Она никогда не обращала на меня внимания. Учитель французского языка сделал замечание кому-то из парней в последнем ряду, от чего девушка тихо засмеялась. У нее была очень красивая улыбка, но больше всего я любил ее волосы, которые волнами струились по плечам. Она смотрела на свою подругу, которая что-то шептала ей на ухо, пока учитель отчитывал тех ребят с последней парты. Она улыбалась все время, иногда прикрывая улыбку ладонью. Она была самой красивой девочкой в школе, в которую я был безответно влюблен еще с младших классов. И которая училась последний день в этой школе. Я обреченно вздохнул, уткнувшись в свою тетрадь. Было бесполезно думать о своей однокласснице, тем более, что я больше бы никогда ее не увидел. Мистер Дюпон все-таки сделал ей замечание, и она встала, а затем виновато кивнула. В этот момент я улыбнулся, затем покачал головой, отгоняя мысли, возникающие в последние дни при одном лишь взгляде на эту девчонку, прочь.

***

Этот парень с первой парты всегда смотрел на меня так, будто я была пустым местом. Сейчас, когда мне сделали замечание, он снова покачал головой. Стало неприятно.

— Простите, этого больше не повторится, — робко ответив, я села обратно за парту. Я снова бросила взгляд в его сторону: он сидел, уткнувшись в учебник, параллельно что-то записывая в тетрадь. Сегодня на нем не было очков, вероятно он надел контактные линзы, или же со зрением у него было не все так плохо. Я покачала головой, возвращаясь в реальность: нельзя было думать об этом заучке, тем более мне.

Я была уверена, что этот парень был влюблен в меня еще с младшего класса, но его поведение в последний год доказало, что все было в точности до наоборот. Пока все мальчики писали мне любовные записки и дарили подарки — он же, держался в стороне и даже не смотрел на меня. Точнее смотрел, но только как на идиотку и как правило, тогда, когда мне делали замечания или что-то в таком духе. Меня это ужасно раздражало, но я не могла никому показать этого, ведь тогда все в школе решили бы, что я запала на этого ботаника. Этого не должно было произойти. И, собственно, это больше не имело никакого значения. Потому что сегодня был мой последний день в этой школе, после чего мы с родителями уезжали в Лос-Анджелес. И я надеялась, что навсегда.

Кристина

Три года спустя

Возвращаться в Саннивейл спустя почти три года было странно. Если быть точнее, то это скорее непривычно. Я бы солгала, если бы сказала, что мне здесь не нравилось. Саннивейл был одним из городов Кремниевой долины, и располагался в округе Санта-Клара штата Калифорния. Летом здесь бывало достаточно жарковато, но не так критично, чтобы волноваться по этому поводу. Я просто обожала набережную Саннивейла и его парковые зоны с густой растительностью, которые казались оазисом в палящей пустыне. Частенько я вспоминала о приятном времяпровождении в этом городке. В принципе, как раз этим я и занималась всю дорогу от Лос-Анджелеса до Саннивейла.

— Ты положила ту корзину, которую я оставила в прихожей в этот чемодан? — позвала мама, когда я захлопнула дверцу машины. Поморщившись, я приложила ладонь козырьком ко лбу, чтобы спастись от палящего, августовского солнца.

— Ну и дыра, — проигнорировав ее вопрос, откровенно сказала я, стараясь напомнить о своем мнении по поводу переезда. Это было частично правдой, но маме знать об этом было необязательно. — Мне же очень хотелось провести выпускной год именно в этом месте.

— Прекрати злиться, дорогая, — равнодушным тоном произнесла мама. Я бы назвала этот тон «фирменным» тоном всех высокомерных женщин из окружения нашей семьи. К сожалению, это касалось и моей матери. — Ты же знаешь, у отца здесь важные дела.

— Я бы могла остаться в городе, — продолжила я. — Ах да, я же еще слишком маленькая, чтобы жить одной, я помню, — повторив интонацию матери из разговора месячной давности, добавила я.

Взяв пару своих небольших сумок и сморщившись из-за палящего солнца, я поднялась по лестнице в наш старый дом. Меня окликнул водитель, чтобы я отдала ему багаж, но я, сделав вид, что не расслышала, просто зашла в дом. Наверное, стоило постараться вести себя более дружелюбно, ведь в последнее время я вела себя как настоящая стерва.

В доме было по-особому пусто и одиноко: после смерти родителей отца здесь никто не жил, лишь изредка делалась уборка специально для этого нанятыми людьми. Все те же темные шторы, старая дубовая лестница в центре, ведущая на второй этаж. Наш дом в Лос-Анджеле был конечно же достаточно больше и роскошнее, я бы даже сказала, современнее. Тем не менее, ничто из этого не могло насытить место столь уютной атмосферой, которой был окутан этот дом. Ступеньки подо мной чуть поскрипывали, улыбнувшись я поднялась на второй этаж, где располагалась моя комната.

Мне оставалось совсем немного времени чтобы начать жить самостоятельно. Весной я должна была поступить в Гарвард и перебраться в кампус, я даже всерьез подумывала о вступлении в какое-нибудь женское общество. Стало смешно от своих мыслей.

Раскинувшись на кровати, я минут десять просто смотрела в потолок. Моя старая комната сейчас выглядела слишком детской, но я решила не придавать этому значения. По всему дому веял едва уловимый запах сырости. Я распахнула окно, чтобы впустить толику свежего воздуха в комнату. Мне открылся прекрасный вид на озеро: легкое щебетание птиц ласкало слух. За секунду передо мной пронесся вихрь воспоминаний, связанный с этим местом. Я улыбнулась, закрыла глаза и слегка подалась лучам солнца, едва пробиравшимся из-за густоты веток, которыми было окружено окно. Меня окликнули с первого этажа и все будто снова вернулось на свои места.

На ужин было какое-то странное блюдо, которое приготовила наша кухарка Тереза. Весь вечер мы делали вид словно мы были одной дружной семьей, переехавшей на родину, подальше от городской суеты.

Я знала, что всему виной, точнее причиной переезда, были финансовые трудности, хоть эта тема и никогда не поднималась в нашей семье. Это было понятно без слов.

— Ты вернешься в свою старую школу, — мама подняла бокал с вином, будто поднимала тост.

— Это звучит как издевательство, — наигранно улыбнулась я. — Больше всего на свете я же хотела вернуться в среднюю школу Саннивейла! — сказав это, я осеклась. — Прости, пап, я имела в виду не это.

— Послушай, Кристина, — пронзительно продолжил отец, — Все равно тебе остался всего лишь год, а затем ты уедешь из этого штата. — Ищи во всем плюсы.

— Хорошо, — улыбнулась я. — Как раз подумаю об этом в своей комнате.

Было почти два часа ночи, но я все никак не могла уснуть. Меньше всего мне хотелось первый день в новой-старой школе провести с синяками под глазами. Правда, утром все было в порядке, и несмотря на плохой сон, попрощавшись с мамой я вышла из дома.

Первый день в школе начался по-старому скучно. Привычные колоны сменились скамейками у входа, ну а сам двор оставлял желать лучшего. По дороге я встретила нескольких девиц, выбивающихся из общего школьного фона, но отличного вписывающихся в стереотипных местных задир. Собственно, такой же была и я.

Они заметили меня практически сразу, об этом говорил высокомерный, изучающий взгляд блондинки, разглядывающей меня с ног до головы.

— Ты случайно не та самая Кристина Кренстон? — спросила она.

Девушка постепенно стала меняться в лице, когда я, кивнув, бросила двусмысленный взгляд в ее сторону. Дальше произошло то, чего я ожидала меньше всего. Переменившись в лице, эта девушка и еще две стали верещать как сумасшедшие, словно встретили кумира детства. Да, Саннивейл был дырой, но ведь не такой огромной. Точнее, наоборот. То есть не было смысла думать, как правильно.

— Мы рады познакомиться с тобой! — торжественно добавила она. — Я Алиша.

Это было… странно.

— Обо мне печатали в газетах? С чего такое приветствие? — недоверчивым тоном спросила я.

— Так ты ведь местная знаменитость, — добавила Алиша. Я подумала о том, что у нее интересное имя. Спустя секунду к нам подошли еще несколько девушек, среди которых я узнала Мэри и Джудит — моих старых подруг.

— О. Мой. Бог. Тина! — закричала Джудит. — Почему не предупредила, что приедешь? Мы ждали тебя только в октябре, — девушка крепко обняла меня. — Как твои дела? Как поживают мистер и миссис Кренстон?

— Все хорошо, — искренне улыбнулась я. — Мама все так же, занимается домом. Папа работает. — Как вы живете тут без меня? Мэри, я так давно тебя не видела! — потянула за руку подругу, которая молча рассматривала меня со стороны.

Весь день все на меня очень странно смотрели, причем сначала мне это льстило, а потом начало надоедать. Особенностью таких маленьких городков было то, здесь ничего никогда не менялось. Ближе к последнему уроку мы собрались в столовой — в месте моей детской ностальгии. Я перестала обращать внимание на то, как на меня пяляться парни еще утром, но тут появились спортсмены и местные качки, для которых я стала новым объектом для разговоров. И не только. Я села за стол вместе с девчонками, опустила поднос с едой, как в ту же секунду кто-то поставил руку на столешницу рядом со мной.

— Привет, Крис, — послышался мужской голос у моего уха. Не то, чтобы он был мне неприятен, но все-таки это было неожиданно. И да, все же это было неприятно. И еще я не любила, когда мое имя сокращали так.

— Привет, Джастин, — стараясь быть максимально вежливой, ответила я. Парень сел напротив, заставив подвинуться Алишу.

— Прости, детка, — Джастин посмотрел на Алишу, так, будто извинялся за свою наглость. — Не хотел тебя стеснять.

Нас окружили и другие спортсмены, некоторых ребят я помнила со средней школы, а некоторые были мне незнакомы.

— Мэри, познакомишь нас со своей подругой, — попросили ребята.

— Это Кристина Кренстон, — не дав открыть и рта Мэри, продолжил парень. — Это моя подруга тоже.

Двусмысленность слов парня заставила на секунду всех замолкнуть.

— Мы в седьмом классе ходили вместе на французский, — добавил он, нарушив неловкую паузу. — Ладно, еще увидимся, — и он встал из-за стола. Ребята перешли за соседний столик.

Джастин возмужал и стал достаточно красивым. Он и раньше был таким, но сейчас все по-другому. Я раньше даже не замечала, что у него голубые глаза. Он стал намного выше, разумеется, и его достаточно крупное телосложение невозможно было скрыть даже под спортивной курткой. Бросив на него мимолетный взгляд, я поняла, что оценивала его как актера или модель, будто он был ненастоящим. Было видно, что он и сам понимал насколько он хорош, и поэтому ощущал превосходство над другими. Парень пропустил пальцы через свои темные волосы, улыбнулся и подмигнул мне. Когда мы были помладше, Джастин мне очень нравился, и мы вроде как даже встречались какое-то время. Как и все дети в тринадцать лет: он провожал меня до дома, иногда дарил подарочки и все такое.

— Он такой обалденный, — мечтательно выдохнула Алиша. — Десять из десяти! — сказав это, она резко замолчала, будто чего-то испугалась.

— Да, он действительно хорош, — добавила я. Это было правдой. — Он сейчас с кем-нибудь встречается?

Я даже сама не поняла, зачем задала этот вопрос. Джудит поперхнулась соком.

— Это неважно, — добавила я. — Мне сейчас не до этого.

— Так у тебя кто-то есть в Лос-Анджелесе? — спросила Мэри. — Расскажи, какие там парни?

— Нет, я там ни с кем серьезно не общалась. Парни там конечно же, более уверенные в себе, чем здесь, — честно ответила я, вспоминая Тома. Стало немного не по себе.

— И иногда эта уверенность ничем не обоснована. — добавила я, и мы все засмеялись.

Внезапно я ощутила на себе чей-то взгляд. Повернувшись в сторону, я увидела, как с самого дальнего столика справа от нас, кто-то пристально разглядывает меня. По телу пробежало полчище мурашек, столкнувшись мимолетным взглядом с тем парнем я опешила, и наш зрительный контакт был в ту же секунду прерван. Я резко отвернулась, а затем посмотрела на Алишу.

Что это вообще было такое?

Прозвенел звонок, и мы стали собираться на последний урок. Кажется, по расписанию была литература. Мне было сложно в первый же день запомнить все расписание сразу.

— Завтра будет отбор в группу поддержки, — напомнила Джудит. Я достала учебник из шкафчика-локера, затем заперла его на ключ. — Ты должна вернуться к нам как раньше, помнишь?

— Конечно. Я приду, — односложно ответила я. По пути, поправив прическу в отражении стеклянной двери аудитории, я вошла внутрь.

Я села за предпоследнюю парту в среднем ряду, кажется, на ту же самую, где сидела раньше. Пару раз меня охватывало дежавю, но я списала это на новое-старое место и продолжала делать вид, что внимательно слушаю учителя. Не то, что бы я не любила литературу, но спустя минут двадцать, я немного заскучала от монотонности мистера Коулмана и стала смотреть по сторонам. Мой взгляд задержался на первой парте соседнего ряда справа, как когда-то в детстве. Видимо с этим и было связано дежавю, не покидающее меня еще со столовой. Одноклассник поднял карандаш, выразив желание что-то добавить или рассказать. Парень был одет в серое худи с капюшоном и джинсы. Волосы были слегка взъерошены, почти так же, как и раньше. Я не могла видеть его лица, что меня немного огорчало. Какие-то сумбурные мысли мелькали в голове, от чего даже становилось смешно.

Мистер Коулман кивнул, и одноклассник начал рассказывать что-то о русской литературе, как я поняла по названию. Я совершенно не вникала в суть его рассказа, а просто слушала его приятный, бархатный голос. Он говорил так спокойно, размеренно. Его голос был таким тягучим, ласкающим слух…

Так, стоп. Что происходит?

— Мисс Кренстон, вам есть что добавить? — все обернулись в мою сторону.

Я что, при всех разглядывала Брэндона Хартера? Сама удивилась тому, как точно помнила имя одноклассника даже спустя три года.

— Нет, мистер Коулман, мне нечего добавить, — ответила я, встав из-за парты.

— Вы не изучали Достоевского в Лос-Анджелесе? — я услышала едва уловимое улюлюканье с соседних парт, и была этим задета.

— Изучали, только другое произведение, — твердо ответила я. — «Преступление и наказание», в прошлом году.

В этот момент я заметила, как Брэндон обернулся и бросил на меня удивленный взгляд. О господи, этот паршивец стал таким привлекательным. Теперь-то, здесь я могла разглядеть его в полной мере, в отличии от столовой. Он больше не носил очков, как в тот, мой последний день в школе. Парень изучающе посмотрел на мое лицо, затем едва улыбнулся и у меня кажется даже забилось сердце от того, насколько милой была его улыбка в этот момент. Все это длилось всего несколько секунд, после чего он отвернулся и снова опустил голову.

— Надеюсь к следующему занятию вы изучите еще и «Братьев Карамазовых», — добавил учитель.

Кивнув, я села за парту. Раздался звонок, и все стали выходить из кабинета. Этот парень даже не обернулся. Разве не нужно было хотя бы поздороваться с бывшей-новой одноклассницей в знак приличия? Я понятия не имела, почему мне так хотелось, чтобы он заговорил со мной. Наверное, следовало самой подойти к нему, если мне так хотелось вести с этим парнем светские беседы. Не то, что бы я была сильно высокомерной, хотя кого я обманывала. Я улыбнулась самой себе и покачала головой. У меня конечно были странные вкусы, но я бы сильно солгала, если бы не признала, что из милого мальчика-умника с первой парты получился привлекательный парень, который так же, как и в детстве, был помешан только на учебе.

Я пришла домой рано. Никаких дел не было, кроме желания сходить по местным магазинам, что собственно я и сделала, позвонив Джудит.

Мне казалось, будто я никогда прежде не бывала в Сантане-роу — местом торговом центре. Когда — то он казался мне гигантским. Сейчас же в сравнении с магазинами Лос-Анжелеса, он был не более чем большим универмагом. Сделав несколько обходов по местным бутикам, мы остановились в «Ютерке», где я присмотрела себе чудное мини-платье в чёрном цвете с гламурными пайетками.

— Как раз будет куда его выгулять этим вечером, — подмигнула Джудит, глядя на меня в зеркало примерочной. Я осматривала себя с ног до головы.

— О чем ты?

— Я думаю ты просто обязана сходить с нами в «Платину», — пояснила она. — Помнишь?

Как-то в сообщениях Джуд упоминала о ночном клубе, в котором они зависали последний год. Это было милое здание, больше напоминающее гараж, не такое фешенебельное, как я себе представляла, но достаточно комфортное, чтобы суметь расслабиться и повеселиться. Клуб, как мне объяснили должен был закрыться на ремонт, поэтому это была последняя возможность сегодня увидеть мне все воочию.

В центре танцпола, после нескольких танцев я заметила парня, которого не видела прежде в городе, и который не спускал с меня глаз.

— Привет крошка, — он приблизился ко мне вплотную, начав танцевать со мной в такт.

— Разве мы знакомы? — ответила я, отворачиваясь. Музыка становилась громче, от чего последние его слова я просто не расслышала.

— Я говорю, — громко добавил он у уха. Я вздрогнула и отшатнулась от него. — Меня зовут Мэтт. А ты Кристина, верно?

— Я настолько знаменита? — так же громко спросила я, но звуки басов перебивали мой голос, из-за чего парень лишь сделал недоумевающее лицо. Его, как мне показалось в клубном свете, зелёные глаза, были сужены в хищном прищуре, а сам он был достаточно симпатичным.

— Мэтт, может ты отодвинешься от меня? — улыбнувшись, попросила я, и сделала поворот. И эту секунду я почувствовала на себе все тот же пронзительный взгляд с другого конца зала: у барной стойки за мной наблюдал парень. Теперь-то я узнала Брэндона сразу: его изучающий взгляд был недолгим, заметив меня он сразу же отвернулся, но этого было достаточно чтобы по мне пробежали мурашки. Меня немного поразило, что такой заучка как он вообще ходит в клубы, тем более такие, как «Платина».

Мэтт Дженсен был нашим одноклассником, об этом мне рассказала Мэри, когда мы вернулись за столик. Блондин, с зелёными глазами был звездным квотербеком нашей команды «Вороны» и не часто радовал школу своим появлением. Даже сейчас он говорил о какой-то внезапной поездке с семьей заграницу. Когда Эм-Джей, а именно так его называли ребята, пригласил меня на медленный танец, я почему-то согласилась, посчитав правильным отделаться от назойливого внимания со стороны Джастина.

Песня Стинга ласкала слух, подняв голову я снова ощутила на себе пристальный взор. Брэндон был напротив, кажется он направлялся к выходу из клуба с каким-то парнем. Короткое столкновение наших взглядов — и я почувствовала нечто странное.

***

Утром нам отменили физику, и свободное время с подругами мы решили провести в спортивном зале. Парни-спортсмены готовились к матчу на улице, поэтому спортзал был в нашем полном распоряжении. В раздевалке я сняла свою одежду и быстро переоделась в спортивные топ и лосины.

— О, да ты в отличной форме, — приятный комплимент от Джудит. Я села на шпагат в зале, после чего услышала свист где-то вдали помещения. Разумеется, ведь помимо футболистов в школе еще учились и другие парни пубертатного периода, которые сейчас как раз смотрели на нас.

— Пусть смотрят, когда еще такое увидят, — пошутила Джессика. За два дня она произнесла всего несколько слов, и я была приятно удивлена ее высказыванию.

— Кстати — никогда, — поддержала шутку я.

Немного потренировавшись перед вечерним отбором, мы направились в раздевалку, а я прямиком в душ. Подсушив волосы полотенцем и переодевшись в чистую одежду, я вышла из раздевалки.

Направляясь к вендинговому аппарату за каким-нибудь напитком, я заметила приоткрытую дверь кабинета музыки. Взяв свой кофе, я незаметно подкралась ближе, услышав доносящуюся из кабинета, музыку. Ребята не заметили меня, и это хорошо, так как вряд ли я смогла бы спрятать эмоции, когда увидела, как мой одноклассник держит гитару. Точнее он играл на гитаре какую-то приятную мелодию, а я все стояла там и слушала. Я не знала, что он умеет так играть. Это было невероятно. Это было совершенно ненормальным изначально, но, когда он начал петь… Я перестала дышать, чтобы не пропустить ни одного звука.

— Что ты здесь делаешь? — Алиша подкралась сзади, слегка толкнув меня. Я не пролила кофе, но, наверное, была замечена ребятами из музыкального класса.

— Ребята неплохо играют, — сделав невозмутимое выражение лица, ровно ответила я. — Решила послушать, пока вы собираетесь.

— Наверное, — девушка разглядывала свой маникюр, пока наполнялся ее стаканчик кофе. — Наши не ходят в музыкальный класс, так что поверю тебе на слово. — Нам пора!

Ближе к вечеру мы снова собрались в спортзале, только уже для отбора. У нас была все та же учительница по физкультуре, по совместительству управляющая кружком чирлидинга. Когда-то я ей нравилась и сейчас это должно было пойти мне на пользу. В принципе даже без этого я была в хорошей форме, так как я занималась этим же и в группе поддержки в Лос-Анджелесе.

До меня выступили девять девушек, я была десятой по порядку. Мое выступление прошло отлично и сомнений насчет отбора у меня не возникало, поэтому я была достаточно спокойной, когда объявили мое имя. На секунду мне показалось, что Мэри была этому совсем не рада. Казалось, будто я начала занимать ее место неформальной королевы в школе. Раньше так и было, и все могло вернуться на круги своя. Джудит обняла меня первой, поздравив со вступлением в команду, а затем подошли Мэри и другие девушки.

Прорепетировав несколько номеров, мы стали собираться домой. Тренировок на сегодня было достаточно. Я вышла из раздевалки последней, сказав подругам, что пойду одна, так как самой нужно было забрать несколько книг. Когда я подошла к своему локеру и дернула его за ключ, из соседнего кабинета кто-то вышел. Я не ожидала здесь кого-то увидеть в такое позднее время и поэтому немного дернулась в испуге.

— Я, кажется, тебя напугал, — виновато протянул Брэндон. Я хотела сказать, что вовсе не испугалась или хотя бы вежливо кивнуть, чтобы не выглядеть высокомерной и странной, но внезапное появление Джастина рядом со мной отвлекло меня от этой мысли. Только его здесь не хватало.

— Крис, детка, а что ты здесь делаешь?

Брэндон мигом ринулся прочь, к выходу из школы, оставив меня наедине с Озборном.

— Кристина, — поправила я, отходя подальше от него. Парень оперился рукой о соседний шкафчик, нагло разглядывая меня. — Не люблю, когда мое имя сокращают в такой форме, как ты.

Я старалась быть вежливой.

— Я думал мне можно, — Джастин предпринял попытку коснуться моей щеки, но я отошла в сторону.

— Мы только сегодня снова познакомились, — ответила я на его выпады.

— Мы знакомы с детства, — возмутился он, закатив глаза. — И даже дружили.

— Это было давно, — добавила я. — И что скажет твоя девушка, когда узнает об этом?

— Ты о Мэри?

Я кивнула.

— Ну, мы просто друзья, — задумчиво ответил он. — Сама понимаешь…

— Конечно, вы просто друзья, — кивнула я и направилась к выходу.

Брэндон

Весь вечер я пытался сочинить что-нибудь, но вдохновение никак не хотело возвращаться. Немного поиграв с перебором, я понял, что толку сегодня от этого будет мало, и оставив это занятие, решил спуститься на первый этаж. Было почти девять вечера: мама суматошно неслась по кухне, очевидно, готовила мне ужин. Ее желание с детства опекать меня никуда не делось, и попытки объяснить ей, что бытовая инвалидность мне не грозила по крайней мере еще лет пятьдесят — никогда не увенчивались успехом.

— Мам, ты опоздаешь на работу, — протянул я, подойдя к кухонному островку. — Я сам что-нибудь себе приготовлю.

— Я сама так хочу, сынок, — мама не обращала внимания на мои слова. — И я не опаздываю, у меня еще полчаса до смены, сам знаешь, — добавила она. — Ты вчера тоже так говорил, и лег без ужина под утро. Так что пока ты не поешь, я никуда не уйду.

Я закатил глаза, но решил не спорить. Весь вчерашний вечер я провел в подвале, или же, уже своем импровизированном спортзале, в котором сделал ремонт прошлым летом. После никакого желания есть, пить или делать что-то еще у меня не было, и приняв душ я сразу лег спать.

— И ты так и не починил дверь кладовой у лестницы, — словно прочитав мои мысли, добавила мама. — Она все время скрипит и скоро развалится.

— Прости, мам, вылетело из головы, — честно признался я. Я взял вилку, показав маме, что действительно собирался ужинать и ей незачем так сильно переживать за сына. За своего уже взрослого сына. — Я сегодня все сделаю. Мама погладила меня по голове.

— Все, обещаю ничего не забыть, поесть и починить все, что нужно, — дожевав кусок стейка, ответил я. — Тебе пора, — показал я на часы.

Помыв тарелку и разложив все по местам, я принялся чинить петли в двери. Много времени это не заняло, даже стало стыдно, что я не уделил этому внимание еще вчера.

Уже утром, по дороге в школу я встретил Сэма — своего одноклассника, с которым мы готовили проект по информатике. Он рассказывал мне о каких-то девчонках, с которыми познакомился на летних каникулах, а потом в клубе, но я с первых же слов понял, что все это было не более, чем простой фантазией. То есть, большая часть рассказа была сильно преувеличена.

— Поверю на слово, — ответил я и скорчил гримасу. Мы как раз почти дошли до школы.

— Мне сейчас нужна любовь во всех ее проявлениях, — с грустью протянул Сэм. — Тебе не понять, — ударил он меня по плечу. — Ты подкачался за лето, что ли?

Я промолчал.

— Ты знаешь, друг, я тебе даже завидую, — сказал одноклассник, когда мы дошли до вестибюля. Мне нужно было достать пару тетрадей из шкафчика. — Мне бы хоть капельку твоего безразличия ко всему происходящему.

— Ты это о чем? — я едва подавил смешок, заперев локер на ключ.

— Как на тебя вчера смотрели те девчонки из музыкального класса, — ответил он. — Ну, когда ты запел.

— Тебе показалось, — резко ответил я.

— Как знать. Кстати о безразличии, — парень снова слегка хлопнул меня по плечу, глядя в сторону. Послышались восторженные вопли и свист. — Ты просто посмотри туда.

Развернувшись я увидел девушек из группы поддержки и местных качков, окружающих со всех сторон нашу новенькую. Девушка была одета в спортивный костюм чирлидерш — короткую красную юбку в складку с черными полосками и короткий топ в тон с надписью «Crows» на груди. Так называлась футбольная команда школы. Я нисколько не сомневался, что по приезде сюда Кристина обязательно вступит в группу поддержки. Она несколько раз покрутилась, чтобы, как я понял, продемонстрировать свой новый костюм всем своим друзьям. И чтобы такие как я поняли, что им ничего не светит.

Кристина приехала в Саннивейл несколько дней назад. После ее отъезда в Лос-Анджелес, я решил, что быстро забуду ее, ведь детская влюбленность — это что-то само собой разумеющееся и быстро проходящее. Так и было, и я практически не вспоминал о ней все эти годы, точнее старался не вспоминать, но ее приезд в родной городок все изменил. Вот уже третий день ее обсуждали все, даже преподаватели, а в первый день это и вовсе было темой номер один.

— И что? — безразлично спросил я, стараясь сдерживать свои эмоции. Я бы солгал, если бы сказал, что меня не волновало ее присутствие. Еще как волновало, ведь стоя здесь, посреди огромного холла среди большого количества учеников я думал лишь о том, как она похорошела. Как ей шла эта форма и как бы я хотел коснуться хотя бы пряди ее волос, которые стали еще длиннее и прекраснее.

— За идиота меня держишь? — подшутил друг. — Я же вижу, как ты на нее смотришь. С того самого дня, как она приехала.

— На нее все смотрят, — ответил я, бросив на него недовольный взгляд.

— И ты тоже, — тихо засмеялся он. — И я тебя не виню, друг, у тебя прекрасный вкус, на нее невозможно не смотреть. Любой здоровый мужчина бы посмотрел, — Сэм приложил ладонь к груди.

— Она просто привлекает к себе слишком много внимания, — закатив глаза, монотонно проговорил я. Скорее самому себе, нежели Сэму.

— Ну, есть к чему, — Сэм пристально разглядывал Кристину. Мне это совсем не понравилось. — Она хороша, да и форма эта на ней как-то по-особенному сидит что ли.

— Так же, как и на других, — огрызнулся я, направляясь в кабинет математики. — У них в группе поддержки все девушки красивые.

Мне не хотелось обсуждать с Сэмом Кристину и мое отношение к ней. Я услышал ее голос спустя секунду, и понял, что она тоже шла в кабинет за мной. Позавчера я весь вечер думал о ней и не мог нормально сконцентрироваться на своих делах. Я столкнулся ней в клубе, точнее увидел, как она танцевала там с местным крутым парнем, и решил весь остаток своего злосчастного вечера пропотеть на тренажерах, чтобы выплеснуть свои эмоции наружу. Это девушка определено была не для меня.

Перед физкультурой мы направились в столовую на обед, хотя желания есть практически не было. Необходимо было доделать несколько дел, в том числе и связанных с проектом, а для этого нужно было как можно раньше забежать в информационный класс.

— Богатенькие идиоты, — пробубнил Сэм с набитым ртом. Я поднял голову, чтобы понять о ком он, хотя это было понятно без слов. — Почему некоторым так везет? — добавил он. — Посмотри вон на этих придурков Озборна, Монтгомери, Дженсена. Богатые, красивые…

— И умные, — пошутил я. Сэм поперхнулся.

— Да пошел ты! Самые красивые девчонки рядом с ними…

— Ты тоже хочешь? — ухмыльнулся я. Сэм ругнулся себе под нос.

Я снова посмотрел в сторону местной элиты и увидел Кристину. Она улыбалась, глядя на Джастина. Одноклассник что-то рассказывал им всем, девушки тихо смеялись, а она еще и прикрывала ладонью рот. Так же, как и раньше, когда мы были детьми.

— Я иду в информационный класс за одним файлом, ты со мной? — отвлёкшись от своих ненужных мыслей, я позвал Сэма. Друг покачал головой в знак протеста.

Мы с Сэмом разрабатывали проект еще с весны, летние каникулы были своего рода передышкой, и тем более мне нужно было сосредоточиться на поступлении. Достав нужный файл с главного компьютера, я направился прямиком в спортивный зал. Я не любил заниматься физической культурой в школе из-за чрезмерного контроля со стороны физрука.

Быстро переодевшись в спортивные шорты до колен и толстовку, я вошел в зал. Вот-вот должен был раздаться звонок, но пока в спортзале было пусто. Спустя минуту помещение было заполнено людьми: у ребят начиналась игра по баскетболу, в которой мне тоже предстояло принять участие.

Наклонившись у скамьи, чтобы завязать потуже шнурки на кроссовках, я заметил, как в зал забежали чирлидерши. Кристины с ними не было. Она вошла последней вместе с их тренером, очевидно, у них был серьезный разговор, потому что всю дорогу девушка молча слушала мисс Грант, а в самом конце просто кивнула.

Я встал в нужную позицию, и наша игра началась. Назойливых футболистов сегодня не было, перед ближайшим матчем они все время проводили на футбольном поле вне спортивного зала. Девушки из группы поддержки танцевали недалеко от нас, но во время игры их было не видно, лишь агрессивные кричалки и блестящие помпоны, изредка мельтешащие перед глазами, выдавали их присутствие.

Мы сделали небольшой перерыв, я подошел к скамье за бутылкой воды. Сделав глоток, я посмотрел в сторону где танцевали девушки. С этого ракурса они находились ближе ко мне и поэтому, как бы я не пытался не смотреть, мой взгляд все равно останавливался на Кристине. Эта форма ей действительно шла кажется больше, чем другим девушкам, хотя они все были красивы. Кого я пытался обмануть, ведь я не мог оторвать свой взгляд от ее тела, от изгибов и от того, как она двигалась.

За эти годы она сильно изменилась, округлилась там, где надо, стала более точеной, женственной. Да и я уже не был тем подростком как раньше, теперь вся моя сущность при виде нее просилась наружу. Я сделал еще пару глотков, чтобы охладиться, отвлечься и забросить наконец эти новые мысли куда подальше. Это было совершенно ненормально, это было так ново и безрассудно для меня.

Девушки планировали собраться в высокую пирамиду или как это у них называется. Кристина должна была стоять на самой верхушке, а затем все произошло как в замедленной съемке: кто-то из среднего ряда дернулся, в связи с чем не удержав равновесие Кристина начала стремительно падать вниз. Даже не понял, как это случилось, видимо у меня была достаточно хорошая реакция, ведь действовал я незамедлительно: я просто бросился в их сторону, и поймал девушку на руки. В зале наступила гробовая тишина. Мне казалось, что в ту секунду всем было слышно, как сильно бьется мое сердце. Адреналин в крови нереально зашкаливал, я едва сумел перевести дыхание. Кристина так же, как и я не двигалась, находясь в моих руках. Мы смотрели друг другу в глаза несколько секунд, казалось, будто мы увидели друг друга впервые.

— Ты в порядке? — тихо спросил я.

— Пусти, — прошептала она. Я стоял с нею на руках несколько секунд как вкопанный, и мне было совершенно наплевать, как это выглядело со стороны. Придя в себя, я наконец ощутил, какая у нее нежная кожа, ведь одна моя рука находилась на ее бедрах, а другая касалась оголенного участка тела на талии. Девушка часто дышала, отчего ее грудь то поднималась, то опускалась, из-за чего я автоматически бросил взгляд в вырез ее топа. Не нужно было этого делать. Меня словно парализовало. Кристина слегка дернулась в моих руках и лишь тогда я осторожно опустил ее на пол. К ней подошли подруги и тренер, а я просто мигом направился в другую сторону, где на меня смотрел ошарашенный Сэм.

— Охренеть у тебя реакция, — ругнулся друг. — Как ты поймал эту цыпочку, чувак, я твой фанат!

Я наконец-то выдохнул.

По пути в вестибюль Сэм задавал мне кучу идиотских вопросов, на которые я предпочел не отвечать.

— Отвали, — сдался я. — Я стоял рядом, и мне было несложно, — отмахнулся я.

Да по сути это ведь действительно было ерундой, любой бы на моем месте сделал то же самое. Только вот я действительно испугался за Кристину. Она стояла достаточно высоко и в случае, если бы меня не оказалось рядом, могла повредить себе что-нибудь.

— Ой не заливай, — с сарказмом ответил Сэм. — Сам небось на седьмом небе. Теперь ведь эта красотка просто обязана отблагодарить своего рыцаря, — Сэм вел себя как озабоченный подросток. — Может она теперь подарит тебе сказочный поцелуй там с языком или что-нибудь еще там не менее сказочное…

— Прекрати, — предупредил я, а у самого все сжалось от этих пошлых высказываний друга. Отвратительно.

— Ты знаешь, я даже рад, что это случилось, — Сэм размышлял вслух. Я сделал удивленное лицо, посмотрев на друга. — Ты оказывается у нас избирательный. Сколько я тебя знаю — ты ни на кого никогда не смотрел, а тут вон оказывается, какие цыпочки тебя цепляют. Я рад, что ты не голубой и…

— Заткнись, — не дав другу договорить, я сильно толкнул его в плечо. Поскользнувшись, Сэм ехидно рассмеялся. — Хватит об этом!

Сэм еще говорил что-то мне в след, но я его не слушал. Все-таки кое-что после его слов меня все же задело и как бы я не хотел не думать — мысли были неизбежны. Кристина действительно не сказала мне даже простого «спасибо». Она вообще со мной не говорила и игнорировала каждый раз, когда мы пересекались. Собственно, так же, как и других, но от этого мне не становилось легче. После физкультуры я ее больше не видел, хотя другие ее подруги периодически мелькали в холле. Джастина тоже не было в школе, отчего я решил, что вероятнее всего, они уехали куда-то вместе. В этот момент я понял, что все встало на свои места, как и должно было быть.

Кристина

— С тобой все в порядке? — Джудит коснулась моего плеча. Немного кружилась голова. Я посмотрела на Брэндона, но он этого уже не видел, так как стоял спиной к нам и говорил с кем-то из ребят. Потом они и вовсе скрылись из виду, вероятно, вышли из зала. Все девушки, в том числе и тренер собрались вокруг меня. — Не стоило без подготовки становиться на вершину…

— Мисс Грант сказала, что это важно, — я сглотнула, почувствовав недомогание. Тренер кивнула, а затем отошла в сторону с журналом. — Мэри не будет еще несколько дней, а ты повредила лодыжку на прошлой тренировке…

— Да, но все же… — подруга посмотрела по сторонам. — Хорошо, что этот парень был рядом и спас тебя от синяков.

— Не то слово, — протянула я, и взяв полотенце, направилась к раздевалке.

Открыв кран, я протянула руки к напору холодной воды. Хотелось умыться и прийти наконец в себя и избавиться от недомогания. Сердце все еще билось, будто все это произошло только что, а не десятью минутами ранее. Все-таки, это было так странно. Все это падение и то, как именно этот парень поймал меня. Признаться, мне это даже понравилось. То есть, я не была сумасшедшей, но мне понравилось находиться в его руках. Это было очень непривычно и так чертовски волнительно, и я точно была уверена в том, что он был взволнован не меньше меня. Не только потому, что он спас от падения популярную девушку в школе, нет. Мне показалось, будто он переживал в эту секунду. Мысль о Брэндоне вытесняла остальные в моей голове, и с этим определенно нужно было завязывать, чтобы не испортить себе репутацию.

Внезапно я ощутила боль внизу живота: очевидно, большие физические нагрузки в критические дни мне все же были противопоказаны. Видимо, с этим и было связано мое недомогание и внезапная потеря координации в достаточно простом для меня упражнении. Приведя себя в порядок, я вышла из раздевалки и направилась прямиком за кофе, который, как на удивление неплохо готовила школьная кухарка.

— Твой латте на соевом молоке, — протянула она, улыбаясь. Я кивнула.

— Я слышала, ты чуть не упала с пирамиды во время тренировки, — внезапно ко мне подошла Джессика. Она единственная из нас не состояла в группе поддержки. — Жуть какая…

— Да, но меня вовремя спасли, — я сделала глоток из бумажного стаканчика. Мы сели за ближайший столик у выхода. — Ну, поймали точнее, — и я уткнулась в телефон, на который пришло сообщение.

— Опасные у вас танцы, я всегда знала, что рано или поздно кто-нибудь упадет, — добавила она. — Хорошо, что Брэндон был рядом, он молодец.

Хватит уже о нем.

— Ты хорошо знакома с ним? — сделав максимально незаинтересованное лицо, спросила я. Вроде как я никогда не видела, чтобы они хотя бы здоровались. Хотя, я сама то тут находилась всего несколько дней.

— Ну конечно, — ответила подруга, параллельно листая учебник по философии.

Конечно, они были хорошо знакомы, ведь очевидно, что из нас всех серьезнее всех к учебе относилась Джесс. Так же, как и Брэндон. Я училась неплохо, но даже близко не дотягивала до их уровня.

Что еще могло их связывать кроме учебы? Конечно, они подходили друг другу, и вполне могли быть парой или же… Она просто могла ему нравиться, ведь она была такой умной, сдержанной. Неожиданно я ощутила что-то странное, похожее на легкий укол ревности. Смешно ревновать Брэндона к своей подруге.

— Что значит «ну конечно»? — поставив пустой стаканчик на стол, спросила я. Было похоже на допрос, но ведь Джесс была моей подругой и я могла задавать ей подобные вопросы.

— То и значит, — безразлично ответила она. — Я хорошо знакома с НАШИМ одноклассником. — сделав акцент на предпоследнем слове, ответила Джессика. — Еще мы занимались вместе в музыкальном классе, пока мне не пришлось бросить это дело. Ну, мои родители хотели, чтобы я подтянула естественные науки, сама понимаешь…

На этом разговор перешел на нейтральные темы, пока к нам не подошли другие девушки. Я все еще не очень хорошо себя чувствовала, и попрощавшись, удалилась из столовой. Желания идти на оставшиеся уроки не было и сославшись на свое недомогание, я отпросилась у мистера Коулмана и пошла домой.

Я пыталась избавиться от мыслей об этом парне, но ничего не выходило. Глубоко выдохнув, я раскинула руки в сторону и уже на протяжении минут десяти смотрела в потолок. Точнее, разглядывала люстру в своей спальне. Я лежала и думала о том, что произошло сегодня на физкультуре. О том пронзительном взгляде Брэндона. Кстати, у него красивые глаза, карие с золотистым отливом. Я была уверена, что он практически пожирал меня этими глазами. Потом я прокрутила в голове разговор с Джессикой в столовой, и с каждым разом находила какие-то скрытые интонации в ее речи. Возможно, они все-таки нравились друг другу.

Выдохнув, я потянулась к комоду, на котором лежал мой мобильный. Джастин приглашал нас в кино этим вечером: это было отличной возможностью развеяться и забыть о всяких глупостях. Переодевшись из пижамы в джинсы и короткий кроп-топ с рукавами, я вышла из дома. Осенние вечера еще были достаточно теплыми, чтобы не брать с собой верхнюю одежду.

Джастин стоял у кассы, пытаясь купить билеты на ближайший сеанс. В кинотеатре шли «Мстители»: я не была фанаткой франшизы, единственное что мне нравилось в этом фильме — это Капитан Америка в исполнении Криса Эванса, ради которого, собственного, я и пошла в кино. Все же, для просмотра в компании друзей подобные фильмы были отличным решением. Еще я вспомнила, что любила здешний попкорн и не раздумывая побежала за ним к стойке с едой и купила его в большом объеме. Так же, как и в детстве. Затем я достала телефон из кармана джинсов и набрала сообщение Джудит. Ответа не последовало, и спустя несколько минут мы с Джастином вошли в зал. Запах кинотеатра в Саннивейле, такой специфический с нотками карамели, которую добавляли в попкорн, всегда вызывал во мне приятные воспоминания о детстве. Сев за свое место, я глубоко выдохнула, почувствовав умиротворение. Фильм шел около трех часов, и уже ближе к середине я окончательно убедилась в том, что никакие друзья к нам не присоединятся.

— Ты что, обманом притащил меня на свидание? — скептически подняв брови спросила я, когда мы вышли из зала после сеанса. От Джудит пришло несколько сообщений с большим количеством вопросительных знаков. Она не знала ни о каком кино, разумеется так же, как и другие.

— Мы ведь отлично провели время, — Джастин потянул меня за талию к себе, за что я, оттолкнув, слегла ударила его по руке. Ссориться не хотелось, однако факт того, что меня обманули как идиотку — меня разозлил. — Да брось, детка, зачем нам эта толпа!

— Спасибо тебе за вечер, но это не свидание — отрезала я, сложив руки в благодарственном жесте. — Послушай, Джастин, ты нравишься Мэри и мне не нужны неприятности с близкой подругой, сам понимаешь…

Сказав это, я отошла в сторону и направилась к выходу из кинотеатра, показывая Джастину серьезность своих намерений. О том, что он нравился Мэри я узнала от Алишы в первый же день, и это хорошо, так как мне вовсе не хотелось ругаться с подругой из-за какого-то парня. Даже из-за красавчика школы. Хорошо, что ее симпатия не была ни для кого секретом. Очевидно, со стороны Мэри это было игрой в одни ворота, и парень уже подбивал клинья под меня, как и раньше. Мне все равно не хотелось об этом думать в этот вечер. Конечно мне это немного льстило, но все же у меня еще сохранились маломальские принципы воспитанной леди и хорошей подруги.

Я пришла домой ближе к десяти, и судя по выключенному свету, все уже легли спать. Я практически не говорила с мамой все эти дни, и она тоже не проявляла особого интереса к моей персоне. За последние годы мы значительно отдалились друг от друга, особенно после того случая в позапрошлом году. Вспоминать об этом не хотелось.

Приняв душ и обмазавшись успокаивающим маслом для тела, я все же постаралась уснуть. Не получалось. Я все думала о том, как пошла с этим идиотом Джастином в кино. Он был не самым умным парнем из моего окружения, но, зато, наверное, самым красивым. Может все-таки стоило дать ему шанс? Нет, это было мерзко по отношению к Мэри даже для меня, по крайней мере сейчас.

Такс, мне нужно спать.

Перевернувшись на бок, я закрыла глаза. Аромат лаванды хорошо действовал, и я уже почти заснула, но тут мне зачем-то снова нужно было вспомнить об этом паршивце Хартере. На часах было почти два ночи, но я все никак не могла уснуть. Почему-то именно ночью в голову лезут странные, совершенно неуместные мысли. Я лежала и думала о том, как руки Брэндона касались моих бедер на физкультуре, и о том, какими приятными были они наощупь. Уткнувшись в подушку, я жалобно застонала. Видимо, мне не хватало острых ощущений, раз подобные мысли вызывали во мне идиотский трепет.

Утро началось с сообщения в групповом чате наших подруг. Мэри шла на поправку после сильного отравления, однако ей были противопоказаны физические нагрузки и в ближайшие дни она все еще оставалась дома.

— Это все из-за таблеток, — сказала Джудит. Я удивленно посмотрела на нее. — Ее мама помешана на ее фигуре, — пояснила подруга. — Хочет сделать из нее звезду или что-то в этом роде, вот и пичкает ее таблетками для похудания.

— Но Мэри никогда не было склонна к полноте, — добавила я, недоумевая. Помнится, проблемы с лишним весом преследовали только Джессику, но ей было откровенно наплевать на это, ведь ее единственной мечтой было поступить на медицинский и стать врачом. — Зачем миссис Де Ла Круз все это?

Джудит покачала головой. Закрыв свой шкафчик, я направилась вслед за подругами в аудиторию.

Мне начинало казаться, что я совсем не знаю Мэри. Раньше мы вчетвером хорошо проводили время, и я думала, что знаю о подругах все. Если хорошо подумать, то за три года мой характер и личные аспекты тоже претерпели изменения. Отогнав мысли прочь, я подняла голову и взглянула за монитор компьютера. Брэндон вошел в компьютерный класс с каким-то парнем, кажется я видела его с ним вчера. Стоило поблагодарить своего одноклассника за вчерашнее, несмотря на то, что любой на его месте сделал бы, наверное, то же самое. Сделал это именно он, и не хотелось быть такой невежливой. Парень сел за первый компьютер в третьем ряду справа от меня, даже не взглянув в мою сторону.

— Поздравляю всех с началом нового семестра, — поприветствовал мистер Ортега.

Первое занятие было вводным, я понимала не все, но все же имела представление о том, что мы изучали. Оставалось около пяти минут до конца урока, когда учитель попросил нас всех выйти из программы.

— Итак, у нас в классе новенькая студентка, — сказал он, держа в руках журнал. Учитель что-то читал в нем, не глядя на нас. — Вы изучали данный язык программирования в прошлой школе?

— Да, но не так подробно, — замялась я, встав из-за парты. Признаться, я почти солгала.

— В Лос-Анджелесе другая программа, — добавил он, наконец взглянув на меня. — Однако, не забывайте, мисс Кренстон — мы в центре Кремниевой долины, — продолжил он. — Поднаверстать придется.

— Я поняла, — натянуто улыбнувшись, села я.

— Вот и отлично, — мистер Ортега снова взглянул в нашу сторону. Он выглядел задумчиво. — Мистер Шарма, — обратился он к парню, сидевшему рядом с Брэндоном. — Вы уже достаточно подготовлены, чтобы наконец вести свой собственный проект без помощи мистера Хартера. Вы не будете работать вместе. Я сам вам помогу, если понадобится помощь.

— Я буду работать один? — спросил Брэндон. Учитель задумчиво кивнул. — Простите, но мне нужен ассистент, — возмутился он.

Не думала, что он умел злиться.

— Сэм, — осекся он. — Точнее мистер Шарма был моим ассистентом все каникулы.

Я скорчила лицо. Какой же он все-таки зануда. Казалось, будто мистер Ортега его вовсе не слушал, и все продолжал смотреть в классный журнал.

— Знаю, знаю, — монотонно проговорил учитель. — И знаю, кто из вас двоих делал всю работу, и так же, что вам в принципе не нужен ассистент, — после слов учителя, Брэндон прочистил горло. — Мистер Шарма будет готовить проект с мисс Свонсон, тем более у меня уже есть парочка наработок, так что, вам обоим не будет сложно, — он посмотрел на Сэма и Джудит.

Джудит была удивлена не менее моего.

— Простите, но я думала, что я буду готовить проект с Кристиной, — объяснила Джудит. — Нам вдвоем будет проще со всем этим.

Я кивнула, взглянув на учителя.

— Нет, вообще-то такие решения здесь принимаю я. — прервав нас, продолжил мистер Ортега. — Мистер Хартер, — обратился он к Брэндону. — Вашим ассистентом по проекту будет мисс Кренстон, как раз подтяните ее по предмету.

Что?

У меня по телу пробежало полчище мурашек. Что он только что сказал? Это значит, что мы будем заниматься с этим парнем еще и вне уроков. Вместе.

— Сэр, — встрепенулся Брэндон, практически выходя из-за парты. Никогда за последнюю неделю не слышала столько взволнованных нот в его голосе. — Но этот проект очень важен для меня, вы не можете поставить меня в паре с тем, кто в этом совсем не разбирается…

Он что, только что практически оскорбил меня?

— Могу, если это касается самого успевающего студента, — сказал учитель. — Вы поможете мисс Кренстон с предметом, и защите ваш уже совместный проект.

— Если мистер Хартер так боится за свой проект, — высокомерно протянула я, глядя в его сторону. Нужно было спустить его с небес на землю. Я старалась не выглядеть оскорбленной, хоть и была возмущена. Но даже сейчас он не взглянул на меня. — То я не хочу создавать ему неудобств, мне нет разницы, с кем готовить проект, — безразлично добавила я.

Брэндон все же обернулся после моих слов и соизволил посмотреть на меня. Кажется, он был чем-то подавлен. Учитель еще раз добавил что-то по поводу того, что его решения не обсуждаются, после чего одноклассник обреченно выдохнул. Чертов задрот, возомнивший себя самым умным. Прозвенел звонок, и он незамедлительно вышел из аудитории, не дождавшись своего друга. Как он посмел игнорировать меня?

— Привет, — послышался голос Сэма. — Парень смотрел на Джудит, робко краснея.

Я закатила глаза и тоже вышла из компьютерного класса.

— Этот придурок решил, что я совсем тупая? — я агрессивно складывала тетради в шкафчик в фойе.

— Кто, Брэндон? — Джудит смотрела в зеркало, поправляя свою прическу. — Да забей, он наверняка, как и другие просто запал на тебя, — безразлично протянула она.

— С чего ты взяла? — удивленно взглянула я на подругу. Непроизвольно застучало сердце.

— Ну даже с того, как он смотрел на тебя вчера на физкультуре, — отмахнулась она. — Да и не все ли равно? Он, конечно, красавчик, в отличии от других его дружков-ботанов, — безразлично протянула Джудит. Я почти поперхнулась. Она назвала его красавчиком? — Но когда это тебя заботили слова всяких гиков?

— Даже если и так, — добавила я, стараясь держаться безразлично, — Как он посмел вести себя так по отношению ко мне?

— Возможно этот проект очень важен для него, — размышляла подруга. Мы уже были в столовой. — Обычно он немногословен, наверное, просто попал в непривычную для него ситуацию. А может просто не хочет делать с тобой уроки, — посмеялась она. — Хотя это вряд ли…

Он проигнорировал меня и это меня злило. Наверное, мне было мало всеобщего внимания. Это было не в моем стиле, но первая мысль Джудит о том, что он запал на меня — вызвала во мне идиотское волнение. Несмотря на это я не могла простить ему того, как он при всех высказывался обо мне, точнее прямо намекнул на мою несмышленость. Если утром я хотела его поблагодарить за чудесное спасение на физкультуре, теперь же об этом не было и речи.

Вот только теперь мне действительно пришлось бы заниматься с ним программированием, а учитывая мое не самое лучшее положение, для поступления в Гарвард мне жизненно необходимо было подтянуть учебу, свой средний балл, а значит и информатику в том числе. Стало катастрофически не хватать воздуха, когда я представила сколько времени мне придется проводить с парнем, который настраивал мои мысли на непонятную мне волну. С этим паршивцем, который посмел высказать свое недовольство в адрес моей персоны при всех на уроке. Другие бы умерли от счастья, даже его друг Сэм растекся как мороженое, когда ему в пару поставили мою подругу. Только не он.

Я обернулась и встретилась с ним глазами. Спустя мгновение он отвел взгляд, но я была уверена, что он смотрел на меня гораздо дольше секунды до того, как я повернулась. Что ж, этот парень не заслуживал ни моего внимания, ни моих мыслей.

— Привет, мальчики — улыбнувшись своей фирменной улыбкой, я подсела за стол к футболистам напротив.

Почему бы, собственно и нет? Ребята за столом замолчали.

— Как продвигается ваша игра? — кокетливо улыбнувшись, я вытащила один ломтик картошки-фри из подноса Джастина. Кажется, парень тоже не понимал, что происходило.

Бросив едва уловимый взгляд в сторону Брэндона, я продолжила задавать различные глупые вопросы футболистам. Обычный светский треп, не более. Я должна была выжать максимум из последнего учебного года в этом городе, и какой-то неудачник с первой парты не должен был становиться помехой на моем пути.

Брэндон

Мне было стыдно за свое поведение на информатике. Стоило промолчать, ведь несмотря на то, что проект был важен для меня, мне было бы несложно работать в паре с Кристиной.

Мистер Ортега объединил нас в пару на информатике, и я бы солгал, если бы сказал, что не был этому рад. Когда он объявил об этом на уроке, я чуть не провалился сквозь землю. Мое сердце готово было выскочить из груди, а мысль о том, что я буду проводить огромное количество времени наедине с такой красивой девушкой как Кристина — вызывала во мне трепет. Кажется, я все испортил, когда, среагировав, промямлил что-то несвязное про важность проекта. Все для того, чтобы скрыть свое бешеное волнение. Теперь я понятия не имел, что мне делать с этой информацией и ситуацией в целом.

Она игнорировала меня весь день, впрочем, как и всегда.

— Ты на нее запал, — проговорил Сэм, засовывая в рот трубочку со сгущенкой.

— Что? — отвлекшись от своих мыслей, спросил я.

— Ты запал на Кристину, — пробубнил он, дожевывая лакомство. — Никогда тебя таким не видел. Не можешь отвести от нее взгляда.

— Я не смотрел на нее, — стараясь выглядеть спокойным, отрицал я. В этот момент она улыбалась, прижимаясь к этому идиоту Озборну.

— Я не собираюсь с тобой спорить, но тебя отлично знаю, — добавил друг. — Боишься остаться с ней наедине, поэтому болтал что-то на уроке.

— Я не хочу тратить на нее свое свободное время, — грубо ответил я.

Черт, еще как хочу.

— Ты дурак, раз говоришь такое о девушке, — Сэм покачал головой. — Расслабься, нам с тобой повезло с такими красотками, а ты сидишь кислый. — Эта Джудит, ее подружка — огонь, я просто счастлив, — Сэм равнодушно вздохнул, посмотрев на меня, — Знаешь, из нас двоих — ты больший задрот, чем я.

Как будто я этого не знал. Даже сейчас, она так легко улыбалась всей футбольной команде. Внезапно я поймал очередной приступ ревности и ощутил жжение в груди. С каждым днем рядом с ней я ощущал себя все хуже и хуже. Что бы я чувствовал, если бы она улыбалась мне так же, как и этим ребятам? Почему она была такой недосягаемой для меня?

Тем не менее, мне нужно было поговорить с ней, ведь после того, что я сказал на информатике, вероятность того, что она подошла бы ко мне первой была равна нулю.

Кристина стояла в вестибюле у шкафчиков в окружении своих подруг. Сегодня на ней не было формы чирлидерши, она была одета в короткую синюю юбку в складку и обтягивающую белую кофту. Не знаю, как девушки называют такие кофты с огромным вырезом, которые подчеркивают все изгибы. Набравшись смелости, я все же подошел к ней. Девушка стояла ко мне спиной.

— Кристина, — протянул я. Девушки замолчали. Спустя секунду она наконец повернулась, а затем посмотрела мне в глаза с вызовом. — Нам нужно поговорить насчет наших занятий.

Девушка скрестила руки на груди, отчего вырез ее кофты опустился ниже. Я отвернулся, чтобы случайно на задержать свое внимание на этой части ее тела. Надеюсь, она этого не заметила. Послышался тихий смешок.

— Говори, — отрезала она. — Я слушаю.

— Я сегодня освобожусь к четырем часам, — промямлил я, озадаченный ее стойким тоном. — Мы можем начать здесь, компьютерный зал будет свободен, если ты конечно не будешь занята в это время, или же, можем пойти ко мне домой…

Зачем я вообще предложил ей пойти ко мне?

— И я не отвлеку тебя от твоего важного проекта? — съязвила она. Кристина была настроена враждебно. Вот черт.

— Этот проект, — замялся я. — Извини, я не то имел в виду на уроке…

Девушка сузила глаза в подозрительном прищуре.

— Если ты настаиваешь, то я приду, — непоколебимо ответила она, все так же прожигая меня своим взглядом. — Приду к тебе домой.

Признаться, я был немного растерян. Я раньше практически не говорил с ней, мы даже не смотрели друг на друга. Даже вчера, после того случая в спортзале мы не обмолвились и словом, хотя тогда у нас был повод. Этот диалог можно было назвать прогрессом в наших отношениях. Если их можно было назвать отношениями. Может, она действительно не была такой, какой казалась мне и не было смысла придумывать ей загадочное амплуа? Скорее всего в ней не было ничего таинственного, как мне иногда хотелось думать и сейчас она просто максимально вежливо ответила однокласснику, с которым ей приходилось заниматься совместным проектом.

На самом деле никаких важных дел до четырех часов у меня не было. Потерянный от предстоящей встречи, я лихорадочно складывал вещи по полкам в своей комнате, параллельно разбирая все необходимые файлы на компьютере. Я собирался взять с собой ноутбук на первый этаж, ведь не было никакого смысла сидеть с Кристиной в своей спальне. Мысль о ней в своей спальне сжимала все мои мышцы. Было уже почти пять часов, но ее все не было. Спустя еще час, поняв, что скорее всего она не придет и все это было не более чем издевкой надо мной, я поднялся к себе в комнату.

Запустив пальцы в волосы, я прикрыл глаза и откинулся в своем кресле. Я думал о ней. Так тяжело было видеть ее каждый день, и понимать, что она вероятно никогда не посмотрит на меня так, как бы я этого хотел. Может, стоило хотя бы попытаться? Нет, это было плохой идеей. Угораздило же меня запасть на самую недосягаемую девушку.

Внезапно послышались голоса на первом этаже. Судя по всему, кто-то явился к нам в гости, и учитывая столь поздний час это могла быть наша соседка миссис Эткинс из дома напротив. Я мысленно пожалел маму. После тяжелой смены ей, наверное, меньше всего хотелось проводить свое свободное время с этой милой, но достаточно занудной дамой.

Как я и думал — Кристина не пришла в этот день ко мне домой. Неужели я надеялся на то, что наши с ней занятия пройдут на спокойной волне? Моя мысль о том, что я даже не пытался сделать что-нибудь чтобы подружиться с ней теперь тоже потерпела поражение. Она бы этого и не захотела.

Утром, дойдя до вестибюля, где обычно девушки собирались всей своей компанией, я все же решил подойти к ней. Было шумно, в коридоре находилось огромное количество снующих студентов, опаздывающих, судя по времени, на уроки.

Девчонки были там же, где и вчера, когда я пригласил Кристину к себе домой. Сегодня она тоже стояла спиной ко мне, только уже в их спортивной форме и рассказывала что-то, активно жестикулируя.

— Привет, — поздоровался я со всеми. Кристина повернулась, прекратив свой рассказ. Увидев меня, девушка наигранно улыбнулась.

— У тебя были важные дела вчера? — спросил я, стараясь не выдавать своего волнения. Я был зол, но по сути и не ожидал от нее чего-то другого.

— Прости, милый, мне было не до тебя, — равнодушно ответила она, сделав виноватое лицо. После этого мне захотелось ее придушить.

— Но я ждал тебя вчера весь вечер, — настойчиво сказал я. — Ты сказала, что придешь ко мне, могла бы предупредить.

— Но ты сам виноват, — она прервала меня, сделав наигранно-задумчивое лицо. — Я сказала, что приду, но не сказала, когда.

— Но… — я уже был на пределе, но старался сдерживать свои эмоции под контролем, — Когда ты сможешь прийти?

Кристина подошла ко мне вплотную, застав меня врасплох.

— Я скажу мистеру Ортеге, что ты забил на мое обучение, — прошептала она над моим ухом так, что после этих слов меня будто ударило током. — Так что, просто впиши мое имя в проект, и мы все будем счастливы, и я никому ничего не расскажу. Ты ведь справишься и один, я в тебя верю! — и развернувшись, она направилась в сторону аудитории.

— Почему ты так мерзко себя ведешь? — не сдерживаясь, громко сказал я. Несколько людей, стоящих рядом, услышав мою фразу замерли в ожидании.

— Что? — Кристина снова повернулась в мою сторону и удивленно посмотрела на меня своими большими голубыми глазами.

— Я обещал помочь тебе с предметом, а ты вынуждаешь меня обманывать человека, который поручил мне это, — надломленным голосом ответил я. Не дождавшись ее ответа, я отошел в сторону и направился в аудиторию.

Я не собирался бегать за ней и умолять ее позволить помочь ей с уроками. В помощи с ее стороны я и вовсе не нуждался. Мне нужно было в ближайшее время поговорить с мистером Ортегой и попросить все же поменять мне партнера. Рассказывать ему о том, что сказала мне Кристина в вестибюле школы я не собирался, но работать с ней теперь уже я не имел никакого желания.

Я пришел домой ближе к трем часам. Мама должна была скоро вернуться домой, и не дожидаясь ее визита я быстро приготовил себе обед. Думать о школе, а тем более о Кристине и ее выходках мне не хотелось. Я стал слишком много отвлекаться от своих основных дел, и это уже никуда не годилось. Спустя час я уже был в своей комнате и делал задание по математике. Ненадолго отвлекшись я взял в руки гитару и закрыв глаза стал наугад играть с перебором для вдохновения. На первом этаже послышался звонок в дверь, но я не придал этому значения, ведь мама уже была дома. Ко мне в дверь постучали.

— Сынок, к тебе пришли, может спустишься? — ласковым тоном произнесла мама. Я здорово удивился.

— Кто пришел? — я остановил игру.

— Твоя одноклассница, сказала, что вы друзья, — улыбалась мама, показывая жестом, чтобы я соизволил встать с кресла. Я наконец отложил гитару в сторону.

Я подумал, что это скорее всего Джессика. Уже на середине лестницы я увидел, как моя подруга сидела на диване, листая журнал. Заметив нас с мамой, девушка оторвалась от своего занятия и встала, а затем широко улыбнулась, будто была рада меня видеть.

— Кристина?! — я был сильно удивлен. Чего уж там, я был в шоке.

— Спасибо, миссис Хартер, что позвали его, — вежливо кивнув, Кристина обратилась к моей маме. Она умела притворяться искренней, и на секунду я даже поверил, что мы с ней друзья.

— Да не за что, дорогая, — улыбнулась мама, подойдя к ней ближе. Теперь они обе выжидающе смотрели на меня снизу-вверх. Я все стоял на лестнице, как вкопанный. — Не знала, что у Брэндона есть такие милые подруги. Как вы начали дружить?

— Ваш сын герой, он спас меня на физкультуре от падения во время игры, — девушка рассказывала моей маме историю в красках, периодически бросая на меня неоднозначные взгляды. Она издевалась, теперь я это окончательно понял. Мама заинтересовано слушала и с каждым разом ее улыбка становилась все шире. — А еще он сам предложил мне помощь в сложном проекте, так как я новенькая и не разбираюсь в этом…

— Брэндон, ты не рассказывал мне об этом, — обратилась ко мне мама. Конечно, ведь половина рассказа моей подруги была сильно приукрашена.

— Просто он скромник, — не дав мне ответить, продолжила Кристина. Я посмотрел на нее — она ехидно ухмыльнулась.

— Ладно, ребята, я не буду вам мешать, — кивнув после милой беседы с моей одноклассницей, мама направилась в сторону кухни.

— Ну, ты покажешь мне свою комнату? — Кристина едва заметно дернула плечами, безразлично глядя на меня. Я заметил, что она переоделась в обычную одежду, ведь утром на ней была форма чирлидерши.

— Зачем ты пришла? — тихо спросил я, не выдавая себя перед мамой, которая могла все это услышать. Мне все еще было сложно быть уверенным в присутствии Кристины, но я старался из-за всех сил.

— Ты осмелел я погляжу, — девушка подошла ко мне ближе. Я сделал шаг назад. — Не бойся, я не кусаюсь, — затем осмотревшись по сторонам, Кристина снова выжидающе посмотрела на меня. — Я пришла из-за проекта и из-за наших внеклассных занятий.

Пытаясь разглядеть подвох в ее речи, я обреченно выдохнул, а затем все же показал ей в сторону лестницы, и мы вдвоем направились в мою комнату.

— А у тебя тут миленько, — Кристина вошла в комнату первой, и осмотревшись, подошла к кровати. Затем убрав в сторону мою толстовку с принтом группы «Linkin park», она присела на кровать.

Черт, нужно было сделать уборку в комнате. В принципе, у меня всегда бывал порядок, а сегодняшний день просто стал исключением, мне стало лень, ведь я не мог знать, что ко мне придет эта девушка.

— Я ходила на их концерт в Лос-Анджелесе, — Кристина взяла мою бордовую толстовку в руки и посмотрела на принт.

Она выглядела немного грустной. Не думал, что ей может нравиться подобная музыка. Затем Кристина практически легла на кровать, раскинув обе руки в стороны. Я бы никогда не подумал, что когда-нибудь она будет лежать на моей постели. Стоп, не нужно было об этом сейчас думать. Да и вообще не нужно было думать о таком.

— Ты не против, если я сниму жакет, — сделав невинное выражение лица, девушка привстала и не дожидаясь моего ответа, стянула с себя пиджак. Я отвернулся, хотя вероятность того, что под пиджаком у нее ничего не было была минимальной. Хотя я понятия не имел, чего мне ожидать от этой девчонки. — У тебя тут жарковато…

Под пиджаком у нее была белая майка. Я облегченно выдохнул. В моем возрасте и с моим отношением к этой девушке меньше всего мне нужно было видеть ее в откровенном наряде. Хотя бы на первом занятии у меня дома.

Я сел за кресло напротив компьютера и достал учебник, а Кристина по-хозяйски расхаживала у меня в комнате, делая вид, что ее все это не касается. Повернувшись, я кивнул, жестом приглашая ее сесть рядом.

— Послушай, я вчера действительно была занята, — мягким тоном проговорила одноклассница, доставая из сумки ручку и блокнот. — Извини, ладно?

Посмотрев на нее, я в ту же секунду почувствовал, как что-то кольнуло меня прямо в сердце. Я просто кивнул.

Мы начали с вводного урока, я объяснил ей самые азы, хотя она на удивление имела представление, о чем речь. В течении получаса мы не отвлекались, и я даже сам удивился тому, как нам обоим было комфортно в паре. Я все думал, что скорее всего мне будет сложно, ведь вероятно я бы переключался на то, какая она красивая и как мне хочется прикоснуться к ней, но все было иначе. Ровно до тех пор, пока Кристина, проведя ладонью по своей шее, не поправила лямку на майке, слишком сильно наклонившись ко мне.

— Так что представляет из себя твой проект? — повторила она еще раз.

Я смотрел на нее, отключившись?

— А, да, конечно, — я покачал головой, отгоняя мысли прочь. — Это социальная сеть с элементами искусственного интеллекта.

— Типа фейсбука? — спросила она. Кристина села ближе ко мне, заинтересованно слушая.

— Похоже, — растерянно ответил я. — Но это не фейсбук, пока это мессенджер на стадии разработки. Одноклассница кивала, глядя мне в глаза. — Мы с Сэмом создали сырой проект, пока готово только название и базовые функции.

— Покажешь? — она взяла журнал, который лежал на моей стороне. Я улыбнулся, глядя на искренность с ее стороны.

— «Globber», — на экране высветилась первая страница презентации проекта. Кристина отложила журнал с кодами в сторону, и стала наблюдать за тем, что я показывал ей. Она заинтересованно слушала меня на протяжении какого-то времени, пока ей не пришло уведомление на телефон.

— Мне пора идти, — сказала она, отвлекшись на сообщение на экране. Я кивнул, закрыв презентацию. Девушка встала и направилась за пиджаком, который лежал на моей кровати. — Мне было очень интересно, как-нибудь еще продолжим, — добавила она. Я повернулся к ней, глядя на то, как Кристина собирала свои вещи.

— Когда ты придешь в следующий раз? — спросил я, надеясь на ее скорейшее возвращение. Признаться, я хотел ее видеть как можно чаще.

В следующую секунду случилось то, чего я ожидал меньше всего. Одноклассница подошла ко мне и наклонившись, положила обе руки мне на плечи, а затем нежно поцеловала меня в щеку.

— Ты конечно все еще зануда, но все равно спасибо, — улыбнулась она в дюйме от моего лица. Мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди, а кровь закипела до абсолютного максимума. Если бы я только мог, я бы, наверное, прижал сейчас эту девушку к себе, но мне так не хотелось испортить прекрасный момент.

— За… что? — прерывисто вытянул я, коснувшись ладонью своей щеки, которая пылала огнем.

Кристина стояла у двери спиной ко мне. Лучи закатного солнца играли на ее локонах переливами, и я невольно залюбовался ею.

— За тот случай на физкультуре, — развернувшись, ответила она. — Нужно было сразу сказать.

— И ты извини меня, — ответил я, отвернувшись от нее. Затем я встал и приблизился к ней. — Я рад, что мы будем готовить совместный проект с тобой.

Улыбнувшись, Кристина кивнула и вышла из моей комнаты. Осознав все происходящее, я ринулся следом за ней чтобы проводить ее, но попрощавшись с моей мамой, она вышла из дома. Я вернулся к себе и глубоко выдохнув, раскинулся на своей кровати, а затем закрыл глаза.

Брэндон

На кухне раздавались звуки готовки. Я с трудом открыл глаза, ослепленный утренними лучами солнца, пробиравшимися сквозь открытое окно моей комнаты. Этой ночью я спал как убитый, забыв поставить будильник на утро. Тем не менее, было еще достаточно рано и успев собраться, я спустился по лестнице вниз. Мама готовила завтрак.

— Доброе утро, — кивнул я и подошел к столу. — Я думал, ты сегодня с утра, — я укусил кусочек свежего горячего тоста, лежавшего в большой тарелке в центре кухонного стола.

— Сегодня у меня ночная смена, — ответила мама, перевернув блин на сковороде. — Полей джемом! — мама указала на тост, находившийся у меня в руке.

— Мне и так вкусно, — я пожал плечами, откусив еще кусок. Все-таки, мне нравилось, когда мы завтракали утром вдвоем с мамой. Так я не чувствовал себя одиноким.

Мама стала разливать свежий чай по чашкам, а потом села напротив меня. Мы говорили о школе и ее работе, пока я не посмотрел на время.

— Мне через пять минут выходить, — пояснил я, глядя на электронные наручные часы. Мама кивнула. — Я уберу.

— Я сама помою посуду, — она забрала из моих рук тарелку. Я неохотно согласился, а затем направился за своей сумкой, которая лежала на диване в гостиной.

— Сынок, а эта девочка, — заинтересованно начала мама. В ее руках была мыльная губка. — Которая вчера приходила, лицо ее кажется мне таким знакомым…

— Кристина? — я изогнул бровь в вопросительном жесте. — Она вернулась в Саннивейл недавно, а так, ты, наверное, слышала о ее семье.

Мама молчала.

— Кренстоны, — добавил я. — Строительная фирма…

Мама не повернулась, продолжая мыть посуду. Она о чем-то размышляла.

— Значит, дочка богачей, — презрительным тоном сказала мама, выключая напор воды в кране.

— Причем здесь это? — непонимающе спросил я, скорчив гримасу. С каких пор мама делит мое окружение на богатых и бедных?

— Ни в чем, — повернувшись ко мне, она улыбнулась, однако улыбка была скорее натянутой, нежели искренней. — Я просто сказала то, что есть.

— Ладно, — подозрительно ответил я, а затем кивнув, вышел из дома.

Мы зашли в раздевалку раньше всех, чтобы скорее переодеться и сразу выйти. Не было никакого желания слушать пошлые разговоры футболистов, которые приходили раньше всех. Быстро одевшись, я направился в зал. Сэм рассказывал мне о своем разговоре с мистером Ортегой, и о том, как он счастлив, что будет в паре с Джудит Свонсон.

— Ладно, хватит обо мне, — прервался друг. — Как у вас прошло первое занятие с твоей красоткой? — Сэм слегка ударил меня в бок.

Я не смотрел на него и никак не реагировал, так как действительно искал ее глазами по всему залу. Осмотревшись, я убедился в том, что она еще не подошла. Группы поддержки еще не было, возможно у них были занятия на улице с футболистами. Я покачал головой. У нас уже началась игра по баскетболу: в начале я был настроен скептически, но сейчас уже привык и почти год играл в позиции разыгрывающего игрока под первым номером, несмотря на то, что мой рост достигал всего лишь шести футов (182 см). В других амплуа ребята были выше, но в принципе меня все устраивало и играл я уже довольно-таки неплохо. Да и я никогда не стремился к тому, чтобы стать профессиональным спортсменом. Таким образом просто было проще получить зачет.

Спустя примерно минут пять в спортзал забежали девушки. Они своей шумной компанией с помпонами пробежали мимо нас. Кристина бросила на меня кокетливый взгляд и сразу же отвернулась, удаляясь в другой конец зала. Я повернулся в их сторону, чтобы посмотреть на нее еще раз, но она меня уже не видела.

Я искал причину, чтобы подойти к ней и завести разговор. Как раз нашел идеальный повод, ведь вчера она так и не сказала, когда придет ко мне снова. После тренировки я незамедлительно направился в раздевалку: у нас было время перед столовой, а потом мне нужно было идти в музыкальный класс, и мы могли больше сегодня не увидеться. Сам удивился тому, как за последние несколько дней я изменился. Стало смешно от вчерашней фразы Сэма о том, что из нас двоих я больший задрот в плане учебы.

Кристина

На ватных ногах я буквально доползла до своего дома. На самом деле я даже не помнила, как вообще дошла до дома. Было немного зябко, уже в своей комнате я поняла, что на мне не было ветровки и несмотря на климат, приближение октября уже давало о себе понемногу знать. Меня знобило, я обняла себя руками, согнула ноги в коленях и в таком состоянии просидела на кровати по моим ощущениям целую вечность. Было совсем темно, когда я стала приходить в себя и наконец огляделась вокруг. Что это вообще было такое?

Я не понимала, что на меня нашло и какого черта я поцеловала этого парня. Брэндона. Пора было называть его по имени чаще, чем я делала это обычно, ведь он занял слишком много места в моих мыслях. Я коснулась пальцами своих горящих огнем губ.

Что, черт возьми такое я себе позволяю?

Глубоко выдохнув, я постаралась расслабиться и дать волю своим ноющим мышцам. Напряжение по телу отдавало частыми покалываниями, ни думая больше ни секунды я ринулась в ванную комнату, чтобы постоять под холодной водой. Нужно было смыть с себя сегодняшний, до безумия странный день.

Прохладные капли струились по плечам. Я сделала напор посильнее, для того чтобы полностью погрузиться под воду. Подняв голову, я закрыла глаза, чтобы поддаться струям воды, приятно щекочущим мою накаленную до предела кожу.

Брэндон точно запал на меня. Только вот если в первое время у меня были сомнения, то этот поцелуй выдал его практически с потрохами. То есть, конечно в глубине души я знала, что нравлюсь ему, ведь подобное очевидно. Всем ботаникам-задротам так или иначе нравятся такие девушки как мы. Даже если эти ботаники-задроты определенно привлекательны.

Я стояла под водой минут десять, хотя по ощущениям было будто несколько часов, отчего меня понемногу стало трясти от холода. Сквозь воду на коже были заметны мурашки, я обняла себя за плечи и выключив напор, наконец вышла из душа. Схватив с крючка пушистый халат, я быстро оделась, а затем протерла ладонью зеркало в отражении которого было мое раскрасневшееся и совершенно потерянное лицо. Учитывая низкую температуру воды, это не могло быть физической реакцией организма, ведь под водой я даже замерзла. Постепенно щеки стали снова гореть, а сердцебиение участилось так же, как и несколькими минутами ранее, до того, как я отмокала под водой.

