Тишина на Ивановском кладбище,Лишь в полночь куранты пробьют:Бом-Бом! И одев свои белые тапочки,Мертвецы на прогулку идут.

Ну что мне эта хрень в голову лезет? Крутится, крутится… Где я вообще услышал эту чушь?! И вообще…кто я? Где я?!

Осматриваюсь…кладбище! Точно, кладбище! Свежие цветы…дурацкие венки…

Никогда не любил ни венков, ни искусственных цветов. А еще — терпеть не могу компот из сухофруктов, кашу с изюмом, и…в общем — все, что подают на поминках. Интересно, на моих поминках то же самое?

Стоп! Какие, к черту, поминки?! Что за упаднические мысли?! И вообще — какого черта я делаю на кладбище?! О господи…ничего не помню. Как с длительного бодуна!

Ладно, все разложить по полочкам: я стою на кладбище, перед каким-то памятником. Вокруг — лето, предположительно июнь, так как листья еще зеленые и не пожухлые. И похоже что очень жарко — вон, две молоденькие девчонки идут, старушку поддерживают. Одна в шортиках, другая в такой мини-юбке, что ветром подымет, и все хозяйство наружу! Нет, не наружу. У нее там тоже шортики. Везде обман!

Шагаю к троице, заступаю им дорогу, открываю рот, чтобы спросить, где я нахожусь, и…не успеваю! Они проходят буквально через меня, как через пустое место! Что за хрень?!

Смотрю на руки — руки, как руки. Ноги. Ноги, как ноги…стоп! Ноги-то голые! И руки голые! Почему я не обратил на это внимание? И мне не холодно! Я не чувствую ни жары, ни солнечных лучей! Босые ноги не чувствуют земли! По усыпанной щебенкой дорожке я бы не прошел и метра — тут же бы начал хромать, с моими-то нежными ногами горожанина. Это до революции крестьянские дети бегали босиком, так у них кожа на ногах была как подошва сапог!

Опять я не о том. Вот всем своим нутром чувствую, что мне надо вспомнить — кто я такой. И как здесь оказался. И тогда все будет ясно. Наверное.

Итак, рассуждаю логически: я оказался возле свежего памятника на кладбище. Меня никто не видит, я не чувствую ни холода, ни жары, и сквозь меня проходят люди. Кто я такой?

Твою мать… «Мать…мать…мать…» — троекратно откликнулось эхо. Я что, призрак?! «Я призрак Вильяма Шекспира!» Откуда это? А! «Заповедник гоблинов» Саймака. Это я помню. И еще много фантастики помню… А что еще помню? Помню…женщину в слезах. Она стоит возле моей кровати. Помню…мужчину рядом с ней. Мужчине лет за пятьдесят, лицо бледное. Мать и отец? Пытаюсь вспомнить, и не могу. Ничего не могу!

Памятник. Вот ключ! К нему! Хотя бы посмотрю на фото!

Иду. Смотрю. И ничего не вспоминаю! На фотографии, прикрепленной к металлическому памятнику — лицо вполне симпатичного, улыбающегося брюнета лет тридцати с хвостиком. Смотрю на памятник…ага, дата смерти…дата рождения… «Трагически погиб в расцвете сил. Покойся с миром!». Кстати, памятник металлический — что, не могли каменный поставить? Или я был такой уж никчемный? Хотя…да почему это я решил, что памятник — мой? Потому что я очнулся стоя перед ним?

Протягиваю руку к фотографии, касаюсь ее, будто пытаюсь установить связь с прошлым, и…

«Аккаунт активирован. Чтобы воспользоваться игровой консолью, проведите рукой слева направо на уровне глаз».

Таак…а это уже интереснее! Может я забрался в какую-то виртуальную игру? Ну вот заигрался, и…куда-то там провалился. Ну пишут же такую хрень фантасты! Почему бы ей не существовать и в самом деле? Только причем тут я…

Провожу рукой, как мне рекомендовали, и…есть! Передо мной на месте памятника — что-то вроде консоли с многочисленные кнопками. Чем-то похоже на автомат по выбору напитков в баночках. Запустил туда денежку, нажал кнопочку, и выпал тебе искомый бочоночек. Пей, наслаждайся!

«Выберите пол персонажа»

Опа! Это еще что? Так…думай, думай… Я — мужчина. Я осознаю себя как мужчина! Так какого черта буду выбирать иной пол? Мужчина, конечно!

Нахожу кнопку с надписью: «Мужчина», жму. Хоп! Передо мной появляется фигура человека, мужчины — вижу по первичным признакам. Так себе признаки, кстати…можно было бы и поболе! Хотя откуда-то я знаю, что женщины не очень-то и любят это самое «поболе». Все должно быть в пределах. Хотя…и такие любительницы есть. Точно знаю — есть! Но не знаю — откуда знаю, и это меня просто бесит. Ощущение — вот сейчас уцеплю за ниточку, потяну, и вытяну воспоминания. Только ниточка ускользает, ниточка не цепляется…чертова нитка!

«Выбери параметры тела. Будь максимально разумен. Все, что ты придумаешь — осуществится, и тебе с этим жить. Представь, что вы хочешь сделать из этого тела, и нажми кнопку «Принять».

Оп-ля! Что это значит? Я снова буду жить?! Таак…я умер, но не отправился на тот свет, не распылился в пространстве, не попал ни в Ад, ни в Рай, а завис где-то…хмм…не знаю где, и мне некто могущественный предоставляет шанс пожить? Новое тело? Новую жизнь? Хо-хо! Понял, не дурак. Тогда делаем такое тело, чтобы не было обидно и жалко — может потом и не смогу поменять. Итак…рост. Пусть будет сто восемьдесят пять сантиметров.

Ха! Подрос аватар-то!

Сложение…пускай это будет…атлетическое, но не как у быка! Пусть будет как у этого…как там называются те, кто на турниках крутится? Неважно. В общем — кубики, мускулы.

Есть! Аполлон, да и только! Хорош!

Кстати — а чего я лицо-то ему не сделал? Лицо пусть будет с памятника, и это правильно. Точно, с памятника — почувствовал, что это верное решение. Волосы темные, глаза…зеленые. Да, зеленые. Ну что еще добавить…вроде все норма. С первичными признаками особо не зверствовал — сделал как надо. Конечно же — поболе, что у начального аватара. Там было чисто так…обозначено.

Снова осмотрел…нуачо?! Хорош парнюга! Был бы бабой — сам бы в него влюбился! Вон как мышца-то играет, опять же — кубики на животе, красотень! Может роста добавить? Пусть будет сто девяносто. Во! Совсем другое дело! Тогда соответственно добавить параметров…плечи чуть пошире — ну не глистой же ходить? Ноги длиннее…талия узкая…все, отлично! Жмем кнопку!

«Принято. Выбери возраст».

Таак…ну какой возраст? Лет двадцать? Маловато, наверное. Но что не за тридцать — точно. Если уж выбирать, так самый что ни на есть хороший возраст. Лет двадцать пять, точно. А то еще и в бар не пустят, мать их за ногу. Итак, выбрано: двадцать пять лет. Набираю цифры на панели, жму кнопку

«Принято. Персонаж активирован. Выбери имя, место рождения».

Какое имя? Ну…какое и на памятнике — ведь это же мое имя! Наверное… Гарин Андрей Петрович, родился в Оренбургской области. Пишу на консоли, нажимая виртуальные клавиши. Жму кнопку.

«Принято. Гарин Андрей Петрович, выбери профессию из представленного списка. Предупреждение: можно выбрать только три ветки профессий. Если в дальнейшем захочешь поменять какую-либо ветку, то потеряешь пятьдесят процентов накопленного опыта».

Ох и ни хрена же себе список! Да тут читать замучаешься! Впрочем — куда мне спешить? У меня ведь впереди вечность!

Читаю… «Охотник за нечистью». Это еще что такое?! Ездоков на электросамокатах ловить, что ли? А вот это как? «Герой-любовник». Какого хрена? ЭТО что за профессия такая? Жиголо, что ли? Альфонс?

Ну, с этим понятно: «Инженер». Есть в мире что-то вечное, даже за чертой. «Повар» — тоже понятно. Ха! А вот ниже непонятно! Что такое: «Повар экзотических тварей». Это повар для кого? Или из кого?

«Спортсмен». Хмм…а что, тут дело хорошее. Кстати — это целая ветка. Тут и боксер, и ныряльщик, и борец…а вот и футболист. А что — футболисты вон какие бабки заколачивают, и притом что еле-еле ползают по полю, как в штаны наделали. Спортсмена я возьму. Нравится мне эта ветка. Стоп! А это что? «Воин»? Единоборства всякие…

А мне тоже нравится. Нет, пока не возьму Спортсмена. И Воина не возьму. Читаю дальше.

«Бизнесмен» Вот. Это мне точно нужно. Деньги-то как-то надо зарабатывать? Интересно, а нету ли здесь профессии «Прожигатель жизни»? Нет, такого тут нет.

Итак, что выбрать? Ветка «Волшебник» — почему бы и нет? Беру. «Воин» — тоже возьму. Бизнесмен, бизнесмен…ну а что? Пусть будет «Бизнесмен»! Может олигархом стану? Заведу себе яхту, гарем из телок-моделей…кучу автомобилей самых престижных марок. И буду жить, поживать, добро проживать. Вот только откуда возьмется это самое добро — я не знаю. Пока не знаю!

«Принято. Выбери одежду персонажа и нажми на «Принять»»

Лето. Жара. Но ведь ночью может быть холодно! Штаны, рубаха, ветровка, полуботинки…нижнее белье надо? Надо, наверное…я не люблю носить штаны без трусов. Как-то это…хмм…не по-нашенски. Носки тоже нужны. Ну, все. Готов! А что…хороший получился парняга! Мне нравится. Жму кнопку.

«Принято. Теперь выслушай легенду, согласно которой ты будешь теперь жить, и только потом нажми кнопку «Принять». Возможно, ты предпочтешь уничтожить свой аккаунт и уйти из этого мира. Ибо ждет тебя не легкая прогулка, но тяжелое путешествие!»

Ибо, ибо…кто писал эту хрень? Этому сценаристу руки бы оторвать по самые яйца! Нельзя было выражаться без пафоса?

«Ты появишься в этом мире слабый, как новорожденный ребенок, и только от тебя зависит — сможешь ли вы подняться наверх, до самого высшего левела».

— А какой высший левел?

Молчание. Похоже что на прямые вопросы мне тут услышать ответ не светит. Ладно…переживем. Мне в принципе уже все равно! Я ведь призрак! Только вот не знаю в точности — чей призрак, и почему. Как это я оказался ТАМ.

Странно…нет ни обиды, ни сожаления. У меня вообще нет никаких эмоций. Да, именно так — покопался в себе, нет эмоций, и все тут. Чистый расчет. Выбирал профессию исходя из логики, и…пристрастий, наверное. Прежняя моя личность ведь имела какие-то склонности — к какой-то работе, например. Или мечтал о чем-то. Ну вот — воином стать. Или яхту с кучей телок заиметь. Потому и появился бизнесмен. Ну а волшебник…да кто не мечтал быть волшебником? Волшебник может многое! Только вот глупо как-то…если бы волшебники существовали, я бы об этом знал. Но да ладно, не об этом теперь надо думать.

«Итак, новый человек (оспиди…сколько пафоса!), слушай, и запоминай! (А я чо делаю?! Сбавь пафос-то, Господи! Или кто ты там…). В твоем мире два типа живых существ — Игроки, и те, кто является частью Игры. Когда тот, кто является частью Игры умирает, он может вернуться в новой роли, и снова стать частью Игры. Но некоторые становятся Игроками. Задача Игрока — дойти до высшего уровня. Достигнув высшего уровня, он перейдет в другое качество. Какое — Игрок узнает только достигнув высшего, сотого уровня. Твой уровень — первый. Нажав кнопку «Старт» ты начинаешь подчиняться правилам Игры, часть из которых тебе придется узнавать во время Игры. Запомни главное: ты должен развиваться в тех профессиях, которые ты выбрал. Если Игра посчитает необходимым — она изменит твою профессию по своему выбору. В этом случае ты не потеряешь свой опыт.

Далее: главное в твоей жизни, это Опыт и Карма. Опыт дает тебе возможность поднять свой уровень. Карма дает тебе удачу, и возможность сохранить как можно большее количество Опыта при твоей смерти. Да, будущий Игрок, ты можешь умереть. И в этом случае ты очутишься в этом месте, перед этой консолью. И потеряешь часть своего Опыта — в зависимости от количества кармы, которую ты набрал. При большом количестве Кармы не потеряешь ничего, но только если не погибнешь еще раз в течение двадцати четырех часов. Каждая последующая смерть на протяжении двадцати четырех часов снимает твой опыт.

Ты спросишь, кто тебя может убить? Кто угодно! При любой своей смерти ты рискуешь потерять опыт. НО! Главная опасность исходит от таких же, как ты Игроков, которые получат тот опыт, который теряешь во время смерти. Ты тоже можешь получить чужой опыт, но неизбежно потеряешь некоторое количество Кармы. За исключением тех случаев, когда ты убиваешь Игрока, полностью лишенного Кармы, или же такого, у кого Карма ушла в минус. За последних ты получишь и Карму, и опыт.

Остальное ты узнаешь во время Игры, правила которой могут меняться, и которых полностью не знает никто.

Этой Игре уже много, очень много тысяч лет, она вечна, и она была и будет всегда! Только Игра важна в этом мире, и только она правит миром! А теперь нажимай кнопку «Старт». Или же кнопу «Сброс», и тогда ты растворишься в Великом Ничто, успокоишься навечно, навсегда…и будешь спать в сладкой бархатной Тьме…

***

Я бы этому программисту по башке настучал. Пафос зашкаливает, логики никакой. И самое главное — они, видишь ли, будут менять правила! Совесть-то есть?

О! Оказывается и у меня эмоции есть. Пробило, наконец-то. Злостью пробило! Давно так не злился! Хмм…а откуда я это знаю? Ну знаю, да и все тут.

Итак, какую кнопку нажимать? Глупо, однако. «В бархатной тьме» — дебилы, что ли? Сами растворяйтесь в бархатной тьме! А я еще поживу!

А вообще — гадкий какой-то мир. Интересно, как в таком ПК-мире живут люди? И почему они не знают о существовании игроков? Магии? Магических существ? Да, да — профессия в ветке «Волшебник» есть «умение» — «охотник на магических существ»!

Кривая какая-то ваша игра, господа. Хреново вы ее продумали! Кстати, а может меня сунули в какой-нибудь виртуальный мир? Ну вот лежу я где-нибудь в палате, в коме, и мне в мозг засунули провода, и я теперь вот начинаю типа играть. Вот как я смогу понять, что на самом деле лежу в палате, а не живу в реале? Да собственно никак!

Чушь собачья. А памятник откуда взялся? А фото мое на памятнике? Венки? Кто тогда тут похоронен?

А с чего я взял, что тут похоронен я? Может совсем даже не я? Совершенно запутался. Интересно, призраки душевными болезнями страдают? Может быть призрак сумасшедшим?

Опять не о том думаю. Не пора ли мне немного пожить? Протягиваю руку и жму кнопку «Старт».

***

Жара наваливается на меня так, что кажется — обернули горячей простыней. Сразу бросило в пот, а солнечные лучи ударили, будто лазерные лучи. Кожа на лице сразу стала гореть.

Осматриваюсь. Таак…стою все у того же памятника, с тем же самым фото. То есть с места я не стронулся, только вот вселился в своего аватара. Вот бы посмотреть — а мое лицо соответствует этому фото? Зеркальце бы…

Шарю по карманам куртки…опа! Телефон! Кстати…вот же жалкие жадные КЮ! Ну нет бы какой-нибудь «Верту», или там айфончик — нет, обычный среднебюджетный самсунг, без всяких изысков. Влезаю в него (он не заблокирован ни на рисунок, ни на отпечаток пальца), включаю камеру-обратку. Вот мне и зеркальце. Итак…да, похож. Считай — одно лицо. Вот только моложе, чем на фото. Там лет тридцать пять, а здесь я как раз на двадцать пять. Да и покрасивее…ну не Ален Делон, но так-то очень неплох. Девушкам должен нравиться!

Посмотрел симкарту и едва не рассмеялся — ну ясное дело, пустой телефончик. Никаких тебе симкарт. Шарю по карманам и вытаскиваю…пачку пятитысячных! И еще одну! Миллион! И что тут такое…ага! Записка! Читаю:

«Это твой начальный капитал — ведь ты выбрал профессию «Бизнесмен»».

Вот же идиоты! Они что, мыслят категориями советского времени? Это тогда, я читал — миллион стоила одноподъездная девятиэтажка. А теперь миллион — это не то что мало, это просто-таки смешно мало! И вы хотите, чтобы я с такими деньгами сделал бизнес?! Ой, умора!

Из другого кармана достаю…паспорт! Самый настоящий паспорт! Новенький, пахнущий краской! А вот это замечательно. Я как-то и не подумал, что в новом своем воплощении без документов я просто не смогу жить. Без бумажки мы букашки!

Смотрю прописку…опа! Улица Радищева, дом 8, квартира 12. Это что значит, у меня есть и жилье?! Ну слава те Господи! Все-таки ты не такая скотина…хмм…может не стоит гневить бога? Ну как в том анекдоте еще советских времен. Учительница на уроке решила заняться богоборством — поставила икону Христа, и приказала детям подходить и в нее плевать. Все прошли, плюнули, и только один Мойша отказался. А когда учительница его спросила, почему он это не сделал, пояснил: «Если бога нет — зачем вся эта процедура? Глупо же! А если есть — зачем мне портить с ним отношения?». Умный мальчик. Согласен с ним.

Итак, отправляюсь на эту самую улицу, в эту самую квартиру. По крайней мере у меня будет время, чтобы обдумать то, что я должен сделать. Почему в эту квартиру, а не домой, к папе и маме? Да потому, что вот только представить — являюсь я такой к папе и маме, и заявляю: «Здрасьте! Я ваш сыночек, выбрался из могилы и стал Игроком! Примите меня таким, какой я есть! И любите, как раньше!» Что дальше будет? Ну…папа мужик резкий, попытается набить мне морду — за надругательство над памятью меня, любимого сына. Мама будет плакать… Вызовут полицию, и если я не успею удрать — загребут, обнаружат бабло, будут допрашивать — кого я ограбил. А может просто конфискуют и выкинут где-нибудь по дороге. Доказывай потом, что у тебя что-то было.

Кстати! А я ведь вспомнил. Да, да — вспомнил свою смерть! Пешеходный переход, визг тормозов…и…все. Все! Я шел с работы, шел по всем правилам — на зеленый свет. И вот…уже у могилы. Или вернее — в могиле. Нехорошо, однако!

А где я работал? Где работал…в офисе работал. Менеджер по продажам. Креслами торговал, черт меня возьми!

Эээ! Нет-нет, не надо черта! С языком и с мыслями надо быть поосторожнее. Не знаю, как эта проклятая Игра реагирует на слова.

В общем — мне было ближе к сорока, разведен, квартиры у меня не было, жена была. Детей не было. Пришел как-то с работы пораньше (температурил!) — а там стоны, а там скрипы. И знакомые такие скрипы! Диванчик наш так скрипит. Захожу…здрасьте вам! Мой старый друг Коля Пенегин — нормально так пользует мою женушку!

Подошел, со всех сил врезал ему кулаком по голой заднице — они так увлеклись, что меня и не заметили. Вот же потом суета началась! Женушка визжит, Коля в углу зажался: «Не убивай!». А я и не собирался убивать. Что я, дурак, что ли? Сказал выметаться, и да всех делов.

Приятеля у меня больше нет. И жены больше нет. Самое смешное, что она избрала защитой нападение. Мол, это я виноват что ее другой мужик дерет! Мало ей уделял внимания. И вообще — я ничтожество, и в постели, и в жизни. И правильно ей ее мама говорила — зря вышла за меня замуж. Говорили — перспективный, красивый, а я оказался рохлей!

Не, не бил. Так…пощечину дал, и все. Собрал вещички, да и ушел — под обещания засудить меня до смерти, загнать меня туда, куда положено, и где меня будут трахать целыми днями и ночами, потому что я…

Нет, не поддался на провокацию. Ей синяки нужны были, чтобы заяву на меня писать. Но я просто ушел. Развели нас быстро — детей нет, имущества не нажили — квартира, и та съемная. Я так-то хотел детей, и квартиру собирался взять в ипотеку — мне бы ее дали. Но не успел. Слава богу…

Есть хочется. Отвлекся от своих грустных мыслей и пошел по дорожке между могил. Людей было не так уж и много — только где-то далеко виднелась пара — взрослые мужчина и женщина копались возле памятника. Подошел поближе, посмотрел — цветочки сажают. Хотел спросить, как отсюда лучше доехать, каким транспортом…и не стал. Уж больно лица у них грустные. Глянул на памятник — молодая женщина, красивая, глазастая…да, горе!

Тихонько отошел, и вдруг подумал: а как я отличу Игроков от…хмм…как их тут называют? НПС? Неигровой персонаж? Да, наверное так проще? Эн-пи-си, да и все тут. НПС. Но вот как узнать, кто есть кто?

Посмотрел на пару, и вдруг…щелк! Над мужчиной и женщиной возникли таблички:

«Петр Семенович» «Мария Карловна».

Затем появилась надпись:

«Если хочешь узнать подробнее об этих персонажах — вступи в контакт»

Где появилась? А не знаю. Вот передо мной повисла, и все тут. Повисла, потом поморгала и скрылась. Была — и нету.

В контакт вступать не хочу. Не то это место, чтобы контачить. Выйду, пройдусь по улице, там и разберусь — как и чего.

Так и сделал. Прошел по аллеям, нашел ворота, в которые въезжали и выезжали машины — просто легковые и катафалки с сопровождением, и вышел на площадку, где увидел типичную автобусную остановку, со всеми приличествующими ей атрибутами — урна, заполненная доверху окурками и бутылками, набросанными и возле урны, и расписание маршруток, которое скорее всего никогда в жизни не соблюдается.

Ну что теперь…надо ехать в центр. Куплю симкарту, вставлю в телефон, буду вызывать такси. Звонить мне сейчас некому, но хотя бы от мира не оторвусь — интернет-то зачем?

А пока ждал, стал рассматривать сидящих у краев автобусной площадки торговок с венками и цветами. Так себе занятие, но почему бы и нет? Игроков тут не имеется, это точно. Надо всеми — таблички, на табличках имена, или прозвища. А еще — род деятельности. Например: «Людмила Петровна, торговец венками». А то я сам не вижу, что она торговец, черт подери! Интересно, за нее опыт дадут, если ее грохнуть? Скорее всего — нет. Иначе Игроки извели бы все население планеты в погоне за опытом.

— Привет! — за мыслями я и не заметил, как ко мне подошел улыбчивый парень лет двадцати протянул руку — Как звать?

Я автоматически протянул ему руку, парень крепко ее пожал, а потом я почувствовал боль. Дикую, раздирающую внутренности боль!

Посмотрел вниз, на источник боли…улыбчивый парень держал в руке длинный, слегка изогнутый кинжал, и раз за разом погружал его мне в живот. Кровь — ручьем!

— Миллион — это тоже хорошо! — улыбнулся мне парень, и нож пополз вверх, со скрежетом врезавшись в грудину — Извини, парень, ничего личного!

Как я сумел ему врезать — не знаю. Когда твои кишки висят до колен, сделать это очень трудно. Очень. Но я все-таки сделал. Парень отлетел от меня, врезался в металлическую стойку, упал, изумленно глядя на меня, ну а я сделал к нему шаг, другой….и умер.

«Вы получили десять пунктов к профессии «Воин». Десять пунктов к силе, десять пунктов к скорости». Поздравляю!»

Это было последнее, что я увидел.

«Ты умер. Тебя предупреждали, чтобы ты опасался Игроков. Но ты не внял предупреждению. Чтобы продолжить Игру — нажми «Старт»»

Ах сука! Ах ты ж сука! Найду гада и убью!

Жму кнопку, появляюсь на свет…фухх…слава богу — не голый! То барахло, что было на мне в первое «рождение» — оно на мне и есть. Сую руку в карман, в другой…хопа! Нет ничего! Ни денег, ни телефона — ничего нет! Пустой! И как мне теперь жить?! С голоду что ли подыхать?! Да вы охренели с такой игрой! Шулеры гребаные!

Бегом! Скорее! Насколько помню из всех игр — мой труп должен какое-то время валяться на месте убийства! Если эта игра похожа на те, в которые я когда-то играл — так оно и будет!

Бегу. Едва не сношу двух благообразных старушек, жалобно пискнувших и сказавших что-то неприятное мне вслед.

Добегаю…есть! Лежит! Ой, какой я неприятный мертвый-то… Кишки наружу, все в крови, лужа — чуть не под торговок подтекла! И кстати — они не обращают никакого внимания ни на труп, ни на кровь, будто ничего такого и нет в природе. Преодолевая отвращение, шарю по карманам трупа…паспорт! Есть паспорт! И ключи от квартиры. А вот ни денег, ни телефона нет. Ах ты ж сучонок… И вот что мне теперь делать?! Стартовый капитал, мать твою! Чем стартовать-то?! Видишь ли — не послушал я предупреждения!

А вообще — все логично. Где появляются новые Игроки? На кладбище. И появляются с деньгами, уверен.Прирежь такого, и вот тебе миллиончик! Карма? А на кой черт она — Карма? Удача? Да чушь это все…кому она нужна, эта удача? Кстати, а почему это мне к умению воина добавилось? Я же видел — добавилось, точно. А! И тут ясно. Я же все-таки успел врезать этому козленку. Типа — научился воинскому искусству

Таак…значит — тут, на кладбище ошиваются «крысы». Так буду называть тех, кто грабит и убивает новых Игроков. Ходи, присматривайся, а потом — рраз! И готово! И денежку в карман! И не надо работать.

Таак…а что мне делать? Этот гад уже давно сбежал, я без копейки денег, за городом, до дома пешком по улицам сорок километров, жрать хочу как из ружья, и перспектива у меня аховая.

Нужно походить по кладбищу. Во-первых, посмотрю на людей — все ли из них люди, может Игрока найду?

Ну, хорошо: нашел. Дальше что? Бить его по башке? Забирать деньги? Хмм…тоже вариант. Вот только как быть с кармой? Да плевать на карму — как быть с совестью? Ведь я-то не крыса!

Есть еще вариант — попросить у кого-нибудь денег. Ну…на проезд! Рублей сто. Доехать до дому, и…

Что — «и»? Черт подери, у меня ведь ни копейки! Уверен — и дома ни черта нет, ни жратвы, ни денег! Приехал я, и дальше что? Пошел попрошайничать? Бизнесмен херов…

Ухожу от остановки, не оглядываясь на свой труп. Скоро он исчезнет, знаю. Кстати — люди скопились в остановочном павильоне, человек пять уже стоят в тени. Ходят по крови, возле трупа толпятся — но ничего не видят. Интересно, сколько раз в своей жизни я ходил по трупам Игроков?

Хожу между рядами могил, стараясь понять — кто из персонажей НПС, а кто Игрок. Вон та девушка со взрослой женщиной — Игрок, или НПС? Таблички есть у всех! И как распознать?

Кстати, а что там насчет волшебства? И где это чертово волшебство?! Где волшебные звери?!

— Ай!

Кладбище изменилось, да так, что я не удержался от возгласа. Девушка, та что с взрослой женщиной — неодобрительно на меня оглянулась, и затем осторожно поставила на могилу граненый стаканчик с какой-то прозрачной жидкостью — покрытый кусочком хлеба. Женщина ей что-то сказала, девушка кивнула, постояла еще возле могилы и они пошли по аллее, держа друг друга за руки.

Я дождался, когда они уйдут подальше, подошел, снял хлеб со стаканчика. Осмотрел его со всех сторон, и…положил в карман. Прости, Иван Витальевич…тебе уже все равно, а мне что-то уж очень есть хочется. Водку я пить не буду, я ее и при жизни-то не особенно уважал (виски, или шампанское — это можно), а вот хлебушек мне пригодится. Все равно эти твари кладбищенские сожрут!

А тварей тут много. Начать только с огромных бабочек, размах крыльев которых не менее чем метр, или даже больше. Переливаются на солнце, парят над могилами…прекрасные, как летающие цветки! Одна подлетела близко, практически на расстояние вытянутой руки. Протягиваю руку…

Ай! Сука! Боль такая, как если бы мне под кожу загнали здоровенный шприц! И хоботок этой дряни тут же наполнился красной жидкостью — прозрачный такой хоботок, все видно! Лапы вцепились в меня, держится, как клещами зажала!

Размахиваюсь другой рукой — хрясь! Хрясь! Еще!

Брызгает кровь (моя, наверное!), и смятое тельце падает на землю. Ффухх…ранка сочится кровью, мне больно и обидно. Вот тебе и красота! Вот тебе и…

«Кладбищенская бабочка-вампир, пережиток далекого прошлого. К использованию пригодны глаза и жало вместе с мешочком секрета. Лут — одна монета»

И тут же: «Активировано умение «Охотник за нечистью». Плюс десять пунктов»

Лут! Ага! Ну-ка…глаза, жало…и как я, мать вашу, выковыряю эти проклятые глаза без ножа? Как вырежу жало? Ааа…ну конечно же…«а нам плевать!». Ладно…пошарю в кишках, может чего и найду. Странно, конечно — монета в заднице! Вот откуда? Ладно бы золотые часы…а то — монета!

Была, да. Небольшая монетка, и похоже что серебряная. На одной стороне написано: «Игра», на второй…единица. Размер монеты — с рубль. Современный рубль.

Так. Монета есть. И где на нее покупать? И что покупать?

Потом решу. Сейчас надо набить этих гадов как можно больше — а там видно будет.

Сказано — сделано! Иду по кладбищу, вижу летающую дрянь — сразу бью по крылу. Потом дотаптываю, достаю монетку. Тварей тут как грязи — только успевай долбить! И каждый раз выскакивает табличка об увеличении моих процентов умения охотника за нечистью. После сороковой бабочки — бамс! Как в колокол ударили.

«Вы перешли на второй уровень. Вы получили второй левел умения «Охотник за нечистью». Поздравляю!»

Ну и вам спасибочки. Интересно, как это все выглядело со стороны? Идет парень, машет руками — рраз! Ударил что-то невидимое. Потом топчется на месте, идет дальше. Под спайсом чувак? Приход словил?

Несколько человек от меня уже шарахнулись, как от сумасшедшего. Оно и понятно…сумасшедший и есть. И хочет есть.

А ведь кроме бабочек тут и еще хватает гадов. Вот, например — здоровенная многоножка, метра полтора длиной. Красно-коричневая, совершенно мерзкая на вид. А жвалы…да эти жвалы мне ногу откусят на-раз!

««Могильная многоножка» Четвертый уровень. Ядовитые железы, спасает противоядие из крови этой многоножки. Не рекомендуется к охоте, если не достигли четвертого уровня. Укус смертелен, смерть наступает через пятнадцать минут»

После появления этой таблички я рванул от поганой твари так, что только пятки засверкали! Сдохнуть от укуса такой мерзкой твари…а ведь она небось мной еще и позавтракает! Интересно, чем она питается здесь, на кладбище?

И тут же получил ответ на свой вопрос. Земля на могильном холмике взметнулась вверх, верткое тело взлетело над землей, и бабочка, подлетевшая к этой могиле хрустнула под нажимом зубастых жвал. Подходить, чтобы забрать выпавшую монетку я почему-то не решился…

Снова занялся уничтожением бабочек, гадая — чем гады питаются. И вскорости получил ответ и на этот вопрос. Твари пьют кровь людей! Не только Игроков — вообще людей! Идет себе девушка в топике, сочненькая такая, аппетитная…а на спине у нее сидит бабочка, воткнув ей в затылок хоботок! И сосет, сосет красненькое… Девушка бледная, ее спутник озабоченно спрашивает:

— Маш, тебе плохо? Перегрелась, да? Сейчас в машину сядем, кондиционер включим, сразу легче станет. Пойдем, пойдем, я тебе помогу!

Нет, я не бросился сдирать тварь со спины девушки. Не решился. Что я скажу этому парню? Что у девушки между лопаток сидит вампир? Что я снял этого самого вампира? Да он в драку кинется. А я сейчас не в форме. Дохленький, честно сказать. У самого поджилки трясутся, как у той девушки. Во-первых, меня недавно убили. Скорее всего, жизненной энергии у меня поубавилось… Во-вторых голодный, как волк. Хлебушек мало мне помог.

Хопа! Выскочила табличка со статами! Точно, жизни у меня десять процентов. Все, что могу — это бабочек гонять. На хуторе так сказать. С тараканом уже не справлюсь.

Мана…О! А маны у меня ого-го! Оно и понятно — сколько я этих бабочек передушил? Только куда ману употребить… Где правила, черти драповые?! Почему вы правила не выставили?!

Так. Чему я научился за эти часы? Во-первых, нельзя доверять ни одному человеку, как бы привлекательно он ни выглядел. Чел может оказаться Игроком-убийцей.

Хмм…между прочим, это очень неплохой способ узнать Игрока! Ведь Игроки выбирают себе внешность. И ни один из них точно не сделал себя уродом. Так что если к тебе подходит красивый парень, или красивая девушка — большая вероятность, что это Игроки. Именно парень или девушка, а не мужчина и женщина. Игроки обязательно создадут именно молодого аватара, зачем им старик или старушка? И сделают себя красивым. То есть, можно сделать вывод, что все красивые — Игроки?

Ладно…все это хорошо, но как мне добраться до дома? Придется пешком, куда деваться… А может тут заночевать? Прямо на кладбище? И попробовать выследить этого гада, что меня ограбил. Только что мне с ним делать? Снова прирежет, как цыпленка. У меня даже оружия нет. Кроме…ну да, оружие пролетариата. Булыжник.

Попробую поискать гаденыша. Похожу по кладбищу, поищу…и надо идти туда, где имеются новые могилы. Скорее всего он будет выслеживать жертву именно там, у могил. Образовался Игрок, и…получил ножом в брюхо.

Следующие два часа я ходил по кладбищу в поисках моего недруга. Само собой — безрезультатно. Он как в воду канул. Небось, пошел прожирать мои деньги.

И тогда я отправился домой пешком. Ну никак не климатило мне ночевать на кладбище, кишащем всякой кровососущей дрянью. Шел, и думал о том, почему девушка не чувствовала боли, когда ее кровь пил вампир, а еще о том, что возможно многие из болезней, которые нападают на человека, вызывают именно такие гады. Их люди-НПС не видят, вот твари и сосут из них жизнь. Некоторых высасывают досуха, и тогда люди умирают.

— Эй…брат! Давай подвезу! Чего пешком ноги бьешь! — услышал я голос от дороги и увидел приору с шашечками на крыше — Садись, давай, эй?

Я вообще-то не люблю, когда ко мне обращаются так: «Эй!». Ну что за привычка такая? Но идти далеко, ноги не казенные, так что…я долго не раздумывал и уселся в машину, чувствуя, как отходят, расслабляются гудящие от усталости ноги. Как там мне сказал Админ? «Будешь слабым, как ребенок?» Вот теперь я это понимаю. Таксист что-то говорил, я сквозь полудрему отвечал — оказалось, ему примерно в тот район, куда нужно и мне. А значит, он меня подвезет, и денег ему совсем не надо. Лишь бы человек хороший попался! А то скучно.

Если бы я не получил нож в живот, наверное все-таки попался. Уж больно приятный парнишка за рулем, хоть и невоспитанный. Но во-первых меня насторожило то обстоятельство, что таксисту не надо денег — вот в жизни не видел ни одного таксиста, которому не надо денег! Это нонсенс! Как пчеле не надо меда!

А во вторых…он был слишком, картинно красив. Ну такой…восточной красотой — как он себе это представлял. Как себе придумал. И когда у меня перед глазами появился нож, я к этому был уже готов — захватил руку, которой таксист попытался меня ударить, а второй рукой схватил отвертку, лежащую в кармане двери, и воткнул ее в глаз нападавшему.

Бам!

«Ты перешел на третий уровень! Поздравляю! Плюс к умению воина…плюс к Карме…»

Таак…хорошо хапнул! Сразу на третий уровень! Ну так-то я знаю, что на первых уровнях прокачка идет всегда быстрее — где-то до седьмого уровня. Это на последних левелах она тормозится так, что приходится ставить бота — набивать опыт. Играл, знаю! И в «Силкроад» играл, и в «Ультиму», и в «Линейку». Был, был у меня такой период. А потом забросил. Кстати, может то обстоятельство, что я некогда играл в РПГ-игры и явилось тем фактором, который позволил мне перейти в Игроки? Ну…типа — «каждому воздастся по вере его!»? Играл я в игры, верил, что делаю правильно, тратя время в бесконечных войнах и набиваниях лута — вот мне и после смерти игра. А если ты фырчал на людей, бесполезно убивающих время в играх — вот тебе и совсем другой результат. От отправляйся в Ад! Ну или в рай. Кому «Страна вечной охоты», кому рай и ад. А кому-то может и Вальхалла? Ну а чего? Если Игра, почему бы в ней не быть Вальхаллы? Или не в ней, а вообще — быть.

Прежде чем предпринять попытку отправить меня на новое воскрешение, таксист остановился за автобусной остановкой, и даже заглушил двигатель. Предусмотрительный, чего уж там. Вдруг я начну дергаться, и машина улетит куда не надо? Кстати, и это тоже меня насторожило — зачем остановился? С какой целью?

Вышел, кряхтя и ругаясь (хилый совсем!) перекинул труп на заднее сиденье. Крови практически не было — отвертка так и торчала в глазнице. Обыскал таксера, и…опа! Миллион в пятитысячных купюрах! И телефон! Точно такой же, какой был у меня!

Хмм…а не мой ли это телефон?! И не мой ли миллион?! Эй ты, чукча…не моего ли обидчика грохнул?! Хе хе хе…вот такой круговорот миллиона в природе!

Кроме миллиона двумя пачками, у таксиста нашелся нож — уж этот нож я запомнил навсегда! Этим ножом мне вспороли живот. Брр…ужасное ощущение. Какая тут к черту игра? Такой боли я не испытывал никогда в жизни! Даже когда умирал.

Интересно, когда исчезнет труп убитого мной Игрока? И самое главное — КУДА он исчезнет?

Усаживаюсь на водительское сиденье, завожу движок машины, включаю передачу…поехали! Давно не водил машину, с тех пор, как продал свой «Логан». Ездил мало, а от времени машина не становится лучше, она не вино. Вот и продал. Но как говорится — умение не пропьешь. Через пять минут уже привык и рулю вполне умело и уверенно.

Улицы загружены почти на сто процентов, чем ближе к центру, тем движение интенсивнее. Но мне нужно в центр, в ту квартиру, которую выдала мне Игра. Ну не в родительскую же квартиру ехать, на ночь-то глядя! Кстати, я все-таки попробую потом поговорить с отцом. Расскажу, как обстоят дела. Напомню кое о чем таком, что могли знать только мы с ним. Может поверит, что я не какой-то там аферист, а самый настоящий его воскресший сын? Интересно, Игра это пропустит?

Бью по тормозам! Это еще что такое?! Что за хрень?! Впереди меня на повозке едет какой-то придурок, и вместо лошадей у него два…ящера! Точно, ящеры! Что-то вроде игуанадонов! На них упряжь, все, как положено, лошади, да и только! Интересно еще то, что машины, которые запрудили дорогу, не обращают внимания на этого персонажа — они его и видят, и не видят. То есть — в реале они его не видят, но подсознательно чувствуют, что по этому месту ехать нельзя. И объезжают стороной. И никого не удивляет, что почему-то все объезжают это самое место, их будто отталкивает от него.

Огибаю коляску, смотрю в лицо возчика, и у меня перехватывает дыхание. Так вот ты какой! Слышал о вас, но не верил. Вот теперь я понимаю, откуда взялись разговоры о рептилоидах. Зеленое лицо похоже на человеческое, да что значит похоже — оно и есть человеческое! Только вот зеленое. И чешуя. А еще — желтые глаза с вертикальными зрачками. Едет себе, правит, время от времени высовывая черный, тонкий, раздвоенный на конце язык. Вот это ни фига себе…

И я стал внимательнее смотреть по сторонам. До сих пор мне казалось, что вокруг ничего особенного нет, все как всегда, и вдруг…вон, к примеру, стоит ларек — обычный такой ларек, в котором продают жвачку, сигареты, чипсы — таких ларьков раньше было как грязи во время правления Борьки-пьяницы, потом эти сосуды греха искоренили, дабы не портили лицо города. Этот — один из последних мамонтов ушедшей эпохи.

Обычный ларек, да не обычный. Он двойной. С одной стороны простой ларек, с другой…я даже и не знаю, как это назвать. В общем — что-то вроде огромного пенька с окошком, из которого выглядывает зеленая физиономия, похожая на ту, что я минуту назад видел в двухколесной коляске, запряженной динозаврами. Только…явно женская морда. Ну вот не знаю, по каким приметам я определил, только женская, да и все тут! Она как-то…изящнее, что ли. Если забыть про чешую, про язык, который вылезает изо рта, про оранжевые глаза с вертикальными зрачками — очень даже симпатичная девушка.

Хмм…на кого же она похожа? Вот! Вспомнил! Фильм про мутантов — как он там называется? И как зовут девушку — тоже забыл. Но главное помню — ее прекрасную фигуру, а еще — цвет. Синяя она была. И умела менять внешность. Так вот — в ларьке сидит ее зеленая копия.

Интересно, что как оказалось — я уже минут пять сижу в машине, стоящей у ларька, и тупо рассматриваю эту самую девицу. Когда успел остановиться, как это произошло — сам не понимаю. Просто вот так — бах! И я у ларька, на котором, над его крышей, моргает неоновая надпись: «Товары для волшебников от первого до пятого уровня»

Опа! Так вот что…а я ведь волшебник! Якобы. Правда это никак еще не проявилось, но…если я волшебник — значит, эти товары для меня. Ну-ка, посмотрим!

Выхожу из машины, включив аварийку и выдернув ключ из замка зажигания. Иду к ларьку. Осторожно подхожу, ожидая какой-нибудь пакости (вдруг укусит?!), здороваюсь:

— Здрасьте…а какие товары для волшебников можно купить?

Девушка смотрит на меня, чуть улыбается, и глаза ее на мгновение закрываются сомкнувшимися веками. И только тут я читаю у нее над головой:

«Торговец расы «мпеков». Возраст двадцать лет. Для получения дополнительной информации коснитесь объекта»

— Новенький? — то ли спрашивает, то или утверждает девушка, и голос ее слегка шепелявит. Эдак присвистывает, будто со мной говорит большая разумная змея. Питон Каа — вот аналог!

— Новенький — киваю я — Так что у вас для волшебников?

— С первого раза выбрался с кладбища? — девушка не обращает внимания на мой вопрос, рассматривает меня так, что мне кажется, будто этот рептилоид оценивает меня с точки зрения гастрономической пригодности.

— Нет…со второго — неожиданно для себя сознаюсь я — А что?

— Молодец! — уже широко улыбается девушка, и я вижу ряды белых зубов у нее в пасти…нет, все-таки во рту. Если бы не черный язык…вполне симпатичная девица! И кстати…вполне себе аппетитная. Нет, не в смысле употребления ее в пищу, совсем в другом, правильном смысле! Я бы ее…

«Вы подверглись ментальной атаке. Вас попытались подчинить. Ваш уровень магической защиты поднялся на двадцать единиц»

Встряхиваю головой, прогоняя морок, и девица уже не кажется мне привлекательной в сексуальном смысле. Переспать с ящерицей — никогда не было в моих приоритетах. Даже с вараном острова Комодо.

