до­б­рые на­ме­ре­ния вос­при­ни­ма­ешь за что-то дру­гое, не­до­пус­ти­мо так мыс­лить об этом бла­го­род­ном муж­чи­не, — уко­риз­нен­но про­го­во­ри­ла ма­ма.

Про­дол­жа­ла упор­но мол­чать…

— Или, – ко­манд­ным го­ло­сом, про­го­во­ри­ла ма­ма, —   ты что-то чув­ст­ву­ешь к не­му? Мо­жет, он те­бе при­гля­нул­ся, от­веть ма­те­ри? — лу­ка­во спро­си­ла жен­щи­на.

Ксе­ния Ан­д­ре­ев­на при­сталь­но взгля­ну­ла и по­тре­па­ла ме­ня по ще­ке.

— Я чув­ст­вую к не­му страх, — про­сто­на­ла я.– Сво­им взгля­дом об­жи­га­ет ме­ня. По­сто­ян­но изу­ча­ет. Пло­то­яд­но по­жи­ра­ет.

— Вот за­чем он уст­ро­ил этот цирк, с пом­пез­ным празд­но­ва­ни­ем дня ро­ж­де­ния, — воз­му­щён­но ин­те­ре­су­юсь у ма­те­ри. – На­сто­ял и мы прие­ха­ли сю­да. В его стра­ну. Ма­ма, а что ес­ли он не от­пус­тит нас, — ис­пу­ган­но про­го­во­ри­ла я.

— Да, что за вы­дум­ки та­кие! На­вяз­чи­вые мыс­ли у те­бя, —   в пол­ный го­лос за­смея­лась ма­ма. — Он вер­нёт те­бя до­мой и де­нег ещё за­пла­тит го­су­дар­ст­ву, лишь бы за­бра­ли. Ка­кой муж­чи­на те­бя ук­ро­тит? Ты же ему всю ду­шу ис­ца­ра­па­ешь, ко­тё­нок мой, — ма­ма неж­но улыб­ну­лась, об­ня­ла ме­ня и по­це­ло­ва­ла.

Не­воль­но улыб­ну­лась, одоб­ри­тель­но по­ки­ва­ла го­ло­вой, в знак со­гла­сия с ма­ми­ны­ми сло­ва­ми.  Ко­неч­но, вы­ду­мы­ваю. Это всё стресс и на­пря­же­ние.

— Принц Ар­ман: стат­ный, вид­ный, бо­га­тый муж­чи­на. Сто раз я ему не упа­ла, –  ус­по­каи­ва­ла мыс­лен­но се­бя.

На ду­ше бы­ло тре­вож­но. Ис­пы­ты­ва­ла вол­не­ние и не­при­ят­ное пред­чув­ст­вие дур­но­го. По­ни­маю, что дан­ные чув­ст­ва вы­зва­ны внеш­ни­ми фак­то­ра­ми. Нель­зя бы­ло не при­ни­мать во вни­ма­ние, что чу­жая стра­на, пусть и та­кая пре­крас­ная, но всё же да­лё­кая от мо­их идеа­лов и цен­но­стей, в свя­зи с чем с тру­дом адап­ти­ро­ва­лась.

По сти­ли­сти­ке дво­рец де­мон­ст­ри­ру­ет луч­шее из сау­дов­ско­го мас­тер­ст­ва с изы­скан­ны­ми де­та­ля­ми и ме­бе­лью руч­ной ра­бо­ты. Мо­за­ич­ны­ми по­ла­ми и утон­чён­ны­ми ак­цен­та­ми. Зда­ние от­ра­жа­ет бо­лее про­стые вку­сы, страсть к ме­ст­ной ар­хи­тек­ту­ре и де­ко­ра­тив­ным сти­лям.

Вме­сте с тем он та­кой не­сколь­ко мо­дер­но­вый. На­по­ми­наю­щий рос­кош­ное зда­ние аэ­ро­пор­та, име­ет вну­ши­тель­ный свод­ча­тый по­то­лок, мра­мор­ный пол и ог­ром­ные стек­лян­ные ок­на. Да и во­об­ще до­воль­но-та­ки сме­лые ре­ше­ния там ис­поль­зо­ва­ны.

Ар­ман тща­тель­но вы­би­рал ме­сто про­ве­де­ния ме­ро­прия­тия. Ему хо­те­лось, что­бы ма­лыш­ка за­пом­ни­ла своё со­вер­шен­но­ле­тие. В празд­но­ва­ние дня ро­ж­де­ния муж­чи­на вло­жил не толь­ко вну­ши­тель­ные ма­те­ри­аль­ные сред­ст­ва, но и свою ду­шу.

Принц лич­но прие­хал про­ве­рить, как ве­дут­ся при­го­тов­ле­ния к тор­же­ст­ву. Тща­тель­но изу­чил ме­ню. От­дал не­сколь­ко рас­по­ря­же­ний, ка­саю­щих­ся про­ве­де­ния празд­ни­ка. Ни од­на де­таль не бы­ла упу­ще­на муж­чи­ной. Он же­лал, что­бы для Ма­ри­ны, это ста­ло не­за­бы­вае­мым со­бы­ти­ем, ко­то­рое они бу­дут вспо­ми­нать, си­дя у ка­ми­на.

К ве­че­ру бы­ло всё при­го­тов­ле­но, да­же по­го­да бла­го­во­ли­ла к празд­но­ва­нию, не­смот­ря на то, что край­не за­суш­ли­вый кли­мат и тем­пе­ра­ту­ра не опус­ка­лась ни­же три­дца­ти гра­ду­сов, к ве­че­ру по­дул тё­п­лый ве­те­рок, при­но­ся про­хла­ду крас­но­го мо­ря.

Ар­ман вы­шел на ули­цу встре­чать гос­тей. Он хо­тел пер­со­наль­но встре­тить Ма­ри­ну и её род­ст­вен­ни­ков. Ох­ра­ну по­про­сил уда­лить­ся на та­кое рас­стоя­ние, что­бы не сму­щать до­ро­гих гос­тей.

И вот ав­то­ма­ши­на мар­ки rolls-royce cullinan подъ­ез­жа­ют к во­ро­там, за­ез­жа­ет на тер­ри­то­рию двор­ца. Ос­та­нав­ли­ва­ет­ся вбли­зи вхо­да.

Управ­ляю­щий уч­ти­во по­мо­га­ет гос­тям вый­ти.

Ар­ман при­сталь­но смот­рит на объ­ект сво­его не­уём­но­го же­ла­ния. Де­вуш­ка бы­ла по­хо­жа на лань. Грациозна, строп­ти­ва и в то же вре­мя неж­на, по­кор­на, чис­та и не­вин­на.

Не в си­лах боль­ше до­жи­дать­ся, он бы­ст­рым и уве­рен­ным ша­гом на­пра­вил­ся к Ма­ри­не. По­до­шёл к ней, как мож­но близ­ко, но, не на­ру­шая пра­вил при­ли­чия и по­це­ло­вал её неж­ную бар­ха­ти­стую ру­ку.

Де­воч­ка из­ме­ни­лась в ли­це, оно ис­ка­зи­лось в не­до­воль­ной гри­ма­се. Ар­ма­ну да­же по­ка­за­лось на мгно­ве­ние, что его гу­бы, она срав­ни­ла с рас­ка­лён­ной ста­лью. Ото­гнал пе­чаль­ные мыс­ли. При­нял доб­ро­же­ла­тель­ный вид и по­при­вет­ст­во­вал ро­ди­те­лей де­вуш­ки.

По­сле фор­маль­но­го ока­за­ния всех не­об­хо­ди­мых зна­ков при­вет­ст­вия, всё про­шли в зал Двор­ца, ко­то­рый по­ра­жал во­об­ра­же­ние и бу­до­ра­жил ра­зум.

Ар­ма­на не вол­но­вал Дво­рец, его вни­ма­нию бы­ло при­ко­ва­но к Ма­ри­не, ко­то­рая не­обыч­но хо­ро­шо вы­гля­де­ла в пла­тье из кол­лек­ции dress evening фа­со­на Си­лу­эт би­рю­зо­во­го цве­та.

Ар­ман ус­мех­нул­ся сво­им мыс­лям. Он бы в жиз­ни не до­га­дал­ся, что это за кол­лек­ция или что пла­тье би­рю­зо­во­го цве­та, ес­ли бы ни ма­ма Ма­ри­ны, Ксе­ния Ан­д­ре­ев­на. Она всё разъ­яс­ни­ла муж­чи­не, ко­гда он не смог сдер­жать эмо­ции про­из­нёс при «бу­ду­щей тё­щи» сло­ва вос­хи­ще­ния в ад­рес Ма­ри­ны и на­звал её пла­тье пре­крас­но го­лу­бым.

Ксе­ния Ан­д­ре­ев­на бы­ла воз­му­ще­на, за­тем с не­до­воль­ным ви­дом, разъ­яс­ни­ла, что ни­ка­кое это не го­лу­бое, а би­рю­зо­вое пла­тье из кол­лек­ции dress evening фа­со­на Си­лу­эт.

Но, по­том бы­ст­ро ото­шла и до­ба­ви­ла, что всё муж­чи­ны оди­на­ко­вы. Ма­ри­на на­по­ми­на­ла ста­тую. Пре­крас­ную и хо­лод­ную. Го­во­ри­ла ма­ло. Поч­ти не пи­ла. И во­об­ще, ве­ла се­бя очень от­стра­нён­но.

— Ма­ри­на, по­зволь при­гла­сить те­бя на та­нец, — неж­но по­про­сил муж­чи­на, хо­тя Ма­ри­на рас­це­ни­ла эту прось­бу, как тре­бо­ва­ние. Все­му ви­ной, по­став­лен­ный по-во­ен­но­му го­лос Ар­ма­на, ко­то­рый да­же с лас­ко­вым про­из­но­ше­ни­ем зву­чит вла­ст­но и уве­рен­но, слов­но не про­сит, а ко­ман­ду­ет.

Без осо­бо­го же­ла­ния, но Ма­ри­на со­гла­си­лась.

Заи­гра­ла ро­ман­ти­че­ская и мед­лен­ная му­зы­ка.

Ар­ман об­хва­тил та­лию Ма­ри­ны. Де­вуш­ка по­ло­жи­ла ру­ку на пле­чо муж­чи­ны, их сво­бод­ные ру­ки спле­лись в еди­но. При­кос­но­ве­ние рук вы­зва­ло смя­те­ние в ду­ше де­вуш­ки, она ощу­ща­ла тё­п­лую и неж­ную ла­донь муж­чи­ны, и это при­да­ва­ло ей уве­рен­ность в се­бе. Ма­ри­на чёт­ко осоз­на­ва­ла, что на­хо­дит­ся под за­щи­той, в пол­ной безо­пас­но­сти.

Ар­ман не по­зво­лит ей упасть, но и не от­пус­тит. Ру­ки Ар­ма­на, оли­це­тво­ре­ние безо­пас­но­сти, но в то же вре­мя тис­ки, ко­то­рые сжи­ма­ют, оку­ты­ва­ют и под­чи­ня­ют сво­ей вла­сти.

Ар­ман, не от­ры­вал взгляд от Ма­ри­ны. Де­вуш­ка смот­ре­ла ку­да угод­но, толь­ко не на не­го.

— Ма­ри­на, по­смот­ри на ме­ня. От взгля­да в гла­за в гла­за лю­ди не уми­ра­ют, — с до­воль­ной ух­мыл­кой, про­го­во­рил Ар­ман.

— Что, я ??? Не я…, — на­ча­ла мям­лить де­вуш­ка, но го­ло­ву всё же по­вер­ну­ла и роб­ко по­смот­ре­ла в гла­за.

— Ма­ри­на, ты пре­крас­на, – и с эти­ми сло­ва­ми он при­жал её мак­си­маль­но близ­ко к се­бе. Ру­ка скольз­ну­ла по спи­не и ос­та­но­ви­лась на ап­пе­тит­ной по­пе де­вуш­ки, гу­бы Ар­ма­на впи­лись в пух­лые, спе­лые как виш­ня губ­ки Ма­ри­ны. Она по­пы­та­лась от­толк­нуть муж­чи­ну, но это бы­ло не­воз­мож­но.

Ар­ман дей­ст­во­вал, как опас­ное хищ­ное жи­вот­ное. Ес­ли пой­ма­ет, так ни­ко­гда и ни за что не от­пус­тит свою до­бы­чу.

Он по­ка­зал се­бя как силь­но­го и во­ле­во­го муж­чи­ны. Спо­кой­но­го, но уве­рен­но шед­ше­го к сво­ей це­ли.

Про­ис­хо­дя­щее пу­га­ло де­вуш­ку до ужа­са. Ей не хва­та­ло воз­ду­ха. Па­ни­ка и стыд одо­ле­ли её окон­ча­тель­но и она, не за­ме­ти­ла, как соз­на­ние стре­ми­тель­но ста­ло по­ки­дать. Ма­ри­на не слы­ша­ла ни зву­ков ме­ло­дии не чув­ст­во­ва­ла при­кос­но­ве­ния Ар­ма­на.

Ни­че­го, толь­ко тем­но­та. Тьма на­стиг­ла вне­зап­но. За­во­лок­ла и по­гру­зи­ла в ночь, уку­тан­ную стра­ха­ми и пе­ча­лью. День со­вер­шен­но­ле­тия, ко­то­рый дол­жен был стать зна­ме­на­тель­ным со­бы­ти­ем жиз­ни, обер­нул­ся со­вер­шен­но не­ожи­дан­ны­ми по­след­ст­вия­ми.

— Ма­лыш­ка, от­крой гла­за, — взвол­но­ван­но про­из­но­шу, глядя на блед­ное ли­цо де­воч­ки.

Её бес­соз­на­тель­ное со­стоя­ние страш­но пу­га­ет, вы­зы­вая па­ни­ку в ду­ше и гнев на са­мо­го се­бя. Осоз­наю, что сво­им на­по­ром, на­пу­гал Ма­ри­ну. Ви­но­ват, что мыш­ка от стра­ха соз­на­ние по­те­ря­ла.

— Иди­от, — мыс­лен­но ру­гаю се­бя. — Как мож­но бы­ло, со­вер­шен­но не­зна­ко­мо­му че­ло­ве­ку, лезть с по­це­луя­ми к не­вин­ной де­вуш­ке, ко­то­рая чис­та в сво­их по­мыс­лах и дев­ст­вен­на те­лом.

— Ско­ти­на по­хот­ли­вая, — не утихают ру­га­тель­ст­ва в мо­ей го­ло­ве.

Де­воч­ка неспешно от­кры­ва­ет гла­за. Взгляд её ста­но­вит­ся ис­пу­ган­ным, на ли­це по­яв­ля­ет­ся не­по­ни­ма­ние, ко­то­рое бы­ст­ро сме­ня­ет­ся не­до­ве­ри­ем и от­тор­же­ни­ем.

— Что про­изош­ло? — спра­ши­ва­ет ма­лыш­ка и роб­ко пы­та­ет­ся встать с ди­ва­на.

— Ле­жи, — гроз­но при­ка­зы­ваю. Хо­тел про­из­не­сти бо­лее неж­но, но не смог про­кон­тро­ли­ро­вать тембр го­ло­са.

— Что про­изош­ло? — про­мям­ли­ла Ма­ри­на.

Вы­дох­нул и лас­ко­во про­из­нёс, — Ма­ри­на, ты по­те­ря­ла соз­на­ние, но сей­час всё про­шло.

— Где мои ро­ди­те­ли? По­зо­ви­те не­мед­лен­но! по­зо­ви­те ро­ди­те­лей! — на­ча­ла пе­ре­хо­дить на крик Ма­ри­на, при этом за­сы­пая во­про­са­ми и тре­бо­ва­ния­ми.

Неторопливой походкой по­до­шёл к Ма­ри­не и  при­сел на ди­ван. Нежно при­жал её к гру­ди и вла­ст­но про­из­нёс, – ус­по­кой­ся де­воч­ка, и не смей по­вы­шать го­лос. – Так мож­но кри­чать, толь­ко на­хо­дясь в мо­ей по­сте­ли, – сек­су­аль­но, с не­при­кры­тым же­ла­ни­ем, взял ма­лыш­ку за под­бо­ро­док и при­жал­ся к её гу­бам.

Де­воч­ка на­чи­на­ла тре­пы­хать­ся как птич­ка в клет­ке.

Не­пра­виль­ное оп­ре­де­ле­ние, ни­как в клет­ке, а как в ког­тях ко­вар­но­го кор­шу­на.

Це­ло­вал её гу­бы, но мои лас­ки ос­та­ва­лись без­от­вет­ны­ми, на­обо­рот, все мои стрем­ле­ния раз­жечь хоть не­мно­го ог­ня внут­ри де­воч­ки без­на­дёж­но тая­ли.

Ма­ри­на яростно и интенсивно вер­те­ла го­ло­вой, она отчаянно пы­та­лась от­стра­нить­ся от мо­их губ.

— По­жа­луй­ста… по­жа­луй­ста…, — про­пла­ка­ла Ма­ри­на.

На ме­ня это по­дей­ст­во­ва­ло. Не­хо­тя от­стра­нил­ся от де­воч­ки.

— Слу­шай сю­да, — удер­жи­вая, довольно грубо за ру­ку, ко­манд­ным го­ло­сом про­го­во­рил.  – Я че­ло­век Вос­то­ка. Взрос­лый. Са­мо­дос­та­точ­ный. При­вык­ший по­лу­чать всё, что мне нуж­но. Сей­час мне нуж­на ты! На­зо­ви свою це­ну? — неж­но про­вёл по её раскрасневшейся ще­ке. Лю­бая сум­ма. Не­дви­жи­мость. Брил­ли­ан­ты. Ма­ши­ны. Что хо­чешь, ма­лыш­ка? — про­мур­лы­кал я, слег­ка при­щу­рив гла­за и опус­тив бро­ви.

— Боль­но, — пи­ск­ну­ла Ма­ри­на.

— Что? — во­про­си­тель­но и не­до­уме­ваю­ще по­смот­рел на неё.

Де­воч­ка опус­ти­ла гла­за и кив­ну­ла в сто­ро­ну мо­их пальцев, ко­то­рые силь­но сжа­ли её ру­ку. Ко­жа по­крас­не­ла от силь­ной хват­ки, так ув­лёк­ся, не за­ме­тил, что не толь­ко не от­пус­тил её ру­ку, но и на­обо­рот, силь­нее её сжи­мал.

Фе­ном.

Дежавю,  сно­ва на­пом­нил о се­бе.

— Ма­ри­на, из­ви­ни ме­ня, — при­жал её ру­ку к гу­бам и ласково по­це­ло­вал, — не хо­чу при­чи­нять те­бе вред, но чем боль­ше ты со­про­тив­ля­ешь­ся, тем силь­нее бу­дет мой на­пор. Я возь­му то, что при­над­ле­жит мне и ни­кто… Слы­шишь, ни­кто ме­ня не ос­та­но­вит, — ут­вер­ди­тель­но про­из­нёс я.

Ма­ри­на бы­ла бе­зум­но на­пу­га­на, из её пре­крас­ных глаз сте­ка­ли слё­зы по крас­ным ще­кам к дро­жа­щим гу­бам. Она не по­ни­ма­ла, что про­ис­хо­дит с ней в на­стоя­щее вре­мя, эта дей­ст­ви­тель­ность. Она су­до­рож­но пы­та­лась про­снуть­ся от страш­но­го сна. Прогнать, отогнать кош­ма­ра, ко­то­рый ожил.

Ма­ри­на со­бра­лась с си­ла­ми и как мож­но бо­лее уве­рен­но про­из­нес­ла,– что с мои­ми ро­ди­те­ля­ми?

Под­ня­ла гла­за на ме­ня и умо­ляю­ще по­смот­ре­ла.

Моё ли­цо ста­ло бо­лее мяг­ким, по край­ней ме­ре, я по­ста­рал­ся вы­гля­деть бо­лее неж­ным.

— Твои ро­ди­те­ли, бы­ли вы­ну­ж­де­ны по­ки­нуть нас.

— По­нят­но, — про­из­нес­ла де­воч­ка. Мож­но, то­гда я по­еду к ним в особ­няк.

Во­про­си­тель­но при­под­нял бровь, — ты, ме­ня не по­ня­ла. Твои ро­ди­те­ли уе­ха­ли из стра­ны. Они вы­ну­ж­ден­но по­ки­ну­ли нас. Те­бе не­ку­да ехать, — кон­ста­ти­ро­вал я.

За­тем при­нял уве­рен­ный вид.

— Ты бу­дешь жить во двор­це, ко­то­рый вклю­ча­ет в се­бя не­сколь­ко ве­ли­ко­леп­ных гос­ти­ных, 5 спа­лен, 9 ван­ных ком­нат, ши­кар­ную биб­лио­те­ку с ка­би­не­том, не­сколь­ко гар­де­роб­ных, вин­ный по­греб, пре­крас­но обо­ру­до­ван­ные кух­ни, тре­на­жёр­ный зал, до­маш­ний ки­но­те­атр и спа-са­лон, — вы­со­ко­пар­но рек­ла­ми­ро­вал объ­ект. Ес­ли что-то по­на­до­бить­ся, толь­ко на­мек­ни. Лю­бой ка­приз. По­же­ла­ние бу­дет не­за­мед­ли­тель­но ис­пол­не­но, — неж­но улыбаясь, про­го­во­рил я.

— Ма­ри­на, — об­ра­тил­ся к сво­ему бе­ло­ку­ро­му ан­ге­лу. — Пой­ми, те­перь ты моя. Дру­го­го пу­ти у те­бя нет! Ве­рю в судь­бу, ко­то­рой пред­на­чер­та­но, что мы бу­дем вме­сте.

— Да­ёшь сло­во, что ис­пол­нишь? —  с вызовом в глазах пе­ре­спра­ши­ва­ет Ма­ри­на. Девушка специально игнорирует вы­со­ко­пар­ные сло­ва о судь­бе, лишь за­ост­ряя вни­ма­ние на обе­ща­нии.

— Хит­рая де­воч­ка, — про­из­но­шу с лу­ка­вой улыб­кой, пы­та­ет­ся пой­мать ме­ня на сло­ве.

— Сво­бо­ды хо­чешь?! — злоб­но про­ры­чал я и на­вис всем те­лом над Ма­ри­ной.

При­жал её вплот­ную к се­бе так, что па­ра­ли­зо­вал все дви­же­ния.

— Да­вай, де­воч­ка, — с хищ­ным ос­ка­лом про­из­нёс. — Пря­мо сей­час за­слу­жи сво­бо­ду.

Раз­дви­нул ко­лен­ном её но­ги, за­тем всем те­лом при­стро­ил­ся ме­ж­ду но­жек Ма­ри­ны. Эрек­ция уси­ли­лась, как толь­ко,  при­жал­ся плотью к её женскому естеству. Инстинктивно... не­сколь­ко раз ими­ти­ро­вал втор­же­ние в юное и желанное те­ло.

Де­воч­ка вся за­тряс­лась, мне да­же по­ка­за­лось, что она пе­ре­ста­ла ды­шать от стра­ха.

Ра­зу­мом по­ни­мал, что моё по­ве­де­ние не дос­той­но, серд­це твер­ди­ло: «ос­та­но­вись», но вот по­хоть, страсть, соб­ст­вен­ни­че­ские ин­стинк­ты бра­ли вверх.  До­во­ды ра­зу­ма и серд­ца, ухо­ди­ли на вто­рой план.

— Это страш­ный сон, — пы­та­лась ус­по­ко­ить се­бя я.

Но вы­хо­ди­ло не­уме­ло.

В моз­гу пуль­си­ро­ва­ли сло­ва прин­ца, что он все­гда по­лу­ча­ет всё, что хо­чет.

Сей­час «бла­го­род­ный и дос­то­поч­тен­ный» принц по­ки­нул ме­ня, ве­ли­ко­душ­но по­зво­лил по­ду­мать. Хо­тя о чём раз­мыш­ляю. Он не дал мне пра­во вы­бо­ра, от ме­ня ожи­дал по­ло­жи­тель­но­го ре­зуль­та­та.

— Ду­май, Ма­ри­на!  Ду­май, — рас­ха­жи­ва­ла по спаль­ным по­ко­ям слов­но ма­лень­кий зве­рёк, по­пав­ший в клет­ку. Без­за­щит­ный львё­нок, ко­то­ро­го ото­бра­ли у ма­те­ри льви­цы и те­перь его, учась вы­сту­пать в цир­ке.

— Ме­ня ли­шат пра­во вы­бо­ра. Мою во­лю по­да­вят, а жизнь бу­дет под­чи­не­на чу­жим пра­ви­лам, — раз­мыш­ляю я.

Пер­вым де­лом иду в ван­ную ком­на­ту. Бе­ру мяг­кое по­ло­тен­це. Сбра­сы­ваю не­на­ви­ст­ное пла­тье и от­прав­ля­юсь в душ. Вклю­чаю хо­лод­ную во­ду. Умы­ва­юсь и под­ни­маю по­тя­же­лев­шие и опух­шие гла­за. В зер­ка­ле от­ра­жа­ет­ся ли­цо не­из­вест­ной мне де­вуш­ки. Гла­за за­пла­кан­ные, гу­бы ис­тер­за­ны.

— Нет. Точ­но нет, — ут­вер­ди­тель­но про­из­но­шу, — он ме­ня не по­лу­чит. При­ду­маю, как сбе­жать. При­ду­маю....

Вы­хо­жу из ду­ша в лёг­ком ха­ла­ти­ке на об­на­жён­ном те­ле.

— Вот это вид, — слы­шу не­на­ви­ст­ный муж­ской го­лос.

Рез­ко раз­во­ра­чи­ва­юсь и с ужа­саю­щим стра­хом по­ни­маю, что мой кош­мар ожил на­яву.

Ар­ман сто­ит спи­ной ко мне, а его взгляд уст­рем­лён к зер­ка­лу, в ко­то­ром от­ра­жа­юсь я. Он бы­ст­ро раз­во­ра­чи­ва­ет­ся и с гра­ци­ей хищ­ной кош­ки, при­бли­жа­ет­ся ко мне.

— Сто­ять, Ма­ри­на, — ко­ман­ду­ет внут­рен­ний го­лос.

— Он зверь. Нель­зя де­мон­ст­ри­ро­вать страх, – мыс­лен­но го­во­рю се­бе.

На­би­ра­юсь сме­ло­сти и спо­кой­но про­из­но­шу во­прос, — Ар­ман, про­шу Вас.  По­яс­нить, где мои ро­ди­те­ли?

— По­вто­ри, — муж­чи­на ос­та­нав­ли­ва­ет­ся в опас­ной бли­зо­сти от ме­ня.

Роб­ко по­вто­ряю во­прос, — где мои ро­ди­те­ли?

Ар­ман ка­ча­ет го­ло­вой, за­тем на­кло­ня­ет её на­бок. Бе­реж­но про­во­дит паль­ца­ми по мо­им гу­бам и про­из­но­сит,  – имя. Моё имя, по­вто­ри.

Не­мно­го мед­лю, но под­чи­ня­юсь его при­ка­зу и ти­хо про­из­но­шу,– Ар­ман.

— Хо­ро­шо, мыш­ка-ма­лыш­ка. А те­перь ска­жи мне «ты», — хри­п­ло тре­бу­ет муж­чи­на.

Не­до­воль­но и гром­ко вы­ды­хаю. Де­лаю уси­лие над со­бой и про­из­но­шу, — Ар­ман, ты мо­жешь по­яс­нить мне, по­че­му так по­спеш­но уе­ха­ли мои ро­ди­те­ли? — плав­но от­сту­паю, тем са­мым раз­ры­ваю не­на­ви­ст­ный мне кон­такт.

— Нет, Ма­ри­на, так не пой­дёт. Да­вай при­ся­дем, — про­из­но­сит муж­чи­на.

Ар­ман под­хо­дит к крес­лу и жес­том ука­зы­ва­ет мне, что­бы при­се­ла на его ко­ле­ни.

От­ча­ян­но мо­таю го­ло­вой.

Ар­ман улы­ба­ет­ся и по­ка­за­тель­но раз­во­дит ру­ка­ми, — ну на нет и от­ве­тов нет.

— Хо­ро­шо.  Хо­ро­шо, — бы­ст­ро про­из­но­шу я и уже со­би­ра­юсь по­дой­ти, как он вне­зап­но ко­ман­ду­ет, – сто­ять, те­перь пол­зи.

Не­по­ни­маю­щий взгляд, пол­ный не­на­вис­ти, на­прав­ляю на муж­чи­ну.

— На ко­ле­ни, де­воч­ка и, мед­лен­но по­ка­чи­вая сво­ей ап­пе­тит­ной по­пой, пол­зи ко мне. По­иг­ра­ем во взрос­лые иг­ры.

По­шло, вуль­гар­но зву­чат сло­ва муж­чи­ны.

— И по­ду­май, пре­ж­де чем от­ка­зы­вать­ся. Даль­ше ме­ры бу­дут толь­ко жёст­че, — хо­лод­но, ци­нич­но, вла­ст­но и без­апел­ля­ци­он­но го­во­рит муж­чи­на.

Мед­лен­но опус­ти­лась на ко­ле­ни и, не под­ни­мая го­ло­ву, по­полз­ла к прин­цу.

— Под­ни­ми свои глаз­ки на ме­ня,– ско­ман­до­вал Ар­ман.

Под­чи­ни­лась и встре­ти­лась с ним взгля­дом. Мед­лен­но при­бли­зи­лась к его ши­ро­ко раз­дви­ну­тым но­гам.

— Да­вай, ма­лыш­ка, — взял мою ру­ку, при­ло­жил её к сво­ему муж­ско­му ес­те­ст­ву. Сквозь шта­ны ощу­ти­ла ог­ром­ный ор­ган, крас­ка за­ли­ла моё ли­цо.

— Ар­ман, по­жа­луй­ста, — сквозь слё­зы про­го­во­ри­ла я. — Не на­до.

Но муж­чи­на, как буд­то не слы­шал мо­их просьб, он про­дол­жал удер­жи­вать мою ру­ку ря­дом со сво­им во­ин­ст­вен­но на­стро­ен­ный по­ло­вым ор­га­ном.

– Рас­стег­ни шта­ны.  Не бой­ся. Рас­стег­ни шта­ны и по­тро­гай ме­ня, – и гроз­но про­ры­чал, — вы­пол­няй мыш­ка, пом­ни про ро­ди­те­лей.

Под­чи­ни­лась, мыс­лен­но при­ни­мая не­из­беж­ность. Глав­ное — спа­сти се­бя и ро­ди­те­лей, а на­си­лие мож­но пе­ре­жить, всё про­хо­дит и за­бы­ва­ет­ся. И боль… И уни­же­ние…Со­би­раю жиз­нен­ные си­лы и во­лю в еди­ное це­лое, внут­рен­не при­ка­зы­ваю се­бе,  – будь силь­ной.  Не смей пла­кать. Он не дол­жен ви­деть твой страх.

Дро­жа­щи­ми ру­ка­ми рас­стё­ги­ваю шта­ны под его при­сталь­ным взгля­дом.

Ви­жу, что его же­ла­ние на­рас­та­ет. Мои дей­ст­вия его воз­бу­ж­да­ют, ме­ня же это всё пу­га­ет. Ста­ра­ясь не вы­дать свой страх, при­даю го­ло­су спо­кой­ст­вия, – что даль­ше? Снять тру­сы? – не до­жи­да­ясь от­ве­та, дро­жа­щи­ми ру­ка­ми сдёр­ги­ваю их и ос­во­бо­ж­даю по­ло­вой ор­ган.

Муж­ская плоть име­ет вну­ши­тель­ные раз­ме­ры, — кон­ста­ти­рую факт, но мол­ча, как и бы­ло ве­ле­но, про­во­жу ру­кой по на­бух­ше­му ор­га­ну.

— Да, де­воч­ка, — хри­пит му­чи­тель,- те­перь дву­мя ру­ка­ми.

Стыд­но. Страш­но. Про­тив­но. Мерз­ко….

Всё де­лаю как без­воль­ная кук­ла.

— Те­перь мыш­ка, — за­про­ки­ды­вая го­ло­ву на­зад,— возь­ми его в ро­тик. – Да­вай, те­бе по­нра­вит­ся. Пред­ставь, что это ле­де­нец. Ты же лю­бишь слад­кие кон­фет­ки? — с ух­мыл­кой на ли­це хри­пит муж­чи­на.

Пер­вое моё же­ла­ние, это как сле­ду­ет вре­зать ему по яй­цам. Вто­рое, но­ги в ру­ки и бе­жать.

Ар­ман как буд­то про­чи­тал мои мыс­ли, — од­ним бы­ст­рым дви­же­ни­ем схва­тил за во­ло­сы и при­жал ли­цом к ог­нен­но крас­ной пло­ти.

— Вы­пол­няй при­каз, — вла­ст­но ска­зал он, — да­вай со­си, Ма­ри­на.

Слё­зы ска­ты­ва­лись, не мог­ла их кон­тро­ли­ро­вать.

Под­чи­ни­лась.

Об­хва­ти­ла по­ло­вой ор­ган и на­ча­ла мед­лен­но по­гру­жать его в рот.

— Да, ма­лыш­ка. Для на­ча­ла не­пло­хо, – нев­нят­но бор­мо­тал муж­чи­на, — я те­бя нау­чу, как уб­ла­жать сво­его муж­чи­ну. Да­вай глуб­же. Ды­ши но­сом, — ко­ман­до­вал он.

Не­про­из­воль­но дёр­ну­лась, но муж­чи­на ру­кой на­дав­ли­вал мне на шею. Сталь­ная хват­ка не по­зво­ля­ла от­стро­ить­ся.

До­ве­ла его до ор­газ­ма, се­ме­ни­стая со­лё­ная жид­кость за­пол­ни­ла мой ис­тер­зан­ный рот.

— Нет, Ма­ри­на, — ко­ман­до­вал он, – гло­тай. И при­го­товь­ся, ско­ро моё се­мя за­пол­нит твоё со­блаз­ни­тель­ное и та­кое стра­ст­ное те­ло, – сло­ва про­зву­ча­ли как при­го­вор.

По­слуш­но и без­молв­но гло­таю.

Ар­ман ак­ку­рат­но вы­ти­ра­ет ос­тат­ки бе­ло­го ве­ще­ст­ва с мо­их уст, раз­ма­зы­вая не­ко­то­рые кро­хи по гу­бам.

— Ма­ри­на, — принц, ли­хо уса­жи­ва­ет ме­ня на ко­ле­ни, как на­езд­ни­цу, ши­ро­ко раз­во­дя мои но­ги, хри­пит, — без бе­лья. Все­гда встре­чай ме­ня без тру­си­ков.  Ты долж­на быть го­то­ва при­нять ме­ня по мо­ему пер­во­му же­ла­нию. Ну что у нас ме­ж­ду но­жек?  Мок­ро, — сто­нет муж­чи­на мне в гу­бы.

Его ру­ки про­ни­каю под ха­лат, щу­па­ют жен­скую плоть.

— Су­ка, — гром­ко кри­чит он,–  ты что фри­гид­ная?! Пол­но­стью су­хая.

Его при­кос­но­ве­ния не вы­зы­ва­ют во мне ни­ка­ких сек­су­аль­ных чувств, на­обо­рот, ме­ня пе­ре­пол­ня­ет оби­да и страх. Бо­юсь при­кос­но­ве­ний Ар­ма­на, пре­зри­тель­но от­но­шусь к муж­чи­не. Со стра­хом пред­став­ляю, как бу­дут сли­вать­ся на­ши те­ла.

– Я не фри­гид­ная, – вы­да­ви­ла из се­бя фра­зу и со стра­хом по­смот­ре­ла на прин­ца. Хо­те­лось про­кри­чать в ли­цо муж­чи­не, что его дей­ст­вия, счи­та­ют­ся при­ну­ж­де­ни­ем. Что та­кое от­но­ше­ние, про­сто не спо­соб­но вы­звать же­ла­ние в жен­щи­не. На­силь­ст­вен­ные дей­ст­вия, в том чис­ле и пси­хо­ло­ги­че­ские, не­спо­соб­ны за­ро­дить страсть. Про­бу­дить по­хоть.

– Ма­ри­на, ещё не од­на жен­щи­на, не от­ка­зы­ва­ла мне, – свер­кая ог­нен­ны­ми гла­за­ми, про­ры­чал принц и скри­вил гу­бы. – Воз­мож­но, ты пы­та­ешь­ся до­ка­зать мне, что ты осо­бен­ная, но я-то знаю, что это не так. Все жен­щи­ны оди­на­ко­вые. Они лю­бят день­ги. Власть и бо­гат­ст­во.

– Ни­че­го не пы­та­юсь до­ка­зать, – ог­ры­за­юсь я в от­вет на бес­поч­вен­ные об­ви­не­ния, ко­то­рые не име­ют ме­ста. Все его фра­зы от­но­си­тель­но жен­щин, яв­ля­ют­ся не­дос­той­ны­ми и не­спра­вед­ли­вы­ми. Прав­да, нуж­но при­знать, что в на­шем ми­ре, ко­то­рый от­рав­лен амо­раль­ным по­ве­де­ни­ем, есть лю­ди, для ко­то­рых мер­кан­тиль­ные це­ли пре­вы­ше все­го, но нель­зя на всех ве­шать яр­лы­ки. К со­жа­ле­нию,  не­спо­соб­на всту­пать в спор с этим муж­чи­ной. Сей­час не­спо­соб­на. Долж­на вы­ждать вре­мя и то­гда до­ка­зать Ар­ма­ну, на­сколь­ко он оши­ба­ет­ся.

На­хо­жусь в оди­но­че­ст­ве в  ре­зи­ден­ции в по­ко­ях особ­ня­ка.

— Ма­ри­на стро­ит из се­бя не­дот­ро­гу.  Льдин­ку, – раз­мыш­ляю вслух, — нет, ты де­воч­ка, во­все не мра­мор­ная ста­туя. Ты огонь, огонь ду­ши мо­ей. Бе­зум­ное пла­мя, по­се­лив­шее­ся в са­мом цен­тре серд­ца, сжи­га­ешь и гре­ешь, од­но­вре­мен­но.

По­ни­маю са­мо­лю­бие и муж­ская гор­дость за­де­ты, при ви­де со­блаз­ни­тель­но­го те­ла Ма­ри­ны не­уго­мон­ная плоть , из шта­нов го­тов вы­прыг­нуть, а она на все мои лас­ки от­ве­ча­ет пре­зре­ни­ем, хо­лод­но­стью и от­стра­нён­но­стью.

Глав­ное –  те­ло ма­лыш­ки не реа­ги­ру­ет на ме­ня. Пусть ра­зум­ное ес­те­ст­во не­на­ви­дит, но жен­ское на­ча­ло долж­но бы­ло от­клик­нуть­ся.

— Что я не­су? — мыс­лен­но за­дал сам се­бе во­прос и тут же от­ве­тил, — как будто- то це­лок не бы­ло. Да всё они тек­ли от од­но­го при­кос­но­ве­ния. От од­но­го ви­да, а здесь су­хая как пус­ты­ня, — пе­чаль­но кон­ста­ти­ро­вал.

— На­до, что-то ре­шать..  Мо­гу си­лой взять и пле­вать на её ком­форт. Но нет. Хо­чу, что­бы сто­на­ла не от бо­ли, а от удо­воль­ст­вия, — ут­вер­ди­тель­но и гром­ко про­из­нёс я. Мне нуж­на её страсть.  Же­ла­ние.  Не хо­чу её бо­ли.

Лов­лю се­бя на мыс­ли, что та­кие чув­ст­ва вы­зы­ва­ла од­на жен­щи­на в мо­ей жиз­ни, это моя же­на. Имен­но она про­бу­ж­да­ла в мо­ём серд­це лю­бовь. До неё и по­сле  про­сто и без­дум­но тра…л баб.  Аню­ту же я лю­бил.

За­даю се­бе мыс­лен­ный во­прос, — не­у­же­ли, Ма­ри­на про­бу­ди­ла во мне дав­но по­гас­шее чув­ст­во люб­ви? Нет. Это­го не мо­жет быть. По­лю­бить жен­щи­ну, ко­то­рая знать те­бя не хо­чет. Что за на­ка­за­ние та­кое. На­ва­ж­де­ние.....

Ду­ша и мыс­ли...

Еди­ный огонь по­гло­ща­ет ме­ня.

Стою у ок­на и на­блю­даю за ог­ня­ми ноч­но­го го­ро­да, стре­мясь по­га­сить по­жар в сво­ей ду­ше.

Стук в дверь.

— Ну, ко­му там ещё не спит­ся, — по­во­ра­чи­ваю го­ло­ву, — ко­го ещё чер­ти при­нес­ли?  Злоб­но и воз­му­щён­но за­даю во­прос

Дверь от­кры­ва­ет­ся. На по­ро­ге по­яв­ля­ет­ся по­жи­лая жен­щи­на.

— Ва­ше Ве­ли­че­ст­во, — скло­няю го­ло­ву, — не знал, что это вы. Рез­ко из­ме­нил тон на бо­лее снис­хо­ди­тель­ный и поч­ти­тель­ный.

— Ни од­на ду­ша не по­тру­ди­лась до­ло­жить, — уже бо­лее воз­му­щён­но зая­вил я.

— Пре­кра­ти па­яс­ни­чать. Ни к че­му свет­ские при­ли­чия.  Брось, — гром­ко го­во­рит ко­ро­ле­ва-мать. – Я при­шла ни­как долж­но­ст­ное ли­цо.

— А как кто? — спра­ши­ваю с до­лей сар­каз­ма.

— Как мать, — вы­ды­ха­ет она, — ко­то­рая обес­по­кое­на по­ве­де­ни­ем сво­его не­пу­тё­во­го сы­на.

– По­нят­но, –рас­те­рян­но раз­во­жу ру­ки в раз­ные сто­ро­ны.

Моё ли­цо при­ни­ма­ет рас­те­рян­ный вид, вы­со­ко под­ни­маю бро­ви и ши­ро­ко рас­кры­ваю гла­за.

– Что уди­вил­ся? – не­до­воль­но спра­ши­вать ко­ро­ле­ва Ка­ма­лия и при­са­жи­ва­ет­ся на ди­ван.

Она су­ро­во смот­рит на ме­ня. Пре­зре­ние и не­до­ве­рие чи­та­ет­ся в её гла­зах.

– Ма­ма, – об­ра­ща­юсь к жен­щи­не. – Что те­бя за­став­ля­ет счи­тать, что я не­пу­тё­вый сын ве­ли­кой ко­ро­ле­вы? – не удер­жал­ся и с иро­ни­ей про­из­нёс во­прос.

– Ты сно­ва со­вер­ша­ешь не­про­сти­тель­ную ошиб­ку. Те­бя опять окол­до­ва­ла не­дос­той­ная де­ви­ца, – со­кру­ша­ет­ся мать, ак­тив­но и гра­ци­оз­но жес­ти­ку­ли­ру­я. – Как мож­но, во­об­ще, бы­ло вновь свя­зать свою жизнь, – по­ка­ча­ла от­ри­ца­тель­но го­ло­вой и по­­м­ах­а­ла вее­ром пе­ред ли­цом. – Нет, по­ка не свя­зать, но пусть в свою жизнь, эту не­вер­ную!

– Ма­ма, про­шу, вы­би­рай вы­ра­же­ния,  – ува­жи­тель­но, но дос­та­точ­но, су­ро­во от­ве­тил я на ре­п­ли­ки ма­те­ри.

Не­мно­го сжал ру­ки в ку­ла­ки и хо­лод­но до­ба­вил, – это моя жизнь и толь­ко мне ре­шать, ка­кая жен­щи­на бу­дет ря­дом со мной. Кро­ме то­го, пре­ж­де я так­же не ошиб­ся с вы­бо­ром и счи­таю, что Ан­на бы­ла дос­той­ной же­ной. По­это­му про­шу те­бя, про­яви ува­же­ние к её свет­лой па­мя­ти.

– Дос­той­ная жен­щи­на. Бес­плод­ная слов­но пус­ты­ня! Од­но­му Ал­ла­ху, из­вест­но, за ка­кие гре­хи её так про­кля­ли бо­ги.

Сло­ва ма­те­ри боль­но уда­ри­ли по серд­цу, её фра­за о мо­ей же­не бы­ли аб­со­лют­но не­спра­вед­ли­вы.

— Не ве­рю! Пре­одо­ле­ла. Мо­ло­дец, —  тор­же­ст­вен­но вос­кли­цаю я.

Не ус­пе­ваю отой­ти от за­бо­ра, как слы­шу в но­чи муж­ской го­лос.

— Мыш­ка-ма­лыш­ка, — не го­во­рит, ры­чит он, — за твоё не­по­слу­ша­ние бу­дешь на­ка­за­на.

По­во­ра­чи­ваю го­ло­ву и ви­жу Ар­ма­на.

Злой. Страш­ный. Не­пред­ска­зуе­мый.

Не мо­гу кон­тро­ли­ро­вать се­бя.

Мо­мен­таль­но в го­ло­ву при­хо­дит мысль, что сроч­но нуж­но бе­жать. Ес­ли бу­ду мед­лить, ме­ня не­из­беж­но ждёт на­ка­за­ние. Ка­ра, ко­то­рая на­стиг­нет ме­ня. Злость и оби­да бу­шу­ют в мо­ём серд­це. На­ка­за­ние за то, что я пы­та­юсь, спа­сти свою жизнь яв­ля­ет­ся не­спра­вед­ли­вым.

– Ар­ман — это ве­ро­лом­ный и ко­вар­ный пре­ступ­ник. Че­ло­век, ко­то­рый пре­неб­рёг все­ми за­ко­на­ми, – шеп­чет го­лос внут­ри ме­ня.

Ин­стинкт са­мо­со­хра­не­ния рез­ко обо­ст­ря­ет­ся и гром­ко на­чи­на­ет тре­бо­вать ак­тив­ных дей­ст­вий. Страх и ужас уси­ли­ва­ют же­ла­ния бе­жать от муж­чи­ны.

Рез­ко и уве­рен­но бе­гу в кро­меш­ную тьму, не раз­би­рая до­ро­ги.

Тол­чок. За­хват.

Па­даю на зем­лю, муж­чи­на на­ва­ли­ва­ет­ся на ме­ня свер­ху.

— Ты дей­ст­ви­тель­но, без тор­мо­зов. Что тво­ришь, глу­пая? Бе­жать от зве­ря се­бе ху­же де­лать, – про­из­но­сит он мне пря­мо в гу­бы...

— При­знаё­те, что вы зверь, — злоб­но про­го­ва­ри­ваю я.

– Не на­до ло­вить ме­ня на сло­ве - ог­ры­за­ет­ся Ар­ман. Ты спе­ци­аль­но про­во­ци­ру­ешь. Че­го ты хо­чешь до­бить­ся та­ким по­ве­де­ни­ем?

– До­бить­ся? – вы­плё­вы­ваю во­прос и без­ус­пеш­но пы­та­юсь ос­во­бо­дить­ся от сталь­но­го за­хва­та муж­чи­ны.

Ощу­щаю се­бя бес­по­мощ­ной жерт­вой, ко­то­рая уго­ди­ла в кап­кан бес­сер­деч­но­го мань­я­ка.

– Я хо­чу, – на­чи­наю кри­чать я и про­дол­жаю по­пыт­ки столк­нуть муж­чи­ну с се­бя. – Нет, не хо­чу, а тре­бую, что­бы ме­ня не­мед­лен­но от­пус­ти­ли.

Ли­цо Ар­ма­на ис­ка­жа­ет­ся в злоб­ной гри­ма­се. С хищ­ным ос­ка­лом он на­кло­ня­ет­ся мак­си­маль­но близ­ко к мо­им гу­бам. Его гу­бы ка­са­ют­ся мо­ей ко­жи. Жар те­ла об­жи­га­ет ме­ня, хо­лод глаз ле­де­нит ду­шу.

Ар­ман, тя­же­ло ды­ша, хри­п­лым го­ло­сом сто­нет, – ты моя соб­ст­вен­ность. Глу­пая мыш­ка-ма­лыш­ка. Здесь есть один за­кон и это я. За­пом­ни мои сло­ва и при­ми не­из­беж­ность.

– При­нять не­из­беж­ность, – по­вто­ряю сло­ва Ар­ма­на.

Яро­ст­но на­чи­наю вер­теть го­ло­вой, пы­та­ясь сбе­жать от при­кос­но­ве­ния го­ря­чих губ.

– Ма­ри­на, твой тем­пе­ра­мент воз­бу­ж­да­ет. Твоя не­по­кор­ность вол­ну­ет, – сквозь зу­бы, про­из­но­сит Ар­ман. – Но в то же вре­мя, из­ряд­но на­чи­на­ет бе­сить. Мы мо­жем на­чать на­ши от­но­ше­ния бо­лее спо­кой­но и не­при­ну­ж­дён­но, ес­ли ты бу­дешь бо­лее бла­го­склон­на.

– Не бу­ду бо­лее бла­го­склон­на, – из по­след­них сил кри­чу я и сжи­маю гу­бы, та­ким об­ра­зом, что они пре­вра­ща­ют­ся в то­нень­кую нить.

Бу­ду бо­роть­ся за свою сво­бод­ную жизнь. Мне не нуж­ны бо­гат­ст­ва и при­ви­ле­гии, ес­ли я бу­ду ли­ше­на глав­ной че­ло­ве­че­ской цен­но­сти, ко­то­рая за­клю­ча­ет­ся в сво­бо­де вы­бо­ра, – чёт­ко рас­став­ляю при­ори­те­ты в сво­ей го­ло­ве.

Зверь бо­лее точ­но­го оп­ре­де­ле­ния, в дан­ный мо­мент, нель­зя бы­ло луч­ше­го на­име­но­ва­ния для ме­ня при­ду­мать.

Обе­зу­мел.

Оз­ве­рел, ко­гда мне по­зво­ни­ли из двор­ца, и ох­ра­на со­об­щи­ла, что де­воч­ка вы­прыг­ну­ла из ок­на и в на­стоя­щее вре­мя пе­ре­ле­за­ет че­рез ог­ра­ж­де­ния.

Не­за­мед­ли­тель­но при­ка­зал осу­ще­ст­в­лять ви­зу­аль­ный кон­троль за ней.

Ни­ка­ких дей­ст­вий к бег­лян­ке не пред­при­ни­мать.

Сам её за­дер­жу.

Не пом­ня се­бя, вы­ехал из сво­ей ре­зи­ден­ции.

В моз­гу пуль­си­ро­ва­ли сло­ва, – как мог­ла, да как по­сме­ла.

Подъ­ез­жаю к двор­цу и на­блю­даю, весь­ма за­ни­ма­тель­ную кар­ти­ну: де­воч­ка спеш­но ос­мат­ри­ва­ет­ся по сто­ро­нам и лов­ко спры­ги­ва­ет с за­бо­ра.

Даль­ше как в ту­ма­не..

Опом­нил­ся, толь­ко ко­гда я при­жал её сво­им те­лом к зем­ле и ус­лы­шал свой при­го­вор, зву­чав­ший как во­прос, – вы при­знаё­те се­бя зве­рем?

Под­ни­ма­юсь с зем­ли, гру­бо хва­таю её.

– Бы­ст­ро по­шла об­рат­но и без глу­по­стей. Ты се­бе и так уже за­ра­бо­та­ла та­кое ко­ли­че­ст­во на­ка­за­ний, за всю жизнь не рас­пла­тишь­ся,  – про­ры­чал, пре­ис­пол­нен­ный же­ла­ни­ем, на­ка­зать как мож­но бо­лее жё­ст­ко и сла­до­ст­ра­ст­но.

Тол­каю её впе­рёд и ви­жу, что идёт Ма­ри­на при­хра­мы­вая.

Иг­но­ри­руя её воз­ра­же­ния, под­хва­ты­ваю её на ру­ки и не­су в сто­ро­ну до­ма.

Вол­на же­ла­ния ох­ва­ты­ва­ет ме­ня, ста­ра­юсь ус­по­ко­ить­ся.

За­но­шу бег­лян­ку в гос­ти­ную и ук­ла­ды­ваю на ди­ван.

– Что бо­лит? – спра­ши­ваю Ма­ри­ну.

– Но­га, – сто­нет де­воч­ка и вы­тя­ги­ва­ет по­ра­жён­ную ко­неч­ность.

Ак­ку­рат­но за­ди­раю шта­ны, ощу­пы­ваю неж­ную ко­жу, не­мно­го на­жи­маю на щи­ко­лот­ку.

– Боль­но,  – сквозь слё­зы, про­из­но­сит она, – не на­до тро­гать, боль­но ...

– С..а, – вы­ры­ва­ет­ся у ме­ня креп­кое воз­му­ще­ние. – Боль­но? Да ты мог­ла се­бе шею свер­нуть и во­об­ще ни­че­го уже не чув­ст­во­вать.

Бе­ру те­ле­фон и на­би­раю но­мер сво­его лич­но­го вра­ча.

До­го­ва­ри­ва­юсь о встре­че.

– Ну всё ус­по­кой­ся, – за­бот­ли­во про­из­но­шу я и при­са­жи­ва­юсь ря­дом с Ма­ри­ной на ди­ван, – сей­час прие­дет док­тор и ос­мот­рит те­бя.

Де­воч­ка вжи­ма­ет­ся в ди­ван и от­во­дит взгляд.

– Бо­ит­ся. Пра­виль­но де­ла­ет, – мыс­лен­но ут­вер­ждаю я.

Пусть от­ве­ча­ет за свои по­ступ­ки. В кон­це кон­цов, я во­все не вар­вар или кро­во­жад­ный убий­ца. Пред­ла­гаю де­воч­ке, все воз­мож­ные бла­га, о ко­то­рых мо­жет толь­ко меч­тать обыч­ная де­вуш­ка с не­за­уряд­ной внеш­но­стью.

Смот­рю на Ма­ри­ну и по­ни­маю, что де­воч­ка очень да­же ми­лень­кая. Ак­ку­рат­ный но­сик, свет­лая ко­жа, бе­ло­ку­рые, шел­ко­вис­тые во­ло­сы. Но обыч­ная внеш­ность, да­же, мож­но ска­зать, что впол­не стан­дарт­ная.

– Чёрт, но це­п­ля­ет она ме­ня не по-дет­ски, – при­зна­юсь, са­мо­му се­бе. – Ма­ри­на как пре­крас­ный ан­гел. Хруп­кое соз­да­ние, ко­то­рое слов­но маг­нит при­тя­ги­ва­ет к се­бе. В этой де­вуш­ке есть ка­кая-то за­гад­ка, не­по­сти­жи­мая тай­на. И будь я про­клят, ес­ли не рас­крою её.

Злость не­мно­го про­хо­дит. На сме­ну при­хо­дит чув­ст­во со­стра­да­ния к ма­лыш­ке.

– Я не хо­чу, что­бы те­бе бы­ло боль­но… Но за свои по­ступ­ки, Ма­ри­на, нуж­но от­ве­чать,- кон­ста­ти­рую факт и су­ро­во хму­рю бро­ви, опус­кая их к гла­зам.

– Хо­тел, что­бы всё бы­ло по-хо­ро­ше­му, – ис­крен­не ска­зал я, –

– За­чем ну­жен док­тор? – злоб­но про­из­но­сит де­воч­ка и ог­нен­ным взгля­дом смот­рит на ме­ня, – да­вай­те убей­те и за­ко­пай­те на тер­ри­то­рии пре­крас­но­го са­да воз­ле двор­ца.

– Нет, ми­лая –  на­чи­наю злить­ся от её пре­зре­ния и не­на­ви­ст­но­го взгля­да, – лёг­кой смер­ти мо­жешь не ожи­дать.  Я бу­ду уби­вать те­бя мед­лен­но… стра­ст­но… Ты бу­дешь уми­рать ка­ж­дую ночь. Ут­ром воз­ро­ж­дать­ся и сно­ва уми­рать. Лас­кая твоё те­ло. Це­луя твои гу­бы, бу­ду до­во­дить те­бя до со­стоя­ния по­те­ри свя­зи с ре­аль­но­стью. Ты уви­дишь звёз­ды ут­ром, те­бя по­гло­тит свет но­чью.

Две­ри гос­ти­ной от­кры­ва­ют­ся, и на по­ро­ге по­яв­ля­ет­ся док­тор.

***

Док­тор за­кан­чи­ва­ет ос­мотр и за­яв­ля­ет, что но­га не сло­ма­на, а это все­го лишь рас­тя­же­ние.

От­кры­ва­ет свой вра­чеб­ный че­мо­дан­чик и пе­ре­да­ёт мне мазь.

– Это не­об­хо­ди­мо вти­рать ут­ром и ве­че­ром на по­вре­ж­дён­ное ме­сто на но­ге.

— Хо­ро­шо, док­тор. Спа­си­бо, — про­из­но­шу и по­жи­маю ру­ку. — Вас про­во­дят.

— Да, гос­по­дин Ар­ман, де­воч­ке сей­час ну­жен по­кой. Обес­печь­те Ма­ри­не его, по­жа­луй­ста, — кон­ста­ти­ро­вал док­тор.

В знак со­гла­сия лишь мол­ча кач­нул го­ло­вой и по­смот­рел в сто­ро­ну Ма­ри­ны.

– Де­воч­ка так не­на­ви­дит и бо­ит­ся бли­зо­сти со мной, что го­то­ва в но­чи бе­жать на­встре­чу не­из­вест­нос­ти, – по­се­ща­ет ме­ня пе­чаль­ная мысль. — Ка­ле­чит се­бя. Кто дал пра­во под­вер­гать свою жизнь опас­но­сти.... Она, её те­ло и ду­ша при­над­ле­жат мне.  Я и толь­ко я ре­шаю, что де­лать с мо­им дра­го­цен­ным объ­ек­том же­ла­ния, — не­укос­ни­тель­но убе­ж­даю се­бя.

— Ма­ри­на, — лас­ко­во про­из­но­шу я.

По­ни­мая, что де­воч­ка и так на­пу­га­на, да и на­бе­га­лась.

– Ус­та­ла, – гром­ко про­из­но­шу я и с неж­но­стью смот­рю на свою мыш­ку-ма­лыш­ку.

— Под­ни­май­ся, я от­не­су те­бя в спаль­ню, — не про­шу, тре­бую.

Де­воч­ка на­пря­глась, как буд­то ста­ла один ого­лён­ный нерв. Хо­тел по­мочь под­нять­ся, но она от­шат­ну­лась от ме­ня, как буд­то мои ру­ки обожг­ли её ко­жу.

— Ма­ри­на, — с нот­ка­ми раз­дра­же­ния про­го­ва­ри­ваю я, — ты са­ма не дой­дёшь.

— Хо­чу по­мочь под­нять­ся толь­ко и все­го.  Я те­бя не тро­ну.

Мыс­лен­но до­бав­ляю, — по­ка не тро­ну.

— Обе­щае­те, — не от­ры­вая сво­их ог­ром­ных глаз, от ме­ня про­из­но­сит она.

— И за не­до­ве­рие, и за не­по­слу­ша­ние, и за.... , де­воч­ка за всё бу­дешь на­ка­за­на. Дол­го и слад­ко удов­ле­тво­ряя все мои же­ла­ния.  От­но­си­тель­но те­бя у ме­ня мно­го пла­нов, – не­при­ну­ж­дён­но раз­мыш­ляю я, про­дол­жая мол­ча на­блю­дать за крош­кой.

— Обе­щаю, –  про­из­но­шу вслух и неж­но до­бав­ляю, – ну что иди на руч­ки.

— Я вам ве­рю, принц, – про­из­но­сит Ма­ри­на.

Про­тя­ги­ва­ет свои руч­ки и ох­ва­ты­ва­ет пле­чи. Под­ни­маю её с ди­ва­на и по­ни­маю, что дан­ное ей обе­ща­ние труд­но бу­дет сдер­жать. Же­ла­ние це­ло­вать гу­бы, лас­кать  те­ло, на­ко­нец, со­рвать цве­ток не­вин­но­сти, раз­ры­ва­ет ме­ня на час­ти. Све­жи вос­по­ми­на­ния ораль­ных ласк этой де­воч­ки, но и пом­ню ре­ак­цию ма­лыш­ки на ме­ня. Пол­но­стью су­хая…, да­же на­мё­ка на воз­бу­ж­де­ния не бы­ло. Впер­вые не смог вы­звать страсть в жен­щи­не.

— На­вер­но, ста­рею, – с до­лей ус­меш­ки, про­го­во­рил се­бе под нос.

– Да­вай, ма­лыш­ка. От­ды­хай, — ук­ла­ды­ваю де­воч­ку на кро­вать. — Сни­май кос­тюм, мо­жешь и бе­льё снять. Не про­тив.

— Вы обе­ща­ли, — не­по­ни­маю­ще на­чи­на­ет моргать и мо­тать го­ло­вой.

— Я обе­щал. Я ис­пол­няю, — про­из­но­шу.

Опять за­раза ма­ло­лет­няя по­сме­ла усом­нить­ся в мо­их сло­вах.

Без­апел­ля­ци­он­но за­яв­ляю, — но, спать се­го­дня бу­ду с то­бой. Своё сло­во дер­жу, — са­жусь на кро­вать и про­во­жу ла­до­нью по ли­чи­ку кра­са­ви­цы,

— А вот те­бе ве­ры нет.