Я стояла в ванной и глядя на себя в зеркало думала лишь об одном. О том, что ощущала личную победу над ним. Да, пора было признаться самой себе в том, что я ощущала личную победу над, как мне казалось, недосягаемым парнем. Меня всегда раздражало то, как надменно он вел себя на уроках и что смотрел на меня как на дуру. Теперь же я на все сто процентов была уверена в том, что нравилась ему.

В то же время и со мной происходило что-то странное. Я вернулась к себе в комнату, включила настольный светильник и села на кровать. Помимо победы я ощущала некую привязанность к этому парню. Тепло разливалось по моим венам при мысли об этом симпатичном паршивце. Он действительно был очень красивым и этого было у него не отнять.

Черт возьми, я сильно сомневалась, что кто-то смог бы поцеловать меня лучше, чем он. Я покачала головой, стараясь прогнать эти мысли, сворачивающие мои внутренности в тугой узел. Не получалось. Его губы были такими мягкими и горячими, отчего я до сих пор чувствовала на себе этот жар. Его губы, так умело целующие мои, будто для него это было далеко не в первый раз, особенно тогда, как его руки касались меня. Я ощутила нарастающую в себе ревность. О господи, это было верхом сумасшествия.

С виду он действительно был таким спокойным…

Боже. Какого черта я вообще в это полезла? Кому и что я хотела в итоге доказать? Одержала победу над местным заучкой — пожалуйста. Зачем я вообще это сделала? Даже если он и был мне симпатичен, я не могла испортить себе выпускной год. Роман с Брэндоном Хартером явно не входил в мои планы.

Я легла на кровать, раскинув руки в стороны и закрыла глаза.

Так, Тина, перестань о нем думать! Я крутая девчонка, которая может заполучить любого такого же крутого парня.

Чертов Брэндон. Почему ты не выходишь у меня из головы?

От всех этих мыслей у меня разболелась голова. Встав с кровати, я решила спуститься вниз за таблеткой тайленола или адвила, которых не оказалось у меня в комнате. В коридоре были слышны голоса.

Прислушавшись я различила голоса родителей, уже давно перешедших на высокие тона. Как же я ненавидела их скандалы, сопровождающиеся периодическими личными оскорблениями, а затем и вовсе в длительный запой матери. Я вернулась к себе, и спустилась где-то примерно через час, когда как мне казалось все вернулось на круги своя. Видеть кого-либо из них мне не хотелось, однако уже на лестнице я заметила едва различимый свет и фигуру у незажжённого камина. Это была мама, сидящая на диване с бокалом виски.

— Мам, — тихо позвала ее я. Она дернулась, потом посмотрела в бок, однако я все еще стояла за ее спиной. — Ты… опять? — укоризненно добавила я, придвинувшись ближе и указывая на бокал в ее руке. Мама виновато опустила глаза, затем ухмыльнувшись, посмотрела на меня. В ее глазах была грусть.

— Тина, дочка, — улыбнулась мама, приглашая меня сесть рядом с ней. Я покачала головой. — Ты все слышала, да…

Я кивнула, а затем скрестила руки на груди. Я не в праве требовать у нее или у отца оправданий, так как это была их жизнь и их выбор. Который несомненно сильно отражался на мне, но, я не собиралась жить с ними всю жизнь. Развернувшись, я подошла к холодильнику, в котором точно должен был иметься запас болеутоляющих, и найдя необходимое лекарство, я налила из графина два стакана воды. Маме тоже нужен был отдых.

— Примешь ее минут через пятнадцать, — протянув таблетку, предупредила я, а затем выхватила из ее рук бокал с алкоголем. — Этого на сегодня хватит, — предупреждающим тоном добавила я.

Интересно, во всех семьях происходили такие ситуации с родителями? На секунду я снова погрузилась в воспоминания о Брэндоне. Я видела в тот день его маму и то, как они говорили друг с другом. Кажется, сегодня она готовила нам печенье. Стало немного грустно, а затем и вовсе страшно, когда я подумала о том, как миссис Хартер застукивает нас с ее сыном на рабочем столе в весьма недвусмысленной позе.

— Почему ты не идешь спать? — спросила мама, запивая таблетку стаканом воды. Кажется, она плакала, это было видно и без яркого света, в том полумраке, в котором мы сидели.

— У меня разболелась голова, я спустилась за тайленолом, — ответила я, присаживаясь рядом. Прислонившись к ее плечу, я подобрала ноги и приобняла маму, глядя на остатки старых дров в камине. Если температура этой зимой опустится здесь хотя бы до нуля, то можно разжечь камин на рождество. Как в детстве.

— Почему ты не бросишь? — тихо спросила я, указывая на графин с алкоголем. — Это тебя убивает.

Никто не знал об этой проблеме нашей семьи. Никто из наших семейных друзей, для которых мы были примером для подражания как самая прекрасная интеллигентная семья. Я знала, что утром все встанет на свои места и мать снова будет вести себе как чопорная особа и учить всех вокруг правильной жизни.

— Не нужно об этом, — прервала она. — Лучше расскажи, как проходят дни в школе, есть ли новые друзья? — натянув маску заинтересованности продолжила мама. Ее любимый способ бегства от действительности.

Я пожала плечами, а затем закатила глаза.

— Есть красивые парни? — в сердце кольнуло, когда она задала этот вопрос. Я сглотнула. — Сын Бена, наверное, стал очень хорошеньким сейчас, — она имела в виду Джастина.

— Мам, — я отодвинулась, а затем сделала наигранно-раздраженное лицо. — Ну да, стал еще красивее конечно. Но остался пустоголовым.

Мама засмеялась. Затем ее улыбку снова сменила грусть, и это я не любила больше всего.

— Почему бы тебе… — я запнулась. — Мам, ты же знаешь, я в любом случае буду на твоей стороне, — добавила я, придвинувшись к ней. Я взяла ее руку в свою, глядя в ее глаза, которые в ту же секунду наполнились ужасом.

Эту тему старались не поднимать в нашей семье, да и в целом у нас было много тем, которые витали в воздухе. Но полет этой был запрещен и вовсе.

— Дочка, иди к себе, — мама выдернула ладонь, испугавшись. — Никогда больше не поднимай эту тему!

— Да он же изменяет тебе! — вскочила я. Благо, мой голос был не настолько громким и вряд ли меня бы кто-то услышал в столь поздний час.

Тему неверности мы никогда не поднимали с того самого момента, когда я в первые об этом узнала. Какое-то время назад мой мир рухнул подо мной, и идеальная жизнь, расписанная по секундам, была разрушена бесследно. Это было в Лос-Анджелесе, больше года назад, когда я погруженная в себя практически превратилась в привидение, и мне понадобилось немало сил чтобы вернуться в нормальную жизнь. И признаться, я считала, что моя мать тоже заслуживала лучшей жизни.

— Ты хочешь, чтобы мы с тобой остались на улице? — со слезами на глазах проговорила она. Затем отвернувшись, она шмыгнула носом. Мне было жалко ее, но ее слова меня ранили еще больше. Возможно я эгоистичная тварь, но мне было противно от того, что говорила мама. — Он оставит меня без денег!

Я закатила глаза от злости.

— Нужно думать головой, а не чувствами, — стерев слезы с глаз, мама глубоко выдохнула. — У нас прекрасная семья и я очень люблю твоего отца. И он меня тоже любит.

Мама пыталась еще раз доказать себе и мне правильность своих рассуждений. Она каждый раз занималась самообманом, но ничего не менялось, и после очередной драмы она снова хваталась за алкоголь. Как же меня это достало.

— Я поняла, — иронично, сузив глаза в презрении добавила я. Затем выдохнув, я добавила, — Ладно, это действительно не мое дело, так что я пойду к себе. Извини, что хотела пробудить в тебе каплю самоуважения.

Придя к себе в комнату, я бросилась на кровать и неожиданно для себя дала волю слезам. Сейчас, я как никогда раньше желала скорейшего окончания школы и отъезда из этого города. Я не заметила, как погрузилась в сон и утром встала с постели уже в сухом халате с опухшими глазами и слипшимися волосами. Быстро уложив волосы феном, я оделась и оставшись довольной своим внешним видом, спустилась вниз. Начинался новый день и не было смысла портить его дурными воспоминаниями о вчерашнем. Во всех смыслах.

Мне повезло и на первом этаже я ни с кем не встретилась. Говорить с кем-то из родителей с утра мне не хотелось. Солнце слепило глаза, надев солнцезащитные очки я направилась по вымощенной дорожке к дороге: меня ждали девчонки.

— Тина, — прокричала Джудит, которая сидела за рулем своей ауди с откидным верхом. — Запрыгивай!

Мне тоже следовало ездить на своей машине, но меня все еще не покидал страх после мелкой аварии пятилетней давности. Несмотря на это я все же получила права, и даже неплохо умела водить, но садилась за руль в крайних случаях.

Когда я села за соседнее место, меня оглушили голосами с задних сидений. Признаться, когда я шла навстречу я не видела, что сзади сидела Мэри, которая несколько дней по состоянию здоровья прогуливала школу.

— О боже, Мэри! — закричала я, когда увидела подругу. — Рада тебя видеть!

— Еще бы, — подруга улыбнулась, надевая солнцезащитные очки. — Вы тут успели нехило оторваться за выходные, пока я сидела с капельницей, — девушка показала пост в сети.

Алиша успела выложить парочку снимков с вечеринки у Эм-джея сразу же в твиттер. Как-будто тех пьяных постов в фейсбуке с шотами бренди в моих руках не хватало. Я злобно уставилась на улыбающуюся Алишу: кажется, она не видела в этом никакой проблемы.

— Слышала, на тебя положил глаз Эм-джей, — подозрительно сказала Мэри, когда мы почти дошли до шкафчиков в холле школы. Мэри значительно изменилась за те годы, когда мы не были вместе, и мне показалось, что между нами пробежали кошки. Подруга явно испытывала ко мне неоднозначные, и я бы даже сказала, негативные чувства.

— Может быть, — кокетливо ответила я, проводя красной помадой по губам.

Вчера на моих губах был только бальзам. Я имею в виду в тот момент, когда я шла к Брэндону домой. Наверное, стоило нанести на губы что-то фруктовое, вкусовое, чтобы это запомнилось. Я достала из косметички вишневый блеск, а затем удивившись собственным глупым мыслям, сразу же покачала головой. Что-то фруктовое, серьезно? Собственно, я же дала себе слово не ввязываться в это больше. Господи, какой позор.

— Тебе кстати очень идет этот цвет, — добавила подруга, оторвавшись от разговора. Признаться, последнюю минуту до этого ее комплимента я ее даже не слышала.

Я посмотрела на Мэри и поняла, еще кое-что: она было не здорова. Нет, она конечно же выглядела хорошо: ее черные волосы были прекрасно уложены, великолепный калифорнийский загар, жгучие черные глаза, смотрящие на меня из-под длинных ресниц. Но она сильно похудела даже за последнюю неделю и ее лицо, на котором было много тонального крема сильно осунулось. Я знала, что она все время сидит на диетах. Ей было некомфортно в своем теле, об этом меня предупредили девочки заранее, видимо это уже обсуждалось. Мэри сильно изменилась еще и на характер, и я поняла, что мне не стоит лезть в ее жизнь ровно до тех пор, пока она сама не попросит об этом.

После того, как мы собрали необходимые тетради, мы направились в лабораторную на урок химии. Мы с Джудит заняли места на последнем ряду, и говоря о чем-то с подругой до прихода учителя, я все же поглядывала по сторонам в надежде увидеть объект своих мыслей. Брэндон зашел в класс вместе с Джессикой, которая что-то активно рассказывала, жестикулируя. Ну и ладно, ведь это меня не касается.

Я опустила глаза, а затем достала специальные очки для лабораторной. Смотреть в сторону первой парты мне больше не хотелось, и увлекшись работой с подругой я и не заметила, как закончился урок. Мы с Брэндоном после этого урока не пересекались, чему я была рада и не рада одновременно. Ведь я не знала, что ему сказать и как теперь вести себя.

— Поговаривают, что тебя пьяную отвез домой кто-то из местных гиков, — поинтересовалась Мэри, натягивая на себя спортивный топ. Черт, не хватало чтобы об этом узнала вся школа. Хотя, наверное, дружки Брэндона уже все разболтали.

У нас была репетиция группы поддержки и сегодня Мэри возвращалась в команду в качестве капитана. Кажется, ее настроение менялось в геометрической прогрессии, и не в самую лучшую сторону. Меня стало это немного раздражать.

— Да, он был единственный трезвый, — безразлично отмахнулась я, собирая свои волосы в хвост. Я посмотрела на себе в зеркало и осталась довольна внешним видом. Определенно утренняя хандра пошла к черту и к обеду у меня был уже достаточно цветущий вид.

— Не этот случайно, — сказала она, показывая пальцем к двери от спортзала. Брэндон стоял у входа, очевидно желая поговорить со мной. Ну или с кем-то другим, этого я знать не могла.

— Тина, — ко мне подошла девушка из нашей группы, — Там парень хочет поговорить с тобой по поводу какого-то проекта. Сказал, что очень срочно.

Мэри ухмыльнулась. Я демонстративно закатила глаза, глядя на подругу. Я вышла из зала, и направилась в сторону женской раздевалки, у которой стоял мой одноклассник. Брэндон сильно смутился, когда увидел меня. Кажется, несмотря на урок химии, сегодня мы встретились с ним впервые.

Черт, несмотря на все мои утренние отговорки — он все же очень красивый. И милый. Его очаровательная улыбка и теплый, восхищенный взгляд, с которым он смотрел на меня, вынуждал меня таять. Зачем-то сразу же в моей голове раздались слова моей мамы вчерашним вечером и перед глазами всплыла эта отвратительная картина.

Нужно думать головой, а не чувствами.

— Зачем ты меня позвал? — стараясь выдавить из себя безразличие, спросила я. Потому что так и есть, мы с ним разные, это выпускной год и мои гормональные психозы не должны были повлиять на мое поступление и отъезд из штата. Вчера у меня помутился рассудок и все на этом.

— Ты будто избегаешь меня весь день, — Брэндон переменился в лице.

Это было правдой, как бы мне не хотелось не признавать этого, но после единственного общего факультатива сегодня я мигом ринулась прочь, не зная, как завести или же наоборот не заводить этого разговора, который уже витал в воздухе.

Прости парень, но так будет лучше для нас обоих.

— Мне незачем этого делать, — ответила я, скрещивая руки на груди. — Так, зачем ты пришел сюда?

— Я принес твою куртку, — протянул он тихим голосом. — Ты забыла ее у меня, — с его лица исчезла улыбка.

Он передал мне пакет и забрав его, я вопросительно посмотрела на него.

— Спасибо, — ответила я, а затем развернулась. Остановившись, я все же решила сама продолжить разговор, ставя все точки над и, чтобы лишить Брэндона раз и навсегда каких-то глупых ожиданий. — По поводу вчерашнего — забудь, окей?

Брэндон удивленно посмотрел на меня. Затем уголки его губ скривились, а на лице промелькнула тень недоверия.

— Слушай, я не знаю, что ты там себе надумал, — я не смотрела ему в глаза. Не смогла бы, даже если бы захотела. — Но держись от меня подальше.

Брэндон стоял молча, не шевелясь. Я не могла, просто не осмелилась бы.

— Я ничего не надумал, — неожиданно для меня произнес он. Его голос был надломленным. — Я просто принес тебе куртку.

— Вот и об этом, — я злобно придвинулась ближе. — Мне не нужны лишние разговоры о себе!

— Я ничего не болтал, — огорчено протянул он. — Ты сама вчера полезла ко мне целоваться, — тихо прошептал он, придвигаясь еще ближе. Брэндон бросил взгляд на мои губы, а затем отвернулся.

О, черт.

— Ты видно сошел с ума, — я сложила руки в оборонительном жесте. — Ты задрот и ботаник, это было всего лишь помутнением. Мы с тобой делаем совместный проект и ничего более.

Брэндон помрачнел, его золотисто-карие глаза стали темнеть от злости. На секунду, мне даже стало немного страшно, и я ослабила свой ядовитый напор. Затем он выдохнул, отвернувшись.

— Я понял, — виновато опустив голову, внезапно сказал он. В его голосе чувствовалась обида и разочарование.

Прости, но будет лучше если мы все прекратим.

Мы не могли дружить, не могли внезапно начать встречаться, я даже не была влюблена в него. Не было смысла создавать в его глазах свой благоприятный образ.

Брэндон развернулся, а затем направился в сторону к выходу из корпуса. Бросив пакет с курткой на пол, я прислонилась к стальному шкафчику в раздевалке: металлический фасад приятно охлаждал кожу, из-за чего я простояла там еще пару секунд, а затем выдохнув, направилась к умывальнику.

— И о чем вы говорили? — Мэри положила руки мне на плечи. Я немного отпрянула от неожиданности. — Как думаешь, он потрогал тебя тогда в машине, пока ты была в отключке?

— Мэри, прекрати, — Джудит прервала подругу. — Я же сказала, это я попросила его отвезти Тину домой, зная, что он ничего такого не сделает.

— Так это ты ей рассказала? — удивленно я посмотрела на подругу. Я думала, что это друзья Брэндона разболтали о том, что я была с ним в тот вечер. Господи, я ведь так его обидела, почти назвав треплом. Не нужно было рубить с плеча, но видимо у меня действительно все помутилось в голове.

Джудит не понимающе кивнула.

— Вот черт, — разочаровано выдохнула я.

— Что-то случилось? — спросила Джудит. Я покачала головой, перематывая в голове наш разговор с Брэндоном. Мне стало тошно от самой себя при воспоминании того, как я обошлась с одноклассником. Да, я действительно избегала разговора с ним весь день, хоть мне и хотелось с ним встретиться. Я избегала его, потому что не знала, что ему сказать, как извиниться, как попросить тактично оставить все как есть. Дура, ведь я сделала все только хуже. И чем теперь я была лучше своих циничных родителей?

К последнему уроку мне стало гораздо легче и постепенно я даже перестала думать о Брэндоне. Парень больше не искал встреч со мной, что в принципе, было очевидным.

— Ты же больше не на диете? — спросила я Мэри, виновато разглядывающую свою тарелку с огромной порцией картошки. Подруга двояко кивнула.

— Вечером не буду ничего есть, — ответила она, запуская в рот один ломтик. — У меня через три часа персональная тренировка в «Атлетике», там сожгу все калории.

Джудит закатила глаза, но ничего не сказала. Внезапно к нам присоединились парни — Джастин и Мэтт, которых мы не встречали еще с утра. Я демонстративно отвернулась, когда последний сложил губы в воздушном поцелуе. Как это мерзко, учитывая то, как он полез ко мне со своими слюнями еще вчера. Мэтт извинился чуть позже, но я все еще была зла.

Этот случай снова мне напомнил о моем милом паршивце, который как раз в этот момент буравил меня взглядом. Я тоже посмотрела на него буквально на секунду, после чего, опустив голову, Брэндон развернулся к девушке, сидящей рядом и улыбнулся ей своей чертовски милой улыбкой. Какого черта?

Мне ее лицо казалось незнакомым, хотя издали я могла просто ее не узнать. Мы с девчонками не пользовались особым дружелюбием по отношению к другим, так что это собственно могла быть любая девушка из школы.

Такс, стоп. Меня это не касается. Я отвернулась и направила свое внимание к Джудит, которая сидела напротив и что-то рассказывала всей компании. Изредка я поглядывала на Мэри, которая к этому моменту уже смотрела свою пустую тарелку, отключившись от разговора.

После столовой мы собирались на урок информатики, на которую мне хотелось меньше всего по самой очевидной причине. Однако ничего серьезного не произошло, мистер Ортега не задавал мне никаких вопросов по проекту, и услышав звонок, я спокойно выдохнула, начав собираться уже домой.

— Мистер Хартер, мисс Кренстон, прошу вас задержаться, — слова учителя резанули острым металлом. — У меня есть пару вопросов к вам.

Я подняла голову и встретилась глазами с учителем. Он, как обычно, отвлекся лишь для того, чтобы окликнуть нас с Брэндоном. Который сидел за своей партой, не шевелясь. Точнее, он конечно что-то делал, что-то записывал в тетради. Когда аудитория опустела, и мы остались втроем, учитель подозвал нас жестом к себе поближе. Я нехотя подошла к Брэндону, стоящему уже рядом с мистером Ортегой.

— Как продвигается ваш проект? — спросил он, толкнув очки на переносицу. — Есть прогресс?

— Да, все хорошо, — односложно ответила я, не дав открыть и рта своему напарнику.

Брэндон стоял рядом и молчал, то есть не отвечал ни на какой вопрос, адресованный нам обоим. Отвечала только я, и когда мистер Ортега это заметил, он обратился непосредственно к Брэндону.

— Вы собирались уже тестировать проект, помните? — мистер Ортега посмотрел на Брэндона. Парень замялся, и только спустя несколько секунд, задумчиво ответил.

— Тестирование в процессе, еще осталось настроить пару кодов, — ответил одноклассник. Он был зажат, это было видно по напряженным рукам и выступающим костяшкам на тыльной стороне ладони, которой он оперился об учительский стол. — Думаю, в конце недели будет готово.

— Настоятельно рекомендую не тянуть с этим процессом, — ответил учитель, продолжая что-то записывать в тетради. — Свободны, — кивнул он.

Мы с Брэндоном молча направились в сторону выхода из аудитории. В вестибюле было пусто, похоже, что занятия уже закончились для всех. Я чувствовала себя бесконечно виноватой, глядя на равнодушие со стороны своего одноклассника. Брэндон был очень добрым, и так жаль, что ему пришлось познакомиться с моим невыносимым характером. Не желая сталкиваться со мной, парень ускорил шаг и быстрее направился к шкафчикам-локерам.

— Мы можем заниматься в классе по информатике, — сказала я, догнав его. — Он открыл дверцу и посмотрел во внутрь, что-то ища и не встречаясь со мной взглядом.

Остановившись на секунду, он кивнул.

— Сегодня я занят, завтра после уроков соберемся здесь, — равнодушно добавил он, закрыв шкафчик на ключ. Брэндон развернулся, а затем не глядя на меня прошел мимо, в сторону выхода из школы, оставив меня наедине с самой собой в пустой школе.

Кристина

В пустой школе было как-то тоскливо. Я отошла в сторону своего шкафчика, вспомнив о том, что кажется именно туда поставила пакет, который мне передал Брэндон на физкультуре. Никаких особенно важных дел здесь больше не было, поэтому собрав свои вещи, я все же тоже решила пойти домой. Внезапно мне пришло сообщение от Джудит, в котором говорилось о том, что девочки ждали меня дома у Мэри, которая устраивала девичник только для нашего узкого круга.

Погода была комфортной, я быстро добралась до дома Мэри пешком, даже успев немного насладиться постепенно охлаждающимся воздухом. У входа меня встретила миссис де ла Круз — мама Мэри. С годами она становилась все краше — эдакая знойная, загорелая брюнетка с очаровательной улыбкой. Мэри была очень похожа на нее внешне. Глория — так ее звали, поприветствовала меня и сразу же крепко обняла.

— Муньекита! — сказала она по-испански. «Куколка» — значило это слово, и так она называла меня всегда, с тех самых пор, как мы стали дружить с ее дочерью.

— Здравствуйте, миссис де ла Круз, — обняла в ответ.

— Глория, — поправила она, а я улыбнулась, вспомнив, что она всегда просила называть ее исключительно по имени.

Их дом был намного меньше нашего, но в нем было очень уютно. Наше финансовое положение значительно отличалось от их семьи, но признаться, меня никогда это не волновало. После огромного количества расспросов со стороны Глории, я все же поднялась по лестнице на второй этаже, где меня ждали девчонки.

Алиша лежала на кровати с телефоном в руках, так как она активно вела блог. В целом, комната Мэри мне всегда напоминала о детстве, ведь мы часто проводили здесь время и можно сказать, что здесь прошли многие счастливые дни моего детства.

— Мы ждали тебя во дворе, — равнодушно протянула Джудит, которая сидела в кресле с пилочкой для ногтей. — Ты надолго задержалась в том кабинете, — добавила она.

— Как же меня достал этот проект, — я громко выдохнула, скидывая с себя тяжелую сумку. — Куча вопросов, никаких ответов…

— Да, я тоже не в восторге сидеть по часу каждый день с Самиром, — поддержала Джудит, отвлекаясь от своего маникюра.

— О, ты уже знаешь его полное имя, — послышалось хихиканье со стороны Мэри, которая сидела рядом с Алишей на кровати.

— Я не в восторге, но вы же знаете, что мне нужно получить хорошую оценку, — Джуд закатила глаза. — Иначе мои родители отправят меня работать сразу же после школы в нашем магазине. А мне этого совсем не хочется.

У семьи Джудит были свой магазин и аптека.

— Да, я тоже делаю вид, что мне все это интересно, — поддержала я подругу. Мэри подозрительно взглянула на меня, отвлекшись от своих дел.

— Делаешь вид? — съязвила Мэри. — Непохоже, чтобы тебе не нравилась твоя компания по проекту.

— Что ты такое говоришь, — равнодушно отмахнулась я, направляясь к ее туалетному столику с украшениями. Даже если это и так, девчонкам знать об этом не нужно.

— Ты переключилась на ботанов, — презрительно добавила Мэри. — Вот что я говорю.

— Тебя неделю не было в школе, — поддержала меня Джудит, вступая в разговор. — Брэндона, кстати, в пару Тине поставил мистер Ортега.

— Брээн-дона! — по слогам вытянула Мэри, а затем засмеялась. — Его стало слишком много в последнее время, — фыркнула она. — И вообще, то, что меня не было, не значит, что я ничего не знаю, — Мэри посмотрела на Алишу, которая на секунду отвлекшись от телефона, виновато улыбнулась. Алиша не умела держать язык за зубами. Я поняла это сразу же после возвращения в эту школу.

Мэри стала слишком невыносимой.

— Ладно, я шучу, — оправдалась Мэри, сделав серьезное лицо.

Мы резко перевели тему на предстоящий Хэллоуин, обсуждая подготовку и платья. До праздника оставалось чуть больше месяца, но хорошие костюмы в местном магазине могли быстро разобрать, поэтому следовало подготовиться заранее. Я практически полностью забыла о своем недавнем происшествии на физкультуре и в кабинете информатике, отвлекшись на разговоры девушек о прошлогодних праздниках. В Лос-Анджелесе было много карнавальных магазинов, в отличии от Саннивейла и образ нужно было составить быстрее, если мне хотелось произвести впечатление на окружающих.

— В прошлом году я была в образе монахини, — рассказывала Джудит, показывая фотографии в телефоне. — Как в фильме ужасов "Проклятие", это было очень сексуально, — засмеялась она, а затем девочки вопросительно уставились на меня.

— В прошлом году мы с трудом устроили праздник, — объяснила я. — Из-за эпидемии школа не разрешила нам занять школьный зал, и мы пошли домой к одному парню, — продолжила я.

Стук в дверь прервал нас от обсуждения костюмов. В комнату вошла Виктория — младшая сестра Мэри, которую кажется я видела с Алишей в первый день. Девочка подросла за эти годы и внешне сильно изменилась в лучшую сторону.

— Мама зовет вас на чай, — тихо сказала она, улыбаясь. Мэри не хотела ее впускать, но Вики все равно вошла в комнату.

— Вики, тебя тоже, как и твоей сестры давно не было видно, — поинтересовалась я.

— Я была у бабушки несколько дней, — объяснила она, подходя ко мне.

Мы говорили о ее учебе, а затем всей толпой спустились вниз на чай, попутно отвлекая занятую Джесс, которая всю дорогу готовилась к контрольной по биологии и тихо сидела за рабочим столом Мэри.

— Чем ты занимаешься в девятом классе? — спросила я, доставая себе кусок морковного пирога. Как нам объяснила Глория — пирог был приготовлен из цельнозерновой муки, так как Мэри сидела на жесткой диете.

— Я пока не решила, куда пойду учиться, — ответила она. — Мне нравится рисовать, нравится музыка, — улыбалась Вики. — Недавно кстати я записалась в музыкальный класс.

— Правда? — заинтересовалась я, сделав глоток чая.

— Да, там сейчас временно новый учитель, — мечтательно улыбнулась Вики, опустив глаза. — Кстати, этот парень учится с вами.

Я непонимающе пожала плечами.

— Это новый дружок Тины, — резко вступив в наш разговор, прыснула Мэри. — Прости, подруга, но я не могла сдержаться. — засмеялась она.

— Вы дружите с Брэндоном Хартером? — Вики уставилась на меня.

— Нет, — отрицательно покачала головой я. Нависло неловкое молчание. Я встала из-за стола, для того чтобы налить себе немного холодной воды. — Мы просто делаем вместе один проект по информатике. И да, он очень хороший парень, — посмотрев в глаза Мэри, отрезала я, устав от ее намеков.

Подруга скорчила гримасу, продолжая язвительно улыбаться. Я не знала, что Брэндон ведет уроки в музыкальном классе. Вики не задавала больше никаких вопросов и встав из-за стола, просто отнесла свою посуду в раковину. Я конечно же заметила заинтересованность с ее стороны в адрес одноклассника, но не придала этому никакого значения. Не хватало еще опускаться до этого. Он просто временно вел музыку, а девочки в ее возрасте всегда интересуются парнями постарше.

Мне совершенно не льстили глупые шуточки Мэри в этот вечер, но я решила сдержаться и никак не комментировать свое недовольство. Разговоры все больше сводились к обсуждению кубиков пресса Джастина во время тренировки на футбольном поле, отчего Мэри никак не могла сдержать своих эмоций. Мы уже собирались домой, когда я передала сумку с курткой, которую мне одолжила Джудит пару дней назад после тренировки. Я хотела оставить ее в школе, но так как меня ждали у Мэри, я взяла этот пакет с собой.

— Что это? — непонимающе взглянула Джудит, глядя на холщовую сумку, который я протянула к ней. Подруга взяла пакет в руки, а затем достав оттуда ветровку, посмотрела на меня.

— Ты дала ее мне в понедельник, не помнишь?

— Помню, — сделав странное лицо, ответила Джудит. — Только это не моя куртка, а Монтгомери.

Какого черта?

— Это клубная куртка Джейка, — объяснила она. Я была в ней кажется после вечеринки, — Джудит сделала задумчивое лицо.

— То есть это куртка твоего парня была на мне?! — злобно уставилась я на нее. — Забей, — выдохнула я, улыбнувшись самой себе.

Джудит не понимала моей резкой перемены настроения, и бессмысленно было что-то ей объяснять. Я вспомнила, как Брэндон упрекнул меня в том, что на мне куртка одного из моих дружков, в тот момент как я тщательно утверждала обратное. Это не его дело, правда. Но было смешно от того, что он оказался прав.

Мы разошлись по домам, подбросив Мэри до клуба «Атлетика», в котором у нее была персональная тренировка. Я была дома ближе в девяти часам вечера, когда полностью стемнело и не раздеваясь сразу же бросилась на кровать. События сегодняшнего дня сильно утомили меня, и лишь спустя час я все же дотащила свое тело до душа.

Глядя на карандаш черного цвета, который лежал на моей парте, я пыталась подавить утреннюю сонливость. Конечно, это не помогало, так же, как и чашка крепкого кофе с утра. Мистер Коулман вошел в кабинет, поприветствовав его, мы приступили к занятию. В класс за ним вошла девушка, которую я видела впервые. Ничем особым она меня не зацепила, разве что немного странным акцентом, когда назвала свое имя и стала презентовать себя у доски. Вроде как она приехала из Австралии по обмену, и вскоре, а точнее после минуты ее рассказа, я просто отвлеклась, начав читать учебник, лежащий на парте. Мистер Коулман попросил новенькую сесть рядом с Брэндоном, за соседнюю парту, объясняя это снова же абсолютной гениальностью моего одноклассника. Меня стало это бесить и отвлёкшись от чтения «Братьев Карамазовых», я взглянула на своего милого напарника по проекту, что-то показывающего в тетради этой девушке.

Популярность Брэндона в кругах задротов набирала обороты. Либо же я слишком сильно помешалась на этом парне. Факт оставался фактом — я слишком много о нем думала. Он не смотрел на меня весь день, не здоровался и не пересекался со мной, несмотря на то, что на четыре часа у нас с ним было запланировано занятие. Я держалась довольно-таки гордо, а пару раз даже намерено флиртовала с Мэттом, который не спускал с меня глаз. Пусть порадуется. На обеде мы сидели всей компанией в столовой, когда я заметила, как вошел Брэндон с новенькой. Девушка мило улыбалась ему, а он ей в ответ. До тошноты противно.

— Ау, Тина? — позвала меня Джудит. Подруга смотрела на меня, округлив свои серые глаза в замешательстве. Похоже, я отвлеклась, глядя на Брэндона и выпала из разговора. — Что ты думаешь по этому поводу?

— По какому поводу? — виновато улыбнулась я. Мэтт положил руку мне на плечо. Мне хотелось убрать ее с себя, но подумав обо всем происходящем, я решила оставить все как есть.

— Конкурс на лучший костюм, — удивленно повторила подруга. Я кивнула в знак согласия. — Мы думаем совместить осенний бал с Хэллоуином. Если получится.

Девочки еще долго обсуждали предстоящие праздники. Честно говоря, мне было не особенно важно, у кого будет лучший костюм, я просто хотела хорошо выглядеть. Сейчас меня это мало заботило, так как в голове были неоднозначные мысли, от которых шел мороз по коже.

После обеда мы направились на физкультуру. У нас были репетиции группы поддержки, как раз после чего я оставалась на дополнительные занятия по информатике. От одних мыслей об этом внутри все сжималось, и тело ликовало как сумасшедшее. Я не понимала, что происходило со мной. Мое настроение было сродни американским горкам: весь день я старалась избегать своего одноклассника, но в то же время сильно хотела его увидеть. В глубине души я расстроилась из-за того, что мне пришло наговорить ему вчера. Из моих мыслей меня вырвал чей-то голос, услышав который, я развернулась и встретилась с новенькой из нашего класса.

— Привет, я Эмма, — улыбнулась она, протягивая мне руку. Я все еще была в полотенце, только что после душа в спортзале. Мне показалось немного странным, что она подошла ко мне, когда я стояла в таком виде и с мокрыми волосами. Да и что она вообще здесь делала, во время наших репетиций?

Я подняла бровь, недоумевая.

— Кристина, верно? — вежливо продолжила она. Я не протянула ей руку, скрестив свои ладони на груди. Выжидающе посмотрев на девушку, я немного отстранилась.

— Да, — равнодушно ответила я. Замявшись, одноклассница убрала свою ладонь, немного опустив глаза вниз. — У меня лосьон на руках, не хочу испачкать, — тактично улыбнувшись, я отвернулась.

Наверное, во мне проснулось чувство собственничества после столовой, но знакомиться с девушкой ближе у меня не было никакого желания. Мне не понравилась эта девушка и я ничего не могла с собой поделать. Тем не менее, я все же ответила ей, а большего от меня ждать не было смысла.

Высушив волосы, я надела чистую одежду, и посмотрев на себя в маленькое зеркало на стальном шкафчике в раздевалке — осталась довольна. Я была в предвкушении: наш совместный урок с Брэндоном начинался через пятнадцать минут, и все внутри трепетало. Побрызгав немного парфюма на волосы и запястья, я нанесла бальзам на губы и вышла из спортзала. Даже несмотря на все свои отговорки и решение держаться подальше от него — никто не запрещал мне выглядеть привлекательно. Такие мысли вызывали во мне детский восторг, именно потому, что я противоречила себе все больше и больше, и черт возьми мне это очень нравилось.

Я вошла в пустую аудиторию ровно в четыре часа. Осмотревшись, села за компьютер, затем вытащила свою тетрадь из сумки и стала поглядывать на часы. Прошло минут десять, но одноклассника все не было. Видимо, он вовсе забил на наши занятия, или же попросту забыл. Я решила дать ему еще один шанс и подождать, или же написать все-таки сообщение, но это оказалось лишним, ведь спустя секунду он все появился в дверях аудитории. Робко кивнув, он вошел внутрь, а у меня часто забилось сердце.

— Извини, я опоздал, — протянул он, садясь за соседний стул. — Парень не поднял на меня свой взгляд, все еще не решаясь, или же просто не желая после того, как я вчера ему нагрубила.

— Я тоже только что подошла, — мягко ответила я, немного солгав. Я отвернулась, потому что не было никакого смысла смотреть на него, когда он это не хотел. Стало немного грустно, когда до меня снизошло осознание того, что скорее всего, я ему теперь просто неприятна, и если у него и были какие-то чувства ко мне, то теперь они попросту исчезли.

Брэндон достал флешку с проектом и вставил ее в компьютер, а после достал тетрадь с ручкой. Я наблюдала за его действиями, мысленно ругая себя за свой омерзительный характер. Сегодня на нем, как и всегда была очередная толстовка с капюшоном, из которой виднелся кусок белой ткани. Очевидно, снизу на нем была футболка. На самом деле мне уже нравился его такой подростковый стиль, и эта синяя мега-оверсайз-худи смотрелась хорошо именно на нем. Я вспомнила, как касалась его рук и плеч в его комнате в тот день, и мне показалось, что у парня все в порядке с мускулатурой. Точнее, не показалось, так и было, но в этой одежде тяжело было разглядеть. Господи, я много раз вспоминала об этом. Стоп. Я помотала головой, отгоняя свои мысли.

— Тебе все понятно? — спросил он, бросив на меня едва уловимый взгляд. Я кивнула. — Сегодня уже запустим тестовую версию, чтобы побыстрее закончить с этим, — безразлично добавил он, набирая очередные команды на компьютере.

Стало немного обидно, ведь он сказал эту фразу так, будто хотел от меня избавиться. Так и было, и я сама была виновата в происходящем, поэтому следовало молча слушать одноклассника и в случае чего помочь, если ему вообще когда-нибудь понадобится помощь. По сути сейчас, я ему только мешала. Несмотря на это, Брэндон все равно держался вежливо и объяснял мне каждый текст на слайде, просил записывать все, что он говорил, внятно, и доходчиво разъяснял каждое понятие. Спустя минут тридцать я почти забыла, что между нами был какой-то барьер, и стала открыто улыбаться, а затем и вовсе придвинулась ближе, словно мы с ним были давними друзьями. Рядом с Брэндоном мне было так комфортно, и я сама не понимала, почему ощущала такую близость от постороннего человека. От него исходило нечто такое, что притягивало меня все сильнее и сильнее.

— Знаешь, если бы не ты, я бы в жизни в этом не разобралась, — пошутила я, мягко толкнув его в плечо. Осознав то, что я только что сделала, я настороженно посмотрела в его сторону, ожидая порцию недовольства, смущения или чего-либо еще. Брэндон же просто улыбнулся.

Боже, у него была такая восхитительная, искренняя улыбка, а появляющиеся от нее ямочки на щеках делали его лицо еще более очаровательным. Затем он наконец-таки повернулся ко мне и я разглядела его лицо полностью: на секунду оно стало серьезным, и мне показалось, будто его карие глаза потемнели, став абсолютно черными. Затем Брэндон сразу же отвернулся от меня.

— Разобралась бы, если бы тебе помог кто-то другой, — серьезно ответил он, безразличным тоном.

— Кто-то более умный, чем ты? — я задала немного провокационный вопрос, придвигаясь в нему ближе. Он отодвинулся, выдохнув.

— Знаешь, давай мы создадим себе аккаунты, — резко поменяв тему, сказал он. Немного растерявшись от неожиданности, я все же кивнула в знак согласия.

Брэндон развернулся к монитору и стал набирать что-то на компьютере. Я приблизилась, чтобы увидеть то, что он делал, и слегка задела его своим бедром. Это произошло совершенно случайно, но не скрылось от внимания парня, и сию секунду он отодвинул свой стул в сторону, демонстративно отстранившись от меня.

— Я случайно, — стараясь защититься, протянула я. Стало неловко.

Брэндон никак не отреагировал, вместо этого он просто продолжил что-то записывать в тетради. На секунду он остановился, выдохнул и прочистил горло, придвигая к себе клавиатуру.

— Что ты там записываешь? — спросила я, и не дождавшись ответа потянулась за его тетрадью.

В этот момент наши пальцы соприкоснулись и нависло неловкое молчание. Брэндон поднял голову вверх, а затем выдохнул. Ему было некомфортно находиться рядом со мной. Теперь я ощущала это сильнее.

— Это набор кодов, — ответил он. — Можешь переписать это себе или же взять мою тетрадь домой. — Брэндон повернулся в мою сторону, показывая пальцами в тетради на то, что мне нужно изучить.

— Тебе она не понадобится? — спросила я.

— Нет, до завтра точно нет, — равнодушно ответил он.

— Я думала, ты по вечерам тоже учишься, — сказала я, желая выведать из него больше информации о том, как он собирается проводить свой вечер.

Зачем я снова лезу не в свое дело?

— Сегодня у меня другие планы, — ответил он. Меня будто ударило током.

— Гуляешь с подругой? — я задала бестактный вопрос. Меня мало волновал вопрос тактичности сегодня.

У него ведь не могло быть девушки? Если бы была, то он бы точно не стал целовать меня. Да и откуда у него могла взяться ни с того ни с сего девушка?

— У нас с тобой только общий проект, помнишь? — вопросительно подняв брови, напомнил он мне. Брэндон опустил меня с небес на землю моей же фразой. С его стороны это слушалось примерно, как: «не твое дело».

— Все верно, — отрезала я, не желая продолжать бессмысленный диалог, который мог привести к ссоре. Все верно, у него дома мы тоже ссорились, правда тогда он обвинял меня в легкомысленности. Ну а потом мы стали целоваться.

Неуместное воспоминание.

— Давай придумаем тебе ник, — сказал он ровным тоном, приводя меня в чувство. Парень сам немного приблизился ко мне, но не очень близко, все еще оставляя безопасное расстояние между нами.

— Может сначала придумаем тебе? — улыбнулась я.

— У меня уже есть аккаунт и ник, — отмахнулся он, набирая что-то на клавиатуре. — Я в Глоббере первый пользователь, поэтому оставил все как есть по умолчанию.

— То есть, у тебя просто стоит цифра в имени пользователя? — удивленно покосилась на него я. Затем взглянув на монитор, я добавила: — Ааа, ты — Номер Один*.

— Да, просто Номер Один, — ответил он, создавая новую страницу.

— Оригинально, — поджала я губы, кивая головой. — И, тебе даже идет. Брэндон улыбнулся.

— Спасибо, — сказал он. — Как запишем тебя?

— Не знаю, — задумчиво покачала я головой. — Может, так же как в инстаграме?

— Голубоглазая девочка11?* — ухмыльнулся он. Я удивленно покосилась на него. Я не ожидала, что он может следить за мной в инстаграме.

— Ты подписан на меня в инстаграм?

— Нет, — он отрицательно покачал головой, а затем улыбнулся уголком губ. — Просто твоя страница всплывала в рекомендациях.

Я закатила глаза от его откровенного вранья.

— Сам придумай для меня ник, — сказала я приказным тоном в шутливой форме. — Хочу тоже что-нибудь простое и броское, как у тебя.

Брэндон кивнул, что-то набирая на клавиатуре.

— Покажи, что ты там делаешь, — нагло отодвинув парня чуть в сторону, я посмотрела на монитор. Мне кажется, к концу урока мы вовсе забыли о всех наших разногласиях.

— СиСи?!* — удивленно покосилась на него я снова. — Это совсем просто, это же мои инициалы!

— Ну ты сама хотела что-то простое, а это первые буквы твоего имени и фамилии, — оправдывался он. — Тем более, тебя так раньше иногда называли, — осекся он, резко замолчав.

— Ты помнишь об этом? — я удивленно посмотрела на Брэндона. В средней школе меня называли так, но это было редким явлением и в будущем за мной так и не закрепилось. Я предпочитала, чтобы мое имя называли полностью, либо сокращали до последних четырех букв. Странно, что он знал о такой мелочи, ведь в младшей и средней школе мы почти не пересекались.

Брэндон кивнул.

— Мы можем выбрать что-то другое, — вырвав меня из моих мыслей, сказал Брэндон.

— Пусть пока будет СиСи, — прервала его я, снова случайно коснувшись его руки.

Брэндон остановился, а затем посмотрел на меня. Я чуть отодвинулась от парня, отчего случайно задела локтем свою металлическую ручку, которая лежала на столе. Покатившись, та с предательским треском упала на пол. Мы с Брэндоном одновременно полезли за ней под стол и случайно ударились головами друг о друга. Мы наконец посмотрели друг другу в глаза, на несколько секунд задержались в таком положении, а затем приблизились и почти прикоснулись губами. В этот в этот момент в дверях кто-то настойчиво закашлял.

— Лиза?! — хриплым голосом протянул Брэндон. Затем парень прочистил горло, и резко встав из-за парты, стал собирать свои вещи.

В конце кабинета стояла девушка, кажется это ее я видела вчера с ним в столовой. Она была очень бледной, худой, медные волосы были собраны в тонкий низкий хвост. В голове не укладывалось то, что они могли встречаться. Стало немного не по себе, от того, что я мысленно стала нас с ней сравнивать и ревновать Брэндона.

— Я пойду, — мило улыбнувшись, кивнула я, после того, как собрала все свои вещи и подошла к двери. Брэндон резко отвернулся от своей собеседницы, которая сразу же посмотрела на меня, грустно опустив голову. Если она и заметила что-то между нами, то сейчас ее это сильно расстроило. Вряд ли она была его девушкой, наверное, только добивалась его расположения.

Брэндон чуть было направился ко мне, но затем резко остановился.

— До завтра, — попрощавшись, я вышла из аудитории.

— Number One или же просто N1, № 1

— Blue.eyed.girl11 — голубоглазая девочка

— Christina Cranston или же C.C то есть СиСи

Кристина

— Давай завтра в такое же время встретимся здесь, — догнав меня в вестибюле, сказал Брэндон. Я повернулась к своему однокласснику, мысленно ликуя. Он все же думал обо мне, когда говорил со своей подружкой в кабинете информатики. Самодовольно улыбнувшись, я кивнула.

Робко опустив голову, Брэндон отошел в сторону от меня, а затем все-таки слегка помахал рукой, прощаясь. И снова вернулся в ту самую аудиторию.

Я пошла домой пешком, через местный парк, чтобы немного развеяться и насладиться теплым осенним воздухом. Температура в такое время немного спадала, соответственно воздух уже успел охладиться, и становилось порядком прохладнее. Я обняла себя, гладя по плечам, чтобы немного согреться. Чашка горячего какао сейчас была бы как никогда кстати. Внезапно пришло желание спуститься на набережную, возможно посидеть на песке, послушать шум волн и вдохнуть немного морского бриза, но мне позвонила мама и попросила скорее вернуться домой.

На часах было восемь, когда я почти добралась до дома. Из головы не выходило наше занятие с Брэндоном в кабинете информатики. Он придумал мне совсем простой, но такой уникальный ник, от чего тепло разливалось внутри меня. Брэндон помнил меня еще маленькой, и совсем не отрицал этого, что говорило о его внимательности ко мне или в целом об этой черте его характера.

— Добрый вечер, семейство! — крикнула я с порога.

Свет в гостиной был включен, но никого из родителей не было. Видимо, они расположились в обеденном зале, иначе бы мама не попросила бы меня вернуться сразу домой.

— Вернулась, дорогая, — широко улыбаясь, ко мне подошла мама. Очевидно, они действительно были в другом зале, так как мама шла с той стороны. — Я не слышала, как ты пришла.

— Да я только что… — сказала я, а затем изогнула бровь в недоумении. — У нас дома кто-то есть? — предположила я, заметив ее роскошный образ и вечерний макияж. Ни то, чтобы она выглядела хуже в другие дни, но на ней в этот вечер было весьма дорогое вечернее платье, которое могло быть надетым только в случае какого-то мероприятия, либо если приглашены званные гости.

— К нам на ужин пришли Бенджамин с Элизой, — воодушевленно протянула мама.

— Ты поэтому попросила меня прийти как можно раньше? — спросила я, все еще недоумевая. — Причем здесь я?

— Как это? — удивилась мама. — Это наши близкие семейные друзья, неужели ты не хочешь с ними поздороваться?

— Джастин тоже пришел с ними? — закатив глаза после своего вопроса, я направилась к кухне, чтобы налить себе чего-нибудь горячего.

— Я думала ты итак знаешь, что у него важные тренировки перед матчем, — недоумевала мама. Я самостоятельно поставила чайник на плиту, не тревожа прислугу, которая наверняка сейчас была целиком и полностью занята обслуживанием гостей. — Вы же близко дружите и учитесь вместе.

Я пожала плечами.

— В общем, не хорошо заставлять ждать гостей, — торопила меня мама. Я улыбнулась и изображая из себя примерную дочь последовала за ней в обеденный зал. Мне было не сложно поздороваться с Озборнами, хотя бы просто из вежливости. Да и не хотелось обижать маму, все-таки с Элизой Озборн они были в дружеских отношениях много лет, до того, как мы переехали из Саннивейла. Лишать ее единственной подруги, пусть и дружбой их общение можно было назвать с натяжкой, мне не хотелось. Бенджамин был деловым партнером и близким другом моего отца.

— Кристина, девочка, как ты выросла! — мама Джастина встала из-за стола и направилась ко мне улыбаясь своей неизменной улыбкой. Джастин унаследовал лучшие черты лица от родителей: от мамы ему достались его красивые голубые глаза и аккуратный для его лица нос. Я не знаю зачем я подумала об этом, когда поздоровавшись, стала разглядывать Озборнов. Наверное, от скуки. Спустя минут десять светских разговоров и всяких расспросов о моих ближайших планах на будущее, тактично попрощавшись, я ушла к себе в комнату.

***

Скоро должен был состояться матч между нашей футбольной командой и командой другой школы. Наши репетиции переместились во двор: отсюда был лучший обзор на стадион и так было удобнее, чтобы подбадривать футболистов.

— Кристина, Мария, обе подойдите, — приказным тоном окликнула нас с подругой мисс Грант. Взяв полотенце, чтобы протереть шею, я подошла к учителю.

— На соревнованиях замените друг друга, — безразличным тоном произнесла женщина. — Мария, ты еле способна удержаться на верхушке.

Удивленно посмотрев на учителя, я хотела запротестовать, но меня опередила Мэри. Вид у нее действительно был болезненный после ее последнего отравления, и она с трудом выполняла сложные поддержки. Но это все равно не было причиной лишать ее основной позиции в танце.

— Если вы из-за того, что я не смогла с первого раза залезть на вершину, то я исправлюсь, обещаю, — стала оправдываться Мэри.

— На это нет времени, — сказала мисс Грант тоном не терпящим возражений. — Соревнования уже совсем скоро. Нужно было ставить туда Джудит или Алишу, но у обеих травмы, а другие недавно вступили в группу и в отличии от Кристины у них совсем нет опыта. Тебе, Мария, нужно поправляться.

Я чувствовала себя предательницей, особенно после того, как злобно посмотрев на меня, Мэри быстро ушла в сторону школы. Я огляделась и бросила взгляд на футбольное поле, на котором тренировались парни. Наверное, я искала того, с кем можно было обсудить очередную возникшую неприятность, связанную с подругой. Обстановка немного накалилась, и я не знала, как исправить положение. Джудит была занята на скамье, растягивая мышцы с помощью специальных тейпов и не придумав ничего иного, я решила просто пойти к Мэри и прямо поговорить о произошедшем.

В раздевалке ее не было. Я направилась к душевым кабинам, но все было закрыто, тренировка уже закончилась и вот-вот должны были прийти девушки. Я подумала, что скорее всего Мэри сразу же направилась в кафетерий, минуя раздевалку.

В вестибюле меня настиг Джастин, появившийся из ниоткуда. Парень подошел ко мне сзади немного напугав неожиданным появлением, ведь еще минут пять назад я видела его на стадионе. Он был сильно вспотевшим из-за тренировки, отчего его волосы были пропитаны насквозь потом, став абсолютно мокрыми. Я поморщилась, когда одноклассник придвинулся ко мне слишком близко, коснувшись моего плеча.

— Что ты делаешь? — спросила я с отвращением. Не хватало еще дополнительных разговоров о моей персоне, которые бы не слишком хорошо отразили меня в свете.

— Давно тебя не видел, — сказал он близко к уху слегка понизив тон голоса. — Очень жаль, что не смог вчера прийти к вам на ужин.

— Придешь в следующий раз, — равнодушно ответила я, а затем сделала попытку отвязаться от друга, отстраняясь в сторону. Эта наглость со стороны Джастина порядком поднадоела.

— Остынь, Тина, — не унимался он, нарушив безопасную дистанцию между нами. Парень придвинулся ближе, практически нависнув надо мной, когда облокотился одной рукой о стену. — Почему бы нам не сходить куда-нибудь вместе как в прошлый раз?

— Джастин, — слегка оттолкнув его в плечо, я отстранилась. Моя вежливость уже потерпела поражение. — Мы с тобой никуда не сходим вместе, потому что ты встречаешься с моей подругой, — сказала я. — Это, во-первых, а во-вторых — я сама не хочу с тобой никуда ходить.

— Я думал, что я тебе нравлюсь, — с ноткой сожаления в голосе добавил он, хотя его сожаление выглядело весьма неубедительно. — Да и с Мэри у нас не все так серьезно, как ты думаешь.

— Я не думаю и мне все равно, — равнодушно ответила я. — И перестань мучать мою подругу.

— Это все из-за Эм-Джея, да? — громко сказал Джастин мне в след. Я его уже не слушала и просто шла в столовую.

Да уж, все из-за Мэтта. Меньше всего сейчас мне хотелось думать о своих отношениях с ним. Точнее и отношений то никаких между нами не было. Тем более после того дурацкого случая с поцелуем.

Я дернула металлическую ручку и открыла дверь, ведущую в столовую: Мэри сидела за нашим привычным столиком в гордом одиночестве. Вид у нее был разумеется расстроенный. Я бы сама тоже расстроилась на ее месте. Подруга пила молочный коктейль через трубочку и не смотрела в мою сторону, показывая всем своим видом что не желает со мной говорить.

— Я искала тебя, — тихо произнесла я и села рядом, игнорируя ее пассивную агрессию. — Послушай, я не имею к этому никакого отношения…

— Ой, да брось, Тина — прервав мои извинения, подруга выставила ладонь в протестующем жесте. — Я совсем не злюсь на тебя, — неожиданно продолжила она, выдавив из себя нечто похожее на улыбку. — Меня бесит эта Грант, стерва. Для нее мы всегда недостаточно хороши!

— Как ты себя чувствуешь? — спросила я, кладя свою руку ей на плечо. На самом деле я пыталась немного успокоить подругу, которая стала переходить на высокие тона и изрядно нервничать. — Может принести тебе яблочный сок?

— Нет, лучше возьми мне кекс с вишней, пожалуйста, — выдохнула она. — Умру, если не съем чего-нибудь сладенького. В нем всего лишь калорий триста, и я не буду ужинать сегодня.

— Эм, ну ладно, — недоверчиво посмотрев на подругу, я все-таки направилась к выпечке. Резкая перемена в ее настроении вызывала шквал подозрений, однако сославшись на ее искренность по отношению ко мне, я все же просто выполнила просьбу подруги, не задавая ей больше лишних вопросов. Когда-нибудь, я бы решилась на разговор о Джастине, но сейчас было не лучшее время для этого. Она могла воспринять мою критику как желание разрушить их непонятные отношения, тем более тогда, когда ее сняли с ведущей роли в поддержке.

— Вечером зайдете ко мне? — Мэри доедала свой кекс. — Обсудим некоторые вопросы, поболтаем.

— Рада, что ты успокоилась, — улыбнулась я, допивая свой кофе. Через секунду к нам подошли другие подруги. Джесс держала в руках учебник и не заметила, как села на мой шоппер.

— И тебе привет, — я отодвинула свою сумку в сторону. Подруга виновато кивнула, продолжая залипать в книгу.

— Вы слышали? — выпучив глаза, Джудит воодушевленно жестикулировала руками, словно собиралась объявить о какой-то сенсации. — Мэтт предложил вечеринку по случаю Хэллоуина провести у себя дома.

— Почему мы об этом не знали? — укоризненно посмотрела на нее Мэри. Судя по равнодушному выражению лица Алишы, она тоже была в курсе.

— Мне только что сказал об этом Джейк, — поделилась Джуд. В таком состоянии она все больше смахивала на Опру Уинфри.

— Я думаю нарядиться Опрой на Хэллоуин, — словно прочитав мои мысли, сказала Джудит. Я не смогла сдержать смеха. — Что смешного?

— Ничего, — покачала я головой. — Тебе бы еще набрать килограммов пять и костюм не нужен будет, — пошутила я. Подруга стала возмущаться, а затем мы все рассмеялись.

Я видела, как Мэри и Джудит тихо говорили о том, что случилось на тренировке. Мэри помрачнела, но старалась держаться безразличной. Я скучающе отвернулась, и заметила в проходе в столовую Брэндона со своим другом Сэмом. Сэм что-то говорил своему собеседнику, однако Брэндон судя по поникшему состоянию был совсем не весел. Ребята сели за столик в другом конце, и так, что я не могла видеть лица Брэндона — он сидел спиной ко мне. Видимо, случилось что-то серьезное. Я еще какое-то время сверлила глазами дыру в спине Брэндона, пока меня не отвлекла Джессика. В принципе, я могла спросить у него обо всем сегодня на дополнительном занятии.

— Ты идешь сегодня с нами по магазинам? — спросила Джесс. Мы уже собирались расходится по факультативам.

— Нет, я после литературы снова на дополнительных занятиях. — Но вечером зайду к Мэри.

— Кстати, у меня тоже будет сегодня занятие с Сэмом, — Джудит закатила глаза. — Я ему сразу сказала, что не могу много времени уделять информатике.

— Я так не смогла, мистер Ортега нас контролирует, — вздохнула я. На самом деле, я и без того не собиралась срывать наши с Брэндоном занятия. Потому что мне начинало нравиться время, проведенное с ним, хоть я и не сразу признала это.

На этот раз Брэндон пришел в аудиторию раньше меня. Когда я вошла в кабинет, парень бросил на меня быстрый взгляд, затем слегка кивнул в знак приветствия. Я сделала то же самое и поставив свою сумку на соседнюю парту, заняла свободный стул рядом с одноклассником. Брэндон все еще молчал, с помрачневшим видом глядя на монитор. Что-то занимало его мысли, но я не решилась сразу же задать ему вопрос.

— На чем мы остановились вчера? — робко спросил он, вытаскивая тетрадь из своего рюкзака.

До того, как твоя подружка вошла в кабинет или еще раньше?

— Ну, до того, как твоя подруга вошла в кабинет, — ухмыльнувшись протянула я, бросив на него кокетливый взгляд. Брэндон никак не отреагировал. Потом я резко пришла в себя, стоило мне вспомнить свое ужасное поведение в тот день у него дома. Кажется, мое лицо стало пылать от воспоминаний о поцелуе с ним в его комнате. Я коснулась ладонями своих щек, и слабо вздохнула, чтобы перевести дыхание. Господи, я задавала ему такие неприличные вопросы, о которых мне хотелось вовсе забыть. Не то, чтобы я отличалась особой скромностью, но этот парень с виду был таким спокойным и тактичным, отчего мне становилось невыносимо стыдно за свою распущенность. Хотя, учитывая его дальнейшее поведение после… Я незаметно покачала головой. Брэндон как обычно делал больше работы, практически за нас двоих, и вспомнив, что я не переписала полностью его конспект, я виновато опустила глаза.

— Я принесла твою тетрадь, но прости, ничего еще не переписала, — честно призналась я. Брэндон не ответил и продолжил печатать.

— Ничего, — освободившись, сказал он. — Так, давай попробуем установить приложение на телефоны, я как раз вчера адаптировал мобильную версию.

— Ты успел это сделать за одну ночь? — удивилась я. — Поэтому ты у нас лучший студент, — ухмыльнувшись, добавила я, не скупясь на комплименты. Ведь в этом действительно не было ничего плохого.

— Вообще-то я занимаюсь этим проектом не один день, — поправил он. — Наработки были, так что ушла на это не одна ночь, — подметил Брэндон.

Брэндон был серьезен и никак не реагировал на мои попытки казаться милой. Это было понятно, ведь я сама грубо послала его несколько дней назад, а теперь зачем-то решила искупить свою вину.

— Ну так что? — наконец взглянув на меня, одноклассник протянул ко мне руку. Я не сразу поняла, что он просил у меня мой смартфон.

Я наблюдала за тем, как парень что-то набирал в браузере, а затем установил приложение. На его телефоне уже была запущена программа. Иконка была сиреневой, и я улыбнулась про себя, вспомнив тот момент, когда просила убрать его банальные синий и зеленый цвета.

— Сиреневый, — сказала я, когда Брэндон передал мне телефон. Мой партнер улыбнулся, а затем кивнул. Все-таки, я не устану повторять, насколько очаровательной была его улыбка.

В этот раз не произошло ничего особенного, что могло бы как-то нас сблизить. Я даже немного взгрустнула от этого, но вспомнив свое собственные наставления по поводу Брэндона — сразу же пришла в себя.

— Мне нужно идти, но завтра в такое же время, да? — предложила я, не заметив, как сама все больше радовалась происходящему.

— Да, как обычно, — тихо протянул Брэндон. Затем посмотрев на меня, он продолжил, — Ты все никак не сможешь отдохнуть от моей компании.

— Я совсем не устаю, — возразила я, а затем прикусила язык. — Хотя, наверное, ты прав.

— Угу, — протянул парень, а затем стал собирать свои вещи. Он вышел первым из аудитории, едва попрощавшись со мной.

Не могу сказать, что я не расстроилась, после нашего последнего диалога. Сейчас мне стало немного тоскливо, я была обеспокоена холодным тоном с его стороны, но осознавала, что сама своим поведением угробила наши еще не даже не ставшие дружбой отношения.

Я не успела в торговый центр к подругам, и решив не тратить попросту время, направилась прямиком домой к Мэри. Меня так же, как и в прошлый раз встретила миссис де ла Круз, и мы минут пятнадцать обсуждали эзотерику, которой она недавно стала увлекаться, прежде чем девчонки вернулись домой.

— В «Сантане-роу» такие шикарные костюмы, — не умолкала Джудит с огромным пакетом в руках. — Я хочу, чтобы у нас с Джейком был парный образ на осеннем балу.

— Заплети кучу кос, и вы будете еще сильнее похожи, — подметила Джессика, устало бросаясь на диван. Ее всегда выматывали подобные вылазки, хотя она никогда не отказывалась от похода в «Сантану» потому что там находился ее любимый книжный магазин с канцелярией и всякими штучками для декора.

— Очень смешно, — саркастично ответила Джудит.

— Ну а ты как, закончила со своим умником? — съязвила Мэри, подходя к кухонному островку. — Я имею в виду твои дополнительные занятия, — пояснила она, делая глоток воды.

Джудит снова закатила глаза, а девчонки равнодушно отвернулись. Я — то сразу поняла, что она имела в виду.

— Сегодня да, быстро управились, — монотонно проговорила я, направляясь за Алишей и другими девочками на второй этаж.

Мы расположились как обычно в комнате Мэри, которая все еще что-то долго обсуждала с мамой внизу. Девушки показывали мне свои покупки, и я отметила что мне самой необходимо в ближайшее время приобрести платье для осеннего бала. У меня было несколько идей, но они вечно терпели фиаско, стоило более подробно представить свой образ. В последнее время меня одолевала какая-то хандра, я слишком быстро уставала, и привычные вылазки и посиделки с подругами уже не доставляли прежнего удовольствия.

Говорят, смена обстановки положительно влияет на человека, но для меня возвращение в Саннивейл лишь на короткое время произвело должное впечатление. Внезапно из моих мыслей меня вырвала мелодия в соседней комнате. Я обожала игру на музыкальных инструментах и пока отвлекшись, девочки обсуждали предстоящие соревнования, я направилась к источнику звука. Помниться, Виктория говорила о том, что ходит на занятия в музыкальный класс, где временно уроки преподает Брэндон. Кажется, он действительно стал для меня самым интересным парнем в окружении. Я улыбнулась собственным мыслям и постучавшись, дернула за ручку, не дожидаясь приглашения.

— Тина, это ты, — Вики убрала в сторону гитару, когда увидела меня в проходе своей спальни. Улыбнувшись, девочка кивком пригласила меня к себе.

— Ну и как тебе занятия? — спросила я, устраиваясь на ее мягком кресле напротив кровати.

— Сложнее, чем я себе представляла, — нахмурившись, ответила Вики. — Все эти переборы, позиции, аккорды… Сложно.

— Но у тебя хорошо получается, — похвалив ее, продолжила я. — Я слышала что-то похожее на Металлику.

— А, так это проще всего, — девочка закатила глаза. — Брэндон сегодня предложил «Nothing else matters» всем новичкам, там самый доступный перебор. Кстати, если тебе это тоже интересно, почему бы тебе не записаться к нам на факультатив?

— У нас итак много тренировок перед матчем и все такое, — отмахнулась я. — Времени на что-то еще нет.

— К нам сегодня пришла новенькая из вашего класса по литературе, — продолжила Вики. Я настороженно взглянула на девушку. — Эмма, которая приехала по обмену. Такая со светлыми волосами и короткой стрижкой.

Я невольно закатила глаза. Еще бы, ведь эту девчонку тоже привязали к нашему мистеру Всезнайке. Конечно же он потащил ее за собой в музыкальный класс.

— Они успели уже с одной девочкой сцепиться, — ухмыльнулась Вики, медленно перебирая струны. — Целая драма, черт возьми.

— Она мне показалась безобидной, — размышляла я.

— Так и есть, — ответила Вики. — Просто Брэндон провел много времени, помогая ей освоиться, и это не понравилось одной девчонке из моего класса, которая явно неровно к нему дышит.

Да как у него это получается?

— Не видела в нем ничего особенного, — соврала я, желая узнать, как можно больше информации обо всей этой истории. Меня стало распирать от любопытства и внезапно участившегося сердцебиения.

— Он же старшеклассник, — равнодушно повела плечами Вики. — Всем младшеклассницам вроде этой Лизы нравятся такие загадочные парни, — пояснила она, — Тем более он играет на гитаре, сама понимаешь.

«И таким образом поднимает градус своей привлекательности», — про себя подумала я и поразилась собственной глупости.

— Тина, мы тебя вообще-то ждем, — укоризненно сказала Мэри, буквально вытаскивая меня из комнаты сестры.

Мы еще какое-то время обсуждали подготовку к осеннему балу, после чего разошлись по домам. Вспомнив наставление преподавателей, сегодняшний вечер я наконец посвятила урокам и переписала все, что было в тетради Брэндона в свой блокнот.

После душа, я легла на кровать и взяла в руки телефон. Вспомнила о нашем с Брэндоном проекте и нажав на кнопку на дисплее включила Глоббер. Программа запустилась не сразу: несколько секунд на дисплее мигала надпись «beta», что значило тестовую версию приложения, а затем экран загорелся фиолетовым цветом и внизу появилась надпись «product by C&B 2011». Я широко улыбнулась. Он добавил заглавные буквы наших имен. Не знаю, было ли это в приложении днем, когда мы сидели на занятии, или же он дополнительно добавил эту фишку. Тем не менее от этого мне стало очень приятно и волнительно на душе.

Вкладка основной страницы как в любой другой социальной сети или мессенджере была пуста. Я по инерции нажала на значок «Контакты» и там увидела одного единственного пользователя. Его номер был привязан к программе и открыв его страницу я обнаружила значок «в сети». Интересно, он видел, что я тоже запустила программу? Что бы случилось, если бы я написала ему? Ведь это своего рода краш-тест, который мне не терпелось произвести. Интересно, у них действительно с этой малолеткой отношения? Вздохнув и не придумав ничего, я просто убрала телефон на комод и все-таки постаралась уснуть.

У нас было немного времени перед тренировками, которые мы собирались провести на свежем воздухе в школьном дворе под солнцем. Мы с девчонками складывали учебники в вестибюле, когда Джудит, отвлекшись жестом показала мне на кого-то сзади.

— Спорим, он хочет пригласить тебя на осенний бал, — пошутила подруга. Недоумевая, я развернулась.

Напротив меня стоял Брэндон, немного обескураженный и расстроенный. Либо мое воображение просто преувеличивало его равнодушное выражение лица. Он хотел мне что-то сказать, но вместо этого несколько секунд просто стоял, будто не мог подобрать нужных слов.

— Кристина, я хотел попросить тебя перенести наше занятие на час вперед, — мягко протянул он, опуская голову. Парень слегка провел рукой по своим каштановым волосам. — Если ты, конечно, сможешь.

— Вообще-то мне не очень это подходит, — я скрестила руки на груди. — Но если так нужно, то окей.

— Я просто буду немного занят, — робко ответил он и кивнув, отошел от нашей группы. Я покачала головой, а затем вернулась к Джудит, которая выжидающе смотрела на меня.

— Что? — я сделала удивленное лицо.

— Нет, ничего, — покачала головой подруга. — Просто, ты какая-то странная в последнее время.

— Тебе показалось, — отмахнулась я.

Нет, я действительно понимала, что ощущаю себя странно. Это чувство обострялось, когда Брэндон приближался ко мне или говорил со мной. Или же, когда я просто вспоминала о нем. Меньше всего мне хотелось посвящать в эти глупости своих подруг, которые бы после этого точно не оставили меня в покое.

Я искала Мэри после урока по физике, которая все никак не поднимала телефон. Не думаю, что она стала бы пропускать тренировку после вчерашнего, когда сама объяснила нам, что все в порядке. Все не было в порядке, но тем не менее, она старалась держаться равнодушной весь сегодняшний день. Я подумала, что стоит набрать ее сестре, которую тоже не видела с утра и забрела в музыкальный класс, в котором Брэндон и та девушка, Лиза активно репетировали, судя по их положению и одному музыкальному инструменту на двоих. Нет, в этом не было ничего плохого, очевидно, что мой одноклассник просто помогал девушке освоить очередной аккорд или что-то еще. Когда я вошла, они общими усилиями наигрывали какую-то балладу.

— Вы не видели Викторию? — прочистив горло, безразличным тоном спросила я, чтобы никаким образом не выдать свое замешательство и внезапную вспышку гнева. — Де ла Круз, сестру моей подруги Мэри.

Ребята оторвались друг от друга, девушка растерянно посмотрела сначала на меня, а затем на Брэндона. Что ж, это даже немного интересно. То есть, он променял наши занятия на игру с этой девчонкой? Наверное, я бы не стала так агрессивно реагировать, пусть даже про себя, сделай он это в другое время. Но он предпочел перенести наше с ним занятие, а не занятие с ней.

Брэндон сделал удивленное лицо, будто не сразу понял моего вопроса.

— Ее здесь не было, — сбивчивым тоном ответил парень. Ничего не сказав, я вышла из аудитории.

В кафетерии я чувствовала себя жутко. Мэри присоединилась к нам в бодром расположении духа, не давая объяснений по поводу ее отсутствия на тренировке.

— Где ты была? — раздраженно спросила я. Меня поддержали возмущенные подруги.

— Мы с Джастином идем на осенний бал, — не удосужившись дать внятное объяснение, подруга расположилась рядом с негодующей Джудит. — Остыньте, как будто кто-то умер!

— Ты сама вчера была недовольна тем, что тебя сняли с пирамиды, а сегодня позволяешь себе забить на тренировку! — выпалила Джудит.

Я недовольно фыркнула, отвернувшись. Аппетит и вовсе пропал. Голова раскалывалась и взяв из сумочки таблетку тайленола, я запила обезболивающее стаканом воды. Я все думала о своем однокласснике, черт его дери. И о легкомысленной подруге, несерьезно относящейся к нашим тренировкам. Также меня гложили навязчивые мысли о своей гордости, мне казалось, что я стала терять достоинство, находясь рядом с Брэндоном.

Скоро должно было начаться дополнительное занятие, но меня так сильно раздражало происходящее, что взяв телефон в руки, я незамедлительно послала своему однокласснику сообщение. Я посмотрела в сторону и увидела, как Брэндон, увидевший уведомление, недоумевая поднял на меня глаза.

Брэндон

«Сегодня не смогу. Давай в другой раз».

Я автоматически посмотрел на Тину, как только увидел уведомление на дисплее своего телефона. В этот момент мы с ней встретились взглядами, после чего я опустил голову, чтобы написать ей ответное сообщение. Простое «окей», так как больше мне нечего было ей сказать. Мне стало немного неприятно из-за этой отмены несмотря на ее омерзительное отношение ко мне.

Кристина вела себя очень странно в последнее время. То есть, тот поцелуй у меня дома сам по себе был чем-то необъяснимым, и когда я все-таки набрался смелости, взяв всю свою волю в кулак и решил подойти к ней — то все встало на свои места. Я был грубо отшит, благодаря чему, собственно и спустился с небес на землю и в очередной раз вспомнил где мое место.

Конечно же, меня все еще влекло к этой девушке. Мое сердце билось сильнее, когда я находился в одном помещении с Кристиной Кренстон, и я злился на себя, что не мог ни думать о ней. Моя беспомощность перед ее очарованием, красотой и миловидной улыбкой не имела границ. Поначалу я сильно злился, но ведь я знал, что все именно так и будет.

Я злился, что вопреки тому, что я видел все случаи ее флирта с ребятами из футбольного клуба, сам же попадался на эти ее трюки, когда она заигрывала со мной и мило улыбалась на наших совместных занятиях. Независимо от того, что я хорошо понимал ее манеру поведения, она все равно умело управляла мной и я ничего не мог с этим поделать. В параллельной вселенной я бы сослался на симпатию с ее стороны, но это точно было неправдой здесь. И да, я очень хотел поцеловать ее снова. Каждый раз, когда видел. Мне даже стало казаться, что мне это привиделось, приснилось или я сошел с ума, ведь это было чем-то нереальным. Но потом я понял, что она издевалась надо мной, как и над всеми вокруг, что было характерно для таких девушек, как она.

— Планы изменились, — вытянул я, отвлекая Сэма и Эмму от разговора. — Я сейчас иду в библиотеку вместо информатики.

В глубине души мне все-таки было горестно от того, что наше занятие отменилось, и тем более инициатором этого стала Тина. Я больше не смотрел на большой столик у окна в другом конце столовой, и попрощавшись с друзьями вышел из-за стола. Так как занятие все равно не состоялось, я подумал о том, что стоило почитать немного больше о программировании и библиотека стала бы отличным решением для того, чтобы успокоить нервы и привести мысли в порядок.

— Можно и мне с тобой? — Эмма догнала меня уже у выхода. — Я мало где была, и буду счастлива если ты покажешь мне местную библиотеку.

Эмма Портер — наша новенькая студентка из Мельбурна то и дело задавала мне разные вопросы. Поначалу ее подсадили ко мне на литературе, но как-то незаметно это переросло во что-то по типу наставничества. Девушка не отходила от меня ни на секунду в первый день обучения, что, признаться, стало меня немного пугать, ведь я не привык к такому вниманию к себе со стороны женского пола. Благо, быстро освоившись, она прекратила это дело и наши отношения сейчас находились в статусе дружбы.

— Буду рад твоей компании, — мягко улыбнувшись, ответил я.

— Прости еще раз за вчерашнее, — неожиданно сказала она. Мы шли по пустому вестибюлю в соседний корпус. — Не хотела говорить при Сэме.

— Да все в порядке, — отмахнулся я, стараясь не выдавать своего волнения. Эмма заправила прядь за ухо, а затем покачала головой, будто ей что-то пришло на ум, и она внезапно отогнала навязчивые мысли.

— Мне кажется ты нравишься этой девушке, — добавила она, чем ненароком вогнала меня в краску. Я не привык слышать такое от девушек. — Иначе она не стала бы так бурно реагировать на музыке.

— Брось, — протянул я. — До твоего появления Лиза была в центре внимания, — прочистив горло добавил я. — Она привыкла, что я все досконально объясняю только ей, поэтому вчера была так агрессивна. Это ты извини еще раз за нее…

— Прекрати, не скромничай, — улыбнулась одноклассница, поправляя очки на переносице. — Это же очевидно. Девушки всегда замечают такие вещи. Ты ей нравишься, вот она и стала придираться ко мне на уроке, когда увидела, как ты помогаешь мне с гитарой. Лиза просто приревновала!

Интересно, а Тина бы приревновала меня в похожей ситуации? Я покачал головой в ответ собственным глупым мыслям, дергая ручку двери от библиотеки. Я понимал, что скорее всего действительно нравился Лизе, хоть и старательно не показывал этого. Это было неправильным — давать надежду девушке, к которой я не испытывал никаких романтических чувств. Она была моим хорошим другом, но не более.