— И не стыдно? — с укором спрашиваю я.

— Ничуточки! — ухмыляется девица — Не мы такие, жизнь такая! Кстати, ты милый парнишка, я бы с тобой замутила. Может сам, по доброй воле? А то скучно тут…

— Нет уже…дела у меня! — отказываюсь я, и не выдержав, спрашиваю — А почему ты сказала, что я молодец?

— Да потому, что некоторые и с десятого раза не выбираются — пожимает плечами девица, и я замечаю, что у нее как у человеческой особи есть грудные железы. Сиськи, если проще сказать. И неплохие…размера третьего. Интересно, как получилось такое смешение рас? Груди почти не прикрыты — так, что-то вроде двух треугольничков прикрывают соски, а на бедрах девки маленькие такие джинсовые шортики. Секс-бомба, да и только!

— Нравлюсь? — улыбается она, подмигивая — Я горячая! Ты ведь никогда еще не был с женщиной мпеков? Много потерял! Попробуй, не пожалеешь!

«Предупреждение! Женщина мпеков после полового акта впадает в оргазменный амок и пытается убить и пожрать своего полового партнера».

— Ага, ага… — криво ухмыляюсь я — А потом ты мне чего-нибудь откусишь! Ишь ты…хитрюга какая! Дураков ищешь?

— Ищу — вздыхает девушка — Вы, нубы, такие сладкие…во всех отношениях. Между прочим, некоторые возвращаются и просят еще! Один у меня тут два месяца жил! Пока не надоел. Хочется разнообразия, приедается одно и то же. Ладно, давай по делу. Серебряки есть?

— Есть

— Ну тогда славно…поторгуем! Вот, могу предложить волшебную палочку третьего левела. Много ей не наработаешь, но можно потом апгрейдить. И много маны она не берет. Может воду нагреть, или сбить какую-нибудь тварь, или вшей заморить! У тебя есть вши? Нет? Жаль. А то бы я тебе показала, как она работает. Хочешь, я тебе вшей насажаю, а потом их убью? Не хочешь? Бери, хорошая палочка! Мне ее один нуб принес для продажи — он из сколопендры вытащил. У него две такие были, одну вот продал. Палочки не залеживаются, скоро купят, поторопись. Волшебник без палочки — как мужчина без члена. Только на еду и годен.

Похоже, что эта разбитная ящерица прекрасно разбиралась в мужчинах без члена, и я невольно содрогнулся, представив, как она обрела это знание. А вот насчет палочки все верно. Куда волшебнику без палочки? «Тут звучит музыка из мультфильма «Каролина в стране кошмаров»»

— Двести серебряков, и ты настоящий волшебник! — торжественно провозглашает торговка, и я нарочито морщу нос:

— В три раза накрутила, что ли? Имей совесть! Небось, за тридцатку купила!

— За пятьдесят, и что? Какое твое дело? — сердится ящерица — Меньше чем за сотню не отдам!

— Восемьдесят! — ухмыляюсь я.

— Девяносто — последнее слово! И поцелуй!

«Предупреждение! Поцелуй мпека погружает человека в транс, в котором он выполнит все, что от него требует временный хозяин»

— Постыдись! — снова укоризненно мотаю головой.

— Стыдно, когда видно! — огрызается ящерица — И то не стыдно! Девяносто пять! Раз без поцелуя! Дурак! Ты такого наслаждения никогда в своей жизни не испытаешь! А надо попробовать все на свете!

Я отсчитываю испачканные в сукровице бабочек монетки, и палочка переходит в мои руки.

— Умеешь с ней работать-то, импотент ты хренов? — ворчит девушка — Рассказать, что делать?

— Конечно — киваю я, и девушка выдает мне нужную информацию. Через пять минут я шагаю к машине, держа в руках невидную, темного дерева палочку, на которой уже высветились мои инициалы. Это означает, что палочка навсегда принадлежит мне. Теперь снять с нее печать хозяина может только волшебник примерно пятидесятого уровня. Если только ему захочется заниматься такими глупостями. И воспользоваться моей палочкой могу только я.

Снова за руль, и машина мягко катит по мостовой, двигаясь в потоке попутного транспорта. И меня уже не удивляют ни динозавры, запряженные в коляски, ни всадники на гигантских птицах, обряженные в широченные шляпы, ни обнаженные мпечки на велосипедах, несущиеся вдоль дороги и ловко снующие между машин. Кстати — рептилоидов тут на удивление много. Может у них тут какой-нибудь свой анклав?

Машину оставил у отделения полиции. Ключи в замке зажигания, так что…или угонят, или полицейские приберут — мне по большому счету наплевать. А что я с ней буду делать? Только если гаишникам попадусь, и тогда меня закроют за угон. Обойдусь без приоры.

Перед тем, как уйти, обшарил багажник на предмет нахождения в нем чего-нибудь странного. Например — трупа, или орудий убийства, или артефактов, способных улучшить мне жизнь. Неужели таксер не успел награбить?

Артефактов не нашлось, трупа проститутки — тоже, так что я с чистой совестью отправился домой. По адресу прописки, само собой. Труп таксиста исчез примерно через полчаса после того, как я расправился с этим стервятником.

Пока обшаривал машину, волей-неволей смотрел на тех, кто входил и выходил из РОВД, и вот что заметил: часть полицейских были мпеками. Да, да! Идет такой зеленолиций — форма, кепи, как и положено полицейскому, папочка в подмышке, и…чешуйчатое лицо! Похоже, что рептилоиды пользуются каким-то колдовством для того, чтобы скрывать свою внешность. Потому обычные люди принимают их…за обычных людей. За своих.

Впрочем — может это делает сама Игра. Интересно, кто ее придумал? Кто ее создал? Может эти самые рептилоиды? Увы, скорее всего я этого не узнаю никогда.

Идти до нужного дома отсюда — метров триста, так что дошел за считанные минуты. Уже когда подходил, из-за мусорных контейнеров, наставленных вдоль дома и перекрывающих вид на Федотов овраг, выскочила черная тварь, шипящая и вопящая так, что я откровенно говоря едва не напрудил в штаны. Ну кто бы не перепугался — идешь так, тихий, спокойный, расслабленный, и тут…раз! На тебя вылетает вопящий и визжащий клубок меха, который едва не врезается тебе в лицо! Кот! Черный кот! Здоровенный такой котяра, блестящий, гладкий!

Я выругался засмеялся, и тут смех мой пропал. Со стороны оврага выскочили еще две твари — размером со среднюю собаку, красные, как раскаленное железо, глаза как яркок-красные угольки, и вишенкой на торте — вокруг головы каждой из этих пакостей воротник из шевелящихся змей, раскрывших черные пасти, из которых торчат два очень неприятных на вид длинных загнутых зуба. Белых таких, тонких…

«Адские псы четвертого уровня. В луте десять монет и возможность получить сюрприз. Ценятся зубы змей, а также ядовитая железа. Опасны»

Да ну ни хрена себе, какая ценная информация — опасны они, видишь ли! А я думал что оближут меня, и дальше побегут! Вона чо, Михалыч!

Не думая, практически на инстинкте — поднимаю волшебную палочку и всей своей израненной душой желаю, чтобы твари сдохли. Ну вот просто таки — всем своим нутром желаю им смерти! Не нравится мне эта помесь Медузы Горгоны и стаффордширского терьера.

Палочка, направленная в стороны бьющих себя хвостами по бокам тварей (хвосты тоже со змеиными головами!), внезапно дернулась, как крупнокалиберный пистолет во время выстрела, из нее вылетел здоровенный фиолетовый шар, который рванулся к этим гадам, уже приготовившимся к прыжку, и мгновенно превратил их в два обугленных, мерзко воняющих куска плоти. Запах был таким, что меня едва не вырвало, и я сделал шаг назад, спасаясь от едкого клуба дыма.

«+ 20% к профессии «Волшебник» +20% к профессии «Воин»»

— Классно поджарил! — услышал я голос позади себя, и резко обернувшись увидел того самого кота, улыбавшегося во всю морду — Лут собирай! Чего тормозишь?

— Ты…говоришь? — пролепетал я, застыв на месте от удивления.

— Ты сейчас что, сам с собой разговариваешь, что ли? — фыркает кот — Лут говорю собирай! И кстати — адовы собаки парами не бегают. Их еще трое где-то шастает, не меньше. Так что собирай, и валим отсюда как можно быстрее!

Я вообще-то не очень-то хотел копаться внутри этой пакости (все-таки бабочки-вампиры были куда симпатичнее!), но пересилил себя и погрузил руки внутрь первой тушки. Пришлось лезть через зад, что уменьшило уровень моего хорошего настроения ровно на порядок. Десять монет…стоп! Что это такое твердое и круглое…опа! Кольцо. С камушком. Интересно — налезет на палец? Налезло. Подозрительно как-то налезло. Показалось, что оно на моих глазах просто взяло, да и расширилось, позволив нацепить себя на средний палец. Я вообще-то не ношу колец, перстней и всякой такой дребедени. Но когда тебе пишут:

««Кольцо силы» +10 к силе +10 к мане +10 к скорости» — ты обязательно захочешь его надеть.

— А ты удачливый! — сказал кот, облизывая лапу — Смотри-ка, какое кольцо выпало! Кармы много у тебя!

Опа…так вот для чего карма! Удача! Если у тебя много кармы, повышается шанс выпадения хорошей вещи. Отлично! Запомню.

В другой твари были десять серебрушек, и…никаких тебе крутых артефактов. Просто пробирка с синей жидкостью:

«Снадобье для восстановления маны. + 20% Действует через пять секунд»

— Выпей — посоветовал кот — Гадость, конечно, но у тебя маны совсем не осталось. Наскочат гады, ты их даже мелким проклятьем обгадить не сумеешь — не хватит маны. Пей, да побежали!

Я с хлопком выдернул из пробирки обычную, как в бутылке шампанского пробку, и преодолев отвращение, вылил содержимое пробирки в глотку.

Ну да…вкус не очень так…нечто среднее между помидорным рассолом и газировкой «Буратино». Если их смешать — такая дрянь и получится. Но вообще-то мне понравилось. Нет, не вкус, то, что было после. Тело будто жаром обдало, и в голове слегка зашумело, как после того же самого шампанского. Эдакая эйфория, зачаток оргазма. Ну…в общем, похорошело мне слегка, чего уж там.

Затем я не поленился и выломал зубы у висящих грязными тряпками змей. Этих тварей оказалось два десятка, плюс змеиные головы в хвостах. Итого — сорок четыре зуба, плюс мешочки с ядом, которые вырвались вместе с зубами. Чтобы все это унести, пришлось взять из помойки мусорный пакет, что почище, вывалив из него содержимое. И в тот самый момент, когда я это содержимое вываливал — дунул ветер, и одна из хмм…грязных бумажек, доселе скрытых в мешке, понеслась по воздуху и врезалась мне в лицо. И это было отвратительно

— Давай, уходим! Чего встал?! — фыркнул кот — Сегодня среда, они по средам охотятся. У тебя уровень дохлый совсем для боя!

— А сам-то?! — огрызнулся я.

— А у меня четвертый, и что? Давай, не задерживайся! Бегом! Кстати, у тебя дома пожрать есть? Давай забежим в магазин? Там вон «Пятерочка», а рядом «Дары Мерлина». Как раз и потратим твои серебряки. Ну и трофеи продашь!

«Дары Мерлина» — довольно-таки большой магазин, не то что тот ларек, в котором я недавно купил волшебную палочку. Магазин располагался прямо возле «Пятерочки», с торца здания, и по размеру был с ней абсолютно одинаковым. А вот ассортимент...чего только не было в этих самых «Дарах». Правда я так и не понял, причем тут Мерлин — где эта самая Британия, и где мы, но оставляю это на совести программиста. Ну, вот нравится ему это название, да и все тут. Не знает он про других волшебников!

За прилавками — мпечки вперемешку с девушками какой-то иной расы. Рептилоиды зеленые, это понятно, и опять же — очень легко, просто-таки легкомысленно одетые — шортики, легкие платья на лямочках, открывающие стройные зеленые ноги, которые не портила даже мелкая чешуя (если привыкнуть — так очень даже сексуально! Что-то вроде бодиарта!). А вот эти, бледные…они меня просто шокировали. Во-первых, абсолютно безупречные фигуры — эдакие фитоняшки. В-вторых, если мпечки легкомысленны, так эти просто разнузданны в своих пристрастиях — на теле ничего кроме золотых цепочек, из которых связано что-то напоминающее узкие трусики. Вот и весь наряд. Еще — глаза. Темные, практически черные, будто углем намазано. А так — девчонки, как девчонки, красивые, зубастые! Ага…два клыка, обнажаются, когда продавщица тебе улыбается.

«Раса вампиров. Не опасны, если не нарушать правила»

Какие правила, мать вашу?! Что я должен сделать, чтобы эти твари не выпили у меня кровь?

— Пойдем туда! — хлопнул меня по ноге лапой кот — Видишь, написано: «Прием лута». Давай, пошевеливайся, я жрать хочу!

Почему-то мне не показалось странным, что некий прилепившийся ко мне кот поторапливает меня и чего-то требует — непонятно, с какой стати. Может потому, что подсознательно я всегда считал, что миром управляют коты? И что человечеств существует только для того, чтобы обеспечивать их расу вкусной едой и ласками? Судя по маминому коту — ситуация обстояла именно таким образом. Вот и этот котяра, имени которого я так пока и не знаю, утверждал меня в таковом выводе. Кстати, чего я так и не прочитал, что написано на его табличке? Ага вот…

«Кот, который ходит сам по себе. Помощник, будет тебе верным спутником, если ты станешь соблюдать правила»

Слышь, программер гребаный, я надеюсь, что ты будешь гореть в аду за такую Игру! Какого хрена опять тайные правила?! А если я нарушу, тогда как?! Это шулерская Игра, точно!

— Между прочим, мое имя Феникс — заметил, зевнув, котяра — Тебе объяснять, откуда взялось такое имя?

— Что, возрождаешься, что ли?

— Ну уж не хуже тебя! — вздохнул кот — давай к окошку, а то щас закроет на питие ихора! Вон, перерыв скоро!

Я плюхнул на прилавок пакет с змеиными зубами, и улыбнувшаяся мне девушка-вампир стала по одному доставать из нее зубы, осматривая их со всех сторон. А я, не удержавшись, вперился взглядом в белую, с розовыми сосками грудь вампирши. Ну ничего не мог с собой поделать!

До чего же красива женская грудь! Особенно такая — гладкие полушария торчат вперед, как сделанные из упругого пластика, соски крупные, на удивление человеческие, слегка съежившиеся от сквозняка. Девушка заметила мой взгляд, вздохнула, и груди поднялись выше, уставившись в меня дулами сосков. Я даже тихонько застонал — хороша! И черт с ними, с клыками! Нынче в нашей Африке равны все поголовно!

— Они коллекционируют мужские гениталии — хихикнул кот — Но как честные девушки, прежде обслуживают тебя по полной программе. Говорят — невозможно забыть их ласки. Во время секса покусывают тебя своими клыками, и ты обретаешь неутолимую жажду секса. Трахаешься, пока не падаешь замертво. Тогда она выпивает из тебя кровь, отрезает твои гениталии и хранит их в специальной баночке, в растворе ихора. Тогда твоя плоть не исчезает в Игре, как все тело. Есть любительницы, они еще и сердца вырезают. Но это уже считается извращением. Я у одной такой видел триста с лишним баночек с пенисами. Были интересные экземпляры, заверяю тебя! Некоторые типы заказывают себе такие огромные пенисы, что просто диву даешься — зачем?! Где он найдет самку под такой пенис? Если только вампиршу… Извращенцы!

Желание схлынуло, как его и не бывало. И когда девушка заглядывая мне в глаза предложила посетить ее вечерком, в тот час, когда она закончит свою смену, я со спокойной душой ей отказал. Нет уж, не хочу, чтобы мой пенис украшал чей-то старинный полированный сервант времен Леонида Брежнева. Мне это кажется донельзя пошлым.

За все змеиные зубы оптом я получил аж три сотни мотет — больше, чем рассчитывал, а потом девушка предложила мне открыть расчетную карту, что меня не просто удивило — повергло в шок.

— Карту?! На серебряники?!

— Карту! — фыркнула девушка — Ты что, считаешь, в Игре одни дикари? Тут вообще-то цивилизация, и подревнее вашей! Так будешь брать карту, или станешь таскать мешок с деньгами? Ох, уж эти нубы! Все у них не так, как у нормальных людей…

— Карту… — с вздохом решил я, и через двадцать минут ожидания стал обладателем расчетной карты, похожей на все расчетные карты во всех мирах. Даже значок «контакт» имелся — ее можно было прикладывать к аппарату, как и обычные людские карты. Что я тут же и проделал, сдав свои серебряки в кассу магазина, являющуюся, как оказалось, еще и пунктом одного из отделений Игрового банка.

Кстати, получил плюс двадцать к умению бизнесмена. Ведь я типа бизнес сотворил! Хе хе…

— Возьми баночки для лечения, для восстановления маны — они тут недорогие, всего по серебряку штука. Накопитель маны для палочки — тоже нужно. Он десять монет стоит, запас небольшой, но карман не трет. Амулет не надо. Дорогой, и бесполезный. Какую-нибудь тварь убьешь, он и выпадет.

— А это что…презервативы? — удивился я — В них-то что магического?

— А все! — ухмыльнулся кот — Потенцию улучшают. Либидо у твоей партнерши повышают.

Я посмотрел на кота, так запросто кидающегося вумными словами, и тот видимо меня понял. Зевнул, почесался, и насмешливо спросил:

— Ну чего уставился? Я может кот ученый! И по цепи хожу кругом! А ты давай покупай быстрее, два пошли. Тебе еще меня кормить надо. А то уйду к другому, и ты сгинешь в желудке какой-нибудь городской сколопендры, или тебе дураку вырвут пенис и на твоих глазах его съедят. Есть тут такие…любительницы.

— Скажи, в Игре есть хоть одна особ женского пола, которая не отрезает пенис и не высасывает кровь во время полового акта? — не выдержал я.

Кот задумался, и после недолгой паузы ответил:

— Есть. Русалки. Они пенисы не отрезают, и кровь не пьют. Они топят.

Я вздохнул, и мы пошли дальше. Половина денег ушла на апгрейд палочки — в углу зала стоял ларек, вроде того, в котором сидят мастера-ключники, за долю малую делающие тебе ключи для машины, так что я посчитал совершенно необходимым усовершенствовать свое единственное магическое оружие. Ножом с такими тварями как я сегодня видел точно справиться невозможно. Прежде они тебя искусают с головы до ног ядовитыми зубами.

Из магазина выходил нагруженный покупками и с пустой картой. По большому счету можно было бы и не делать карту, за которую у меня взяли пять монет. Все равно бы все деньги спустил здесь же, почти не отходя от кассы.

Теперь — в «Пятерочку». И снова мой желудок вспомнил о том, что сегодня я ни черта ничего не жрал, кроме как украденный с могилы кусок хлеба. Впрочем — почему это украденный? Продукты на могилы кладут именно для того, чтобы их ели, поминали покойного. Значит — помянул.

Сумку с магическими принадлежностями оставил в ячейке хранилища, или как оно там называется. Хотел оставить в углу, все равно люди эти штуки не увидят, но передумал — а Игроки на что? Опять же, кто сказал, то магические существа чисты на руку? Или на лапу. Сопрут — просто враз!

Накупил колбасы, мяса, овощей, фруктов — иду, кряхчу, аж плечи трещат. Хилое мое тельце, только выглядит, как спортсмен. А силенок-то совсем хреново!

— В спортзал надо тебе, братец! — щурится кот — Доходяга! Двинь тебя лапой — и полетишь,песком свой путь посыпая!

— Чой-то песком?! — обиделся я — А кто тебя от гадов спас? Не буду с тобой разговаривать! Фу таким быть!

— Будешь — ухмыльнулся кот — Еще как будешь! Да сумку-то со снадобьями не забудь! Растеряша…

До квартиры едва дотащился. Кстати — на третьем этаже она, как оказалось. Опустил пакеты на пол у двери, прислушался — нет ли кого там, по ту сторону? Потом сунул ключ в замочную скважину, и…на двери вдруг возник силуэт ладони, а рядом загоралась надпись:

«Для идентификации приложите сюда правую ладонь»

Приложил.

«Проверка пройдена. Можете воспользоваться ключами»

Криворукий сценарист вместе с криворуким программистом! Что, нельзя было сделать, чтобы дверь открывалась по приложенной ладони?! Зачем ключи-то?! Ответа мне никто не дал, дверь открылась, и я шагнул в картиру. Дверь сама собой закрылась за моей спиной.

Квартира, как квартира. Прихожая, ванная комната, комната с диваном и шкафом. Телевизор — новый, прямо в полиэтилене. Но уже подключен к кабельному — вон, вижу разъемы. Ха! Ноутбук есть! Интересно, как тут с интернетом? Но пока что не до инетов и телевизоров — поесть надо, а то так можно и сдохнуть. И потом добираться с кладбища — долго и трудно.

Сходил на кухню, посмотрел…и от души отлегло. Все, что мне надо — имеется. Посуда, ножи, вилки-ложки — все, что надо, тут есть. И микроволновка. Все обычное, без всяких там изысков. Без маги—шмагии. Даже мусорное ведро имеется.

Ну что же…борща приготовить, что ли? Но прежде…дай-ка я с устатку хряпну! Остограммлюсь, так сказать. Достаю две красные бутылочки, сливаю их в большую фарфоровую кружку. Выпиваю тремя большими глотками. Ухх, пробрало! Жаром обдало! И сразу полегчало. Руки бодрее двигаются, ноги ходят. А то уже потрясывать стало от слабости. И даже есть уже меньше хочется. Оно и понятно — жизненную силу восстановил, вот и результат.

Нарезал мяса помельче, положил в чашку. Зову:

— Иди есть! Ты сырое мясо — как?

— Всяко — фырчит кот — И сырое, и не сырое. Вообще-то я больше черную икру люблю, но понимаю, что у тебя не светит икоркой побаловаться.

— Икоркой! — возмущенно восклицаю я, и ставлю перед котом чашку с мясом — Жри давай! Икорку ему!

Кот снова фыркает и принимается есть. А я начинаю готовить борщ. Вообще-то кухарь из меня неплохой — в отца. Он все умеет готовить, особенно мясо. Вот и я научился. Отец всегда говорит, что мужчина должен уметь и башку врагу прострелить, и борщ сварить, на то он и мужчина!

Мою, ставлю вариться мясо, а пока что потихоньку нарезаю колбасу и задумчиво жую, раздумывая со своей дальнейшей судьбе. Что у меня впереди? Что делать? Бессмыслица какая-то. Вырвали из привычной жизни, и на вот тебе, получи непонятно что и зачем.

— Зачем все это? — спрашиваю я, откручивая крышку с бутылки питьевой воды — зачем я здесь? С какой целью?

— Вот ты даешь! — ухмыляется кот — А когда ты был ТАМ, какая у тебя была цель? Ну-ка, давай! Расскажи! К чему ты стремился?

— Ну…заработать денег — неуверенно отвечаю я, уже понимая к чему ведет меня логика кота — Жизнь себе получше устроить. Семью завести, детей. А тут что?

— Вот и тут — твоя цель устроиться получше — облизываясь, отвечает кот, и я теперь четко вижу, что говорит он совсем не глоткой. Ментальное общение, точно.

— Ну почему вам, людям, надо обязательно стремиться к некой эпической суперцели? Зарабатывай деньги, живи, радуйся жизни! Тебе дали шанс! Красивый шанс интересно пожить! А ты не знаешь, что с этой жизнью делать. Ну не смешно ли?

— А семья? Дети? — не унимаюсь я.

— А кто тебе мешает? — удивляется кот — Тебе что, нечем детей делать? Небось отрастил себе…как у осла! Хе хе… да не хмурься — вы все так делаете. Или почти все. Ты-то еще поумнее других. Ну, так вот: живи, и радуйся жизни!

— Вечной жизни! — ухмыльнулся я, и тут же был обломан:

— А кто тебе сказал, что вечной? — кот закрыл один глаз — При следующей смерти можешь и не воскреснуть.

— Как так?! — неприятно поразился я — А Игра?! Как же так — не воскресну?!

— А вот так! — кот беспечно полизал лапу — Убьют, а ты и не воскрес! Такое бывает. И никто не знает, сколько у тебя воскрешений, и не можешь ли ты сгинуть навсегда. Догадываешься, почему?

— Чтобы берегли себя и не расслаблялись? — догадываюсь я, и настроение мое падает до уровня плинтуса.

— Догадливый! — ухмыляется кот — Кстати, ты даже не понимаешь, как тебе повезло, что ты встретил меня. Ты что думаешь, у всех Игроков есть свои фамильяры? Карма у тебя довольно-таки высокая, вот тебе фамильяра и подогнали. Иначе бы так и тыкался по миру, как слепой щенок.

— А ты надолго со мной? — осторожно осведомляюсь, и начинаю мыть овощи.

— Не знаю — задумчиво говорит кот — Пока не надоешь. Шучу, шучу! Сам не знаю. Как Игра решит. Иногда навечно дают фамильяра, иногда отбирают. Так что…

— До вас тут жил один…так у него фамильяром был осел! Вот он квартиру-то засрал! Пока убрал — весь изругался!

Я вскрикнул и сунул палец в рот. Больно! Когда этот…это существо завопило у меня под ногами, нож соскочил и порезал мне палец. Что за черт?!

— Домовой я. Яков меня звать! — маленький, одетый в спортивный костюм мужичонка ловко подтянулся и уселся на стул — Чего готовишь? Не иначе как борщ? Правильно! Плюс тебе к карме! Когда сготовишь. Только старайся не мусорить, ладно? А то убирать за тобой лень… ну да ладно…пошел я отдыхать. Устал, прибирал тут, говны выносил. Вы, люди, такие засранцы!

— Домовой… — растерянно смотрю я на то место, где только что сидел мужичок — неужели взаправдашний домовой?

— Нет! Он тебя в заблуждение вводил! — фыркает кот Феникс — Да ясное дело, домовой! У всех домов и квартир есть свои домовые. Простые люди их не видят, а Игроки и коты — да. Коты они вообще все видят.

— А какой я у тебя по счету? — спрашиваю, а сам думаю — ответит, или нет?

— Зачем тебе это? — нехотя отвечает Феникс — Не первый, это точно. И не второй. Но рассказывать о прежних хозяевах не буду. Ты еще кормить меня собираешься? А то ведь уйду!

— Вот только не надо шантажировать, ладно? — фыркаю я — Вот борщ сварю, так и будем. Или колбасы тебе нарезать?

— Колбасы из «Пятерочки»? Сам ее ешь. Ее даже адские псы есть не будут. Хочешь посмотреть, что ты ешь? Ткни в нее волшебной палочкой, и пожелай увидеть, из чего она сделана. Давай!

Лучше бы я этого не делал. Бурая слизь, какие-то черные волоконца, куриные кости с обрывками мяса…брр! Чуть не выблевал. Бросил колесо колбасы в мусорное ведро, и услышав оттуда довольное чавканье заглянул…

«Мусорный монстр. Питается отходами человеческой пищи. Полезен. Однако руку в пасть совать не рекомендуется»

— Видал? — довольно комментирует кот — Больше не бери эту колбасу. Хорошая колбаса начинается от девятьсот рублей килограмм, и то не факт, что там все мясо. А по четыреста — это только оно…пища дла мусорного монстра. Лучше мясца мне еще подрежь. Пока твоего борща дождешься — с голоду сдохнешь.

И я принялся резать мясо.

Хорошо сижу, никого не трогаю, борщ доедаю. Здоровенную такую миску юзаю. И смотрю по ящику спектакль, время от времени вытаращивая глаза и мотая головой, в знак недоверия увиденному. Совесть-то имейте! Вы чего это извращение сюда выставили? Какой извращенец-сценарист до такого додумался?!

Итак, комната. Надо понимать — кабинет. В кресле сидит вампирка в своем обычном наряде — что-то там из цепочек, только тут они украшены драгоценными камнями и сверкают-переливаются. Ну да, иначе как отличить начальницу от подчиненных! Только по камням и можно! И по креслу. И тут…заходит вампир! Да! Мужская особь вампирского племени! И он…в общем — на самом кончике…у него колокольчик, и этот колокольчик позвякивает при ходьбе. Цепи, цепи…и почему-то ошейник. Они говорят о доходах, начальница показывает ему отчет (я так понял) — он стоит рядом с ней, сбоку, почти касаясь ее плеча этим самым…колокольчиком. А она так задумчиво смотрит на это самое…и белым пальчиком с безукоризненным маникюром по колокольчику..дзынь, дзынь, дзынь…

И сразу вспомнился старый анекдот, в котором рассказывалось, как в суде рассматривали иск против мальчика Мони, от которого залетела соседка. Мама защищала его, крича: «Да он же еще совсем маленький! Ну как он мог заделать ребеночка этой здоровенной бабище! Вы только посмотрите (сдергивает с Мони штаны вместе с трусами и теребит его пенис) — ну чем, чем он мог ей заделать! Ведь ребенок еще! У него еще даже не стоит!»

А Моня наклоняется в маме и тихо говорит: «Мама, не увлекайтесь…проиграем процесс!»

В общем — начальница добилась-таки, подчиненный завалил ее на стол…и тут приходит еще один работник конторы. Мпек. Здоровенный такой зеленый тип, похоже что изображающий сантехника.

Да. Присоединился. Потом был какой-то тип с красными глазами и черной кожей — Феникс сказал, что этот из племени демонов. Типа — они все ведают магической техникой. Надо понимать — это их слесарь-механик. Отличался он от других участников совещания тем, что в процессе пускал колечки дыма из задницы и слегка искрил.

Все это было забавно, но довольно-таки однообразно, и минут через пятнадцать мне надоело. Они ничего нового не внесли в искусство извращений, все это я видел ранее, потому с легким сердцем переключил на другой канал. Феникс, кстати, сказал, что зря я это сделал, так как дальше будет самое интересное. Что именно интересного я там могу увидеть — спрашивать не стал. Какой-нибудь каннибализм, надо думать. Почему-то у них тут…нет, теперь — «у нас тут»! — все любовные акты заканчиваются членовредительством. Может для того, чтобы не было перекрестного опыления? Ты человек — значит и сексуйся с людскими женщинами! Хочешь экзотики — тогда готовься, что тебе оторвут член. А что, нормальное явление. В этом что-то есть. Панину точно пришлось бы туго.

На другом канале — новости политики. Вот тут я прямо-таки приник к экрану, глаз не отводил! Неужели?! Фуххх…нет, наш Гарант оказался человеком. И министр иностранных дел — тоже. И кстати — в окружении «Тирана» заметил только одного нелюдя — это была мпечка в строгой офисной униформе. То ли переводчица, то ли телохранительница — заметил, что мпеки больше тянутся к силовым структурам. Ну...по крайней мере — в нашем городе.

А вот иностранцы…показали министр а иностранных дел Британии! Оспиди…да что это за существо-то?! Даже не мпечка, и не вампирка! Что за пакость такая?! Бледная, как вампирка, корявая, сморщенная…несвежая какая-то! Брр!

— Упыриха! — пояснил кот — Они питаются трупами. Им чем больше трупов, тем лучше. И любят полежавшее, чтобы с червяками. Нет, а ты чего думал — войны откуда берутся? Кому-то ведь это надо! Откуда взять питание? На войнах многие кормятся. И люди, кстати, в том числе. Люди ничуть не лучше упырей.

— А почему никто не видит, что она упыриха?

— Чой-то не видят? — ухмыльнулся кот — Видят! И что ты сделаешь? Ну вот ты видишь, и что? Побежишь, закричишь: люди! Да она упыриха! Она трупами питается! Что тогда будет? То-то же. Кто-то видит, кто-то чует упырей. Но поделать ничего не может. Дипломаты же! Даже святой водой нельзя побрызгать — этикет! А вообще упыри невероятно тупые. Необразованные, упертые, злобные.

— Как же они, такие тупые, поднялись до самого верха? — фыркнул я.

— А ты что, мало знал примеров, когда тупые люди поднимались на высокие посты? — усмехнулся Феникс — А в Игре это еще проще. Упырей много, они поддерживают друг друга. Даже пословица есть: «Упырь упырю клык не сломит!». Это вы люди друг друга топчете, заплевываете. Кто-нибудь добился результата, сделался успешным — тут же ему надо пакость сделать! Тут же плюнуть в спину! Ибо получил он успех незаслуженно, а сам мерзавец и подлец. А упыри не так. Они тут же всех своих за собой тянут, даже фонд у них есть — для поддержки своих. Про Сороса слышал? Вот. Они туда денег отчисляют. Случилось что в семье упыря — ему помогут, денег дадут. А люди что делают?

— Всяко делают! — досадливо парировал я — И помогают, и защищают! Родину защищают! И упырям размножаться не дают! Хватит людей помоить! Не такие уж мы и подонки!

— Ну…не такие, как упыри, да… — глубокомысленно ответил кот — Но вообще ты знаешь, что некоторые из вас, умирая, воскресают упырями?

— Опа! А мпеки? Вампиры? Тоже воскресшие люди? — поразился я.

— Не все — кивнул кот — есть Игроки, а есть и старые, часть Игры. Тут так сразу и не поймешь — кто есть кто. Старые игроки становятся частью Игры — навсегда. Но это только после сотого уровня. А это, сам понимаешь — очень и очень непросто.

— Подожди…а могут быть дети от вамиров? Ну…от человека и вампира? Или от человека и мпека?

— Бывают, почему бы и нет… — усмехнулся кот — Но только редко. Это надо, чтобы нелюдь тебя искренне любил. А у них в мозгу все устроено так, что…ты для него что-то вроде афродизиака и наркотика одновременно. Одни просто хотят тебя сожрать, другие — трахнуть и сожрать. Исключение из правил редки. Можно сказать — в нулевой погрешности. Так что мысли об извращениях брось! Мне ты так-то понравился, есть в тебе что-то…чистое. Потому мне бы не хотелось, чтобы ты испарился насовсем.

— Спасибо — хмыкнул я, глядя на ехидную морду кота — Очень лестно. А вот скажи…домовые женщины бывают?

— Бывают — сморщил нос кот — Но они тебе не понравятся. Широкие, маленькие, можно сказать — толстушки. Или ты любишь с карлицами?

— Тьфу! Да я просто так спросил! Что ты все на ЭТО переводишь?! — сержусь я — У меня даже и в мыслях пока нет ничего такого!

— Это пока — замечает кот, вылизывая лапу — Все вы извращенцы. Что я, не видел, как ты на сиськи вампирши пялился? Или на задницу мпечки? Погоди еще — русалок увидишь. Вот там — да! Будь я человеком — сам бы не выдержал! Отдался таким с разбегу! А дриады?! Красотища ведь! Жаль, что они тебя потом дубом сделают. Да, да, чего вытаращился? Только кончишь — и тут же — бах! Сучок! И стоишь так на ветру, шелестишь листами! Пока не срубят. Запомни, паря — тут все тебя хотя прибить, все хотят сотворить с тобой гадость! Игроки — грохнуть и обобрать! Нелюди — расчленить и обобрать! А то еще в рабство взять, чтобы ты для них лут собирал. И такое возможно. Ошейник видел на вампире? Вот. Это ведь человек бывший. Присосалась к нему вампирша, и сделала его рабом-вампиром. Теперь и будет исполнять ее сексуальные и финансовые прихоти, пока ей не надоест и не найдет себе следующую жертву. Так-то! Все как в жизни! Да хотя…это и есть жизнь. То, как ты жил раньше — сон. Ты спал и ничего не видел. Теперь глаза у тебя открылись.

А на экране тем временем появился президент США. И он тоже оказался упырем! И вся его свита, как один — упыри и упырихи! Охренеть…и мы рядом с этой сворой живем?! Да как же они нас до сих пор всех не перекусали? Кстати, интересно…а откуда я знаю, что это американский президент?

А вот откуда! Я его вижу и как сонного туповатого дедка, еле-еле передвигающегося без поддержки, и как древнего морщинистого, в темных пятнах упыря, и эти два лика существуют одновременно — они меняют друг друга с такой скоростью, что глаз едва улавливает эти перемены. Но все-таки улавливает..

Хмм…вон оно как получается. То есть — став Игроком я теперь могу под ликом человека видеть личину упыря, или другой такой нечисти. Но и маску человеку вижу тоже. Просто надо захотеть увидеть на месте упыря человека, и…перед тобой будет стоять человек!

Следующие десять минут я развлекался, меняя облик увиденных на экране существ. Упырь-не упырь! Упырь-не упырь! Забавно.

Политические новости сменились вестями с шоу-бизнеса, и вот там я оторвался по-полной! Шоубиз, как оказалось — сплошные вампиры! Если силовики мпеки, упыри политики, то певцы, танцоры и всякие кривляки-шутники — сплошняком вампирские рожи! Стоят, клыки скалят, машут! А уж как они поют…господи, я такую гадость слышал только раз в жизни. Нет, два раза в жизни. Когда сокурсник в сортире запел песню «Напиши мне, напиши мне — свинячьим дерьмом на белой стене!» — вопя невероятно мерзким голосом. И второй раз — видел-слышал ролик с Киркоровым, когда он «пел» под фонограмму, а кто-то записал его голос. И было слышно, как он на самом деле «поет».

Сколько смотрел — ни одного человека на сцене шоубиза не увидел. Вампиры и вампирши.То ли они все изначально вампиры, еще на стадии раскрутки звезды, то ли когда пробираются на сцену их кусают, и они становятся вампирами, но все, как один — нежить.

А что творят! Поразился — как они умудряются ТАК отвести глаза? Трахаются прямо на сцене, а все люди видят — танцуют! Или вообще ничего не видят! Кстати, вернулся к тому порнографическому спектаклю из жизни нечисти, посмотрел уже умелым глазом…опа! Кабинет, люди обсуждают, как им лучше бороться с конкурентами, как наладить бизнес. «Переключаешься»…а там — дым коромыслом! Они, кстати, уже одного сожрали. И похоже что человека. Везде кровь, кишки…и в этой грязи — оргия. Тьфу, мерзавцы!

Щелкаю клавишами пульта…мультик! А тут чего?! Даже говорить не хочу. Упыри сделали фильм на основе русских сказок. Так вот в этом мультике баба Яга поедает украденного лебедями мальчика. А гуси-лебеди на самом деле отвратные птеродактили, или археоптериксы — черт их там разберет. В общем — зубастые летающие твари на службе упырихи.

А реклама! Вот это реклама! «Ты этого достойна!» — вампирша тянется к шее молодого, модельного вида мужчины и всаживает ему зубы в шею. А он ласково щурился и трясет…понятно чем. Типа от наслаждения.

Но хуже всего реклама банков… Кстати — новую нежить увидел. За прозрачным стеклом горбатая тварь с нечесаными грязными волосами и желтыми зубами. Носяра — во! Сантиметров пятнадцать длиной! Кошмар! Так вот как вы по-настоящему выглядите, банкиры…

— Лепреконы — поясняет кот — А что ты думал? Откуда они взялись в ваших легендах? Игра-то раньше вас родилась. Иногда информация и просачивается. Так что… Все, о чем ты слышал в ваших сказках — существует на самом деле! Просто вы разучились это видеть. Раньше кое-кто из людей видел, а теперь таких осталось мало.

— И люди видят? — удивился я — Неужели?!

— А как ты думаешь, почему в твоей стране наверху упырей и всякой такой мрази меньше, что в той же Британии? Есть они, конечно, но никакого сравнения с забугорьем. Потому что у вас есть специальные люди, которые видят нечисть. Правда и нечисть научилась как следует маскироваться, и чутье у ваших нюхачей стало послабее. Но вы пока что держитесь. А вот там…выжгли они своих колдунов. Как есть выжгли. Ведь основными нюхачами были женщины. Их объявили ведьмами и жгли на кострах. Вот и размножились упыри и вампиры так, что власть захватили и весь мир мутят. Давно это было. В этих местах ведьм мало жгли, вот они и сохранились. Значит — и нюхачи сохранились. Вот так, друг мой. Все непросто, правда? Спрашивай дяденьку Феникса, я тебе все поведаю, не потаю! Хи хи… А ты молодец! Видишь суть! И карма у тебя хорошая…нет, мне кажется дело у тебя пойдет. Если только не накосячишь.

— Знать бы еще — как это — «накосячить» — пробормотал я, и пошел мыть посуду.

Борщ поставил в холодильник — теперь дня три буду есть. Кость бросил в мусорное ведро, и с минуту наблюдал, как мусорный демон с чавканьем откусывает от нее небольшие кусочки — смакует. Задумался — а куда эта тварь гадит? А еще — растет она, или нет? А если растет — ей наверное ведро надо будет побольше? Шириной с квартиру?

Занятый мыслительным процессом, вернулся в комнату и обнаружил, что на экране идет один из ментовских боевиков. Мент само собой оказался мпеком, а вот прозектор, или как его там — самый настоящий упырь. На моих глазах он вгрызся во внутренности жертвы (человека, между прочим!) — и подняв окровавленную рожу с умным видом дал заключение о том, что человек был убит с помощью длинного узкого ножа, предположительно заточки. Как можно было определить это, откусив кусок печени и позавтракав кишками — не знаю. Меня затошнило и я выключил телевизор.

— Слабоват еще! — ехидно заметил кот — Привыкай к настоящей жизни.

Ничего ему не ответил и пошел в ванную комнату, где на полочке у ванны обнаружил набор бутылок, на каждой из которых было написано: «Для ванны», и нарисованы разные картинки. Я сполоснул ванну, потерев ее найденной там же рукавицей, закрыл пробкой, имеющей вид черепа, и пустил в емкость горячую воду. Надо полежать, подумать над всем сегодня происшедшим, и немного успокоить нервы. Всего один день — и столько событий!

Погружаюсь в ванну, и тут вспоминаю, что забыл напустить в нее «специй». Сажусь, выбираю пузырек, на котором нарисована грудастая юная блондинка, отмеряю колпачок пахнущей духами жидкости и выливаю, одновременно открывая воду из крана. Ну, чтобы взбить пену. И снова ложусь в ванну, закрыв глаза и предавшись своим нелегким мыслям.

Ну что сказать…кот-то кругом прав. Что я потерял, отправившись на тот свет? Если только привычную, скучную жизнь, серую и беспросветную. Пиво, иногда сауна с парнями из отдела продаж, телка, снятая в баре, и быстренько трахнутая в туалете — домой-то вести нельзя, там папа с мамой! И я — с образовавшимся брюшком, рыхлый, потерявший себя в этой жизни. Типичный офисный планктон, которого несет Гофстримом черт знает куда… Единственное, чего жалко — это папа и мама. Им-то каково…похоронить сына, Больше всего мечтаю подать им весточку. Рассказать, что со мной все в порядке, чтобы не переживали, чтобы знали…

А в остальном…весь мир! Я получил весь мир! Если можно так сравнить — раньше я был глухим и слепым. Теперь у меня открылись глаза!

Да, нынешний мой мир опасен. Меня могут убить. Даже сожрать. Но зато…мне интересно жить. Мне впервые за долгие и долгие годы интересно жить! И я ХОЧУ жить!

Вдруг…я увидел…нечто! С испугу невольно погрузился в воду с головой, забулькал, потом вынырнул из воды как пробка и заорал, глядя на то, что сидело передо мной в ванной! Вернее — кто сидел. Молоденькая девица — абсолютно такая, какая была нарисована на бутылочке с мылом для ванны. Голая девка. Девица улыбалась, призывно поманила меня пальчиком, а потом томно вздохнула, поднесла руки к животу и проведя по нему, плоскому как доска, приподняла тяжелые груди, упруго мотнувшиеся, когда она их отпустила.