— Бу­ду в кос­тю­ме, — про­кри­ча­ла Ма­ри­на и жа­лоб­но про­сто­на­ла, — не за­став­ляй­те сни­мать, по­жа­луй­ста.

— Ну, хо­ро­шо. Возь­ми ноч­ную со­роч­ку, — пе­ре­дал оде­ж­ду для сна и от­вер­нул­ся.

— Оде­вай бы­ст­ро,- ско­ман­до­вал я, – ина­че по­мо­гу.

Мои сло­ва по­дей­ст­во­ва­ли на Ма­ри­ну. Ко­гда раз­вер­нул­ся к ней, она ле­жа­ла в кро­ва­ти, уку­тав­шись с го­ло­вой одея­лом.

— Нет, ты ещё со­всем ре­бё­нок. Де­воч­ка, — про­из­нёс я, — по­ра взрос­леть.

За­кон­чил фра­зу, а сам по­ду­мал, что ско­ро по­спо­соб­ст­вую её ста­нов­ле­нию жен­щи­ной. Рас­крою  тай­ные же­ла­ния, за­став­лю же­лать ме­ня не толь­ко те­лом, но и ду­шой. Мыш­ка-ма­лыш­ка познаёт удо­воль­ст­вие от плот­ских утех. Пой­мёт, что та­кое на­стоя­щий муж­чи­на и как при­ят­но от­да­вать­ся сво­им стра­ст­ным по­ры­вам.

Сбра­сы­ваю ру­баш­ку и шта­ны, ло­жусь ря­дом с Ма­ри­ной. При­тя­ги­ваю её бли­же к се­бе. Да­же сквозь одея­ло, крош­ка ощу­ща­ет эрек­цию, вну­ши­тель­ное муж­ское дос­то­ин­ст­во упи­ра­ет­ся ей в по­пу.

— Спи, это ре­ак­ция здо­ро­во­го ор­га­низ­ма муж­чи­ны на жен­щи­ну, — ус­по­каи­ваю­ще про­из­но­шу я.

Го­во­рю спи, а сам хрен ус­ну. Не её я так на­ка­зы­ваю, а се­бя, ноч­ным стоя­ком.....

Вды­хаю пья­ня­щий аро­мат те­ла. За­ры­ва­юсь но­сом в её длин­ные мяг­кие во­ло­сы. Буй­ное во­об­ра­же­ние яр­ко де­мон­ст­ри­ру­ет те­ло де­воч­ки. Ап­пе­тит­ные фор­мы. Изящ­ные из­ги­бы. Ощу­щая мяг­кое и неж­ное те­ло, ко­то­рое та­кое сек­су­аль­ное и стра­ст­ное, при этом чис­тое и не­вин­ное.

Без осо­бо­го же­ла­ния рас­кры­ваю гла­за.

– Нет, это был не сон.  Это страш­ная ре­аль­ность, – пе­чаль­но осоз­наю я.

Бы­ст­ро встаю, хва­таю по­ло­тен­це и иду в душ. Но как иду, хро­маю.

– Хро­мая ло­шадь, - по­ду­ма­ла я, – бра­ко­ван­ная. Та­ких толь­ко на убой.

За­кон­чив вод­ные про­це­ду­ры, за­мо­та­ла те­ло по­ло­тен­цем.

– А вдруг опять явит­ся этот бе­зум­ный принц!

При мыс­ли о нём, сра­зу схва­ти­ла тру­си­ки и на­де­­ла. Сла­бая, ко­неч­но, пре­гра­да для не­го, но все же ин­стинк­ты под­ска­зы­ва­ли, что луч­ше так, чем све­тить свои­ми пре­лес­тя­ми.

Вы­хо­жу из ду­ша и ви­жу де­вуш­ку, ко­то­рая раз­би­ра­ет ве­щи у ме­ня в шка­фу. Уви­дев ме­ня, она по­вер­ну­лась и на рус­ском язы­ке, но с за­мет­ным ак­цен­том про­из­нес­ла, -–доб­рое ут­ро, гос­по­жа.

– Хва­тит, – при­крик­ну­ла я.

Де­вуш­ка ис­пу­га­лась и вздрог­ну­ла.

– Из­ви­ни­те, но я вам не гос­по­жа. На­зы­вай­те ме­ня про­сто Ма­ри­на. Мож­но на «ты».

– Как же мо­гу, я обыч­ная де­вуш­ка, – ска­за­ла она. – А вы, жен­щи­на на­ше­го прин­ца. Про­сти­те, не мо­гу. По срав­не­нию с ва­ми, я не­дос­той­ное и бес­прав­ное су­ще­ст­во, – и не­уве­рен­но за­мо­та­ла го­ло­вой.

– По­слу­шай­те, бо­лее бес­прав­но­го су­ще­ст­ва, чем я, вы не най­дё­те в этом двор­це, – пе­чаль­но про­шеп­та­ла. – Я не жен­щи­на прин­ца, а его ра­бы­ня. Ме­ня по­хи­ти­ли,- с моль­бой в го­ло­се про­из­нес­ла, – мне нуж­на по­мощь.

– Те­бе нуж­ны роз­ги, – злоб­но крик­нул муж­чи­на.

Слов­но в за­мед­лен­ной съём­ке по­вер­ну­ла го­ло­ву и уви­де­ла его.

Пре­крас­ное чу­до­ви­ще.

Гроз­ный принц.

– По­шла вон, бы­ст­ро, – рявк­нул он на де­вуш­ку, ко­то­рая не­мед­лен­но вы­бе­жа­ла из ком­на­ты, – и дверь за­при на ключ.

Муж­чи­на мед­лен­но, с убий­ст­вен­ной не­спеш­но­стью, стал рас­стё­ги­вать по­яс.

Снял ко­жа­ный ре­мень и взяв его в ру­ки, про­де­мон­ст­ри­ро­вал во всю дли­ну.

Мои гла­за ок­руг­ли­лись от ужа­са и не­ми­нуе­мо­го на­ка­за­ния.

– За что? Не на­до на­си­лия,- про­из­нес­ла я сла­бым го­ло­ском.

– Это на­ка­за­ние для те­бя ма­лыш­ка.  По­вер­нись спи­ной и об­ло­ко­тись на стол. При­жми свою мор­доч­ку к по­верх­но­сти сто­ла и нож­ки рас­ставь.

– Что? – роб­ко пе­ре­спро­си­ла я.

– По­пу свою вы­ста­ви впе­рёд, – при­крик­нул Ар­ман и силь­но уда­рил рем­нём се­бе по ру­ке.

– При­жи­га­ет, ма­лыш­ка, – сек­су­аль­но, с хри­пот­цой ска­зал принц.

Смот­ре­ла на муж­чи­ну и осоз­на­ва­ла, что на­хо­жусь во вла­сти бе­зум­ца. Ме­ня одо­ле­ва­ла зло­ба, а глав­ное, оби­да на Ар­ма­на.

– По­че­му? – роб­ко за­сто­на­ла я и ок­руг­ли­ла гла­за.

Ста­ра­лась дер­жать­ся стой­ко, не по­ка­зы­вать сво­его стра­ха.

– Ме­ня ни­ко­гда не би­ли, – по­пы­та­лась объ­яс­нить­ся с муж­чи­ной. Го­лос дро­жал, по те­лу по­бе­жа­ли му­раш­ки. Креп­ко сжи­ма­ла по­ло­тен­це, пы­та­ясь от­стра­нить­ся от про­ис­хо­дя­ще­го ужа­са.

– В этом и за­клю­ча­ет­ся твоя про­бле­ма, мыш­ка-ма­лыш­ка, – гроз­но зая­вил Ар­ман. – Те­бя не вос­пи­та­ли долж­ным об­ра­зом. Ты вы­рос­ла как ди­кая ро­за, за ко­то­рый был осу­ще­ст­в­лён не­пра­виль­ный уход.

– Вы са­дов­ник, – не удер­жа­лась я от сар­каз­ма.

– Нет, – крат­ко от­ве­тил Ар­ман.– Я че­ло­век, ко­то­рый за­ста­вит те­бя под­чи­нять­ся и ува­жать чу­жие тра­ди­ции.

– Нель­зя за­ста­вить ува­жать. Как и нель­зя за­ста­вить лю­бить. Ува­же­ние и лю­бовь за­слу­жи­ва­ют, но ни­как не бе­рут си­лой или при­ну­ж­де­ни­ем.

Ар­ман вы­со­ко под­нял бро­ви и удив­лён­но по­смот­рел на ме­ня. Его ли­цо оза­ри­ла ехид­ная улыб­ка.

– Вам смеш­но, но я го­во­рю прав­ду, – про­дол­жа­ла на­стаи­вать на сво­их до­во­дах. – Лю­бовь, ува­же­ние очень силь­ные чув­ст­ва. Имен­но они от­ли­ча­ют нас от жи­вот­ных, ко­то­рые ру­ко­во­дству­ют­ся лишь ин­стинк­та­ми. Хо­тя да­же зве­ри спо­соб­ны на лю­бовь к сво­ему хо­зяи­ну.

– Ви­ди­мо, ты ре­ши­ла по­фи­ло­соф­ст­во­вать, – уг­рю­мо про­го­во­рил Ар­ман. – Лю­бовь, ува­же­ние. Со­гла­сен, силь­ные сло­ва, толь­ко вот не ка­ж­до­му да­но их по­знать. Есть ка­те­го­рия лю­дей, ко­то­рые про­сто не­спо­соб­ны на та­кие чув­ст­ва. Они при­зна­ют лишь си­лу.

Со­мне­ний не ос­та­ва­лось, Ар­ман  ме­ня от­но­сил к ка­те­го­рии лю­дей, ко­то­рые при­зна­ют лишь си­лу. Ему без­раз­лич­но моё внут­рен­нее вос­при­ятие ми­ра.  Муж­чи­на ис­клю­чал и пре­неб­ре­гал мои­ми пра­ва­ми и ин­те­ре­са­ми. Толь­ко вот принц жес­то­ко оши­бал­ся. Имен­но он, яр­кий пред­ста­ви­тель ка­те­го­рии лю­дей не­спо­соб­ных на ува­же­ние и лю­бовь. Толь­ко в сло­жив­шей­ся си­туа­ции, это не име­ло ров­ным счё­том ни­ка­ко­го зна­че­ния.

– Я боюсь. Хочу, чтобы наш первый раз стал актом любви, а вовсе ненасилия. Пожалуйста, давай попробуем стать обычной парой. Должна поближе узнать своего …первого мужчину!

***

Прекрасно понимаю, что мужчина не остановиться пока не получит желаемого, а его цель — это моё тело.

Сама не понимаю, как произнесла фразу, про моего первого мужчину.

Страх. Инстинкт самосохранения подтолкнул меня к правильному решению.

Получила немного времени, а что дальше.....

Арман согласился на мои условия.

– Ты романтичная девушка, мне это нравится. Давай сходим на свидание, – снисходительно предложил Арман.

Мне даже показалось, что его черты лица стали более мягче, спала грозность и суровость, которая безумно пугала меня.

– Например, погуляем по городу, посетим ресторан. Согласна? – спросил Арман. – Можем зайти в ювелирный. Как ты относишься к бриллиантам, жемчугам и другой бутафории?

– Да, плевать хотела на все твои подарки, – захотелось прокричать в его наглое и надменное лицо. Но понимала, что так говорить нельзя, надо изобразить покорность.

Дружелюбно проговорила, – отлично, вечером можно прогуляться у берега моря.

– Давай пока без ресторанов, кафе, магазинов. Я хочу узнать тебя поближе, ты для меня чужой человек и это вызывает определённую неловкость.

В голове забилась мысль, – какой бред несу. Да, он вызывает у меня отвращение. Спокойно, Марина! Продолжай играть, нужно расположить этого человека к себе, – одновременно твердили голос разума и инстинкт самосохранения.

– Арман, для тебя это прозвучит банально, но я хочу свидания. Прогулку с мужчиной за руку под луной, – тихим голосом обратилась к принцу. При этом специально глаза не поднимала. Дико боялась, что заметит во взгляде фальшивость моих слов.

– Мне кажется, конфетно-букетный период мы уже перешагнули. Хотя фактически его у нас и не было, – объявил принц. Ладно девочка, вечером организую для тебя романтическое свидание. Ты, я и луна, – проговорив, принц подошёл вплотную ко мне.

Сердце не переставало учащённо биться в груди. Разум твердил, что я должна продолжать играть. Если мы выйдем в люди, у меня появится шанс сбежать. Здесь есть посольство нашей страны, только нужно до него добраться.

– Предупреждаю, куколка, если ты решила поиграть со мной, для тебя это закончится плохо. Перспективы я тебе уже обрисовал, – заглянул мне в глаза, держа за подбородок, – т….у на столе особо не церемонясь.

В голосе звучала угроза с долей страсти и желания.

– Но, должен отдать тебе должное,– с усмешкой произнёс Арман, – путь ты избрала верный. – Уже на «ты» перешла. Молодец, малышка.

– Я, простите принц, – быстро попыталась исправить свою ошибку. Реально, начала обращаться к нему на «ты», сделала это непроизвольно.

– Теперь за каждое вы, будешь меня целовать.

-– Понятно?

– Конечно, я старше тебя, почти на пятнадцать лет, но моя женщина, мне ровня, ясна,- опустил меня и отошёл на безопасное расстояние.

– Хорошо буду, когда мы одни обращаться на «ты», а в присутствие посторонних на «вы»,- ровным голосом молвила я.

– Быстро схватываешь, девочка, – удовлетворённо сказал Арман. – А теперь поясни мне одну вещь. Ты православная? Как ты смотришь, чтобы сменить религию?

– Что? – искреннее удивление вызвал вопрос Армана. – Вообще, неуместно произнесённого им.

– Что он вообще несёт, при чём здесь моя вера. Что этот дьявол пустыни и песков, ещё задумал, – лихорадочно начала соображать я.

– Я верующий человек, но особо не воцерковленный, – ответила на вопрос.

Конечно, догадывалась к чему может привести этот разговор, но пока четко не понимала, как на него нужно отвечать, ибо не вызвать гнев.

– Но, могу посетить мечеть, в качестве гостя, – сказала я. – Уважаю любую веру, никогда не проводила сегрегацию по вероисповеданию.

– Ещё раз убедился несмотря на столь юный возраст, мудрая девочка, -–произнёс мужчина. –Ты уходишь от прямого ответа. Хорошо, торопить не буду, но подумать тебе об этом придётся.

Арман снова подошёл ко мне, взял за руку и как истинный джентльмен поцеловал её.

– До вечера милая, если что-то понадобиться, смело обращайся к Анабель, девушка, всё исполнит, – заботливо проговорил мужчина.

– Сейчас одевайся спокойно и спускайся к завтраку. Всё приготовлено и ожидает прекрасную госпожу.

И уже на пороге, заявил, - да и предпочтения в еде озвучь Анабель, она всё сделает. Приготовит любое блюдо и место для своей трапезы выбери.

– Столовая, веранда, – лукавая улыбка озарило его лицо, – или завтрак в постель. – Последнее, могу организовать сам, – и вздохнув произнёс неожиданные слова, – а теперь подумай, кто здесь и чей раб.....

Издевается, играет, словно хищный кот с маленькой мышкой, – подумала я и с презрением посмотрела вслед удаляющемуся мужчине. – Смеет ещё задавать такие вопросы. Организовал рабское времяпровождение. Думает, что золотая клетка, это предел мечтаний любой девушки. Нет, клетка всегда будет клеткой, как её не украшай!

— Кас­сим, — ко­ман­дую я, – се­го­дня ве­че­ром при­го­товь ях­ту. Ук­рась цве­та­ми, ша­ра­ми и про­чей тре­бу­хой, — бы­ст­ро пе­ре­би­раю вся­кие дев­ча­чьи ат­ри­бу­ты для сча­стья, ро­ман­ти­ки и кра­со­ты. Хо­чу, что­бы ма­лыш­ка оце­ни­ла моё вни­ма­ние. — Ор­га­ни­зуй ужин на две пер­со­ны, — и до­бав­ляю с па­фо­сом, — лучшие блю­да. Ви­на.

— И да, за­ка­жи ко­лье из ма­га­зи­на юве­лир­ных из­де­лий, не­сколь­ко ка­ра­тов, и что­бы обя­за­тель­но ин­кру­сти­ро­ва­ны бы­ли брил­ли­ан­та­ми. Вы­пол­няй!

По­мощ­ник взмах­нул го­ло­вой, по­кло­нил­ся и вы­шел.

— Ну что, ма­лыш­ка, за­хо­те­ла по­иг­рать?  А что, это да­же ин­те­рес­но. Ночь… Лу­на… Она и я.

Раз­даётся те­ле­фон­ный зво­нок. Вот это не во­вре­мя.

— Да, слу­шаю вас.

В те­ле­фон­ной трубке раз­даётся го­лос от­ца Ма­ри­ны, –гос­по­дин Ар­ман, я ула­дил ва­ши юри­ди­че­ские во­про­сы.  Го­тов зав­тра вы­ехать к вам.

— За­чем? — спо­кой­но ин­те­ре­су­юсь я, — вас ни­кто не вы­зы­вал.

— Не по­нял, – удивлённо и рас­те­рян­но спро­сил муж­чи­на, — за­чем ме­ня во­об­ще вы­зы­вать?  Я еду за сво­ей до­че­рью.  Вы на­вер­но по­за­бы­ли, – уже бо­лее одоб­ри­тель­ным то­ном про­дол­жа­ет он. – Ма­ри­ша на­хо­дит­ся у вас в стра­не….

— Я ни­че­го не по­за­был, а вот у вас па­мять ко­рот­кая. За­ни­ма­ясь мои­ми де­ла­ми, па­рал­лель­но не­пло­хо раз­бо­га­те­ли за мой счёт. Не­за­кон­ные сдел­ки за мо­ей спи­ной, при­ве­ли к то­му, что я день­ги по­те­рял, а вы при­об­ре­ли, — ядо­ви­то - уг­ро­жаю­ще про­го­во­рил я.

Ко­неч­но, я дав­но знал, чем за­ни­ма­ет­ся мой ад­во­кат, спе­ци­аль­но не рас­кры­вал се­бя. Вы­жи­дал.

— Ни­че­го не по­ни­маю, — на­чи­на­ет удив­лять­ся он, — при чём здесь Ма­ри­на?  Про­шу, от­пус­ти­те её. Она ни­че­го не зна­ет, не­вин­ное ди­тя.

— Да, не­вин­ная, – ду­маю про се­бя, – и се­го­дня я ис­прав­лю это.

— Зна­чит так, слу­шай сю­да и за­по­ми­най, тво­ей до­че­ри ни­че­го не уг­ро­жа­ет, — по­яс­няю я, — она в пол­ной безо­пас­но­сти. При­дёт вре­мя, она свя­жет­ся с ва­ми, и вот то­гда ты убе­дишь, свою дочь, что она долж­на стать мо­ей же­ной.

— Же­ной? — пе­ре­спра­ши­ва­ет мой бу­ду­щий тесть, — да, как та­кое воз­мож­но. Ар­ман, оду­май­тесь, это бе­зу­мие.

— Что из ска­зан­но­го те­бе по­ка­за­лось бе­зум­ным, — злоб­но про­ры­чал я. Мо­жет те­бе ещё раз на­пом­нить, что на ко­ну твоя сво­бо­да. Мне нуж­на Ма­ри­на и я её по­лу­чу. И толь­ко те­бе ре­шать, где бу­дешь на­хо­дить­ся ты. Гу­лять на свадь­бе до­че­ри или на зо­не.

— Я те­бя ус­лы­шал, — пе­чаль­но про­изнёс муж­чи­на, — но как мне убе­дить Ма­риш­ку, у не­ё здесь па­рень, учёба.... вся её жизнь.

При мыс­ли о пар­не Ма­ри­ны кровь за­ки­пе­ла, пульс уча­стил­ся.

Моя по­мощ­ни­ца со­об­ща­ет, что сей­час мне нуж­но пе­ре­одеть­ся и по­ехать в боль­ни­цу для сда­чи ана­ли­зов.

— Что мне нуж­но сде­лать, ка­кие ана­ли­зы?

— Ни­ку­да я не по­еду, — бун­тар­ские чув­ст­ва ох­ва­ти­ли ме­ня с го­ло­вой, не смог­ла кон­тро­ли­ро­вать го­лос, пе­ре­шла на крик.

— Из­ви­ни­те, гос­по­жа, это ве­ле­ние гос­по­ди­на. Про­шу, сде­лай­те, как он при­ка­зал, — взмо­ли­лась де­вуш­ка.

Мне да­же стыд­но ста­ло за своё не­сдер­жан­ное по­ве­де­ние, дев­чон­ка в чём ви­но­ва­та, — по­ду­ма­ла я.

— Ана­бель, ми­лая, ус­по­кой­ся и не плачь. Я вспы­ли­ла, – по­пы­та­лась сгла­дить об­ста­нов­ку, ну ку­да там, в ком­на­ту вле­та­ет гро­за и мол­ния, Его Ве­ли­че­ст­во, принц тьмы...

— По­шла вон, — нет это был не крик, это был лай бе­зум­ной со­ба­ки, — бы­ст­ро.

Ана­бель вы­ско­чи­ла из ком­на­ты.

— И дверь за­крой, — с сар­каз­мом про­из­нес­ла я.  Ни­че­го не на­по­ми­на­ет. Толь­ко с ут­ра мы пе­ре­шли к со­гла­ше­нию, а те­перь что... Де­жа­вю....

Принц в два ша­га пре­одо­ле­ва­ет рас­стоя­ние ме­ж­ду на­ми и, гля­дя мне в гла­за, силь­но сжи­мая ру­ки, про­из­но­сит, — Ма­ри­на, ска­жи мне прав­ду? Тот со­п­ляк, с ко­то­рым ты про­во­ди­ла вре­мя, ка­сал­ся те­бя или, мо­жет, да­же вы спа­ли, вме­сте? — за­даёт слиш­ком ин­тим­ные во­про­сы и при­сталь­но смот­рит на ме­ня.

Вол­на яро­сти и зло­бы вспыхнула в ду­ше, да как это се­бя­лю­би­вый муж­лан во­об­ще сме­ет со­мне­вать­ся во мне.

— При­ка­сал­ся, нет, — наи­гран­но про­из­но­шу я и с при­ды­ха­ни­ем до­бав­ляю, — он ме­ня про­сто т…л.

Точ­но Ар­ман соб­ст­вен­ник, ему не ну­жен бра­ко­ван­ный то­вар. Сей­час по­кри­чит, мо­жет, да­же уда­рит, а по­том от­пра­вит до­мой.

Как я жес­то­ко оши­ба­лась, муж­чи­на не­про­сто кри­чал, он как бу­ря в пус­ты­не сно­сил всё на своём пу­ти. Ве­щи раз­ле­та­лись по ком­на­те с не­имо­вер­ной си­лой. Позд­но при­шло осоз­на­ние, что я со­вер­ши­ла ошиб­ку. За­бив­шись в угол ком­на­ты, ожи­да­ла сво­ей каз­ни, он про­сто убь­ёт ме­ня од­ним уда­ром ру­ки.

Муж­чи­на ус­по­ко­ил­ся и вла­ст­но при­ка­зал, — лег­ла на кро­вать, с..а. Сня­ла свои шмот­ки и раз­дви­ну­ла но­ги. Бы­ст­ро....

— Нет, по­жа­луй­ста, — по­пы­та­лась вра­зу­мить муж­чи­ну. Ар­ман, про­сто от­пус­ти ме­ня до­мой, ну за­чем те­бе бра­ко­ван­ный то­вар? — го­лос пре­да­тель­ски жа­лоб­но зву­чал.

— А вот сей­час и про­ве­рим, ка­кой ты брак, — со злой ус­меш­кой про­го­во­рил Ар­ман. Я хо­тел те­бя в жёны. Ну, что не судь­ба, зна­чит, в шлю­хи сго­дишь­ся. Сю­да иди, — ры­чал муж­чи­на.

— Не на­до, я сов­ра­ла. По­еха­ли в боль­ни­цу, прой­ду все про­це­ду­ры, — сквозь пе­ле­ну слёз, на­хо­дясь в от­ча­ян­ном и за­пу­ган­ном со­стоя­нии, про­го­во­ри­ла.

— Нет, — ров­ным то­ном про­изнёс Ар­ман, — ты упус­ти­ла шанс. Те­перь ты бу­дешь мо­ей пер­со­наль­ной шлю­хой.  А ко­гда на­до­ешь, про­дам в га­рем шей­ху-из­вра­щен­цу, — пре­зри­тель­но про­из­но­сит и до­бав­ля­ет, — ко­то­рый с то­бой, как я нян­чить­ся не бу­дет, из­на­си­лу­ет в осо­бо из­вращённой фор­ме.

Ар­ман силь­но бьёт ку­ла­ком о сте­ну. Осоз­наю, что ему да­же мысль об этом боль­но и про­тив­но. Не ис­пол­нит. Но свои уг­ро­зы Ар­ман мо­жет во­пло­тить в жизнь, что ка­са­ет­ся пер­со­наль­ной шлю­хи для не­го.

— Стоп, он пе­ред этим про­изнёс сло­ва о жене серь­ёзно, — опом­ни­лась я, — этот дес­пот ре­шил взять ме­ня в же­ны, па­ранд­жу одеть и во двор­це за­пе­реть.

Бе­ру се­бя в ру­ки, Ар­ман про­сто бе­зу­мец, но я долж­на, ус­по­ко­ит­ся и ис­пра­вить си­туа­цию. Иг­рать на его рев­но­сти опас­но. Ес­ли он пла­ни­ру­ет в же­ны ме­ня взять, зна­чит, всё ещё ху­же, чем мог­ла пред­по­ло­жить.

— Ар­ман, — про­из­но­шу я, — из­ви­ни, но ты сам ви­но­ват, — уко­риз­нен­но про­из­но­шу.

— Че­го? — злоб­но про­из­но­сит муж­чи­на и на его ли­це за­ми­ра­ет гнев­ная гри­ма­са.

— Да, — про­дол­жаю я, — ка­кой де­вуш­ке по­нра­вит­ся, что её об­ви­ня­ют в бес­че­ст­но­сти. Для ме­ня моя ре­пу­та­ция важ­на. Мне обид­но, что ты ре­шил, что я улич­ная дев­ка.  Нет, ни­че­го не ви­жу пло­хо­го в том, что жен­щи­ны за­ни­ма­ют­ся с муж­чи­на­ми до бра­ка лю­бо­вью.  В со­вре­мен­ном ми­ре это нор­маль­но. Но не для ме­ня, я бу­ду с муж­чи­ной, ко­то­ро­го по­люб­лю....

Вы­ра­же­ние Ар­ма­на по­ме­ня­лось, про­па­ла зло­ба и раз­дра­же­ние.

— Это иг­ра? – не­до­вер­чи­во спра­ши­ва­ет он.

— Это прав­да жиз­ни, по­еха­ли в боль­ни­цу, – про­мям­ли­ла я.

— Лад­но, — при­ми­ри­тель­но го­во­рит принц, — до­ля прав­ды, есть в тво­их сло­вах. Но, де­воч­ка ес­ли ты мне сол­га­ла ..........

Са­жусь в ма­ши­ну на зад­нее си­де­ние. Хло­пок. Ох­ран­ник за­крыл за мной дверь. Вы­ды­хаю, хо­ро­шо, что Ар­ман, ре­шил ехать на пе­ред­нее си­де­ние, ря­дом с во­ди­те­лем. Всё луч­ше, чем он бу­дет ря­дом со мной. Что ему во­об­ще мо­жет в го­ло­ву взбре­сти. Вдруг но­вая вол­на бе­зу­мия на­хлы­нет, и он пря­мо на зад­ним сидение раз­ло­жит ме­ня. Моё во­об­ра­же­ние сра­зу вы­да­ло кар­тин­ку, где я ле­жу на зад­нем си­де­нии ав­то­мо­би­ля, а Ар­ман на­ви­са­ет на­дом­ной, при­жи­ма­ет сво­им те­лом и на­чи­на­ет це­ло­вать...

Щел­чок вы­во­дит ме­ня из ми­ра грёз в ре­аль­ность. Ар­ман са­дит­ся ря­дом со мной. Инстинктивно пы­та­юсь от­стра­нить­ся от не­на­ви­ст­но­го муж­чи­ны, но он вла­ст­но хва­та­ет ме­ня за но­гу, точ­нее, за ко­лен­ку.

– Си­ди на мес­те, стре­ко­за или ещё не на­пры­га­лась, – злоб­но про­из­но­сит он, – бу­дешь ры­пать­ся на ко­ле­нях у ме­ня по­едешь. За даль­ней­шие по­след­ст­вия, не от­ве­чаю. Мо­жет, ты и не­вин­на, но при та­ком по­ве­де­нии ли­шишь­ся дев­ст­вен­но­сти в ав­то­мо­би­ле, и боль­ни­ца не по­на­до­бит­ся.

Не от­пус­кая ру­ки, да­же, на­обо­рот, силь­нее сжи­мая её, вто­рую ру­ку об­рат­но кладёт на мою но­гу и мед­лен­но ведёт ла­до­нью по внут­рен­ней по­верх­но­сти бед­ра.

– Ми­лая, а мо­жет, и не на­до к док­то­ру, да­вай пря­мо здесь про­ве­рим прав­ди­вость тво­их слов, – уби­ра­ет ру­ку с ко­ле­на и пе­ре­ме­ща­ет её на мои во­ло­сы. Сле­ду­ет по­це­луй, ко­то­рый сжи­га­ет из­нут­ри. Там и страсть, и по­хоть.

Рыв­ком от­стра­ня­ет­ся от мо­их губ, при­жи­ма­ет­ся лбом к мо­ему лбу, злоб­но ры­чит,- лжи­вая де­воч­ка, как на­дое­ли твои иг­ры, - и силь­нее сжи­ма­ет бед­ро.

– Ар­ман, – на­чи­наю жа­лоб­но сто­нать я, – вы­пол­ни обе­ща­ние, ты го­во­рил, что со­гла­сен на сви­да­ния. То, что ты сей­час де­ла­ешь это на­си­лие, - по­ста­ра­лась, при­сты­дить муж­чи­ну.

– По­че­му сра­зу не от­крыл­ся мне, мно­го во­про­сов бы­ло бы ре­ше­но ра­зом.

– Ду­ма­ла, ты про­сто хо­чешь по­иг­рать со мной, а по­том вы­ки­нуть. Ну или там, ос­та­вить в га­ре­ме. Я и пред­по­ло­жить не мог­ла, что ты за­ду­мал же­нить­ся на мне.

Ар­ман ос­ла­бе­ва­ет свою хват­ку.

– И что, ес­ли я пла­ни­рую взять те­бя в же­ны?  У те­бя от­но­ше­ния по­ме­ня­лось? - спро­сил муж­чи­на.  Лю­бовь про­сну­лась, – со злой ух­мыл­кой, про­из­но­сит муж­чи­на.За ду­ра­ка ме­ня дер­жишь, мыш­ка-ма­лыш­ка.

– По­ка ме­ня дер­жишь толь­ко ты, в пря­мом и пе­ре­нос­ном смыс­ле, – вы­даю фра­зу – Чёрт опять сло­ва бе­гут бы­ст­рее, чем я ус­пе­ваю по­ду­мать, – мыс­лен­но ру­гаю се­бя за не­сдер­жан­ность.

На­ше уе­ди­не­ние пре­ры­ва­ет во­ди­тель, ко­то­рый за­ни­ма­ет своё ме­сто. Ма­ши­на тро­га­ет­ся с мес­та.

Даль­ше еха­ли в гро­бо­вой ти­ши­не. Ар­ман не пред­при­ни­мал ни­ка­ких по­пы­ток сбли­зить­ся со мной. На­обо­рот, от­стра­нил­ся и смот­рел в ок­но. Вид был за­дум­чи­вый, как буд­то бы ре­шал ди­лем­му.

Вот что в го­ло­ве у это­го че­ло­ве­ка. Он для ме­ня сплош­ная не­из­вест­ность. Не знаю, что от не­го ждать. Не ровён час, де­тей от ме­ня по­тре­бу­ет. Пе­ре­дёрну­ло от мыс­ли, что у нас во­об­ще бу­дут де­ти. Нет, ка­ра­пу­зов люб­лю, да и во­об­ще не про­тив ма­лы­шей. Но от лю­би­мо­го муж­чи­ны, а не от это­го чу­до­ви­ща. Все во­про­сы ре­ша­ет с по­мо­щью де­нег и гру­бой си­лы.

Ма­ши­на тор­мо­зит и мо­ему взо­ру от­кры­ва­ет­ся вид бе­ло­снеж­но­го зда­ния, на­вер­ху ог­ром­ная вы­вес­ка на араб­ском язы­ке.

Чи­таю вслух, – ис­сле­до­ва­тель­ский ме­ди­цин­ский центр «Мать и Ди­тя» имени Его Ве­ли­че­ст­ва прин­ца Ар­ма­на Абу Ла­ка­ба. Центр име­ни те­бя, – удивлённо про­из­но­шу я, гля­дя в сто­ро­ну муж­чи­ны, ожи­дая от­ве­та.

– Да, здесь ро­дил­ся, – раз­дражённо от­ве­ча­ет, – и, здесь родятся мои де­ти.

Ко­гда все фор­маль­но­сти с до­ку­мен­та­ми бы­ли ула­же­ны, я ещё раз по­бла­го­да­рил док­то­ра за ока­зан­ную ус­лу­гу и по­ки­нул ка­би­нет.

Стран­но, де­воч­ки в ко­ри­до­ре не ока­за­лось. В го­ло­ве мельк­ну­ла мысль, что ма­лыш­ка по­шла в туа­лет.

– Да, опи­са­лась от стра­ха, – ус­мех­нул­ся пред­по­ло­же­ни­ям.

По­до­ж­дав, ещё пять ми­нут, на­чал по­ни­мать, что-то здесь не так.

– За­со­са­ло, что ли, её в уни­таз, – про­ры­чал вслух, да так гром­ко, что про­хо­дя­щая мед­се­ст­ра да­же обер­ну­лась.

На­би­раю но­мер ох­ра­ны.

– Иль­им, – жёстко произношу имя ох­ран­ни­ка, – ска­жи, гос­по­жа Ма­ри­на, с Ва­ми?

– Нет, гос­по­дин Ар­ман, – ви­но­ва­то про­из­но­сит Иль­им.  – Она не по­яв­ля­лась, по­сле то­го как с ва­ми по­ки­ну­ла ма­ши­ну, – от­чи­тал­ся ох­ран­ник.

Молниеносно реа­ги­рую на по­лу­чен­ную ин­фор­ма­цию, – сроч­но бло­ки­руй­те, со­вме­ст­но с ох­ран­ной боль­ни­цы, все вхо­ды-вы­хо­ды из зда­ния, изы­май­те ка­ме­ры на­блю­де­ния. Ма­ри­на про­па­ла, най­ди­те мне её,- ско­ман­до­вал я. Чёртова дев­чон­ка, по­сме­ла сбе­жать. Да я её из-под зем­ли дос­та­ну и за­став­лю по­жа­леть о своём по­ступ­ке.

Кровь за­ки­пе­ла в ве­нах, крас­ка уда­ри­ла в ли­цо, ды­ха­ние уси­ли­лось...

И вдруг вспыш­ка осоз­на­ния от­рез­ви­ла ме­ня, – ма­лыш­ка мог­ла не по сво­ей во­ле уй­ти, что ес­ли её на­силь­но уве­ли с со­бой?

Слов­но хо­лод­ной во­дой ока­ти­ли. Страх. Не­имо­вер­ный, страх за де­воч­ку обу­ял ме­ня, силь­нее лю­бой зло­сти.

– Иди­от, у ме­ня та­кое ко­ли­че­ст­во вра­гов, что мно­гие вос­поль­зо­ва­лись бы та­ким по­дар­ком судь­бы, как Ма­ри­на, – мельк­ну­ла шаль­ная мысль. – Та­кой Ры­чаг, дав­ле­ния на ме­ня.  Аб­со­лют­ный ры­чаг.

Зво­ню на­чаль­ни­ку ох­ра­ны, ко­ман­дую, - Ере­пан, сроч­но бе­ри лю­дей, и в боль­ни­цу при­ез­жай....

Сбра­сы­ваю вы­зов, да­же не ус­лы­шав от­вет.

– Да ка­мень на кам­не не ос­тав­лю, по­ка не вер­ну де­вуш­ку, – не­кон­тро­ли­руе­мо ры­чал я. - Со­жгу всё и всех. Ес­ли её вы­кра­ли, то те, кто по­смел это сде­лать уже по­кой­ни­ки. Толь­ко бы она не по­стра­да­ла, Ма­ри­на...... толь­ко жи­ви....

Ко­гда услышала кри­ки, не смогла ос­та­вать­ся рав­но­душ­ной и по­до­шла к две­ри. Речь бы­ла пло­хо раз­бор­чи­вой, по­ду­ма­ла, – дверь нуж­но при­от­крыть дверь.

Ак­ку­рат­но во­пло­ти­ла за­ду­ман­ное в жизнь и че­рез щёлку уви­де­ла, что моя но­вая зна­ко­мая ле­жит на по­лу, све­сив го­ло­ву.

Пер­вый по­рыв был под­бе­жать к ней, по­мочь, но как я мо­гу ей по­мочь. Си­жу как за­трав­лен­ный зверёк.

Всё моё нут­ро взбун­то­ва­лось, вы­ско­чи­ла из-за две­ри и за­кри­ча­ла, – не смей­те её тро­гать.

Муж­чи­на раз­вер­нул­ся ко мне ли­цом, ярость ис­ка­зи­ло его фи­зио­но­мию. На­до от­дать долж­ное внеш­не очень да­же при­вле­ка­тель­ный муж­чи­на: вы­со­кий, стат­ный, со­лид­ный, как Ар­ман.

– Да, – про­бе­жа­ла мысль, – он и внеш­не чем-то по­хож на Ар­ма­на.

Де­вуш­ка ме­та­ла ис­пу­ган­ный взгляд, то на ме­ня, то на муж­чи­ну.

– Ма­ри­на, – чуть слыш­на, про­го­во­ри­ла она, – что ты де­ла­ешь? Не­мед­лен­но ухо­ди от­сю­да?

— Ле­жать, – про­кри­чал муж­чи­на, – раз­ре­ше­ния вста­вать или по­зво­ле­ния го­во­рить, жен­щи­на я не да­вал.Сна­ча­ла за­слу­жить на­до.

— Вы, что се­бе по­зво­ляе­те? – злость пе­ле­ной по­кры­ла мои гла­за, же­ла­ние уни­зить это­го не­вы­но­си­мо­го ха­ма, по­бе­ди­ло чув­ст­во стра­ха, – я жен­щи­на прин­ца Ар­ма­на. Зна­ком, та­кой?

Жен­щи­на из­ме­ни­лась в ли­це и ис­пу­ган­но взгля­ну­ла на быв­ше­го му­жа.

— Я не зна­ла, прав­да, не зна­ла, – дро­жа­щи­ми гу­ба­ми про­го­во­ри­ла она и всем те­лом опус­ти­лась на пол. Ры­да­ния жен­щи­ны гро­мом раз­да­лись по гос­ти­ной.

Ес­ли моё при­зна­ния её по­верг­ло в шок, то муж­чи­на лишь ус­мех­нул­ся и с сар­каз­мом про­го­во­рил,- так, что же ты жен­щи­на бро­си­ла сво­его муж­чи­ну и сбе­жа­ла?

— Он всё зна­ет? Да кто он та­кой?  – во­про­сы по­сы­па­лись у ме­ня в го­ло­ве. Со­брав во­лю в ку­лак, под­ня­ла го­ло­ву, — это моё де­ло и мое­го муж­чи­ны.

— Ну да­вай бу­дем его ре­шать, – по­слы­шал­ся за спи­ной та­кой зна­ко­мый го­лос.

А вот и страх, так ле­де­ня­щий мою ду­шу при­шёл на сме­ну оз­лоб­лен­но­сти.

— Ар­ман, брат, – про­изнёс муж­чи­на, – ви­но­ват, моя же­на, глу­пая жен­щи­на. Я сам на­ка­жу её, ес­ли по­зво­лишь? — по­про­сил Ара­вин.

— Нет, про­шу, не на­до, - жа­лоб­но за­сто­на­ла я, – это моя ви­на. Я её об­ма­ну­ла, ни­че­го не ска­за­ла о прин­це, — об­ра­ти­лась к бра­ту Ар­ма­на. Это толь­ко моя ви­на, — гром­ко и уве­рен­но при­зна­ла свою ви­ну.

Жен­щи­на хо­те­ла мне по­мочь, со­весть не по­зво­ли­ла, что­бы из-за ме­ня, по­стра­дал не­вин­ный че­ло­век. Мо­ли­ла бо­га, что­бы муж­чи­ны ме­ня ус­лы­ша­ли, а глав­ное – по­ве­ри­ли.

— Да, лад­но, а где разъ­ярённая льви­ца, ко­то­рая кри­ча­ла, что я жен­щи­на прин­ца. На сме­ну ди­кой страш­ной кошки при­шёл котёнок. Ты уже не ры­чишь, а лишь пи­щишь, — из­де­вал­ся Ара­вин. — Как она го­во­ри­ла? — пе­ре­спро­сил муж­чи­на и мне по­ка­за­лось, что на его ли­це поя­ви­лась улыб­ка, ко­то­рая сме­ни­лась сно­ва жёстки­ми чер­та­ми. – Ну на­счёт жен­щи­ны она по­спе­ши­ла. По­ка ма­лень­кая не­уго­мон­ная, не­вос­пи­тан­ная дев­чон­ка. Ко­был­ка не­обуз­дан­ная, но это я се­го­дня ис­прав­лю.

Взгляд Ар­ма­на был серь­ёзный и про­би­рал до кос­тей, в его гла­зах го­рел костёр, да что там костёр, дья­воль­ское все­по­жи­раю­щее пла­мя.

— Ара­вин,- об­ра­тил­ся он к бра­ту, – ты во­лен по­сту­пать со сво­ей же­ной, как счи­та­ешь нуж­ным, но ес­ли хо­чешь знать моё мне­ние, то она не­ви­нов­на.  Эта плу­тов­ка, са­мо­го Шай­та­на в блуд введёт, сво­им ан­гель­ским ви­дом, но с ду­шой дья­во­ла.

— Ка­кой ми­ло­серд­ный, – по­ду­ма­ла я. К дру­гим да, ко мне бла­го­де­тель­ным не бу­дет. Не ми­но­вать мне се­го­дня страш­но­го на­ка­за­ния, не из­бе­жать на­си­лия. Но это сей­час не глав­ное. Глав­ное, что из-за ме­ня мо­жет по­стра­дать не­вин­ный че­ло­век, — сно­ва пе­чаль­но кон­ста­ти­ро­ва­ла жес­то­кую прав­ду жиз­ни.

— По­шли, Ма­ри­на, – жёстко про­изнёс хо­зя­ин жиз­ни.

И я как без­воль­ная кук­ла по­сле­до­ва­ла за сво­им кук­ло­во­дом.

Ко­гда се­ли в ма­ши­ну, я на­бра­лась храб­ро­сти и спро­си­ла, – ку­да едем?

От­вет про­сто вы­бил ме­ня из ко­леи, под­верг в шок, – на ях­ту.  Лу­на. Про­гул­ки. Сви­да­ние, ах да за­был, и цве­ты, – с иро­ни­ей за­кон­чил фра­зу и по­ло­жил ру­ку мне на ко­ле­но.

— Ве­нок, что ли, в ка­че­ст­ве бу­ке­та, – съяз­ви­ла я, за что и по­пла­ти­лась.

Не гля­дя на ме­ня, его ру­ка по­полз­ла вверх, ос­та­но­ви­лась в опас­ной бли­зо­сти от ин­тим­но­го мес­та.

Ар­ман раз­вер­нул­ся ко мне ли­цом и, гля­дя в гла­за, про­го­во­рил, – дет­ка, я не в на­строе­нии иг­рать, но, ес­ли хо­чешь, мож­но ор­га­ни­зо­вать взрос­лые иг­ры. Ма­ши­ну ос­та­но­ви и вый­ди,- ско­ман­до­вал он во­ди­те­лю. Вернёшься, толь­ко ко­гда по­зо­ву.

Во­ди­тель ис­пол­нил при­каз и по­ки­нул транс­порт­ное сред­ст­во.

— Ну что по­иг­ра­ем ми­лая?  – про­го­во­рил Ар­ман, про­вёл ру­кой по мо­ей ще­ке, спус­тил­ся к гу­бам и про­ник паль­цем в рот.

– Об­ли­жи.  Не взду­май, со­про­тив­лять­ся или от­ка­зы­вать, ты уже под­ста­ви­ла не­вин­ную де­вуш­ку.  По тво­ей ви­не её и убить те­перь впра­ве, да­вай по­ка­жи по­кор­ность и стань жен­щи­ной прин­ца Ар­ма­на.......

Смот­рю, как гор­дая де­воч­ка по­кор­но вы­пол­ня­ет мой при­каз.

От од­но­го ви­да кровь по ве­нам на­чи­на­ет бе­жать бы­ст­рее. Да, что там бе­жать, кровь про­сто бур­лит.

Ма­ри­на, вы­зы­ва­ет про­ти­во­ре­чи­вые чув­ст­ва. С од­ной сто­ро­ны, дол­жен на­ка­зать за не­по­слу­ша­ние. Сло­мать! Сбить спесь как со взбун­то­вав­шей­ся ко­был­ки. С дру­гой сто­ро­ны, при взгля­де на неё, за­ро­ж­да­ет­ся тре­пет­ная неж­ность, хо­чет­ся при­лас­кать. В кон­це кон­цов, она име­ет пра­ва на сво­бо­ду вы­бо­ра. Пра­ва – да, воз­мож­но­сти – нет.

— Ма­ри­на, –  уб­рав ру­ку от её губ, хри­п­лым го­ло­сом го­во­рю, – я хо­чу, что­бы на­ши от­но­ше­ния, бы­ли бо­лее до­ве­ри­тель­ные. По­ни­маю, за­по­зда­лое при­зна­ние, но всё же. Пред­ла­гаю те­бе доб­ро­воль­но по­ко­рить­ся мне, у те­бя есть пра­во вы­бо­ра.

— Что?  – не­до­вер­чи­во пе­ре­спра­ши­ва­ет она, – серь­ёз­но. Я мо­гу сей­час уй­ти. Вы мне по­зво­ли­те?

— Да, ма­лыш­ка, – с ух­мыл­кой про­из­но­шу я, – но толь­ко за­пом­ни, что ес­ли ты уй­дёшь, твой отец ся­дет в тюрь­му, — хо­лод­но и  ци­нич­но про­из­но­шу я.

При­ни­маю от­ре­шён­ный вид, но внут­ри сно­ва вспых­нул по­жар и низ­верг­нул­ся вул­кан бе­зум­ных эмо­ций.

Сно­ва уг­ро­зы, но по- дру­го­му она ме­ня про­сто не ус­лы­шит. Не хо­чу при­ну­ж­дать, но как по - дру­го­му. Для се­бя ре­шил дей­ст­во­вать так, сна­ча­ла не­мно­го при­пуг­ну па­поч­кой, за­тем нач­ну по­ко­рять и оболь­щать.

—Я не по­ни­маю, – пе­ре­спра­ши­ва­ет де­воч­ка, –  при чём здесь мой па­па? За что его са­жать в тюрь­му? Он че­ст­ный гра­ж­да­нин. За­кон не на­ру­шал, на­сколь­ко мне из­вест­но, — не­уве­рен­но про­го­во­ри­ла лю­би­мая мыш­ка— ма­лыш­ка.

Де­воч­ка об­хва­ти­ла се­бя ру­ка­ми, ви­ди­мо, мои сло­ва вы­зва­ли дрожь по те­лу и та­ким об­ра­зом, она пы­та­лась се­бя ус­по­ко­ить.

— Ма­ри­на, ты пло­хо ос­ве­дом­ле­на о дея­тель­но­сти сво­его ро­ди­те­ля. Он го­да­ми об­во­ро­вы­вал ме­ня.  Все до­ку­мен­ты, под­твер­ждаю­щие этот во­пию­щий факт у ме­ня на ру­ках, —про­дол­жал так­ти­ку пси­хо­ло­ги­че­ско­го дав­ле­ния.

Ма­ри­на по­блед­не­ла, ру­ки за­тряс­лись, она су­до­рож­но пе­ре­ва­ри­ва­ла сва­лив­шую­ся на неё ин­фор­ма­цию.

По­ни­мал мед­лить нель­зя. По­ка она дез­ори­ен­ти­ро­ва­на, на­до по­ка­зать свою бла­го­склон­ность.

— Сей­час прие­дем на ме­сто, и я по­зво­лю те­бе свя­зать­ся с от­цом. Так ска­зать, уз­на­ёшь всё из пер­вых уст, – про­дол­жал мо­раль­ный прес­синг.

— От­ку­да мне знать, что вы не об­ма­ны­вае­те ме­ня? Зная вас, с уве­рен­но­стью мо­гу зая­вить, что по­про­сту за­пу­га­ли мое­го от­ца. Да, он и в убий­ст­ве при­зна­ёт­ся, лишь бы спа­сти ме­ня, – на­ча­ла воз­му­щать­ся Ма­ри­на, при этом гла­за за­го­ре­лись ог­нём, ма­лень­кие руч­ки сжа­лись в ку­лак.

— Не на­до ме­ня де­мо­ни­зи­ро­вать, – спо­кой­но про­го­во­рил я, по­ни­мая, что нуж­но вес­ти се­бя как мож­но бо­лее мир­но. Де­воч­ка и так на­пу­га­на, а я её страх ви­деть не же­лаю. Сей­час гла­за го­рят не­на­ви­стью, но я добь­юсь, что­бы не­на­висть пе­ре­шла в страсть, а за­тем страсть пе­ре­рос­ла в бо­лее силь­ное чув­ст­во.

— Ина­че на­до ут­вер­ждать, то­го, че­го не зна­ешь, – про­дол­жал в том же то­не. Как мож­но уз­нать че­ло­ве­ка все­го за не­сколь­ко дней? Дай мне шанс рас­крыть­ся те­бе. По­ка­зать свою сущ­ность.

— А вы, за эти дни мне всю свою под­но­гот­ную уже по­ка­за­ли,— не уни­ма­лась Ма­ри­на.

Гор­дость и сво­бо­до­лю­бие, ко­то­рое не свой­ст­вен­но вос­точ­ным жен­щи­нам, за­го­во­ри­ли в мо­ей ев­ро­пей­ской де­воч­ке.

— Стран­но, — по­ду­мал, — моя же­на, то­же бы­ла рус­ская, но тем­пе­ра­мент, да­же близ­ко не под­па­дал под Ма­ри­ни­ны, ско­рее это чер­ты Кла­ры.  — Ма­ри­на,–  те­перь до­ба­вил в го­лос нот­ки стро­го­сти,-–пре­кра­ти мне вы­кать, это пер­вое.  Вто­рое, умерь свой пыл, а ина­че я про­дол­жу, на­ча­тое пять ми­нут на­зад и уже точ­но дев­ст­вен­ность не убе­ре­жёшь. Я во­все не жи­вот­ное. Не хо­чу, что­бы твой пер­вый раз ты вспо­ми­на­ла с бо­лью. По­том, воз­мож­но, для раз­но­об­ра­зия, мы и зай­мём­ся лю­бо­вью в ма­ши­не. На ве­ран­де и чёрт зна­ет, в ка­кое ещё на мес­те, — на до­лю се­кун­ды за­мол­чал, по­зво­лил ма­лыш­ке об­ду­мать ска­зан­ное мной. — Или ты хо­чешь пря­мо здесь и сей­час, так ты толь­ко кив­ни или про­дол­жай, мне пе­ре­чить....., — лу­ка­во улы­ба­ясь, про­из­нёс, вни­ма­тель­но изу­чая ре­ак­цию сво­ей ма­лыш­ки.

Де­воч­ка за­мо­та­ла го­ло­вой, – не на­до. Я со­глас­на на Ва...,– сглот­ну­ла,–  твои ус­ло­вия.

Ма­лыш­ка кив­ну­ла и при­сталь­но по­смот­ре­ла в мои гла­за,– а как бы ты по­сту­пил на мо­ём мес­те? По­ко­рил­ся?

Её во­прос за­стал  врас­плох.

– Я на сво­ём мес­те жен­щи­на, – не­доб­ро­же­ла­тель­но про­го­во­рил я.

И вспом­нив её сло­ва «жен­щи­на Прин­ца», ус­мех­нул­ся. Как же бы­ло при­ят­но это слы­шать. Она под­соз­на­тель­но ис­ка­ла за­щи­ту, да­же ко­гда ме­ня не бы­ло ря­дом, она ощу­ща­ла си­лу, толь­ко от мое­го име­ни. Жен­щи­на прин­ца.

— По­ка нет ма­лыш­ка, но ско­ро..., — слад­ко, но очень ти­хо, кон­ста­ти­ро­вал не­из­беж­ный факт.

— По­еха­ли на пер­вое сви­да­ние, мой принц,- про­го­во­ри­ла де­воч­ка и от­вер­ну­лось к ок­ну.

Через несколько минут мы прибыли к месту назначения.

- Выходим, Марина, - прошептал мужчина.

- Я, бесспорно, исполнила его просьбу, да именно просьбу, а вовсе не приказ. Проговорил он это более тактично, даже не привычно стало.

Первое, что я увидела, покинув машину, это море – огромное, безграничное количество солёной воды. Воды, которая, то спокойная, то слегка погоняемая ветерком, перекатываемая волнами, порой бурная, переходящая в шторм и ураган, вызывающая цунами и девятый вал. Вода то золотисто-красная, то, ярко-красная, из которой на рассвете восходит солнце и на закате утопает в ней.

Морская пучина со своими заливами и проливами, островами и полуостровами, айсбергами, гаванями, причалами и пристанями, и главным помощником и путеводителем моряков...

Ветер уже совсем стих. В сущности, это не ветер стих – это небо прекратило ёрзать. Оно тут бывает так неспокойно, что даже пытается соскользнуть с поверхности моря и унестись в сторону Луны. Тогда лик ее, пресыщенный земным вниманием, масляный, самодовольный, превратится вдруг в рассерженный обрубок мяса и всё непременно отметят это изменение, с чем-то своим его связывая. Проснутся толкователи изменений, откроют свои школы и станут собирать деньги с наивных. У тех, конечно, не так...

Арман, подошёл ко мне и обнял меня сзади за плечи.

- Милая, пойдём, я покажу тебе главный сюрприз сегодняшнего вечера, -промурлыкал мужчина и поцеловал нежно в шею.

- Девочка моя, твой запах сводит меня с ума,- сексуально прошептал мне на ухо мужчина и сильнее прижал меня к своему телу.

Я же в отличие от Армана, наслаждалась запахом моря. Специфический, уникальный, он не имеет «земных» аналогов. Так не пахнут ни цветы, ни травы, ни хвоя, ни какие-либо другие растения или вещества.

Ну что надышалась, пойдём,- и потянул меня за собой.

Быстро перебираю ногами, бегу вслед за мужчиной и от увиденного………….дыхание даже замедлилось.

Раньше если я видела яхты, то только по телевизору, ну или пару раз в интернете натыкалась на этих «красавиц», в рубрике самые другие яхты олигархов.

Но когда видишь этого гиганта в реальности, невероятные ощущения появляются, с одной стороны, восторг, с другой — ужас. Понимаешь, какой ты маленький человечек, песчинка в этом огромном мире.

Длина яхты составляет 162,5 метра, и ширина 21,5 метр. Это настоящий гигант, долгое время являвшийся самой большой частной яхтой во всём мире и лишь недавно уступивший пальму первенства яхте Azzam, - пояснил мне Арман, при виде моего удивлённого лица. Да, что там удивлённого лица, я рот не могла закрыть.

Тем временем мужчина галантно пропустил, меня вперёд и позволил подняться по лестнице на эту морскую красоту.

Давай немного расскажу тебе о ней, - проговорил мужчина и, взмахнув руками, сказал, - обустроена так, что на ней можно жить годами, ведь здесь есть абсолютно всё – парикмахерская, фитнес-зал, 2 столовые, бассейны, массажный кабинет, 15 кают премиум класса. На судне даже присутствует небольшая подводная лодка для прогулок.

Ну а теперь милая, иди в свою каюту, там переоденься, а я пока заведу яхту, - при виде моего лица, - улыбнулся и произнёс каюту разные, не переживай. Пока разные….

Прохожу в каюту и мне открывается прекрасный вид, огромного, шикарного помещения, с мебелью из настоящего дерева и картинами на стенах. Я, конечно, невысокий ценитель искусства, но что-то мне подсказывает, что рука русских художников касалась холста, которым написаны данные шедевры.

- Значит, не только русских женщин, но и русскую живопись любишь, - подумала я.

Перевожу взгляд на шкаф, открываю его и понимаю, что он набит короткими платьями, шортиками и купальниками.

Серьёзно, - крикнула себе под нос, - одни провокационные наряды, да они даже попу не прикрывают, а декольте, можно вообще с голой грудью ходить, эффект будет тот же.

Стою у штур­ва­ла (ру­ле­во­го ко­ле­са) за­даю на­прав­ле­ния дви­же­ния ях­ты, с по­мо­щью ру­ле­во­го уст­рой­ст­ва.

Ста­ра­юсь со­сре­до­то­чить­ся на кур­се, не пла­ни­рую от­плы­вать да­ле­ко от бе­ре­га, но хо­чет­ся скрыть­ся от по­сто­рон­них глаз.

Си­жу на ко­ле­нях муж­чи­ны, ощу­щаю эрек­цию его по­ло­во­го ор­га­на и во мне бо­рет­ся два про­ти­во­ре­чи­вых чув­ст­ва, с од­ной сто­ро­ны, это страх, а с дру­гой воз­бу­ж­де­ние. На­вер­но на­до, при­знать­ся са­мой се­бе, что мне уж и не так про­тив­ны его при­кос­но­ве­ния. Ар­ман очень да­же сек­су­аль­ный муж­чи­на, спо­соб­ный по­ко­рить жен­щи­ну. Ну, вот спо­соб это­го по­ко­ре­ния не осо­бо ра­ду­ет, да сей­час не при­бе­га­ет к си­ле. На­обо­рот, да­ёт мне хоть ка­кую-то сво­бо­ду дей­ст­вий в его по­ни­ма­нии соб­ст­вен­ни­ка. Дей­ст­ву­ет бо­лее так­тич­но, воз­мож­но, да­же ро­ман­тич­но. Но сколь­ко про­длит­ся это, как бы­ст­ро сме­нить­ся так­ти­ка. Мне страш­но, что че­рез се­кун­ду, он про­сто со­рвёт­ся, по­ва­лит ме­ня на шез­лонг и ов­ла­де­ет мной.

Как буд­то про­чи­тав мои мыс­ли, Ар­ман спра­ши­ва­ет,– ты бо­ишь­ся ме­ня, Ма­ри­на?

— Я те­бя не знаю. Не по­ни­маю, как по­ве­дёшь в сле­дую­щую се­кун­ду, вдруг ве­тер пе­ре­ме­нит­ся и ты ....– не мо­гу по­доб­рать пра­виль­ных слов, в го­ло­ве вер­тит­ся: «из­на­си­лу­ешь».

— Ми­лая, – лас­ко­во про­из­но­сит он, – по раз­ным при­чи­нам, но мы оба на­пря­же­ны. — По­это­му пред­ла­гаю ис­ку­пать­ся?

Взды­хаю и в знак со­гла­сия, мол­ча ки­ваю. Ски­ды­ваю ха­ла­тик и на­блю­даю, как муж­чи­на из­бав­ля­ет­ся от шта­нов, сле­дом и от ру­баш­ки, де­мон­ст­ри­руя, на­ка­чен­ный пресс, сталь­ные мыш­цы и уп­ру­гие яго­ди­цы.

– Мо­жет хва­тит па­ли­ца на мою пя­тую точ­ку. Я сму­ща­юсь,– с наи­гран­ной оби­дой и стес­не­ни­ем про­го­во­рил он и те­ат­раль­но на­дул губ­ки.

Улыб­ну­лась, по­крас­не­ла и от­вер­ну­лась.

—А ты бы­ва­ешь ми­лым? - от­ве­ти­ла я муж­чи­не, в во­про­се зву­чал сар­казм и вы­зов.

— Ми­лая, ­– Ар­ман по­до­шёл ко мне и взял за ру­ку, – мо­гу быть раз­ным и час­то на моё по­ве­де­ние влия­ешь ты. Пом­ни об этом.  А те­перь по­шли в мо­ре. Пла­вать, на­де­юсь, ты уме­ешь,­–  с улыб­кой спро­сил муж­чи­на и щёлк­нул ме­ня по но­су.

— Умею,– как-то по-дет­ски про­ле­пе­та­ла я.

Про­хлад­ная, но при этом при­ят­ная во­да да­рит ощу­ще­ние лёг­ко­сти и сво­бо­ды. На­блюдаю, как Ма­ри­на бул­ты­ха­ет­ся в во­де и на не ли­це иг­ра­ют сол­неч­ные лу­чи, вы­ну­ж­дая ма­лыш­ку ка­ж­дый раз щу­рить­ся.