Взяв несколько учебников, мы с Эммой направились в центр библиотеки, в которой сегодня было необычайно тихо во всех смыслах. То есть, не было абсолютно никого. Все еще светило солнце, лучи которого плавно окутывали огромный стол, расположенный в центре, по обе стороны от огромного количества стеллажей с книгами. Расположившись за одним из столом, я вытащил ноутбук из рюкзака, который сегодня был как никогда кстати.

Кристина

— Ну как ты? В порядке?

Когда я молча направилась в раздевалку, меньше всего мне хотелось отвечать на навязчивые расспросы о том, что случилось пятью минутами ранее в столовой. В помещении царила гнетущая атмосфера.

— Все нормально, — отмахнулась я. Джудит и Мэри, сопровождающие меня до этого места, перешептывались. Я была окружена подругами, обсуждающими драку в фойе школы и поцелуй Брэндона со мной. Какое-то время — это будет сплетней номер один в школе, в этом я не сомневалась. Я нервно закатила глаза, натягивая на себя спортивные шорты и стараясь игнорировать такой навязчивый интерес к своей персоне.

— Я думала, Мэтт убьет его, — протянула Джудит, а затем покачала головой. — Честно, я до сих пор не понимаю, что произошло.

— Я тоже, — нагло отрезала Мэри. — Какого хрена ты вообще пошла туда? — подруга сказала последнюю фразу тише, стараясь не привлекать большего, чем итак имелось, внимания к нашей компании. — Ты что, запала на этого придурка?

Меня словно ударило током.

— Я еще не сошла с ума, — процедила я, исподлобья глядя на подругу. Мэри усмехнулась, показывая всем своим видом, что сказала глупость.

— Подруга, то, что случилось — полная хрень, — резюмировала Джудит.

Я психанула, когда направилась к Брэндону в столовой. Меня мучала злоба, потому что он посмел игнорировать мое существование и решил уделять все больше внимания девчонкам из музыкального класса и этой новенькой австралийке. Да, все в действительно выглядело именно так. Он должен был просить меня посещать наши занятия, ходить за мной, ведь ему было поручена помощь мне с проектом. Точнее, работа над совместным.

Я всего лишь разозлилась и решила сказать все, что о нем думаю. Признаться, мысль о некой подружке, в голову мне пришла не сразу, в мыслях царился настоящий сумбур из воспоминаний и раздражений, и я сказала первое, что пришло на ум.

— Неужели тебе самой не стыдно? — неожиданно появившаяся ниоткуда Джесс задала мне вопрос. — Вы же понимаете, что теперь ожидает бедного парня.

— Я всего лишь задала ему пару вопросов по учебе, — ответила я.

— Эмма рассказала мне о твоих «вопросах»! — подруга нахмурила брови, выжидающе глядя на меня, скрестив руки на груди.

— В любом случае ему не нужно было меня слюнявить, — с притворным отвращением добавила я, не выдавая своего волнения. — Он получил кулаком по физиономии за свою наглость. И поделом ему!

На самом деле я так не считала. Я бы не позволила Мэтту зайти слишком далеко, ведь я итак была слишком напугана, когда он замахнулся кулаком на Брэндона. Я готова была придушить футболиста за эту глупую выходку.

Лицо залилось краской, когда я вспомнила о его наглом поцелуе. Этот идиот поцеловал меня при всех! Невероятно. Я стояла у жестяного шкафчика, отсчитывая минуты до начала урока, всем нутром ощущая, как все в помещении буравят глазами во мне дыру со спины. Руки предательски тряслись, а сердце глубоко внутри грудной клетки билось как ошалелое, готовое вырваться наружу.

К своему великому стыду должна признать, что мне понравилось. Мне понравился его поцелуй, след от которого я до сих пор ощущала на своих губах. Черт возьми, застенчивый, неуверенный в себе, помешанный на учебе парень, поцеловал меня при всех моих и своих знакомых, находившихся в этом дурацком помещении, не думая и не боясь последствий. И я ответила. Теперь его репутация, должно быть, взлетит до небес. В отличии от моей, и о господи, как же мне стыдно из-за того, что случилось. К горлу подступил ком от осознания существующего положения дел.

В школе все при виде меня перешептывались. Я решила, что подобный интерес ко мне вызовет еще не мало разговоров, но ведь в старшей школе часто что-то происходило и я надеялась, что в скором времени все об этом забудут.

В одном я была точно уверена — этот парень испытывает ко мне чувства. Я всегда так думала, иногда сомневалась, но теперь была уверена на все сто процентов. Теперь, я понятия не имела как мне дальше общаться с Брэндоном. Он был нагл, совсем не скромен, когда обнял и поцеловал меня, ему было все равно, что подумают одноклассники, а тем более наши друзья — футболисты, с которыми вообще не стоило связываться.

Какая несусветная глупость! Чтобы я, Кристина Кренстон, одна из самых красивых и популярных девушек в школе смущалась и терялась при виде местного гика?! Какая чушь.

Однако, кажется так и было, благо из раздумий меня вырвал профессор Ортега, идущий позади меня по коридору.

— Мисс Кренстон, вы не видели мистера Хартера? — мягко спросил он, поправляя очки. Я едва дернулась, пораженная тому, как все мои мысли и окружение стали постепенно вертеться вокруг одного единственного парня. Возмутительно!

— Нет, — сухо ответила я, и уже собиралась тактично кивнув, отойти по своим делам, но учитель продолжил:

— Не могу найти его, — посмотрев в журнал, добавил он: — Вы уже запустили ваш проект?

— Да, сэр… — робко ответив, кивнула я. — По правде, я не так хорошо осведомлена, как Брэндон, если хотите, завтра после урока он подойдет к вам…

— Это поздно, — отрезал он тоном, не терпящим никаких возражений. — Тут материал, который должен помочь вам, — сказал учитель, передавая мне папку. — Хочу, чтобы вы ознакомились до завтра, внесли правки с мистером Хартером и принесли мне обратно.

— Но я тоже не видела его, — запротестовала я, предвидя не самый удачный вариант развития событий. Как я без помощи Брэндона выполню поручение учителя? — Мы разминулись после физкультуры…

— Мисс Кренстон, — прервав меня, холодным тоном произнес учитель. — Я поручил вам сущий пустяк. У всех у нас есть мобильные телефоны, и не мне объяснять молодежи такие вещи, — качая головой, добавил он. — Да и ваш проект по сути тоже про коммуникации, найдите партнера и сделайте то, что я сказал.

Оставшись наедине со своими мыслями и толстой папкой, с огромным количеством различных кодов, я чуть ли взвыла от безысходности. В принципе, я уже неплохо разбиралась во всем этом, но все же не так хорошо, чтобы самой составить очередной алгоритм… Взяв в трясущие руки мобильник, я разыскала номер Брэндона и глубоко вздохнув отправила ему сообщение. Ответ не последовал и через пятнадцать минут, когда, освободившись, я собиралась идти домой с Джудит. Я думала, что стоит позвонить, но мне не хватало смелости набрать его номер, по крайней мере сегодня.

— Я не знаю, что мне делать, — отчаянно выдохнув, сказала я. Джудит недоумевая посмотрела на меня.

— Ты все о том, что случилось в столовой? — спросила подруга. — Да и черт с ним, об этом все завтра забудут.

— Я не об этом, — закатив глаза, ответила я. — Профессор сказал сделать кучу нудной работы, — показала я на папку. — Кстати, а как продвигается твой проект? Что-то не слышно о вас с Сэмом в последнее время.

— Ну потому что у нас занятия через день, — отвлекшись, начала Джуд. — Он не ходит на теологию, а я на латынь, и поэтому нам удобно собираться в это время.

«А все наши факультативы с Брэндоном идут в разное время, либо пересекаются, — подумала я».

Да и разве я не испытывала радость в глубине души, когда виделась с ним?

— Мы тут одни, — вырвала меня из мыслей подруга. — Скажи честно, что у тебя с этим парнем?

Меня будто пригвоздило к земле от неожиданного вопроса Джудит. Внезапно я остановилась, коснувшись дверцы автомобиля подруги. Джуд меньше всех высказывалась о происшедшем сегодня, хотя я чувствовала, что ей это небезразлично.

— Ничего, — равнодушно пожав плечами, ответила я, садясь в машину. — Конечно же, ничего!

— Ну-ну, — сверля меня глазами, сказала подруга. Не реагируя на ее выпады, я потянулась за ремнем безопасности.

— Что?! — воскликнула я, борясь с ремнем.

— Ничего, — отвернувшись, покачала головой подруга. — Просто…

— Все нормально, Джуд, — прервала я.

Джудит замялась, переключая скорости. Подруга задумчиво посмотрела вдаль, а затем надавив на педаль, выехала из школьной парковки в направлении к моему дому. Я все смотрела на папку, лежащую на моих коленях и не представляла, как вылезти из подобной ситуации. Почему мое тело так дрожит из-за Брэндона? Это неправильно.

Дома я бросилась на свою большую кровать, откидывая злосчастную папку куда подальше. Я отказалась от обеда, приготовленного специального для Терезой, сославшись на огромное количество работы. Так и было, только почитав минут десять то, что было внутри, я окончательно расстроилась. Черт, мне нужна помощь Брэндона. Как некстати профессор заметил меня в вестибюле, как раз тогда, когда этот занудный бунтарь-задрот смылся черт его знает куда! Внезапно до меня снизошло осознание и по телу прошелся озноб. Ведь не могли Мэтт или Джастин сделать что-то с Брэндоном после школы? Схватившись за мобильник, я еще раз проверила почту и мессенджеры. Ничего. Собрав всю свою волю и гордость в кулак я все же набрала одноклассника. Пошли короткие гудки, но ответа так и не последовало. Вот же черт! Полчище мурашек пронеслось по коже. Схватив с комода папку с сумкой, я ринулась прочь из комнаты, быстро перебегая по деревянным ступенькам и наконец выходя из дома.

Я постучала в дверь к Хартерам, про себя надеясь на то, что с парнем ничего не случилось. Дверь незамедлительно отворилась и на пороге меня встретила удивленная мама Брэндона.

— Здравствуйте, миссис Хартер, — поприветствовала я. Женщина кивнула, приглашая внутрь. — Брэндон дома? — настороженно спросила я, едва осматриваясь по сторонам в поисках одноклассника.

— Да, он внизу, — сказала она, кивком указывая на подвал под лестницей. Я незаметно выдохнула, прогоняя все опасения куда прочь.

— Ты давно не заходила к нам, — улыбнувшись, протянула мама одноклассника.

— Времени не было, — объяснила я, ссылаясь на тренировки перед матчем. — Сами понимаете…

— Конечно, — достав две кружки с полки, женщина придвинулась ко мне. — Кстати, что это за агрессивные уроки у вас? — поинтересовалась она.

— А? — изумленно посмотрев на нее, вытянула я.

— Брэндон сегодня пришел с синяком, — ответила она. Я насторожилась. — Сказал, что ему в лицо заехали баскетбольным мячом. Сначала я запаниковала, но сын заверил меня, что все в порядке.

Я замерла, ведь я не видела, что случилось с его лицом, так как сразу же отошла от места событий. Ком подступил к горлу.

— Да, это правда, — единственное, что смогла произнести я.

Миссис Хартер предложила мне чай с пирогом, только что приготовленным ею собственноручно, но сославшись на важное домашнее задание, я все же вежливо отказалась.

— В таком случае, я позову сына, — Миссис Хартер направилась к лестнице, как неожиданно зазвонил ее телефон. Показав жестом, я улыбнулась и оставила ее одну, самостоятельно направившись к двери от подвала.

Дернув за ручку, я вошла внутрь комнаты. Вниз вела небольшая железная лестница, и спустившись по ступенькам, я оказалась в центре помещения. В подвале, со слабым, приглушенным освещением было аккуратно убрано, и все выглядело так, словно здесь был сделан специальный ремонт в стиле лофт. В углу была расставлена различная домашняя утварь, старинные музыкальные инструменты, как мне показалось, и всякий организованно-упакованный хлам, который бывает необходим в быту. Я думала, что Брэндон здесь что-то ищет или же выполняет поручения своей мамы, но меньше всего я ожидала увидеть здесь подобие спортзала, с разными спортивными атрибутами, которые располагались поодаль от меня. Приблизившись к стойке, я наконец разглядела толстовку, в которой был сегодня Брэндон. Прикоснувшись к его одежде, я внезапно замерла.

— Не ожидал тебя здесь увидеть, — за спиной раздался хриплый, запыхавшийся голос. Я вздрогнула, но не обернулась. Послышались приближающиеся шаги за спиной. — Зачем ты пришла?

Я ощущала всем своим телом близость парня. Обернувшись, я едва раскрыла рот, от увиденного зрелища. Брэндон стоял передо мной, обнаженный по пояс, в одних спортивных брюках. Мои глаза все же оценили парня с ног до головы, задерживаясь на капельках пота, стекающих с его натренированных мышц грудной клетки и рельефном прессе. Его кожа была белой, лишенной, как ни странно, загара, с едва заметными, выступившими от интенсивной тренировки, розовыми пятнами от шеи до груди, с которых одноклассник стер видимые капли полотенцем, находящимся у него в руках. Парень часто дышал, протирая тело, а затем отвернулся в сторону маленького прямоугольного окна.

— Кажется, вот-вот пойдет, дождь, — констатировал он, а затем посмотрев на меня снова, приблизился ближе. Я слегка отступила назад, опираясь о стальную столешницу.

Мне это мерещится? Все ребята, которых я знала могли похвастаться грудой мышц, но все были спортсменами, и это было самой собой разумеющемся. Но он… Застенчивый, по крайней мере, как мне казалось до сегодняшнего дня, неуверенный в себе отличник, увлекающийся информатикой и музыкой. Когда у него нашлось время еще и на то, чтобы сделать себе такое привлекательное тело? Отводя глаза, я ощутила, как все мои внутренности сжимаются в буквальном смысле этого слова, в тугой узел, а где-то глубоко в гортани наружу просился сдавленный вопль раздражения. Нет, я конечно чувствовала в тот дебильный день, когда сидела у него на коленях в его комнате и касалась его плеч, что он что-то скрывает под своими толстовками, но, чтобы так… Да и сегодня в столовой… Да зачем я вообще это вспомнила? Я едва сдержалась, чтобы не заныть от безысходности. У меня предательски подкосились колени.

— Так зачем ты пришла? — вмешался он, глядя мне в глаза.

— Я… — запнувшись, начала я, стараясь не задерживать своего взгляда на его теле. — Может, ты оденешься? — неожиданно для себя, возмущенным тоном добавила я.

— Нет, — отрицательно качая головой, ответил Брэндон. — Мне сначала нужно принять душ. — Парень недоумевающе посмотрел на меня, пожимая плечами. Затем он ухмыльнулся, снова взглянул на окно и буркнув что-то себе под нос, приблизился ко мне.

— Ты смущена что ли? — в его глазах заблестели искорки. Кажется, я впервые видела столь нахальную улыбку на симпатичной физиономии своего одноклассника. Бросив полотенце на ближайший стул, парень уже нарушил любые дистанции и правила личных пространств, и внезапно поставил ладони по обе стороны от меня. — Ты серьезно, смущена? Помнится, в прошлый раз ты вела себя по-другому. Что это внезапно произошло с нашей раскрепощенной принцессой?

Я отвернулась, стараясь не дышать, ощущая его обнаженное тело в нахальной близости от себя. Вжавшись в столешницу, я не знала, как дальше себя вести.

— Почему ты не смотришь на меня? — прошептал он над моим ухом, обжигая дыханием мою шею. Я скрывалась от его лица как загнанный в угол зверек. — Неужели никогда не видела голого мужского торса? — засмеялся он.

— От тебя разит потом, — процедила я, выплюнув слова ему в лицо. На самом деле я не чувствовала запаха пота, просто решила его поддразнить.

— Я как раз собирался принять душ, — ухмыльнувшись, сказал он, глядя мне в глаза. — Если хочешь, можешь подождать меня в моей комнате.

Наконец наши взгляды встретились и в слабом свете одиночной лампы на потолке я сумела разглядеть его лицо.

— Сильно болит? — я потянулась ладонью к его лицу, на котором красовался бордовый синяк, тянущийся от скулы до виска. Результат нападения Мэтта. Едва прикоснувшись в щеке одноклассника, я была сию же секунду грубо отвергнута. Брэндон резко схватил меня за запястье и отвел мою руку в сторону, отстраняя от своего лица.

— Твой дружок хорошо постарался, — злостно процедил он, не спуская с меня глаз.

— Он мне не дружок! — гневно отреагировав, выпалила я. Затем замявшись, я успокоилась. — Мэтт мне просто хороший друг.

Брэндон ничего не ответил, но так и не отстранился, глядя на меня сверху вниз.

— Так зачем ты пришла? — повторил он, испепеляя меня взглядом.

— Брэндон… — я снова потянулась к его щеке, и осекшись, одернула руку.

— Держись от меня подальше, — повторив мои слова, Брэндон злобно уставился на меня. Я виновато опустила глаза. — У нас совместный проект, не более, — в шутливой форме проговорил он. — Я выполнил твою просьбу. Зачем теперь ты ходишь за мной?

— Я принесла это, — наконец очнувшись, я показала на папку в моей сумке. Потянувшись за сумкой, случайно задела Брэндона плечом.

— Можешь, ты отойдешь, — сдавленным голосом протянула я, пригвожденная к столешнице. Как бы ему не пришло в голову прижаться ко мне еще ближе. Брэндон покачал головой, продолжая рассматривать меня.

— Сама отойди, — прошептал он в дюйме от моего лица.

Убрав его руку, я постаралась отойди от стола, но парень неожиданно вернул меня обратно.

— Хочу повнимательнее рассмотреть свою подружку, — сделав акцент на последнем слове сказал он, разглядывая мое удивленное лицо.

— Я имела в виду Лизу, — покраснев до кончика ушей, надрывно протянула я.

— Очень жаль, — выдохнул он. — Тогда, наверное, не стоило мне тебя целовать, прости…

Мои щеки вспыхнули. Сукин сын.

— Принцесса смущается…

— Мне нужна помощь… твоя помощь, — не обратив внимания на его слова, прерывисто сказала я, вбирая в легкие побольше воздуха и опуская глаза. — Я звонила тебе, но ты не поднимал трубку… и решила, что Мэтт с парнями что-то может сделать, поэтому пришла.

Лицо Брэндона приобрело серьезное выражение. Такое же, как и обычно. Парень посмотрел на ближайший стул, на котором располагался его мобильник, но от меня не отстранился.

— Он на беззвучном, — выдохнул он, снова возвращая свой взгляд на мое лицо. — И насчет твоего дружка, — повторил он. — Вряд ли он убил бы меня, — в шутливой форме добавил он.

— Да ты ненормальный!

— Задрот, ботаник, неудачник, — безразлично говорил он, повторяя эти слова, словно вел счет. — Девственник, — слегка засмеялся он. — Ну и ненормальный. Какого же ты высокого мнения обо мне. Думаю, да нет, я почти уверен, что ты запала на меня.

— У тебя крыша поехала, — раздраженно процедила я, не веря своим ушам. — Что ты несешь!

— Расслабься, красавица, — придвинулся он ближе, почти прикасаясь ко мне губами и намеренно задевая меня плечом. По мне пробежали мурашки. — Я же пошутил.

— А с виду паинька, — закатив глаза и мысленно выдохнув, повторила я свои мысли, стараясь разорвать кольцо рук Брэндона.

Но одноклассник все же снова вернул меня на место. Шокированная, я схватила его за плечо, и недоумевая посмотрела в глаза.

— Я не дурак, Кристина, — обреченно выдохнул он. — И все прекрасно понимаю. Но, не издевайся надо мной, пожалуйста.

— Что?

Растерянная, я посмотрела на его грустное лицо. Что значит «не издевайся»? Он решил, что я издеваюсь над ним? Потянувшись в третий раз ладонью к его лицу, я осторожно прикоснулась к его теплой щеке. На этот раз он не сопротивлялся. Простояв так несколько секунд, Брэндон наконец опустил свою ладонь поверх моей, и только потом плавно убрал мою руку.

— Я приму душ, — ровным тоном обратился он ко мне. Затем приблизившись снова, он схватил худи со столешницы, наклоняясь надо мной и улыбаясь. — Подождешь меня в комнате, хорошо?

Брэндон вернулся в свою комнату минут через десять. На этот раз он был в одежде полностью, в белой футболке и джинсах. Парень слабо улыбнулся, а затем разложил свои вещи по полкам и направился ко мне. В его комнате как всегда был почти идеальный порядок. Почти, потому что как-то он оправдывался передо мной за разбросанные вещи.

Не помню, чтобы я видела его в футболке, кажется, он всегда носил безразмерные толстовки, или рубашки поверх футболок. Я облегченно выдохнула. Но лишь до той секунды, пока он не подошел ближе и мне в нос не ударил стойкий аромат геля для душа с цитрусовыми нотами. Брэндон присел рядом и теперь я видела очертания его фигуры сквозь даже не плотно прилегающую к телу, футболку.

— Так, что там нужно сделать, — парень снова улыбнулся, той самой невинной улыбкой, которая каждый раз заставляла меня таять. Ненавижу его.

— Вот… поняла только отчасти, — я протянула ему желтую папку. — Я бегло прошлась по всему материалу.

Брэндон стал заинтересованно рассматривать текст, отмечая внутри что-то карандашом. Затем он включил проект на компьютере и стал набирать простые комбинации, которые я уже тоже понимала.

— Он хочет, чтобы мы организовали проект среди группы людей, — Брэндон нажал на клавишу «Enter» и запустил команду. — Можно начать со следующей недели, как думаешь?

— Конечно, — ответила я, но в моих мыслях все давно смешалось. Неужели он специально делал вид, будто между нами ничего не происходит?

— Послушай, Брэндон, — прервавшись, позвала я. — Извини меня за то, что произошло в столовой и за Мэтта, хорошо? Я в последнее время сама не своя, не знаю…

В этот момент одноклассник выдохнул, качая головой. Пробормотав что-то и повернувшись вправо, неожиданно Брэндон поцеловал меня, не дав мне опомниться. Слова застыли в воздухе. Затем оторвавшись моих губ, он настороженно посмотрел на меня. Что, черт возьми на него снова нашло?

Выдохнув, я обреченно посмотрела ему в глаза и спустя секунду сама притянула к себе.

— Ты меня тоже извини, тоже за это же, — хрипло добавил он, еле отрываясь от моих губ. Я покачала в знак согласия, держа его за голову, и притягивая обратно к себе. Брэндон схватил меня за талию и посадил к себе на колени. Боже, он уже второй раз делал это.

— Ненавижу тебя! — раздраженно прошептала я в его губы, прижимаясь всем телом к нему. Парень кивнул, возвращая к себе и снова целуя. — Ненавижу…

— Угу, — пробубнил он, углубляя наш поцелуй. Затем он погладил меня по спине, пальцами задевая кожу под коротким топом и пропуская свои ладони через одежду. Господи, что он делал… А с виду, вроде, скромник. Плевать. Я выгнулась в пояснице, неистово целуя своего одноклассника.

— Ты запал на меня, — ядовито выпалила я, слабо кусая его за нижнюю губу. — Запал так же, как и другие.

— Больше, чем другие, — часто дыша, прошипел он сквозь зубы, покрывая мою шею поцелуями. — Ты слепая, если не заметила этого раньше.

Мое сердце было готово выпрыгнуть из груди от таких простых слов парня. Я потянулась к нему снова, впиваясь в его нежные губы сладким, долгим поцелуем. Мне было так хорошо, и совершенно безразлично, что я пожалею об этом через несколько минут. Я сжала его плечи, чувствуя, как напряглись его крепкие мышцы. Крепко обняв Брэндона, я вдохнула приятный аромат его тела, а затем провела по его спине пальцами и осмелев запустила руки под футболку. Его тело напряглось под натиском моих ладоней, и парень глухо застонал, из-за чего я отпрянула. Это могло зайти слишком далеко.

— Чокнутый… — прошептала я, досадно выдыхая. Парень прильнул к моей шее, прижимая к себе и оставляя дорожку горячих, опаляющих поцелуев на моей коже. — Псих!

— Еще как, — Брэндон снова обнял меня, сжимая в своих объятиях. — Все из-за тебя…

Я попробовала отстраниться, проводя руками по его плечам вниз, к запястьям, к ладоням, крепко удерживавшим меня на себе. Одноклассник что-то пробубнил, целуя мои щеки, а затем снова настойчиво вернулся к губам.

— Пусти… — нехотя разрывая поцелуй, сдавленно протянула я, убирая с себя его руки. — Пожалуйста…

Отстранившись, Брэндон посмотрел на меня снизу-вверх. Я все еще находилась в его объятиях, и могла рассмотреть огонь в его затуманенных, потемневших глазах, которые в обычное время отдавали слабым янтарным оттенком. Его щеки залились румянцем, и парень часто дышал.

— Прости, — виновато прошептал он, опустив глаза, а затем убрал свои руки с моей талии. — Обещаю, это в последний раз, — ровным тоном протянул он, поворачиваясь к компьютеру. — Так, на чем мы остановились?

Парень выдохнул и слегка прикрыл глаза, смотря прямо в компьютер. Несколько секунд он сидел молча, не поворачиваясь ко мне. Он постепенно восстанавливал дыхание после всего того, что только что произошло.

Внезапно в комнату постучала его мама.

— Не хотите сделать перерыв? — тепло позвала миссис Хартер.

Ее сын ответил что-то нечленораздельное, или мне так показалось, потому что, отвлёкшись, я словно в прострации думала о своем. Дернувшись, когда ко мне обратились, я случайно задела локтем телефон, который с грохотом упал со стола.

— Извините, я думаю, мне пора домой, — ответила я, поднимая телефон с пола. Брэндон виновато отвернулся, а его мать недоумевая посмотрела на нас обоих. — Не проводишь?

Парень удивленно посмотрел на меня, а затем кивнув, встал со стула. Мой вопрос стал неожиданностью даже для меня самой.

— Там идет сильный дождь, — предупредила мама Брэндона. — Сынок, отвези ее до дома.

— Не нужно, я пройдусь пешком, — вежливо отказалась я. Это уже слишком. — Дождь же не может идти вечно, тем более в Саннивейле.

— Я отвезу тебя, — повторил Брэндон с серьёзным выражением лица, а затем кивнув маме, спустился вниз вместе со мной.

В машине мы не обмолвились и словом. Я села спереди, рядом с Брэндоном, надеясь на то, что мне придет в голову как продолжить наш с ним разговор. Не получалось. Собственно, что я должна была ему сказать?

Мы остановились у моего дома ближе к семи часам вечера. Дождь действительно лил как из ведра, и все вокруг стало совершенно мокрым. Включив стеклоочистители, мы просидели в машине еще несколько минут в абсолютной тишине, которую вскоре разрушила я.

— Что значит «больше, чем другие»?

— То и значит, — тихо ответил он, спустя несколько секунд молчания. — Намного больше, чем другие.

Мое сердце забилось в сумасшедшем ритме от такого простого признания Брэндона. Как вообще я смогла задавать вопросы после всего того, что случилось? Он признался мне, но держался строго и немногословно. Я удивленно вздохнула, приближаясь к нему.

— Да, ты нравишься мне, — уверенно сказал он, развернувшись ко мне. — Всегда нравилась, но это ничего не значит, ведь ты уже сказала, все, что думаешь обо мне. И чтобы я держался от тебя подальше, потому что, я — неудачник.

— Я не называла тебя неудачником! — прикусив язык, воскликнула я. Брэндон повернулся, бросив на меня отчаянный, мимолетный взгляд.

— На заднем сиденье есть зонт, — парень перевел тему, разворачиваясь назад. — Возьми его с собой до дома и…

Притянув его за шею, и не дав ему договорить я легко прикоснулась к его губам своими. Брэндон замер, очевидно не ожидая от меня такого внезапного жеста. Да я и сама от себя этого не ожидала…

— До завтра, — хихикнув, я чмокнула его в раненную щеку и посмотрев напоследок ему в глаза, выбежала из машины, на ходу снимая замшевые туфли. Не знаю, смотрел ли он мне вслед, но это было и не важно. Пробежав босиком по мощеной дорожке до дверей, я ощутила, как насквозь промокла моя одежда и сразу вспомнила, что так и не взяла у него зонт.

— Кристина, детка, наконец-то ты дома? — с порога меня встретила встревоженная мама. — Боже правый, ты промокла до нитки! Ты что, шла пешком?!

— Нет… — жестом показала я на отдаляющуюся машину. Вряд ли мама смогла ее разглядеть. — Меня подвез одноклассник, — улыбаясь, ответила я.

— Давай помогу, — качая головой добавила мама, снимая с меня легкую куртку. — Господи, твои кудри…

— Да все в порядке, я пойду к себе, — кивнув, я схватилась за сумку, и не обращая внимания на едва различимые слова мамы о возможной простуде, поднялась по лестнице вверх. Я была слишком счастлива в этот вечер, чтобы думать о какой-то простуде.

Кристина

В коридоре послышались голоса. Прислушавшись, я поняла, что они исходили из моей комнаты. Тихо дернув за ручку, я вошла внутрь своей спальни и увидела своих девчонок. Спустя минуту я вспомнила, что мы планировали посиделки вечером в моем доме. Когда я показалась в дверях, подруги сразу же замолкли, разглядывая меня с головы до ног.

— Где тебя носило? — Джудит недоумевая глядела на мои мокрые волосы.

— У меня было занятие, — равнодушно ответила я, бросив тяжелую сумку в дальний угол комнаты. Мэри усмехнулась, вытянув ноги на моей кровати, а затем стала что-то набирать на телефоне. — Я говорила, Джуд.

— Эм… — подруга скорчила недовольную гримасу, а затем расположилась на маленьком диване напротив моей кровати, рядом с Джессикой. — Вообще да, но мы тебя уже давно ждем…

— Снова со своим ботаником тусовалась? — ядовитым тоном прервала Мэри.

Я поморщилась, бросив полный сарказма взгляд на подругу. Мне бы и дальше хотелось тусоваться со своим ботаником, чем выслушивать Мэри.

— Ну и как тебе поцелуй?

Внезапно я замерла, прокручивая в голове мысль о том, каким образом Мэри стало известно о том, что произошло в доме у Хартеров. Затем я сразу же отогнала мысли, вспомнив о неудачном стечении обстоятельств в столовой. Какая же я глупая!

— Мальчик хорошо целуется? — добавила Мэри

Послышалось недовольное цоканье со стороны Джудит и Джессики.

— Зашибись, — я выставила большой палец вверх, словно одобряла это действие. — Ни с кем еще я так страстно не целовалась! — сценически улыбнулась я. Девчонки засмеялись, Джессика что-то пробурчала себе под нос и закатила глаза.

Интересно, какой бы была их реакция, если бы они узнали, что все сказанное мной только что — абсолютная правда. Мэри сочла мой ответ весьма веселым, и продолжила задавать язвительные вопросы, касающиеся Брэндона.

— Сколько баллов дашь по десятибалльной школе? — не унималась подруга. — На троечку, или же на четверочку?

— Десять из десяти! — ответила я ровным тоном, садясь на краю собственной кровати. — Вы не против, если я переоденусь?

Переодевшись в домашнюю фланелевую пижаму и подсушив волосы полотенцем, я спустилась за чашкой горячего чая на первый этаж, оставив подруг в своей комнате дальше обсуждать в красках мускулы Мэтта Дженсена и других спортсменов.

— Как ты на самом деле? — тихо отозвалась Джудит. Я не заметила, в какой момент подруга побежала за мной на первый этаж. Ее лицо выражало спектр противоречивых эмоций, словно она хотела поговорить со мной о чем-то серьезном.

— Все в порядке, правда, — лениво буркнула я, сделав глоток горячего напитка. Кажется, только сейчас я стала ощущать, как сильно продрогла после дождя и как тепло от чая стало проноситься по всему телу.

— Мне кажется, ты не соврала насчет… — Джудит оперилась о столешницу. — Может, расскажешь?

Подруга смотрела на меня взглядом, требующим незамедлительного ответа. Наверное, стоило уже хоть с кем-то поделиться происходящим, которое сводило меня с ума с каждым днем.

— Он меня поцеловал, — прошептала я. — Брэндон.

— Об этом все говорят.

— У него дома, — прервала я подругу. — Только что, — заметив интерес, граничащий с удивлением в глазах Джудит, тихо продолжила я. — Это он меня привез.

— Охренеть, — Джудит покачала головой. — Ну а ты что?

Я пожала плечами, в то время как подруга сузила глаза в подозрительном прищуре.

— То есть, ты ничего не сделала? — пробормотала Джудит. Я никак не отреагировала, поднося чашку ко рту. — Не знай я тебя, то решила бы что ты запала на этого парня. Да, тебя не было несколько лет, но все же…

— Я не изменилась! — я ударила чашкой по столу.

— В любом случае, — размышляла подруга. — Смелый парень, ничего не скажешь. То есть после всего этого он тебя сам снова поцеловал?

— Да! — я закатила глаза.

— Серьезно? — не унималась подруга, сдерживая смех. Я отвернулась. — А с виду паинька.

Да никакой он не паинька!

— Не говори Мэри, — попросила я, на что подруга понимающе кивнула. Ей самой не нравились приступы бешенства подруги, повторяющиеся последние дни.

— Я пока не знаю, что делать дальше, — я посмотрела на лестницу, переживая за то, как бы нас не подслушали остальные. Сейчас мне не хотелось делиться со своими переживаниями со всей нашей компанией.

— Не переживай ты так, — подруга чуть задела мою руку и ободряюще кивнула. Затем усмехнувшись, Джудит тихо продолжила:

— Ну и как он целуется?

— Я же говорила, — улыбнулась я. — Зашибись!

Собрав корзину со сладостями и напитками мы с Джудит вернулись в мою комнату. Дождь все еще лил как из ведра, и моя мама предложила девушкам задержаться у нас до тех пор, пока он не стихнет.

— Как вы долго! — с порога прокричала Мэри, уже переодетая в мою пижаму.

— Ты же не против? — спросила она, хотя, судя по тому, что она уже надела мою одежду, ей был не важен ответ.

— Кстати, мы тут без вас обсуждали образ идеального мужчины, — Мэри растянувшись на моей кровати записывала что-то в блокнот. — Самые красивые глаза у Джастина!

«Нет, самые красивые глаза у другого парня», — про себя подумала я.

Затем пошло обсуждения ног, рук, мускулатуры и стали проскакивать имена других спортсменов. Я слушала подруг, прокручивая в голове мысль о том, какое привлекательное тело у Брэндона Хартера и какие крепкие у него мышцы, которые сжимались от одного моего прикосновения. Да, внешне он мог бы посоревноваться с футболистами. Он невероятно симпатичный, и целуется настолько классно, из-за чего в моих губах до сих пор приятно покалывало. В горле пересохло, рот увлажнился слюной и кашлянув я потянулась за стаканом воды.

— Тина, — тихо позвала Джессика. — Налить тебе сока?

Кивнув, я подошла к магнитоле, чтобы разрядить накаленную атмосферу, которую все больше ощущала всей кожей.

— Самый страстный все-таки Джейк, — Джудит сделала мечтательное лицо, а затем тихо засмеялась, будто вспомнила какой-то эпизод из жизни.

— Тина, что скажешь? — с подозрением в голосе спросила Мэри, вырывая меня от разглядывания диска с музыкой.

— Не знаю, — безразлично отмахнулась я.

Понятия не имею, кто из спортсменов самый страстный и при нынешнем стечении обстоятельств мне меньше всего хотелось так глубоко погружаться в выяснение данного факта.

— Не знаешь, — Мэри сузила глаза. — Может, твой дружок гик? — цинично цокнув, Мэри выжидающе уставилась на меня.

— Может быть, — ответила я без малейшей толики неуверенности. — В следующий раз обязательно это проверю и расскажу тебе.

— Ну ты все же проверила это сегодня, — не унималась подруга. — Он горячий, правда?

— Как раскаленное железо, — повторила я. Да, черт возьми, если она хотела конфликта — я бы незамедлительно устроила ей его. И, признаться, мои слова были чистой правдой, я ни разу ее не обманула. Видимо за несколько лет мы действительно изменились настолько, чтобы не находить общих точек соприкосновения.

— Сильно сомневаюсь, — лениво буркнула она себе под нос. — Он неуверенный в себе неудачник.

Я поставила стакан с соком на комод, еле сдерживаясь чтобы не наброситься на подругу.

— Брэндон — не неудачник! — собрав волю в кулак, сказала я. — Отчего такая ненависть?!

— Терпеть не могу задротов, — ответила она. — У меня на них аллергия.

— Эээ… что? — Джудит уставилась на подругу.

— Ну да, — равнодушно ответила Мэри. — Поверить не могу, что вы его защищаете.

— Тебе нужно стать добрее, — поправила ее Джессика, внезапно включившаяся в разговор.

Ближе к полуночи, когда девчонки разъехались по домам, я осталась в своей комнате в полном одиночестве. Приняв душ и надев чистую пижаму, я налила себе чашку горячего чая и улеглась в постель. В прогнозе на завтра уже не было никакого дождя, и встав с кровати я подошла к окну. Небо было ясным, как на ладони, а воздух был пропитан запахом земли после дождя. На телефон пришло уведомление, по звуку я не определила из какого приложения, поэтому взяв телефон в руки я уставилась на дисплей.

«На улице сплошной серфинг». — @n1. 11:45 pm.

Я едва не уронила телефон на пол от неожиданности. Мне пришло оповещение из Глоббера, первое сообщение из нашей с ним социальной сети. Подыграв Брэндону, я продолжила диалог в такой же загадочной форме.

«Когда же этот дождь перестанет?» — @cici. 11:47 pm.

«Дождь не может идти вечно». — @n1. 00:01 аm.

Руки затряслись, и стало колотиться сердце. Прочитав сообщение, я улыбнулась, вспомнив, как произнесла эту фразу в его комнате три часа назад, когда оправдывалась перед его мамой. Я убрала телефон в сторону, когда на меня нахлынули какие-то неизвестные ностальгические нотки.

На литературе у нас с профессором произошел небольшой спор, из которого я вышла победителем, ведь я действительно полностью прочитала роман. Я была горда собой, особенно в тот момент, когда Брэндон, повернувшись, робко улыбнулся, глядя на меня, словно действительно был доволен происходящим. Внезапно завибрировал телефон, лежащий на парте.

«Крутой ответ». — @n1. 11:15 аm.

«Еще бы». — @cici. 11:17 аm.

«Ты сегодня очень красивая». — @n1. 12:00 pm.

«Разве только сегодня((». — @cici. 12:02 pm

«)))». — @n1. 12:03 pm

«Конечно всегда». — @n1. 12:03 pm.

Прозвенел звонок, и все стали собирать свои вещи. Джудит собиралась на занятие с Сэмом, а Мэри как раз куда-то ушла с Джастином. Мы с Джессикой вышли из кабинета, и в коридоре я увидела Брэндона, мило беседующего с Эммой, отчего нахмурившись, я окинула его безразличным взглядом и прошла мимо. Парень, кивнув своей собеседнице, направился в нашу сторону.

— Привет, — протянул он. Подруга кивнула и сославшись на факультатив по химии, оставила нас наедине.

— Какая милая загадочность, — разрушив неловкую тишину между нами, сказала я, наконец-то улыбнувшись и двигаясь в направлении к столовой. — Я про твои сообщения.

— Ты про это, — парень недоумевая почесал затылок, будто не знал, как продолжить разговор. — Ничего странного.

Вновь я разглядела в его лице эту очаровательную неуверенность, будто он терялся, когда говорил со мной. Странно, учитывая все то, что я уже о нем знала. Да и в переписках он был совсем иным. И как же меня раздражал этот синяк на его симпатичном лице, который вчера оставил неадекватный Мэтт, по моей вине. Хотелось прикоснуться к его щеке, убедиться в том, что он в порядке и не сильно обижен на меня. Я виновато опустила голову, но спрашивать об этом снова не рискнула, чтобы не поднимать злосчастную тему.

И тут его лицо переменилось.

— Ничего не хочешь мне сказать?

— Хочу, — честно ответил он, глядя на меня. — Но пока не знаю, с чего начать. А ты?

— То же самое, — призналась я, одаривая его искренней улыбкой. Брэндон слегка замялся, продолжая улыбаться уголком губ. До чего же он застенчивый, когда находится на нейтральной территории! — Не промок вчера под дождем?

Парень нахмурил брови, а затем едва слышно засмеялся и покачал головой.

— Твои сообщения вчера включили во мне флешбеки, — размышляла я. — Как будто я переписывалась с Алексом Корвисом.

Сказав последнее, я подумала о том, насколько глупо прозвучала моя фраза. А затем посмотрев на молчаливо-задумчивого Брэндона, остановилась.

— Скорее с Эриком Дрейвеном, — поправил он, отчего удивившись, я на секунду остановилась.

Одноклассник сделал несколько шагов вперед, а затем развернулся, недоумевая. Да, я любила все фильмы про «Ворона», но они были такими старыми, что я сильно сомневалась, что кто-то кроме меня, моего возраста, вообще знал о существовании франшизы.

— Не может быть, — широко улыбнувшись я подошла к нему. — Ты знаешь?

— Да, мой отец был фанатом этой вселенной, — застенчиво ответил он. — Коллекционировал все комиксы с 1989-го года. — Соответственно, меня тоже подсадил еще в раннем детстве.

Осознание того, что мы цитировали одно и то же старое кино почему-то особым теплом разлилось по моему телу и глядя на то, как непонимающе Брэндон смотрит на меня, я вдруг осознала кое-что. Не особенно значимое, но удивительно интересное.

— О боже, только не говори, что тебя назвали в честь Брэндона Ли! — сказала я перед собой. Парень, улыбнувшись, кивнул. — Да ладно!

— Для меня странно, что ты знаешь обо всем об этом, — неожиданно сказал Брэндон, открывая дверь столовой. Нахмурив брови, я посмотрела на друга. — Ну, по тебе не скажешь…

— Что ты имеешь в виду? — рассердившись, отрезала я.

Меня расстроило такое нахальное замечание одноклассника. То есть, несмотря ни на что, этот парень снова намекает на мою поверхностность? Он умнее меня, неужели его действительно во мне привлекала только моя внешность? Но вчера он говорил о другом… Ладно, действительно в нашей компании, кроме Джессики, остальные девушки не имели каких-либо сверхъестественных интересов, за исключением собственного внешнего вида, спорта и вида мускулов футболистов. Это не значило, что мы поверхностные. Тем более, я была уверена, что у всех есть свои тайны и увлечения, иначе мы бы не смогли найти общий язык между собой.

— Ты красивая, — повторил он, а у меня забилось сердце. — Достаточно умная, — продолжил он таким искренним тоном, что я забрала все свои слова, сказанные про себя минутой ранее, назад. — И еще увлекаешься «таким» кино. Внешне, по тебе не скажешь…

— По тебе тоже много чего не скажешь, — дерзко намекнула я ему на вчерашнее. И еще на многое другое, что он тщательно скрывал, пряча под оболочкой застенчивого недотроги.

Брэндон покачал головой, улыбаясь своей обезоруживающей улыбкой и мне внезапно стало очень грустно, когда, войдя в столовую и кивнув друг другу мы разошлись по разные стороны помещения к своим друзьям. Неужели мы не сможем сидеть вот так вместе, улыбаться сидя рядом или напротив друг друга? И вообще, что по итогу я чувствую к нему?

Я убрала телефон в сумку, делая вид, будто внимательно слушаю Джудит. Девочки собирались после школы в торговый центр за новыми купальниками по случаю фестиваля — загородной пляжной вечеринки, которая должна была состояться на выходных.

— Тина, ты идешь на бал с Мэттом? — спросила Джудит так, будто не доверяла собственному вопросу. Мэтт Дженсен давно пригласил меня, и я, разумеется, согласилась, не думая, как развернется дальнейшая ситуация. Я кивнула. Повернувшись назад, я увидела, как Брэндон мило общался с Лизой и мне стало неприятно.

Остаток дня проходил спокойно и меня даже стало раздражать равнодушие со стороны одноклассника. На математике он сидел с Эммой, на биологии он вообще не обращал на меня внимания. Неужели этот дурак больше ничего не предпримет? Пару раз мы пересеклись в холле, но он лишь равнодушно кивнул и все. Высокомерная сволочь!

В «Сантане-роу» было полным-полно народу, будто вся Калифорния собиралась на пляжную вечеринку в эти выходные. Мы зашли в «Викторию сикрет», в которой практически потерялись на несколько часов, и накупив огромного количества белья, с довольными лицами и безумными покупками вышли из магазина. Остаток вечера я провела в своей комнате, примеряя новую одежду, купленную по случаю вечеринки. Не могла нарадоваться новому желтому комплекту из лимитированной коллекции, который сидел на мне великолепно. Сделав несколько я фотографий в зеркало, я подумала — а что случится, если я позову Брэндона на этот фестиваль? Наверное, будет странно самой делать первый шаг, учитывая его молчание.

Утро перед выходными было привычно спокойным. Мне наскучила школьная рутина, и, наверное, так и бывает, когда сидишь в ожидание чего-то грандиозного. Ко второму уроку уже все школьники открыто обсуждали фестиваль и завершение летнего сезона, но мне по-прежнему было некомфортно. В класс вошел Брэндон вместе с Эммой и Сэмом, и не обращая на меня внимания, просто сел на свое место в первом ряду.

— Я хочу поплавать с тобой этим вечером в океане, — прошептал над моим ухом взявшийся ниоткуда Мэтт. Я едва дернулась на месте, ощутив неприятную волну раздражения от столь пошлого тона, каким он выразил свое послание.

— Я не умею плавать, — солгала я, брезгливо убирая, словно назойливую муху, руку Мэтта со своего колена. — Прекрати! — прошипела я тихо. Благо через пару секунд в кабинет вошел профессор и все расселись по своим местам, включая раздражающего меня Мэтта.

«Как дела у Эм-джея?» — @n1. 10:40 аm.

Коварно улыбнувшись своей догадке, я бросила телефон в сумку. Значит, несмотря на показную безразличность, он ревнует!

«Хорошо, зовет меня на пляж» — @cici. 10:43 аm.

Я все же ответила на его сообщение, не в состоянии продержаться хотя бы до конца урока в безмолвии. Ну и ревнуй дальше, раз смеешь делать вид, что происходящее тебя не касается! Я надменно улыбнулась, наблюдая за тем, как повернувшись в мою сторону, Брэндон непонимающе уставился на меня, а затем что-то набрал на телефоне. Ответа не последовало.

В коридоре после урока я еще раз обновила Глоббер. Тишина.

— Ты витаешь в облаках, — подметила Джудит, когда мы остановились у шкафчиков в коридоре.

— Тебе показалось, — равнодушно отмахнулась я, пялясь в дисплей смартфона.

— Я видела вас с Мэттом, — тихо засмеялась Джудит. — Так вы все-таки вместе? Или все не выходит из головы поцелуй с Брэндоном?

Хотелось бы мне сказать, что — второе, но я вовремя прикусила язык. Отвлекшись от разглядывания несуществующих сообщений, я недоумевая посмотрела на подругу, которая с деланым равнодушием намекала мне на то, о чем я и подумала, но боялась сказать вслух.

— Конечно нет! — я округлила глаза в изумлении. Джудит выдохнула, недоверчиво кивая. — Мэтт говорил о пляжной вечеринке.

Я вошла в кабинет математики, и заметив Брэндона и Эмму, с интересом решающих задачи, я, не думая и секунды, села на соседнюю парту, нарочно привлекая к себе внимание. Мне было известно, что парню нравится смотреть на меня, как бы охотно от не скрывал это, поэтому его реакция заставила ждать себя не долго. Заметив мои ноги, которыми я болтала в воздухе параллельно их парте, он остановился, и на миг его взгляд приклеился к моему телу. Черт, я думала о том, когда же этот паршивец снова меня поцелует! Девушка позвала его, а затем заметив меня, закатила глаза и дернула его за плечо. В классе было еще человек десять, остальные на короткой перемене вышли за кофе или еще по своим делам.

— Куколка, ты здесь, — Мэри потянула меня за щеку, как ее мама и встав спереди, скрыла от глаз Брэндона. — Я думала вы с Джуд и Алишей пошли за кофе.

Я кивнула, и немного отодвинувшись украдкой посмотрела на своего друга, из-за которого и не пошла с подругами за кофе. Брэндон бросил едва уловимый взгляд в мою сторону, а затем отвернулся к собеседнице. И так прошло еще два урока, иногда мы с Брэндоном пересекались в коридоре и просто кивали друг другу. Иногда на уроках он мог улыбнуться на какое-нибудь мое высказывание в разговоре с учителем. И не более.

Когда я собиралась домой, мы еще раз с девушками обсудили нашу встречу перед поездкой на пляж этим вечером. Попрощавшись, Джудит и Джессика направились на факультатив, а Алиша с Мэри в торговый центр за напитками. Мне же нужно было домой, поговорить с мамой.

Оставшись в одиночестве в вестибюле, я вытащила из сумки телефон, как неожиданно, кто-то, схватив меня за талию потянул в класс, а затем резко зажал ладонью мой рот, запирая дверь.

— Ну-ка иди сюда, — улыбнулся Брэндон.

— Я уже думала ты никогда не решишься, — делая глубокий вдох, когда Брэндон убрал свою ладонь от моего лица, прошептала я. В приглушенном свете компьютерного класса, в котором сейчас мы были совсем одни, я смогла разглядеть искорки в его глазах.

Парень наклонил голову и прижавшись ко мне своим телом, нежно коснулся губами моих губ. Брэндон гладил мои плечи, сильнее прижимая меня к стене, отчего я спиной ощущала легкий холод.

— Я не хотел отвлекать тебе от друзей, — хрипло протянул он, часто дыша. — Ты же не против?

— Шутишь, — я обвила руками его шею. — Я сама хотела тебя поцеловать, — тихо добавила я, прижимаясь к его крепкому телу. Брэндон обнял меня за талию и привлек к себе, его ладони скользнули по моей спине, гладя кожу через одежду. Черт, его обжигающие прикосновения всякий раз заставляли меня плавиться под ним, трепетать, хотеть большего и полностью раствориться в нем. Здесь было мало света, и это сильно играло с моим воображением, потому что я все сильнее ощущала потребность снять с него его любимую толстовку и прикоснуться ладонями к накачанной груди. Отстранившись, парень промямлил что-то, а потом я сама поцеловала его мягкие губы.

— Я имел в виду не это, — прошептал Брэндон у моих губ. — Но твой ответ мне нравится намного больше.

Брэндон

Губы Кристины сводили меня с ума. Девушка что-то прошептала в мой рот не переставая гладить своими пальцами мою шею, что действовало на меня хуже электрического заряда. Как же хорошо, что на мне была огромная толстовка, которая могла бы помочь заблокировать доступ к моему телу, если бы Тина решилась на что-то большее. Конечно же, я этого хотел. Но это было слишком запретно и нереально, даже для того, чтобы фантазировать об этом. Наш поцелуй был нежным и намного скромнее того, что был вчера в моей комнате. Но лишь до тех пор, пока осмелев, Кристина сама не углубила наш поцелуй, коснувшись моих губ языком и яростно проникая им внутрь моего рта. Мы никогда еще не целовались вот так глубоко и будь я проклят, если это не самое прекрасное, что происходило со мной. Мое тело окаменело, меня будто пронзила молния, сердце готово было выскочить наружу и каждый нерв был напряжен до предела от таких раскованных действий девушки.

— Не надо было бесить меня весь день, — сразу же отстранившись и выдохнув в мои губы, прошептала Кристина, едва заливаясь смехом, когда поняла, какую реакцию на мой организм она произвела. Девушка все еще обнимала меня, смотря на меня снизу-вверх своими большими глазами. Затем Тина разорвала кольцо рук вокруг моей шеи, и кокетливо улыбнувшись, встала на носочки и поцеловала меня в щеку.

Я еще какое-то время находился в компьютерном зале, перебрасывая файлы с работой на флешку. Мои мысли совершенно запутались и не сумев сконцентрироваться на работе, я собрал вещи и решил пойти домой. Черт, эта девчонка сводила меня с ума, и я понятия не имел, как теперь вести себя с ней. Неужели у нас мог быть шанс на то, чтобы быть вместе? Она сказала, что сама хотела поцеловать меня. Это шутка, спортивный интерес, или действительно что-то более серьезное? Я ломал голову над этим уже несколько дней, и еще сильнее после того случая в машине. В тот день у меня дома в подвале я решил проучить ее, но не смог устоять перед чистотой ее голубых глаз, ее словами и той нежностью, с которой она смотрела на меня, когда увидела след от руки ее ненормального дружка. Да, Мэтт Дженсен не подходил ко мне больше, но по сути меня волновало не это, а то, как на возможность скандала между нами отреагировала Тина.

Я понимал, что скорее всего она беспокоится за свою репутацию несравненной чирлидерши, популярной девчонки, но от моих глаз так же не скрылась ее дерзость и намеренные провокационные взгляды, которые она бросала в меня весь сегодняшний день. И я был прав, черт возьми!

Еще вчера мне пришло сообщение от моего кузена Ти-дога, который недавно вернулся в Саннивейл. Парень тоже собирался на вечеринку, на которую собиралась вся школьная элита и не только, и разумеется, упорно требовал там и моего присутствия. Нехотя я все же согласился, и единственной причиной, помимо настойчивых требований Ти-дога была Кристина, которая несомненно будет присутствовать там сегодняшним вечером. Взяв мобильник в руки, я решил набрать ей сообщение, но потом передумав, резко отбросил его в сторону.

— Не могу поверить, что мы тоже едем! — завопил Сэм, скрепляя на груди ремень безопасности. — Лиза и Эмма попросили забрать их с собой, так что поедем за ними.

Я ничего не ответил, лишь подумав о том, что буквально несколько дней назад обе эти девушки были враждебно настроены друг против друга. Все обошлось благодаря Эмме, которая первая пришла мириться с Лизой.

Меньше чем через час, когда уже смеркалось, мы были в назначенном месте. На территории бухты, где и собиралась сегодня местная тусовка, был организован небольшой концерт, на котором должен был выступить Ти-дог со своей группой, после их турне по стране. Они не были особенно популярны, чтобы выступать перед широкой публикой, но в своих кругах были достаточно хорошо известны. Увидев знакомую фигуру, я приблизился к кузену, которого не видел уже несколько лет.

— Брэндон, брат, как я рад тебя видеть, — кузен крепко обнял меня, затем отстранился, увидев моих друзей, стоящих позади меня. Ребята из группы настраивали инструменты, разрисованные логотипом их группы «Damaged», располагаясь на импровизированном шатре на воде, заменявшем сегодня им сцену.

— Познакомься, это мои друзья, — я показал рукой на Сэма и девочек.

Искренне улыбнувшись, Ти-дог пожал руку Сэму, а затем прислонив ладонь к груди, стал представляться девушкам. Еще через час на пляже была целая куча народу. Расположившись неподалеку от музыкантов, я говорил с Ти-догом, глазами разыскивая в толпе Тину. Воздух был пропитан свежестью, и не было ни единого намека на дождь.

Когда полностью стемнело, вся пляжная зона была залита яркими огнями. В барной зоне по правую сторону от шатра, было полно парней и девушек, музыка играла во всю, и толпа энергичной молодежи танцевала босиком на песке. Концерт должен был вот-вот начаться, а пока оставалось лицезреть последнюю пляжную вечеринку в этом году во всей ее красе. Я откинулся на шезлонге, глядя на ясное звездное небо и вдыхая приятный аромат морского бриза. Все-таки здесь было прекрасно и я мысленно поблагодарил кузена за то, что ему удалось вытащить меня из дома в такой вечер. В противном случае я бы сидел дома за компьютером и ломал бы голову над тем, чем сейчас занимается Кристина на пляже со своими друзьями. И только подумав о ней, я заметил ее смеющуюся в толпе девчонок, в коротких, облегающих шортах и кофте с длинными рукавами. Интересно, она думала о том, что я тоже буду присутствовать на этой вечеринке?

— Будешь выступать сегодня с нами, — тоном, не терпящим возражений, сказал Ти-дог. Я ошарашенно уставился на кузена, считая, что последнее — это просто глупая шутка. — Я не шучу, наш гитарист заболел, заменишь его.

— Ты поэтому меня сюда позвал?

— Отчасти да, — сузив глаза в виноватом прищуре, честно ответил он. — И отчасти нет. В любом случае, выбора у тебя нет.

Потянув меня за плечо, кузен потащил меня за собой к группе.

— Салют, Брэндон, — отозвались парни. Барабанщик Малкольм резко всучил мне в руки гитару. Я знал репертуар «Damaged» даже некоторые треки были придуманы нами с Тео совместно, когда я был помладше. Но я не собирался выступать с ними. По-крайней мере, сегодня.

Толпа стихла, когда к микрофону подошел Ти-дог и объявил о намерении начать программу. Послышались характерные крики, улюлюканье и вопли восхищения с пляжа. Помимо Ти-дога, еще и басист Клейтон были выпускниками «Саннивейл-хай», поэтому некоторые ребята на фестивале были знакомы с ними лично и не могли сдержать своих эмоций по этому поводу. Заиграла музыка и по программе у нас был трек, который назывался «It's my life» — идеально подходящий для нашего вечера. Мне было немного неловко, особенно в тот момент, когда, сыграв первый аккорд, я почувствовал, как несколько людей из самого конца пляжной зоны буравят меня взглядом. Едва тряслись руки, но я не имел ни малейшего желания подводить кузена, доверившего мне такую важную позицию в группе. Адреналин в крови бушевал на припеве, когда я вовсе вошел во вкус, ощущая прилив энергии граничащий с каким-то безумством. Окинув толпу взглядом, я заметил Тину, зачаровано смотрящую прямо мне в глаза, и наладив зрительный контакт я продолжил свою игру на гитаре. И почему я не хотел играть с Ти-догом в группе раньше? Посмотрев на девушку еще раз, я отвел глаза и улыбнулся, кивая в такт мелодии. Послышались аплодисменты, после того, как завершив свое выступление, Ти-дог поздравил выпускников с началом нового учебного года и с завершением ежегодного пляжного сезона.

Мы спустились по деревянной дорожке к пляжу. Ти-дог поздоровался со своими старыми друзьями и кивнув мне, направился в барной стойке за алкоголем. Парни из группы подошли ко мне и поблагодарив, пожали руки.

— Ты что творишь, отморозок? — пораженный Сэм подошел ко мне сзади, ударяя по плечу. Друг был сильно удивлен, но затем расплылся в улыбке, не имея представляя, как подобрать необходимые слова. Лиза и Эмма, стоящие рядом, хихикнули. — У меня и раньше на твоем фоне было мало шансов, а теперь…

— Ти-дог попросил заменить гитариста в последнюю минуту, — объяснил я, приглашая ребят к барной стойке. Я потянул друга за плечо, и посмотрев влево, увидел Кристину, танцующую с подругами и футболистами под клубную музыку. Она смотрела на меня испепеляющим взглядом, и я решил, что все-таки стоит подойти к ней, несмотря на то, что она была окружена несколькими футболистами. Ничего не изменилось и я по-прежнему злился из-за перспективы постоянно делить ее внимание с другими парнями.

— Подойдешь к ней? — неожиданно серьезно спросил Сэм. — Ты весь вечер смотришь на нее.

Я еле заметно кивнул. Не было смысла утверждать обратное, когда Сэму итак уже все без объяснений было понятно. Взяв несколько коктейлей, мы двинулись в партерную зону, где танцевала молодежь. Тина и ее подруги как раз вернулись из своих домиков, облаченные в другую одежду. У меня едва перехватило дыхание, когда коварно улыбнувшись, Кристина прошла мимо меня, оставляя за собой шлейф ее одурманивающего меня, парфюма. Девушка была одета в полупрозрачную накидку, не скрывающую ее соблазнительные формы, и роскошное для ее возраста, тело. Она просто издевалась надо мной. Под накидкой девушки был виден желтый купальник, который бы она точно продемонстрировала всем собравшимся здесь. Собственно, ведь так и бывает, и это нормально, ведь все мы находились на пляже. Но это не меняло того факта, что я с ума сходил от неконтролируемого желания и ревности. И когда я стал таким, учитывая мой размеренный образ жизни и нулевой опыт общения с противоположным полом?

Так, нужно успокоиться. Нормально быть на пляже в купальнике, а ненормально реагировать на это так, как делал я. Глубоко вдохнув, я сделал глоток разноцветного коктейля, а затем сразу же поморщился. И что это была за ядовитая дрянь?

«Тебе не холодно?» — @n1. 9:40 pm.

Убрав телефон в карман, я подумал, что, наверное, глупо писать ей сообщение, ведь вряд ли она взяла с собой мобильник. Сверкнув глазами в мою сторону, девушка отвернулась, и через секунду я ощутил вибрацию в кармане.

«Если мне станет холодно, то я попрошу знакомого музыканта меня согреть». — @cici. 9:41 pm.

Вот же чертовка. Мои мышцы напряглись, кровь хлынула по венам, остановившись не в самом подходящем, учитывая мое расположение на пляже, месте. К компании девушек прибежали футболисты, из-за чего я пуще прежнего напрягся. Я неотрывно разглядывал экран смартфона, стараясь не смотреть на нахалку, соблазнительно двигающую бедрами в нескольких метрах от меня. Спазм сдавил горло, и я совершил еще большую глупость.

«Не знал, что Эм-джей стал музыкантом». — @n1. 9:43 pm.

Прикусив язык, я решил, что моя глупость не имеет границ. Я так остро реагировал всякий раз, видя парней рядом с ней в непозволительной близости. Получив мое сообщение, девушка бросила на меня взгляд, полный обиды и злости.

«Дурак». — @cici. 9:47 pm.

У меня не было возможности подойти к ней близко, и после моего сообщения она больше не делала попыток задеть привлечь мое внимание. Уже спустя полчаса, когда многие полезли в воду, улучив момент, я стал искать ее в толпе.

— Джесс, ты не видела Кристину? — спросил я. Девушка непонимающе покачала головой.

Преодолев преграды в виде стойки валунов, я прошел на другую сторону бухты, в которой располагался небольшой тихий островок. Тина лежала на мокром песке, ее глаза были закрыты, и здесь при свете луны она была еще красивее. Волны касались ее обнаженных ног, а та накидка, которая так сильно раздражала меня весь вечер, теперь и вовсе прилипла к ее стройному телу. И она была здесь одна, лежала у берега в тишине, подобно ослепительной русалке.

— Хватит подглядывать, — засмеялась она.

— Я думал, может тебе уже стало холодно, — пошутил я. Девушка подозрительно покосилась на меня. — Вообще-то, я тебя искал.

— Почему ты не переоделся? Ты не собираешься лезть в воду?

Я пожал плечами. Девушка встала в полный рост и направилась ко мне. Господи, она выглядела слишком прекрасно, чтобы я мог иметь смелость смотреть на нее, не пожирая глазами. Тина подошла слишком близко ко мне, и протянув руки, я рывком притянул ее к себе.

— Потанцуешь со мной? — прошептал я в дюйме от ее губ. Кристина широко распахнула свои голубые глаза и с недоверием посмотрела на меня. Затем девушка едва заметно кивнула. — Пойдем, я познакомлю тебя с ребятами.

Когда мы вернулись к нашей фестивальной пристани, вечеринка была в самом разгаре. Я почувствовал, как сжимается ладонь Тины в моей руке: она была сильно напряжена. Посмотрев на нее, и увидев, как она озирается по сторонам, я наконец понял причину ее беспокойства. Она не хотела, чтобы ее друзья видели нас вместе. Вздохнув, я отпустил ее руку и встретившись с ее непонимающим взглядом, слегка улыбнулся.

— У тебя из-за меня могут быть проблемы, — виноватым тоном прошептала она. — Извини.

— И у тебя из-за меня тоже, — понимающе ответил я, улыбаясь уголком губ.

Потом она неожиданно схватила меня за руку, крепче сжимая ладонь, отчего нахмурившись, я снова посмотрел на ее лицо, недоумевая.

— Думаю, мы как-нибудь их решим, — громко сказала она, быстрым шагом ступая уже на сухой песок.

Схватив за талию, я приподнял девушку и покружил ее в воздухе. Тина громко засмеялась, а затем стала слабо бить меня по плечам, чтобы я отпустил ее. Я не верил своим глазам: это на самом деле происходило и любимая девушка находилась в моих объятиях на городской тусовке.

— Пойдем, я возьму тебе коктейль, — я притянул Тину к себе.

У бара мы все время улыбались друг другу, забыв обо всем. Никогда прежде я еще не видел ее такой искренней. Здесь, оперившись о стойку, Тина была такой же красавицей, в которую я влюбился когда-то в детстве. На ее лице не было макияжа, а волосы были влажными из-за воды, и я уже в сотый раз за вечер пожалел о том, что не взял с собой плавки, чтобы тоже залезть в океан. Тина взяла свой клубничный дайкири и сделала глоток через соломинку.

— Почему ты так смотришь на меня?

Видимо, я действительно пялился на нее как идиот. Огоньки от неоновой вывески отражались в ее зрачках.

— Хочу поцеловать тебя, — пораженный собственной смелостью, прошептал я, привлекая девушку к себе. Тина не сопротивлялась.

— Чувак, тебя ищет Ти-дог, — Сэм разрушил прекрасный эпизод моей жизни своим появлением. Я неохотно отстранился от Кристины, бросая злостный взгляд на друга. Девушка же наоборот сразу отпрянула, отворачиваясь к стойке.

— Пойдем, познакомлю тебя с кузеном, — мягко схватив ее за локоть, я потянул девушку за собой.

— Ты знаешь, что все девчонки сегодня не сводят с тебя глаз, — тихо сказала Тина, озорно улыбаясь.

— Ты тоже?

— Я тоже, — хихикнула она.

Ти-дог, Клейтон и Малкольм уже сидели на песке, окруженные толпой людей. Ребята наигрывали свои песни в инструментальной версии, а Ти-дог, как фронтмен, подпевал. Парень встал с песка, когда увидел меня с Тиной.

— Ты искал меня? — спросил я, глядя на то, с каким интересом Ти-дог рассматривает девушку. Посчитав необходимым представить свою одноклассницу кузену, я продолжил: — Это Кристина, моя подруга.

— Теодор Дуглас, — сценически улыбнувшись, назвал он свое полное имя, прикладывая ладонь к груди. — Можно просто Ти-дог, или, Тео. Кузен Брэндона.

— Это объясняет, почему вы так похожи, — девушка кивнула, заметив интерес к своей персоне, а затем отошла в сторону к своим подругам, стоящим поодаль от нас.

— Это… твоя? — ошеломленно спросил Ти-дог, когда девчонки уже покинули зону нашей досягаемости.

— Пока все запутано, — честно ответил я, вздыхая. Заметив, как Ти-дог отвлекся на Джессику, я покачал головой, усмехаясь его неизменным привычкам.

— Горячая у тебя куколка, — сказал он без единого намека на пошлость, несмотря на его слова. — Хотел попросить тебя подключиться к нам. Споешь?

— У меня нет выбора, да? — спросил я, заметив смеющего Сэма, который стоял рядом.

Расположившись в центре с ребятами, я взял гитару и подключился к композиции. Следующую песню я уже пел сам, и подняв глаза, увидел, как Тина смотрела на меня завороженными глазами, слегка качаясь в такт музыке. Баллада о любви, которая называлась «Столкновение сердец» была моим собственным выбором из репертуара «Damaged». Я играл перебор, и думал о ней, стоящей неподалеку и улыбающейся так искренне, как никогда раннее.

«Потому что я влюбляюсь в тебя

Так тяжело, я знаю

Просто хочу остаться здесь, под небом твоим глаз

И видеть, как наши сердца сталкиваются».

Сегодняшний вечер проходил необычайно прекрасно, воздух был пропитан чем-то волшебным, наполняя все вокруг особенным теплом. Встав, я направился к группе своих друзей, танцующих неподалеку.

— Брэндон, это так, так… — Лиза скрестила пальцы, влюбленно разглядывая мое лицо. Мне стало немного не по себе из-за подобного взгляда подруги. — Восхитительно.

— Спасибо, — тихо протянул я своим привычным застенчивым тоном, засовывая руки в карманы джинсов. Столкнувшись взглядами с Тиной, я безмолвно кивнул, отчего девушка смущенно отвернулась.

— Ребята, я извиняюсь, нам с парнями нужно уезжать, — Ти-дог подключился к нашему разговору. — Вы остаетесь здесь на ночь?

— Нет, — ответил я, глядя на недовольных друзей. — Мы позже тоже уезжаем.

— У нас есть забронированный номер в бунгало, — кузен протянул мне ключи. — Практически апартаменты. Забирайте себе и оставайтесь, — сказал он не терпящим возражения, тоном. И обращаясь ко мне, продолжил: — Поцелуй за меня тетю Нэнси. На днях я зайду к вам.

— Я обожаю твоего брата, — хихикнула Эмма.

Оставив друзей позади, я пошел за Кристиной, танцующей с Джудит в другом углу.

— Я могу отвлечь тебя ненадолго, — шепнул я ей на ухо, хватая ее за локоть. Девушка прижалась ко мне спиной, а затем последовала за мной в центр партера.

— Зря ты не переоделся, — прошептала она, обвивая руками мою шею. Тина была немного пьяна, я еще с прошлого раза заметил ее способность пьянеть за короткий срок. — Я бы хотела поплавать с тобой. Ты сегодня такой секси!

Ее руки скользнули по моей спине, и она извивалась в такт клубной музыке. Краем глаза я заметил ошеломленные взгляды футболистов и ее подруги Мэри, но в данный момент мне было совершенно все равно. Обняв ее за талию, я увлек девушку за собой в чувственный танец. Мои пальцы напряглись от прикосновения к ее обнаженной коже, внутренности сжались в узел от ее дерзких движений под музыку.

— Не хочешь уйти отсюда?

Мы вернулись к островку за бухтой, где было тихо. Тина внезапно стянула с себя накидку, а затем полезла в воду, игнорируя мои наставления об опасности ее нетрезвого состояния.

— Я не выйду, пока не вытащишь меня отсюда!

Выругавшись себе под нос, я стянул с себя рубашку, мысленно представляя свое отвратительное состояние после того, как вылезу в мокрой одежде из соленой воды. Выхода не было, стянув через голову футболку, я бросил ее к рубашке, а затем и остальная одежда оказалась на берегу. Вода была прохладной, недостаточно теплой, чтобы проводить в ней длительное время, но и не такой уж и холодной для конца сентября. Кристина руками призывала меня приблизиться и наконец, добравшись до нее, я привлек девушку к себе. Тина часто дышала, глядя на меня, стоя по плечи в воде. Ее тело было подобно раскаленному пламени, несмотря на охлаждающую воду, такое горячее, оставляющее шрамы, когда касалось моего обнаженного тела. Нужно было вытащить ее оттуда, пока ей не пришло в голову заплыть еще глубже.

— Ты так красиво пел, — она обняла меня.

— Ты простудишься, — сказал я хриплым голосом, пораженный тому, насколько сильно изменился тембр моего голоса. — Пойдем на берег.

Кристина еще крепче прижалась ко мне. Ругнувшись, я потянул ее на берег, игнорируя стремительно нарастающее возбуждение в боксерах. Черт возьми, какого черта! Хорошо, что прохладная вода приводила меня в чувство.

— Ты мне тоже нравишься, — серьезным тоном добавила она, не убирая своих рук с моей шеи.

Мы смотрели друг на друга несколько секунд, перед тем как Тина припала к моим губам. Она сама меня поцеловала, так неожиданно, но чертовски нежно и восхитительно страстно одновременно. На берегу, оторвавшись от меня, девушка случайно поскользнулась, падая на мокрый песок. Наклонившись, чтобы поднять ее, я был застигнут врасплох, девушка потянула меня на себя так, что я оказался сверху нее. Я лежал на ней почти обнаженный. Кристина часто дышала, глядя на меня, отчего ее грудь то поднималась, то опускалась, посылая сигналы моему изголодавшемуся по ней, телу. Я собирался подняться, но девушка притянула меня к себе снова, обнимая за талию и скользя пальцами по спине, выше, касаясь шеи и затем сжимая пальцами кожу. Мое тело окаменело, в шортах стало невыносимо тесно, нужно было сматываться отсюда, пока мы оба не пожалели.

— Поцелуешь меня? — прошептала она. На этот раз Тина не предпринимала никаких действий, лишь смотрела на меня снизу-вверх, позволяя откровенно касаться ее. Не в силах совладать с собой, я скользнул ладонями по ее стройным ногам, поднялся выше и сжал ее ягодицы. Тина вздохнула.

Меня не нужно было просить дважды, и наклонившись, я страстно припал к ее губам. Я целовал ее медленно, постепенно углубляясь, завлекая ее в бесконечно нежный, страстный поцелуй. Коснувшись языком ее губ, я, страшась ее реакции слегка отстранился, но Кристина, открыв рот, сама углубила наш поцелуй. Так же, как она сделала сегодня в компьютерном классе, только на этот раз ничего не прекращалось. Не разрывая нашего тесного контакта, я касался ее плеч, рисуя пальцами узоры у нее на шее, а затем мои руки спустились вниз и коснулись ее груди. Кристина глухо застонала в мой рот, сжимая мышцы на моей спине своими пальцами, словно хотела прижаться ко мне еще ближе. Я проглотил вопль отчаяния, когда внезапно во мне проснулись остатки разума.

— Ты… прекрасна… — единственное, что смог выдавить я из своего нечленораздельного шепота. Встав на ноги, я потянулся за своей одеждой, и не глядя на объект своего беспокойства, наспех оделся, не обращая внимания на щекочущий кожу, песок. — Ты остаешься здесь на ночь?

Пораженная резкой сменой тона, Тина едва побледнела, а затем встав на ноги, покачала головой в знак согласия. Как же ей объяснить, что мне тяжело находиться с ней рядом? Взяв ее за руки, я решил вернуться к нашим друзьям, и возможно разойтись по номерам до утра.

— У нас с Джудит общий номер, — сказала она, глядя на подругу, танцующую в центре партера вместе с Джейком. — Проводишь меня?

Кивнув, я потянулся за ней, ступая по песку. Мы прошли несколько метров, и остановившись у бунгало рядом с бухтой, вошли внутрь. В комнате было темно, включив ночник, мы направились в центр комнаты, в которой располагалась большая кровать.

— Я тогда пойду к себе, — пробурчал я, жестикулируя. Девушка потянула за край накидки и сняла ее с себя, оставаясь в купальнике. Сглотнув, я отвернулся, отбрасывая все непрошенные мысли, которые возникали при взгляде на полуобнаженную Кристину, нахально расположившуюся на кровати, прочь.

— Не попрощаешься? — прошептала она. Стоило мне приблизиться немного ближе, как Тина схватила меня за руку и потянула на себя. Не много ли раз за день? Я снова оказался сверху нее, в недвусмысленной позе, на этой чертовой кровати. — Джудит ночует у Джейка, так что…

И она снова прижала меня к себе, завлекая в манящий, головокружительный поцелуй. Я застонал, пытаясь встать с кровати, но девушка лишь сильнее прижалась ко мне. Наши губы слились в долгом, нежном, требовательном поцелуе, еще более прекрасном, чем на пляже. Ее руки скользнули вверх, по моей груди, а затем обвились вокруг шеи, снова сжимая мою кожу. Я коснулся языком ее губ, сначала легко, потом немного настойчивее, словно требуя, чтобы она раскрыла их, и стоило Тине сделать это, как мой язык жадно проник в ее рот, а мои руки властно ласкали ее обнаженное, разгоряченное тело. Девушка извивалась подо мной, отчего кровь в моих жилах закипала, температура в комнате увеличивалась до максимума, лишая меня последних капель рассудка. Я застонал. Кристина приподнялась, не отрываясь от моих губ и нащупав края моей рубашки, потянула вниз, спуская ее с плеч. Избавившись от лишнего атрибута одежды, я оторвался от нее на секунду, чтобы припасть к нежной коже шеи и принялся нежно осыпать поцелуями дюйм за дюймом, двигаясь ниже. Девушка гладила меня, проникнув ладонями под тонкую ткань рубашки, а затем одним движением, привстав на кровати потянула меня за собой, оказываясь сверху.

— Хочу снять с тебя эту мятую футболку, — она прикоснулась к краю моей футболки и подняла ее вверх. Я смотрел на нее с вызовом, и лишь характерный шум с улицы привел меня в чувство.

— Не надо… — осипшим голосом протянул я, хватая ее за запястье. Девушка недовольно хмыкнула.

— Это они не к нам, — прошептала она, наклоняясь ко мне.

— Если мы не остановимся, ты утром пожалеешь об этом, — часто дыша, объяснил я скорее себе, нежели ей. В ее глазах внезапно блеснули искры, и резким движением встав с кровати, девушка отвернулась от меня.