— Это…что?! — пролепетал я, и услышал ответ из-за спины:

— Что-что…живая картинка! — фыркнул кот — Вишь…сытенькая какая! Только ты ее не очень-то трогай. Лопнет. Она же — мыльный пузырь. Но хороша, да! Есть и такие, что все тебе сделают, как настоящая! Но только стоит такая бутылочка дорого, не меньше десятка золотых. А тут…бери, да наяривай!

— Как — наяривай? — глупо переспросил я, и тут же понял — Черт! Ну что за…

— Ну а чего? — философски заметил кот — Бабы у тебя нет. Так уж лучше наяривай, чем мечтать о вампирше, которая у тебя после секса член вырвет. И для здоровья полезно! Я как-то читал один журнал, так там доктор советовал…

— Отстань, а? — не выдержал я, и кот тут же согласился, закрывая дверь:

— Конечно, конечно! Я тоже не очень-то люблю лизать яйца, если за мной кто-то наблюдает. Давай, давай, не стесняйся! Приступай!

Я медленно опустился в ванну, рассматривая девушку, и поразился — насколько она была похожа на настоящую. И гладкая, загорелая кожа, и соски, сжавшиеся от холодка, проникшего через открытую котом дверь, и задорный курносый носик с веснушками, и белые, как искусственные зубы, ровные и красивые. А когда она встала, поворачиваясь передо мной, и позволяя разглядеть все интимные подробности, я убедился — все, как у настоящей девушки. Даже не сбритый волосок прямо на…этот самом месте. Пропустила, понимаешь ли! Рука дрогнула!

Не выдержал, протянул руку и коснулся этого самого волоска, который находился всего в двадцати сантиметрах от моего носа. И…

Хлоп! Девушка рассыпалась брызгами, превратившись в пену, в клочок мыльной жидкости. А я остался сидеть в ванной, полностью готовый к «боевым действиям». И мне стоило большого труда отвлечься и успокоить себя.

А чтобы отвлечься, стал рассматривать другие бутылочки. Тут их было целый десяток. На одной — брюнетка, и тоже такая…сочная! Приятная девушка, не больше двадцати лет от роду.

Третья бутылочка…что?! Нахер! С мужиком купаться не буду! Пусть даже у него так шибко оттопыривается плавки! Ишь, чего удумали, извращенцы проклятые! Это все тот же программист! Гад!

Так…тут что? Тьфу! Старушка! Божий одуванчик! Да мать вашу, вы издеваетесь, что ли? У кого это на старушку-то встанет? «Внучоок…я расскажу тебе скааазку…»

Кстати, а может она и правда сказки рассказывает? А что — сидит на краю ванной, и давай мне про Ивашку! «По Ивашкиным косточкам покатаюся, поваляюся!».

Нет. Бабулька не катит. Это не спальня, а ванна, и мне тут бабушки не нужны. И дедушки тоже. Даже в розовых кружевных плавках.

А это что? Ай, мать твою! Если бы я это налил, точно бы утонул от страху! Крокодил-то зачем?! Или это рептилоиды так развлекаются? Но я не могу представить, чтобы даже рептилоид фапал на маленького нильского крокодильчика. Кстати…а почему маленького? Может он во всю ванну?!

А это что? О! А это недурно. Наливаю крышечку и выливаю ее под струю воды. Опа! Лепестки роз! И сразу запахло, как в цветочком магазине! Хорошо!

— Ля-ля-ля…ля-ля-ля!

Это еще что? Черт…нет, они без извращений не могут. Толпа то ли фей, то ли Дюймовочек с крыльями летает над лепестками, бегают по лепесткам, как по плоту (нааа…мааленькооом плотууу… — сразу вспомнился адепт плоской Земли), хихикают, обнимаются и целуются. И что характерно — все феи голые. Ну абсолютно! Я даже не поленился и наклонившись, как следует разглядел ближайших. Ну все как у обычных девчонок! То есть все как у взрослых половозрелых девчонок — все, домельчайших подробностей. Ну…кроме прозрачных крылышек за спиной. Смотрю на них, а они вроде как чувствуют мой взгляд — целуются, да так смачно, так умело…а потом занялись…

Нет, это невозможно. Что за извращенческие пенки для ванной? Без бабы использовать их невозможно! Растлители проклятые!

Брызгаю водой на извращенок-фей, которые совсем уже вошли в раж, и они с тихим звоном рассыпаются в пену. Нет, руссише Игрок — облико моралес! Сами фапайте на фей-лесбиянок, извраты вы чертовы! А я моюсь, и спать.

Сказано — сделано. Оттерся мочалкой, сполоснулся…почувствовал себя совсем хорошо. А что еще нужно человеку для счастья? Сыт, крыша над головой, ванну вот принял…лепота!

***

— Феникс…эй! Спишь?

— «Эй» говорить не вежливо! — откликается кот — Чего тебе?

— Слушай…а чем мне заняться? Я так и не понял — что за бизнесменство такое…что за воин и волшебник. Как деньги-то зарабатывать? Ну…как выгоднее их зарабатывать? Ты же знаешь, что на этот жалкий миллион никакого бизнеса не сделаешь. Что делать-то?

— Ну что делать…жить! — ворчит кот, которому я не дал поспать — Ну ты вот чего сегодня делал? Бил бабочек, двух адских псов замочил. Хорошо ведь? Хорошо! И воинский свой уровень поднял, и волшебника подкачал. А там — поднимешь уровень, и совсем станет хорошо. Основные деньги конечно же не здесь, за ними ехать надо. За город ехать. Но куда ты без машины? Тебе какая-никакая машинешка нужна. Опять же — права водительские купить.

— То есть — купить? А что, на курсы не надо?

— Ну у тебя же вроде были права. Тебе только заплатить надо, да и купить. Игра это позволяет. Триста серебряных, и нет проблем! За час сделаешь.

— Триста?! — поражаюсь я — А почему серебряных? А не рублей?

— А потому что права тебе выдадут в кассе магазина. Она же касса Игрового банка. А ты как думал? Пойдешь в РОВД, и попросишь выдать права, потому что они у тебя были, когда ты был жив? Хе хе… Нет уж, парень — умер, так умер. Теперь все — через Игру. Но это даже легче, сам подумай. Ваши бюрократы из тебя столько крови выпьют, пока права выдадут — что и ездить не захочешь. Опять же — машина нужна. Или мотоцикл.

— Стоп! А тырчик сойдет?! — возбужденно спросил я, приподнимаясь на локтке. Кот из темноты померцал желтыми глазами, и явно зевая, подтвердил:

— Ну ясное дело, что пойдет. И права с ним не надо, развиваешься, парень. А то совсем был дуб дубом. Ладно, давай-ка спать. Завтра будем решать, что нам и как делать. Утро вечера мудренее.

И я заснул. Сразу, как только голова коснулась подушки. Может сам — устал ведь за день. А может кот поспособствовал. Они, коты…очень даже хитрые твари! Колдовские!

— Ну что, берешь? — спросил рогатый мужик шире меня в плечах в два раза, и я вздрогнул, с трудом оторвав взгляд от его напарницы, тоже рогатой, но не такой широкой. Демоница, несмотря на свой сайз+ была очень хороша. Так-то я предпочитаю худеньких женщин, но тут…воплощенный секс! А по причине жаркого лета на ней были всего лишь узкие плавки, украшенные узорчатой вышивкой. Плавки белые, и на фоне иссиня-черной кожи смотрелись они в высшей степени вызывающе и сексуально.

— Женить тебя надо, барин! — заметил кот, сидя рядом и довольно щуря глаза на летнем солнце — В твоей голове слишком много места занимает ЭТО.

— Беру! — сказал я хрипло, и отсчитав нужную сумму протянул купюры продавцу.

— Апгрейдить будешь? — спросил он равнодушно, и почесал курчавую поросль в паху. Он тоже не заморачивал себя лишней одеждой — как и его соратница.

— А что можно сделать? — равнодушно спросил я, оглядывая свое приобретение. Тырчик конечно выглядел не очень солидно, но ехать он мог, бензина тратил мизер, и прав на него покупать не нужно. Так что хорошее приобретение, и всего за тридцать тысяч.

— Могу сделать, чтобы он был мощнее раза в три. Могу сделать так, чтобы он не падал. Могу сделать, чтобы он летал.

— Летал?! — поразился я, и тут же понял — То есть, чтобы быстро ездил?

— Да нет… — демон равнодушно пожал плечами — Чтобы летал. По небу. Но это будет дорого стоит. Все равно как новую тачку купить прямо с салона. В общем — давай, решай, а то нам пора перерыв устраивать.

— Утром, и перерыв? — сомнением протянул я, и демон недоуменно поднял брови:

— И что? Когда хочу, тогда и устраиваю перерыв. Захотел телку трахнуть — так мне что теперь, терпеть до вечера? Правда же, милая? — и демон с улыбкой посмотрел на свою соратницу, а та улыбнулась в ответ и глубоко вздохнув, потянулась, так, что черные груди с синими сосками едва не уперлись мне в лицо.

— Слушай…что здесь народ какой-то озабоченный? — спросил я у кота, выкатывая тырчик на мостовую — Кстати, эти не предложили мне поучаствовать в оргии!

— И ты говоришь, что тут народ озабоченный? — ухмыльнулся кот — Сам-то? Ну что, готов к поездке? Куда поедем?

— А куда поедем? — озадачился я — Ты-то наверное лучше знаешь. Ну…где можно набить бабла, туда и поедем.

— Давай в Александровку — скомандовал кот — Там есть одна старая деревенька…ну…совсем старая. Там вот там нечисти — просто море! И нечисть такая…вяленькая. Не выше четвертого уровня. А вот выпасть может всякое. А еще — можно клады поискать. Только дело опасное, можно крепко влипнуть.

— То есть? Это как так? — осведомился я, поудобнее пристраивая купленный тут же безразмерный рюкзачок, в который можно засунуть даже автомобиль (так сказал демон — если в дырку пролезет), и мачете — вроде простое на вид, но с эффектом отравления. Ударил — и тварь сдохнет от яда, пусть даже и не сразу. И даже если убежит. Лут не достанешь, но проценты все равно капнут.

— Ну…зачарованные большинство настоящих кладов. То убьют кого-нибудь, да на труп-то клад и положат со специальным заговором, а то и вообще какую-нибудь пакость сотворят…ну вроде как ловушку. Ты взял за клад, и…оп! Уже его охраняешь. Жрешь кладоискателей. Хорошо?

— Не очень — констатировал я, и кнопочкой завел тырчик. Кота отправил в рюкзак — все равно пока пустует, ну и стартанул… Мда. Точно — стартанул. Как ракета. Едва удержался в седле. Эта мелкая сволочь так поддала, что от его колесика на мостовой остался черный след. Что ни говори, а демоны мастера своего дела.

И в этом я убедился еще раз, когда остановился у светофора, и забыл убрать ноги с подножки. Если бы это был обычный тырчик — уже бы валялся на мостовой. Под ехидными взглядами окружающих. Народ почему-то очень не любит парней на тырчиках. Вот байкеры, те — да. Кожа, заклепки — крутые парни! А на тырчиках одна алкашня ездит, да разносчики пиццы. Потому — за что нас любить?

До края города добрался буквально за полчаса — гнал как сумасшедший, сновал между машинами, стартовал с перекрестка и снова крутил ручку газа до упора. Тырчик вел себя безупречно, и я порадовался, что не пожалел денег и отдал больше, чем половина стоимости аппарата. Дорого, конечно, но все хорошее стоит бабла!

Перед выездом за границу города зашел в Пятерочку, где и закупился кое-какими продуктами — сахаром в пачках, конфетами, черным и белым хлебом, печеньями и еще всякой дребеденью. А когда вышел из магазина, увидел, насколько был прав, покупая дополнительные опции к тырчику. Бонусом демон приделал мне противоугонку, взяв с меня каплю крови для работы (чтобы противоугонка не ошиблась, определяя хозяина).

Выхожу из магазина, и вижу — какой-то парубок уселся на мой тырчик и попытался скатиться на нем на боковую улочку, под уклон! Само собой — тырчик сразу же заблокировал колеса, а кроме того, из сиденья высунулась игла, наподобие тех, что используют в шприцах, и воткнулась поганцу в зад, выделив из себя капельку невероятно жгучей жидкости, из-за которой ворюга не сможет нормально сесть как минимум неделю, а то и больше. Пузырек с жидкостью демон мне выдал отдельно, надо только регулярно добавлять ее в приделанный им бачок. А еще дал пузырек с антидотом, и пояснил, как им пользоваться…так, на всякий случай. Кстати — меня это слегка напрягло — какой такой случай? Но узнавать не стал, только взял на заметку тот факт, что взгляд у демона в этот момент дернулся в сторону — верный признак брехни.

Ну так-то понятно…слышал я, как в девяностые некоторые особо ушлые кадры делали противоугонку в виде взрывного устройства под водительским сиденьем. Садишься, заводишь двигатель, и в специальное гнездо вставляешь штекер-разъем вроде тех, что используются в компьютерных кабелях. Ну и едешь по своим делам. А вот если не вставил штекер…через минуту грохнет взрыв, и ты лишишься яиц. Видел человека, который клялся-божился, говорил, что это истинная правда. Поверю. В 90-е все могло быть. Так вот: хорошее противоугонное со взрывчаткой, но…ведь оно могло сработать неправильно. Так что для себя я решил, что как истратится, не буду заполнять бачок ядом. Пусть будет без яда. Иголку в зад я как-нибудь да переживу. Если она будет без яда.

Пока ехал через город, волей-неволей смотрел по сторонам. Забавное зрелище, конечно. Наверное, я ко всему этому скоро привыкну, но а пока что…ну как можно привыкнуть к запряженным в коляски динозаврам? Или к дирижаблю, который летит над домами, протягивая за собой полотно с надписью: «Покупайте гробы фирмы «Джили» — самые комфортабельные гробы в мире!» Взял себе на заметку — спросить у кота. Ведь ясно, что речь в рекламном объявлении идет не о машинам, а о…гробах? Если предположить, что существуют вампиры — а я их видел! Значит, могут существовать и комфортабельные гробы, в которых они спят. Нормальное явление!

Проскочила мима вывеска «Ресторан грузинской кухни», сквозь которую просвечивала другая вывеска: «Экзотические удовольствия на любой вкус! Для ценителей прекрасного!» И картинка — две вампирши сладострастно облизывают счастливого, улыбающегося мужика с пивным брюшком.

Задумался — а сколько это стоит? Может хоть в таком заведении у клиента ничего не оторвут и не заспиртуют? Жалко, что кот в рюкзаке сидит, спросить не могу. Но при возможности спрошу.

Ехать пришлось недолго — Адександровка всего в десяти километрах от города. Дорога только хреновая. Один участок прямой, без кочек, и то едва не врезался с огромную кучу дерьма, которая воняла совершенно отвратно. Свежее, между прочим дерьмо-то. Высотой метра полтора. Остановился, и долго думал — откуда взялась такая куча. Может что-то летающее сподобилось нагадить? И озаботился — а вдруг это дракон? Едешь так на тырчике, и…опа! Ты уже в желудке, а через несколько часов твой паспорт вот в такой куче дерьма. Ищи потом его, копайся в этой дряни!

Но буквально через несколько минут загадка разрешилась: внизу, у перелеска, бродило стадо самых настоящих…хмм…бронтозавров? В общем — эдакая хрень с девятиэтажный дом, у которой что хвост, что голова примерно одного диаметра. Ходит, и жрет листья с огромных деревьев по типу баобабов, которые не видны обычным зрением.

Вообще-то я всегда думал, что бронтозавры жили не на суше, а в прибрежных районах моря. Ходили по мелководью и жрали всяческую зелень. Но честно сказать, в своих знаниях не уверен. А кроме того — тому, кто это придумал, разве большого труда стоило бы засунуть бронтозавров даже в пустыню? Нет препятствий фантазии программиста!

— Ты к ним не ходи — пояснил кот — Они так-то твари не плотоядные, но агрятся на все, что шевелится. Их лучше обойти стороной. Ему что придавить тебя ножищей, что плюнуть — все едино, результат будет один. Сдохнешь. А сюда добираться…сам знаешь. Кстати…поглядывай по сторонам — тут бывает что киллеры охотятся. Игроки сюда едут, чтобы подкормиться, вот и убийцы тоде подтягиваются. Так что…осторожнее!

— А раньше не мог сказать? — рассердился я.

— Ну, сказал бы, и что? — фыркнул кот — Тебе же надо набирать уровень! А там, где можно набрать проценты — всегда есть киллеры. Ты воин, в конце-то концов, или так…мимо проходил? Учись бороться с гадами! Ну, хватит болтовни, время идет…первым делом достань-ка ты печений и хлеба разного. И положи вон туда, на бревнышко. А когда положишь, скажи: «Тебе, лесной хозяин, на доброе здравие!». Давай, увидишь, что будет.

Я взял пачку печений, буханку чернушки, батон, и положил на бревно. Сказал слова, которые передал мне кот, и стал ждать. Долго ждать не пришлось. Буквально через минуту услышал покашливание и увидел старичка — в резиновых сапогах, серых штанах, рубашке с отложным воротником и в кепке на ушастой голове. Старик молча посмотрел на меня, кивнул, будто подтверждая свои мысли, и слегка скрипучим голосом сказал:

— Привет. Как звать-то тебя, новичок?

— Андрей я, дедушка. А вас как звать?

— Зови меня просто…Евлампий! — усмехнулся старик — И давай без этих ваших городских штучек. На «ты» зови. Привык я так. Дядя Евлампий — вот кто я.

Он помолчал, воззрился на кота:

— Давненько тебя не видал, бродяга! Что, нового ученика надыбал?

Кот не ответил, уселся, и стал вылизывать лапу, все своим видом показывая, что вопрос был совершенно глупым. И так же видно! И тогда дедок, который ростом доходил мне едва до пупка, сварливо заметил:

— Сволочь, конечно, твой Феникс. Но ты его держись. Скотина он еще та! Но дело знает.

— Сам скотина — фыркнул кот, не прекращая своего занятия.

— Сердится на меня — вздохнул лесовик, усаживаясь на возникший непонятно от куда пенек со спинкой — А я ведь ни причем! Это игра такая! Я в последний-то раз его ученика цепями заковал и оставил в овраге лежать, пока его волки не съели…

При этих словах у меня в животе что-то слегка пискнуло. Вот тебе и дедок!

— А я не виноват! — продолжил дед — Зачем он взял зачарованный клад? Этот клад был на меня закрыт. Я должен был отреагировать! И ничего с собой не мог поделать! Это же Игра! Мы все тут не свободны, понимаешь?

Дед погрузился в размышления, а я стоял ни жив, ни мертв. Может убраться отсюда по добру, по здорову? Ну…пока дед не решил и меня волкам скормить. Очень уж мне не хочется, чтобы мной волки завтракали!

— Сволочь ты! — мяукнул кот — Мог бы и предупредить парня. А ты что сделал? Дождался, когда он выкопает клад, насыплет золотишка в карманы, и уже потом за него взялся? Кому ты втираешь про сожаления? Нечисть, ты и есть нечисть! Хоть и выглядишь человеком!

— Зато ты нечисть, и человеком не выглядишь! — парировал дед, и обращаясь ко мне, ухмыльнулся:

— Давно друг друга знаем. Он все мои вкусы уже изучил! А я — его. Знаешь, каких он кошек любит?

— Но-но! Не сметь, старый мерзавец! — кот изогнул спину и зашипел.

— Он любит кошек с человеческой мордой! — безжалостно закончил лесовик — Чтобы смазливенькая такая мордочка, и тело кошки! Вот такой извращенец, да! Но дело знает, это у него не отнимешь.

Он посмотрел на кота, довольно улыбнулся, подмигнул мне:

— Хочешь, подарю тебе кладоискатель? Палочка такая, держишь ее в руке, идешь…бах! Где повернулась, там и клад лежит. Если неглубоко лежит — палочка повернется, и снова приподымется. Чем глубже лежит клад, тем палочка вертикальнее опускается. Хочешь?

Я слегка напрягся. Моя прежняя жизнь не раз показывала, что в этом мире не бывает ничего просто так. Чужие люди подарки зазря не дарят. Раз дарит — значит, что-то хочет.

— А я что буду должен за это дело? За палку такую?

— Молодец, шаришь! — мяукнул кот, и снова принялся вылизывать шерсть.

— Всего ничего — капельку крови! — лесовик дернул взглядом в сторону, а я услышал участившееся дыхание кота позади себя. Кровь Она всему голова! Нет уж…хрен тебе, а не мою кровь.

— Дураков поищи, дедушка Евлампий — сказал я, и кот демонстративно похлопал лапами. Подушечки лап у него были коричневые, как у медвежонка.

— Ну что же…не дурак! Проверку прошел! — довольно кивнул лесовик — Принимаю твои подарки. Можешь работать здесь столько, сколько хочешь. А чтобы отблагодарить тебя за подарки, скажу: вон, видишь на той стороне высокую елку? Ну да, да — возвышается над остальными? Ну, так вот: туда на засидку пошли два убивца. Ну…киллера, как щас говорят. У одного винтарь, у другого обрез из ружья. Станут Игроков стеречь. Так что если будешь поумнее — можешь себе прибавку к карме сделать, да и полутить гадов. Они уже успели двоих ваших завалить, неплохо с них сняли. У тебя же специальность — воин, вот и дерзай! И мир освободишь от этакой пакости! Не люблю я убивцев…

— Я что, спецназ? — вяло трепыхаюсь я, с полной ясностью понимая, что не отверчусь от роли антикиллера. А оно мне надо? Я и дрался-то в последний раз в пятом классе, когда Васька Кундин толкнул меня в спину, а потом плюнул на ботинок. Я ему разбил нос, он мне губу. А потом нас водили в учительскую, где и стыдили, поставив возле стены у выхода.

— Так учись! — вмешался кот — Кстати, а ты знаешь, как отличить киллера-Игрока от обычного?

— Как? — насторожился, и сделал стойку, как охотничий пес.

— А не скажу! — расплылся в ехидной улыбке кот — И не надо делать такую физиономию! Ты мне сейчас не нравишься! А я не обязан давать информацию тем, кто мне не нравится! Все! Закрыли вопрос!

Ну, закрыли, значит — закрыли. Поворачиваюсь, шагаю в лес. Пошел ты, жопа с ручкой! Вот я еще буду унижаться! Иди нахрен, черножопый!

Вспоминаю:

— А тебе дедушка Евлампий, спасибо за разрешение. Пошел я, работать надо!

Первый, кто мне попался — это был какой-то облезлый, но вполне себе зубастый волк. Табличка над ним гласила:

««Волк-падальщик». 4 уровень. Агрится на все, что приближается на расстояние менее двух метров. Ядовит, в связи с тем, что на зубах у него имеется пленка слизи, состоящей из остатков разложившейся плоти и болезнетворных бактерий. После укуса смерть наступает в течение часа»

— Ну, здорово, родственничек варанов острова Комодо! — поприветствовал я доходягу, и тут же был удивлен скоростью, с которой волчара попытался отхватить кусок моей ноги. Однако тут же пал, разрубленный доброй демонской сталью.

Мне даже понравилось — чик! Хрусть! И башка отлетела! Что характерно — голова еще с минуту щелкала челюстью, таращилась на меня и показывала язык. Уж не знаю, что этим хотел сказать волк, но мне его черный, раздвоенный язык очень не понравился. Хорошая, добрая тварь с таким языком ходить не будет.

— Язык вырежь. И клыки выруби. Денег стоят! — бесстрастно заметил кот, лежавший на травке позади меня — Еще забери хвост и…у них кал лечебный. Помогает от прыщей. Но только надо взять его правильно — нельзя касаться ничем, кроме как рукой!

Я вздохнул, и потянулся к заднице мертвой твари, мучительно соображая — как буду мыть руки. Но сунуть руку не успел — кот гоготнул и сообщил:

— Гы гы! Я пошутил!

Нет, я не ругался. Я вообще человек вежливый! Даже с мачете в руках. Но видимо вид у меня был такой, что кот тут же вскочил и отошел метров на пять:

— Но-но! Нежности какие! Уж не пошути ему! Все, Больше ни слова не скажу! Раз ты не слушаешь моих советов, фиг тебе, а не советы! Спать буду!

И он свернулся калачиком на кучке сухой травы. Но уши у мерзавца двигаются, следит, гад!

Внутри волка десять серебряков, баночка с восстановлением маны, перстенек «Плюс 5 к силе» (я его тут же нацепил на палец), и почему-то фотография симпатичной девчонки, ничем не отличающейся от обычной ничем, кроме небольших, аккуратных рожек на макушке. Зачем это фото (между прочим во весь рост, со всеми анатомическими подробностями!), почему оно было в волке — для меня загадка. Для кота наверное нет, но он устроил забастовку. Коты, они такие — всегда сами по себе. Ходят, бродят, что хотят, то и делают. А не нравишься ему — так и в тапки нассыт.

За час я прибил десять волков, и двух безумных зайцев-вампиров, своими клыками напоминающих небезызвестную кабаргу. И это принесло мне несколько баночек-лечилок, банок с маной и парочку браслетов, тоже + к силе. Не считая монет — это уж само собой. Нормально так прибарахлился и озолотился. Кстати — в буквальном смысле озолотился, потому что в одном из волков попалась золотая монета, а насколько я помню, один золотой — пятьдесят серебряников.

За следующие полчаса под мое мачете попались: два гриба-убийцы, которые пытались откусить мне ступню, за что и поплатились, три шмеля-переростка, чье жало было длиной с мой локоть (спасало то, что все они здесь на удивление медлительные, будто давно не жрали), и два зубастых дождевых червя размером с амазонскую анаконду.

Отвратительные гады! Этих я особенно не залюбил. Только представишь, как он хватает тебя за…в общем — «вам по пояс будет». Они, кстати, именно туда почему-то и целились. Вот эти два мне хорошо помогли финансово! Кроме того, что в каждом было по два золотых, в брюхе твари имелся еще антидот от всех ядов. Выпьешь — и тебе пофиг ядовитый волк с его поганой пастью. Живи, и радуйся!

А потом меня подстрелили. Нагло, тупо, и…глупо — с моей стороны.

Бах! И я уже падаю, отброшенный выстрелом в спину. Хорошо еще, что этот дебил не сообразил, что стрелять в спину, прикрытую рюкзаком просто глупо. А еще — обрез охотничьего ружья, это тебе не полноценное ружье. Мощность теряется, и дальнобойность. Стрельнуть комбедовца — это еще можно, а вот чтобы с десяти метров завалить человека через рюкзак…особенно дробью-пятеркой…

Самое умное, что можно было сделать в этом случае — не противиться судьбе, и остаться лежать на земле там, куда тебя отбросил выстрел. Я не спецназовец, но ума, чтобы затаиться, у меня хватило с лихвой. Спрятаться, отсидеться, переждать гнев начальства — этому любой офисный планктон учится с самой первой минуты работы в фирме. И я не исключение. Терпения у меня хватит на десять обычных людей.

— Готов, сучара! — радостно завопил чей-то голос, и ему ответил второй — Хорошо попал, Кирюха! Вишь, даже не пыркнулся!

Шаги приближались, и мне стоило больших усилий, чтобы не вскочить и отползти в кусты. Вот сейчас стрельнут в задницу, и буду я умирать позорно и тяжко. Лучше бы сразу в голову! А потом я их найду. Теперь знаю, где мрази охотятся!

Шаги все ближе, ближе…остановились. Ботинок с силой ударил меня в бок, но я ни издал ни звука.

— Готов, лошара! — удовлетворенно сказал первый голос — Умение-то не пропьешь!

И тут я решил — пора! Мачете так и лежало в руке — удобное, приемистое…

Взмах!

Отсеченная у колена нога отлетает в сторону! Гремит выстрел! Второй, получив заряд дроби в живот от своего напарника (дружественный огонь — так это называется у американцев) отлетает в кусты, где и корчится, оглашая окрестности утробными стонами.

— Добей! Скорее, добей! — визжит кот, азартно скача возле меня — А то щас сам сдохнет, проценты получит этот козел, плюс его карму! Да не одноного! Этого козла добей!

Тяжело поднимаюсь на ноги, бреду к умирающему в кустах хунхузу, и одним ударом раскалываю ему голову.

«Вы получили плюс к карме…вы получили жизненную энергии…вы получили плюс к воинскому умению…вы перешли на пятый уровень…»

— Второго, второго вали! — вопит кот, подпрыгивая, как на пружинках. А второй, несмотря на то, что ноги у него нет, лихорадочно пытается засунуть в патронник карабина два пластиковых цилиндра. Руки у него трясутся, никак не может попасть, но…старается, еще пара секунд и башки у меня не будет.

Бью наотмашь — рука отлетела вместе с обрезом. Хунхуз верещит, и я бью второй раз — хорошо так, полбашки долой. Затих.

«Вы получили…»

В ушах звенит — получил, так получил. Неслабо получил! Во всех отношениях.

— Хороший кусок ухватил — комментирует кот — И карму набил, и уровень поднял. Кстати, они ведь десятого уровня. Неплохо так приподнялись. Но дураки. Кто же с такого расстояния стреляет из обреза? Учти на будущее — с обреза бить надо в упор!

— Почему не предупредил? — мрачно почти с ненавистью спросил я — Ведь ты же знал, что они крадутся!

— Но тебе же мои советы не нужны! — кот демонстративно почесал ухо, покосился на меня и снова улегся на пучок травы — Ты трупы-то облутай! Скоро ведь исчезнут! У киллеров много чего хорошего бывает в карманах.

Итак, на траве лежали: пять золотых, триста двадцать пять серебряных монет, шесть браслетов, пять колец, нож с эффектом отравления, десять лечилок, пять маны, два антидота от всех ядов, а также — обрез Иж-27е и винтарь-трехлинейка (и где только этот придурок надыбал такую редкость?!). У винтаря, кстати, патронов не обнаружилось. Видимо расстреляли по моим несчастным коллегам еще раньше. Потому по мне палили из ружья. Да и у ружья всего три патрона — вот потому гад и не стал делать контрольный выстрел издалека. Мол, нечего зря патроны тратить. Ну и поплатился за жадность.

Кроме всего прочего, в трофеях нашлись и еще всякие всячины — зубы, ядовитые железы, хвосты, и…много чего еще, так что сегодняшний план я перевыполнил, и теперь мне не было никакого резона болтаться тут, рискуя кучей отличного хабара. Жадность до добра не доводит! Так что собрав барахло в рюкзак (винтовку и ружье тоже туда засунул), водрузился на сиденье тырчика и с облегчением двинулся прочь с эдакого хлебного места. Чем место ни жирнее, тем больше возле него вертится тех, кто желает поживиться за твой счет. Впрочем — как и всегда по жизни.

Уже когда выезжал из леса, задумался, и едва не сбил…девушку. Красивую обнаженную девушку, стоявшую прямо на дороге. Еле-еле успел затормозить! Точно бы носом землю пропахал, если бы не опция, которую впендюрил в мой аппарат умелый нелюдь.

— Помогите! — девушка протянула ко мне руки, и груди ее призывно качнулись. Я сглотнул слюну. Вот это фигура! Какого черта она бродит здесь в таком виде!

— Меня ограбили! Раздели! Хотели изнасиловать! Помогите, пожалуйста!

Я слез с тырчика, подошел к девице…ох, хороша! Ну так хороша, что просто слов нет! Кожа белая, гладкая! Ноги стройные, длинные! Глаза…зеленые! И золотистые локоны, обрамляющие милое, совершенное личико двадцатилетней девчонки, пухлые губки которой так и просились на поцелуй! Господи, как хороша! Так хочется ее защитить! Прижаться к ней губами…всем телом…раствориться в ней…

— Стоять! Назад! — что-то острое больно впилось мне в ногу, я взревел, попытался это «что-то» от себя оторвать, и…очнулся. Наваждение слетело с меня, будто осенние листья с дерева, и я УВИДЕЛ. Клешнястые руки, светящиеся зеленые глаза, чешуйчатое зеленое тело — тварь щерила острые, как пила зубы, и манила, манила, манила…

— Бей, твою размать! Бей! — завопил кот, я протянув руку за рукоятью мачете, торчащего из горловины рюкзака, выдернул оружие одним движением, и как заправский ведьмак, с ходу врезал по груди атакующей твари! Мачете сделало в зеленой коже длинную зарубку, в воздухе повисла какая-то надпись — вероятно о полученных гадом повреждениях, но мне уже было не до того. Я летел по воздуху, сбитый могучей дланью твари.

«Повреждение 10%. 11% 12% 13%...»

Каждую секунду — по проценту! Да я подыхаю, черт подери! И ведь так все хорошо начиналось!

Вскакиваю, и бросаюсь в атаку. Мне все равно помирать, так перед смертью я эту тварь все равно уложу! Чего бы это мне ни стоило!

Удар! Еще удар! Еще!

«Повреждение…повреждение…повреждение…»

Тварь рвет меня, как Тузик грелку! И нет времени нырнуть за обрезом. Только мачете в руках, и…мое умение воина. Кстати, пишут, что оно растет. Перед смертью я стану прямо-таки настоящим воином!

Когда все закончилось — я этого даже не понял. Просто стоял и смотрел на кучу подрагивающего и воняющего мяса, опершись на окровавленное мачете и не в силах осознать, что я все-таки жив. А когда осознал, сбросил с плеч рюкзак, достал баночку с лечилкой и одним глотком ее осушил. Потом — банку с антидотом. Потом еще лечилку, еще, еще…

— Ускребся — ворчливо заметил кот — Всего пять процентов оставалось. Чудом ушел! У нее пятнадцатый уровень, а у тебя пятый. Чуешь разницу? Вот когда ты научишься читать объекты? Когда научишься на лезть на первую попавшуюся голую девку? Нет, надо срочно найти тебе какую-никакую деваху! Чтобы досуха тебя выжала, и ты не мечтал о лесных бабенках! Давай, покопайся у нее в брюхе. Может, что дельное найдешь. А то исчезнет и останешься ни с чем.

Я поднялся с земли, отряхнулся, осмотрел себя. Одежда — вхлам. Вот как поеду домой?! Бомж бомжом! Ну ладно штаны — щас модно в драных, но куртка?! И в крови все — в моей, и в ее крови. Кстати — что это за тварь?

— Что за тварь?

— Кикимора — фыркнул кот — непонятно только какого черта она из болота приперлась сюда? Видать сильно оголодала. Обычно она представляете тем, чего больше всего хочет ее добыча. Вот ты чего хотел? Молчишь? То-то же! Это и увидел. А мог увидеть и какого-нибудь Даню Миклушина в свадебном платье.

— Не мог! — тут же отвергаю гнусную инсинуацию, и перехожу в наступление — А ты не знаешь, где водятся кошки с человеческими лицами?

Кот издал ворчание, в котором мне явственно расслышалось что-то вроде «Бе-бе-бе», и отвернувшись, пошел к пеньку, вздернув хвост трубой. Помочился на пенек, продолжая держаться ко мне спиной, и потом сел чуть поодаль, внимательно разглядывая березняк у дороги. Ну а я занялся прозекторством, засовывая руку в живот твари едва ли не по локоть.

И то, что я обнаружил через минуту копания в кишках твари, просто-таки привело меня не то что в оторопь…я реально о….в общем — удивился. В руках у меня оказалась маленькая такая, пищащая копия кикиморы! Размером всего с два кулака, глазастая и зубастая!

— О господи… — только и сумел я сказать — О боже мой! Да что это такое?! Ой!

Маленькая тварь умудрилась меня тяпнуть! Да так, что у меня из руки закапало, как из дырявого крана!

Я пришел в ярость, хотел треснуть гадину о землю, но…то-то у меня в голове перемкнуло, и я не стал ее убивать. Вот не стал, и все тут! Маленький гаденыш не виноват, что родился кикиморой, он не выбирал, кем ему родиться. Так почему я должен его казнить?

Отнес в сторону, опустил на траву, вернулся к рюкзаку и выпил антидот. Нет, я не буду ее убивать. Может это и неправильно, но не буду!

«Ты получаешь + 2 к карме»

— Жалостливый? — ехидно осведомился кот — да она вырастет и тебя сожрет к чертовой матери! Или кого другого сожрет! Они иначе-то и не могут! Кстати…ты знаешь, что она рождается уже взрослой? Впрочем — откуда тебе знать, нубу-то…и чего я спрашиваю?

— Это как — взрослой? — открываю баночку с лечилкой, выпиваю…и тут чувствую, что кто-то лижет мою рану. Опа! Кикимора! Приковыляла и нализывает то место, куда укусила. И…вроде как постанывает при этом!

— Нравится гадине твоя кровь — говорит кот, вылизывая лапу — Взрослая. Маленькая, но взрослая. До размеров мамаши дорастет за неделю — если ее кормить как следует. Ну и...со всеми вытекающими! Она помнит все, что помнит мамаша, и является ее точной копией. То есть — эта самая мамаша и есть. Клон ее.

— Подожди — недоумеваю я — А как она вообще размножается? Почкованием, что ли? Откуда у этой твари в животе оказывается ее копия?

— А вот тут интересно — фыркает кот — Зачинают-то ее люди. Ну, представь — встречается тебе в лесу красивая девушка. Ты ее спасаешь, везешь домой…или прямо тут, в кустах приходуешь. Они ведь очень, очень красивые! Когда оборачиваются женщиной. Вот от тебя-то и зачинается новая кикимора.

— Сразу скажи: что именно кикимора отгрызает своему партнеру после секса — вздыхаю я.

— Хмм…как ни странно — ничего не отгрызает! — ухмыляется кот — Ну так….покусает немного, чтобы ввести в кровь возбудитель. Кстати, яд кикиморы считается самым лучшим возбудителем, в сто раз более сильным, чем ваша виагра. В малых дозах, конечно же. Так что пока она не исчезла — ты бы ей ядовитые железы вырезал, вот там они, за щеками не видать. Дорого стоят, между прочим. По пять золотых каждая!

Лезть в рот этой твари мне очень не хотелось. Тем более на глазах у ее дочки, которая ковыляла за мной, как привязанная, не хуже иной собачки. Но чего не сделает жадность? Вырезал я эти два мешочка, каждый размером с ноготь большого пальца — положил в заранее купленный полиэтиленовый мешок и сложил все в рюкзак. Нормально. Теперь можно ехать.

Кота в рюкзак, рюкзак за плечи…готов! Поехали! Завожу тырчик — завелся просто идеально. Даже как-то…странно. Все-таки Китай, должен как-то проявить свое дурное происхождение, но…нет. Работает идеально!

Сажусь на сиденья, с замиранием сердца ожидая болезненного укола в зад, включаю передачи, и…слышу позади себя отчаянный писк:

— Мии! Мии!

Останавливаюсь, и вижу, что кикиморка бежит следом, протягивая ко мне когтистые руки. Вот же черт! И что делать? В сердце у меня что-то брякнуло, ну вот не могу я никого бросать! Как там насчет оставления в беспомощном положении? Статья такая есть!

— Дурак! Не вздумай! — слышу я голос кота. Голова Феникса появилась над не сильно затянутым отверстием рюкзака, и глаза котяры воинственно сверкали — Она у тебя печенку выест, идиот!

Но я остановился. Кикимора тут же неловко запрыгнула ко мне на колени, маленькая, как котенок, и я сунул ее в карман. Будь что будет!

«Ты получил +5 к карме. +5 к умению «Воспитатель экзотических существ» +5 к волшебству»

Игра еще что-то перечисляла, но я это уже не слушал и не видел. Я бы вообще убрал эту чертову постоянно всплывающую надпись! Ну, на кой черт она мне нужна?

«Ты отключил систему оповещения. Ты можешь включить ее в любой момент — по желанию»

Ну вот, совсем другое дело! А то постоянно напоминает о том, что я умер, и каким-то образом встрял непонятно где. То ли на Земле, то ли в параллельном мире. Не хочу, чтобы мне об этом напоминали. Буду жить так, как если бы у меня просто открылись глаза.

Кикимора в кармане притихла, я осторожно потрогал бугорок на боку — вроде лежит, печень мою не грызет. Ну и слава богу. Пора ехать домой! Жму кнопку стартера…поехали!

На тырчике по городу ехать гораздо проще, чем на машине. Главное, чтобы не сбил какой-нибудь народный мститель, тырчиконенавистник. Но мне сегодня везло, и потому через час я уже подъезжал к дому, мучительно размышляя — как будузатаскивать аппарат на этаж. Однако, это оказалось делом вполне мне по силам — подхватил, да и попер, сам себе удивляясь. Все-таки тело я выбрал крепкое, а силы у меня прибавилось — и естественным путем, и с помощью колец-браслетов, коими я был увешан, как новогодняя елка игрушками.

Первым делом — разгрести содержимое рюкзака. Железы, зубы и все такое — в холодильник, чтобы не завоняли. Монеты — на стол, пересчитывать. Потом сдам в банк, на счет. Вышла очень даже приличная горка кругляшков, среди которых желтело немало и золотишка.

Пачка фотографий обнаженных девушек снова привлекла мое внимание. Я долго пытался понять — откуда взялись эти порноснимки, кто и зачем их таскал на природу, а ничего не придумав — все-таки решился и спросил у кота. Но он ничего вразумительного не ответил, только сделал улыбку Чеширского кота и почесал у себя за ухом:

— А ты выбери одну, поинтереснее, и когда будешь ложиться спать — положи ее под подушку. Или две — под подушку. А потом мне расскажешь, что было — если захочешь.

Вот и все объяснение.

Ужинал я борщом, уровень которого, как я помню, утром был немного повыше. Домовой, мерзавец…увижу что грязными лапами в кастрюле лазит — прибью!

Кикимору тоже покормил. Борщ она ела с аппетитом, так что никаких проблем с кормлением у меня не предвидится. Потом я ее выкупал под струей теплой воды — кикимора блаженно щурила глаза, улыбалась и сучила когтистыми лапами. Я ее замотал в полотенце, и она уснула, сопя двумя дырками и тихонькая похрапывая.

— Ты погляди-ка… — удивился кот — Да кикимора такая тварь, что для нее нет никаких авторитетов! Всех готовА сожрать! И кстати — еще не поздно сожрать. Вот уснешь, тут тебе и конец. Так что не обольщайся. И потом не говори, что я тебя не предупреждал.

Я промолчал, и кот стал говорить про другое:

— Сегодня пойдешь сдавать хабар? Они так-то круглосуточно работают. Только ночью не стоит ходить — помни про адских псов. И кроме них хватает тварей, что тобой с радостью поужинают. И вот что — ты надумал, чем займешься? Что вообще будешь делать?

— Жить, что же еще? — вздохнул я — Ты правильно сказал: моя жизнь тогда, и жизнь сейчас мало чем отличаются. Я не преследую каких-то эпических целей. Мне бы просто комфортабельно пожить, исследовать этот мир…а что еще-то?

Кот не ответил. Я тоже не захотел продолжать разговор. Мне вдруг стало худо. Не так худо, чтобы бежать в сортир, на горшок — гораздо хуже. Душевный понос. Мысли, мысли, мысли…как там родители? Как они пережили мою смерть? Хоть бы уж не померли с расстройства… Кстати, и почему я не попытался их найти? Хотя…знаю — почему. Трус! Мне страшно. Мне очень страшно. Вот прихожу я к родителям, и…что? Что тогда? Они вообще-то меня узнают?

Нет, сдавать хабар не пошел. Улегся спать, завернувшись в простыню. Несмотря на то, что окна открыты — дома все равно было жарко. Лето ведь!