– Ми­лая, – про­из­но­шу я и под­плы­ваю к ней, на­до бы­ло одеть солн­це­за­щит­ные оч­ки.

Ма­ри­на улы­ба­ет­ся на моё за­ме­ча­ние и про­из­но­сит, – ни­че­го страш­но­го. Ар­ман, я не­мно­го ус­та­ла, ты не про­тив, ес­ли я вер­нусь на ях­ту.Не очень хо­ро­ший пло­вец, да и вы­нос­ли­вость у ме­ня стра­да­ет.

– Без про­блем. Са­ма до ях­ты до­п­лы­вёшь или под­стра­хо­вать? – спра­ши­ваю на пол­ном серь­ё­зе, ви­дя, как де­воч­ка ус­та­ла.

– До­п­лы­ву, – го­во­рит в от­вет Ма­ри­на и на­прав­ля­ет­ся в сто­ро­ну ях­ты. Про­во­жаю её взгля­дом, до­жи­да­юсь, по­ка она под­ни­мет­ся на борт ях­ты, и уже спо­кой­но про­дол­жаю ос­ваи­вать мо­ре. По­быв в во­де по­ряд­ка два­дца­ти ми­нут, ре­шил вернуться. В ко­неч­ном счё­те моя цель не мо­ре, а Ма­ри­на.

Под­плы­ваю к ях­те, под­ни­ма­юсь на неё и ви­жу, что Ма­ри­на ожи­да­ет ме­ня с по­ло­тен­цем. Са­ма уже пе­ре­оде­лась в шор­ти­ки и май­ку. При­ят­но, что де­воч­ка ожи­да­ла ме­ня и под­го­то­ви­лась к мо­ему воз­вра­ще­нию.

­– Спа­си­бо,– про­из­но­шу я, бе­ру по­ло­тен­це и на­чи­наю вы­ти­рать­ся.

–  Ар­ман,– роб­ко про­из­но­сит де­воч­ка,–  я есть хо­чу. Фрук­ты — это хо­ро­шо, но что-то по­су­ще­ст­вен­нее хо­те­лось бы.

– Де­воч­ка моя,– улы­ба­юсь я на её не­вин­ную прось­бу,– здесь це­лая кух­ня. От­кры­вай хо­ло­диль­ник и бе­ри всё, что ду­ша по­же­ла­ет. Он на­бит до от­ка­за за лю­бой вкус, от про­дук­тов до го­то­вых блюд, от со­ков до ви­на.

– Да, я ви­де­ла, – от­ве­ти­ла де­воч­ка и опус­ти­ла глаз­ки,– но без те­бя ре­ши­ла ни­че­го не трогать.

- У нас же сви­да­ние и во­об­ще ро­ман­ти­че­ский ужин,- лу­ка­во про­го­во­ри­ла она и взгля­ну­ла на ме­ня, изу­чая ре­ак­цию.

– Де­воч­ка, что за иг­ру ты за­тея­ла? По­кор­ность, ко­то­рая те­бе ни­ко­гда не бы­ла свой­ст­вен­на, сей­час про­яв­ля­ет­ся во всём. Лад­но, по­ды­граю те­бе. То­гда я в душ, а ты по­ка на­крой на стол,- пред­ло­жил я, имен­но пред­ло­жил, ни на­мё­ка на при­каз­ной тон. Толь­ко лас­ко­вое об­ра­ще­ние, кнут ис­поль­зо­вал, при­вёл к по­бе­гу, по­смот­рим, как ме­тод пря­ни­ка сра­бо­та­ет.

– Хо­ро­шо,–  со­гла­си­лась Ма­ри­на,– толь­ко я не знаю, что ты пред­по­чи­та­ешь в еде и на­пит­ках.

– Всё на твой вкус, ты хо­зяй­ка, те­бе и ре­шать, чем кор­мить муж­чи­ну – пре­дос­та­вил пра­во вы­бо­ра я.

– Ар­ман, ты так го­во­ришь, как буд­то это я при­го­то­ви­ла все эти изы­скан­ные блю­да,–  про­дол­жа­ла де­воч­ка.

- Се­го­дня не ты, а зав­тра са­ма при­го­то­вишь.  И вообще, блюда при­го­тов­лен­ное лю­би­мой жен­щи­ной, са­мое изы­скан­ное и вкус­ное, не­срав­ни­мое ни с ка­ки­ми де­ли­ка­те­са­ми ми­ра.

Ма­ри­на рас­те­рян­но смот­ре­ла на ме­ня и не зна­ла, как реа­ги­ро­вать на моё вы­ска­зы­ва­ние. Не удер­жал­ся. Под­нял за под­бо­ро­док и по­це­ло­вал в гу­бы, неж­но ка­са­ясь гу­ба­ми. По­це­луй по­лу­чил­ся лёг­ким, я бы да­же ска­зал драз­ня­щим.

– Ну всё бе­ги, го­то­вить стол, – и про­хо­дя ми­мо де­воч­ки, шлёп­нул по зад­ни­це.

Ма­ри­на под­прыг­ну­ла и гнев­но по­смот­ре­ла на ме­ня, но ни­че­го не ска­за­ла. Так и не по­нял, что имен­но спро­во­ци­ро­ва­ла её гнев лёг­кий по­це­луй или шлё­пок.

При­ни­мал душ и об­ду­мы­вал так­ти­ку сво­его по­ве­де­ния. По­ка всё скла­ды­ва­ет­ся удач­но. Де­воч­ка долж­на са­ма за­хо­теть быть со мной. Сна­ча­ла на­до раз­бу­дить её жен­ское на­ча­ло, про­бу­дить сек­су­аль­ные ин­стинк­ты, па­рал­лель­но за­воё­вы­вать и ду­шу. Я соб­ст­вен­ник, мне долж­но при­над­ле­жать и те­ло и ду­ша. Мать мо­их де­тей — это моя лю­бов­ни­ца, друг, со­рат­ник. Мы еди­ны во всём, по- дру­го­му быть не мо­жет. При мыс­ли о де­тях в ду­ше за­ро­ди­лась бла­го­дать. На­ши де­ти, де­воч­ка, го­лу­бо­гла­зая ма­лыш­ка, вы­ле­тая ма­ма. Толь­ко бы ха­рак­те­ром по­шла ни в ма­му, и сын вы­ле­тай я.

Кто-то ска­жет, ка­кие тра­виль­ные и ба­наль­ные мыс­ли, ни ка­п­ли креа­ти­ва. Я же воз­ра­жу, что се­мей­ное сча­стье у ка­ж­до­го своё и пред­став­ле­ние о нём у ме­ня дав­но сло­жи­лось. Толь­ко жен­щи­ны, с ко­то­рой мож­но бы­ло бы во­пло­тить в жизнь мои же­ла­ния, ря­дом не бы­ло. Те­перь в мо­ей жиз­ни поя­ви­лась Ма­ри­на. Слиш­ком дол­го её ис­кал, а ко­гда на­шёл, ждал три го­да, по­ка ста­нет со­вер­шен­но­лет­ней. Нет, те­перь не от­пу­щу. Моя....

Про­хо­жу в сто­ло­вую и от уви­ден­ной картины ши­ро­ко рас­па­хи­ваю гла­за, не мо­гу сдер­жать удив­ле­ния,  – ну ни­че­го се­бе! У ме­ня вся квар­ти­ра мень­ше по объ­ё­му, а это на ми­ну­точ­ку око­ло 100 кв. мет­ров.

Сра­зу за­ме­чаю тренд по­след­них лет — это ис­поль­зо­ва­ние раз­ных стуль­ев в ин­терь­е­ре сто­ло­вой - ди­зай­нер­ских и ста­рин­ных, ко­то­рые дос­та­лись в на­след­ст­во от ба­буш­ки, с про­сты­ми стуль­я­ми из бли­жай­ше­го ме­бель­но­го.

Ди­зай­нер про­ду­мал, что­бы все они об­ла­да­ли не­ким оди­на­ко­вым при­зна­ком-цве­том, фор­мой, ма­те­риа­лом из­го­тов­ле­ния, со­от­вет­ст­вен­но интерьеру смот­рит­ся гар­мо­нич­но.

Бы­ст­рым взгля­дом про­бе­гаю по ме­бе­ли и моё вни­ма­ние при­вле­ка­ет стол, клас­си­че­ский ин­терь­ер в со­вре­мен­ном ин­терь­е­ре.

Стран­но, но в го­ло­ве поя­ви­лась мысль, что и я так же, как и этот стол, не­обыч­но впи­сы­ва­юсь в этот мир, ко­то­рый мне чужд…..но при этом при­вле­ка­те­лен и да­же ин­те­ре­сен, есть в этом, что-то гар­мо­ни­че­ское…

Сно­ва смот­рю на стол и за­ме­чаю, что, не­смот­ря на свои га­ба­ри­ты, смот­рит­ся «лёг­ким», вы­гля­дят так бла­го­да­ря, тому, что он круг­лый, да­же та­кой оваль­ный, из на­ту­раль­но­го де­ре­ва.

Не­ожи­дан­но! На­вер­но, Ар­ман не при­ни­мал ни­ка­ко­го уча­стия в вы­бо­ре дан­но­го сто­ла, ко­то­рый, сим­во­ли­зи­ру­ет ра­вен­ст­во, по­сколь­ку все си­дят, на рав­ном рас­стоя­нии друг от дру­га. Та­кое ощу­ще­ние де­ла­ет об­ще­ние бо­лее лёг­ким и глад­ким.

Для Ар­ма­на, глав­ное, де­мон­ст­ри­ро­вать свою си­лу, власть, он до­ми­нант во всём и все­гда.

– Или это толь­ко шир­ма, мас­ка?­– непроизвольно воз­ник во­прос, ко­то­рый за­да­ла ти­ши­не.

Слег­ка мот­ну­ла го­ло­вой, как буд­то по­пы­та­лась ото­гнать от се­бя мыс­ли, во­про­сы, на ко­то­рые по­ка у ме­ня нет от­ве­тов.

От­кры­ваю хо­ло­диль­ник и ещё од­на не­ожи­дан­ность, гла­за раз­бе­га­ют­ся от изо­би­лия про­дук­тов, го­то­вых блюд, а так­же спирт­ных на­пит­ков.

Да, муж­чи­на по­ста­рал­ся на сла­ву, тем бо­лее что ал­ко­голь в стра­не за­пре­щён.

Пы­та­юсь по­нять, рас­смот­реть со­дер­жи­мое хо­ло­диль­ни­ка, что же там на­хо­дить­ся, на гла­за по­па­да­ют­ся:

Мар­кук (шрек)

Мур­та­бак

Из мяс­ных про­дук­тов: ба­ра­ни­на, яг­ня­ти­на, ку­ри­ца, го­вя­ди­на.

Кна­фе

Му­ха­ла­бия

На про­зрач­ной сто­леш­ни­це, приглянувшегося мне сто­ла, уже на­хо­дил­ся хлеб, хобз, кхмер или айз, ле­пёш­ки пи­та, са­ха­рен­ные фрук­ты и оре­хи, ки­зи­на­ки, пон­чи­ки с мё­дом (ли­ге­мат).

Дол­го не раз­ду­мы­вая вы­ста­ви­ла са­лат фа­туш, ко­то­рый го­то­вит­ся из по­ми­дор, огур­цов, са­ла­та, до­бав­ля­ют зе­лень, ли­мон, олив­ко­вое мас­ло, а за­прав­ля­ет­ся спе­ци­ей су­мак, по­пу­ляр­ной на вос­то­ке. Сра­зу за­хо­те­лось до­ба­вить в не­го чёр­ст­вые пре­сные ле­пёш­ки. Са­лат та­бу­ле, ко­то­рый го­то­вят из боль­шо­го ко­ли­че­ст­ва мел­ко на­руб­лен­ной зе­ле­ни, по­ми­дор, огур­цов, лу­ка и пше­ни­цы.

Дос­та­ла и сра­зу от­пра­ви­ла в мик­ро­вол­нов­ку мяс­ные блю­да. А вот со спирт­ны­ми на­пит­ка­ми воз­ник­ли про­бле­мы.

Стою у бар­ной стой­ки с аб­со­лют­но рас­те­рян­ным ви­дом, бе­гаю гла­за­ми по ал­ко­голь­ной про­дук­ции и не по­ни­маю, что вы­брать.

– Что вы­зва­ла та­кую рас­те­рян­ность на ли­чи­ке, мо­ей ми­лой де­воч­ки? – про­го­во­рил муж­чи­на.

Да­же не сра­зу от­реа­ги­ро­ва­ла, что Ар­ман за­шёл в сто­ло­вую и на­блю­дал за мной.

По­во­ра­чи­ва­юсь в сто­ро­ну Ар­ма­на и мо­ему взо­ру от­кры­ва­ет­ся ши­кар­ное те­ло муж­чи­ны, без ру­баш­ки, в од­них лёг­ких хлоп­ко­вых шта­нах.

Муж­чи­на гра­ци­оз­но, не спе­ша, под­хо­дит ко мне, бе­рёт со сто­ла клуб­ни­ку, под­но­сит её к мо­им гу­бам и  пред­ла­гая над­ку­сить.

От­ку­сы­ваю ку­со­чек яго­ды и на­чи­наю мед­лен­но пе­ре­жё­вы­вать. Невольно под­ни­маю взгляд и ви­жу стра­ст­ный взгляд Ар­ма­на. Не про­из­не­ся ни сло­ва, он скло­ня­ет го­ло­ву и на­кры­ва­ет мои гу­бы. По­це­луй со вку­сом клуб­ни­ки, по­лу­чил­ся неж­ным, вкус­ным. Вы­звал в мо­ём те­ле дрожь, я бы да­же ска­за­ла же­ла­ние.

Ар­ман от­стра­ня­ет­ся от ме­ня, про­во­дит ру­кой по угол­кам губ, уби­рая мел­кие ку­соч­ки и сок клуб­ни­ки, и с хри­пот­цой в го­ло­се про­из­но­сит, – Ма­ри­на, ты не от­ве­ти­ла на во­прос.

Я не сра­зу среа­ги­ро­ва­ла на его ре­п­ли­ку, ко­то­рая сей­час бы­ла не­уме­ст­на. Я ожи­да­ла, что он про­из­не­сёт оче­ред­ной ком­пли­мент, или ска­жет что-то вро­де: «вкус­ная де­воч­ка, сла­ще, чем клуб­ни­ка».

А он так бы­ст­ро при­шёл в се­бя от по­це­луя. Ну ко­неч­но, мис­тер «всё под кон­тро­лем», ни­ко­гда не те­ря­ет бо­роз­ды прав­ле­ния. Та­кой мо­мент своим, ду­рац­ким во­просом ис­пор­тил.

– От те­бя я так рас­те­ря­лась, - злоб­но по­ду­ма­ла я.

– Ар­ман, я не очень силь­на в спирт­ных на­пит­ках. Да и во­об­ще, на­сколь­ко мне из­вест­но, ал­ко­голь в Сау­дов­ской Ара­вии офи­ци­аль­но за­пре­щён.

Робко посмотрела на Армана и гордо озвучила, – ме­ст­ные жи­те­ли лю­бят ко­фе и упот­реб­ля­ют его в ог­ром­ных ко­ли­че­ст­вах. Ко­фе пьют из ма­лень­ких ча­шек, до­бав­ляя кар­да­мон, мус­кат­ный орех, гвоз­ди­ку. По пра­ви­лам хо­ро­ше­го то­на зер­на ко­фе при гос­те тре­бу­ет­ся об­жа­рить, из­мель­чить в ступ­ке и при­го­то­вить в джез­ве. Ко­фе по­ла­га­ет­ся пред­ла­гать гос­тям не ме­нее трёх раз и по­да­вать по стар­шин­ст­ву. Чай так­же по­пу­ляр­ный на­пи­ток. В ос­нов­ном пред­по­чи­та­ют чёр­ный, до­бав­ляя в не­го тра­вы. Из йо­гур­та го­то­вят на­пи­ток ла­бан, ко­то­рый мо­жет быть слад­ким или со­лё­ным, - про­та­ра­то­ри­ло я на од­ном ды­ха­нии.

Уже очень за­хо­те­лось блес­нуть сво­ей эру­ди­ци­ей, тем бо­лее что изу­че­ние це­ре­мо­ний чае­пи­тия бы­ло мо­им хоб­би. Бо­лее ув­ле­ка­лась чай­ны­ми тра­ди­ция­ми Рос­сии, Ки­тая и Анг­лии, но и стра­ны ближ­не­го за­ру­бе­жья не­мно­го изу­чи­ла.

– Ми­лая, ­– улыб­нул­ся Ар­ман на мой лик­без, – ты не пе­ре­ста­ёшь по­ра­жать ме­ня свои­ми по­зна­ния­ми. Но раз ты так хо­ро­шо ос­ве­дом­ле­на о за­ко­нах мо­ей стра­ны, то те­бе, долж­но быть из­вест­но, что ли­ца ко­ро­лев­ских кро­вей име­ют осо­бые при­ви­ле­гии.

Про­из­не­ся эти сло­ва, муж­чи­на дос­тал из мик­ро­вол­нов­ки блю­да, а за­тем пе­ре­клю­чил своё вни­ма­ние на изу­че­ние со­дер­жи­мо­го хо­ло­диль­ни­ка. Оз­на­ко­мив­шись, Ар­ман по­звал ме­ня и по­рос­ли вы­мыть сле­дую­щие ин­гре­ди­ен­ты: огур­цы, ук­роп, пет­руш­ку.

Сам дос­тал из хо­ло­диль­ни­ка сыр фе­та и на­чал лов­ко раз­ре­зать его на ку­соч­ки. Вы­мыв про­дук­ты, по­до­шла и пе­ре­да­ла их ко­ро­лев­ско­му «ку­ли­на­ру».

– Что это за са­лат,  – ре­ши­ла ос­ве­до­мить­ся я.

– Еги­пет­ский,  – не от­ры­вая взгляда муж­чи­на, про­дол­жал лов­ко ору­до­вать но­жом, на­ре­зая огур­цы и зе­лень.

– Уди­ви­тель­но,  – не­го­до­ва­ла я, – здесь ог­ром­ное ко­ли­че­ст­во са­ла­тов, на лю­бой вкус. – Не по­ни­маю? – за­да­ла во­прос и при­сталь­но по­смот­ре­ла на муж­чи­ну.

– Ты не это хо­те­ла спро­сить, – Ар­ман от­ло­жил нож и взгля­нул на ме­ня, – те­бя удив­ля­ет, что я во­об­ще, что-то умею де­лать на кух­не. У те­бя сло­жи­лось впе­чат­ле­ния, что Ар­ман– пе­щер­ный че­ло­век в до­ро­гом кос­тю­ме, ко­то­рый спо­со­бен толь­ко на вар­вар­ское по­ве­де­ние. Ты не пред­став­ля­ешь ме­ня в ро­ли семь­я­ни­на. Му­жа, ко­то­рый бу­дет вме­сте с же­ной го­то­вить зав­тра­ки, обе­ды и ужи­ны, а глав­ное, вос­пи­ты­вать де­тей. Так вот это не так, ни­че­го страш­но­го не ви­жу, что­бы мы при­го­то­ви­ли со­вме­ст­ный ужин, на­обо­рот, это очень да­же ро­ман­тич­но, по-се­мей­но­му как-то.

-– Я при­не­су мя­ту, –  спо­кой­ным го­ло­сом про­го­во­ри­ла я, сла­ва бо­гу, го­лос не вы­дал мое­го вол­не­ния.

Вот уж точ­но, не ду­ма­ла, что этот взрос­лый, силь­ный и вла­ст­ный муж­чи­на, так про­сто об­ла­чит­ся в фар­тук и нач­нёт го­то­вить еги­пет­ский са­лат.

– Ну а на­счёт ви­на, да­вай нач­нём с клас­си­че­ско­го бе­ло­го и на чис­то анг­лий­ском про­из­нёс мар­ку на­пит­ка: «Nyetimber Classic Cuvee».

Блю­да ока­за­лись ап­пе­тит­ны не толь­ко на вид, но и на вкус. Да и ви­но не под­ка­ча­ло, хо­тя обыч­но пред­по­чи­таю не пить. Да и ко­гда бы я осо­бо ус­пе­ла на­пи­вать­ся, мне толь­ко па­ру не­дель, как во­сем­на­дцать ис­пол­ни­лось.

Под­ни­маю го­ло­ву и сно­ва стал­ки­ва­юсь со взглядом Ар­ма­на, толь­ко те­перь на его ли­це иг­ра­ет неж­ная улыб­ка, гла­за све­тить­ся доб­ро­той и уми­ле­ни­ем.

– По­че­му ты так смот­ришь? – спра­ши­ваю и на­чи­наю сму­щать­ся, щё­ки за­ли­ва­ют­ся крас­кой, вот толь­ко не пой­му от ви­на или от стес­не­ния.

– Как? – наи­гран­но спра­ши­ва­ет муж­чи­на и де­ла­ет вид, что не по­ни­ма­ет о чём речь. Бережно бе­рёт мою ру­ку и це­лу­ет, по­сле че­го вновь пе­ре­во­дит взгляд на ме­ня, смот­рит чёр­ны­ми прон­зи­тель­ны­ми гла­за­ми, ко­то­рые про­ни­ка­ют в са­мую ду­шу, ка­са­ясь серд­ца. За­тем мол­ча вста­ёт, под­хо­дит к ку­хон­но­му шка­фу и дос­та­ёт от­ту­да ко­роб­ку.

В го­ло­ве сра­зу как ис­кра, вспых­ну­ла мысль, а что ес­ли он сде­ла­ет сей­час пред­ло­же­ния, но, ис­ка бы­ст­ро тле­ет, как и моя мысль мгно­вен­но угас­ла.

Бегло рас­смот­ре­ла ко­роб­ку.

– Для коль­ца слиш­ком боль­шая, ну ес­ли, толь­ко там ни ка­мень в не­сколь­ко ка­рат, – мыс­лен­но ус­мех­ну­лась сво­ей глу­по­сти.

– Это те­ле­фон, Ма­ри­на,  – серь­ёз­ным то­ном про­го­во­рил муж­чи­на. Там но­ме­ра тво­их ро­ди­те­лей. Ду­маю, сей­час са­мое вре­мя по­зво­нить им и по­об­щать­ся,  не бу­ду те­бя бес­по­ко­ить и по­ка пой­ду на па­лу­бу, воз­мож­но, ис­ку­па­юсь в мо­ре. Во вре­ме­ни то­же ог­ра­ни­чи­вать не со­би­ра­юсь. По­ни­маю, те­бе мно­гое с ни­ми на­до об­су­дить.

С эти­ми сло­ва­ми муж­чи­на по­ки­нул ме­ня.

Смот­ре­ла на ко­роб­ку с над­пи­сью «iPhone».

– Ин­те­рес­ный ди­зайн, как буд­то брил­ли­ан­то­вый, – по­ду­ма­ла я, ко­гда дос­та­ла по­да­рок. – Или это не ди­зайн с не­обыч­ным цве­том, а дей­ст­ви­тель­но брил­ли­ан­то­вая от­дел­ка…

– О чём ты ду­ма­ешь, глу­пая дев­чон­ка, – кри­чал го­лос ра­зу­ма, – ка­кие брил­ли­ан­ты? Ты сей­час мо­жешь свя­зать­ся с са­мой боль­шой цен­но­стью в сво­ей жиз­ни, до­ро­ги­ми и лю­би­мы­ми людь­ми. И ни­ка­кие брил­ли­ан­ты это­го не за­ме­нят.

Так вне­зап­но всё про­изош­ло, да­же не ус­пе­ла при­го­то­вить­ся.

По­ду­мать, что ска­жу, о чём спро­шу. Глав­ное, на­чать путь, а там будь что бу­дет.

Вклю­чаю те­ле­фон, на­хо­жу спра­воч­ник, в ко­то­ром вы­све­чи­ва­ет­ся два кон­так­та «па­па» и «ма­ма». На­вер­но нач­ну с па­пы, он хоть про­яс­нит, что у не­го за де­ла с Ар­ма­ном.

На­би­раю но­мер…

Серд­це за­ми­ра­ет, сей­час ус­лы­шу го­лос па­пы, ко­то­рый все­гда по­мо­жет, при­дёт и спа­сёт свою ма­лень­кую де­воч­ку.

- Ал­ло, - слы­шу го­лос муж­чи­ны….

Вы­шел на па­лу­бу и ощу­тил про­хлад­ный ве­те­рок, ко­то­рый по­дул в ли­цо. Сей­час  чёт­ко осоз­на­вал пра­виль­ность сво­их дей­ст­вий. Ма­ри­на долж­на по­го­во­рить с ро­ди­те­ля­ми и по­нять, что я ей не враг. На­де­юсь, что её отец сде­ла­ет всё пра­виль­но и не ляп­нет, что-то лиш­нее. Ко­неч­но, ме­ры пре­дос­то­рож­но­сти мною пред­при­ня­ты и те­ле­фон Ма­ри­ны, как и её ро­ди­те­лей на про­суш­ке, но чув­ст­во тре­во­ги не ос­тав­ля­ло ме­ня.

Ре­шил ис­ку­пать­ся в мо­ре, тё­п­лая ве­чер­няя во­да ох­ла­дит те­ло, ос­ту­дит пыл и при­ве­дёт мыс­ли в по­ря­док. Ски­нул шта­ны и пря­мо с па­лу­бы прыг­нул в во­ду.

— Вот это кайф,– по­ду­мал я,– ко­гда вы­ныр­нул из во­ды и пол­ной гру­дью вдох­нул воз­дух. Пом­ню,  в сча­ст­ли­вые се­мей­ные го­ды с суп­ру­гой де­лал не­сколь­ко за­плы­вов. Нет, ко­неч­но, в на­шей жиз­ни не всё бы­ло глад­ко, но по боль­шей сво­ей час­ти всё бы­ло дос­та­точ­но ров­но. Та­кой стра­сти и на­ка­ла стра­стью как с Ма­ри­ной, с суп­ру­гой я ни­ко­гда не пе­ре­жи­вал. Она лю­би­ла ме­ня и от­да­ва­лась мне ду­шой и те­лом. Мо­жет, ска­зы­вал­ся воз­раст же­ны, мы бы­ли ро­вес­ни­ки, а воз­мож­но, иг­ра­ло важ­ную роль, то что Ан­на бы­ла очень спо­кой­ная и рас­су­ди­тель­ная жен­щи­на, её по­кор­ность и по­кла­ди­стость бы­ла во всём. На­шу жизнь уд­ру­чал один факт, от­сут­ст­вие де­тей. И про­бле­ма бы­ла в Ан­не. Она ис­пы­ты­ва­ла чув­ст­во ви­ны. Ещё до на­шей с ней встре­чи она со­стоя­ла в от­но­ше­ни­ях, об этом фак­те её жиз­ни мне бы­ло из­вест­но. Но вот про аборт я уз­нал поз­же, по­сле то­го как ей по­ста­ви­ли ди­аг­ноз бес­пло­дия. Ко­неч­но, тя­же­ло бы­ло при­нять, но из-за люб­ви к жен­щи­не, а с го­да­ми всё ча­ще стал осоз­на­вать, что на­вер­но не из-за люб­ви, а из-за чув­ст­ва жа­ло­сти,  был с ней. На­ни­мал вра­чей,со­вме­ст­но про­хо­дил не­об­хо­ди­мые ме­ди­цин­ские про­це­ду­ры, но ре­зуль­та­тов это не да­ва­ло.

Это слож­ный и пе­чаль­ный пе­ри­од мо­ей жиз­ни, ко­то­рый мне до­ве­лось пе­ре­жить.

Смерть Ан­ни ста­ла но­вым уда­ром в мо­ей жиз­ни. Вне­зап­но и ско­ро­по­стиж­но она скон­ча­лась, по­пав в страш­ную ка­та­ст­ро­фу. И опять, ка­кие чув­ст­ва то­гда ис­пы­ты­вал: жа­лость к по­кор­ной жен­щи­не, с ко­то­рой мне бы­ло ком­форт­но или боль по­те­ри лю­би­мо­го че­ло­ве­ка. Рань­ше счи­тал, что боль, те­перь по­ни­маю жа­лость.

Сде­лав не­сколь­ко кру­гов во­круг ях­ты, по­чув­ст­во­вав, что си­лы на ис­хо­де, ре­шил вер­нуть­ся на па­лу­бу. По­ка к Ма­ри­ну не по­тре­во­жу… Хо­те­лось… Но с не­ве­ро­ят­ной си­лой смог по­да­вил же­ла­ние. Пусть са­ма при­дёт, ко­гда по­счи­та­ет нуж­ным.

Под­нял­ся на ях­ту, на­чал об­ти­рать те­ло по­ло­тен­цем и уви­дел, что Ма­ри­на не­под­виж­но си­дит на шез­лон­ге, опус­тив го­ло­ву и при­жав ко­ле­ни к гру­ди.

— Ма­лыш­ка, – то­ро­п­ли­вой под­ход­кой под­хо­жу к ней и опус­ка­юсь на шез­лонг.

– ты как? — за­даю во­прос, вло­жив в го­лос неж­ность и лас­ку.

Не знаю, ка­кой у неё со­сто­ял­ся раз­го­вор и в ка­кое на­прав­ле­ние он ушёл, но по со­стоя­нию Ма­ри­ны бы­ло по­нят­но, что ни­чем хо­ро­шим он не за­кон­чил­ся.

Не до­жи­да­ясь от­ве­та, под­ни­ма­юсь в пол­ный рост и не­ожи­дан­но про­из­но­шу,– по­тан­цуй со мной.

Ма­лыш­ка под­ни­ма­ет го­ло­ву и на­чи­на­ет хло­пать рес­ни­ца, её взгляд бе­га­ет по мне, пы­та­ет­ся про­ана­ли­зи­ро­вать прось­бу, ко­то­рая ей ка­жет­ся со­всем не­уме­ст­ной. Она ожи­да­ла, что бу­ду му­чить её во­про­са­ми, убе­ж­дать в не­об­хо­ди­мо­сти при­нять мои ус­ло­вия, в кон­це кон­цов, нач­ну до­мо­гать­ся.

— Я не по­ни­маю, – роб­ко про­из­нес­ла она,– здесь и сей­час?  Об­ста­нов­ка не рас­по­ла­га­ет для тан­ца, — пе­чаль­но, кон­ста­ти­ру­ет факт.

— Ну по­че­му, ма­лыш­ка?  — ши­ро­ко раз­во­жу ру­ка­ми.  – У нас сви­да­ние.  Мы од­ни, толь­ко лу­на наш сви­де­тель.  Со­гла­шай­ся, про­шу, — неж­но, но уве­рен­но пред­ла­гаю я, с прив­ку­сом на­стой­чи­во­сти и не­из­беж­но­сти.

—А му­зы­ка? — спра­ши­ва­ет она и тре­бо­ва­тель­но смот­рит на ме­ня.

— Шум во­ды, рёв мо­то­ра, – ус­мех­нул­ся её на­ив­но­му, и в то же вре­мя тро­га­тель­но­му во­про­су.

— Ты са­мый не­пред­ска­зуе­мый муж­чи­на, – про­из­нес­ла Ма­ри­на и по­да­ёт  мне ру­ку.

— Я влюб­лён­ный муж­чи­на, — неж­но и, аб­со­лют­но, ис­крен­не про­из­нёс я.

Сей­час  был чес­тен. Дол­жен при­знать, что Ма­ри­ну люб­лю, пусть зна­ет, что мне ма­ло про­сто тр…ть её, уто­лить фи­зи­че­ский го­лод. Мне не­об­хо­ди­мо и её те­ло и её ду­ша.

При­тя­ги­ваю де­вуш­ку мак­си­маль­но близ­ко к сво­ему те­лу, так что, ощу­щаю те­п­ло ма­лыш­ки. Неж­но сжи­маю та­лию од­ной ру­кой, дру­гой дер­жу за ла­донь.

Мед­лен­но на­чи­наю плав­ные дви­же­ния. Де­воч­ка пол­но­стью рас­слаб­ля­ет­ся в мо­их ру­ках, под­чи­ня­ясь сек­су­аль­ным дви­же­ни­ям.

—Ар­ман, ужас­но, ро­ман­тич­но, – хи­хи­кая, ут­кнув­шись ли­цом в мою грудь, про­го­во­рит она, – ты в плав­ках, я в шор­тах...

— А у те­бя ка­кие пред­ло­же­ния?  Во­об­ще, без пла­вок и шорт, – лас­ко­во шеп­чу я. Ми­лая, у нас сви­да­ние, но ка­кой ве­чер без тан­ца. Но, ес­ли хо­чешь, мо­жем ор­га­ни­зо­вать свет­ское ме­ро­прия­тие?  Уст­ро­им пыш­ное тор­же­ст­во, с плать­я­ми и смо­кин­га­ми?

— А по­вод? – с на­ив­ным ви­дом спро­си­ла де­воч­ка.

— На­ша по­молв­ка, – уве­рен­но про­из­нёс я и по­це­ло­вал её ру­ку.

***

Воз­вра­ща­юсь во дво­рец без фи­зи­че­ских сил, но мо­раль­но ок­ры­лён­ный. Чув­ст­вую, что мед­лен­но, но, вер­но, лёд ме­ж­ду мной и Ма­ри­ной на­чи­на­ет та­ить. Стро­ит­ся мос­тик, ко­то­рый по­зво­лит нам со­еди­нить­ся.

Пра­виль­но, что  из­ме­нил так­ти­ку по от­но­ше­нию к мо­ей мыш­ке-ма­лыш­ке. Гру­бая си­ла её толь­ко ло­ма­ла и от­да­ля­ла от ме­ня. Она как цве­ток, ро­за с ши­па­ми. Чем силь­нее сжи­ма­ешь, тем боль­ше ра­нишь са­мо­го се­бя.

– Да, точ­но ста­рею, – не­при­ну­ж­дён­но  по­ду­мал, – са­дов­ни­ком се­бя во­зом­нил.  С дру­гой сто­ро­ны, по­че­му нет? Де­воч­ка лов­ко из ме­ня уже по­ва­рёш­ку сде­ла­ла.

Не­воль­но вспом­нил, с ка­ким не­до­уме­ни­ем и в то же вре­мя вос­хи­ще­ни­ем она смот­ре­ла на ме­ня, ко­гда я го­то­вил са­лат. На­де­юсь, мыш­ка-ма­лыш­ка в этот мо­мент хоть не­мно­го, осоз­на­ла, что я обыч­ный че­ло­век и ни­че­го че­ло­ве­че­ское мне не чу­ж­до.

– Ар­ман, – гроз­ный крик ма­те­ри, вы­вел ме­ня из пре­крас­ных вос­по­ми­на­ний и вер­нул в жес­то­кую ре­аль­ность жиз­ни. Бе­гаю за то­бой, ка­кой день, – не уни­ма­лась жен­щи­на. Это не­по­зво­ли­тель­ное от­но­ше­ние к ма­те­ри.

– Из­ви­ни, ма­ма, но у ме­ня бы­ли де­ла. Сей­час пол­но­стью к тво­им ус­лу­гам, – те­ат­раль­но по­кло­нил­ся, по­до­шёл к ней и неж­но по­це­ло­вал, су­ро­вое, но та­кое род­ное ли­цо.

– Де­ла, – про­ры­ча­ла ма­ма, пол­но­стью про­иг­но­ри­ро­вав по­рыв неж­но­сти, – это так те­перь на­зы­ва­ет­ся. Ма­ри­на- – это де­ла. Опом­нись, сы­нок, ты опять со­вер­ша­ешь ошиб­ку. Ан­на — рус­ская де­вуш­ка, как вы­жжен­ная пус­ты­ня, ни­че­го, кро­ме бо­ли те­бе не при­нес­ла. И ты опять идёшь на по­во­ду эмо­ций, дей­ст­ву­ешь им­пуль­сив­но.

– Ма­ма, – крик­нул я, – очень те­бя про­шу не лезь в мою жизнь. Ма­ри­на.....

– Кри­чишь на мать. По­вы­ша­ешь го­лос из-за де­воч­ки, – с наи­гран­ной оби­жен­но­стью про­го­во­ри­ла ма­ма. Что ты! Что твой брат веч­но дей­ст­вуе­те, ру­ко­во­дству­ясь серд­цем.

– Раз­ве это пло­хо, ма­ма. Имен­но серд­це под­ска­зы­ва­ет пра­виль­ные ре­ше­ния. Ра­зум же боль­ше скло­ня­ет к рас­чё­ту и ко­ры­сти.

– А те­перь за­вуа­ли­ро­ва­но, на­ме­ка­ешь, что твоя мать ко­ры­ст­ная жен­щи­на, – не от­ры­вая глаз от ме­ня, мол­ви­ла ко­ро­ле­ва Ка­ма­лия.

– Весь этот спор бес­смыс­лен­ный,- пре­рвал её триа­ду. Да­вай по су­ще­ст­ву. Сра­зу хо­чу пре­ду­пре­дить, Ма­ри­ну ос­корб­лять  не по­зво­лю. Она ста­нет мо­ей же­ной. И ни­кто, да­же ты, не по­сме­ют, ни сло­вом - ни де­лом, её оби­деть. Кто ос­лу­ша­ет­ся, для то­го по­след­ст­вия бу­дут пе­чаль­ны­ми. Это факт.

– Же­на, – ок­руг­лив гла­за, про­кри­ча­ла жен­щи­на, –  и как ты её сво­ей же­ной со­би­ра­ешь­ся сде­лать? В кан­да­лах и це­пях по­ве­дёшь,- съяз­ви­ла мать.

– Да­вай без сар­каз­ма, из­бавь ме­ня от сво­его юмо­ра,  – стро­го сде­лал за­ме­ча­ния я. Мы с Ма­ри­ной все об­го­во­ри­ли. Ей нуж­но вре­мя, ко­то­рое я ей пре­дос­тав­лю. По­ка точ­но да­ту свадь­бы мы не оп­ре­де­ли­ли, но по­верь, я смо­гу за­вое­вать Ма­ри­ну. И ес­ли и бу­ду кан­да­лы и це­пи, то толь­ко люб­ви.

Ма­ма бы­ла рас­строе­на мои­ми сло­ва­ми. Вид­но бы­ло, что она на­дея­лась на дру­гой ре­зуль­тат.

– Твоё ре­ше­ние, ме­ня пол­но­стью не уст­раи­ва­ет. На­де­юсь, ты пой­мёшь, что со­вер­ша­ешь ошиб­ку, до то­го как она ста­нет не­по­пра­ви­мой.

И не про­ща­ясь по­ки­ну­ла по­ме­ще­ние, ос­та­вив ме­ня с не­при­ят­ным осад­ком на серд­це. Опять за­ро­ди­лось чув­ст­во не­уве­рен­но­сти по от­но­ше­нию к Ма­ри­не. Ма­ма раз­бу­ди­ла по­доз­ре­ния от­но­си­тель­но чувств не­вин­ной де­вуш­ки ко мне. Ко­неч­но, она со­гла­ша­ет­ся быть со мной под дав­ле­ни­ем. Но я смо­гу со вре­ме­нем убе­дить её, что де­воч­ка лю­бит ме­ня.

– Ар­ман, – на­чи­на­ет твер­дить ра­зум, – в люб­ви нет сло­ва «убе­дить». Лю­бовь за­ро­ж­да­ет­ся в серд­це и не тре­бу­ет ни­ка­ких ра­зум­ных до­во­дов. Не бы­ва­ет так.

Си­жу пе­ред зер­ка­лом и смот­рю в своё от­ра­же­ние.

– Что я де­лаю? –  пы­та­юсь от­ве­тить на во­про­сы, но от­ве­тов не по­сту­па­ет.

Ещё в дет­ст­ве, ко­гда стал­ки­ва­лась с труд­но­стя­ми, я за­кры­ва­лась в сво­ей ком­на­те и смот­ре­ла на своё от­ра­же­ния и, как ни стран­но, на­хо­ди­ла ре­ше­ния про­блем.

– Раз­мыш­ля­ла, ана­ли­зи­ро­ва­ла ..., ус­ме­ха­юсь, сво­им мыс­лят. Дет­ские и под­ро­ст­ко­вые про­бле­мы, с ко­то­ры­ми я стал­ки­ва­лась рань­ше, мерк­нут пе­ред се­го­дняш­ни­ми, в на­стоя­щем мои про­бле­мы бо­лее мас­штаб­ные. Да и, что гре­ха та­ить, со мной все­гда бы­ли мои ро­ди­те­ли, дру­зья. Са­ма при­ду­мы­ва­ла про­бле­му, ана­ли­зи­ро­ва­ла, на­хо­ди­ла ре­ше­ние и бе­жа­ла к ним, а они уже все реа­ли­зо­вы­ва­ли. Я ни­ко­гда не бы­ла са­мо­стоя­тель­ной и не уме­ла в пол­ной ме­ре не­сти от­вет­ст­вен­ность за при­ня­тые ре­ше­ния. Сей­час же всё, на­обо­рот, раз­го­вор с па­пой до­ка­зал, что он впал в за­ви­си­мость от Ар­ма­на и дей­ст­ви­тель­но мо­жет по­стра­дать. Но как вы­ра­зил­ся отец, я не долж­на от­ве­чать за его по­ступ­ки и воль­на са­ма при­ни­мать ре­ше­ния.

На гла­зах на­вер­ну­лись слё­зы и по­бе­жа­ли по ще­кам. Я от­да­ва­ла се­бе от­чёт, что па­па всё де­лал ра­ди се­мьи и на­ше­го с ма­мой бла­го­по­лу­чия. И да­же те­перь, ко­гда над ним на­вис ре­аль­ный тю­рем­ный срок, он пред­по­чёл при­нес­ти се­бя в жерт­ву, лишь бы я не стра­да­ла.

Но раз­ве смо­гу жить, зная, что отец в тюрь­ме, а я име­ла шанс его спа­сти, не вос­поль­зо­ва­лась «по­дар­ком» судь­бы. На­вер­но сей­час при­шло вре­мя от­дать долг ро­ди­те­лям. Да и, в кон­це кон­цов, на­до ду­мать, с праг­ма­ти­че­ской точ­ки зре­ния. Ар­ман кра­си­вый и бо­га­тый муж­чи­на, спо­соб­ный обес­пе­чить ме­ня и мою се­мью. Толь­ко на­до про­явить по­кор­ность, унять тем­пе­ра­мент и всё бу­дет в шо­ко­ла­де. Да, так на­вер­но и ду­ма­ют ко­ры­ст­ные жен­щи­ны. А я счи­таю, что это во­все не шо­ко­лад, а био­ло­ги­че­ский ма­те­ри­ал, схо­жий по цве­ту, но дру­го­го со­дер­жа­ния.

Ар­ман, ко­неч­но, вид­ный муж­чи­на и на­до при­знать, что вы­зы­ва­ет во мне чув­ст­ва. Но это же­ла­ние те­ла, фи­зи­че­ские хо­тел­ки. Мо­раль­но он по­дав­ля­ет, соз­да­ёт ви­ди­мость рав­но­пра­вия и пра­ва вы­бо­ра. На де­ле лов­ко рас­став­ля­ет се­ти и как бы ни по­сту­пи­ла в той или иной си­туа­ции всё рав­но рыб­ка бу­дет в се­тях, дви­же­ния ог­ра­ни­че­ны.

Вот и сей­час, от­ка­жусь от свадь­бы с Ар­ма­ном пре­дам се­мью, со­гла­шусь на свадь­бу, пре­дам се­бя, свою сво­бо­ду.

Встаю и иду к ок­ну, мне от­кры­ва­ет­ся вид тём­ной но­чи, ули­цу ос­ве­ща­ют фо­на­ри, не­бо усы­па­но яр­ки­ми ог­ня­ми. Звёз­ды, как они пре­крас­ны и не­дос­туп­ны. Как бы, и я хо­те­ла ока­зать­ся сей­час не­дос­туп­на для все­го ми­ра....

Кла­ра, моя ми­лая же­на, сей­час на­хо­дит­ся в мо­ём особ­ня­ке и ожи­да­ет сво­его на­ка­за­ния за свои не­об­ду­ман­ные по­ступ­ки. Осоз­наю, что ни­че­го пло­хо­го она не же­ла­ла и впол­не до­пус­каю, что Кла­ра не ве­да­ла, что Ма­ри­на при­над­ле­жит Ар­ма­ну. Но ис­поль­зую воз­мож­ность её не­пра­виль­но­го по­ве­де­ни­ям в сво­их це­лях. Дав­но хо­тел вер­нуть ма­лыш­ку об­рат­но, но по­во­да не бы­ло. Из­ви­нять­ся за то, что т…л про­сти­тут­ку Сид­ну, я точ­но не со­би­рал­ся, моё муж­ское дос­то­ин­ст­во это­го не по­зво­ли­ло. Оп­рав­ды­вал се­бя тем, что я му­жик, это ес­те­ст­вен­ные ин­стинк­ты. Кла­ра моя же­на и мать мо­их де­тей, долж­на бы­ла сми­рить­ся и по­ко­рит­ься. Но нет, де­воч­ка взду­ма­ла бун­то­вать, ре­ши­ла по­ка­зать свой ха­рак­тер. По­ды­грал ей, пре­дос­та­вил мни­мую сво­бо­ду. Сам же ор­га­ни­зо­вал круг­ло­су­точ­ную ох­ра­ну за же­ной, да и стра­хов­ка в ви­де де­тей име­лась. Я ду­мал, что она сло­ма­ет­ся, не вы­дер­жит. При­бе­жит ко мне, но я, ко­неч­но, при­нял бы её об­рат­но. Но где-то про­счи­тал­ся, не учёл, что же­на ока­за­лась силь­нее. По­нял, что са­ма ни­ко­гда не при­дёт. Ре­шая, как её вер­нуть, да­же об­ду­мы­вал план си­лой за­брать же­ну об­рат­но в дом. Хо­тя по­ни­мал, это её сло­ма­ет.

По­гру­жен­ный в свои раз­ду­мья о Кла­ре, сам не за­ме­тил, как ока­зал­ся у две­рей её спаль­ни. От­кры­ваю дверь, за­бы­вая о вос­пи­тан­но­сти и не це­ре­мо­нясь, про­хо­жу в ком­на­ту.

Кла­ра ле­жит на кро­ва­ти и чи­та­ет кни­гу, сколь­жу взгля­дом по её сек­су­аль­но­му те­лу, ко­то­рое при­кры­ва­ет лёг­кий ха­ла­тик.

– Ара­вин, – бы­ст­ро вска­ки­ва­ет же­на, – я не слы­ша­ла, как ты во­шёл, мог бы и по­сту­чать­ся.

– Я твой муж,– злоб­но за­яв­ляю, – мне не нуж­но сту­чать в ком­на­ту сво­ей же­ны.

– О чём ты го­во­ришь, на­по­ми­наю, мы раз­ве­де­ны, – воз­му­ща­ет­ся жен­щи­на.

Её сло­ва боль­но бьют по ушам, сры­ваю пид­жак, не­бреж­но бро­саю его на кро­вать и по­ход­кой хищ­ни­ка, на­прав­ля­юсь в сто­ро­ну Кла­ры. Она от­сту­па­ет и упи­ра­ет­ся в сте­ну.

Под­хо­жу мак­си­маль­но близ­ко, вжи­маю её те­ло в сте­ну, ру­ки рас­став­ляю по бо­кам. Она опус­ка­ет го­ло­ву, ру­ка­ми упи­ра­ет­ся в жи­вот, пы­та­ясь от­толк­нуть ме­ня.

– Ма­лыш­ка, опус­ти руч­ки ни­же жи­во­та,–  хри­п­лю ей на уш­ко, – там ме­сто ку­да бо­лее ин­те­рес­ное. Она рез­ко опус­ка­ет ру­ки и при­жи­ма­ет их к сте­не.

Бе­ру её за под­бо­ро­док и под­ни­маю го­ло­ву вы­ше, фик­си­рую на уров­не мо­их и её губ, на­чи­наю объ­яс­нять, что она моя же­на. Ни­ка­ко­го раз­во­да не бы­ло, её сво­бо­да — это ил­лю­зия, ко­то­рую пря­мо сей­час раз­ру­шу.

Под­хва­ты­ваю ма­лыш­ку на ру­ки и не­су к кро­ва­ти.

–  Пус­ти ме­ня, ты обе­зу­мел, – не­ис­то­во кри­чит Кла­ра, – не­мед­лен­но, я тре­бую, что­бы ты от­пус­тил ме­ня.

– Твой при­каз ис­пол­нен, – с сар­каз­мом от­ве­чаю я и бро­саю же­ну на кро­вать.

Она рез­во пы­та­ет­ся от­полз­ти от ме­ня на безо­пас­ное рас­стоя­ние, но я ока­зы­ва­юсь бо­лее про­вор­нее. Хва­таю её за но­ги и та­щу на се­бя. За­тем раз­во­жу но­ги в сто­ро­ну и при­страи­ва­юсь ме­ж­ду ни­ми. Пе­ре­хва­ты­ваю ру­ки и за­во­жу их за го­ло­ву же­ны, дер­жа од­ной ру­кой, вто­рой сры­вая гал­стук и при­вя­зы­ваю неж­ные руч­ки же­ны к кро­ва­ти.

– Ара­вин, – на­чи­на­ет сто­нать Кла­ра,–  про­шу, от­пус­ти.То, что ты де­ла­ешь это на­си­лие.

Мол­ча ски­ды­ваю ру­баш­ку, за­тем шта­ны и тру­сы.

– На­си­лие, го­во­ришь,  – ры­чу я, и бе­реж­но раз­во­дя нож­ки же­ны, про­ни­каю в тру­си­ки, ко­то­рые про­мок­ли от её же­ла­ния.

– Ты те­чёшь де­воч­ка,- хри­п­лю Кла­ре в гу­бы и на­кры­ваю их свои­ми. Бу­к­валь­но на­чи­наю т…ть де­воч­ку язы­ком, за­тем от­стра­ня­юсь и ви­жу за­ту­ма­нен­ный взгляд же­ны. Ко­неч­но, по­ка она жи­ла од­на, к ней ни­кто не при­ка­сал­ся, сек­су­аль­ное го­ло­да­ние по му­жи­ку да­ло о се­бе знать. Но мне хо­чет­ся ве­рить, что она те­чёт не толь­ко по­это­му. У неё есть ко мне чув­ст­ва, не ме­нее сла­бые, чем у ме­ня к ней.

Раз­ры­ваю ха­ла­тик, сле­дом ноч­ную со­роч­ку, ого­ляю грудь и на­чи­наю стра­ст­но её це­ло­вать, за­тем вса­сы­ваю по­сле­до­ва­тель­но её со­ски, ко­то­рые ста­ли ост­рые от воз­бу­ж­де­ния.

– Де­воч­ка, сми­рись, –  шеп­чу я, – от при­ро­ды не уй­дёшь.

–  Пус­ти, не хо­чу, – кри­чит Кла­ра.

– Лгу­нья,  – и от­во­жу тру­си­ки в сто­ро­ну, про­ни­кая сна­ча­ла од­ним, по­том вто­рым паль­цем, со­вер­шаю кру­го­вые дви­же­ния, на­по­ми­наю­щие вось­мёр­ку.

Кла­ра сто­нет, вы­ги­ба­ет спи­ну и ку­са­ет гу­бы.

– С…а, пы­та­ешь­ся сдер­жи­вать крик удо­воль­ст­вия, – кри­чу и на­ра­щи­ваю темп. Да­вай, жё­нуш­ка про­из­не­си че­го ты хо­чешь, ина­че я не дам те­бе кон­чить. Ос­тав­лю на всё ночь, воз­бу­ж­дён­ную и свя­зан­ную. Да­же руч­ка­ми свои­ми ша­лов­ли­вы­ми не смо­жешь се­бе по­мочь.

– За­ткнись,- хри­пит же­на и вы­ги­ба­ет спи­ну, за­тем об­хва­ты­ва­ет ме­ня но­га­ми и сто­нет, – Ара­вин, возь­ми ме­ня.

От её слов кры­шу сно­сит, рас­це­п­ляю её нож­ки, мак­си­маль­но раз­во­жу их в сто­ро­ну и про­во­жу кон­чи­ком муж­ской пло­ти  по скла­доч­кам же­ны.

Кла­ра при­жи­ма­ет­ся ко мне, и я пре­кра­щаю эк­зе­ку­цию, вры­ва­юсь в её плоть. Вол­на удо­воль­ст­вия и на­сла­ж­де­ния ох­ва­ти­ла ме­ня. Бы­ст­ро на­ра­щи­ваю темп, се­го­дня не смо­гу быть дол­гим. Слиш­ком дол­го её ждал, раз­вяз­ка не за­став­ля­ет се­бя ждать, ор­газм на­кры­ва­ет обо­их.

Вол­на ор­газ­ма на­кры­ва­ет. Муж­чи­на обес­си­ле­но ло­жит­ся на ме­ня, шум­но ды­шит и, хри­пя, про­из­но­сит,–  нет жё­нуш­ка, это толь­ко на­ча­ло. Слиш­ком дол­го я те­бя не брал, из­го­ло­дал­ся по твое­му те­лу, за­па­ху.

Его плоть пуль­си­ру­ет во мне, но муж­чи­на не то­ро­пит­ся по­ки­дать моё те­ло. Не­сколь­ко ми­нут ле­жим в пол­ной ти­ши­не, слив­шись в еди­ное це­лое.

Как хо­чет­ся про­длить это миг, за­быть его из­ме­ну, сте­реть из па­мя­ти все со­бы­тия, свя­зан­ные с бо­лью и уни­же­ни­ем.

Ара­вин, мед­лен­но раз­вя­зы­ва­ет мои ру­ки и ко­ман­ду­ет,– встань на ко­ле­ни, де­воч­ка.

На­чи­наю мо­тать го­ло­вой, от­ка­зы­ва­юсь под­чи­нять­ся его тре­бо­ва­ни­ям. Мы рав­ны, он не име­ет пра­ва ко­ман­до­вать.

Муж­чи­на сры­ва­ет­ся, ви­дя мою не­по­кор­ность, си­лой раз­во­ра­чи­ва­ет на жи­вот, за­тем за­став­ля­ет со­гнуть но­ги и при­под­ни­ма­ет мою по­пу.

– С…а, - кри­чит он и об­хва­ты­ва­ет мою шею гал­сту­ком, ощу­ще­ние, что я на по­вод­ке. Лов­ко на­тя­ги­ва­ет его, вы­ну­ж­дая при­жать­ся спи­ной к его гру­ди и вы­ста­вить шею, ко­то­рую он на­кры­ва­ет по­це­луя­ми. Они как клей­мо, об­жи­га­ют мне ко­жу, про­би­ра­ют до са­мой жен­ской су­ти. Ру­кой мас­си­ру­ет мои скла­доч­ки, за­тем бы­ст­рым, рез­ким толч­ком вхо­дит в ме­ня, да­ря бла­жен­ст­во и боль од­но­вре­мен­но.

За­тем от­ки­ды­ва­ет гал­стук и опус­ка­ет ру­ки на спи­ну, те­ряя опо­ру, па­даю го­ло­вой на по­душ­ку и уже не мо­гу сдер­жать кри­ков, ко­то­рые пе­ре­хо­дят в слад­кие сто­ны.

Ара­вин слы­ша, как я на­чи­наю сто­нать, уси­ли­ва­ет темп, сжи­ма­ет по­пу и, драз­ня, слег­ка бьёт по ней. Раз­во­дит мои по­лу­ша­рия и креп­ко их сжи­ма­ет, за­тем сно­ва хло­пок по поп­ке. Тол­чок, ещё тол­чок и ры­вок вхо­дит до упо­ра. Его се­мя на­пол­ня­ет ме­ня, тё­п­лая вла­га раз­ли­ва­ет­ся внут­ри.

Зав­тра бу­ду се­бя не­на­ви­деть за сла­бость и го­реть от сты­да за своё по­ве­де­ние.

Се­го­дня я в раю, муж­чи­на по­да­рил мне на­сла­ж­де­ние, и мы с ним оба ока­за­лись на об­ла­ках.

Лу­чи солн­ца за­став­ля­ют про­бу­дить­ся, от­кры­ваю гла­за и чув­ст­вую, что Ара­вин не­ве­со­мо гла­дит ме­ня по ще­ке.

– Доб­рое ут­ро, Спя­щая кра­са­ви­ца,- ур­чит муж­чи­на.

- Ара­вин, ты дол­жен по­нять мы со­вер­ши­ли ошиб­ку.

Муж­чи­на не да­ёт мне за­вер­шить фра­зу и лу­ка­во улы­ба­ясь, про­го­ва­ри­ва­ет, – два­ж­ды со­вер­ши­ли ошиб­ку. Че­ст­но, при­зна­юсь, я бы и тре­тий, и чет­вёр­тый раз по­вто­рил, но моя ма­лыш­ка со­шла с дис­тан­ции, по­про­сту ус­ну­ла, –  огор­чён­но кон­ста­ти­ро­вал он.

Шум­но вы­ды­хаю и от сты­да по­кры­ва­юсь крас­кой.

– Кла­ра, мы с то­бой же­на­ты. И то, что мы за­ни­ма­ем­ся сек­сом впол­не за­ко­но­мер­но и чер­тов­ски при­ят­но. А вот ошиб­кой я счи­таю, то что же­на жи­вёт от­дель­но от сво­его му­жа и ог­ра­ни­чи­ва­ет до­пуск к те­лу.

Его сло­ва вы­зы­ва­ют во мне про­ти­во­ре­чи­вые чув­ст­ва, с од­ной сто­ро­ны,  ужас­но хо­чу вер­нуть­ся до­мой к сво­им де­тям. Ес­ли сей­час со­гла­шусь всё за­быть, сно­ва дам нам шанс, на сча­стье, по­лу­чу вза­мен но­вую из­ме­ну, но сми­рюсь и за­су­ну свою гор­дость ку­да по­даль­ше и бу­ду на­сла­ж­дать­ся жиз­нью ря­дом с деть­ми.

С дру­гой сто­ро­ны, по­ни­маю, что дол­го де­лить его с дру­ги­ми жен­щи­на­ми не смо­гу, рев­ность со­жжёт ме­ня. Но ес­ли про­яв­лю ха­рак­тер, опять ос­та­нусь од­на. Оди­но­че­ст­во по­гло­тит и со­жрёт ме­ня.

Ка­кой у ме­ня вы­бор в сло­жив­шей­ся си­туа­ции, по­ко­рить­ся судь­бе или бо­роть­ся за свою сво­бо­ду. Вы­би­раю вто­рое, раз­во­ра­чи­ва­юсь к Ара­ви­ну и не от­ры­вая глаз, ни на ми­ну­ту не раз­ры­вая зри­тель­ный кон­такт хо­лод­но про­из­но­шу,–  это бы­ло моё на­ка­за­ние за не­по­слу­ша­ние. При­знаю, со­вер­ши­ла ошиб­ку, ко­гда по­мог­ла Ма­ри­не. Не хо­те­ла и не же­ла­ла ни­ко­му зла, но чуть не ста­ла при­чи­ной тра­ге­дии. Хо­ро­шо, что всё бла­го­по­луч­но за­вер­ши­лось для Ар­ма­на. Те­перь на­силь­но он ос­ча­ст­ли­вит бед­ную де­вуш­ку.

По­ни­ма­ла, что иг­раю с ог­нём, но ос­та­но­вить­ся не мог­ла.

Ара­вин за­мах­нул­ся и уда­рил ме­ня по ще­ке,– строп­ти­вая с..а. Так, ночь, бы­ла для те­бя на­ка­за­ни­ем. Мо­жет и вся се­мей­ная жизнь — это твой рок.

Вста­ёт с кро­ва­ти, на­де­ва­ет шта­ны и ру­баш­ку, – тем ху­же для те­бя. Мог­ла быть мне же­ной и жить жизнь ко­ро­ле­вы, но из-за сво­ей глу­по­сти бу­дешь мо­ей на­лож­ни­цей.  И да, та­кая как ты, глу­пая жен­щи­на, не­спо­соб­ная при­ни­мать муд­рые ре­ше­ния, не мо­жет об­щать­ся с мои­ми деть­ми. Твоё по­ве­де­ние мо­жет на­вре­дить им. По­ка не обуз­да­ешь нрав и не по­ко­ришь­ся му­жу, де­тей не уви­дишь...

При­ез­жаю в особ­няк бра­та и ви­жу, что Ара­вин не в ду­хе, По по­яс, об­на­жён­ный ко­ло­тит бок­сёр­скую гру­шу в са­ду.

— Брат, – кри­чу ему, – ты не счи­та­ешь, что осо­бо не этич­но по­се­ре­ди­не та­ко­го пре­крас­но­го са­да уст­раи­вать из­бие­ние гру­ши, пусть и бок­сёр­ской.

Ара­вин от­ры­ва­ет­ся от сво­его за­ня­тия и с улыб­кой при­вет­ст­ву­ет ме­ня. Хо­тя ли­цо вы­ра­жа­ет ра­дость, его взгляд по­тух­ший, вид из­не­мо­жён­ный.