Надев на себя рубашку и пригладив волосы, я глубоко вздохнул. В бунгало воцарилось неловкое молчание.

— Знаешь, тебе наверное, лучше пойти к себе, — сказала она ровным тоном.

Остановившись у выхода, я повернулся, глядя на то, как задумчиво Кристина смотрела в зеркало, страшась поднять на меня свои глаза. Затем преодолев несколько шагов, я приобнял ее сзади, касаясь губами виска. Девушка облегченно выдохнула, робко обнимая меня в ответ за плечи, и не в силах совладать с вновь нахлынувшими чувствами, я крепко прижал ее к себе.

В своем номере я никак не мог заснуть, глядя в потолок. На удивление я пришел раньше остальных, не желая проводить время на пляже. Мысли вырисовывали различные картины этого вечера и окончательно разочаровавшись в последних догадках, я все-таки закрыл глаза.

Кристина

— Вы вели себя как шлюхи! — выкрикнула Джессика, выезжая на трассу. От солнца слепило глаза, я словно вросла в сиденье джипа. Джудит едва отходила от вчерашнего похмелья, собственно, как и я. Даже затуманенной головой я осознавала весь каламбур происходящего. Меня распластало от одного бокала дайкири с дешевым ромом. Боже.

— Как шлюхи, — хихикнув, едва слышимо пробурчала Джуд, натягивая капюшон ещё ниже, задевая оправу темных очков, скрывающих ее опухшие глаза. — Джесс сказала это слово на «ш».

Я с трудом вздохнула, давя вспышку смеха. Не думала, что на утро будет так сильно болеть голова. Смутные воспоминания терзали меня изнутри, память изрезала голову нечёткими вспышками вчерашнего вечера. Меня немного мутило: всё-таки я не умела пить. Я немного привставала на заднем сиденье, и перед глазами все поплыло.

— А где Мэри? — спросила я голосом с хрипотцой. Поморщившись от неприятных ощущений, я схватилась за горло.

— А вот и последствия твоих выходок, — с деланным раздражением проворчала Джесс.

— Мэри, наверное, с Джастином поехала, — вздохнула Джудит. — Плевать.

— Мне бы сейчас горячую ванну с пенкой, кофе и пушистую постель, — мямлила я невнятным тоном. — Или просто чего-нибудь горячего, умираю от боли в горле.

Откинувшись назад, я постаралась расслабиться хотя бы немного до возвращения домой. Брэндон был прав вчера, когда просил вылезти из холодной воды. Черт, я думала о нем в режиме нон-стоп. Я думала, что не была тем человеком, который бы залился румянцем от подобных воспоминаний, но сейчас мне было неловко. Очень неловко.

Я чуть не затащила его в постель. Была ли я слишком пьяна, чтобы сделать это? Да ничуть. Я хотела его, и атмосфера вечеринки вместе с выбросом адреналина во время нашего совместного танца в партере сделали свое дело. Теперь мне было стыдно смотреть ему в глаза, поэтому ни думая ни секунды, утром, первым же делом я незаметно прошмыгнула мимо нашего бунгало к автомобилю, чтобы ни в коем случае не пересекаться с Брэндоном, Сэмом или кем-нибудь еще из их компании.

Хлопнув дверцей автомобиля, я на дрожащих ногах побежала в свою комнату так, чтобы не встретиться с кем-либо из домочадцев. Мама бы начала утро субботы после пляжной вечеринки с огромного количества занудных расспросов про мое состояние и заставила принимать аспирин галлонами. Хотя, признаться, кажется в нем и так нуждался мой много страдальческий организм. Я поплавала и показала всем свой желтый купальник, так, как и хотела. Уткнувшись лицом в подушку, я закрыла глаза буквально на минуту, как в проходе в комнату оказалась мама.

— Дочка, я не заметила, как ты вернулась, — заботливым тоном протянула она, входя внутрь комнаты. Я незамедлительно выпрямилась на кровати, чтобы не выдать своего состояния. — Что с тобой?!

Я постаралась показать жестом что все в порядке, но мама уже приблизилась слишком близко. Вытянув лицо, она приложила ладонь к моему лбу.

— Да ты вся горишь, — с опасением в голосе сказала она, жестикулируя руками. Промямлив что-то себе под нос, мама стянула с меня клубную куртку. — Сейчас же скажу набрать тебе горячую ванну, после будешь лежать и никаких вечеринок!

Заботливые ноты в голосе мамы вдохнули в меня нечто ностальгическое, поэтому подавив приступ раздражения я лишь кивнула, начав снимать с себя одежду. Теплая вода окутывала мое тело, погрузившись в ванну до самых краев я вздохнула, наконец-то сумев расслабиться. Каждая клетка кожи отдавала приятными покалываниями, я прикрыла глаза стараясь выбросить из головы каждую позорную мысль, преследовавшую меня с прошлой ночи. Даже если Брэндон и был прав, какого черта он меня кинул, оставив одну в номере? Или, кажется, я сама его об этом попросила. Сначала я подумала о том, что, наверное, он просто не знал, что ему делать и очевидно, растерялся. Признаться, он был единственный парнем, которому я предложила такое. А он отказался.

Померив температуру, я убрала термометр на комод, мысленно проклиная тот момент, когда мне вздумалось лезть в холодную воду прошлым вечером. Ладно, это было весело. Подумав об этом, я улыбнулась, и растянувшись в банном халате на своей постели, кажется, впервые за день потянулась за мобильным телефоном. В страхе или же наоборот в необъяснимом ожидании огромного количества уведомлений, я нажала на кнопку блокировки.

«Где ты?» — @n1. 9:45 am.

«С тобой все в порядке?» — @n1. 9:46 am.

«Как ты себя чувствуешь» — от Джудит Свонсон. 10:42 am.

Несколько сообщений от Джудит и Джессики, которые уже могли заметить мое состояние и два сообщения от Брэндона из глоббера. Так забавно, что мы всегда переписывались в нашем с ним особенном мессенджере. Внезапно я вспомнила, что у нас по плану было тестирование глоббера в школе и от этого немного взгрустнулось. За последние несколько дней мне вдруг расхотелось делиться этим приложением с кем-то еще, будто это стало таким личным и особенным.

Ответив девчонкам и Брэндону простыми сообщениями, я постаралась уснуть, но не получалось. Не придумав ничего нового, я взяла с комода термометр и сфотографировав свои последние показания поделилась ими в групповом чате. А затем послала и в личном сообщении Брэндону. Ко мне в дверь постучала Тереза, как я поняла с чем-нибудь съедобным. От одной мысли о еде в желудке предательски заурчало.

— Тина, я принесла тебе горячего бульона, — мягким тоном проговорила кухарка, поднося ко мне поднос с тарелкой. — Ты уже приняла аспирин?

Покачав головой, я осеклась, разглядев в глазах женщины немой укор, за которым последовал шквал негодований по поводу моей легкомысленности. Тереза относилась ко мне как к родной дочери, поэтому внятно кивнув, я честно пообещала принять лекарства в положенный срок, но уже после еды.

Расположившись удобно на своей кровати в пижаме, я мысленно поблагодарила обстоятельства, позволяющие без угрызений совести провести целый день в постели за просмотром каких-нибудь романтических фильмов, комедий или чего-нибудь еще в таком духе. Я чувствовала, как щеки стали гореть сильнее, в горле больно защипало, отчего я едва могла сделать глоток воды, причем то количество горячего чая, которое я выпила за сегодня было сравнимо с моей месячной нормой. Спустя час просмотра Губки Боба я заскучала, но смотреть что-то более интеллектуальное у меня не было желания.

— Давай я померяю твою температуру, — Тереза вошла в комнату с мокрыми полотенцами. Вот этого мне совсем не хотелось, но увидев недовольное лицо женщины, подчинилась. — Ты все еще горишь!

— Думаю за пару часов моя простуда не спадет, — пробурчала я с градусником во рту. — Отлежусь, как вы с мамой меня вынуждаете.

Накрыв меня одеялом и поправив подушку, женщина приложила салфетку к моему лбу, чтобы сбавить жар, хотя чувствовала я себя все же не так плохо, как утром. Если не считать боли в горле, из-за которой любая попытка сказать что-либо громче шепота, казалась сущим наказанием. Натянув улыбку, я покачала головой на все наставления Терезы, и выдохнула, когда кухарка покинула мою комнату.

Полистав всякие ток-шоу на телевизоре, и окончательно убедившись в своей усталости я почувствовала, как в глазах защипало и спустя несколько минут все же сумела погрузиться в дрему. Я проснулась, когда на часах было почти три.

— Мама, — заерзав на кровати, я с легким испугом дёрнулась от неожиданного визита родительницы во время моего сна. Улыбаясь, мама гладила меня по руке, а увидев меня бодрствующей, приложила ладонь ко лбу.

— Когда ты вернулась?

— Как ты себя чувствуешь? — не ответив на мой прямой вопрос, протянула мама, не сводя глаз с моего лица. — Полегчало после куриного бульона?

— М..да, и после влажных полотенец Терезы, — скорчив гримасу, буркнула я, привставая на кровати. Ломота в теле действительно немного спала, однако прочистив горло я поморщилась, почувствовав солоноватый привкус и ощутимое раздражение.

— Там к тебе пришел твой друг, — неожиданно добавила мама. Я недоумевая уставилась на нее, требуя ответа. — Он уже минут десять у нас, я не пускала его к тебе, пока не убедилась, что ты в состоянии говорить. Он сказал, что у него к тебе важный вопрос по учебе. И он хотел тебя навестить, когда узнал, что ты приболела.

— Кто пришел? — поинтересовалась я.

— Я могу сказать ему, чтоб он ушел, — проигнорировав мой вопрос снова, сказала мама. — Тебе лучше не принимать никого хотя бы до завтра.

— Да кто это? — настойчиво спросила я.

Вряд ли это был Мэтт Дженсен, а вот Джастин Озборн точно мог, учитывая дружеские отношения их семьи с нашей. Я бы рада была видеть Брэндона, однако мне этого не совсем хотелось из-за смущения. Мысленно я просила Брэндона держаться от меня подальше хотя бы сегодня. Он бы точно напомнил мне о причине моего нездорового состояния с наглой ухмылкой на его смазливой физиономии. Стоило мне подумать об этом, как в дверях показался объект моих недавних мыслей со стопкой тетрадей в руках. Он действительно решил сегодня учить со мной уроки? По телу пробежали мурашки при виде его очаровательной улыбки. И стало безумно неловко за свой внешний вид, отчего дернувшись, я заерзала в постели.

— Брэндон, верно? — переспросила мама, подозрительно косясь на моего одноклассника. — Ладно, не буду вам мешать.

Когда глаза Брэндона с моего лица переместились ниже, я внезапно вспомнила о своей пижаме и покраснев до кончиков ушей высоко натянула одеяло, закрывая себя им полностью. Парень виновато опустил голову поняв все без слов и заметно улыбнулся. Боже, в глупой пижаме, с больным выражением лица и растрепанными волосами я давала ему повод для издевательств. Ведь он никогда не видел меня в таком виде прежде.

— Я присяду, — мягко позвал он, указывая на край кровати. Я молча кивнула, потянув одеяло к себе так, чтобы открыть доступ к перине. — Ничего, что я пришёл к тебе без приглашения?

— Все в порядке, — ответила я, держась руками за концы одеяла. Я все еще не могла поверить в то, что Брэндон Хартер действительно находился в моей комнате и именно в тот самый момент, когда мой внешний вид оставлял желать лучшего. Несмотря на это я была очень рада видеть своего друга и даже скучала по нему. Друга? Я все еще не знала, как можно было назвать наши отношения и судя по замешательству, отображенному на лице Брэндона, он чувствовал то же самое. — Я рада тебя видеть.

— Прикольная пижама, — улыбнувшись, сказал Брэндон, кивая в мою сторону. К моим щекам снова прильнула краска.

— В ней нет ничего прикольного, — буркнула я, схватившись за горло, из-за чего наконец-то отпустила концы одеяла. Бросив взгляд на мое тело, облаченное в белый топ и шорты из одного комплекта с красными сердечками, парень хихикнул, будто сказанная им фраза была рассчитана на то, что я все-таки сама продемонстрирую пижаму ему. Удостоверившись в своей догадке, я прыснула от гнева, застигнутая врасплох этим наглым хитрецом. Брэндон, едва сдерживаясь от смеха, широко улыбнулся, а затем коснулся ладонью моей щеки.

— Ты и вправду горишь, — серьезным тоном проговорил он, с опаской глядя на мой лоб. Затем парень приложил тыльную сторону своей ладони к моему лбу. — Давно меряла температуру?

— Ты все-таки зануда, — пискнула я, качая головой. — Такой же нытик как Тереза и моя мама.

— А я говорил….

— Да, ты говорил не лезть в воду, — закончив за него фразу, я скинула его ладонь со своего лица. — В следующий раз обязательно тебя послушаю.

Рассмеявшись из-за очередной шутки Брэндона, я скорчила лицо от боли, схватившись за горло. Мое тело вроде бы шло на поправку, но внезапно появившийся кашель и больное горло были всегда моим слабым местом. Я внезапно осознала, что такими темпами подвергала опасности Брэндона, находящего в тесном контакте со мной в этой комнате.

— Тебе больно, — констатировал он, приближаясь ближе. — Моя мама — врач, я позову ее, чтобы она осмотрела тебя, — сказал он, доставая телефон из кармана джинсов.

— Не нужно! — я коснулась его ладони. — Пожалуйста, не надо, — жалобно простонала я, ложась на подушку. В глазах все потемнело, стоило сделать несколько быстрых движений. — Моя мама в прошлом тоже врач, она уже осмотрела меня. Будет лучше, если ты просто посидишь рядом.

Удовлетворенный ответом, Брэндон уселся ближе ко мне на кровати, откидываясь на подушку. С ним рядом мне было так комфортно, отчего эгоистично размечтавшись я совершенно не подумала о том, что могла заразить парня. Вспомнив о том, что происходило вчера на пляже, я украдкой бросила взгляд на Брэндона, а затем смущенно отвела глаза. Он не высказывался по этому поводу и вообще делал вид, будто ничего не происходило, что одновременно радовало меня и ужасно бесило. Я не думала, что вчерашний вечер для него ничего не значил. Он старательно делал вид, будто все было в порядке, но, черт возьми, ничего не было в порядке. Возможно мы бы затронули эту тему, не будь я больной, хотя в перспективе мне хотелось вычеркнуть этот эпизод из своей памяти.

Мы смотрели какие-то французские комедии с субтитрами, когда Тереза принесла нам ужин, таща огромный поднос с едой и очередной порцией мокрых полотенец.

— О, нет, — застонала я, давясь от эмоций, когда она потянулась за полотенцем.

— Нужно сбить тебе температуру, — поддержал ее Брэндон, коснувшись моей руки. — Ты горячая.

— Вроде бы выросла, но все такая же непослушная как в детстве, — возмутилась Тереза. — Парень, давай ты, — неожиданно проговорила она, кивая Брэндону. — Справишься, пока я принесу вам чаю.

Я было открыла рот, чтобы запротестовать, привставая на подушках, но Тереза, бросив раздраженный взгляд в мою сторону, кивнула Брэндону, а затем закрыла дверь моей комнаты.

— Ты же не будешь… — не дав мне договорить, Брэндон выжал мокрое полотенце и приложил его к моему лбу. Обмякнув, раздосадованная положением вещей, я прикусила губу, понимая, что в доме все настроены против меня. То есть, мне некуда было деться от мокрых полотенец, ведь это была идея моей мамы.

— Твои подруги, — прошептал он, глядя на меня серьёзным видом сверху-вниз. Ни малейшей раздраженной или шутливой эмоции на его лице я не разглядела. — Они в курсе, что ты болеешь?

— Да… — вытянула я. — Я отправила фото с градусником в нашу группу в мессенджере. — У Джудит и Алишы похмелье, — тихо засмеялась я, а затем увидев злостный взгляд на лице своего друга, прикусила язык. — Мэри и Джессика обещали зайти вечером, хотя я просила их не приходить, чтобы не заразить. Заранее, прошу прощения…

— Не думаю, что у тебя серьезный вирус, — мягко проговорил он, касаясь ладонью моего лба.

— Ты не боишься заразиться? — внезапно спросила я.

Улыбнувшись, Брэндон скорчил гримасу.

— Я точно не заражусь, — ответил он. — Хотя, я не против, если ты будешь сидеть у моей кровати так же, как я.

— До чего же ты милый паршивец! — коснувшись его лица, я неожиданно для Брэндона потянула его за щеки. Парень рассмеялся, касаясь ладонями моих рук. — Ты заслужил моего поцелуя!

— Вот этого сейчас точно не надо, — ухмыльнулся он. — Не хочется рисковать, — я демонстративно надула губы. — И вообще мне пора уходить, — внезапно Брэндон встал с кровати. — Я итак собирался просто проведать тебя.

— Нееет! — начала вопить я, протестуя. Я уже привыкла к обществу своего симпатичного доктора, и перспектива оставаться одной еще на весь вечер и на завтрашний день мне была совсем не по душе. — Останься еще немного!

— Я зайду к тебе завтра, — ответил он, поправляя подушки. — Если ты захочешь, конечно же.

Отвернувшись, я скрестила руки на груди, показывая ему свое недовольство, хотя прекрасно понимала, что ему было неловко прибывать в моем доме столько времени. Я услышала, как парень тихо усмехнулся, а затем подошел ко мне, и наклонившись, поцеловал в щеку. От неожиданности я ощутила всей своей кожей, как мои щеки заалели, и посмотрев на Брэндона, направляющего к выходу из моей комнаты, я лишь кивнула.

Я была права и к вечеру меня действительно навестили другие мои подруги. Уже ближе к ночи мне стало намного лучше, и я перестала так сильно ощущать боль в горле. На следующий день мне стало еще лучше, правда небольшая ломота по всему телу все еще действовала на нервы. Кто бы мог подумать, что ночные забеги к океану, обернутся для меня такими глупыми последствиями. Очевидно я считала, что не заболею от трех минут в прохладной воде. Тереза всячески «издевалась» надо мной все утро, ссылаясь на утренние наставления моей мамы.

Уже был полдень, я все разглядывала дисплей смартфона, иногда скучающе перелистывала реалити-шоу по телевизору, но все было бесполезно. Я вставала с кровати всего несколько раз за последние два дня, для того чтобы принять душ, или же, переодеться. Немного позже меня стали донимать мысли о сущности бытия, а еще позже меня стала раздражать каждая деталь в моей комнате, будь то ваза с цветами, которую в обычный день я любила всей душой.

Я скучала по Брэндону. Так я и подумала, ощутив прилив сил, после очередной порции куриного бульона, которым Тереза пичкала меня каждые несколько часов. Взяв с комода телефон, я снова проверила все мессенджеры и почту, но ничего не изменилось. Неужели этот дурак так и будет игнорировать меня в воскресенье, зная, что я болею? Он сказал, что зайдет ко мне, если я сама этого захочу. Я хотела. Но, наверное, нужно было не посылать сигналы об этом в никуда, а действительно просто воспользоваться телефоном. Мои раздумья прервала трель, поступившая на мой мобильник, и тотчас же заинтригованная, я схватилась за смартфон.

«Как ты себя чувствуешь? Тебе стало легче?» — от Брэндона Хартера. 12:30 pm.

Сердце незамедлительно забилось, словно получило долгожданную порцию адреналина. Дурак, он столько времени заставил меня ждать!

«Мне лучше».

Односложно ответив, я злостно бросила телефон на соседнюю сторону кровати. Неужели он думал, что я сама буду писать ему о том, что хочу его видеть у себя дома?

«Мне зайти?» — от Брэндона Хартера. 12:33 pm.

Конечно, да! Этот парень все больше раздражал меня своей глупостью! Как можно было задавать столь очевидные вопросы? Набравшись терпения, я подождала минут десять, чтобы, не ринувшись от переизбытка томления не настрочить ему кучу ответных сообщений с просьбами незамедлительно явиться ко мне. Какого черта?! Он точно от меня этого не дождется!

«Если хочешь».

А если он не хочет? Разве у него были причины не хотеть видеть меня? Чем он может быть занят днем, в такое пекло в воскресенье? Чем больше я думала, тем больше злилась и ненавидела Брэндона, отчего у меня сразу же разболелась голова.

Прошло минут пятнадцать, но никакого ответа от Брэндона не последовало. Раздосадованная, я примкнула к обсуждению Хэллоуина и костюмов, выбором которых занимались девочки в торговом центре. Стало немного грустно, что прикованная на все выходные к постели я не имела возможности наслаждаться покупками вместе с подругами. Джудит присылала мне короткие видео с примеркой, это напоминало мне что-то вроде прямой трансляции с места событий.

Убрав телефон в сторону, я постаралась заснуть, но никак не получалось. Пялясь в белый потолок я все думала о всяких событиях из своей жизни, и так или иначе вспоминала пляжный эпизод. Господи мне действительно было очень стыдно за свое поведение. А что если Брэндон воспринял меня как легкомысленную девицу, решившую отдаться ему только лишь потому, что он оказался рядом? Бред. Какой только бред не лез мне в голову, когда я оставалась наедине со своими мыслями в пустой комнате.

— Я могу войти? — от моих мыслей меня оторвал знакомый бархатный голос.

Резко привстав на кровати, я кивнула, застигнутая врасплох внезапным появлением человека, которым была занята моя голова на протяжении всего дня. Улыбнувшись своей фирменной, оточено-застенчивой улыбкой, парень вошел внутрь. Сегодня у меня хватило сил рассмотреть его внешний вид, поэтому слегка скользнув по нему глазами снизу-вверх, я заметила некий прогресс в его образе. Сейчас на нем был белый лонгслив и серые джинсы, и я подумала о том, что такое простое сочетание вещей еще никогда не смотрелось столь привлекательно на ком-либо еще из моих знакомых парней. Или же, я просто сошла с ума и романтизировала в Брэндоне абсолютно все.

— Выглядишь намного лучше, чем вчера, — улыбнулся он, заправляя прядь моих волос мне за ухо. Такой простой и неожиданно милый жест заставил меня трепетать от прилива нежности.

— О да ладно, — отмахнулась я. — Круги под глазами, бледное лицо.

Что я несу? Брэндон непонимающе нахмурил брови, качая головой.

— Ты всегда красавица, — добавил он, словно был совершенно разочарован моей последней фразой. — Просто выглядишь так, будто почти выздоровела, — и он нежно коснулся ладонью моей щеки. — И почти не горишь.

Если бы не мой страх за то, что я могу заразить эту сволочь и сделать нам обоим еще хуже, то я бы точно потянула бы Брэндона на себя и задушила бы его своими поцелуями. Какого черта он нес такие слова, от которых мое сердце молниеносно собиралось вырваться наружу? В его глазах сверкали огоньки и мне казалось, что они еще не были столь красивыми, как сейчас, когда в них отражалось столько заботы и искренней любви ко мне. Любви? Черт, покачав головой я мысленно выбросила эту мысль прочь. По телу пробежало полчище непрошенных мурашек лишь об одном упоминании этого чувства.

— Тина, — позвал он меня. Я недоумевая покосилась на парня, прислонившегося на локте на моей кровати. — Ты уже замеряла температуру сегодня?

— Да… — протянула я. — Мама следит за этим, не хочет, чтобы я пропускала школу и все такое. — объяснила я. — И я принимала все таблетки, которые мне приносила Тереза.

— Моя мама приготовила для тебе печенье, — неожиданно прошептал он, накрывая меня одеялом. Боже. Я совсем забыла, в каком виде лежала перед ним и незамедлительно покраснела, что не скрылось от настойчивых глаз парня. — Ну, я уже видел тебя в купальнике… — улыбнулся он, делая виноватое лицо. — Думаю, тебе не стоит смущаться.

Я прикрыла лицо ладонями, сгорая со стыда. Боже, хоть бы он не напомнил мне о происшествии в номере на пляже.

— В купальнике меня видели все на пляже, — огрызнулась я, прячась под одеялом. Внезапно его лицо стало хмурым. Он ревновал? От мимолетной мысли о его ревности у меня закружилась голова и мысленно я даже обрадовалась. Так что он там говорил про печенье? — Где печенье?

Парень протянул мне большую картонную коробку, которая лежала на комоде. Поставив ее на одеяло поверх мои колен, я открыла содержимое, с восторгом разглядывая милые шоколадные печенья разных форм в золотистой обертке.

— Это так мило, — искренне отозвалась я, глядя на Брэндона. Я не ела много сладостей из-за предстоящих соревнований, но перед такой красотой было тяжело удержаться, поэтому откусив кусочек, я с восторгом проглотила лакомство, где-то в глубине души ощущая что-то ностальгическое и больно знакомое во вкусе. — Нереально вкусно!

— Мама готовила их мне в детстве, когда я болел, — Брэндон задумчиво почесал затылок, а затем коснулся шеи, и я невольно вспомнила о том, что не раз замечала эту его привычку. — Когда она узнала, что тебе не здоровится, сама решила приготовить их для тебя. Так что это от нее, а не от меня, — поправил он.

— Спасибо тете Нэнси, — осеклась я, глядя на Брэндона. — Я хотела сказать, спасибо миссис Хартер. Твоя мама называла мне свое имя при нашей первой встрече, я поэтому…

— Все в порядке, — тепло отозвался он, будто и вовсе не заметил ничего необычного в моей речи. — Забыл сказать вчера, у тебя очень красивая комната, — добавил он, озираясь по сторонам и разглядывая мою спальню.

— Шутишь? — искоса посмотрела я на парня. — Здесь все так же, как было, когда мне было четырнадцать. За исключением некоторых вещей…

— Ну я-то тут впервые, — ответил он. — Настоящая комната принцессы. Так по-девчоночьи…

— Вот именно это меня здесь и бесит! — огрызнулась я, глядя на то, как лицо парня расплывается в широкой улыбке. — Но я все равно уезжаю после выпускного, так что перетерплю год.

Брэндон нахмурился, глядя в потолок.

— Куда уезжаешь?

— В Бостон, — ответила я. Жестом я попросила парня разместиться на кровати рядом со мной, но он лишь покачал головой.

— Лига плюща, — без раздумий сказал он. — Гарвард?

Я кивнула.

— Поэтому мне и нужно подтянуть учебу, хотя я пока еще не сильно продвинулась в этом, — с досадой в голосе сказала я. Затем посмотрев на задумчивое лицо своего друга, я продолжила: — А ты? Что будешь делать после школы?

Брэндон скрестил руки за головой, а затем глубоко выдохнул.

— Уеду учиться в Беркли, — ответил он.

Я округлила глаза в изумлении. Он, наверняка, планировал стать ученым в области точных наук, программистом или кем-то еще из подобной сферы. В принципе, чего еще ожидать от такого парня как он. На какое-то время я и вовсе забыла, что Брэндон все тот же ботаник-задрот номер один в школе и наука у него так и останется на первом месте. И не важно, что он так же охрененно целуется, как решает задачи по математике. Такс, стоп, очевидно, что моя болезнь отступала по часам…

Тина, тебе нужно меньше думать о таких вещах, когда он рядом.

— В научно-исследовательский университет, — констатировала я, внезапно ощутив прилив неописуемой гордости за парня. Он кивнул. — Он в…

— Да, он здесь в Калифорнии, в заливе Сан-Франциско, — добавил он.

— Какой же ты зануда, — проговорила я в шутливой форме. Конечно, я уже давно не считала его занудой. Отчасти. — Только и думаешь о своих компьютерах.

— Я думал, тебе это во мне нравится, — обиженно протянул он.

— Мне больше нравится, когда ты играешь на гитаре, — честно призналась я, приближаясь к нему. На его лице еще оставался небольшой кровоподтек после того случая в фойе школы с Мэттом.

Брэндон был талантлив во всем, к чему прикасался, даже если вспомнить пятничный вечер на пляже. Незнакомые девицы смотрели на него с обожанием, когда он стоял на сцене или же пел с группой его кузена, от чего мне хотелось повыдирать волосы каждой в партере.

— А мне больше нравится, когда ты не ведешь себя как стерва, — серьезным тоном сказал он, глядя мне в глаза, опираясь на локоть.

Рассердившись, я ударила его по плечу, не желая намеренно делать ему больно. Рассмеявшись, парень потянулся ко мне, отчего скрываясь от него, я натянула одеяло доверху, нагло ухмыляясь и глядя на него снизу — вверх. Брэндон навис надо мной, оперившись на ладонях и разглядывая мое лицо.

— Что подумает Тереза или еще хуже, моя мама, — улыбнулась я, намекая на его странную позу на моей кровати. — Когда увидят, как ты лежишь на мне? — спросила с вызовом, продолжая нагло улыбаться.

Конечно же, я была накрыта одеялом и пледом, но мои слова возымели нужный мне эффект, отразившись на Брэндоне.

— Я вижу, ты уже совсем выздоровела, — резко отпрянув, Брэндон слез с кровати. — Даже термометр не нужен.

— Эй, куда ты? — спросила я, демонстрируя свое недовольство. — Опять оставишь меня одну?

— У тебя есть Тереза и мама, — равнодушно ответил он. Брэндон специально раздражал меня, поворачиваясь спиной.

— И… — прошептала я, садясь на кровати. — Уйдешь вот так?

Выдохнув, парень развернулся и преодолев несколько шагов, остановился у кровати с моей стороны. Присев с краю, Брэндон коснулся ладонью моей щеки. Прикрыв глаза в ожидании поцелуя, я потянулась вперед, однако за этим моим действием ничего не последовало.

— Да, ты действительно больше не горишь, — изумленно протянул Брэндон. Ненавижу его издевательское поведение. — И он встал с кровати, оставив меня одну, униженную и обиженную, требующую его поцелуя.

— И… все?

— Ты права, — ответил он, заметив немой вопрос на моем лице, — Тереза или твоя мама могут зайти в любую секунду, — повторив мою фразу, пояснил Брэндон. Я едва не завопила от возмущения.

Взяв себя в руки, я набрала в легкие побольше воздуха, как незамедлительно мне в голову пришла гениальная мысль. Откинув одеяло в сторону, я разлеглась на кровати, намеренно демонстрируя Брэндону свое тело во всей красе, несмотря на наличие пижамы в виде короткой майки и шорт. Взгляд парня задержался на моих ногах, и качая головой, он отвернулся в сторону. На всех ребят, даже таких высокоинтеллектуальных и высокоморальных и не от мира сего как он, безотказно действовала такая вещь как банальный женский флирт.

— Раз я выздоровела, то могу с чистой совестью вылезти отсюда, — оскалившись, игриво протянула я. Подойдя ближе к нему, я повисла у него на плече. Мышцы парня напряглись, и прочистив горло, Брэндон едва улыбнулся, стараясь вырваться из моих объятий.

— Увидимся завтра в школе, милый, — прошептала я ему на ухо, а затем убрав ладони с его плеч, вернулась к себе в постель.

Брэндон

Я не супергерой

Кристина

Интенсивная тренировка перед матчем меня совсем не вымотала так, как я того желала. Я с шумом, исходя невидимым паром, собирала сумку у локеров в фойе, искоса наблюдая за сладкой парочкой в конце коридора. Дверца шкафчика под немой и непонимающий упрек подруги, стоящей рядом, была агрессивно захлопнута и заперта на ключ.

— Хей, да что такое? — Джудит облокотилась о стальную стену из шкафчиков. — Ты сама не своя.

— Все в порядке, — нервно процедила я, не сводя глаз с Брэндона.

Одноклассник продолжал говорить со своей собеседницей, к моему великому стыду, не считая нужным даже взглянуть в мою сторону. Достаточно было всего лишь поднять свои глаза, чтобы наткнуться на мой раздраженный взгляд.

Потому что он, очевидно, думал, что с него достаточно. Мы с Брэндоном были с утра на всех совместных уроках и факультативах. Он поздоровался со мной даже дважды, а в остальные разы тепло и вежливо кивал, то бишь в те самые моменты у аппарата с кофе, в столовой или же тогда, когда я намеренно уронила учебник у его парты, чтобы наклонившись, установить с ним зрительный контакт. Брэндон был вежлив, скромен, и галантен, как и полагалось, отчего я злилась пуще прежнего. Наверное, если бы я заметила хоть один вздрагивающий мускул на его лице, или же, нечто, похожее на раздражение, а может слабую заинтересованность во мне, когда я специально улыбалась при нем спортсменам — я бы не злилась.

Потом мы переместились на другую локацию, в кафе «Пухлый кролик», расположенном у школы: Джесс все уши прожужжала еще на прошлой неделе о их фирменных осенних коктейлях, и я помниться, уже пробовала их кофе, в тот самый день, когда мы гуляли в парке с Брэндоном. Мы разместились за большим деревянным столом со своими напитками: в этот раз бариста уговорил нас на нетипичный для меня тыквенный мокко с белым шоколадом.

От одного названия можно было набрать килограммов пять, и я мысленно представила лицо мисс Грант, отчитывающей нас за огромное количество дополнительных калорий.

Внезапно я почувствовала характерное жжение на затылке, после чего слегка обернулась. У входа в кафе стояли Эмма и Сэм, последний, не сводил с меня взгляда. Парень сразу же опустил голову, как только, изогнув бровь, я недоумевающе посмотрела на него. Внутренний голос твердил мне о том, что сюда скоро должна прийти Лиза, а вместе с ней и Брэндон.

— Ты же была на диете, — тактично поинтересовалась Джудит у Мэри, несущей огромную чашку горячего шоколада с маршмеллоу.

Я была занята личной драмой, но тема странных вкусовых предпочтений, диет и здоровья Мэри часто вставала на наших внутренних собраниях. Сейчас она пила горячий шоколад с зефиром, а после, ее несколько дней могло страшно тошнить. Джессика как-то заводила разговор о том, что несколько пациенток ее мамы, которая являлась уважаемым психологом в Долине, приходили с серьезным заболеванием, начавшимся с таких же симптомов как у Мэри. Сейчас же, из-за ее постоянных срывов и слабости в теле она была лишена ведущей роли в пирамиде.

В субботу мы собирались в «Сантану-роу», так как нам жизненно необходим был еще один шоппинг, после которого мы бы окончательно поставили точку на костюмах к празднику. Наверное.

Костюм уже был у Джессики, Алиша пока еще скрывала от нас свой выбор, а вот мы с Мэри и Джудит уже несколько часов проторчали в примерочной. Признаться, мне становилось легче. Несколько дней меня все еще мучали мысли о Брэндоне, но его показное, как мне сначала казалось, безразличие, начало постепенно исцелять меня. Стоя здесь, перед большим зеркалом в раздевалке, я думала лишь о том, какой фурор произведут на окружающих наши наряды. Эта задумка была совсем не в моем стиле, но отлично отражала мое нынешнее настроение.

После покупок мы остановились в «Старбаксе», который располагался недалеко от карнавального бутика, в самом центре торгового центра. Разместившись на диванчике, мы сидели в ожидании своих напитков, страстно обсуждая свои долгожданные находки. Я смотрела по сторонам, бросая взгляд на фонтан расположенным позади нас, как сразу назвали мое имя.

— Это кислый щавелевый фреш, — пояснила я, заметив взгляды подруг.

Я уже собиралась сесть на диванчик, как увидела в конце зала знакомую фигуру. В груди предательски екнуло при виде Лизы, тащащей недовольного Брэндона за собой. Лицо девушки светилось, это было заметно даже через струи воды от фонтана.

Все же вернувшись на свое место, я повернулась, про себя отметив то, как хорошо я умею владеть эмоциями, не выдавая своего внезапного волнения. У меня вспотели ладони, и я уже мало разбирала речь подруг. Мои недавние мысли по поводу безразличия к своему однокласснику потерпели грандиозное фиаско: я еще не излечилась от это влечения. И с этим нужно было завязывать.

***

На общей физкультуре Джудит пристально разглядывала меня. Тренировка была выматывающей, решив сделать передышку, мы с подругой сели на скамью.

— Ты не сводишь с него глаз, — прошептала она, дернув меня за локоть.

— Я наблюдала за игрой, — прочистив горло, я отвернулась от игрока, у которого сейчас находился баскетбольный мяч. Совсем сошла с ума.

— Тина, ты смотришь на него уже неделю щенячьими глазами, — приблизившись ко мне, подруга шепнула на ухо.

— Да ну тебя! — слегка задев подругу коленом, я встала из-за скамьи и взяв свою бутылку с водой, вышла из зала.

— От меня ты ничего не сможешь скрыть! — подруга пошла за мной следом. — Я знаю тебя с детства.

— Это ничего не меняет, — отмахнулась я.

Раздосадованную, и не желающую говорить на эту тему, Джудит силком повела меня за собой в школьный двор, устроив мне самый настоящий допрос. Я была вынуждена рассказать подруге о своих странных отношениях с Брэндоном, хотя большая часть истории ей была итак известна, и как мне казалось, на многое она просто закрывала глаза. Обеденное солнце слепило глаза, но мы так хорошо разместились на выступах у лестниц, что я даже была рада подобному раскладу вещей. Мне надоело держать это в себе.

— Ну, и, если он тебе нравится, зачем ты все это делаешь? — резюмировала подруга, дослушав весь мой рассказ.

— Он меня бесит, — отпиралась я, игнорируя очевидное.

— Ты что, дура? — она закатила глаза. Я уставилась на Джудит в немом шоке. — А чего ты ожидала от меня? Я не твой добрый мальчик, который смотрит на тебя с обожанием и боится лишнее слово сказать.

— Ты же сама называла его гиком и ботаном, — обиженно протянула я.

— Ну это ничего не меняет, — добавила Джудит. — Если бы я плохо к нему относилась, я бы не стала тогда доверять ему тебя пьяную.

Я приложила ладонь к лицу, сгорая со стыда. Перед глазами пронеслись картинки с вечеринки у Мэтта. И мое позорное пробуждение в комнате Брэндона на следующее утро.

— Я думала, что он — особенный, — размышляла с серьезным лицом. Джудит притихла. — А он оказался таким же, как и другие. Даже хуже спортсменов.

— Потому что стал ревновать тебя к Мэтту и Джастину? — ухмыльнулась она, качая головой.

— И к Оливеру, — рассмеялась я. — Прикинь!

— Это, конечно, сильно. — Джудит повела плечами. — Ревновать к гею.

Прервав нашу беседу, я собрала все свои вещи и направилась домой. Мы с Брэндоном работали над проектом в пятницу и с того момента прошло уже несколько дней. Сегодня он тоже молчал весь день, а сама я не собиралась спрашивать об этом. Я смотрела на дисплей смартфона, нажав на уже ставшую такой родной, сиреневую иконку на экране, и проверила список контактов в сети. Мне был важен только один контакт.

Не удержавшись, я все-таки сама написала ему, предварительно втянув в легкие побольше воздуха. Быстро настрочив целое предложение, я отбросила телефон в дальний угол кровати, будто что-то раскаленное, обживающее ладони.

«Когда у нас будет следующее занятие?» — @cici. 8:30.

Дрожащими руками я взяла смартфон в руки и покосилась на экран, на котором незамедлительно появилось всплывающее сообщение о том, что собеседник печатает сообщение. Этот прием, как выразился Брэндон, он подсмотрел у других социальных сетей, и внедрил его собственноручно в глоббер, прописав несколько новых кодов.

«Завтра после литературы я полностью свободен». — @n1. 8:31.

«Мне еще будет нужна твоя помощь по математике». — @cici. 8:31.

Последнее сообщение я написала, не подумав последствиях. Вздернув подбородок, я про себя фыркнула, напомнив себе о его недавнем заявлении, что я могу обратиться к нему за помощью в любую минуту. Математика стала самым удачным поводом.

«Конечно. В любую минуту». — @n1. 8:32.

Прижав телефон к груди, я улыбнулась. Брэндон процитировал мои мысли, и от этого мне стало очень спокойно.

Мне было тоскливо. Я все утро украдкой наблюдала за тем, как Брэндон помогает Эмме на лабораторной и с каждый разом убеждалась в том, что завидовала ей. Я ревновала Брэндона к Эмме: мое сердце сжималось при виде его очаровательной улыбки, направленной кому-то еще кроме меня. Это внезапное осознание того, что я ничего теперь не делала со своей ревностью — злило меня, выводило из себя.

Какое нелепое стечение обстоятельств: вернувшись в этот город я и подумать не могла, что меня угораздит увлечься кем-то вроде Брэндона — несомненно очень симпатичного, но совсем не такого парня, с которым я собиралась проводить свой досуг. С ним было интересно, его было приятно слушать, и я терпеть не могла эту его внезапную популярность среди малолетних, и не только девиц, за счет того, что он теперь играл со своим кузеном в группе. Я знала его до этой группы, и его внимание целиком и полностью должно было принадлежать мне!

Мы встретились в назначенное время в кабинете информатики. Параллельно я без угрызений совести наблюдала за тем, как он не сводил своих наглых глаз с Эммы, хоть я и понимала, что у него нет ничего с этой австралийкой, но все равно исходила ядом.

Он сел рядом, как обычно, изначально одаривая меня своей милой, трогательной улыбкой. Завороженная, я улыбнулась в ответ, забыв обо всем. Наверное, у меня действительно в эту секунду были щенячьи, как говорила Джудит, глаза.

— С презентацией выступишь ты, — мягко протянул он, слегка придвинувшись ко мне.

Мы вернулись к тому, с чего начали. Он снова будто смущался и делал вид, что впервые сидит со мной за одной партой. Я же, снова притворялась безразличной, вежливой и в меру тактичной.

— Но я боюсь! — я вытянула ладони перед собой в оборонительном жесте. — Ты же мастер во всем этом, будет лучше если выступишь ты!

— Ты почти месяц помогала мне, — улыбнулся он уголком губ, осторожно кладя свою ладонь поверх моей. Мое сердце незамедлительно пропустило удар. — Уверен, с тобой это приложение получит колоссальный успех в этой школе!

Это было правдой и поэтому я лишь слабо кивнула на предположение одноклассника.

— А если я что-нибудь забуду?

— Я буду рядом, — он ободряюще кивнул. Брэндон не снял свою ладонь с моей из-за чего я более остро стала ощущать нехватку воздуха. — Да и ты же любишь быть в центре внимания, я не могу просто взять и лишить тебя самого интересного!

Я фыркнула, но заметив его особую заинтересованность происходящим, молча согласилась. Мой взгляд с его четко очерченного профиля зациклился на его губах, и я выдохнула, сожалея о том, что этот нахал больше меня не поцелует.

— Ты говорила, что что-то не понимаешь в новой теме, — вернув меня с небес на землю своим предложением, Брэндон достал из сумки очередную тетрадь. Вот зубрила. Я убрала руку, которой подпирала подбородок, пялясь на его лицо, в сторону.

Просидев с милым парнем еще около часа в лабораторной по информатике, я обиженная, расстроенная, но напичканная огромным количеством формул, пошла домой в гордом одиночестве.

Лишь к ночи я наконец поняла, что меня ожидало сложное выступление с проектом. Я была на взводе от такой ответственности, которую он плавно переложил на мои плечи. Открыв файл на рабочем столе, я открыла папку под названием «Глоббер» и кликнула мышкой. Брэндон составил всю презентацию от и до, а от меня требовалось лишь выступление. В нашей паре он всегда был лучше, и с горечью, перекликающейся с гордостью за друга, я признала его уникальность, листая каждый слайд.

В назначенный день «X» я на ватных ногах поползла в кабинет для выступлений. Нас было не так много, я выступала после Сэма, но к приближению своей очереди у меня все сильнее тряслись руки и ноги, а ладони и вовсе взмокли, из-за чего все выскальзывало из моих рук. Увидев мое состояние, Брэндон придвинулся ко мне, отодвигая от меня недовольного Сэма.

— У тебя все получится, помни об этом, — прошептал он ободряюще. — Ты умница, поняла?!

И лишь тогда я окончательно смогла успокоиться. У меня был опыт публичных выступлений, но совсем другого характера. Это был научный проект, в случае провала которого пострадал бы только Брэндон. Он мог все сделать сам, но решил втянуть меня во все это, поставив на ведущую роль. С которой я действительно справилась, и теперь его и мой проект стал особенным.

Мы переглядывались, улыбались и как мне казалось, заметно флиртовали друг с другом с того момента, как я завершила презентацию. Даже сейчас, пока мы сидели напротив друг друга в разных частях зала столовой.

— Классная штука этот ваш глоббер, — заинтересованно протянула Алиша. Некоторые ребята из нашего класса уже скачали бета-версию и, как и мы активно тестировали приложение внутри школы.

— Смотри, можно сюда нажать, и создать секретный чат из людей поблизости, — показала я ей и внезапно сама удивилась тому, как хорошо стала разбираться в приложении. — Потом хотим туда добавить заполнение карточек, и люди со схожими интересами будут выделяться.

— Я рада, что сдам зачет по информатике благодаря Сэму, — пробормотала Джудит, схватившись за виски. — Этот месяц был сложным, а его проект вообще непосильным для меня.

Краем глаза я заметила, что Брэндон тоже смотрел на меня.

Брэндон

— Не пойдешь с нами в кино? — позвала Лиза.

Я уже собрал свою сумку и намеревался пойти домой, разобраться с кое-какими делами, причем никакое кино в мои планы точно не входило. Забрав подносы со стола, мы двинулись к выходу: уже в фойе попрощавшись со мной, ребята вышли из школы. Лиза обернулась, недовольная тем, что я решил остаться в стороне. Кивнув девушке на прощание еще раз, я подошел к шкафчику.

— Привет, — за спиной раздался знакомый мелодичный голос. Каждый раз, когда Тина приближалась ко мне, звук ее голоса проникал в самое сердце. Рядом с ней стояли ее подруги, оценивающе разглядывая меня, Джудит едва улыбалась, а глаза Тины светились.

— Привет, — мягко ответил я. Девчонки отошли от нее, оставляя нас наедине. — Я же говорил, что у тебя получится.

— Хотела тебя поблагодарить за поддержку перед презентацией, — добавила она. В ее голосе были заметны игривые нотки. Все-таки она неисправима, и мне, наверное, всегда это будет в ней нравиться. Тина переминалась с ноги на ногу, очевидно не зная, как продолжить диалог, в котором я принимал слабое участие, изредка улыбаясь и кивая как идиот.

— Ты можешь объяснить мне новую тему, как в прошлый раз? — внезапно спросила она.

— Да, — запнулся я, но сумел ровно ответить на ее вопрос. — Правда свободных классов сейчас нет, можем пойти ко мне?

Она сразу же кивнула, затем развернувшись что-то сказала рядом стоящей Джудит, и та с пониманием направилась к выходу из школы с остальными девчонками. Закрыв шкафчик на ключ, я жестом пригласил Тину идти за мной. Мне было необходимо зайти к Ти-догу в студию за своей гитарой, которую я оставил у него еще с прошлого выступления.

Тина была немного смущена, когда оставалась наедине со мной, хоть и старалась не показывать этого. После того разговора в парке прошло достаточно времени, и теперь все вернулось на круги своя. Я по-прежнему смотрел на нее со стороны, а она улыбалась, используя свой природный магнетизм. Может изменилось лишь то, что теперь мы действительно общались как друзья, сидели рядом и могли обмолвиться несколькими словами на перемене. И еще она действительно проделала много работы, красиво изложив то, что я создал на компьютере.

Мы прошли почти квартал в неловкой тишине. Тина держала сумку перед собой, ее лицо было задумчивым, но невозмутимым.

— Ты же не против если мы зайдем к моему кузену перед моим домом? — спросил я. Тина покачала головой в знак согласия.

Нас встретил недовольный Малкольм, который, судя по гневным нотам в разговоре что-то спорно обсуждал с Клейтоном. Ти-дог сразу же прекратил крики, как только мы с Тиной вошли внутрь студии.

— Хей, привет ребята, — поздоровался он с нами. Его глаза прошлись по Тине, а затем он снова обернулся ко мне.

— Привет, Тео, — мягко ответила она.

— А ты Сиси, верно? — добавил Ти-дог, а я аж поперхнулся. Вроде как я не называл ему фамилию Тины.

Девушка недоверчиво посмотрела на меня, а затем улыбнулась и покачала головой в знак согласия.

— Брэндон называл мне твою фамилию, ты же не против такого сокращения? — поправил он, заметив наступившую неловкость между нами. — Мой братец привык к тому, что у меня язык без костей.

Я показал немым жестом Ти-догу, что его обаяние и шутки сейчас совсем не к месту.

— Да все в порядке, — отмахнулась Тина. — Кстати, не устану повторять, что вы, ребята, очень крутые, — искренне добавила она, подходя ближе к сцене. Увидев Тину, ребята замолчали, переходя на шепот. — Я почти ваша главная фанатка.

Последнее она сказала глядя мне прямо в глаза. Меня пронзило током, возможно это даже не скрылось от глаз ухмыляющегося Ти-дога.

— Мы возможно будем выступать на Хэллоуин в «Платине», — Ти-дог все не спускал глаз с моей подруги, однако его интерес был вовсе не похотливым, а скорее изучающим, и я уже пять минут назад как понял, что он всего-навсего вспомнил девушку из моих детских грез. — Так что приходите вместе с подругами, — подмигнув Тине, добавил он.

— Мы придем, — невозмутимо ответила Тина. — Если Брэндон тоже будет играть, — и она подмигнула уже мне.

— Я же говорил, Би, — выдохнул кузен. — Тебе нужно к нам. Нужно было изначально.

— Мне было тринадцать лет, когда вы основали группу, — саркастично подметил я.

— Нику Картеру было двенадцать, когда основали «Backstreet boys»! — покачал головой Ти-дог. Тина заметно кивнула, глядя на нас обоих, словно соглашалась со словами моего кузена.

— Кстати, Ник Картер там самый горячий, — соблазнительно улыбнувшись, Тина посмотрела на меня многозначительным взглядом, а затем снова подмигнула. Второй раз. Я будто окаменел от ее дерзкого выпада. Вот нахалка. Она флиртует со мной при моем кузене! Послышался смешок и тихое улюлюканье.

— В общем, в любом случае мы вас ждем! — добавил Ти-дог, а затем его поддержали и другие ребята.

Поговорив с кузеном еще несколько минут, я забрал гитару, и мы с Тиной все же направились к моему дому. Сегодня я был один, на улице почти смеркалось, небо было как никогда красивым, достигнув золотого часа.

— Обожаю твою комнату, — Тина села на край моей кровати и выдохнув сняла с себя куртку, оставаясь в форме чирлидерши.

Убрав ладонью непослушную прядь, она заправила ее за ухо, а я снова залюбовался ее, прислонившись спиной к двери моей комнаты. Теперь между нами снова образовалась невидимая стена, и несмотря на то, что мы вроде тянулись друг к другу, расстояние было очевидным.

Сейчас, здесь, мы по-прежнему разбирали уравнения, Тина все очень хорошо понимала, и даже на секунду мне показалось что она выдумала историю про непонимание новой темы. К концу нашего занятия я собственно убедился в этом. Наверное, если бы в тот день она согласилась со мной и поставила точку в наших отношениях, сейчас бы мы были более свободны.

Мне очень хотелось прикоснуться к ней. Но она сама сделала свой выбор, продолжая тусоваться с ребятами как раньше.

— Я видела тебя несколько дней назад в торговом центре с Лизой, — неожиданно начала она. — Вы теперь вместе?

— Ты же знаешь, что нет, — отрезал я. — Я не изменился внезапно за неделю.

Я тоже ее видел в тот день, и мне было больно наблюдать за ней всю неделю, когда она с деланым безразличием улыбалась мне после того, как говорила что-то о симпатии, продолжая находиться в странных отношениях с Мэттом.

— Ну как, ты все решила? — прекратил я бессмысленный диалог о своей личной жизни. Тина передала мне тетрадь, хотя от меня не скрылась задумчивость на ее лице, которую она тщетно пыталась скрыть, разглядывая музыкальные диски на моем столе.

Внезапно она перечислила хиты нескольких моих любимых групп, даже тех исполнителей, которых нельзя было назвать мейнстримом. Потом мы и вовсе перешли на нейтральные темы, словно пытались разрушить немую, неловкую тишину.

— Ты поступаешь на экономический? — заинтересовался я ее выбором, после того как она рассказала мне о списке ее специальных предметов.

— Вообще-то я бы хотела попробовать себя в журналистике, — ответила она. — Но отец хочет, чтобы это были бизнес или право, чтобы я помогала ему в семейном деле уже после учебы. Хотя мне хочется держаться подальше от семьи и родственников. Может, кроме мамы, — сказала она и слегка засмеялась.

— Я тоже очень близок с моей мамой, — улыбнулся я. — Хотя у меня больше никого нет, — уже засмеялся я.

Затем мы оба замолчали. Я даже не заметил, что мы сидели так близко уже час и спокойно говорили, не испытывая никаких неловкостей.

— А что произошло? — мягко поинтересовалась Тина. — Можешь не говорить если не хочешь, — стала отпираться она.

— В этом нет ничего такого, я могу рассказать, — улыбнулся я снова. — Мой отец умер одиннадцать лет назад.

— Ой, прости пожалуйста, — лицо Тины вытянулось от удивления.

— Это было давно, — мягко успокоил я. — Тебе незачем извиняться.

— Просто я решила, что твои родители в разводе, — добавила Тина, а затем прикусила язык, очевидно решив, что ее дополнение ни к месту. Я почти рассмеялся от ее выражения лица. — Он был программистом?

— Нет, — я изогнул бровь в изумлении. — Он, конечно, тоже любил компьютеры, так говорила мама. Я смутно помню все эти моменты. Помню его одержимость комиксами, — улыбнулся уголком губ, вспомнив, что уже рассказывал Тине об этом. Девушка тоже улыбнулась мне в ответ. Рассказывая, обо всем этом я действительно цеплялся за те малые воспоминания из чертогов своей памяти. — Он был архитектором.

— Архитектором, — Тина удивленно посмотрела на меня. — Думаю, это очень круто.

— Да. Еще мы с ним смотрели фильмы ужасов в тайне от мамы, — добавил я, ностальгируя. — Ему было все равно, что мне пять лет. Мы прятались под одеялом и смотрели всякое готического кино.

— Я тоже постоянно смотрела с папой всякие ужастики в детстве, — неожиданно сказала Тина, и теперь удивился я. — Не знаю, но, по-моему, моя психика в порядке.

Уже практически полностью стемнело, и посмотрев в окно, Тина заметно выдохнула.

— Мне кажется у нас с тобой больше общего, чем мы думаем, — таинственным тоном добавила она, а затем встала из-за стола.

Кристина

Дома приятно пахло корицей. Тереза готовила что-то вкусное: аромат пронёсся через всю гостиную, и даже немного улавливался на втором этаже в моей спальне. Я закрыла дверь, ощущая себя немного встревоженной после общения с Брэндоном. Хотелось подольше подышать свежим воздухом, и распахнув створки окон, я впустила толику осенней свежести в помещение. Я все чаще ловила себя на мысли, что этот дом стал мне роднее, особенно этот прекрасный вид на озеро, границы которого сейчас плавно сливались с горизонтом. Закатное солнце отдавало пламенными отблесками в воде, создавая прекрасное яркое свечение.

— Кристина, дочка, мне нужно с тобой поговорить, — мама вошла в мою комнату без стука, нарочито-деловым голосом сообщая о своих намерениях. Ее голос был слишком серьёзным и обеспокоенным.

— Я бы хотела принять душ, — отмахнулась я, прижимаясь ладонями о подоконник. — Наш разговор может подождать?

Кивнув, мама вышла из комнаты. На самом деле мне хотелось собраться с мыслями, так как тон родительницы не предвещал ничего хорошего. Мысленно я корила себя за показное надменное поведение, ведь на самом деле мама не заслуживала такого отношения. В подкорке возникли и вовсе негативные мысли: неужели что-то снова случилось с отцом?

Обернувшись в пушистое полотенце, я спустилась вниз. Обойдя гостиную, я направилась прямиком на кухню: на столе у островка ютились подрумяненные синнабоны, а рядом стоял прозрачный чайник со свежезаваренным чаем. Очевидно, Тереза приготовила все это специально к моему приходу, зная о том, какую особую любовь я питаю к ее булочкам с корицей. В желудке предательски заурчало: ведь от одного кусочка я точно не превращусь в слона, иначе мисс Грант бы выгнала меня из группы поддержки.

— Надеюсь, разговор не касается отца, — предупредительным тоном обратилась к маме, сидящей спиной ко мне. И когда мы так очевидно отдалились с папой друг от друга?

Обернувшись, мама жестом позвала меня в гостиную, на ходу прося Терезу принести всю чайную атрибутику в комнату за нами.

— Нет, Ричард не имеет к этому никакого отношения, — ответила мама, садясь за кресло в гостиной.

Несмотря на натянутые отношения между ними, она до сих пор старается сохранить во мне уважение к отцу. Что, собственно я и пыталась делать каждый божий день. Я села в кресло напротив, теперь нас друг от друга отделял лишь небольшой журнальный столик. Тереза улыбнулась мне, кладя передо мной чашку с ароматным травяным чаем.

— Я говорила с подругами из фонда, — наконец продолжила мама, когда мы остались наедине. Я закатила глаза, услышав о ее подругах, оставшихся в Лос-Анджелесе. — И с Элизой, разумеется, — добавила она, напомнив мне о маме Джастина. — Мы собираемся весной организовать благотворительный вечер, как и раньше.

— И? — поинтересовалась я. — Какое отношение к этому имею я?

— Мы подумываем над тем, чтобы организовать его здесь, в Саннивейле. Элиза тоже решила помочь нам в этом деле. Конечно, он будет проведен не с таким размахом, как раньше, но в любом случае принесет много пользы.

Мама не затронула тему тех долгов отца, из-за которых нам пришлось покинуть наш особняк в Лос-Анджелесе. Тем не менее, от своих старых привычек она не отказывалась, ведь подобные вечера стали уже традицией.

— Я все еще не понимаю, в чем моя роль?

— Хочу, чтобы ты помогла нам, — ответила она. — Мы с подругами остановились на варианте парижского «бала дебютанток», возьмем оттуда общий каркас, и подстроим под наш вечер.

— Ты это серьезно? — я едва ли не поперхнулась травяным чаем. Мама кивнула.

— Это, конечно, весьма пафосно, но, — почти смеясь, добавила я. — Смело и я думаю, достаточно весело.

— О, я рада, что ты похвалила эту идею, — в глазах мамы блеснули искорки. Она поправила очки, а затем открыла блокнот, лежащий на столике и стала что-то записывать. — Я собираюсь сделать небольшой ремонт на заднем дворе, у патио и бассейна.

— А что скажет отец? — многозначительным тоном поинтересовалась я, намекнув на нашу финансовую нестабильность. Я не сильно вдавалась в подробности ситуации, но увидев, как отмахнувшись, мама продолжила заинтересовано записывать что-то на листе, замолчала.

— Хочу попросить тебя составить список девушек и юношей с вашей школы, — неожиданно сказала она. — Сначала мы думали, чтобы там были исключительно дети спонсоров из состоятельных семей, — заметив укор на моем лице, мама запнулась, исправив ситуацию, — Но, потом, решили, что это не имеет значения, ведь в этом и будет уникальность вечера. Так что, достаточно, если вы с подругами придете со своими друзьями или кавалерами.

— Это не будет проблемой, — одобрительно кивнула я, после фразы мамы о том, что деньги наконец-то не стали пропускным билетом на эту супер-богатую тусовку и моим друзьям не нужно проходить процедуру фейс-контроля. — Мы с девочками составим такой список.

— Только никаких диких и кричащих нарядов, хорошо? — заметив то, каким образом я задумалась и ушла от разговора, добавила мама. — Старая классика — смокинги и бальные платья.

Я сразу подумала о том, что Брэндону, наверное, очень подойдет смокинг. Стоп. Я разумеется, приглашу его на вечер, но придет ли он? Я согласилась с мамой на организацию пафосного, но, как бы это странно ни звучало, благотворительного вечера, тема которого мне чертовски сильно понравилась. Но до него оставалось еще много времени, и все могло измениться.

На следующий день мы с подругами собрались у меня дома. Рассказав им о предстоящем вечере, я получила шквал неоднозначных эмоций в свой адрес: от неодобрения до откровенного смеха. Джудит идея рассмешила, в отличии от неожиданно заинтересовавшихся Алиши и Джессики, и наоборот, явно скучающей Мэри.

— Я думала, мы обсудим сексуальные образы на Хэллоуин и осенний бал, до которых осталось совсем чуть-чуть, — Мэри листала журнал, лежащий на моей постели.

— Мама попросила составить пока примерный список ребят, которые пойдут туда, — проигнорировав брюзжащую цинизмом подругу, продолжила я.

— Я пойду с Джейком, — сказала Джудит. — Вообще, думаю, все футболисты из клуба должны быть, — добавила она. — Мэтт и другие.

— Куда же без звездного квотербека Эм-Джея, — согласилась я.

— И Джастина, — за спиной послышался вздох Мэри.

— Тем более с семьей Джастина мы дружим, — поправила я. И его мама в клубе.

— Советую тебе все записать, — поправила Джессика, неожиданно включившаяся в разговор.

«И Брэндона», — подумала я про себя. Я обязательно приглашу Брэндона в ближайшее время.

Достав из комода свой новенький блокнот, я стала записывать имена девушек по порядку, где указала всю нашу компанию и еще нескольких ребят из школы. Мы обсуждали с мамой возможные правки, так что список был черновым, чтобы дамы из клуба просто имели представление о контингенте. Расположившись на стуле напротив своего туалетного столика с принадлежностями для макияжа, я стала записывать имена парней.

— Брэндон Хартер, Джейк Монтгомери, Мэтт Дженсен, Люк Уокер, Тони Перес, Остин Николс, Хосе Кантильо, Зак Джеймсон, Оливер Эймс, Джастин Озборн, — завершив список, я протянула имена Джудит, а та зачитала их вслух.

В глубине души я понимала почему Мэри вела себя так. Ее семья была самой обычной и не имела особого состояния, в отличии от всех остальных в нашей компании, но это никогда не влияло на нашу дружбу. Мэри часто напоминала нам об этом, выставляя нас за снобов, отчего мы просто отмахивались, не подавая виду. И сейчас же назвав вечер сборищем богатых лицемеров, она почти что свела наши интересы на нет, пока дело не коснулось обсуждения Брэндона.

— А что там делает твой ботаник? — в шутливой форме спросила Мэри.

— Брэндон — мой друг, — стойко ответила я. — И я прошу тебя больше никогда не говорить о нем в подобном тоне, а тем более оскорблять его.

— Ууу, ты уже агрессивно его защищаешь, — хихикнула она. Я втянула воздух, чтобы не растерять самообладание. — Что сделаешь в следующий раз?

— Не провоцируй, если не хочешь знать, — бросив злостную фразу в ее сторону, я привстала.

— Прекратите, девчонки, — заметив нарастающее напряжение между нами двумя, в разговор вступилась Джудит. За что я ей была благодарна. Мэри сразу же стихла.

— Ладно, признаю, — она откинулась на моей кровати. — Он неплох, так же, как и его крутой братец музыкант.

Послышался смешок со стороны Алишы. Джессика не влезала в наши перепалки с Мэри, хотя на ее лице виднелся немок упрек. Ее упоминание Тео в этом разговоре вызвало во мне неоднозначные чувства: я перестала на нее злиться и мне стало просто смешно.

Когда распрощалась с подругами, я сразу же передала лист своей маме, предварительно сфотографировав его на свой телефон. Бегло окинув список, лицо мамы вытянулось, а затем помрачнело.

— В списке футболисты из клуба и несколько наших друзей, — пояснила я.

Мама все разглядывала список, очевидно погруженная в свои мысли.

— А кто это такой? — она показала на имя, верхнее в списке.

— Это Брэндон, — недоумевая ответила я.

— Я вижу, что Брэндон, — отрезала мама, хмуро разглядывая список. — Я никогда раньше не слышала от тебя о нем.

— Ты что, мам? — удивленно покосилась я на нее. — Это же мой друг, помнишь, с которым я занималась, готовилась к проекту, — напомнила я. — Еще он приходил к нам домой, когда я болела.

Глаза моей мамы внезапно округлились, и, если бы не очки, наверное, я бы разглядела в них что-то еще, но сейчас, не нужно было приглядываться, чтобы понять, что на ее лице застыл немой шок. Что такого я сказала, отчего она пришла в ужас?

— Все в порядке, мама? — тихо поинтересовалась я.

— Как же я раньше не заметила, — едва различимо прошептала она, покачав головой. Мама о чем-то размышляла, совершенно не замечая меня.

— Чего ты не заметила? — переспросила я. — Что-то не так с Брэндоном? — задала я волнующий меня вопрос после ее неожиданной реакции на имя парня. Она вела себя слишком странно.

— Все в порядке, — мама покачала головой, а затем сложила лист с именами пополам и положила его в карман своего жакета. — Я не заметила, что забыла напомнить тебе о танцах, которые вам нужно будет отрепетировать с вашими кавалерами.

***

Прозвенел звонок с последнего урока. Лениво подобрав сумку с задней стороны стула, я стала собираться к выходу. Раскалывалась голова от объёма информации. У двери аудитории меня ждала Джудит: улыбнувшись подруге, я встала направилась к ней навстречу, но в этот момент меня внезапно прервал мистер Ортега. По коже прошелся озноб: обычно его просьбы не значили ничего хорошего или же простого для меня.

— Мистер Хартер, попрошу вас тоже подойти, — профессор остановил Брэндона, который был уже почти у выхода из кабинета. — Ваша работа произвела особое впечатление на моих коллег.

— Спасибо, сэр, — сказали мы хором с Брэндоном. Парень заметно улыбнулся, когда я искоса взглянула на него.

— Думаю, с выпускной работой по моему предмету у вас проблем не будет, — добавил он, поправляя очки на переносице. — Как и с зачетом. Мы тут посовещались с коллегами и решили, что неплохо было бы использовать ваше приложение, так скажем, во благо школы уже сейчас.

— Каким образом? — мягко поинтересовался Брэндон. Я изогнула бровь в недоумении.

— Пока мы хотим освещать в «Глоббере» новости школы, актуальное, правда вам обоим нужно будет доработать приложение.

Профессор объяснял нам с Брэндоном то, что учителя хотят от программы, а мой одноклассник лишь кивал. Бесспорно, он понимал все, что нужно ему сделать технически, и, наверное, он сам сделал бы это даже лучше, чем предлагал мистер Ортега.

— Ваша успеваемость по моему предмету тоже заметно улучшилась, — отвлекшись от моего напарника, сказал учитель, бросив взгляд в мою сторону.

— Благодаря Брэндону, — я улыбнулась. Парень тихо выдохнул, что не скрылось от меня, и когда учитель попрощался с нами, пошел в след за мной.

— Думаю, ты справишься без меня со всеми этими кодами, — заговорщическим тоном добавила я, заинтересованно глядя на Брэндона. Парень улыбнулся уголком губ.

— Справлюсь, — честно ответил он, — Но мне будет очень скучно без тебя, наедине с этими занудными кодами. — Брэндон замедлив шаг, остановился.

— И некому будет давать советы по оформлению, — согласилась я.

— Угу, — пробубнил он себе под нос.

— Наверное, нам придется снова начать встречаться из-за «Глоббера», — сделав акцент на предпоследнем слове с наигранно-расстроенным лицом, я слегка обернулась, зная, что Брэндон все равно меня услышит. Парень придвинулся, и сравнившись со мной, заметно кивнул.

— Придется. Даже с сегодняшнего дня.

— Я не смогу сегодня, — посмотрев на часы, я запаниковала, вспомнив о тренировке. Попрощавшись с Брэндоном, я убежала за подругами в спортивный зал.

Мы встретились с ним на следующий день, правда не там, где планировали. Друг попросил меня последовать за ним в студию, где репетировала группа Тео, объяснив это тем, что парни намечали встречу еще заранее в этот день, и она была очень важной. Когда я вошла в студию, Брэндон уже был там, расположившись на кожаном диване вдали слева от основной сцены; Тео и, кажется, Клейтон, настраивали инструменты.

— Ты наконец-то пришла, — подняв голову, Брэндон одарил меня своей очаровательной улыбкой. Мой взгляд с его лица сразу же переместился на тетрадь, на которой, к моему великому удивлению, вместо различных математических расчетов, были записаны какие-то слова, помногу раз перечеркнутые.

— Ты… пишешь песню? — спросила я, изумившись от своей догадки. Это было бы так романтично и… сексуально, если бы мое предположение оказалось верным. Брэндон смущенно кивнул, а затем резко убрал тетрадь на конец стола. Спустя секунду он вообще прикрыл ее своими учебниками по математике и информатике.

— Только не смей скрывать это от меня! — удивившись собственному агрессивному выпаду, я едва не прикусила язык после столь громкого заявления. Тем не менее, присев на край дивана, я все-же настороженно взглянула на притаившегося друга.

— Я не скрываю, — ответил Брэндон с заметными нотками нежности в голосе. — Просто думал, что тебе это будет неинтересно, — и убрав учебник, он снова открыл тетрадь, придвигая ее ко мне. — Иногда я пишу тексты песен вместе с Тео для их группы, — объяснил он. — Некоторые песни ты уже слышала, они попали в их самый первый альбом.

— Это…так красиво, — я выдохнула, прочитав его наброски. Текст еще был сырым, но слова были наполнены таким романтическим смыслом, что невольно я придвинулась ближе к другу, слыша гулкое биение собственного сердца. Этот парень определённо стал особенным для меня за совсем короткий промежуток времени.

Брэндон смущенно отвел взгляд, потянувшись к сумке, в которой у него лежали ноутбук и тетради. Я почти закатила глаза, вырвавшись из мечтаний, и вспомнив для чего мы действительно здесь собрались.

В студии, как бы парадоксально это ни звучали, было совсем тихо. Из слов Брэндона я поняла, что ребята занимались настройкой инструментов, а он пришел сюда чтобы обговорить создание нового альбома с Тео. У Брэндона появилось время после того как учитель музыки снова приступил к своим обязанностям, оставив девочек из музыкального класса без их обожаемого кумира. Про себя я немного позлорадствовала этому из-за своих приступов ревности.

— Я думаю нужно будет внедрить функцию анонимной рассылки, — предложила я после часа обсуждения необходимых дополнительных функций. Сама не поняла, как это пришло мне в голову, но я примерно представляла, как это могло выглядеть в телефоне. Брэндон изогнул бровь, а затем о чем-то размышляя, записал в блокнот какие-то сокращения и повернувшись ко мне, кивнул.

— Что?

— Я думаю, это можно сделать, — ответил он на мой простой вопрос, а потом покачав головой, добавил: — Ты точно уверена, что до сих пор хочешь стать журналистом?

— Я в принципе могу пойти учиться с тобой в Беркли, — сделав заинтересованное лицо, хихикнула я. На самом деле я сильно обрадовалась, ведь я впервые почувствовала себя действительно нужной в этом проекте. — Но тогда тебе придется четыре года помогать мне и делать за меня всю домашнюю работу.

Брэндон тихо засмеялся, продолжая что-то набирать на компьютере.

— Кстати, а откуда у нас иконка? — спросила я, разглядывая привычный мне значок глоббера на рабочем столе. Помниться, цвет мы меняли вместе, а вот откуда содержание и наполнение логотипа — я никогда не интересовалась.

— Я рисовал, — ровным тоном проговорил Брэндон.

— Не знала, что в тебе столько талантов, — сделав удивленное лицо, честно констатировала я. — А что тогда делал Сэм?

— Сэм писал программу вместе со мной, — было видно, что Брэндон просто выгораживал друга, так как ему не сильно была нужна техническая помощь. Хотя, может, вдвоем они действительно все сделали бы быстрее, а сейчас я просто наговаривала на Сэма.

— Бесишь, — я слегка задела его за плечо. — Клишированный школьный задрот, — выпалила я. На лице Брэндона появилась характерная недоумевающая гримаса.

Умный. Накаченный, высокий, поющий и умеющий играть на гитаре, пишущий романтические песни. Привлекательный. Что с этим парнем было не так?

— Но красивый, — тихо выдохнула я, сказав последнее уже вслух. Очень красивый. — Ты вообще реален?

Я посмотрела на Брэндона, смущенное лицо которого едва расплылось в широкой улыбке. Парень не смотрел на меня, но скрыть выражение лица ему так и не удалось.

— Ого, это похоже на признание, — Брэндон лукаво подмигнул мне, обернувшись.

— Не обольщайся, — предупредила я, улыбаясь в ответ.

Его лицо на миг посерьёзнело, но тут же в студию вошел Тео, и Брэндон мигом ретировался. Парни что-то обсуждали вдали от меня, и покосившись на край стола, мне захотелось вытащить блокнот из-под учебников, чтобы прочитать другие стихи.

— Мне пора уходить, — Брэндон подошел к дивану и стал собирать сумку. Повторив за ним, я тоже встала со своими вещами, немного расстроившись из-за того, что так и не смогла увидеть его остальные песни.

Брэндон

Этим вечером Тео ужинал у нас. Мама приготовила свое фирменное и любимое блюдо всей семьи, ожидая любимого племянника. Мысленно я был вдалеке от них за столом, все рассуждая о словах Тины, сказанных ею в студии. Девушка была так мила со мной, что я давно проклял себя за те дурацкие выпады, показав ей свои собственнические манеры. Ближе к девяти мне пришло сообщение от Сэма, который решил наведаться в «Платину» с Лизой и Эммой, и прознав о том, что меня с ними не будет, последние стали агрессивно названивать, приглашая меня с собой. Я итак в последние дни мало внимания уделял нашей компании, находясь в каком-то затворничестве с самим собой, компьютерами и иногда, гитарой. Быстро приняв душ и переодевшись в другую одежду, я вышел из дома. В «Платину» негласно ходили исключительно в черном, ссылаясь на прошлое клуба, когда он был местом для рокеров, эмо, и других неформалов. Дизайн и публика за пару лет изменились, а вот общий антураж все еще оставался аутентичным.

— Би у нас не пьет, — ответил за меня Сэм, когда Эмма предложила мне бокал какого-то алкогольного напитка. Я кивнул, соглашаясь с другом, хотя это было не совсем правдой. Просто Сэм всегда напивался, и мне нужно было садиться за руль, спасая возможное, не совсем благоприятное, положение дел.

По правде говоря, я не совсем приветствовал все эти цветные коктейли, по вкусу напоминающее дешевое пойло, которым я чуть не отравился на прошлом дне рождения Сэма. Да и в целом алкоголь вызывал во мне неприятные эмоции.

Пару раз пригласив Лизу на танец, я вернулся за наш столик у выхода, дав себе возможность передохнуть. Через какое-то время, похоже спустя пятый если не больше трек, я увидел на танцполе Тину со своими подругами. Даже сейчас, здесь, посреди толпы, она умудрилась привлечь к себе внимание, придя в коротком белом платье и становясь ярким пятном в центре зала. Сегодня они пришли без своего футбольного конвоя, то бишь парней из спортивного клуба. Несомненно, она заметила меня, ведь мы теснились недалеко друг от друга. Тем не менее, либо она действительно полностью отдалась танцу, либо тщательно игнорировала мое присутствие.

— Было бы хорошо, если бы Тео спел ту песню, — придвинувшись к моему уху, сказала Лиза. Я не сразу разобрал ее слова. — Ну ту, ты еще играл с ними в прошлый раз. Она мне очень понравилась.

Только Тео сегодня не было в клубе.

— Помню, — кивнув, я снова покосился на девушек. К Мэри и Тине прижимались какие-то парни, по виду гораздо старше нас, и заметив, как девушки пытаются отделаться от назойливого внимания, я разозлился. Остановившись, я двинулся в их сторону, за мной сразу же последовал Сэм.

— Прошу вас оставить девушек в покое, — настойчиво, но с максимальным спокойствием сказал я, приблизившись к Тине. То же самое сделал Сэм. — Они пришли с нами.

Мне совсем не хотелось ввязываться в драку, но к счастью все обошлось, потому что, нахмурившись, парни сначала неохотно отошли от нас, а затем и вовсе направились в другой конец зала.

Удивленные девушки последовали за нами к барной стойке, на пути бубня что-то себе под нос и возмущаясь, но звуки громкой музыки перемешали все воедино. Я приобнял Тину, незаметно положив свою руку ей на плечо. Она дернулась, но не убрала с себя мою руку.

— Почему ваши парни не пришли с вами? — поинтересовался я. Затем я заказал у бармена несколько безалкогольных коктейлей.

— А должны были? — вмешалась Мэри.

— Она хотела сказать «спасибо», — дернув подругу за руку, фыркнула Тина. Мэри неохотно поблагодарила нас. Собственно, нам и не нужны были их благодарности. Я просто не мог смотреть на то, как к Тине пристает какой-то тип, тем более без ее согласия.