Кстати, может на пляж сходить? На нудистский. Да, именно на нудистский! Когда я ходил на пляж (а это было не так уж часто), шел именно туда. Почему? Да потому что терпеть не могу лежать на общем пляже. Людей — как муравьев! Детишки бегают, орут, грязь кидаются, по твоему полотенцу пробегают — ну и нафига мне это? А на нудистском — все чинно, благородно. Тут — стайка натуристов, люди все больше семейные, или изображающие семейных.

Тут — гомосеки обитают. Их почему-то на нудистском пляже пруд пруди. Так и вьются, так и вьются — в водичку заходят держась за руки, с визгом присаживаются — идиллия!

А по кустам — парочки и одиночки, вроде меня. Я обычно лежал, читал книжку, время от времени окунаясь в воду для охлаждения организма, ну а парочки сосредоточенно пыхтели и повизгивали в кустах, принимая различные позы из учебника по камасутре. И обычно имелась стайка извращенцев, которые подглядывают за трахающимися и самоудовлетворяются, служа так сказать фоном всему происходящему. В общем — жизнь бьет ключом, иногда норовит попасть и…по этому самому месту.

Только вот одному идти на пляж не хочется…девчонку какую-нибудь снять, что ли. Ну что я все с котом разговариваю, да с продавцами в приемке хабара. Эдак и одичать недолго! Девчонку бы в самый раз.

Под боком что-то прошуршало, когда я повернулся. Посмотрел — те самые порнушные фотки, за каким-то чертом оказавшиеся в хабаре. Убрал — с раздражением бросил рядом с подушкой. Потом выкину. Нафига мне эти картинки? Если уж совсем припечет — на то интернет есть с его широчайшим набором всевозможных роликов, под которые так хорошо...хмм…а потом уснуть. А эти фотки — полнейший архаизм. Они бы еще добавили в хабар какие-нибудь статуэтки, вырезанные из дерева или камня. Видел такие в музее — там бабы с огромными сиськами и невероятного размера задами. Во времена скифов наверное это считалось очень сексуально. Хотя…кто знает? Слава богу, у меня нет возможности узнать — как это все было во времена скифов. Меня туда не забросило.

С этими мыслями совершенно незаметно я и уснул.

И очнулся на огромной кровати — невероятного размера кровати! Просто каком-то аэродроме, а не кровати! И вокруг — толпа девушек! Молодые, очень молодые, не очень молодые, зрелые, подтянутые мадамы за сорок — на любой вкус. Они ходят вокруг меня, переговариваются, смотрят на меня, распятого. Да, распятого — руки и ноги растянуты в стороны и притянуты к кровати!

Одна, мускулистая, похожая на боксера деваха что-то сказала мне на незнакомом языке, потом приподняла мою голову и поднесла к моим губам то ли пиалу, то ли кружку, в которую было налито что-то терпкое, пахнущее травами. Глинтвейн? Грог? И тут я вдруг почувствовал, как сильно у меня пересохла глотка. Открыл рот, и в него полилась немного кисловатая, пахнущая мятой и чебрецом жидкость. Жадными глотками я выпил все содержимое кружки, не успел даже облизнуть губы, как в них впилась эта самая «спортсменка». Ее тело было горячим, гладким, упругим, и…

Я чуть не погиб. Сколько времени все это продолжалось — не знаю. Все, все женщины, что были в комнате…все они побывали со мной, и не по одному разу. А жидкость, которую я выпил, явно была чем-то вроде возбудителя. Я уже ничего не хотел, вернее — никого, я был выжат досуха, изнурен, раздавлен, а эта чертова оргия все продолжалась и продолжалась, и не было ей конца!

Спасла меня кикимора. Откуда она появилась — не знаю. Материализовалась, как из воздуха, и сходу вцепилась зубами в задницу очень милой молоденькой девице, которая завывая и раздирая мне грудь острыми ногтями (от полноты чувств-с!), скакала на мне уже в третий или четвертый раз. Среди всей толпы я запомнил ее по короткой мальчишеской прическе и родинке на верхней губе справа под носом.

Девица соскочила с меня, завопив так, что должны были залаять все собаки квартала, а кикимира принялась рвать зубами шелковые шарфы, которыми я был притянут к кровати за руки и ноги. Оголтелые бабы пытались ее отогнать, и главное дело так хитро — две отгоняют кикимору, одна целится запрыгнуть на несчастного-меня с развратными целями, но кикимора оправдала звание злобной твери — после нескольких покусов вся толпа сгрудилась в противоположном конце комнаты и только сладострастно вздыхала, умоляще глядя на мою измызганную тушку.

Щелк! Щелк! Последний шарф лопнул под напором зубов и моих мускулов, и…хоп! Темнота, тишина…и…сопение. На груди у меня сидит некто, глаза которого светятся зеленым огнем, и усиленно сопит, будто бежал сюда пять километров.

— Дурак! — слышу я голос кота откуда-то со стороны, от окна — Я же сказал тебе положить одну, одну картинку! А ты чего сделал?!

— Да какую картинку, я ничего не… — кричу в сердцах, и тут же осекаюсь…черт! Черт, черт! С трудом поднимаюсь с кровати, ласково перехватив поперек туловища удивительно горячую на ощупь кикимору, иду в ванную комнату. Включаю свет…и в сердцах матерюсь. Вся грудь в царапинах! И не только грудь! А еще — ребра проступают так, будто не жрал месяц, не меньше! Ох ты ж черт…что это было-то?!

— Что это было-то? — повторяю вслух, не надеясь на ответ. Кот, он такой вредный…захочет — ответит, не захочет…

— Это картинки для холостяков — с зевком отвечает кот — Положил под подушку, и видишь сон. И во сне ты с той девушкой, которая на картинке изображена. Артефакт это такой, не фотка. Сколько у тебя их? Штук тридцать? Ох, и отдохнул ты видать! Расслабился! Ми-ми-ми…

Я даже вначале не понял, что это за такое «ми-ми-ми». Оказалось — проклятое животное, которое не совсем животное, а даже совсем не животное — так хихикает. Развлекся он, понимаете ли! А я чуть не сдох, насилуемый толпой проклятых девок!

Стоп. Если это сон, так почему у меня царапины и все такое? И почему я ощущаю полный упадок сил в комплекте с…в общем — болит у меня мужское естество! Истоптан злыми бабами по-полной!

Спрашиваю кота, чтобы совсем уж развеять туман незнания, и получаю такой же, как и обычно уклончивый ответ:

— Так не все сны — сны! И вообще — сны бывают разные! И вообще — чего так обеспокоился? Ну оторвался, как следует, и что? Небось до того, как попасть в Игру только и мечтать мог о такой оргии, а вот поди ж ты — исполнилось! Слышал про рай у мусульман? Гурии там, и все такое? Так вот — отголоски Игры. Или про Вальхаллу — и это тоже. И ты — залетел в свой дурацкий рай. Небось, прыщавым юнцом мечтал оказаться в таком раю — ты один и три десятка распутных девок. Ну вот…получил. Понравилось?

— Не очень! — честно признался я — Не люблю, когда принуждают.

— А гуриям, думаешь нравится ублажать джигитов? Но кто их спрашивает? Вот теперь и ты узнал — каково это. Кстати — между прочим, это был рай и для тех девиц, что с тобой отрывались. В их раю лежит привязанный молодой мужчина, и они его…

— Тьфу на тебя! — не выдерживаю я — Какой извращенец эту игру писал?! И ты кот-извращенец!

— Да, я такой — загадочно улыбается кот, и зажмуривает глаза. Потом открывает их, с легким удивлением говорит — Кстати, твоя кикимора сильна! Это надо же — прорваться в чужой сон, и вытащить из него хозяина! Неужто она тебя и правда любит? Ты береги ее, такое редко бывает. Я вот за всю свою практику с таким не сталкивался. Хотя и слышал, что случается. Ты хоть имя ей дал?

— Имя? — слегка опешил я, и даже немного застыдился. И правда — имя зверенышу не дал. Я как-то и не подумал, что она теперь остается со мной жить, а раз остается — должен же я к ней как-то обращаться? Не так же, как делают некоторые невоспитанные лохматые существа: «Эй, ты! Эй!»

— Имя… — задумчиво повторил я. И правда — как ее назвать? Как-то смешно — не хочется. Она сегодня меня можно сказать спасла. Возможно, что и не выжил бы в эдакой страсти. А пусть будет просто…Оля! Ну вот Оля, и все тут! Была у меня одна знакомая девчонка — страшненькая, но очень ласковая, добрая. Мы дураки все смеялись — кто мол, ее замуж такую возьмет? А взяли! И живет, детей нарожала, муж на нее не нарадуется. Хозяйство ведет и все такое. А мы, ослы, на красотках женились. И чем закончилось? Мораль — жениться надо на страшненьких, они тебя будут холить и лелеять, и мужиков от них поганой метлой не надо отгонять.

— Ах, ты моя хорошая! — беру на руки кикимору, которая успела пробраться в ванную комнату и прижимается к ноге, как ласковый котик — Оля! Оленька!

Кстати — и не такая уж страшная…если присмотреться. Глаза светятся зеленым — так и чего? Мало ли какие глаза бывают! Кожа зеленая? Так у нас нет расовой сегрегации, у нас все нации в уважении — белые, желтые, красные, черные и зеленые! Когти острые? А ты не суйся под когти, не зли! Клыки торчат? Ну мало ли…вот та самая девчонка — ее Оля и зовут. У нее тоже зубы торчали. Так что теперь — зато характером хороша!

Между прочим — у моей мелкой зелепуки наличествуют все признаки женского пола…вот только сейчас разглядел. Интересно, когда вырастет, какой она будет? И вот еще что: если есть кикиморы женского пола, значит могут быть кикиморы-мужчины? Брр…как-то не хочется встретиться с такими. Я с женской особью едва разобрался, чуть меня на перерождение не отправила, а уж мужчина-кикимор меня бы точно на куски порвал. Было бы обидно.

Нашел лечилки, выпил, постоял у зеркала, глядя на то, как рассасываются царапины, синяки, покусы и потертости, и…отправился спать. «Фотки» сбросил на пол — на всякий случай, хотя кот и сказал, что они должны с неделю заряжаться, прежде чем снова заработают — но чем черт не шутит? Олю под левый бок, накрыв полотенцем, и под похрапывание уснувшего кота, закрыл глаза и отдался в руки Морфея. Проще говоря — вырубился, как провалился в прорубь.

Проснулся я с тяжелой головой, и очень плохим настроением. Под утро опять что-то приснилось, и такое гадкое, что вечерний сон с мерзкими девками, страдающими (или наслаждающимися?) полным отсутствием социальной ответственности, показался бы веселой, доброй сказкой. Вкратце: откуда-то лезли мерзкие чудовища, очень похожие на Вия из первого, советского фильма, и я отбивался от них немногочисленной посудой, предоставленной мне щедрой Игрой. Чашки, блюдца, блюда — все эти снаряды разбивались о морды тварей, не нанося им ни малейших повреждений, и если бы не моя бесстрашная Олька — не знаю, чтобы со мной случилось. Кикиморка выскочила вперед, и за считанные секунды разобралась с поганым воинством, искусав им бородавчатые морды, а потом, уже бегущим, и бегемотоподобные зады.

Когда проснулся — кота в квартире не было. Куда подевался, как из нее вышел — не знаю. Портал открыл, что ли. Или умеет проникать сквозь твердые преграды. Теперь я уже ничему не удивлюсь.

Только собрался пойти нагреть себе чашку борща, на кухне грохнуло, покатилось, и в душу вкралось подозрение…нехорошее такое подозрение! Я откинул простыню, которой накрывался, рванул на кухню, открыл дверь, шагнул, и…шлеп-бах! — покатился по линолеуму, крепко приложившись спиной и затылком. Так, что у меня в голове зазвенело. Жир, даже застывший, работает как смазка для босых ступней. Все равно как на лед вышел. И прежде, что войти в состояние «грогги», успел заметить толстый зад в потертых штанах еще советского изготовления (я такие на помойке видал!), втискивающийся куда-то под мойку.

— ААА! — сказал я, бухаясь затылком о пол.

— Шшш! — сказала кикимора, отважно бросаясь вслед за агрессором.

— Иии! — послышался из-под мойки визг владельца толстого зада.

Все. Борща нет. На полу сиротливо валяется кусок мяса на кости, с явными следами злодейского надкуса.

— Проклятый бродяга! — услышал я голос справа от себя, посмотрел, и обнаружил человечка в спортивном костюме, вернее — домового в спортивном костюме. Яков, как он представился. Яшка, в общем.

— Что за бродяга? — автоматически поинтересовался я, осторожно ощупывая голову.

— Федька это…домовой! — вздохнул Яков — хозяйка квартиры померла, а новые хозяева возьми, да и пригласи попа. Он святой водой обрызгал, молитвы почитал, и…все. Выгнал Федьку. И куда ему пойти? И жрать тоже хочется. Вот он и лазит по чужим квартирам, ворует, пакостит понемногу. Так-то он незлой, только руки растут из задницы — то уронит чего-то, то разобьет. Если бы половчее был, так бы никто и не ругался, но этот дурак не умеет потихоньку.

Тут послышалась возня, пластик, прикрывающий колена мойки отошел в сторону, и на свет появилась кикимора, которая пятясь и урча тащила за собой причитающего и хнычущего мужичонку неопределенного возраста. Ему можно было дать от пятнадцати до пятидесяти лет возраста — ростом всего сантиметров двадцать, с бочкообразным телом и круглым, розовым лицом он походил на какого-то мультяшного персонажа. Только не помню — на какого. Антошка? Ну если только мордой… Но вообще, отторжения человечек не вызывал, довольно-таки симпатичный, вызывающий доверие сущел. Глаза огромные, темные, и очень испуганные — плюшевая игрушка, да и только!

— Сильна малышка! Что твой трактор «Фордзон»! — уважительно заметил домовой Яков — Хозяин, ты хочешь Федьку ей скормить? Жалко дурака…но вообще-то в дому поспокойнее станет. Всем надоел!

— А ты откуда про «Фордзон» знаешь? — удивился я такой осведомленности домового.

— Ооо…я много чего знаю! — усмехнулся Яков — Вообще-то я раньше в деревне жил. И трактор видел, Фордзон этот самый. Потом, когда хозяева переселились в город — они меня с собой забрали. Вот теперь в городе живу. Несколько квартир уже сменил! Старые хозяева помирают, так я за новыми перехожу, в новый дом. Нам ведь без дома никак. Главное, чтобы не прогнали, как Федьку. Обидно же!

— А вы что, нечистая сила, раз вас святой водой можно изгнать? — заинтересовался я.

— Хозяин…а ты дай определение нечистой силе — подмигнул домовой — Что такое чистая, а что нечистая сила. Сможешь?

— Ну…нечистая — от дьявола, зло творит — не сдался я — Чистая сила — от бога. Что тут сложного?

— Вот ты ешь говядину (домовой указал на погрызенный кусок мяса) — это чистое дело?

— Да знаю, знаю — скривился я — Сейчас начнешь: «А с точки зрения коровы?!» Мол, нее бывает ничего однозначного черного и белого. Слыхивал, знаю. Только чушь это все. Вспомни концлагеря, лагеря смерти. Что, там тоже белое было?

— Мда…срезал! — признался домовой — но тогда вспомни и куриный ад. Ну да, ваши фермы, где растят и убивают кур. И свинофермы. Я тебе посоветую…ну чисто так, как другу…не углубляйся в эти размышления. Иначе ни кур есть не сможешь, ни свинину…а потом и овощи в глотку не полезут. Никогда не слышал, как кричат цветы, когда их срывают? То-то же…еще услышишь. Ну что, убьем Федьку? Хватит ему беспризорничать?

Я посмотрел на грустного домовенка, который сидел на полу, вытирая нос грязными руками, и сердце мое невольно сжалось. Может он и нечистая сила, но…вот как его, такого, убить? У меня рука точно не поднимется. Но и без обеда больше оставаться не хочется. Опять же — голова болит, спиной тоже неслабо приложился, и весь, как есть — в говяжьем жиру. Воняю — будто рабочая столовая.

Кикимора заворчала, обернулась на меня, и ткнула в Федю пальцем. Мол, что с ним делать? Порешить, или пусть пакостит?

— Яша…вы вдвоем уживетесь? — со вздохом спросил я у своего домового — Или все-таки порешить его?

— Ну…так-то жалко дурака — солидно заметил домовой, усаживаясь на непонятно откуда взявшийся маленький табурет — Но он непотребство творит! Вот, хозяина обеда лишил! Мясо почти все съел!

— Кушать хотелось! — пискнул Федя — Вы меня все гоните! А куда мне деваться?! На помойку, с крысами объедки делить?! А я так-то домашний! Я дом хочу! Я без дома не могу! Ну что, что я могу поделать?!

Домовой вдруг зарыдал, размазывая грязь по лицу, и снова сердце у меня засбоило. Ну черт подери, я же не зверь!

— Так-то уживемся — снова начал говорить Яша — Ежели слушаться будет! Будешь слушаться, Федька?

— Буду! Если кушать дадите! — пискнул Федя, сразу перестав рыдать — И если мучить не будете!

— Это как — мучить? — не понял я — Каким образом?

— Да всякие Игроки бывают — вздохнул Яша — Одного домового Игрок до смерти замучил. Был у нас в сороковой квартире один…некромант. Вот ему для зелья нужна была кровь друга, да еще и замученного до смерти. Он своего домового и замучил. Как вспомню — так вздрогну. Так кричал, так кричал бедолага!

— А вы что? — содрогнулся я — Не могли помочь?

— А как мы поможем? Мы не можем сами по себе помогать! Вот если хозяин пошлет, задание даст, тогда — да. И то не всегда. Мы же часть Игры, мы не можем сами по себе.

— А сейчас живет в той квартире…этот гад? — спрашиваю осторожно, вроде как меня не очень интересует.

— Нет, не живет! А если бы жил — я бы тебе не советовал к нему лезть. Он некромант сорокового уровня. А у тебя…десятый! Прихлопнет — только щелкнешь, как таракашка.

— Десятый? — удивляюсь я — Неужто, набрал? Ах да…я же отключил оповещение. Ладно. В общем, так: Федя, остаешься в этой квартире младшим домовым. На тебе — чистота и порядок под чутким руководством Яши. Понял?

— Понял! — радостно шмыгнул Федя.

— Чтобы вот это все с пола убрал, и чтобы по кастрюлям без разрешения не лазил! Яша, расскажи ему правила поведения в моей квартире. И вот еще что…пусть вымоется. Грязный, как с помойки!

— Так в отдушине ночую, откуда бы мне быть чистым? — тихонько буркнул Федя — Домовые-то меня не пускают!

— Все, теперь ты живешь здесь! — хлопаю я по коленке — И чтобы квартира блестела! А я принесу что-нибудь поесть. Кстати, чисто интересно, а когда у квартиры, или дома нет хозяина — что едят домовые?

— Ничего — отвечает Яша — Мы спим. Впадаем в спячку. Пока не появится хозяин…

***

Поехал на такси. Таскать тырчик с этажа на этаж не очень хочется — перепачкаешься, да и просто лень, по жаре-то. Прежде чем сесть в машину убедился, что водитель обычный человек с такой страшной рожей, что точно — никакого отношения к Игре не имеет. Машина провоняла потом, табачным дымом и, почему-то, блевотиной. Так что получить «перо» в бок можно не опасаться.

Кикимору хотел оставить дома, но она активно запротестовала — щурила глаза, шипела, бормотала непонятное, но явно малоцензурное, ибо с таким выражением ничего цензурного точно не говорят. Пришлось положить ее в полотняную сумочку-авоську, которая нашлась в этой квартире (Откуда — не знаю. Просто висела на кухне, и все тут). Теперь кикимора лежала у меня на коленях, время от времени выглядывая и довольно улыбалась. Или щерилась — это уж с какой стороны посмотреть.

Водитель — немолодой мужик то ли татарин, то ли казах в трико и майке-сетке время от времени поглядывал на существо в авоське, а у перекрестка, гда остановил свою «девятку» на красный свет, поскреб небритый подбородок и неожиданно тепло сказал:

— Я тоже лублю кошек! Красивый кошка! Глаз горыт! У нас тры кошка! Мышь ловят, ящерка! Дети лубят!

Я вначале не понял, а потом врубился — это что, люди видят кикимору кошкой? Интересно, какой? И тут же лежащее у меня на коленях существо вдруг превратилось в милую черную кошечку с забавно полуулыбкой на мордочке. Похоже, что каждый раз, когда я глядел на кикимору, видел ее зрением игрока.

Наездил на сто пятьдесят рублей — отдал двести. Может водила просто хороший психолог и давил на нужные кнопки, может он и правда любит кошек, но в любом случае — мне понравились его слова, а значит — пускай радуется маленькой, но плюшке. Вот только если бы он мылся почаще, да в машине прибирался…но…это уже совсем другая история.

Уселся на скамейку у дома, и долго сидел, не решаясь подняться в квартиру. Ну вот что я скажу родителям? «Здравствуйте, это я, ваш сын — вернулся?». Папка ведь и в морду может дать, он мужик резкий. Скажет — аферисты пришли, решили поиграть на нервах родителей, денег выманить. Обидно будет, до-чертиков. Не буду же я драться с отцом!

Пока решал, пока думал — запиликала дверь подъезда, и…отец с матерью! На поводке — Монька, скотч-терьер. Я его недолюбливал — избалованная псина, вредная. Но обрадовался как родному. Все-таки своя собачатина, родная!

Родители медленно пошли от подъезда, поддерживая друг друга под руки, я смотрел за ними искоса, чтобы не привлекать внимание. Сердце стучит, губу закусил так, что опомнился, когда во рту появился вкус крови. Впору вскочить, броситься к ним, крикнуть:

«Это же я, я! Не надо плакать! Не надо так переживать! Я живой, мои дорогие! Живой!»

И логикой понимаю — нельзя. Точно — нельзя! И не логикой — тоже понимаю. В голове — звенит, будто включили сигнализацию. Боюсь, что если я сейчас к ним подойду, начну втирать про Игру…могу и не дожить до светлого будущего. Какого будущего? Да кто ж его знает…светлого, ясного, красивого!

— Гав! Гав! — Монька вдруг бросился ко мне, завиляв хвостом, поставил лапы на мои колени и попытался облизать лицо. Мама не удержала — он так рванулся, что чуть ее не опрокинул. Я автоматически погладил пса по голову, удостоившись дорожки слюней на запястье, и только шипение из пакета, лежащего рядом со мной, привело меня в чувство и я не назвал псинку по имени.

— Моня! Проказник! Простите, пожалуйста! — мама испуганно потянула пса к себе — Он никогда так не делает! Он вообще чужих не любит, не подходит! А тут — как к родному, как к нашему сыну…покойному сыну.

Голос мамы дрогнул, но она справилась с собой:

— Давайте, я вас вытру! Вот, платочек чистый! Ой, какая у вас красивая кошечка! Это же кошечка, правда? У нее губки такие…только женщина может так складывать губки — мю-мю-мю! Красавица! Ну не ругайся, не ругайся, милая….сейчас уходим. Кошки не любят собак. Сын тоже любил кошек больше, чем собак…вы чем-то на него похожи.

— Простите — отец мягко отодвинул маму от меня — Она во всех парнях теперь видит нашего сына. Он недавно трагически погиб. Простите! Платок оставьте себе, пригодится!

Отец что-то тихо сказал маме, и они пошли дальше — постаревшие, потухшие, даже немного сгорбившиеся.

Отвратительно. Не должны дети уходить раньше родителей. Не должны! Вот как они теперь будут жить? Доживать…

Как я удержался и не выдал себя — не знаю. Сам не ожидал. И такого горя, такого желания «сознаться», и того, что сумею сдержаться и не выдать себя.

Полчаса, не меньше потом сидел на скамейке, приходил в себя. А может, просто дожидался возвращения родителей — в надежде увидеть их еще раз. Возможно — в последний раз.

А к концу этого получаса мне вдруг пришло в голову: «А что для меня изменилось? Я так же как и при жизни могу заботиться о родителях. Заработаю денег, буду подкидывать им так сказать «на хлеб». А заработаю много — вообще сделаю так, что они ни в чем не будут нуждаться. Кстати, чем не цель жизни? Новой жизни. Не все же задницу наедать, да во сне девок трахать! Надо и о родителях позаботиться.

Не знаю, каким образом, но кикимора, пока я сидел на скамье, успела перебраться мне за пазуху, и сейчас что-то тихо бормотала на своем демонском языке. От того, что мою кожу легонько царапали ее коготочки, и от ощущения горячего тельца, прижавшегося ко мне, стало вдруг гораздо легче на душе. Какое-никакое, а все-таки хоть одно родное существо в этом странном, изменившимся мире.

Поехал на маршрутке — не хотелось дожидаться такси. Ехать недалеко, на набережную Волги, так что влез в желто-пыльный автобус, по-моему называемый «Богданом». И если не ошибаюсь, это чудо автопрома делали на Украине — пока завод не обанкротился. Отвратный автобус. Жарко, воняет, а народу набилось — хренова туча!

Смешно, но меня попытались обокрасть. Бумажник мой торчал из правого кармана брюк. Ну как торчал…не совсем торчал, конечно же, я не совсем уж такой автобусный лох, но рассмотреть его в кармане было можно. И вот, никогда бы не подумал — вполне себе интеллигентного вида мужичок протянул руку и попытался достать мое хранилище сокровищ. И скорее всего у него бы это получилось, ибо я стоял и думал над бренностью сущего, тупо пялясь в окно и держась за поручни обеими руками (мечта карманник!) — если бы не моя «зверушка».. Она так тяпнула гада за руку, что теперь он скорее всего не сможет этой рукой «щипать» как минимум месяц, а то и больше. Располосовала от локтя до самого запястья — аж клочья полетели. Маленькая, а зубы у нее — чистая пила-ножовка по дереву.

Крику было — ужас сколько! Этот придурок не нашел ничего лучшего, как обвинить меня в том, что я натравливаю своего злобного зверя на несчастных пассажиров, грозился судом и милицией (именно милицией, а не полицией — старой закваски чувачок!), а трое плечистых парней рядом с ним покрикивали в такт, бормоча что-то вроде: «Ущерб надо возместить! Обидел дедушку!». Я между прочим сразу врубился — это бригада щипачей. Трое меня грамотно блокировали, прикрыв от случайных взглядов, четвертый, этот самый патриарх, пытался облегчить мою участь — трудно ведь таскать тяжелый, набитый грязными бумажками кошелек.

Меня все это забавляло, я смотрел на происходящее, как на спектакль, а когда автобус прибыл на конечную остановку, спокойно вышел и дождался блатную компанию. Кстати, пока ехали — они как-то умудрились перевязать своего патрона. Демонстративно просили бинт у водилы, пожилого кавказца с щегольскими усиками на широком лице, но он отговорился, сказав, что последний бинт из аптечки израсходовал вчера. Отмазался, само собой.

Эти типчики сразу же начали канючить и попугивать меня на ту же самую тему (Возместить!), я постоял, надеясь, что шайка предпримет какие-либо активные действия в мой адрес, но не дождался и просто ушел, сопровождаемый брошенными в спину обещаниями меня найти, разобраться, и сделать мне всяко нехорошо. Везде камеры понатыканы, так что я не решился обижать убогих. Не хочется начинать свою жизнь в Игре с расправы над обычными людьми. Гемору потом будет выше крыши. Были бы Игроки, тогда другое дело.

А отправился я в ближайшее кафе, где торговали чебуреками, шавермами и всякой такой мутатенью, условно-съедобной, но вполне подходящей старому холостяку вроде меня. Для кикиморки купил сырого фарша — персонал вначале не понял, вытаращились на меня, как на вампира, но когда увидели «котейку» — разулыбались. Кошек любят все…кроме тех, кто их не любит. Но это уже совсем пропащие.

Купил еще газировки, из холодильника. Положил в термозащитный пакет. Все, можно отправляться. До места идти почти час — на самую середину реки, через мост, а потом еще и по берегу чапать минут двадцать. Уже когда почти ушел с набережной — увидел ларек с полотенцами и всякой такой штукой. Купил — а то на чем лежать-то?

Скучное дело — тащиться по автомобильному мосту. Мимо машины — вжик! Вжик! Вжик! А ты идешь, идешь, идешь… Одна радость — смотришь по сторонам и вперед. И еще вниз, на реку — сквозь прутья ограждения. И вот это самое интересное — внизу, хотя и впереди попадалось кое-что очень даже…забавное! Например — впереди шли две демоницы, высоченные такие бабы, с формами, как у культуристок. Из одежды — только что-то вроде стрингов. Аж дыхание перехватывает, какие женщины! Хмм…увы, не женщины. Демоницы с кожей черной, как антрацит. Интересно — зачем таким загорать? Хотя и негры ходят на пляжи, лежат под солнцем, загорают.

Я выключил зрение Игрока — девчонки, как девчонки, крупноватые только, полноватые, ничего демонического в них нет. Если только глаза…как-то по-особому смотрят на человека, оценивающе — как я на курицу-гриль, вращающуюся на своей «карусели». Но вполне возможно, что мне это только кажется.

А вот в воде…господи, что там только не было, в воде! Например — медленно и печально проплыл синий кит. Да, я просто-таки охренел глядя на огромный хвост, который на секунду вырвался из воды, подняв фонтан брызг до самого моста. Хотя…может это и не синий кит, а совсем другая тварь — но очень похоже, как с картинки.

Следом за китом проскочила стая то ли дельфинов, то ли существ, очень на них похожих, и на этих «дельфинах» кто-то сидел. Маленькие такие существа, но точно — человекообразные.

Я удивлялся, и не удивлялся. Мой мозг будто впал в ступор, слегка отупел. Я как бы не позволял себе удивляться! Иначе ведь можно сойти с ума…

Пляж битком заполнен народом — люди, нелюди перемешались в одну пеструю, орущую и чавкающую толпу, и я постарался как можно быстрее убраться из этого бурливого горнила, тем более что в такой толпе следить за своей безопасностью гораздо труднее, чем там, где меня не толкают плечами и не бегают по моему полотенцу. В общем — прямая дорога на нудистский пляж.

Ну, вот тут — нормально. Кустики, под которыми прячутся парочки и всякие извращенцы, группа натуристов — даже с детьми. Голенькие, чинные, питаются и попивают газировку. И не только газировку. Что интересно — все обычные НПС-люди, за исключением двух пар: одна пара, это человек плюс демоница, вторая — мпек и мпечка, молоденькие и шустрые (пока лежал, млел на солнце, они дважды успели пристроиться друг другу и сделать…хмм…хорошо.

Я тоже устроился на солнышке у куста — обгореть мне не страшно, на то есть лечилки (я их кучу набрал в луте), а ходить бледным гостом мне не очень-то климатит. Пусть я буду загорелым и прекрасным. В жизни пригодится.

Развернул книжку из серии «Сталкер», прикупленную там же, где продавали полотенца. Нужная вещь на пляже — если нет закачанных в телефон аудиокниг, а что делать, лежа тюленем? Развернул, улегся спиной вверх, и…задремал, положив на книжку голову. Вот и пригодилась литература.

Когда-то я любил читать серию «Сталкер», но через несколько лет она выродилась в такой шлак, что я зарекся ЭТО покупать. То-то в ларьке кроме этой серии больше никаких книг не было. Остальные раскупили, как сказала бойкая молоденькая мпечка, тут же пригласившая меня в подсобку — ну, типа барбарысок насыпать.

Кстати — я все больше привыкаю к облику рептилоидов, они уже не кажутся мне такими странными. И вообще…неплохо было бы попробовать! Неужели не справлюсь с худенькой девчонкой, даже если она покрыта мелкими чешуйками?

И снова пришлось очнуться от наваждения. Проклятая тварь насылает желание, морок — улыбалась потом, будто сыграла хорошую шутку. Кикимора сбросила морок — слегка прикусив мне ладонь.

Время катилось медленно-медленно…как капелька пота по нагретой спине. Кикиморка спала в тени, объевшись фаршем (боялся, что не будет с перцем и специями — ничего, жрала, только урчала!), а я чувствовал, как меня отпускает напряжение сегодняшнего дня. То ночные кошмары, то встреча с родителями, которые меня не узнали, то стычка с воришками — как тут обойтись без нервотрепки.

Разбудил меня голос:

— Вот он, козел! Пацаны, вот он!

Я повернулся и увидел ту самую троицу, с которой столкнулся в автобусе. Интересно, как они меня нашли? Хотя что я туплю — ведь не проверялся, никакой необходимости не было. Выследили, само собой. И это…уважуха, чего уж там! Пацан сказал — пацан сделал! Наши люди редко спешат исполнять свои обещания, а эти — пришли исполнить!

— Щас ты ответишь, козел! Я же обещал! — заявил самый крупный из них, парень лет двадцати пяти с наколкой-перстнем на пальце. Сидел, точно. Ну что же…посмотрим, чего хотят ребята. По делам — и воздастся? Не так ли сказано?

Глупо как-то. Трое одетых (условно одетых — шорты до колен и не первой свежести майки), и один голый — ну да, я же на нудистском пляже, так что все хозяйство наружу. Иду в кустики, как меня «попросили», выяснять — почему я такой козел.

Вот тоже — глупый вопрос: «Почему ты такой козел?!» Что ответить? Потому что мама — коза? Рога, кстати, у меня наверное есть — бывшая постаралась. Если только со временем рассосались.

Да. Дурацкие мысли приходят в голову, когда ты по горячему песку идешь в кусты, чтобы дать удовлетворение группе отморозков. Хмм…а звучит как-то гадко — «дать удовлетворение»! Вот ведь как меняется язык со временем! Цензурные слова делаются нецензурными, меняет и произношение слов. Например, как я читал в сети из компетентных источников — теперь можно говорить кофе — «оно», «жАлюзи», и много чего еще, за что раньше граммар-наци сердце бы вырвали без наркоза.

Когда зашли поглубже в кусты, я убедился, что оставленную одежду (и бумажник под ней) мне хорошо видно, и не стал дожидаться, когда мне прилетит справа и слева. Зажатая в руке волшебная палочка исторгнула из себя сноп искр, и на песок упал заводила — тот самый, с печаткой на пальце. Двое его спутников недоуменно посмотрели на кореша, один из них сделал попытку наклониться к упавшему, но следующий сноп искр парализовал его так же надежно, как и предыдущий. А за ним последовал и третий.

Хорошо! Прекрасная штучка, эта палочка! Всего-то и надо — подумать, что ты от нее хочешь, направить на объект, и…вуаля! Я бы и убить их мог — просто остановить сердце, и все. Но после этого — разбирательство у ментов (после встречи со мной у них сердца остановились!), а еще — опущу карму до некоторого уровня. И даже могу уйти в минуса. А отсутствие кармы — это уменьшенный заряд волшебства, плюс кое-какие неприятности, могущие свалиться на мою голову. Какие именно — в точности не знаю, кот мне не все рассказал, как-то ушел от конкретики. Но факт, есть факт — «мирняк» без особых условий убивать нельзя. Вот если напали на тебя, угрожает смерть — тогда другое дело. И карма не снизится, а может даже и возрастет — в зависимости от того, какой гад этот НПС.

Но да ладно, сейчас надо решить, что делать с телами придурков. Хотя…а что с ними делать? Не трупы же! Пусть себе лежат на песочке, загорают. В тени загорают, а то и правда сдохнут. Жалости у меня к ним никакой, просто проблем не хочу.

В общем — развернулся и ушел. Лутать не стал. Подумал — это будет неправильно. НПС ведь, не Игроки. Подошел к своим вещам, посмотрел — эта чертова зверушка лежит себе на моей рубахе, лапки-ножки сложила, сопит, дьяволово отродье!

— И не стыдно?! Хозяина там может убивают! Может на запчасти разбирают! А ты тут лежишь и сопишь в две дырочки?! Ай-яй, какая плохая кикимора! Недобрая, неласковая!

Недобрая-неласковая в ответ на мой наезд высунула острый язычок — розовый, с черными краями, и пробормотала что-то вроде:

— Бе-бе-бе…брр…

И снова задрыхла. А чего — хорошо ей в тени! Фарша нажралась — вон, аж живот у пигалицы раздулся! Воды попить — целая река («Издалека-а-а…дооол-гооо…течет река…»). Лежи себе, да сопи носопыркой!

— А вы что скучаете один? Идите к нам! — едва не вздрагиваю от чарующего, проникновенного голоса.

Вот бывают же такие голоса у женщин — как скажет, так мороз по коже! Сирена, право слово! Нет, не пожарная! Это другое. Я про тех чаровниц, что корабли на скалы заманивали. Кстати, я бы с удовольствием послушал — чем они манили-то, что за голос? Уж точно не Аллегрова с дебильной «Императрицей», которая почему-то едет на окраину Москвы, и это притом, что живет в Питере. Поубивал бы проклятых неучей, сочинивших такой идиотизм.

О господи! Вот это девушки! Вот это…фигуры! А лица, лица…да такие только на картинке бывают! Или в дорамах. Красота — неописуемая! И неважно, что над ней висит табличка:

«Русалка Алла. Двадцатый уровень. Степень опасности — высокая. И игроку следует быть осторожным!»

Ну а что — я осторожен! Но хочу поплескаться с девушками…тьфу! Русалками! Почему бы и нет? Они на самом берегу, в водичке лежат. Кстати — не выбиваясь из общей канвы. Ибо вокруг народ все больше голенький, или готовится обнажиться. Интересно, а НПС русалок видят?

Черт! Две тетки лет пятидесяти, с обвисшими титьками и целлюлитными задами! Зачем они себе такую внешность сделали?! Нельзя было симпатичных девчонок сваять? А может потому, что к симпатичным начнут приставать, а эти толстухи для НПС не представляют никакого интереса? Русалки…хы хы хы…

Кстати, вторая русалка — Ксения. И между прочим — брюнетка. Почему-то я считал, что все русалки сереброволосые, бледнокожие и все такое. И да — с хвостами вместо ног! А тут…нет, с бледностью все в порядке — согласно канонам. Но вот насчет волос — одна сереброволосая, да, но вторая — брюнетка! Да еще и с короткими волосами — будто только что вышла из салона красоты. Между прочим — и ногти длинные, и вроде как накрашены. Может они на самом деле ходят в салоны?

И хвостов у них нет. Ноги, и все, что к ногам прилагается. Нет, не шлепанцы из пластика. Все, что выше ног. Чистенько так выбрито, ухожено, и…соблазнительно. Впрочем — мне сейчас все соблазнительно, что даже отдаленно напоминает женщину. Я уже сколько времени с женщинами не был? Хмм…после смерти, если не считать девок в кошмаре — ничего не было с женщинами. Ну а до смерти…Лидка, девица из отдела продаж фирмы «Акустик» — замужняя шалава, с которой я время от времени встречался. Так вот и с Лидкой не был уже…хмм…ммм…черт! Да не помню я! Сто лет не был! Превратился в какого-то долбанного асексуала. Или слишком ленивый стал? Это ведь надо ухаживать, куда-то ехать, решать вопрос с хатой…не-а, неохота. Мы, мужики, стали совершеннейшими…не хочу это слово называть даже в уме! Плохое слово.

Поднялся на ноги, и решительно зашагал к двум «теткам», продолжавшим манить и подмигивать. А так же вроде как невзначай поглаживать и потирать свои выдающиеся прелести. Нет, я не собираюсь прямо тут их ставить в позу и решать вопрос, не извращенец ведь! Я, между прочим, уже трижды отказался от соблазнов поучаствовать в развлечениях парочки мпеков, устроившихся за соседним кустом. Они пообещали, что никаких проблем не будет, что меня не тронут, что они давно хотели принять в свои игрища симпатичного Игрока, подружка давно об этом мечтает!

Подружка симпатичная, да. Да что там симпатичная — красивая! Мелкие голубые чешуйки ничуть не портят фигуру, глаза большие, желтые, зубы — как у человека, только клыки побольше. А женские прелести мпечки ничем не отличаются от прелестей человеческой дамы. Я ведь в полутора метрах от парочки, мне все видно. Особенно, если хорошенько присмотреться (ну а что еще делать, когда делать нечего?!).

Между прочим с гордостью отметил, что мужское достоинство рептилоида совсем жалкое, и ни в какое сравнение не идет с людским. Видимо поэтому мпечки кидаются на человеком с непристойными предложениями.

Но я — кремень! Не посрамил честь гомо сапиенса! Не отдался похотливой ящерке! Хотя сознаюсь…ну очень хотелось. Чисто в исследовательских целях!

— Ух, какой красавчик! — сказала Алла, когда я улегся между ней и Ксенией.

— Даа…хороший экземпляр! — ласково заметила Ксения, и провела мне рукой по спине, закончив маршрут пониже спины, после чего я тут же покрылся мурашками.

— Пойдем с нами поплаваем? — так же задушевно сказала Алла, поглаживая меня, как породистого кота. Только кота гладят по загривку, она же оглаживала мой зад.

— Пойдем! — вторила ей Ксения, выдыхая мне в ухо. Ее дыхание пахло цветами и почему-то морской капустой. Интересная смесь запахов — Лореаль отдыхает.

— Мы тебя так ублажим, так приласкаем — ты век не забудешь! — рука Аллы спустилась чуть ниже (я лежал на животе, чтобы не изображать из себя фонтанирующего кита).

— Я первая! — снова выдохнула Ксения — Ты никогда этого не забудешь! Пойдем!

И я пошел. Вернее — поплыл. Медленно так, сползая к обрыву. Да, я давно знал — тут заходишь в воду вначале по колено, потом по пояс, по грудь, и…опа! Там обрыв — метра четыре! Кто не знает — ухает с головкой. Хмм…с головой, то есть. Со всем, что имеется на теле. Неприятное ощущение — там и вода холодная. А в стене — рачьи норы. Хитрые люди ныряют, суют туда руку, и вытаскивают вцепившихся в нее клешнястых гадов. Я этим никогда не занимался — не переношу этих трупоедов, вшей-переростков. Я готов с ними бороться и терзать, когда они красненькие и с укропом, а чтобы совать в клешни свою драгоценную руку…да хрен им! Нет, и его точно не дам.

Спасла меня кикимора. Она неслась по воде так, что казалось — жидкость стала твердой, и с разгону впилась зубами в прекрасную сиську — самую прекрасную сиську из тех, что я видел в своей жизни. Не на картинке, имеется в виду, вживую. Русалка бросила мою ногу (они тащили меня за ноги), и стала отбиваться от разбушевавшейся твари. Вторая русалка пришла ей на помощь, замахала прекрасными руками, показав мне свой идеальный зад, и тут же поплатилась за агрессию — в мгновение ока с этого зада был сорван здоровенный кусок кожи, из-под которого заструилась зеленая кровь. Русалки похоже что визжали, но их уровень звука был таким, что я не мог слышать этот визг — только ощущал давление на барабанные перепонки. Ультразвук, это само собой.

Где-то далеко яростно залаяли и завыли собаки — там лодочные базы, так что этих друзей человека целыми стаями. Люди на пляже начали ковырять в ушах — звука не слышно, но неприятно ведь, свербит!

Через несколько секунд русалки тихо и мирно ушли под воду (матерясь как грузчики и каменщики), не оставив за собой даже волны. Настоящие спортсменки. Чемпионки. Ну а я медленно побрел на берег, держа на руках бесстрашную Ольку.

Лежал еще около часа, отходят от происшедшего, но в конце концов ничегонеделание надоело, так что я собрался, кликнул куда-то запропастившуюся Ольку, и медленно, тяжело зашагал по направлению к мосту. По дороге не удержался и шлепнул по заднице молоденькую соседскую мпечку, которая как заведенная ублажала своего партнера, радостно похрюкивая, посапывая и пуская слюни. Мпечка взвизгнула и хихикнула мне вслед, сообщив, что я много, очень много потерял от того, что не захотел с ними покувыркаться. Может быть. Задница у рептилоидки была горячей и упругой — как у настоящей девушки, долго лежавшей на солнцепеке. Классная задница!