— Кла­ра,  – по­че­му-то вспом­нил де­вуш­ку, гля­дя на гру­шу, – на­де­юсь, ты не силь­но на­ка­зал, бед­ную жен­щи­ну. Ма­ри­на под­твер­ди­ла, что ве­ла её в за­блу­ж­де­ние и вос­поль­зо­ва­лась доб­ро­той, что­бы по­ки­нуть боль­ни­цу, – пы­та­юсь оп­рав­дать же­ну Ара­ви­на, но что-то мне под­ска­зы­ва­ет, что это вол­ну­ет его мень­ше все­го. Ме­ж­ду ни­ми, что-то ку­да бо­лее серь­ёз­ное про­изош­ло, чем слу­чай с Ма­ри­ной.

— Брат, за­пом­ни, все бе­ды от баб, – за­ры­чал как ра­не­ный лев Ара­вин, – но сей­час не о нас речь.

— Да­вай вы­кла­ды­вай, где и ко­гда ты ре­шил сде­лать пред­ло­же­ние Ма­ри­не? — по­тре­бо­вал не­мед­лен­но­го от­ве­та брат.

— Уже вы­брал ме­сто, из­на­чаль­но хо­тел на ях­те, но как-то ба­наль­но, а вот во двор­це, а имен­но мне ну­жен зал, для нас дво­их, – как-то слиш­ком ро­ман­тич­но пред­ло­жил я.

— Гу­ба не ду­ра, Ар­ман, – съяз­вил Ара­вий, – так по­ни­маю, хо­чешь, что­бы стар­ший брат до­го­во­рил­ся с ма­те­рью.  Ме­ня под пу­ли бро­са­ешь, она за этот трон­ный зал нас с то­бой по­ре­шит, он пред­на­зна­чен для осо­бых тор­жеств, вот свадь­бу по­зво­лит про­вес­ти, но по­молв­ку, ду­маю, вряд ли, — по­яс­нил он.

— Я уже всё ре­шил, –  зая­вил я, – в двор­цо­вом за­ле сде­лаю пред­ло­же­ние Ма­ри­не. При­го­тов­ле­ния уже на­ча­лись, ты не по­ве­ришь, но и ма­му смог убе­дить,— по­яс­нил я.

— Не ве­рю, – сме­ясь, про­го­во­рил брат, –  ко­ро­ле­ва-мать, раз­ре­ши­ла.

— Я смог убе­дить её, что от сво­его не от­сту­п­лю и спор ка­сал­ся во­все не мес­та по­молв­ки, а вы­бо­ра не­вес­ты. Она ка­те­го­ри­че­ски про­тив при­ни­мать Ма­ри­ну, но это её про­бле­ма. Я от де­воч­ки не от­ка­жусь и это свер­шив­ший­ся факт.

— А что Ма­ри­на, – уко­риз­нен­но по­смот­рел на ме­ня брат, – она со­гла­сит­ся вой­ти в на­шу се­мью? И не­про­сто вой­ти в се­мью, а при­нять на­ши тра­ди­ции. Ар­ман, она долж­на в ско­ром вре­ме­ни ве­ру сме­нить.

— Всё это я знаю и с Ма­ри­ной до­го­во­рил­ся, – ска­зал я.

— Как до­го­во­рил­ся, так же, как и с ма­те­рью, пе­ред фак­том по­ста­вил,–  про­дол­жил брат. Ар­ман, де­ло твоё, но на­силь­но мил не бу­дешь.

— Ара­вин, – слы­шу крик Кла­ры.

Удар… Шлё­пок…

Ви­жу, как на до­ро­ге, что, ве­дёт к ал­лее, рас­сы­па­лась ва­за, спу­щен­ная со вто­ро­го эта­жа. Под­ни­маю гла­за и за­ме­чаю Кла­ру, ко­то­рая сто­ит на бал­ко­не и дер­жит вто­рую па­ри­тет­ную ста­ту­эт­ку.

—Ес­ли ты ме­ня не вы­пус­тишь, я эту ста­ту­эт­ку те­бе в баш­ку за­пу­щу, вслед за ва­зой по­ле­тит, — уве­рен­но и яро­ст­но про­из­но­сит жен­щи­на.

— Кла­ра, не­мед­лен­но вер­нись в дом, –  ры­чит брат и его гла­за на­ли­ва­ют­ся кро­вью, ру­ки сжи­ма­ют­ся в ку­лак до ха­рак­тер­но­го хру­ста. В этот са­мый миг мне ста­но­вит­ся страш­но за Кла­ру и  пы­та­юсь ус­по­ко­ить бра­та, – Ара­вин, да­вай без ру­ко­при­клад­ст­ва, она твоя же­на...

— Вот имен­но, моя же­на, –  по бу­к­вам по­вто­ря­ет он. Не вме­ши­вай­ся в чу­жую се­мей­ную жизнь и под гнев­ный взгляд Кла­ры по­ки­да­ет ме­ня.

— Ара­вин, – кри­чу я, вслед бра­ту, – при­ну­ж­де­ние жен­щи­ны это у нас се­мей­ное...

Вечернее дорогое платье, макияж и причёска от лучшего стилиста города…. всё это не придаёт мне естественности.

Наоборот, чувствую себя насквозь фальшивой, как будто бы это не я, а кто-то другой.

Времени на особые раздумья нет, поэтому хватаю клатч и покидаю спальню.

Выхожу на улицу и вижу, что меня уже ожидает белый лимузин, рядом с которым стоит Арман.

Наверно, если бы обстоятельства сложились по-другому и мы с ним, просто познакомились, где-нибудь, в кафе или в клубе, он бы, возможно, мне и приглянулся и допускаю, гипотетически, развитие отношений.

Но все это лишь эфемерные мысли, которые не имеют права быть, история не знает сослагательного наклонения.

Арман берёт за руку и нежно целует, – Марина, ты прекрасна.

– Спасибо, – произношу я и опускаю глаза от смущения, в то время, когда мужчина пристально смотрит на меня. Краем глаза вижу, что скользит глазами по моей фигуре, одобрительно улыбаясь. Кожей ощущая жар и тяжесть этого взгляда, создаётся впечатление, что стою голая на обозрении у Армана.

Долго это не продолжается, Арман берёт меня за руку и провожает к машине, сажусь на заднее сидение вместе с кавалером.

Он снова берёт мою руку и крепко сжимает,  – не волнуйся, я всегда буду рядом,  – произносит мужчина и наклоняется ко мне, шепчет в губы – всегда. – Всегда, даже не сомневайся,  – мужчина накрывает мои губы своими.

— Арман,  – отталкиваю мужчину, у которого это вызвало непонимание и даже раздражение, – хотела сказать, что причёску помнёшь, помаду сотрёшь. Все приедут красивые и размалёванные, а виновница торжества будет словно кошка потрёпанная,  – наигранно надуваю губки и отвожу глаза в сторону.

Глаза зеркало души, так вот не хочу, чтобы мужчина увидел, что я играю спектакль одного актёра. Мне всё это не нравиться, его отношения ко мне товарно-рыночное, пришёл, увидел и купил.

Но я не товар, я живой человек, но пока от Армана зависит свобода моего отца и благополучие семьи, стисну зубы и буду молчать, покорюсь, но лишь на время.

–  Арман, для спасения семьи и замуж выйду, и веру приму, да чёрт с ним, ноги раздвину, вот только ни любви, ни детей ты от меня не получишь, – при этой мысли невольно сжимаю руки в кулак.

От Армана не ускользает это моё движение, но он принимает его неправильно, считает, что так выражаю своё волнение.

Накрывает мою руку и нежно произносит,  – любимая не волнуйся, я рядом.

Подъезжаем к дворцу и мне открывается шикарный вид:  обворожительный сад, площадью не меньше 20 га. Сам дворец напоминает большое монументальное парадное здание, наверху которого красовался позолоченный купол. Помпезность замка вызывала восхищение, как истинное архитектурное чудо.

–  Оно должно быть достоянием доступным для всех людей, сюда надо экскурсии водить, а не помолвки принцев устраивать,  – подумала я, но никак не выдала своё настроение Арману. Наоборот, мило улыбнулась и кокетливо добавила, - вид дворца, сада, - и глубоко вдохнув, на выдохе простонала, - до глубины души поразил меня, это великолепно.

Из­на­чаль­но пла­ни­ро­вал ор­га­ни­зо­вать тор­же­ст­во на две пер­со­ны. Толь­ко я и моя де­воч­ка в трон­ном за­ле, по­нял, что это эгои­стич­ный по­рыв, по от­но­ше­нию к мо­ей се­мье.

Хо­чу, что­бы все раз­де­ли­ли мо­мент ра­до­сти вме­сте со мной и мо­ей бу­ду­щей же­ной. Ни у ко­го не долж­но ос­тать­ся в те­ни са­мо­мне­ний в мо­ём на­ме­ре­нии. А глав­ное, Ма­ри­на  долж­на осоз­нать, что это серь­ёз­но и об­жа­ло­ва­нию не под­ле­жит.

Про­хо­дим в зал, по­сле то­го как нас гром­ко объ­я­ви­ли: «а те­перь под гром­кие ап­ло­дис­мен­ты встре­ча­ем Ар­ма­на и Ма­ри­ну, ви­нов­ни­ков тор­же­ст­ва».

Трон­ный зал, ве­ли­че­ст­вен­ный и пом­пез­ный, ста­рин­ные сте­ны мно­гое ви­де­ли, мно­гое зна­ют, но ни­че­го не рас­ска­жут.

Ис­то­ри­че­ское, куль­тур­ное на­сле­дие мо­их пред­ков, бу­ду­щие на­сле­дие де­тей.

Зал ог­лу­ши­ли гром­кие ап­ло­дис­мен­ты, и Ма­ри­на ма­ши­наль­но схва­тив ме­ня за ру­ку, при­жа­лась те­лом ко мне. Де­воч­ка ис­ка­ла под­держ­ки и за­щи­ты, вид­но, бы­ло, что она рас­те­ря­на и сму­ще­на.

Неж­но об­вил её та­лию, и мы на­пра­ви­лись к сто­лу, ко­то­рый оди­но­ко, но важ­но сто­ял в цен­тре за­ла.

Заи­гра­ла му­зы­ка, гос­ти пе­ре­клю­чи­ли своё вни­ма­ние, кто на еду, кто на тан­цы. Это ус­по­кои­ла ма­лыш­ку, но окон­ча­тель­но она ещё не при­шла в се­бя.

– Ми­лая, – по­ло­жил ру­ку на её ко­ле­но.

Ма­ри­на мо­мен­таль­но вспых­ну­ла и уко­риз­нен­но взгля­ну­ла на ме­ня,–рас­слабь­ся. Ты пре­крас­но вы­гля­дишь, пом­ни это. Да­вай вы­пьем не­мно­го ви­на, ты, ус­по­ко­ишь­ся и, я офи­ци­аль­но пред­став­лю те­бя сво­ей ма­те­ри и бра­ту,  – с эти­ми сло­ва­ми на­гнул­ся и не­ве­со­мо кос­нул­ся её щё­ки

– А Кла­ра?  –  не­ожи­дан­но вспо­ми­на­ет де­воч­ка о же­не бра­та, – её нет на ме­ро­прия­тии.

Шум­но вы­ды­хаю и при­ни­маю за­дум­чи­вый вид, осоз­наю, что Ара­вин мог сде­лать с бед­ной де­вуш­кой.

–  Не знаю, Ма­ри­на,–  с гру­стью в го­ло­се от­ве­чаю, ска­зал прав­ду, с по­след­ней встре­чи, мне ни­че­го не из­вест­но о Кла­ре.

Ма­ри­на по­ни­маю­ще ки­ва­ет и от­пи­ва­ет ви­на.

За­тем пе­ре­во­дит взгляд на пло­щад­ку для тан­цев и роб­ко про­из­но­сит,– мож­но при­гла­сить те­бя на та­нец.

Её пред­ло­же­ние, сде­лан­ное так не­ожи­дан­но, вы­зы­ва­ет у ме­ня улыб­ку.

– Ма­ри­на, в мо­ём ми­ре муж­чи­на при­гла­ша­ет жен­щи­ну, это его при­ори­тет. Но ес­ли ты же­ла­ешь, то без про­блем, един­ст­вен­ное, хо­тел сна­ча­ла по­зна­ко­мить с семь­ёй.

Ви­жу, что ма­лыш­ку рас­стро­ил мой от­вет, но она сно­ва уди­ви­ла,– то­гда я хо­чу тан­це­вать, при­гла­си ме­ня на та­нец.

Я же твоя не­вес­та, ты дол­жен уб­ла­жать мои при­хо­ти, – про­из­нес­ла Ма­ри­на, вло­жив в го­лос нот­ки сек­су­аль­но­сти. Ко­то­рые, по­ка зву­ча­ли не очень убе­ди­тель­но, но будь я про­клят, де­воч­ка очень спо­соб­ная уче­ни­ца. Дай ей ме­сяц-дру­гой, и она из му­жи­ков ве­рёв­ки бу­дет вить, осо­бен­но при этом не ста­ра­ясь.

Ну, вот и я по­вёл­ся, же­лая уго­дить де­воч­ки, за­был обо всех пер­во­оче­рёд­ных пра­ви­лах и по­вёл её на танц­пол.

Му­зы­ка бы­ла неж­ная, спо­кой­ная, с нот­ка­ми тро­га­тель­ных мо­мен­тов. Мы кру­жи­лись в тан­це, я об­нял та­лию де­воч­ки, не сдер­жал­ся и опус­тил ру­ку к уп­ру­гим яго­ди­цам.

– Ар­ман, – гроз­но за­ши­пе­ла де­воч­ка, – дер­жи се­бя в ру­ках, вер­нее, ру­ку на та­лии.

– Она про­сто со­скольз­ну­ла, – лу­кав­лю и шеп­чу ма­лыш­ке на ухо,– дет­ка, в этом пла­тье ты пре­крас­на. Но сей­час я меч­таю со­рвать его с те­бя.

– Ты дол­жен быть мо­ей под­держ­кой и по­рой, – ши­пит де­воч­ка, – так вол­ну­юсь пе­ред встре­чей с тво­ей ма­те­рью. Ты толь­ко уси­ли­ва­ешь моё сму­ще­ние. Вго­ня­ешь ме­ня в крас­ку.

– Хо­ро­шо, – со­гла­ша­юсь я,– у нас ещё це­лая жизнь впе­ре­ди, ещё ус­пею на­сла­дить­ся то­бой и неж­но, поч­ти не­ве­со­мо, слег­ка уло­ви­ма про­во­жу гу­ба­ми по её пол­ным спе­лым, та­ким слад­ким и ма­ня­щим гу­бам.

Как по за­ка­зу му­зы­ка пе­ре­ста­ёт иг­рать, и я бе­ру Ма­ри­ну за ру­ку и ве­ду в сто­ро­ну ма­те­ри.

Жен­щи­на си­дит в ок­ру­же­нии при­двор­ной сви­ты. Над­мен­но и в при­ня­той ей ма­не­ру вы­со­ко­ме­рия ос­мат­ри­ва­ет нас.

Под­хо­дим бли­же к ма­те­ри и це­лую её ру­ку, при этом при­кло­няя ко­ле­но, Ма­ри­на по­вто­ря­ет за мной все то­же дей­ст­вия.

Ма­ма одоб­ри­тель­но ки­ва­ет и улы­ба­ет­ся наи­гран­но, я же чув­ст­вую фаль­ши­вость её дей­ст­вий. Но пра­ви­ла эти­ке­та за­став­ля­ют ме­ня на­де­вать мас­ку при­твор­ст­ва, весь мир те­атр, а лю­ди в нём ак­тё­ры. Не­воль­но вспо­ми­наю ци­та­ту Шек­спи­ра.

А был ли Шек­спир, в дей­ст­ви­тель­но­сти, до сих пор учен­ные спо­рят. В го­ло­ве по­яв­ля­ет­ся мысль, что весь мир не­реа­лен, но по­том пе­ре­во­жу взгляд на мою ма­лень­кую де­воч­ку, ко­то­рая ста­ра­ет­ся дер­жать­ся как свет­ская да­ма, с ви­ду стат­ная и спо­кой­ная, внут­ри рас­стро­ен­ная и сму­щён­ная. В этом и за­клю­ча­ет­ся си­ла ма­лыш­ки, в её сла­бо­сти.

Нет, вот Ма­ри­на, она моя ре­аль­ность, чис­тая и не­вин­ная, дерз­кая и по­кор­ная, кра­си­вая и же­лан­ная. Моя на­стоя­щая лю­бовь, воз­мож­на пер­вая на­стоя­щая лю­бовь, всё, что бы­ло до неё ре­пе­ти­ция, иг­ра....

Ста­ра­юсь дер­жать­ся как мож­но спо­кой­нее и быть убе­ди­тель­ной, ми­ло улы­ба­юсь, гроз­ной жен­щи­не, ко­то­рая слов­но ца­ри­ца мор­ская вос­се­да­ет на тро­не.

– Ва­ше Ве­ли­че­ст­во, – на­чи­на­ет го­во­рить принц, спо­кой­ным и ров­ным то­ном, –раз­ре­ши­те пред­ста­вить, моя бу­ду­щая же­на, Ма­ри­на.

Жен­щи­на пе­ре­во­дит взгляд на ме­ня и одоб­ри­тель­но ки­ва­ет, – сын мой, про­шу, при­сядь­те к нам за стол.

– Ва­ше Ве­ли­че­ст­во, это честь для нас,– де­ла­ет по­клон и ото­дви­га­ет стул, при­гла­шая ме­ня при­сесть, по­сле са­дит­ся сам.

Смот­рю на все про­ис­хо­дя­щие и по­ни­маю, что это не мой мир. Не при­вык­ла я к та­ко­му, но вы­хо­да у ме­ня нет, мыс­ли о ро­ди­те­лях по­бе­ж­да­ют же­ла­ние бе­жать из это­го мес­та.

Жен­щи­на об­во­дит стол взгля­дом и про­из­но­сит, – Ма­ри­на, де­воч­ка ис­про­буй блю­да, все при­го­тов­ле­ны по осо­бо­му ре­цеп­ту, спе­ци­аль­но для тор­же­ст­ва. Под­зы­ва­ет об­слу­гу и де­воч­ка, на­чи­на­ет суе­тить­ся во­круг ме­ня, мол­ча ука­зы­вая на блю­да.

Улы­ба­юсь и по-араб­ски про­из­но­шу, – боль­шое спа­си­бо, но по­ка это лиш­нее. Воз­мож­но, поз­же.

Кра­ем гла­за ви­жу, что Ар­ман при­сталь­но смот­рит на мать и на его ли­це гор­дость и ува­же­ние.

За­тем вста­ёт, кла­ня­ет­ся и про­из­но­сит, – про­шу нас из­ви­нить, но на­до уде­лить вни­ма­ние и дру­гим гос­тям, под над­мен­ный я бы да­же вы­ра­зи­лась, пре­неб­ре­жи­тель­ный взгляд ма­те­ри, ухо­дим.

–  Ар­ман, – роб­ко спра­ши­ваю муж­чи­ну, – я что-то сде­ла­ла не так?

– С че­го ты взя­ла? –  улыб­нул­ся муж­чи­на и креп­че сжал мою ру­ку.

– Твоя ма­ма не вы­гля­де­ла до­воль­ной,  – кон­ста­ти­рую я.

– Это про­бле­мы, ма­мы,–  про­из­нёс Ар­ман и по­це­ло­вал мою ру­ку,– глав­ное, что­бы ты бы­ла до­воль­на.

Его сло­ва все­ли­ли в ме­ня уве­рен­ность,– Ар­ман, из­ви­ни, – на­чи­наю мять­ся и не мо­гу пра­виль­но оз­ву­чить жиз­нен­ную по­треб­ность. – Я в туа­лет хо­чу,– как ре­бё­нок шеп­чу я.

Муж­чи­на ки­ва­ет в сто­ро­ну дам­ской ком­на­ты, и, на­кло­ня­ясь к мо­ему уш­ку, мур­лы­ка­ет, – са­ма спра­вишь­ся или про­во­дить?

Хму­рюсь и фыр­каю, – справ­люсь, – и бы­ст­рым ша­гом от­прав­ля­юсь по ука­зан­но­му на­прав­ле­нию.

Вклю­чаю хо­лод­ную во­ду и вы­ти­раю ли­цо, ка­са­юсь ак­ку­рат­но, что­бы не смыть кос­ме­ти­ку.

Под­ни­маю гла­за и ви­жу, что из со­сед­ней ка­бин­ки, вы­хо­дит длин­но­но­гая ры­жая де­вуш­ка, в дос­та­точ­но от­кро­вен­ном пла­тье.

Под­хо­дит к ра­ко­ви­не, бы­ст­ро спо­лас­ки­ва­ет ру­ки и раз­во­ра­чи­ва­ет­ся. Кри­ча­щий вид вы­зы­ва­ет пре­неб­ре­же­ние, но я ста­ра­юсь при­дер­жи­вать­ся пра­вил хо­ро­ше­го по­ве­де­ния.

– До­б­рый ве­чер,– дос­та­точ­но ми­ло при­вет­ст­вую я.

– При­вет, Ма­ри­на, – фа­миль­яр­но об­ра­ща­ет­ся жен­щи­на. Зна­чит, ты и есть ко­ро­лев­ский ин­ку­ба­тор?

Её сло­ва бо­лью от­да­ют­ся в серд­це, ко­гда до ра­зу­ма до­хо­дит смысл её слов.

– Что вы ска­за­ли?  – пе­ре­спра­ши­ваю жен­щи­ну.

– Да лад­но, Ма­ри­на. Я не осу­ж­даю, ну про­сто, Ан­ге­ло­чек, хо­чу пре­ду­пре­дить, что Ар­ман бе­рёт те­бя в же­ны, так как ты иде­аль­ная се­рая мыш­ка, спо­соб­ная при­нес­ти при­плод. Он, та­кой же как, Ара­вин, же­нит­ся на про­стуш­ке. Се­рой мыш­ке, удел ко­то­рой си­деть до­ма и нян­чить де­тей. Кра­со­той осо­бой об­ла­дать не­обя­за­тель­но, вер­нее, не же­ла­тель­но.

За­тем по­во­ра­чи­ва­ет­ся ко мне и за­яв­ля­ет, – днём с же­ной, но­чью со мной. И ска­жу те­бе лю­бов­ник он от­мен­ный, всё ночь му­ча­ет лю­бов­ны­ми уте­ха­ми.

Не­на­ви­жу на­си­лия, но в дан­ный мо­мент злость взя­ла вверх, и я на­от­машь уда­ри­ла де­ви­цу. Она от­ки­ну­ла ли­цо и с яро­стью, пол­ной зло­бы, по­смот­ре­ла на ме­ня, по­ни­мая, что дра­ки не из­бе­жать, я гром­ко и уве­рен­но зая­ви­ла,- уда­ришь и те­бя каз­нят. Я бу­ду­щая же­на прин­ца, ты пле­бей­ка. И тот факт, что кто-то т….т гу­ля­щую дев­ку не спа­сёт от эша­фо­та за на­па­де­ния на жен­щи­ну из ко­ро­лев­ской се­мьи.

Де­ви­ца сжа­ла ку­ла­ки и пу­лей вы­ле­те­ла из туа­ле­та.

Ещё раз спо­лос­ну­ла ли­цо хо­лод­ной во­дой и вы­шла сле­дом за де­вуш­кой.

Боль и оби­да ох­ва­ти­ла ме­ня. Сей­час хо­те­лось од­но­го, от­хле­стать Ар­ма­на по ще­кам, гор­дость кри­ча­ла, что этот муж­чи­на уни­зил те­бя. Го­во­рит о люб­ви, а сам с ба­ба­ми раз­вле­ка­ет­ся.

– «Ин­ку­ба­тор для ко­ро­лев­ской се­мьи»  – зву­чат сло­ва де­ви­цы.

Не за­ме­чаю, как Ар­ман под­хва­ты­ва­ет ме­ня за та­лию и рез­ко при­жи­ма­ет к се­бе и шеп­чет, – де­воч­ка моя, что так дол­го.

– Со­ску­чил­ся, – не удер­жа­лась и съяз­ви­ла в от­вет, –  стран­но. Столь­ко жен­щин во­круг, лю­бая со­ста­вит ком­па­нию.

­­– Не по­нял,– ли­цо муж­чи­ны сра­зу ста­ло серь­ёз­ным, он под­хва­тил ме­ня за под­бо­ро­док и вни­ма­тель­но по­смот­рел в гла­за, – что слу­чи­лось?

– Ни­че­го, –  сол­га­ла я, хо­те­ла бро­сить муж­чи­не в ли­цо, всё, что о нём ду­маю, но сдер­жа­лась. Я ото­мщу, за всё своё уни­же­ние, обя­за­тель­но по­тре­бую спол­на. Но сей­час я это­го сде­лать не мо­гу или мо­гу...

– Ара­вин, –  взгляд муж­чи­ны фо­ку­си­ру­ет­ся на бра­те, и он ос­во­бо­ж­да­ет ме­ня из сво­его пле­на,  – брат, при­вет­ст­вую те­бя.

Ара­вин под­хо­дит к нам и ки­ва­ет в знак при­вет­ст­вия. Муж­чи­на ста­ра­ет­ся быть дру­же­люб­ным, да­же улы­ба­ет­ся. Но я чув­ст­вую на­пря­же­ние, да­же раз­дра­же­ние с его сто­ро­ны. Нет, это ни­как не свя­за­но со мной или с се­го­дняш­ним ме­ро­прия­ти­ем, ско­рее, что-то лич­ное. Ра­зум под­ска­зы­вал, что это ка­са­лось его суп­ру­ги Кла­ры. При мыс­ли о де­вуш­ке сра­зу поя­ви­лось же­ла­ние уз­нать, как у неё де­ла. Но го­ло­вой по­ни­ма­ла, что это не­уме­ст­ный и бес­такт­ный во­прос с мо­ей сто­ро­ны. Серд­це же тре­бо­ва­ло от­ве­тов, со­весть уко­ря­ла.

– Ты, – свер­бел свер­чок-со­весть,  – под­ста­ви­ла де­вуш­ку, а те­перь вы­бра­ла так­ти­ку, го­ло­ву в пе­сок.

– Ара­вин, из­ви­ни, но я не мо­гу не спро­сить те­бя, как де­ла у Кла­ры? –не­мно­го ро­бея спро­си­ла и вздрог­ну­ла, ко­гда Ар­ман силь­но сжал мою ру­ку.

– Ма­ри­на, – про­ры­чал Ар­ман, – ку­да ты ле­зешь? – про­це­дил сквозь зу­бы муж­чи­на.

Ара­вин из­ме­нил­ся в ли­це, по­мор­щил­ся при упо­ми­на­нии о Кла­ре, как буд­то доль­ку ли­мо­на съел, но от­ве­тил дос­та­точ­но спо­кой­но и ла­ко­нич­но,– спа­си­бо, всё хо­ро­шо.

– Лад­но, брат ско­ро бу­дет за­вер­ше­ние тор­же­ст­ва, так ска­зать, куль­ми­на­ция,  – про­из­нёс Ара­вин и по­ки­нул нас. Ви­ди­мо, во из­бе­жа­ние, до­пол­ни­тель­ных не­же­ла­тель­ных и край­не не­при­ят­ных во­про­сов, от­ве­тов на ко­то­рые у не­го от­сут­ст­ву­ют.

– Что зна­чит за­вер­ше­ние тор­же­ст­ва? - пе­ре­спро­си­ла я уже у Ар­ма­на. Муж­чи­на ни­че­го не от­ве­тил, лишь мол­ча про­во­дил ме­ня к сто­лу.

– Ма­ри­на, твоё по­ве­де­ние, очень не нра­вит­ся мне,  – гля­дя в од­ну точ­ку, ска­зал муж­чи­на. Я два­ж­ды не по­вто­ряю,  – до­ба­вил Ар­ман и сжал ста­кан, – но об этом поз­же, сей­час, что­бы не про­изош­ло про­сто гром­ко и с улыб­кой на ли­це, хо­тя мо­жешь и сле­зу пус­тить, от­веть мне «да».

Не ус­пе­ваю по­нять смысл его слов, как муж­чи­на при­под­ни­ма­ет ме­ня за пле­чи, му­зы­ка ос­та­нав­ли­ва­ет­ся, в зал вы­но­сят ог­ром­ный торт, на­вер­ху ко­то­ро­го две ста­ту­эт­ки.

Ар­ман вы­во­дит ме­ня в центр за­ла, к не­му под­бе­га­ет по­мощ­ни­ца и вру­ча­ет ма­лень­кую ко­ро­боч­ку. Я чув­ст­вую сму­ще­ние, все при­сут­ст­вую­щие при­сталь­но смот­рят на нас.

Ар­ман под­хо­дит ко мне, вста­ёт на ко­ле­но, от­кры­ва­ет ко­роб­ку, и я ви­жу ши­кар­ное дра­го­цен­ное коль­цо, – Ма­ри­на, про­шу те­бя стать мо­ей же­ной?

Вот оно вре­мя мес­ти, сей­час от­ве­чу, нет, за­кри­чу, что принц Ар­ман дес­пот, по­хи­тив­ший бед­ную де­вуш­ку. Да, та­ко­го сты­да Ар­ман не за­бу­дет ни­ко­гда, не при­вык­ший тер­петь от­ка­зов, он по­лу­чит двой­ной удар. От­каз, да ещё пуб­лич­ный.

– Ар­ман,  – ти­хо про­из­но­шу я,-.....

***

– Ты ро­дишь мне на­след­ни­ка, – спо­кой­ным то­ном ска­зал Ар­ман, – а те­перь де­воч­ка да­вай сни­май свои тряп­ки.

– Что? – дро­жа­щи­ми гу­ба­ми про­шеп­та­ла.

– Что та­кое? –  про­мур­лы­кал мой по­хи­ти­тель, – ты вся дро­жишь, ну ни­че­го я те­бя бы­ст­ро со­грею.

Встал с крес­ла и по­ход­кой хищ­ни­ка стал при­бли­жать­ся ко мне,– стой на мес­те, – про­ры­чал он. Не хо­чу на­вре­дить те­бе, не со­про­тив­ляй­ся, – и улы­ба­ясь про­го­во­рил мне пря­мо в гу­бы, – от раз­го­во­ров дет­ки не ро­ж­да­ют­ся мыш­ка- ма­лыш­ка.

– Ар­ман, – ста­ра­юсь го­во­рить как мож­но убе­ди­тель­нее,  – про­шу, у нас толь­ко про­шла по­молв­ка. Вы­став­ляю ру­ки впе­рёд, та­кие дви­же­ния обыч­но де­ла­ют, ко­гда хо­тят ус­по­ко­ить че­ло­ве­ка, ко­то­рый на­хо­дит­ся на гра­ни, ба­лан­си­ру­ет ме­ж­ду здра­вым смыс­лом и бе­зу­ми­ем.

–  Я очень ус­та­ла, да и на­пря­же­на, из­ряд­на,  – го­во­рю мед­лен­но, с рас­ста­нов­кой ак­цен­тов.

– Ус­та­ла,  – ры­чит муж­чи­на, – я от вы­хо­док тво­их ус­тал.

– За­пом­ни, жен­щи­на, лю­бо­му тер­пе­нию при­хо­дит ко­нец, – го­во­рит хо­лод­но, без эмо­цио­наль­ных нот, а у са­мо­го на ли­це вол­чий ос­кал, в гла­зах безд­на, вы­зван­ная лю­той яро­стью. – Ты обя­за­на мне под­чи­нять­ся, - пе­ре­хо­дит на бо­лее низ­кие нот­ки го­ло­са. По­вто­ряю, уже вто­рой раз, сни­май свои тряп­ки, –  сно­ва хо­лод­но, без осо­бых эмо­ций вто­рит Ар­ман.

Его пе­ре­па­ды на­строе­ния пу­га­ют ме­ня, ко­неч­но, я по­ни­маю, что моё по­ве­де­ние с  бра­том взбе­си­ло, но с дру­гой сто­ро­ны, я не сде­ла­ла ни­че­го пре­до­су­ди­тель­но­го, что мог­ло ском­про­ме­ти­ро­вать его. Про­стой во­прос о Кла­ре, ни­че­го кри­ми­наль­но­го, а я мог­ла и воз­ра­зить Ара­ви­ну. Вы­ска­зать всё, что ду­маю о его по­ве­де­ние.  Мог­ла и де­ви­цу при­пом­нить, с её сло­ва­ми об ин­ку­ба­то­ре. В го­ло­ве про­скаль­зы­ва­ет мысль, а что­бы сде­лал со мной Ар­ман, ес­ли бы я от­ве­ти­ла от­ка­зом..., ба­наль­ный во­прос о Кла­ре так его взбу­до­ра­жил, то от­каз от свадь­бы, ввёл его в бе­шен­ст­во. На­вер­ня­ка, из двор­ца жи­вой  не вы­шла.

– Ар­ман, – со­би­раю во­лю в ку­лак, строю не­вин­ные глаз­ки и при­во­жу един­ст­вен­ный вер­ный  до­вод, учи­ты­вая си­туа­цию – я хо­чу вый­ти за­муж не­вин­ной де­вуш­кой. Пусть это ро­ман­тич­но и зву­чит ба­наль­но, но бе­лое пла­тье — это сим­вол чис­то­ты. Чис­то­та — это не­вин­ность. По­ду­май, о на­шей пер­вой брач­ной но­чи, - с наи­гран­ным вос­тор­гом,  про­дол­жаю убе­ж­дать  прин­ца.

Мои сло­ва не­мно­го ус­по­каи­ва­ют прин­ца, но не­об­хо­ди­мо­го эф­фек­та не дос­тиг­ли  – де­воч­ка, твоё мне­ние и же­ла­ние не име­ют ни­ка­ко­го зна­че­ния. Столь­ко раз про­сил те­бя быть бла­го­ра­зум­ной,  вес­ти се­бя по­до­баю­ще, жен­щи­не прин­ца? Но ты при­ня­ла мою доб­ро­ту за на­ив­ность, зна­чит, не хо­чешь по-хо­ро­ше­му, бу­дет по пло­хо­му,  – с эти­ми сло­ва­ми, муж­чи­на под­хва­ты­ва­ет ме­ня на ру­ки, под­но­сит  и бро­са­ет на кро­вать. Хо­лод­но и рав­но­душ­но ог­ля­ды­ва­ет с ног до го­ло­вы, ос­та­нав­ли­ва­ет взгляд на ого­лив­ших­ся но­гах.

От его взгля­да ста­но­вит­ся страш­но, дрожь про­би­ра­ет те­ло, пы­та­юсь от­полз­ти, но силь­ные муж­ские ру­ки пе­ре­хва­ты­ва­ют но­ги и тя­нут на се­бя. Муж­чи­на рез­ко, без осо­бых це­ре­мо­ний,  раз­во­дит их в раз­ные  сто­ро­ны и при­страи­ва­ет­ся ме­ж­ду ног. Чув­ст­вую свои­ми жен­ским ес­те­ст­вом эрек­цию, не­воль­но вспо­ми­наю ораль­ные лас­ки и осоз­наю, что его по­ло­вой ор­ган слиш­ком боль­шой для ме­ня.

– Да, как он во­об­ще по­мес­тит­ся в мо­ей уз­кой де­ви­чьей пло­ти?  – со стра­хом ду­маю я. – Ар­ман, – уси­ли­ваю со­про­тив­ле­ние и на­чи­наю кри­чать,–  ес­ли ты это сде­ла­ешь, я ни­ко­гда те­бя не про­щу!  Ни­ко­гда! Мо­жешь за­быть раз и на­все­гда, что у нас бу­дет нор­маль­ная се­мья.

Муж­чи­на иг­но­ри­ру­ет мои сло­ва, да и бры­ка­ние не при­чи­ня­ют ему силь­ной бо­ли, чув­ст­вую се­бя ма­лень­ким ко­тён­ком в ла­пах ти­гра, что ему пи­ща­щие, лёг­кое ца­ра­па­ние, про­гло­тит и не за­ме­тит.

Ар­ман гру­бо, при­чи­няя боль, за­во­дит ру­ки за го­ло­ву и фик­си­ру­ет их од­ной ру­кой, силь­но сжи­мая за­пя­стья.  Дру­гой ру­кой про­ни­ка­ет в тру­си­ки и на­чи­на­ет мас­си­ро­вать по­ло­вые ор­га­ны, при­ка­са­ет­ся к ле­пе­ст­кам неж­ных скла­до­чек, по­том про­ни­ка­ет в моё уз­кое ло­но, ко­то­рое внут­ри аб­со­лют­но су­хое.

Ар­ман про­ник толь­ко паль­цем в ме­ня, вы­звав при этом  та­кой дис­ком­форт во всем те­ле, его втор­же­ние по­ро­ж­да­ет боль и не­при­яз­нен­ные ощу­ще­ния. Ни о ка­ком же­ла­нии да­же ре­чи быть не мо­жет, ни воз­бу­ж­де­ния, ни стра­сти, ни по­хо­ти…….ни люб­ви. Толь­ко оби­да, боль, страх, стыд, не­на­висть, злость.

– С..а, – ры­чит муж­чи­на, не­до­воль­ный та­ким ис­хо­дом де­ла. На что Ар­ман на­де­ял­ся, что я по­те­ку как суч­ка, при пер­вом же его при­кос­но­ве­нии.

– Моё те­ло не реа­ги­ру­ет на твои лас­ки, пой­ми уже, ни­ко­гда, слы­шишь, ни­ко­гда не бу­дет реа­ги­ро­вать. Серд­це не тре­пе­щет при ви­де те­бя, а ра­зум твер­дит, бе­ги от не­го, он зло, – вы­плё­вы­ваю свои ис­тин­ные чув­ст­ва муж­чи­не, иг­но­ри­руя ин­стинкт са­мо­со­хра­не­ния.  Сей­час на­до мной на­вис­ла уг­ро­за из­на­си­ло­ва­ния, за мои вы­ска­зы­ва­ния мо­жет на­вис­нуть уг­ро­за убий­ст­ва.

– Ма­ри­на, –  кри­чит он, – я не хо­чу по­рвать те­бя, по­это­му слу­шай вни­ма­тель­но и де­лай, что го­во­рю. Се­го­дня я т….у те­бя и ни­кто это­му не по­ме­ша­ет, но толь­ко от те­бя за­ви­сит , как я это сде­лаю неж­но и лас­ко­во ли­бо гру­бо и жё­ст­ко, - вот та­кой вы­бор пре­дос­та­вил « пре­крас­ный» принц.

– Да, по­шёл ты. Не­на­ви­жу, слы­шишь, не­на­ви­жу,  – за­хлё­бы­ва­ясь сле­за­ми, кри­чу я

– Не­на­ви­жу те­бя,  – хри­п­лым го­ло­сом по­вто­ряю я,– мо­жешь толь­ко си­лой при­ну­ж­дать жен­щи­ну.

Глу­по и не­об­ду­ман­но свои­ми сло­ва­ми под­бра­сы­ва­ла дро­ва в кос­тёр в цен­тре ко­то­ро­го на­хо­ди­лась, но ме­ня бы­ло не ос­та­но­вить. Вся злость и оби­да, ко­то­рая за дол­гое вре­мя ко­пи­лась в ду­ше, про­рва­лась, слов­но над­рыв. Вул­кан про­снул­ся и ла­ви­на, ог­нен­ная ла­ва по­нес­лась сжи­гать всё на сво­ём пу­ти. Мои сло­ва от­да­ва­ли ядом и ток­сич­но­стью, же­лая по­боль­нее уда­рить Ар­ма­на, за­деть за жи­вое, ска­за­ла, о чем да­же ду­мать нель­зя, осо­бен­но на Вос­то­ке – ты за­вла­де­ешь мо­им те­лом, но ни ду­шой и серд­цем. При­дет вре­мя мес­ти, обе­щаю, я по­да­рю се­бя дру­го­му муж­чи­не, дос­той­но­му, ко­то­ро­го по­люб­лю. Про те­бя за­бу­ду, ты бу­дешь страш­ный сон, кош­мар.

Не от­ры­ва­ясь, смот­рю на Ар­ма­на и ви­жу ис­ка­жён­ное ли­цо пол­ное не­на­вис­ти и зло­бы. Гла­за яро­ст­но по­лы­ха­ют язы­ка­ми пла­ме­ни, от ко­то­рых  в бу­к­валь­ном смыс­ле ста­но­вит­ся жар­ко.

Удар по ще­ке, бы­ст­рый.. рез­кий…хлё­ст­кий, боль при­чи­ня­ет не фи­зи­че­скую, а мо­раль­ную, этот жест по­ка­зы­ва­ет, что я бес­прав­ное су­ще­ст­во, ко­то­рое за лю­бое не­по­ви­но­ве­ние мож­но по­ка­рать. Ар­ман де­мон­ст­ри­ру­ет, что не­спо­со­бен сло­ва­ми убе­дить, при­бе­га­ет к си­ле. Толь­ко сла­бый, не уве­рен­ный в се­бе че­ло­век спо­со­бен от­реа­ги­ро­вать  на сло­во, да­же очень кол­кое и бо­лез­нен­ное  фи­зи­че­ским уда­ром.

Про­сти­тель­но жен­щи­не, и то не все­гда, и  толь­ко ко­гда за­де­та её честь и дос­то­ин­ст­во, а вот муж­чи­не, по от­но­ше­нию к жен­щи­не не про­сти­тель­но, не­до­пус­ти­мо. При­ме­не­ние  си­лы по от­но­ше­нию к жен­щи­не – сла­бость, а сла­бость все­гда вы­зы­ва­ет жа­лость. А муж­чи­ну мож­но не­на­ви­деть, пре­зи­рать, но жа­леть….

По­гру­зи­лась в мыс­ли, по­ста­ра­лась аб­ст­ра­ги­ро­вать­ся, но  звук раз­ры­ваю­ще­го­ся пла­тья, вы­звал но­вую вол­ну па­ни­ки и стра­ха, в ушах зве­не­ла трес­каю­щая­ся ткань, как буд­то бы ра­зо­рва­ли ко­жу, ого­ли­ли нер­вы и вы­ста­ви­ли на­по­каз ду­шу.

Моя грудь вы­став­ле­на на обо­зре­ние жад­ных и по­хот­ли­вых глаз, муж­чи­на как го­лод­ное жи­вот­ное на­ки­ды­ва­ет на них, це­лу­ет, при­ку­сы­ва­ет, ру­кой сжи­ма­ет мне шею, не силь­но, но весь­ма ощу­ти­мо при­жи­мая к по­душ­ке.

Ру­ка­ми упи­ра­юсь в его грудь, пы­та­юсь от­толк­нуть, но всё бес­по­лез­но, это как тол­кать ска­лу. Грудь муж­чи­ны мощ­ная , ат­ле­ти­че­ская, как го­во­рят в мо­ей стра­не, бо­га­тыр­ская.

И по­ка без­на­дёж­но пы­та­юсь ски­нуть муж­чи­ну с се­бя, его ру­ка сно­ва про­ни­ка­ет в тру­си­ки ,ото­дви­га­ет в сто­ро­ну ниж­нее бе­льё, но   опять не­уда­ча, ло­но су­хое, ни­ка­ких со­ков люб­ви не вы­де­ля­ет­ся, воз­бу­ж­де­ние от­сут­ст­ву­ет на­прочь.

Рыв­ком сры­ва­ет мои тру­си­ки и они без­жиз­нен­но по­ви­са­ют у ме­ня на бед­ре, бы­ст­ро стя­ги­ва­ет шта­ны и  рез­ко вхо­дит в ме­ня. Пре­гра­да ме­ж­ду де­вуш­кой и жен­щи­ной рвёт­ся, при­чи­няя силь­ную боль,  не толь­ко фи­зи­че­ская боль по­гло­ща­ет моё те­ло, мо­раль­ная сжи­ра­ет  из­нут­ри.

Дав­но, ещё бу­ду­чи под­ро­ст­ком, смот­ре­ла пе­ре­да­чу о том, как не стать жерт­вой на­силь­ни­ка, мно­го спо­со­бов и приё­мов рас­ска­зы­вал ве­ду­щий. В кон­це про­грам­мы, уде­лил не­сколь­ко ми­нут про­грамм­но­го вре­ме­ни жен­щи­не, ко­то­рая пе­ре­жи­ла сек­су­аль­ное на­си­лие. То­гда ме­ня по­ра­зи­ла сме­лость этой ге­рои­ни, но глав­ное ее сло­ва: « ес­ли не мо­жешь из­бе­жать на­си­лия, рас­слабь­ся и по­лу­чай удо­воль­ст­вие». В дет­ст­ве вос­при­ня­ла это с юмо­ром, на­ив­ная, не пред­по­ла­га­ла, что та­кие на­вы­ки при­го­дят­ся на прак­ти­ки.

Слё­зы не­кон­тро­ли­руе­мо по­ли­лись из глаз, за­тем на сме­ну сле­зам при­шли ис­кры, бо­ли и от­ча­я­нья. Пы­та­юсь сдер­жи­вать крик, ко­то­рый идет из са­мой ду­ши от са­мо­го серд­ца.

Ар­ман на­си­лу­ет не толь­ко моё те­ло, но и ду­шу, ко­то­рая по его ви­не сей­час го­рит в ад­ском пла­ме­ни. Фи­зи­че­ские ра­ны за­жи­вут, те­ло за­бу­дет боль, но вот ду­ша, бу­дет веч­ной плен­ни­цей на­си­лия. Ра­зум не со­трёт вос­по­ми­на­ния, серд­це не про­стит.

Ар­ман ле­жит не­под­виж­но, слы­шу, как гром­ко он ды­шит, его ор­ган пуль­си­ру­ет во мне, но сдер­жи­ва­ет се­бя, не на­чи­на­ет дви­же­ния.

- Ми­ло­сер­дие про­яв­ля­ет, да­ёт воз­мож­ность при­вык­нуть, – оз­лоб­лен­но  ду­маю я,  – рас­тя­ги­ва­ет, под­страи­ва­ет под се­бя. Чёр­тов уб­лю­док.

Ви­ди­мо, мой вид дей­ст­ви­тель­но очень жал­кий, раз муж­чи­на смяг­чил по­рыв яро­сти и на­чал ло­вить гу­ба­ми  сле­зы, – по­тер­пи, сей­час дам те­бе при­вык­нуть к но­вым ощу­ще­ни­ям и про­дол­жим.

Пол­но­стью от­стра­ня­юсь от не­го, за­кры­ваю гла­за, на­до ду­мать о чём-то дру­гом, аб­ст­ра­ги­ро­вать­ся от си­туа­ции, вспо­ми­наю сло­ва  жен­щи­ны из те­ле­ви­зи­он­ной про­грам­мы.

– С..а,  – мель­ка­ет в го­ло­ве шаль­ная мысль,  – хо­ро­шо тре­пать­ся по те­ле­ви­зо­ру, а в жиз­ни всё слож­нее.  Глав­ное пе­ре­жи­вёшь по­ло­вой акт, а как с этим жить даль­ше…, с ощу­ще­ни­ем, что ты ку­сок мя­са.

Лёг­кий щел­чок по ще­ке, за­став­ля­ет рас­крыть гла­за и взгля­нуть в ли­цо мо­ему му­чи­те­лю, – смот­ри на ме­ня, Ма­ри­на, – ры­чит муж­чи­на. – Хо­чу ви­деть твои гла­за, ко­гда мой член бу­дет ис­сле­до­вать твою уз­кую щё­лоч­ку. Ты моя, толь­ко моя, дру­го­го у те­бя не бу­дет.  Я твой пер­вый и по­след­ний муж­чи­на, – вы­нес при­го­вор и рез­ко впи­ва­ет­ся в пе­ре­со­хшие от кри­ков гу­бы. Двой­ное про­ник­но­ве­ние, те­перь муж­чи­на му­ча­ет не толь­ко моё ло­но, в ко­то­рое яро­ст­но вби­ва­ет­ся во всю дли­ну, но и тр…..т мой рот. По-дру­го­му вы­ра­зит­ся не­воз­мож­но, он бу­к­валь­но за­гла­ты­ва­ет мои гу­бы, его язык про­ни­ка­ет в ро­тик, скре­щи­ва­ет­ся с язы­ком, сколь­зит по нё­бу.

– Гла­за, –  кри­чу я, ко­гда муж­чи­на раз­ры­ва­ет по­це­луй, – да ты уви­дишь в них толь­ко тем­но­ту, безд­ну не­на­вис­ти и оби­ды. Ты от­ве­тишь за всё, обе­щаю,– сквозь слё­зы на­чи­наю бес­связ­но сто­нать я.

Но муж­чи­на, ви­ди­мо, ра­зо­брал сло­ва, что вы­зва­ло его оче­ред­ной по­рыв яро­сти. Он бы­ст­рее, с ка­ж­дым толч­ком уси­ли­вая темп, на­чал дви­гать­ся во мне, при­чи­няя боль во всём те­ле.

Ар­ман не со­би­рал­ся ос­та­нав­ли­вать­ся, его дей­ст­вия мож­но срав­нить с от­бой­ным мо­лот­ком, он при­под­нял­ся, схва­тил мои но­ги и за­ки­нул на пле­чи. Те­перь его ог­ром­ная муж­ская плоть про­­н­и­­кала ещё глуб­же, за­тем про­вёл гу­ба­ми по ик­рам но­ги и опус­тил­ся к паль­цам. Взял в  рот боль­шой па­лец и мед­лен­но об­ли­зал его.

Я хри­пе­ла, кри­чать уже не хва­та­ло сил. Го­лос осип. Мед­лен­но по­гру­жа­лась в тем­но­ту, мрак но­чи ме­ня по­гло­тил.

Ощу­щаю, что муж­чи­на на гра­ни за­вер­ше­ния по­ло­во­го ак­та, по­след­ний рез­кий тол­чок и он из­вер­га­ет своё се­мя в ме­ня.

Осоз­наю,  те­перь ве­ро­ят­ность, что я за­бе­ре­ме­нею зна­чи­тель­но уве­ли­чи­ва­ет­ся. Ар­ман свои­ми дей­ст­вия­ми мо­жет по­ро­дить плод на­си­лия. Не­на­ви­жу......

Не по­ни­маю, сколь­ко вре­ме­ни ле­жу не­под­виж­но, ни­че­го не ощу­щая, кро­ме внут­рен­ней пус­то­ты и бо­ли во всём те­ле.

Ма­ши­наль­но встаю с кро­ва­ти, в ра­зо­рван­ном пла­тье, в кро­ви и спер­ме, чув­ст­вую се­бя гряз­ной и обес­че­щен­ной жен­щи­ной. Мед­лен­но пе­ре­би­рая но­га­ми, на­прав­ля­юсь в ван­ную ком­на­ту. На­ив­но на­де­ясь что во­да смо­ет с ме­ня сле­ды по­зо­ра.

– Ма­ри­на, – слы­шу го­лос из­вер­га, но ос­тав­ляю без вни­ма­ния его сло­ва. – Те­бе не на­до са­мо­стоя­тель­но пе­ре­дви­гать­ся, – про­дол­жа­ет го­во­рить не­на­ви­ст­ный го­лос. Не ус­пе­ваю опом­нить­ся, как силь­ные ру­ки муж­чи­ны под­хва­ты­ва­ют ме­ня и Ар­ман не­сёт в ван­ную ком­на­ту. При­кос­но­ве­ния не­при­ят­ны, омер­зи­тель­ны, но сил бо­роть­ся у ме­ня нет, при­хо­дить­ся при­ни­мать по­мощь от са­ди­ста, ко­то­рый убил во мне же­ла­ние жить.

Уже в ван­ной ком­на­те муж­чи­на на­чи­на­ет сни­мать с ме­ня оде­ж­ду и за­пла­кан­ны­ми гла­за­ми ви­жу, что он на­пол­ня­ет ван­ную.

– Са­ма, – толь­ко и мо­гу вы­да­вить из се­бя.

– Я по­мо­гу, – твёр­до от­ве­ча­ет муж­чи­на, ак­ку­рат­но по­гру­жая моё без­жиз­нен­ное те­ло в ван­ную. Чув­ст­вую при­кос­но­ве­ние тё­п­лой во­ды и пы­та­юсь рас­сла­бить­ся, же­лая толь­ко од­но­го, что­бы Ар­ман по­ки­нул ме­ня, и я мог­ла дать во­лю сво­им эмо­ци­ям. Хо­чет­ся гром­ко кри­чать, пла­кать и про­кли­нать весь бе­лый свет.

Но муж­чи­на и этой ма­ло­сти ли­ша­ет ме­ня, мед­лен­но про­во­дит мо­чал­кой по пле­чам, гру­ди, спус­ка­ясь к жи­во­ту.

– Ар­ман, – со­би­ра­ясь с си­ла­ми, жа­ло­ст­но на­чи­наю про­сить, – мож­но по­быть од­ной, ос­тавь ме­ня, по­жа­луй­ста. Ты по­лу­чил всё, что хо­тел, – го­лос сры­ва­ет­ся, по ще­кам бе­гут жгу­чие слё­зы оби­ды и раз­оча­ро­ва­ния.

Муж­чи­на при­жи­ма­ет­ся к мо­ему ли­цу, за­тем шеп­чет на ухо, – ни­че­го осо­бен­но­го не про­изош­ло, мыш­ка-ма­лыш­ка. В жиз­ни слу­ча­ют­ся ве­щи и по­страш­нее. То что, твой пер­вый раз по­лу­чил­ся, пря­мо ска­жем, не очень при­ят­но, ви­но­ва­та толь­ко ты, но ес­ли сде­ла­ешь пра­виль­ные вы­во­ды, в сле­дую­щий раз, ис­пы­та­ешь удо­воль­ст­вие. Обе­щаю!

– На­си­лие на­зы­ва­ешь не­при­ят­ным опы­том, в ко­то­ром ви­но­ва­та я,–на­чи­наю зве­реть от ци­низ­ма это­го ци­нич­но­го и без­душ­но­го че­ло­ве­ка, гла­за на­ли­ва­ют­ся яро­стью и зло­бой.

– Да­вай об­су­дим, при­чи­ны про­изо­шед­ше­го поз­же, – спо­кой­но от­ве­тил Ар­ман.

По­ни­маю, что для не­го всё про­изо­шед­шее, не яв­ля­ет­ся важ­ным, он про­сто не­спо­со­бен оце­нить урон, ко­то­рый на­нёс мо­ей ду­ше. Его эго­изм и праг­ма­ти­че­ский под­ход к жиз­ни не по­зво­ля­ют, осоз­нать, что со­вер­шен­но пре­сту­п­ле­ние. Это не­лю­бовь, это по­хоть и раз­врат с его сто­ро­ны, как ре­зуль­тат раз­ру­шен­ная жизнь не­вин­но­го че­ло­ве­ка.

За­кон­чив ме­ня рас­ти­рать, муж­чи­на вклю­чил душ и на­мо­чил го­ло­ву, не­мно­го до­ба­вил шам­пу­ни и по­вто­рил про­це­ду­ру.

Мол­ча си­де­ла и без­у­ча­ст­но на­блю­да­ла за его дей­ст­вия­ми, на­до при­знать­ся, боя­лась про­ти­вить­ся, во из­бе­жа­ние по­втор­но­го ак­та на­си­лия. Вто­рой раз уже не пе­ре­жи­ву. И не толь­ко, по фи­зи­че­ским при­чи­нам.

Ар­ман вла­ст­но по­тре­бо­вал, –  Ма­ри­на, под­ни­мись.

Ис­пол­ни­ла при­каз, с ка­мен­ным ли­цом. Ар­ман  об­тёр моё те­ло, оку­тал по­ло­тен­цем и как ма­лень­ко­го, без­за­щит­но­го ре­бён­ка от­нёс в по­стель.

При­няв го­ри­зон­таль­ное по­ло­же­ние и на­ко­нец-то ос­во­бо­див­шись от пле­на муж­чи­ны, ис­пы­та­ла ма­лую до­лю ус­по­кое­ния.

– Ска­жи, –  мяг­ко про­из­нёс Ар­ман и про­вёл ру­кой по мо­ей но­ге,– где бо­лит?

–  Ни­где!  – от­ве­ти­ла я. – Пра­виль­но спро­сить, что бо­лит, – от­ве­ти­ла и да­же не под­ня­ла го­ло­ву с по­душ­ки.

Ар­ман шум­но вы­дох­нул и спро­сил, – что бо­лит?

– Ду­ша и серд­це, – от­ве­ти­ла я муж­чи­не. За­тем при­ня­ла по­ло­же­ние си­дя и взгля­ну­ла в гла­за муж­чи­ны, – ты всё по­лу­чил от ме­ня. На­ка­зал так, что ни­ко­гда не за­бу­ду, и уж тем бо­лее не про­щу. Так от­пус­ти ме­ня, по­иг­рал и хва­тит.

– Это не иг­ра, а жес­то­кая прав­да жизнь, – за­ры­чал муж­чи­на и гру­бо схва­тил за пле­чи, за­тем пе­ре­вёл взгляд на мои си­ня­ки, по­мор­щил­ся, но от­пус­тил.

– Ско­ро на­ша свадь­ба. Со­вет, при­ми и сми­рись.

– Что ес­ли не при­му, не сми­рюсь?  – не­кон­тро­ли­руе­мо бро­саю во­про­сы, – убь­ёшь?

Во­про­сы ос­та­ют­ся без от­ве­тов, муж­чи­на вста­ёт с кро­ва­ти и по­ки­да­ет ком­на­ту, гром­ко хлоп­нув две­рью.

– Сбе­жал, – злоб­но кри­чит моё эго –  трус и не­го­дяй. Тя­же­ло смот­реть на жерт­ву пре­сту­п­ле­ния, на мои си­ня­ки, а глав­ное, в по­тух­шие гла­за, по ви­не это­го убий­цы, они по­те­ря­ли жизнь. Но он не сло­ма­ет ме­ня, я как фе­никс, вос­ста­ну из пе­п­ла. – Ре­бё­нок, – мысль о том, что мы не пре­до­хра­ня­лись, слов­но раз­ряд то­ка, уда­ря­ет ме­ня. Нет, ро­жать плод на­си­лия, я не бу­ду. Это точ­но. Все­выш­ний не до­пус­тит не­спра­вед­ли­во­сти. О чём я ду­маю, Бог дав­но по­ки­нул ме­ня, от­дал на рас­тер­за­ние Дья­во­лу. Не на­до ни на ко­го на­де­ет­ся, кро­ме се­бя. Это, зна­чит, со­би­рай ос­кол­ки сво­ей ду­ши, час­ти сво­его ра­зу­ма, ис­це­ляй те­ло и на­чи­най мстить. Пусть, Ар­ман ис­пы­та­ет боль по­те­ри и страх оди­но­че­ст­ва. И мстить бу­ду толь­ко так, как это мо­жет жен­щи­на. Влюб­лю его в се­бя, за­став­лю сго­рать от стра­сти, по­те­рять рас­су­док, а ко­гда, при­дёт вре­мя, вса­жу нож в серд­це и про­кру­чу, бе­ре­дя ра­ны. Нет, уби­вать, в пря­мом смыс­ле сло­ва не ста­ну, мо­раль­но по­губ­лю, опо­зо­рю и ли­шу на­де­ж­ды, ве­ры и люб­ви.

Не­под­виж­но ле­жу в кро­ва­ти и смот­рю в по­то­лок. По­ни­маю, что со­вер­шил не­об­ду­ман­ный по­сту­пок, ру­ко­во­дство­вал­ся жи­вот­ны­ми ин­стинк­та­ми, ко­то­рые по­бе­ди­ли до­во­ды серд­ца и ра­зу­ма.

Же­ла­ние и страсть ли­ши­ли воз­мож­но­сти здра­во по­смот­реть на си­туа­цию, зло­ба за­пе­ле­на­ла до­во­ды ра­зу­ма.

По­ни­маю, что по­сту­пил как по­хот­ли­вое жи­вот­ное, но ис­пра­вить ни­че­го не мо­гу. Вспо­ми­наю по­тух­ший взгляд де­воч­ки и  боль вре­за­ет­ся в са­мое серд­це.

Ма­ри­на, моё спа­се­ние, она же моя по­ги­бель. То удо­воль­ст­вие, ко­то­рое ис­пы­тал с этой жен­щи­ной, не ис­пы­ты­вал ни­ко­гда и ни с кем, а баб на мо­ём ве­ку бы­ло ог­ром­ное ко­ли­че­ст­во. Её неж­ная ко­жа дур­ма­ни­ла ра­зум, ма­ня­щие гу­бы, слов­но створ­ки рая, ма­ни­ли к се­бе, её жен­ское, ту­гое ло­но бу­до­ра­жи­ло ка­ж­дую час­ти­цу те­ла.

Вспо­ми­ная её ле­бе­ди­ную шею и уп­ру­гие на­лив­ные гру­ди, не­воль­но вздра­ги­ваю, осоз­наю, что по мо­ей ви­не на этом иде­аль­ном те­ле, те­перь кра­су­ют­ся си­ня­ки, под­твер­ждаю­щие мою гру­бость и жес­то­кость.

Муж­ское эго твер­дит, что дев­чон­ка са­ма ви­но­ва­та, по­сто­ян­ные про­во­ка­ции её ост­ро­го языч­ка, при­ве­ли к та­ко­му на­ка­за­нию. Дол­жен был на­ка­зать и на­ка­зал строп­ти­вую ко­бы­ли­цу. Со вре­ме­нем при­ру­чу, обуз­даю. Нет ло­мать Ма­ри­ну  не со­би­рал­ся, мне не нуж­на без­воль­ная кук­ла, лишь же­лаю по­кор­ную же­ну, ко­то­рая по­да­рит лю­бовь и лас­ку. С Ма­ри­ной ста­нем семь­ёй. Ра­зум твер­дил, что это­го не бу­дет, это ил­лю­зия и плод во­об­ра­же­ния. В го­ло­ве пуль­си­рую, сло­ва Ма­ри­ны: «не­на­ви­жу, от­пус­ти».