В этот момент, Тина отодвинулась от подруги, объяснив это тем, что хочет забрать свой жакет с их столика, и развернувшись резко столкнулась с официанткой, пролившей на ее белое платье какой-то напиток. То ли это было вино, то ли томатный сок, но платье сразу же налилось багровыми пятнами, отчего округлив свои без того большие глаза, Тина, как мне показалось, собиралась закричать. Официантка стала отчаянно извиняться, но к моему удивлению, Тина не стала кричать или ругаться, а лишь кивнула, и придвинувшись к нам, выдохнула, будто пыталась сдержать свой гнев под контролем.

— Я буду благодарна, если кто-нибудь даст мне салфетки, — попросила она.

Бармен, извиняясь, протянул нам пачку бумажных полотенец в футляре. Приблизившись к девушке, не заметив того, я сам стал протирать ее шею, двигаясь ниже, стирая остатки, как я понял, кровавой Мэри, с ее кожи. Тина выгнулась, спокойно предоставив мне доступ к нее телу, а затем тихо ойкнула, когда я коснулся полотенцем ее груди у глубокого выреза платья. В ту же секунду я резко отстранился, поняв, что позволил себе лишнего на глазах у всех наших друзей.

— Я принесла твой пиджак, — неловкую паузу сгладила появившаяся рядом Джессика. Обернувшись, я заметил Лизу, смущенно отвернувшую голову к стоящей рядом Эмме. Мне стало стыдно за то, что я так внезапно оставил ее, пусть и хотел помочь Тине.

— От меня воняет водкой, — возмутилась Кристина. — Пиджаку придет конец, если я надену его поверх платья.

— Тебе придется снять платье, — предложила возникшая ниоткуда Джудит. — Пиджак достаточно длинный.

Я резко подумал совсем о другом. На ней вообще был бюстгальтер? Судя по вырезу платья и тому, что я уже успел нащупать — нет. А если нет, то каким образом она выйдет в этом пиджаке? Зачем я все это представил? Выдохнув сквозь зубы, я отвернулся, не желая узнавать всех подробностей и чувствуя, как напрягаются мышцы моего тела.

— Тина, — я придвинулся ближе к девушке. Так как на мне снизу была черная футболка, я снял с себя рубашку, решив передать ее Тине. Она несомненно была бы ей велика и смотрелась бы на ней как платье. — Ты можешь надеть мою рубашку, она тоже будет достаточно длинной для тебя.

На меня недоверчиво покосилась Джудит, а глаза Тины, напротив, загорелись. Кивнув, девушка пошла за мной в сторону уборной. Сняв с себя рубашку, я передал ее Тине, но девушка, взяв ее из моих рук, странно посмотрела на меня, окидывая взглядом с ног до головы и останавливаясь на груди.

— Я надену твою футболку, — заявила она. — Люблю «Guns N’roses», — и лишь спустя пару секунд до меня дошел смысл ее слов. Тина показала пальцем на принт на моей футболке, решительно встав в позу и передавая мне рубашку назад. У меня не было выбора, зайдя в уборную, я снял с себя футболку, надел рубашку на голое тело и застегнул ее на все пуговицы. Тина ждала меня в тамбуре. Затем я вышел, передал ей футболку, и увидев довольное лицо Тины, тоже улыбнулся. Спустя минуту, девушка вышла из кабины, держа в руках испачканное, залитое коктейлем, платье. Увидев её в своей черной футболке, которая почти так же, как и белое платье не сильно скрывала её ноги, я незамедлительно напрягся, ощутив прилив крови в не самое подходящее место. Чёрт, похоже вид Тины в моей одежде меня жутко возбуждает.

— Ты спас меня, Би, — Тина на ходу поправила волосы, и подойдя ко мне, нежно коснулась губами моей щеки. Черт бы ее побрал. Девушка хихикнула, поправляя подолы моей футболки, которая, будь я неладен, выглядела еще более соблазнительно на ней, чем то, испорченное платье.

Как ни в чем ни бывало, девушки расположились за столиком в другом конце зала, и спокойно попивали коктейли. Я сидел за барной стойкой с банкой энергетика, не спуская глаз с того самого места в том углу, пялясь на Тину. Я чувствовал себя нянькой из-за этой безбашенной девчонки, которая так обольстительно улыбалась, просто обсуждая что-то со своими подругами. Эта футболка на ее теле рисовала в моем воображении не самые приличные картины. Не дождавшись меня, Лиза пошла в центр зала за Эммой и Сэмом, а я даже обрадовался, имея возможность вести себя как идиот без угрызений совести. Тогда Тина встала с дивана и направилась к танцполу, а я последовал за ней.

— Не отходи слишком далеко, — я схватил ее за локоть. Заметив непонимание в ее лице, я ослабил хватку, но руку не убрал.

— Тогда потанцуй со мной, — Тина переместила свои руки мне на плечи, и потянула за собой, с вызовом глядя мне в глаза. — Ты ведешь себя как мой ревнивый бойфренд, — прыснула она, придвинувшись к моему уху. Мою кожу обдало жаром от ее дыхания.

— Ни чуть, — процедил я сквозь зубы. — Просто рядом нет никого из ваших друзей-футболистов.

Как же не вовремя заиграла медленная композиция, что теперь мне пришлось танцевать с этой бессовестной девчонкой почти в обнимку, а учитывая мое напряженное состояние, это было совсем не к месту. Тина прижалась ко мне, а я тихо вздохнул, инстинктивно проводя руками по талии и чуть ниже, но вовремя пришел в себя, одернув ладони.

— Ты еще не пожалел о том, что сделал в прошлый раз? — томным голосом спросила она. Конечно же, я понял, о чем она говорила. Ошарашенный, я ничего не ответил, просто потому что мне нечего было сказать ей.

— Нет, — выдавил я из себя немного позже. — Я не буду бегать за тобой сходя с ума от ревности.

— Но ты итак сейчас это делаешь, — тихо засмеялась она. Словно протрезвев от ее последней фразы, я отцепил кольцо рук на своих плечах, и оставив ее в одиночестве, вернулся к нашему столику.

Все же, у меня не было никакой силы воли. Я просил ее сделать выбор, не издеваться надо мной из-за своей популярности, и поняв, что это невозможно, оставил несбыточное желание добиться ее любви. Ей нравилось быть со мной и проводить время в моей компании, в этом не было сомнений. Но также ей нравился и Мэтт Дженсен, постоянно предъявляющий на нее свои права и клеймя ее тело своими руками. От последнего упоминания меня бросило в жар. Оказывается, я и в правду слишком ревнив, как и говорила Кристина. Сделав глубокий глоток холодного энергетика, и заметив, что Тина и ее подруги наконец-то идут домой, я кивнул довольному Сэму в центре зала, сигнализируя о том, что и нам пора убираться отсюда.

Первые два урока прошли почти незаметно на программировании. Ближе к обеду, когда мы оказались в столовой, я наконец-то увидел Тину, и сразу же разинул рот от увиденного. Не то, чтобы она выглядела как-то странно, просто я-то знал, что в ее образе было не так. Тина вошла в столовую вместе с Джудит. В коротких джинсовых шортах…и футболке, которую сегодня она завязала узлом чуть нижу груди, оставляя оголенным ее плоский живот. Так одевались многие, и это не было чем-то сверхъестественным, но только я, ее подруги, и мои друзья, которые находились со мной, знали, что на Тине моя черная футболка, которую я передал ей вчера в клубе. Эмма тихо хихикнула, а Сэм, сидящий рядом, едва заметно толкнул меня в бок, что-то бормоча под нос. Затем встав из-за стола, Эмма направилась к стойке с едой, оставляя нас с Сэмом наедине.

— Чувак, это случайно не твоя футболка? — тихо спросил он, так чтобы никто не услышал.

— Тебе показалось, — отмахнулся я, наивно полагая, что друг мне поверит.

— Мерч «Guns N’roses», ты думаешь, я слепой? Я же видел тебе в ней. И видел в ней вчера Тину, когда она запачкала свое платье коктейлем.

Ничего не ответив, я продолжил жевать свой обед, уже не чувствуя никакого вкуса. После обеда у нас была общая физкультура, и как обычно мы играли в баскетбол. Девушки из группы поддержки репетировали, сегодня уже проговаривая громко и выразительно свои кричалки. «Вперед, Вороны», слышалось много сотен раз, но выхода не было, до матча оставались считанные дни. Когда я остановился у скамьи, чтобы сделать небольшую передышку и выпить воды, я невольно уставился на их представление, сразу же столкнувшись взглядами с Тиной, которая сейчас украшала вершину их пирамиды. Наклонив голову, она мне улыбнулась, испепеляя меня своими глазами, отчего я немного смутился.

После игры приняв душ и собравшись, я вышел из раздевалки, намереваясь пойти на литературу. Войдя в кабинет, я сразу наткнулся на Тину, сидящую на моей парте, размахивающую своими ногами как ни в чем ни бывало. Девушка увлеченно что-то обсуждала со стоящей рядом Джудит, не обращая на меня никакого внимания. Эмма сидела за соседней партой, и увидев меня, лишь закатила глаза, будто была возмущена происходящим. Ей в принципе не нравилась Тина.

— О, привет, — поразив меня своей лучезарной улыбкой, Тина спрыгнула с парты. — Прости, заняла твое место, — и она намеренно задела меня плечом, следуя за Джудит к своему ряду. Дернувшись, я простоял несколько секунд, а затем опустил голову, и тихо сел за парту.

— Прости, Брэндон, но как ты мог связаться с ней? — покачала головой Эмма.

Ничего не ответив, я прочистил горло, доставая учебник из рюкзака.

Выйдя в фойе, я увидел ее у шкафчиков-локеров с подругами. Тина стояла спиной ко мне, такая красивая и сексуальная, и невероятно… нежная. Я подошел к ней, Мэри и Джудит увидев меня сразу же отошли, а Тина обернулась и выжидающе взглянула на меня.

— Привет, — она заправила одну прядь своих светлых волос за ухо, не сводя с меня глаз. Затем девушка откинула волосы за спину, будто намеренно демонстрировала мне свой внешний вид.

— Тебе идет моя футболка, — протянул я голосом с хрипотцой, почувствовав себя придурком.

А зачем я вообще к ней подошел? Кажется, чтобы сказать, что изменил что-то в программе и объяснить ей процесс. Прислонившись к шкафчику плечом, я скользнул взглядом по ее телу, рассматривая ее с головы до пят, остановив свое внимание на ее животе, на котором красовалось колечко пирсинга.

— Думаю, ты прав, — она вздернула подбородок и вытянула свои пухлые губы. Я сглотнул. — На мне твоя футболка сидит лучше, чем на тебе.

Что, если под моей футболкой на Тине ничего нет? Вдруг она надела ее на голое тело? Каким же жалким извращенцем я стал за последние два месяца. Озабоченный идиот.

— Ты так странно на меня смотришь, — нахмурилась Тина. — Хочешь, чтобы я сняла ее?

— Нет, что ты, — пробормотал я.

— Я ее не постирала, — добавила Тина. — У тебя классный парфюм, — сказала она чуть тише, переводя свой взгляд с глаз на мои губы. — Мне понравилось чувствовать на себе твой запах.

Я вздрогнул от двусмысленности произнесенной ею фразы. Как такое могло произойти за один единственный вечер? Я понятия не имел, каким образом все вернулось в самое начало, а я снова стал робким и смущенным придурком.

— Думаю, здесь неуместно говорить, но так как ты мой близкий друг, — медленно приблизившись ко мне, протянула она, акцентируя свое внимание на последнем словосочетании, — Я тебе признаюсь. У меня под ней ничего нет, — игриво прошептала она прямо мне в губы, коснувшись своим тонким пальцем моей груди, и водя им по ней, словно рисовала узоры.

Я остолбенел, буквально ощутив, как пылают мои щеки и каменеет от ее прикосновений и слов все мое тело. Чертовка, она снова бессовестно флиртует со мной. Ее позвали девушки и резко отстранившись, Тина подмигнула мне, фактически отравив меня в нокаут. Я сглотнул, а затем все же обернулся, глядя ей в след, проводя взглядом ее фигуру.

К осеннему балу выпускники всегда готовились тщательно и заранее, и сегодняшний день не стал исключением. После всех факультативов, мы собрались в актовом зале с различной атрибутикой праздника: Эмма радовалась больше всех, так как это был ее первый бал в другой школе, и в другой стране.

Мы с Сэмом занялись стенами и потолком, развешивая гирлянды в самом центре, а Эмма, Джессика и Лиза вырезали фигурки различных существ, так как несмотря на тематику бала, близился Хэллоуин. Здесь я немного забылся, переводя свое внимание с Тины, находящейся где-то позади меня на других своих друзей. Они смеялись, невольно я повернулся к сцене, и увидел ее снова, развешивающую гирлянды, стоя на самой высокой ступеньке стремянки. Одно неловкое движение — и она могла упасть, как тогда во время пирамиды. Сейчас внизу было много парней, которые точно пришли бы ей на помощь.

— Жаль, что в этом году будет обычный осенний бал вместо Хэллоуина, — выдохнула Лиза. Отвлекшись на диалог ребят, я вернулся на прежнее место, постепенно включаясь в их разговор.

— Хартер, принесите из подсобного помещения плакаты, — попросил мистер Коулман.

Эмма вызвалась помочь, но преподаватель объяснил, что плакаты занимали много места и могли быть тяжелыми, и попросил ее остаться на месте.

Я сразу вышел из актового зала и направился в подсобку, проходя вдоль длинного коридора фойе, в котором днем бывало не протиснуться. Сейчас вечерело и в школе была абсолютная тишина и пустота. Открыв дверь узкого помещения, я услышал какой-то шум, а затем подняв голову, увидел Тину, стоящую на стремянке над моей головой. Когда она успела прийти сюда?

— Что ты здесь делаешь? — удивилась она, глядя на меня сверху вниз. В центре узкого помещения была одиночная лампа, еле освещающая кладовое помещение.

— Мне нужны плакаты, — ответил я, заходя в комнату полностью. Лестница на которой стояла Тина была слишком хлипкой, девушка практически не двигалась, чтобы не упасть. Зачем она полезла так высоко?

— Они тут, — Тина достала большую коробку с полки и слегка наклонившись, протянула ее мне.

— Осторожно, ты можешь уронить ее или же упасть, — предупредил я и ее глаза незамедлительно увеличились в размере. Сделав серьезное лицо, я объяснил ей, что это всего лишь шутка, чтобы успокоить девушку.

— Поможешь спуститься?

Поставив коробку на пол, я протянул руки вверх. Тина вытянула ладони ко мне, а я, приблизив ее к себе, осторожно сцепил руки вокруг ее талии и, приподняв, опустил вниз рядом с собой. Для нас двоих в кладовой сразу же стало мало места. Тина прижалась спиной к полке с каким-то барахлом, чтобы немного отстраниться, хотя в этом не было особого смысла, я все равно был слишком близок к ней. Тина казалась такой маленькой, миниатюрной, что, я не смог сдержаться, и вытянув руку, коснулся ладонью ее лица, а затем провел большим пальцем по ее щеке. Проведя другой ладонью по ее плоскому животу, я скользнул выше, гладя ее шелковистую кожу под футболкой, мысленно желая того, чтобы Тина сейчас же отдёрнула мою руку и вышвырнула меня из кладовой, но к сожалению, ничего не происходило. Мои внутренности сжигало пламя, а сердце готово было выпрыгнуть из груди. Тина не сопротивлялась, а напротив, сама прильнула ко мне, глядя с вызовом мне в глаза, обжигая своим дыханием мои губы. Она часто дышала, и здесь я почувствовал, как от нее пахло карамелью и чем-то еще сладким и цветочным, и мне очень сильно захотелось попробовать ее кожу на вкус. В этот момент, придя в себя, я отдернул ладонь от ее тела и сделал небольшой шаг назад, как тут же дверь с всхлипом из-за заржавевших пружин, распахнулась.

— Ребят, я не собиралась вам мешать, — Джудит ухмыльнувшись, скрестила руки на груди, а я как ошпаренный вылетел из помещения.

Кристина

Я выбежала из подсобки вслед за Брэндоном, игнорируя немой вопрос на усмехавшемся лице подруги. Мне было не до Джудит с ее расспросами: в этот момент меня терзала обида. Уже когда он отстранился, я почувствовала себя бесконечно жалкой, после чего слезы сами комом подкатили к горлу. Забрав свою сумку, не попрощавшись с подругами и не объяснив свой уход преподавателям — я пулей вылетела из школы.

Рухнув на кровать я все же не смогла сдержаться, и дала волю слезам. Разрыдаться — это ведь как раз то, чего мне не хватало. Я ведь вела себя как полная дура на протяжении последних нескольких недель, и сейчас чувствовала себя отвратительно. Брэндон не предпринял никаких попыток, чтобы вернуть мое расположение. Вчера, вернувшись из клуба в его черной майке — я почему — то решила, что сумею вытащить из него прощение. Он не хочет меня, и не хотел никогда, он слишком холоден, иначе бы там в кладовой не отстранился от меня. А я вела себя как легкомысленная дура, теперь уже потерявшая к себе всякое уважение.

— Тина, детка, ты хорошо себя чувствуешь? — послышался стук в дверь и заботливый голос Терезы. Она видела, как быстро я забежала в дом по лестнице, хлопая дверью. — Принести тебе чего-нибудь?

Успокоившись и сглотнув, я ровным тоном попросила оставить меня наедине с самой собой, объяснив все это тем, что мне просто не здоровится. Прошло какое-то время, я лежала не двигаясь, уткнувшись в подушку, все думая о своем поведении, и неконтролируемо рыдая.

Я и не заметила, как провалилась в сон. Когда я открыла глаза и посмотрела на часы — было далеко за полночь. Встав с кровати, я почувствовала легкое головокружение. Я окинула взглядом себя с головы до ног и поморщившись, стянула с себя футболку и бросила ее на кровать. Затем я подняла ее и приблизив к лицу втянула носом ее аромат: ванильные ноты моих новых духов сильно перебивали цитрусово-морские, но я все же отдаленно ощущала этот запах, то ли парфюма, то ли геля для душа Брэндона. Такой родной и теперь чужой одновременно. Какая я же жалкая дура, которая посмела увлечься так сильно. От безысходности я застонала и снова стала плакать как идиотка.

Утром я проснулась с ужасной головной болью. В глазах сильно щипало от слез и от туши: прежде я никогда не позволяла себе ложиться спать с макияжем. Мне не хотелось вылезать из постели, протерев глаза, я приподнялась на кровати и плотнее завесила шторы, чтобы не пропускать в свою комнату непрошенные солнечные лучи. Чувство тревоги усилилось стократно: перед глазами мельтешили картинки прошлого дня, отчего я поморщилась снова, чувствуя отвращение от самой себя. Будто по будильнику, без стука через пять минут в комнату ворвалась недовольная Тереза.

— Девочка, ты не заболела случайно? — женщина бесцеремонно стянула одеяло с моей головы и стала прикладывать руку к моему лбу. — Вроде бы не горишь.

— Тереза, — возмущенно протянула я, держась за край белоснежного одеяла. — Оставь меня в покое, я даже не одета!

Кухарке были совершенно безразличны мои жалкие попытки отстраниться. Собрав с пола разбросанную мною одежду в порыве гнева этой ночью, женщина что-то недовольно буркнула себе под нос, а затем добавила несколько слов.

— Ты ничего не ела со вчерашнего дня, а уже почти полдень!

— Уходи, — пробубнила я, с головой кутаясь в одеяло. — Я не хочу есть.

Тереза присела на край перины, прикладывая ладонь к моей голове. Я лежала спиной к ней, но чувствовала, как она гладит меня, сочувственно что-то проговаривая вслух.

— Что с тобой случилось? — с нотками нежности в голосе спросила она. Я промолчала. — Хочешь, я позову твоих друзей?

— Не нужно, — отрезала я.

— Или хотя бы того милого парня, — продолжила она. Мои мышцы напряглись, при упоминании одноклассника. Дернувшись, я покачала головой, чувствуя себя абсолютно мерзко. — Кажется, он оставлял свой номер…

— Нет! — прокричала я, протестуя. Я привстала, поворачиваясь к Терезе лицом. — Я не хочу никого видеть!

Покачав головой, Тереза направилась прочь из моей комнаты. Мне конечно стало стыдно за свое поведение, но сейчас было совсем не до этого. Зачем она снова напомнила мне о нем? Мои внутренности сжались, а сердцебиение участилось словно от панической атаки. Я закрыла глаза и снова уткнулась в подушку, стараясь перестать думать обо всем этом. Такого никогда не бывало со мной прежде. В Лос-Анджелесе я дружила с популярными ребятами, но никто не вызывал во мне таких эмоций, как Брэндон сейчас. Наверное, все дело было в гормонах, как обычно говорят в таких случаях. Тогда почему мне были так безразличны другие привлекательные ребята из моего окружения, оказывающие мне всевозможные знаки внимания?

Спустя какое-то время моего затворничества и самоедства в комнату без стука уже ворвалась мама. Два года назад, когда я узнала от матери о том, что отец встречается с другой женщиной и изменяет ей, я сутками успокаивала ее и утверждала, что всегда буду на ее стороне. Однако, меня словно окатили грязью, когда все вернулось в норму и мои утешения оказались ненужными. Они не помирились, нет. Просто мама решила закрыть глаза на предательство, выставив себя слепой, а отца «здоровым мужчиной» которому все можно. Мой мир рухнул, и теперь все их показное счастье мне казалось не более чем чистой воды лицемерием. Я пережила это и никуда больше не лезла.

— Кристина, почему ты весь день лежишь в постели? — деловым тоном спросила мама. Затем присев на кровати, она коснулась тыльной стороной ладони моего лба, и поняв, что никакой температуры у меня нет, изменила выражение лица. Тон ее голоса стал мягче, а на лице наконец-то появилось что-то похожее на улыбку. — Что-то случилось в школе?

— Нет, мам… — прошептала я, и к глазам снова подступили слезы от бессилия. Почему я никогда не умела сдерживаться при ней, когда это было так необходимо? — Все в порядке, — всхлипнула я, утыкаясь лицом в подушку, а затем отвернулась в противоположную сторону.

— Неужели это из-за парня? — мягко спросила она, наклоняясь ко мне. — Ты что, влюбилась в кого-то?

Что?

По телу прошелся озноб. Я на миг перестала дышать от такого простого, ничего необязывающего вопроса от своей мамы, сказанного таким простым тоном, будто она всего лишь спрашивала о моем настроении.

— Какая чушь, мама… — выругалась я.

— Но ты плачешь, — рассуждала она, гладя меня по волосам. — Разве моя красавица дочка когда-нибудь плакала из-за чего-то?

Я никогда не плакала из-за парней, из-за друзей или еще какой-то глупости в школе. Я плакала лишь тогда, когда видела ее слезы и с тех пор прошло много времени. А сейчас, мне было слишком стыдно за себя и за то, что я позволила себе быть слабой.

— Я не влюбилась, мама, — протерев слезы с лица я села рядом, закрывая свое тело одеялом. Краем глаза я заметила, как улыбнувшись, мама кивнула. — Просто очень плохо себя чувствую, устала в школе… И я бы хотела побыть одна.

Встав с кровати, мама поцеловала меня в лоб и направилась к выходу из комнаты. Я рухнула на спину в своей постели, обдумывая слова мамы. Я была уверена лишь в одном — нам больше не быть друзьями с Брэндоном. Сердце будто полоснули ножом, но видеть его рядом с собой я больше не желала. Я накрылась одеялом и закрыла глаза. Не помню, чтобы когда-то так долго лежала в постели. Если не учитывать тот день, когда у меня воспалилось горло после вечеринки и Брэндон сидел у моей кровати… Я завопила от отчаяния.

Когда начало темнеть ко мне нагрянули подруги. Меньше всего я ожидала их прихода в выходной день, но затем вспомнила, что отключила мобильный еще вчера, когда пришла домой. В моей комнате было темно, и не дожидаясь моего разрешения, Джудит потянулась к включателю и спустя секунду спальня залилась ярким светом. Зажмурившись, я нырнула под одеяло, не желая показываться подругам. Наверняка синяки под моими глазами от туши и отвратительного состояния были размером с Калифорнию.

— Я стала переживать, что тебя похитили, — сказала Джудит, приблизившись к моей кровати. — Мы пришли забрать тебя с собой. Эй, что с тобой такое?

— Твоя мама сказала, что у тебя болит голова, — добавила Джессика, садясь на кресло рядом с моей постелью. Я отмахнулась от подруг, выражая свое недовольство тем что они задавали слишком много вопросов. На мое спасение Тереза пригласила их на чай, и Джессика, Мэри и Алиша спустились вниз.

— Почему ты не пошла с ними? — спросила я у Джудит, дождавшись ухода остальных девчонок. Пристально глядя мне в глаза, Джудит ничего не ответила. — Я буду дальше спать.

— У тебя точно болит голова? — не унималась подруга. Я кивнула, зарываясь лицом в постель. Кажется, к вечеру мне стало еще хуже.

— Джуд, извини, но я никуда сегодня не пойду, — голосом с хрипотцой добавила я.

— Это из-за него, да? — помолчав несколько минут, неожиданно тихо выпалила Джудит. — Из-за Брэндона.

— Прекрати, пожалуйста… — всхлипнула я, не сумев лгать подруге. Я еще сильнее вжалась в подушку.

— Хочешь, я приведу его сюда? — мягко добавила она.

Черт возьми, но почему все говорили только о нем? Я не хотела его видеть. Слабо покачав головой в знак отрицания, я застонала от обиды. Теперь мое падение сумела лицезреть еще и близкая подруга. Я доверяла Джудит, но это не отменяло того факта, что мне было ужасно стыдно перед ней.

— Знаешь, я буду надеяться, что ты все-таки придешь в себя, — добавила она спустя несколько минут. И поправив мое одеяло, девушка вышла из комнаты, попутно выключая свет.

Целую вечность спустя я все же вылезла из кровати. На ватных ногах я дошла до своей ванной комнаты. Оглядев свое отражение в зеркале, я ужаснулась: бледное лицо с синяками под глазами и на веках от туши, не иначе как «эффект» панды. Мое тело выглядело таким тощим в нижнем белье, будто за один день я похудела килограмм на десять. Приняв душ и высушив волосы, я будто пришла в себя: какая несусветная чушь. Включив свой телефон, я перевела дыхание и ответила на все важные сообщения за весь день. Я должна, я просто обязана была держаться подальше от Брэндона, и ни о какой дружбе больше не было и речи. Надев блестящий топ и юбку, я нанесла вечерний макияж и вышла из дома.

Брэндон

После нашей встречи в кладовой я больше ее не видел. Мы с ребятами почти завершили украшение актового зала, украдкой я наблюдал за подругами Тины, только вот самой девушки нигде не было. Мне стало не по себе от мысли, что с ней могло что-то случиться или же ей не здоровилось. Она ведь могла просто уйти домой?

Дома меня съедало чувство тревоги. Я закрыл глаза, лежа на спине в своей кровати до поздней ночи. Какое-то паршивое состояние преследовало меня еще со школы: я взял в руки телефон и набрав сообщение Тине, стал пялиться в дисплей. Ответа не последовало, и сообщения остались непрочитанными до самого утра. Забеспокоившись я решил позвонить ей ближе к обеду, но звонки так же переключались на голосовую почту.

— Брэндон, куда ты собрался? — позвала меня мама у порога. Я собирался пойти к Кренстонам и проведать Тину, за которую я переживал еще с вечера.

— Мам, я иду навестить друга, — развернувшись, ответил я. — Что-то не так?

— Сынок, ты же обещал посидеть с Джейми, — виновато протянула мама.

Я совсем забыл о своем обещании посидеть с сыном ее коллеги, так как им неожиданно переставили смены на другое время. Мальчика не с кем было оставить, и я добровольно предложил посидеть с ребенком. Кивнув, я все же вернулся в гостиную, ведь подставлять свою маму у меня не было никакого желания.

Мы просидели вместе с Джейми до самого вечера, ожидая прихода его мамы. Признаться, это оказалось намного сложнее чем я себе представлял, ведь никакого опыта сиделки у меня никогда не было, я ведь не имел младших братьев и сестер. Периодически я проверял оповещения: ответа от Тины не поступало. По телу то и дело пробегало полчище мурашек, в какой-то момент я думал взять с собой Джейми и пойти все же к Кренстонам, даже несмотря на то что это было совсем невежливо.

Освободился я уже ближе к вечеру. Переодевшись, я, не меняя своего решения, собирался навестить Тину, правда уже на улице мне наконец пришло ответное сообщение.

«Со мной все хорошо». — от Кристины Кренстон, 8:20 pm.

Я облегченно выдохнул. Кажется, пора делать что-то со своим паническим желанием оберегать ее, которое появилось совсем недавно, но уже стало таким привычным.

Мы встретились с Сэмом в клубе ближе к девяти. Настроение сразу же улучшилось, по известной мне причине, и поэтому я, согласившись с другом, все же направился к барной стойке за каким-нибудь коктейлем. Группа выступала сегодня, Майк вернулся в позицию гитариста, а это значило, что я мог весь вечер быть просто зрителем и постараться насладиться музыкой.

— Эй, — кто-то неожиданно постучал по моему плечу. Удивившись, я развернулся, встретившись глазами с Джудит. Подруга Тины была обозлена, ее гневный взгляд прожигал насквозь. Выражение лица пробирало меня до самых костей. — Тебя-то я и искала.

— Что-то случилось? — внезапно мне в голову пришла мысль о Тине, и поэтому Джудит и подошла ко мне. — Что-то с Тиной?

— Именно о ней я и хочу поговорить, — отрезала девушка, выставив ладонь перед собой, словно пыталась закрыть мне рот. — Я понятия не имею, что ты ей сделал, но она теперь не выходит из дома!

Я словно врос в землю, чувствуя, как каменеют мышцы. Что, черт возьми, произошло с ней? Я понятия не имел, что могло случиться после кладовой, но сейчас это было и не важно. Нужно было поговорить с Тиной.

— Не подходи к ней больше, понял?! — грозно процедила Джудит, не сводя с меня глаз.

Не отвечая ей, я ринулся прочь из клуба на ходу замечая удивленные взгляды моих друзей. Набрав несколько раз ее номер, я все натыкался на чертов автоответчик. Я быстро дошел до дома Тины, пробежав за короткий срок несколько кварталов. Уже на пороге уставший, я едва перевел дыхание, нажимая на дверной звонок.

— Здравствуйте, — дверь мне открыла их кухарка, милая дама по имени Тереза. Увидев меня, женщина широко улыбнулась, приглашая меня в дом.

— Ты пришел к Тине? — уже в доме, я встретился с мамой Тины. Я кивнул. — Она несколько минут назад вышла из дома, вы разминулись.

— А как она? В порядке? — спросил я и заметив удивление на лице женщины, прикусил язык.

— Ей намного лучше, она плохо себя чувствовала, — сразу же ответила миссис Кренстон. Лицо женщины вытянулось, она стояла на нижней ступеньке лестницы и несколько минут внимательно разглядывала мое лицо, отчего мне стало даже немного не по себе.

К диалогу внезапно присоединилась Тереза, предложив выпить с ними чая, но вежливо отказавшись, я покинул их дом. Мне на телефон поступило сообщение от Сэма.

«Она здесь».

Выдохнув сквозь зубы, я покачал головой. Я игнорировал свое сумасшедшее биение сердца, пока бежал до ее дома после слов Джудит. Почему девушка решила, что я виноват в плохом самочувствии Тины? Я стал прокручивать события последних нескольких дней в своей голове, и раздосадовано вздохнул.

В клубе было темно и сильно пахло алкоголем. Я видел, как на сцене играют ребята, и мысленно поблагодарил судьбу за то, что сегодня им не нужен был гитарист. В противном случае я бы сильно подвел кузена, кинувшись на поиски Тины. Я заметил ее сразу, ведь она имела привычку приходить сюда в броской одежде и выделяться из толпы. Она бы все равно выделялась из толпы, будь даже облачена во все черное и безразмерное. Я чувствовал себя безвольным кретином, наблюдающим за ней со стороны и растекшимся от одной ее улыбки словно эскимо на палочке. Черт, ведь я был немного обозлен из-за того, что зря притащился через всю округу к ней домой, но теперь вся злость, как обычно, сошла на нет. Девушка подошла к барной стойке, и я незамедлительно последовал за ней.

— Тина, как ты себя чувствуешь? — обернувшись на мои слова, девушка резко замерзла, сражая меня наповал своим взглядом. В темноте, ее глаза мерцали, как звезды. Она удивленно посмотрела на меня, а затем обратно отвернулась. — Мне сказали, что ты расстроена. Я что-то сделал не так?

Девушка покосилась в сторону Джудит, но ничего не сказала. Подняв голову, она вздохнула, будто боялась снова встретиться со мной глазами.

— Нет, Брэндон, — мягко ответила она серьезным тоном. — Я плохо себя чувствовала, но сейчас все в порядке.

— Джудит мне сказала…

— Она все напутала, потому что видела меня в последний раз рядом с тобой, — она растерянно посмотрела по сторонам. — Ты же знаешь, как она меня любит.

Я недоверчиво кивнул, почти поверив ее словам, и девушка сразу робко мне улыбнулась, подтверждая свою правоту, а затем направилась к своему столику.

Кристина

Меня трясло будто от холода. Обняв себя за плечи, я подошла к столику, где сидели наши девчонки и парни. Я больше не должна плакать, нет. Это было бы самым худшим исходом и без того отвратительного дня. Заметив мое состояние, взволнованная Джудит встала с дивана.

— Джуд, можешь отвести меня домой, — протянула я, снимая с вешалки свой пиджак. — Пожалуйста.

Не говоря ни слова, подруга кивнула, беря меня за локоть и выводя из клуба. Я пожалела, что нарушила ее покой с Джейком, но я бы не смогла проделать такой путь пешком, и мне вовсе не хотелось ехать с парнями.

— Что опять не так? — уже в машине спросила подруга. — Я же сказала держаться ему подальше…

— Он не причем, — отрезала я. — Я действительно очень плохо себя чувствую и зря вышла из дома.

Джудит больше ничего не ответила, и оставшийся путь до дома мы ехали молча. Я проспала почти до обеда следующего дня, но к счастью больше никто не доставал меня с расспросами о самочувствии. Мамы, как я поняла, не было дома, а Тереза лишь единожды пригласила меня к позднему завтраку, который я так же благополучно пропустила.

***

На следующий день мне стало лучше. Ко второму уроку я была полностью морально здорова, и в хорошем расположении духа отправилась на тренировку. Привычная рутина перестала казаться такой невыносимой, теперь же я просто старалась наслаждаться буднями с друзьями как раньше.

Разумеется, мы виделись с Брэндоном. На специальных уроках и на факультативах мы всегда здоровались как старые друзья, но теперь я больше не просила у него никакой помощи, да и он не выражал никакого желания оставаться со мной наедине. То есть, все дело было во мне и без моей инициативы он бы ни за что не предпринял никаких попыток сблизиться, несмотря на все его слова о том, что я ему небезразлична.

— Мистер Ортега, — тихо позвала я, дождавшись, когда все студенты выйдут из класса. — Я бы хотела попросить вас временно освободить меня от дополнительных занятий по проекту.

— Могу я узнать почему? — тоном не терпящих возражений спросил профессор. По мне пробежали мурашки, когда учитель посмотрел на меня злобным взглядом, прожигая глазами через очки насквозь.

— Много тренировок перед матчем, — честно ответила я. У меня было время заниматься со своим партнером, несмотря на плотный график, но сейчас я решила воспользоваться возможностью и честно держаться вдали от Брэндона Хартера. Я заметила, что своей просьбой разозлила профессора, но сказанного не вернешь. Тем более, причина была весомой. — Вы же знаете, как это важно.

— Да, да, — монотонно отмахнулся он, переключаясь на чтение какой-то брошюры, словно после моего объяснения я вовсе потеряла для него интерес. — Вернетесь после ваших игр. Даже и не думайте рассчитывать на халяву по моему предмету, — последнюю фразу он добавил в самом конце, когда я была уже у выхода из аудитории.

— Разумеется, — ответила я.

***

В столовой сегодня было слишком много народу, так как на работу вышла кухарка, которая готовила фирменные буррито как в местном кафе. Увы, мы с девчонками старались держать себя в форме перед матчем, поэтому ограничились как обычно привычными салатами и свежевыжатыми соками.

Джудит задала мне какой-то вопрос о матче, на который я, кивнув, улыбнулась, просто согласившись с подругой. В этот момент в помещение вошли друзья Брэндона, а вслед за ними и он сам, что-то набирая на телефоне. На нем была та самая толстовка с принтом группы «Linkin park», опустив голову, он сел на стул рядом с Лизой, все так же, не отвлекаясь от телефона. Лиза что-то сказала ему, придвинувшись ближе, схватив его двумя руками за предплечье. Парень улыбнулся, но глаза так и не поднял. Мне сразу же стало грустно, ведь это был такой личный жест с ее стороны, но ему, по всей видимости, было комфортно. Это я так касалась его раньше, но я думала, что нас связывает большее, чем их с Лизой. Будто почувствовав это, Брэндон оторвался от смартфона и посмотрел на меня: его лицо в ту же секунду переменилось, став серьезным, а глаза словно испепеляли огнем. Я мигом повернулась к подруге.

***

Следующие три дня я полностью погрузилась в тренировку перед игрой. Дома во всю шел ремонт, мама все же настояла на своем и всерьез занялась реставрацией некоторых частей особняка перед их благотворительным балом. Вечерами на меня снова находила хандра: мне так не хватало наших занятий с Брэндоном. Он ничего мне не писал, а в школе мы лишь обменивались кивками. Я решила, что сама больше к нему ни за что не подойду.

Я вошла в прачечную за своей формой, и забрав свежую одежду заметила на полке ту самую черную майку. На меня снова нахлынули чувства, взяв футболку друга вместе с остальной одеждой, я направилась к себе. Нужно было срочно вернуть ее Брэндону, иначе меня бы просто убили воспоминания.

На перемене после урока, когда мы все направились на общую физкультуру, я улучила момент, когда Брэндон выходил из раздевалки и успокоившись, подошла к однокласснику.

Соберись, Тина. Это ведь он должен робеть и краснеть при тебе, а не наоборот.

Наверное, как раз именно это я и ненавидела во всей этой ситуации. Именно то, что мы поменялись местами. Я бы покрутила у виска несколько месяцев назад, если бы кто-нибудь мне сказал, что я попаду в такую ситуацию.

— Тина…

Он по-особенному произнес мое имя, и сейчас, увидев меня рядом, его глаза были наполнены такой теплотой, что моя самоуверенность благополучно потерпела поражение, и сию секунду у меня подкосились колени.

— Я принесла твою футболку, — максимально ровно произнесла я. — Спасибо, что спас меня в тот день.

— Ты можешь оставить ее себе, — покачал он головой. — Ты же говорила, что она тебе нравится.

— Я пошутила, — отрезала я, всучив ему в руки его вещь. В его глазах читалось непонимание. Брэндон опустил голову, разглядывая атрибут одежды, ставший главной темой за последние несколько дней.

— Ты как-то резко переменилась, — недоверчиво посмотрел он на меня. — Что-то случилось?

— Нет, не случилось, — я скрестила руки на груди. — Много дел перед игрой.

Не дожидаясь его следующего вопроса, я развернулась и быстрым шагом пошла в спортзал. Обстановка накалялась с каждой секундой, я старалась не смотреть на него во время их игры в баскетбол, но, все равно смотрела.

После урока я позже других направилась в кафетерий, часами разглядывая свое лицо в зеркале раздевалки. Сегодня во мне меня раздражало абсолютно все: только слегка ударив себя по бледным щекам я немного вернула себя в чувство.

В столовой я поставила себе на поднос привычный салат и апельсиновый сок, после чего двинулась к подругам. За соседним столиком сидели Брэндон и Сэм, но меня это не волновало ровно до тех пор, пока я не услышала смех их подружек, направляющихся в нашу сторону. Мы с Брэндоном снова столкнулись взглядами, и в этот момент Лиза, приблизившаяся сзади, наклонилась и обвив руками его за плечи, поцеловала парня в щеку. Меня ударило током, я даже не смогла отвести взгляда от его округлившихся от удивления глаз.

— Ребят, я кое-что забыла… в школе… — надломлено протянула я, вставая со стула и быстрым шагом почти выбежала из столовой.

Брэндон

Вот черт.

Я выбежал вслед за ней. Я перестал мыслить здраво уже давно, поэтому я даже понятия не имел зачем пошел вслед за Тиной. Наверное, чтобы оправдаться за дружеский поцелуй Лизы.

— Тина, — окликнув ее у локеров в фойе до меня наконец-то дошло. А что мне ей сейчас сказать? Зачем я как законченный дурак побежал за ней? Может она просто вышла, просто… потому, что ей нужно было.

Девушка смотрела в зеркало, вставленное в стальной шкафчик. Затем Тина медленно перевела на меня свой непонимающий взгляд. Ее глаза блестели, а губы были плотно сжаты.

— Я не знаю зачем пошел за тобой, — честно признался я, выдыхая. — То, что ты видела, это совсем не то, о чем ты подумала…

— А что я видела? — сценически-удивленным тоном спросила она.

— Лиза просила меня вчера помочь ее брату с уроками перед контрольной, — чувствуя себя последним кретином, оправдывался я. — Больше ничего…

— Почему это должно меня волновать? — она приподняла бровь в непонимании. — Ты свободен и волен делать все, что ты захочешь.

— Точно? Ты уверена? — придя в себя, спросил я. Меня окатило ледяной водой от ее показного безразличия. Стоя перед ней и позорясь на протяжении нескольких минут, я чувствовал себя настоящим ослом. Она стояла неподвижно, убивая меня своими голубыми глазами, с тем же привычным ей выражением стервы, какой она была еще в самом начале. Наверное, такой она всегда и оставалась. — Ладно.

Опустошенный я вернулся снова к друзьям. Лиза действительно таким образом поблагодарила меня за помощь ее брату по математике, благодаря чему он успешно написал контрольную. Девушка была не виновата в том, что не подумала о Тине и ее, как я думал, ревности. Стоп. Мы с Тиной даже не встречались, так что оба имели право делать то, что хотели. И в этом Тина была сейчас абсолютно права, а я оказался идиотом, шедшим на поводу своих внезапно нахлынувших чувств.

— Мистер Хартер, — деловым тоном позвал меня профессор. — Вы уже нашли себе нового партнера?

— О чем вы? — удивился я.

— Мисс Кристина заверила меня, что не может заниматься с вами из-за предстоящего матча, — объяснил он. — Неужели вы не договорились между собой?

— Конечно, я знал об этом, — прочистив горло, солгал я, чувствуя, как внутри меня все сжимается от обиды. — Самир будет моим ассистентом, — почесав затылок, я сказал первое, что пришло мне в голову.

Озлобленный, я вышел из школы. Почему она меня не предупредила, что решила прекратить наши занятия? Что творится в голове у этой девушки? Я увидел ее у кафе рядом со школой, и несмотря на стоящих рядом подруг, коснулся ее ладони и попросил пойти за собой. Девушка ойкнула, но противиться не стала и не привлекая лишнего внимания, мы отошли к задней стороне кафе.

— Почему ты не сказала мне, что не хочешь больше заниматься проектом со мной? — я старался быть жестким. Но глядя на нее у меня получалось это плохо.

— Прости, — она отвернула голову к дороге и скрестила руки. — Я хотела, но… Столько дел из-за предстоящей игры, я сама не своя.

— Что же с тобой происходит? Дело не в игре. Ты могла написать сообщение, если не хотела говорить! — огрызнулся я. — И? Ты ничего не ответишь? — выждав несколько минут, спросил я, но она так и не обернулась.

Выдохнув, я направился домой, не желая ее больше видеть.

***

Несмотря ни на что я скучал по ней. Так сильно, что почти не слушал что мне говорила Эмма, сидящая рядом на математике. Я был напряжен, зная о том, что Тина сейчас находится позади меня в этом же помещении. Профессор задал ей вопрос, и у меня укололо в сердце, когда я услышал ее голос. Обернувшись, я посмотрел на нее, и мы столкнулись мимолетными взглядами.

Эти вечные переглядывания меня достали. Так же, как эти ее игры в горячо-холодно. Почти минут десять я пялился в одну точку перед собой и лениво перебирал вилкой еду в тарелке. Сэм дернул меня пару раз, но не дождавшись нужного отклика, лишь махнул рукой и продолжил о чем-то спорить с Эммой.

— Что с тобой? — Лиза нежно коснулась ладонью моего плеча. — Ты сам не свой.

— Прости, мне нужно идти, — вежливо кивнув подруге, я ретировался прочь из столовой.

На выходе я снова увидел ее. Она была подавлена, и не сразу меня заметила, а увидев, бросила испепеляющий взгляд, а затем демонстративно отвернулась, будто не желала больше говорить со мной.

***

— Отвали, я никуда не пойду! — уже в сотый раз объяснял я Сэму, сидящему на стуле у моего рабочего стола. — Я же сказал, что сегодня у меня много работы. И вообще, тебе пора домой.

— Ты уже час сидишь с кислой миной, — фыркнул он, поворачиваясь к компьютеру.

Я громко выдохнул и рухнул на кровать спиной. Я думал о ней, грустил из-за нее, скучал по ней. Тщетно пытался скрыть этот факт от назойливого друга, который никак не унимался. Я отмахивался от всех его вопросов, и швырнув подушкой в друга, отвернулся от него. В горле пересохло. Постепенно начало темнеть, но я все не сдвигался с места, лежа в постели и разглядывая уличный вид из окна. Сэм не смог вытащить меня из дома, даже несмотря на то, что в клубе сегодня выступали наши ребята.

Черт, я действительно помешался на ней. Хотелось выть от безысходности, и я уткнулся в подушку, чтобы заглушить то, что мучало меня изнутри.

Мне не хотелось ни есть ни пить, устраивать сцену маме я не собирался в ее единственный выходной, поэтому все утро субботы проторчал в подвале, в своем спортзале, снимая тренировками стресс. Адреналин в крови зашкаливал, я еле сдерживал себя, чтобы не побежать к ней, цепляясь за последние крупицы самообладания.

За то, что я не пошел на вечеринку к Лизе, расстроенная, девушка всеми возможными способами затащила меня к себе домой в этот вечер, чтобы помочь подготовиться к Хэллоуину. У меня был костюм, но желания развлекаться не было.

— Не двигайся, — девушка уже час наносила мне на лицо сценический грим, обещая создать, по ее словам, «нечто». Ребята были облачены в свои костюмы, на Сэме и Эмме были парные костюмы ковбоев, а Лиза нарядилась супер-женщиной. У меня был костюм графа Дракулы, точнее я собирался выйти в нем, но в последний момент девчонки сказали, что мне будет жизненно необходим особый образ, который бы они создали с помощью грима. За свое ужасное поведение в последние дни, я решил сдаться и вот уже столько времени я терпел, ощущая тяжесть на лице.

— Это должно так чесаться? — прошипел я, потирая шею. Девушка возмущенно скинула мою ладонь.

— Сиди тихо, — цокнула она. — Ты же не хочешь, чтобы у тебя были кривые стрелки?

— Ты рисуешь мне стрелки?! — вскрикнул я и потянулся за зеркалом. — Ты с ума сошла?!

— Расслабься, — хихикнула она, выхватывая зеркало из моих рук. — Еще пару штришков.

Закончив с гримом, девушка передала мне зеркало, и я пораженный, округлил глаза от увиденного.

— Думаю, Тине понравится, — мягко проговорила Лиза, улыбаясь и глядя на меня сверху-вниз.

Я не мог поверить в услышанное. Лиза, девушка которая открыто выражала свою симпатию и еле сдерживала свою ненависть к моим отношениям с Тиной, сказала только что «это». То есть, она давно сдалась, и сейчас, хотела, чтобы мой образ понравился Тине?

— А откуда у тебя такой парик? — спросил я, поправляя шевелюру на своей голове. Смотрелось натурально.

— Я участвовала в театральном кружке, — Лиза была воодушевлена и явно гордилась своей работой. Я посмотрел на нее и снова почувствовал себя абсолютным кретином. Кивнув девушке, я закатил глаза, снедаемый тоской.

В клубе еще пока было мало народу, но все было украшено празднично. Я знал, что большая часть людей на вечеринке у Эм-джея, но мы с ребятами решили пойти прямиком в «Платину» и занять лучшие места на вечер. Правда, неделю назад я думал, что Тина тоже пойдет с нами, или же, я буду в достаточно хорошем расположении духа, чтобы дождаться ее после вечеринки. К сожалению, этого не произошло.

— Чувак, ты выглядишь охренительно в этом плаще, — к нам подошел Ти-дог, облаченный в костюм длинноволосого рокера-металлиста. Своеобразная насмешка над собственным исполняемым стилем, ведь они пели в жанре поп.

И еще, учитывая образ «Ворона», мой костюм и внешний вид был почти таким же. — Пойдем, мы сегодня разбиваем наш репертуар каверами, возьмешь бас-гитару, — ухмыльнулся он.

Поставив на стол бокал с вишневым пуншем, я выдохнул и глядя на воодушевленные и заинтересованные в происходящем глаза друзей, решил последовать за кузеном. Сцена была украшена в мрачном стиле, вокруг было много искусственных тыкв и папье маше в виде сов и привидений. Декораторы клуба заморочились даже с дымом и подсветкой, превращая клуб в искусственную преисподнюю.

Спустя пару треков в клубе стало совсем много людей. Я бросал взгляды на танцпол, в надежде увидеть ее. Но разве это имело какое-то значение, если мы находились в ссоре? Тео передал мне второй микрофон, когда мы перешли на другие песни, в которых требовался дополнительный голос. Я вошел в раж, полностью отдаваясь музыке, учитывая наш сумасшедший, для вечера репертуар. В центре зала я заметил Джудит в костюме гламурных див из восьмидесятых и Джессику, но Тины нигде не было. Закончив выступление, я спустился к своим ребятам. Несмотря на все свои предостережения, я искал ее глазами, и даже подумал, что она осталась с Мэттом у него дома, но Тина стояла спиной ко мне, у барной стойки, и разговаривала с барменом. Я узнал ее по голосу и некоторым привычным для нее жестам, ведь костюм роковой дьяволицы полностью перекрывал ее настоящую внешность. Красный лаковый корсет туго облегал ее точеную фигуру, а черный парик почти до поясницы скрывал ее белокурые локоны. Она выглядела такой порочной с этими красными рожками на волосах и ярким, непривычным для нее макияжем, но я бы соврал, если бы сказал, что мне это не понравилось. Еще как понравилось. Это было очень волнительно. Ее длинные ноги были в черных чулках, и она вытянула их в сторону так, что мое тело незамедлительно отреагировало, посылая кровь в неподходящие для данного случая места. Девушка достала вишню с верхушки коктейля, и поместила ее себе в рот, вытягивая свои пухлые губы, окрашенные в черную, как мне казалось под этим свечением, помаду. Я нервно сглотнул, со стороны наблюдая за этим зрелищем, но вовремя отвел глаза подальше от барной стойки, фокусируясь на выступлении группы.

Кристина

Отодвинул длинный стул у стойки, Брэндон разместился рядом. Я узнала его не сразу, а лишь тогда, когда он начал петь. Мое сердце забилось, а его стуки эхом звенели в ушах. Конечно же, я узнала его хриплый, низкий и до боли любимый голос и лишь тогда разглядела за этим гримом и готическим образом опасного красавца своего одноклассника. Этот паршивец выглядел чертовски горячо в черном плаще «Ворона», и увидев его на сцене с электрогитарой, играющего рок, во мне включилось что-то ностальгическое, мрачное, и такое порочное, что я еле заставила себя убраться с танцпола, чтобы не сойти с ума от притяжения. Но он все равно теперь здесь, рядом со мной, и мне придется смириться с этим.

— Классный костюм, — не глядя на него сказала я. Парень сделал глоток какого-то напитка, и я краем глаза заметила, что это был обычный безалкогольный пунш.

Он никогда что ли не пьет ничего покрепче? Может, если бы он был хоть чуточку пьян, он бы сказал мне все, что думает, и мне не пришлось бы чувствовать себя дурой. Брэндон кивнул и отпустил ответный, ни к чему не обязывающий сухой комплимент. Я сразу же встала с длинного стула с желанием убраться в другой конец зала, подальше от своих мыслей, терзающих мою душу рядом с несносным занудой.

— Стой, подожди, — парень незамедлительно схватил меня за локоть. — Почему ты постоянно меня избегаешь?

— Ты идиот, — выплюнула я ему в лицо. Черт, это было трудно. Он стоял передо мной такой красивый, загадочный и порочный. Этот образ ему так шел, а у меня был своеобразный фетиш на такое, учитывая мои музыкальные и кино-интересы. Брэндон казался здесь гораздо выше меня, чем в обычное время, а его образ плохого парня меня пугал, но пугал по-другому, вызывая во мне бурю совершенно новых для меня эмоций, из-за чего мои внутренности сжимались, а сердце отбивало сумасшедшие ритмы. — Я не хочу, чтобы ты меня трогал!

Парень отреагировал моментально и переместив свою руку с моего локтя на ладонь, потащил за собой к выходу из клуба. Он злился.

— Что плохого я тебе сделал? — отпустив мою ладонь, он снова посмотрел на меня.

— Ничего! — процедила я. — Зачем ты ходишь за мной?

— То есть как это — ничего? Почему твое отношение так резко переменилось ко мне?

— Оно всегда было таким! — грубо ответила я, а затем прикусила язык, увидев, как его лицо исказилось гримасой отчаяния. — Брэндон, просто оставь меня в покое.

Парень коснулся моего оголенного плеча, и мое тело как обычно моментально отреагировало даже на такое его невинное прикосновение.

— Пожалуйста, — протянула я, убирая его ладонь с плеча. — Не прикасайся ко мне.

— Почему? — он поставил уже и вторую ладонь на мое другое плечо и мягко притянул к себе.

— Мы не пара, — мямлила я, чувствуя себя бесхребетным существом в его объятиях. — Ты же сам тогда сказал.

— Другим же ты разрешаешь все что, угодно! — Брэндон слегка потряс меня за плечи. Он был озлоблен, прожигая меня своими глазами насквозь. — Что же со мной не так? Я всегда буду тебя недостоин?

Парень со свистом выдохнул, откидывая голову назад и закатывая глаза.

— Не хочешь больше общаться со мной? — он убрал свои ладони с моих плеч. — Окей, я больше к тебе не подойду. Не заговорю с тобой и не притронусь к тебе, — последнее он сказал, возвращаясь к порогу клуба.

Я видела его у барной стойки, больше на сцену он не возвращался. Он не смотрел на меня, никакого внимания с его стороны больше не было. Мне было плохо, действительно очень плохо. Я пыталась заглушить боль от неприятного разговора с Брэндоном с помощью танцев под сумасшедшую музыку, только вот ничего не получалось.

***

Оставалось совсем немного до нашей игры. В грудине сердце отбивало новые ритмы, мы с девчонками последние несколько минут переминались с ноги на ногу в предвкушении. Нельзя было думать о чем-либо, кроме выступления. Для меня в этой школе это было в первый раз, и это пугало меня еще сильнее, учитывая лидирующую роль в пирамиде.

— У кого-нибудь есть тайленол? — вопила Алиша, отчаянно жестикулирующая в раздевалке в одном нижнем белье. Я выдохнула со свистом, стараясь унять бурю внутри меня.

Не хотелось видеть всей этой паники, и посмотрев на часы, я вышла в коридор, чтобы взять какой-нибудь напиток в вендинге. Людей было мало, все уже занимали места болельщиков на стадионе во дворе, так как наша школа была хозяином сегодняшнего матча. По пути к аппарату с кофе я заметила Брэндона: он складывал вещи в локер, и даже со стороны было заметно его злобное выражение лица. Парень несколько раз ударил ладонью по шкафчику, когда тот не хотел закрываться.

Я видела его несколько раз утром. Дура, я была слишком резка с ним в клубе. Придя в себя вчера дома, я поняла, что он не был виноват в том, что я не могла совладать со своими эмоциями.

Брэндон

У меня было паршивое настроение еще с самого утра. Вчера наплевав на все свои установки, я выпил немного алкоголя, но благо это не сильно отразилось на моем физическом состоянии. Яростно складывая свои книги в шкафчик, я и не заметил, как кто-то рядом ударил по дверце.

— Есть минутка? — Тина смотрела на меня, выжигая глазами насквозь. Я не успел ничего ответить, как девушка потащила меня в соседний свободный кабинет. — Так, ты хотел знать, что со мной происходит?

Девушка толкнула дверь аудитории, и там с шумом закрылась.

— Кристина, мы вчера все обсудили, — назвав ее полным именем, я скрестил руки на груди, оглядывая ее с ног до головы. — Я думаю это больше не имеет ко мне никакого отношения.

— Вот именно это! — ее глаза округлились. — Ты слишком помешан на себе, — эти слова она практически выплюнула мне в лицо. — Какая же я дура. — она покачала головой, отворачиваясь к окну. — Я хотела извиниться перед тобой, а теперь снова веду себя как дура, — из ее глаз брызнули слезы, ножом полоснувшие мое сердце.

Я не смог и открыть рта, пораженный ее реакцией. Тина резко отошла от меня, но в самый последний момент я схватит ее за запястье и потянул на себя. Мое сердце не прекращая билось, девушка вырвалась из моих рук, но я вернул ее на место.

— Мне больно, — хрипло протянула она, глядя на мою ладонь на ее запястье словно на что-то ядовитое. Я мигом отпустил ее руку, мысленно ругнувшись на себя. — Не смей больше прикасаться ко мне.

Я выбежал за ней в вестибюль и сразу же остановился, увидев, как она подбежала к Мэтту Дженсену и схватив его за руку, увела за собой.

— Ты же идешь на игру? — меня одёрнул Сэм, появившийся ниоткуда. Я все продолжал смотреть вслед Тине, хотя ее давно не было.

Мы разместились где-то в середине, у нас был прекрасный обзор на стадион. Погода была комфортной, для того что не переносить игру в спортзал, но, если честно, меня вообще мало волновало происходящее. Я думал о том, что говорила мне Тина несколько минут назад. Она плакала, и будь я проклят, она заплакала из-за того, что я сказал ей. Лиза по-дружески обвила руками меня за плечо, а с другой стороны сидели Сэм и Эмма, поедая сэндвичи с колой. Как парализованный, я почти не шевелился и не вникал в происходящее, пока на стадион не выбежали девочки из группы поддержки и не стали подбадривать толпу своими новыми кричалками. Лишь тогда я наконец устремил свой взгляд на единственную, интересующую меня, в данный момент девушку, стоящую на самой вершине пирамиды.

Я слишком сильно увлекся ей. Все прошлые дни я убеждал себя в том, что мне комфортно без нее, но это было не так. Она была мне необходима. Я наблюдал за ней как завороженный, не обращая никакого внимания на происходящее вокруг. Она улыбалась, хотя я знал, я чувствовал, что она, так же, как и я не в порядке. Я прочитал это в ее глазах, понял по ее поведению, по ее взглядам и жестам.

Во время перерыва, еле дыша, из-за учащенного сердцебиения, я встал и сделал то, чего так давно хотел. Улучив момент, когда, поговорив с подругами, Тина направилась к школе, я побежал за ней. Плевать на все даже если она посмеется надо мной. Я просто больше не мог сдерживать себя.

— Тина, — увидев ее у кулера с водой, я окликнул девушку. — Пожалуйста, выслушай меня, — и я приблизился к ней почти вплотную.

— Не трогай меня! — она вытянула ладонь в протестующем жесте.

— Тина, посмотри же на меня, — я взял ее ладони в свои и слегка потянул на себя. Я тихо вздохнул, готовясь к чему-то страшному. — Милая, — я мягко позвал ее, и она успокоилась, — Тина, ты очень мне дорога, — прошептал я, наблюдая за тем, как округляются ее глаза. — Я на самом деле идиот, — выдохнул я, — А ты всегда была мне нужна, я давно понял это, но не хотел признавать, — девушка не шевелилась, пораженная моими словами. — Прости меня.

Она ослабила хватку на моих руках и больше не предпринимала попыток вырваться из моих объятий. Мы смотрели друг на друга несколько секунд и внезапно появившаяся Мэри позвала Тину обратно на игру. Девушка проводила меня растерянным взглядом.

Я вернулся на свое место и продолжил наблюдать за игрой. Точнее, делал вид, что наблюдал за происходящим. Мне стало немного лучше, и я даже пару раз улыбнулся в ответ на милые замечания по поводу матча от Лизы.

Когда игра была завершена, девчонки снова выбежали на стадион, чтобы поздравить наших футболистов с победой. Я спустился вниз, чтобы добраться до выхода и заметил Тину, которая говорила с довольно ухмыляющимся, гвоздем этого вечера, Мэттом. Я отошел в сторону, почувствовав снова нарастающий ком бессилия, подступивший к горлу, но тут увидев меня, внезапно Тина схватила меня за запястье и потянув на себя, крепко обняла. Я даже не понял, как это произошло, но девушка обвила руками меня за шею и уткнулась в мою грудь. Я лишь краем глаза заметил оскалившегося Мэтта, ее удивленных подруг и ошарашенные взгляды моих друзей. Закрыв глаза, я прижал девушку к себе, слегка приподнимая ее от земли. Вокруг был гул из голосов, но это не имело никакого значения, ведь сильнее всего я ощущал бешенное биение наших сердец. Тина оторвалась от моей груди и потянувшись к лицу, нежно поцеловала.

— Прости меня, — прошептала она, отрываясь от моих губ. На секунду меня словно прибило к земле. — Ты ни в чем не виноват, — добавила она, касаясь губами моей щеки. — Я слишком поздно поняла, как сильно ты мне нужен…

Мне хотелось забрать ее отсюда, подальше от толпы людей, пристально разглядывающих нас. Я заметил, как Сэм, закативший глаза, что-то проговорил девушкам и повел их к выходу. С трудом оторвавшись из объятий друг друга, мы с Тиной убежали со стадиона.

Я еле перевел дыхание, когда наконец понял, что только что произошло. Моя кровь закипела в жилах, адреналин в ней зашкаливал, я думал, что просто рухну на месте, не в состоянии поверить в то, что Тина сама сделала этот шаг ко мне. Я признался ей еще давно, но только сейчас наконец почувствовал, что наши чувства стали взаимными. Улыбнувшись, девушка потянула меня в свободную аудиторию и закрыла за нами дверь.

Резко пригвоздив меня к стене своим хрупким телом, Тина жадно припала к моим губам. Я что-то пробормотал ей в рот, но она лишь неистовее заглушила мой рот своими губами, и зажала мои руки, скрестив наши ладони пальцами, прижимая их к стене, не давая мне возможности пошевелиться. Пораженный, я лишь повиновался, закрыв глаза и наслаждаясь ее поцелуем. Если она решила взять инициативу в свои руки, то, пожалуйста — я совсем не против. Ее действия нехило завели меня, и я ощутил, как кровь прилила вниз, отчего я глухо застонал, не сумев совладать с собой. Девушка хихикнула, и еще сильнее прижалась ко мне. Вот черт. Нас ничего не отделяло друг от друга, я сделал попытку хоть немного отстраниться от нее, но, кажется, она не понимала, или же, делала вид, что не понимает, какую боль мне причиняет, прижимаясь так тесно.

Плевать. Я как-нибудь переживу это.

Тина издала недовольный вопль, когда я вырвал свои ладони из ее рук, чтобы иметь возможность схватить ее за талию, и усадить на ближайшую парту. Расставаться с ней мне вовсе не хотелось, я не отрывался от ее губ ни на секунду, несмотря на ужасную, пульсирующую боль в джинсах. Тина обняла меня за шею и сделала глубокий вдох. Мне тоже не хватало воздуха.

— Я так соскучилась, — осипшим голосом протянула она, часто дыша. Тина прислонилась ко мне своим лбом, глядя мне в глаза. Мы смотрели так друг на друга целую вечность, будто не знали, что делать дальше. — А ты?

— Угу, — пробормотал я. Я коснулся большим пальцем ее щеки и нежно погладил ее по лицу. — Тшшш, молчи, — я приложил палец к ее губам, когда заметил, что Тина собирается что-то сказать.

Наклонив голову, я снова поцеловал ее, только нежнее, чем было в прошлый раз. Я держал ее за подбородок пальцами, а затем почувствовал, как теплая ладонь девушки мягко ложится на мою и снимает ее от лица. Тина взяла меня за обе руки и опустила их себе на талию. Поступенно углубив поцелуй, я снова ощутил невыносимую боль и про себя выругался всеми возможными словами. Тина сама отстранилась, глядя на дверь.

— Эм, я не собирался прерывать вашу идиллию, — Сэм был ужасно смущен, и заметив неоднозначность нашего с Тиной положения, я сразу же убрал руки с девушки, а затем развернувшись, загородил ее своей спиной от глаз друга. — Но тебя там ищут твои подружки, — сказал он, глядя за меня, словно я действительно стал стеной между ним и Тиной. — Честно, я стучался, прежде чем войти, — он выставил руки в виноватом жесте, после чего мы втроем засмеялись.

Кристина

В излюбленном местном кафе у школы со смешным названием «Пухлый кролик» мы и решили отметить нашу победу. Джудит поглядывала на меня с нескрываемой насмешкой, и мы обе знали, о чем думает каждая из нас. В глазах Мэри читалось раздражение, А Алиша и Джессика делали вид, будто ни о чем не знают. Мы ведь отмечать победу собрались, не иначе.

— Вы наконец-то вместе? — голос Джудит был тихим. Она подмигнула мне, утыкаясь локтями в стол. Официантка принесла нам прохладительные напитки.

— Угу, — я кивнула, сделав глоток через пластиковую соломинку.

Брэндон сидел где-то позади меня; я чувствовала покалывание на затылке, ведь он точно смотрел на нас. Сейчас мне так хотелось побыть с ним наедине и продолжить наш головокружительный поцелуй. Я обернулась, терзаемая желанием увидеть его, и мы столкнулись взглядами. Впервые мне не нужно было сдерживать себя, и я подмигнула другу.

Вскоре к нам присоединились футболисты, восхваляющие звездного квотербека, от которого зависела последняя минута матча. Мэтт держался самоуверенно: садясь рядом, парень собственнически приобнял меня за плечо. Я отреагировала молниеносно, вежливо убрав его ладонь со своего тела. Мэтт покачал головой, в слабой попытке сделать вид, будто он ничего не понимает.

— И не поздравишь? — спросил он с явным намеком на продолжение вечера.

— Я уже поздравляла тебя, Мэтт, — я отодвинулась к стене, ближе к Джессике.

— Может, сходим куда-нибудь после кафе? — не унимался парень. — Посмотрим кино?

— Остынь, чувак, — в наш диалог внезапно вторгся Джастин, отвлекшийся от разговора с Мэри. — Мы собираемся у меня, помнишь?

Мысленно я поблагодарила Джастина за вмешательство. Мы праздновали победу некоторое время, пробуя новое меню в кафе, где по вечерам уже вовсю разливали алкоголь, не спрашивая о возрасте. Сегодня я старалась воздержаться от всего дурманящего, ведь у меня без этого было отменное настроение. К столику подошел Брэндон, и несколько ребят сразу же затихли в предвкушении. Парень был явно смущен, но не хотел подавать виду.

— Я уже ухожу, — протянул он, когда я вышла из-за стола к нему. Брэндон повернулся к стоящим у выхода из кафе, друзьям. — Я писал тебе.

Ах да, я совсем забыла о том, что мой телефон находился в бесшумном режиме, который я активировала еще перед матчем. На телефоне было несколько сообщений от друга.

— Я пойду с вами, — ответила я сразу же. Глаза парня загорелись, уголок губ слегка приподнялся в робкой улыбке.

— Точно? — Брэндон приподнял бровь в недоверии. — Я не хочу отвлекать тебя от празднования победы в кругу друзей. Ты можешь остаться.

— Я хочу пойти, — забрав с кожаного дивана свою сумку, я попрощалась с ребятами, краем глаза отметив хищный оскал Мэтта, направленного в сторону Брэндона.

Мы сели в машину Сэма: синий внедорожник Форд на фоне крутой спортивной тачки Мэтта выглядел слишком винтажно. Мы с девчонками сели на заднее сиденье, Сэм на место рядом с водителем, а за рулем был Брэндон. Как я поняла, Сэм перебрал новенькими алкогольными коктейлями, из-за чего доступ к вождению на сегодня ему был закрыт. Было очень странно для меня ездить куда-либо с этой компанией, ведь ни Лизе, ни Эмме судя по их настроению я не была приятна. Меня это заботило не сильно, ведь до их домов мы доехали раньше, оставаясь в машине втроем.

— Мы высадим Сэма и дальше пойдем пешком, — пояснил Брэндон, паркуясь.

Проводив еле живого друга до дома и убедившись, что он в состоянии открыть дверь, Брэндон подошел ко мне. Между нами снова, как и раньше нависло немое молчание, будто мы впервые остались наедине вдвоем. В воздухе приятно пахло осенней свежестью, дворы некоторых домов еще сохранили отголоски праздника благодаря украшениям. Мы шли по рельефной дорожке у дороги и так боялись разрушить это хрупкую тишину, наслаждаясь обществом друг друга. Я громко выдохнула, слегка замедлив шаг.

— Почему мы молчим? — я первая нарушила покой, хотя слова давно витали в воздухе.

— Не знаю, — парень пожал плечами, оборачиваясь. — Ты идешь на вечер с Мэттом? — спросил неожиданно он. Неужели всю дорогу его мучало именно это?

— Да, — честно ответила я. — А ты с Лизой?

Брэндон кивнул.

— Но я бы хотел, чтобы мы пошли вместе.

— Я знаю, — я подошла ближе к нему. Он наконец оторвал свой взгляд от разглядывания своих ладоней. — Но ты не хочешь обижать подругу.

— Это не важно, мы же все равно там будем вместе, — разрядив обстановку, добавила я. На самом деле я тоже очень хотела пойти на вечер с Брэндоном, но мне не хотелось ставить его перед таким несправедливым выбором.

Брэндон улыбнулся мне моей любимой, самой очаровательной улыбкой на свете. Мы держались за руки всю дорогу до моего дома и мне впервые за долгое время было так хорошо. Попрощавшись с другом, я направилась вдоль каменной дорожки к воротам своего дома.

— Мы же… вместе? — послышался за спиной голос Брэндона.

Обернувшись, я побежала к своему другу и бросилась в его объятия.

— Без сомнений, — и я поцеловала своего парня так жадно, как того хотела весь вечер. Оторвавшись от его губ, я заметила лукавую улыбку на его симпатичном лице.

Мэтт заехал за мной ровно в семь, как мы и договаривались. Парню шел строгий образ в смокинге, и сегодня он был достаточно элегантен. Многие девушки в школе исходили на него слюной, так же, как и на красавца Джастина, ведь они оба были футболистами из привилегированных семей. Брэндон внешне ничуть не уступал им обоим, разница состояла лишь в его социальном школьном статусе, и будь он футболистом, а не обычным парнем из кабинета информатики — все девушки теряли бы из-за него голову. В принципе, многие и сейчас обращали на него внимание, но это напоминание мне совершенно не нравилось.

Я не видела предыдущих балов в этой школе, но в этом году мы постарались на славу: актовый зал буквально мерцал при свете софитов. Сегодня я осталась собой довольна: на мне было сиреневое мерцающее платье от «Диор» в пол с огромным вырезом на спине, и перекрестными бретелями из мелких страз, заканчивающимися у глубокого выреза декольте. Волосы я уложила в высокую прическу, выпустив две волнистые пряди. Элегантно и в меру сексуально. Перед выходом из дома, оценив свой образ перед зеркалом я подумала о том, что скорее всего Брэндон будет в немом шоке. О да, я могу признаться самой себе, что хочу лишить его контроля и заставить пускать по мне слюни. Тем более сейчас, когда мы наконец-то стали парой.

Мэтт бросил дерзкий, хищный взгляд, оглядев меня с ног до головы, и наклонившись, предложил мне налить чего-нибудь. Тактично отказавшись, я двинулась в центр зала, на поиски своего парня.

— Мама мия, да ты, горяча как никогда, куколка, — за спиной послышался игривый голос Джудит.

Подруга приобняла меня, касаясь губами щеки. Черное, бархатное платье подчеркивало ее роскошную фигуру. Рядом показались и другие наши подруги, одетые с иголочки, будто сошли с модного глянцевого журнала. В сердце знакомо кольнуло: я направила свой взор в конец актового зала и наконец увидела Брэндона. Парень, так же, как и другие, был облачен в строгий черный смокинг, волосы были аккуратно уложены, а в руках он держал бокал с какой-то жидкостью, по-видимому, это был сок или же обычная вода. Брэндон заметил меня и заметно улыбнулся, кивая. Господи, как же он красив. Присущая ему застенчивость, и робкая улыбка на лице делали его еще более привлекательным в моих глазах. Парень что-то сказал стоящему рядом Сэму и направился в нашу сторону.

— Мне он нравится, — шепнула мне в ухо Джудит, касаясь моего плеча.

— Потанцуешь со мной? — Брэндон вытянул ладонь в приглашающем жесте.

Кивнув, я вложила свою руку в его, почувствовав, как парень слегка притянул меня к себе. Другая его ладонь по-хозяйски разместилась на моей оголенной талии: задев полоску из страз на спине, парень коснулся пальцами поясницы, вторгаясь под платье. Меня незамедлительно ударило током, а внизу живота все стянулось в один бесконечный комок нервов. Я сглотнула, почувствовав неконтролируемое слюноотделение, когда Брэндон, посмотрев мне прямо в глаза, подмигнул, а затем посмотрел на мои губы. Паршивец, его напускное смущение теряло контроль, когда я давала ему чуть больше свободы.

— Что-то не так? — спросил парень, не сводя с меня глаз. Мы танцевали под медленную композицию группы Aerosmith — Crazy.

— Ты очень хорошо выглядишь, — проигнорировав вопрос парня, сказала я.

— И ты, — ответил он.

На припеве я убрала руку из его ладони, уткнулась в его грудь и обвила руками его шею, позволив парню прижаться ко мне ближе, потому что мне этого хотелось. Брэндон сомкнул свои ладони на моей талии, и я еще раз мысленно ухмыльнулась откровенному вырезу на своем платье.

— Обожаю эту песню, — прошептала я.

Я почувствовала, как сильно бьется сердце парня, и поняла — он тоже нервничает. Только я постепенно начала успокаиваться, а его сердцебиение, напротив, отбивало стаккато.

Мы танцевали под несколько следующих песен снова вместе, пока к нам не присоединились наши друзья. Неохотно, Брэндон отошел от меня, направляясь в след за Сэмом.

После поздравлений футбольной команды с победой последовало еще пару треков, но мы с Брэндоном больше не танцевали вместе. Он находился в окружении своих друзей, изредка поглядывая на меня с противоположной стороны. Мэтт пригласил меня на медленный танец, но сославшись на усталость, я отказала другу, направляясь в уборную.

— Тина, я отвезу тебя домой, — ко мне снова подошел Мэтт, держа в руках пиджак. Он был не обделен вниманием весь вечер, и на удивление еще был достаточно трезв. Хищно оглядев меня с головы до пят, словно раздевая взглядом, парень приблизился ко мне практически вплотную.

— Тина поедет со мной, — Брэндон оказался неожиданно рядом. В его голосе наблюдались тревожные нотки.

Мэтт злобно уставился на моего парня. Одобрительно кивнув, я схватила Брэндона за локоть.

— Спасибо, Мэтт, — улыбнулась я другу на прощание. — Я поеду с Брэндоном.

Мы ехали вдоль дороги в сторону моего дома. Сегодня девчонки были с Сэмом, поэтому в машине с Брэндоном мы остались наедине.

— Прости за то, что решил за тебя, — парень потянулся к магнитоле. — Но мне не понравилось, как Мэтт смотрел на тебя.

— Да, как будто раздевал взглядом, — саркастично заметила я и осеклась. Брэндон выдохнул со свистом, крепче сжимая руль. — Я бы все равно поехала с тобой.

— Это твоя машина? — стараясь разрядить обстановку, я сменила накаляющую до предела атмосферу в пространстве, тему. Брэндон покачал головой.

— Моей мамы, — объяснил он. — Но я тоже иногда езжу на ней.

— У меня тоже нет собственной машины, — монотонно проговорила я, глядя в окно.

— Ты все еще боишься? — ровным тоном спросил он, сосредоточившись на дороге. Я недоумевая взглянула на парня.

— А откуда ты знаешь, что я боюсь садиться за руль?

— Ну ты же попадала в аварию в седьмом классе, — Брэндон замешкал, поворачивая за угол. Парень явно осекся, бездумно задав мне вопрос.

— И ты помнишь об этом? — я округлила глаза.