А общий пляж битком. Людей тут процентов пятьдесят, остальные — упыри, мпеки, демоны, несколько леприконов (Ну до чего отвратные твари! То-то я никогда не любил банковских работников — чутье, однако!), животные — видел кошек, собак, двух небольших крокодильчиков, трех маленьких тираннозавров, и одного маленького велоцираптора — очень милого на вид. Позабавил крохотный, видимо карликовый трицератопс, которого люди видят как шарпея — он носился туда-сюда, и казалось — вот-вот нанижет кого-нибудь на свои три острейших рога. Но умудрялся уклониться от столкновения так, будто между им и людьми возникало силовое поле. А может и возникало — почему бы и нет? Игра ведь, здесь все возможно.

Через полчаса я уже выходил на предмостовую площадь, очень жалея, что у меня нет электрического самоката или чего-то подобного. Задрало ходить пешком. Добрался до Предмостовой, поставил «тачку» на стоянку, загрузился на самокат — и вперед, к берегам великой реки! Впрочем — у меня и тачки не было. Хорошей тачки. А плохую я не хочу. Лучше на такси поезжу, благо, что этих джихад-мобилей в городе сейчас более чем достаточно.

Домой добрался быстро — такси даже вызывать не пришлось. Просто поднял руку и сел в первую попавшуюся машину, предварительно убедившись, что водитель не фотомодель, и не упырь, собирающийся полакомиться моим пряным телом. За сотку доехал. Зашел в магазин, затарился продуктами — опять сварю борщ, человек без борща существовать не может. Даже в Игре. Вообще, если бы женщины знали, что лучшей приманкой для мужчин является борщ — они бы ставили в ловушку именно его, а не заманивали круглой попой и длинными ногами. Попа дряблеет, ноги толстеют, а борщ остается навсегда.

С этой жизнеутверждающей мыслью я добрался до двери квартиры, и только лишь собрался войти, повернув ключ в замочной скважине, как лежащая в сумке кикимора вдруг шевельнулась и тихонько забормотала, да так озабоченно, так тревожно, что рука моя замерла, а потом сама собой опустилась в сумку, туда, где лежала волшебная палочка. Сумки с продуктами у поставил на пол, чтобы не мешали открывать, так что мне ничего не мешало, и я готов к бою. Почему к бою? Сам не пойму — чувствую, что в квартире что-то не так. Что там сидит некто из тех, что мне точно не понравятся. Ощущение такое, непередаваемое. А еще…еще — запах! Запах то ли одеколона, то ли какого-то крема, тонкий, едва уловимый. Но я чую. И кикимора почуяла, а у нее нюх не чета моему — как у собаки, или как у кошки. А может и того покруче.

Итак — волшебную палочку наперевес (она снова заряжена, на шпану почти ничего не потратил), кикимора рядом, у ноги, и…тихо-тихо открываю дверь квартиры. Петли не скрипнули, открылось — как по маслу. Скорее всего, предыдущий хозяин квартиры эти самые петли нарочно помазал. Зачем? Да кто ж его знает…хозяйственный такой!

Вхожу. Иду себе, оглядываюсь во сторонам…слышу бормотание телевизора. Опа! Это кто же тут так вольготно расположился?! Кто-то лежит на диване! Крадусь, крадусь…палочку вперед, как ствол пистолета! Парализовать — раз плюнуть!

— Ай! — слышу девичий голосок, нежный такой, мелодичный — Кто вы?! Что вы тут делаете?!

Я весь напряжение. Одна мысль, одно движение — и разряжу палочку в агрессора!

— Это я-то что здесь делаю?! — опускаю палочку, глядя на ЭТО — Это ты что здесь делаешь, в моей постели! Ты кто такая?!

— Я Лиза! — девчонка стыдливо обхватывает колени руками, прижимаясь к ногам голой грудью. Сидит, якобы закрывшись от меня ногами, стесняшка хренова! А то, что самое интересное поднятые колени не скрывают — это ей кажется пофиг. Мозгов не хватает понять!

— Откуда ты здесь? — осведомляюсь я, с трудом отводя взгляд от розовой попы этого гомо сапиенса женского рода.

— Вошла! — информативно рассказывает девица, которой на взгляд максимум лет девятнадцать, но скорее всего меньше.

— А почему голая сидишь? — задаю вопрос, который кажется совершенно глупым, и получаю такой же глупый ответ:

— А жарко! Мне теперь чего, испечься, что ли? Душ приняла, и отдыхаю!

— Игрок?

— Что? Какой игрок? Нет тут никакого игрока! — непонимающе хлопает глазами девушка, потом вскакивает с дивана, и прикрываясь какой-то одежонкой, шагает к двери. Я тупо слежу за ней, пропуская мимо себя, и тут девушка вдруг наносит сильнейший удар! Самый настоящий боксерский удар, который заставляет онеметь мои расплющенные губы, и весь мой организм относит к стене, чтобы он тихо и мирно сполз и не мешал наслаждаться жизнью окружающим. Потом откуда-то достает небольшой, очень неприятный на вид нож, задирает мне голову, примеривается, и…ахает, роняя свое орудие убийства. Кикимора вцепилась ей в руку так, что из прокушенного запястья брызгает и льется кровь.

Я еще не в состоянии думать — в голове кровавый туман, меня тошнит, челюсть похрустывает, видимо разбитая на куски ударом нежной ручки моей новой знакомой, но то ли подсознанием, то ли спинным мозгом я понимаю, что если сейчас чего-нибудь не предприниму — мне конец. А потому прекращаю изображать из себя ветошь, брошенную слесарем-сантехником в угол, и едва превышая по скорости минутную стрелку, тянусь к брошенному убийцей ножу. Мне больно, меня трясет, тошнит, но руки все-таки дотягиваются до ножа. Больше всего боялся, что девка заметит мои потуги и как следует наподдаст — если она рукой смогла меня порвать, как Тузик грелку, так что будет, если девица пустит в дело свои стройные ноги? Точно от меня живого места не останется. А жив я до тех пор, пока жива моя бесстрашная Олька.

А кикиморе уже досталось. Девка все-таки оторвала ее от себя — не без потерь, но оторвала. И вместе со шматом кожи, содранной с руки, шмякнула о стену с такой силой, что мне сделалось еще хуже, чем было. Олька, моя Олька! Неужели эта гадина сумела ее убить?!

Ярость охватила меня с такой силой, что из головы ушла дурнота, а скорости и силы как мне показалось — прибавилось. Нож чиркнул по сонной артерии девицы, фонтан крови залил меня с ног, до головы. Я держал девку левой рукой за волосы, полосовал ее ножом, вопя что-то нечленораздельное, кровь хлестала во все стороны, девка хрипела, булькала, мычала, и никак не хотела умирать. Тогда я в считанные секунды располосовал ей шею до самого хребта, и успокоился только тогда, когда отделенная от туловища голова устроилась на обеденном столе, следя за меня зелеными глазами и разевая рот в безмолвном крике. Эта тварь даже сейчас не хотела умирать! Но теперь мне на нее было совершенно наплевать. Потом займусь гадиной. Сейчас меня волнует судьба моей кикиморки.

Олька была жива. Кикимора — это вам не человек, и даже не кошка. Это существо нелегко убить (по себе знаю!), так что пусть ей и досталось при ударе о стену, но…

Хватаю лечилку, вливаю в кикимору. Поможет, нет? Лечилка вообще-то для людей предназначена! Но нет — все в порядке, встрепенулась, забормотала, прижалась ко мне головой и потерлась о запястье. Я даже чуть не прослезился. Не думал, что буду так переживать за в общем-то чуждое, негуманоидное существо, которое не так давно пыталось меня сожрать. Оказалось, что в новом мире Олька единственный мой друг, принимающий меня таким, каков я есть, и готовый отдать за меня свою жизнь. Не буду сейчас думать — почему так случилось, как кикимора ко мне привязалась, и во что это все выльется. Просто приму как данность — ближе Ольки для меня никого в мире нет. Родители? Для них я чужой. Их сын лежит в могиле, на которой уже растут «ноготки», она же календула. Мама знает, что я с детства любил эти цветы, вот и посадила. Когда-нибудь все равно расскажу родителям, кто я такой, но…это будет потом. И мне плевать, что таким образом вмешаюсь в Игру.

Остатки лечилки влил в себя — сломанная челюсть болела все сильнее и сильнее, стала опухать — как и расплющенные ударом губы. Голова болела, кружилась, в глазах двоилось — типичные признаки. Пришлось еще одну лечилку выпить. Такими темпами я скоро останусь без своей «аптечки»! Впрочем — а на что еще нужны лечилки, кроме как лечить? Солить их, что ли? Но вообще-то надо уже проревизовать мой запас добытых лечилок — эдак сунешься, а в запасе ничего и не осталось. Очень не хочется оказаться на кладбище у своей могилы. Или в другом месте — куда Игрок отправляется после окончательной смерти. Например — у Сатаны в заднице.

А тварь все еще жива. Тело шевелится, голова следит за мной прекрасными глазами юной девочки, полные губы шевелятся, будто хотят что-то сказать. Подхожу, пододвигая поближе стул, сажусь, разглядываю голову «красотки». Красотки, да! Красивая, чертовка, аж дух захватывает! Вот бы мне такую подружку…

— Да кто ты такая, дикая тварь из дикого леса…как тут оказалась? — невольно бормочу вслух, и когда слышу ответ, вздрагиваю и резко оборачиваюсь:

— Мавка это — кот Феникс вылизывает лапу, и не смотрит на меня. Но я-то вижу, как косятся на меня его желтые глаза — Кто-то натравил ее на тебя.

— Что за мавка? Мне это ничего не говорит…

— Стыдно! Стыдно не знать мифологию своего рода! — в голосе кота так и бурлит презрение и негодование — Уж такие-то вещи надо знать! Мавки — это обретшие плоть души некрещеных детей. Они служат нечистой силе, и сами являются нечистой силой. Очень не любят людей, и пользуются любой возможностью, чтобы им нагадить. Вот и за тобой пришла.

— А как вошла? И зачем тут стриптиз устраивала?

Кот улыбнулся как Чеширский Кот, фыркнул:

— Да кто же ее знает? Может хотела перед там, как тебя порвать на куски получить кусочек удовольствия! Ты бы ее попользовал, а потом бы она оторвала тебе причиндалы. Вот и все!

— Да что же тут все помешаны на моих причиндалах, черт подери! — в сердцах выругался я — То коллекционируют, то сцука жрут! Извращенцы поганые!

— В них мужская сила — серьезно заметил кот — Если забыть о том, что в некоторых сильных снадобьях для усиления действия как раз и применяется порошок из…причиндалов, в истории достаточно примеров, когда существовало что-то вроде религии поклонения мужским так сказать…деталям. Культ фаллоса, если точнее.

— Это больше у разведенок, и у тех, у кого муж импотент — не думая брякнул я, чем вызвал фырканье кота — Ты лучше скажи, кто на меня ее мог напустить, и как она попала в квартиру!

— Мавки могут проникать туда, куда хотят. Для них нет преград и стен. Оградиться от них можно только заклинаниями или оберегами. А кто напустил…вообще-то она сродни речным русалкам, и относится к роду русалок — только лесных. Ты случаем никого из русалок не обижал?

Я замер, вздохнул, и рассказал коту о моих сегодняшних приключениях. За что был удостоен обещания веселого будущего — по крайней мере, в ближайшие пару недель. Пока все не утихнет. А потом кот предложил мне разделать труп мавки, который, как оказалось, пользуется активным спросом у практикующих некромантов. Они нарезают мясо и кожу на полоски и сушат на сквозняке, а потом толкут плоть в платиновых ступках, добавляя получившийся порошок во многие и многие снадобья, усиливая их действие в разы, а точнее — в три, и даже в десять раз. Зависит от качества плоти, от того, как была убита мавка — магией, или холодным железом, и от молодости бесовской твари. Если продавать отдельно, органами — сцедить в баночку кровь, вырезать сердце, печень и все остальное — можно взять больше денег, но хлопотно и грязно. Если целиком трупом, пока он еще шевелится — денег поменьше, но тоже дадут неплохо. Главное чтобы не начал покрываться колдовской плесенью, означающей, что магия из плоти уже уходит.

Очень ценна голова — например, глаза. Их используют лекари для изготовления снадобья, усиливающее ночное и дневное зрение — вместо глаз что-то вроде морских биноклей. Мозг тоже хорош — усиливает мозговую деятельность, доводя ее до состояния гениальности. На время, конечно, на очень недолгое время. Такое снадобье используют некоторые писатели, которые умеют очень быстро писать книги (как раз за счет вытяжки из мозга мавки). Побочные явления — невозможность спать, как все обычные люди, работоспособность только ночью. Мавки ведь ночные твари, как и все порождения Тьмы.

Ну и так далее. Интересная была лекция, и пока слушал — уже решил, что буду делать. Так что следующие полтора часа прошли в беготне и страданиях. Да, в страданиях! Пусть кто-нибудь попробует таскать по жаре мусорный мешок с шевелящимся трупом, из которого капает и капает кровь! Особенно, когда ты уже прошел сегодня несколько километров по солнцепеку, и единственное, о чем мечтаешь — упасть на диван и застыть в позе морской звезды. Но чего не сделаешь ради наживы?

Между прочим — денег мне в скупке отвалили столько, что хватит на покупку очень неплохого недоджипа — если я пожелаю его купить. И уважительно просили приходить еще — если появится такой же качественный труп мавки.

Борщ в этот день я так и не сварил. Пошел в кафе на углу Московской, и заказал на вынос полноценный обед — что я, денег не зарабатываю, что ли? Еще такую мавку — и можно квартиру свою покупать! Или дом (что предпочтительнее).

Впрочем, кот мне сказал, что я ушел чудом. И что если бы не кикимора… На что я ответил — буду звать его не Феникс, а Капитан Очевидность. Кот же ехидно заявил, что если бы я не кобенился и трахнул одну из русалок на пляже, никаких мавок на меня бы и не прислали. А я взялся натравливать на жаждущих любви женщин лесную погань, которая все равно когда-нибудь проест мне печень. Или откусит…понятно чего. В конце концов почти переругались — я сказал коту, чтобы он заткнулся, кот сказал, что я тупой нуб. На том мы и прекратили общение.

Уже поздно вечером, когда смотрел итоговые новости по ящику, упырица-ведущая с ласковой улыбкой сообщила о страшном происшествии на городском пляже, где по словам очевидцев невероятно размножились бродячие собаки, прибившиеся к лодочным базам. Оказывается, отдыхающие нашли в кустах трех молодых мужчин, у которых стая собак отгрызла гениталии под самый корень, и скорее всего их сожрала. Почему именно гениталии — упырица не пояснила. Сказала лишь, что эти трое пострадавших находятся в коме, из которой врачи никак не могут их вывести. И что городской власти нужно заняться проблемой бродячих псов, терроризирующих несчастных отдыхающих.

Дослушав, я я посмотрел на Ольку, которая мирно спала на диване, раскинув в стороны руки и ноги, и подумал о том, что теперь понятно, почему она отказалась от ужина. Я тогда даже забеспокоился — может заболела? Я ведь для нее взял свежачка, говяжьей вырезки! Но теперь все в порядке. Успокоился.

Зачем я живу? Нет вот правда — зачем? Почему не умер, когда…умер? Смысл этой Игры? Каковы ее правила? Во всякой игре есть правила. Какая-то цель. Вот набираю я некий уровень, и…дальше что?

— Хватит пыхтеть! Спать мешаешь! Какой смысл, какие правила…цель какая! Я тебе уже говорил — нет никакой цели! Живешь, и живи! Дали тебе второй шанс, так какого черта ты голову ломаешь? Живи и радуйся!

Как холодной водой облили! Сна — ни в одном глазу!

— Ты чего…мысли читаешь, что ли?! — скриплю «непроснувшимся» голосом — Какого хрена?!

— Да такого хрена! Думаешь, ты один такой? Да твои мысли у тебя на лбу написаны! А я спать хочу. Не люблю, когда зубом цыкают, и пыхтят над своими мыслями. Живи, парень! Кстати, я скоро уйду.

— Куда?! Зачем?!

— Хмм…как пришел, так и уйду. Теперь я тебе не нужен. Кое-что рассказал, кое-чему научил, теперь — сам. Я Советник, часть Игры. Мое работа такая — учить тебя уму-разуму, раз уж ты добрался до места. И вот что тебе объявляю, совершенно официально: эта квартира закреплена за тобой не навечно. Полгода, и все. Если ты за это время не заработаешь на выкуп этой халупы, либо не купишь другую — тебя отсюда выкинут, и пойдешь жить на улицу. Или на помойку, с бомжами. Так что хватит валяться — иди деньги зарабатывать. Ты меня понял?

— Жестко как-то… — выдыхаю я — Почему-то думал, что эта жилплощадь закреплена за мной навечно.

— Навечно — только могила. Вот это твое. И то…до тех пор, пока стоит памятник. А вот как снесут кладбище, так и оживать негде будет. Умные люди переносят точку восстановления с кладбища на свое подворье. А дураки…ну, понятно.

— Когда ты уйдешь?

— Завтра. Сегодня последняя ночь. Если хочешь что-то спросить — спрашивай сейчас. Или будешь разбираться по ходу дела. Впрочем, есть и еще путь — если захочешь получить совет, тебе надо будет купить специальный прибор, у нас его называют «советчик». Там кнопочка. Нажал — и я появляюсь. На некоторое время. За пятьдесят золотых.

— Что так дорого?! Охренели, что ли?! Пятьдесят!

— Да перестань. Это на твоем десятом левеле — дорого. А когда заматереешь…если это случится, конечно же…где-нибудь на шестидесятом левеле эти золотые будут казаться тебе просто копейками. Там и заработки другие, и расходы. Одна только волшебная палочка пятидесятого левела стоит миллион золотых. И уж точно продается не в ларьке мпечки. Для пятидесятых и выше есть магазин на проспекте — он выглядит как ресторан. Заходишь, и сразу в туалет. Там одна из кабинок закрыта табличкой «Не работает». Вот это вход и есть — за ней гипермаркет высших левелов. Только идти туда надо не менее чем с миллионом золотых на карте — иначе ничего не купишь. Хотя…есть там один отдел — уцененка. Но там такие вещи, которыми пользоваться противопоказано — волшебные палочки с изъяном, плащи-невидимки, которые могут отключиться в самый неподходящий момент, рабыни, которые могут вдруг взять, и перерезать тебе глотку во сне, если им в голову стукнет. В общем — порченый товар.

— Стоп! Я что, могу себе рабыню купить? — у меня даже голос «дал петуха», то есть стал тоненьким и сбивчивым, как петушиный крик — Это в двадцать первом веке?!

— Ты в Игре, парень! — кот довольно ухмыльнулся, и глаза его засветились под светом, падающим из-за окна (Ночь, улица, фонарь, аптека…) — Игре все равно, какой тут век. Да, можешь купить себе рабыню. И раба — если захочешь. Но я вижу, что ты не ходок по мужикам…хе хе хе… Шучу, шучу! Рабы всякие есть — и для сексуальных утех, и для работы, и для охраны. Это конечно же не люди, это энписи, но ничем не отличаются от людей ни по виду, ни по запаху. Увидишь — поймешь. Только купить их стоит дорого. Хорошая рабыня начинается от двух миллионов. Рублей. Нет — ну а что ты хотел?! Какую-то поганую железку на четырех колесах покупают аж за восемнадцать миллионов! Идиоты… А рабыня — это навсегда. Она и еду приготовит, и постирает, и отлюбит тебя так, как обычной женщине не снилось. Игра ее обучила, Игра ее создала. Опять же — железку ты продашь хорошо если за полцены от той, за которую взял в автосалоне, а рабыню может продать и с прибылью — если научишь ее тому, чего она не умела. Хотя сомневаюсь, что такое у тебя получится. Игра — она все может! В любом случае, в отличие от автомобиля — рабыню ты всегда может продать, пусть даже и с десятипроцентной скидкой. В тот же магазин и примут.

— Десять процентов? Грабеж! Ты же говорил, что они в цене не падают.

— А магазину ведь надо на чем-то зарабатывать? Вот он и берет комиссионные. В твоих интересах научить ее чему-нибудь новенькому. Тогда и цена будет другой, гораздо выше.

— Мне сейчас не до рабынь…с такими доходами — ноги протянешь.

— Ничего! Качайся, поднимай левел, научишься деньги делать — скоро обзаведешься гаремом из пяти рабынь — да они тебя на руках носить будут! Облизывать, как я свои…хмм…в общем — хорошо тебе будет, уверяю.

— Тогда вопрос: как мне заработать много денег?

— Найти бизнес, который принесет тебе много денег — не задумываясь, выдает кот — А ты думал, я сейчас выдам тебе секрет того, как стать миллиардером? Смешной ты. Если не сказать хуже. Это Игра. Каждый находит свою дорогу сам. Никто ему не подсказывает.

— Даже намека не дашь?

— Нет. Откуда я знаю, к чему ты имеешь склонность? Может ты начнешь охотиться, целыми днями станешь пропадать в лесах. А может устроишь охоту за Игроками. Или станешь воспитывать чудовищ…хе хе хе… У тебя явно имеется склонность к их воспитанию. То-то кикимора так тебя любит. Кстати, удивительно. Что она в тебе нашла? А может ждет, когда вырастет, чтобы отомстить за свою смерть? Вернее — за смерть мамаши. А возможно, что она решила размножится, и ждет, когда вырастет. Потом соблазнит тебя, и родит новую кикимору. Психология этих существ — лес темный.

Кот замолчал, молчал и я. А что было говорить? Что я вообще мог ему сказать? Вопросы задать? Так чтобы задать правильный вопрос, надо знать по крайней мере семьдесят процентов ответа. Иначе ничего не получится.

***

Мы проговорили до самого рассвета, а потом я уснул, сморенный дневной усталостью и разговором. А когда проснулся — Феникса уже не было. Как он ушел, куда ушел — я так и не понял. Дверь закрыта на ключ, балконная дверь закрыта — каким образом он исчезает? Загадка.

Жаль, конечно. Одним…хмм…ну пусть и не другом, но существом, которого не стоило опасаться — стало рядом со мной меньше. Что мог — я у него узнал. Теперь — все сам.

Ночь выдалась прохладной, небо затянули тучи. Вот так ждешь лето, приходит оно…и ты уже мечтаешь о дожде и холодном ветре. По крайней мере — я так мечтаю. Что вообще-то очень глупо.

Поднялся с дивана, почесался — спина зудела, слегка прижарился на солнце. Странно — почему лечилки не устранили зуд? Может посчитали, что это нормально, что это обычные «технологические» процессы в организме? Не зря же я загорал…

Кстати, а зачем я загорал? На кой черт мне этот загар? Для красоты? А для кого эта красота?Кикимора меня и так любит…каким бы я ни был. Для кого стараться?

Что-то тоска меня берет…иэхх…по-настоящему бы сдохнуть! Какого черта я здесь делаю? Один, без любви, без друзей!

Нечто горячее прижалось к моему боку, и тонкий голосок сказал:

— Р-ры…мм! Эр-р!

Я взял кикимору «на ручки», и прижал к себе, поглаживая по спине. Может она и Зло, может и правда когда-нибудь выест мне печень, но сейчас…сейчас это самое близкое мне существо. Единственное близкое существо! Впрочем, так наверное думает большинство женихов, которые ведут своих девушек в ЗАГС. «Она такая нежная, такая любящая!» А выедать им мозг и печень эти существа начинают только после ЗАГСа. Некоторые — уже на свадебном пиру.

Олька забралась мне на плечо, обняла за шею, прижалась гладким горячим тельцем. Я ухмыльнулся — не все еще у меня потеряно, если есть хоть одно живое существо, которое меня любит! Хватит депрессии, хватит этих дурацких самокопаний! Ненавижу достоевщину! Будем есть эту жизнь огромными ложками! Жить надо, пока живется!

А первое, с чего начну — это найду себе какую-нибудь бабу. Любую, главное, чтобы худенькая и стройная. И чтобы не Игрок. Вдруг она себе отрастила ТАМ ядовитые зубы — как в романе одного фантаста. Занялся с ней сексом, и…скоропостижно отбыл на кладбище. А она тем временем собрала в моей квартире весь доступный хабар. Оно мне надо? Нет, только обычные люди, только НПС. Благо, что я сейчас что-то вроде читера — со своей способностью считывать информацию с табличек, висящих над головой субъектов и объектов.

Сказано — сделано. Где искать себе подругу? Нет, не на пляже. Туда девушки в одиночку не ходят. А куда они могут пойти в одиночку и толпой? В ночной клуб, конечно же. Одни надеются найти себе партнера на ночь, другие заливают горе дурацкими газированными коктейлями из баночек, третьи встречаются с подругами, на самом деле, как и первые — рассчитывая найти интересного партнера. Плавали, знаем!

День провалялся на диване, читая инет и определяя, кто в нем не прав. Кстати, как оказалось — Игрок видит гораздо больше сайтов, чем обычный человек. И…хмм…на некоторых сайтах он видит гораздо больше прикольных роликов, чем «простолюдин». Рептилоиды с людьми, люди с демонами, демоны с рептилоидами, упыри со всеми и с нечистью — да кого только там нет! На порносайтах, разумеется. Ну такие затейники — это что-то! Нет, меня такое не прикалывает — я не сторонник демонофилии, или упыресластолюбия. И нечисть меня в качестве партнерши не привлекает. Хотя…кикимора-мама была очень, очень хороша! Если бы еще печень мою выесть не хотела, а так — мечта, а не девушка. Интересно, Олька будет такой же, когда вырастет? Растет она не по дням, а по часам. Вот что значит — хорошее питание.

Кроме интернет-серфинга — долго общался с домовыми. Пили чай, грызли печенюшки, варили борщ. Эдакая семейная идиллия. Узнал многое из жизни домашней нечисти, например — зачем домовые прячут вещи и пакостят хозяевам. Да, да — именно так! Раньше я смеялся, когда кто-то мне говорил, что будто бы домовой прячет его вещи. А ведь прячет, точно. Развлекаются они так. Смотрят, как человек ищет свои носки, или рубашку, которая на самом деле лежит на самом видном месте, и хихикают. Просто эти пакостники накрывают ее пеленой невидимости, и нет рубахи! Проснулся домовой в плохом настроении (а это у них частенько бывает, вредные, как один — сами сказали), и давай шалить и пакостить. Например — открываешь холодильник, а оттуда вылетает тебе в грудь бутылка, или еще того хуже — чашка с утрешним супом. И ты ве-е-сь в вермишели и застывшем жире. Ну а пакостник радуется. Похорошело ему!

Все-таки что ни говори, но домовые — это нечистая сила. И потому у них есть склонность к нанесению вреда людскому роду. По крайней мере у большинства из них. То-то они не любят, когда избу (или квартиру — какая разница?) опрыскивают святой водой. Это для них все равно как человека соляной кислотой обрызгать. Хотя в последние десятилетия, как сказал старший домовой, в связи с тотальным неверием в Бога святая вода значительно потеряла в своей убойности. Теперь те же домовые, если их как следует обрызгать, не корчатся от боли, и не бегут срочно прятаться в сырой подвал, отлеживаясь и отлечиваясь после атаки «долгополых», а только лишь яростно матерятся (предпочтительно на старославянском), и бегут менять одежду. Для них запах святой воды похож на запах аммиака — едко, противно, и впитывается в тело. Одежду приходится выкидывать и воровать новую.

Да, кстати — вот куда и девается одежда, которую люди теряют и не могут найти. Они даже вдруг забывают, что у них когда-то были те, или иные штаны, рубахи и пиджаки. Пропала — да и ладно. Не больно-то было и нужно. Про носки уж и говорить не буду — на обоих домовых, которые сидели со мной за одним столом, носки были разного цвета. Воруют они всегда один носок — второй остается как бы на «раззавод». А люди потом придумывают теорию параллельных миров, в которые носки проваливаются через портал, находящийся в стиральной машине. Как всегда, сложные теории, придуманные людьми не выдерживают соприкосновения с действительностью. Никаких порталов в машинках нет! Есть обычные воровливые домовые, похищающие майки, трусы и один носок из пары. Нужно применять «бритву Оккама» и отсекать сложные, фантастические теории, объясняя все нормальными научными выводами.

И еще: как оказалось, эти маленькие мерзвцы еще и отпивают спиртное из открытых бутылок (закрытые они воруют целиком), а также отпивают пива из пластиковых бутылок с порушенной девственностью. После их «дегустации» пиво делается слабо газированным и прогорклым. Сказали — это тоже мелкая пакость. Ибо цель нормального домового — максимально осложнить жизнь хозяина квартиры (или дома). Для того, чтобы вледелец жилплощади наконец-то вспомнил о своем сожителе, и начал его улещивать, уговаривать не пакостить — путем подношений и подарков. Впрочем, возможно, что эти мелкие пакостники привирают, когда говорят о такой прагматической причине их нехорошего поведения. На мой взгляд — им просто нечего делать, и они соревнуются в нанесении пакостничества на единицу людского племени.

Когда я это озвучил, домовые вначале явно обиделись, потом старший со вздохом признал, что наверное я все-таки прав. Настоящих домовых уже практически не осталось — тех, кто прожил тысячи лет, и кого переносили из дома в дом в старом лапте. Нынешнее племя — жалкие остатки могучих духов, оберегателей домов, которых, собственно, и называли домовыми. Вымерли — вместе с избами, сожженными в революцию и на войне.

Под конец дня младший домовой сбегал в какие-то свои закрома и принес глиняную бутыль, закрытую сургучной печатью. С гордостью поставил ее на стол и предложил выпить — ведь это самое настоящее «Киндзамарули»! Когда я состроил скептическую гримасу — таких «киндзамараулев» и «минассалей» в каждом магазинчике — море, из винограда, растущего на заборе — домовой обиделся, и сказал, что его хороший друг, живущий в Кремле, самолично украл эту бутылку со стола Самого! Который точно разбирался — какое вино достойно названия, а какое нет. Так что не надо ля-ля, и делать такие неприятные рожи — наливай, да пей! И похваливай! А то другой раз никакого не будет!

Справедливости ради, скажу: может, оно и не было настоящим «Киндзмараули» со стола «Лучшего друга детей», но оказалось вино вкусным, и похоже, что настоящим — никакого разведенного порошка.

Ну а вечером я надел свои светлые брюки, белые полуботинки, светлую рубаху навыпуск, и отправился в ночной клуб — в центр, на наш «Арбат». Честно сказать, я как-то никаких клубов и не знаю. Просто шел по проспекту и читал вывески. Увидел: «Ночной клуб…стриптиз» — взял, да и зашел.

С меня сразу же взяли тысячу за вход — два здоровенных демона с дубинками и волшебными палочками на поясе. Посмотрели на меня подозрительно, и один из них предупредил:

— На территории клуба охота запрещена! Никаких убийств! Нарушителей отправляем на перерождение! Как понял?

Заверил, что понял, меня обшмонали — дважды, вначале металлодетектором, второй раз волшебной палочкой, заставили сдать мою палочку ( я с ней теперь не расстаюсь), и слегка раздосадованный, я отправился в зал. До начала стриптиза остается еще час (сказано было, что представление начнется с 20.00, так что у меня было время, чтобы заказать себе что-нибудь вкусненькое.

Почему я пребывал в не очень хорошем настроении? Да просто не люблю, когда меня обыскивают, а потом еще и разговаривают со мной как с дерьмом. Ну да, я не мажор, и не Игрок высшего левела, но черт подери — можно же как-то и повежливее?! Как всегда у меня бывает в таких случаях, сразу в голове начинает вертеться сюжет достойный самой что ни на есть слащаво-пошлой дорамы: вот я разбогател, пришел в клуб, и одним щелчком пальцев купил это заведение. Вместе с его нерадивыми служащими. А потом — просто выгнал с треском тех, кто мне так активно не понравился. Глупо, конечно, но…приятно тешить себя мыслью, что такое может быть. Картина с поверженными и размазанными по жизни недругами — что может быть слаще и приятнее для человека? Мы же в конце концов не святые…

Деньги, кстати сказать, у меня есть. Не столько, чтобы купить клуб, но как следует погулять — запросто. Неделями гулять! Игровые монеты легко меняются на рубли, золотые — так вообще по отличному курсу, практически как валюта. Так что нищенство в ближайшие месяцы, а то и годы мне точно не грозит. А захочу еще набить лута — поеду в поля. Игрок…это вам не «простец»!

С действительностью меня примирил тот факт, что нашелся очень даже недурной столик, от которого хорошо видно сцену и танцпол, на котором вскорости будут извиваться пьяные телки. Из которых мне предстоит выбрать себя подружку на ночь. Хватит виртуальных шлюх! Даешь шлюху натуральную!

Да, прозвучало грубо и пошло, и так что? Закидайте меня тапками! Или лифчиками. Сегодня у меня угрюмое настроение, я циник и хам. А кто виноват? Хамы! Мне нахамили, и я буду хамить!

Меня усадили за столик, сделал заказ, а потом, когда официант уже собрался унестись со своим планшетом, я достал пятисотку и протянул ему, улыбнувшись как можно лучезарнее:

— Вадим! (так у него было написано на шильдике) Хочу сегодня познакомиться с девушкой, и прошу, если появятся одна или две девушки более-менее приятной наружности, и станут искать место — пожалуйста, посади их ко мне. А больше никого не сажай.

— Тут четыре места — сделал непонимающее лицо официант, не делая попытки потянуться за пятисоткой — Извините, но все равно придется к вам кого-нибудь подсаживать. Позже, когда публика соберется.

Я достал тысячу и присоединил ее к пятисотке. Купюры исчезли, будто растворившись в воздухе. Умеют же люди!

Ждать заказа пришлось минут сорок. Я уже начал злиться, но наконец-то еду принесли. Сам не ожидал, что так проголодался. За сорок минут выпил два бокала пива, вот после них и проснулся ужасный, страшный голод. Вдруг подумалось: а может они в пиво что-то добавляют, что так хочется есть? Ну а что, мало ли снадобий имеется в арсенале волшебников? Добавь чуть-чуть в пиво, что-то вроде возбудителя голода, и клиент готов жрать, как откармливаемая свинья.

— Извините, что так долго — улыбнулся официант, и как мне показалось — искренне — Народа набежало много, кухня не справляется. Сегодня все вдруг резко захотели есть, а у нас не такая большая кухня, здесь больше пьют, чем едят!

Он расставил тарелки и ушел, а я с удовольствием принялся за салат «Цезарь» с креветками. Грешным делом люблю эту мешанину! А когда доел, притормозил, и стал разглядывать посетителей клуба, параллельно кромсая ножом мясо с бараньих ребрышек и забрасывая в рот картошку «фри». Остывшая баранина — хуже стрихнина, если перефразировать слова одного киношного персонажа. Так что есть ее надо, пока она горячая.

Ну а народа и правда прибавилось — все столики уже заняты, большинство — совсем, ни одного свободного места. Здесь были все расы — и люди, и демоны, и упыри, и даже пара леприконов, совсем молодых, но все равно уродливых. Увидел и парочку русалок, которые в обычном зрении представляли собой двух тридцатипятилетних скучающих милф, одетых довольно-таки вызывающе, и почти что повесивших на шею таблички: «Трахни меня скорее!». На самом деле они были абсолютно голыми, что ничуть их не портило, как не портили внешность этих сереброволосых мадам чешуйки, поблескивающие по всему телу. Одна из них почувствовала мой интерес, подняла на меня глаза и тут же ее пухлых губ коснулась тонкая, похотливая улыбка. Русалка высунула розовый язычок, облизнула губы, томно вздохнула, ее груди приподнялись, а розовые соски с зеленоватым отблеском обозначились еще четче и стали крупнее. Хороша, зараза! Знаю, что это она морок напускает, а сделать с собой ничего не могу! Вернее — не хочу. Нет, я ей точно не отдамся — кот сказал, что после того, как они сведут меня с ума и высосут душу — уйдут через канализацию (тьфу!), но представлять, что я буду с этой девицей исполнять все свои заветные, самые грязные желания, было довольно-таки приятно. Ну да…в каждом из нас таится эдакий извращенец, которому хочется странного. А что может быть страннее, чем переспать с пахнущей рыбой, гладкой и страстной русалкой?

— Вы позволите посадить за ваш столик? — голос лофицианта вырвал меня из эротических грез, но я успел заметить, как исказилось гримасой неудовольствия лицо русалки. Похоже, что она уже решила, будто со мной может и сладиться. Уверовала, так сказать. А тут…облом-с!

Две девушки, или женщины — не знаю, как назвать. Одна — высокая, расфуфыренная, сексуальная — сиськи из лифа едва не вываливаются. Штаны в обтяжку — ягодицы, как орех! «Так и просятся на грех!». Само собой — блондинка. Почему-то такие мадамы в большинстве случаев именно блондинки. Вторая — в очках, сарафанчике, почти без косметики. Худенькая, стройная, довольно-таки миловидная брюнетка — филолог, по виду. Эдакая серая мышка. Ну что же…пусть садятся. Посмотрим, во что это выльется.

— Я Галя! А это — Настя! — секс-бомба улыбнулась и кивнула на смутившуюся «ботанку» — Не помешаем?

— Очень даже не помешаете — как можно более лучезарно улыбнулся я, обнажив свои белоснежные зубы. Да, зубы у меня что надо — как искусственные. Таких натуральных-то и не бывает. Ну…такие захотел, когда выбирал себе обиталище-организм. Я ведь теперь что-то вроде супермодели. Глупо, как сейчас, по прошествии времени, понимаю. Лучше бы я был обычным на вид парнем.

Кстати…странно, что Игроки не выделяются своими надписями. Почему у них не пишется, что он Игрок? Все так же, как и у «простецов» — табличка над головой, и в ней краткое описание субъекта. Или объекта — если такое нужно. Вот сейчас я вызвал эти самые таблички, и параллельно с улыбками и разговорами читаю все, что относится к личности девушки. «Галина Смирнова. Двадцать пять лет. Замужем. Дочери пять лет. Проживает…муж…работает менеджером по продажам…два любовника — один постоянный, на работе, другой периодический. Множество случайных связей, в том числе и с женщинами. Любит коньяк, шампанское, легкие наркотики, групповой секс. Бисексуальна. Лжива. Болела венерическим заболеванием. Два аборта — после секса с любовниками. Занимается фитнесом, ухаживает за телом с целью приобретения новых мужчин. Любит подарки, не стесняется попросить денег у случайных партнеров. Мечтает сняться в порно»

Я аж задохнулся — в порно она мечтает сняться! Ну, ни хрена себе! И про заболевание — что-то меня это охладило. Что там про снаряд, который в одну воронку не падает? Еще как падает! И нафиг мне сдалась такая воронка?

Интересно, что там со скромняшкой Настей? Тоже любительница хардкора и свального греха? «Анастасия Ковалева. Двадцать пять лет. Замужем. Детей нет — бесплодна. Училась в одном классе с Галиной Смирновой. Верна мужу, хотя у них уже больше года нет интимных отношений. Муж почти в открытую сожительствует со своей сослуживицей. Почти не пьет. Не курит, не употребляет наркотиков. Работает копирайтером. Сирота. Живет в квартире мужа, собственной не имеет — имевшуюся продала и купила квартиру на имя мужа. Время от времени подвергается домашнему насилию со стороны мужа. Честна, держит слово. Опасается мужчин после того, как была изнасилована группой подростков в возрасте двенадцати лет».

— …вот и решила вытащить школьную подружку в люди — слышу я голос Гали, начиная понимать то, что она говорит — Хватит сидеть с постылым мужем! Вокруг столько красивых мужчин — вот как ты, к примеру!

Галя соблазнительно улыбается, и ее груди едва не покидают свою лежанку. Дура. Никогда не любил таких откровенно вульгарных дам. А вот Настя…если ей сделать прическу, подкрасить, снять очки, надеть другое платье…хотя, нет — в этом старомодном, каком-то старорежимном сарафанчике она выглядит очень неплохо. Эдакая девушка тридцатых годов, когда народ ничего не слышал о Кама-сутре, и депиляции зоны бикини. Хмм…интересно, они тогда ноги брили? Или ходили заросшие, как обезьянки? Сейчас это называется «боди-позитив». Я как-то видел фото таких бодипозитивных баб — ужасное зрелище. Фу-фу-фу! Из подмышек пучки волос, на ногах черная волосня, а что у нее делается между ног…я могу только догадываться. Но скорее всего — ничего хорошего. Борода в этом месте точно не вызовет положительных эмоций.

Интересно, а какая прическа ей пойдет? Насте этой? Хмм…есть у меня пунктик…люблю женщин с короткими волосами. Или даже лысых. Да, да — такой вот я изврат! Помню, смотрел старый, еще советский фильм про то, как наши космонавты нашли в космосе чужой космический корабль, а в нем — прекрасную инопланетянку. Как фильм назывался…дай бог памяти…как звали эту инопланетянку…никак не вспомню.

«Через тернии к звездам». Героиня — инопланетянка Нийя. Актриса, которая ее играла — модель Елена Метелкина»

Опа! Черт подери! Это как так?! Выскочила табличка, и на ней все, что мне нужно было знать. Вернее — то, что я запросил. Это как получилось? Мне что, можно вот так — задать вопрос, типа я…обратился с вопросом к богу, и мне дадут ответ?! Вот это открытие! И почему чертов кот ничего не сказал? Господи, ответь!

«Кот Феникс, помощник и советчик, ограничен внутренними особенностями Игры и отвечает только на правильно заданный вопрос. Или не отвечает — если давать ответ запрещено Игрой»

Таак…вот и сработало. Надо будет это обдумать. Что, неужели я нашел кодовую фразу, позволяющую вытащить информацию из базы данных? Это хорошо. Это очень хорошо!

Кстати, а ведь девчонка точно похожа на эту самую Метелкину. Ну почти одно лицо! Вот сейчас прикинул — белый паричок ей «под инопланетянку», и будет…Нийя! И фигурой вроде похожа…хотя я ведь под сарафан пока еще не лазил, не видел. Таак…похоже что я уже выбрал себе объект. И это точно не Галя. Вот есть такие женщины, которых совершенными красавицами и не назовешь, но присмотришься…и не можешь отвести взгляда. Есть в них что-то такое…цепляющее, то, чего хотят мужчины. Эдакая смесь невинности и порока. Такую женщину одновременно хочется и покачать на руках, как ребенка, и…сорвать снее одежду, и не слезать как минимум сутки, пока полностью не выдохнешься! Ух, глазищи какие! И губы пухлые… И взгляд как у инопланетянки. Смотрит вокруг, будто впервые попала на эту планету.

Ах вот еще что…она как та самая Нийя — не улыбается. Строгая такая, как учительница начальных классов.

Что, я влюбился?! Нет, такого быть не может. Я циник и прагматик, я прожженный мерзавец, который пришел сюда, чтобы снять девку на ночь. А при удаче — на несколько ночей вперед. Ничего хорошего в клубе найти нельзя, кроме женщин не очень строгого поведения, пришедших найти себе такого как я молодого и активного самца. И мы прекрасно понимаем намерения друг друга. И нечего тут строить из себя непонятно кого!

Насчет порока это я конечно загнул. Наверное. Вон, какая ботаничка! Глазищи огромные, таращится, как на инопланетян. Что, ни разу не была в ночном клубе? А подружка ейная еще та оторва…то коленки моей коснется, то наклонится так, чтобы дыхнуть горячим воздухом в ухо — ну, типа чтобы я слышал лучше. Музыка ведь грохочет!