Го­ню не­на­ви­ст­ные мыс­ли прочь, ни­ко­гда не от­пу­щу. Пре­вра­щу не­на­висть в лю­бовь, за­став­лю да­рить се­бя свою неж­ность и те­п­ло. И как ре­зуль­тат та­кой люб­ви бу­дут де­ти. Да, ро­ж­де­ние на­след­ни­ков, из­ме­нит от­но­ше­ние Ма­ри­ны. Жен­щи­на не смо­жет не­на­ви­деть от­ца сво­их де­тей. Убе­ж­даю се­бя, что это не мои фан­та­зии и за­блу­ж­де­ния. Это, прав­да, жиз­ни. Жен­щи­ну мож­но за­ста­вить лю­бить.

Мыс­ли не да­ют по­коя и в по­пыт­ке ус­по­ко­ить се­бя, зво­ню оче­ред­ной кук­ле,– Кет­рин, – про­го­ва­ри­ваю имя де­вуш­ки, а сам по­ни­маю, что со­вер­шаю ошиб­ку, оче­ред­ной эмо­цио­наль­ный по­сту­пок, но ве­дусь на свои ин­стинк­ты.

– Слу­шай, кук­ла, – при­ка­зы­ваю я, – но­ги в ру­ки и ко мне, бы­ст­ро!

Секс с Ма­ри­ной, ко­неч­но, был не­за­бы­вае­мый, но б….ь, мне ма­ло, не­ска­зан­но ма­ло, имен­но этой ма­лыш­ки. Но тро­гать её бы­ло бы сверх жес­то­ка, и так для пер­во­го раза, она от­лич­но по­ра­бо­та­ла.  Дол­жен, про­сто обя­зан дать вре­мя, пусть ок­ле­ма­ет­ся, за­жи­вут ра­ны на те­ле и то­гда ото­рвусь.

Опять, вспо­ми­наю те­ло сво­ей Аф­ро­ди­ты, плоть толь­ко от мыс­ли о ней, на­чи­на­ет пуль­си­ро­вать.

– Ус­по­кой­ся, –  ко­ман­дую, – сей­час при­дёт раз­ряд­ка, с этой б….ю, мож­но не це­ре­мо­нить­ся, от­де­ру с…у и вы­ки­ну. С мыш­кой-ма­лыш­кой, – по­ни­маю, – так нель­зя. Да, будь я ты­ся­чу раз про­клят, но не мо­гу да­же ска­зать, что тр…л её. Свою де­воч­ку я лю­бил, да жё­ст­ко и вла­ст­но, но лю­бил… За­ни­мал­ся лю­бо­вью. Я хо­тел жё­ст­ко, силь­но. Но с мыш­кой, при­хо­ди­лось сдер­жи­вать свои по­ры­вы, обуз­дать жи­вот­ные ин­стинк­ты.

– Это, всё вре­мен­но, –  осоз­на­вал я, – ско­ро я рас­кре­по­щу эту не­вин­ную де­ву, бу­дет смот­реть на ме­ня стра­ст­ны­ми гла­за­ми, пол­ны­ми люб­ви и по­хо­ти.

Слы­шу стук в дверь и на по­ро­ге по­яв­ля­ет­ся эф­фект­ная, длин­но­но­гая блон­дин­ка, –  Кет­рин, шеп­чу я. На ко­ле­ни пол­зи ко мне. Сам встал с кро­ва­ти, сни­маю шта­ны, член уже при­нял бое­вую стой­ку, ко­неч­но, столь­ко ду­мал о Ма­ри­не. Чуть на сте­ну не по­лез, от же­ла­ния. Ко­неч­но, эта дев­ка, фик­ция, но хоть её по­имею, всё не ру­ка в по­мощь. С под­ро­ст­ко­во­го воз­рас­та ру­ко­блу­ди­ем не за­ни­ма­юсь, все­гда шлю­ха под ру­кой име­ет­ся.

Сей­час бы и не по­ду­мал, ша­ла­ву вы­зы­вать, да мыш­ка са­ма ви­но­ва­та, ес­ли бы ве­ла се­бя бо­лее дос­туп­но, нет хо­лод­но и от­стра­нён­но.

Шлю­ха, без лиш­них слов при­ня­лась ра­бо­тать ро­ти­ком, уме­ло и про­фес­сио­наль­но за­гла­ты­ва­ла член. Не­воль­но вспо­ми­наю ми­нет Ма­ри­ны, ко­неч­но, не опыт­ный, но та­кой не­вин­ный и чис­тый, при од­ной мыс­ли, что член со­сёт Ма­ри­на. Что это её неж­ные губ­ки об­хва­ты­ваю, её язы­чок об­ли­зы­ва­ет мой ор­ган, на­сту­па­ет раз­вяз­ка. Член из­вер­га­ет се­мя, и я про­во­жу, раз­ма­зы­вая его по ли­цу и гру­ди по­хот­ли­вой суч­ки.

– Ар­ман, – сто­нет Кет­рин, – хо­чу те­бя, ми­лый.

– Хо­чешь, – по­вто­ряю её сло­ва, – так раз­дви­гай нож­ки дет­ка, бу­дет ре­пе­ти­ция, – ко­ман­дую я.

По­тас­куш­ка лов­ко за­­пр­ыг­ив­ает на стол, сни­ма­ет тру­си­ки и бро­са­ет в ме­ня.

– Ши­ре но­ги, шлю­ха, – шеп­чу ей на ухо и дёр­гаю во­ло­сы на­зад.

Про­сто секс, жи­вот­ный, не­обуз­дан­ный трах, ко­то­рый про­но­сит удо­воль­ст­вие те­лу, но мо­раль­но не мо­гу по­лу­чить же­лае­мый ре­зуль­тат. Мыш­ка-ма­лыш­ка окол­до­ва­ла ме­ня, те­перь яс­но это по­ни­маю. Сколь­ко вре­ме­ни вко­ла­чи­ва­юсь в об­мяк­шую плоть дев­ки, она уже бед­ная пе­ре­жи­ла ни один ор­газм, а я не мо­гу по­лу­чить своё. На­ко­нец, со­вер­шив не­сколь­ко толч­ков, мои уси­лия воз­на­гра­ж­да­ют­ся.

– Ар­ман, –  сто­нет дев­ка, – что это бы­ло? Ты все­гда хо­рош в сек­се, но се­го­дня, про­сто огонь, – об­ли­зы­вая раз­врат­ные гу­бы и, вос­ста­нав­ли­вая ды­ха­ние хри­пит Кет­рин.

– А вот про те­бя, так ска­зать, не мо­гу, – хо­лод­но кон­ста­ти­рую факт, – от­ра­бо­та­ла ты своё де­воч­ка. По­те­ря­ла на­вык, та­кая раз­дол­бан­ная ста­ла, что чув­ст­ви­тель­ность по­те­ря­ла.

Жен­щи­на оби­жен­но смот­рит на ме­ня и про­из­но­сит – ко­неч­но, твоя де­воч­ка, на­вер­ня­ка бо­лее уз­кая. –  Но за­то ме­нее дос­туп­ная,­–  яз­ви­тель­но го­во­рит де­ви­ца.

– Что ты сде­лал?  – кри­чит Ара­вин и при­сталь­но смот­рит на бра­та. – Я, те­бя, спра­ши­ваю, что ты, сде­лал? - гром­ко, по сло­гам про­из­но­сит ка­ж­дую бу­к­ву муж­чи­на, его вид при­ни­ма­ет уг­ро­жаю­щее по­ло­же­ние. Ара­вин по­хож на че­ло­ве­ка, ко­то­рый от­стаи­ва­ет честь и дос­то­ин­ст­во се­ст­ры.

Ар­ман мол­ча под­ни­ма­ет гла­за на бра­та, в ко­то­рых чи­та­лось со­жа­ле­ние, но од­но­вре­мен­но и вы­зов. Для муж­чи­ны стар­ший брат все­гда был ав­то­ри­те­том, осо­бен­но по­сле смер­ти от­ца. Но сей­час, Ар­ма­ну ре­ши­тель­но, не нра­ви­лось, что брат ле­зет в его де­ла с Ма­ри­ной. Ар­ман осоз­на­вал, что Ара­ви­ну, уже до­ло­жи­ли о про­изо­шед­шем ин­ци­ден­те с Ма­ри­ной, воз­мож­но, брат знал не все под­роб­но­сти, но тот факт, что Ма­ри­на силь­но из­ме­ни­лась, а мо­жет, да­же впа­ла в де­прес­сию, Ара­ви­ну точ­но из­вест­но. Как и то, что при­чи­ной та­ко­го со­стоя­ния де­воч­ки, яв­ля­ет­ся не кто иной, как Ар­ман.

– Брат, пред­ла­гаю те­бе, сме­нить тон, мои лич­ные от­но­ше­ния с лю­бой де­вуш­кой, моё и толь­ко моё де­ло, – спо­кой­но от­ве­ча­ет Ар­ман, пы­та­ет­ся быть как мож­но убе­ди­тель­ным и твёр­дым в сво­их сло­вах, но по­лу­ча­ет­ся, что оп­рав­ды­ва­ет­ся. Воз­мож­но, это свя­зан­но, что на прин­ца да­вит ав­то­ри­тет бра­та, но это толь­ко од­на из при­чин оп­рав­да­тель­но­го то­на. Муж­чи­на пусть и в глу­би­не ду­ши, но понимает, что по­сту­пил мерз­ко, он да­же боль­ше оп­рав­ды­ва­ет­ся ни пе­ред бра­том, а пе­ред са­мим со­бой.

– Ес­ли ты, Ар­ман, сде­лал то о чём я ду­маю, то го­реть те­бе в аду, –  с пе­ча­лью в го­ло­се про­из­нёс Ара­вин. Впол­не до­пус­каю, что язы­ки пла­ме­ни уже ще­ко­чут пят­ки, но ско­ро, вспо­лох­нёт всё те­ло и то­гда му­ки со­вес­ти по­гу­бят твою ду­шу.

Ар­ман сно­ва взгля­нул на бра­та и опять убе­дил­ся, что в сло­вах Ара­ви­на, есть смысл, жес­то­кая прав­да. Он пре­крас­но по­ни­мал его ме­та­фо­ри­че­ское из­ло­же­ние, но гор­дость и муж­ское ес­те­ст­во, не по­зво­лит при­нять это, они кри­ча­ли, что Ар­ман в сво­ём пра­ве, Ма­ри­на его бу­ду­щая же­на и Ар­ман во­лен по­сту­пать с ней, как по­счи­та­ет нуж­ным.

Сло­ва Ара­ви­на за­де­ли муж­ское са­мо­лю­бие Ар­ма­на и он до­воль­но гру­бо про­го­во­рил, – брат, ты мне уг­ро­жа­ешь? При­шёл в мой дом и сме­ешь, тре­бо­вать объ­яс­не­ний с прин­ца, за­да­вать про­во­ка­ци­он­ные во­про­сы, тем са­мым ста­вя меня, в по­ло­же­ние оп­рав­ды­ваю­ще­го­ся.

– Брат, – ме­ня­ет так­ти­ку по­ве­де­ния Ара­вин, пе­ре­хо­дя на спо­кой­ный тон. Я при­шёл к те­бе как стар­ший брат, не на­до офи­ци­аль­ных ти­ту­лов, брось! И мои чая­ние, ка­са­ют­ся, пре­ж­де все­го те­бя, а Ма­ри­на, яв­ля­ет­ся глав­ной при­чи­ной пе­ре­жи­ва­ний и тре­вог. Ду­ма­ешь, не ви­жу, что де­воч­ка всю ду­шу те­бе вы­тряс­ла. Влю­бил­ся в неё как маль­чиш­ка, но твой по­сту­пок боль­но уда­рит по те­бе. Не фи­зи­че­ски, креп­кий му­жик, серд­це бить­ся не пе­ре­ста­нет, ин­сульт или ин­фаркт не гро­зят. А вот ду­шев­ные му­ки, ты се­бе обес­пе­чил. Ма­ри­на та­ко­во не за­бу­дет и точ­но отом­стит. Воз­мож­но, не сей­час и да­же не зав­тра, а спус­тя вре­мя. Ар­ман, ты об­ре­ка­ешь се­бя на жизнь с че­ло­ве­ком, ко­то­рый лю­то те­бя не­на­ви­дит. Бу­дешь ог­ля­ды­ва­ет­ся и ду­мать, а что вы­ки­нет же­на в сле­дую­щий раз, – кон­ста­ти­ру­ет, не­из­беж­ность, брат.

– Ар­ман, –  после непродолжительного молчания, вновь об­ра­ща­ет­ся муж­чи­на к бра­ту, ко­то­рый мол­ча слу­ша­ет мо­но­лог,  – у те­бя один вы­ход, от­пус­ти Ма­ри­ну. Жизнь с ней, бу­дет адом для те­бя и этой де­вуш­ки. Не­мед­лен­но, пусть она по­ки­нет на­шу стра­ну. Это её и твой шанс на нор­маль­ную жизнь, в про­тив­ном слу­чае, по­след­ст­вия сою­за ни­кто не мо­жет пре­ду­га­дать.

– Ара­вин, – по­сле мол­ча­ния и ана­ли­за ин­фор­ма­ции, вы­да­ёт Ар­ман, –  ты по се­бе су­дишь?

Ар­вин ме­ня­ет­ся в ли­це и силь­но бьёт в сте­ну, хо­ро­шо, что они из кир­пи­ча, ина­че ды­ра с ку­лак, там уже бы кра­со­ва­лась.

– Глу­пый маль­чиш­ка, да­же ря­дом нель­зя по­ста­вить от­но­ше­ния ме­ж­ду мной и Кла­рой, и твои­ми с Ма­ри­ной,–  кри­чит так, что сте­ны из кир­пи­ча, на­чи­наю вздра­ги­вать. Пой­ми, – те­перь уже стар­ший брат, при­нял оп­рав­ды­ваю­щую­ся сто­ро­ну, – ни­ко­гда не при­ну­ж­даю жен­щи­ну. Да, у нас с Кла­рой есть не­до­по­ни­ма­ние. Ино­гда, лас­ко­во и неж­но под­во­жу и,  воз­мож­но, скло­няю же­ну к плот­ским уте­хам. Со­гла­шусь, что идёт мо­раль­ное на­си­лие, но ни­ко­гда фи­зи­че­ско­го,- ут­вер­жда­ет Ара­вин.

– Кла­ра из­на­чаль­но доб­ро­воль­но вы­шла за ме­ня за­муж. По­да­ри­ла, свою не­вин­ность. Я вос­при­нял, это как са­мый цен­ный по­да­рок, ко­то­рым мог­ла на­гра­дить де­вуш­ка, му­жа, – про­дол­жал объ­яс­нять муж­чи­на.  Не оп­рав­ды­ваю се­бя, но из­ме­на и на­си­лие — это раз­ные ве­щи, – кон­ста­ти­ро­вал брат, как - бы под­во­дя итог те­мы се­мей­ных от­но­ше­ний. Из­ме­на, на­вер­но, то­же не есть хо­ро­шо. Но да­же за из­ме­ну, Кла­ра на­ка­зы­ва­ет ме­ня еже­се­кунд­но, ви­деть слё­зы лю­бой жен­щи­ны и по­ни­мать, что при­чи­на это­му ты, вот са­мое страш­ное на­ка­за­ние. Твой свя­щен­ный долг за­щи­щать же­ну, мать тво­их де­тей, а здесь ты вы­ну­ж­ден спа­сать от са­мо­го се­бя.

Бра­тья смот­рят друг дру­гу в гла­за, ка­ж­дый из них по­ни­ма­ет, что со­вер­ши­ли ошиб­ки по от­но­ше­нию к сво­им жен­щи­нам. Не­важ­но, кто боль­шей или мень­шей сте­пе­ни, глав­ное, по их ви­не, на ли­цах лю­би­мых за­бле­сте­ли слё­зы. Не так вос­пи­ты­вал брать­ев отец, ко­то­рый, на при­ме­ре ма­те­ри, до­ка­зы­вал, что лю­би­мая жен­щи­на - это свя­то. Но на­до от­дать долж­ное и ма­те­ри, как ис­тин­ная вос­точ­ная жен­щи­на, она очень муд­ро об­хо­ди­ла ост­рые уг­лы, ни­ко­гда не шла на пря­мой кон­фликт, лов­ко ухо­ди­ла от не­го. Из­бе­га­ла, что-то на­пря­мую тре­бо­вать, но с по­мо­щью жен­ских уло­вок, все­гда до­би­ва­лась же­лае­мо­го ре­зуль­та­та. Ко­неч­но, отец не был ан­ге­лом, его при­вле­ка­ли жен­щи­ны, да и что, гре­ха та­ить, муж­чи­на ув­ле­кал­ся мно­ги­ми из них. Но, мать ни­ко­гда не по­да­ва­ла, вви­ду, что зна­ет о его гре­хах. При этом  изящ­но из­бав­ля­лась от фа­во­ри­ток от­ца. Од­на де­вуш­ка, ко­то­рая бы­ла у муж­чи­ны в фа­во­ре, из­ме­ни­ла ему с ох­ран­ни­ком и это ста­ло пуб­лич­но из­вест­ным фак­том, дру­гая ока­за­лась шпи­он­кой, ко­то­рая кон­так­ти­ро­ва­ла с контр­аген­та­ми, тре­тья, во­об­ще зая­ви­лась к ма­те­ри и по­тре­бо­ва­ла, ос­та­вить от­ца.

Ма­ма все­гда по­мо­га­ла, от­цу спра­вит­ся с лю­бов­ны­ми му­ка­ми и на за­ка­те его жиз­ни, её мож­но бы­ло на­звать дру­гом, не­же­ли пол­но­цен­ной же­ной.

Вос­точ­ное вос­пи­та­ние, на­вер­но в этом и за­клю­ча­ет­ся, глав­ная при­чи­на, по­че­му жен­щи­на смог­ла сбе­речь брак и ос­та­лась для му­жа свя­ты­ней, бес­ко­неч­но ува­жае­мой, но хо­тя, ве­ро­ят­но, осо­бо не лю­би­мой. Их брак со­сто­ял­ся, во­все не по вза­им­ной сим­па­тии, а по до­го­во­рён­но­сти ро­ди­те­лей, ка­ж­дый из них при­нял это как долж­ное.

Бра­тья же, по­шли по сво­ему пу­ти, лю­бовь жи­ла в их серд­цах. Они вы­бра­ли жен­щин, дру­гих тра­ди­ций, вос­пи­та­ния и ве­ры. Воз­мож­но, ес­ли бы они не по­шли на по­во­ду у чувств, из жиз­ни сло­жи­лась по-дру­го­му и сей­час они на­сла­ж­да­лись мир­ным се­мей­ным сча­сть­ем, ря­дом с по­кор­ны­ми жен­щи­на­ми, пусть не­лю­би­мы­ми, но за­то бла­го­на­дёж­ны­ми жё­на­ми.

– Луч­ше лю­бить и по­те­рять, не­же­ли, ни­ко­гда не лю­бить, – про­из­нёс Ар­ман. Но я не го­тов те­рять, добь­юсь люб­ви Ма­ри­ны, брат, ты ме­ня, зна­ешь, ес­ли ре­шил, то сде­лаю, – без­апел­ля­ци­он­но зая­вил Ар­ман.

– Млад­ший бра­тик, – нра­во­учи­тель­но про­из­нёс, Ара­вин. Жен­щи­на — это не но­вые зем­ли, ко­то­рые нуж­но за­воё­вы­вать, жен­щи­ну на­до по­ко­рить, с по­мо­щью люб­ви. А вот лю­бовь нуж­но за­слу­жить, а у те­бя, это не очень по­лу­ча­ет­ся.

***

По­сле раз­го­во­ра с бра­том на ду­ше Аравина ос­тал­ся не­при­ят­ный оса­док и не толь­ко, из­­– за не­со­гла­сия с дей­ст­вия­ми Ар­ма­на.  Горь­кий прив­кус вы­зван и осоз­на­ни­ем то­го, что сам Ара­вин не со­всем прав, по от­но­ше­нию к сво­ей суп­ру­ге.

На­прав­ля­ясь в спаль­ню же­ны, муж­чи­на ре­шил ис­пра­вить сло­жив­шую­ся си­туа­цию, в знак при­ми­ре­ния ку­пил ог­ром­ный бу­кет бе­лых роз.

Ре­шив со­блю­сти пра­ви­ла при­ли­чия и про­де­мон­ст­ри­ро­вать, что при­шёл с ми­ром, он по­сту­чал в дверь спаль­ни. От­ве­та не по­сле­до­ва­ло. То­гда без раз­ре­ше­ния, Ара­вин ак­ку­рат­но от­крыл дверь и про­шёл в ком­на­ту.

Кла­ра в лёгком спор­тив­ном кос­тю­ме ле­жа­ла на кро­ва­ти и от­стра­нён­но смот­ре­ла в од­ну точ­ку.

– Ми­лая,- – как мож­но неж­нее про­из­нёс муж­чи­на и по­ло­жил букет к но­гам жен­щи­ны.

Этот жест был про­иг­но­ри­ро­ван Кла­рой, она да­же не взгля­ну­ла в сто­ро­ну Ара­ви­на.

Пер­вым по­ры­вом муж­чи­ны бы­ло же­ла­ние схва­тить глу­пую дев­чон­ку за пле­чи и как сле­ду­ет тря­ха­нуть, а за­тем со­рвать с нею эти ду­рац­кие тряп­ки и как сле­ду­ет т….ть, что­бы сте­реть с её ли­ца всю хо­лод­ность. По­ка­зать, что неспособна она от­стра­нить­ся от не­го, ей это не да­но. Но он обуз­дал этот по­рыв, ре­шил из­ме­нить так­ти­ку, мо­раль­но не при­ну­ж­дать, а,  на­обо­рот, рас­по­ло­жить де­вуш­ку к се­бе.

– Же­на, – офи­ци­аль­но про­из­нёс Ара­вин,–  как ты смот­ришь, на то, что­бы мы с деть­ми уст­рои­ли се­бе ма­лень­кий от­дых?

Ара­вин без­оши­боч­но уга­дал всё, что связано с деть­ми не мог­ло не рас­тор­мо­шить Кла­ру, жен­щи­на бы­ст­ро при­ня­ла по­ло­же­ние си­дя и по­смот­ре­ла на му­жа с не­при­кры­тым ин­те­ре­сом и не­до­ве­ри­ем.

– Что, вза­мен?  – вы­со­ко­мер­но спро­си­ла Кла­ра, при этом в го­ло­се зву­ча­ли но­ты пре­неб­ре­же­ния.

– Ни­че­го  осо­бен­но­го, про­сто со­гла­шай­ся, – спо­кой­но про­го­во­рил Ара­вин хо­тя в ду­ше за­ро­ди­лась вто­рая вол­на же­ла­ния, взять и как сле­ду­ет на­ка­зать вы­со­ко­мер­ную, хо­лод­ную суч­ку, но очень сек­су­аль­ную и же­лан­ную. Кла­ра сей­час та­кая до­маш­няя и уют­ная, ес­те­ст­вен­ная, без сво­его бое­во­го раскраска, без причёски, с обыч­ным хво­сти­ком.

Как же хо­чет­ся, схва­тить её за во­ло­сы, за­став­ляя смот­реть в гла­за, за­тем впить­ся в её пух­лые губ­ки и тер­зать их по­ка она не оживёт. Что­бы блед­ные крас­ки ли­ца за­ме­ни­лись на крас­ные, гла­за из по­тух­ших ста­ли го­реть ог­нём стра­сти.

И ес­ли Ара­вин меч­тал о том, что­бы за­нять­ся лю­бовь с Кла­рой и яр­ко это во­об­ра­жал в сво­ей го­ло­ве. То Кла­ру одо­ле­ва­ли со­всем иные ве­щи, ей хо­те­лось, по­бы­ст­рее ос­во­бо­дит­ся от пле­на му­жа и уви­деть де­тей. Страх, что Ара­вин, мо­жет ли­шить воз­мож­но­сти об­ща­ть­ся с деть­ми не по­ки­дал жен­щи­ну. Сей­час она, как ни­ко­гда, жа­ле­ла, что со­гла­си­лась вый­ти за­муж за это­го че­ло­ве­ка. Пре­да­тель­ст­во Ара­ви­на, Кла­ра бо­лез­нен­но пе­ре­жи­ла, но пе­ре­жи­ла. Вот по­те­рю де­тей она пе­ре­жить не смо­жет, это убь­ёт.

– И ку­да  мы по­едем? – ти­хо спро­си­ла жен­щи­на.

– Ку­да при­ка­жешь! – от­ве­тил Ара­вин.  Кла­ра, ми­лая моя де­воч­ка, –про­мур­лы­кал муж­чи­на и при­сел на кро­вать, ря­дом с Кла­рой, – да­вай по­про­бу­ем вер­нуть, то что по­те­ря­ли. Я при­знаю свою ви­ну, – вид­но бы­ло, что сло­ва Ара­ви­ну да­ва­лись тя­же­ло, но он твёр­до и уве­рен­но про­дол­жал. – Про­шу, про­сти!

Кла­ра удивлённо по­смот­ре­ла на муж­чи­ну и уча­щён­но за­мор­га­ла, сло­ва Ара­ви­на вы­зва­ли в ней бу­рю эмо­ций, она при­сталь­но смот­ре­ла на муж­чи­ну и ис­ка­ла под­вох.

Но под­во­ха в сло­вах муж­чи­ны не ока­за­лось, Ара­вин го­во­рил от чис­то­го серд­ца и на­де­ял­ся на про­ще­ние.

Кла­ра ехид­но улыб­ну­лась и, гля­дя в гла­за муж­чи­ны, про­го­во­ри­ла,- за­будь, твоё про­ще­ние, ну, как бы ска­зать, как про­дукт, с ис­тёк­шим сро­ком год­но­сти. Вку­си­ла са­мо­стоя­тель­ную жизнь, при­вык­ла жить без те­бя, и ни­че­го ме­нять не со­би­ра­юсь.

Ара­вин не ме­нее ядо­ви­то улыб­нул­ся, на её ре­п­ли­ку и ла­ко­нич­но от­ве­тил, – то­гда при­вы­кай жить без де­тей, ми­лая!

Ме­ня при­вез­ли в ре­зи­ден­цию прин­ца Ар­ма­на, вы­хо­жу из ма­ши­ны и ви­жу, что он ожи­да­ет у вход­ной две­ри. Вы­гля­дит дос­та­точ­но рас­слаб­лен­ным, как все­гда, одет с иго­лоч­ки, в чёр­ном кос­тю­ме, пид­жак рас­стёгнут, что по­зво­ля­ет рас­смот­реть бе­лую ру­баш­ку на иде­аль­ном те­ле муж­чи­ны.

Под­хо­жу к не­му, ос­та­нав­ли­ва­юсь на безо­пас­ном рас­стоя­нии, – что ты хо­тел? – не­уве­рен­но и роб­ко спра­ши­ваю Ар­ма­на.

– Что мо­жет хо­теть же­них от не­вес­ты? – над­мен­но и с ци­низ­мом от­ве­ча­ет принц во­про­сом на во­прос. Бы­ст­рым ша­гом под­хо­дит ко мне, мак­си­маль­но со­кра­щая дис­тан­цию ме­ж­ду на­ми, ос­та­нав­ли­ва­ет­ся в опас­ной бли­зо­сти, об­хва­ты­ва­ет мою шею, за­тем берёт в плен моё ли­цо, за­став­ля­ет под­нять го­ло­ву, про­во­дит паль­цам по гу­бам,  – для на­ча­ла, по­це­луй.

По­це­луй, как ни стран­но, ока­зал­ся неж­ным, лёгкое ка­са­ние губ, ни­ка­ко­го про­ник­но­ве­ния язы­ка, у ме­ня соз­да­лось впе­чат­ле­ния, что муж­чи­на драз­нит, пы­та­ет­ся вы­звать же­ла­ние серд­ца, воз­бу­ж­де­ние те­ла. В об­щем по­це­луй по­лу­чил­ся не­дос­ка­зан­ным, с под­тек­стом на про­дол­же­ние. Ме­ня это страш­но пу­га­ла, внут­ри всё сжи­ма­лось от мыс­ли, что он за­хо­чет боль­ше­го.

–  Как твоё са­мо­чув­ст­вие, ма­лыш­ка? – за­бот­ли­во ин­те­ре­су­ет­ся принц. Мо­жет сле­ду­ет об­ра­тить­ся к вра­чу, ес­ли что-то бо­лит?

Бо­рюсь с же­ла­ни­ем крик­нуть , что бо­лит всё те­ло, но глав­ное — ду­ша и серд­це. Ты уни­зил ме­ня, рас­топ­тал честь и дос­то­ин­ст­во, но из-за стра­ха, что по­сле кри­ка ду­ши, по­сле­ду­ет не­ми­нуе­мое на­ка­за­ние, я лишь по­кру­ти­ла го­ло­вой.

– Всё хо­ро­шо!

— Я всё рав­но за­пи­шу те­бя в кли­ни­ку на при­ём, вы­бе­ри лю­бое под­хо­дя­щее вре­мя и оп­ре­де­ли да­ту, толь­ко не за­тя­ги­вай, – го­во­рит Ар­ман. По су­ти, опять при­каз, мни­мая сво­бо­да, да­ёт ог­ра­ни­чен­ное пра­во вы­бо­ра. В кли­ни­ку едешь, это не­ос­по­ри­мо, но снис­хо­ди­тель­но, по­зво­ля­ет вы­брать да­ту и вре­мя. Да и что ему так по­на­до­би­лось, сно­ва за­став­лять про­хо­дить ос­мотр. Не­свой­ст­вен­ную за­бо­ту ре­шил про­явить. Ко­неч­но же, нет, на­вер­но ре­шил убе­дить­ся, что я не за­бе­ре­ме­не­ла по­сле из­на­си­ло­ва­ния, ре­бё­нок един­ст­вен­ное, что его бес­по­ко­ит.

– Хо­ро­шо, оп­ре­де­лю вре­мя и ска­жу те­бе, – от­стра­нён­но про­из­но­шу я. По­во­ра­чи­ваю го­ло­ву и смот­рю в сто­ро­ну са­да, ко­то­рый валь­яж­но по-хо­зяй­ски рас­по­ло­жен на тер­ри­то­рии ре­зи­ден­ции.

Принц за­ме­ча­ет, что я за­ин­те­ре­со­ва­лась са­дом.

– пре­крас­ное ме­сто. Ста­рый сад, дос­то­при­ме­ча­тель­ность и гор­дость ре­зи­ден­ции. Про­шу, – ука­зы­ва­ет в сто­ро­ну са­да, – со­ставь мне ком­па­нию на про­гул­ке. По­ка­жу кра­со­ты это­го див­но­го мес­та. Со­гла­шай­ся, он во­ис­ти­ну пре­кра­сен.

Со­гла­ша­юсь, но цель моя не по­лю­бо­вать­ся са­дом, взор упал на не­го слу­чай­но, ку­да угод­но бы смот­ре­ла, толь­ко не на Ар­ма­на. Глав­ное, спа­стись от уе­ди­не­ния с муж­чи­ной, ли­шить воз­мож­но­сти по­вто­ре­ния но­чи. В са­ду он точ­но не по­сме­ет ов­ла­деть мной.

Ар­ман берёт мою ру­ку, под­но­сит к гу­бам и це­лу­ет.

Джент­ль­ме­на из се­бя изо­бра­жа­ет, за­чем иг­ра­ет роль бла­го­род­но­го прин­ца, мне из­вест­но, что это фаль­ши­во. Знаю, как ни­кто дру­гой, что он вар­вар, из­верг и са­дист, бо­юсь его, слов­но он страш­ный зверь. Внеш­нее кра­си­вый, бла­го­род­ный муж­чи­на, а внут­ри жес­то­кое су­ще­ст­во, лишённое ми­ло­сер­дия, ду­ши и серд­ца.

Ар­ман берёт ме­ня за ру­ку, и мы от­прав­ля­ем­ся по ал­лее в сто­ро­ну са­да. Со сто­ро­ны, ка­жет­ся, что двое влюб­лён­ных гу­ля­ют, взяв­шись за ру­ки. Но ес­ли при­смот­реть­ся в ли­ца, так на­зы­вае­мой влюб­лён­ной па­ры, все пред­по­ло­же­ния о сча­ст­ли­вых влюб­лён­ных рас­сеи­ва­ют­ся. Ли­цо Ар­ма­на, хо­лод­ное, его кра­со­та не гре­ет, гла­за чёр­ные как ночь, в них мож­но за­блу­дить­ся, нет ни на­мё­ка на лу­чик солн­ца в кон­це чёр­ной безд­ны, да и кон­ца безд­ны нет, она бес­ко­неч­на, а зна­чит и на­де­ж­да от­сут­ст­ву­ет, что ко­гда - ни­будь гла­за Ар­ма­на бу­дут све­тить­ся, да­ря те­п­ло и неж­ность. Гла­за – это зер­ка­ло ду­ши, так его ду­ша чёр­ная . На моём ли­це по­тух­ший взгляд, лишённый све­та. В от­ли­чие от Ар­ма­на, они све­ти­лись, да­же ис­кор­ки ки­да­ли, но муж­чи­на убил свет, по­гру­зил ду­шу в безд­ну. Его чер­но­та по­гло­ти­ла ме­ня. Под­во­дя, итог, мож­но с уве­рен­но­стью ска­зать, мы не влюб­лён­ная па­ра, наш тан­дем име­ну­ет­ся па­лач – жерт­ва. Но это по­ка, ско­ро, все из­ме­нит­ся и из жерт­вы я ста­ну па­ла­чом, а он из па­ла­ча, пре­вра­тит­ся в осу­ж­дён­но­го, при­го­во­рён­но­го к каз­ни.

Под­хо­дим к са­ду, от­кры­ва­ет­ся чу­дес­ный вид, это ме­сто дей­ст­ви­тель­но ве­ли­ко­леп­но. Как за­кол­до­ван­ное, оно ка­жет­ся не­ре­аль­ным. Де­ре­вья ка­ча­ют­ся от вет­ра и соз­да­ёт­ся впе­чат­ле­ние, что они при­вет­ст­ву­ют гос­тей. Цве­ты, скром­но, рас­по­ла­га­ют­ся на клум­бах, при­вле­кая вни­ма­ние сво­им раз­но­об­ра­зи­ем и кра­со­той.

– Я не очень раз­би­ра­юсь в сор­тах цве­тов, их ви­дах, – как буд­то- бы оп­рав­ды­ва­ясь, го­во­рит Ар­ман и под­хо­дит к бе­лым ро­зам. При­са­жи­ва­ет­ся на кор­точ­ки и вды­ха­ет за­пах.

– Лю­ди, сры­вая этот цве­ток, на­сла­ж­да­ют­ся ими лишь не­сколь­ко дней, за­тем ос­тав­ля­ют уви­дать, – пе­чаль­но кон­ста­ти­ру­ет, факт жиз­ни Ар­ман.  Я же, мак­си­маль­но ста­ра­юсь про­длить их жизнь, по­сто­ян­ным ухо­дом. Но не все­гда спо­со­бен убе­речь, у нас тро­пи­че­ский кли­мат, бы­ва­ют до­ж­ди и силь­ный ве­тер. Ро­зы, не­сколь­ко раз, стра­да­ли от ано­ма­лий, но это не зна­чит, что в этом есть моя ви­на. Та­ко­ва при­ро­да, жизнь.

– Ар­ман, – на­би­ра­юсь храб­ро­сти и под­хо­жу к муж­чи­не, – твоя ви­на со­сто­ит в не­пре­ду­смот­ри­тель­но­сти, ты не рас­счи­тал си­лу при­род­ной сти­хии, по­след­ст­вия – ги­бель цве­тов.

Мы из­ла­га­лись ме­та­фо­ри­че­ски, но ка­ж­дый знал о чём речь. Спе­ци­аль­но не за­тра­ги­ва­ли ост­рые уг­лы, но хо­ди­ли по ост­рию но­жа, шаг впра­во шаг вле­во и ост­рие по­па­дёт в серд­це.

– Мыш­ка-ма­лыш­ка, в тво­их сло­вах, столь­ко на­ив­но­сти и дет­ской не­по­сред­ст­вен­но­сти, – муж­чи­на под­ни­ма­ет­ся, слов­но ска­ла и на­ви­са­ет на­до мной. – При­ро­да не­пред­ска­зуе­ма, че­ло­век не все­гда спо­со­бен её кон­тро­ли­ро­вать.

– А ин­стинк­ты, че­ло­век дол­жен кон­тро­ли­ро­вать, – не во­прос ут­вер­жде­ние, по­ни­маю, пе­ре­хо­жу грань, но, ос­та­но­вит­ся не мо­гу,– ес­ли че­ло­век не кон­тро­ли­ру­ет свои ин­стинк­ты, он пре­вра­ща­ет­ся в жи­вот­ное.

Ли­цо Ар­мана ис­ка­зи­лось, гри­ма­са жёстко­сти и зло­бы от­ра­зи­лась на нём, за­тем поя­ви­лась хо­лод­ная улыб­ка, – лю­ди, во мно­гом по­хо­жи на жи­вот­ных, кто-то на хищ­ных, кро­во­жад­ных ягуа­ров.

– А, кто- то на ма­лень­ких мы­шек, – съяз­ви­ла я. Кто-то хо­зя­ин жиз­ни, а кто-то веч­ный раб, – на­чи­наю воз­му­щать­ся, – но это не­пра­виль­но, так не­спра­вед­ли­во. Че­ло­ве­че­ский мир жи­вёт по за­ко­нам и пра­ви­лам, нель­зя срав­ни­вать лю­дей и жи­вот­ных, это не­со­пос­та­ви­мо.

Муж­чи­на неж­но мед­лен­но уби­ра­ет прядь во­лос с мое­го ли­ца, за­во­дя её за ухо, за­тем на­кло­ня­ет­ся и шеп­чет, как буд­то опа­са­ясь, что де­ре­вья ус­лы­шат, – де­воч­ка, ты ре­аль­но, же­ла­ешь фи­ло­соф­ст­во­вать о во­про­сах со­вмес­ти­мо­сти че­ло­ве­че­ско­го и жи­вот­но­го ми­ра?

– Этот во­прос не я под­ня­ла, – по­пы­та­лась от­стра­нить­ся от муж­чи­ны, но он креп­ко сжал мои ру­ки и бу­к­валь­но при­жал их к сво­ей гру­ди. – От­пус­ти,– про­пи­ща­ла, но муж­чи­на ос­та­вал­ся не­под­ви­жен, про­дол­жал гля­деть на ме­ня, как буд­то бы ис­кал от­ве­ты на во­про­сы в мо­их гла­зах. – Смот­ри,–  мыс­лен­но ду­ма­ла, – в мо­их гла­зах, толь­ко хо­лод­ная тьма. – Боль­но, – уже бо­лее гром­ко, зая­ви­ла я.

– Что, ты, Ма­ри­на, зна­ешь о бо­ли? – про­дол­жая свер­лить ме­ня гла­за­ми, спро­сил Ар­ман. – Ду­ма­ешь, то что с то­бой про­изош­ло, это боль. Вы­ну­ж­ден, те­бя огор­чить, это жизнь. Твой сек­су­аль­ный опыт не был силь­но при­ят­ным, но по­верь, бы­ва­ет и го­раз­до ху­же. С то­бой я был лас­ков и не­жен, лю­бил те­бя, так, что­бы мак­си­маль­но умень­шить боль и по­да­рить на­сла­ж­де­ние. Свои же­ла­ния сдер­жи­вал, хо­тя хо­тел боль­ше, силь­нее.

– Не­жен, – по­вто­ряю сло­ва муж­чи­ны, – ко­гда ты был не­жен? Сам се­бя ус­лышь, аб­сурд­ность слов осоз­най, неж­ное и лас­ко­вое из­на­си­ло­ва­ние, при­ят­ное на­си­лие, – на­чи­наю кри­чать.

Ли­це­ме­рие и ци­низм, это­го муж­чи­ны, вы­во­дят из се­бя. Ар­ман сме­ет ещё оп­рав­ды­вать свои дей­ст­вия, при­кры­ва­ясь неж­но­стью, да он ещё и по­стра­дал, удо­воль­ст­вия не по­лу­чил, сдер­жи­вал се­бя.

– Ви­дит, бог, не хо­тел те­бя тро­гать, же­лал толь­ко од­но­го, про­гу­лять­ся по са­ду и ве­че­ром по­ужи­нать, уст­ро­ить ро­ман­ти­че­ское сви­да­ние. Но, ты, де­воч­ка, ни­че­го это­го не за­слу­жи­ва­ешь. Не мо­жешь оце­нить мо­их бла­го­род­ных по­ры­вов, то­гда не ви­жу смыс­ла ста­рать­ся, за­чем те­рять вре­мя.

– Ар­ман, – дро­жа­щим го­ло­сом про­из­нес­ла, – по­жа­луй­ста, не на­до!

– Что, не на­до? -  па­ро­ди­ро­вал мой писк Ар­ман и силь­но встрях­нул. –Ты зна­ешь, что та­кое боль. Те­бе не при­вы­кать. А я по­ка­жу те­бе, что та­кое на­стоя­щее из­на­си­ло­ва­ние, не бу­ду сдер­жи­вать и кон­тро­ли­ро­вать се­бя, за­бу­ду о неж­но­сти. А по­том спро­шу, по­ни­ма­ешь ли ты те­перь раз­ни­цу ме­ж­ду из­на­си­ло­ва­ни­ем и тем, что бы­ло ме­ж­ду на­ми! На прак­ти­ке по­ка­жу, ка­ко­во это!

Не смог! Хо­тел! Же­лал! Не смог!

Гор­дость, са­мо­лю­бие, ко­то­рое де­воч­ка, по­сме­ла за­деть, кри­ча­ли: «на­ка­жи, сбей спесь…», но ра­зум воз­ра­жал: « …сло­ма­ешь…», а серд­це бо­лез­нен­но сжа­лось при ви­де ог­ром­ных го­лу­бых глаз, в ко­то­рых был страх. Эти гла­за, од­но­вре­мен­но за­во­ра­жи­ва­ли, сво­ей ис­крен­ность, без­дон­но­стью, но и зли­ли, так как име­на в них, кор­ме ужас­но­го стра­ха, при­сут­ст­во­ва­ла не­на­висть, лю­тая зло­ба.

Стою воз­ле ок­на, на­блю­даю за ноч­ным го­ро­дом, но не мо­гу пол­ной гру­дью вдох­нуть све­жий ноч­ной го­род, лёгкие до кон­ца на­пол­нить.

– Не мо­гу! Ды­шать без де­воч­ки, она нуж­на мне слов­но воз­дух, хо­чу вды­хать её за­пах, чув­ст­во­вать при­кос­но­ве­ние неж­ных рук, це­ло­вать и лас­кать бе­лую, поч­ти про­зрач­ную ко­жу.

За­кры­ваю гла­за, вспо­ми­наю ночь, ко­гда мы бы­ли с ней еди­ны. Ма­ня­щее и не­вин­ное те­ло Ма­ри­ны, пол­ные гу­бы, ко­то­рые я це­ло­вал, кра­си­вая, ма­лень­кая грудь, по­хо­жая на два со­зрев­ших пер­си­ка, ко­то­рые так и хо­чет­ся, над­ку­сить, неж­ная и уз­кая плоть, по вку­су как слад­кая со­зрев­шая клуб­ни­ка. Так и ма­нит со­рвать яго­ду!

Гром­ко вы­ды­хаю, упи­ра­юсь лбом в хо­лод­ное стек­ло, но осо­бо ос­тынь не по­лу­ча­ет­ся, ка­жет­ся те­ло ох­ва­ти­ло пла­мя ог­ня, при при­кос­но­ве­нии с хо­лод­ным пред­ме­том, пар пой­дёт. В моз­гу пуль­си­ру­ют сло­ва, – как я по­смел. Ягод­ку со­рвать. Нет, не со­рвал, ук­рал. По­ни­маю, что сей­час не­об­хо­ди­мо рас­сла­бит­ся, вы­пус­тить пар, ос­ту­дить те­ло.

–  Кет­рин,  – мель­ка­ет мысль, ко­то­рую сра­зу го­ню прочь, – шлю­ха даст фи­зи­че­ское удов­ле­тво­ре­ние, но уси­лит мо­раль­ные стра­да­ния. – Да, и дол­жен при­знать­ся, хо­тя бы са­мо­му се­бе, по­сле мо­ей мыш­ки- ма­лыш­ки, дру­гие ба­бы не вы­зы­ва­ют долж­но­го эф­фек­та. Ко­неч­но, я здо­ро­вый му­жик, и при ви­де сек­су­аль­ной да­вал­ки, го­то­вой удов­ле­тво­рить все твои же­ла­ния, член реа­ги­ру­ет, но это толь­ко фи­зио­ло­гия те­ла. По­гру­жен­ный раз­ду­мья, спус­ка­юсь в гос­ти­ную, ста­кан­чик шот­ланд­ско­го вис­ки, по­мо­жет рас­сла­бить те­ло, но не ус­по­ко­ит ду­шу, это факт.

–  Ара­вин, брат, что ты здесь де­ла­ешь? – удив­ле­ние вы­ра­зи­лось на мо­ём ли­це, при ви­де бра­та, ко­то­рый си­дел на ди­ва­не, ши­ро­ко рас­ста­вив но­ги, об­ло­ко­тив­шись на спин­ку  ди­ва­на и пил, в пол­ном оди­но­че­ст­ве, конь­як. На сто­ле стоя­ла бу­тыл­ка от­кры­то­го, уже по­лу­пус­то­го конь­я­ка и на та­рел­ки, ле­жа­ли па­ру до­лек ли­мо­на. – По­нят­но, – по­ду­мал я, –  кто- то ре­шил рас­сла­бит­ся, но су­дя по ви­ду, не осо­бо по­лу­ча­ет­ся.

– Ар­ман, я про­ще­ние у не­ё по­про­сил. Че­рез се­бя пе­ре­шаг­нул, гор­дость и муж­ское эго, за­су­нул, ну ты по­нял ку­да, – не гля­дя на ме­ня, про­го­во­рил брат. Его хмель­ной го­лос зву­чал опе­ча­лен­но, го­во­рил он мед­лен­но, и не осо­бо внят­но, но сло­ва его мож­но бы­ло ра­зо­брать, в них бы­ло столь­ко го­ре­чи, оби­ды, зло­бы, ток­сич­но­сти и ви­ны.

– Все, по­ни­ма­ешь, для не­ё: баб­ки, ку­рор­ты, дра­го­цен­но­сти, тач­ки, всё –  хри­пел брат, на­ли­вая оче­ред­ную рюм­ку.

– Удив­ле­на, – го­во­рит жен­щи­на. Вни­ма­тель­но смот­рит на ме­ня и лу­ка­во улы­ба­ет­ся, но при этом взгляд, на­пол­нен доб­ро­той и неж­но­стью.

– Кла­ра, – вы­дав­ли­ваю из се­бя сло­ва, – ни­че­го не по­ни­маю? Что-то слу­чи­лось?  – удивлённо смот­рю в сто­ро­ну мо­ей спа­си­тель­ни­цы.

– Нет, не пе­ре­жи­вай! Просто Ара­вин по­зво­лил, – шум­но вы­ды­ха­ет, – во­об­ще по­зво­лил встре­тить­ся с то­бой. У те­бя здесь нет ни под­руг, ни дру­зей, мож­но ска­зать, оди­но­че­ст­во ду­ши. Лю­дей во­круг мно­го, но все далёкие, не­род­ные, да­же по­го­во­рить не с кем.

– Кла­ра, ты ре­ши­ла по­го­во­рить со мной по ду­шам, под­хо­жу мак­си­маль­но близ­ко к жен­щи­не и за­гля­ды­ваю в гла­за. Чем вы­зван та­кой по­рыв?  – под­ни­маю го­ло­ву и при­сталь­но смот­рю на Кла­ру, от ме­ня не ук­ры­ва­ет­ся чув­ст­во не­лов­ко­сти и сты­да, ко­то­рые про­мельк­ну­ли на её ли­це. Слов­но, не спра­вив­шись с мо­им про­ни­ца­тель­ным взгля­дом, Кла­ра от­хо­дит от ме­ня и от­во­ра­чи­ва­ет­ся к ок­ну, ло­мая ру­ки. Это жест сим­во­ли­зи­ру­ет рас­те­рян­ность, да­же нерв­ность.

За­тем де­вуш­ка раз­во­ра­чи­ва­ет­ся ко мне на её лице нет те­ни со­мне­ния, рас­те­рян­но­сти, об­ла­чи­лась в мас­ку ли­це­ме­рия и при­твор­ст­ва, под­хо­дит ко мне неж­но берёт за ру­ку, пы­та­ясь рас­по­ло­жить к се­бе, – ну, что за аб­сурд­ные на­мёки, де­воч­ка! Я та са­мая до­б­рая вол­шеб­ни­ца, ко­то­рая по­пы­та­лась те­бя спа­сти, да не­удач­но, но по­рыв мой был бла­го­ро­ден. К то­му же за свой по­сту­пок бы­ла на­ка­за­на, – сло­ва вы­зва­ли в ду­ше чув­ст­во сты­да, дей­ст­ви­тель­но по мо­ей ви­не эта жен­щи­на по­стра­да­ла. Она по­сту­пи­ла сме­ло, ре­шив по­мочь бед­ной де­вуш­ки, но по­че­му, кро­ме бла­го­дар­но­сти, Кла­ра сей­час вы­зы­ва­ет чув­ст­во фаль­ши­во­сти, не мо­гу по­ве­рить в её ис­крен­ность.

– Кла­ра, про­сти ме­ня! Не­де­ля не за­да­лась, бы­ло слож­но, осо­бен­но эмо­цио­наль­но, – ре­ши­ла при­нять пра­ви­ла иг­ры мо­ей доб­рой вол­шеб­ни­цы, так­же об­ла­чив­шись в мас­ку ли­це­ме­рия и фаль­ши. По­иг­раю в гос­те­при­им­ную хо­зяй­ку, гля­дишь, вы­даст свои ис­тин­ные ин­те­ре­сы, по­че­му-то на серд­це ста­но­вит­ся боль­но, от мыс­ли, что Кла­ра не очень по­ря­доч­но се­бя ведёт, да и во­об­ще скры­ва­ет свои чув­ст­ва и же­ла­ние, от ме­ня. Ка­кие низ­мен­ные це­ли пре­сле­ду­ет эта жен­щи­на. Хотя че­го удив­лять­ся, на­вер­ня­ка, по­ме­ри­лась со сво­им му­жем, а он, в свою оче­редь, убе­дил Кла­ру, ока­зать по­мощь прин­цу Ар­ма­ну.

Вы­та­щи­ла ру­ку из рук Кла­ры, по­ста­ра­лась сде­лать это мак­си­маль­но де­ли­кат­но, хо­тя хо­те­лось, вы­рвать ру­ку и крик­нуть, – что ни ка­п­ли не ве­ру её лжи­вым сло­вам о друж­бе. Знаю, что при­шла шпио­нить за мной и зло­рад­но до­ба­вить, что обе­ща­ли за кол­ла­бо­ра­цию.

Кла­ра не­ес­те­ст­вен­но про­дол­жа­ет улы­бать­ся, за­тем за­яв­ля­ет, – до­ро­гая, как де­ла? – но во­прос зву­чит от­странённо, боль­ше для со­блю­де­ния пра­вил при­ли­чия. В го­ло­ве мас­са во­про­сов, не по­хо­же, что­бы Кла­ра при­шла вы­пы­ты­вать у ме­ня ин­фор­ма­цию, ско­рее она хо­чет, со­об­щит что- то мне. Опять чув­ст­ва сты­да обожг­ло серд­це, воз­мож­но, де­вуш­ка при­шла за по­мо­щью и не зна­ет как об этом ска­зать. Точ­но те­ряю че­ло­ве­че­ский вид, в ка­ж­дом по­ступ­ке ви­жу под­вох.

– Кла­ра, те­бе нуж­на по­мощь? – спо­кой­но, но твёрдо спра­ши­ваю я.

На ли­це Кла­ры за­бле­сте­ли ка­пель­ки слёз, ко­то­рые мед­лен­но спус­ка­лись по кра­си­во­му блед­но­му ли­цу, – я в от­ча­я­нье! Ма­ри­на, про­сти, что вот так без пре­ду­пре­ж­де­ния, зая­ви­лась к те­бе. Но то, что у те­бя здесь нет ни дру­зей, ни близ­ких, эта фра­за от­но­сит­ся ко мне. Я оди­но­ка в этой чу­жой и хо­лод­ной стра­не, – не­мно­го по­мол­чав, до­ба­ви­ла, – не ду­май, я знаю, что ты мне ни­чем не обя­за­на. Но, вы­хо­да у ме­ня нет, по­мо­щи мо­гу толь­ко у те­бя про­сить.

***

– До­б­рый день, – про­го­ва­ри­ва­ет ми­ло­вид­ная де­вуш­ка, при­гла­шая ме­ня при­сесть на ги­не­ко­ло­ги­че­ское крес­ло. По­кор­но со­гла­ша­юсь, за­ла­жу на крес­ло и го­тов­люсь к про­хо­ж­де­нию ме­ди­цин­ско­го ос­мот­ра. Мед­се­ст­ра по­ки­да­ет ка­би­нет, ос­тав­ляя ме­ня в пол­ном оди­но­че­ст­ве. Сно­ва одо­ле­ва­ют бес­по­кой­ные мыс­ли, фи­зи­че­ски чув­ст­вую се­бя впол­не удов­ле­тво­ри­тель­но, но вот мо­раль­но пол­но­стью опус­то­ше­на. Раз­го­вор с Кла­рой, окон­ча­тель­но вы­бил из ко­леи, жен­щи­на так до­ве­де­на до от­ча­я­нья, что го­то­ва бро­сить всё и сбе­жать из стра­ны, ос­та­вив се­мью и му­жа. Ин­те­рес­но, а я смо­гу по­ки­нуть де­тей, или бу­ду про­дол­жать жить с не­на­ви­ст­ным муж­чи­ной, ра­ди бла­го­по­лу­чия сво­его ребёнка. На­сколь­ко, во­об­ще, впра­ве рас­су­ж­дать жен­щи­на о по­ступ­ке дру­го­го че­ло­ве­ка, ес­ли са­ма не яв­ля­ет­ся ма­те­рью, не по­зна­ла ра­дость ма­те­рин­ст­ва.

Огорчённо вы­ды­хаю, – по­ка не по­зна­ла, – со стра­хом по­ни­маю, что за­бе­ре­ме­неть впол­не мог­ла, по­сле той но­чи, но ста­рюсь ото­гнать от се­бя тре­вож­ные мыс­ли.

– Ребёнка ос­та­вить не смо­гу, - не­воль­но при­жи­маю ру­ки к гру­ди,–  вы­ход один, ес­ли под­твер­дит­ся бе­ре­мен­ность, со­гла­шать­ся на пред­ло­же­ние Кла­ры, хо­тя её план опа­сен, но вы­бо­ра нет.

По­гру­жен­ная в свои мыс­ли, не за­ме­чаю, как в па­ла­ту за­хо­дит док­тор.

– Ста­рая зна­ко­мая, – мельк­ну­ла мысль, ми­ло улы­ба­ет­ся и при­сту­па­ет к про­це­ду­ре.

– Так, де­воч­ка, – кон­ста­ти­ру­ет врач, – ос­мотр за­вершён, ми­ни­маль­ные раз­ры­вы, в об­щем, ни­че­го страш­но­го, всё за­жи­ва­ет и вос­ста­нав­ли­ва­ет­ся. Про­ти­во­по­ка­за­ний для сек­су­аль­ной жиз­ни, не ви­жу, – слов­но при­го­вор про­зву­ча­ли её сло­ва.

Скри­ви­ла ли­цо и от­вер­ну­лась.

– Вы, мо­же­те, – вы­ды­хаю.  Со­би­ра­юсь с мыс­ля­ми, щёки по­кры­лись крас­кой, ста­ли по­хо­жи на два по­ми­до­ра, – по­ка не го­во­рить об этом Ар­ма­ну?

Жен­щи­на вни­ма­тель­но по­смот­ре­ла на ме­ня, на её ли­це я ви­де­ла по­ни­ма­ние, но не­одоб­ре­ние,  – ми­лая, ко­неч­но, мо­гу ска­зать Ар­ма­ну, что по­ка от фи­зи­че­ских кон­так­тов сто­ит от­ка­зать­ся. Сколь­ко ты вы­иг­ра­ешь, ме­сяц, не боль­ше!?, – с пе­ча­лью в го­ло­се про­из­но­сит жен­щи­на.

– Спа­си­бо, но мне и ме­ся­ца хва­тит, –  жен­щи­на во­про­си­тель­но под­ня­ла бро­ви и ок­руг­ли­ла гла­за. Вы­ра­же­ние ли­ца, тре­бо­ва­ло по­яс­нить ска­зан­ное.

– Я, –  пы­та­юсь оп­рав­дать­ся и от­вес­ти от се­бя вся­кие по­доз­ре­ния, –хо­те­ла ска­зать, что мне нуж­но вре­мя, что­бы эмо­цио­наль­но при­вык­нуть к Ар­ма­ну.

– Ма­ри­на, мо­жешь пе­ре­одеть­ся, ну ты зна­ешь где, не пер­вый раз, – одоб­ри­тель­но ки­ваю, за­хо­жу за шир­му и на­тя­ги­ваю оде­ж­ду.

– Де­воч­ка, – кри­чит врач, – сей­час по­ра­бо­тай не­мно­го ку­лач­ком, –ус­лы­ша­ла глу­пую прось­бу вра­ча, вы­хо­жу из-за шир­мы и не­по­ни­маю­щим взгля­дом ус­та­ви­лась на жен­щи­ну.

– За­чем?

– Как за­чем? – по­вто­ри­ла во­прос жен­щи­на, Ма­ри­на, мне нуж­но взять кровь из ве­ны, для про­ве­де­ния ана­ли­зов, в том чис­ле и на бе­ре­мен­ность.

От стра­ха ме­ня всю за­тряс­ло, я из паль­ца-то бо­юсь кровь сда­вать, а тут из ве­ны, жен­щи­на за­ме­ти­ла мою па­ни­че­скую рас­те­рян­ность

– Де­воч­ка, ды­ши, ни­че­го страш­но­го не про­изой­дёт! Ну че­го ты, а ро­жать, как бу­дешь?

Имен­но в мо­мент, ко­гда жен­щи­на за­да­ла по­след­ний во­прос, в ка­би­нет по­сту­ча­ли, и че­рез се­кун­ду за­шёл Ар­ман, он ус­лы­шал во­прос, но про­иг­но­ри­ро­вав его, спро­сил, – по­че­му так дол­го?- мед­лен­но, как буд­то бы, бо­ясь по­тре­во­жить по­кой, за­шёл в ка­би­нет.

Врач за­улы­ба­лась, – гос­по­дин, принц, по­си­ди­те ря­дом со сво­ей де­вуш­кой, а то она бе­зум­но бо­ит­ся кровь из ве­ны сда­вать.

– Ма­ри­на, – муж­чи­на неж­но про­вёл ру­кой по ще­ке, лю­би­мая по­тер­пи не­мно­го, да­вай при­ся­дем, – ак­ку­рат­но по­мог при­сесть.

Соз­даётся впе­чат­ле­ние, что я ма­лень­кий, без­за­щит­ный ребёнок, ко­то­рый впер­вые при­шёл в боль­ни­цу на ос­мотр.

Дей­ст­вия Ар­ма­на во­зы­ме­ли долж­ный эф­фект, ря­дом с ним чув­ст­вую се­бя за­щищённой, в безо­пас­но­сти. Но по­че­му мои ин­стинк­ты са­мо­со­хра­не­ния не­пра­виль­но ра­бо­та­ют? Долж­на бе­жать от это­го мужчины как мож­но даль­ше. Ар­ман не спа­си­тель, он па­лач.

Жен­щи­на под­хо­дит ко мне, вво­дит игол­ку под ко­жу, а у ме­ня все те­ло слов­но в ка­мень пре­вра­ти­лось от стра­ха и напряжения на ли­це, поя­вил­ся страх, да что там страх, слёзы за­бле­сте­ли в гла­зах. Ар­ман всё это вре­мя гла­дил мою ру­ку, за­тем по­смот­рел на док­то­ра и зая­вил, в ува­жи­тель­но — при­каз­ном по­ряд­ке, – очень ак­ку­рат­но бе­ри­те ана­ли­зы, что­бы си­ня­ков ни бы­ло, а о бо­ли, во­об­ще мол­чу.

Сло­ва Ар­ма­на, его по­ступ­ки, неж­ность и лас­ка, бережное от­но­ше­ние ко мне, вы­зва­ли тё­п­лые чув­ст­ва в серд­це. Нет, ко­неч­но, эти дей­ст­вия не рас­то­пи­ли моё серд­це, но зна­чи­тель­но ус­по­кои­ли, это точ­но.