— Конечно, — Брэндон не сводил глаз с дороги, а я все завороженно смотрела на его лицо. У парня были очень длинные ресницы, и я усмехнулась, подумав о том, что никогда раньше не обращала на это внимание.

— Подожди, — я остановила Брэндона на полпути к моему дому. — Может, поедем ненадолго на набережную?

Было прохладно, но я все равно вытащила недовольного парня из машины к воде. Пришлось разуться, чтобы не испортить свои новые серебристые босоножки от «Баленсианга» из-за водных процедур. Я обняла себя за плечи, когда мои ноги коснулись воды. Почувствовав слабое прикосновение рук к плечам, я дёрнулась и поняла, что Брэндон накидывает на мои плечи свой пиджак. Затем он притянул меня спиной к своей груди, обнимая.

— Я не против простудиться, если ты снова будешь рядом, как в прошлый раз, — прошептала я, сильнее прижимаясь спиной к нему.

— Простудиться я тебе точно не дам, — строго ответил он.

Мы вернулись к машине, когда я по своей глупости намочила платье почти до колен. Брэндон включил обогрев в машине, а я разместилась на заднем сиденье, кутаясь в его пиджак, от которого веяло знакомым цитрусовым ароматом. Спустя минуту парень сам расположился рядом, параллельно снимая бабочку со своей рубашки и закатывая рукава до локтей.

— Согрелась? — заботливо спросил он. — Сейчас мы заедем за кофе.

— Тише, — я приблизилась к его лицу. Его глаза горели огнем, и даже одиночный фонарный столб, слабо освещающий пространство не скрывал тех эмоций, что были выражены на лице Брэндона.

Коснувшись ворота его рубашки, я потянула Брэндона на себя, а затем впилась в его губы. Нежно, пробуя их на вкус. Господи, как же я люблю эти губы. Парень будто не дышал, но спустя секунду его руки легли на мою спину и притянули к себе так, что я оказалась на нем. В машине было мало места, но меня сейчас это совсем не заботило. Брэндон оторвал свои руки от моей спины, и пропустил их через его пиджак, надетый на мне, смыкая ладони на моей талии. Кожу опалило огнем от его смелых прикосновений. Я выдохнула в его приоткрытые губы, а затем снова прижалась к его рту. Теперь же я и вовсе бесстыдно лежала на нем, ерзая, незамедлительно получив ответную реакцию его организма. Брэндон застонал, когда я провела руками по его груди, и расстегнув несколько верхних пуговиц, я просунула ладони под его рубашку. Его кожа была горячей: парень тяжело дышал, и осмелев я стала расстегивать пуговицы еще ниже, почти до середины рубашки. Внезапно Брэндон схватил мои руки и одним резким движением опустил меня на сиденье, размещаясь сверху. Парень снова поцеловал меня, держа обе мои руки подальше от своего тела. Я недовольно застонала, но он лишь сильнее вжал меня в мягкую поверхность, терзая мои губы своими, и сжимая мои запястья над моей головой. Сумасшедший, в нем было так много страсти, которую он тщательно пытался скрыть. Я поморщилась, желая, чтобы он снял с меня его пиджак, но кажется, Брэндон и не планировал этого делать. Вместо этого он просто издевался над нами, жадно сминая мои губы своими.

— Еще чуть-чуть, и я прекращу, — прошипел он в мой рот, часто дыша. Его глаза были затуманены, наверное, так же, как сейчас и мои. Я едва переводила дыхание. Брэндон наклонился и поцеловал мою шею, проложив дорожку поцелуев от уха до яремной впадины, а затем снова вернулся к губам. — Я обещаю, я остановлюсь, — казалось, будто он твердил это самому себе.

И тогда я поняла, что собиралась отдаться ему прямо в машине его матери. Брэндон оторвался от моих губ, и наконец отпустил мои запястья. Ни говоря ни слова, парень вышел из машины и сел за руль. Остаток пути мы ехали молча.

****

— Мы все обсудили, Мэтт, — грозно ответила я, запирая свой шкафчик на ключ. — Ты вроде бы подкатывал к Алише.

— Ты же сама все поняла, детка, — прошептал он, убирая прядь волос с моего лица. Я отошла, недовольно морщась. — Я — капитан футбольной команды, ты — капитан чирлидерш. Алиша была предлогом. Король и королева школы должны быть вместе.

— Ты насмотрелся комедий из нулевых, — буркнула я, отворачиваясь.

Добравшись до аудитории, я заметила своего парня, стоящего ко мне спиной около своей первой парты. Брэндон объяснял что-то нашему однокласснику, активно жестикулируя. Я невольно улыбнулась, придвигаясь ближе к нему, и коснувшись его плеча, развернула парня к себе и поцеловала.

— Привет, красавчик, — сказала я шепотом, так чтобы услышал только он. Брэндон застыл на мгновение, раскрыв от удивления глаза, а затем коснувшись своих губ, слабо улыбнулся.

Ему понравилось такое приветствие, это было очевидно. Весь урок в помещении был накален воздух, мне казалось, что нам обоим сложно усидеть на месте. Брэндон не повернулся ко мне ни разу, он сидел неподвижно, будто был сильно напряжен или чем-то озабочен.

Во время перерыва на общей физкультуре я подошла к скамье за бутылкой воды. У нас было впереди несколько свободных дней от тренировок группы, и сегодня на мне была обычная форма, состоящая из черных облегающих шортов и топа. Я сделала пару глотков воды, как ощутила на своем плече прикосновение, а затем меня поцеловали в щеку. Оливер Эймс подкрался сзади незаметно, у него был озадаченный вид, видимо он вновь решил поплакаться мне в жилетку, как и в предыдущие разы.

— Олли, ты здорово меня напугал, — выдохнула я. Парень смотрел сзади меня, его лицо исказилось гримасой удивления.

— Послушай, — за моей спиной послышался недовольный голос Брэндона. Кажется, я никогда прежде не слышала подобных нот в его речи. — Оливер, я знаю, что вы с Тиной друзья, — продолжил он, загораживая меня своей спиной. — Но, пожалуйста, — грозно приказал он, — Больше не целуй ее, мне это не нравится.

Наступила неловкая тишина, сменяемая легким смешком наблюдающей за всем этим со стороны Джудит. Оливер завороженно смотрел на Брэндона, хлопая ресницами. Би тоже был хорош: став в боевую стойку в обтягивающей черной майке он сам не понимал, как привлекательно выглядит со стороны.

— Какой безумный взгляд у твоего парня, — манерно проговорил Оливер, глядя на меня. — Что с тобой не так, милашка? — и он подмигнул моему парню, проходя мимо и касаясь мускулов на плече Брэндона.

Брэндон — мой парень. Это звучало так красиво, что по телу пробежало полчище мурашек. Черт возьми, от этой мысли у меня сильнее билось сердце. Джудит разразилась смехом возвращая меня с небес на землю. Я прикрыла ладонью рот, наблюдая за тем, как вытягивается лицо Брэндона.

— А он хорош, — прыснула Мэри.

— Что — то я не понял, — растерялся Брэндон, глядя в мои глаза. Потерянный, он выглядел таким беззащитным и милым в данную секунду.

— Он голубой, — пояснила Джудит растерянному Брэндону. Я кивнула в знак подтверждения.

— Расслабься, милашка, — добавила я, просмеявшись.

В школе я замечала пристальные взгляды учеников. Я понимала, что все обсуждают мою личную жизнь, особенно тогда, когда мы с Брэндоном находились рядом. Мы продолжили наши дополнительные занятия, хотя, признаться, для меня это стало очередным предлогом просто видеться с ним у него дома. И для него, собственно, тоже.

Я была на пороге дома Хартеров ближе к шести часам. На самом деле, я поставила его перед фактом несколькими часами ранее, сообщив, что зайду к нему. Парень был немного смущен, когда открыл дверь, ведь его мамы не было дома. А наедине мы двое были способны на безумие.

— Мы с Сэмом добавили несколько деталей, — не дав ему договорить, я хлопнула дверью его комнаты и развернув к себе, поцеловала.

— Я не за этим к тебе пришла, — я схватила ворот его безразмерной толстовки и потянула парня к его кровати.

Сегодня парень просто раскинулся на постели, скрещивая руки на затылке и лукаво глядя на меня снизу верх. Это было прогрессом в его поведении, и даже показалось немного странным, поэтому нагло разместившись на нем, я поерзала на его теле в своей короткой форменной юбке.

— Наконец-то ты стал немного раскрепощенным, — я опустила ладони ему на грудь и приблизилась к лицу. Парень напрягся, но все продолжал лежать в такой позе, будто чего-то ждал от меня. И я была готова ему это предоставить.

Наклонившись, я коснулась губами его скулы на правой щеке, а затем проложила дорожку поцелуев вдоль его лица ниже, касаясь губами горла. Брэндон прикрыл глаза и откинул голову назад, предоставляя доступ к открытым участкам его тела. Я потянула ворот его толстовки чуть ниже, и коснувшись языком, втянула губами кожу на его шее. Брэндон сразу же дернулся.

— Щекотно? — хихикнула я, заметив легкое раздражение на лице парня. Брэндон тихо застонал, качая головой в знак согласия. Такое простое действие произвело на меня незамедлительный эффект: я сглотнула, ощущая нервную дрожь по всему телу. Мне хотелось зацеловать его до потери его сознания. Вернувшись в прежнее невозмутимое состояние, Брэндон так и продолжил лежать на постели подо мной. Я решила немного растрясти его, хотя выступ на его джинсах итак говорил о многом. Мои щеки незамедлительно вспыхнули, и я решила отвести глаза в сторону. Но ведь немного флирта не сделают ему хуже?

— Помнишь, когда я сказала, что под твоей футболкой у меня ничего нет?

Парень кивнул, а затем сцепил руки на моей талии, пропуская руки под мой короткий топ.

— Ты тогда чуть не поперхнулся от моих слов, — отшутилась я, слабо чмокнув его в губы. — Совсем не понимаешь намеков.

— Маленькая лгунья, — Брэндон улыбнулся, притягивая меня к себе, но я сразу же отстранилась, пораженная его заявлением.

— Я не лгала, — я покачала головой, с вызовом глядя на парня. Брэндон посмотрел сквозь меня, и его взгляд был пропитан огнем.

— Просто… поцелуй меня и прекрати это, — с раздражением в голосе, хрипло протянул он, прижимая меня к себе.

Не дождавшись моих действий, парень сам вторгся в мой рот своим языком. Я обомлела от его смелости, и прикрыв глаза ответила на его поцелуй, сначала нежный, а затем наглый, страстный и такой крышесностный, что мне казалось, что вот-вот и я потеряю сознание. Почему он так действовал на меня? Не скрывая собственных чувств, я громко застонала в его рот, и Брэндон еще сильнее углубил и без того жаркий поцелуй, терзая мои губы. Я задыхалась, но мне было тяжело оторваться от него. Руки Брэндона собственнически блуждали по моему телу, и я слегка привстала на кровати, таща его за собой, потому что желала снять с него худи. И парень позволил мне это сделать, вытянув руки вверх и на секунду разорвав наш тесный контакт. Бросив его безразмерную кофту куда-то на пол, еле дыша я снова примкнула к его мягким губам, гладя его спину через футболку. Зачем он носил под толстовками футболки? Толкнув его снова на кровать, я разместилась сверху и не дождавшись его действий, просто потянула за край его белой футболки и быстро потянув ее вверх, сняла ее с парня. Брэндон издал недовольный вопль, а затем схватил меня за запястья, будто не желал, чтобы я прикасалась к его груди. Я оторвалась от губ парня и посмотрела на его горящие пламенем глаза. Брэндон часто дышал, его рот был приоткрытым, а губы распухшими от моих поцелуев. Наверное, я выглядела так же в его глазах. Его лоб покрылся испариной: я опустилась ниже, наконец касаясь ладонями его мускулистого тела. Мне хотелось коснуться губами каждого дюйма его накаченного торса и наконец подавить в себе это юношеское влечение. Что, собственно я и сделала, наклонившись и припадая губами к его груди.

— Не… надо, — отчаянно прошептал он, в робких попытках остановить меня. — Я не смогу остановиться…

— Не боишься… лишиться сегодня девственности? — возбужденная, несвязно протянула я над его ухом. От его кожи приятно пахло мылом, или же гелем для душа. Его руки были раскинуты по обе стороны на постели, и он не предпринимал никаких попыток отстраниться или же наоборот, притянуть меня к себе. Парень открыл глаза, и черт возьми, они почернели, прежде я никогда не видела их такими. Брэндон несколько секунд разглядывал мое лицо, а затем добавил:

— А ты?

— Мне это не грозит, — ответила я.

Парень схватил меня за руки и развернув, оказался сверху, вжимая меня всем своим весом в постель. Скрестив наши пальцы, он вытянул мои руки за головой, прямо над изголовьем кровати. И тогда мне стало немного не по себе. Я была уверена, что если он снимет с меня топ, — то назад пути не будет и мы точно дойдем до конца. Мысль об этом резко отключила во мне влечение, вернув на место разум. Черт возьми, почему я вдруг испугалась? Это было похоже на безумие. Брэндон отпустил мои руки и коснувшись кожи на талии, резким движением потянул вверх мой спортивный топ, снимая его через голову. Я осталась лежать перед ним совсем беззащитная, в одной юбке и полупрозрачном лифчике. Парень снова нежно поцеловал меня в губы, нависая сверху, гладя руками мои плечи, а затем переместившись на грудь, спустил бретельку с плеча и обхватил ладонью мягкое полушарие через бюстгальтер. Я самопроизвольно хныкнула, рефлексы одержали верх, и я толкнула его в плечо, убирая его руку со своей груди. Его возбуждение уперлость мне в бедро, а моя смелость потерпела поражение.

Брэндон удивленно посмотрел в мои глаза, а затем его взгляд сразу же сменился. Улыбнувшись, он коснулся губами моей шеи.

— Я больше так не сделаю, — он ослабил свое давление, слегка отстраняясь.

Я сделала глубокий вдох и обняла его, привлекая к себе и целуя.

— Кажется, мама вернулась, — услышав звук сигнализации во дворе, парень сразу же отстранился, накрывая меня одеялом. Подняв с пола свою футболку, Брэндон быстро оделся и не глядя на меня, спустился вниз по лестнице.

Встав с кровати и нащупав свой топ в углу постели, я привела себя в порядок. Мои истерзанные, раскрасневшиеся губы горели от поцелуев, и казалось, будто бы увеличились в размере. Мне хватило ума посмотреть на себя в зеркало, иначе миссис Хартер сразу же догадалась бы, чем с ее сыном мы занимались в ее доме, пока ее нет. Поправив растрепанные волосы, я нанесла блеск на губы и спустилась за Брэндоном на первый этаж.

— Здравствуйте, — поздоровалась я с его мамой, стараясь унять волнение. Женщина лукаво улыбнулась, перемещая свой взгляд с меня на своего сына и мои щеки снова вспыхнули, будто она обо всем догадалась.

— Сынок, ты не говорил, что Кристина ужинает с нами, — добавила она с укором. Парень почесал затылок, бросая на меня виноватый взгляд.

— Я забыл ее предупредить, мы долго готовились к завтрашнему уроку, — сказал он, но для меня его слова прозвучали как насмешка. Подавив вопль отчаяния, я на ватных ногах переместилась на второй этаж, вежливо отказываясь от ужина в их семье.

— Останься с нами, — попросил он, прислонясь к дверному косяку.

— Твоя мама в курсе, что мы встречаемся? — укоризненно спросила я.

— Еще нет, но я сегодня же расскажу ей, — мягко протянул он. — Ее смена закончилась позже, чем обычно, а в предыдущие дни мы почти не виделись из-за ее графика.

И тут меня внезапно осенило.

— Ты поэтому не сопротивлялся, — покачала я головой, сужая глаза в подозрительном прищуре. — Ты знал, что твоя мама придет с минуты на минуту и контролировал себя.

— Сначала да, — отрезал он ровным тоном, скрещивая руки на груди. Его лицо было непроницаемо, отчего по моей коже прошелся холодок.

Брэндон медленно приблизился ко мне и внезапно крепко обнял, приподнимая от пола. У меня забилось сердце от неожиданности, я обняла его в ответ, смыкая руки у него за спиной.

За ужином царила абсолютная атмосфера уюта. Мне казалось, что его мама давно обо всем догадалась, но решила не лезть в наши дела. Было немного неловко, но Брэндон держался так уверенно, что, последовав его примеру, я быстро вернулась в норму.

— Вы встречаетесь? — голосом полным безразличия спросила наконец миссис Хартер.

— Да, — ответил ее сын спокойно. Ни один мускул на его лице не дрогнул, и он спокойно продолжил свою трапезу.

Женщина пожала плечами, и уткнувшись в тарелку больше не сказала ни слова. В завершении ужина я предложила свою помощь, и миссис Хартер лишь вежливо кивнула, разрешая унести посуду к плите.

— Дай мне, — мама Брэндона потянулась к мыльной губке в моих руках. — Не хочу утруждать тебя, даже если ты девушка моего сына, — улыбнулась она. Для меня было все еще так непривычно, но безумно приятно слышать это. Я отодвинулась от мойки, решив, что подобное несогласие в чужом доме будет выглядеть невежливо с моей стороны.

— Уже совсем скоро одиннадцатое, — добавила она, открывая напор воды. Я стояла рядом, краем глаза замечая, как Брэндон двинулся в подвал с какой-то коробкой.

— А что будет одиннадцатого? — заинтересовалась я.

— Ты не знаешь? — женщина изогнула бровь в недоумении. — День рождения Брэндона.

Я удивленно вскинула брови.

— Он терпеть не может это, — продолжила миссис Хартер, — Поэтому, наверное, и не сказал тебе.

Я покосилась в сторону маленькой черной двери у лестницы. Почему он был таким скрытным и застенчивым, когда я знала, сколько тепла и любви было внутри него?

— Я думала позвать его друзей, все-таки ему исполняется восемнадцать.

— А если он разозлится? — поинтересовалась я. Тетя Нэнси уже закончила мыть посуду и закрыв кран жестом пригласила меня в гостиную.

— Знаете, я сама все организую, — предложила я. Парень показался у ступенек, и бросив на нас недоумевающий взгляд, приблизился к дивану.

— Проводишь меня до дома?

Его мама стала просить о том, чтобы я задержалась еще на какое-то время, но Би покачал головой, ссылаясь на слишком позднее время. Мы сели в машину и ехали какое-то время молча. Брэндон был слишком сосредоточен на дороге, а его ладонь крепко сжимала руль. Он о чем-то думал.

— Тина, — трогательно тихо позвал он, когда попрощавшись, я дернула за дверцу автомобиля. — Извини, я не хотел тебя напугать.

— О чем ты? — изумилась я, но потом до меня дошел смысл его слов. В его лице было столько горечи.

— Я не смог остановиться, а ты этого не хотела, — протянул он, бросая на меня робкий взгляд.

— Если ты еще раз извинишься за то, что ты еще не сделал, — предупредительным тоном заявила я, сжимая его плечо. — Я привяжу тебя к твоей кровати, и ты будешь первым мужчиной на свете, которого зацеловали до потери пульса, — нарочито тихо проговорила я ему в самое ухо.

Брэндон улыбнулся, а затем громко рассмеялся, не в силах сдерживать свои эмоции.

— Тогда извини меня еще раз, — подмигнул он мне.

— Паршивец, мы у моего дома, — толкнув его в плечо, я едва подавила смешок. Парень и вовсе не сдерживался и рывком притянув меня к себе на колени, страстно поцеловал.

— Теперь можешь идти, — мои ладони покоились на его плечах, а его руки смыкались на моей талии. Я сделала попытку вырваться, но Брэндон меня не отпустил.

— Ты такой смелый, потому что мы у моего дома под наблюдением, — соблазнительно улыбнувшись, я потянулась к его уху. Парень замер, его мышцы напряглись под натиском моих пальцев, которыми я сжала его кожу через толстовку. — Наедине ты не знаешь, что со мной делать.

Моментально отцепив кольцо рук вокруг меня, Брэндон открыл дверцу машины, выпуская меня наружу.

И даже если он был прав, и я была ужасно напугана, я решила не выдавать своего волнения снова.

***

— Ребята, мне нужна ваша помощь, — я встретила Эмму, Сэма и Лизу только лишь к окончанию всех уроков, когда те собирались в кафе. Брэндона с ними не было, потому что я заранее попросила своего парня подождать меня дома.

— Что случилось? — фыркнула Эмма, неохотно поворачиваясь ко мне. Девушка еще с самого начала нашего знакомства была негативно настроена против меня.

— Вы же знаете, что у скоро Брэндона день рождения?

Ребята кивнули, Сэм выжидающе смотрел на меня. Лиза, девушка с медными волосами и вовсе отвернулась, не желая сталкиваться со мной глазами. Господи, неужели я была им так неприятна? Кроме Сэма, разумеется.

— Если ты хочешь, что мы помогли тебе с организацией, то это очень плохая идея, — ответил Сэм. — Брэндон не любит свой день рождения.

— Я все сделаю сама, если он разозлится, то тоже только на меня, — пояснила я.

С трудом я все же убедила ребят помочь мне с праздником, хотя сильно сомневалась, что не справилась бы сама. Нужно было проведать его кузена, который как мне казалось, должен был быть более расположенным ко мне, нежели друзья моего парня.

Я постучалась в полупустую студию и на пороге показался запыхавшийся Тео. Впустив меня внутрь, парень жестом пригласил выпить кофе из их новой кофе машины.

— Так ты чирлидерша? — спросил он, а я поняла, что ни разу не приходила в форменном костюме в студию.

— Капитан, — самодовольно кивнула я.

Парень улыбнулся, протягивая мне бумажный стаканчик с латте. О да, хоть кто-то из окружения моего парня относился ко мне радушно. Рассказав ему о своей задумке насчет дня рождения, я направилась домой к Брэндону.

Все оказались правы и действительно Брэндон до своего рождения так и не обмолвился и словом об этом при мне ни разу. Всю неделю мы виделись почти каждый, у нас было много дел, связанных с учебой, но, если он хотел— мы бы обязательно обсудили это.

Ближе к одиннадцатому ноября меня и вовсе стали терзать сомнения по поводу правильности моего поступка. Мы с Тео уже договорились с клубом, подготовили меню и музыку, и пути назад не было.

В воскресенье утром я пришла домой к Хартерам. Мама Брэндона незаметно провела меня в комнату к ее сыну, который был занят какой-то домашней работой. Обычно он всегда вставал рано, поэтому войти к нему в комнату в десять утра было для меня вполне естественным. Не постучавшись, я тихо открыла дверь его спальни и вошла внутрь. Брэндон лежал, уткнувшись в подушку, обнаженный по пояс. Плотные шторы не пропускали солнечных лучей, сделав несколько шагов, я осторожно отодвинула их в сторону и впустила толику света в комнату. Поморщившись, парень отвернулся в другой бок, глухо утыкаясь лицом в край одеяла.

Я мягко осела на край кровати, рядом с парнем, и наклонившись, коснулась ладонью его лба. Его веки были плотно сомкнуты, не удержавшись я едва осязаемо коснулась губами его виска.

— С днем рождения, милый, — хихикнула я.

Парень подскочил на кровати, недоумевая глядя на меня. Брэндон был сонным и таким беззащитным в данную секунду, что я воспылала нежностью к другу и приблизившись нежно прикоснулась губами к его губам. Парень замер, а затем схватился за край белоснежного одеяла, прикрывая свое тело до пояса.

— Как давно ты здесь? — задумчиво тихо спросил он. Я лучезарно улыбнулась.

— Пару минут, — честно призналась я. — Тебе лучше одеться, пока мама не пришла.

Уже к обеду мы сидели в гостиной в большой компании. Брэндону было не совсем комфортно, но он старательно сдерживался, не выдавая своего беспокойства. Тем более после того, как его мама сказала ему о том, что это я все организовала в его честь.

К вечеру мы потащили Брэндона в клуб, в котором нас ждал Тео и вся группа «Damaged». Получилась вечеринка-сюрприз, ведь стоило ему войти, как со сцены посыпались поздравления с восемнадцатилетнем. Сама я тоже подготовилась к этому празднику и надела черное короткое платье с тонкими бретелями и открытой спиной.

— Признаюсь, ты круто постаралась, — ко мне подошла Эмма с пуншем в руках. — Мне здесь нравится, и музыка сегодня крутая.

Мы с Тео неделю составляли плейлист, собирая все песни любимых исполнителей Брэндона. Я помнила весь сборник его альбомов в его комнате, и учитывая его близость с кузеном — это было не трудно.

— Мы с тобой плохо начали свое знакомство, — выдохнула я, подавляя внутренние чувства. — Признаюсь, я вела себя как настоящая сука.

— В начале я именно так и думала, — хихикнув, согласилась Эмма. — Но кажется, ты не такая уж и плохая.

Я направилась за столик к своим подругам, лениво потягивающим коктейли.

— Тебя искал твой Брэндон, — сказала Мэри, допивая мохито. — Ты уже спала с ним?

— Мэри! — фыркнула Джудит.

Я закатила глаза, и села рядом с подругой.

— А что такого? — непонимающе продолжила подруга. — Что плохого в моем вопросе?

Парень подошел к нашему столу и жестом позвал со собой. Я услышала писк со стороны Мэри и тихое улюлюканье от других подруг.

— Это ты все организовала, — констатировал он, завлекая меня в медленный танец.

— Вообще-то мне помогали твои друзья и ребята из группы, — улыбнувшись, я уткнулась ему в плечо. — Я знаю, что ты не любишь этот день, но надеюсь сегодня тебе немного весело.

— Давай уйдем отсюда, — прошептал он. — Я слишком сильно соскучился по тебе.

Брэндон

Я сидел у барной стойки и принимал поздравления. Тео восхвалял Тину и ее организаторские способности, благодаря которым не самый приятный праздник в моей жизни внезапно заиграл новыми красками. Я, конечно, заметил таинственность и странное поведение своей девушки в последние дни, но не думал, что она готовит что-то для меня. Ди-джей включил песню Depeche mode — Halo, и я бросил короткий взгляд на сцену и прилежащие столы. Эмма, сидящая у круглого столика с Лизой, вытянула большой палец вверх, ведь ей тоже нравились такие песни.

Тина сидела за столиком со своими подругами и что-то рассказывала, жестикулируя. Она еще с утра носилась по моему дому с телефоном, раздавая всем какие-то поручения, и я не мог отвезти от нее взгляда.

Мы покинули клуб раньше остальных, мне поскорее хотелось остаться с Тиной наедине.

— Я уже говорил тебе, что ты отлично выглядишь?

Тина деловито-задумчиво надула губы, а затем отрицательно покачала головой.

— Нет, кажется нет, — шутливо проговорила она своим тонким голосом, и направилась в сторону кухни. — Но ты можешь сказать мне об этом сейчас.

— Спасибо за этот день, — прошептал я ей на ухо, прислоняясь к ней сзади, пока она нарезала какую-то ароматную зелень. Я аккуратно убрал прядь волос с ее шеи, а затем медленно провел пальцем по ее спине, потому что не смог удержаться. Девушка слегка шевельнулась и тихо хихикнула.

— Сейчас я заварю нам фирменный чай Терезы, — улыбнулась она, разворачиваясь ко мне. Я стоял слишком близко, нас разделяло всего лишь несколько дюймов друг от друга. — Знаешь, у нас осталось много еды, так что почему бы нам не поужинать, раз мы ушли из клуба?

— Я совсем не против, — ответил я.

После ужина Тина встала из-за стола, и демонстративно покрутилась около меня, чтобы я смог оценить ее внешний вид. Девушка специально выгнулась в пояснице, старательно делая свою фигуру еще более соблазнительной.

— Тебе нравится мое платье?

Кусок черной материи, который еле прикрывал ее грудь и немного ягодицы и платьем то было сложно назвать, но я кивнул, изображая неподдельный восторг. Я и вправду восторгался, но не платьем, а ей. Она всегда хорошо выглядела, потому что была прекрасной. И теперь еще и моей. Да, она стала моей девушкой, и мысль об этом была настолько же прекрасной, насколько нереальной в моем понимании. Тем не менее, теперь это было правдой.

— В верхней полке я видела вино, — Тина села мне на колени и сомкнула руки вокруг шеи. Я округлил глаза, недоумевая. — Твоя мама разрешила мне открыть его. — Я напрягся, посмотрев по сторонам, и раздражение на моем лице наверняка не скрылось от глаз Тины.

— Я знаю, что ты не любишь, но может выпьем немного в честь праздника? — просила она виноватым тоном. — Но если нет, то можем просто съесть торт.

— Сделаем как ты хочешь, — покачав головой, я согласился с девушкой.

Довольная, Тина нежно поцеловала меня в щеку, и направилась к кухонному островку. Наблюдая за ней со стороны, я достал небольшой торт из холодильника и разрезал его на несколько частей, и осторожно, настолько насколько мог разложил куски по тарелкам. Тина лучезарно улыбнулась, когда увидела меня, помогающего ей с сервировкой стола. Внезапно в моей голове промелькнула мысль о том, как органично вписалась Тина в мою жизнь. И сейчас, я эгоистично был рад тому, что рабочая смена мамы в клинике закончится только утром.

— У меня для тебя есть подарок, — хихикнула девушка, вплотную приближаясь ко мне с бокалом красного вида. Ее глаза немного потемнели даже после одного глотка алкоголя, а щеки залились румянцем. Поставив бокал на столешницу, Тина направилась к своей сумке у входа в дом, а затем вернулась с длинной коробкой в подарочной обертке. Я непонимающе взглянул на нее.

— Ты сделала итак много, — не дав мне договорить, Тина приложила к моим губам ладонь.

— Я подумала, что это будет тебе немного напоминать обо мне, — смущенно протянула она, когда я начал разворачивать подарок. Собственно, мне итак теперь все будет напоминать о ней в положительном смысле этого слова, чему я был несказанно рад. В коробке находилась ретро-пластинка культового альбома группы Led Zeppelin. Обычно в таких ситуациях говорят, что человек не умеет принимать подарки, и теперь я понял, что был представителем именно этого типа людей. Я на миг замер: вихрь самых разнообразных эмоций прошелся через мою кожу, и не зная, как поступить, я просто притянул к себе Тину за руку и поцеловал.

— Значит, тебе понравилось, — выдохнул, тихо сказала девушка.

— Ты… удивительная, — я отвернул голову в сторону, подавляя эмоции.

— Да, — ухмыльнулась она. — Кстати, я видела у тебя в подвале, где ты тренируешься, старый граммофон, поэтому подумала…

— Да, он еще работает, — продолжил я за нее фразу.

Мы спустились по лестнице вниз, к полке, где под кучей неразобранного хлама ютился старинный граммофон. Улыбка не сползала с лица Тины: она радовалась как ребенок перед рождеством и мне это доставляло бешеное удовольствие. Поставив инструмент на столик у дивана в гостиной, я приподнял иглу и вложил пластинку под нее, после чего заиграла музыка.

— Я плохо знакома с этой группой, но видела много дисков в твоей комнате, — Тина подошла ко мне и поставила ладони мне на плечо.

— Это любимая группа отца, — ответил я, и посмотрел на девушку, лицо которой резко переменилось. Она немного отстранилась. — И день рождения тоже его.

Лицо Тины исказилось гримасой сожаления, она отвернулась, но я притянул ее к себе и обнял.

— Я не знала…

— На самом деле, — перебил ее я. — На самом деле это лучший мой день рождения за последние одиннадцать лет.

Мы стояли в центре гостиной в обнимку, слегка покачиваясь тихо играющей сумасшедшей песне и это было так… правильно.

— Я не теряла близких людей, — прошептала она, утыкаясь мне в грудь, — Поэтому не знаю каково это, — она подняла на меня взгляд. — Но ты всегда можешь на меня положиться. Хоть мы и не так давно близко общаемся, — внезапно тихо хихикнула она.

Потянув ее к дивану, я опустил девушку к себе на колени. Тина пропустила через свои пальцы мои волосы, взъерошивая прическу.

— Все в порядке? — неожиданно спросила она, делая серьезное лицо.

Я кивнул.

— Я ведь не испортила ничего?

Мою замкнутость и всплеск ностальгии Тина приняла за разочарование. Выдохнув, я притянул девушку близко к себе, размещая ее голову на своей груди.

— Ты сделала этот день прекрасным, — честно признался я. — У меня были немного болезненные ассоциации с самого детства. Обычно в этот день я максимально отстранён, а в этом году вообще решил отоспаться, не привлекая к себе лишнего внимания, чтобы день прошел как можно быстрее и незаметнее.

Тина привстала, и широко улыбнулась, когда я напомнил ей об ее утреннем визите.

— А ты сладко разбудила меня, — я коснулся губами ее щеки. — Собрала всех моих друзей, устроила вечеринку. — Тина слегка дёрнулась, когда я опустился чуть ниже и поцеловал ее шею.

— Все ради именинника, — шутливо протянула она, выгибаясь навстречу моим поцелуям.

Я вытянулся на диване, удобнее размещая Тину на своих коленях. Желание в моем теле начинало постепенно разрастаться: интимная атмосфера гостиной, постепенно ударяющий в голову алкоголь и соблазнительная девушка на моем теле — сделали свое дело. Тина выгнулась, отчего вырез ее платья опустился ниже, обтягивая грудь еще сильнее. Я убрал непослушный светлый локон, спадающий на ее шею и немного грудь, за спину, и принялся целовать тело девушки. Сначала участок за ухом, потом чуть ниже, касаясь губами венки на шее, а затем приобняв ее за спину, поцеловал кожу чуть выше груди. Тина тихо выдохнула, ее глаза были закрыты, а рот немного приоткрыт. Это было слишком соблазнительным зрелищем, чтобы я мог сохранить в себе нотки здравого смысла. Опустив голову, девушка уперлась ладонями в мои плечи, приближаясь к губам.

Я поцеловал ее, поцеловал нежно, но жгучее жжение в теле не давало мне покоя. Тина тяжело задышала, я был не в состоянии терпеть эту боль, которую неосознанно наносила мне моя девушка, всякий раз, когда выгибалась, неосторожно двигаясь на моих коленях. Девушка обняла меня, чуть всхлипнув и проведя языком по моим губам, вторглась в мой рот. Тина все время издевалась надо мной и моим телом, не думая о последствиях и о том, что я был похож на голодного зверя, отчаянно боящегося наброситься на нее.

В брюках стало невыносимо тесно: инстинктивно сжав пальцами кожу на ее бедрах, я провел пальцами выше, к ее обнаженной спине и стал сминать теплую кожу руками, пропуская ладони под платье. Девушка застонала, когда я, гладя ее бедра, скользнул ладонями чуть дальше, под платье, касаясь пальцами ткани ее нижнего белья, а потом дико возбужденный стал сильно сминать ее кожу под платьем, немного задирая его. Растерянная Тина округлила глаза, отстранившись, но я снова впился в ее приоткрытые губы, проникая своим языком в глубины ее рта, жадно и неистово целуя. Внезапно девушка стянула с меня рубашку, и принялась покрывать поцелуями мою шею, гладя грудь через плотную черную футболку. Я хотел снять с себя футболку, почувствовать те же эмоции, что и в прошлый раз, но Тина схватила мои руки, не позволив мне дернуться. Я еле дышал, воздуха было мало, меня распирало на части, а Тина была слишком желанна, чтобы я был в состоянии не думать о ней и хоть как-то оттянуть момент своего унижения. Мы целовались мучительно долго, пока разрастающееся возбуждение не привело к адской боли в самом низу.

— Твоя мама скоро придет, — осипшим голосом протянула Тина, ухмыляясь.

— Неа, не придет, — хрипло ответил я, опуская ее на поверхность дивана. — У нее смена до утра.

Привстав, я потянулся за ремнем на джинсах и наплевав на мораль дрожащими руками стал отстёгивать его. Глаза Тины вспыхнули, казалось будто ее зрачки расширились, и девушка стала пятиться назад. Я навис над ней, хватая ее за тонкие запястья, и открывая доступ к ее нежному телу.

— Брэндон, подожди… — заглушив ее недовольный вопль очередным поцелуем, я коснулся ладонью ее плеча, спуская с него бретельку платья, а другой стал лихорадочно отстегивать молнию на джинсах.

У дверей послышался характерный звук связки ключей, и Тина мигом встала, находу поправляя свое платье. Ошарашенный я последовал ее примеру. Времени на поиск ремня не было и увидев его в углу дивана, я просто поправил руками футболку.

— Хорошо, что вы еще здесь, — мама улыбнулась нам обоим, а потом приблизившись, поцеловала меня в лоб. — С днем рождения, мой любимый именинник.

Наверное, мое лицо пылало от возбуждения, но мама, не обращая на нас внимания, направилась к кухонному островку, избавляя меня от лишних вопросов.

— Я думал, ты придешь только утром, — бездумно сказал я, а затем прикусил язык.

— Ты не сказала ему, что я вернусь к ужину? — улыбнулась мама, разворачиваясь и глядя на Тину.

Вот же чертовка. Она просто убивала меня моим же оружием. Тине было известно о том, как пройдет остаток вечера и лукаво улыбнувшись, она лишь подмигнула мне, пока мама была на кухне. Боль в джинсах постепенно отступала и на ее смену приходило раздражение.

Она смотрела в окно, когда я довез ее до дома. Молчаливая и задумчивая, она не сразу поняла, что мы доехали до ее дома. Отстегнув ремень безопасности, она приблизилась ко мне и поцеловала. Я схватил ее за руку, когда она собиралась выходить из машины.

— Спасибо за прекрасный вечер.

Я хотел сказать ей, что разозлился, когда она, почти приблизив меня к финалу, так ужасно поиздевалась надо мной, но в последнюю секунду решил, что это больше не имеет никакого значения. Тина мягко улыбнулась, а затем кивнула, прикасаясь губами к моей щеке.

*

Понуро опустив голову, Сэм извинялся перед Эммой и Лизой, за то, что несмотря на все их предостережения — парень слишком сильно напился в клубе, отмечая мой день рождения. Ребята спорили о чем-то еще, а я лишь кивал, делая вид, что поддерживаю обе стороны. Складывая учебники я и не заметил, как был резко нагло пригвозжден к стальному шкафчику ухмыляющейся Тиной. Девушка бесстыдно поцеловала меня, а затем подмигнув, отодвинулась и наконец поздоровалась с моими друзьями.

— Какие у тебя планы после всех уроков? — лукаво улыбнувшись, мягко спросила она.

— Я иду в студию к Тео, — честно ответил я, беря в руки ее ладонь. — Пойдешь со мной?

— Сходим в кафе сначала? — надув губы, девушка приблизилась ко мне. — Мне нужно на тренировку, но я бы хотела провести немного времени с тобой.

Когда она уходила, я заметил, как вся компания провожает ее взглядом.

— Она такая распущенная, — сказала Эмма, а затем посмотрев на меня, сделала виноватое лицо.

Тина сидела за столиком у окна. В «Пухлом кролике» днем бывало немного меньше народу, поэтому быстро сделав свой заказ, я вернулся к своей девушке, скучающе разглядывающей текст в учебнике по математике.

— Ты просто обязан помочь мне перед контрольной, — Тина свела брови к переносице и досадно вздохнула. Девушка выставила ноги в своей короткой юбке немного в сторону, и качала ими так, чтобы, я мог их видеть. Отвлёкшись буквально на секунду из-за ее случайного флирта, я согласно кивнул.

— Ты же знаешь, что помогу, — я взял ее ладони в свои и немного потянул на себя.

— Ой, ты же тот самый именинник, — послышалось рядом со мной. Я заметил округлившиеся глаза Тины, сидящей напротив меня. Девушка, стоящая рядом, нетактично близко расположилась рядом со мной на диванчике, а затем заметив Тину, улыбнулась моей девушке и продолжила свой разговор.

— Мы с вами знакомы? — непонимающе взглянул я, отодвигаясь от девушки. Тина сразу же выхватила свои ладони из моих рук.

— Мы познакомились в клубе в твой день рождения, — активно жестикулируя, девушка в красках расписывала нашу встречу, хотя я помнил лишь о том, что она была подругой девушки Клейтона, с которыми она пришла на праздник.

Я заметил, что Тине это совсем не понравилось. Ее лицо резко переменилось и незамедлительно представив свою девушку незнакомке, я решил, что конфликт исчерпан. Так и было, пока Тина, дождавшись ее ухода не стала молча пялиться в дисплей телефона, игнорируя мое присутствие.

— Я же тебе все объяснил, — я коснулся ее ладони. — Будешь делать вид, что меня не существует?

— Все в порядке, — безразличным тоном ответила она. — В этом нет ничего плохого.

— Но ты так не думаешь, — я сузил глаза в подозрительном прищуре. Решив сменить тему и перенести ее в более подходящее русло, я добавил: — Так, что там у нас с математикой?

— У меня тренировка через пять минут, — взглянув на телефон, Тина встала из-за стола, делая вид что опаздывает. И она вышла из кафе.

Я был в не лучшем расположении духа, когда ко мне наведался Сэм. Парень предложил поиграть в приставку, чем, собственно, мы и занялись. Проигрывая подряд уже пятый раунд, я швырнул джойстик на пол и рухнул на диван без сил.

— Поругался с Кристиной? — Сэм покосился на меня. Я молча вздохнул.

Тина не отвечала на мои сообщения и звонки, а я от этого начинал злиться. Сумасшедшая девчонка.

— Не совсем, — ответил я другу. Время близилось к восьми часам вечера, мама собиралась на ночную смену в клинику. Я взял в руки смартфон, чтобы попробовать еще раз дозвониться до девушки, но не успел этого сделать, так как в эту же секунду мне позвонила Джудит. Вкратце описав причину звонка, девушка просила немедленно приехать в «Платину».

— Мне нужно в клуб, — обратился я к Сэму, добивающему монстра в многострадальной игре. Друг высунул язык в задумчивой манере, а затем кивнув, указал на ключи на столике у телевизора.

Я прибыл в «Платину» минут через десять: перед выходными в клубе всегда бывало полно народу и сегодняшний вечер не стал исключением. Аккуратно растолкав толпу, я двинулся к барной стойке, где приблизительно и располагались девушки, и сразу же заметил Тину в окружении Джудит и Алишы. Моя девушка была немного, хотя возможно и сильно пьяна, и широко улыбаясь, что-то говорила довольно ухмыляющемуся бармену напротив нее за барной стойкой. Подойдя ближе, я услышал отрывком несколько слов от Джудит.

— О, красавчик, убери это от нее, — говорила девушка, отодвигая бокал. — У нее слишком ревнивый бойфренд, — заявила Джудит, и потянула Тину к себе, забирая у нее из рук харикейн с каким-то зеленым напитком. В разговоре с Джудит по телефону я настоятельно просил проследить за тем, чтобы Тина не злоупотребляла выпивкой. Что, собственно, и делала ее подруга. — Кстати, а вот и он! — добавила она, заметив меня рядом с ними.

— Вот он, — язык Тины слегка заплетался, увидев меня она лучезарно улыбнулась. — Пришел мой именинник, — она специально подчеркнула последнее слово, словно напоминала мне о той девушке из кафе сегодня днем. Я закатил глаза, а затем осторожно сцепив руки вокруг ее талии, потянул на себя, снимая ее с высокого стула.

— Пойдем отсюда, — сказал я твердым тоном, параллельно благодарно кивая Джудит. — Так, милая, осторожнее!

Взяв сопротивляющуюся Тину в охапку, я наконец спустил девушку со стула, а затем повел к выходу. Девушка возмущалась и дергалась, создавая мне дискомфорт при ее транспортировке и не выдержав, я просто поднял ее на руки и направился к выходу. Она была легкой, мне нравилось держать ее вот так на руках, в своих объятиях, но каждый раз это происходило именно тогда, когда она бывала не совсем трезвой.

— Ты пришел наказать меня? — хихикнула она, обдавая кожу на моей шее жаром. Тина сомкнула свои руки вокруг моей шеи и приблизившись уткнулась лицом.

— Позже, я обязательно это сделаю, — отшутился я, подходя к синему внедорожнику. Благо сзади было достаточно места, чтобы можно было удобно разместить девушку.

— Ты ведешь себя так, будто ты мой муж, — она тихо засмеялась, когда я опустил ее на заднее сиденье.

— Считай, что так и есть, — я закатил глаза. Тина посмотрела на меня: улыбка с ее лица не сходила, но она скорее издевалась, нежели мило шутила или же, флиртовала со мной. Я хотел встать, но она слегка потянула меня на себя, не отцепляя своих рук с моей шеи. — Такс, куколка, тебе пора баиньки, — сказал я, убирая ее руки со своего тела.

— Ты такой зануда, — она нахмурила брови и вытянула губы, выдыхая. — Если я когда-нибудь выйду замуж, то выберу кого-нибудь повеселее.

— Надо же, — покачал я головой, заправляя непослушную прядь ей за ухо и вырываясь из ее объятий. — Я думал ты выйдешь за меня.

— Ты никогда не спал со мной, как ты можешь хотеть жениться на мне? — икнув, Тина рассмеялась.

— Уверен, мне понравится, — равнодушно выпалил я, садясь за руль и вставляя в отверстие ключ зажигания.

— А вдруг мне не понравится? — хихикнула она снова.

— Я буду стараться, чтобы понравилось, — шутливо отмахнулся я. Я посмотрел в зеркало заднего вида: Тина схватилась за голову, а затем откинулась на сиденье, прикрывая глаза. По моему телу прошёлся озноб от внезапных мыслей, сказанных в шутливой форме только что. Я сказал не подумав, но эти слова подействовали на меня незамедлительно, сжимая мои внутренности в кулак.

— Сейчас мы уложим тебя спать, — тихо протянул я, укладывая ее в свою постель. Ее родителям нельзя было видеть ее в таком состоянии, поэтому Джудит попросила миссис Кренстон оставить Тину на ночь у нее дома. Такая ложь проходила у нас уже дважды. Тина запротестовала, когда я убрал ее ладони со своих плеч. — Я вернусь, только возьму с комода бутылку воды.

— Лучше возьми меня, — прыснула Тина, заливаясь смехом. В ее состоянии ей было весело, но на меня подобные фразы с ее уст сейчас влияли подобно раскаленному железу по коже. Девушка потянула меня за толстовку и прижала к себе. В нос ударил слабый аромат ее парфюма вперемешку с алкоголем. — Иди ко мне, — прошептала она.

— Тебе противопоказано пить, — я покачал головой, убирая с ее лица ее светлые локоны. Возмущенно вздохнув, Тина привстала на кровати, дергая меня за предплечья.

— Ты такой красивый и ты меня заводишь, — прошептала она, приближаясь ко мне. Тина дернулась, и я успел поймать ее за талию. Чертовка, она несла несвязную чушь в затуманенном состоянии, но мой организм снова и снова отправлял разум в нокаут, напрягая до предела все что ниже живота от ее развратных слов. Хотя сейчас это было совсем не к месту, и хотелось лишь выть от безысходности.

— Тебе и вправду пора баиньки, — я поморщился из-за неудобной позы на кровати, и разместив девушку снова на подушках, отдалился. — Может если ты поспишь немного, то придешь в себя.

— Почему у нас с тобой до сих пор ничего не было? — неожиданно добавила она, а я задержал дыхание. Тихо, выдохнув сквозь зубы, я мягко убрал ее ладони от своих рук, отодвигаясь к краю перины. Я накрыл ее одеялом, и она снова потянула меня на себя, прижимаясь всем телом. — Хотя бы поцелуй меня.

Прикоснувшись к ее губам, я быстро отстранился.

— Я буду спать на полу, — объяснил я, доставая одеяло из шкафа.

— Останься со мной, — возмутилась она, и что-то несвязно пробормотала.

Закатив глаза, я вернулся к девушке и притянув меня к себе, Тина уткнулась мне в грудь. В джинсах и толстовке, я лег рядом, не залезая к ней под одеяло. Спустя минуту Тина уснула, и я уже не смог выбраться из ее объятий. Мне было бы гораздо приятнее, если бы это произошло немного при других обстоятельствах, но не суть: Тина была рядом и закрыв глаза, я сам провалился в сон.

Я проснулся весь в поту: несмотря на глубокую осень, в комнате было не холодно, а я был слишком тепло одет для дома. Осторожно выбравшись из постели, я направился в душ. Когда я вернулся в свою комнату, Тина уже проснулась и начала громко вопить. Привстав на кровати, она схватилась за рот, морщась.

Ее рвало около получаса в ванной комнате. В какой-то момент мне уже хотелось вызвать скорую помощь, но благо все обошлось. Тина все же вытолкнула меня из ванной только в тот момент, когда, обмочив водой насквозь свое платье, она решила встать под прохладный душ.

— Там в полке два больших полотенца, — громко сказал я, стоя у двери. Напор воды затих и через несколько минут девушка вышла из ванной.

— Я хочу стереть этот эпизод из своей жизни, — она прикрыла ладонями лицо, а затем опустила голову.

— Угу, — пробормотал я, стоя у дверного косяка. — Ты мне несколько месяцев назад говорила, что никогда себя так не вела. Но снова это сделала.

— Теперь ты будешь смеяться надо мной, — она покачала головой, но на меня так и не посмотрела. Лицо девушки залилось румянцем.

— Не буду, — твердо ответил я. — Просто больше одного бокала советую тебе не пить.

Я скользнул взглядом по ней, рассматривая ее с ног до головы, сидящую на краю моей постели. Тина обернулась в огромное белоснежное полотенце, мокрые волосы спадали с ее плеч, и я сразу же отвернулся, посылая непрошенное возбуждение куда подальше. Открыв шкаф с одеждой, я достал несколько безразмерных футболок и рубашек и передал их Тине. Она посмотрела на меня своими огромными глазами, в которых читалось отчаяние, когда я передал ей одежду.

— У моей мамы должно быть что-то, что может подойти тебе, — я почесал затылок и двинулся к выходу.

— Постой, — остановила меня Тина. — Я надену твою одежду, — тихо добавила она.

Тина молчала, глядя на стакан свежевыжатого апельсинового сока. Она не поднимала головы, пока я делал нам тосты.

— Скажи мне честно, — выдохнула она. — Я сильно опозорилась ночью?

— Ты ничего не помнишь? — изумился я, кладя тарелку перед ней и размещаясь за столом напротив нее. Тина отрицательно покачала головой.

— Ну ничего необычного не было, — признался я, поливая тосты кленовым сиропом. Я не стал поливать ее тосты чем-то сладким, заметив, как морщится девушка. — Кроме того, что ты флиртовала с барменом и лезла целоваться ко мне.

— Я все это могла сделать и в трезвом виде, — ухмыльнулась она, делая глоток кофе. Нахалка. Я грозно посмотрел на нее и ее лицо стало серьезным. — Ничего больше?

Я покачал головой. Послышались шаги и дернув за ручку, в дом вошла моя мама, вернувшаяся со своей смены на час раньше обычного. Увидев Тину, сидящую за столом в моей футболке, мама изменилась в лице. Она изучающе взглянула на мою девушку и от ее глаз не скрылось положение вещей: раннее утро субботы, девушка в одежде ее сына в ее доме, да еще и с мокрыми волосами. На ее лице читался немой упрек и незамедлительно бросив взгляд в мою сторону, мама слабо кивнула на приветствие Тины. Вот черт.

— Тетя Нэнси, — неформально обратившись к моей маме, Тина вышла вперед. На удивление, мама улыбнулась и слегка приобняла девушку. — Я с самого утра забежала к Брэндону, у меня важная контрольная, а я ничего не понимаю, — пробормотала девушка. Правда она лгала так же плохо, как и пила коктейли прошлый вечером.

— Понятно, тогда я не буду вам мешать, — сказала мама, прожигая меня взглядом насквозь. Тина скрыла руками лицо, словно от стыда, после того как мамы вышла из гостиной и мы остались наедине.

*

— Смотри, куда идешь, — Мэтт Дженсен задел меня плечом, когда закончилась игра. Он был озлоблен на протяжении всей нашей игры и подобным образом выплескивал эмоции. Я тихо выдохнул, сжимая ладонь в кулак. — У тебя какие-то проблемы?

— Нет, по похоже проблемы есть у тебя, — процедил я, направляясь к нему. Неожиданно между нами оказался Джейк, расставляющий руки по обе стороны, предотвращая внезапную ссору.

Эм-джей сразу же стих, продолжая глазами сверлить во мне дыру. Я тоже не спускал с него глаз, уничтожая его взглядом. Я терпеть не мог подобные драмы, но сидя в столовой не мог думать ни о чем другом, кроме нахального поведения Мэтта.

Ближе к вечеру ко мне домой пришла Тина. Мы не виделись нормально несколько дней, лишь обменивались взглядами в школе и круглосуточно переписывались в глоббере. Это стало нашей традицией: программа стала нам настолько родной, что ее присутствие в качестве проводника для новостей в школе казалось каким-то ненормальным. Мы внедрили несколько новых функций, допуск к размещению новостей был еще и у директора, а пароль для расширенных операций был пока только у меня, Тины и Сэма.

В глазах Тины горел игривый огонек, когда она переступила порог моей комнаты. Девушка сразу же поцеловала меня, как только я закрыл дверь.

— Как же классно ты меня целуешь, — прошептала она близко к моему лицу. Я не мог не согласиться с ней и ближе притянул к себе девушку. — Что у вас произошло с Мэттом сегодня?

Я немного ослабил кольцо рук вокруг ее талии и вздохнул.

— Не хочу, чтобы ты злился из-за него, — заметив замешательство на моем лице, Тина продолжила за меня. Мне не понравилось, что она старалась защитить его, но я не подал виду. Все-таки они были друзьями, а она сдержала слово передо мной и не позволяла ему больше никаких вольностей. — Не обращай на него внимания.

— Я так и делаю, — ответил я как ни в чем ни бывало, приближаясь к Тине. Поймав ладонями ее лицо, я нежно поцеловал девушку в щеку.

— Знаешь, что я хотела у тебя спросить уже давно? — немного отпрянув, неожиданно пробормотала она, подводя меня к креслу у компьютера, а затем перекинула свои стройные ноги в обтягивающих джинсах через мои бедра и разместилась на мне. Я напрягся моментально, но лишь незаметно прочистив горло, вытянулся как струна, не выдавая своего состояния. Тина немного выгнулась, размещая свои ладони на моих плечах.

— Что же?

— Кто делал тебе макияж Ворона на Хэллоуин? — сузив глаза в прищуре, неожиданно выдала она, улыбаясь лишь уголком губ. — Это было очень сексуально.

— Лиза, — равнодушным тоном признался я. Вопрос немного застал меня врасплох, поэтому ответ последовал незамедлительно честный и быстрый. — Это был сценический грим.

Ее ресницы дрогнули: глаза Тины были сфокусированы на мне, она обводила взглядом мое лицо.

— Она сможет… повторить? — прошептала она, наклоняясь к моему уху. Это звучало слишком откровенно: стоило лишь представить, для чего ей нужен был этот образ, как внизу начинало болезненно покалывать. Я вырядился ради нее в тот день, но мы были в ссоре. Я сомкнул руки на ее талии, слегка задевая кожу под ее толстым шерстяным свитером. Кажется, я еще ни разу не видел ее в подобной закрытой одежде. — Мне очень понравились черные губы и стрелки… на тебе… — она демонстративно закусила свою нижнюю губу, глядя на мои губы.

Стоило мне подумать об ее одежде, как Тина одним движением стянула свитер через голову и бросила его на кровать.

— Ты тоже была хороша, — мой голос был негромким. Мне не стоило говорить о том, насколько красивой была она, чтобы не ворошить не самые приличные мысли в своей голове после того праздника. Тем более, когда совсем рядом в соседней комнате находилась моя мама.

Я притянул Тину к себе и наконец-то прижался губами к ее губам.

— Ну… так сможет? — пробубнила она, но я заглушил ее внезапный порыв новым поцелуем, и на этот раз углубил его, не позволив оторваться от меня. Тина что-то неразборчиво пробубнила и вытянула руки вперед, но схватив ее за тонкие запястья, я лишь сильнее прижал девушку к себе. И в этот момент, как предсказуемо, но я услышал скрип двери. Почувствовав, как Тина резко отпрянула, я еле перевел дыхание, и лишь тогда наконец заметил у входа в комнату свою маму, сжимающую ручку двери.

— Сынок, я уже ухожу — я лишь отдаленно услышал где-то в глубине своего сознания. — О, дорогая, ты тоже здесь, — вежливо кивнула она моей девушке.

— Она ничего не видела, — громко выдохнула Тина, складывая губы буквой «о». — Жаль, что твоя мама не постучала, прежде чем войти.

— Она не может привыкнуть к тому, что я вырос, — ответил я, хотя я сам был недоволен этим фактом уже длительное время.

— Вдруг она зайдет, когда ты, — резко замолчав, Тина придвинулась к столу и слегка облокотилась. — Когда ты будешь…

— Что я буду? — я подошел к ней, бросая на нее недоумевающий взгляд.

Тина переминалась с ноги на ногу, а затем пристально посмотрела мне в глаза. Я поставил руки по обе стороны от нее, упираясь ладонями в столешницу. Сузив глаза, я слегка наклонил голову вбок, ожидая ее ответа. На самом деле я давно понял, что она имела в виду, но хотелось, чтобы слова исходили от нее.

— Ну… — она стала водить своим пальцем по моей груди через футболку. По моему телу пробежало полчище мурашек, я слегка ослабил свой напор, немного отпрянув от бесстыдной девчонки. — Неужели ты не делаешь этого? — заметив замешательство на моем лице, она закатила глаза: — Не смотришь порно?

Я отрицательно покачал головой, старясь усмирить нахлынувшие чувства. Я понял, что она имеет в виду помимо порно, но промолчал. Тихо выдохнув сквозь сомкнутые зубы, я прикусил губу, чувствуя прилив нарастающего возбуждения в брюках.

— Я не смотрю порно, — честно признался я.

— Ты врешь, — усмехнулась она. — Все ребята смотрят порно, — и вывернувшись, освободилась от моих оков, хватая мой ноутбук, лежащий рядом.

Я отцепил свои руки, позволив девушке со счастливым видом детектива разгадавшего преступление броситься на мою кровать. Тина стала искать в истории пикантные запросы, и закатив глаза, через пару минут убрала ноутбук с колен.

— Зануда, — прошипела она.

— Я же говорил, — улыбнулся я, размещаясь на кровати рядом с ней. Привстав, я вынудил Тину попятиться назад, к изголовью и навис над ней всем телом.

— А как ты выпускаешь пар? — Тина округлила глаза, вытягивая ладони перед собой и не позволяя мне слишком близко приблизиться к ней.

— У меня есть ты, — мягко улыбнувшись, я бегло поцеловал ее.

«Даже несмотря на то, что между нами ничего не было», — подумал я.

— И я занимаюсь спортом, если ты помнишь.

— Поэтому у тебя такие мускулы, — тихо засмеялась она, сжимая своими пальцами кожу на моих предплечьях. Я автоматически исказил лицо, когда острые ногти впились в кожу. Заметив это, Тина убрала свои руки.

— У тебя действительно ни с кем этого не было? — подозрительно спросила она, и внезапно ее лицо залилось краской.

— Ну… — лукаво подмигнув ей, я потянулся к ее губам, но Тина приложила ладонь к моему рту.

— Надеюсь, что нет, — внезапно сказала она, а я потрясенно округлил глаза, не ожидая такой реакции. — Не хочу тебя ни с кем делить.

— Вот и хорошо, — наконец поймав ее руки, я завел их над ее головой, и жадно впился в ее губы. Внезапно Тина прикусила меня за нижнюю губу, вынуждая отстраниться.

— Странно, но меня это заводит, — хрипло прошептала она. — Твоя правильность. Хотя я знаю, что ты не такой уж и правильный.

Ее глаза потемнели, а дыхание участилось. Я потянулся к ней, но Тина меня снова остановила, будто ей в голову пришла какая-то безумная идея. Я цокнул, выжидающе глядя на нее сверху вниз. — А, тогда как ты так круто целуешься?

— Замолчи уже, — процедил я сквозь зубы, и сразу же набросился на ее не замолкающий рот. Она хихикнула, но больше отстраняться не стала, и обняв меня за шею, притянула к себе еще сильнее.

Я проснулся раньше обычного, и спустившись на первый этаж обнаружил, что мама уже была дома и готовила завтрак. Обычно в такое время на кухне приятно пахло травами из-за чая, который она заваривала всегда, когда бывала дома в такое время. Мы позавтракали в нашем привычном ритме, обмолвившись всего лишь парочкой обыденных фраз.

— У вас все серьезно с Кристиной? — неожиданно тихо спросила она, когда я схватился за рюкзак. Во время завтрака в воздухе витала толика таинственности, но я списал все на загруженность мамы в клинике и подумать не мог, что она думала о моих отношениях с Тиной.

— Мы встречаемся, ты знаешь, — я покосился на нее, недоумевая.

— Насколько все серьезно? — не унималась она, а я честно не понимал ее намерений.

— Смотря что ты имеешь в виду под этим, — вопросительным тоном добавил я.

— Не подумай, я совсем не против Тины, — запротестовала она, заметив немой вопрос на моем лице. — Мне нравится она, я думаю, она хорошая девушка.

— Да, она действительно хорошая девушка, — согласился я.

— Ты уже взрослый парень, — наконец добавила мама, словно терялась от предстоящей фразы. — Надеюсь, ты осторожен и понимаешь, о чем я.

— Конечно, у нас все в порядке, мам, — ответил я.

«Если бы мама понимала, насколько все по-другому», — подумал я, а уже выйдя из дома закатил глаза.

Кристина

Постепенно приближалось окончание семестра, времени было катастрофически мало, да еще и неделя контрольных работ окончательно разрушала мою нервную систему. Это была действительно сложная неделя и я была бесконечно благодарна Брэндону: мой парень уделял мне слишком много внимания, занимаясь со мной почти по всем предметам из моего выпускного списка. Он был загружен сильнее меня, несмотря на мою дополнительную активность в группе поддержки. Мы проводили каждый вечер либо у него дома, либо у меня и иногда в студии. Мы занимались математикой, литературой и физикой, а в перерывах очень много целовались. Иногда вечерами я лежала в постели и думала о том, что никогда не была так счастлива тому, что в моей жизни такое количество нагрузки, из-за которой теперь Брэндон постоянно бывал рядом со мной.

Глоббер набирал популярность: теперь туда дублировались все новости с сайта школы, а из-за доступности на многих устройствах, учениками он был принят благосклоннее нежели радио и местная газета. Брэндон добавил туда возможность создавать группы и чаты с различной анонимностью, благодаря чему многие стали использовать приложение по частоте наравне с фейсбуком. И даже сейчас, результаты контрольных работ были размещены в глоббер раньше школьного сайта.

— Просто вау, — вздыхала Джудит, листая ленту глоббера в телефоне. — Ты на одном уровне с Джессикой, — изумленно тараторила она, совсем забыв про свой капучино. Я нервно тянула напиток из соломинки, ощущая сумасшедшую усталость. — Брэндон хорошо постарался.

Я медленно кивнула, чувствуя, как пылают щеки от такого простого, ненавязчивого замечания подруги. Круги под глазами Брэндона сегодня мне хотелось замазать тональным кремом, пока он не завопил как сумасшедший. Вчера они допоздна записывали очередной трек в альбоме и Тео попросил кузена помочь с текстом.

Еще я все же сильно скучала по нему. Мы виделись каждый день, и я могла с уверенностью сказать, что он стал моим лучшим другом. Мы были парой, но помимо этого в нас так же зарождалась какая-то особая связь. Сейчас же мне не хватало его как своего парня, не хватало времени, проведенного рядом с ним без учебников и допив свой напиток, я кивнула подруге, решив направиться в студию.

Увидев меня у входа студии, Клейтон сообщил Брэндону о моем приходе и жестом позвал меня внутрь помещения. Ребята выглядели уставшими, и на удивление в студии сегодня не было Тео. Брэндон лучезарно улыбнулся, как только я приблизилась к дивану, на котором он сидел. В студии был хаос, повсюду ноутбуки с программами для музыкальной обработки, где-то валялись листы с текстом и нотами и много чашек с кофе.

— Видел уже рейтинг? — сузив глаза в прищуре, я посмотрела на Брэндона. Парень кивнул, а затем уголок губ его приподнялся. Он не смотрел на меня, записывая слова в блокнот и держа в руках гитару. — Не хочешь ничего сказать?

— Что ты — умница? — он поднял голову и утвердительно кивнул еще раз. Я села рядом, приобняв его и размещая голову на его плече.

— Если бы не ты, я бы не справилась с этим, — пробубнила я.

— Если бы ты этого не захотела, то да, не справилась бы, — закрыв блокнот, ответил он. — Ты сделала все сама.

Ребята отвлекли парня от разговора со мной, сообщив о своем уходе. Мы задержались еще ненадолго. Я вытащила из сумки любимые имбирные печенья Брэндона из «Пухлого кролика», в котором заранее представили рождественское меню, а сама приготовила нам латте из кофемашины.

— Моя мама приглашает нас завтра на ужин, — я сделала глоток горячего напитка. Брэндон играл с перебором, но меня внимательно слушал, изредка кивая. — Ты же придешь?

— Конечно, — ровным тоном ответил он.

— Но сначала тебе нужно выспаться, — предупредительно сказала я тоном, не терпящим возражений, — Ужасно выглядишь.

Брэндон поднял на меня уставшие глаза, и непонимающе покачал головой. Его глаза были покрасневшими, круги под ними стали немного бледнее, а на лбу залегла складка. Я подошла к нему и не дожидаясь его ответа, нагло прижалась к его груди, размещаясь рядом.

— Я не хочу тебя отвлекать от важных дел, — я бросила взгляд на гитару, которая оказалась перемещённой на стол. — Но я ужасно соскучилась по своему парню.

Брэндон наконец сцепил руки вокруг моей талии, и приблизившись к губам, нежно поцеловал.

— С завтрашнего дня мы все время будем вместе, — ответил он, улыбаясь и прижимая к себе. — Я тоже ужасно скучаю, — он глубоко вдохнул, обнимая меня, а я зарылась головой в его грудь.

Кристина

За столом было тихо. Тереза приготовила огромное количество различных блюд, хотя мы ужинали только втроем. Папа не присоединился к нам, так как у него в последние дни было много работы. Брэндон в самом начале вечера вежливо и тактично поблагодарил мою маму за приглашение на ужин, она же, в свою очередь, была чрезмерно любезной, что было довольно-таки, странно. Строгая маска, которую она обычно надевала при незнакомых, или же, неприятных ей людях, спала, и я окончательно убедилась в том, что ей нравится Брэндон. Даже слишком.

— Так значит, вы с моей дочерью теперь пара? — неожиданно спросила она, хотя ей итак был известен ответ заранее. Парень слабо кивнул, мама же, широко улыбнулась. — Брэндон, что ты будешь делать после окончания школы?

— Он будет учиться в Беркли, — ответила я за него. Парень засмущался, и на мое вмешательство улыбнулся уголком губ.

— Это очень достойно, — мама кивнула, заинтересованно рассматривая моего парня, из-за чего тот сразу же покраснел, опустив голову. — Будешь изучать архитектуру так же, как и родители? — Брэндон недоумевая посмотрел на мою маму. — Кристина рассказывала о тебе…

— Я все понял, — мягко кивнул он, поставив вилку на стол. — Нет, я конечно выбирал между инженерией, которой как раз занимался отец в университете и информационными технологиями, и все же остановился на последнем, — он приложил салфетку к уголку губ, а затем убрал ее в сторону.

— Брэндон у нас учится лучше всех, — добавила я, лучезарно улыбаясь и прикасаясь к его ладони под столом. Парень был явно сильно сконфужен и растерян, на лице была замечена неловкость, будто ему были не по душе слова похвалы.

— Она преувеличивает, — протянул он, а затем улыбнулся моей маме.

— Не скромничай, я ведь наслышана о твоих успехах, — моя мама хихикнула, заметив нескрываемое стеснение парня. На самом деле, я не так много рассказывала о Брэндоне своей маме до этого ужина, и поэтому меня до сих пор не отпускало странное чувство настороженности. — И я так же очень благодарна тебе за то, как ты помог Тине с учебой, — добавила она, напомнив о нашем рейтинге успеваемости за семестр.

— А как поживает твоя мама? — ее лицо резко переменилось, будто она сама поняла, что взболтнула лишнее, и суетливо начав размахивать руками, подозвала к нам Терезу. Я недоумевая взглянула на родительницу.

— Большое спасибо, она в порядке, — широко улыбнувшись, ответил парень. Я тихо вздохнула.

Остаток ужина проходил в спокойствии и тишине. Меня не покидало ощущение дежавю на протяжение всего вечера, в грудине покалывало, и я понятия не имела, что меня заставляло волноваться. Когда мы возвратились ко мне в комнату, под предлогом дополнительных занятий, было уже почти десять вечера.

— Твои родители нормально отнесутся к тому, что я в твоей спальне в такое позднее время? — Брэндон приподнял бровь, увидев, как я заперла комнату на ключ. Мне не раз хотелось сделать то же самое и в его комнате, где у нас было больше возможностей побыть наедине, но парадоксально, в моей спальне, было сейчас спокойнее.

— Я сказала, что мы будем заниматься, — хихикнула я, чуть толкнув его в грудь, вынуждая присесть на кровати.

— Но…

— Но я же не сказала, чем мы будем заниматься, — подмигнув, солгала я, кладя свои ладони ему на плечи и размещаясь у него на коленях. Брэндон смотрел на меня своими сияющими золотистыми, от яркой лампы, глазами снизу-вверх, а его рот был немного приоткрыт. Начав расстегивать его наглухо застёгнутую полосатую рубашку, я приблизилась к его губам, и едва осязаемо поцеловала.

— Не думаю, что это хорошая идея, — затараторил он, опуская свои ладони на мои пальцы, расстегивающие пуговицы на его рубашке. В этот момент я почти достигла середины, и заметив, что впервые в жизни под его рубашкой ничего нет, я мысленно завопила от радости. — Твои родители в соседней комнате.

— Я знаю, — ответила я слегка осипшим голосом и снова коснулась губами его губ. — Я поэтому закрыла дверь на ключ, — и я снова потянулась к нему.

— Не нужно, — покачав головой, Брэндон схватил своей рукой мои ладони и аккуратно убрал их с его груди. Затем приподняв, он усадил меня на кровати рядом, а сам встал и направился к окну. Рассерженная, я выдохнула, а затем последовала за Брэндоном, задумчиво глядящим вдаль из окна, откуда открывался прекрасный вид на озеро.

Я обняла Брэндона со спины и положила голову ему на плечо. Парень сразу же опустил свои ладони на мои, ютившиеся на его груди.

— Мне очень нравится вид из твоего окна, — прошептал он. — Такое умиротворенное состояние, когда смотришь на озеро отсюда.

— О, я тоже очень люблю это место, — добавила я, размещаясь, с другой стороны. Брэндон взял меня за руку и приблизил к себе. — Когда-то мы устраивали пикники в этом месте, давным-давно.

— Мы тоже делали подобное когда-то, — отозвался Брэндон.

Парень о чем-то задумался, а затем развернувшись, притянул меня к себе, и посмотрел в глаза. В его взгляде заблестели хитрые искорки, и он долго и пристально рассматривая меня, поступенно перемещая свой взгляд с глаз на губы.

— Твоя мама была так любезна сегодня со мной, — наконец заговорил он. — Уверен, она возненавидит меня, если узнает, что я собираюсь сделать с ее дочерью…

Его слова подобно сигналу подействовали на меня изнутри, из-за чего я едва удержалась на руках, чтобы не потерять сознание от трепета, который начала испытывать. Неужели мой скромный парень наконец сказал это? Глаза Брэндона потемнели, а взгляд из невинного превратился в хищный, и оскалившись, он прижал меня к себе и наклонился для поцелуя.

— Мы это переживем, — неузнаваемым голосом произнесла я, и мое сердце забилось.

Брэндон обрушился на мои губы, и резким движением вторгся языком в мой рот, не давая мне опомниться. Он никогда прежде так вольно себя не вел и подобные раскованные действия лишали меня опоры, напрягая до предела каждый кусочек моего раскаленного от жара, тела. Приблизив его к кровати, я толкнула парня в грудь, не разрывая нашего поцелуя, и когда Брэндон оказался на постели, расположилась сверху, снова примыкая к его губам. Я не уставала ликовать от понимания того, как невероятно целовал меня Брэндон. Мне казалось, что никто не смог бы сделать такого с моими губами, и вздохнув в его рот, я снова начала расстегивать пуговицы на его многострадальной рубашке, но парень, резким движением перевернул меня на спину, хватая за запястья. Черт возьми, снова.

— Тина, мы не будем заниматься этим сейчас, — осипшим голосом, строго предупредил он, отвлекаясь от моих распухших губ. Я недовольно всхлипнула, пытаясь оторвать своего руки из его хватки. Его глаза были черными, а взгляд безумным.

— Ты же сам говорил, — недовольно буркнула я.

— Только не тогда, когда твои родители дома, за стеной, — объяснил он. Лукаво улыбнувшись, Брэндон подмигнул мне, и снова настойчиво впился в мои губы. В этот момент в комнату действительно постучали, и мы отпрянули друг от друга как ошпаренные.

Отворив дверь, я бросила украдкой едва уловимый взгляд на своего парня, еле сдерживающего смех, с выражением: «я же говорил».

О да, ты как всегда был прав, паршивец.

*

— Ты сильно увлеклась этим парнем, дочка, — как ни в чем ни бывало произнесла моя мама.

Я поперхнулась водой от неожиданного тона матери, спокойно читающей журнал за столиком в гостиной.

— Почему ты это сказала? — пробубнила я, поставив стакан на столешницу и приближаясь к маме. Утро субботы, но откуда-то взятая привычка вставать рано постепенно начинала мне нравиться. Я немного смутилась от прямолинейности родительницы, но сказать мне было больше нечего.

— Это видно по тебе, — продолжила она так же ровно, медленно оторвав свой взгляд от разглядывания модной статьи и переключив его на меня. — Прежде я никогда не замечала за тобой подобного поведения, — завершила она предложение и снова уткнулась в журнал.

— Это… плохо? — рваным тоном протянула я, чувствуя себя растерянной идиоткой.

— Нет, это вовсе не плохо, — мама сняла очки, и широко улыбнулась. — Мне очень нравится этот мальчик, и он положительно на тебя влияет.

Улыбнувшись маме, я собиралась пойти к себе в комнату. Девчонки собирались сегодня в «Сантане-роу» ради обычного шоппинга и подарков к Рождеству.

— Только прошу тебя, не натвори глупостей, — остановила меня мама, когда я была на средней ступеньке лестницы.

— Я не собиралась, — развернувшись, я недоумевающе посмотрела на нее.

— Я просто тебя предупреждаю, Тина, — мягко отозвалась она. — Ты влюблена в него, — удивленно покосившись на нее, я открыла рот в изумлении. — А влюбленные девочки обычно теряют голову.

— Я не влюблена, мам… — запротестовала я, но мама ничего не ответила, продолжив свое чтение.

Захлопнув дверь своей комнаты, я почувствовала, как неумолимо и продолжительно бьется мое сердце, а в голове прокручивается одна и та же мысль, которую я не могла себе позволить. Вот так, просто? Разве так бывает? Я быстро оглядела комнату, посмотрела по сторонам и сейчас все казалось таким другим. Покачав головой и улыбнувшись внезапно пришедшему осознанию, я подошла к шкафу с одеждой.

Торговые центры, все близлежащие магазины, кофейни и рестораны были подготовлены к рождеству. Мы сбились с ног после большого шоппинга, и не придумав ничего лучшего, решили наведаться к «Платину», хотя самой разумного мыслью было вернуться домой и отдохнуть. Оставив свои пакеты в машине Джудит, я взяла с собой лишь мобильный телефон и двинулась к клубу. Признаться, поход в ночной клуб был исключительно моей внезапной идеей, от которой мы не смогли отказаться в процессе, узнав, что сегодня там выступает группа «Damaged».

Я проснулась от бесконечной трели своего телефона, который бы ночью брошен на комод. Голова раскалывалась и стало еще хуже, когда я обнаружила на дисплее время, которое близилось к полудню. Мне звонил Брэндон: вчера мы не смогли встретиться, поэтому сегодня он должен был зайти за мной.

Мы некоторое время сидели в студии, пока ребята писали тексты и настраивали инструменты, я же просто украдкой наблюдала за ними. Глядя на Брэндона, я думала о вчерашних словах своей мамы. Разве можно было так просто влюбиться? Мое сердце билось по-другому, когда он бывал рядом и в этом не было ни капли сомнения. Он был таким особенным, и я стала чувствовать себя особенной. Улыбнувшись, я отвернула голову и посмотрела прямо перед собой.

— Ты хочешь что-то мне сказать, — Брэндон отвлекся от своих записей в блокноте, и отодвинув гитару, приподнял голову.