— Настя…а как же вас муж отпустил? — улыбаюсь я, слегка отстранившись от Гали — Не ревнует?

Настя посмотрела на меня так, будто я собрался ее укусить и клацнул челюстью. И чего это она так? Потом настороженно спрашивает:

— А откуда вы знаете, что я замужем?

Тьфу! Да только что подруга ее сдала!

— Галя же сказала. Что вы не хотите сидеть с постылым мужем. А что?

— Я забыла… — девушка краснеет, смущается, и получается это так мило, что я невольно расплываюсь в улыбке, чем привожу ее еще в большее смятение.

Не став больше смущать девушку своими ухмылками, я решил перейти к решительным действиям, и увлек ее на танцпол. Она слегка посопротивлялась, но глянув на боевитую подругу, все-таки пошла со мной. Что уж она увидела в лице Гали — не знаю. Похоже, что на нее подействовало явно читаемое на лице напарницы разочарование. Женщины, какими бы они ни были ботаничками и серыми мышками, в глубине души все равно собственницы и хищницы. Вот вроде и не нужен ей такой как я хлыщ и бабник, а нет же — как увидела, что подруга злится на то, что Настя увела от нее парня, так сразу же захотелось меня многократно больше. Это как кость у собаки — вроде уже и обгрызла, и мяса там ни волоконца, но попробуй, отбери! Враз клыками располосует!

Впрочем, может я и ошибаюсь, и все женщины без исключения ангелы и готовы последний лифчик с себя снять, чтобы угодить любимой подруге.

Да, это был ядовитый сарказм. Помню, как на корпоративе одна моя случайная…хмм…знакомая в порыве алкогольной откровенности сказала: «Когда находишь классного парня, первым делом нужно искоренить всех подруг, которые внешностью чуть покрасивее жабы. Иначе они сделают все, чтобы увести парня, и скорее всего у них это получится. Потому что мы, бабы, невероятно изобретательны и коварны, когда это касается нашей добычи!»

Собственно «добычей», о которой шла речь в разговоре являлись такие как я. Потому шибко задумался о наших дальнейших отношениях. Одно дело — запершись в пустом кабинете творить непотребство с возбужденной алкоголем и недотрахом замужней дамочкой, и другое — выстраивать с ней серьезные отношения, притом что ходят слухи — она время от времени стоит на коленях перед начальником отдела, и не для того, чтобы на него помолиться. А еще — передо мной у нее были два менеджера из соседнего отдела, и два айтишника. И судя по совершенно правдивой информации — иногда числом больше двух за раз.

Не люблю коварных, циничных баб. Таких как эта Галя. Сидит сейчас, и строит коварные планы по поводу моей партнерши по танцам, войдя в боевой режим «безжалостная». Интересно, как Галя отомстит Настюхе?

Кстати сказать, танцует Настя очень даже недурно, не ожидал. А когда не выдержав, я наклонился к ее уху и спросил, где она так замечательно научилась танцевать — Настя сказала, что в юности ходила в кружок современных танцев, где танцевали все — начиная с танго, и заканчивая всяческими экзотичными на тот момент танцевальными стилями. Ну а потом мама сказала, что средств на кружок у нее нет, так что…карьера танцовщицы закончилась, так и не начавшись. На что уже я ей сказал, что может быть оно и к лучшему — учатся танцам сотни тысяч, а великими танцовщицами становятся единицы. И вообще — танцы, это не способ зарабатывать деньги — если только ты не стриптизерша, трясущая сиськами. Но и там все совсем не просто, «Приватные» танцы еще никто не отменял. То бишь — скрытая проституция.

Все это пришлось орать на ухо — музыка бУхала так, что услышать можно было только если практически приложишь ухо ко рту говорящего но…все-таки услышал. И…приятное у нее ушко. Розовое такое, пахнущее сладкими притираниями, но не такими притираниями, от которых тянет блевать, настолько они приторные. Нет…чем-то свежим, тонкий запах, почти незаметный…

В общем — приятно потанцевали, чего я собственно и не ожидал. Просто хотелось свалить от Гали, которая практически уже вознамерилась залезть мне в ширинку. Я конечно не святой, но…совесть надо иметь! В общественном месте! Я боялся, что она вообще залезет под стол и начнет «полировку шлема». Не люблю делать ЭТО на людях. Советами замучают…

По возвращению за свой столик, меня ожидал сюрприз. На моем месте, и на одном свободном сидели три джигита характерной наружности. Мелковатые правда против меня, но злые до невозможности. Первое, что они от меня потребовали (именно потребовали, а не попросили!) — оставить девочек им и сваливать отсюда, пока еще могу это сделать на здоровых ногах.

Я почитал таблички, висящие над ними, и узнал, что эти мелкие типы, заросшие бородами, представляют реальную опасность, и что надо десять раз подумать, прежде чем с ними связаться.

Вот за что я не люблю ночные клубы, так именно за это — ну обязательно произойдет какое-то дерьмо. Или скандал по поводу того, что ты как-то не так посмотрел на некую девицу, а ее парень (муж) решил выпендриться перед второй половиной и начал сцену ревности. Или вот как сейчас, на ровном месте — просто некие придурки захотели поиметь вульгарно себя ведущую девицу, и решили, что ее спутник точно здесь будет лишним. Постреляла Галя глазками, и устроила то, что устроила. Может даже нарочно это сделала — почему бы и нет? В отместку за то, что я предпочел ее серенькую подружку, а не яркую, сочную Галю. В общем — результат один.

Выхода два: первый, это развернуться и уйти, оставив все так, как оно есть. Обидно, но по большому счету очень практично. Кто я такой, чтобы противостоять целой группе молодняка национальной общины? Это только в кино герой легко справляется с целой ордой вооруженных ножами кавказцев. На деле — даже от одного человека с ножом в руке надо бежать, как профессиональный спортсмен со старта. Человек, вооруженный ножом — страшная сила. Если только нет пистолета. Или автомата.

Второй путь — это героически вступить в схватку, огрести пилюлей, и со сломанным носом, отбитыми ребрами и рассеченными губами шлепать домой, чтобы потом неделю отлеживаться и сводить черно-зеленые синяки. Плавали, знаем. Женушка моя бывшая некогда настреляла глазками в ночном клубе — она любила (любит) ходить по таким местам. А я потом сражался аки лев, заработав ко всему прочему здоровенную опухоль мошонки, полученную на полу, когда меня пинали ногами вот такие вот борзые джигиты. После этого я их сильно не залюбил.

Кстати, очень странно — почему они никогда не нападают в одиночку? Нет, не так — нападают-то они в одиночку, но потом из-за угла выскакивает еще штук пять таких же «героев», и начинается самый что ни на есть мерзкий замес. С самой юности этого насмотрелся. Нет у этих людей ни чести, ни совести. Приезжают в наши города дикие, будто только что с гор спустились, и ведут себя абсолютно безобразно. Кстати, в тот раз даже полицию вызвали, но…никого, как это у нас водится, не нашли. И запись с видеокамеры оказалась испорчена. Потом узнал — тот клуб держит один из этой общины. Мент мне и подсказал — мол, не рыпайся, если не хочешь проблем. Все равно никого не найдут. Может он посоветовал мне от чистого сердца, может, был на жалованье у шпаны, но результата он все-таки добился. Я плюнул и забрал заявление.

Единственный человек, который был доволен происшествием — моя женушка. Вот уж она потом оторвалась в постели с героем эпической битвы! Как сказала — ее возбуждают мои боевые раны. А отбитый член стал даже толще, чем до ранения! Так что…

Тогда-то я впервые и задумался, нужна ли мне жена, которая строит глазки чужим мужикам и втравляет меня в большущие неприятности. Ну а она, как выяснилось, думала о том как бы погулять, пока молодая. Она так мне и сказала, когда мы расставались: «Я еще не нагулялась! А ты…рохля! И в постели…так себе». Не, я все равно ее не побил. Так…пощечину дал, и хватит. И это тоже было воспринято как доказательство того, что я рохля. Правильный мужик отмудохал бы ее, потом поставил раком, и… По крайней мере, она точно так это себе представляла.

Как оказалось у моего нового тела есть свои хорошие особенности. Например — ранее я никогда бы не смог поднять над головой шестидесятикилограммового мужика и запустить его через танцпол. А тут — приподнял, как мешок цемента, вздернул над головой, и…вуаля! «Что такое: «Летит, визжит и машет когтями?». Ответ: «Электромонтер сорвался со столба»». Вот и этот — визжал и махал конечностями. А потом еще и проехался по полу, остановившись у подиума, на котором должны были танцевать стриптизерши.

Двое других джигитов отправились следом за первым, с разницей только в том, что один вроде как попытался полезть в карман, предположительно за ножом, другой громко матерился и обещал устроить мне всякие непристойности, что-то вроде: «Билят казол пиродас! Епт мат! Я твой мама ипал! Я твой дом труба шатал!» Этому я еще и пинка добавил — влет, как мяч отправил в ворота. Синячина у него будет на жопе — с тарелку, не меньше.

Самому понравилось — все-таки тело я себе сделал качественное, да еще и развил упражнениями — то с игроком сражался, мне тогда написали, что я получил прибавку к силе и скорости, то с лесной-полевой нечистью. И болотной тоже. Вывод: Игрок гораздо сильнее обычного человека. И быстрее.

— Что здесь происходит? — возле меня, как по волшебству, выросли три демона-охранника. Огромные, выше на голову, демоны смотрели на меня пристально и с осуждением, в руках волшебные палочки, которые в обычном зрении выглядели дубинками-«демократизаторами».

Спокойно, не выдавая волнения, объясняю:

— Эти три господина заняли мой столик и потребовали, чтобы я покинул свое место, оставив им моих женщин. Я был вынужден выдворить их силой.

— Не убил? — мрачно-спокойно спросил похожий на Шварценеггера могучий демон, под иссиня-черной кожей которого перекатывались мышцы, когда он переминался с ноги на ногу.

— Нет. Скоро очнется — уверенно заявил я, поглядывая на лежащего у подиума придурка.

— Хорошо — кивнул демон — Вытащите их отсюда. Извините за беспокойство. И вот еще что…когда будете уходить, посматривайте за спину. Эти мерзавцы мстительны.

Я слегка ошеломленно кивнул, и проводил взглядом демонов, которые как кутят тащили пусть и не слишком объемистых, но все-таки тяжеленьких парней. Один демон нес сразу двоих, и не было видно, что он так уж слишком напрягается. Сильны инфернальные существа! Кстати, между прочим — рога у них очень даже острые. Боднет — и брюхо насквозь. Или через пробьет.

Невольно пощупал макушку — женушка не раз наставляла мне рога. Демоном от этого я не стал, но…острые отростки могли бы и вырасти. Кальция наверное не хватило, ага…

— Никого не убивать — если только нет реальной опасности! — погрозил мне пальцем старший демон, и покинул место происшествия, добавив напоследок — В пределах клуба! Похоже, что Игроки здесь находятся в привилегированном положении… — подумал я, и подсел к своему столику, где сидели мои дамы, внимательно и с некоторым испугам наблюдая за происходящим.

— Андрей, ты…кто? — наконец выдала молчащая до сих пор Галя — Какой-нибудь мажор? Почему они тебе ничего не сделали? И за меньшее выгоняют из клуба, а тут… И да — силен! Я аж кончила от возбуждения, когда ты этих парней закинул на площадку! Можно я пощупаю у тебя мышцы?

Галя придвинулась ближе, обеими руками взяла меня за бицепс правой руки, и горячо выдохнув мне в ухо, тихо сказала:

— Если у тебя все такое твердое…ты моя мечта!

— А муж? — автоматически спросил я, отворачиваясь от вздымающейся объемистой груди девушки — Он не мечта?

— Нет — твердо отрезала Галя — Одно безобразие. Пожрет, и давай в танчики играть. Не поверишь — я раз курьера заставила трахать себя прямо на пороге комнаты. Так муж даже не оторвался от экрана. После этого я решила — да пошел он к черту! Что я, мужика не найду? Да получше чем он, с его десятью сантиметрами! Тьфу!

— Так разводись. Какого черта с ним живешь? — рассеянно сказал я, перекрикивая начавшую громыхать музыку — Чего плачешь, а сама с ним живешь? Если он такой…убогий! Найди себе мужика с хреном побольше, который будет тебя целыми днями и ночами драть — а муж пусть занимается любимым делом. В танчики играет. Что, лучше вот так, по клубам мужиков снимать?

— Ничего ты не понимаешь…как и все мужики — вздохнула Галя — Ну во-первых, дочка у нас. Для нее развод будет психологической травмой. Во-вторых — имущество делить. Ту же квартиру. В третьих, муж хорошо зарабатывает, он программист. Ну, пошлю я его, и что? Кого найду? Все хорошие мужики расхватаны, остались или совсем никудышные — а они мне зачем — или такие как ты, которым семейная жизнь нахрен не нужна. Им бы бабу как следует отодрать, а потом пускай идет к мужу. Понимаешь? Вот ты — позовешь меня замуж?

— Да прям с понедельника! — ухмыльнулся я — Чтобы ты потом зад подставляла всяким там самцам? Нахрена мне это нужно? Отодрать, как ты выражаешься — это можно.. А жениться не хочу. У меня уже был печальный опыт — такая же как ты была. Застал ее с членом моего друга в заднице. Бывшего друга. Ну и…все.

— Круговорот друзей в природе! — прыснула Галя — А друг в заднице…это неплохо! Познакомишь с бывшим другом?

Она расхохоталась, я тоже не выдержал, хохотнул. Даже Настя улыбнулась, хотя до сих пор сидела нахохлившись, мрачная и отрешенная. Видимо жалела, что пришла в этот вертеп. Кстати — я тоже слегка жалел.

Похоже, что мы уже были пьяны. Такую чушь несем, да еще и смеемся шуткам друг друга. Сомнительным шуткам, надо сказать. Пока сидели, выпили — девчонки по бутылке красного вина (взял Чилийское, оно сейчас очень недурное), я пил вискарь, и похоже что уже крепко наклюкался. Виски конечно же без льда — я что, какой-то америкос, чтобы разбавлять водой? Чертовы извращенцы… Кстати, удивительно, что еще хорошо держусь на ногах. Танцевал как трезвый…наверное (сам себя-то не видишь!). С девчонками общаюсь, и язык не заплетается. Опять же — джигитов запулил и даже не пошатнулся. В общем, за это надо выпить.

Мы выпили то, что осталось, и тут как раз объявили долгожданный стриптиз. Ну что сказать…после получаса просмотра мне стало откровенно скучно. Ну что я там не видал? Девки как девки — сиськи силиконовые, стринги в попу. Ну…ноги хорошие, да. Длинные. Задницы крепкие. Может даже излишне крепкие — вон какие могучие мышцы перекатываются, видать из тренажерного зала девки не вылезают. Вот, в общем-то, и все. Извиваются, дрыгаются на шесте, отлячивают зады, будто на унитаз садятся — нафиг мне такие танцы? Дешево как-то…неинтересно.

Я уже хотел предложить уйти и продолжить гулянку у меня дома (этим и должно было закончиться, иначе для чего я сюда притащился?), когда на сцену вышла абсолютно голая мпечка. Зеленая, блестящая, ну эдакая ящерка на двух ногах! Только без хвоста. И снова я поразился — насколько мпечки похожи на персонажа из фантастического боевика про людей-Х. Как там ее звали? Мистик. Вот как. Так вот, если перекрасить Мистик в зеленый цвет — это и будет мпечка. Очень, очень похожи!

Сидел, и забавлялся, переключая зрение на игровое, и обратно. В обычном зрении — девчонка, как девчонка — лет двадцать пять, скорее всего старше. Фигура, как фигура…ничего экстраординарного. А вот в игровом зрении…стройная, блестящая, чешуйки сверкают! Глаза — желтые, светящиеся, с вертикальными зрачками. Сиськи небольшие, но сразу видно — никакого силикона.

Кстати, не видел ни одной толстой мпечки. Все стройные, будто целыми днями трудятся в спортзале. Есть совсем худенькие, молоденькие, есть в возрасте, но с очень даже соблазнительными формами, но толстух ни одной.

Ящерицы не бывают толстыми, и это понятно. Кстати, впервые вижу абсолютно обнаженную мпечку (если не считать ту, на пляже). Все особи женского пола этой расы, которые попадались мне после моего воскрешения, были одеты практически так же, как обычные девушки, если только малость раскрепощеннее — короткие юбки, топики, шортики. Но до сих пор ни одной нагой мпечки не видел. И вот — лицезрею. Да еще как! Она будто задалась целью показать все сокровенное — задирая ноги на шпагат, сладострастно извиваясь, катаясь по полу и вертясь вокруг шеста. И теперь я уверился в том, что строение ее…хмм…скрытых от глаз частей тела ничем не отличается от строения обычных человеческих девиц. Ну…по крайней мере на первый взгляд.

Зрелище очень даже впечатляющее. Нет, не демонстрация гениталий — я не малолетний дрочер, чтобы на одном этом зацикливаться. Гибкое тело, сверкающие чешуйки, красивое нечеловеческое лицо, сексуальные движения…волей-неволей возбудишься. Даже если ты ангел во плоти. А я не ангел. Точно не ангел.

Потом была упыриха. Эта не впечатлила, хотя тело у нее не менее ухоженное, чем у мпечки. Кожа серая, глаза красные, а в остальном — девка, как девка. Мне серые не нравятся.

За ней снова была мпечка — совсем молоденькая, худенькая, но тоже очень красивая.

А вот женщина-демон меня поразила! Валькирия, мать ее за ногу! Бодибилдерша на подиуме! Схватит за причинное место, размотает, как пращу — и метнет любовника куда подальше! Надоел, мол! Лети, поганец!

Нее…такой хоккей нам не нужен. То есть — такие бой-бабы. Но красивая зараза! Мышцы переливаются, черная кожа блестит, рожки сверкают — видимо выкрашены золотой краской. А язык — длинный такой, раздвоенный — достает до черных сосков и облизывает их, будто змея яйца в гнезде несчастной птицы. Возбуждающе! Теперь уже не жалею, что пошел смотреть стриптиз. Представление из скучного и обыденного превратилось в нечто…хмм…нечто ранее мной не виденное.

Из клуба мы пошли устойчивой сексуальной группой. Устойчивой потому, что поддерживали друг друга, а шесть ног лучше, чем две. Я в центре, девицы висят на мне, усиленно тараща глаза и пытаясь осознать — где находятся и куда несет их судьба в моем лице.

На выходе, когда получал свою палочку ( при входе на нее приделали номерок, а мне — жетончик), демон-охранник тихо сказал:

— На улице три машины. В них пятнадцать человек — и трое тех, кого ты запулил на площадку. Осторожнее.

Я тут же протрезвел. Ну вот так — взял, да и протрезвел. Может у меня организм такой теперь? Хочу — пьянею, хочу — трезвею. Особенно, когда выпью лечилку. А я — выпил. Потом пару пузырьков маны — увеличил объем, вдруг не хватит? Девчонок придержал, тоже наклонился к охраннику, спросил:

— Если машины загорятся, с вас спросят?

Охранник поморщился, помотал головой:

— Так-то не спросят, это же не в заведении они загорелись, но…лучше не надо. Вонища, опять же — лишнее внимание власти. Постарайся обойтись без этого. И кстати — услуга за услугу — видел Игрока, шастает тут…может просто так, может охотится — поберегись.

Я снова поблагодарил, и подхватив под руки совсем уже разомлевших девчонок, пошел на выход из клуба. Толкнул двери и тут же окунулся в летнюю удушливую ночную жару. Еще и влажную жару — потому что недавно прошел дождик, и все это добро теперь испарялось с тротуаров и мостовой.

Возле входа в клуб стоят три машины — две приоры (чем выше горы, тем ниже приоры!), и одна иномарка, вроде как опель, не присматривался. А возле них — толпа человек двадцать. Я даже удивился — машины-то три! Как уместились? И только потом сообразил — остальные бойцы могли быть и в клубе. Или подойти, пешком. Интересно, как менты пропускают на проспект машины этих ублюдков? Башляют, что ли…вообще-то здесь пешеходная зона.

Ну а дальше мне было не до размышлений. Первое, что я услышал, это был крик — гортанный, на неизвестном мне языке. Но никаких сомнений не было — кричали по поводу появления моей многострадальной особы. Что-то вроде: «Вон этот казол я его дом труба шаталь! Бей ишака!». И события закрутились, как в дурном кино…

Интересно, что видят обычные люди? Что у меня сейчас в руках? Шокер? Или этот…как его…ну тот, что стреляет иглами…тазер! Вот! Тазер!

Бах! Бах! Бах!

Трое упали и подергиваются в судорогах.

Бах! Бах!

Еще двое.

Бах!

Один, возле машины — сползает, держась за дверцу руками.

Волшебная палочка, или как это называется на языке Игры — «концентратор» — бьет мгновенно, будто силой мысли. Впрочем — почему «будто»? Именно что мгновенно. И не надо никаких: «Дерьмокадавра!» Просто ты думаешь о том, что хорошо бы свалить этого благородного дона, и благородный дон валится на землю, держась за живот и радостно похрюкивая. Или не радостно? Просто блюет? Ну…каждый видит мир по-своему! Я вот позитивно на него смотрю.

Всех не добил. Услышал вопль на неизвестном языке, и во всем вопле было только одно знакомое слово: «ствол». То есть они решили, что я стреляю из чего-то вроде травмата, а значит…

Первая пуля ударила мне в грудь, и если бы я заранее не принял меры, и не включил защитное поле — точно бы вошла под кожу. По крайней мере, синячина у меня остался бы размером с тарелку. А так — пластиковая пуля скользнула в сторону, и чиркнув по плитам покрытия ушла в небытие. Слава богу, по причине позднего времени народа на улице было мало. Такая пуля легко высадит глаз.

Вторая ударила в лицо, и не потому, что меткий стрелок — видать у козла руки тряслись, палил, куда попало. Из пяти выпущенных пуль попали только две.

Самое хреновое, что я не мог применить волшебную палочку — козленыш прятался за машиной, а через машину магия не пробивала. Попробовал, да. А эта тварь высовывалась из-за капота и палила в меня, как из автомата.

А через минуту у меня кончилась мана. Сам не знаю как — но кончилась! Вот сейчас была, и теперь нет! И следом — кольнуло в сердце. Сильно так кольнуло, я аж задохнулся. А потом еще, еще раз! Изо рта у меня выбулькнула кровь — густо так, не фонтаном, но…подбородок в крови, грудь в крови, а дышать стало совсем уже невозможно.

Я сразу-то и не понял, оборачиваюсь, и вижу, что позади меня стоит красивая девушка лет шестнадцати, не больше. Ну, очень красивая! Таких красивых я видел только на картинке — супермодели, которых с детства родители приставили к корыту с деньгами. Смотрит на меня огромными глазищами, и грустно так говорит:

— Прости…ничего личного! Игра, есть Игра!

В руке девушки тонкий стилет, по-моему даже граненый. Таким удобно закалывать рыцарей — сбил его с ног, и суй в щели лат эту штуку. Куда-нибудь да попадешь, и отправится рыцарь на небеса, а его доспехи — оружейнику.

— Убили! Убили! — слышу я крик, и визг девушек, с которыми я вышел из клуба. Вот же облом! Я уже представлял, как поставлю эту Настю в правильную позу, и…а потом спрошу, кто лучше — я, или муж. Само собой, ожидая правильного ответа. А сейчас вот сдохну здесь, под ногами у поверженных мной мелких джигитов, бесславно получив свою погибель из рук какой-то мелкой девчонки.

Обидно, да. За все обидно! И лечилок больше нет…я ведь истратил их для того, чтобы изгнать алкогольную интоксикацию. Как бы сейчас они пригодились!

Я все еще стою на ногах — прошло секунды две с того момента, как меня убили. Но тело отказывается признать неизбежное, тело борется, пытаясь протолкнуть кровь израненным насосом. Но сердце рассечено в нескольких местах, и легкое тоже поранено, скоро от недостатка кислорода я потеряю сознание. Все, что остается, это лишь как следует запомнить лицо этой подлюки, воспользовавшейся случаем, чтобы потом найти ее и отомстить.

«Раиса. Игрок. Пятидесятый уровень» — читаю я, и с досадой понимаю, что никаким образом мне эту самую Раису не одолеть. С моим двадцатым левелом — даже думать нечего.

Я валюсь на мостовую, сознание медленно, но верно гаснет. В ушах звон, шум — кричат люди, слышу женский визг, гортанные крики джигитов, а еще — тихий голос возле моего уха:

— Ты красивый парень, но мне нужны деньги. Прости.

И вот я уже лечу в пустоте, вертясь, как брошенный по воде камень. Лечу это я, лечу…лечу…лечу…

Бам! И уже стою перед памятником с моей фотографией. Оградка, скамейка — все, как положено. Сердце даже защемило — представил, как папа с мамой садятся на эту скамейку и смотрят на мое фото. А мама тихо плачет… Лучше бы я совсем умер!

«Тебе предоставляется выбор. Ты можешь нажать на «да», и навсегда прекратить свое существование. Или нажать «нет», и продолжить игру. Ты должен сделать это в течение одной минуты. Отсчет пошел!»

И в самом деле — начали мелькать цифры. Мелькают, мелькают… И тут же мысль: «А почему не сказали, что будет, если я ничего не нажму? Отсчет-то для чего-то пошел! Вот же скоты…ясное дело — гадость какую-нибудь учинят. Или превратят меня во что-то, или отнимут умения — что хорошего от них ожидать?

Протягиваю руку и жму на зеленую кнопку со словом «нет». Поживу еще! На кого я Ольку оставлю? Она без меня тосковать будет! И отомстить хочется — ту девку покарать. Глупо, конечно — куда мне до пятидесятого левела, но…не вечно же я буду сидеть в двадцатом.

«Ты выбрал жизнь. Поздравляем! Но вынуждены огорчить: со смертью ты потерял один уровень. Теперь у тебя двадцать второй уровень. Итак, ты был убит, но ожил. Чтобы снова войти в мир, нажми кнопку «Старт». Или не нажимай ее, и оставайся призраком. Через двадцать четыре часа ты исчезнешь, растворившись в Великом Ничто»

Сволочи. Гады! Так и подталкивают к суициду! Нет бы утешить, помочь… Никакой жалости, никакой терпимости. Чуть что — распылить! Уничтожить!

Кстати, а чего там про левелы? Откуда двадцать третий? Я же только что был двадцатым! Может, за джигитов добавили? Вполне вероятно. На первых уровнях всегда идет легче, проценты набиваются как зерно комбайном. А вот уровня с сорокового…

Впрочем, может здесь другие правила? Хмм…кот ведь говорил, что здесь нет никаких правил, и что Игра может меняться буквально на глазах. Что сегодня запрещено, то завтра будет разрешено. Что-то вроде такого.

Обидно, все-таки…девчонка сделала меня, как дитя. Хотя я прекрасно понимаю, что она совсем даже не девчонка, может ей вообще сотни две лет. Или больше. Это же Игрок, а Игроки сами себе выбирают внешность. Выбрала она ангелочка шестнадцати лет — значит, такой ей и оставаться. А в жизни могла быть старой толстой бабой на седьмом десятке.

Хмм…хорошо, наверное, когда вот так — в жизни некрасивая, больная, до смерти осталось считанные годы, и вдруг…опа! Ты молодая красотка! И делай — что захочешь, ничего тебе за это не будет! Потому что правила для людей, а ты уже не человек. Ты Игрок! И можешь творить любой беспредел. Тюрьма тебе не страшна — ты переживешь всех тюремщиков. Убить обычные люди тебя не могут — только Игроки. Болезни тебя не берут — если только это не болезни от проклятия и порчи. Но и от них есть лекарства, те же лечилки, снимающие магические наговоры.

Рад ли я том у, что попал в Игру? Не знаю. Честно — не знаю. С одной стороны — новое, интересное, живое. С другой…родителей жалко. Очень жалко.

Но да ладно. Что получилось, то получилось. Надо жить! А значит…жму кнопку.

Оп! Жарко, очень жарко! Солнце! Когда стоишь призраком, тебе ни холод, ни жара ни почем. А тут… Интересно, а сколько времени я пробыл в безвременьи? Убили меня вечером, считай ночью, а сейчас — день. Нет, все-таки утро. Солнце еще не высоко стоит.

— Бесстыдник! Я сейчас полицию вызову! Извращенец!

Это проходящая мимо пожилая женщина — с искренним возмущением. Ничего не понимая, уставился на нее, а она пошла дальше, укоризненно мотая головой.

— Хи хи хи… — две девчонки лет по семнадцать. Стреляют глазками, что-то шепчут друг другу, оглядываясь на меня.

Да мля! Что за херь?!

Женщина лет сорока, с остатками былой красоты — на губах улыбка, проходит мимо, вздыхает, смотрит…куда она смотрит?! Ах ты ж черт! Я голый! Как есть голый — ни одной нитки на теле! Если не считать прилипшей паутинки. Они что, посчитали меня за извращенца, который показывает женщинам член?! О господи…еще и зафотают — вот будет история!

Вдруг почувствовал, как под взглядом возрастной красотки возбуждаюсь, что вызвало у нее еще больший интерес. Она довольно кивает и поднимает большой палец, а я невольно зажимаю ладонями низ живота, будто боясь, что дама сейчас в него вцепится. Уж больно у нее был плотоядный взгляд.

Быстро удаляюсь, прячась за куст вишни, каким-то образом выросший у могилы (вроде новые могилы, откуда здесь такие большие кусты?!), присаживаюсь на корточки и перевожу дух. Теперь надо как следует поразмышлять.

Итак, я…в жопе. Голый, без денег и документов. До дома — двадцать с гаком километров по оживленным улицам города. У меня ни телефона, ни банковских карт. Я голодный (аж живот бурчит), у меня босы ноги — того и гляди на колючку напорюсь, или на гвоздь — и…и этого достаточно. Что делать?

Вот же все-таки сволочи эти создатели Игры! Ведь в прошлый раз я ожил в одежде! Почему сейчас такой беспредел?! За что?! Постоянно меняют правила! Постоянно подставы! Ну, гадюки…добраться бы до вас! Ух, мерзавцы…

Сижу, покрываюсь потом, отмахиваюсь от мух и комаров. Ай! Сука! Слепень! Еще один! Да что за свинство?! Срываю веточку вишни, отмахиваюсь, будто бьюсь на поле брани. А тут уже собралась целая стая! Говорят, что насекомые безмозглы и ничего не понимают. Одни инстинкты. Щас прям! Сколько раз замечал — стоит задумать сафари на мух — они тут же куда-то прячутся. Вот только что летали, бах! И нет ни одной. После этого расскажите мне о том, что разума в тварях ни капельки. Вот и чертовы оводы — жалят, будто знают — я никуда не денусь, и мне волей-неволей надо сидеть в кустах. Господи, как есть хочется…

— Вылезай! Ишь, спрятался! Все равно достану!

Я едва не вздрогнул. А голос знакомый. Да, точно — тот самый козел, что убил меня в первый раз. Вот сука! Он так тут и промышляет, гаденыш!

— Пошел на….й! — отвечаю я угрюмо, и кидаю в татя куском цементного раствора, оставшегося от установки оградки.

— Щас сам пойдешь! — скалится супостат, и подобрав с земли обломок кирпича, с силой швыряет его в меня. Я едва успеваю отбить рукой каменюку, и рука сразу же отсыхает, начинает болеть — сильно ушиблена ладонь.

— У меня ведь ничего нет, сучонок! — пытаюсь наладить диалог — Я голый, ты, урод! С меня нечего взять!

— Ну, во-первых, ты, сука, мне задолжал. Я тебя теперь буду убивать каждый раз, как ты появишься. Загоню в минуса. А может и вообще вылетишь из Игры. Во-вторых…у тебя есть жизнь, проценты. Я на тебе левел подыму, что тоже недурно. Так что…иди сюда, гаденыш! Неохота ботинки пачкать. Но если запачкаю, я тебя не просто так убью, я тебя еще и выпотрошу! А потом член отрежу и в рот тебе засуну!

— Свой член? — осведомляюсь я — Отрежешь и засунешь? Изврат поганый!

— Что?! Ах ты ж сука…н-нна тебе! На!

Кирпичи летят в меня так точно, что если бы не развившееся умение уклоняться — он бы мне запросто разбил башку. А так — верчусь, как могу, уклоняюсь, отбиваюсь. И вижу цифры, которые вылезают на включенном мной дисплее: «Плюс десять к скорости…плюс десять к ловкости…плюс десять к боевым умениям…» — ну и так далее.

«Врагу не сдается наш гордый Варяг…»…но как же не хочется умирать! А вдруг не вернусь?! А вдруг кану в небытие? Мне вообще-то стало нравиться жить в этом мире! Я поиграть еще хочу! «Мы маленькие дети, нам хочется гулять!»

И такая меня взяла ярость, так торкнуло, что от злости аж в глазах потемнело. Сам не знаю как решился — выпрыгнул из куста, как леопард на добычу. Плевать на то, что у него нож! Плевать, что под ногами колючки, гвозди и стекла! Погибать, так с музыкой!

Он успел выхватить нож, но я перехватил руку, и мы стали бороться, кряхтя, матерясь сквозь зубы, и пытаясь лягнуть друг друга побольнее. Мне доставалось больше — он был выше уровнем, а еще — обут в ботинки. Я босой и больной — голодный, вялый, с дрожащими руками и ногами. Мне бы сейчас лечилку выпить, я бы тогда точно поправился, но…чего нет, того нет.

Наконец, он стал побеждать. Тяжелый удар пяткой мне в живот, расплющенные каблуком пальцы правой ноги, удар коленом в нос, от чего у меня по лицу обильно заструилась кровь, и я уже ничего не могу поделать. А он продолжает, радостно смеясь и приговаривая: «Ну что, сучонок, нравится тебе?! Нравится! Н-на! Еще! Получи!»

Почти теряю сознание от боли, шатаюсь, перед глазами красная пелена. Если бы я не был Игроком, скорее всего уже бы валялся, выблевывая внутренности и кровь. Но я Игрок, и меня не так просто убить. Но и у меня есть предел прочности, и похоже что он перейден.

Падаю на колени, ожидая последнего удара, который отправит меня в бессознание, или совсем в небытие. Жду. В душе уже ни-че-го, кроме пустоты и тоски. Одно меня мучает, одна мысль: Олька. Как она без меня? Погибнет ведь! Девчонка в городе не привыкла! Что будет есть, как будет пить? Дома еды мало, она даже выйти не сможет, мелкая! Ах ты ж черт…ну как же не повезло!

Жду. А удара все нет. Кто-то хрипит рядом и булькает. С трудом открываю глаза, и вижу…что?! Ты откуда взялась?!

Мой недруг тоже стоит на коленях, а на шее у него висит…Олька! Кровь фонтанирует из перегрызенной глотки врага, он пытается оторвать от шеи кикимору, и только лишь еще больше разрывает плоть! Секунда, две…мой бывший противник со шлепком падает на землю, а Олька урча и завывая, как разъяренный кот, продолжает терзать его тело. Прошло минимум секунд двадцать, прежде чем кикимора оставила труп в покое. Оторвалась от него, и поковыляла ко мне, прихрамывая и улыбаясь во все свои… сколько там у нее зубов? Точно больше, чем у человека! И острые, как у акулы!

Господи, как я был ей рад! Вот честно — никогда и никому так не радовался в своей жизни! И даже прослезился. Слезы потекли по щекам, промывая дорожки в красной, густеющей в черноту корке.

— Милая моя! Олечка! Как я тебе рад, если бы ты знала! Иди сюда моя хорошая, иди…к папочке! Умница моя! Славная моя девочка!

Кикимора снова заурчала, только не так, как тогда, когда убивала моего врага, а нежно, тихо, как кошечка, запрыгнувшая «на ручки». Со стороны она сейчас и выглядела как большая черная кошка. Я же ее видел такой, какой она и была — зеленоватая кожа, огромные глаза с вертикальными зрачками, и…вдруг заметил, что Олька все больше походит на человека. Раньше она напоминала нечто среднее между оборотнем из ужастика и здоровенной худой лягушкой, но теперь…ножки, ручки, даже морда стала более человеческой — если на обращать внимание на огромный рот, полный акульих зубов. С удивлением и некоторым…трепетом, что ли — заметил у Ольки некоторые признаки, указывающие на принадлежность к женскому полу. Эдакая уродливая зеленокожая девчонка лет четырех, только очень маленькая для ее лет.

Впрочем, на этом сходство и заканчивалось, стоит только посмотреть на узлы мышц, перекатывающихся под зеленой кожей. Олька была невероятно сильна, это я уже знал, а еще — она была горячей, будто болела лихорадкой. Но это и нормально — как рассказал мне Феникс, обмен веществ у кикиморы гораздо более быстрый, чем у человека, в разы более быстрый. Потому и скорость движения у них не в пример человеческому, и регенерация можно сказать молниеносная. Да и сила, как у былинного богатыря. Когда Феникс это рассказывал, он в очередной раз удивился моей удачливости на охоте — кикимору практически невозможно убить. Для этого надо быть высокоуровневым Игроком, но даже при этом фактор удачи не исчезает. Кикиморы воевать умеют. Ведь как ни странно, при своем быстром обмене веществ они живут много сотен лет. Возможно той кикиморе, которую я убил, просто-напросто пришла пора умирать, и вышла она из болота именно для этого. А я послужил чем-то вроде прибора для эвтаназии. Это похоже на то, как киты по какой-то причине выбрасываются на берег и умирают. Причину самоубийств не знают и до сих пор. Гадают, строят версии — как и всегда происходит в среде ученых, современных шаманов, прикрытых «корочками» академиков и членкоров.

— Иди ко мне, моя радость! — я притянул к себе кикимору, и она улыбнувшись во всю ширину своего жабьего рта, лизнула меня в губы раздвоенным черным языком. Пахло от нее болотной гнилью и свежей кровью, но господи, как же я был ей рад!

А потом она вдруг принялась меня лизать — щеки, нос, губы, уши, слизывала всю кровь, которая на мне была, лизала раны, нанесенные руками и ногами негодяя, и раны щипало, как от спиртовой протирки. А потом они переставали болеть. Уж не знаю, что такое было в слюне Ольки, но только действовала она так, будто это был заживляющий гель с элементами лекарской магии. Через полчаса мое разбитое, распухшее лицо приобрело более-менее приличный вид (я его ощупывал, зеркала-то у меня нет!)

Закончив сеанс лизания, Олька с ожиданием уставилась на меня, редко моргая, продолжая лыбиться и поглаживая меня по плечу то ли лапкой, то ли уже…рукой. А я думал, что же мне теперь делать. В голове просветлилось — слегка отошел после жестоких побоев, или это слюна Ольки так подействовала — магическая ведь, не хухры-мухры, так что теперь я мог нормально думать. И вот что надумал:

— Оленька…мне надо что-нибудь поесть. Ты не могла бы побегать по могилам, там оставляют подношения для помина души — хлеб, яйца куриные и все такое. Найди их, пожалуйста, принеси мне. Еще — мне нужны лечилки, а то ребра болят. Похоже, что этот гад сломал их.

Олька обернулась на труп моего врага и злобно заурчала, а я утвердился в своем выводе — кикимора все понимает. Только пока что говорить не может. Но это даже к лучшему. Женщины, они такие — стоит им дать слово…потом не остановишь. Весь мозг вынесут! А умненькая, да молчащая — лучшая подруга в мире! Хе хе…шутка, да.

— Там бабочки летают…в них есть деньги, лечилки и все такое. Побей их, ладно? Забери лечилки и денежки. А я пока этого гада раздену и переоденусь.

Олька заурчала, улыбнулась, лизнула меня в пупок, и скрылась в кустах с такой скоростью, что размазалась в пространстве. Даже глаз не успел заметить, куда она понеслась. Ну а я принялся мародерствовать.

Нож. Хороший нож! Берем. Штаны — берем! Рубаха спереди в крови — а куда деваться? Берем. Где-нибудь выполоскаю. Хорошо, что по размерам мы с этим гадом практически одинаковы — все ставят своему аватару рост примерно 185-190, все атлетического сложения и плечистые. Так что Игроки слеплены будто по одному лекалу. Все мы мечтаем быть двадцатипятилетними красавцами с длинными ногами, и руками, украшенными тугими бицепсами. И только потом все понимают, как они промахнулись. Незаметность — вот залог здоровья и долгой жизни.

Трусы брать не стал, побрезговал. А по карманам прошелся, и был приятно удивлен — деньги были! Этот козленыш кого-то недавно убил и забрал его «подъемные». Так что теперь мне нечего бояться! Доеду на такси!

Ага…если вызвать сумею. Телефона-то нет. Остался там, на месте моей гибели. Интересно, остался ли? Барахло лежит на месте сутки, если я не ошибаюсь. Впрочем — может уже и не лежит. Игроки ходят мимо, заберут, опять же — эта дурацкая Игра постоянно меняет правила. То лежат, то не лежат, то могут лутать, то нет. Все сложно.

Олька прибежала через полчаса, принесла…круг сухой колбасы (вроде как Краковской), аппетитно пахнущей чесноком, полбуханки хлеба, и…бутылку водки. Откуда взяла — загадка! И как дотащила — тоже. И кстати, про водку я ничего не говорил — и как догадалась? Пить правда не стал — но кто мешает водкой умыться? Омыл лицо, руки, на голову налил, смывая сгустки крови. Заодно и продезинфицировал. А Олька, притащив сокровище, снова унеслась — видимо, уже на охоту. Ну а я стал уплетать колбасу, чувствуя, как с каждым проглоченным куском мне становится легче и легче.

Появилась кикимора через полчаса, держа в охапке кучу пузырьков-лечилок, которые я тут же стал пить, с наслаждением ощущая возвращение здоровья. Перестали болеть сломанные ребра, рассосались синяки, нос снова стал прямым и красивым, и вообще — жизнь заиграла новыми красками. И все благодаря моей Ольке!

Она хотела снова убежать охотиться, но я ее поймал, посадил «на ручки», и некоторое время сидел, укачивая, как младенца. Она урчала, щурила глаза, улыбалась, обнажая зубы-ножи, и мне было так хорошо, как не было уже долгое, очень долгое время. Жив, здоров, Олька рядом — что еще нужно для счастья?! Если только еще заняться геноцидом отдельно взятого Игрока…сука, я ему не прощу!

Вздохнул, и глядя в глаза Ольке, объяснил ей, что надо сделать. Она подошла к голому трупу, секунд десять всматривалась в лицо покойника, а потом взяла с места в карьер и понеслась на поиски заветной могилы. Ну а я зашнуровал ботинки поверженного врага, сунул трофейный нож в специальные ножны, приделанные к тыльной стороне рубахи, и приготовился ждать, сидя на скамейке и размышляя о превратностях моей суетной жизни.

Когда ты сыт, жизнь уже не кажется такой пропащей. И ты не кажешься себе жалким неудачником, которого можно пнуть в пах, и он не ответит обидчику. Кстати сказать, меня ситуация с этим самым пинанием уже реально напрягла. Как сказал один известный ябловед и грушелюб: «Не надо ждать милостей от Природы! Наша задача — взять их у нее!». Если заменить «Природу» на «Игру» — будет самое то.

В общем, я решил стать хитрым, жестоким и беспринципным — как и положено Игроку. Мягкотелые, интеллигентные тут не выживают. Что и было мне с самого начала сказано вещим котом, которым по цепи шастает, дубы мочой поливая. Только вот я не прислушался, ибо изначально не такой, каким должен быть. И надо было как следует меня отмудохать, чтобы я начал немного соображать.