– Те­перь Ма­ри­на, по­ле­жи не­мно­го на кро­ва­ти, – про­из­нес­ла врач.

Ар­ман тем вре­ме­нем по­мог, мне, рас­по­ло­жить­ся на ме­ди­цин­ской ку­шет­ке, – всё хо­ро­шо! Не спра­ши­вал, ут­вер­ждал муж­чи­на.

- Хо­чешь, по­ле­жать од­на или мне ос­тать­ся с то­бой? - с пе­ча­лью в гла­зах по­смот­рел муж­чи­на, как вер­ный пёс, ко­то­рый ждёт ре­ше­ния от хо­зяи­на.

– Од­на, – се­кун­ду по­мол­чав, вы­дер­жав пау­зу, по­смот­ре­ла в гла­за муж­чи­ны и уви­де­ла раз­оча­ро­ва­ние, ко­то­рое он по­ста­рал­ся при­крыть ми­лой улыб­кой, - ос­та­вать­ся не хо­чу! По­си­ди, по­жа­луй­ста, со мной, ес­ли те­бе не за­труд­нит, – не от­ры­вая взгляд от без­дон­ных глаз муж­чи­ны, ко­то­рые по ме­ре осоз­на­ния мо­их слов, ста­но­ви­лись свет­лее и яр­че.

Врач ти­хо по­ки­да­ет ка­би­нет, по­зво­ляя нам уе­ди­нит­ся. Ар­ман, при­са­жи­ва­ет­ся ря­дом с ку­шет­кой на стул и дот­ра­ги­ва­ет­ся ру­кой до мое­го лба, за­тем ведёт вниз по ли­цу, шеи, груд­ной клет­ки, сла­ва бо­гу, не при­ка­са­ясь к гру­ди, и от­ва­ли­ва­ет­ся на жи­во­те.

– Ма­ри­на, ска­жи, что ес­ли, ты ока­жешь­ся бе­ре­мен­на, бу­дешь де­лать даль­ше?  При­мешь ребёнка, от­цом, ко­то­ро­го бу­ду я?  – про­зву­ча­ли мяг­ким го­ло­сом, жёсткие во­про­сы, дос­та­точ­но ла­ко­нич­но­го со­дер­жа­ния, но тре­бую­щие серь­ёзно­го от­ве­та.

Что мо­жет от­ве­тить ра­бы­ня, лишённая пра­ва вы­би­рать, от­ве­тить сво­ему хо­зяи­ну! Стран­но, се­кун­ду на­зад я спрое­ци­ро­ва­ла, что Ар­ман – вер­ный пёс, а я его хо­зяй­ка. Сей­час по­ни­маю, на­сколь­ко, спрое­ци­ро­ван­ное пред­став­ле­ние лож­но, всё на­обо­рот. Да ес­ли че­ст­но, оба ва­ри­ан­та взаи­мо­от­но­ше­ний, в ко­то­рых один глав­нее дру­го­го, мне ка­жут­ся не­при­ем­ле­мы. Муж и же­на рав­ны, пе­ред людь­ми и бо­гом. Вот в этом и за­клю­ча­ет­ся глав­ное от­ли­чие по­ни­ма­ния се­мьи в моём пред­став­ле­нии и пред­став­ле­нии Ар­ма­на, мне нуж­но ра­вен­ст­во, ему пол­ное влав­ст­во­ва­ние, ни­что иное он не при­ем­лет, счи­тая это за сла­бость.

- Ар­ман, ребёнок — это сча­стье. Я не хо­те­ла и не па­ни­ро­ва­ла, в столь ран­нем воз­рас­те ро­жать, но раз судь­ба уго­то­ви­ла для ме­ня дру­гую участь, про­ти­вит­ся не бу­ду, – по­кор­но от­ве­ти­ла.

Муж­чи­на лас­ко­во сжал мою ру­ку, за­тем пре­поднёс её к гу­бам и по­це­ло­вал, – зав­тра, прой­дём об­ряд, пе­ре­хо­да в мою ве­ру. Опять не во­прос, не пред­ло­же­ние, а твёрдое ут­вер­жде­ние!

– Ар­ман, - не­гром­ко, да­же роб­ко, про­из­нес­ла я, – да­вай за­клю­чим сдел­ку, моя пол­ная по­кор­ность вза­мен на со­хра­не­ние мо­ей ве­ры?

Ли­цо муж­чи­ны рез­ко при­ня­ло уг­ро­жаю­щий вид, преж­ние свет­лые гла­за, вновь оку­та­ла чёрная тьма

***

По­слуш­но дер­жась за ру­ку Ар­ма­на, сле­дую за ним к ма­ши­не. Пол­ной гру­дью вды­хаю све­жий тё­п­лый воз­дух, не­из­вест­но по­че­му, но на ду­ше ста­ло те­п­ло, на­вер­но воз­ду­ха тё­п­ло­го, мно­го в лёгкие на­бра­ла...

Ар­ман под­хо­дит к пе­ред­ней пас­са­жир­ской две­ри сво­его ав­то­мо­би­ля и га­лант­но от­кры­ва­ет мне дверь, – про­шу, гос­по­жа Ма­ри­на,- улы­ба­ясь, го­во­рит муж­чи­на.

Смот­рю на Ар­ма­на рас­те­рян­ным взгля­дом и за­даю на­ив­ный во­прос, - а ты по­едешь на зад­нем пас­са­жир­ском си­де­нии, ука­зы­ваю в сто­ро­ну две­ри ав­то­мо­би­ля и про­дол­жаю при­сталь­но смот­реть на прин­ца, та­ким об­ра­зом, тре­буя не­за­мед­ли­тель­но­го от­ве­та.

– Да, мыш­ка-ма­лыш­ка, юмор у те­бя хро­ма­ет на обе но­ги, – ок­руг­лив гла­за от удив­ле­ния, кон­ста­ти­ро­вал муж­чи­на. – Ма­ши­на, по-твое­му, са­ма по­едет? Нет, со­вре­мен­ные тех­но­ло­гии, ко­неч­но, по­зво­ля­ют управ­ле­ние ма­ши­ной с по­мо­щью ав­то­ро­бо­та, не скрою, у ме­ня в пар­ке па­роч­ка та­ких, име­ет­ся, но на прак­ти­ке их по­ка при­ме­нять опас­но, – над­мен­но про­го­во­рил муж­чи­на, ус­ме­ха­ясь мо­ему глу­по­му во­про­су.

По­крас­не­ла до кор­ней во­лос…

Из­де­ва­ет­ся на­до мной, видь, по­нял смысл во­про­са, ну хо­ро­шо уточ­ню для осо­бо­одарённых, – ува­жае­мый принц, про­сти­те мою бес­такт­ность, но вы ме­ня не­пра­виль­но по­ня­ли. Мы с ва­ми, при­бы­ли сю­да с во­ди­те­лем так вот спра­ши­ва­ет­ся, ку­да он дел­ся? – с сар­каз­мом за­яв­ляю, про­дол­жая на­гло троллить Ар­ма­на,– из ва­ше­го пом­пез­но­го вы­сту­п­ле­ния, по­ня­ла, что вы бу­де­те управ­лять транс­порт­ным сред­ст­вом. Или я не­пра­ва?

Хо­те­ла даль­ше про­дол­жить иг­ру в глу­пую дев­чон­ку, но муж­чи­на по­дошёл ко мне, об­нял за та­лию и при­тя­нул. Ру­кой об­хва­тил го­ло­ву и при­жал­ся гу­ба­ми. По­це­луй по­лу­чил­ся слад­ким, пья­ня­щим, мои мыс­ли по­те­ря­ли вся­кий смысл. За­тем от­стра­нил­ся, про­вёл ру­кой по кон­ту­ру губ, – пом­нишь, что я те­бе го­во­рил, за твоё «Вы», бу­ду те­бя це­ло­вать, или это­го ты и хо­те­ла, так на­до бы­ло про­сто по­про­сить, я бы ни за что ни от­ка­зал!

Смот­рю на са­мо­до­воль­ную фи­зио­но­мию прин­ца и за­яв­ляю, вы­со­ко­мер­но и от­странённо, – ни­че­го по­доб­но­го не же­ла­ла, те­бе спе­ци­аль­но го­во­ри­ла «вы», что­бы ука­зать на твоё вы­со­ко­ме­рие. За­чем из ме­ня ду­роч­ку де­лать. Нас во­ди­тель при­вёз. От­ку­да мне знать, что те­перь ты об­рат­но по­везёшь? Твои пла­ны сплош­ная тай­на, ме­ня в них не про­све­ща­ешь, – как ребёнок на­дул губ­ки и скре­сти­ла ру­ки на гру­ди.

– Вы, со­вер­шен­но пра­вы, гос­по­жа Ма­ри­на, – при­ни­ма­ет пра­ви­ла иг­ры Ар­ман, – дол­жен был опо­вес­тить, что у во­ди­те­ля, воз­ник­ли сроч­ные де­ла и он не мо­жет от­вес­ти до­мой, – про­дол­жал из­де­вать­ся муж­чи­на.

– А ты зна­чишь, мо­жешь? - съе­хид­ни­ча­ла я. – И во­об­ще, за твоё «вы», мо­гу то­же по­про­сить, ка­кой-ни­будь бо­нус.

– Мо­жешь, – лу­ка­во улыб­нул­ся принц, – то­же по­це­ло­вать. Муж­чи­на стре­ми­тель­но на­чал во­пло­щать идею в жизнь.

Вы­ста­ви­ла ру­ки вперёд, не по­зво­ляя при­бли­зить­ся ко мне и до­воль­но за­мо­та­ла го­ло­вой, – нет, хо­чу дру­гую на­гра­ду.

Муж­чи­на удивлённо под­нял бро­ви вверх, – на­кор­ми ме­ня. Я есть хо­чу, – про­мям­ли я.

Ар­ман неж­но улыб­нул­ся, взял мои ру­ки и ка­ж­дую по­це­ло­вал, – моя де­воч­ка, ку­шать хо­чет! За­тем по­смот­рел в мои гла­за и зая­вил, – же­ла­ние лю­би­мой жен­щи­ны, для ме­ня за­кон. Так что, слу­ша­юсь и по­ви­ну­юсь, гос­по­жа! – не­мно­го на­кло­нил­ся вниз, за­тем бы­ст­ро при­нял вер­ти­каль­ное по­ло­же­ние, об­нял за та­лию и слег­ка под­толк­нул к ма­ши­не. В его дей­ст­ви­ях бы­ло столь­ко неж­но­сти, улыб­ка не схо­ди­ла с его ли­ца, ка­ж­дое дви­же­ние, на­пол­не­но лас­кой и за­бо­той. Та­кое вни­ма­ние не мо­жет не тро­нуть серд­це жен­щи­ны, но червь со­мне­ния грыз из­нут­ри, я пре­крас­но знаю, как бы­ст­ро ме­ня­ет­ся на­строе­ние прин­ца. Он про­яв­ля­ет лас­ку и за­бо­ту, толь­ко ко­гда я по­кор­на. Сто­ит лишь не­мно­го взбун­то­вать, как сра­зу на сме­ну бла­го­род­но­му ры­ца­рю при­хо­дит жес­то­кий дес­пот, от ко­то­ро­го не­из­вест­но­го че­го ждать.

Са­жусь в ма­ши­ну и пы­та­юсь при­стег­нуть ре­мень безо­пас­но­сти, но выходит край­не не­удач­но, сил ма­ло­ва­то.

– На­вер­но мно­го кро­ви из ме­ня вы­ка­ча­ли, – ши­п­лю как кош­ка и строю не­до­воль­ную ми­ну.

Ар­ман бы­ст­ро справ­ля­ет­ся с мо­ей про­бле­мой, лов­ко фик­си­рую ре­мень безо­пас­но­сти на моём те­ле. При этом ак­ку­рат­но, слег­ка уло­ви­мо ка­са­ет­ся мое­го те­ла, про­во­дит ру­кой по пле­чам и гру­ди, от ин­тим­ных при­кос­но­ве­ний те­ло рез­ко на­пря­га­ет­ся, силь­нее вжи­ма­юсь в крес­ло.

-– Ма­ри­на, – муж­чи­на об­хва­ты­ва­ет ру­ка­ми моё ли­цо, тем са­мым за­став­ляя гля­деть на не­го, в его без­дон­ные чёрные гла­за, – я твой бу­ду­щий муж, глу­по всё вре­мя ша­ра­хать­ся от ме­ня. К то­му же по­сле то­го, что ме­ж­ду на­ми бы­ло, стес­нять­ся при­кос­но­ве­ний, ну как-то не­ра­зум­но.

Воз­ни­ка­ет же­ла­ние, крик­нуть на­гле­цу в ли­цо, – а что ме­ж­ду на­ми бы­ло? На­си­лие! При­ну­ж­де­ние! Но по­ни­маю, что сно­ва бро­шу вы­зов слиш­ком силь­но­му со­пер­ни­ку. Осоз­наю, что сей­час моё глав­ное ору­жие — это по­слу­ша­ние, сми­ре­ние и пол­ное под­чи­не­ние.

– Я во­все не ша­ра­ха­юсь, – на­чи­наю го­во­рить лжи­вые сло­ва, что­бы уго­дить прин­цу, – про­сто мне не­мно­го стыд­но. При­вык­ну, дай вре­мя, – строю не­вин­ные глаз­ки и смот­рю на Ар­ма­на.

– Опять иг­ру за­тея­ла, де­воч­ка, – го­во­рит Ар­ман, в го­ло­се слы­шат­ся нот­ки не­до­ве­рия.

Ар­ман,– ти­хо про­из­но­шу я, - ты же по­ни­ма­ешь, что для ме­ня всё это в но­вин­ку. Не бы­ло ни­ко­гда серь­ёзных от­но­ше­ний, мне не из­вест­но, как на­до реа­ги­ро­вать на при­кос­но­ве­ния, вдруг бу­ду слиш­ком вуль­гар­ной.

Наи­гран­но вы­ды­хаю, – ты ме­ня за дев­ку лег­ко по­ве­де­ния при­мешь, со­чтёшь, что та­кая рас­кре­пощённость не­дос­той­на тво­ей бу­ду­щей же­ны.

Муж­чи­на от­странённо смот­рит на ме­ня, за­тем воз­вра­ща­ет­ся на во­ди­тель­ское ме­сто, за­во­дит мо­тор, ма­ши­на шум­но тро­га­ет­ся с мес­та. Мой мо­но­лог про­иг­но­ри­ро­ван, во­про­сы ос­та­лись без от­ве­тов. Хо­тя не при­вы­кать, в ме­ди­цин­ском кабинете я так­же бы­ла про­иг­но­ри­ро­ва­на. Моя прось­ба о моём ве­ро­ис­по­ве­да­нии ока­за­лась не удел. Муж­чи­на про­сто от­мах­нул­ся от мое­го пред­ло­же­ния, зая­вив, что это не­воз­мож­но.

В пол­ной ти­ши­не прие­ха­ли к ши­кар­но­му рес­то­ра­ну, Ар­ман, так­же мол­ча от­стег­нул ре­мень безо­пас­но­сти, но ни­ка­ких по­пы­ток при­тро­нуть­ся, ко мне не пред­при­ни­мал.

Ра­зум твер­дил, – Ма­ри­на, наи­гра­ла, не по­ве­рил те­бе принц! Те­перь жди по­след­ст­вий! И по­след­ст­вия на­сту­пи­ли, толь­ко ока­за­лись со­всем не та­ки­ми, как ожи­да­лось. Я ду­ма­ла, что Ар­ман, не смо­жет оби­деть, ме­ня боль­ше чем уже сде­лал. Как жес­то­ко оши­ба­лась, пре­да­тель­ст­во уда­ри­ло ещё силь­нее, чем акт на­си­лия. То, что про­изош­ло в сте­нах рес­то­ра­на, окон­ча­тель­но убе­ди­ло ме­ня, что для муж­чи­ны, я лишь ко­ро­лев­ский ин­ку­ба­тор. Все его сло­ва о люб­ви фаль­шив­ка, «гро­ша ло­ма­но­го не сто­ят». Ес­ли сна­ча­ла, пы­та­лась се­бя убе­дить, что Ар­ман при­ме­нил си­лу, ов­ла­дел мной про­тив воли не толь­ко ве­до­мый сво­ей стра­стью, но и в по­ры­ве, пусть и аг­рес­сив­ной, но всё же люб­ви. Нет, это его не оп­рав­ды­ва­ло, но мож­но бы­ло хоть как-то по­нять. Но, то, что вы­ну­ж­де­на бы­ла на­блю­дать в рес­то­ра­не, раз­вея­ло все мои до­во­ды, Ар­ман про­сто по­хот­ли­вый са­мец, не­спо­соб­ный на лю­бовь. Лишь по­хоть и страсть, да, воз­мож­но, яв­ля­юсь стра­стью прин­ца, но не­лю­бо­вью!

Ши­кар­ный рес­то­ран, ин­терь­ер по­доб­ран со вку­сом, сле­га при­глушённый свет, бла­го­да­ря че­му, соз­даётся впе­чат­ле­ние ую­та и ин­тим­но­сти. Бег­ло ог­ля­ды­ваю за­ве­де­ние, кон­ста­ти­рую, что, кро­ме нас и об­слу­жи­ваю­ще­го пер­со­на­ла, во­об­ще боль­ше ни­ко­го нет, ни еди­но­го по­се­ти­те­ля, пе­ре­во­жу взгляд на Ар­ма­на и ти­хим шёпотом, спра­ши­ваю, – мы бу­дем од­ни, в этом ог­ром­ном рес­то­ра­не? – рас­те­рян­ность, одновременно вос­торг поя­ви­лись на моём ли­це.

— Да, – ла­ко­нич­но от­ве­ча­ет муж­чи­на, берёт ме­ня за ру­ку и про­во­жа­ет к сто­ли­ку, у ко­то­ро­го нас ожи­да­ет ми­лая офи­ци­ант­ка, с доб­ро­же­ла­тель­ным ви­дом.

— До­б­рый день, – об­ра­ща­ет­ся к нам де­вуш­ка, улыб­ка не схо­дит с её ли­ца. По­сле то­го как Ар­ман, в оче­ред­ной раз про­явил се­бя как джент­ль­мен, под­ви­нул стул и по­мог мне при­сесть, пой­ма­ла се­бя на мыс­ли, что его по­ве­де­ние вы­зва­но же­ла­ни­ем оча­ро­вать ме­ня. За­тем ото­гна­ла глу­пые де­ви­чьи грёзы, его по­ры­вы вы­зва­ны пра­ви­ла­ми хо­ро­ше­го по­ве­де­ния. Ар­ман так вос­пи­тан, по­это­му и про­яв­ля­ет вни­ма­ние и вос­пи­тан­ность вне за­ви­си­мо­сти, од­ни или в об­ще­ст­ве мы на­хо­дим­ся. Но по­че­му, пусть и в глу­би­не ду­ши, но хо­те­лось, что­бы муж­чи­на это де­лал, ру­ко­во­дству­ясь же­ла­ни­ем уго­дить лич­но мне. По­ни­ма­ла, что ме­ж­ду на­ми слож­ные от­но­ше­ния, оби­да и боль, но мож­но по­про­бо­вать пре­одо­леть про­бле­мы, ес­ли пра­виль­но вы­брать путь. Стран­но, но сей­час, я как- то по-дру­го­му, ви­жу Ар­ма­на. Нет, оп­рав­ды­вать муж­чи­ну, ко­то­рый берёт жен­щи­ну си­лой, не хо­чу и не бу­ду, но долж­на от­дать долж­ное, что на ме­ня про­из­ве­ло впе­чат­ле­ние, се­го­дняш­нее по­свя­ще­ние боль­ни­цы. С ка­кой неж­но­стью муж­чи­на смот­рел на ме­ня, как пы­тал­ся ус­по­ко­ить при про­ве­де­нии, пря­мо ска­жем не очень при­ят­ной про­це­ду­ры, по за­бо­ру кро­ви. Дру­гой бы мог ос­та­вать­ся без­у­ча­ст­ным, от­дать всё на от­куп вра­чам.

— Ребёнок, ин­ку­ба­тор для ко­ро­лев­ской се­мьи, – боль­но бьёт вос­по­ми­на­ния о встре­чи с длин­но­но­гой блон­дин­кой, ко­то­рая обес­ку­ра­жи­ла ме­ня сво­им за­яв­ле­ни­ем. Да, эта дев­ка, по­ста­ви­ла на ме­сто, раз­ло­жи­ла всё по по­лоч­кам и сло­жи­ла пазл. А что ес­ли пря­мо спро­сить прин­ца о бе­ло­бры­сой ку­ри­це?

— До­ро­гая, по­че­му не от­кры­ва­ешь ме­ню? Да­вай вы­би­рай, так хо­те­ла по­есть, а те­перь си­дишь и свер­лишь ме­ня свои­ми ог­ром­ны­ми не­бес­ны­ми глаз­ка­ми. Или не­пра­виль­но те­бя по­нял, съесть ме­ня хо­те­ла, – муж­чи­на го­во­рил спо­кой­но, раз­ме­рен­но, при этом да­же не от­ры­вал взгля­да от ме­ню.

Ото­гна­ла на­вяз­чи­вую идею, – нет, сей­час не вре­мя и не ме­сто, для та­ких во­про­сов. Об­ста­нов­ка рас­по­ла­га­ет к при­ня­тию пи­щи, – ре­ши­ла я и на­ча­ла изу­чать ме­ню.

— Ар­ман,– по-дет­ски про­из­но­шу я, – хо­чу кон­крет­ный про­дукт, а имен­но три ша­ри­ка фис­таш­ко­во­го мо­ро­же­но­го , по­ли­то­го клуб­нич­ным си­ро­пом и по­кры­то­го шо­ко­лад­ной струж­кой.

В пред­вку­ше­нии де­сер­та за­кры­ваю гла­за, об­ли­зы­ваю гу­бы, за­тем про­во­жу язы­ком по верх­ней гу­бе. От­кры­ваю гла­за и ви­жу, что муж­чи­на, смот­рит на меня как будто бы сам за­ка­зал мо­ро­же­ное, а я его хо­лод­ный де­серт с шо­ко­лад­ной струж­кой. По­ни­маю, что та­кой взгляд, за­слу­жи­ла сво­им по­ве­де­ни­ем, как на­вер­но вуль­гар­но и по­шло это вы­гля­де­ло. В своё оправдание мо­гу зая­вить, что про­де­ла­ла это не­осоз­нан­но.

— Нет, – хри­п­ло про­из­но­сит Ар­ман, – сна­ча­ла по­ешь нор­маль­ную пи­щю, с ут­ра ни­че­го не ела. Я же знаю, что пе­ред сда­чей ана­ли­зов, ку­шать за­пре­ща­ет­ся. Их на го­лод­ный же­лу­док сда­ют, – су­ро­во про­го­во­рил муж­чи­на, воз­му­ща­ясь мо­ему дет­ско­му по­ры­ву. Но гла­за вы­да­ва­ли Ар­ма­на, они све­ти­лись, улы­ба­лись, хо­тя вид был серь­ёзный.

— Тогда вы­би­рай на свой вкус, – за­тем вдруг по­ду­ма­ла и зая­ви­ла, – нет, зна­ешь, хо­чу мо­ло­дую ба­ра­ни­ну, на па­ру, с ово­ща­ми, ещё са­ла­тик и жа­ре­ную кар­тош­ку. А на де­серт, мо­ро­же­ное, – бы­ст­ро вы­па­ли­ла я, са­ма удив­ля­ясь та­ко­му по­ры­ву. Нет, от­сут­ст­вие ап­пе­ти­та — это, ко­неч­но, не мой конёк, но объ­ёмы блюд, да­же ме­ня впе­чат­ли­ли.

— Чаш­ку кофе  и всё, что за­ка­за­ла моя не­вес­та, – муж­чи­на не­при­нуждённо даёт ука­за­ние офи­ци­ант­ке, та бы­ст­ро за­пи­са­ла всю ин­фор­ма­цию в блок­нот и уда­ли­лась. «Моя не­вес­та», – по­вто­ряю мыс­лен­но сло­ва муж­чи­ны, спе­ци­аль­но де­мон­ст­ра­тив­но про­изнёс мой ста­тус. Ин­стинк­ты соб­ст­вен­ни­ка взы­гра­ли, лиш­ний раз по­ка­зы­ва­ет, что я его и это не под­ле­жит об­су­ж­де­нию. Долж­на при­знать, что его сло­ва вы­зва­ли не толь­ко воз­му­ще­ние, но и иные чув­ст­ва, ра­нее не­из­вест­ные. По­че­му его фра­за о мо­ей не­вес­те, ме­ня по­ра­до­ва­ла, мне при­ят­но бы­ло это ус­лы­шать.

— Я рад, что у те­бя та­кой здо­ро­вый ап­пе­тит, – про­из­но­сит муж­чи­на. – Счи­таю, что де­вуш­ка долж­на пра­виль­но пи­тать­ся, ни­ко­гда не был сто­рон­ни­ком па­ра­мет­ров: 90-60-90, это вы­гля­дит, пря­мо ска­жем, пе­чаль­но.

— По­слу­шай, зна­ток жен­ских форм, но я вро­де, то­же не­да­ле­ко уш­ла от вы­ше­на­зван­ных па­ра­мет­ров? - не­до­воль­но фыр­каю, что он во­об­ще се­бе по­зво­ля­ет го­во­рить, по его мне­нию, я ша­рик на нож­ках, ко­неч­но, за­вуа­ли­ро­ва­но, но имен­но так он и ска­зал.

— Де­воч­ка, ты строй­ная ку­кол­ка, но с ап­пе­тит­ны­ми фор­ма­ми. Так где нуж­но, у те­бя име­ют­ся вы­пук­ло­сти, – пло­то­яд­но смот­рит в об­ласть мо­ей гру­ди, по­сле пе­ре­во­дит взгляд на гу­бы.

Ме­ня ох­ва­ты­ва­ют стран­ные чув­ст­ва, с од­ной сто­ро­ны, ужас­но стыд­но, на­хо­дит­ся под та­ким стра­ст­ным взгля­дом чёрных глаз, в ко­то­рых чи­та­ет­ся же­ла­ние, с дру­гой сто­ро­ны, это воз­бу­ж­да­ет, его взгляд вол­ну­ет и рас­кре­по­ща­ет, про­бу­ж­да­ет сек­су­аль­ность, же­ла­ние бес­це­ре­мон­но ото­дви­га­ет стыд и стес­не­ние. Ра­зум всё же берёт вверх, я при­лич­ная жен­щи­на, для ме­ня не­при­ем­ле­мы та­кие по­хот­ли­вые взгля­ды.

– Ар­ман, пре­кра­ти так от­кры­то пя­лить­ся, – строю не­до­воль­ную фи­зио­но­мию и фыр­каю, – что за тон ты вы­брал по от­но­ше­нию ко мне, раз­ве по­до­ба­ет прин­цу, так вме­сти се­бя по от­но­ше­нию к сво­ей не­вес­те, – по­след­ние два сло­ва осо­бо вы­де­ляю, за­ост­ряя на них своё вни­ма­ние.

Ар­ман ос­таётся всё так же спо­ко­ен, но взгляд от­во­дит в сто­ро­ну, ров­ным то­ном про­из­но­сит фра­зу, ко­то­рая со­вер­шен­но бы­ла не­ожи­дан­ной, она вверг­ла ме­ня в шок и од­но­вре­мен­но по­да­ри­ла на­де­ж­ду.

– Ма­ри­на, да­вай за­клю­чим сдел­ку. Я го­тов взять те­бя в же­на, по­ка не бу­ду тре­бо­вать сме­ны тво­ей ре­ли­гии, к это­му ты долж­на прий­ти со вре­ме­нем. Со­гла­сен. Но вза­мен, ты ис­пол­нишь своё обе­ща­ние. По­да­ришь свою лю­бовь, по­кор­ность и сми­ре­ние. Не же­лаю жить как на по­ро­хо­вой боч­ке!

— Ар­ман, ты очень бы­ст­ро ме­ня­ешь свои ре­ше­ния. Чем вы­зва­на пе­ре­ме­на, на это раз? – опять про­во­ци­ру­ют. Сме­на на­строе­ния прин­ца бе­сит и ужас­но раз­дра­жа­ет, мень­ше ча­са на­зад, он был ка­те­го­ри­че­ски про­тив мо­их ус­ло­вий, сей­час ве­тер по­ме­нял­ся и вне­зап­ное по­те­п­ле­ние.

— При­чи­ны пе­ре­ме­ны мое­го ре­ше­ния, – хо­лод­но го­во­рит Ар­ман, – те­бя не долж­ны вол­но­вать. Глав­ное — от­веть на во­прос, ты го­то­ва при­нять ус­ло­вия, ко­то­рые, смею те­бе на­пом­нить, пред­ло­же­ны бы­ли то­бой.

От­ве­тить на во­прос, мне бы­ло не су­ж­де­но, в за­ле поя­ви­лась длин­но­но­гая блон­дин­ка.

– Моя зна­ко­мая из туа­ле­та, жаль, что не смы­ла её там, как био­ло­ги­че­ский от­ход, – злоб­но по­ду­ма­ла я.

Она хищ­ной по­ход­кой, ка­чая бёдра­ми и зло­рад­но улы­ба­ясь, по­до­шла к на­ше­му сто­ли­ку, – до­б­рый день! При­ят­но­го ап­пе­ти­та! – ехид­но за­го­ва­ри­ва­ла жен­щи­на.

— Кет­рин, – удивлённо про­изнёс муж­чи­на, по его ли­цу бы­ло вид­но, что он ни­как не ожи­дал встре­тить здесь де­вуш­ку, да и ра­до­сти это у не­го не вы­зы­ва­ет. — Рес­то­ран за­крыт, – хо­лод­но про­изнёс муж­чи­на и встал со сту­ла. Про­шу уда­лить­ся, – ука­зал в сто­ро­ну вы­хо­да.

Для де­вуш­ки та­кое от­но­ше­ние, ко­неч­но, бы­ло уни­зи­тель­но, но её на­глость и на­вяз­чи­вость дру­го­го не за­слу­жи­ли.

Да, на­гло­сти и все­доз­во­лен­но­сти этой де­ви­цы, точ­но не за­ни­мать, она по­до­шла близ­ко к Ар­ма­ну и про­шеп­та­ло что-то ему на ухо. Вол­на зло­сти и пре­неб­ре­же­ния под­ня­лась во мне, как мо­жет Ар­ман, флир­то­вать с этой ку­ри­цей, у ме­ня на гла­зах.

Ар­ман по­сле слов бе­ло­бры­сой стер­вы рез­ко по­ме­нял­ся в ли­це. Вме­сто, пре­неб­ре­же­ния на нём поя­ви­лось удив­ле­ние, да­же ско­рее пе­чаль и рас­те­рян­ность.

У ме­ня же на ли­це бы­ла лю­тая не­на­висть, ме­ня разъ­е­да­ло чув­ст­во оби­ды, кро­ме то­го, мысль о том, что мог­ла со­об­щить эта де­ви­ца Ар­ма­ну, не да­ва­ла мне по­коя.

— Ма­ри­на, я вы­ну­ж­ден не­на­дол­го уда­лит­ся. Про­шу, по­обе­дай по­ка од­на. Я ско­ро вер­нусь, – раз­вер­нул­ся и по­шёл в сто­ро­ну вы­хо­да.

На ли­це женщины заи­гра­ла по­бе­до­нос­ная улыб­ка, она ода­ри­ла ме­ня хищ­ным взгля­дом и по­бе­жа­ла за Ар­ма­ном, слов­но вер­ная со­ба­чень­ка, бы­ст­ро пе­ре­би­рая ко­ст­ля­вы­ми но­га­ми, цо­кая каб­луч­ка­ми. Пря­мо ска­жу, этот её вид гла­мур­ной свет­ской ди­вы, об­делённой моз­га­ми, вы­звал мерз­кое чув­ст­во.

По­гру­жен­ная в свои раз­ду­мья, не ус­пе­ла от­сле­дить, ку­да на­пра­ви­лась эта па­роч­ка.

— Ваш, обед, гос­по­жа Ма­ри­на. При­ят­но­го ап­пе­ти­та. Мо­ро­же­ное при­не­су, по­сле ос­нов­ных блюд или бу­дут дру­гие ука­за­ния? – ис­пу­ган­но взгля­ну­ла на офи­ци­ант­ку, ко­то­рая так ти­хо по­до­шла, что я да­же вздрог­ну­ла от её го­ло­са.

— Нет, спа­си­бо. Под­ска­жи­те, где у вас дам­ская ком­на­та? –  спо­кой­но про­го­во­ри­ла я.

Де­вуш­ка бы­ст­ро среа­ги­ро­ва­ла на мою прось­бу, ука­зав на­прав­ле­ние.

— Бла­го­да­рю,– су­хо от­ве­ти­ла. Вста­ла со сту­ла и по­шла в сто­ро­ну туа­ле­та.

Про­хо­дя ми­мо, в ок­но уви­де­ла, что Ар­ман и Кет­рин, сто­ят на ули­це и что-то об­су­ж­да­ли. Муж­чи­на ма­шет ру­ка­ми, за­тем ты­чет в сто­ро­ну де­вуш­ки паль­цем и что-то злоб­но го­во­рит. На его ли­це не­про­сто злость, ярость. Де­вуш­ка сто­ит не­под­виж­но, за­тем ро­ня­ет клач на зем­лю, под­хо­дит к муж­чи­не и це­лу­ет его. К мо­ему со­жа­ле­нию, и раз­оча­ро­ва­нию муж­чи­на не от­толк­нул де­вуш­ку. Боль­ше смот­реть не бы­ло сил, вле­те­ла в туа­лет и да­ла во­лю чув­ст­вам. Серд­це боль­но за­ко­ло­ло, ду­ша тре­бо­ва­ла мще­ния.

— Пре­да­тель, под­лец, – сто­на­ла я. Эта де­ви­ца бы­ла пра­ва, я толь­ко ин­ку­ба­тор. Ар­ма­ну же, нуж­на кра­си­вая кар­тин­ка, с си­ли­ко­но­вы­ми гу­ба­ми и сись­ка­ми, да и та­ки­ми же моз­га­ми. Не­на­ви­жу!

То­нул…про­па­дал… сго­рал ....

Сло­ва, вер­нее, во­прос, де­воч­ки: «ты бу­дешь не­жен?», сра­бо­тал как де­то­на­тор. По­ни­мал, что ос­та­но­вить­ся, уже не мо­гу. Её дей­ст­вия, рас­па­ли­ли и воз­бу­ди­ли ме­ня, но ра­зум твер­дил, –  стоп, ос­та­но­вись, ес­ли бы ни сло­ва вра­ча, о том, что на­до воз­дер­жать­ся от сек­су­аль­ных кон­так­тов, ме­ня ни од­на си­ла в ми­ре не удер­жа­ла, но обуз­дал свои же­ла­ния, по­хоть и страсть от­сту­пи­ли пе­ред стра­хом на­вре­дить ма­лыш­ки.

— Де­воч­ка моя, мы ещё на­вер­ста­ем упу­щен­ное, обе­щаю те­бе,– с пе­ча­лью в го­ло­се, про­из­но­шу, – но сей­час мои дей­ст­вия мо­гут при­чи­нить те­бе боль. Боль­ше все­го на све­те, я не хо­чу при­чи­нять те­бе боль! От на­шей с то­бой бли­зо­сти ты долж­на ис­пы­ты­вать толь­ко удо­воль­ст­вие.

Ма­ри­на смот­рит на ме­ня, во взгля­де чи­та­ет­ся не­при­кры­тая оби­да и раз­оча­ро­ва­ние, но де­воч­ка на­стой­чи­ва, она про­во­ка­ци­он­но са­дит­ся на стол и раз­дви­га­ет свои строй­ные нож­ки, с вы­зо­вом смот­рит свои­ми го­лу­бы­ми гла­за­ми, при­ку­сы­ва­ет ниж­нюю гу­бу, – хо­чу те­бя! Ты бу­дешь не­жен?

Со­рвал­ся, по­те­рял по­след­ние ос­тат­ки сдер­жан­но­сти, по­дошёл к ней и про­шеп­тал в гу­бы, – ес­ли бу­дет дис­ком­форт, хоть ма­лей­ший на­мёк, не­мед­лен­но го­во­ришь, – при­ка­зы­ваю я, раз­во­жу но­ги ши­ре, при­страи­ва­юсь ме­ж­ду ни­ми и про­дол­жаю лас­кать ма­лыш­ку. Це­лую гу­бы, лас­каю шею, лов­лю сто­ны удо­воль­ст­вия. Спус­каю лям­ки пла­тья, ого­ляю ап­пе­тит­ные по­лу­ша­рия ма­лень­кой де­вичь­ей гру­ди, неж­но про­во­жу язы­ком по со­скам, при­ку­сы­ваю, па­рал­лель­но на­блю­даю за ре­ак­ци­ей де­вуш­ки, ко­то­рая вы­ги­ба­ет спи­ну на­зад, бёдра, на­обо­рот, по­даёт вперёд, при­жи­ма­ясь к па­ху.

За­пус­каю ру­ку под пла­тье де­вуш­ки, от­сут­ст­вие тру­си­ков, вы­ши­ба­ет дух, на­чи­наю лас­кать де­ви­чьи по­ло­вые губ­ки, рас­ти­раю при­род­ную смаз­ку, по ту­го­му и ма­ня­ще­му по­ло­во­му от­вер­стию жен­ско­го ло­на. Бы­ст­ро спус­каю шта­ны с тру­са­ми, во­жу кон­чи­ком чле­на по вхо­ду во вла­га­ли­ще.

Ма­ри­на сто­нет, – Ар­ман, не драз­ни, про­шу, вой­ди в ме­ня, – при­жи­ма­ет­ся гру­дью ко мне, ло­вит гу­бы и на­чи­на­ет со­блаз­ни­тель­но во­дить свои­ми гу­ба­ми по мо­им. Не це­лу­ет, про­во­ци­ру­ет.

– Де­воч­ка, – хри­п­лю,- ко­гда ты ус­пе­ла так нау­чить­ся со­блаз­нять?

Мед­лен­но, рас­тя­ги­вая удо­воль­ст­вия, во­шёл в жен­скую плоть, всё те­ло по­крыл жар, за­хо­те­лось вко­ла­чи­вать­ся, что есть сил, но сдер­жи­вал­ся. Дви­гал­ся раз­ме­рен­но, рас­тя­ги­вал стен­ки ту­гой пло­ти, ко­то­рая бы­ла ма­лень­кая и уз­кая.

Ма­ри­на опус­ти­ла ру­ки на мои бёдра, силь­но их сжи­мая, – про­шу, бы­ст­рее, силь­нее, Ар­ман, не жа­лей, лю­би ме­ня!  – сто­на­ла она и на­ча­ла в так со мной под­ма­хи­вать бёдра­ми.

От девчонки про­сто снес­ло кры­шу. Раз­вяз­ка не за­ста­ви­ла се­бя дол­го ждать, ор­газм на­крыл на­ши те­ла. Ма­ри­на креп­ко при­жа­лась ко мне и ух­ва­ти­ла за шею, чув­ст­во­вал, что её те­ло рас­сла­би­лось, стен­ки вла­га­ли­ща под­ра­ги­ва­ли. Ис­пы­тав ор­газм, не то­ро­пил­ся по­ки­дать её те­ло, член пуль­си­ро­вал внут­ри де­воч­ки, да­ря мне не толь­ко фи­зи­че­ское, но и мо­раль­ное удо­воль­ст­вие. Чув­ст­во един­ст­ва с Ма­ри­ной.

Рес­то­ран по­ки­ну­ли ус­тав­ши­ми, но бе­зум­но сча­ст­ли­вы­ми, как буд­то бы стен­ка рух­ну­ла ме­ж­ду на­ми. Стра­хи и не­до­ве­рие ос­та­лись по­за­ди, впе­ре­ди нас ожи­да­ло толь­ко хо­ро­шее.

– Сколь­ко ещё стра­ст­ных мо­мен­тов нам пред­сто­ит пе­ре­жить, – ду­мал я,– ес­ли де­воч­ка сей­час про­сто огонь, то бо­юсь пред­ста­вить,  что бу­дет по­том. Же­ла­ние сно­ва ох­ва­ти­ло ме­ня, да и при­сут­ст­вие Ма­ри­ны, толь­ко уси­ли­ва­ло эрек­цию, член, го­тов был к но­вым под­ви­гам, по­ко­ре­нию вер­шин удо­воль­ст­вия.

Ко­гда се­ли в ма­ши­ну, Ма­ри­на стес­ни­тель­но, но очень со­блаз­ни­тель­но про­мур­лы­ка­ла, – Ар­ман, а ты ни­че­го не за­был?

Во­про­си­тель­но под­нял бровь, за­тем до ме­ня дошёл смысл слов, по­вер­нул­ся к ма­лыш­ке, по­це­ло­вал её губ­ки и про­изнёс, – люб­лю те­бя, де­воч­ка!

Ма­ри­на лу­ка­во, од­но­вре­мен­но удов­ле­творённо улыб­ну­лась, за­тем про­из­нес­ла, – и это то­же, ко­неч­но! Но во­об­ще, я о пред­ме­те мое­го гар­де­ро­ба,– по­крас­не­ла и от­вер­ну­лась к ок­ну.

Оча­ро­ва­тель­ное су­ще­ст­во вклю­ча­ет в се­бя две аб­со­лют­но раз­ные сущ­но­сти, ми­ло­го ан­ге­лоч­ка, ко­то­рое не мо­жет про­из­не­сти сло­во тру­сы и раз­врат­ной дев­чон­ки, ко­то­рая раз­дви­га­ет нож­ки и от­даётся му­жи­ку на сто­ле.

— Да, Ма­ри­на, ты ещё не про­чи­тан­ная кни­га, в те­бе мно­го тайн. Да­же, ес­ли и про­чи­таю до кон­ца, обя­за­тель­но за­хо­чет­ся пе­ре­чи­тать. Вни­ма­тель­но ис­сле­дуя ка­ж­дый лис­то­чек. Нет, ми­лая, – за­улы­бал­ся, – это мой тро­фей. Сжал её ко­ле­но и по­вёл вверх, при­бли­жа­ясь к об­на­жённой пло­ти. Од­но­вре­мен­но дос­тал тру­си­ки из кар­ма­на, при­ло­жил к ли­цу и вдох­нул за­пах лю­би­мой жен­щи­ны.

В эту ми­ну­ту я был аб­со­лют­но сча­ст­ли­вым муж­чи­ной, ес­ли бы я толь­ко мог пред­по­ло­жить, что мой ан­гел, ока­жет­ся су­щим дья­во­лом, ко­то­рый ведёт свою иг­ру. Но об этом уз­нал слиш­ком позд­но, ко­гда эта жен­щи­на уже раз­би­ла мне серд­це!

Не­ожи­дан­ный зво­нок Ма­ри­ны, очень силь­но взвол­но­вал ме­ня. Де­воч­ка от­ка­за­лась по те­ле­фо­ну со­об­щить при­чи­ны, но су­дя по го­ло­су, что-то слу­чи­лось, при­чём очень серь­ёзное.

Не­за­мед­ли­тель­но прие­ха­ла к особ­ня­ку, ми­лая де­воч­ка, по­мощ­ни­ца со­об­щи­ла, что гос­по­жа Ма­ри­на по­ка не прие­ха­ла.

– Ин­те­рес­но, ку­да мог­ло по­нес­ти, Ма­ри­ну, – не­до­воль­но по­ду­ма­ла я.

От­ка­зав­шись от ста­кан­чи­ка со­ка, лю­без­но пред­ло­жен­но­го юной де­вуш­кой, я про­шла в бе­сед­ку, не по­же­лав ид­ти в дом. Мыс­ли кру­жи­лись вих­рем в го­ло­ве, на све­жем воз­ду­хе про­ще ду­ма­ет­ся, чем в душ­ном особ­ня­ке, в ок­ру­же­нии до­ро­гой ме­бе­ли, ко­то­рая для ме­ня яв­ля­ет­ся оли­це­тво­ре­ни­ем без­жиз­нен­но­сти. Во­об­ще, весь этот па­фос, на­сколь­ко ли­це­ме­рен, ос­то­чер­тел, сил боль­ше нет.

Слы­шу звук подъ­ез­жаю­щей ма­ши­ны, по­ки­даю бе­сед­ку и на­прав­ля­юсь на­встре­чу Ма­ри­не.

Осоз­на­ва­ла, что уви­жу Ма­ри­ну с за­пла­кан­ны­ми гла­за­ми, но уви­ден­ное мной пре­взош­ло все мои ожи­да­ние и ска­жем пря­мо, не­при­ят­но, уди­ви­ло ме­ня. Ма­лыш­ка бы­ла, не­про­сто с за­пла­кан­ны­ми гла­за­ми, она бы­ла пол­но­стью по­дав­ле­на. Ли­цо бы­ло как блед­ное по­лот­но, на ко­то­ром от­ра­жа­лась хо­лод­ность, от­странённость, гла­за по­тух­шие, лишённые све­та и те­п­ла. Сло­жи­лось впе­чат­ле­ние, что пе­ре­до мной ске­лет че­ло­ве­ка, на­тя­ну­тый ко­жей и лишённый ду­ши. Страш­ное зре­ли­ще, ко­то­рое вы­зы­ва­ет од­но­вре­мен­но ужас и жа­лость.

Под­хо­жу к Ма­ри­не и не про­из­не­ся ни сло­ва, под­да­ва­ясь по­ры­ву за­щи­тить от все­го ми­ра ма­лень­кое неж­ное су­ще­ст­во, об­ни­маю её, креп­ко при­жи­маю к сво­ему те­лу, да­ря те­п­ло и ощу­ще­ние за­щищённо­сти и за­бо­ты.

– Что­бы не про­изош­ло, Ма­ри­на, я ря­дом! – от­стра­ня­юсь и лас­ко­во смот­рю на де­вуш­ку, – да­вай при­ся­дем в бе­сед­ке, по­про­сим при­нес­ти хо­лод­ных на­пит­ков, что-ни­будь с мя­той, но или с тра­вой, ус­по­каи­ваю­щей и ты всё рас­ска­жешь.

Ма­ри­на ма­ши­наль­но кач­ну­ла го­ло­вой, об­ни­маю её за пле­чи, и мы на­прав­ля­ем­ся в бе­сед­ку, па­рал­лель­но на хо­ду, кри­чу по­мощ­ни­цы, что ор­га­ни­зо­ва­ли стол с хо­лод­ны­ми на­пит­ка­ми.

– И, да, ми­лая, – об­ра­ща­юсь к по­мощ­ни­це, – при­не­си, трав­ку ус­по­каи­ваю­щую. Спа­си­бо!

Ма­ри­на мед­лен­но при­са­жи­ва­ет­ся на ла­воч­ку, стоя­щую воз­ле бе­сед­ки, тё­п­лый ве­те­рок об­ду­ва­ет её ли­цо, от ко­то­ро­го пол­но­стью от­ли­ла кровь и про­па­ли крас­ки жиз­ни.

– Кла­ра, – не­мно­го по­мол­чав, про­из­но­сит де­вуш­ка, – я бе­ре­мен­на!

Сло­ва де­воч­ки по­верг­ли ме­ня в шок, ко­неч­но, я зна­ла, что Ма­ри­на и Ар­ман пла­ни­ру­ют свадь­бу. Но на­ив­но по­ла­га­ла, что до ин­ти­ма у них по­ка ни­че­го не до­хо­ди­ло. Всё-та­ки у му­суль­ман­ских муж­чин при­ня­то брать в же­ны не­вин­ную жен­щи­ну. Хо­тя о чём, во­об­ще, рас­су­ж­даю, весь мир пе­ре­вер­нул­ся с ног на го­ло­ву, в том чис­ле и лю­ди Вос­то­ка, уже не так, как рань­ше чтят тра­ди­ции.

За­тем в мою го­ло­ву за­кра­лись со­мне­ния, – а что от­цом ребёнка яв­ля­ет­ся дру­гой муж­чи­на, ну ко­неч­но, – умо­зак­лю­чи­ла я. – Ма­ри­на так рас­строе­на и опе­ча­ле­на имен­но этим фак­том. Но ко­гда де­воч­ка толь­ко ус­пе­ла от та­ин­ст­вен­но­го лю­бов­ни­ка за­бе­ре­ме­неть?

– Ребёнок от Ар­ма­на, – как бы пре­ду­га­ды­вая мой во­прос, от­ве­ча­ет Ма­ри­на.

От её от­ве­та на ду­ше ста­ло спо­кой­но, ес­ли бы мои пред­по­ло­же­ния ока­за­лись вер­ны, Ма­ри­не точ­но не сно­сить го­ло­вы.

– Но, – на­чи­на­ет да­вить­ся сле­за­ми, – ребёнку не су­ж­де­но ро­дить­ся

– Нет, ми­лая, – ста­ра­юсь ус­по­ко­ить её я, – ребёнок — это сча­стье. Бо­же мой, Ма­ри­на, это я за­ста­ви­ла те­бя ду­мать, что де­ти — это ры­чаг дав­ле­ния на жен­щи­ну, но ты не­пра­виль­но по­ня­ла, пре­ж­де все­го, это выс­шая цен­ность, я го­во­ри­ла, что ос­тав­лю сво­их де­тей на вре­мя, но я их не бро­шу. Че­рез ев­ро­пей­ские су­ды за­бе­ру де­тей се­бе.

До­го­во­рить не удаётся, Ма­ри­на на­чи­на­ет силь­нее ре­веть и ин­тен­сив­но ма­хать го­ло­вой, – нет, Кла­ра. Де­ло во­об­ще не в те­бе, а во мне. Док­тор ска­зал, что у ме­ня па­то­ло­гии, не смо­гу вы­но­сить ма­лы­ша, а да­же ес­ли и вы­но­шу, то здо­ро­вью бу­дет при­чинён ущерб, в об­щем, по­ка но­шу ма­лы­ша я в смер­тель­ной опас­но­сти.

-– Ты го­во­ри­ла с Ар­ма­ном? - серь­ёзным то­ном, за­даю во­прос.

– Нет, – чётко и уве­рен­но от­ве­ча­ет Ма­ри­на, – и не со­би­ра­юсь. Ты зна­ешь, муж­чи­не ну­жен на­след­ник, он по­жерт­ву­ет мо­ей жиз­нью, но не по­зво­лит по­гу­бить сво­его ребёнка. Я лишь ин­ку­ба­тор, ис­поль­зо­ван­ный ма­те­ри­ал. От­слу­жу и вы­бро­сят.

На­чи­наю воз­му­щать­ся, – ну как мож­но так го­во­рить, Ма­ри­на. Да, Ар­ман не по­да­рок, но я знаю его чуть доль­ше те­бя. Это очень вла­ст­ный, жёсткий, прин­ци­пи­аль­ный че­ло­век, умею­щий по­сто­ять за се­бя, се­мью, да це­лое го­су­дар­ст­во, ес­ли по­на­до­бить­ся. Но при этом дес­по­ти­че­ских ха­рак­те­ри­сти­ках, в нём при­сут­ст­ву­ет бла­го­род­ст­во, со­стра­да­ние, Ар­ман уме­ет лю­бить, и те­бя принц лю­бит, так как ни од­ну жен­щи­ну не лю­бил, уж по­верь мне. Муж­чи­ны в от­ли­чие от жен­щи­ны, на­мно­го ху­же скры­ва­ют свои ис­тин­ные чув­ст­ва, у них на ли­це на­пи­са­но, хо­тя они все­ми си­ла­ми это и скры­ва­ют.

– Так лю­бит, – зло­рад­но, с ехид­ст­вом, не­свой­ст­вен­ным этой де­воч­ки, улы­ба­ясь, го­во­рит, – что спит со сво­ей под­руж­кой Кэт­рин, ко­то­рая в ско­ром вре­ме­ни ро­дит ему ма­лы­ша.

Слёзы вновь одо­ле­ли Ма­ри­ну, она го­во­ри­ла спо­кой­но, но вид­но бы­ло, что она пол­но­стью опус­то­ше­на. – Кла­ра, эта жен­щи­на по­да­рит Ар­ма­ну пер­вен­ца. Воз­мож­но, да­же маль­чи­ка. На­след­ни­ка ко­ро­лев­ских кор­ней. Я же не у дел, бра­ко­ван­ная жен­щи­на, не­спо­соб­ная к де­то­ро­ж­де­нию.

– Да­вай сна­ча­ла сда­дим по­втор­но ана­ли­зы, прой­дём об­сле­до­ва­ние в кли­ни­ке, – пы­та­юсь уре­гу­ли­ро­вать край­не на­пряжённую си­туа­цию.

– Кла­ра, – хо­лод­но и рас­чётли­во спра­ши­ва­ет Ма­ри­на,- а что на­счёт твое­го пред­ло­же­ния, по по­во­ду по­езд­ки в Ев­ро­пу, к те­бе на ро­ди­ну!? Оно ещё в си­ле.

Встре­во­жен­но смот­рю на Ма­ри­ну, – для ме­ня бес­спор­но, это един­ст­вен­ный шанс, бо­роть­ся за сво­их де­тей. Но ты по­ни­ма­ешь, что пер­вое вре­мя я бу­ду пол­но­стью на не­ле­галь­ном по­ло­же­нии и жить при­дётся по под­дель­ным до­ку­мен­там, скры­вать­ся и пря­тать­ся по уг­лам. Мой муж, всё пе­ре­вернёт в по­ис­ках сво­ей пре­да­тель­ни­цы – же­ны.

– Кла­ра, - уве­рен­но, но всё же с дро­жью в го­ло­се, про­го­ва­ри­ва­ет Ма­ри­на, – про­шу, мне нуж­на твоя по­мощь. Я го­то­ва сбе­жать вме­сте с то­бой, воз­мож­но, это един­ст­вен­ный шанс спа­сти мою жизнь.

Не­одоб­ри­тель­но ма­шу го­ло­вой, всё это мне ка­жет­ся очень не­об­ду­ман­ным, – хо­ро­шо, Ма­ри­на, да­вай я дам те­бе день спо­кой­но всё об­ду­мать и толь­ко то­гда при­ни­мать ре­ше­ние, та­кие ве­щи как доб­ро­воль­ное из­гна­ние с на­ско­ку не при­ни­ма­ют­ся. Нас ждёт не­из­вест­ность, а глав­ное, мы под­вер­га­ем опас­но­сти род­ных и близ­ких, не­из­вест­но на что пой­дут муж­чи­ны, уз­нав, что их бро­си­ли.

Слы­шу шум подъ­ез­жаю­щих ма­шин, кар­теж из до­ро­гих ино­ма­рок ос­та­но­вил­ся око­ло особ­ня­ка, ко­неч­но, дан­ный факт при­влёк на­ше, с Ма­ри­ной вни­ма­ние. Вы­ну­ж­ден­но от­ло­жи­ли раз­го­вор и на­пра­ви­лись в сто­ро­ну особ­ня­ка.

Из ма­ши­ны вы­шли трое че­ло­век, од­ним из ко­то­рых был Ар­ман, двое дру­гих мне не­из­вест­ны. Но при ви­де не­из­вест­ных лю­дей ли­цо Ма­ри­ны оза­ри­лось улыб­кой, ра­дость за­сея­ла на её ли­це, прав­да, с нот­ка­ми удив­ле­ния, хо­тя и при­ят­но­го.

– Ма­ма, па­па, - за­кри­ча­ла Ма­ри­на и со всех ног по­бе­жа­ла к ним на встре­чу. Уди­ви­тель­но, как бы­ст­ро де­воч­ка из со­стоя­ния заб­ве­ния, пе­ре­шла в состояние сча­стья и ра­до­сти. По­ни­ма­ла, что это лишь вре­мен­ное, ско­ро уны­ниесно­ва одо­ле­ет Ма­ри­ну. Я обя­за­на по­мочь де­вуш­ки, но бо­юсь, как бы моя по­мощь бо­ком ни обер­ну­лась. « Бла­ги­ми на­ме­ре­ния­ми вы­стла­на до­ро­га в ад!».

Мед­лен­но опус­каю но­гу в ван­ную, на­пол­нен­ную тё­п­лой во­дой, с раз­лич­ны­ми мас­ла­ми и пол­ной пе­ны до са­мых краёв. По­гру­жаю всё те­ло в го­ря­чую пен­ную жид­кость, ощу­щаю по­сте­пен­но на­сту­паю­щее рас­слаб­ле­ние мышц те­ла, но это толь­ко фи­зи­че­ское об­лег­че­ние, с мо­раль­ным опус­то­ше­ни­ем всё на преж­нем уров­не. Для се­бя я уже всё ре­ши­ла окон­ча­тель­но и бес­по­во­рот­но, раз жизнь сыг­ра­ла со мной та­кую злую шут­ку, то я долж­на вы­дер­жать удар стой­ко и дос­той­но. Про­шло три дня с мо­мен­та то­го как Кла­ра, по­обе­ща­ла, что по­мо­жет мне с пас­пор­том, се­го­дня ве­че­ром долж­на со­об­щить окон­ча­тель­ный вер­дикт. Из раз­ду­мий ме­ня вы­во­дит, стук в дверь, по­во­ра­чи­ваю го­ло­ву, – кто там?

–  До­чень­ка, ми­лая, это ма­ма. По­зволь, зай­ти?  –слышу  жен­ский го­лос.

– Да ма­ма, про­шу те­бя, про­хо­ди! – зая­ви­ла я, са­ма на­пря­глась всем те­лом. Ес­ли ма­ма вот так сту­чит ко мне в ван­ную ком­на­ту, зна­чит, что-то про­изош­ло, ну, при­вык­ла уже, что жизнь мо­жет пре­под­но­сить толь­ко силь­ные бо­лез­нен­ные уда­ры. Ра­нить в са­мое серд­це, сна­ча­ла да­ря на­де­ж­ду на сча­стье, а за­тем ве­ро­лом­но вы­ры­ва­ет да­же ма­лей­ший ку­со­чек на­де­ж­ды. Как на­до про­гне­вать бо­га, что­бы вме­сте с са­мы­ми пре­крас­ны­ми и чис­ты­ми сло­ва­ми, ко­то­рые мо­жет ус­лы­шать жен­щи­на: «ско­ро ста­не­те ма­мой» од­но­вре­мен­но про­из­но­сить­ся «ребёнок не дол­жен ро­дить­ся».

– Ма­лыш­ка, ни за что бы не по­бес­по­кои­ла те­бя, но твой со­то­вый те­ле­фон про­сто раз­ры­ва­ет­ся от те­ле­фон­ных звон­ков. Вот по­смот­ри все про­пу­щен­ные из боль­ни­цы. Я по­счи­та­ла, воз­мож­но, что–то слу­чи­лось, – обес­по­ко­ен­но про­из­нес­ла ма­ма и пе­ре­да­ла мне те­ле­фон. Так­тич­но улыб­ну­лась и по­ки­ну­ла ван­ную ком­на­ту, в от­вет я кив­ну­ла в знак бла­го­дар­но­сти.

Дей­ст­ви­тель­но, две­на­дцать про­пу­щен­ных из боль­ни­цы, всё зво­ни­ла мой лич­ный ле­ча­щий врач. Ин­те­рес­но! Как же силь­но она бес­по­ко­ит­ся о мо­ей судь­бе. Ес­ли три дня на­зад лишь пред­ла­га­ла сде­лать аборт, то те­перь ка­ж­дый день на­зва­ни­ва­ет и бу­к­валь­но при­ну­ж­да­ет, не­за­мед­ли­тель­но за­пи­сать­ся на очи­ст­ку, как она са­ма на­зы­ва­ет эту про­це­ду­ру, ко­то­рая для ме­ня ка­жет­ся фа­ши­ст­кой. Как бы ни пы­та­лась оп­рав­дать аборт, что это вы­ну­ж­ден­ная ме­ра, не на­хо­ди­ла мо­раль­ных до­во­дов.

Лад­но, во­прос ро­ж­де­ния ребёнка окон­ча­тель­но ре­шу, ко­гда по­ки­ну стра­ну, по­чув­ст­вую се­бя сво­бод­ной, вот то­гда и при­му судь­бо­нос­ное ре­ше­ние. В кон­це кон­цов, это моя жизнь, и ни­кто, не мо­жет дик­то­вать ус­ло­вия, да­же ес­ли счи­та­ют, что они во бла­го.

По­раз­мыс­лив, ре­ши­ла, раз врач так на­стаи­ва­ет, не бу­ду её раз­оча­ро­вы­вать, а то в сво­их бла­гих на­ме­ре­ни­ях, она и до Ар­ма­на мо­жет дой­ти.

– Ал­ло,  – веж­ли­во про­из­но­шу я, – про­сти­те, что во­вре­мя не от­ве­ти­ла, но все эти при­го­тов­ле­ния к свадь­бе, бу­к­валь­но вы­ве­ли ме­ня из строя, – лжи­во, но всё же оп­рав­ды­ва­юсь я.

Слы­шу не­до­воль­ный вдох и вы­дох док­то­ра,  – Ма­ри­на, твоя жизнь в смер­тель­ной опас­но­сти, а ты ни­как не реа­ги­ру­ешь на это, как мож­но так ха­лат­но от­но­сить­ся к сво­ему здо­ро­вью. От­веть, что ты ре­ши­ла?