Растерявшись, я почувствовала, как запылали мои щеки, когда его взор обратился на мое лицо. Глаза Брэндона всегда горели, когда он смотрел на меня.

— Я думаю, что мне нужно научиться играть, — призналась я. На самом деле я уже какое-то время раздумывала над этим, но никак не решалась сказать об этом Брэндону.

— Вообще-то я давно собирался научить тебя, — он улыбнулся, придвигаясь ко мне. В этот момент Ти-дог уронил что-то себе на ногу и послышался громкий ряд из нецензурной брани. Ребята засмеялись, а затем заметив меня, замолчали.

— Мы уходим, — произнес Брэндон, слегка изменившись в лице. Я думала, мы останемся с ним в студии, и он покажет мне несколько аккордов, из-за чего отчаянно вздохнув, последовала за ним.

— Пойдем ко мне, — будто прочитав мои мысли, добавил он. — Я здесь уже все сделал, а дома мне будет комфортнее показать тебе игру и перебор.

*

— Это сложнее, чем я думала, — стараясь наиграть один известный мотив, я уже час пыталась попасть в нужный ритм.

Брэндон еще в начале передал мне медиатор — вытянутый треугольник для игры, объясняя это тем, что у меня неподходящий маникюр для новичка. Сам же он ничем таким не пользовался, но на удивление, последние два часа моих попыток сделать что-нибудь стоящее, он лишь мягко улыбался, и не показывал своего раздражения.

— Вот так, посмотри, — он выхватил у меня гитару, и показал еще пару приемов. — Сразу конечно не получится, но ничего страшного.

Брэндон идеально наигрывал мелодию Sting — Shape of my heart, а я следила за его игрой, в особенности за длинными пальцами и рельефными мышцами рук, которые он обнажил, закатывая свою рубашку по локоть. Подняв голову, он посмотрел на меня и кивнул, а затем стал подпевать. Сердце затрепетало, ведь его бархатный, ласкающих слух голос давно стал моей слабостью, тем более в песне.

— Прекрати, — я слегка толкнула его в плечо, а затем поцеловала в щеку. — Ты слишком хорош, чтобы я оставила тебя после этого в покое.

— Ладно, иди ко мне, — убрав гитару на стул, и лучезарно улыбнувшись своей очаровательной улыбкой, от которой я таяла, он притянул меня к себе и поцеловал.

Переместившись к нему на колени, я вытянулась и сразу же почувствовала, как его теплые ладони скользнули мне под топ, обжигая кожу под тканью. Брэндон задел пальцами застежку бюстгальтера и переместился выше, лаская пальцами спину, не отрываясь от моих губ. Внезапно парень глухо застонал в мой рот, прижимаясь ближе ко мне и углубляя поцелуй. Мои руки были в его волосах, я заерзала у него на коленях, из-за чего Брэндон издал какой-то вопль, сжимая пальцами кожу на моей пояснице. С этим нужно было что-то делать, катастрофически не хватало воздуха, а в голове путались мысли. Мой парень оттянул край моего короткого топа и на секунду отвлекшись от моих губ потянул одежду вверх. Инстинктивно подняв руки, я помогла ему избавить себя от кофты, но что-то щелкнуло в мозгу, когда Брэндон принялся покрывать поцелуями кожу. Парень провел губами дорожку горячих поцелуев от шеи до груди, а затем снова приблизился к губам.

— Брэндон, мне нужно тебе кое-что сказать, — слегка оттолкнув его ладонями, я прервала поцелуй. Парень недоумевающе взглянул на меня, а я почувствовала, как к лицу мгновенно прилила краска. — Я… девственница.

— Я знаю, — заявил он мягко, наклонившись к моему уху, а затем нежно прикоснулся губами к щеке. — Я не трону тебя сейчас, — округлив глаза от шока, я не переставая смотрела на него.

— Откуда ты знаешь? — я произнесла тихо. Мне было слишком тяжело сдержаться, чтобы не начать внезапно реветь от горькой обиды, граничащей с унижением. Брэндон вытянулся, а затем сцепил кольцо рук на моей талии, так, чтобы я никуда не смогла уйти.

— Сначала я сомневался, — ответил он, глядя мне в глаза. Брэндон улыбнулся уголком губ, и поправив ладонью мои волосы, заправил прядь волос за ухо. — А потом, в тот день, когда мы только начали встречаться, — напомнил он, а я, почувствовав глубокий стыд, опустила голову. — В этой комнате, я почувствовал, как ты задрожала, когда я стал раздевать тебя и прикоснулся к твоей груди, — нежно произнес он, притягивая меня к себе. Мои щеки не переставая горели. — В твоих глазах был ужас, и я понял, что ты боишься. Ты испугалась, потому что поняла, что я хочу сделать это с тобой. Если бы у тебя был кто-то до меня, тебе не было бы так страшно, — и замешкавшись, он добавил: — И да, я действительно переспал бы с тобой в тот день, если бы ты меня не оттолкнула.

— И ты ни разу не сказал мне этого, — пораженная его словами, пробормотала я. В легких было так мало воздуха, и сделав глубокий вдох, я продолжила: — Ты знал, что я девственница, но ни разу не отреагировал на мои пошлые шутки.

— Вообще-то это окончательно меня подвело к тому выводу, что ты невинна, — широко улыбнувшись, завершил он за меня предложение. — Скоро я это изменю, — подмигнул он, и легко прикоснулся к моим губам, не дав опомниться от шока после сказанных им слов. — Если ты захочешь, конечно…

Он серьезно спрашивал меня об этом? Кивнув, я снова поцеловала своего парня, чувствуя облегчение и неподдельную радость. Внутри меня разгоралось пламя.

— Но не сейчас, — ухмыльнулся он, отстраняясь от моих губ. Какой же он все-таки извращенный в глубине души!

Спустившись вниз, я последовала за Брэндоном в подвал, где он искал коробку с гирляндами и игрушками для украшения дома и елки, а я заинтересованно глядела по сторонам. Подойдя к одному из стеллажей, я увидела несколько семейных альбомов Хартеров. Заметив заинтересованность в моих глазах, парень тотчас же подошел ко мне, и потянувшись, достал с полки коробку.

— Твоя мама не будет против? — спросила я, доставая из коробки самый большой альбом. Брэндон отрицательно покачал головой, и жестом попросил последовать за ним в гостиную.

Миссис Хартер поставила пирог в духовку, пока мы помогали раскладывать коробки. Приготовления к Рождеству сейчас проходили в каждом доме, а в моем был еще и ремонт. Сев на пол, я аккуратно подобрала ноги и позвав Брэндона к себе, открыла альбом.

— Там, наверное, есть твои детские фотки, — хихикнув, я задела плечом своего ухмыляющегося парня.

Брэндон

— Это я у фейерверка на день независимости в 2003-ем году, — показал я на фотографию, которую с улыбкой до ушей рассматривала Тина.

— В 2003-ем в этот день мне исполнилось девять лет, — добавила она, а я вспомнил, что у нее день рождения как раз в этот самый день четвертого июля.

— Да, ты же родилась четвертого, — подметил я. Тина широко улыбнулась, обнажая свои белоснежные зубы.

— Все ты обо мне знаешь, — ударив меня по руке, заявила она. — Почему ни разу в школе не подошел ко мне?

— Ты меня не замечала, — честно ответил я. Тина будто помрачнела, но затем отвела голову в сторону и снова уткнулась в альбом.

— Ой, — ее голос прервался, и она посерьёзнела. Замолчав на секунду, Тина переменилась в лице, а затем привстав на коленях, показала мне на фотографию. — У нас дома есть точно такая же фотография…

— Наверное, с младших классов, — отмахнулся я, а затем увидев на какое фото показывает девушка, тоже сделал серьезное лицо. — Эм, у тебя есть такое фото?!

— Да, — произнесла она. — Это я, в розовом платье, — замешкавшись, она вытащила фотографию из альбома и улыбнувшись, недоумевая посмотрела на меня. — Рядом со мной стоишь ты?

Прочистив горло, я взял из рук фото и посмотрел на него еще раз, будто не видел его до этого. Я видел эту фотографию много раз, а сейчас просто не мог поверить в происходящее.

«Июнь 1996-года, фестиваль национальной кухни в парке у озера», — надпись с задней стороны фотокарточки.

— Да, это я стою рядом, — ответил я севшим голосом, не понимая до конца происходящей ситуации. Тина практически вскрикнула, а затем приобняла меня за плечи.

— Тетя Нэнси, — позвала она мою маму, вставая и направляясь к кухонному островку. Я последовал ее примеру, выжидающе наблюдая за родительницей. — Брэндон показывал мне фотографии, — и она повернула фотографию лицевой стороне к маме.

Лицо мамы моментально исказилось гримасой потрясения, но она лишь покачала головой, будто посылала прочь непрошенные мысли.

— Помню ее, — мягко ответила она, касаясь края фотографии. Я прислонился к стене. — Тут Брэндон еще совсем маленький.

— А рядом с ним стою я, — хихикнула моя подруга, а затем снова улыбнулась. — Невероятно, что Брэндон — это мальчик с моей детской фотографии.

— Говоришь, у тебя тоже есть такое фото? — спросила мама. Я покосился на нее, задающую странные вопросы Тине. Девушка кивнула.

— Вы не были знакомы с моей семьей? — не унималась Тина.

Моя девушка будто и вовсе не замечала поведения и состояния моей мамы, поглощенная в историю детской фотографии. Как всегда, Тине в данный момент целиком и полностью было интересно только это. Моя мама объяснила ей, что фото была сделано совершенно случайно на празднике, когда дети собрались у аттракциона возле колеса обозрения.

— Я спрашивала у своей мамы, — ответила она. — Кажется, она тоже говорила, что это был кадр из парка во время местного фестиваля. Выжидающе взглянув на свою маму, я заметил, как отвернувшись в сторону, она занервничала и стала лихорадочно раскладывать столовые приборы.

— Би, разве это не чудесно? — не унималась воодушевленная Тина, разглядывая фотографию. — Прямо как в кино!

— Думаю, это замечательно, — наконец-то ответил я, привлекая к себе девушку. Поцеловав Тину в щеку, я заметил, как мама демонстративно громко поставила на столешницу тяжелую кастрюлю. Тина отпрянула от меня, а затем отвлёкшись на трель мобильного телефона, двинулась к дивану.

— Мне пора идти, Джудит нужна помощь, — попрощавшись с нами, Тина вышла из дома.

Прислонившись к столешнице, я стал рассматривать погруженную в раскладывание посуды, маму. Казалось, что ее очень сильно разозлили слова Тины, но я никак не мог собрать воедино информацию. Что плохого было в том, что мы оказались на одном фото пятнадцатилетней давности вместе? Мне показалось, будто ее разозлил сам факт того, что я показал Тине семейные фотографии.

— Мам, — позвал я. — Ничего не хочешь мне сказать?

Мама поставила пирог на стол.

— Что мне сказать тебе, сынок? — наконец ответила она вопросом на вопрос.

— Например, — продолжил я. — Например то, что ты говорила мне, что девочка на фото была моей хорошей подругой из детского садика, — закончил я предложение.

— Сынок, я не помню, чтобы я такого говорила, — пробубнила она, отворачиваясь.

— Зато я помню, — я поджал губы, кивая. — Ты рассказывала мне о том, что это была наша последняя встреча, и она не хотела меня отпускать, потому что ее родители уезжали.

— Послушай, Брэндон, — твердо заявила мама тоном, не терпящим возражений, выставив ладони вперед. — Ты уедешь отсюда скоро, и надеюсь навсегда расстанешься с этой девушкой.

Я округлил глаза и затаил дыхание до конца не осознавая того, что только что сказала вслух моя мама.

— Почему ты так говоришь?

— Ты сам это скоро поймешь, — ее голос стал прерывистым. — Я не против самой Кристины, — вздохнула она. — И я не против, чтобы ты дружил с ней, встречался, но, ничего более, — замешкавшись, продолжила мама, — Пойми, сынок, эта девочка из очень богатой семьи, и я не хочу, чтобы у тебя из-за этих людей были проблемы, — отмахнулась она, и вытерев руки салфеткой, удалилась в свою комнату.

*

Я был в смятении и в не самом лучшем расположении духа еще с вечера. Дождавшись Тину у скамьи школы, я собирался в студию к Тео, но девушка сегодня попросила меня отложить все свои дела и провести весь день с ней. Мы направились через парковую зону прямиком к набережной, у которой сейчас было достаточно прохладно. Незаметно для нас пролетело несколько часов и тут мы неожиданно забрели к какому-то заброшенному зданию, по внешнему виду, напоминающему школу или колледж.

— Классное место, даже? — Тина схватила меня за руку и протащила вглубь руин. — Папа планирует построить здесь что-нибудь в будущем, но пока мы можем приходить сюда, когда захотим побыть вдали от посторонних глаз.

— И вид отсюда неплохой, — я прислонился к выступу и увидел, как одна из сторон выходит прямо на нашу набережную.

— Я видела это место, когда проезжала мимо с родителями, — объяснила она. — Хотела прийти сюда с тобой.

Тина приблизилась ко мне и сомкнула свои руки вокруг моей шеи. Из ее рта исходил пар, так как постепенно падала температура, и на улице итак было довольно-таки холодно. Ее руки были теплыми, отчего по мне сразу же прошелся озноб. Тина посмотрела мне в глаза и улыбнулась, а я уткнулся спиной к бетонной стене.

— Тут можно танцевать, — неожиданно сказала она.

— Думаю, тут и акустика хорошая, — подметил я, сцепляя свои руки на ее талии. — Можно заниматься с тобой музыкой.

— Кстати, — она в вопросительном жесте изогнула бровь. — Давно собиралась спросить у тебя, почему ты не хочешь петь в клубе с ребятами?

— Эээ… — промямлил я, поднимая глаза вверх. — Достаточно того, что я делаю.

— Обожаю видеть тебя на сцене, — прошептала Тина, кладя свою ладонь мне на грудь. — Согласна, я хочу, чтобы ты пел только для меня, — хихикнула она, а я сузил глаза в подозрительном прищуре. — Но, если убрать эту эгоистичную черту во мне, вопрос остается все тем же.

— У меня много других дел, — глупо отмахнулся я.

— Это не лучшее оправдание…

— Это не мое, — пробубнил я, кладя свои ладони поверх ее. Тина сжала своими пальцами кожу на моей шее, вынуждая посмотреть на нее. Я ойкнул от слабой боли. — Светиться в центре внимания…

— Ты не хочешь быть в центре внимания?! — ее глаза округлились, а голос стал тихим.

Я смущенно покачал головой.

— Но ведь когда-нибудь тебе придется, — Тина отошла в сторону, прислоняясь к одному из выступов, по форме напоминающему отверстие для окна. — Когда ты будешь выступать с презентациями перед огромной публикой, — продолжила она. — Как истинный, но уже слишком богатый зануда…

Рассмеявшись, она отошла подальше от меня, заметив это, я же наоборот, приблизился к ней практически вплотную. Глядя на Тину, я вспомнил о том, что она была той самой милой девчушкой с детской фотографии. Мне было всего лишь три года, и эта мысль не выходила из моей головы. Я все отгонял от себя воспоминание о неприятном разговоре со своей мамой, но в глубине души понимал, что на этом еще не конец. Поймав наконец девушку, я притянул ее в свои объятия и нежно поцеловал.

— Ты замерзла, — оторвавшись от ее губ, я заметил, как Тина едва заметно задрожала. Я прижал ее к себе, сжимая в объятиях. — Сейчас возьмем тебе чего-нибудь горячего.

— Ой, нет, — завопила она. — У меня скоро тренировка, — и задумавшись, она продолжила: — Пошли со мной, хочу, чтобы ты видел, как я танцую.

Я все равно зашел по дороге к школе в кафе за горячим кофе. Тина озябла из-за холодного ветра с океана, который сильно ударял по лицу, пока мы были в том заброшенном месте.

Разместившись на скамье в спортзале, я вытащил блокнот с записями и принялся перечитывать текст, для того, чтобы внести правки в композицию. Тина выбежала в зал в спортивной форме группы поддержки. Невольно залюбовавшись своей девушкой, я застыл, пялясь в одну точку перед собой. Глаза и губы Тины блестели, заметив меня, она подмигнула и вытянула губы в воздушном поцелуе. Я незамедлительно смутился, но виду не подал, жестом ответив на ее послание.

Прокричав свои стандартные считалочки, девчонки стали двигаться под музыку, а Тина, как капитан, стала в центр и начала соблазнительно двигать телом, глядя прямо на меня. Я знал, что в обычные дни она не позволяла себе подобных откровенных жестов на репетиции, просто сейчас она делала все нарочно из-за меня.

— Я останусь тут еще ненадолго, — прокричала она в самом конце тренировки своим подругам.

— Провоцируешь, — прошептал я, прижимая ее к себе. В зале уже никого не было.

— Тебе показалось, — она надула губы, сияющие алым блеском и мне не терпелось поцеловать их.

— Вишня, — оторвавшись от ее пухлых, сладких губ, протянул я. Тина кивнула. — Теперь я тебя зацелую…

— Давай, — она наклонилась. Я жадно примкнул к ее губам, случайно укусив ее. Тина вмиг застонала, но не отстранилась.

— Не больно?

Господи, я чуть ее не съел. Мне действительно становилось все сложнее с каждым днем рядом с ней оставаться сдержанным и более-менее равнодушным. Тина становилась все желаннее в моих глазах и мыслях, а свое возбуждение мне приходилось глушить на тренажерах или за компьютерами. Держаться подальше от нее я тоже не мог. Да и не хотел.

— Все нормально, — ответила она, смеясь. Ее щеки залились румянцем, а голубые глаза ярко заблестели. Затем вытянув руку в специальном жесте, она пригласила меня на танец. — Я тут подумала, может потанцуем? Помнишь я говорила про благотворительный бал моей семьи…

При упоминании ее семьи я резко вспомнил разговор со своей мамой и покачав головой отогнал дурные мысли прочь. Сомнения терзали меня, и мне казалось, что мама что-то скрывает от меня.

— У тебя неплохо получается, — сказала она спустя полчаса наших танцев. Сделав несколько поворотов, она остановилась вплотную у моего лица. Тяжело задышав, Тина широко улыбнулась, а затем схватив меня за руки, подмигнула мне. — Тут нужно покружиться и…

Перекинув ее через талию, я завершил танец так, как просила Тина. Мне показалось, что девушка осталась довольна своим уроком, я же просто получал удовольствие от времяпровождения с ней.

Стоя у шкафчиков в фойе, я перечитывал уже в сотый раз текст в блокноте, пока Тина принимала душ. Из-за угла послышался небольшой шум и скрежет, я поднял голову, отвлекшись от своих дел, и увидел Мэтта и Джастина идущих по направлению ко мне. Заметив меня, Джастин едва заметно кивнул и быстро прошел мимо, в тот момент как Мэтт сузил глаза и бросил на меня презрительный взгляд. В эту самую минуту Тина вышла из раздевалки в джинсах и широком свитере, ее глаза сияли, а волосы были взъерошены.

— Надеюсь у вас ничего не произошло? — тихо произнесла она, приблизившись ко мне. Я сразу же покачал головой в знак отрицания. Тина схватила меня за руку, и потащила к выходу из школы.

— У меня снова дома только мама, — Тина приглашала меня к себе в гости. — Ты ей нравишься… — сделав шаг вперед, Тина споткнулась о выступ у лестницы, а я лишь в самом конце успел поймать ее. У меня перехватило дыхание от страха, в грудине бешено забилось сердце, когда я увидел, как от боли перекосилось лицо девушки.

— У меня закружилась голова, — протянула она. — Думаю, ничего серьезного, я просто ударилась.

На ее лодыжке мигом образовалось покраснение, и когда я прикоснулся ладонью к ушибленному месту, Тина тихо застонала. Подхватив ее на руки, я спустился вниз по лестнице, не слушая возмущений подруги.

— Я же сказала, что смогу ходить сама! — завопила Тина, ерзая в моих объятиях. — Ты собираешься тащить меня на руках до дома?!

— Не дергайся, — предупредительным тоном заявил я, прижимая недовольную девушку к себе. Мы собирались прогуляться до дома пешком, и соответственно у меня действительно не было другого выхода, кроме как нести Тину на руках сейчас.

Прохладный ветер развевал волосы Тины, и когда мы направились по аллее в сторону своего дома, мне в нос ударил слабый сладковатый аромат ее шампуня для волос. Она молчала, сцепив свои руки вокруг моей шеи, а я все думал о том, как бы удержать свое влечение в узде, когда сил на это практически не оставалось. Будто прочитав мои мысли, Тина что-то тихо пробубнила и коснулась своими мягкими губами моей щеки. Господи.

— Почему ты привел меня к себе? — встревоженно спросила она.

— Мама осмотрит твою ногу, — объяснил я, усаживая ее на диван. — Потом я отвезу тебя домой.

Моя мама, услышав шум на первом этаже спустилась вниз и заметив нас с Тиной, спокойно вздохнула. Тина несколько раз всхлипнула, когда мама надавливала на ее ногу, но в итоге все обошлось. Это действительно был обычный синяк, и опасения Тины по поводу тренировок были излишними.

— Отвез девочку домой? — грозно спросила мама, когда я вернулся от Кренстонов. Она сидела в гостиной и пила травяной чай.

— Очевидно, я ведь вернулся, — ответил я, наливая себе воды. — Не переживай, ее мама хорошо меня встретила и проводила.

— Сынок, не извращай смысл моих слов, — с сожалением в голосе вытянула мама. — Я совсем другое имела в виду…

— Я понял, что ты имела в виду, — я поставил стакан с водой в раковину. — И все-таки, я не могу понять, почему ты не скажешь мне…

— Брэндон, я уже сказала, что не доверяю ее богатым родителям, — ответила мама. Я громко выдохнул, прервав ее на полуслове.

— Если дело в ее родителях, то забудь, — отрезал я. Постепенно я начал чувствовать, как закипаю от злости.

— Я все еще думаю, что, когда ты уедешь, у вас все это прекратится…

— Мама, — прервав ее тираду, произнес я резким тоном. Выдохнув, я заявил: — Я люблю ее.

Глаза моей матери округлись от такого простого признания с моей стороны. Она приложила ладонь ко рту и заметно покачала головой. Я сам был поражён не менее матери от того, насколько легко я произнес то, что чувствовал на протяжении уже долгих недель, и теперь это казалось таким правильным.

Да, я люблю ее.

— И в будущем я женюсь на ней, — громко добавил я.

— Сынок… — отчаянно вздохнула мама.

— Прости за то, что разочаровал тебя, — протянул я, и ретировался прочь из гостиной к себе в комнату.

Брэндон

— Принеси мне еще золотистых бантов, — Тина украшала верхние ветки елки. Девушка пришла к нам рано утром, узнав о том, что мамы какое-то время не будет дома, и украшение нашего жилища легло исключительно на мои плечи. Удивительно, как такие простые вещи приводили ее в детский восторг, хотя обычно в школе она выглядела неприступной холодной королевой. И сейчас, стоя на верхней ступеньке стремянки в рождественском свитере, Тина выглядела совершенной. Исключительной девушкой, в которую я безумно влюблен.

— Мне кажется, уже достаточно игрушек, — покосился я на вершину. На удивление, Тина кивнула, стараясь слезть с верхушки. Я подхватил девушку на руки, не давая возможности ей слезть самостоятельно. С ее ногой после того падения действительно все было в порядке, но я на всякий случай все равно подстраховался.

— Отпусти меня, — улыбнувшись, попросила она, дергая ногами. Увернувшись от моего поцелуя, девушка все-таки слезла с моих рук, и направилась к островку на кухне. Подняв коробку с пола, я не заметил выпирающую гирлянду, острое звено которой моментально вонзилось мне в палец.

— Что случилось? — поинтересовалась Тина, заметив, как поставив коробку на поверхность, я скорчил гримасу. С мизинца мгновенно хлынула струя крови.

— Ничего особенного, — отмахнулся я, дернув рукой. Увидев глубокий, на удивление, порез на моем пальце, девушка сразу же приблизилась ко мне, касаясь моей ладони. — Да это просто царапина.

— Больно? — тихо спросила она, разглядывая порез. Схватив меня за руку, Тина потащила меня за собой к раковине и открыв воду, направила ее на палец. Прохладные струи сильно обожгли раненное место, и я поморщился, что не скрылось от Тины. — Нужно перебинтовать.

— Милая, ты преувеличиваешь, — протянул я. Тина, глядя на то, как из пальца до сих пор предательски сочились капли крови, прикоснулась к нему губами, а затем втянула кожу ртом. Я понимал, что взяв мой палец в рот, она собиралась остановить таким образом кровотечение, что было бесполезно, но это ее действие незамедлительно отключило во мне остатки разума. Будто почувствовав это, Тина отстранила мою ладонь от своего лица, а затем посмотрела мне в глаза. Мои внутренности сжались, а по телу прошелся озноб, и приблизив девушку за талию к себе, я впился в ее губы.

— Подожди, я принесу аптечку … — прошептала она, а я сильнее прижал ее к себе. — Брэндон…

Лицо моей девушки заалело, она едва дышала и покачиваясь направилась к полке с медикаментами.

— Нашел время, — фыркнула Тина, стягивая бинт на моем мизинце. Смущенная, она больше не смотрела мне в глаза, я же наоборот, не мог оторвать от нее взгляду. — Тоже мне, тихоня… — буркнула она себе под нос, возвращаясь к кухонному островку.

— Почему ты злишься? — покачал я головой, направляясь за ней.

— Ты не сможешь теперь играть, — грозно ответила она, раскладывая вещи по местам.

Тина уже несколько раз просила меня почаще выходить на сцену, только она понятия не имела, что завтрашнее выступление было заранее запланировано до ее просьбы. Потому что я готовил ей сюрприз.

— Ты думаешь, я сделал это специально? — наконец до меня дошел смысл ей слов. — Гирлянда была разбитой, а я не такой идиот.

— Я знаю, — она скрестила руки на груди. — Но я не хочу, чтобы тебе было больно.

Закатив глаза, я схватил девушку за руки и снова притянул к себе. Я бы никогда не подумал, что она внутри настолько сентиментальна, чтобы обращать внимание на такие мелочи.

Ближе к ночи, когда я остался дома один, я еще раз переслушал новую песню из альбома. Она была идеальной, без сомнений и оставалось совсем не много, чтобы отправить ее адресату. Уже выйдя из душа, я посмотрел на свой почти заживший палец, и сменив повязку на обычный пластырь лег спать.

Кристина

Сердце готово было выскочить из груди. Я легла на прохладные простыни в надежде сразу же уснуть, но не получалось. Взяв в руки телефон, я проверила почту, а затем увидев значок «непрочитанные» в глоббере, сразу же нажала на иконку.

«Посмотри, что я купила себе на вечеринку», — @judiths, 10:45.

Расстроенно выдохнув, я бросила телефон в сторону. Подруга прислала мне фото своего нового сногсшибательного платья, которое она собиралась надеть на завтрашнюю вечеринку. Мое платье, которое я приобрела специально по такому событию — ютилось в шкафу и ждало своего часа. Я примеряла его, думая о Брэндона. Сволочь, он действовал мне на нервы своим поведением. Признаться, я и не думала, что наедине с ним мне будет немного страшно, особенно после того, как я рассказала ему о своем нулевом опыте с противоположным полом. Теперь же для него я изменилась и превратилась из дразнящей его раскрепощенной стервы в мисс скромность. Из-за этого с каждым днем он смотрел на меня все более голодными глазами. Его действия стали более раскованными, а поцелуи — жадными. Кажется, теперь мы с ним поменялись местами. И еще, я почему-то ждала от него чего-то, чего не могла понять.

Выйдя из душа, я намазалась разными косметическими средствами, нанесла несколько капель ароматного масла с новыми рождественскими ароматами на тело и надев домашнюю пижаму, плюхнулась на кровать. Ранее утро, я отдернула шторы в ожидании увидеть хоть немного снега, хотя это было невозможно в нашем городе.

Я так ждала сообщение от Брэндона и схватив телефон, сразу же заметила уведомление у глоббера. Все те же вчерашние сообщения в групповых чатах и несколько рассылок из директорской.

К вечеру я написала Джудит, чтобы подруга заехала за мной. Брэндон сообщил мне, что весь день проведет в студии с ребятами, и немного припозднится. Это меня раздражало. Сегодня в «Платине» было не протиснуться из-за праздника. Клуб был украшен по-рождественски волшебно, а мы как обычно заняли привычные для нас места у сцены.

— Выглядишь просто… — Джудит показала жестом, как сильно ей нравится мое платье и как высоко она оценивает мой внешний вид. — Кстати, где твой милашка, чтобы заценить все это?

Я понятия не имела где он. Группа уже выходила на сцену, но Брэндона с ними не было. Спустя минут десять, когда к нам за столик присели футболисты, я перестала оглядываться по сторонам. Внезапно Тео прервал все веселье и объявил о песне из нового альбома и лишь тогда я увидела своего парня. Брэндон вышел на сцену во всем черном, и сразу увидев меня, широко улыбнулся. Я почувствовала, как несколько человек обернулись в мою сторону. Парень начал играть, и вся группа подключилась. Все, кроме солиста Ти-дога, который сейчас стоял за клавишами. Брэндон начал петь, и как обычно, я просто буквально отключилась от ласкающего слух, бархатистого баритона моего парня. И лишь спустя пару строк, улюлюканья и восторженных возгласов, я поняла, что песня целиком и полностью посвящена мне.

Брэндон

«Ты как ангел

В этом прекрасном мире

Я не особенный

Зато ты чертовски особенная».

Я писал эту песню в течении нескольких месяцев, еще до того, как мы начали встречаться. Понятия не имел, удастся ли завершить ее и спеть своей теперь уже девушке, но в глубине души, наверное, чувствовал, что это все-таки произойдет и мы будем вместе. Зал аплодировал, большая часть людей покосилась на Тину, когда я спустился вниз, к ее столику. Группа передала слово ди-джею, потому что начали играть другие композиции. Когда я приблизился ближе к столику, за которым сидели Тина, ее подруги и качки из футбольного клуба, моя девушка встала и подошла ко мне. Ее щеки пылали, даже под ярким клубным свечением я видел, как она переменилась в лице. Тина округлила глаза и только открыла рот, чтобы что-то сказать, но я, приблизив ее к себе за подбородок, нежно поцеловал. Я услышал улюлюканье с противоположных столиков, где сидели наши знакомые. Выдохнув в мой рот, Тина схватила меня за плечи, и обняв, прижала к себе. Не обращая внимания на гул из голосов где-то рядом с нами, я обнял ее в ответ и ещё сильнее впился в ее сладкие губы.

— Какая красивая песня, — прошептала она у моих губ. Тина не сводила с меня глаз, вздыхая.

— Она для тебя, — ответил я, и снова примкнул к ней.

Мы пробыли в клубе ещё немного, танцуя под несколько песен. Больше мы не отходили друг от друга, да и не было на то причин. Спасибо Сэму за то, что, не обращая на нас внимания, целующихся на заднем сиденье, все-таки довез до дома в целости и сохранности.

— У меня тоже есть для тебя подарок, — сказала она, и неохотно выпустив ее из своих объятий, я позволил Тине отстраниться. Девушка схватилась за сумку, которую второпях бросила на пол и достав оттуда тканевой пакет, передала подарок мне. Внутри был шарф изумрудного цвета.

— Это чтобы тебе было тепло, когда меня нет рядом, — улыбнувшись и поцеловав снова, Тина мягко толкнула меня к кровати.

Девушка нависла сверху, разместившись на моих коленях, так как всегда любила это делать. Сняв с себя длинный пиджак, она ни разу не отстранилась от моих губ. Я тоже быстро снял с себя куртку и бросил куда-то на пол, сейчас это было не так важно.

Жадно припав к ее губам, я со всей имеющейся страстью внутри меня поцеловал ее, больше не сдерживая себя ни на йоту. Кристина затрепетала в моих объятиях, выгибаясь дугой на моих коленях и все сильнее сводя меня с ума. Черт возьми, мой пубертатный период и любимый объект в пылких объятиях — я думал мне это снится. Тина прикусила мою нижнюю губу, выдавив из моих уст протяжной стон, и немного отстранилась.

— Я люблю тебя, — хрипло протянула она, и на секунду мне показалось, будто девушка сейчас расплачется. — Я очень тебя люблю.

Не совладав с собой, я прижал ее за талию настолько крепко, насколько смог, из-за чего Тина застонала. Я не мог поверить своим ушам, но она действительно сказала это.

— Господи, Тина, я тоже тебя люблю, — пролепетал я неузнаваемым голосом, целуя ее щеки. — Я безумно тебя люблю.

Я буквально набросился на ее губы как ненормальный, ведь во мне больше не было сил терпеть это сумасшествие.

— Еще немного и я отдамся тебе прямо здесь, — прошептала она. Тина заерзала на мне и это стало своего рода сигналом для моего тела. И в эту секунду мой мозг отключился.

— Не боишься?

— Боюсь, — честно призналась она. — Но еще я боюсь, что у меня нет выбора, — вздохнув, Тина прикоснулась пальцами к моим губам. — Я очень тебя хочу.

— И у меня, — прошептал я, притягивая ее к себе. — Я ведь тоже тебя хочу.

Мое сердце забилось, а самого дико трясло от выброса адреналина. Мои руки быстро переместились ей на бедра: меня пугало происходящее со мной, но я уже знал, что сегодня не смогу остановиться.

Тина привстала на мне, а затем глубоко поцеловала, вторгаясь в мой рот языком, и это было настолько горячо, что я почувствовал неимоверную пульсацию в брюках. Ее поцелуй становился все опаснее и опаснее для нас обоих, но это больше не имело никакого значения. Мне казалось, я слышал, как бились в унисон наши сердца в этот момент. Не отрываясь от моих губ, девушка начала расстегивать пуговицы на моей рубашке, одну за другой, все ниже и ниже, а я лишь боролся с искушением, чтобы не наброситься на нее раньше, чем нужно. Тина сняла с меня рубашку, стягивая ткань с плеч, и бросила ее в сторону, а сама принялась оставлять россыпь влажных поцелуев от груди и ниже, каждый раз втягивая кожу своим ртом. Я застонал и выгнулся, открывая доступ к своему измученному и изголодавшемуся по ее ласкам, телу. Девушка переместилась выше, и припала своими пухлыми губами к моей шее, провела языком по горлу, а затем снова вернулась к губам. Задыхаясь, я прикрыл глаза, позволяя Тине целовать меня так, как она хотела. Девушка толкнула меня в грудь, и я лег на постели, обнаженный по пояс, глядя на нее снизу верх. Тяжело дыша, я не в состоянии двигаться, просто наблюдал за происходящим, пока она, наклонившись, продолжила дразнить меня своими горячими губами, но это была приятная пытка, которую я готов был терпеть всю жизнь. Тина, переплетая пальцы наших рук, развела их в стороны, и прижала их к постели, не позволяя мне касаться ее. Плевать, она все делала правильно.

— Ты такой красивый, — шепнув мне на ухо, она прикусила мочку, вызвав у меня изо рта тихий стон. Я потянулся к ее губам, она сильнее вжала меня в кровать, и наклонившись, продолжила целовать мою раскаленную от ее губ, кожу груди. У шеи, девушка сильно втянула кожу ртом, и тихо хихикнула, заметив, как я зажмурился от сладкой боли.

— Это ты красивая, — прошептал я, часто дыша позорно-низким голосом, глядя в ее бездонные глаза цвета океана. Они потемнели, и в них сейчас было слишком много огня. — Моя… любимая девочка…

Отпустив мои ладони, Тина совершила большую ошибку, ведь я сразу же разместился сверху, вжимая ее в постель. Теперь мы снова поменялись местами, и подобно ей я сразу же сцепил ее пальцы своими, заводя их ей за голову. Оторвавшись от ее распухших губ, я обвел ее лицо взглядом, будто ждал от нее разрешения. Ее ресницы вздрогнули, а рот был слегка приоткрыт. Грудь то поднималась, то опускалась, еле стянутая микроскопическим серебристым платьем, которое она надела на себя специально, чтобы расшатать мои нервы. Не в состоянии сдерживать себя, я припал губами к ее груди, целуя мягкие полушария, и в эту секунду Тина тихо ойкнула. Ее красота отзывалась в моем теле болезненным покалыванием, отпустив ее руки, я снова прижался к ее губам, а затем стал покрывать поцелуями ее шею и плечи. Тина сладко пахло чем-то карамельным, как будто ее кожа была целиком и полностью сделана из сладостей. Почувствовав, как мне все равно ее мало, я осторожно приспустил бретели ее крошечного платья вниз. Спустив платье почти до талии, я принялся покрывать поцелуями каждый дюйм ее совершенного тела, страшась, как бы в порыве страсти не оставить на нем своих отметин. Тина стонала тихо, выгибаясь подо мной, лишь до тех пор, пока я не обезумев прикусил кожу на ее груди. Девушка всхлипнула, касаясь ладонями моих плеч. Коснувшись одной рукой тонкой лямки ее бюстгальтера, я резко спустил ее вниз, оголяя ее мягкую грудь и увидев это, как сумасшедший припал губами к ее розовым соскам, таким манящим и нежным. Я никогда не видел Тину настолько обнаженной и при виде нее моя ноющая сущность просилась наружу. Тина была моей, она вся принадлежала мне и мысль об этом заставляла чаще биться мое сердце. Внутренности сжались в тугой узел, я ласкал ртом ее грудь, свободной рукой гладя ее нежное полушарие через нижнее белье. Тина постанывала, сжимая кожу на моих плечах, и ругнувшись себе под нос, я избавил ее от бюстгальтера полностью, прижимаясь губами к груди. Вскоре я вовсе снял с нее платье, и Тина осталась лежать подо мной практически обнаженная и невероятно красивая. Как произведение искусства. Черт возьми, это было для меня тоже впервые, я понятия не имел как не сойти с ума в порыве бешенных чувств к любимой девушке, но терпеть больше не было сил. Тина привстала на кровати и затуманенным взглядом посмотрела на меня, а затем снова поцеловала меня, дрожащими руками стягивая с моих брюк ремень, и хватаясь за замок. Я окаменел от осознания того, что должно было произойти. С трудом избавив меня от брюк, Тина обняла меня. Осторожно опустив ее на белоснежные простыни, я медленно избавил ее и себя от остатков одежды, стараясь не разглядывать пристально ее тело, чтобы не остановилось мое сердце. Она часто дышала, сцепив кольцо рук вокруг моей шеи.

— Все будет хорошо, — тихо протянул я, доставая с полки у кровати защиту.

Я поцеловал ее, а затем углубил поцелуй, осторожно проникая в ее тело. Тихо всхлипнув, Тина заныла в мой рот, а затем оторвавшись от губ, скорчила гримасу. Сводя брови к переносице, девушка отвела глаза в сторону, сминая пальцами простыни. Черт, я так старался, чтобы ей не было больно. Остановившись, я снова поймал ее губы своими, углубив поцелуй, и одновременно с поцелуем погрузился в нее уже целиком. Тина глухо застонала в мой рот, но я больше не дал ей отстраниться, заглушая ее всхлипы и держа ее за запястья. Я знал, что она привыкнет, но мое сердце обливалось кровью, когда я увидел слезы в ее глазах. Спустя несколько секунд, девушка успокоилась, и ее дыхание стало ровным. Тина стала постепенно отвечать на мой поцелуй, гладя своими ладонями мою спину. Медленно толкнувшись внутри нее, я вырвал несколько гортанных стонов из ее груди, но Тина больше не предпринимала никаких попыток отстраниться от меня. Она все итак понимала. Начав двигаться вместе со мной, Тина полностью пришла в себя, и оторвавшись от моих губ, слабо улыбнулась. Ее глаза были увлажнены от слез, и мне было безумно жаль, что в данную минуту я наносил ей столько боли.

— Люблю тебя, — прошептал я у ее уха, нежно целуя. — Больше никогда не сделаю тебе больно.

— Все хорошо, — тихо отозвалась она, и мне наконец-то стало легче. — Чертов первый раз, — слабо хихикнула она.

Целуя ее в губы, я немного ускорил темп, чувствуя, как под моим напором таит ее тело. Тина постанывала, прикрывая глаза, а я с каждым разом чувствовал все большее нарастающее возбуждение. Почувствовав приближение финала, я еле сдержался чтобы не зарычать как израненный зверь, и выдохнув, застонал в подушку у ее головы. Девушка обмякла в моих объятиях, а я весь мокрый от пота, примкнул к ее нежной шее, не в состоянии отстраниться от любимой.

— Ты в порядке? — привстав на постели, я посмотрел в ее распахнутые глаза. Тина кивнула, а ее глаза сияли как два озера. Ее лицо было таким невозмутимым и красивым, что, потянувшись к девушке, я страстно прижался к ее губам.

Я проснулся, когда еще не было семи. Подумав, что все случившиеся ни что иное, как бурный эротический сон, который беспокоил меня уже на протяжении почти четырёх месяцев, я слегка вытянулся на кровати и задел руками нежное тело. Рядом со мной, спиной ко мне лежала Тина, обнаженная, сейчас прикрытая одеялом лишь по пояс. Ее белокурые локоны спадали с ее плеч, разместились на моих подушках и частично на простыни. Я покачал головой и тихо выдохнул, вспомнив о прошедшей ночи. Что-то промурлыкав во сне, девушка развернулась и приоткрыла глаза. Ее губы были распухшими от моих поцелуев, и этот оттек не сошел даже за всю ночь.

— Доброе утро, — пробормотала она и прикрыла глаза. При утреннем ярком свете я мог рассмотреть ее целиком: ее розовые пухлые губы так и манили искусать их, а кожа была молочного оттенка с выступающими розовыми пятнами, очевидно оставленными мною этой ночью в порыве страсти. Чувствуя приближающееся возбуждение внизу, я коснулся губами ее плеч.

— Доброе, — я опустил свою ладонь на ее плечо, и развернув на постели, навис сверху. Девушка распахнула свои небесно-голубые глаза и растерянно посмотрела на меня снизу верх. Я коснулся губами ее шеи, такой теплой и нежной, Тина дернулась, стараясь прикрыть свою грудь одеялом. Я тихо засмеялся.

— Брэндон, — выдохнула она мое имя голосом с хрипотцой. — Мне нужно домой, иначе мама меня убьет.

— Тише, — прошептал я. — Еще слишком рано.

Успокоившись, нехотя Тина растянулась на моей постели, позволяя мои губам шарить по ее телу. Как же мне хотелось расцеловать ее всю и продолжить прошлую ночь, но пока это было всего лишь мечтой. Нехотя, привстав на постели, девушка подняла с пола свое нижнее белье и растерявшись, отвернулась в сторону. Поняв ее без лишних слов, я сам быстро оделся и почему-то в эту секунду мне стало безумно неловко.

— Твоя мама скоро должна прийти, — прерывисто сказала Тина, помогая мне застелить постель. В эту секунду глаза девушки округлись словно от шока, и пораженная, она резко отвернулась. Тина побледнела, а я недоумевая подошел к ней, пытаясь понять причину ее поведения. Меня осенило, когда я заметил несколько капель крови на простыни.

— Нужно застирать, — пробормотала она, смущенно отворачиваясь от меня. Мне казалось, что Тина может начать рыдать в любую секунду. — Как же стыдно…

— Это вовсе не стыдно, — опешив, возмутился я. Как она могла называть стыдом то, что произошло между нами? Наверное, Тине было неловко от того, что я увидел это, хотя мне было ужасно жаль, что я был недостаточно с ней нежен. — Оставь все как есть, я сам постираю.

— Не говори глупостей, — встрепенулась Тина, выхватывая из моих рук постельное белье. — Я умру со стыда, если не уберу это.

— Послушай, — предупредил я ровным тоном, приближаясь к ней. — Будет лучше, если это сделаю я, — добавил я, забирая у нее ткань. — Если моя мама увидит, что ты стираешь мое постельное белье, тогда да — будет очень неловко.

В том, что моя мама будет недовольна тем, что Тина провела со мной ночь — я совершенно не сомневался. Как бы ужасно это ни звучало, но это не имело для меня значения. Я любил свою маму, но мои отношения не должны были касаться ее. Успокоив свою девушку, я приобнял ее за плечи. Вскоре Тина пришла в себя и крепко прижалась ко мне.

— У меня есть еще кое-что для тебя, — вспомнив о еще одном своем подарке, я достал коробочку из кармана джинсов, и протянул ее своей непонимающей девушке.

Тина округлила глаза, а затем открыв коробку молча застыла. Я сам вытащил кольцо из коробки и кивнув, надел его ей на палец. Она было обычным, из серебра, с полудрагоценным камнем голубого цвета в тон ее глазам. Я знал, что следующее кольцо, которое я надену ей на палец, обязательно будет обручальным.

— Это ни к чему тебя не обязывает, — заметив замешательство на ее лице, предупредил я. Девушка, широко улыбнувшись, крепко обняла меня, целуя. — Я хотел подарить это тебе вчера, но сама понимаешь, нам было не до этого.

Тина тихо хихикнула, обнимая меня за шею.

— Я очень счастлив, что ты наконец стала моей, — честно признался я, легко коснувшись ее губ.

— И я, — ответила она.

Я отвез Тину домой на машине мамы, которую она вчера оставила дома. Девушка незаметно прошмыгнула домой, к счастью у нее были ключи, а Тереза была у родственников на праздниких. Так что никто не заметил отсутствия Тины прошлой ночью.

Когда я вернулся домой, мама вовсю хозяйничала на кухне, и заметив меня, лишь вздохнула. На ее лице читался немой упрек, но я был слишком счастлив, чтобы вступать с ней в очередной неприятный разговор. Заметив несколько неубранных со вчерашнего дня коробок у елки, я решил отнести их, и те альбомы, что вытащила Тина на прошлой неделе, обратно в подвал. Пошатнувшись от веса коробок на ступеньке, я обронил альбом, и подняв его с пола, заметил одну фотографию, выпавшую из него. На ней были две девушки, стоящие рядом и улыбающиеся. На обороте было написано:

«Карнавал, сентябрь 1988 года».

Я видел раньше эти черно-белые фотографии из юности моей мамы, но не придавал особого значения изображению. Лишь сейчас, улыбнувшись, я еще раз посмотрел на фото и приглянувшись, заметил знакомую фигуру рядом с моей мамой. Это была Сидни Кренстон, мама Тины.

— Мам, — я приблизился к маме, хлопочущей в раннее утро у плиты. По кухне разнесся запах ароматных блинчиков. — Я тут нашел фото, — я показал карточку своей родительнице, указывая на снимок. — А что рядом с тобой делает мама Тины?

Я много раз видел этот снимок в детстве, и сейчас до меня стало доходить, почему лицо миссис Кренстон мне казалось каким-то отдаленно-знакомым. Женщина не сильно изменилось за двадцать с лишним лет, однако здесь по фото я бы никогда не подумал, что она владеет огромным состоянием.

Мама громко выдохнула, упираясь в столешницу.

— Нужно было выбросить эти фотографии, — пробубнила она себе под нос.

— Что случилось? — спросил я снова.

— Сидни, — прочистив горло, продолжила она. — В прошлом, она была моей лучшей подругой.

Меня словно окатили ледяной водой. Я бы никогда не подумал, что такое может иметь место быть. Внимательно слушая маму, я сглотнул.

— Но это было раньше, — добавила мама. — Поэтому сынок, я прошу держаться от ее дочки подальше, — предупредительно заявила она. — Хотя я уже поняла, что тебя бесполезно об этом просить.

— Угу, — твёрдо кивнул головой. — И что случилось дальше? Если ты хочешь, чтобы я оставил Тину в покое, — заявил я, в упор глядя на мать, — То ты должна объяснить мне, что у вас случилось.

Глаза мамы расширились от удивления после моих слов.

— Мы с Сидни были подругами, — начала она свой рассказ. — Познакомились с двумя крутые ребятами, влюбились, — продолжила она, прочистив горло. Ей было тяжело говорить об этом, но мама все вспоминала с долей тихой грусти. — Вышли замуж и родились вы, — завершила она. — А потом лучший друг твоего отца, предал его, отчего вскоре твой отец умер.

У меня перехватило дыхание от циничного пересказа мамы.

— Отец Кристины и был близким другом твоего покойного отца, — отрезала мама.

Я почувствовал, как теряю терпение и как почва ускользает из-под моих ног.

— Как он предал его? — прошептал я, пялясь в одну точку в столе.

— Крупная строительная компания их семьи, — ответила мама. — Изначально — это наш общий семейный бизнес. — Ричард, то есть отец Кристины, — осеклась мама, — Занимался финансами, а твой отец создавал все проекты. Тогда это была небольшая фирма, но дела шли хорошо, — продолжила она, а я внимательно слушал. — Как-то к ним поступил крупный заказ от незаконной подставной фирмы, в которой как я поняла отмывали деньги через всякие архитектурные проекты и искали подходящих для это застройщиков. Алек этого не знал, а Рик согласился сразу же за них обоих из-за крупных денег. Когда твой отец узнал об этом, было уже поздно. Он отказывался участвовать во всем этом, и хотел избавиться от готового проекта, над которым долго работал. Тот инвестор пообещал Рику создать огромные проблемы компании.

— И что случилось дальше? — настойчиво требовал я, когда мама прекратила свой рассказ.

— Алек прекратил сотрудничество несмотря ни на что. Я не знаю всех подробностей, но в суде Ричард подставил Алека, и в итоге твой отец лишился партнёрства и так как проект был целиком и полностью проектом Александра Хартера переданного той незаконной фирме, твой отец лишился деловой репутации и больше не смог работать в этой сфере.

Я опустил голову, не сводя глаз со своих запотевших ладоней. Я ни разу не видел отца Тины, ведь он всегда бывал занят на работе. Теперь пазл начал складываться воедино. Единственное, я не понимал, знает ли сама Сидни Кренстон о том, кто я? И если она догадалась, почему она так мила со мной?

— Ну а дальше ты знаешь, — резюмировала мать. — Искусство было делом его жизни, поэтому вскоре после всего этого Алек начал пить, а так как у него были проблемы с печенью, вскоре его здоровье сильно пошатнулось.

Сжав ладони в кулаки, я отстранился от кухонного островка. В висках безбожно пульсировало от полученной информации.

— Поэтому я не хотела, чтобы ты слишком сильно привязывался к этой девчонке, — объяснила мама.

Выдохнув сквозь зубы, я вернулся к ней.

— Мама, — тихо ответил я. — Это ничего не меняет. Мое отношение и чувства к Тине остаются неизменными, я же уже сказал.

— Но сынок, — мама прикрыла ладонь рукой.

— Тина не виновата в том, что произошло, — ответил я и направился к себе в комнату.

Кристина

У меня горели щеки. Когда я пришла домой, Брэндон сразу же отправил мне музыкальный файл с моей песней. И много слов о том, как сильно он меня любит. Немного покалывало в пояснице и слегка побаливало тело после того, что произошло прошлой ночью. Это нисколько не испортило мое прекрасное настроение. Я разглядывала чудесное кольцо с аквамарином по центру, переливающимся всеми оттенками голубого. Почему-то мне ни с кем не хотелось делиться этой радостью. Даже с Джудит, с которой я сидела в кафе.

Вернувшись домой, ближе к вечеру, я быстро приняла душ, и натянув на себя свитер и джинсы, спустилась вниз по лестнице. Я собиралась к Брэндону на ужин перед праздником.

В воздухе витало неловкое молчание. Миссис Хартер закончив трапезу, вежливо улыбнувшись, покинула ужин, сославшись на дикую головную боль. После ужина мы направились в комнату к Брэндону. Мне было неловко после всего случившегося снова заходить сюда, но в конце концов нужно было взять себя в руки и вспомнить какой смелой бывала я раньше.

— Уже получается намного лучше, — Брэндон кивнул, забирая из моих рук гитару. Я даже сама заметила ощутимый прогресс в своей игре. Полностью отбросив свои сомнения после того, как улыбнувшись, Брэндон притянул меня к себе, я придалась чувствам и стала покрывать поцелуями его красивое лицо. Меня радовало то, с каким обожанием смотрел на меня мой парень.

— Когда я вернулась в этот город, — хихикнув, я присела к нему на колени. — Я терпеть не могла эти твои безразмерные толстовки.

Брэндон лукаво улыбнулся, и покачал головой.

— Я знаю, — ответил он. Я покосилась на своего парня. — Ты говорила мне об этом.

— Когда это? — спросила я.

— Когда я пьяную привез тебя к себе домой, — хихикнув, он чмокнул растерянную меня в губы. — Ты такая сладкая, я просто не могу от тебя оторваться, — и он снова прижался к моим губам.

— И что еще я говорила? — я просунула руку под горловину его бордовой худи.

— Просила поцеловать тебя, — подмигнув мне, Брэндон поцеловал меня в щеку. — Ты говорила, что я хожу, дословно — в чмошных кофтах.

— Ладно, это правдоподобно, — ухмыльнувшись, я прикусила мочку его уха. Парень ойкнул. — Теперь я люблю твои чмошные кофты. Потому что в них на тебя меньше смотрят всякие девицы из музыкального класса.

— Ты такая ревнивая, — выдохнул он сквозь зубы. — А что тогда делать мне, когда все оборачиваются при виде тебя? — недовольно процедил он. — И это даже когда ты в обычной одежде, я уже молчу про мини-юбки.

— Сходишь с ума, котик, — буркнула я, гладя его грудь через толстовку.

— Еще как, — севшим голосом отрезал он, бросая меня на кровать.

Нехотя оторвавшись от меня после всех предостережений о том, что его мама сегодня не на смене в клинике, я все же вырвалась из цепких объятий своего парня, плавно раздевающего меня на постели. Скромный парень превратился в полного страсти юношу. Теперь я точно не смогу от него отвертеться, оставшись с ним наедине.

***

— Кристина, ты была у своего друга? — мама встретила меня у лестницы. — Не много ли времени ты проводишь у него дома?

Замешкавшись, я остановилась.

— Я не видела его со вчерашнего вечера, — солгала я, отворачиваясь. Я не умела врать маме.

— И поэтому пришла домой под утро, — деловитым тоном продолжила за меня мама.

— Мам, я была у Джудит… — мой язык стал заплетаться, а щеки вспыхнули, что не скрылось от глаз родительницы. Покачав головой, мама позвала жестом меня к себе.

— Знаешь, давно надо было тебе рассказать, — мама сняла очки. Она носила их только тогда, когда читала, а в последнее время она делала это часто. — Я очень хорошо знакома с семьей твоего друга.

— О чем ты говоришь, — улыбнулась я. На телефон поступило сообщение от Брэндона.

— Послушай меня, — начала она. — Мы с Нэнси, мамой твоего Брэндона, — когда я услышала имя миссис Хартер, мое сердце сжалось. — Мы с ней подруги детства, — добавила она. — Были студентками медицинского колледжа. Приехали в этот город на карнавал, во время каникул. Это было прекрасное время. Мы с Нэнси собирались уйти пораньше, у нас был автобус обратно в Сан-Бернардино, но услышав, что на карнавале будет выступать местная группа, мы решили задержаться еще на денек. Так и познакомились со своими будущими мужьями.

— О чем ты говоришь? — я изогнула бровь в изумлении.

— Где-то у нас остались фотографии с того времени и их песни на старых кассетах, — объяснила она, а у меня невольно расширились глаза. — Да, твой отец выступал в группе, играл на клавишных, — добавила мама. — Отец Брэндона был солистом.

Мама подробно рассказала мне об основании нашей компании, и я еле сдержала свои чувства поняв, что это был наш общий с их семьей бизнес. Мама рассказала о подлом поступке моего папы, из-за которого их дружба была навсегда разрушена, и теперь лучшие подруги детства больше не могли общаться. Я не замечала холод со стороны тети Нэнси в свою сторону, но теперь мне казалось, что женщина возможно меня ненавидит. Опустив голову, я не смогла сдержаться и по моим щекам незамедлительно покатились слезы. Если Брэндон узнает об этом — он не захочет больше меня видеть, а если он знал, то как мне вести себя после того, что произошло между нами? В любом другом случае, мне было бы все равно, но это касалось Брэндона, в которого я была влюблена. И это доставляло мне неописуемую боль.

Вытерев слезы, я встала с кресла.

— Я все поняла мам, — тихо добавила я.

— Мне очень нравится Брэндон, — неожиданно добавила моя мама. — Я бы очень хотела, чтобы у нас с их семьей все было по-прежнему.

Вернувшись в свою комнату, я стала разглядывать одну точку на потолке. От всех мыслей постепенно разболелась голова.

***

Брэндон ждал меня у того заброшенного здания. Было холодно, повсюду мерцали праздничные огни, но мне было неспокойно.

— Я думал, тебя привезет Джудит, — улыбнулся он своей привычной обворожительной улыбкой. Брэндон надел шарф, который я подарила ему: он мило выделялся из-под его черной куртки.

— Я ушла пораньше, — честно ответила я, присаживаясь рядом с ним. Брэндон не переставая улыбался мне, его лицо светилось счастьем.

— Что-то не так? — его голос был взволнованным. Я медленно покачала головой. — Я же вижу, ты чем-то обеспокоена.

— Я не очень хорошо себя чувствую, — это было частично правдой. Я плохо спала после того, что рассказала мне мама. Мне казалось, что я больше не могу молчать, ведь мне было сложно лгать любимым людям.

— Тогда мы уйдем отсюда, — прошептал он, хватая меня за ладони и прижимая их к своим губам. Брэндон несколько раз выдохнул, согревая мои ледяные руки паром изо рта.

— Подожди, — отрезала я, когда парень приподнял меня за талию. Нужно было решить этот вопрос, иначе я сошла бы с ума. Даже если мы после этого не сможем общаться. — Я хочу, чтобы ты знал кое-что.

В глазах Брэндона сверкнули искры недоверия, и его лицо в миг посерьезнело. Парень недоверчиво кивнул, а затем примостился рядом. Его мгновенная реакция на мои слова меня немного ошеломила, но я не сразу придала ей значения.

— Брэндон, я узнала кое-что такое, что возможно тебе не понравится, — еле вытянула я, чувствуя, как увлажняются мои глаза. — Наверное, после этого ты не захочешь меня видеть.

— Даже так, — прыснул он.

— Это серьезно, — грозно ответила я на сарказм парня.

— Наши семьи связаны не очень хорошей историей… — замялась я. Брэндон судорожно втянул ртом воздух. Я ожидала какой угодно реакции со стороны своего парня, но не такой, какую проявил он. Парень молчал, а я не в силах была продолжить начатое предложение.

— Из-за этого я должен отказаться от тебя? — закончив за меня фразу, Брэндон развернулся ко мне, и посмотрев в мои глаза, приложил мои ладони тыльной стороной к своим губам.

— Ты… знаешь? — я буквально лишилась дара речи, после того, как мой парень согласно кивнул.

— Ты возненавидела меня после того, как узнала? — с опаской в голосе спросил он. Я лихорадочно замотала головой в знак отрицания. Боже мне даже не пришло такое в голову. Наверное, я слишком сильно была влюблена в него, чтобы думать об этом.

Мы просидели в обнимку в этом здании, наверное, целую вечность. Удивительно, как нас обоих терзала эта тема, но учитывая обстоятельства, я все же чувствовала себя виноватой, пока Брэндон уже в сотый раз не пытался убедить меня в обратном.

— Я люблю тебя, — мягко заверил он, целуя меня в щеку. — И то, что случилось в прошлом не имеет к этому никакого отношения.

— Согласна, — глубоко вздохнула я, утопая в его объятиях.

Брэндон

На часах было ровно одиннадцать. Последняя ночь в Беркли, а утром меня ожидало несколько часов пути обратно до Саннивейла. Почти за десять дней я посетил множество лабораторных корпусов в Калифорнийском университете, а также, мне, и еще нескольким ребятам показали кампус. Здесь мы и должны были остановиться на ближайшие четыре года после школы. Еще неделю назад мне сообщили о том, что моя учеба будет оплачиваться за счет средств из бюджета, так как у меня был самый высокий средний бал в школе, и один из самых лучших результатов в Долине.

Все еще не спалось: мысли о поступлении донимали меня весь вечер. Я выдохнул и перевернулся на другой бок, как на телефон поступило сообщение.

«Я знаю, что ты не спишь». — @cici. 11:51

О да, у нас с Тиной была особенная связь.

Я нажал на прикрепленные фотографии под сообщением и, хорошо, что мой сосед по комнате Брайан спал крепко, так как мой протяжной стон вырвал бы кого угодно из сна. На фотографии Тина словно смотрела сквозь меня, прожигая взглядом. Девушка была обнажена и едва прикрыта белоснежным одеялом.

«Жду твоего возвращения». — @cici. 11:51

«Мне слишком грустно и одиноко одной в постели…». — @cici. 11:51

Не успел я отреагировать на первое фото, как за ним последовало другое, на котором Тина была уже без одеяла, и лишь слабо прикрывала одной рукой грудь, а большим пальцем другой касалась губ. Ее волосы были мокрыми, очевидно она только что вышла из душа. Какая же испорченная девчонка!

Она уже делала подобные фото, пока я был в Беркли. Правда это всегда бывали фото в разнообразном нижнем белье, и сейчас мне с трудом удавалось направлять свои мысли в правильное русло. Я тяжело выдохнул, глотая сдавленный вопль раздражения, который просился наружу. Какого-то черта эта девчонка начала меня нагло соблазнять на расстоянии, и ей это отлично удавалось.

«Спи, принцесса». — @n1. 11:52

«Ты был слишком нежен со мной, когда я танцевала для тебя.

Я хочу, чтобы ты взял меня жестко…». — @cici. 11:54

Господи. Волнение мелкой дрожью пронеслось по всему моему телу. В хлопковый брюках, в которых я лег спать, стало безумно некомфортно, так как вся моя сущность требовала немедленного освобождения.

Какого черта, Тина?!

Не ответив на ее провокационное сообщение, я выключил телефон, а затем спрятал его в тумбочке у кровати. Теперь то мне точно бы не удалось заснуть. Я перевернулся на спину, и тяжело выдохнул, разглядывая бесконечно темный потолок, с едва проступающими огоньками света с придорожного кафе у дороги. Уснуть не выходило. Повернувшись набок я закрыл глаза, но теперь воображение рисовало не самые приличные картины, а слова Тины из последнего сообщения и вовсе острым ножом полоснули по моему естеству.

Возбужденный и разбитый я проснулся как всегда слишком рано. Мое тело горело огнем, как будто несколько часов тяжёлого сна вовсе не пошли мне на пользу. Тина, негодница, причина моих бессонных ночей, оставила мне кучу сообщений со своими фотографиями, а я мысленно обрадовался тому, что не увидел их ночью.

Она была возмущена тем, что мы не смогли провести День Святого Валентина вместе. Я задержался в Беркли еще на дольше, чем обещал ей, и ее сладкая месть не заставила себя ждать: за каждый лишний вечер, проведённый вдали от нее, она присылала мне свои откровенные фотографии. Несколько раз мне приходило на ум удовлетворить свои потребности в ванной после таких фото, но я был слишком уважителен по отношению к своему соседу по комнате, чтобы не опуститься до такого.

Я доехал до дома ближе к вечеру. Автомобиля мамы не было в гараже, но в нашем окне горел свет, что значило что в доме кто-то есть. Осторожно повернув ручку двери, я вошел внутрь. Тина стояла у кухонного островка и напевала песню себе под нос, держа что-то в руках. Она стояла спиной ко мне и совершенно не замечала меня, и тихо прошмыгнув ближе, я крепко обнял ее со спины.

— Ты напугал меня, — протянула она, а я коснулся губами мочки ее уха. Ее голос был отчасти взволнованным. — Боже, я так соскучилась.

А я-то как соскучился.

Развернувшись в моих объятиях, девушка сцепила руки вокруг моей шеи и прижавшись ко мне нежно поцеловала меня в губы. Я приподнял ее, не разрывая поцелуй и слегка покружил в руках.

— Милый, — прошептала Тина в мои губы. Всякий раз, слыша это прозвище из ее уст, я таял. — Ты же сказал, что вернёшься еще утром.

— Задержался в дороге, — честно признался я.

Меня немного удивило, что Тина находилась в моем доме одна, учитывая не самые лучшие отношения с моей мамой. Девушка ничего мне не сказала, и еле оторвавшись из ее объятий, я направился прямиком в душ. Она нарезала листья салата, когда я вернулся из ванной. Тина повернулась, и я невольно скользнул по ней взглядом: на ней была короткая синяя юбка в складку, едва прикрывающая ее ягодицы и высокие черные чулки. Я сглотнул, вспомнив нашу вечернюю переписку с ее откровениями. Девушка посмотрела на меня и широко улыбнулась, а я все прожигал ее глазами, останавливаясь на вырезе из открытой пуговицы ее белой кофты, туго облегающей ее соблазнительную грудь.

— Что-то не так? — она осмотрела себя с ног до головы.

Приблизившись к ней вплотную, я сжал ее в руках, отчего девушка хихикнула, подставляя свою шею навстречу моим, изголодавшимся по ней, губам.

— Вспомнил твои сообщения, — ответил я, коснувшись языком ее впадины у шеи. — И фотографии.

— Брэндон… — ойкнув, неожиданно девушка постаралась отстраниться. Недовольно цокнув, я сильнее прижал ее к себе и сразу же почувствовал животный инстинкт овладеть ею без остатка. В моем теле разгоралось пламя, и сейчас, перекинув ее через плечо, я направился с Тиной в руках на второй этаж, в свою комнату.

Опустив девушку на кровать, я придвинулся ближе, а затем прижавшись губами к ее нежной шее, стал медленно расстегивать остальные пуговицы на ее кофте. Тина затрепетала, пытаясь оттолкнуть меня, но я лишь сильнее вдавил ее в свою постель, снимая с любимой девушки блузку.

— Брэндон, постой, — я накрыл ее губы своими. — Я не могу, — выдохнула она. — У меня… эти дни.

Я на секунду замер, а затем попытался отстраниться, но жгучее возбуждение становилось еще сильнее, предательски гоняя кровь в самый низ.

— Ничего, — хрипло произнес я. Меня трясло от желания, и я набросился на губы Тины, чтобы немного успокоить свое возбуждение. Девушка недовольно застонала. — Достаточно поцелуев.

Только после моих еле связных слов Тина немного успокоилась, а затем сама углубила поцелуй, проникая в мой рот языком. Девушка привстала на кровати, и сама сняла с себя блузку.

— Сними с меня лифчик, — настойчиво проговорила она, переводя дыхание. Я незамедлительно выполнил ее просьбу, пока девушка избавляла меня от рубашки.

Я припал к ее обнаженной груди, втянул губами сосок, а затем провел языком по чувствительной коже, и девушка громко вздохнула, выгибаясь дугой на кровати подо мной. Она предоставила доступ к своему телу, разместившись на моей кровати в полуобнажённом виде, с закрытыми глазами. Мой мозг отключился в тот момент, из-за того насколько потрясающим было это зрелище. Припав к ее шелковистой шее, я коснулся языком ее кожи, а затем двинулся ниже, оставляя россыпь влажных, неистовых поцелуев. Тина тихо ойкнула, и сделала то, из-за чего я едва не завыл как сумасшедший. Девушка протянула свою ладонь, коснулась ею выступа на моих джинсах, и скользнула тонкими пальцами под одежду, задев резинку трусов. Я застонал, и посмотрел в ее затуманенные глаза. Тина была сильно возбуждена, и в ту же секунду ее ладонь юркнула дальше, в боксеры, и девушка коснулась моей возбужденной плоти. Неосознанно я выругался себе под нос, а затем громко застонал от невероятных ощущений. Тина начала двигать ладонью по моему каменному естеству, увеличивая темп. Я чувствовал, как медленно погибаю.

— Тебе хорошо? — прошептала она севшим голосом.

Черт возьми, конечно хорошо.

Тина посмотрела мне в глаза и впилась губами в мои губы. Её язык неистово шарил в моем рту, она провела им по моей нижней губе и слегка прикусила её.

— Если захочешь, вместо моей руки будут мои губы. Только скажи…

— Нет… — еле выдавил я, чувствуя приближение финала. Зачем она говорила мне такие вещи? Одна мысль об этом вызывала во мне шквал невероятных эмоций. Тина хихикнула и резко вырвала свою ладонь из моих брюк, а я громко застонал. Шальная мысль о том, что мы творим с Тиной в моей комнате, промелькнула слишком поздно. Единственное облегчение — моей мамы точно не было дома. Тина толкнула меня в грудь и резким движением отцепила замок на джинсах и потянула его с боксерами вниз.

— Тина, пожалуйста, не надо, — заныл я, рухнув на постель. Девушка опустилась передо мной, и последнее что я видел, перед тем как отключиться в эмоциях — губы Тины, когда она поцеловала меня. Она снова коснулась меня внизу ладонью и дальше я ощутил, как ее нежные губы опустились на мою плоть и девушка взяла ее в рот… — Тина… — протяжно застонал я. — Тина, прошу тебя…

Весь потный от пережитого, я не успел вздохнуть, как моя девушка приблизилась к моему лицу и снова поцеловала меня. Мы глубоко целовались, кусая губы друг друга. Сумасшедший выброс адреналина. Я никогда не испытывал ничего подобного, и был уверен, что раз и навсегда влюбился.

Остаток вечера на кухне мы провели молча. Казалось, что произошедшее сильно беспокоило девушку: после того, что случилось она больше не посмотрела на меня. После того как мы стали близки я не помнил, чтобы она стеснялась чего-либо, но сейчас все было по-другому. Тина тихо пила чай, согнувшись над кухонным островком так, словно пыталась слиться со столешницей.

— Ты, наверное, подумал, что я делала это раньше, — буркнула она себе под нос.

Ее волновало именно это?

Не говоря ни слова, я подошел к девушке со спины и крепко обнял. Тина откинула голову назад, к моей груди.

— Я так не подумал, — честно ответил я, прикасаясь губами к ее щеке. Она мило затрепетала. — Ты не умеешь врать, и я все понимаю.

— Я хочу, чтобы ты был особенным для меня, — ответила она.

Вспомнив о своем подарке на день влюбленных для своей девушки, я отправился за сумкой. Несколько дней назад, проходя мимо музыкального магазина, я увидел гитару, которая отлично подошла бы Тине. Всучив своей подарок девушке, я наконец развеял ее хмурые мысли и спокойно выдохнул. Тина широко улыбнулась и кажется, перестала думать о том, что так ее тревожило.

***

За полгода мы стали настолько родными друг другу, что теперь воспоминания о прошлом, о том, как она называла меня неудачником, а я ее избалованной стервой — ушли куда-то далеко прочь. Я сильно изменился и видел, как меняется она.

Но было еще кое-что, что меня пугало. Я стал понимать, что ее флирт, милые улыбки и страстные поцелуи пробуждают во мне нечто новое. Порочные мысли меня пугали, мне давно хотелось сделать с ней плохие вещи, но я отчаянно боролся с собой.

В этот вечер Тина вынудила меня отправиться на вечеринку к ее подруге Джудит. Мягко говоря, мне не особенно комфортно было в компании ребят из футбольного клуба, но я старался влиться в их окружение только ради Тины.

Несмотря ни на что я все-таки был рад, когда заметил отсутствие Мэтта Дженсена на вечеринке. Я сидел молча, на огромном кожаном диване в центре гостиной. Громко играла музыка, но мы все равно хорошо слышали друг друга. Девушки много пили, но ни одна из них не пьянела так сильно, как Кристина, которая сегодня воздержалась от одурманивающих напитков. Девушка принесла нам два бокала вишневого пунша, и разместившись рядом, стала рассказывать какую-то историю. В какой-то момент Джастин и Джейк решили отлучиться, приглашая меня с собой.

— Хей, Брэндон, может поедешь с нами за напитками, — визгнул Джастин. Джудит резко прервала парня, не дав открыть и рта.

— Оставьте нам хотя бы одного парня тут, — фыркнула девушка. — Как будто мы не знаем, для чего вы едете.

Девушки засмеялись, а я бросил украдкой взгляд на Тину. Она немного замялась, но я понял без слов, для чего отлучались парни. Джудит подмигнула моей девушке, на что та одобрительно кивнула. Тина переживала.

— Я же не ребенок, — прошептал я над ее ухом, придвинувшись к ней. — Не стоит так волноваться за меня.

— У них не будет проблем с законом, — ответила она тихо. — Но другим они могут их создать.

— Я бы все равно не пошел с ними, — кивнув, я поцеловал девушку в щеку.

Наша вечеринка с танцами переместилась на диван. В принципе, я итак почти не вставал с него, пока танцевали девчонки. Девушки разместились вокруг меня и стали рассказывать истории из своей жизни, а затем плавно перешли на интимные подробности, о которых мне знать вовсе не хотелось. Музыка стала тише, а алкоголь прилично ударил некоторым в голову, ведь Мэри почти прекратила себя контролировать.

— Когда мне было шесть лет, у нас по соседству жила девочка. С ней никто не дружил, и как-то она пришла к нам в компанию с огромным количеством разноцветных шаров продолговатой формы, — рассказывала она. Прознав про финал истории, многие стали хихикать. — Она хотела подружиться с нами и принесла их нам в качестве подарков. Оказалось, что она собрала презервативы с улицы, помыла их и надула, думая, что это шары. И мы тоже так подумали, пока мальчик, который был постарше не поведал нам истинное положение вещей.

Мне было не совсем комфортно, но я не показывал своего состояния. Некоторые девушки рассмеялись, но на удивление Тина просто закатила глаза. После следующей истории Джудит я собирался встать, но тут меня остановили.

— Не хочешь ничего узнать о своей девушке? — Мэри коснулась моей руки. Я покосился на Тину. Наступило секундное молчание.

— Я знаю о ней достаточно, — ровным тоном ответил я. Теперь-то я понимал, почему у них с Тиной не складывались отношения.

— Так уж достаточно, — прыснула она. — Ты знаешь ее несколько месяцев, а я с ней с детства. — Так вот она так еще ханжа! — пискнула девушка.

Тина встала со стула, напротив меня, и направилась к кухонному островку.

— Не знаю, было ли что-то между вами, — сказала Мэри, подмигивая мне. — Но Тина ни за что не удовлетворит тебя своим ртом, — вульгарно облизнув нижнюю губу с явным намёком, девушка ухмыльнулась. — Это ее табу, так что смирись парень — тебе ничего не светит.

Эта девчонка была невыносима. Я сжимал ладони в кулак, но было глупо говорить что-то, или выражать свои эмоции, когда твой собеседник в невменяемом состоянии.

— Заткнись, — Тина толкнула подругу в плечо, отчего та, качнувшись упала на бок. Девушка была встревожена, и всячески пыталась заставить замолчать подругу. Но это было бесполезно.

— Ты сама говорила, что никогда не станешь этого делать, если только это не будет твой муж, — рассмеялась девушка. У нее заплетался язык.

— Брэндон, не слушай ее, — полушепотом протянула молчаливая Джессика. — Она с придурью, когда напьется.

Похоже, что им всем пора завязывать с алкоголем.

— Пьяная идиотка, — выругалась Тина, ударив подругу еще раз, только уже помягче. Та засмеялась еще громче, врастая в кресло. — Джуд, ей пора баиньки.

В машине Тина молчала почти весь путь до ее дома.

— Прости, — прошептала она.

— За что?

— Сколько пошлятины тебе пришлось наслушаться за этот вечер, — растерянно помотав головой, Тина уткнулась в окно. — Я не думала, что им настолько снесёт крышу именно сегодня.

— Ты про то, как парни пошли курить траву? — спросил я, делая вид, что все услышанное и увиденное мною — забыто. — Меня смутило только то, что они спортсмены и должны беречь свое здоровье…

— Я не об этом! — прервала она меня. — Эти истории…

— Расслабься, — ответил я. Повернув к ее дому, я остановился. Нужно было успокоить свою девочку. — Я уже давно забыл об этом.

Кристина

Было ужасно стыдно, тем более я сама заставила Брэндона пойти со мной на эту вечеринку. Я долгое время была в ссоре с Мэри, и подруга всячески пыталась загладить передо мной вину, но вчера что-то пошло не так.

До благотворительного вечера моей мамы оставалось совсем мало времени. Дом был подготовлен, а я, как и обещала родительнице, внесла свою небольшую лепту и попросила Тео с группой выступать у нас. Ребята отложили свои выступления в апреле и с радостью согласились прийти на вечер к нам. Брэндон же стал чаще пропадать в лабораторной по информатике, ведь после поступления его график стал более загруженным.

Мы готовились к вечеру, репетировали танец иногда в школе, но чаще в том самом заброшенном здании с видом на пляж. Там было комфортно и тихо. В свободное от тренировок время я сама изучала новые аккорды, ведь теперь у меня была своя собственная гитара. Я улыбнулась, разглядывая подарок своего парня. Наверное, я бы никогда не подумала раньше, что решу изучить игру на музыкальных инструментах, но сейчас меня это сильно расслабляло.