Когда Олька наконец-то прибежала, я уже был готов. Кикимора запрыгнула ко мне на грудь, и начала что-то такое…говорить?! Ей-богу, в ее урчании и побулькивании слышалась человеческая речь! Гортань болотного чудовища не справлялась, но кое-что я все-таки сумел разобрать. Примерно так разговаривают маленькие попугаи — приходится сильно напрягаться, чтобы разобрать слова. Однако, если постараться, это можно сделать.

— Подем! Подем туда! Нафла! Нафла!

Ага-а…Олька что-то такое нашла. И зовет следом. Ну что же…пойдем!

Шли мы не очень долго — минут пять, не больше, и пришли к могиле, на которой стоял памятник с надписью: «Ткачук Сергей Яковлевич» — и дата рождения и смерти. Молодой, кстати, двадцать лет всего. С фотографии на меня смотрел очень похожий на моего убийцу парень — обычный парнюга, каких на белом свете вагон и маленькая тележка. В лице — ничего криминального. Смотрит, усмехается…немного глумливо усмехается, но возможно, что так мне видится. Я же знаю, какой он козел, вот и проецирую свое отношение к нему на фотографию. Но то, что это именно он — никакого сомнения.

Ну что же…подождем? Надеюсь, ждать придется недолго. Отхожу к соседней скамейке, прикрытой давно отцветшей сиренью, и с интересом наблюдаю за процессом воскрешения покойника. И да, ждал совсем не долго. Буквально пять минут (едва успел!). Воздух замерцал, и в облаке искорок появился мой недруг. Кстати — одетый, между прочим! Вот почему так?! Свинство какое-то! Один в этот мир приходит голый, как младенец, а другой — даже в щегольских ботиночках! Что за читерство?!

Не дожидаясь, когда этот козел оглянется — беру нож за клинок, и со всей дури бросаю в спину негодяю! И как следовало ожидать (метатель из меня хреновый), нож не вонзается в плоть по самую рукоять, как это рисуют в фильмах и книжках, а плоскостью ударяет прямо под левую лопатку «мишени». Спасает то, что нож тяжелый, массивный, а швырнул я изо всех сил — так что этого хватило чтобы сбить противника с ног. Видимо, после воскрешения полоска силы находится на самом что ни на есть низкопроцентном уровне. То-то я жрать хотел, аж ноги от слабости тряслись. И драться как следует с подонком не мог — подерись-ка, когда у тебя осталось десять процентов жизни-силы.

Добила негодяя Олька. Она бросилась к поверженному «воскрешенцу», и впившись ему в шею мгновенно ее порвала. Зубы у чертовки — действительно, как у акулы. Похоже что она может перекусить стальную проволоку без малейших от того неприятностей.

Готово. Ффуухх… На будущее — хватит этих киношных штучек, лучше дубиной по башке шарахнуть, чем эти выкрутасы с метанием ножей. И чего это мне в голову стукнуло? Отродясь ножиками не кидался!

Кстати…а здоровья-то прибыло. Чувствую себя…как никогда! В ножках-ручках бодрость такая, энергия, хоть на стадион беги. Ничего не болит, и…вспомнилась Нийя. Жалко, что не успел с ней…мда. Кстати, а я ведь адрес ее прекрасно помню. Навестить… Муж? И что — муж? Он ее не трахает, да еще и поколачивает. Так что…это не адюльтер, это освобождение.

Что это мне в голову лезет всякое непотребство?! Только что из могилы выбрался — и уже тянет на подвиги. Странно…ну-ка, посмотрю свой профиль…опа! Я тридцатого уровня! Еще — у меня вдруг появилась ветка паладина! Хе хе хе…это значит, что я защитник униженных и обиженных? Убив негодяя, который охотился на несчастных игроков, я получил плюс к карме, проценты к уровням, плюс к силе, плюс к скорости, и…что там еще? А! Я же укротитель зверушек, которые не совсем зверушки! Что там у Ольки? Прочитаем!

«Твой фамильяр достиг тридцатого уровня.У тебя с ним установилась связь. Поздравляем! Фамильяры в Игре встречаются редко, и только у магов, но у тебя он есть. Воспитай своего фамильяра так, как считаешь нужным, и не забывай — теперь проценты уровня делятся на два. Добыл проценты фамильяр — получил и ты, добыл проценты ты — половину получил фамильяр. Если ты умрешь навсегда — умрет и твой фамильяр. Теперь он обречен жить с тобой до тех пор, пока ты его не отпустишь, или до тех пор, пока тебя не убьют. Счастлив тот, у кого есть такой друг — верный, бесстрашный, любящий. Но…есть одно обстоятельство, которое ты должен узнать сам».

— Какое обстоятельство?! Какое, ссука?! — завопил я в ярости, возмущенный таким беспределом Игры. Верный друг, любящий…чего любящий? Мою печень?! Или тестикулы мне откусит, когда я ей надоем?

Ответа, само собой, не последовало. Игра не любит информировать Игроков о том, что к ним крадется большой полярный лис. Как хочешь, так и выкручивайся. Ну как в жизни — ты же не знаешь, что случится через час, или два, или год. Может, будешь жив, а может, и нет! Может гребаный метеорит на башку свалится, или инопланетяне вирус распылят, и все станут монстрами. Да мало ли что может случиться? Человек не знает своего будущего. Что возможно и к лучшему. Нахрена вот знать дату своей смерти? Будешь ждать ее, думать о ней, сходить с ума от того, что эта дата все ближе и ближе.

Итак, у меня тридцатый левел. И все благодаря этому отморозку, которого я решил загнать в минуса. И вот как его загнать? Сейчас он знает, что я его пасу — видит из «подпространства», призраком. Значит — кнопку не нажмет. И какого мне тут сидеть сутки подряд?

Стоп! Там ведь есть условие — если долго не нажимаешь — просто распыляешься в пространстве. Переходишь куда-то там, наверное — в ад для графоманов, которые пишут ЛИТрпг. Кто-то ведь должен поддерживать огонь, подбрасывать под котлы их книжки, на которых они горят? Кто-то ведь должен делать работу, которой гнушаются даже бесы?

Итак, я могу сидеть здесь на скамье, пока этот хрен не проявится, и снова его убить. Могу, да, но не хочу. Мне что здесь, на кладбище, ночевать? Я вообще-то покойников боюсь! Шутка, да. Но с нотками горечи. Как бы я ни хотел заколбасить этого козла, сидеть мне тут сутками напролет совершенно не климатит. А тогда…что тогда? А тогда — вот что.

Я поманил Ольку, и мы пошли в сторону, туда, откуда не было видно могилу негодяя. А соответственно — и нас. И вкратце рассказал фамильяру, что хочу сделать, и почему. Уж не знаю, что она поняла, но когда я спросил ее, сможет ли она все это проделать — Олька расплылась в своей неподражаемой акульей улыбке, и урча потерлась о мое колено. Мол, не беспокойся, друг! Все будет ништяк! Ну а затем метнулась в сторону, да так быстро, что в который уже раз я с трудом успел заметить направление ее движения. Вжихх! И только зеленая тень растворилась в воздухе.

Кстати сказать, зеленый цвет у нее стал на таким уж и насыщенным. А местами кожа вообще приобрела розоватый оттенок. Очеловечивается? Эдак скоро будет похожа на свою мамашу! То бишь — на саму себя. Хмм…запутался! Даже не знаю, как сказать. Если она сохранила память «мамки», ее личность — так как Олька может быть дочкой…самой себе? Чудят создатели Игры!

Забавно. Когда-то люди думали, что всей их жизнью управляют различные боги. Похоже, информация из Игры тихонько просачивалась в мир — Игроки, чем не боги? Сейчас думают, что бог один. Правда у всех он разный, но суть — единобожие. И что мир был создан практически сразу, за считанные дни. Так вот если представить, что весь наш мир Игра — тогда становится совершенно ясно, что теория создания мира, представленная религиями, в общем и целом соответствует действительности. Вот — Олька. Клон своей «матери». Чтобы Олька появилась на свет, как и поколения ее предков, должна была существовать первая кикимора. Эдакая Ева кикиморского рода. Созданная сразу, в один миг. Что это, как не лучшее подтверждение теории создания мира Богом? Богом Игры.

Впрочем, я не теолог, и не собираюсь им быть. Теология не мой конек, потому не буду лезть в эти дебри. Я лучше бы о бабах. Вот тут я спец! Столько порнушек просмотрел — у меня волосы на ладонях уже должны были бы висеть до колен. Хе хе хе…

Опять меня на эту чертовщину потянуло! Вот что значит — полон энергии! Нет, найду я эту Нийю, навещу! «…чудный остров навещу, у Гвидона погощу». Вернее — у Царевны-лебедь.

Прежде чем уйти от могилы негодяя, я снял с него рубаху — она была почище, чем та, которую забрал у моей могилы. Так…несколько капелек крови, и все. Мало ли откуда она взялась? Может у меня нос кровил! А вот та, первая — весь перед залит кровью. Он упал неудачно, прямо в кровавую лужу.

Деньги у меня теперь были, так что могу нанять такси до дома. Правда не знаю, как теперь жить без паспорта — он ведь остался на месте убийства. Как и телефон, кстати сказать. Без телефона такси мне никак не вызвать, придется ловить на дороге. Или идти в администрацию кладбища и просить вызвать машину. Так-то в этом ничего страшного нет — подумаешь, телефон потерял! Или поперли. Но не хотелось светиться. Люди тут ушлые, зачем лишний раз мозолить им глаза? Или не люди. Но то, что ушлые — в этом я совершенно уверен. На кладбищах других работников не бывает. Я слышал о банде, которая существовала в девяностые, или как их называли — «бригада». Так вот они все были «могильщиками», то бишь работали на кладбище, копали могилы. Оказывается, даже в советское время копание могил было невероятно выгодным бизнесом, и не всякому позволяли этим заниматься.

Мне повезло. Только вышел из ворот кладбища — подъезжает такси, обклеенное наклейками известного сервиса. Я к нему. Водила сразу начал вилять задом, отнекиваться, мол, они только по заказам работают, через фирму, бла-бла-бла…а потом заломил мне цену раза в три выше, чем стоило доехать через сервис. Почуял, шакал, что мне деваться некуда — я сдуру сказал, что у меня поперли телефон и вызвать машину не могу. А до остановки транспорта тут идти километра три. Что, впрочем, он и сам великолепно знал — таксист же.

Но я не торгуясь согласился, и через две минуты сидел на заднем сиденье «Логана», машинки уродливой, как моя жизнь, но вполне вместительной и комфортабельной. Единственное, что потребовал от водилы, раз уж он зарядил тройной тариф до центра — пускай кондиционер включит, рожа его протокольная. Жарко ведь! Таксер скривился, но кондюк все-таки включил. Не любят они это дело — он ведь расход горючки увеличивает процентов на двадцать-двадцать пять. И машина не едет — как за хвост ее держат.

Когда подъезжал к бывшему КП ГАИ, а ныне МРЭО, у которого выстроились ряды регистрирующихся машин, почувствовал, как меня накрыла волна наслаждения. Почти такого, как оргазм — наслаждения от…перехода на новый уровень. Или уровни.

Включил интерфейс, проверил…точно! Я теперь Игрок тридцать второго уровня! И снова кармы добавилось! И здоровья! Молодец, Олька. Снова отправила козла на тот свет. Ох, и устроил я ему квест! Горько пожалеет, что со мной связался! И это нормально. Когда-то ведь он должен был нарваться на такого как я?

А с фамильяром мне здорово повезло. Почему так вышло, что этому способствовало — я не знаю. Да и знать в общем-то не хочу. Если только для общего развития? Я немало поиграл в онлайновые игры, в различные РПГ. Только они были другими, не такими, как эта, слишком уж похожая на реальную жизнь. Там — средневековье, данжи, турниры и рыцари, пустоши, заполненные агрящимися на тебя чудовищами, и серебряные рудники, в которых можно добыть драгоценную руду. Которую у тебя отберут грабители-игроки. Человеческой фантазии нет предела. Но чтобы вот так? Чтобы вернуться в свой город, в свою жизнь и продолжать жизнь в качестве Игрока?! Никогда бы не поверил в то, что такое может случиться. Слишком я от этого далек. И точно о таком не мечтал.

Высадил меня ушлый таксер на перекрестке проспекта и Вольской, откуда я быстрым шагом прошел на место своей бесславной гибели. Чтобы с облегчением и едва ли не стоном увидеть, что мой призрачный труп лежит на месте. И что все барахло, которое лежало у меня в карманах, валяется рядом с ним. Разумеется — за исключением денег. Деньги исчезли. Карточки лежат на каменных плитах, паспорт, даже телефон — все на месте. Эта сучка ничего не взяла. Как и другие игроки, которые точно хоть раз прошли мимо трупа. И я понимаю — почему никто ничего не взял. Банковские карты? Они на мое имя, и мало того — могут быть активированы только моей рукой. Это же не обычные банковские карты, в этих капелька моей крови. Телефон? Он заблокирован, и возиться, ломая его защиту, это долго и стремно. Возиться с ним, чтобы заработать копейки? Пусть обыденки этим занимаются. Игрок такой чушью заниматься не будет.

И не надо задумываться, почему мой призрачный труп лежит себе, полеживает, и никто его не видит, все проходят мимо. Кстати, да! Как-то так происходит, что прохожие не наступают на покойника — вот, к примеру, идет парочка, парень с девушкой. Движутся прямиком к трупу, и скоро должны или споткнуться об него, или перешагнуть, чтобы не упасть. И что происходит? Они вдруг начинают искривлять траекторию движения, не имея при этом никакого разумного объяснения своим действия. И обходят покойника по дуге. И так все прохожие, что «шатаются» по проспекту. Спроси их, зачем они сменили траекторию движения — посмотрят как на идиота. Захотели, да и сменили!

Паспорт на месте! Слава тебе…кому? Ну тот, кто создал мир…назови его богом, или программистом, как хочешь. Впрочем, для меня и программисты немного боги. Я так и не смог понять, как из закорючек, которые появляются на экране можно создать программы, без которых компьютер не работает. Для меня это магия, или божественное провидение. И сейчас я не шучу. Нет, ну а чего? Большинство из людей находятся на подобном уровне развития технической мысли. Скажи нам, что самолеты подымают в воздух невидимые демоны, захваченные могучими демонологами, и поставленные на службу людям — да мы поверим! Так же поверим, как и в законы физики, данные нам в школьных учебниках. Ведь и проверить никто не сможет. Да и не захочет.

Кстати, задумался — а может наука физика и придумана с целью прикрыть происходящие в мире странные события? Игра ведь все равно, волей-неволей оказывает влияние на жизнь человека. И вот чтобы прикрыть существование магии и всяческих фантастических нелюдей нам рассказывали, что никакого колдовства нет, что все можно объяснить законами природы. Летающих тарелок нет — это перекати-поле взлетело. Колдунов нет — это придумки фантазеров. Или плод психически больного разума человека.

В принципе я поддерживаю такой антипиар — в свете происходящих со мной приключений. Человечество не готово принять тот факт, что оно находится в гуще событий, происходящих в Игре. Раскрой наши личности, личности Игроков — и что будет потом? Не начнется ли охота на «людей-Х»? Нет уж, пусть все будет так, как оно есть.

Одежда тоже осталась на месте. Кучка такая…по форме тела вытянутая. Нет, никогда не пойму — как они так устроили. Ну, вот увезли тело в морг. Оно было одето. А тогда откуда одежда здесь, на месте моей гибели? И действительно ли тело отправлено в морг? Может по дороге все вдруг забыли, куда и зачем ехали? Но как тогда быть со свидетелями? Я ведь дрался с толпой отморозков, все видели, что я упал мертвый. Куда делись их воспоминания? Нет, не так — куда они делись, это понятно. Слили их. В унитаз. Но сам процесс — как это происходило? Какими механизмами регулируется такое событие?

Вопросы, вопросы…они всегда есть — подобные вопросы. И никогда нет ответа. Ну, например: что такое «черная дыра»? Или — что за протоматерия, из которой Большим Взрывом создана Вселенная? Что такое Вселенная, и на самом ли деле она бесконечна? И самое главное: действительно ли смертен человек, или душа его живет вечно и перемещается между мирами? Меняя тела, как перчатки.

Никогда мы об этом не узнаем. Ни-ког-да. Так почему я должен печалиться, что не могу понять механизм действия Игры? Нужно просто принимать все, как данность. Успел вернуться за сутки, никто не попер твои вещи — забирай, живи, радуйся!

Забрал, и пошел радоваться. Одежду тоже забрал — после некоторого колебания. С трупа же! Потом вспомнил, что за одежда на мне сейчас, и с кого я ее снял, и…пошел в сортир «Мака», что на проспекте. Там переоделся в свою одежду (кроме рубахи, в ней несколько дырок от стилета), и вызвав себе такси, поехал домой. Телефон даже почти не разрядился — ну а чего там, всего-то меньше суток пролежал.

По дороге меня снова накрыл «приход». Зазвенело в ушах, а по телу прошел такой поток наслаждения, что я едва не…ну да, будто с женщиной был. Хорошо! Работает Олька! Проверил уровень — теперь я тридцать четвертый левел. Быстро расту. Впрочем, как и всегда на низших левелах. До сорокового проблем никаких, а вот дальше начинается вымучивание процентов. Не зря же работает целая фабрика, изготавливающая и продающая все новых и новых ботом. Ну а чего — ты спишь, а твой перс качается, набирает левел.

Между прочим, я это не считаю читерством. Читерство, это когда твой перс может то, чего никто не может — с помощью каких-то кодов. А если ты не участвуешь в задротстве, тупо набивая проценты — какое тут читерство? Ты ведь приходишь в игру поиграть, пообщаться с другими игроками, пожить нормальной игровой жизнью! И где тут место тупому задротству? Это пусть корейцы с китайцами убиваются у компа, поднимая свой уровень. Читал, что у них игроки умирают, просидев несколько суток за компом, и переутомляясь до смертельного уровня. Мы же не такие дураки, мы умеем играть!

Дома было тихо, и…затхло. Домовые куда-то разбежались (я попробовал позвать), Ольки не было — скукота! И чем сейчас заняться? Включил «ящик», и снова испытал подобие шока. Снимали интервью на улице, и журналистка,которая под обычным взглядом выглядела как симпатичная блондинка лет тридцати, оказалась пожилой упырихой, с морщинами на всю лицо и вываливавшимися из декольте дряблыми грудями. Меня едва не затошнило. А репортаж был о ДТП, в котором погибли люди. Журналистка говорила, говорила, изображая скорбь и жалость, а я видел, как из ее толстых губ высовывается толстый язык синего цвета, а изо рта текут слюни. Ей очень хотелось полизать крови, и это видно с первого взгляда. Фу, мразь какая!

Переключаю канал, и…попадаю на сериал из жизни демонов. Обычная семья, какие-то любовные страсти, вроде как муж кого-то там себе нашел, а жена решила отомстить — ничего особенного. Если только смотреть обычным взглядом. А взглядом Игрока очень даже забавно увидеть, как живет простая среднестатистическая семья демонов. Например, они по квартире ходят голыми. Ну вообще без одежды, совсем! Сидят за столом, разговаривают о том, как прошел день — муж, жена, две молоденькие дочки, и…вот так. Из одежды — цепочки на поясе и на ступнях, да у дочек проколоты соски и вставлены золотые колечки.

Не стал смотреть. Когнитивный диссонанс, когда говорят будто обычные люди, а сами устраивают свальный грех с родней. Не думал, что демоны такие растленные существа. Выключил телевизор вообще, и задумался — почему на ТВ идут такие сериалы? Может телевидением заведуют нелюди? Ну не может же нормальный руководитель телеканала требовать, чтобы постоянно показывали это дерьмо?! Или может?

Перекусил «краковской», кольцо которой купил еще пару дней назад, черствым хлебом, и улегся думать, глядя в потолок, штукатурка на котором потрескалась и требовала ремонта. И почему это подвесные потолки не поставили? И…уснул.

Проснулся рано, чуть не в 6 часов. Полежал, не вставая с полчаса, вспоминая, что было вчера. Ругнул себя — оставил Ольку, а если этот урод так и не исчезнет? Это сколько же она там будет торчать, на кладбище?! А мне ее не хватает! Точно, не хватает! Привык, что под боком сопит, а когда шевельнусь — глаза свои желтые таращит и зевает, как настоящая кошка. А тут…один. Совсем один.

Поднялся с дивана, решил: поеду на кладбище, заберу девчонку. Хмм…девчонку?! Я о ней уже начал думать как о девчонке?! Но…в принципе — а что такого? Кошек тоже хозяева называют девчонками. И кто скажет, что кошка мальчишка — пусть первый бросит в меня камень. Олька — девчонка. Все признаки этого обстоятельства у нее уже есть. Вот!

Решил подождать до вечера — может сама объявится? Уж очень не хочется ехать за город, опять это чертово кладбище, опять могилы… Плохие ассоциации у меня от них, точно!

Я не стал дожидаться, когда кто-то выйдет или войдет в подъезд. Достал волшебную палочку, которую побрезговали взять мои конкуренты (скорее всего они просто ее не увидели, спрятанную в одежде), и направив на дверь, пожелал, чтобы она открылась. Со стороны это выглядело так, как если бы я приложил к двери магнитный ключ. Откуда знаю? Да ради интереса посмотрел на палочку обычным взглядом.

Дверь щелкнула, замок открылся, и я вошел внутрь. Лифт вызывать не стал — третий этаж, чего изображать из себя старикана. Взбежал — даже не запыхался. С моим-то нынешним телом — плевое дело. Нашел нужную дверь, постоял, решаясь и обдумывая — надо ли мне это, и все-таки нажал на кнопку звонка. Прозвучала трель — звонкая, слышная через сталь двери, звукоизоляция которой оставляла желать лучшего. Слух у меня теперь таков, что и собаки позавидуют, так что следом за звонком услышал голос мужчины:

— Ну ты чо там, померла, что ли?! Звонят в дверь, иди, открой! Давай, чувырла!

Послышались шаги, потом дверной глазок сделался темным, а затем дверь открылась и на пороге встала Настя. И сказать, что она была ошеломлена — ничего не сказать. Глаза по плошке, рот буквой «О», стоит, теребит левой рукой отворот халата, и неверяще мотает головой слева-направо и обратно.

— Ты-и?! — выдохнула она, нервно облизнув губы — Как?!

— Что — как? — не понял я — Ну…приехал вот, поднялся по лестнице, позвонил. Хотел спросить — как ты. Увидеть хотел. То есть — хочу. Наверное, влюбился. Что не так?

— Тебя же убили! Я сама видела! И тело увозили! Нас допрашивали — кто, да что…сказали, что если понадобимся, потом вызовут. Вот!

— Слухи о моей смерти изрядно преувеличены — процитировал я классика, может и не точно, но суть тут понятна — Не рада, что я пришел?

— Не дай бог муж увидит — вырвалось у Насти, и вдруг я понял, почему она стоит ко мне вполоборота. Сразу как-то и не заметил. Фигнал. Хороший такой фингал под левым глазом. А еще (она отпустила воротник) — синяк над левой грудью, начинающийся у ключицы и уходящий вниз.

— Это кто тебя? — насторожился я — Те, кто на меня напал?

— Нет. Муж — коротко пояснила Настя — Поздно пришла, вином пахнет,сказал, что я шлюха, и сосала мужикам в сортире. И побил. А я никому не сосала. У меня вообще никого кроме него не было.

Я посмотрел на вызванную мной табличку у нее над головой. Там было написано:

«Информация правдива. Если не считать детского насилия. Ни разу в жизни не испытала оргазма, потому считает секс тягостной повинностью, и тяги к мужчинам не испытывает»

О как! А девочка оказывается фригидна…хмм…может пока не поздно развернуться и уйти? На кой черт мне такая холодная, как бревно? Ну а как же тогда мужское: «Это потому что у тебя не было такого мужчины как я!» Каждый мужчина лелеет мечту сделать из фригидной красавицы настоящую нифмоманку, готовую не слезать с него сутками напролет. Не понимая, кстати, что в конце концов ему такая любвеобильность надоест, и он пошлет нахрен эту озабоченную девку.

А еще…ну красивая все-таки девчонка! И милая… Без косметики она почему-то сделалась еще милее и красивее, хотя должно было быть все наоборот. Небось, подружка постаралась превратить ее в условно-вульгарную шлюшку своей раскраской, мол, такие всем мужикам нравятся. По себе судила, дурища. А я вот смотрю на эту девчонку в застиранном халатике, и нравится она мне сейчас гораздо больше, чем в боевой раскраске.

— Кто там пришел? — послышался голос позади Насти, и глаза ее снова расширились, теперь — в испуге.

— О как! — крупный мужчина на вид от двадцати пяти до тридцати с интересом и угрозой уставился взглядом мне в лицо — По-ходу, это тот, кому ты сосала в сортире клуба, да, сучка? Я так и знал! Ах ты ж шлюха! Мразь! Мало я тебе рожу разбил, мало! Надо было еще и жопу порвать!

— Ты и так порвал…еле вылечилась! Извращенец! — с дрожью в голосе, но резко ответила Настя — Отстань от меня! Это человек дверью ошибся! Я ему объяснила! Иди, играй в свои танчики!

— Ты не указывай, что мне делать! — рявкнул парень — А то еще сейчас получишь! И в выходной день покоя нет, твои еб…ри в дом лезут! Что, понравилась моя сучка, да? Козел ты безрогий!

— Ну…я может и безрогий, а ты тогда — рогатый — на автомате ответил я, уже закипая.

— Ах ты пидор… — парень легко, как будто она ничего не весила отшвырнул Настю и шагнул ко мне, разворачиваясь для удара. Ростом он под два метра, и похоже что когда-то занимался спортом, может даже боксом. Стойку принял правильную — на мой взгляд. Сейчас уже отяжелел, пузо вперед торчит, плечи жиром заросли, но…плечи широкие, а вес под полтора центнера. Попадет — мало не покажется.

Но я не обычный человек. И скорее всего — вообще не человек. Потому он не попал. Удар показался мне таким медленным, таким…банальным, что я даже удивился. Больше всего напоминал медленно движение едва шевелящейся лопасти ветряка — плавное такое, круговое. Ну а я не стал тупо стоять на месте и ударил прямым в челюсть. Лучшая защита — это нападение, я где-то об этом читал.

Никогда не занимался боевыми искусствами, и тем более боксом. Получать удары по вместилищу разума — что может быть глупее? Тоже мне…спорт! Вот пляжный волейбол (женский, конечно же!) — это спорт. Девчонки в бикини, которые скачут с мячиком по пляжу — услада для глаз, и настоящий афродизиак. А всякие там ного-рукомашества — это для неуверенных в себе, для тех, у кого мозгов не хватает, так что они не боятся их встряхнуть. Так я считал раньше. А вот теперь…

Да, не занимался. Но драться приходилось, так что драки не боюсь. А еще — с моим нынешним телом, да с навыками бойца, да на тридцать-плюс левелах…что мне этот мордан в майке со дурацким утенком на животе? Вот только под расстрелом надел бы такую майку! Или для работы в огороде. Но никак не на людях в ней ходить!

Челюсть хрустнула под моим кулаком. То ли сломал, то ли зубы так клацнули, но в любом случае этот мордоворот просто-напросто стек на пол, будто из него вынули все кости. Чистый нокаут!

— Он меня теперь убьет — с рыданием в голосе сказала Настя — Вот очнется, и выместит на мне. Ну зачем, зачем ты пришел?!

— Соскучился — неуверенно ответил я, и тут же, не думая, добавил — Трахнуть тебя хочу!

— Все вы хотите, сволочи! — вдруг яростно крикнула Настя — А мне отдуваться! Этот козел меня даже к столбу ревнует, а что теперь будет?! О господи…ну зачем, зачем я согласилась идти в клуб?! А все эта дура! «Пойдем, может с нормальным мужиком познакомишься! Хватит своего урода облизывать! Он все равно не оценит!»

— Ты его ненавидишь — констатировал я очевидное — А чего с ним живешь? Взяла бы, да ушла. Ты молодая, красивая…какого черта сидишь тут?

— А куда я пойду?! — с яростью и досадой в голосе спросила Настя — Где жить?! Квартира на муже! Да если бы и не на муже — он разменять все равно не даст! И продать не даст! И кому я нужна, бесплодная?!

— Ну…например — мне! — неожиданно для себя сказал я — Поехали ко мне. Поживешь, а там и определишься. Пока с мужем имущество делить будешь — у меня поживешь. А там, если не устроит, квартиру снимешь. Тебе же для работы ноут нужен, да инет. Что ты потеряешь, кроме этого борова? Кстати, давай-ка затащим его домой. А то соседи пойдут — вопросы начнутся. А то еще и полицию вызовут. Оно нам надо? Нет, нет, я сам. Отойди…дверь только придержи. Ага, вот так…

Я схватил парня за ноги и шустро поволок его внутрь квартиры. И вовремя — по лестнице кто-то подымался, послышались шаги. Дверь с лязгом захлопнулась, отрезав нас от мира.

— Бери документы, собирай самые необходимые вещи — и пойдем! — скомандовал я — Квартира у меня съемная, но тебе какая разница? Главное, жить есть где. Решайся! Собирайся скорее! (пока я не передумал — хотел добавить, но не стал).

Настя думала ровно пять секунд. Потом начала метаться по квартире, доставая из шкафов какое-то барахло (трусы, лифчики, колготки, юбки) и забрасывая все это в большой чемодан на колесиках. Но прежде сказала, чтобы я положил мужа на диван и связал ему руки и ноги — покрепче. Удивился — на кой черт? Если что — я его снова уложу. Но протестовать не стал. Взял скотч, брошенный мне Настей, связал ноги продолжавшему лежать в забытьи парню, и руки, заведя их за спину.

Собиралась Настя довольно-таки быстро, но все равно сборы затянулись не менее чем на двадцать минут. Меня она совершенно не стеснялась — сняла халатик, под которым на ней были только узкие трусики (Грудь у нее чертовски красивая! Как у школьницы!), натянула юбку чуть выше колен, блузку, причесала волосы — готова! Подкатила чемодан к дверям, и вдруг вернулась к дивану, на котором лежал ее муж — пока еще не бывший. Тот уже очнулся, и тяжелым взглядом следил за собирающейся женой. Вполне осмысленным взглядом.

— Куда собралась, сука! Ты думаешь, нужна твоему еб…рю? На ты ему нужна только как соска! Вые…ет, да выкинет! И опять пойдешь по сортирам сосать!

— Мразь! Ну какая же ты мразь! — с ненавистью бросила Настя — И где были мои глаза, когда я за тебя выходила замуж?! Спортсмен! Красавец! Боров ты жирный, заплывший! Ты и трахать меня как следует не мог! Я ни разу с тобой оргазма не испытала! Грубый, вонючий урод! Ты не мужчина! Ты животное!

— А он, значит, мужчина? — криво усмехнулся парень, кивнув на меня.

— А он — мужчина! — воинственно заявила Настя, уперев руки в боки. И тут же уцепила меня за руку, дернула к дивану — Стой так! Стой! Смотри, животное! Говоришь, я по сортирам сосу?! Вот, гляди!

Она расстегнула мне брюки, достала, и… Вообще-то она делала это неумело. Скорее всего, только в порнушке видела, как этим занималась порномодель. Сразу чувствуется…по некоторым признакам. Но старалась, да. А я сколько уже времени без женщины…уже и не припомню. Так что через пару минут все закончилось. Настя поднялась, демонстративно облизнула влажные губы — так, чтобы это видел муж — и довольно улыбнулась:

— Вкусный. Не то что ты, вонючка! Вот теперь лежи и думай, как жить дальше. А меня не ищи! Все! Я подаю на развод!

Она метнулась на кухню и бросила на диван небольшой ножик:

— Вот. Сам освободишься. А не освободишься — так сдохни! Как ты мне надоел…

Я тащил чемодан Насти, и думал о том, зачем люди женятся. И как так выходит, что любовь со временем превращается в шипучую ненависть. Я ведь тоже женился по любви, вроде и она меня любила, так вот как так получилось, что женушка подставила зад моему другу? Бывшему другу… Я вроде и в постели ее устраивал, и денег давал по первому требованию. Ну вот что, что ей было нужно? Не бил жену, как Настин муженек. Чтобы грубое слово сказал, как он — да в жизни никогда такого не было. И в постели ведь всегда старался ее удовлетворить, делал только то, что ей было приятно. Так почему?! Может именно потому, что старался ублажить? А надо было делать так, как мне хочется? Поставить ее в позу, да так… В общем — тоска девушки по крепкому…хмм…плечу. Мужик должен доминировать, подавлять, требовать, а не быть тряпкой — это она мне так сказала. Я — тряпка. Заслужил, ага…

А Настя меня удивила. Вот ведь как оно бывает…в тихом омуте черти водятся! У мужа на глазах удовлетворять любовника?! Тихоня называется! Вот в таких тихонях и скрывается демон-суккуб. Разбудишь его — и потом куда деваться? Высосет досуха, и выбросит! На миг я даже и пожалел, что связался с Настей и предложил у меня пожить. Не знаю, чем это закончится, тем более в связи с моими обстоятельствами. У меня кикимора на руках, у меня домовой живет, квартира можно сказать «казенная», и мне ее скоро освобождать — так какого черта я тащу за собой эту женщину, да еще и с хвостом проблем?! Мне что, приключений мало? По-моему, их выше крыши. Дурак я…чего уж. Не надо было этого делать.

Но…сделанного не воротишь. Пригласил — вот теперь и отвечай за содеянное. И аванс уже получил…хе хе…

Мы отошли с квартал в сторону от дома, и я вызвал такси. Оно приехало быстро, буквально через десять минут. За рулем сидел небольшой рептилоид с коричневой чешуей вместо зеленой. Это и понятно, потому что этот ящер был не из наших краев — то ли туркмен, то ли таджик. По-русски разговаривал с таким диким акцентом, что просто оторопь брала. Назвал ему адрес — само собой, адресов никаких этот ящерок не знал. Просто забил в навигатор и скоро мы неслись по улицам города, благо что по причине наличия выходного дня улицы довольно-таки свободны. Все за городом — на дачах, или на пляже. В каменных джунглях, раскаленных летним солнцем до состояния пережаренной глазуньи остались только неудачники, да обладатели мощных сплит систем, которые позволяют безболезненно пережить самый тяжкий июльский зной. Не люблю жару…весна и осень — это мое. Зиму тоже не люблю — холодно и слякотно. Зимы у нас стали больше похожими на позднюю осень — грязными и мокрыми. Лучше бы мороз градусов десять, чтобы сухо и чисто.

Не знаю, понравилась моя квартира Насте, или нет. Скорее всего — нет. Что тут может понравиться? Однокомнатная хрущоба с кухней, в которой едва разместятся двое? Воняющий ссаками подъезд? Или посуда с отбитыми краями, которая видала не одно поколение Игроков?

Но внешне девушка никак не показала своего недовольства. Даже воскликнула: «Как мило! Уютно!» И тут же занялась распаковкой и укладкой вещей. А потом унеслась в ванную комнату, откуда послышался шум воды.

— Это что, хозяйка наша теперь? — спросил слегка «граммофонный» голос, и я едва не вздрогнул. Домовые умеют подкрадываться невероятно тихо. А если слышно, как они шаркают ногами и вздыхают, значит нарочно это допустили. Ну так…для общего ужастика. Чтобы жильцы квартиры не расслаблялись и были всегда на взводе. По крайней мере, так мне сказали домовые, когда я пил с ними чай. Домового видят только маленькие дети, коты, да Игроки. Не считая конечно же всякой игровой нечисти. Люди не видят. Подтвердил — да, хозяйка. Домовой только вздохнул, но ничего не сказал. Похоже, ему не понравились перемены.

— Иди в душ, а я что-нибудь приготовлю! — скомандовала Настя, одетая в нечто вроде легкой пижамы и пахнущая хвоей — Сходи, сходи, а то небось вспотел, пока шли!

Вообще-то я почти не вспотел, что с удивлением вдруг и понял. С тех пор, как я стал Игроком, мое тело работает гораздо более эффективно, чем прежнее. Раньше я бы залился потом так, что закапал всю мостовую. Теперь — только легкая испарина, да и все тут. Но…почему бы не освежиться? Я все-таки в России живу, а не в гнилой Европе, где теперь помыться целое приключение. У нас газ и вода дешевые.

Почему-то ждал, что Настя придет ко мне потереть спинку, даже возбудился в предвкушении забавы под струями душа, но тут же осознал, что в этой ванной комнате оргия смотрелась бы просто глупо. Теснота — только одному есть место. А это уже онанизм, что при наличии красивой женщины смотрится совершенно идиотически. Нафига тогда она здесь, если занимаешься самообслуживанием?

Настя успела поджарить яичницу с остатками недогрызенной колбасы, вскипятила чай, так что мы вполне недурно поели. А когда перешли собственно к печенькам, запивая их зеленым чаем с лимоном, Настя начала разговор, который вероятно обдумывала с самого отъезда из своего дома.

— Я должна тебе сказать, Андрей…я ведь бесплодна. Детей от меня не будет — потупив взгляд, начала она, а я ее с улыбкой перебил:

— Значит, презервативы не нужны?

— Подожди… — остановила она меня — Я о нашем будущем. Если ты на самом деле в меня влюбился, я должна тебя об этом предупредить. И еще — я не собираюсь замуж.

— Я тоже — ухмыльнулся я.

— Мне показалось, ты хочешь серьезных отношений — слегка растерянно ответила девушка — Потому я и решила тебе сказать.

— А почему ты бесплодна, что врачи говорят? — перевел я разговор в другую плоскость — Болела? Или генетическое? Как ты узнала, что бесплодна?

— Когда замуж вышла — вздохнула Настя — Детей все нет, и нет…ну и пошла обследоваться. Оказалось…не могу их иметь. Понимаешь…меня изнасиловали, когда я была еще девчонкой. Сразу несколько пацанов. Шла из школы, меня затащили в новостройку, и там…в общем — повредили мне что-то. Измывались, совали…не хочу вспоминать. Меня оперировали, кровотечение было. Вот после этого я и потеряла способность к деторождению. Сказали, ничем помочь не могут.

— Ублюдков поймали? Посадили? — нахмурился я.

— А чего их ловить? Все из нашей школы — пожала плечами Настя — Им по двенадцать-тринадцать лет было. Уголовной ответственности не подлежат. Поставили на учет, родителей оштрафовали, ну и…все. В другую школу правда перевели. А не так давно одного встретила — он работает в Трансгазе, какой-то начальник. Папенька у него крутой, сынка к себе взял. Так вот важный такой…мразь. Узнал меня, мы едва не столкнулись на улице — он в кафе ходил. Подмигнул мне, причмокнул…я чуть не разрыдалась, так вспомнила все! Он ведь заводилой был, первым меня и…а потом палку в меня совал. Он мне и порвал. Ведь столько лет прошло, а почти не изменился. Только сытый такой стал, масляный. Гнида.

— Как его звать? — будто между прочим спросил я.

— Игнатов Валерик — не думая ответила Настя. Игнатов Валерий Адамович. На класс выше учился. Учителей в грош не ставил, куями обкладывал. Все сходило с рук. Ибо папаша спонсор, уважаемый человек! Валерик вечно влипал в какие-то неприятности, папаша его откупал. Он генеральный в Трансгазе, всем заправляет. Что ему деньги? Он в деньгах уже купается… Но да черт с ними. Лучше расскажи о себе. Мы же с тобой почти и не знакомы. Чем ты занимаешься, где твои родители, и вообще — все о себе. То, что ты не женат я вижу. В этой квартире не хватает женской руки.

Опа-па-па! И вот что ей рассказывать? Ну вот чем я занимаюсь? Правда — чем? Пришлось сказать, что безработный — сократили. Работал менеджером в одной иностранной компании. А как начали сокращать из-за санкций, так и уволили. Выдали «золотой парашют», и вперед, на волю. Вот сейчас живу и поживаю, капитал проживаю. Ищу достойную работу. Квартира съемная, потому что от жены ушел — развелся, оставил все ей. Застал ее в постели с лучшим другом (что суть правда). Сирота, родители погибли в катастрофе (углубляться не будем!). Вот, в общем-то и все. Ах да! Есть любимая черная кошка Олька, но она загуляла, звал — не приходит. Жду, когда появится.

Слава Ктулху — мои объяснения ее вроде как удовлетворили. Посочувствовала насчет жены, потом робко сказала, что ни у кого ни в каких сортирах не сосала — это все муж, подлец, придумал. Секс был только с ним. А то, что сделала мне…так это нарочно, чтобы ему досадить побольнее. Пусть на самом деле рогатым разводится. И что она не против наших отношений, даже очень не против…главное, чтобы мы не обманывали друг друга.

Мда…насчет «не обманывали» — это, конечно, сильно сказано. Как я могу с ней жить, не обманывая? Интересный вопрос! Ну что сказать…пообещал не обманывать. Конечно же Настя вкладывала в эти слова свой смысл, женский…помню я про любовницу ее мужа. Блюсти верность, конечно, не собираюсь — нет у нас вселенской любви, есть привязанность и как бы…хмм…партнерство, что ли. На основе дружбы. Но…совесть-то надо иметь. Нужно же соблюдать хотя бы видимость порядочности. Не водить баб в квартиру, где живешь с подругой. Другое дело, если она согласна на групповушку, но по своему опыту знаю, что такое бывает очень редко. Таких женщин найти практически невозможно. Женщины по сути своей собственницы. Впрочем — как и мужчины. Кому хочется делиться своей «половинкой»? Если уж совсем отмороженным экземплярам, которых не возбуждает обычный секс. Я к таким вовсе не отношусь. Тем более сейчас, в образе Игрока. Теперь я как юный пионер — всегда готов. Гормоны кипят — аж из ушей пар идет.

Потом мы смотрели телевизор, правда надолго нас не хватило. Пятнадцать минут просмотра, и я стянул с Насти всю одежду, до нитки. Короткое время «полюбовался» кровоподтеками, оставленными на ее белой, незагорелой коже ручищами мужа, и скоро мы уже сплетались и расплетались, как две осатаневшие от любовной страсти змеи. И к чести своей могу сказать: первый оргазм в жизни Насти вызвал у нее я. Она так кончала, что едва не потеряла сознание (по ее признанию) — выгибалась дугой, вздрагивала, тряслась, закатывала глаза, и успокоилась только минут через пять, раскинув руки и ноги как морская звезда. Ну а я получил плюс к скиллу «умелый любовник». Как оказалось — и такой имеется в моем арсенале умений. Специально посмотрел в своем профиле, или как он там называется. Смешно, но он является побочной веткой в скилле «Укрощение экзотических существ». Программист съюморил, точно.

Кстати, проверил — а может Настя нарочно притворилась, что кончила, чтобы доставить мне удовольствие, потрафить так сказать моему тщеславию. Так вот — нет, Игра четко мне рассказала, что имел место быть оргазм продолжительностью сорок секунд.

Врет эта Игра! А чего Настя еще несколько минут вздрагивала и постанывала? Между прочим, я даже позавидовал — ну почему у женщин такой долгий оргазм? А мы, мужики, старались, старались, пыхтели, и…раз-два…опа! И все закончилось. А та же Настя полежала, задрав ноги к подбородку, и потом наслаждалась минуты напролет — ничего особенного для этого не сделав! Где справедливость?

Я ей так и сказал, после чего она похихикала, а потом сказала, что в следующий раз постарается и потрудится — чтобы я это как следует запомнил и не плакал, что много трудился на три секунды оргазма. На том мы и сошлись. И уснули. И спалось мне хорошо и спокойно — почти как с Олькой под боком. А она к ночи так и не пришла.