– Со­глас­на, бы­ла не­пра­ва, но я по­ду­ма­ла и ре­ши­ла. Че­рез па­ру дней моя свадь­ба. По­сле то­го как мы с Ар­ма­ном по­же­ним­ся, он уе­дет на па­ру не­дель в ко­ман­ди­ров­ку, вот то­гда и про­ведём про­це­ду­ру, она прой­дёт пол­но­стью тай­но, ни­кто ни­че­го не уз­на­ет, – ар­гу­мен­ти­рую свой от­вет.

– Нет, – стро­го за­яв­ля­ет жен­щи­на, – про­це­ду­ру нуж­но про­вес­ти как мож­но бы­ст­рее. Слы­шу нерв­ные нот­ки в го­ло­се жен­щи­ны. Её на­стой­чи­вость пре­вра­ща­ет­ся в на­вяз­чи­вость. Хо­тя ко­неч­но, её мож­но по­нять, она бо­рет­ся за жизнь сво­его па­ци­ен­та. Для не­ё глав­ное фи­зи­че­ское со­стоя­ние те­ла, а вот что мо­раль­ное со­стоя­ние бу­дет пол­но­стью уг­нетённо, это уже вто­рой во­прос. Для врачей видь, как глав­ное, жи­ви, а всё ос­таль­ное при­ло­жит­ся.

— Про­шу, не на­стаи­вай­те, по­жа­луй­ста. Ре­ше­ние при­ня­ла окон­ча­тель­ное и об­жа­ло­ва­нию не под­ле­жит, – рез­ко, но дос­та­точ­но веж­ли­во, от­ка­за­лась я.

Док­тор фырк­ну­ла, но пе­ре­спро­си­ла, – зна­чит, по­сле свадь­бы, я за­пи­сы­ва­юсь вас на аборт?

— Со­вер­шен­но вер­но, по­сле свадь­бы, ре­шу окон­ча­тель­но во­прос с ребёнком! Про­щай­те, – сбро­си­ла вы­зов. Не бы­ло ни же­ла­ния, ни вре­ме­ни про­дол­жать этот бес­смыс­лен­ный раз­го­вор.

Вы­лез­ла из ван­ны, на­ки­ну­ла ха­ла­тик и вы­шла к ма­те­ри.

Ма­ма си­де­ла око­ло ок­на и лю­бо­ва­лась ви­да­ми, вы­гля­де­ла до­воль­но уми­ро­творённой, но всё же пе­чаль в её гла­зах вы­да­ва­ла, что жен­щи­на чув­ст­ву­ет свою ви­ну за про­изо­шед­шее со мной. Она по­ни­ма­ла, что брак для ме­ня вы­ну­ж­ден­ная ме­ра, на ко­то­рую я со­гла­си­лась ра­ди спа­се­ния от­ца. Ес­ли бы ма­ма по­ни­ма­ла, что брак сей­час мень­шая из мо­их про­блем. Но на­гру­жать ро­ди­те­лей лиш­ней ин­фор­ма­ци­ей не со­би­ра­лась.

Пе­ре­во­жу взгляд на кро­вать, ви­жу ог­ром­ную ко­роб­ку, пе­ре­вя­зан­ную бе­лой лен­точ­кой.

— Ма­ма, что это та­кое, – тре­во­жу жен­щи­ну сво­им во­про­сом, под­хо­жу к кро­ва­ти и рас­кры­ваю ко­роб­ку. По­трясённая со­дер­жи­мым, не­воль­но ок­руг­ляю гла­за.

Ма­ма под­хо­дит ко мне и неж­но ка­са­ет­ся пле­ча, – ми­лая, а у твое­го му­жа есть вкус! Да и щед­рость при­сут­ст­ву­ет! Бо­юсь пред­ста­вить, сколь­ко сто­ит это сва­деб­ное пла­тье, – ки­ва­ет в сто­ро­ну ко­роб­ки, це­лу­ет ме­ня в ще­ку и про­из­но­сит,  – де­воч­ка, по­ни­маю ни в день­гах сча­стья, но этот факт то­же не­ма­ло­важ­ный. На­до це­нить, что жизнь те­бе пре­под­но­сит и быть бла­го­дар­на судь­бе. Бо­га­тый, кра­си­вый, щед­рый, а глав­ное-лю­бя­щий те­бя муж­чи­на, че­рез па­ру дней ста­нет тво­им му­жем, – не­мно­го по­мол­ча­ла и спро­си­ла, – ты сча­ст­ли­ва?

Не хо­те­ла уко­рять ма­му, но по­лу­чи­лось, что в оче­ред­ной раз, при­сты­ди­ла, – ма­ма, ты так ме­ня или се­бя убе­ж­да­ешь? Я ни­ко­гда не же­ла­ла вы­хо­дить за­муж за бо­га­то­го и лю­бя­ще­го муж­чи­ну, хо­те­ла лю­бить и быть лю­би­мой, при­знаю ро­ман­ти­че­ская на­ту­ра, но та­ко­ва при­ро­да мое­го внут­рен­не­го ми­ра, сущ­ность. От­ве­тить те­бе на во­прос, од­но­знач­но не мо­гу, не уве­ре­на, что в бра­ке по при­ну­ж­де­нию мо­жет быть во­об­ще по­ня­тие сча­стья. Но точ­но за­яв­ляю, что пол­но­стью сми­ри­лась, го­во­ря тво­им язы­ком, бла­го­дар­на судь­бе! Не та­ко­го от­ве­та ожи­да­ла ма­ма, на­вер­но в глу­би­не ду­ше она чув­ст­во­ва­ла, что оби­да на ро­ди­те­лей живёт в моём серд­це, но ей лег­че бы­ло бы об­ма­ны­вать­ся, счи­тая, что у ме­ня всё хо­ро­шо и доч­ка сча­ст­ли­ва. Мо­жет, я бы и по­ды­гра­ла ей, но в сло­жив­шей­ся си­туа­ции, из-за сва­лив­ших­ся на ме­ня про­блем, сил изо­бра­жать сча­ст­ли­вую не­вес­ту, по­про­сту не ос­та­лось.

Не­на­ви­ст­но ос­мат­ри­ваю пла­тье, на ли­це от­ра­жа­ет­ся пре­неб­ре­же­ние.

— Де­воч­ка, – про­из­но­сит ма­ма, за­ме­чая мою ре­ак­цию на сва­деб­ный на­ряд, – ты же не со­вер­шишь глу­по­стей? Про­шу, про­яви сми­ре­ние!

— Ко­неч­но, нет, – аб­со­лют­но ис­крен­не от­ве­чаю ма­ме, счи­таю, что сей­час при­ня­ла а вер­ное ре­ше­ние. За­муж, ко­неч­но, я вый­ду, но по­сле свадь­бы, ис­чез­ну. На ме­сто Марины при­дёт но­вый сво­бод­ный че­ло­век, ко­то­рый сам бу­дет вер­шить свою судь­бу. И грусть одо­ле­ва­ет, толь­ко от од­ной мыс­ли, что в мо­ей жиз­ни не бу­дет мо­их ро­ди­те­лей. Я долж­на по­рвать со ста­рой жиз­нью раз и на­все­гда, окон­ча­тель­но и без по­во­рот­но. А они, к со­жа­ле­нию, глав­ная и важ­ная часть, но всё же про­шлой жиз­ни.

Не мо­гу по­ве­рить, что се­го­дня со­сто­ит­ся бра­ко­со­че­та­ния. В пред­вку­ше­нии слад­кой и неж­ной но­чи, уже со сво­ей же­ной, улы­ба­юсь. Не­мно­го рас­строи­ли, ко­неч­но, сло­ва вра­ча, что Ма­ри­на не бе­ре­мен­на. Но и к луч­ше­му, у нас ещё столь­ко по­пы­ток бу­дет, хо­тя, ко­неч­но, в тай­не на­де­ял­ся, что мыш­ка- ма­лыш­ка бе­ре­мен­на.

Пе­ре­дёрну­ло от мыс­ли, что мое­го пер­вен­ца, ро­дит во­все не лю­би­мая жен­щи­на, а гу­ля­щая и ци­нич­ная ба­ба, как бы там не бы­ло, ес­ли тест ДНК под­твер­дит, ре­бён­ка при­знаю. За­бе­ру у этой кук­лы, и мы с Ма­ри­шей его вос­пи­та­ем.

Без сту­ка по-хо­зяй­ски вле­та­ет, слов­но цу­на­ми, брат. На ли­це ра­дость, в гла­зах огонь, но чув­ст­ву­ет­ся и на­пря­же­ние, он ли­хо его мас­ки­ру­ет, под мас­кой ве­се­лья, по-маль­чи­ше­чьи, при­тан­цо­вы­вая, под­хо­дит ко мне и улы­ба­ясь, гол­ли­вуд­ской улыб­кой, пря­мо ска­жем, про­пел, – мой брат се­го­дня же­нит­ся,– по­сту­чал по пле­чу и от­пра­вил­ся в сто­ро­ну сто­ли­ка, на ко­то­ром на­хо­ди­лось шам­пан­ское.

Не смо­г не рас­сме­ять­ся от его по­ве­де­ния, –  бра­тиш­ка , что ты де­ла­ешь? Ты все­гда ут­вер­ждал, что шам­пан­ское — это сок, дам­ский на­пи­ток!

— Я и сей­час счи­таю, что му­жи­ку не при­ста­ло пить шам­пан­ское, толь­ко конь­як,– берёт два фу­же­ра, под­хо­дит ко мне и вру­ча­ет один из них мне, – но конь­як пить ещё ра­но, по­это­му вы­пьем иг­ри­сто­го ком­по­та.

Улыб­ка не по­ки­да­ет его ли­ца,  – за сча­ст­ли­вую се­мей­ную жизнь, – про­из­но­сит тост и зал­пом осу­ша­ет бо­кал.

Я же свой став­лю на стол, – нет, брат. Я по­ка пас, мне нуж­но трез­вое мыш­ле­ние.

— Не по­нял, – воз­му­тил­ся Ара­вин, –  ска­жи ещё, что, как де­воч­ка, нерв­ни­ча­ешь?

— Нет, ко­неч­но, – ут­вер­ди­тель­но за­яв­ляю, на его во­прос,–  но сам по­ни­ма­ешь на­пря­же­ние при­сут­ст­ву­ет. Ма­ри­на, она та­кая не­пред­ска­зуе­мая, ни­ко­гда не зна­ешь, что ожи­дать от этой дев­чон­ки!

Ли­цо бра­та при­об­ре­ло серь­ёзность, он хму­ро взгля­нул мне в гла­за, – Ар­ман, ты уве­рен, что пра­виль­но по­сту­па­ешь?  Ко­неч­но, су­дя по то­му, что ты мне рас­ска­зал, чтоме­ж­ду ва­ми с Ма­ри­ной, на­ла­дил­ся кон­такт. Но, ты прав, она де­воч­ка вне­зап­ная и строп­ти­вая, те­бя не на­сто­ра­жи­ва­ет, что она так бы­ст­ро сме­ни­ла гнев на ми­лость? Воз­мож­но, она про­сто иг­ра­ет роль!

Злоб­но взгля­нул на бра­та, – Ара­вин, ты мой стар­ший брат, и те­бе мно­гое по­зво­ле­но, но бес­поч­вен­но об­ви­нять мою не­вес­ту, ко­то­рая мень­ше чем че­рез час ста­нет же­ной, за­пре­щаю, – гром­ко ко­ман­дую я.

Ара­вин в знак со­гла­сия под­ни­ма­ет две ру­ки вверх, вы­ра­жая ка­пи­ту­ля­цию, его ли­цо сно­ва оза­ря­ет­ся улыб­кой, – лад­но же­них, да­вай со­би­рай­ся, толь­ко не дол­го, жду те­бя на ули­це.

Ос­та­юсь в гор­дом оди­но­че­ст­ве, встаю пе­ред зер­ка­лом, по­прав­ляю гал­стук, вгля­ды­ва­юсь в зер­ка­ло, ищу не­до­чё­ты, по­ни­маю, что всё си­дит иде­аль­но. Не спе­ци­аль­но, но вспо­ми­наю сло­ва бра­та, ка­саю­щие­ся Ма­ри­ны. Сам чув­ст­вую, что есть ка­кой- то под­вох, но по­ка не мо­гу по­нять в чём. Эти три дня, мы тол­ком не ви­де­лись, пред­сва­деб­ные хло­по­ты, да ещё при­езд ро­ди­те­лей. Их вне­зап­ное втор­же­ние, ко­неч­но, бы­ло уст­рое­но мной. Хо­тел по­ощ­рить де­воч­ку, за при­леж­ное по­ве­де­ние. Но не рас­счи­ты­вал, что они бу­к­валь­но по­хи­тят её у ме­ня. Хо­тя это по­нят­но, они дол­гое вре­мя не ви­де­лись, но ни­че­го се­го­дня вдо­воль на­сла­жусь об­ще­ст­вом же­ны. Те­перь она офи­ци­аль­но бу­дет моя, раз и на­все­гда. С эти­ми по­ло­жи­тель­ны­ми раз­мыш­ле­ния­ми по­ки­нул свою спаль­ню.

Бы­ст­ро рас­се­лись по ма­ши­нам, пред­ва­ри­тель­но при­шлось ус­по­каи­вать Ара­ви­на, ко­то­рый на­стаи­вал ехать со мной в ма­ши­не,– брат, мне не­об­хо­ди­мо по­быть од­но­му, се­го­дня важ­ное со­бы­тие, дай под­го­то­вить­ся. Разъ­яс­нял бра­ту, как ма­лень­ко­му ре­бён­ку про­пис­ные ис­ти­ны. На­до за­ме­тить, что Ара­вин, дей­ст­ви­тель­но вёл се­бя как ди­тя. С дру­гой сто­ро­ны, не все­гда же быть серь­ёзным, се­го­дня ра­до­ст­ное со­бы­тие, вре­мя ве­се­лья и ра­до­сти. Вот брат и ре­шил не­мно­го по­ша­лить, уве­рял се­бя я. Хо­тя ра­зу­мом по­ни­мал, что так, он пы­та­ет­ся уй­ти от сво­их се­мей­ных про­блем. Си­туа­ция с Кла­рой при­об­ре­ла бо­лее чем серь­ёзные мас­шта­бы, жен­щи­на зая­ви­ла, что добь­ёт­ся раз­во­да, во что­ бы это ни ста­ло. Да­же уг­ро­зы по по­во­ду де­тей, её не ох­ла­ди­ли, а да­же, на­обо­рот, рас­па­ли­ли. Кла­ра зая­ви­ла, что она са­мо­стоя­тель­ная лич­ность и ни­кто не сме­ет ей по­мы­кать.

— Чем, я те­бе мо­гу по­ме­щать?  – воз­ра­жал муж­чи­на, вы­во­дя из раз­ду­мий о его се­мей­ных не­уря­ди­цах.

— Сво­ей бол­тов­нёй, – за­сме­ял­ся я и при­жал­ся лбом к его лбу,– по­еду один, по­нял. Ре­аль­но нуж­но по­быть в оди­но­че­ст­ве, хо­тя бы ми­нут пят­на­дцать. Со­брать­ся с мыс­ля­ми, ты зна­ешь, как дол­го ждал свою де­воч­ку, ка­жет­ся, це­лую веч­ность. И да, пусть по-баб­ски ска­жешь, что это всё сен­ти­мен­таль­но­сти, но для ме­ня это ужас­но вол­ни­тель­ный мо­мент.

— Хо­ро­шо, – не­до­воль­но фырк­нул Ара­вин и от­пра­вил­ся в дру­гую ма­ши­ну.

Бы­ст­ро прыг­нул в ли­му­зин и ско­ман­до­вал, – по­еха­ли, от гре­ха по­даль­ше, а то бра­тиш­ка, сей­час на­ве­се­ле, вне­зап­но из­ме­нит ре­ше­ние и всё же при­прёт­ся в ма­ши­ну, бу­дет тре­щать, да вдо­ба­вок спаи­вать ме­ня.

При­бы­ли к мес­ту про­ве­де­ния це­ре­мо­нии, ко­то­рую ор­га­ни­зо­ва­ли вы­езд­ную на бе­ре­гу мо­ря. Всё вы­гля­де­ло пом­пез­но, дей­ст­ви­тель­но по-ко­ро­лев­ски. Всё про­ду­ма­но до ме­ло­чей, до­ро­го и со вку­сом. Но я не осо­бо об­ра­щал вни­ма­ние на об­ста­нов­ку, де­ко­ра­ции не име­ли для ме­ня ни­ко­го зна­че­ния. Же­лал толь­ко од­но­го уви­деть, свою де­воч­ку в сва­деб­ном пла­тье. Ко­гда вы­би­рал ей на­ряд, пред­став­лял как мед­лен­но бу­ду сни­мать его с не­ё, ого­ляя пре­крас­ное неж­ное те­ло, мол­чу, что тво­ри­лось в па­ху, ко­гда ри­со­вал об­раз Ма­ри­ны, при вы­бо­ре ниж­не­го бе­лья. Вот те­перь до­ж­дал­ся, по­сле то­го как она про­из­не­сёт сло­ва клят­вы и доб­ро­воль­но ска­жет мне «да», я смо­гу во­пло­тить все свои сек­су­аль­ные фан­та­зии. Ко­неч­но, мы по­се­тим сва­деб­ное ме­ро­прия­тие, уде­лим вни­ма­ние близ­ким, род­ным и друзь­ям, столь­ко вре­ме­ни, сколь­ко тре­бу­ют пра­ви­ла при­ли­чия и толь­ко по­том моя же­на бу­дет в моём пол­ном рас­по­ря­же­нии. Ночь люб­ви, стра­сти, же­ла­ния ожи­да­ет нас. Се­го­дня пол­но­стью рас­кре­по­щу мою не­вин­ную де­воч­ку, сво­ей стра­стью рас­крою тай­ные, по­хот­ли­вые, да­же раз­врат­ные же­ла­ния Ма­ри­ны. Про­бу­дит­ся её жен­ская сущ­ность и жен­щи­на бу­дет це­ли­ком при­над­ле­жать мне. Она пол­но­стью по­па­дёт под моё влия­ние, у не­ё мыс­ли не воз­ник­нет по­ки­нуть ме­ня. Ма­ри­на ни­ко­гда не ста­нет Кла­рой, нас не по­стиг­нет участь се­мей­ной тра­ге­дии Ара­ви­на и Кла­ры.

— Се­го­дня де­воч­ка те­бе бу­дет не до сна,- ут­вер­ди­тель­но про­из­нёс в мыс­лях без­апел­ля­ци­он­ную прав­ду жиз­ни.

Кор­теж с не­вес­той прие­хал, бу­к­валь­но че­рез ми­ну­ту дверь ли­му­зи­на рас­кры­лась и в со­про­во­ж­де­нии ро­ди­те­лей, поя­вил­ся мой бе­ло­ку­рый ан­гел. Я за­был, что нуж­но ды­шать, серд­це пе­ре­ста­ло бить­ся. Ес­ли ска­зать, что был оча­ро­ван, это зна­чит ни­че­го не ска­зать, она окол­до­ва­ла, ос­ле­пи­ла. Ко­неч­но, вы­би­рая пла­тье, фан­та­зи­ро­вал, как оно бу­дет на ней си­деть, но пред­по­ло­жить не мог, да­же в са­мых бе­зум­ных фан­та­зи­ях, что Ма­ри­на бу­дет вы­гля­деть как бо­ги­ня, со­шед­шая, к нам смерт­ным, с Олим­па.

По ме­ре, её при­бли­же­ния, бег­ло ос­мот­рел, об­ласть де­коль­те, ко­то­рое под­чёрки­ва­ло её грудь, же­ла­ние сра­зу да­ло о се­бе знать, в шта­нах ста­но­ви­лось тес­но, пы­тал­ся ды­шать ров­но и мед­лен­но, хоть как-то сби­вал огонь, жар те­ла. Хо­те­лось по­слать всё к чер­тям, бы­ст­ро по­ста­вить под­пи­си и уне­сти свою прин­цес­су в свой дво­рец. Но по­ни­мал, что это сде­лать не­воз­мож­но, нуж­но со­блю­дать про­це­ду­ру. Ус­по­каи­вал се­бя, что ско­ро всё за­кон­чит­ся и я смо­гу раз­вер­нуть и съесть свою кон­фет­ку.

Не от­ры­ва­ясь, смот­рю в гла­за муж­чи­ны, ко­то­рый ско­ро ста­нет мо­им му­жем, но не су­ж­де­но нам по­знать ра­дость се­мей­ной жиз­ни. Пе­чаль­но от­ме­чаю, что и сча­стья ма­те­рин­ст­ва мне не по­знать.

Отец пе­ре­даёт мою ру­ку Ар­ма­ну, всё про­ис­хо­дит очень тро­га­тель­но и сим­во­лич­но, у ок­ру­жаю­щих соз­даётся впе­чат­ле­ние, что сча­ст­ли­вая не­вес­та, име­ет опе­ча­лен­ный вид, лишь со­блю­дая тра­ди­ции. Тем бо­лее, в му­суль­ман­ском мире при­ня­то, что не­вес­та долж­на пла­кать на свадь­бе, так как по­ки­да­ет род­ной дом, к то­му же, со­глас­но обы­ча­ям, де­вуш­ка чис­та и не­вин­на, по­это­му сму­ща­ет­ся, что при­даёт ей ещё бо­лее стра­даль­че­ский вид. В моём же слу­чае, ис­тин­ные при­чи­ны, кро­ют­ся со­вер­шен­но в ином.

Ар­ман неж­но берёт мою ру­ку и це­лу­ет её, гля­дя в гла­за, про­из­но­сит,– Ма­ри­на, лю­би­мая, ты пре­крас­на!

В от­вет лишь мол­ча ки­ваю. А что долж­на ещё сде­лать! На­вер­но, пра­виль­но, бо­лее че­ст­но, бы­ло за­кри­чать, что за­муж я вы­хо­дить не хо­чу. Что это всё про­во­ка­ция. Ме­ня при­ну­ж­да­ют к бра­ку. Нет, я так не по­сту­пи­ла, лишь мол­ча кив­ну­ла, всё, на что хва­ти­ло сме­ло­сти и ду­ха.

Тор­же­ст­вен­ная це­ре­мо­ния бра­ко­со­че­та­ния про­хо­дит дос­та­точ­но бы­ст­ро, мы про­из­но­сим клят­вы и на­стаёт мо­мент для по­це­луя. Те­перь уже мой офи­ци­аль­ный муж на за­кон­ных пра­вах це­лу­ет же­ну. По­це­луй по­лон неж­но­сти и люб­ви. Не мо­гу сдер­жать слёз, Ар­ман неж­но сти­ра­ет их, – лю­би­мая, на­де­юсь, это слёзы сча­стья, – про­из­но­сит муж­чи­на. По-дру­го­му быть не мо­жет, не по­зво­лю, что­бы из тво­их пре­крас­ных не­бес­ных глаз ли­лись сле­зы от пе­ча­ли.

— Ко­неч­но, сча­стья! Ар­ман, я сча­ст­ли­ва, се­го­дня ста­ла тво­ей за­кон­ной же­ной, для лю­бой жен­щи­ны это ве­ли­кая честь, – лу­кав­лю, пы­та­юсь усы­пить бди­тель­ность прин­ца. Пусть Ар­ман на­сла­ж­да­ет­ся мо­ей по­кор­но­стью, но это не­дол­го, ско­ро бу­ду сво­бо­да. Нач­ну но­вую жизнь, вда­ли от все­го это­го кош­ма­ра. Но по­че­му мыс­ли о сво­бо­де не вы­зы­ва­ют у ме­ня ра­дость? Как толь­ко пред­став­лю, что это по­след­ние со­вме­ст­ные дни с Ар­ма­ном, что нам боль­ше не су­ж­де­но уви­деть­ся, так серд­це пре­да­тель­ски сжи­ма­ет­ся.

– Нет, убе­ж­даю се­бя, мне нуж­но, про­сто жиз­нен­но не­об­хо­ди­мо сбе­жать. Спа­сти свою жизнь, и ес­ли по­лу­чит­ся жизнь ма­лы­ша.

Ар­ман бе­рет ме­ня за ру­ку и под ог­лу­ши­тель­ные ап­ло­дис­мен­ты, мы на­прав­ля­ем­ся к ли­му­зи­ну. За на­ми сле­ду­ют опе­ра­то­ры и фо­то­гра­фы.  Эти ре­бя­та за­пе­чат­ле­ют ка­ж­дый наш со­вме­ст­ный шаг, как буд­то бы они по­ни­ма­ют, что мы вско­ре рас­ста­нем­ся, ста­ра­ют­ся фо­то­гра­фи­ро­вать как мож­но боль­ше. По­сле, на­вер­ня­ка, Ар­ман в яро­сти ра­зо­рвёт все фо­то­гра­фии, унич­то­жит плёнки, фай­лы с на­шей свадь­бы. Муж­чи­на по­пы­та­ет­ся сте­реть все вос­по­ми­на­ния обо мне. Бу­дет счи­тать пре­да­тель­ни­цей и глав­ным вра­гом. Од­но знаю точ­но, ис­тин­ные при­чи­ны по­бе­га ему не бу­дут рас­кры­ты ни­ко­гда.

Са­дим­ся в ли­му­зин, и муж­чи­на даёт во­лю сво­им чув­ст­вам, и не толь­ко, его ру­ки по-хо­зяй­ски ис­сле­дую моё те­ло, гу­бы це­лу­ют шею, спус­ка­ют­ся к гру­ди, – Ар­ман, ты же мне всё пла­тье пом­нёшь, – воз­му­ща­юсь я, ско­рее боль­ше со­блю­дая пра­ви­ла при­ли­чия, чем дей­ст­ви­тель­но пе­ре­жи­ваю за свой внеш­ний вид.

— Де­воч­ка, – сто­нет муж­чи­на пря­мо в гу­бы, – я с ума сой­ду, ес­ли не по­це­лую, не при­лас­каю те­бя. То, что я так се­бя ве­ду пол­но­стью твоя ви­на и тво­их ро­ди­те­лей, что у них та­кая слад­кая мыш­ка-ма­лыш­ка ро­ди­лась.

Ис­крен­не улы­ба­юсь сло­вам Ар­ма­на, – ду­ра­чок, за­чем так го­во­ришь, ты ме­ня сму­ща­ешь!

— Я го­во­рю прав­ду, Ма­ри­на. А ещё,- опять сле­ду­ет по­це­луй в об­ласть шеи, за­тем не пре­ры­вая до­рож­ку из по­це­лу­ев, Ар­ман под­ни­ма­ет­ся вы­ше и на­сти­га­ет мои гу­бы.

–  Я  люб­лю те­бя, – уже с хри­пот­цой в го­ло­се, сто­нет муж­чи­на, сквозь по­це­луй. От­стра­ня­ет­ся от ме­ня и уже пе­ре­хо­дит на серь­ёзный тон, –  а ты, же­на моя, ска­жи, что чув­ст­ву­ешь по от­но­ше­нию ко мне?

При­сталь­но смот­рю в чёрные очи му­жа, по­ни­маю, что долж­на мак­си­маль­но дос­то­вер­но отыг­рать роль лю­бя­щий же­ны, он дол­жен до­ве­рять, – как ты ду­ма­ешь? - наи­гран­но сму­ща­юсь и стыд­ли­во от­во­жу взгляд. Са­мой тош­но, что изо­бра­жаю лю­бя­щую жен­щи­ну, но дру­го­го вы­хо­да у ме­ня нет. Ес­ли Ар­ман по­чув­ст­ву­ет фальшь, то уси­лит ох­ра­ну и то­гда мои пла­ны на сво­бод­ную жизнь рух­нут. Бу­дет ли у ме­ня во­об­ще, жизнь, кто даст га­ран­тию, что Ар­ман, уз­нав о ребёнке, не за­ста­вит ме­ня ро­жать. Ни­кто, да и во­об­ще скло­ня­юсь, что бу­дет на­стаи­вать на ро­ж­де­нии ма­лы­ша, да­же ес­ли ему дос­то­вер­но бу­дет из­вест­но о том, что это ме­ня по­гу­бит. А, что са­ма ре­шу, я ведь до сих пор не уве­ре­на, что смо­гу убить ма­лы­ша. Да на ко­ну моя жизнь, но сто­ит ли моя жизнь, жиз­ни ма­лы­ша. Страш­ные во­про­сы са­ма за­даю се­бе и от­ве­тов не по­лу­чаю.

— Ма­ри­на, – слы­шу крик Ар­ма­на,  – лю­би­мая, что с то­бой? Ты как буд­то бы в об­ла­ках ле­та­ешь, пол­но­стью аб­ст­ра­ги­ро­ва­лась от ме­ня. Так не пой­дёт, те­перь я твой муж, мне вни­ма­ния на­до, – неж­но при­жи­ма­ет ме­ня к се­бе, слы­шу, как час­то бьётся его серд­ца.

Стук серд­ца му­жа ус­по­каи­ва­ет ме­ня,– Ар­ман, хо­чу, что­бы се­го­дняш­няя на­ша ночь бы­ла не­за­бы­вае­ма, – от­ры­ва­юсь от его гру­ди, об­хва­ты­ваю ли­цо и неж­но це­лую, мыс­лен­но до­бав­ляя, к ра­нее ска­зан­но­му, –  на­ша про­щаль­ная ночь, пер­вая брач­ная, ко­то­рая ока­жет­ся по­след­ней!

Бан­кет ор­га­ни­зо­ван пом­пез­но, до­ро­го, бо­га­то!

Рес­то­ран вы­бран ши­кар­ный, с рос­кош­ны­ми ви­да­ми, сто­лы ло­мят­ся от изо­би­лия пи­щи. Но это всё не ра­ду­ет ме­ня, смот­рю на коль­цо с брил­ли­ан­том, да­же бо­юсь пред­ста­вить стои­мость этой по­бря­куш­ки. Ни­ко­гда не пре­да­ва­ла, осо­бо­го зна­че­ния до­ро­гим ве­щам. Воз­мож­но, по­то­му что ро­ди­лась в обес­пе­чен­ной се­мье, с дет­ст­ва не зна­ла ни в чём ну­ж­ды. На это мо­гу воз­ра­зить, что люб­ви к рос­ко­ши не ис­пы­ты­ва­ла ни­ко­гда, мои под­ру­ги все­гда вы­би­ра­ли до­ро­гие са­ло­ны, бу­ти­ки, пре­зи­ра­ли обыч­ную оде­ж­ду из бюд­жет­ных ма­га­зи­нов, пред­по­чи­тая лишь брен­до­вых ди­зай­не­ров. Я же от­но­си­лась к гла­му­ру, дос­та­точ­но про­хлад­но, в при­ори­те­те у ме­ня все­гда бы­ли про­стые, удоб­ные ве­щи, а вот кто их шил и от­ку­да они, ме­ня со­вер­шен­но не вол­но­ва­ло.

Я ро­ман­ти­че­ская на­ту­ра, ве­рив­шая в лю­бовь с пер­во­го взгля­да. Да­же пар­ня се­бе вы­бра­ла про­сто­го, се­мья са­мая обыч­ная, ра­бо­тя­ги на за­во­де. Но этот ме­ня не сму­ща­ла, ве­ри­ла, что с ми­лым рай и в ша­ла­ше. А на ша­лаш мы за­ра­бо­та­ем.

И что те­перь вы­шло, из ро­ман­ти­че­ской ба­рыш­ни пре­вра­ти­лась в ко­вар­ную со­блаз­ни­тель­ни­цу, вы­шла за­муж за прин­ца, впе­ре­ди рос­кошь и бо­гат­ст­во. К со­жа­ле­нию, но это толь­ко в сказ­ках при­ез­жа­ет принц на бе­лом ко­не и спа­са­ет прин­цес­су. В моём слу­чае страш­ная прав­да жиз­ни со­сто­ит в том, что уже ско­ро при­ле­тит же­лез­ный конь и увезёт прин­цес­су в далёкую стра­ну, к дол­го­ждан­ной сво­бо­де.

Ар­ман как буд­то бы ощу­ща­ет ско­рую не­ми­нуе­мую раз­лу­ку, не от­пус­ка­ет мою ру­ку, вла­ст­но сжи­ма­ет та­лию и по­вто­ря­ет, – моя, толь­ко моя. Те­перь и ты по­вто­ри, де­воч­ка, что ты моя.

И я по­кор­но по­вто­ряю сло­ва му­жа, – твоя, толь­ко твоя.

Ар­ман удов­ле­творённо улы­ба­ет­ся и сно­ва сле­ду­ет стра­ст­ный по­це­луй.

***

Ар­ман бе­реж­но при­под­нял ме­ня за под­бо­ро­док, вы­ну­ж­дая слег­ка за­драть го­ло­ву и ого­лить шею. Тё­п­лые и мяг­кие гу­бы му­жа опус­ти­лись сна­ча­ла на моё ли­цо, ода­рив лёгким ка­са­ни­ем, об­жи­гаю­щим ды­ха­ни­ем. За­тем ма­ня­щие и бу­до­ра­жа­щие по­це­лую по­бе­жа­ли по жа­ж­ду­щей лас­ки шей­ки.

Ру­ки муж­чи­ны об­хва­ти­ли мою та­лию и со зна­ни­ем де­ла, бы­ст­ро рас­пра­ви­лись с мол­ни­ей на сва­деб­ном пла­тье. Ли­хо, сдёрнув оде­ж­ду с мо­их плеч и ос­та­вив ме­ня лишь в бе­ло­снеж­ном ниж­нем бе­лье. Ар­ман при­нял­ся жад­но сжи­мать уп­ру­гие гру­ди.

– Моя тре­пет­ная и от­зыв­чи­вая де­воч­ка. Ка­кое удовольствие я ис­пы­ты­ваю, осоз­на­вая, что твоё те­ло воз­бу­ж­да­ет­ся лишь от не­сколь­ких мо­их при­кос­но­ве­ний, – слад­ко хри­пит муж и ос­во­бо­ж­да­ет мои гру­ди от бю­ст­галь­те­ра. Не­бреж­но от­ки­ды­ва­ет его в сто­ро­ну и лас­кая ме­ня ру­ка­ми, про­во­дит влаж­ным язы­ком по на­бух­шим го­ро­шин­кам.

– Да, – не­воль­но на­чи­наю сто­нать от при­ят­ных ощу­ще­ний, ко­то­рые за­ро­ж­да­ет­ся во мне, бла­го­да­ря уме­лым дей­ст­ви­ям Ар­ма­на.

Муж стре­ми­тель­но под­хва­ты­ва­ет ме­ня на ру­ки и от­но­сит к суп­ру­же­ской ло­же. Не от­ры­вая от ме­ня сво­их хищ­ных глаз, бес­со­ве­ст­но по­жи­рая ме­ня взгля­дом, опус­ка­ет на кро­вать и на­чи­на­ет су­ет­ли­во рас­стёгивать ру­баш­ку.

Ощу­щая се­бя де­ли­ка­те­сом, ко­то­рый по­да­ли к сто­лу ба­ри­ну, вер­нее, прин­цу. На­вер­но, пра­виль­но на­звать ме­ня кус­ком мя­са, ко­то­рый бро­си­ли на рас­тер­за­ние хищ­но­му зве­рю.

Рас­пра­вив­шись с ру­баш­кой, Ара­вин пе­ре­хо­дит к шта­нам, ко­то­рые так же, как и мой бю­ст­галь­тер, от­бра­сы­ва­ют­ся в сто­ро­ну.

– Да­вай ма­лыш­ка, ос­во­бо­ди ме­ня от не­нуж­ной оде­ж­ды, – сек­су­аль­но сто­нет муж­чи­на, в при­каз­ном то­не. – Ты же зна­ешь, что я не при­чи­ню те­бя вре­да. Се­го­дня на­ша ночь люб­ви, лас­ки и неж­но­сти.

Ки­ваю и мол­ча вы­пол­няю ве­ле­ние сво­его му­жа. Дро­жа­щи­ми ру­ка­ми про­во­жу по спине и мед­лен­ны­ми дви­же­ния­ми стя­ги­ваю тру­сы. Пе­ред мо­им взо­ром по­яв­ля­ет­ся ог­ром­ный муж­ской ор­ган, ко­то­рый в бое­вой стой­ке и жа­ж­дет про­ник­нуть в мою жен­скую плоть. Про­во­жу ру­кой по пло­ти Ар­ма­на, чуть-чуть сжи­маю его в сво­ей ла­дош­ки, но вот об­хва­тить его пол­но­стью, для ме­ня не пред­став­ля­ет­ся воз­мож­ным. Здесь од­но из двух, ли­бо у ме­ня слиш­ком ма­лень­кая руч­ка, ли­бо у Ар­ма­на дей­ст­ви­тель­но вну­ши­тель­ное муж­ское дос­то­ин­ст­во. Я боль­ше скло­ня­юсь ко вто­ро­му ва­ри­ан­ту.

– Ты хо­чешь, что­бы я взя­ла его в рот? – роб­ко спро­си­ла я.

Ар­ман при­щу­рил гла­за и ти­хо спро­сил, – а ты хо­чешь, что­бы я ов­ла­дел тво­им слад­ким, ма­ня­щим ро­ти­ком. – Же­ла­ешь по­чув­ст­во­вать ме­ня внут­ри, об­ли­зать сво­им языч­ком мою плоть, да­ря рай­ское на­сла­ж­де­ние.

Во мне бо­ро­лись два ра­нее не­ве­до­мых чув­ст­ва, моя жен­ская гор­дость про­ти­ви­лась, ут­вер­ждая, что та­кой вид доб­ро­воль­но­го по­ло­во­го ак­та, яв­ля­ет­ся не­при­ем­ле­мым и вы­гля­дит че­рес­чур вуль­гар­ным. Но, вот по­хоть, про­сто взвы­ла, под­тал­ки­вая, не­за­мед­ли­тель­но вы­пол­нить же­ла­ния Ар­ма­на. Хо­те­ла по­гру­зить его ог­нен­ный жезл в свой ро­тик, по­гло­тить его це­ли­ком, вновь по­чув­ст­во­вать муж­ское дос­то­ин­ст­во.

Страсть взя­ла верх на­до мной, моя жен­ская при­ро­да ука­за­ла, что я долж­на де­лать, что­бы бы­ло при­ят­но муж­чи­не.

Ар­ман пе­ре­шёл на от­ры­ви­стый шёпот, боль­ше по­хо­жий на моль­бу.

Страсть го­ре­ла в его тёмных гла­зах, он пыт­ли­во по­смот­рел на ме­ня, – ты не хо­чешь? – Не бой­ся, от­веть че­ст­но, я ува­жаю твоё ре­ше­ние и не ста­ну при­ну­ж­дать. Обе­щаю.

Я силь­но за­тряс­ла го­ло­вой. То че­го я хо­те­ла, не­воз­мож­но бы­ло вы­ра­зить сло­ва­ми, вер­нее, пра­виль­ные фра­зы, ко­неч­но, по­доб­рать бы­ло мож­но, но все они зву­ча­ли слиш­ком вуль­гар­но и по­шло.

Ар­ман до кон­ца стя­нул с се­бя тру­сы и дви­же­ни­ем но­ги от­бро­сил их в сто­ро­ну.

– Ну то­гда да­вай я по­да­рю те­бе бла­жен­ст­во, лю­би­мая же­на, – сла­до­ст­ра­ст­но про­го­во­рил Ар­ман.

Ар­ман ут­кнул­ся в лож­би­ну ме­ж­ду гру­дя­ми и стал ис­сле­до­вать его гу­ба­ми, ино­гда по­ли­зы­вая язы­ком. Его тё­п­лое ды­ха­ние сколь­зи­ло по ко­же, что бе­зум­но воз­бу­ж­да­ло моё юное де­ви­чье те­ло. Где-то в глу­би­не серд­ца за­ро­ж­да­лась тре­пет­ная неж­ность. Я ощу­ща­ла, что Ар­ман бо­го­тво­рит и вос­хи­ща­ет­ся мною, от это­го осоз­на­ния моя жен­ская сущ­ность ли­ко­ва­ла, по­ни­ма­ние, что те­ло слов­но опас­ное ору­жие, мо­жет за­став­лять ве­ли­ко­го прин­ца вы­пол­нять мои же­ла­ния, при­во­ди­ло ме­ня в ди­кий вос­торг.

Вме­сте с тем ни на ми­ну­ту не за­бы­ва­ла, что се­го­дня по­след­няя ночь, ко­то­рую мы про­ведём с Ар­ма­ном. Это наш про­щаль­ный ве­чер.

От жар­ко­го и влаж­но­го при­кос­но­ве­ния язы­ка во­круг мое­го пуп­ка, по те­лу про­бе­жа­ла дрожь. В этот са­мый момент мне по­ка­за­лось, что я соз­да­на для это­го муж­чи­ны.

– Нет, Ма­ри­на, ус­ми­рив свою по­хоть и нач­ни ра­цио­наль­но мыс­лить, – ко­ман­до­вал мой ра­зум, за­став­ляя вер­нуть­ся в ре­аль­ность, оч­нуть­ся от ми­ра фан­та­зий и грёз.

Ар­ман уве­рен­но спус­тил­ся к свет­ло­му тре­уголь­ни­ку вью­щих­ся во­лос, и от пред­вку­ше­ния ско­ро­го рай­ско­го бла­жен­ст­ва, не­воль­но за­сто­на­ла.

По­чув­ст­во­ва­ла го­ря­чее ды­ха­ние ря­дом с ин­тим­ным ме­стом и весь мир пе­ре­стал су­ще­ст­во­вать, пол­но­стью от­да­лась во власть удо­воль­ст­вия и на­крыв­ше­го бла­жен­ст­ва.

Очень тща­тель­но, Ар­ман ис­сле­до­вал мои скла­доч­ки, про­бо­вал язы­ком глад­кие ле­пе­ст­ки де­вичь­е­го цвет­ка. Не­про­из­воль­но пе­ре­ве­ла ру­ки на его го­ло­ву, за­рыв­шись пальцами во­ло­сы, на­ча­ла пе­ре­би­рать их. Муж­чи­на же в это са­мое вре­мя до­б­рал­ся до са­мо­го сокровенного ис­точ­ни­ка и при­нял­ся бе­реж­но лас­кать его.

Ти­хо и про­тяж­но за­сто­на­ла. Опус­ти­ла ру­ки на его силь­ные пле­чи, по­те­ряв кон­троль над свои­ми дей­ст­вия­ми, длин­ны­ми ногтями впи­лась в его ко­жу и толь­ко че­рез не­сколь­ко се­кунд, осоз­нав это, раз­жа­ла паль­цы.

Мои дей­ст­вия толь­ко рас­па­ли­ли муж­чи­ну, он силь­нее сда­вил мои бёдра. Ар­ман про­дол­жал свои изо­щрённые лас­ки. Моё те­ло изо­гну­лось, мир по­мерк и пре­вра­тил­ся в од­ну боль­шую рас­плыв­ча­тую кар­тин­ку, оку­тан­ную ту­ма­ном. По те­лу, слов­но иго­лоч­ки то­ка, сно­ва про­бе­жа­ла мел­кая дрожь.

По­чув­ст­во­ва­ла, что Ар­ман, вдо­воль на­сла­див­шись моё пло­тью, пе­ре­мес­тил­ся и те­перь его ды­ха­ние опа­ля­ло моё ли­цо. Он при­тя­нул ме­ня близ­ко к се­бе и его гла­за по­ме­ня­ли цвет, они зажглись яр­ко-си­ним огнём. Его рот тре­бо­ва­тель­но про­ник к мо­им гу­бам.

И я сда­лась, пол­но­стью ус­ту­пи­ла, с упое­ни­ем про­дол­жая шеп­тать, что-то не­раз­бор­чи­вое.

Не­ис­то­во це­луя ме­ня, Ар­ман од­но­вре­мен­но, пе­ре­мес­тил свою ру­ку к ис­то­чаю­ще­му со­ки ис­точ­ни­ку, моё те­ло, мо­мен­таль­но, ото­зва­лось на его при­кос­но­ве­ние. Вся моя плоть, жен­ская сущ­ность зва­ли и жда­ли его втор­же­ния. Страсть сжи­га­ла всё серд­це, ожи­да­ние его рез­ко­го толч­ка, пред­вку­ше­ние на­пол­няе­мо­сти те­ла, ста­ло, слов­но, то­ми­тель­ная му­ка.

– Я хо­чу от­бла­го­да­рить те­бя, за твои лас­ки, – уве­рен­но про­го­во­ри­ла я и, про­су­нув ру­ку ме­ж­ду на­ши­ми воз­буждёнными те­ла­ми, до­тя­ну­лась ла­дош­кой, оты­ска­ла жар­кую муж­скую плоть. Его ды­ха­ние ста­ло пре­ры­ви­стым.

Лас­ка­ла раз­бу­хав­ший под паль­ца­ми пред­мет мое­го во­ж­де­ле­ния. Он при­под­нял на ла­до­нях мою грудь и, за­та­ив ды­ха­ние, стал смот­реть, как вы­тя­ги­ва­ют­ся и мор­щи­нят­ся тем­но-ро­зо­вые со­ски, ок­ружённые яр­ки­ми оре­о­ла­ми. Его паль­цы са­ми со­бой по­тя­ну­лись к этим бу­то­нам сла­до­ст­ра­стия и при­ня­лись ос­то­рож­но мас­си­ро­вать их.

– Ты бо­же­ст­вен­но пре­крас­на, на­стоя­щая кра­са­ви­ца, – с ти­хим изум­ле­ни­ем ска­зал он, ско­рее все­го, се­бе са­мо­му.

– Ты то­же.

Мой шёпот был поч­ти не слы­шал, словно лёгкий ше­лест ноч­но­го ве­тер­ка. Ар­ман силь­нее сжать мою грудь, я же, в свою оче­редь, силь­нее сда­ви­ла его плоть.

Вне­зап­но его ру­ки ока­за­лись у ме­ня на та­лии, по­чув­ст­во­ва­ла, что Ар­ман го­тов ов­ла­деть мо­им те­лом, и из­не­мо­гая бе­зум­ную страсть, по­про­си­ла, – по­до­ж­ди, хо­чу по­чув­ст­во­вать вкус тво­ей пло­ти на сво­их гу­бах.

Муж­чи­на с бла­го­дар­но­стью, за­гля­нул в мои гла­за и мед­лен­но встал с кро­ва­ти во весь свой рост, де­мон­ст­ри­руя своё муж­ское дос­то­ин­ст­во. С вос­хи­ще­ни­ем ос­мат­ри­ваю пи­кант­ное ме­сто Ар­ма­на, об­ли­зы­вая свои ис­тер­зан­ные гу­бы.

– Ар­ман, ты ве­ли­ко­ле­пен, – толь­ко и смог­ла про­ле­пе­тать.

На­чи­наю дви­гать­ся ос­то­рож­но и мед­лен­но. Бе­реж­но сдви­гаю ко­жи­цу до кон­ца вниз, гу­ляю языч­ком по уз­деч­ке, а ру­ка­ми в это вре­мя про­дол­жаю те­ре­бить его мо­шон­ку. Лов­лю се­бя на мыс­ли, что на­сла­ж­да­юсь ка­ж­дым мил­ли­мет­ром его пло­ти. Я уве­рен­но ра­бо­таю язы­ком, ру­ки мнут пре­крас­ный ме­шо­чек с се­мен­ны­ми же­ле­за­ми, а гу­бы про­дви­га­ют­ся всё ни­же.

За­гла­ты­ваю член бо­лее чем на­по­ло­ви­ну и на­чи­наю об­рат­ный ход. Я вы­ни­маю член изо рта, с од­ной лишь це­лью, что­бы по­лю­бо­вать­ся на не­го.

– Всё-та­ки он пре­кра­сен, – бес­при­стра­ст­но про­хри­пе­ла я.

Про­дол­жаю те­ре­бить ост­рым языч­ком ма­лень­кую ды­роч­ку на его воз­буждённом ор­га­не. Од­ной ру­кой гла­жу его яич­ки, дру­гой во­жу по плот­но­му и же­лан­но­му чле­ну.

Ар­ман сто­нет и слад­ко ды­шит. – Де­воч­ка, ты ме­ня убь­ёшь, ты же ме­ня вос­кре­сишь, – с хри­пот­цой в го­ло­се, про­го­во­рил Ар­ман.

Я за­во­жусь от это­го го­ло­са, напрочь те­ряю го­ло­ву. Я и са­ма на­чи­наю сто­нать.

Це­лую всё ни­же и стра­ст­нее. Не даю во­лю его ру­кам.

– Ар­ман, са­ма сде­лаю всё и это при­несёт нам обо­им го­раз­до боль­ше удо­воль­ст­вия …, – уве­рен­но и бес­пре­ко­слов­но зая­ви­ла я.

Его не­по­слуш­ные, ша­лов­ли­вые руч­ки пу­та­ют мои во­ло­сы и гла­дят спи­ну. Он пол­но­стью до­ве­рил­ся мне. Его дос­то­ин­ст­во чуть ли не рвёт ко­жу, на­столь­ко воз­буждён.

На­чи­наю це­ло­вать в об­лас­ти пуп­ка. Его ор­ган вздра­ги­ва­ет от пред­вку­ше­ния. Не­ожи­дан­но опус­ка­юсь ни­же. Гла­жу и лас­каю его бёдра, за­во­жусь до пре­де­ла.

Муж­ской ор­ган, мок­рый от его смаз­ки. Ара­вин из­даёт раз­оча­ро­ван­ный хны­чу­щий звук, от му­чи­тель­ной пыт­ки. Но это слад­кая пыт­ка. Опус­ка­юсь и ло­жусь на спи­ну, ши­ро­ко раз­дви­гая свои строй­ные нож­ки.

Ар­ман, с ра­до­стью, при­ни­ма­ет моё при­гла­ше­ние и на­кры­ва­ет ме­ня сво­им тё­п­лым те­лом. Он лов­ко, од­ним яро­ст­ным толч­ком, про­ни­ка­ет в моё ис­те­каю­щее ло­но. Я вся дро­жу и еле сдер­жи­ва­юсь, чтобы яро­ст­но и гром­ко не за­кри­чать.

Муж плав­но на­чи­на­ет дви­гать­ся, по­бу­ж­дая ме­ня все­це­ло от­дать­ся, его веч­но­му рит­му. Очень ско­ро за­бы­ла обо всём и пол­но­стью от­да­лась сво­им чув­ст­вам.

Паль­цы Ар­ма­на сколь­зи­ли по строй­ной шей­ки, гу­бы неж­но при­кос­ну­лись к вис­ку. Осоз­на­вая, ско­рое не­из­беж­ное рас­ста­ва­ние, же­ла­ла за­пом­нить ка­ж­дую ми­нут­ку этой но­чи, ка­ж­дое при­кос­но­ве­ние его губ и рук на моём те­ле, рас­тво­рить­ся пол­но­стью в его стра­сти, от­дать­ся ему без ос­тат­ка.

Вме­сте мы сли­лись в тан­це люб­ви, под­чи­нив­шись ма­ги­че­ско­му рит­му са­мой при­ро­ды.

По­сле пе­ре­жи­той эй­фо­рии, ко­гда моё те­ло по­лу­чи­ло раз­ряд­ку, ощу­ти­ла бес­си­лие. Рас­те­рян­но­стью и силь­ная до­са­да, поя­ви­лась при мыс­ли, о ско­рой раз­лу­ке. Серд­це бе­ше­но ко­ло­ти­лось, кро­во­то­ча и бо­лез­нен­но на­по­ми­на­ло о не­ми­нуе­мой не­из­беж­но­сти.

— Что? - смот­рю на вра­ча- ги­не­ко­ло­га и не мо­гу по­нять, что го­во­рит Ан­на Ми­хай­лов­на.  — Про­сти­те, но я не по­ни­маю, мне ска­за­ли, что у ме­ня вы­яви­ли па­то­ло­гии, – разъ­яс­няю свой во­прос и пе­ре­во­жу рас­те­рян­ный взгляд на Кла­ру, ко­то­рая те­перь по пас­пор­ту Ме­ла­ния Порт.

— Де­вуш­ка, – хо­лод­но от­ве­ча­ет Ан­на Ми­хай­лов­на,– не знаю, кто со­об­щил вам та­кую глу­пость, но со­стоя­ние ор­га­низ­ма пол­но­стью удов­ле­тво­ри­тель­ное. Да, ор­га­низм не­мно­го ос­лаб­лен, мне не нра­вит­ся по­ни­жен­ный ге­мо­гло­бин, но в це­лом ре­зуль­та­ты хо­ро­шие. Мать и ди­тя в пол­ном по­ряд­ке.

Слёзы за­бле­сте­ли на гла­зах, но ес­ли по­след­ний ме­сяц, это бы­ли слёзы, вы­зван­ные бо­лью, стра­хом и от­чая­ни­ем, то сей­час это свя­за­но с ог­ром­ной ра­до­стью.

– Мой ре­бё­нок, – по­ду­ма­ла, – ско­ро ста­ну ма­мой. Сло­ва «мать и ди­тя в пол­ном по­ряд­ке», эхом от­да­ют­ся в го­ло­ве, пуль­си­рую в моз­гу. Впер­вые за дол­гое вре­мя ощу­щаю се­бя сча­ст­ли­вой жен­щи­ной.

— Ка­ри­на, но вы долж­ны по­ни­мать хоть бе­ре­мен­ность — это и не бо­лезнь, но стресс для ор­га­низ­ма, – про­го­ва­ри­ва­ет жен­щи­на. Дол­жен быть ор­га­ни­зо­ван оп­ре­делённый ре­жим, пра­виль­ное пи­та­ние, ре­гу­ляр­ный сон, а глав­ное, из­бе­гать стрес­со­вых си­туа­ций, – жен­щи­на про­чи­та­ла но­та­ции, так как толь­ко врач мо­жет сво­ему па­ци­ен­ту.

Вни­ма­тель­но по­смот­ре­ла на ме­ня и ви­дя, что я по­гру­зи­лась в свои мыс­ли, при этом рас­плы­лась в улыб­ке, ко­то­рую про­сто не мог­ла кон­тро­ли­ро­вать. Моя от­стра­нён­ность, да и во­об­ще иг­но­ри­ро­ва­ние, Ан­ну Ми­хай­лов­ну за­де­ло, она гром­ко крик­ну­ла, что­бы при­влечь вни­ма­ние без­за­бот­ной па­ци­ент­ки, –  Ка­ри­на.

Но я ос­та­юсь без­у­ча­ст­на, на­вер­но это ещё свя­зан­но, с тем, что не при­вык­ла к име­ни Ка­ри­на, мозг вы­да­вал, что она зовёт мед­се­ст­ру. Не мог­ла пол­но­стью кон­тро­ли­ро­вать си­туа­цию, мыс­ли о том, что я и ре­бё­нок здо­ро­вы, нам ни­че­го не уг­ро­жа­ет ,пол­но­стью по­гло­ти­ли ме­ня.

Кла­ра ак­ку­рат­но по­тор­мо­ши­ла ме­ня по пле­чу, от фи­зи­че­ско­го при­кос­но­ве­ния не­мно­го вздрог­ну­ла, по­гру­жён­ная в свои мыс­ли по­те­ря­ла связь с ре­аль­но­стью. Рас­те­рян­но по­смот­ре­ла на Кла­ру, ко­то­рая пе­ре­ве­ла взгляд на Ан­ну Ми­хай­лов­ну, как бы го­во­ря: « глу­пыш­ка, оч­нись и по­го­во­ри с док­то­ром».

Бы­ст­ро ис­пра­ви­лась, мо­мен­таль­но по­вер­ну­ла го­ло­ву в сто­ро­ну док­то­ра и всё так же улы­ба­ясь, на­ча­ла оп­рав­ды­вать­ся, – про­сти, я так ра­да, что вы мне сей­час ска­за­ли о том, что я пол­но­стью здо­ро­ва. Не мо­гу прий­ти в се­бя. Спа­си­бо, док­тор, ва­ши сло­ва вер­ну­ли мне ве­ру в хо­ро­шее, – слёзы сно­ва, как по ко­ман­де за­бле­сте­ли на мо­их гла­зах.

— Да, вер­ну­ли ве­ру на сча­ст­ли­вую жизнь. Те­перь у ме­ня но­вое имя, но­вая судь­ба! Пусть про­шлое ос­та­ёт­ся в про­шлом, – по­ду­ма­ла, но на ду­ше ста­ло во­все не ра­до­ст­но, а, на­обо­рот, гру­ст­но. Воз­мож­но это тос­ка по ро­ди­те­лям, а воз­мож­но и... по от­цу сво­его ре­бён­ка!

Вы­хо­дим из ме­ди­цин­ско­го уч­ре­ж­де­ния и ко­гда са­дим­ся в так­си, ре­ша­юсь за­дать во­прос, ко­то­рый му­ча­ет ме­ня, – Кла­ра, воз­мож­но, что врач, ошиб­лась?  – пе­ре­во­жу ды­ха­ние, толь­ко сей­час по­ни­маю, что ме­ня на­столь­ко ох­ва­ти­ла не­имо­вер­ная ра­дость, что да­же не мог­ла по­ду­мать, что ре­зуль­та­ты по­ка­за­ли не­вер­ный ре­зуль­тат.

– Что, ес­ли Ан­на Ми­хай­лов­на, про­сто пе­ре­пу­та­ла? – пы­та­юсь по­мяг­че вы­ра­зить­ся, – ну что- то не­дос­мот­ре­ла!

Кла­ра не­одоб­ри­тель­но смот­рит в мою сто­ро­ну, за­тем мо­та­ет го­ло­вой, – Ма­ри­на, Ан­на Ми­хай­лов­на, спе­циа­лист в сво­ём де­ле. Она име­ет стаж бо­лее два­дца­ти лет. Но ес­ли ты хо­чешь всё пе­ре­про­ве­рить, я не про­тив, на­обо­рот, бе­ре­жён­но­го бог бе­ре­жёт. Тем бо­лее, на ко­ну твоя жизнь и ма­лы­ша. Но, я уве­рен­на, что ре­зуль­та­ты бу­дут по­ло­жи­тель­ны­ми, бо­лее то­го, у те­бя от­лич­ное здо­ро­вье. Ан­на Ми­хай­лов­на про­сто не­го­ду­ет, как те­бе мог­ли ди­аг­но­сти­ро­вать ка­кие- ли­бо па­то­ло­гии, ко­гда да­же на­мё­ка на это не при­сут­ст­ву­ет. — Ма­ри­на, – с при­щу­ром смот­рит на ме­ня жен­щи­на, – а вот те­бя не вол­ну­ет, что те­бе пер­во­на­чаль­но по­ста­ви­ли не­пра­виль­ный ди­аг­ноз, с це­лью убий­ст­ва ма­лы­ша?

Ис­пу­ган­но по­во­ра­чи­ваю го­ло­ву и ви­жу, что Кла­ра гнев­но свер­ка­ет гла­за­ми, по­ни­маю, что злость ни­как не свя­за­на со мной, вер­нее, свя­за­на со мной, но вы­зва­на дру­ги­ми людь­ми.

– Ка­ко­ва ве­ро­ят­ность, что пер­во­на­чаль­ный ди­аг­ноз был по­став­лен, аб­со­лют­но не по зло­му умыс­лу?

– Воз­мож­но, сбой тех­ни­ки, обо­ру­до­ва­ния, ну ме­ди­цин­скую ошиб­ку ни­кто не от­ме­нял, – не­уве­рен­но про­из­но­шу я, все­ми си­ла­ми оп­рав­ды­ваю вра­ча, хо­тя в глу­би­не ду­ши по­ни­маю, что всё сде­лан­ное это злой умы­сел ко­вар­но­го ге­ния, с хо­лод­ным и ци­нич­ным рас­чё­том.

— Ма­ри­на, не об­ма­ны­вай се­бя, ты ви­де­ла ка­кое обо­ру­до­ва­ние на­хо­дит­ся в цен­тре Ар­ма­на. Всё по по­след­не­му сло­ву, со­вре­мен­ные тех­но­ло­гии, но­вей­шее обо­ру­до­ва­ние из по­след­них раз­ра­бо­ток, – на­стаи­ва­ет Кла­ра.

Опус­ти­ла го­ло­ву, про­сто не мог­ла по­ве­рить, что до­б­рая и чут­кая жен­щи­на, ко­то­рая ста­ра­лась мне по­мочь, во­шла в по­ло­же­ние, на де­ле ока­за­лась ве­ро­лом­ной и бес­прин­цип­ной тва­рью, ко­то­рая на­столь­ко без­душ­на, что го­то­ва по­гу­бить не­вин­но­го ре­бён­ка.

— Кла­ра, но ка­кую цель пре­сле­ду­ет эта жен­щи­на, ну пред­ста­вим, про­ве­ла бы она опе­ра­цию и что даль­ше? – за­даю уточ­няю­щие во­про­сы, что­бы хоть как-то ра­зо­брать­ся в си­туа­ции. – Нель­зя же, про­сто так об­ви­нять че­ло­ве­ка, в страш­ном пре­сту­п­ле­ние, на­до хо­тя бы най­ти мо­ти­вы, ко­то­ры­ми она ру­ко­во­дство­ва­лась, ус­та­но­вить це­ли, ко­то­рые пре­сле­до­ва­ла.  По­ка ни то­го ни дру­го­го мы не уз­на­ем, да­же ду­мать не бу­ду, что пер­во­на­чаль­но ди­аг­ноз по­став­лен умыш­лен­но невер­но.