Хлопнув дверцей шкафчика-локера, я испуганно дернулась, не ожидая увидеть рядом с собой Джастина.

— Привет, Тина, — мягко протянул парень, оперившись о шкафчик. — Давно не виделись. — Я поздоровалась, и кивнув, двинулась в направлении к аудитории. — Постой, у меня серьезный разговор к тебе.

— У меня литература через три минуты, — жестом показала я.

— Ты изменилась, — ухмыльнулся парень. Я приподняла бровь в недоумении. — Стала какой-то слишком правильной…

— Это плохо? — недоверчиво спросила я.

— Это скучно, — отрезал он. Я немного возмутилась, но виду не подала. — К чему все это, когда за нас все давно решили родители? Наше будущее разложено по полочкам. — я закатила глаза. — Вообще хотел предложить тебе кое-что… Может, сходим на благотворительный вечер твоей мамы вместе? Как думаешь?

Я отстранилась от чрезмерно навязчивого внимания бывшего друга, но он снова преградил мне путь.

— Джастин, я иду с Брэндоном, — однозначно ответила я.

— Мы же друзья с детства, — присвистывая протянул он. Почему я раньше не обращала внимания на его писклявый голос? — Да и этот парень совсем тебе не пара.

— Это не твое дело, — отрезала я грубо, и толкнув парня в плечо, направилась прочь. Он добавил мне что-то в след, но я была настолько зла, что, повернувшись показала ему средний палец.

На тренировке не было Мэри. Она все чаще стала пропускать занятия в группе поддержки, и если сначала я думала, что это было своего рода протестом из-за того, что нас с ней поменяли местам, то потом я узнала правду. Я зашла в уборную, чтобы помыть руки, и услышала странные звуки из закрытой кабины. Громко ругнувшись, девушка выдала себя, и разумеется, несмотря на нашу ссору, я решила помочь подруге, вломившись в кабину. Мэри тошнило, ее рвало уже долгое время, как она сумела объяснить мне в затуманенном состоянии.

— Что говорит твоя мама? — спросила Джудит у Джессики. — Помощи психолога достаточно с ее расстройством?

— Она же давно страдает булимией, — ответила Джессика. Я разглядывала поднос с едой, но после того, что мне предстояло увидеть несколькими минутами ранее в туалете — аппетит и вовсе пропал. — Мама считает, что ей нужно на какое-то время лечь в больницу. Она поговорит с ее родителями. Мэри уже не может себя контролировать…

В избитом состоянии я вернулась домой. Я только единожды за день виделась с Брэндоном, когда заходила в студию к Тео. Мы согласовывали список треков, хотя я просила больше импровизации, ведь полностью доверяла кузену парня. Мы какое-то время обсуждали ситуация с Мэри в школе и в глубине души я почему-то все еще чувствовала себя неловко. Наверное, потому что чувствовала, что отняла позицию подруги в группе поддержки, хоть и не собственноручно.

Мэри выписали из клиники спустя неделю, и она стала понемногу идти на поправку. Конечно, я тоже навещала ее в клинике, ведь она была мне небезразлична. В один день она сама подошла ко мне, решив первой завершить нашу глупую вражду.

В долгожданный для моей мамы, вечер, Брэндон пришел к нам раньше остальных. Я давно наблюдала теплыми отношениями между ним и моей мамой, и была этому несказанно рада. Гостей становилось все больше, вскоре все ребята из приглашенного списка явились в наш особняк, и мы постепенно переместились в патио, откуда открывался чудный вид на озеро у пристани.

На мне сегодня был образ от Dolce & Gabbana — короткое кремовое платье из шифона в стразах, с длинными рукавами и открытой спиной. Волосы я оставила распущенными, так мне нравилось больше всего. Это был вечер моей мамы, и сегодня она должна была выглядеть безупречнее всех.

Брэндон ждал меня в патио. Спустившись к парню, я сразу же заметила его взгляд, скользнувший по мне снизу-верх. Затем он широко улыбнулся, и приобнял меня, когда я оказалась рядом.

— Выглядишь слишком красиво, чтобы быть настоящей, — прошептал он мне на ухо. Я хихикнула, а затем почувствовав покалывания в пояснице, заметила, как смотрел на меня Мэтт, стоящий в другом конце в компании наших друзей.

— Я говорила, что ты секси в этом смокинге? — ответила я на его комплимент. Парень лукаво подмигнул, поцеловав меня в щеку.

После торжественной части, на подиум вышли ребята из «Damaged» и стали петь песни из нового альбома. Молодых людей было много на вечеринке, поэтому репертуар был как никогда кстати. Мы с Брэндоном составляли плей-лист в зависимости от приглашенных гостей, поэтому спустя какое-то время ребята стали напевать каверы на популярные хиты из 80-х и 90-х.

— Что это за старьё? — послушался где-то голос Джастина. Мы с Брэндоном рассмеялись, так как песня «Hero» от Энрике Иглесиаса была еще не самым старым треком из репертуара. Наконец-то нам удалось показать всем наши старания в течении долгих недель, ведь мы танцевали кажется лучше всех на этом вечере.

Мама подмигнула мне, когда началась песня Джона Бон Джови, и папа наконец соизволил пригласить ее на медленный танец.

— Сейчас будет еще кое-что, — сказал Брэндон. Я непонимающе уставилась на парня, а он улыбнулся уголком губ. Когда песня завершилась, Брэндон направился к сцене.

— Не могу сказать, что люблю такой жанр, — мама приблизилась ко мне, глядя на то, как Брэндон вкладывает микрофон в стойку. — Но вечер проходит просто великолепно. И вы так красиво станцевали, я не могла оторвать от вас глаз! — я улыбнулась, приобняв маму.

Брэндон спел новую песню из альбома, которая называлась «Broken Parts» и я еле сдержалась, чтобы не пролить слезы. Потому что несмотря на музыку, слова были очень печальными, и мне было сложно представить, что их придумали такие веселые ребята. Признаться, я еле уговорила не петь их ту самую песню, которую Брэндон посвятил мне. Я считала, что чрезмерное внимание ко мне на благотворительном вечере плохо отразится на моей персоне. И я не хотела, чтобы папа зацикливался на моих отношениях с Брэндоном. Скоро я собиралась рассказать ему об этом. Но не сегодня.

Во время аукциона мы переместились во внутрь дома. Папа вышел в центр зала, когда ему предоставили торжественную речь. Заиграла медленная музыка, но я слишком устала, чтобы досиживать здесь до конца. Это была не самая интересная часть вечера, поэтому схватив своего парня за руку, я осторожно прошмыгнула вдоль толпы людей и незаметно двинулась на второй этаж, в свою комнату.

— Это невежливо, — возмутился Брэндон, когда я заперла дверь на ключ.

— Там стало слишком скучно, — ответила я, обнимая его за шею.

— Ты чем-то обеспокоена?

— Просто… — замялась я. — Папа постоянно говорит о семейных ценностях, хотя сам далёк от этого, — я прикусила язык. — Ты же помнишь, я рассказывала…

— Ты говорила, что это было в прошлом году, — Брэндон покосился на меня. Он говорил, что я должна отпустить ситуацию, если ее отпустила моя мама.

— И в этом, тоже, — выдохнула я. — Да, он встречается со своей ассистенткой, и не скрывает этого.

Глаза Брэндона округлись, но парень не сказал ни слова.

— В прошлой школе какое-то время у меня был стресс из-за этого, — усмехнулась я. — Я стала слишком агрессивной и даже чуть не лишилась своего места в группе поддержки. Поэтому мне сейчас так жаль Мэри.

— Ты же ни в чем не виновата, — Брэндон покачал головой, обнимая меня.

— Хорошо, что у меня есть ты, — громко выдохнув, я прижалась к парню. С первого этажа были слышны звуки песни «Don’t speak» — No Doubt. — Я не помню, чтобы вносила ее в плей-лист, — я подняла глаза на Брэндона.

— Это твоя мама попросила меня, — улыбнувшись, парень подмигнул мне.

***

— Тетя Нэнси, я не знала, что вы дома, — осекшись, я прикусила язык.

Мама Брэндона демонстративно прочистила горло, намекнув мне о нелепости моей фразы.

— Я скоро ухожу, — и она покачала головой. — Мой сын внизу, в подвале.

Постаралась улыбнуться очаровательно, хотя на женщину не сильно влияло мое обаяние. Миссис Хартер пригласила меня в дом, и сама, кивнув, вернулась к своим делам в кухне. Затем взяв ключи со столешницы, мама моего парня тактично улыбнулась мне и вышла из дома.

Когда Брэндон сказал мне, что он дома, я думала он ждет меня в своей комнате. Вчера он почти выгнал меня из лабораторной! Даже если я и сама была виновата, отвлекая его от важной работы.

— Би, где ты? — я спустилась по лестнице вниз. Услышав меня, парень обернулся. Он был обнажен по пояс, весь потный, в черных домашних брюках. Кажется, он никогда не выглядел соблазнительнее, чем во время тренировок. Парень немного растерялся, когда увидел меня, а затем слегка улыбнулся уголком губ.

— Я сейчас быстро приму душ, а ты подожди меня в комнате, — сказал он, хватая полотенце с полки. Брэндон часто дышал, его волосы были влажными и взъерошенными, а я невольно закусила губу, разглядывая своего парня.

— Я подожду тебя здесь, — прислонившись к столешнице, ответила я.

— Ты… обиделась? — он сузил глаза в прищуре, протирая свою шею и грудь.

— На то, что ты прогнал меня вчера из аудитории? — мягко протянула я. — Нет, я всего лишь немного разозлилась.

— Извини, я этого не хотел, — виновато выдохнул он, а затем подошел ко мне, и поцеловал в висок. Я потянулась к его губам, но парень убрал мои руки с его тела. — Подожди, я сначала сполоснусь.

— Тсс, не трать на это время, — я приложила палец к его губам. Парень недоумевая взглянул на меня. — Ты такой привлекательный сейчас…

— Я потный, — выдохнул он. Если бы он хотел, он давно бы ушел отсюда, но Брэндон не мог оторвать от меня взгляда.

— Меня это не смущает, — я сглотнула. — Знаешь, я тут подумала, — я стала вести пальцем по его влажному предплечью и выше, а затем прикоснулась губами к яремной ямке на его шее, и парень дернулся, вздохнув. Я заметила, что это было его чувствительным местом. — Ты всегда слишком нежен со мной.

— Потому что я люблю тебя, — он непонимающе покачал головой. — Ты — моя прекрасная куколка, — и он заправил прядь волос мне за ухо.

— Заткнись, — буркнула я. — Помнишь, я писала тебе, что хочу… чтобы ты взял меня жестко.

Я собрала волю в кулак и еле сказала эти слова, глядя ему прямо в глаза. Сердце забилось, но пути назад не было. Брэндон громко выдохнул и посмотрев в сторону, покачал головой.

— Тина, — он схватил меня за запястье. — Пожалуйста, поднимись в дом, — настойчиво повторил он.

— Я знаю, что ты можешь быть жестким, — прошептала я в дюйме от его губ. — Мне разозлить тебя, чтобы ты сделал это?

Присвистнув, Брэндон что-то буркнул себе под нос, а затем отстранился. Он потянулся за черной футболкой, ютившейся на спинке стула, и надев ее через голову, вышел из комнаты.

Он почти не разговаривал со мной в комнате, а на мои вопросы отвечал холодно, даже не поднимая на меня своих глаз. Вряд ли он был смущен теперь, зато мне стало не по себе. Я все испортила. Несколько раз за вечер парень все же улыбнулся, но ни разу даже не предпринял попыток поцеловать меня. Тем более он не предложил мне остаться у него, несмотря на то, что завтра был выходной.

«Может сходим в кафе после математики?», — @cici. 2:45

«У меня факультатив по программированию», — @n1. 2:46

Вернувшись в школу после кафе, я направилась в кабинет профессора Ортеги, где должен был быть мой парень.

— Мисс Кренстон, не ожидал вас здесь увидеть, — профессор по привычке поправил очки. — Ваш напарник как раз завершает программу в лабораторной.

— Я хочу спросить у него кое-что, — объяснила я. К моему счастью неожиданно профессор отдал мне ключи от аудитории и попрощавшись, вышел из школы. Надо же, как сильно он стал доверять мне после того, как я стала «дружить» с его любимым студентом. И с моим любимым студентом в том числе.

Вечерело, я вошла в пустую, темную аудиторию, в которой горел лишь экран монитора. Развернувшись, я закрыла кабинет на ключ и лишь тогда, дернувшись, Брэндон поднял голову и посмотрел на меня.

— Милая, что ты здесь делаешь? — его голос был надломленным.

— Профессор отдал мне ключи от кабинета, чтобы мы закрыли его после урока, — ответила я, садясь на парту напротив него. Его взгляд задержался на несколько секунд на моих ногах.

— Хорошо, я скоро закончу, — ответил он и продолжил быстро барабанить по клавишам.

— А я не скоро, — протянула я. Парень остановился и посмотрел на меня. — Ты избегаешь меня?

— С чего мне избегать тебя, — парень выключил компьютер и встал из-за стола. Подняв рюкзак, он направился к выходу, приглашая меня за собой, но я, резко спрыгнув с парты, перегородила ему путь.

— Ты такой странный, — я посмотрела на его потерянное лицо. Парень посмотрел по сторонам, а затем сделал шаг назад. — Еще с пятницы.

— Тина, давай уйдем отсюда, — прошипел он.

— Здесь нет камер, — зачем-то я напомнила ему об этом. — Ты сам мне говорил об этом.

Я обвила руками его шею и прижалась губами к теплой коже.

— Тина, — он предупредительно покачал головой, хватая меня за руки. Даже несмотря на раздражение он всегда по-особенному нежно произносил мое имя. — Не здесь. Пошли домой.

— Дома ты зануда, — прыснула я.

Он громко выдохнул, а затем приложил ладонь к лицу.

— Тина… — севшим голосом добавил он. — Я еле сдерживаюсь.

— Не сдерживайся, — равнодушно протянула я.

— Чего ты добиваешься? — спросил он, надвигаясь на меня. — Это мазохизм? Что с тобой не так?

— Со мной все в порядке, — прошептала я у его губ. — Я всего лишь хочу тебя. И я говорила, чего добиваюсь… Еще в пятницу.

Брэндон прижал меня к столу, кладя свои ладони по обе стороны от меня.

— Грубости? Жесткости? — злобно уставился он на меня. — Я могу быть грубым, но тебе это не понравится.

— Мне понравится, — ответила я.

Ярость в его глазах отдавала огнем, его глаза практически потемнели.

— Мне разозлить тебя снова, как в прошлый….

Я не успела договорить фразу, как Брэндон обрушился на мои губы, стал сминать и кусать их, будто мы не целовались вечность. Хотя, почти так и было. Его язык коснулся глубин моего рта, и я думала, что задохнусь, терзаемая его губами. Парень не стал заморачиваться с пуговицами на моей блузке и рывком стянул ее с меня. Было больно, я застонала в его рот, и инстинктивно попыталась отстраниться, но это было бесполезно. Никогда бы не подумала, даже в самых смелых фантазиях, что Брэндон был настолько сильным, ведь его объятия были такими крепкими, намертво удерживающими меня на месте. Возбуждение связало все внизу меня в тугой узел, мое тело разгоралось огнем. Парень ловко снял с себя толстовку, а затем развернув меня спиной к себе, сжал мои ягодицы, скользя ладонями под юбку.

— Тише, — прошептал он у моего уха. Я хотела сказать, что замолчу, если он поцелует меня, но, кажется, Брэндон намеренно дразнил меня. — Не кричи.

Его голос был настолько соблазнительно-хриплым, что несмотря на ощущения, я постаралась замолчать, послушавшись парня. Брэндон прикусил мочку моего уха, а затем схватил меня за талию, вынуждая прогнуться в пояснице. Послышался звук открывающейся молнии. Резко сняв с меня белье, он быстрым движением вошел в мое тело, а я заныла, несмотря на предостережения парня. Его руки сжимали мою спину, он целовал мое тело повсюду, а затем втянул кожу у шеи в рот, прикусывая, словно пробовал ее на вкус. Я дёрнулась, боль отдавалась приятной истомой по всему телу. Он держал меня стальной хваткой обеими руками, не позволяя отстраниться, хотя я и не собиралась этого делать. В его объятиях было слишком прекрасно. И я ему идеально подходила. Брэндон делал все так быстро, словно впервые добрался до женского тела. Он двигался с бешеной скоростью внутри меня, а я почти до крови прикусывала губу, чтобы не закричать на всю аудиторию. Это было… слишком. Я задыхалась. Брэндон приложил ладонь к моему рту, вынуждая меня замолчать. Он громко застонал, когда почувствовал приближение финала, тяжело выдыхая. Развернув меня к себе, парень прижался к моей шее.

— Нравится, когда я грубый? — жестко спросил он, вздыхая. — Получила, то, что хотела?

— Да, — едва в сознании прошептала я. Парень поднял на меня свои большие, удивленные глаза. Мне действительно было хорошо. Если Брэндон так хорош в гневе, то я готова злить его каждый день. И однажды… выйти за него.

Его ладони ютились на моей груди, он гладил и сжимал ее, а затем припал к ней своими губами.

— Ай, — крикнула я, когда он укусил сосок.

— Пойдем ко мне, — хрипло добавил он. Его злость мгновенно рассеялась, и он стал привычно добрым и нежным. Я прикрыла глаза, наслаждаясь его мягкими губами. Парень хихикнул. — Мне стало немного легче, — добавил он.

— У меня есть форма чирлидерши в раздевалке, — сказала я, глядя на Брэндона, собирающего пуговицы с пола. — Я пойду за ней.

Посмотрев на меня, парень сразу же натянул на мое обнаженное тело свою серую толстовку.

— Какого черта на тебе не было лифчика?! — он оглушил меня своим вопросом, когда мы находились у него в комнате. — Ты так разгуливала по школе?

Я едва не рассмеялась вслух. Стоило ли говорить ему о том, что я специально сняла лифчик, когда шла к нему в аудиторию?

— Хватит злиться, малыш, — прошипела я, сдерживая свой смех. Я погладила его по щеке. — Злой ты, конечно, очень горячий, но я люблю тебя настоящего, — Брэндон недоумевая посмотрел на меня. — Хотя, я люблю тебя любого, — хихикнула я.

Кристина

Глубоко выдохнув, я посмотрела на себя в зеркало. Мне не нравилось сегодня мое отражение, однако это было не самой большой проблемой. В последние дни на меня навалилось слишком много дел из-за предстоящих экзаменов, в связи с чем я не очень хорошо себя чувствовала. И сегодня чуть не упала на тренировке, если бы вовремя не сделала передышку.

После занятий в группе поддержки, мы с девчонками собирались в торговый центр, ведь до выпускного вечера оставалось пару недель, и пора было найти подходящее платье. К вечеру я решила зайти к Брэндону: мне нужно было разобраться с темой по математике. Да и я просто скучала.

Парень сегодня выступал в качестве няньки для соседского мальчика. Миссис Хартер оставила Джейми с Брэндоном до утра, поэтому включив ему мультики, мы разместились с учебником и тетрадями за кухонным столом.

— Хочу есть! — закричал ребенок. Прошло не больше часа, и оставив математику, мы решили ненадолго отвлечься.

— Посидишь с ним, я посмотрю, что есть из еды, — протянул Брэндон.

— Лучше ты, — отмахнулась я, направляясь к холодильнику. Готовой еды не было, и вытащив овощи и ветчину, я решила приготовить нам простой ужин. — Будете сэндвичи?

Ребята кивнули. Собственно, я не умела готовить что-то более сложное, кроме салатов и сэндвичей. Нарезав несколько кусочков хлеба, я дернулась, снова ощутив слабость по всему телу: из-за стресса я нормально не ела и сейчас в желудке предательски заурчало от запаха продуктов.

— Вкусно, — буркнул мальчик, активно пережевывая огромный бутерброд. — Спасибо, — добавил он. Я улыбнулась. — Твоя подруга похожа на куклу, — Джейми посмотрел на Брэндона. — Как у моей младшей сестрёнки.

Парень широко улыбнулся, погладив мальчика по голове. Джейми сразу же убежал, плюхаясь на диван перед мультиками.

— Твоя блузка, — Брэндон повернулся ко мне и недоумевающе взглянул на форменный топ. Который, как оказалось, я сильно испачкала кетчупом.

— Сейчас переоденусь, — покачав головой, я отошла от парня и направилась в его комнату. Даже не поняла, как это произошло, но сегодня я была слишком рассеянной, поэтому не придумав ничего более подходящего, я достала с полки Брэндона белую толстовку и надела ее на себя. Он бы точно не был против, ведь ему нравилось, когда я носила его одежду.

Мальчика забрали раньше и остаток вечера мы провели за учебниками в полном одиночестве. Некоторые экзамены были позади, и я уже отправила свои документы в Лигу плюща, оставалось всего лишь пару формальностей. Мистер Ортега несколько раз напоминал о том, что Брэндона ждут в Беркли раньше, ради выпускного проекта, но парень настаивал на окончании учебного года здесь со всеми остальными одноклассниками. На самом деле я знала, что он не хочет отдаляться от меня раньше времени и я сама была к этому пока не готова.

— Я сегодня поеду домой, — промямлила я сонным голосом. — Ужасно хочу спать. — Потянувшись к телефону, до меня внезапно дошло, что я не держала устройство в руках весь вечер и сейчас телефона не было в моей сумке.

— Давай, я наберу тебе, наверняка он где-то в комнате, — Брэндон нажал на кнопку вызова, но звонок так и не поступил. — Может, ты оставила его в раздевалке?

— Я сегодня такая рассеянная, — пояснила я, отмахиваясь от проблемы. — Мы были в торговом центре, и… я даже не помню, был ли он со мной в тот момент.

— Судя по локации, он находится в школе, — успокоил меня Брэндон, показывая в своем телефоне маячок в программе поиска, в которой отобразился мой телефон.

Я спокойно выдохнула. Не хватало еще терять телефон перед выпускным. Утром я действительно нашла его в раздевалке, в своем шкафчике на полке.

После литературы я вышла в фойе, где мы собирались с ребятами перед обедом. Мне катастрофически необходима была таблетка адвила от головной боли. Как ни кстати уже вторую неделю подряд в середине дня по школьному радио включали классическую музыку, и если в другие дни я не обращала на нее никакого внимания, то сейчас она меня порядком раздражала. Джудит рассказывала мне что-то, листая новости в телефоне, а затем ее глаза внезапно округлились словно от шока.

— Что такое? — я покосилась на подругу. Джудит приложила ладонь ко рту, а затем покачала головой. Послышались перешептывания рядом с нами.

— Тина, тут такое, — пискнула она, и медленно протянула мне телефон.

В глоббере на главной странице были мои обнаженные фотографии. По телу пробежали мурашки, меня ударило током. Рассылка фото была сделана анонимно для всех пользователей. Фотографии были без лица, кроме одной, в купальнике. Но я хорошо знала, кому принадлежат эти фото.

— Детка, ты меня слышишь? — Джудит потрясла меня за плечи. Я еле держалась на ногах.

Самой последней фотографией в посту было фото списка ребят, приглашенных на благотворительный бал моей мамы. Я сама делала его в тот день.

«Разве самые лучшие студенты не должны подавать нам пример?» — было закреплено в посту как новость.

«Самая обожаемая ученица Кристина Кренстон — продает свои услуги на известном сайте. Вернувшись из Лос-Анджелеса, она продолжила свои приключения из прежней школы, и вот список выпускников, попавших в ее «ловушку». Выпускная традиция от популярной чирлидерши — спать со всеми парнями из выпускного списка».

Выпускной список? То есть список ребят, приглашенных на вечер назвали «выпускным списком»? Там ведь были имена наших друзей: Брэндона, Мэтта, Джастина и остальных, присутствующих на балу. Боже.

Я со всех ног побежала в сторону женского туалета. Меня рвало слишком долго. Лишь спустя минут двадцать, измученную, меня вытащила из кабины Джудит.

— Пост исчез, — прошептала она, помогая мне умыть лицо. — Брэндон удалил это со всех серверов.

— Мы до вечера найдем эту сволочь, которая сделала такое, — подруга обняла меня и прижавшись к ней, я громко зарыдала.

— Джуд… как такое могло произойти, — всхлипнула я.

Я понятия не имела, как мне теперь себя вести. Новость точно дошла до директора и в таком случае вечером меня ожидали огромные проблемы с родителями. В горле пересохло. Фотографии. Выпускной список. Боже, это было похоже на страшный сон.

В уборную ворвались Мэри и Джессика.

— Брэндон все удалил со всех компьютеров и телефонов, — стала успокаивать Джессика. — Там лица твоего не видно, так что…

Брэндон. Почему я думала о том, что мне ужасно стыдно перед ним? Он же знал обо мне всю правду, и точно бы не поверил ни в какой список.

— На одной видно, — прыснула Мэри.

Девчонки пригрозили Мэри, но я их совершенно не слушала. На мой телефон поступил звонок от моего парня, который я не успела принять.

— Я почему-то уверена, что это он во всем виноват, — прошипела Мэри.

Я чувствовала приближающуюся ярость.

— Заткнись, — сквозь зубы отрезала Джудит.

По моим щекам уже не текли слезы, и решив смыть весь кошмар с лица, я открыла кран с водой.

Когда я вышла в коридор с подругами, на меня косились снующие ребята и девчонки.

— Милая, — Брэндон подбежал ко мне и с силой прижал к себе. — Ты в порядке? — он вытер с моих глаз очередную порцию слез, которые появились, когда он оказался рядом.

Я вздрогнула, поднимая свой взгляд на Джудит. И тут до меня дошло. Ведь подобные новости могли размещаться только администраторами и помимо директора этот доступ был у троих людей. У меня, Сэма и Брэндона.

Нет, он не мог. Да, никто не мог видеть эти фотографии, кроме него, но Брэндон никогда бы не сделал такое.

— Брэндон, как такое могло произойти? — всхлипывая, я уткнулась ему в грудь. Мне были безразличны перешептывания одноклассников, и как раз в этот момент подруги окружили нас с обеих сторон.

— Я проверю по id в директорской кто сидел за компьютером, — прошептал Брэндон. — После перезагрузки системы.

Я чувствовала, как стучит его сердце и как надрывно он произносил каждое слово. Он был в ярости, но старался сдерживаться.

Если я и доверяла кому-то, то только ему.

— Ты теряла телефон, помнишь? — добавил он, глядя мне в глаза. — Я узнаю кто это.

— Все будут считать меня распутной…

— Плевать на них, — успокоил он, снова прижимая меня к себе. — Мы то знаем, что это неправда. И узнаем, кто это сделал.

— Тина, а ты уверена, что твой парень не знает, кто к этому причастен? — ядовито прыснула Мэри, возникшая рядом. Парень повернул голову вбок, но от меня не отстранился.

— Мэри, я ничего тебе не… — не дав договорить Брэндону, я двинулась к подруге.

— Закрой. Свой. Грёбанный. Рот. — жестко отрезала я.

Меня лихорадило от злости. Джессика схватила мою руку и меня немного отпустило. Какое унижение, ввязываться в драку с близкой подругой на глазах у всей школы.

— Джуд, побудь с ней, я пока сделаю то, что обещал, — тихо сказал Брэндон.

Брэндон

Не было времени на выяснение отношений с такой идиоткой как Мэри. Тина дрожала. Боже, я не мог ее успокоить, и мне было плохо. Когда эта чертова новость разлетелась по школе — я стремглав ринулся чистить сервер.

— Ты уверен, что про Тину написали неправду? — тихо протянула Эмма, но увидев мой взгляд, сразу же покачала головой и выставила руки в оборонительном жесте. — Я знаю, что статья — фейк, но с чего вдруг…

— Не зли меня еще сильнее, — фыркнул я, испепеляя взглядом подругу. Я не мог дозвониться до Сэма, отсутствующего в школе. Как никогда была нужна помощь друга.

Фотографии действительно были уничтожены отовсюду, я сделал программу кристальной для защиты данных. Но было одно, но — снимки экрана я контролировать не мог и лишь про себя молился, что никому не пришло в голову сделать скриншоты за те три минуты, что статья провисела на главной.

Пост был размещен с аккаунта Сэма. Я был в ярости. Друга не было в школе почти два дня по состоянию здоровью матери, и он бы точно не стал в такой момент досаждать Кристине или мне. Что, черт возьми, у него было в голове?

Я направился в мужскую раздевалку, так как забыл флешку с необходимой программой взлома в кармане спортивных брюк.

В раздевалке слышались агрессивные крики и улюлюканья спортсменов. Лишь спустя несколько секунд, прислушавшись, до меня стал доноситься смысл их слов.

— Она очень горячая…

— Я бы не против…

— Кристина та еще куколка, — голос принадлежал Мэтту Дженсену. — Она действительно хороша в этом деле, — язвительный смешок из уст урода. Я инстинктивно сжал ладонь в кулак, переводя дыхание. — Не знаю, успели ли остальные, но мне было с ней очень и очень хорошо…

Последовали громкие характерные вздохи и свист с противоположной стороны. Я не стал терпеть такое и сразу же вышел в кабину за перегородкой.

— Трепло, — выплюнул я. Спортсмены обернулись и резко замолчали.

— А, ты все слышал, — ухмыльнулся он. — Хочешь сказать, что я говорю неправду о твоей девчонке?

— Ублюдок, — преодолев преграду в виде длинной скамьи, я напал на спортсмена, а затем со всей силой ударил его кулаком по физиономии. Парень сразу же упал, растянувшись на кафеле, а я почувствовал, как несколько рук потащили меня на себя. Я был слишком зол, чтобы терпеть то, что мне говорили, и вырвавшись, навалился на ошарашенного Мэтта сверху и несколько раз ударил его по лицу снова, пока на его лице не появились пятна крови. Мне было безразлично, что кричали парни, пытающиеся разнять нас, и потянув ублюдка за собой, я вытащил Мэтта в коридор и ударил еще несколько раз в челюсть. Ярость творила со мной что-то ужасное, ведь я совершенно не чувствовал боли от ответных ударов и еще агрессивнее ударял противника в ответ, пока его лицо не стало походе на сплошной красный кровяной шар.

— Брэндон!

— Парни прекратите!

В глубине сознания я услышал свое имя из уст Кристины, кричащей неподалеку от меня.

— Хартер, вы в своем уме? — с силой оторвал меня от Мэтта наш учитель по физкультуре. И лишь тогда я немного пришел в себя и увидел плачущую Тину рядом с собой.

Мы уже полчаса сидели у директора. Тина пришла в себя, и больше не плакала, но в ее глазах все еще отражался ужас.

— Итак, вы двое, — директор показал на нас. — Что вы устроили в школе?!

— Мистер Джонсон, про меня написали неправду, — стала оправдываться Тина.

— Даже если и так, там есть ваша фотография и это проблема, — прочистив горло, смущенно отвел глаза директор. Я фыркнул, не контролируя своих эмоций.

— Что вы учудили мистер Хартер? — услышав это, директор перевел на меня свой взгляд. — Вы видели состояние мистера Дженсена?

— Он оскорблял Кристину, — четко ответил я. — Я сделал то, что должен был.

— Так по-вашему себя ведут порядочные студенты?! — он свел брови к переносице, глядя мне я глаза. — Если бы не ваш статус в школе, я бы отстранил вас от занятий.

Я злобно уставился на него.

— В общем мне все с вами понятно, — резюмировал он. Тина тихо всхлипывала, и я накрыл ее ладонь своею, поглаживая. — Вашим родителям уже доложили, так что у нас с ними состоится важный разговор.

— В таком случае, мы можем быть свободны? — поинтересовался я. Кристина же напротив, стала просить директора об обратном, не желая видеть своих родителей в школе.

В кабинет директора постучали, и мне даже стало не по себе от того, как быстро сработала система оповещения. Я никогда прежде не видел Ричарда Кренстона и сейчас мужчина, повернувшись в нашу сторону, бросил на меня полный презрения взгляд, а затем грубо схватил свою дочь за руку.

— Отец убьет меня, — Тина уткнулась мне в грудь, всхлипывая. Мы стояли в вестибюле несколько минут, и я ненавидел любого, кто разглядывал нас в данную секунду.

— Тише, милая, — в сотый раз за день я пытался ее успокоить. Мое сердце обливалось кровью глядя на то, как он плачет. — Все будет хорошо. Все знают, что это неправда.

— Папа приставил ко мне водителя, — тихо сказала она. — Я должна поехать с ним домой.

Я нехотя отпустил от себя девушку, а затем проводил ее до машины. Мне позвонила мама, когда я был у дома. Очевидно, ей не удалось прийти к директору в назначенный час из-за рабочего графика и мое наказание с ее стороны еще ожидало своего часа.

В любой другой момент я бы поступил так же. Да, я вспылил так, как никогда не делал этого прежде, но я должен был закрыть рот этому мерзавцу. Я проверил уведомления на телефоне. Телефон Тины, на удивление, был выключен. Прошло несколько часов, прежде чем мне позвонил Сэм и наконец рассказал всю правду.

Кристина

— Почему все, кроме меня, в этом гребанном городе знают, что моя дочь встречается с этим парнем?! — родители ругались на кухне. Я сидела неподвижно, вжавшись в диван.

— Рик, ты все не так понял… — мама пыталась вразумить обезумевшего отца. — Брэндон хороший парень.

— Мне плевать какой он! — выплюнул он. — Ты слышала, что сказал директор? Из-за него у моей дочери будут проблемы. Она стала вести себя как законченная…

— Папа! — выкрикнула я. — Ты не можешь говорить такое!

Отец будто только что заметил меня. Мне стало страшно.

— Я могу говорить все, что захочу в своем доме! — отрезал он. — Этот хороший парень отправил голые фотки моей ненаглядной доченьки всей школе, — язвительно добавил отец. — Я видел вашу переписку!

— Это не он! — буркнула я, вставая с дивана. Предательски подкосились колени, и я еле удержалась на ногах.

— Заткнись! — он замахнулся для пощечины, но вовремя остановился. — Это все — твое воспитание. — рявкнул он моей маме. Та села рядом, прижимая меня к своей груди. Мама пыталась защитить меня как могла, но сейчас в папу словно вселился дьявол. — Невоспитанная. Моя дочь не стала бы отправлять фотки своего обнаженного тела кому попало.

На мой телефон поступило уведомление, и услышав это, папа вытащил аппарат из заднего кармана брюк и со злости бросил на пол. Тот разбился вдребезги.

— Никуда из дома ты больше не выйдешь, — сказал он злобным тоном. — Никаких телефонов. До школы и обратно тебя будет возить мой водитель, — добавил он. — И забудь про этого парня. Это — мое окончательное решение. Точка.

Схватив пиджак со спинки стула, папа громко выругался и хлопнув дверью, вышел из дома.

Я не заметила, как провалилась в сон на коленях у мамы. Меня разбудил громкий стук в дверь. Тереза впустила в дом моих подруг: первой вошла Джессика, а за ней остальные, и лишь в самом конце Джудит грубо толкнула вперёд Мэри, отчего та, дёрнувшись, упала на ковер.

— Что происходит? — я покачала головой. — Что вы делаете?

— У тебя телефон был выключен, — отчеканила Джудит. Я покосилась на край ковра, на котором несколько часов назад лежали осколки моего телефона. — Брэндон не мог до тебя дозвониться, и сообщил все мне.

При упоминании его имени мое тело пропустило удар, а на глаза снова надвинулись непрошенные слёзы.

— Миссис Кренстон, простите мне мой тон заранее, — она приложила ладонь к груди. — Эта дрянь, которую мы считали подругой виновата во всем, что сегодня произошло.

Я непонимающе взглянула на Мэри, которая так и продолжала лежать на полу.

— Вчера во время тренировок она украла твой телефон, — сказала Джудит. — И так как ей был известен пароль, она скачала все фотографии себе, — добавила она. — Ну и придумала всю эту историю. А идиоту Сэму сказала, что готовит вам с Брэндоном сюрприз, и воспользовалась его аккаунтом в Глоббере, чтобы сделать анонимную рассылку. Вот так и сюрприз!

— Зачем? — я покачала головой.

— И самое главное, — прыснула Джудит. — Это ведь такой бред, все бы все равно узнали, какой в этом был смысл.

— Я не собираюсь оправдываться, — Мэри подняла голову. — Я хотела это сделать и сделала.

— Зачем, мать твою, ты это сделала?! — я ругнулась на весь дом, поднимая Мэри с пола.

— Потому что я ненавижу тебя! — девушка оторвала от меня свои руки. — Джастин говорил мне, что хочет вернуть тебя, ведь ты такая умница. Я хотела, чтобы все знали, какая лживая ты на самом деле.

Я ударила ее по лицу. Мне давно хотелось сделать это, но прежде я оправдывалась тем, что мы были близкими подругами.

— Это все из-за тебя! — я закричала на весь дом, ударяя ее по лицу еще раз. — Как ты могла мне такое сделать!

— Прекрати, Тина, — девочки оттащили меня от бывшей подруги.

— Где Брэндон? — всхлипнула я. — Почему он не пришел?

— Он говорил с мамой, она вроде только вернулась от директора, — пояснила Джудит.

Его мама никогда меня не любила из-за всей истории нашей семьи, и мне с трудом давалось получить ее расположение. Теперь же ситуация стала еще хуже. Хотелось закричать от обиды.

— Я могу потерять особенного человека из-за нее, — тихо протянула я, глядя на Мэри.

Девушка опустила голову, ни сказав ни слова.

Папа запретил мне видеться с подругами дома и усилил за мной наблюдение. На следующий день мне не разрешили поехать в школу и на все возмущения моей мамы лишь передали слова отца. Он попросил проследить за моим расписанием, и, если не было необходимых для Гарварда факультативов — я должна была оставаться дома. Пялясь в одну точку весь день, я думала о том, как за двадцать четыре часа изменилась моя жизнь. Выходные прошли быстро, я не выходила из комнаты ни разу, а на все попытки Терезы накормить меня отвечала резким отказом.

В понедельник утром у меня сильно закружилась голова, мое тело ныло словно от физической боли. Я все же постаралась позавтракать, чтобы вовсе не потерять сознание от потери веса. Лицо за два дня заметно осунулось, а под глазами были темные круги. Просто замечательно.

Меня отвезли в школу к девяти часам. Выходя из черного кадиллака, я заметила огромное количество взглядов, обращенных на меня, что по телу пробежало полчище мурашек. В другой день я бы не обратила на это внимание, но не сегодня. Сев за привычную парту, я стала озираться по сторонам. Никого из моих друзей еще не было. Когда в кабинет вошла Джудит, я едва не закричала от радости. Девушка бросилась мне в объятия, словно не видела меня сто лет. У меня грохотало за грудиной, я смотрела на дверь в ожидании Брэндона. Да, это был факультатив по французскому, который он не посещал, но мое сердце от этого не стало биться слабее.

Я увидела парня лишь на втором уроке, когда он стоял у локеров в вестибюле. Заметив меня, Брэндон притянул меня к себе и крепко обнял.

— Я так соскучился по тебе, — прошептал он, зарываясь в мои волосы. — До жути.

— У меня нет телефона, — тихо прошептала я, утыкаясь носом в его шею. Парень потянул меня в свободную аудиторию, и нежно припал к моим губам. — Вот этого мне очень не хватало, — впервые за долгое время я улыбнулась и поцеловала своего парня.

— Я приду вечером к вам домой, — отстранившись, твердым тоном добавил Брэндон. — Объясню все твоему отцу, нам давно нужно было поговорить.

— Он в ярости…

— Ничего, — Брэндон прижал меня к себе. — Это моя вина, что я допустил такое.

Я не находила себе места, меряя шагами комнату. Брэндон обещал зайти к нам домой, но прошло уже несколько часов, и его все не было. Отец не говорил со мной после того случая, а я не искала с ним встреч. Сегодня наконец все должно было решиться. Мне было неспокойно.

Ближе к вечеру в дверь позвонили. Я стремглав побежала вниз по лестнице, игнорируя вопли слуг, контролирующих мое передвижение. В проходе стояла бледная, напуганная до смерти Джудит. Подруга часто дышала, глядя на меня.

— Мисс, вам запрещено видеться с…

— Замолчите! — крикнула Джудит. — Тина, я… должна была тебе сказать об этом.

В проходе появилась моя мама, внимательно наблюдающая за всей картиной. Она спустилась вниз и жестом пригласила мою подругу внутрь.

— Брэндон сейчас в больнице, — надрывным тоном произнесла подруга. — Его избили, — тараторила она.

Но я ее уже не слышала. Я отошла в сторону, прижимаясь спиной к дубовой лестнице. Он обещал зайти к нам домой и поговорить с моим папой, но все случилось иначе. Мое тело пронзил разряд тока.

— … неизвестно как случилось, пару часов назад, — Джудит объясняла моей маме. — Мне позвонил наш общий знакомый, его близкий друг…Его маме еще не сообщили…

Я закричала. Мама обняла меня, пытаясь привести в чувство.

— Мама… — всхлипывая, я раздернула кольцо ее рук и побежала на второй этаж.

Надев первое, что попало мне под руку, я спустилась вниз. В коридоре стоял разъярённый отец, а рядом с ним Джудит, которой было как всегда безразлично мнение окружающих. За это я ее и любила.

— Куда ты собралась?! — грозно прошипел он, глядя на то, как я выхожу из дома, игнорируя его запреты.

Сев за мамин автомобиль, я вставила ключ зажигания в отверстие. Сердце билось как ошалелое, кажется, во дворе кто-то кричал и пытался вразумить меня, но мне было уже все равно. Нажав на педаль, я выехала из гаража и игнорируя охрану, двинулась в сторону дороги. Когда-то Брэндон пытался внушить мне, что водить машину не страшно. Никогда бы не подумала, что самостоятельно сяду за руль именно в такой момент.

Я быстро доехала до Хартеров. Стучась в их дверь, я столкнулась с молчанием.

— Тетя Нэнси, пожалуйста, откройте дверь! — кричала я, но с другой стороны никого не было.

Сев обратно за руль, я направилась прямиком в больницу Саннивейла. Увеличив скорость до максимума, я думала лишь о том, что может чувствовать сейчас он. И мне было совершенно безразлично на то, что я могла снова попасть в аварию.

— Молодой парень, восемнадцать лет, — объясняла я на стойке регистрации. — Брэндон Хартер.

Доктор непонимающе пожала плечами, а затем направила меня к другому врачу. В конце коридора я заметила знакомую фигуру.

— Тетя Нэнси! — закричала я, подбегая к маме своего парня. Женщина посмотрела на меня как на что-то ядовитое, и сразу же направилась в мою сторону. — Пожалуйста, скажите, где Брэндон!

Она сразу же влепила мне пощечину. Это было настолько неожиданно, что я пошатнулась, схватившись за щеку и едва устояла на ногах.

— Не смей больше приближаться к моему сыну, — рявкнула она, озираясь по сторонам.

— Пожалуйста, я должна знать, что он в порядке, — тараторила я, глотая слезы.

— Он будет в порядке, если тебя не будет рядом, — повторила женщина. — Уходи.

— Я никуда не уйду, — повторила я осипшим голосом.

— Тогда я вызову охрану, — женщина потянула меня за толстовку сына, в которую я была одета. Миссис Хартер вытолкнула меня в другую часть коридора.

— Тетя Нэнси, я умоляю вас, пустите меня к нему!

Развернувшись, я снова направилась за ней, но перед глазами окончательно все поплыло. Оперившись ладонью о дверь, я коснулась рукой лица.

— Мисс, вам плохо? — последнее, что я услышала, прежде чем провалилась в темноту.

Кристина

Открыв глаза, я обнаружила, что лежу в стерильной палате. Справа от меня находилась стойка с капельницей, а у окна стояла медсестра. Было темно, я бросила взгляд на часы у стены, на которых показывало девять.

— Почему я здесь? — хрипло прошептала я, чувствуя привкус крови во рту. Ужасно хотелось пить.

— Вы проснулись, — улыбнулась медсестра. — Осторожно, не так быстро, — предупредила она, кладя ладонь мне на плечо.

Девушка протянула мне стакан с прохладной водой.

— Ваши родители скоро приедут, — заботливо добавила девушка. Откуда она может знать, кто мои родители? — Звонили из вашего дома.

— Я бы хотела уйти… — в палату вошли отец и мама. Отец бросил на меня презрительный взгляд и кивнул медсестре, а мама напротив, подбежала ко мне сразу же, сжимая в своих объятиях.

— Мама, ты знаешь, что с Брэндоном? — отчаянно спросила я. Мама покачала головой, отворачиваясь. — Меня не пустили к нему.

— Мы хотели бы забрать дочь домой, — отрезал отец.

— Подождите, — покачала головой девушка. — Все не так просто.

Отец сузил глаза в подозрительном прищуре. Я приподнялась на локтях, внимательно слушая медсестру. Что опять не так?

— Ваша дочь беременна, — спокойным тоном объявила она.

— Что, простите?! — севшим голосом, протянул отец, округлив глаза.

— Я говорю, ваша дочь — беременна, — повторила медсестра. — Срок совсем маленький, но ей уже сейчас необходим должный уход. Девушка сильно истощена.

Она повторяла слово за словом какие-то рекомендации, а я все смотрела куда-то вдаль, думая, что все это происходит не со мной. Я не готова к детям. Разве такое могло произойти со мной? Это даже звучало как-то неправильно. Я видела наполненный яростью взгляд папы и отчаяние мамы, но они старались не подавать виду на людях, сдерживая эмоции. Прикрыв глаза, я вжалась в подушку, желая, чтобы все это было страшным сном. Они никогда бы мне такого не простили.

— Вы серьезно?! — слова отца были похожи на рычание. — Моя дочь — несовершеннолетняя!

Папа нервно прикрыл глаза, а затем приложил кулак ко рту.

— Я все понял, — спокойно добавил он, выдохнув. — Мы можем забрать дочь домой?!

Медсестра кивнула.

В машине на меня давила гнетущая тишина. Я знала, что это было затишьем перед бурей. Они не позволили мне задержаться в клинике. Брэндон лежит в больнице, и я понятия не имею что с ним. Он бы помог мне справиться с беременностью, мы бы оба придумали что делать. Как и всегда. Я ощущала себя бесконечно разбитой и одинокой. Прикрыв глаза, я сделала вдох, мне так не хватало воздуха.

Отец ударил меня по лицу, как только мы переступили порог дома. Такого никогда не было прежде, от удивления и сильного удара я сразу же упала на пол и ударилась о ножку дивана в гостиной. Я прижалась ладонью к щеке, которая ужасно пульсировала от жгучей боли. Ком вперемешку с тошнотой подступили к горлу. В ушах звенело, мама что-то кричала отцу, замахнувшемуся на меня снова, но я их слышала слабо. Сделав несколько шагов, папа остановился у стены с камином, и оперился о полку. Желваки на его скулах заиграли, ярость была заметна даже с того расстояния, с которого я смотрела на него с другой стороны комнаты. Мама подняла меня с пола и заботливо усадила на диван, приближаясь к гневному отцу. Я не могла сейчас злиться на него, ведь в глубине души сама винила себя за то, что попала в такую ситуацию.

— Один вопрос, — он сказал это сквозь зубы. Его голос был негромким, но достаточный гневным, чтобы меня пронзило волной страха. — Ты знала? — он выплюнул этот вопрос в воздух, не глядя в мою сторону.

— Нет, — ответила тихо. Отец зажмурил глаза и сжал ладонь в кулак.

— От этого парня? — спросил он снова. Мама возмущенно фыркнула, обнимая меня за плечи.

— Да. — Это было похоже на допрос.

— Что за вопросы ты задаешь девочке, как тебе не стыдно? — возмутилась мама, прижимая меня к себе.

— Мне не стыдно?! — наконец, отец развернулся. — Это тебе должно быть стыдно, что ты воспитала шлюху!

Я застонала от боли из-за его слов, сильнее прижимаясь к маме. Она встала, осторожно расцепив кольцо рук и направилась к отцу.

— Не смей так высказываться о моей дочке, тебе понятно?! — кричала мама.

Прикрыв уши ладонями, я почти что вросла в диван. Это было слишком ужасно, чтобы быть правдой.

— Твоя дочь — малолетняя распутная девка, — яростно отчеканил он. — Этот ублюдок заделал этой дуре ребенка, а я значит стал плохим? И ты знала, — он посмотрел на мать. — Я его уничтожу… — отец ударил по стене со всей силой. — Звони немедленно в школу!

Я потрясла головой от неожиданной смены настроения отца. Что он собирался сделать?

— Не надо, папа, пожалуйста, — всхлипнула я, сползая с дивана.

— Я не могу ничего сделать из-за того, что моя дочь такая дура, — громко выдохнул он. — Что скажут люди… деловые партнеры…

— Ей скоро исполнится восемнадцать, — неожиданно добавила мама. Папа недоумевающе поднял бровь. — Брэндон — очень перспективный парень, мы можем поженить их летом, сразу же после окончания школы…

Отец громко выругался, не обращая внимания на все нормы морали. Рабочего персонала дома не было, и он больше не сдерживался.

— Что, что? — истерический смех. — Какая прелесть. Поженить, — громко рассмеялся отец. Это выглядело… зловеще. — А потом ты станешь доброй бабушкой, да?

— В этом нет ничего плохого, Ричард! — запротестовала мама.

— На жизни и карьере этой идиотки поставлен крест, а ты говоришь, что нет ничего плохого? — ухмыльнулся он. — Правда?

— Папа…

— Заткнись! — папа пригрозил мне кулаком. Я давно не плакала, и сейчас во мне бушевала ненависть за все те слова, что он говорил обо мне.

— Мне звонили из школы, — спокойно продолжил он спустя несколько секунд. — Этот идиот, Дженсен, хочет подать заявление на школу за избиение его дебильного сына. — язвительно фыркнул он. — Я бы и сам его избил, но увы… Директор просит о помощи, ведь Хартер у них видите ли лучший выпускник, стипендиат. Куда это он поступил, — отец нарочито задумчиво покачал головой. — В Калифорнийский в Беркли. Еще бы… А моя дочь…

— Отец, это он напал на Брэндона сегодня, — громко заявила я, но меня слушала только мама.

— Мне плевать кто на него напал, — отрезал отец. — Меня это не волнует. В этой истории не самым лучшим образом фигурирует имя моей безмозглой… а теперь еще и беременной, — брезгливо добавил он, нервно закатывая глаза, словно это слово отравляло его, — дочери.

— Папа, это несправедливо!

— Пошла вон! — громко добавил он, приближаясь ко мне. — Не хочу тебя видеть.

Мама покачала головой, чтобы я согласилась и не перечила отцу. Глотая наступившие на глаза слезы, я опрометью побежала наверх, задерживаясь на последней ступеньке. Все было так прекрасно еще несколько дней назад. Я мысленно стала соглашаться с каждым словом своего отца по поводу моего поведения, ведь я никогда бы не позволила себя подобного если бы у меня было хоть чуточку больше мозгов. Дура.

— Позвони своим знакомым из клиники в Лос-Анджелесе, — наконец тихо добавил отец. По телу пробежали мурашки, спазм сдавил горло и успокоившись, я стала прислушиваться к их разговору.

— О чем ты? — голос мамы был надломленным.

— Пусть сделают то, что нужно, — тихо добавил он резким тоном.

— Ты обалдел, я не позволю! — голос мамы перешел на высокие тона.

— Я за нее отвечаю, — отрезал он. — Или ты собираешься нянчиться с этим ребенком? — отец издал злобный смешок. — Повторяю — я не дам своей дочери по глупости загубить свою жизнь. И за этого парня я ее не выдам как ты хочешь. Ни за что.

Я сразу же побежала вниз, не в состоянии терпеть все это.

— Что вы собираетесь сделать? — надрывным голосом спросила я. Меня трясло от понимания того, что имели в виду родители. Нет. Я никогда не соглашусь на это.

— Поднимись к себе, Кристина, — впервые за вечер назвав меня по имени, папа попросил меня вернуться к себе, едва ли не переходя на грубость. — Кристина, — стиснув зубы, повторил отец. — Ты либо сделаешь так, как я сказал, либо… у твоего драгоценного парня будут проблемы.

Не дослушав его речь, я выбежала из дома, и снова села за руль. Мне нужно было поговорить с мамой Брэндона, она должно быть все еще в больнице, рядом с сыном. В любом случае я бы пошла к ним домой, если бы не нашла миссис Хартер в клинике. Уже второй раз за день, я была в этом месте, и персонал больницы смотрел на меня как на сумасшедшую. Время было глубоко за полночь, но меня это совсем не волновало.

— Послушай, я же сказала тебе уйти, — злобно прыснула женщина, хватая меня за запястье. Я скорчила гримасу, морщась от боли. — Ты ненормальная?

— Пожалуйста…

— От тебя у моего сына одни неприятности, — добавила она. — Если бы я знала, что так будет, ни за что бы не допустила того, чтобы он привязался к тебе.

— Тетя Нэн… миссис Хартер, пожалуйста, скажите, что с Брэндоном все в порядке, — повторила я. — Мне нужна ваша помощь… я беременна, — прошептала я с трудом, ведь до сих пор не могла принять этого факта.

Округлив глаза, женщина побледнела, а затем поднесла ладонь ко рту от шока после сказанных мною слов. Послышался шум в приемном покое, а далее меня схватили за руку и потащили за собой. Мама и миссис Хартер кивнули друг другу и меня снова увезли домой.

— Ты не понимаешь по-хорошему? — папа толкнул меня на диван.

— Папа, пожалуйста, — всхлипнула я. — У меня с ним все очень серьезно…

— Я все тебе позволял, — отец мерял шагами гостиную. Его голос был злобным, пропитанным желчью. — Растил тебя как сына, ничего тебе не запрещал, и это — твоя благодарность? Тебе соседский пацан стал роднее семьи?

— Папа, я люблю его, — протянула я, зарываясь лицом в подушку.

— Какая любовь в таком возрасте, — прошипел он сквозь зубы. Даже не видя отца, я могла понять, как выглядело его выражение лица. Отвращение и презрение — фирменный стиль Ричарда Кренстона.

— Они действительно любят друг друга, Рик, в чем проблема? — запротестовала мама, гладя меня по голове. — Он хороший мальчик, умный, с блестящим будущим. Отличная партия для нашей дочери…

— Ты знаешь, чей он сын, — парировал отец. — Она — несовершеннолетняя. Я не позволю ей связаться с кем-то не из нашего круга. Еще неизвестно, что будет с этим парнем через несколько лет, — отец скорчил гримасу. — Не смотри на меня так, ты сама это понимаешь, — сказал он моей маме. Мое сердце обливалось кровью. — Был бы он таким порядочным, как ты его описываешь — не сделал бы того, за что мне приходится теперь отвечать. Моя дочь больше не будет с ним видеться.

— Я не собираюсь делать так, как ты хочешь! — я встала с дивана.

— Кристина, — громко выдохнул он. — Ты хочешь, чтобы твоего дорогого парня посадили в тюрьму за совращение несовершеннолетней? А?

Я отшатнулась к краю дивана, еле стоя на ватных ногах. Мое тело горело, словно по жилам растекалось раскаленное железо.

— Я буду все отрицать, — елейным тоном добавила я, хватаясь за подлокотник.

— Говори, что хочешь, — добавил отец. — Дженсены избиение сына приняли как личное оскорбление. Джимм Дженсен — мой деловой партнер, так что сама понимаешь. Директор просит меня помочь не выдвигать дело против школы, но, если ты будешь вести себя как влюбленная дурочка — увидишь. Я не пожалею твоего любимого друга.

— Брэндон не совращал меня, — я приложила ладонь к губам. Неприятно саднило от недавнего удара отца, во рту ощущался солоноватый привкус крови. — Я никогда не скажу о нем плохо. Брэндон лежит сейчас в больнице, потому что Дженсен послал кого-то избить его, а ты говоришь мне такое, только потому, что работаешь с ним? Тебе наплевать на меня? Как ты можешь, отец?

— Могу, — тихо добавил он. — Это несчастный случай, дочка. А произошедшее в школе — нет. Если бы мне было наплевать на тебя, этого разговора бы не было.

Папа презрительно фыркнул, окидывая меня взглядом с ног до головы.

— Если ты промолчишь, думаешь, после этого скандала, в Беркли захотят видеть этого парня на прежних условиях? Его карьере перспективного мальчика придёт конец. Я сделаю так, что ни один университет страны не примет его больше, и он не сможет найти приличную работу. Его жизнь сейчас зависит от тебя.

— Пожалуйста, не надо, — закричала я, садясь на пол. — Все, что угодно, только не делай ему ничего плохого. — Мама крепко обняла меня со спины, приговаривая слова поддержки. — Я не буду с ним видеться, обещаю. Не заговорю с ним, не буду смотреть на него. — Я уже почти не контролировала себя. — Только не трогай его.

— Ричард, ты слышишь себя? — мама покачала головой. Мои рыдания перешли в истерику, я задыхалась от слез. — Ты готов так поступить с сыном своего друга? С сыном Алека? Ты же держал его на руках, когда он родился!

— Могу! За то, что этот щенок сделал с моей дочерью, еще как могу! — закричал отец. — Собирайте свои тряпье и немедленно езжайте в Лос-Анджелес. Или же, парню придет конец.

— Мама, зачем мы едем в Лос — Анджелес? — наконец спросила я.

— Потому что там твоя физиономия не светилась на каждом углу, — прошипел отец сквозь зубы. — Вернетесь сразу, как избавитесь от этого…

— Вы хотите, чтобы мне сделали… аборт? — надрывно протянула я, привставая с пола. — Но… ты же сказал, чтобы я просто бросила Брэндона. Я не буду с ним видеться.

Мама отвернулась, едва сдерживая свои слезы.

— Я уже сказал, что принял решение. Сидни, — отец обратился к моей маме. — Ты поняла меня?

Мама покачала головой в знак согласия.

— Это не сделка. Тебе в любом случае бы сделали аборт. Ты согласилась бросить парня, а я не буду мешать его учебе. Но остальное — не обсуждается.

— Пожалуйста, папа, не надо, — закричала я. — Я не хочу, не делай этого со мной. Пожалуйста, дай мне пару дней, я увижусь с ним, я ему все объясню.

Отец снова влепил мне пощечину, а затем потянул за предплечье к дивану.

— Ты никому ничего не скажешь. Никому! Поняла? — я вжалась в подушку от устрашающих слов отца. — Сидни, я уже договорился с билетами и ближайшим рейсом. Нельзя медлить, чтобы потом не было поздно.

— Папа, пожалуйста, — закричала я, побежав за ним в кабинет. — Я никогда не заговорю с ним, только не это. Прошу, не делай этого со мной. Я не смогу… — я барабанила кулаком по двери кабинета, но отец закрыл его на ключ.

— Дочка, — мама погладила меня по голове. Я яростно вырвалась из ее объятий и отшатнувшись, сползла вниз по стене. В груди гулко билось сердце, а в глазах щипало из-за неконтролируемых рыданий. Внезапно отец вышел из кабинета, держа в руках стакан с виски.

— Кристина, — присвистнул он. — Говорю в последний раз. Ты заткнешься и молча сядешь в этот гребанный самолет.

***

— Срок совсем маленький, так что все пройдет легко и безболезненно, — медсестра погладила меня по щеке, мило улыбаясь. Я смотрела в одну точку на потолке, в центре которого висела одиночная лампа. Освещение слепило глаза.

Меня отпросили с занятий в школе на неделю, объясняя это важным деловым партнёрством моей семьи в другом городе. Джудит навещала Брэндона в клинике, и сообщила моей маме, что он шел на поправку. Больше я ничего не знала. Маме ничего не сказала мне в самолете, и я не ждала от нее никакой поддержки. Сил плакать у меня больше не было. Я надеялась лишь на то, что отец сдержит слово и закроет это дела с Дженсенами, чтобы у Брэндона не было никаких проблем.

— Ее анализы в порядке? Она сможет в дальнейшем иметь детей, доктор? — тихо прошептала мама в коридоре. Дверь была открыта, и я все равно слышала весь их разговор. Родительница издала вздох облегчения, но мне не стало от этого легче.

Я знала, что Брэндон никогда не простил бы мне этого. Мне так хотелось, чтобы сейчас он был рядом. Прежде я не думала о том, что когда-нибудь захочу детей. Я не привязалась к ребенку, вовсе нет, и не чувствовала ничего кроме ноющей пустоты внутри себя. Единственное, о чем я думала, — это о том, что совершаю огромную ошибку, за которую никогда не смогу расплатиться.

— Не бойся, у тебя еще будут дети, — приговаривала мама, касаясь моего лба.

Мне казалось, что в будущем мы с Брэндоном поженимся и тогда у нас точно будут дети. Дети похожие на него и меня. Зачем они мне от кого-то другого? Зачем, если не от него…

— Зачем они мне после этого? — безразличным тоном произнесла я. Лицо мамы перекосилось.

— Ты еще слишком молода, — добавила она и поцеловала меня в щеку. — Поймешь, когда станешь старше.

Я вырвала свою ладонь из ее руки и отвернулась. Сделав глубокий вдох, я прикрыла глаза, лежа на кушетке.

— Это совсем не больно, ты даже не почувствуешь, — добавила медсестра, направляясь ко мне со шприцем в руках. Я провалилась в глубокий сон, понимая, что после пробуждение все изменится.

***

— Кристина, дочка, ты совсем ничего не ела, — в мою дверь постучала недовольная Тереза. — Тебе нужно нормально питаться.

— Я ничего сейчас не хочу, — огрызнулась я, утыкаясь лицом в подушку.

Прошло ровно два дня, как мы вернулись из Лос-Анджелеса домой. Мне не стало лучше, но постепенно я начала есть и даже общаться с родителями. Точнее, с мамой. Не видела отца, и меньше всего на свете мне хотелось общаться с ним. Я заметно похудела за последние десять дней, что провела в клинике, и сейчас вряд ли смогла бы называться первой красавицей школы. Ко мне все так же никого не пускали, и я стала постепенно привыкать к затворничеству в своем доме. Хотелось поскорее уехать из этого штата и больше никогда сюда не возвращаться.

К сожалению, именно сегодня папа позвал меня в свой кабинет. Угрюмый вид отца, стоящего ко мне спиной, не внушал доверия. Хотя, если честно, мне уже было все равно.

— Как ты поживаешь, дочка? — спросил он мягко. — Хорошо себя чувствуешь?

— Прекрасно, — ответила я. — Ты что-то хотел?

У меня не было желания находиться с ним в одном пространстве больше чем на секунду.

— Ты можешь завтра вернуться в школу, — добавил он. — Охраны больше не будет. Новый телефон лежит у тебя в комнате.

— Что-то еще? — прервала его речь я.

Он удивленно посмотрел на меня, не ожидая подобного тона.

— Можешь пойти на выпускной, — продолжил отец, оглядывая меня с ног до головы, словно искал подвох в моей речи. — Но только помни, что ты мне обещала, наш договор еще в силе.

— Это все? Я могу идти? — выдохнула я, глядя ему в глаза.

Неужели отец думал, что я хочу пойти на выпускной? Хотелось рассмеяться ему прямо в лицо.

— Да, ты можешь идти, — он опустил голову. — И еще кое-что, — добавил он, когда я потянула ручку двери. — Тот парень уже в полном порядке, вчера его выписали из больницы.

Я вздрогнула, и дернув за ручку двери, вышла из кабинета.

Кристина

Проснулась я слишком рано с отеком по всему лицу и огромными синяками под глазами. Осунувшееся лицо, блёклые русые волосы казалось больше не переливались на солнце, как любил говорить Брэндон. Приняв душ и одевшись, я спустилась вниз: меня заждался водитель. Дверь в кабинет отца была приоткрыта, и из нее были отчётливо слышны голоса моих родителей: они обсуждали мое здоровье, точнее то, что от него осталось. «У нее ведь не будет никаких осложнений?», — вопрос из уст отца повис в воздухе, прежде чем меня заметили в проходе.

— Дочка, ты бы поела, прежде чем поедешь на учебу, — всполошилась мама. Устало закатив глаза, я направилась к выходу.

— Я не бракованная, — сказала монотонно. Сглотнув, я поморщилась из-за неприятной сухости во рту. — Если я не умерла, значит все в порядке. Хватит обсуждать…эту операцию. — добавила тихо. — Или хотя бы дождитесь того момента, когда я выйду из дома.

Открыв дверь, меньше всего я ожидала увидеть миссис Хартер. Столкнувшись с моим безразличием, женщина опешила, а затем ободряюще кивнула.

— Тина, дочка, — ее показная улыбка вызывала во мне неприязнь. Сначала мне хотелось закричать и напомнить всем этим людям, что я не нуждалась в сострадании. А потом… Мне так хотелось узнать о её сыне, расспросить обо всём с самого начала, но я вовремя одёрнула себя. Вчера отец сказал мне, что Брэндон жив и здоров. Это было самым важным, и больше теперь ничего не имело значения.

— Здравствуйте, — я оборвала её в самом начале фразы и оставив дверь открытой, быстрым шагом направилась к автомобилю.

В моей сумке неожиданно появился мобильный телефон. Обнаружить интересную находку мне удалось сразу же, как на аппарат поступила неприятная заводская трель. Сообщение от мамы с пожеланиями хорошего дня. Бросив сообщение в корзину, я посмотрела в окно.

Мне казалось, что в школе все знают о том, что произошло почти за две недели. Сплетни о той новости в глоббере давно улеглись, Мэри отстранили от занятий, а мои фотографии так и не вышли за пределы школы. Отец позаботился о том, чтобы все думали, будто я ездила в другой город с родителями по семейным делам, и только Джудит из моего окружения знала, что меня отослали за «плохое» поведение.

Правда подруга не знала о том, насколько плохим было моё поведение, и что я была беременна. Я робко наблюдала за дверью в аудиторию, в которую должен был войти Брэндон. Он не пропускал литературу, поэтому моё сердце билось в ожидании. Урок подошел к концу, но парень так и не появился.

— Мисс Грант, — я вошла в спортзал последней, в обычной одежде. Женщина неодобрительно осмотрела меня с ног до головы. — Я хотела бы серьезно поговорить с вами.

— Кристина, — фыркнула она. — У меня нет на это времени. Скоро соревнования. Ты много пропустила, и еще смеешь приходить на тренировку в таком виде.

— Я ухожу из группы поддержки.

Шквал негативных эмоций со стороны учителя не поколебал мою волю.

— Простите, — и я передала ей форму.

Джудит и Алиша подбежали ко мне, недоумевающе размахивая руками. Мне было сложно успокоить подруг, ведь ни одна причина в мире не могла быть правдиво-веской, чтобы бросить чирлидинг в конце учебного года.

— Отец запретил мне из-за тех фотографий, — придумала я спонтанно. — Он считает, что это плохо на меня влияет.

Нервная пульсация в голове отдавала легким головокружением. В моей сумке на всякий случай ютилась пачка тайленола: я подошла к кулеру с водой, чтобы запить таблетку. Было ощущение, словно сосёт под ложечкой, и я обернулась. Но в школе было тихо и безлюдно. Сославшись на внезапно возникшие признаки паранойи, я подошла к локерам и забрав несколько учебников, вышла из школы, мысленно благодаря судьбу за то, что она отсрочила этот неприятный разговор с моим парнем в дальний ящик.

Ближе к вечеру пошёл сильный дождь. Открыв окно, я сделала глубокий вдох, чувствуя запах приближающегося лета. Умиротворение коснулось меня на секунду, затем я снова почувствовала недомогание. Когда я в последний раз ела? Вчера? Позавчера? Вернувшись к кровати, я укуталась в плед и постаралась заснуть.

— Кристина, ты должна поесть, — мама ворвалась в комнату. Ее голос был настойчивым и выражал недоверие и озлобленность. — Тереза, принеси поднос с едой, — крикнула она в коридор.

— Мама, меня тошнит от вас от всех и от вашей еды, — резко ответила и уткнулась лицом в подушку.

— Если ты не поешь, я клянусь, что вытащу тебя из этой комнаты и силком отнесу на кухню, — прошипела мама. — Тереза!

Мама села рядом и стала протягивать мне ложку горячего куриного бульона. В желудке предательски заурчало, но я все равно покачала головой.

— Не ломайся, девочка, — предупредила она, а затем схватила меня за подбородок. — Нэнси приходила утром, говорила со мной. Сказала, что наш парень в порядке. Ты видела его в школе?

Я вздрогнула, не в состоянии противостоять родительнице. «Нет, я не видела его мама, потому что избегаю разговора», — промелькнуло в моих мыслях.

— Мама, — надрывно протянула я. — Чего ты от меня теперь хочешь?

— Все образуется, — мама успокаивала меня словно маленькую, глупую девчонку. — Нэнси ничего не рассказала Брэндону, боится твоего отца, и того, что сын не сможет сдержать себя в руках. И меня попросила о том же.

Наверное, это к лучшему. Зачем ей думать обо мне и о моём ребёнке? Даже если это был и ребёнок ее совсем молодого и единственного сына, у которого впереди вся жизнь. И которую в любой момент может загубить мой отец.

— Он защитил меня в тот день перед этим уродом, но вам было все равно, — пробубнила я с укором. Я не плакала, моя речь была размеренной и четкой. — Папа говорит мне о морали, но сам всему этому не соответствует, и вам опять все равно.

— Тина…

— Это лицемерие!

— Детка, — мама погладила меня по волосам. Я отстранилась, двигаясь к противоположной стороне кровати. — Прости, я плохая мать. Не смогла тебя защитить. Но, — она выдержала паузу. — Я помогу тебе, чем смогу.

— Вы все время ждете от меня послушания. Почему вы с папой поженились по любви, а мне нельзя? — наконец развернувшись, громко спросила я.

— Ничего хорошего из этого не вышло, как видишь, — понуро опустив голову, добавила она. Меня это раздражало.

— Уходи, — отрезала я. — Я не могу это слышать. Уходи! — закричала я. Всхлипнув, я упала на постель, обхватывая подушку обеими руками.

Казалось, что я проспала несколько часов, но прошло всего лишь сорок минут, когда, открыв глаза я посмотрела на настенные часы. На первом этаже послышался шум и голоса… Один из них принадлежал Брэндону. Моё сердце ёкнуло, в груди полоснуло раскаленным ножом, вынуждая меня захлёбываться собственной кровью.

— Мистер Кренстон, я давно хотел поговорить с вами, простите, были обстоятельства. Это недоразумение… — Брэндон говорил с папой.

Незамедлительно спустившись вниз, я застыла, столкнувшись глазами со своим парнем. Его голос, боже, я не слышала его столько дней, что готова была броситься к Брэндону и утонуть в его теплых объятиях.

— Тина, милая, — заботливо произнёс он и сделал несколько шагов мне навстречу. Папа демонстративно громко прочистил горло, а затем закашлял и парень остановился. — Извините… мы можем продолжить наш разговор?

— С тобой будет говорить моя дочь, — голос папы отражал безразличие. — Я не принимаю решение за нее.

Я посмотрела на отца с надеждой, но тот лишь отчетливо кивнул, напоминая мне о том, старом разговоре двухнедельной давности.

— Кстати, как у тебя дела с поступлением в университет?

Парень покачал головой и тактично сообщил о том, что всё в порядке, не имея истинного представления о том, для чего ему задали такой вопрос. Я отчаянно вздохнула, а потом кивнула Брэндону, чтобы он пошел за мной в мою комнату. Закрыв дверь, парень сразу же прижал меня к себе, и громко выдохнул, оставляя поцелуй на шее. Меня знобило, а тепло родного и любимого человека в такой запретной сейчас для меня близости и вовсе сбивало с ног. Я не шелохнулась ни разу и оттолкнуть его тоже была не в силах.

— Так соскучился по тебе, — прошептал он. Его лицо было в синяках и ссадинах, а в уголке губ отчетливо виднелось алое пятно от застывшей крови. — Почему до тебя невозможно дозвониться? Тебе не вернули телефон?

— Вернули, просто я случайно разбила его в аэропорту, — солгала я. — Нам нужно было срочно улетать, и мне было не до нового телефона. А ты… в порядке?

Парень кивнул.

— Что с тобой случилось? — настороженно спросил он.

— Я знаю, что выгляжу не очень, — протянула я севшим голосом. Он недоверчиво покосился на меня, и покачал головой. — Простудилась, пока была в Лос-Анджелесе.

— Красавица, — тихо добавил он, и снова прижался ко мне. — Как же сильно я люблю тебя.

— Брэндон, — наконец я оттолкнула его от себя. Парень округлил глаза в непонимании. — Я думаю… нам надо… — я запнулась, продумывая слова в своей голове, а на глаза снова надвигались непрошенные слёзы. — Нам надо расстаться.

Брэндон недоверчиво уставился на меня, а затем сузил глаза в прищуре. Парень улыбнулся, покачал головой, и взял меня за руку.

— Я не шучу, — более уверенно добавила я. — Я действительно приняла такое решение.

— Как это расстаться? — он изменился в голосе. — Что-то случилось? Это из-за глупого поста в глоббере? Но мы же всё обсудили. Я же всё объяснил твоим родителям…

«Пожалуйста, просто уходи». Я отвернулась, чтобы не разреветься прямо у него на глазах.

— Это из-за меня, — мой голос был твёрдым. — Эти две недели расставили все по своим местам. Ты… не пара мне больше.

— Серьезно? — ухмыльнулся он. — И как ты это поняла?

Господи, за что отец поступал так со мной, перекладывая на меня ответственность за исход этого разговора? Почему родной человек настолько жёсток ко мне?

— Брэндон, пожалуйста, уходи, — хрипло попросила я. — Все кончено. Считай, что и не начиналось.

— Разве… ты не любишь меня? — его голос был тихим, но я отчётливо слышала каждое слово.

— Мы слишком молоды, чтобы понимать такие вещи, — ответила я.

— Я не верю тебе, — не унимался парень. Брэндон приблизился ко мне, и схватил за руки. — Ты дрожишь, когда я касаюсь тебя, по-твоему это обман? Тебя наказали, ведь так? Просто расскажи мне. Я всё решу, — шёпотом произнес он, глядя мне в глаза. — Мы переживем это, я обещаю.

Я покачала головой.

— Тина, — прошептал он. — Малышка, это не твои слова, я же знаю тебя.

— Ничего ты обо мне не знаешь, — я вырвала свои ладони из его рук. — Я была дурой, когда связалась с тобой. Теперь уходи.

— Не говори так, — он покачал головой. Я так хотела зацеловать каждый дюйм на его лице, где были кровоподтеки, чтобы унять эту боль. Несмотря на ссадины и синяки, он был здоров, отчего я мысленно вздохнула. — Тебе точно промыли мозги за то время, пока я лежал в больнице.

— Это не так…

— Просто скажи, что тебе не разрешают встречаться со мной, — выдохнул он, кладя ладони мне на плечи. Его глаза увлажнились, и я не в состоянии была на это смотреть. — Отец не принимает наши отношения, потому что наши семьи в ссоре. Ведь так? Тина, не лги мне…

— Это мое решение, — отрезала я, отворачиваясь к окну и сбрасывая его ладони со своих плеч. — Отец же сказал…

Брэндон ударил ладонью по стене и глухо застонал. Я вздрогнула от неожиданности, но виду не подала.

— Посмотри на меня и скажи это мне в лицо, — прошипел он сквозь зубы. — Посмотри же на меня!

Что я должна была ему сказать? Что была беременна от него? Что мой отец захотел засадить его за это за решётку? Что меня отвозили в клинику на аборт, пока он лежал в больнице?

— Брэндон, убирайся из моего дома! — подавляя волнение, я подошла к парню.

Брэндон смотрел на меня с отчаянием, в его бездонных глазах застыли слёзы, но он так же, как и я, сдерживался. Неожиданно парень потянул меня на себя и нежно поцеловал, лишая всяческой опоры под ногами. Он прижал меня к своему телу, а я бессознательно зарылась пальцами в его волосы. Хотелось послать все к черту и убежать с ним. Остатки разума вернулись на место и отдёрнув парня от себя, я влепила ему оглушительную пощечину. Брэндон отшатнулся, растерянно хватаясь за свою щеку. Боже, я ударила его, когда он итак столько всего пережил за эти дни по моей вине. Мне хотелось оторвать себе руку, за то, что я позволила себе такое.

— Никогда больше меня не трогай! — закричала я. — Никогда, ты слышишь? Просто уходи!

Он тяжело задышал, с недоверием разглядывая моё лицо. Но не с ненавистью, нет. Брэндон не верил мне, и это действовало больнее острого предмета по коже.

— Пожалуйста, скажи мне правду, — надрывно протянул он.

— Ты — идиот?! — ядовито выпалила я. — Ты не слышишь, что я тебе говорю?! Повстречались немного и достаточно. Окончим школу и каждый пойдет своей дорогой. Я не свяжу свою жизнь с таким неудачником как ты, — разрывающая аорту фраза повисла в воздухе.