Для Кла­ры же всё бы­ло по­нят­но, – Ма­ри­на, ка­кая раз­ни­ца, в чём её цель за­клю­ча­лась, вер­нее, цель-то мы зна­ем, по­гу­бить ре­бён­ка.  А, вот вы­го­да от это­го зло­дея­ния по­ка не­из­вест­на.

По­че­му- то сло­ва Кла­ры на­ве­ли ме­ня на Кэт­рин, вспом­ни­ла, что жен­щи­на, как раз на­блю­да­лась у то­го же ле­ча­ще­го вра­ча, что и я.

— Кла­ра, а что те­бе из­вест­но о Кэт­рин? – за­даю, со­вер­шен­но не­ожи­дан­ный во­прос.

Кла­ра дёрну­ла пле­ча­ми.

— Че­ст­но, не осо­бо мно­го.  Она жен­щи­на для раз­вле­че­ния, зна­ешь как ук­ра­ше­ние сто­ла, на чис­то муж­ских ту­сов­ках, ку­да с жё­на­ми стыд­но пой­ти. Вот и бе­рут, та­ких де­во­чек как Кэт­рин, с ни­ми и в ба­ню, и в сау­ну, да хоть в ноч­ной клуб мож­но прий­ти.

— Стран­но, как же Ар­ман, до­пус­тил та­кую оп­лош­ность и по­зво­лил Кэт­рин за­бе­ре­ме­неть? –  с оби­дой в го­ло­се про­из­но­шу, зная, что Ар­ман все­гда и всё дер­жит под кон­тро­лем. Ему из­вест­но, что это за древ­ка! Без­рас­суд­ст­во с его сто­ро­ны, т….ть  её без пре­зер­ва­ти­ва, да от не­ё лю­бую за­ра­зу мож­но по­лу­чить.

-– Чёрт,– мельк­ну­ла мысль, – ме­ня бы ещё за­ра­зил, но бы­ст­ро от­го­няю эту глу­пость, Ар­ман на­вер­ня­ка не­сколь­ко раз про­ве­ря­ет всех сво­их лю­бов­ниц. Опять боль, на сме­ну зло­сти, при­шла сно­ва не­вы­но­си­мая боль и жгу­чая оби­да, для Ар­ма­на жен­щи­на это толь­ко вре­мен­ное раз­вле­че­ние или ин­ку­ба­тор.

— До­ро­гая, что бы там ни бы­ло, но уве­ре­на в од­ном, вряд ли кто- то име­ет лич­ную не­при­язнь к те­бе, про­сто ко­му- то ты пе­ре­шла до­ро­гу. И мыс­лишь в вер­ном на­прав­ле­нии, Кэт­рин, впол­не спо­соб­на на та­кое звер­ст­во. Про не­ё мно­го хо­ди­ло слу­хов, я осо­бо не уде­ля­ла это­му вни­ма­ния, во­об­ще ста­ра­лась не со­при­ка­сать­ся с этой гряз­ной дев­кой. Но сей­час, вспо­ми­наю, что Кэт­рин, прие­ха­ла в стра­ну, не про­сто так, у не­ё на ро­ди­не её об­ви­ни­ли в убий­ст­ве му­жа. У нас же её при­юти­ла тётка, род­ная се­ст­ра ма­те­ри. Но на­сколь­ко дос­то­вер­на ин­фор­ма­ция, не мо­гу ска­зать.

Не­мно­го по­мол­чав, до­ба­ви­ла, – а что ка­са­ет­ся во­про­са о бе­ре­мен­но­сти. Не ­знаю, что и ска­зать, в кон­це кон­цов, ко­вар­ст­во этой бе­ло­бры­сой ку­ри­це не за­ни­мать, она мог­ла за­лезть на Ар­ма­на, ко­гда он был пьян или спе­ци­аль­но на­ка­тать его ал­ко­го­лем, воз­мож­но, и нар­ко­той. А зна­ешь, эта дрянь, во­об­ще спо­соб­на за­бе­ре­ме­неть от дру­го­го му­жи­ка, в под­лос­ти ей рав­ных нет. Или вы­ду­мать бе­ре­мен­ность, ес­ли она в сго­во­ре с вра­чом и ре­ши­лись на убий­ст­во, то со справ­кой о лже­бе­ре­мен­но­сти, точ­но про­блем не бу­дет.

— Кла­ра, это зна­чит, что Ар­ман ок­ру­жён пре­да­те­ля­ми. Не­из­вест­но, кто во­об­ще сто­ит за этой Кэт­рин. Я не­дол­го бы­ла с Ар­ма­ном, поч­ти не лез­ла в ко­ро­лев­ские де­ла, но ес­ли су­дить по то­му, что мог­ла на­блю­дать, у Ар­ма­на, да и у Ара­ви­на, слиш­ком мно­го вра­гов.

— Воз­мож­но, но что мы сде­лать мо­жем? –  пе­чаль­но про­из­но­сит во­прос, ко­то­рый от­ра­жа­ет от­вет, –  ни­че­го не мо­жем.

— Что ес­ли Ар­ман по­стра­да­ет, бу­дет пе­ре­во­рот и его каз­нят,– па­ни­ка ох­ва­ти­ла ме­ня, воз­мож­но, ви­но­ва­ты гор­мо­ны, но по­че­му-то чув­ст­ва к му­жу, в дан­ный мо­мент, бе­зум­но обо­ст­ри­лись.

— Не на­до ут­ри­ро­вать,–  ус­по­каи­ва­ла ме­ня Кла­ра,– мак­си­мум, что гро­зит твое­му му­жу, это раз­вод с то­бой и свадь­ба с Кэт­рин.

— Луч­ше бы его каз­ни­ли, –  гнев­но ши­п­лю я.

— Да, ты у нас кро­во­жад­ная, – лу­ка­во улы­ба­ет­ся Кла­ра.

— На­обо­рот, ми­ло­серд­на, и эша­фот, и жизнь с Кэт­рин, это оба ви­да каз­ни. Вот толь­ко эша­фот и гиль­о­ти­на, бы­ст­рая мгно­вен­ная смерть, то с Кэт­рин, мед­лен­ная му­чи­тель­ная смерть от яда коб­ры. Он бу­дет разъ­е­дать, раз­ла­гать ещё жи­вое те­ло, при­чи­няя му­чи­тель­ную боль.

***

Ле­жу на кро­ва­ти, на­сла­ж­да­юсь вку­сом клуб­ни­ки и мир­но по­гла­жи­ваю свой жи­во­тик, ко­то­рый стал вну­ши­тель­ных раз­ме­ров. И не­муд­ре­но, шут­ка ли, де­вя­тый ме­сяц, да ещё и двой­ня. Под­но­шу к гу­бам вкус­ную, спе­лую яго­ду и вспо­ми­наю, как Ар­ман, кор­мил ме­ня ими на ях­те. Не­воль­но, в па­мя­ти всплы­ва­ют мо­мен­ты по­це­лу­ев, со вку­сом клуб­ни­ки на гу­бах.

– Хва­тит, по­шёл вон из мо­ей го­ло­вы, – ко­ман­дую се­бе, но как вы­рвать муж­чи­ну из серд­ца.

— Да из ка­ко­го серд­ца, – сра­зу на­чи­наю ос­па­ри­вать свои ар­гу­мен­ты, – во мне бу­шу­ют гор­мо­ны, ге­ны Ар­ма­на да­ют о се­бе знать, их у ме­ня сей­час боль­ше чем мо­их. Улы­ба­юсь, на­до же, по­во­рот судь­бы, двой­няш­ки. Сно­ва гла­жу жи­во­тик, – по­ста­рал­ся ваш па­поч­ка, сра­зу дву­мя деть­ми ос­ча­ст­ли­вил. Да, для ме­ня эти ма­лыш­ки, ог­ром­ная ра­дость, ко­то­рую не су­ж­де­но ис­пы­тать их от­цу. Пе­чаль­но по­ду­ма­ла, что Ар­ман ни­ко­гда не уви­дит сво­их де­тей, да что не уви­дит, он да­же не уз­на­ет, что где-то на зем­ле у не­го жи­вут две его кро­вин­ки.

Слы­шу шо­рох па­ке­тов в гос­ти­ной и крик Кла­ры, – Ма­ри­на, де­воч­ка, по­мо­ги мне.

Бы­ст­ро встаю со сво­его леж­би­ща и как тю­лень пол­зу в гос­ти­ную.

— Кла­ра, рас­те­рян­но, но очень вос­тор­жен­но про­из­но­шу, – ты су­ма со­шла. Ку­да на­ку­пи­ла столь­ко дет­ских ве­щей. Моё вни­ма­ние сра­зу при­вле­ка­ют ма­лень­кая оде­ж­да, го­лу­бо­го и ро­зо­во­го цве­та.

– Ка­кая кра­со­та, а ка­кое всё кро­хот­ное,– на­чи­наю за­дор­но смять­ся, раз­би­рая па­ке­ты.

— Ми­лая,  – так­же ве­се­ло сме­ясь го­во­рит Кла­ра,–  ма­лы­ши у нас бу­дут на гла­му­ре. По­смот­ри, ка­кие кос­тюм­чи­ки им при­об­ре­ла тётя Кла­ра и вы­ни­ма­ет из ко­роб­ки два стро­гих кос­тю­ма, но очень ма­лень­ких раз­ме­ров, сно­ва ле­зет уже в па­кет и вы­тас­ки­ва­ет гал­сту­ки. Это вы­зы­ва­ет у нас но­вую вол­ну сме­ха.

— Кла­ра, – сквозь слёзы от сме­ха, го­во­рю я,– ну это для де­тей по­стар­ше. Вни­ма­тель­но рас­смат­ри­ваю пред­мет гар­де­ро­ба, ко­то­рый про­сто оча­ро­ва­те­лен и очень мил.

— Всё на вы­рост, зна­ешь, как бы­ст­ро рас­тут ка­ра­пу­зи­ки, не за­ме­тишь, как и де­воч­ка уже лиф­чик бу­дет но­сить, а сы­ниш­ка обувь со­рок пя­то­го раз­ме­ра,– по­сле этих слов, взгляд жен­щи­ны по­ту­пил­ся, ого­нёк в гла­зах по­тух, улыб­ка сполз­ла. Я по­ня­ла, Кла­ра в оче­ред­ной раз вспом­ни­ла о сво­их де­тях, серд­це у ме­ня сжа­лось от чув­ст­ва бо­ли и жа­ло­сти за под­ру­гу. Ино­гда про­хо­дя ми­мо её спаль­ни, слы­ша­ла, как она всхли­пы­ва­ет, слёзы на­ка­ты­ва­ли, пе­чаль и тос­ка одо­ле­ва­ли. При мне все­гда бы­ла весёлой и жиз­не­ра­до­ст­ной, но при­хо­ди­ла злая ночь и жен­щи­на да­ва­ла во­лю чув­ст­вам. Од­но­му бо­гу из­вест­но, как мо­жет тос­ко­вать мать вда­ли от сво­их де­тей. Не­из­вест­ность за их судь­бу, про­сто уби­ва­ет. Ко­неч­но, мож­но те­шить се­бя мыс­ля­ми, что Ара­вин не до­пус­тит, что­бы с деть­ми, что- то про­изош­ло, но на­до по­ни­мать, что фи­зи­че­ски они здо­ро­вы, а вот мо­раль­но. Ка­кие нрав­ст­вен­ные ис­пы­та­ния пе­ре­жи­ва­ют их не­ок­реп­шие дет­ские умы, ко­гда они не ви­дят ма­му. Да и на­до, ду­мать, что Ара­вин и его мать по­сто­ян­но по­ли­ва­ют Кла­ру гря­зью, не­у­же­ли им не­вдомёк, что так они раз­ру­ша­ют дет­скую пси­хи­ку. Для ре­бён­ка ма­ма - это свя­тое, и ни­кто не мо­жет под­ви­нуть её с пье­де­ста­ла, ко­гда ве­ру в свя­тость вы­ры­ва­ют с кор­нем, в серд­це об­ра­зу­ет­ся чёр­ная ды­ра, ко­то­рая за­пол­ня­ет­ся зло­бой, не­на­ви­стью и не­до­ве­ри­ем ко все­му ми­ру!

— Кла­ра,–  бе­ру её за ру­ку, а за­тем и во­все об­ни­маю, при­жи­ма­юсь креп­ко, пы­та­юсь по­да­рить своё те­п­ло и хоть как-то смяг­чить все­объ­ем­лю­щую боль,– что го­во­рят ад­во­ка­ты?

Кла­ра не­мно­го от­стра­ня­ет­ся и при­сталь­но смот­рит в мои гла­за,– ни­че­го хо­ро­ше­го, мне не су­лит. Серь­ёзные юри­сты со мной ра­бо­тать от­ка­зы­вать­ся, спо­рить с та­кой влия­тель­ной семь­ёй, ко­то­рая име­ет ме­ж­ду­на­род­ные свя­зи ,не хо­тят. Ну а мел­кие ад­во­ка­ты, толь­ко и мо­гут, что за­яв­ле­ния со­ста­вить, да в суд на­пра­вить, а это я и са­ма сде­лать в со­стоя­нии, Гугл в по­мощь. К то­му же на­до при­знать ме­ня бе­жен­цем, что мой по­бег вы­ну­ж­ден­ная ме­ра, а это опас­ная про­це­ду­ра. Я рас­крою свои ис­тин­ное имя, вы­дам ме­сто­на­хо­ж­де­ние и се­бя, и те­бя. Са­ма по­ни­ма­ешь, к че­му это при­ведёт. Не бу­дут на­ши му­жья ци­ви­ли­зо­ван­но ре­шать во­прос, ме­шок на го­ло­ву и об­рат­но уве­зут.

Что­бы хоть как-то раз­ря­дить об­ста­нов­ку, ре­ши­ла сме­нить те­му и по­го­во­рить об от­влечённых ве­щах,– Кла­ра, та­кая се­го­дня, по­го­да от­лич­ная, со­ставь мне ком­па­нию, да­вай по­гу­ля­ем в пар­ке.

На ли­це Кла­ры сно­ва заи­гра­ла улыб­ка, жен­щи­на по­до­шла ко мне вплот­ную, на­кло­ни­лась и по­це­ло­ва­ла жи­во­тик, – не те­бе, а вам. Вас трое, це­лая груп­пи­ров­ка,– по­гла­ди­ла по жи­во­ту и вы­пря­ми­лась в пол­ный рост, те­перь смот­ре­ли друг дру­гу в гла­за, – я те­бя ни­ко­гда не по­ки­ну, не по­смею ри­ск­нуть тво­ей жиз­нью или жиз­нью ма­лы­шей. Де­воч­ка, ты сво­бод­на и слиш­ком дол­га шла к этой сво­бо­де. Про ме­ня не ду­май, ко­гда по­ки­да­ла стра­ну, я чётко оце­ни­ва­ла рис­ки, по­ни­ма­ла, что воз­мож­но де­тей бро­саю на­все­гда. Но это мой осоз­нан­ный вы­бор, они не долж­ны жить в се­мье, где ро­ди­те­ли не­на­ви­дят друг дру­га. Да, сей­час им рас­ска­зы­ва­ют, что я пре­да­тель­ни­ца, все­ля­ют в их серд­ца вра­ж­ду к ма­те­ри, но на­де­юсь, что со вре­ме­нем они ме­ня пой­мут и про­стят.

Сло­ва Кла­ры зву­ча­ли убе­ди­тель­но, толь­ко вот это бы­ла лишь шир­ма. Жен­щи­на са­ма не ве­ри­ла, в то, что го­во­ри­ла, от это­го у ме­ня на ду­ше ста­но­ви­лось толь­ко ху­же. Са­мо­об­ман, как са­мо­уто­пия, ра­но или позд­но при­ве­дёт к рас­па­ду лич­но­сти. Ес­ли ре­аль­но не оце­ни­вать рис­ки, за­ни­мать­ся са­мо­за­блу­ж­де­ни­ем, то вой­ну не вы­иг­рать.

— Так, хва­тит кис­нуть, – хва­та­ет сум­ку и тя­нет ме­ня к две­ри, – сей­час друж­ной ком­па­ни­ей идём гу­лять в парк.

Не смею ей про­ти­во­ре­чить, тем бо­лее, про­гул­ка по пар­ку мне са­мой не­об­хо­ди­ма. Бы­ст­ро по­ки­да­ем тер­ри­то­рию до­ма и бре­дём в сто­ро­ну пар­ка. По­пут­но за­ку­пи­лись  мо­ро­же­ным и как два ре­бён­ка, взяв­шись за ру­ки, в впри­прыж­ку ска­чем на про­гул­ку. Вда­ли на­ча­ли вид­неть­ся де­ре­вья, с ра­до­стью по­ня­ла, что парк уже близ­ко, не­мно­го ус­та­ла от ин­тен­сив­ных дви­же­ний.

– Да, бе­ге­мот за­пы­хал­ся, – по­ду­ма­ла я.

Кла­ра за­ме­ти­ла мою ус­та­лость и пред­ло­жи­ла по­си­деть на ла­воч­ке, но я за­качала го­ло­вой,– при­дём в парк, там и от­дох­нём, по­ды­шим све­жим воз­ду­хом.

Кла­ра со мной со­гла­си­лась и мы про­дол­жи­ли путь, вот толь­ко шаг сба­ви­ли, пыл по­уба­ви­ли, то­же мне на де­вя­том ме­ся­це ска­чу слов­но ло­шадь ре­ти­вая, это моё умо­зак­лю­че­ние вы­зва­ло улыб­ку.

— Что ты сме­ёшь­ся, де­воч­ка?–  спро­си­ла Кла­ра.

— Я очень сча­ст­ли­ва, ми­лая,  – про­го­во­ри­ла я. Бла­го­да­ря те­бе,  – ос­та­но­ви­лась и с лю­бо­вью в гла­зах взгля­ну­ла на под­ру­гу, - Кла­ра, ты мой Ан­гел спа­си­тель и ко­гда - ни­будь я смо­гу рас­пла­тить­ся с то­бой за твою доб­ро­ту.

Кла­ра неж­но улыб­ну­лась, по­до­шла ко мне, за­пра­ви­ла не­по­слуш­ные во­ло­сы, ко­то­рые лёгкий ве­те­рок рас­ки­дал по ли­цу,–  я счи­таю те­бя, сво­ей млад­шей се­ст­рён­кой, а вот те­перь ска­жи, раз­ве пра­виль­но, се­ст­ре счёт вы­став­лять, – уко­риз­нен­но по­ма­ха­ла у ме­ня пе­ред но­сом паль­цем и лег­ко щёлкну­ла по не­му.

– Что­бы боль­ше ни­че­го по­доб­но­го от те­бя, род­ная, я не слы­ша­ла.От сло­ва ни­ко­гда,– силь­но сжа­ла мои ру­ки и по­тре­бо­ва­ла, что­бы я вы­ра­зи­ла своё со­гла­сие. В от­вет кач­ну­ла го­ло­вой и сно­ва об­ня­ла жен­щи­ну. По­след­нее вре­мя, по­сто­ян­но тя­нет на об­ни­маш­ки, а что хо­ти­те от бе­ре­мен­ной жен­щи­ны, сен­ти­мен­таль­ность моё всё!

За­хо­дим на тер­ри­то­рию пар­ка и на ме­ня вновь на­веи­ва­ют вос­по­ми­на­ния, свя­зан­ные с Ар­ма­ном. Как мы с мо­им же­ни­хом, гу­ля­ли по пре­крас­но­му са­ду, вбли­зи его ши­кар­но­го особ­ня­ка и как гру­бо, нет жес­то­ко, он со мной го­во­рил. То­гда лиш­ний раз про­де­мон­ст­ри­ро­вал свою вла­ст­ность, гру­бость и все­объ­ем­лю­щую не­уёмность, по­ка­зал, на­сколь­ко я пе­ред ним без­за­щит­на. А по­том над­мен­но про­явил бла­го­склон­ность, ре­шив по­ща­дить бед­ную де­вуш­ку и не при­вле­кать к эк­зе­ку­ции. Вот сей­час мне не бы­ло жаль, что Ар­ман ни­че­го не зна­ет о мо­их де­тях, он не­дос­то­ин их. Ря­дом со мной и мои­ми ма­лы­ша­ми дол­жен быть муж­чи­на, ува­жаю­щей пра­ва жен­щин, а не до­ми­нант, ко­то­рый уст­ро­ит в се­мье пат­ри­ар­хат.

— Ме­ла­ния,–  слы­шу за спи­ной при­ят­ный муж­ской го­лос,– раз­во­ра­чи­ва­юсь и ви­жу, что ря­дом сто­ит очень да­же сим­па­тич­ный муж­чи­на, оде­тый со вку­сом , в ча­сах мар­ки Брио­нии.

– Вот это да,– мельк­ну­ла шаль­ная мысль, -– и без коль­ца. Пе­ре­во­жу лу­ка­вый взгляд на Кла­ру, ко­то­рая от рас­те­рян­но­сти да­ра ре­чи ли­ши­лась, сто­ит и хло­па­ет гла­за­ми.

— Ар­тур, – со­брав­шись с мыс­ля­ми, про­го­ва­ри­ва­ет че­рез си­лу она,– при­вет. То­же ре­шил по­гу­лять? И мы то­же, ре­ши­ли про­гу­лять­ся, так ска­зать раз­ве­ять­ся, на све­жем воз­ду­хе, – за­та­ра­то­ри­ла Кла­ра, ин­тен­сив­но взма­хи­вая ру­ка­ми, что вы­да­ва­ло, её сму­ще­ние.

— Да, вот хо­чу на ве­ло­си­пе­де по­го­нять, – и как-то скром­но по­смот­рел на Кла­ру,– но на­вер­но это не­уме­ст­но, твоя под­ру­га в по­ло­же­нии. Из­ви­ни, мысль опе­ре­ди­ла сло­ва. Хо­тел вас при­гла­сить,- про­дол­жая сму­щать­ся, та­ра­то­рил, как- то ни убе­ди­тель­но па­рень.

— Я во­все не про­тив,– взя­ла ини­циа­ти­ву в свои ру­ки,– по­си­жу в тень­ке, а вы мо­ло­дёжь раз­вле­кай­тесь, – зая­ви­ла я. И толь­ко по­том пой­ма­ла се­бя на мыс­ли, что Кла­ра лет на де­сять, па­рень­ка бу­дет по­стар­ше, ему на вид не боль­ше два­дца­ти пя­ти, ей же бли­же к три­дца­ти пя­ти. - Блин, гор­мо­ны, точ­но в го­ло­ву бьют, - одёрнула се­бя.

— Ар­тур,–  на­ча­ла Кла­ра, иг­но­ри­руя мой глу­пый и со­всем не­уме­ст­ный всплеск эмо­ций,– это моя под­ру­га Ка­ри­на. Спа­си­бо за при­гла­ше­ние, но да­вай в дру­гой раз, сей­час дей­ст­ви­тель­но, не очень под­хо­дя­щий мо­мент.

Муж­чи­на улыб­нул­ся, пы­та­ясь скрыть раз­оча­ро­ва­ние, вид­но бы­ло, что мои сло­ва все­ли­ли в не­го на­де­ж­ду, но она ока­за­лась лож­ной и Кла­ра бы­ст­ро, ли­ши­ла его вся­кой воз­мож­но­сти на уе­ди­не­ние.

На­до от­дать долж­ное муж­чи­не, воз­мож­но, он и стес­нял­ся, но храб­ро­сти всё же на­брал­ся и про­из­нёс,– зна­чит, жду, ко­гда на­сту­пит под­хо­дя­щий мо­мент,– лу­ка­во улыб­нул­ся, а видь фра­за, име­ет двой­ное дно. Что- то мне под­ска­зы­ва­ет, что под­хо­дя­щий мо­мент, он ожи­да­ет, во­все не для по­езд­ки на ве­ло­си­пе­дах, у не­го ку­да бо­лее да­ле­коиду­щие пла­ны.

Ни­че­го не го­во­ри,– гроз­но зая­ви­ла под­ру­га, – этот маль­чик, про­сто кол­ле­га. Пе­ре­во­дит взгляд на ме­ня,– по до­воль­но­му ли­чи­ку, ви­жу, что уже на­вы­ду­мы­ва­ла бог зна­ет что. За­будь, ни­че­го ме­ж­ду на­ми нет, да и быть не мо­жет, со­всем юнец,–  ут­вер­жда­ла Кла­ра, вот толь­ко ко­го она убе­ж­да­ла се­бя или ме­ня.

— Ко­неч­но,– наи­гран­но под­ня­ла ру­ки вверх,- юнец- пте­нец. Хо­хот­ну­ла,– а вот маль­чиш­ка, то зна­ет, что ме­ж­ду ва­ми ни­че­го нет?

— Ма­ри­на,– крик­ну­ла Кла­ра,– ну что ты не­сёшь? У ме­ня сей­час столь­ко про­блем, не до му­жи­ков мне, по­ни­ма­ешь!

— Нет, не по­ни­маю,­– ис­крен­не зая­ви­ла,- ты мо­ло­дая жен­щи­на, секс те­бе не­об­хо­дим. А здесь та­кой эк­зем­п­ляр,– не знаю, от­ку­да у ме­ня взя­лась та­кая сме­лость, да­же раз­врат­ность, на­вер­но пре­сло­ву­тые гор­мо­ны, а воз­мож­но, про­сто взрос­лею и на­чи­наю по­ни­мать, что да­же, ес­ли жен­щи­на за­му­жем, но с му­жем не жи­вёт, её фи­зио­ло­ги­че­ские по­треб­но­сти ни­ку­да не де­нешь. И по­ду­ма­ла, смо­гу ли я под­пус­тить к се­бе дру­го­го муж­чи­ну. Все мои мыс­ли, да, что мыс­ли, да­же во снах, я ви­жу толь­ко Ар­ма­на. Сток­гольм­ский син­дром!

И вдруг силь­ная боль в об­лас­ти жи­во­та, бу­к­валь­но ох­ва­ти­ла всё те­ло, за­ста­ви­ла сжать­ся и на­кло­нить­ся кор­пу­сом впе­рёд. В гла­зах по­тем­не­ло, связь с ре­аль­но­стью мною бы­ла по­те­ря­на. Толь­ко слы­ша­ла от­го­ло­ски кри­ков Кла­ры, ко­то­рая про­си­ла не­мед­лен­но от­вез­ти ме­ня в боль­ни­цу. Как в ту­ма­не ви­де­ла весь ок­ру­жаю­щий мир, по­чув­ст­во­ва­ла, что силь­ные ру­ки ото­рва­ли моё те­ло от зем­ли и по­нес­ли в не­из­вест­ном на­прав­ле­нии.

Мой го­лос ох­рип, боль не по­зво­ля­ла нор­маль­но вы­ра­жать свои мыс­ли, все по­пыт­ки бы­ли тщет­ны, я лишь мы­ча­ла и сто­на­ла,– боль­но, боль­но...

За­тем рез­кая сме­на де­ко­ра­ций, свет­лое по­ме­ще­ние и лю­ди в бе­лых ха­ла­тах, ко­то­рые хо­лод­но го­во­ри­ли, –сроч­но го­то­вим опе­ра­ци­он­ный стол, тяжёлое со­стоя­ние, са­ма не ро­дит, бу­дем де­лать ке­са­ре­во се­че­ние.

По­ня­ла, что ока­за­лась в боль­ни­це, но не пом­ню, как сю­да по­па­ла, от силь­ной бо­ли соз­на­ние от­клю­чи­лось, пред­по­ло­жи­ла я.

— Про­шу, спа­си­те мо­их де­тей,– мо­ли­ла я пе­ре­со­хши­ми гу­ба­ми. Не на­до ке­са­ре­во, хо­чу са­ма ро­жать, – не пом­ня се­бя твер­ди­ла.

— Спо­кой­но, ма­моч­ка, всё бу­дет хо­ро­шо, рас­слабь­ся, – шеп­тал не­из­вест­ный го­лос.

Тем­но­та на­кры­ла ме­ня, упа­ла в чёр­ную безд­ну, ни­че­го не осоз­на­ва­ла, ни­ко­го не слы­ша­ла и не ви­де­ла. Толь­ко тьма и да­же лу­чи­ка в кон­це тун­не­ля не вид­но, то­гда я ещё не по­ни­ма­ла, что это не вре­мен­ное яв­ле­ние, что ко­гда про­бу­жусь от сна, тьма во­все не ис­чез­нет, а на­обо­рот, на­кро­ет но­вой вол­ной! Луч­ше бы я умер­ла!

– Да, род­ная, – про­шеп­та­ла ко­ро­ле­ва Ка­ма­лия, об­ви­вая свои­ми ру­ка­ми тон­кую ле­бе­ди­ную шей­ку не­вин­ной де­вуш­ки, ко­то­рая ут­кнув­шись в грудь ба­буш­ки ти­хонь­ко всхли­пы­ва­ла. – Твоя мать, по­роч­ная пад­шая жен­щи­на, ко­то­рая бро­си­ла те­бя и бра­та. Я все­гда го­во­ри­ла, что Кла­ра не долж­на бы­ла вхо­дить в на­шу се­мью.

Аза­лия с по­крас­нев­ши­ми от слёз гла­за­ми, от­стра­ни­лась от жен­щи­ны и еле-еле слыш­но, мол­ви­ла, – не мо­гу по­ве­рить, ма­ма не та­кая.

Де­вуш­ка из по­след­них сил пы­та­лась про­ти­во­сто­ять жес­то­кой и бес­по­щад­ной ко­ро­ле­ве, до кон­ца за­щи­щая ре­пу­та­цию ма­те­ри. На­ив­ное тре­пет­ное серд­це ребёнка ни­как не мог­ло сми­рить­ся, что не­ко­гда лю­бя­щая мать, мог­ла так про­сто бро­сить род­ных де­тей на про­из­вол судь­бы и сбе­жать ра­ди мо­ло­до­го лю­бов­ни­ка в дру­гую стра­ну.

– Та­кая, имен­но та­кая, – на­стой­чи­во твер­ди­ла Ка­ма­лия. – Кла­ра бро­си­ла те­бя, она пре­да­ла Ара­ви­на. Жен­щи­на су­ро­во све­ла бро­ви и гроз­но про­воз­гла­си­ла, – мы по­доб­ра­ли эту не­сча­ст­ную, да­ро­ва­ли ей ве­ли­кую честь стать прин­цес­сой на­ше­го го­су­дар­ст­ва. И вот как от­пла­ти­ла эта не­вер­ная. Опо­зо­ри­ла нас, сбе­жав в чу­жую стра­ну, – ко­ро­ле­ва снис­хо­ди­тель­но по­смот­ре­ла на сы­на, а за­тем пе­ре­ве­ла свой об­ви­няю­щий взгляд на ме­ня. – Пред­ва­ри­тель­но при­хва­тив ещё од­ну пад­шую жен­щи­ну. И Кла­ра, и Ма­ри­на, не­дос­той­ные жен­щи­ны, их удел тор­го­вать со­бой на по­те­ху муж­чи­нам. Твой отец, как и твой дя­дя, со­вер­ши­ли ог­ром­ную ошиб­ку, же­нив­шись на та­кие сор­та де­вуш­ках.

Без­молв­но слу­шал не­ли­це­при­ят­ные сло­ва в ад­рес Кла­ры и сво­ей по­ка ещё суп­ру­ги, внеш­не ос­та­вал­ся хо­ло­ден, но внут­ри бу­ше­вал на­стоя­щий ура­ган, внут­ри из­вер­гал­ся пла­мен­ный вул­кан, хо­те­лось за­кри­чать и пре­кра­тить бе­зум­ную бра­ва­ду ма­те­ри. По­ни­мал, что Аза­лия ещё со­всем ребёнок, с не­ок­реп­шей пси­хи­кой, ей слож­но при­нять жес­то­кую прав­ду, ко­то­рую мать «ус­луж­ли­во» при­пра­ви­ла ядом, при­дав осо­бый мерз­кий вкус и затх­лый за­пах.

– Ма­ри­на, – неж­ное имя пре­да­тель­ни­цы бо­лез­нен­ным эхом ото­зва­лось в глу­би­не ра­не­но­го серд­ца, при упо­ми­на­нии суп­ру­ги ду­ша ожи­ва­ла, за спи­ной вы­рас­та­ли кры­лья, вся моя муж­ская сущ­ность стре­ми­лась к жен­щи­не, ко­то­рая в дей­ст­ви­тель­но­сти ока­за­лась са­мым на­стоя­щим шай­та­ном. Не мог сми­рить­ся с ко­вар­ным пре­да­тель­ст­вом, я по­да­рил ей свою без­гра­нич­ную лю­бовь, рас­крыл серд­це, а она, вос­поль­зо­вав­шись си­туа­ци­ей, не за­ду­мы­ва­ясь, вса­ди­ла нож в серд­це. Сбе­жа­ла от ме­ня, при этом ли­шив де­тей. Не­на­ви­дел, лю­то злил­ся и яро­ст­но об­ви­нял во всех смерт­ных гре­хах, но вме­сте с тем ни на ми­ну­ту, ни на се­кун­ду, не пе­ре­ста­вал лю­бить и же­лать…Вся­че­ски убе­ж­дал се­бя, что это во­все не лю­бовь, а лишь вре­мен­ное по­мут­не­ние рас­суд­ка, но сколь­ко бы ни про­хо­ди­ло вре­ме­ни, мыс­ли о ко­вар­ной суп­ру­ге ни­как не по­ки­да­ли мою го­ло­ву, не­воль­ное серд­це, пленённое раз и на­все­гда ве­ро­лом­ной об­ман­щи­цей не­про­из­воль­но ус­ко­рен­но на­чи­на­лось бить­ся, ко­гда во­об­ра­же­ние ри­со­ва­ло об­раз свет­ло­во­ло­сой де­вуш­ки с оча­ро­ва­тель­ны­ми го­лу­бы­ми гла­за­ми, цве­та чис­то­го си­не­го не­ба и не­по­вто­ри­мой улыб­кой, ко­то­рая из­лу­ча­ла сол­неч­ное те­п­ло.

– Де­воч­ка моя, нуж­но при­нять прав­ду, – по­ка я опе­ча­лен­но по­гру­зил­ся в соб­ст­вен­ные не­при­ят­ные раз­мыш­ле­ния, ко­ро­ле­ва про­дол­жа­ла вес­ти свою иг­ру, всё бо­лее и бо­лее уг­не­тая внуч­ку. – Во всём есть и по­ло­жи­тель­ная сто­ро­на.

– Что?! – во­про­си­тель­но вос­клик­нул Ара­вин и мгно­вен­но вско­чил с крес­ла. – Ма­ма, как ещё по­ло­жи­тель­ная сто­ро­на. Ду­маю, что дан­ный раз­го­вор из­ряд­но всех нас уто­мил. Пред­ла­гаю пе­ре­не­сти его, – брат по­ко­сил­ся на ме­ня и встре­тив­шись с мо­им не­до­воль­ным взо­ром, до­ба­вил, – а ещё луч­ше за­крыть эту те­му и за­быть обо всём этом кош­ма­ре, раз и на­все­гда.

Одоб­ри­тель­но по­ка­чал го­ло­вой в знак со­гла­сия, про­дол­жая со­хра­нять мол­ча­ния. Не хо­тел воз­ра­жать ма­те­ри и в оче­ред­ной раз всту­пать в по­ле­ми­ку. Ко­ро­ле­ву бы­ло не­воз­мож­но пе­ре­убе­дить, она и рань­ше не­на­ви­де­ла Кла­ру и Ма­ри­ну, ка­те­го­ри­че­ски от­ри­ца­тель­но от­но­си­лась к де­вуш­кам, не скры­вая сво­его пре­неб­ре­жи­тель­но-снис­хо­ди­тель­но­го, вы­со­ко­мер­но­го от­но­ше­ния.

– Па­па, – жа­лоб­но про­сто­на­ла Аза­лия и, ли­хо вы­рвав руч­ки из-под ла­до­ней ба­буш­ки, под­ня­лась с ди­ва­на и ре­ши­тель­но уст­ре­ми­лась к от­цу. – По­че­му? За­чем она так по­сту­пи­ла!?

Сквозь жгу­чие слёзы, нев­нят­но про­го­во­ри­ла Аза­лия.

– Кла­ра не мог­ла бро­сить нас. Па­па, мы же её се­мья?

Аза­лия мед­лен­но по­вер­ну­лась к ко­ро­ле­ве, ко­то­рая, как и по­до­ба­ет пер­со­не, об­ла­даю­щей та­ким ста­ту­сом, па­фос­но вос­се­да­ла на ди­ва­не и с гор­до под­ня­той го­ло­вой на­блю­да­ла за про­ис­хо­дя­щей дра­мой. Во взгля­де ма­те­ри не бы­ло долж­но­го по­ни­ма­ния, со­чув­ст­вия, ли­ши хо­лод­ность.

– И от­ку­да у ма­мы поя­вил­ся дру­гой муж­чи­на? – не­смот­ря на свой юный воз­раст, Аза­лия бы­ла дос­та­точ­но со­об­ра­зи­тель­ной и здра­во­мыс­ля­щей де­вуш­кой.

Ко­ро­ле­ва не­при­нуждённо взмах­ну­ла ру­кой.

– Де­воч­ка моя, твоя мать всю жизнь бы­ла вет­ре­ной осо­бой, лишённой мо­раль­ных прин­ци­пов, она дав­но ли­ши­лась нрав­ст­вен­но­сти и по­те­ря­ла чув­ст­ва гор­до­сти.

Жен­щи­на хму­ро по­смот­ре­ла на Ара­ви­на, – при­чём за­дол­го, до встре­чи с тво­им сла­бо­ха­рак­тер­ным от­цом. Кла­ра мер­кан­тиль­ная осо­ба, цель ко­то­рой со­стоя­ла лишь в том, что­бы за­по­лу­чить бо­га­то­го му­жи­ка, её ин­те­ре­со­ва­ли и про­дол­жа­ют ин­те­ре­со­вать лишь день­ги и власть. Она да­же слов та­ких не зна­ет, как честь, со­весть, ре­пу­та­ция.

Ко­ро­ле­ва ядо­ви­то су­зи­ла гла­за и су­хо зая­ви­ла, – и как бы ни бы­ло тя­же­ло это при­зна­вать, но её бе­сов­ская кровь течёт в тво­их жи­лах, по­это­му ты долж­на…

Бо­лее не мог слу­шать ос­кор­би­тель­ный мо­но­лог ма­те­ри, су­ро­во об­вёл взгля­дом ко­ро­ле­ву и гром­ко крик­нув, пре­рвал её речь.

– Пре­кра­ти, не­мед­лен­но. Это уже вы­хо­дит за рам­ки всех при­ли­чий, – яро­ст­но сде­лал па­ру ша­гов и встав по­за­ди пле­мян­ни­цы, уве­рен­но оз­ву­чил, – ка­ж­дый из нас не лишён не­дос­тат­ков, но мать все­гда ос­таётся ма­те­рью. Не­важ­но, как она се­бя ведёт и по­сту­па­ет. Ни­кто не сме­ет ос­корб­лять Кла­ру в при­сут­ст­вии её де­тей. Они са­ми долж­ны при­нять ре­ше­ние и толь­ко они мо­гут де­лать вы­во­ды от­но­си­тель­но ма­те­ри. Ни ты, ни я, ни да­же Ара­вин, та­ким пра­вом не на­де­ле­ны.

Ка­ма­лия иро­нич­но ух­мыль­ну­лась.

– Ар­ман, ты все­гда от­ли­чал­ся вспыль­чи­вым ха­рак­те­ром и пря­мо­ли­ней­но­стью, но вот ли­це­ме­рие в те­бе не за­ме­ча­лось. И что я ви­жу сей­час, – она те­ат­раль­но вы­дох­ну­ла, – ли­це­ме­рие тон­кой ни­точ­кой сколь­зит в тво­их фра­зах. Зна­чит, Кла­ра у нас мать го­да, а твоя же­на ин­те­рес­но кто?

С убий­ст­вен­ным спо­кой­ст­ви­ем на ли­це, жен­щи­на под­ня­лась с ди­ва­на и гля­дя с уко­ром в мои гнев­ные гла­за, про­дол­жи­ла, – сво­им де­тям, ты то­же бу­дешь рас­ска­зы­вать, что их мать пре­крас­ная жен­щи­на, что о ней нель­зя да­же сло­ва пло­хо­го ска­зать. Ко­ро­ле­ва ток­сич­но ух­мыль­ну­лась и, не скры­вая сво­его пре­неб­ре­же­ния, злоб­но про­ры­ча­ла, – Ма­ри­на, мать тво­их де­тей, дос­той­ная и по­ря­доч­ная жен­щи­на или же всё-та­ки по­след­няя дрянь. Гу­ля­щая дев­ка. Да и к то­му же не­из­вест­но, яв­ля­ют­ся ли двой­няш­ки твои­ми деть­ми. Воз­мож­но, она на­гу­ля­ла их.

– Био­ло­ги­че­ский тест под­твер­дил моё бес­спор­ное от­цов­ст­во, – мол­ние­нос­но пре­рвал не­су­раз­ные на­мёки ма­те­ри. Не до­пус­кал да­же ма­лей­шей воз­мож­но­сти, что Ма­ри­на мог­ла из­ме­нить мне, но для ус­по­кое­ния ду­ши, всё же сде­лал тест, в по­ло­жи­тель­ном ре­зуль­та­те ко­то­ро­го был уве­рен.

Ко­ро­ле­ва с со­мне­ни­ем в гла­зах, лишь снис­хо­ди­тель­но скри­ви­ла гу­бы, яр­ко де­мон­ст­ри­руя своё от­но­ше­ние.

– Тест не даёт сто­про­цент­ной га­ран­тии. Все­гда ос­таётся про­цент…

– Ма­ма, хва­тит, – раз­дражённо взвыл уме­рен­ный и все­гда сдер­жан­ный по от­но­ше­нию к ма­те­ри Ара­вин, но да­же он не мог бо­лее слу­шать не­ле­пых ре­чей жен­щи­ны, ко­то­рая все­ми си­ла­ми ста­ра­лась вне­сти раз­дор и со­мне­ния в на­шу мно­го­стра­даль­ную се­мью. – Аза­лия, ты иди по­ка в свою ком­на­ту, – неж­но об­ра­тил­ся к до­че­ри брат. – Я за­вер­шу раз­го­вор с тво­ей во­ин­ст­вен­ной ба­буш­кой и при­ду к те­бе. Хо­ро­шо.

– Лад­но, – де­вуш­ка при­жа­лась гу­ба­ми к ще­ке от­ца, за­тем плав­но раз­вер­нув­шись об­ня­ла ме­ня и так­же лас­ко­во по­це­ло­ва­ла.

– Спо­кой­ной но­чи, род­ная. Слад­ких снов.

Де­воч­ка мяг­ко улыб­ну­лась, при этом её глаз­ки бы­ли пе­ре­пол­не­ны бо­лью и оби­дой. В эту ми­ну­ту по­чув­ст­во­вал соб­ст­вен­ное бес­си­лие, осоз­нал, что дол­жен был убе­речь ма­лыш­ку от столь жес­то­кой и мес­та­ми не­спра­вед­ли­вой ин­фор­ма­ции, на кор­ню пре­сечь яро­ст­ные по­пыт­ки ма­те­ри опо­ро­чить Кла­ру в гла­зах Аза­лии.

– Спо­кой­ной но­чи, – Ка­ма­лия гру­бо ото­дви­ну­ла ме­ня и спеш­но об­ня­ла опе­ча­лен­ную внуч­ку, – ты же зна­ешь, что твоя ба­буш­ка очень лю­бит те­бя, имен­но по­это­му не со­би­ра­юсь скры­вать прав­ду. А как из­вест­но, прав­да ред­ко бы­ва­ет чис­той и ни­ко­гда не бы­ва­ет про­стой, – нра­во­учи­тель­но объ­я­ви­ла «доб­ро­душ­ная» и «доб­ро­сер­деч­ная» ба­буш­ка. – Она не­мно­го­слов­на, в от­ли­чие ото лжи. Мы долж­ны сме­ло, гор­до и от­важ­но при­ни­мать её, ка­кой бы тяжёлой она не ка­за­лась. Страш­ный грех со­сто­ит и скрыт в са­мо­об­ма­не.

Не удер­жал­ся и от­вёл тре­бо­ва­тель­ный взгляд, при­по­ми­ная, что, ко­гда-то дав­но отец го­во­рил, что быть прав­ди­вым – это не зна­чит, быть ба­наль­но точ­ным. Имен­но этим прин­ци­пом удач­но и уме­ло и ма­ни­пу­ли­ро­ва­ла ко­ро­ле­ва Ка­ма­лия, рас­ска­зы­вая лишь часть прав­ды, умыш­лен­но не вда­ва­ясь в под­роб­но­сти, под­ло спе­ку­ли­руя на чув­ст­вах не­вин­но­го ребёнка, ко­то­рый ощу­щал се­бя бро­шен­ным и не нуж­ным су­ще­ст­вом, да ещё с не­пра­виль­ны­ми ге­на­ми. Не оп­рав­ды­вал, да­же осу­ж­дал по­сту­пок Кла­ры, злил­ся на не­ё, что в свою не­об­ду­ман­ную аван­тю­ру она втя­ну­ла и Ма­ри­ну, но в то же вре­мя, осоз­на­вал, что её по­сту­пок был про­дик­то­ван во­все не её мер­кан­тиль­ны­ми це­ля­ми, же­ла­ни­ем по­лу­чить боль­ше де­нег и вла­сти, и уж тем бо­лее не­мо­ло­дым лю­бов­ни­ком, све­де­ния о ко­то­ром до сих пор не под­твер­ди­лись, она стре­ми­лась к сво­бо­де. Ара­вин уще­мил её гор­дость, уни­зил жен­ское дос­то­ин­ст­во, а Кла­ра, бу­ду­чи при­вер­жен­цем ев­ро­пей­ских цен­но­стей, не смог­ла сми­рить­ся и вы­бра­ла путь сра­же­ния. Она не от­ка­за­лась от де­тей, от­ча­ян­но и без­ус­пеш­но пы­та­лась до­бить­ся встре­чи с ни­ми, но что мо­жет сде­лать сла­бая жен­щи­на про­тив на­шей се­мьи. Но эту сто­ро­ну прав­ды ни­кто не оз­ву­чи­вал, Аза­лии на­стой­чи­во вну­ша­ли, что Кла­ра сбе­жа­ла к мо­ло­до­му ус­пеш­но­му лю­бов­ни­ку, бро­сив де­тей на про­из­вол судь­бы.

– Ка­кой бы горь­кой ни бы­ла прав­да, она в ра­зы луч­ше не­оп­ре­делённо­сти, – гру­ст­но про­из­нес­ла де­вуш­ка не по воз­рас­ту муд­рую фра­зу. – Кла­ра, воз­мож­но, бро­си­ла нас, и я го­то­ва при­нять её ре­ше­ние, но сна­ча­ла мне не­об­хо­ди­мо по­го­во­рить с ней. А по­ка ра­но де­лать вы­во­ды.

Гор­до взгля­нул на рас­су­ди­тель­ную ма­лыш­ку, ко­то­рая не­смот­ря на юный воз­раст, сме­ло про­ти­во­стоя­ла ба­буш­ки, не под­да­ва­ясь на её от­рав­ляю­щие ду­шу ре­чи, про­дол­жая под­чи­нять­ся лишь ве­ле­нию сво­его серд­ца.

– Аза­лия, в те­бе го­во­рит ис­пор­чен­ная кровь.

– Ма­ма, не смей так го­во­рить, – ре­ши­тель­но всту­пил­ся за дочь Ара­вин, ко­то­рый сми­рен­но тер­пел ос­корб­ле­ния в ад­рес быв­шей суп­ру­ги, но яро­ст­но за­щи­щал де­тей от ма­лей­ших на­па­док. – Аза­лия – моя дочь, в её жи­лах течёт ко­ро­лев­ская кровь. По­это­му, ма­ма, при всём ува­же­нии и поч­те­нии, да­же ты, не име­ешь пра­ва раз­го­ва­ри­вать с ней в по­доб­ном то­не.

Ка­ма­лия оза­да­чен­но при­под­ня­ла бро­ви, – да, к ве­ли­ко­му го­рю, на­ша кровь ис­пор­че­на. Но уве­ре­на, что в ско­ром вре­ме­ни, вы с бра­том оду­мае­тесь и же­ни­тесь на дос­той­ных де­вуш­ках, ко­то­рые по­да­рят на­шей се­мье, без­уко­риз­нен­ных де­тей с пра­виль­ны­ми ге­на­ми.

Аза­лия не­про­из­воль­но ото­шла от ба­буш­ки и ли­хо­ра­доч­но про­бе­жав гла­за­ми по ка­би­не­ту, при­жав ла­дош­ку к гу­бам, со всех ног по­бе­жа­ла к две­ри.

– Ми­лая, по­до­ж­ди, – за­кри­чал Ара­вин и по­бе­жал за до­че­рью.

Гнев­но сверк­нул гла­за­ми, – до­воль­на. Это­го ты хо­те­ла? Уни­зить соб­ст­вен­ную внуч­ку?

– Нет. Но Аза­лия долж­на по­нять, что она не мо­жет пре­тен­до­вать на трон. Её про­ис­хо­ж­де­ние слиш­ком….

– Слиш­ком, что? Гряз­ное. Не­до­пус­ти­мое.

Ка­ма­лия без до­ли со­мне­ния, с ко­ро­лев­ской так­тич­но­стью,  сло­на в по­суд­ной лав­ке, уточ­ни­ла, – дур­ное. Я люб­лю свою внуч­ку, но Кла­ра её мать, и к со­жа­ле­нию, эта жен­щи­на опо­зо­ри­ла на­шу се­мью. Лю­ди, на­ши вер­но­под­дан­ные ни­ко­гда не при­мут Аза­лию в ка­че­ст­ве ко­ро­ле­вы.

– По­сле Ара­ви­на во гла­ве го­су­дар­ст­ва вста­нет имен­но Аза­лия. Ни­кто не сме­ет ос­па­ри­вать дан­ный факт.

– Су­дья Да­ян так не счи­та­ет. Сы­нок, по­ло­же­ние в стра­не не­спо­кой­ное, как ты ду­ма­ешь лю­ди, от­не­сут­ся к то­му, что к вла­сти при­дёт жен­щи­на, да ещё с та­ким со­мни­тель­ным про­шлым.

– Ма­ма, ты то­же жен­щи­на, но не­смот­ря на это, по­сле смер­ти от­ца при­шла к вла­сти, и ни­кто сло­ва про­тив не ос­ме­лил­ся ска­зать.

Су­ро­вое ли­цо ма­те­ри ис­ка­зи­лось в злоб­ной гри­ма­се.

– Мои ро­ди­те­ли бы­ли по­том­ст­вен­ны­ми и дос­то­поч­тен­ны­ми людь­ми, ко­то­рые ува­жа­ли тра­ди­ции и все­гда сле­до­ва­ли пра­ви­лам.

Жен­щи­на сде­ла­ла шаг ко мне на­встре­чу и прон­зи­тель­но всмат­ри­ва­ясь в моё от­решённое ли­цо, оз­ву­чи­ла, – че­го ты ждёшь? За­чем от­вле­ка­ешь ме­ня глу­пы­ми раз­го­во­ра­ми? Вре­мя бес­цен­но.

– Ты о чём?

– Ты зна­ешь о чём я, – не­одоб­ри­тель­но от­ве­ти­ла мать. – О твоём раз­во­де.

Ко­ро­ле­ва с важ­ным ви­дом по­до­шла к мо­ему ра­бо­че­му сто­лу и взяв с по­верх­но­сти два лис­та, яро­ст­но взмах­ну­ла ими.

– Вот два не­сча­ст­ных лис­точ­ка, ко­то­рые на­все­гда из­ба­вят нас от этой вер­ти­хво­ст­ки, ко­то­рая по во­ле шай­та­на, ока­за­лась чле­ном на­шей се­мьи. Ко­ро­ле­ва схва­ти­ла руч­ку и, стре­ми­тель­но по­дой­дя ко мне, про­тя­ну­ла бу­маж­ки, – вот до­ку­мен­ты, вот руч­ка, под­пи­сы­вай. Умо­ляю, хва­тит мед­лить. Из­бавь на­шу се­мью от это­го по­зо­ра по име­ни Ма­ри­на. Пусть сги­нет в не­бы­тие.

Злил­ся на суп­ру­гу, впер­вые ми­ну­ты по­сле её ис­чез­но­ве­ния, да­же го­тов был на стен­ку лезть, с ума схо­дил от стра­ха, что с ней что-то про­изош­ло. По­том, ко­гда уз­нал, что Ма­ри­на доб­ро­воль­но по­ки­ну­ла стра­ну, хо­тел при­ду­шить её на мес­те, за­ко­пать за­жи­во, что­бы она ис­пы­та­ла все ужа­сы, ко­то­рые при­шлось пе­ре­жить мне. По­сле, ко­гда смог ус­та­но­вить её ме­сто­на­хо­ж­де­ние, уз­нал, что она бе­ре­мен­ная…И то­гда слов­но то­ком про­шиб­ло, она не толь­ко свою жизнь под­верг­ла ре­аль­ной уг­ро­зе, эта жен­щи­на по­сме­ла ри­ск­нуть жиз­нью не­рождённых де­тей.

– Что ты мол­чишь? Ар­ман, ты ме­ня слы­шишь?

– Да, – взял до­ку­мен­ты и рав­но­душ­но по­рвал на две час­ти. – Я сам ре­шу, что и ко­гда мне де­лать. Аза­лия пра­ва, что­бы, при­ни­мать ре­ше­ния не­об­хо­ди­мо вы­слу­шать обе сто­ро­ны.

Ко­ро­ле­ва ис­пу­ган­но вос­клик­ну­ла, – обе сто­ро­ны! Ты что хо­чешь встре­тить­ся с Ма­ри­ной?

Жен­щи­на не­до­вер­чи­во по­ка­ча­ла го­ло­вой, – и что ты ей ска­жешь? Ты ук­рал у не­ё де­тей. За­ста­вил по­ве­рить, что они умер­ли.

Мать не­ров­но при­под­ня­ла и опус­ти­ла пле­чи, – или ты со­би­ра­ешь­ся вер­нуть эту бес­тию об­рат­но? Сы­нок, умо­ляю, не со­вер­шай в оче­ред­ной раз по­доб­ной ошиб­ки.

– Ма­ма, по­вто­ряю, что Ма­ри­на по-преж­не­му яв­ля­ет­ся мо­ей же­ной. И да­же, ес­ли мы с ней раз­ведёмся, нас в лю­бом слу­чае бу­дут свя­зы­вать де­ти.

– Ты, глу­пец! Она ни­ко­гда не про­стит те­бя.

– Я не со­би­ра­юсь про­сить про­ще­ния, бо­лее то­го, не ну­ж­да­юсь в нём, но вот пра­ва рас­ска­зать о при­чи­нах сво­его по­ступ­ка ли­шать её не на­ме­рен.

– А ты не счи­та­ешь, что слиш­ком позд­но?

– Не бы­ва­ет позд­но, бы­ва­ет уже не на­до. Но в моём слу­чае на­до. Ещё как на­до!

Ко­ро­ле­ва иро­нич­но ух­мыль­ну­лась, – а ей на­до? Ты ли­шил её сво­бо­ды, за­брал де­тей и по­сле все­го на­де­ешь­ся, что она ста­нет раз­го­ва­ри­вать с то­бой?

– Ста­нет, ра­ди де­тей.

– Как низ­ко, бу­дешь ма­ни­пу­ли­ро­вать деть­ми?

– Ма­ма, раз­го­вор окон­чен…

***

Опус­тошённо смот­рел в ок­но, за ко­то­рым ца­ри­ла тьма, а в не­бе за­жи­га­лись не­уны­ваю­щие яр­кие ми­риа­ды звёзд. Не­бо в од­ном мес­те, ста­ло свет­лее, блед­ное за­ре­во по­сте­пен­но раз­го­ра­лось. Че­рез не­сколь­ко ми­нут поя­ви­лась пол­ная лу­на, на ко­то­рой бы­ли вид­ны стран­ные ри­сун­ки, соз­дан­ные рель­е­фом её по­верх­но­сти. Кто-то ви­дит там ли­цо че­ло­ве­ка, кто-то ди­ко­вин­ных жи­вот­ных, я же не­воль­но вспом­нил ук­ра­ше­ние, ко­то­рое по­да­рил Ма­ри­не.

– Чёрт, – не­про­из­воль­но вы­ру­гал­ся я, рез­ко опус­кая не­до­воль­ный взгляд. – Ка­ж­дая ме­лочь на­по­ми­на­ет о Ма­ри­не.

С неж­но­стью вспом­нил ро­зо­вое ли­чи­ко сво­ей до­че­ри, гля­дя в ко­то­рое не­воз­мож­но бы­ло не уло­вить сход­ст­во с её ма­те­рью.

– Ви­дит бог, пы­тал­ся вы­рвать Ма­ри­ну из серд­ца, – шёпотом об­ра­тил­ся я к са­мо­му се­бе, – но ока­зал­ся слиш­ком сла­бым. Она проч­но по­се­ли­лась в моём серд­це.

Гнев­но при­щу­рил гла­за и креп­ко сжал ру­ки в ку­ла­ки, злясь на се­бя и об­ви­няя в сла­бо­ха­рак­тер­но­сти.

– Об­ма­ну­ла. Пре­да­ла. По­смея­лась, а ты, Ар­ман, про­дол­жа­ешь меч­тать об этой шель­ме.

Роб­кий стук в дверь, за­ста­вил ме­ня за­мол­чать. Рез­ко раз­вер­нул­ся и гру­бо крик­нул, – я за­нят.

Не хо­тел ни­ко­го ви­деть, рас­счи­ты­вал ос­тать­ся в пол­ном оди­но­че­ст­ве, что­бы в ти­ши­не и спо­кой­ст­вие об­ду­мать даль­ней­шие дей­ст­вия.

Про­иг­но­ри­ро­вав мои сло­ва, не­из­вест­ное ли­цо при­от­кры­ло дверь, и я уви­дел Аза­лию, ко­то­рая скром­но за­гля­ну­ла сквозь об­ра­зо­вав­шую­ся щёлоч­ку.

– Дя­дя, ты ме­ня из­ви­ни, но я лишь на ми­ну­точ­ку. Мож­но зай­ти.

Рас­плыл­ся в неж­ной улыб­ке.

– Ко­неч­но, это ты ме­ня из­ви­ни, за столь рез­кий тон. Ду­мал, что ма­ма ре­ши­ла про­дол­жить раз­го­вор и окон­ча­тель­но ли­шить спо­кой­но­го сна.

Де­вуш­ка не­то­ро­п­ли­вой по­ход­кой за­шла в ка­би­нет.

– Дя­дя, я хо­те­ла по­бла­го­да­рить те­бя.

Удивлённо по­мор­гал.

– За что, дет­ка? – по­дошёл к пле­мян­ни­це и лас­ко­во про­вёл ла­до­нью по её хруп­ком спи­не.

Ма­лыш­ка с бла­го­дар­но­стью по­смот­ре­ла в моё мрач­ное ли­цо.

– Я знаю, что ты злишь­ся на Кла­ру и для это­го у те­бя есть ос­но­ва­ния, но ра­ди ме­ня, что­бы не при­чи­нять мне ещё боль­ше стра­да­ний, ты смог по­бо­роть свою не­на­висть.

Ра­до­ст­но ус­мех­нул­ся, – по­верь, это лишь ма­лая жерт­ва, на ко­то­рую я го­тов ра­ди те­бя.

– Я знаю. Дя­дя, у ме­ня к те­бе есть один во­прос, – стес­ни­тель­но про­ще­бе­та­ла ма­лыш­ка. – Толь­ко, по­жа­луй­ста, не со­чти его слиш­ком дерз­ким.

– Хо­ро­шо, не со­чту.

Аза­лия глу­бо­ко вздох­ну­ла.

– Дя­дя, а у ма­мы прав­да поя­вил­ся дру­гой муж­чи­на?

Вне­зап­ный во­прос обес­ку­ра­жил ме­ня, не­про­из­воль­но гла­за за­бе­га­ли по сто­ро­нам, а мозг тем вре­ме­нем су­до­рож­но со­об­ра­жал.

– Сей­час в жиз­ни тво­ей ма­те­ри поя­вил­ся муж­чи­на по име­ни Ар­тур. Но мне не­из­вест­но со­сто­ят ли они в ка­кой-ли­бо свя­зи. Хо­тя я это­го не ис­клю­чаю.

Пле­мян­ни­ца гроз­но пе­ре­ве­ла гла­за, – зна­чит, Ар­тур.

Смот­рел на де­воч­ку и был уве­рен, что она ни­ко­гда в сво­ей жиз­ни не по­зна­ко­мит­ся с этим про­хо­дя­щим муж­чи­ной в жиз­ни Кла­ры. Как же горь­ко я то­гда оши­бал­ся, спус­тя не­сколь­ко лет имен­но этот че­ло­век во­рвётся в на­шу жизнь и сыг­ра­ет клю­че­вую роль. Ар­тур ста­нет ог­ром­ным ис­пы­та­ни­ем для Кла­ры и её по­взрос­лев­шей до­че­ри…