А вот утром меня накрыл такой «приход», что любой оргазм отдыхает. Я столько хапнул процентов к левелу, что едва не потерял сознание — опустился на унитаз и сидел так минут пятнадцать, пока Настя не начала стучать (жив ли я?). И теперь я тридцать седьмого левела — почти тридцать восьмой. Кого там Олька убила — даже представить себе не могу. Кого-то высокоуровневого! Тут главное ПК не заделаться…а то, пожалуй, в города перестанут пускать. Хотя в этой Игре может такого и не быть. Это в другие игры играл, в которых пэкашников не пускали в приличное место — тут же налетали гварды и разлучали голову с жопой. Тут ведь игра без правил, так что преступники разгуливают везде, где хотят. В чем я уже недавно убедился. Впрочем, как и в прошлой жизни.

Первое, что я почуял, даже не открыв глаза — запах. Запах еды! Пахло борщом. «Домовой сготовил, что ли?» — это первая мысль. И я ее отбросил как глупую и совершенно нереальную. Не умеет домовой варить борщ.

А затем я почувствовал запах женщины. Этот запах…он непередаваем! Его знает только тот, кто не раз, и не два просыпался в постели с чистенькой, ухоженной женщиной. Не получится выделить какой-то один запах…это смесь всего — тонких духов, которые впитались в подушку, запах шампуня, чистого женского пота…запах мускуса, оставшийся после любовных соитий. Давно я не ощущал этого запаха… А сейчас, с моим нюхом, я наверное смог бы отыскать Настю по следу, как хорошая ищейка. Ее запах был сладким и желанным.

Неужто влюбился? Даже самому смешно. Я ведь шел в клуб просто подснять телку, и вот надо же было такому случиться…подснял на свою голову! Нет, я все равно не собираюсь относиться к нашему союзу серьезно — у нее своя жизнь, у меня своя, но…но…не знаю. Ничего не знаю! Буду принимать ситуацию такой, какова она есть. Дала судьба мне эту девчонку — вот и буду с ней, пока не надоест. Или пока я ей не надоем.

Поднимаюсь, почесывая в паху (Ну приятно же, чего?!), зеваю, зажмурившись, и обнаруживаю перед собой смеющуюся рожицу моей «Нийи», выглядывающей из двери кухни:

— Ну, наконец-то! Я уж думала, до вечера проспишь! Сейчас борщ будет. Между прочим, уже почти полдень.

— А откуда мясо, капуста, и все остальное? — в легком замешательстве спросил я, внезапно вспомнив, что у меня в холодильнике шаром покати — ни хрена ничего уже не было. Слопали. И между прочим — не без участия домового. Прожорливый, гад!

— Сходила с утра в магазин — пожала плечами Настя — Купила. Кстати, ты бы оделся, что ли…хотя…ну-ка, дай я хоть разгляжу тебя как следует! А то вчера как-то все наспех было…

— А то ты вчера не разглядела — слегка сконфузился я, и вдруг почувствовал, что возбуждаюсь. Что немедленно было отмечено моей новой подругой.

— Ага! Хорош, чего уж… Нет, нет! Правда хорош! Красив! И…все хорошего размера. Не больше чем надо, и не меньше.

— Мы с тобой как клинок и ножны! — пафосно-важно заявил я, и Настя хихикнула, сделавшись ну такой мимимшно-милой, что тут же захотелось взять ее в охапку и расцеловать, а потом…потом не отпускать минимум час.

Есть такие девушки — они и так симпатичные, милые, но стоит им еще и улыбнуться…да они супермоделей за пояс заткнут! Кстати, Настя выглядела очень даже сексуально, действительно, как настоящая модель. Ноги длинные, как говорится — от зубов. Грудь не очень большая, размера второго, но крепкая, «торчучая», и обе груди одного размера, что у женщин бывает не очень часто (знаю, знаю…). И ноги не дряблые, как оно бывает у некоторых женщин — вроде и форма неплохая, и стройные, а пощупаешь — под кожей только жир и кости, мышцами и не пахнет. Тут же — как у спортсменки-прыгуньи. Или как у фитоняшки, посвящающей посещению спортзала минимум три дня в неделю. То-то она танцами занималась, с тех пор небось и осталось.

Настя под моим изучающим взглядом даже засмущалась, порозовела, а я продолжал осмотр, и для моего опытного взгляда не были преградой ни коротенькие шортики, ни маечка, совсем не скрывающая упругие груди. А больше на ней ничего не было — если не считать тапочек и заколки для волос. Кстати, а на кой черт ей длинные волосы?

Я подошел к подруге, внимательно осмотрел ее голову, потрогал волосы, наклоняя свою голову то вправо, то влево, а потом спросил, продолжая задумчиво теребить темные локоны:

— А давай мы тебя пострижем?

— Как пострижем? — слегка оторопела Настя.

— Коротко! А еще — покрасим волосы в белый цвет. Будет такой ежик. И я стану звать тебя Нийя. Давай?

— Шутишь? — недоверчиво спросила Настя, глядя на меня широко раскрытыми глазами.

— Ничуть! — улыбнулся я — Ты начинаешь новую жизнь, так давай изменим твою внешность? Теперь ты новая женщина! Свободная женщина! Долой Настю! Даешь Нийю, на которую будут оглядываться все мужчины!

— На меня и так оглядывались — вздохнула Настя-Нийя — Муж бесился. Два раза побил меня, потому что я посмела улыбнуться на комплимент мужчины, который шел навстречу. Я думала, он его убьет, так разозлился. А вообще-то ты прав. Раз уж новая жизнь, так и все должно быть новое! Нийя, говоришь? Что-то знакомое…ну-ка, вспомню…а! Точно! Так же звали девчонку из фантастического фильма! А что…я похожа на нее.

Настя замолчала, потом внимательно посмотрела мне в глаза и с ехидной улыбкой спросила:

— Нийя — это что, твои юношеские фрустрации? И ты хочешь с моей помощью от них избавиться?

— А как догадалась? — я ухмыльнулся, подошел к Насте в упор, и…одним движением сдернул с нее шорты, упавшие до колен. Потом так же, рывком развернул ее задом, и…

— Теперь ты избавился от психологической травмы? — тяжело дыша, спросила Настя, когда все закончилось — Дай мне рулон полотенец — вон там, да…а то все тут закапаю. Потом полы мыть придется. Накачал, как из шланга! Вот ты и исполнил свою юношескую мечту — трахнул Нийю.

— Нет! — отрезал я — Волосы у тебя темные и длинные! Вот когда пострижешься, тогда исполнится…и то не с одного раза! Минимум раз двадцать, да не так скоротечно! Психологические травмы — они требуют вдумчивого подхода!

— И орального секса, да? — фыркнула Настя, натянула шортики и одернула задранную до шеи майку — Иди-ка, помойся. Хватит тут…фрустрировать. А то мы так до обеда и не доберемся.

***

— Хозяин…а как же я? — домовой материализовался будто из воздуха, и я едва не вздрогнул от его появления. Ну, никак не привыкну! Кстати, похоже что когда я занимался с Настей на кухне, он был где-то рядом. Впрочем — как и вечером. Интересно, если бы Настя знала, что за нами подглядывают, как бы она отреагировала?

— Что — «как я»?

— Ну…хозяйка готовит, убирает…я теперь не нужен?

Я задумался. И правда — а как же тогда домовой? Ему нельзя обозначать свое присутствие. Начнет есть тот же борщ, мыть посуду — Настя сразу заинтересуется — кто сделал? И как буду отбрехиваться? Хмм…а вот интересно…а если Игра без правил — где сказано, что я не могу рассказать Насте о том, что у меня живет домовой? И еще — если домовой проявится перед ней — она его увидит? А если увидит, и узнает о существовании сказочных тварей — как это отразится на ней, и на мне? А вдруг Игра решит, что так делать было нельзя и попросту уничтожит и ее, и меня? Кот что-то об этом говорил. Мол, вроде как все разрешено, правил нет, но…если Игра захочет — уничтожит любого. И пофиг ей правила! Боги, они такие — не понравишься им, так хоть лоб себе расшиби в поклонах — все равно получишь одни неприятности. «Ну не нравишься ты мне!»

— Нужен! — отрезал я — Подумаю над этим вопросом. Пока не проявляйся…кстати, а она сможет тебя увидеть, если ты захочешь? И если я попрошу?

— Сможет, конечно. Но…хозяин, так не принято! Домовые не показываются людям!

— А я? Мне можно показываться?

— Тебе — можно. Но ты же не человек. Ты — Игрок!

Мда. Вот и ясность настала. Я нелюдь! Я не человек! Хоть и все человеческое мне не чуждо. Кстати, а Ольки так и нет…

После обеда мы пошли в город — в парикмахерскую. Настя обзвонила несколько крутых салонов, и во втором из них нашла «окно». Салон находился в центре, так что идти далеко не пришлось, и такси вызывать не стали. Я настоял, чтобы Настя оделась соответственно своему новому имиджу — хватит ботанки! Хватит зашуганной мышки! Короткие джинсовые шорты с ремешком, босоножки, топик — секси, да и только!

Настя призналась, что шорты она купила давно, думала на курорте в них походить, но муж как увидел, так сразу назвал блядью и дал затрещину. Так с тех пор они у нее и валялись ненадеванные. Правда были они ей несколько великоваты, а теперь сидят «в облипочку» — задница стала потолще. Разжирела!

Про то, что она разжирела — Настины слова. Я никакого ожирения не увидел. И целлюлита не нашел. На удивление гладкая кожа и крепкие мышцы. Кстати, выяснилось — все-таки Настя ходила в спортзал, качалась на тренажерах. Пока муж не запретил — мол, для кого качаешься? Для своих «еб…рей»?!

Я вообще поражаюсь — нет, не тому, что ее бывший был таким ревнивым идиотом. Поражаюсь — как можно было выйти замуж за такого придурка? Нет — ревность дело хорошее, она даже нравится, если все в меру, но такое, до безумия — это уже ненормально. И кстати — если ты дни напролет рассказываешь своей женщине, что она конченая шлюха и блядь — не решит ли она в конце концов, что пора соответствовать этому городому имени? А чего терять-то?

Отправил Настю на стрижку, маникюр-педикюр, объяснил мастеру, как ее постричь (чем вызвал несколько удивленные взгляды персонала…хотя что тут удивительного?), а сам пошел пить пиво в соседний паб. Я там как-то бывал — вполне неплохое крафтовое пиво, хотя и дорогое на мой взгляд (не по качеству дорогое), хорошие бургеры, лучше чем в Маке, тем более вы нынешнем, который называется теперь черт знает как (я за такое название этого креативщика просто бы прибил!), ну и к пиву кое-что. Например — картошку фри, охотничьи колбаски и все такое. И приготовился к длительному ожиданию, которое оправдалось на все сто. И не потому, что я ожидал просидеть там битых два часа — это и так было понятно, что просижу. Нет. То, что получилось из Насти меня поразило. Мечта! Вот теперь точно мечта!

Нет, она все-таки красивее Метелкиной, которая играла Нийю. Теперь я точно это вижу. Хотя и очень похожа — огромные глаза, полные губы. Вот только лицо мягче, и нос аккуратнее. Короткая прическа визуально полнит лицо, оно делается шире и мягче. И глаза — они кажутся совсем уж огромными.

Между прочим только сейчас заметил, что глаза у Насти зеленые. И вот еще что…на лице Нийи всегда было выражение уныния, печали. Настя же улыбается, и лицо ее от этого в разы красивее. Не зря американцы всегда по делу и без дела расплываются в широкой улыбке — знают, что это делает человека симпатичнее. А значит — легче дадут денег.

Ох, и красотка получилась! У самого дух захватило! Мужики на Настю оглядываются, даже те, кто с женами и подругами идут. А она вроде как ни на кого внимания не обращает, прямиком ко мне. Наклоняется, и шепчет в ухо:

— Там и шугаринг был…ты ведь любишь, когда женщина гладенькая…там?

— Люблю — киваю я, не спуская глаз с подружки. Мда…такая точно убежит от меня, пентюха! Куда мне такая красотка? И тут же вспоминаю — да я уже не пентюх! Я вообще-то Игрок с телом, как у…как…как у супермодели-спортсмена, вот! И мордашка у меня соответственная. Сам выбирал, знаю. Это раньше я был рыхловатый менеджер по продажам, а теперь…теперь хрен знает кто. Но красавчик. Так что мы соответствуем друг другу. И от этой мысли у меня на душе потеплело. Может домой пойти? И начать как следует искоренять свои фрустрации? Ну так…под корень их убрать! Как синяк под глазом Насти.

Я вчера вечером подлил ей в стакан лечилку, даже не надеясь, что она подействует на «обыденку». Ничего, подействовала. Настя встала утром, а синяков-то и нет. И под глазом нет. Чистая, гладкая кожа. Настя так удивилась, а я вместе с ней — поохал, поизумлялся!

— Ну что, куда пойдем? — спросил я, прижимая Настю к себе. Сейчас она выглядела не на свои двадцать пять, а максимум на семнадцать. То-то стайка пацанов просто-таки шеи свернули, оглядываясь на нас. Завидуют, черти! Ну и я бы завидовал.

— Давай, по набережной прогуляемся? — предложила Настя — Хочу посмотреть на людей, и…себя показать! Хи хи… Зря что ли два часа мучилась! Знаешь, между прочим, как это больно, когда из тебя волосы вырывают, да еще и на самых нежных, дорогих сердцу местах?

— Из кошелька, что ли? — ухмыльнулся я.

— Тьфу на тебя — хихикнула Настя — Вот выдергать бы тебе волосы ТАМ, узнал бы, как это. Я чуть сознание не потеряла от боли! А все для тебя стараюсь!

— А чего муж не заставлял дергать волосы? — поинтересовался я между делом.

— Ну вот зачем ты опять о нем? — нахмурилась Настя — Вот говорила мне подружка, что все мужчины начинают сравнивать себя с мужем любовницы. У кого больше член, что делал, куда…хмм…совал. Неужели интересно? Что, возбуждает, что ли?

— Честно сказать — да! — хохотнул я.

— Тьфу на тебя! — хихикнула Настя — Не позволял он мне этого делать. Я говорила, мол — неудобно, бикини не наденешь, на пляж не сходишь — волосы торчат. А он: «Вот и не надо! Ишь, нацелилась на своих…» — ну, дальше ты знаешь. Все, не спрашивай про него больше! Его нет! Семь лет мучилась, больше и слышать о нем не хочу! Не будешь спрашивать?

— Нет, не буду — вздохнул я, и тут же спросил — А у кого больше, у меня, или у него?

— Тьфу! Дурак! — расхохоталась Настя и довольно-таки весомо врезала мне ладонью по спине. Аж загудело в организме. Ручка у нее крепкая! И чего сдачу не давала этому мудаку? Впрочем, если вспомнить его габариты, да плюс боксерские умения…никаких шансов. Если только во сне прирезать…

И мы пошли дальше. Вдоль речного вокзала, вдоль ряда ресторанчиков, по аллее, поливаемой лучами горячего июльского солнца. Я стал на несколько тысяч беднее, но результат стоил того. Такую девчонку хрен найдешь! А найдешь — не факт, что она на тебя внимание обратит. Даже в моем нынешнем облике. Вон, как на нее все пялятся…бабы просто сожгли бы взглядами чертову сучку — ишь, вырядилась! И прическа-то какая — с претензией! Видел, как одна из них врезала парню по морде, когда тот застыл на месте, глядя на мою подругу и отказывался идти дальше. Просто-таки в ступор впал.

Кстати сказать, стригла Настю молодая и на удивление симпатичная мпечка. И опять же — пока Настя устраивалась в кресле, мпечка шепнула мне, что не против замутить хорошенькую оргию — хоть вдвоем, хоть с моей подругой втроем. А надо будет — она и еще парочку подружек притащит. Одна из них — демоница. И что глупо мне упускать случай! Они и с женщинами любят!

У этих мпечек просто-таки фетиш — переспать с Игроком. И зачем Создатель заложил в них эдакую гиперсексуальность? Интересно, когда они убьют нас с Настей — что возьмут себе в коллекцию? Ну у меня-то понятно что возьмут, а у Насти? Сиськи прибьют на доску над камином? Рядом с оленьими рогами.

Пока шли, меня все не оставляло чувство, что за мной кто-то следит. Не сразу это понял, а только тогда, когда уже пошли в обратную, решив перекусить в ресторанчике восточной кухни. Люблю я восточную кухню, грешен. Острое, сладкое, пряное — это мое. Никаких дурацких пицц и пародий на плов. Только хардкор — острая баранина на углях, и острые приправы. А еще — много морепродуктов.

Я сидел за столиком в кафе, и смотрел на Настю. И да, теперь она больше походила не на Метелкину-Нийю, а на Кару Делевинь, актрису-супермодель. И как ни странно, эти две женщины, разделенные тысячами километров и временем, были очень похожи. Но Кара все-таки красивее.

Кто-то мелькнул у двери, и мне показалось, что эту женщину я знаю. Точно знаю. И очень хотел бы ее увидеть.

— Посиди пока без меня…в туалет схожу — улыбнулся я Насте — Пока тебя ждал, столько пива выпил…ты и не представляешь! Не хулигань тут, ладно? Не соблазняй мужиков.

— И не ходи с ними по сортирам, да? — нахмурилась Настя, и я не выдержал, хихикнул:

— Ну вот сама же про мужа начала! А кто требовал, чтобы я не спрашивал? Кстати, так ты и не ответила — у кого больше. Обдумай ответ, а я пока схожу.

Настя кисло улыбнулась, и я зашагал к туалету. Странно так…я знаю ее всего ничего, пару дней, но…будто целую жизнь. Мне с ней легко и приятно, как со старой знакомой, от которой мне нечего скрывать. Ну да, разок переспали, но разве из-за этого гарантированно возникают близкие отношения между мужчиной и женщиной? Как говорится в современной поговорке: «Секс, это еще не повод для знакомства!». Скорее всего, я и в самом деле втюрился в эту мышку. Бывшую мышку, а ныне супермодель. Между прочим, та же Водянова без макияжа и нарядов сущая серая мышка. Два раза подряд и не взглянешь — настолько она обыденно выглядит. А вот поди ж ты!

Вот не надо отвлекаться на сторонние мысли. О любовных отношениях можно подумать и в другом месте. Ведь чуял же, что дело нечисто, просто-таки мурашки по коже бегали! Интуиция? Или предзнание?

Как я увернулся от стилета — сам диву даюсь. Помогла уборщица, которая оставила ведро и швабру возле стены. Мелкая курва споткнулась через ведро, и стилет, вместо того, чтобы войти мне в сердце, прошел в сантиметре от груди, вспоров рубаху и вонзившись в облицовку стены. Ну а я уже не сплоховал — пока гадина выдергивала клинок, уцепился ей за голову, потянул вверх и повернул против часовой стрелки. Да так быстро, так уверенно, будто делал это всю свою жизнь. Хруст! Тело мелко задрожало, пятки выбили дробь, и «террористка» обмякла. Готово!

Никого, слава богу, рядом не было. Потому я облегченно вздохнул, в темпе открыл дверь подсобки и забросил в нее истекающее кровью тело. Кровь лилась изо рта девчонки, видимо кости позвоночника повредили ей гортань. Впрочем, я не спец в медицинских делах и гадать не буду.

Приход накрыл меня в тот самый момент, когда тело этой профурсетки опустилось на пол, и…я едва не свалился рядом. Да, стимулирует Игра просто-таки феноменально! Так и тянет убить Игрока, ведь при этом ты получаешь не только деньги и проценты к левелу, у тебя возникает такой оргазм, с которым не сравнится и постельное наслаждение! Я не пробовал наркотики, и не собираюсь это делать, но по описаниям «приход» от порции наркоты сродни вот этому самому «приходу» новых процентов после убийства Игрока. В ушах звенело, тело дергалось, не подчиняясь мозгу, руки и ноги тряслись мелкой дрожью. И ко всему прочему — я еще и физически кончил. Обнаружил это печальное обстоятельство после того, как спало напряжение. Пришлось стаскивать с себя трусы, отмывать под краном, а потом идти сушить под струей горячего воздуха из «рукосушки», или как она там называется.

Перед тем, как оставить мертвое тело — осмотрел его. Ну что же…вроде она. Та самая девчонка, которая меня уложила на проспекте. Наверное — она. На виде лет шестнадцать, милая, очень красивая, голубоглазая. Короткая юбка на грани приличий, топик, обтягивающий высокую грудь третьего размера (небось мечтала о такой в прежней жизни!). Волосы до плеч — темные, возможно крашеные. Хотя и не факт. Даже под юбку заглянул — непонятно зачем. Может ожидал увидеть какое-нибудь оружие? Или просто стало интересно… Если честно — сам не понял. Оружия никакого не обнаружил, как впрочем и трусов. Как она ходила в такой короткой юбке без нижнего белья, и зачем — мне совершенно непонятно. А если села на стул в людном месте? Или на скамеечку? Оно же все видно!

Впрочем, возможно в этом и был весь тот цимес. Я в своей жизни знавал девиц, которые обожали шокировать мужчин. И да — при первой возможности засвечивали свои так сказать достоинства. Сдается, это сродни вуайреистам, которые носят плащ на голое тело и распахивают его перед уставшими женщинами, возвращающимися с работы (- Ой! Точно, яйца-то я забыла купить! Спасибо, мужчина!). Ну что же…у всех свои слабости.

В сумочке оказался паспорт на имя Натальи Вениаминовны Галеевой, в котором стоял штамп с ее пропиской: «Бакинская, дом 3, квартира 8». Это где-то на Соколовой горе, я знаю. Ну что же…можно будет и навестить госпожу Галееву. Спросить, чего это она ко мне привязалась. Других Игроков нету, что ли?! Назойливая сучка! И рубаху порвала...

Деньги в сумме ста пятидесяти тысяч реквизировал. Пошла она нахер! Ответит мне за рубаху. Паспорт тоже забрал. Пусть выкупает. Как? А мне пофиг — как. Денег нет — пусть зад подставляет! Я зол. Я очень зол! Только представил, что снова очнулся на кладбище — голышом, стоя в сухой полыни, и меня затрясло от ярости. А если вообще не очнулся? Тогда как?

Кстати…никакого сожаления, никакого отвращения к убийству не почувствовал. Как сорняк выдернул! И неважно, что сорняк красивый, цветущий…он все равно вредный и с колючками. Подлежит уничтожению.

Волшебной палочки при ней не было, как и других особых атрибутов Игрока. И между прочим судя по паспорту этой курице двадцать пять лет, никак не шестнадцать. Интересно, как она объясняла компетентным органам такую свою внешность? Генетическими особенностями организма?

Разрез в рубахе скрыть от Насти не удалось. Она вначале осторожно спросила, почему это я так долго ходил в туалет (решила, что у меня понос, что ли?), а когда заметила разрез и царапину — вытаращила глаза и начала требовать, чтобы я рассказал о том, что случилось. Но я сказал, что наткнулся на гвоздь и оцарапался. А потом предложил уйти из кафе, так как мне здесь не очень нравится. Вон, гвозди торчат где ни попадя! Чем укрепил Настины подозрения в том, что случилось нечто экстраординарное. Но что я мог поделать? Труп исчезает не сразу, только через несколько часов. Сейчас его найдут, и начнется светопреставление. Перекроют выходы, и…кстати сказать, там ведь камера есть, на потолке — перед входом в блок с туалетными комнатами. Меня точно засекли.

Эта мысль подстегнула еще сильнее, и скоро мы удалялись от кафе с максимально возможной скоростью. Максимально возможной для людей, не собирающихся вызвать подозрение у прохожих. А через пять минут уже ехали в такси.

Странно. Почему магическими предметами торгуют в основном демоны? Ну…леприконы понятно почему заведуют банками — это их исторически сложившийся гешефт. Но демоны?! Хотя…существа по сути магические, так почему бы им магией не заведовать? Упыри по жизни политиканы-чиновники, демоны — магия, мпеки торгаши…нормально, чего уж там. За границей есть и другие расы, которые тесно общаются с людьми, но я пока-то никого из них не видел. Город у нас провинциальный, тихий, иностранцев сюда не заманишь, так что…ни призраков, ни архангелов, ни людей-птиц, ни…в общем — других рас тут нет.

После нашего бегства из кафе, мы отправились не домой (я по дороге передумал), а на Центральный рынок, где и затарились продуктами так, что я едва тащил сумки. Килограммов двадцать всего получилось, начиная от мяса, и заканчивая мороженым и осетриной холодного копчения. Ну а чего? Имею право на пищевой разврат! На дурацкие траты! (хотя что дурацкого во вкуснятине?) Тем более что только что ограбил покойную телку…как там бишь ее? Наталью Галееву.

Мда…мы с ней еще увидимся, обещаю! Уж больно я не люблю, когда мне в спину суют холодное железо. Ощущение в высшей степени неприятное. Особенно, когда хочешь вздохнуть, а вместо этого выблевываешь из себя кровавые сгустки наполовину с пеной. И кто там придумал, что перед смертью перед глазами проносится вся жизнь? Мат проносится, вот что! «Убью, сучку еб…ю!» — вот что пронеслось. Только сил исполнить тогда не было. Теперь — есть. И кстати — пора бы уже избавиться от наивности, и ходить всегда вооруженным. В смысле — с лечилками, и всякой такой лататой, способной удержать на этом свете. Была бы лечилка — я бы не вылез из могилы голым. Вернее — я бы в ней не оказался.

Оставив Настю заниматься хозяйством ( то бишь раскладывать еду по полкам холодильника), я поехал на том же такси туда, куда давно собирался забраться. А именно — в магазин, торгующий магическим барахлом для высших левелов. Пора! Я все-таки уже за сороковой перемахнул! Деньги пока есть, так чего я с дохлой волшебной палочкой хожу? Да и просто посмотреть интересно…

Не ожидал, да. Пролез в магазин через сортир (как сотрудники туда попадают, черт их подери!), и…опа! Это больше напоминало зал самого настоящего супермаркета. Полки, ценники, разложенные товары — просто глаза разбегаются. Касса! Да, самая настоящая касса. Даже с прибором считывания банковской карты. Да оно и понятно — не будешь же миллионы золотых таскать с собой, это просто невозможно.

Почему я про миллионы? Да потому, что некоторые артефакты стоили не один миллион. Я видел волшебную палочку стоимостью в тридцать миллионов. Для сотого левела. И кстати — ничем особым она не выделялась. Только циферки на ручке — «100».

Не выдержал, спросил у миленькой, очень красивой демонессы — а что будет, если я воспользуюсь этой палочкой? Кстати — в высшей степени соблазнительная демонесса! Иссиня черная, она не была толстогубой африканкой, боже упаси! Точеные европейские черты лица, огромные глаза — кстати, у этой они были не красного цвета, как обычно у демонов, а ярко-голубые. Подумалось — может, сменила цвет? Голубые глаза и черная кожа — смотрится странно и завлекательно. А еще — длинная шея, аккуратная короткая прическа «под мальчика», и…практически полное отсутствие одежды. Ну если не считать чего-то вроде стрингов, и золотой цепочки на поясе. Нет — еще забыл про цепочки на лодыжках, усыпанные колокольчиками, мелодично звеневшими, когда девушка шла. Сложение ее было более хрупким, чем у обычных демонесс, похожих на перекаченных культуристок — так…фитоняшка в стадии «после сушки», напоминающая о конкурсах «Мисс Бикини». Рожки позолоченные, крупные соски — тоже. На ребрах по три золотые полоски от спины к центру живота. И как вишенка на торте — пухлые розоватые губы. Черт подери! Я больше на нее смотрел, чем слушал объяснение насчет палочки! И старался не смотреть на груди, которыми она как стволами пулеметов уставилась в мою грудь.

Ладно…взял себя в руки, постарался успокоиться и понять то, что она мне говорит. В общем, как оказалось — такой палочкой я попросту не смогу воспользоваться. Более того, использовать ее довольно-таки опасно, так как десять раз она просто не сработает, а на одиннадцатый жахнет со всей дури, которая в нее заложена. А раз питается палочка от маны, которая хранится во мне, то высосет она ее дотла, а потом уничтожит и хранилище маны, и все, что к этому хранилищу прилагается, как-то: организм самонадеянного идиота.

Сотый левел — это серьезно. Сильнее его нет никого из этого мира. И чтобы дойти до сотого левела нужно приложить невероятное количество усилий, поубивать кучу Игроков и зверей, и при этом не дать себя убить. Ведь чем выше левел, тем больше вероятность того, что ты можешь не воскреснуть при очередной смерти.

Плохое известие. Почему мне Феникс об этом не говорил? Может, ему было запрещено о таком говорить?

Попросил девушку показать те артефакты, которые подходят под мой левел — лучше с запасом, но чтобы в могилу не загнало. Ведь можно использовать и накопители маны, тогда мой резерв увеличится на порядок. То есть смогу юзать палочку пятидесятого, а то и пятьдесят пятого уровня.

Как оказалось, на пятьдесят пятый левел я не тяну. Денег мало! Полтора ляма, черт подери. Золотых, между прочим! И даже на сороковой не тяну. И вообще — я жалкий и убогий. И делать мне в магазине нехрена, кроме как разглядывать соблазнительную демонессу. Но и это бесполезно — сексом я с ней заниматься не буду, помня о том, что творят эти негодяйки с людьми после акта. Так что сплошные фрустрации и возбуждации. И на кой черт сюда притащился?

— Может, посмотришь бэушные артефакты? — качнула грудями третьего размера тонко улыбающаяся продавщица, явно наслаждающаяся моей растерянностью и моим возбуждением. Ага…лоха видно издалека! Да еще и лоха озабоченного.

— А есть смысл? — вздохнул я, с трудом отлепляя взгляд от груди девушки.

— Ну…смысл всегда есть! Все надо попробовать! — облизнула полные губы демонесса, и переступив с ноги на ногу снова качнула грудью — Жизнь коротка и непредсказуема, не правда ли? Кстати, у нас есть и вещи для черной магии. Правда, это чревато потерей кармы, но…все нужно попробовать!

— Да слышал, слышал…все нужно попробовать! — немного сварливо ответил я, с досадой чувствуя, что краснею как мальчишка — А что именно для черной магии? Да у меня денег на это не хватит! У вас ценники конские!

— Ты еще московские цены не видел! — слегка обиделась демонесса — Там раза в три дороже!

— Почему? — слегка удивился я.

— Спрос рождает предложение, почему же еще? — хмыкнула девушка — Там каждый второй — Игрок! И все режут, режут друг друга! Дух выбивают из соседа! Значит, требуется много волшбы и артефактов. И денег у них больше — все главные упыри и лепреконы там сидят, а значит — и деньги вокруг них. Потому такие цены.

— Бывал я в Москве…только вот не заметил, чтобы там все были Игроками! — тоже хмыкнул я — Страхолюдин более, чем достаточно. Все Игроки — едва ли не супермодели.

— Где обитает больше всего супермоделей? — резонно заметила продавщица — Тем более, а где ты их видел? В метро, что ли? Трижды — ха! Они в метро если и ездят, то очень, очень редко. Больше в своих «бентли», да «мерседесах». А ты небось по маршруткам таскался, да спертым воздухом метро дышал. Среди людей, в общем. Тех, кто понаехали. Я тебе про москвичей говорю, настоящих москвичей, а не тех, что приехали на завоевание столицы.

Что-то врет демонесса…но неохота с ней и спорить. Тем более — как спорить с существом, у которого такие сиськи? И попа… Это дезориентирующий фактор. Может на то и рассчитано? Чтобы покупателя вводить в идиотический транс? Загляделся на сиськи, да и купил черт знает что за бешеные бабки. Запросто ведь такое может быть. Не зря же в бутики берут только красавиц — чтобы клиент перед ними хвост распушил, да и купил что-то за бешбабки.

Отвела она меня к стенду, на котором лежали и волшебные палочки, и артефакты различного вида, и баночки со снадобьями стояли. Кстати, цены были вполне адекватные. Например, за палочку, которая выстреливает проклятье просили всего сто золотых. Это недорого! Тем более что она пятидесятого уровня.

— А почему так дешево? — недоверчиво осведомился я у продавщицы — Пятидесятый левел, и всего сто золотых?

— Вон там, смотри на ценнике — девушка сморщила прелестный точеный носик — «брак». Видел? Эта палочка бракованная. Если бы она была без брака, стоила бы не меньше двух миллионов.

— Та-ак…- я внезапно почувствовал, как по моей коже побежали мурашки — И в чем выражается ее бракованность?

— Заряжается долго. Сутки — отрезала демонесса — А потом…физлит, паскуда. То есть ты выстрелишь — а она…пшш…да еще и откатом шибанет. Убить не убьет, но напакостить может. Например — понос прошибет. Или…ну еще что-нибудь случится

Взгляд демонессы метнулся в сторону, и я понял, что тут все не совсем чисто. Или совсем не чисто.

— Слушай…как тебя звать?

— Норда. Я северная демонесса (так вот откуда голубые глаза!)

— Норда…давай начистоту. Что это дрына может сделать, если сфизлит? Самое опасное.

— Ну…обделаешься, к примеру. Это я уже сказала. Еще…клиент, что ее сдал, жаловался, что неделю не мог сексом заниматься. Временная импотенция. А другой сказал, что у него вообще странный эффект получился — все существа женского пола желали его изнасиловать. Четыре бабы затащили в машину и увезли за город. Пришлось пить вино и ублажать этих мерзавок. Правда, по-моему он врал, что ему это было неприятно. Но палочку все-таки сдал.

— Как она действует? — не стал я углубляться в дебри чужих перверсий — Что может сделать?

— Ну что захочешь, то и сделает — пожала плечами девушка и вздохнула, чуть ехидно улыбнувшись на мою невольную реакцию по поводу поднявшейся груди — Проклясть может. Порчу напустить. Убить, в конце концов. Только сразу хочу предупредить — если используешь против обыденки, Карму подпортишь капитально. Особенно, если убьешь. За убийство обыденки магическим артефактом может прилететь ответка в виде архангела верхом на динозавре. Прихлопнет на-раз. Потому сто раз подумай, прежде чем использовать против людей. Хмм…ну…что еще…можно напустить страсть на объект вожделения. Если сработает — будет тебе ноги лизать и радоваться, что ты это позволил делать. Любовные привороты, как ты уже знаешь…или не знаешь…относятся к черной магии.

— А если не сработает? — вклинился я.

— Ну, я же описывала последствия! Только добавлю, что в данном случае, во время применения любовного заклинания, эффект может быть полностью противоположным — ответка ударит в тебя, и уже ты будешь мечтать полизать ей ноги. Или ему — если ты педик.

— Эй, эй! Говори, да не заговаривайся! — разозлился я — Где ты тут видишь педика?!

— А что такого? — удивилась демонесса — Я лично люблю и женщин, и мужчин!

— Надеюсь, не жареных на вертеле — пробормотал я себе под нос, но демонесса услышала и ухмыльнулась:

— Нет. В постели. Жареные вы не очень вкусны. Вымачивать надо долго, воняете какой-то кислятиной. Даже специи не перебивают вонь.

Я едва не поперхнулся. Так и не понял — это она меня троллила, или на самом деле пробовала человечину. Переспрашивать не стал — только на смех поднимет. Вон, как губы трясутся от смеха. Да, похоже, что мерзавка троллит нуба.

— Двадцать золотых! — беру я быка за сись…хмм…за рога.

— Сто! — отрезает улыбающаяся демонесса, и прислонившись к прилавку красиво отлячивает попу. Мой взгляд тут же опускается на объект осмотра. Однако не сдаюсь.

— Двадцать пять!

— Девяносто пять — томно вздыхает демонесса, опирается локтями о прилавок, изгибаясь и чуть расставляя ноги в стороны. Кажется мне, или нет — от нее пошел странный сладковатый запах, похожий на запах роз в смеси с запахом цветущего табака. Интересно, ей самой-то комфортно в таких трусиках? Они ведь спереди едва прикрывают! А сзади так и вообще все видно…

— Тридцать! — слегка осипшим голосом предлагаю я.

— Девяносто, и ни золотым меньше! — демонесса лукаво смотрит на меня, приподнимает правой рукой левую грудь и вроде как что-то на ней поправляет. Ну…типа волосок снимает. А сосок крупный такой, торчит…у меня уже торчит. Что она там воскуряет, зараза! Аж крыша поехала от запаха!

— Сорок! — перехожу я к активным действиям.

— Восемьдесят! — демонесса поднимает лямочки трусиков повыше и щелкает ими по упругому телу.

— Пятьдесят! — не уступаю я, и прикрываю глаза, чтобы не видеть эту гадину. Я уже готов завалить ее на прилавок, и…

— Семьдесят! — и меня в придачу. Прямо сейчас, в подсобке! Без обязательств! Давненько с Игроком не была…вы такие милые, такие нежные! И плеткой не бьете, как мои любовники. Они без плетки никак не могут, только хардкор. А вы…такие тепленькие, такие…вкусные! Но деньги вперед!

После слова «вкусные» я опомнился, и перед глазами возникла картинка: блюдце, и на нем толстая, парящая после кипятка сарделька. Которая не совсем сарделька. И мое наваждение схлынуло. ФФуххх…я аж выдохнул.

— Где я прокололась? — деловито спросила демонесса, отходя от прилавка.

— Насчет «вкусного» — не надо было. Мы, люди, существа нежные, впечатлительные, и очень не любим, когда нас едят. И подозреваем, что все, у кого есть на голове рога — или мужья неверных жен, или же те, кто любит полакомиться человечиной. Так что…следи за словами. Шестьдесят, и по рукам.

— Ладно, демоны с тобой! — притворно (я уже это понял) вздохнула демонесса, всем своим видом показывая, как я, негодный, ее обманул, заставив продать замечательную вещь за сущие копейки. И похоже, она меня развела как минимум на тридцать золотых. Уж больно опасна эта палочка с непредсказуемым эффектом. Но мне ужасно хотелось ей обладать…есть кое-какие задумки. Парочка задумок.

— На кассу, оплачивать? — осведомилась продавщица, но я отрицательно помотал головой:

— Еще кое-что хочу. У вас отдел косметических средств есть? И мне еще нужен аккумулятор для маны — недорогой, но хороший, емкий. Можно бэушный.

— Если не гнушаешься с покойника…вот, хороший перстенек. С бриллиантиком! И дешево! Всего двадцать золотых! Хозяин не воскрес, а перстенек остался. Говорят, что дурная примета, брать вещь с того, кто не воскрес, но ты же выше всяких там предрассудков, ведь так же?

— Пять золотых — мрачно подвел я итог — И ни золотым больше. Небось, лет пять уже лежит, протух совсем.

— Да что ему сделается за семь лет-то?! — возмутилась продавщица, и тут же поджала губы: прокололась. Немного ошибся, да — на два года.

Через полчаса я уже шагал по проспекту, держа в руке бумажный пакет с наваленными в него баночками, склянками и порошками. Поверх всего лежала эбеново-черная палочка с цифрой 50 на рукояти. Тяжелая такая, как из железа сделанная, хоть и длиной всего сантиметров тридцать. Моя первая палочка легкая, как прутик. Кроме нее купил еще и бэушную «светлую» палочку, годившуюся не только для того, чтобы валить противников. Обошлась она в двести золотых, и чертова нимфоманка ни за что не хотела сбавлять цену. Двести, и все тут! «Почти новая, не бита, не крашена, один хозяин! Ездила женщина, аккуратно, только до детского сада!» Другой такой палочки не было, пришлось взять. Это мое главное оружие, так что…без вариантов. Взял еще и пару амулетов — один от проклятий, другой — ослабляющий магические удары. Пока что никто по мне из волшебной палочки не долбил, но всегда бывает в первый раз. Так что не буду рисковать.

Чувствую себя нищебродом, и снова задумался — как сделать бабло? Настоящее, хорошее бабло, не то, что у меня имеется! Есть кое-какие мыслишки, но…как-то все иллюзорно, наивно. Ну как в мультике о Простоквашино. Где деньги взять? Надо пойти, и найти и клад. Ну, вот так просто — идешь, и находишь! Делов-то… Главное — не вспотеть, когда выкапывать станешь, а то продует мокрого-то.

Теперь уже поехал домой. Хмм…эта «служебная» квартира как-то незаметно стала домом? До сего момента я так не считал… Как только в квартире появилась женщина, так сразу образовался «дом». Вот действительно говорят — жилплощадь становится «домом» только после того, как в нем появляется «хозяйка». Или Хозяйка. Кто так говорит? Да я говорю! Хе хе…

— Слушай…какой у тебя странный тырчик в прихожей…я такой и не видала!

— Ты разбираешься в тырчиках? — удивился я, и новыми глазами взглянул на новообретенную подругу.

— Ну…всегда хотела кататься на байке — с улыбкой призналась Настя — Хотя бы на тырчике. Даже смотрела каталоги, хотела купить. Или мотик дешевенький. Увы…муж запретил. Сказал, что я буду шлендать к байкерам, и меня будут драть всей толпой. Я конечно шлюха, и мне это понравится, но он не желает после толпы уродов…в общем — накрылась моя мечта.

— На этом тырчике тебе нельзя — усмехнулся я — Он с секретом, новейшие технологии, противоугонная система, настроенная на меня. Но если захочешь, куплю тебе другой. А может и мотик. Не будешь с толпой байкеров?

— С толпой — нет. Только с парочкой байкеров с длинными бородами — серьезно ответила Настя, в глазах которой прыгали бесята. Мы захохотали, и я в очередной раз подумал, что похоже — не ошибся в выборе подруги. Очень не люблю женщин, которые не понимают шуток. Да и вообще дур не люблю.

Квартира преобразилась. И когда Настя все успела? Даже окна вымыла! Не говоря уж про полы, сверкавшие первозданной чистотой. Белье на кровати сменила (мы его изрядно запачкали и помяли), стиральная машинка булькотила, пережевывая трусы, майки и простыни. На кухне пахло борщом, пирожками, резаным лимоном и средством для чистки кафеля с запахом хвои. Хорошо!

— Садись, обедай! — Настя поцеловала меня в губы, обдав запахом мяты, и взяв за руку потащила за собой — Я уже перекусила, пока тебя ждала, не хочу. Но посижу с тобой, посмотрю, как ты ешь. Мне нравится смотреть на то, как ты ешь.

— И что в этом зрелище такого хорошего? — удивился я, опускаясь на табурет — Зрелище работающей бетономешалки, что в нем такого?

— Не-ет…ты ешь быстро, жадно, но аккуратно. Видно, что проголодался, но не позволяешь себе рыгать, плеваться, и все такое. И пальцы. У тебя красивые пальцы! Ты так сексуально держишь вилку…и ложку…

Глаза Насти затуманились, сделались влажными, а я вдруг закашлялся, чувствуя себя совершеннейшим дураком. Неужто она в меня влюбилась настолько, что…нет, приятно, конечно, но что бы ТАК?! Да не бывает такого! С первого взгляда!

Или это по контрасту с жизнью, которой жила с мужем? Грубый мужлан, который доминировал каждую минуту, каждую секунду, который думал только о своем удовольствии, и не позволял жене вообще ничего — кроме как зарабатывать деньги, да удовлетворять себя, любимого. То-то она сейчас распрямилась, разошлась, как сжатая пружина! Вырвалась на свободу! А я…я просто первый попавшийся мужчина, на которого она излила свою истосковавшуюся по любви душу. Потом разберется, какое я в общем-то…хмм…какой я не идеал, и найдет себе мужчину получше. А может, не найдет. А может я просто боюсь поверить, что и мне в кои века привалило счастье. Двадцати пяти лет от роду, с ногами от ушей, и мордашкой от Кары Делевинь.

Кстати, в шортиках, дома — она похожа на эту Кару как две капли воды. Хе хе…вот и мне в конце концов перепала супермодель! Не все же только олигархам их пользовать!

Хмм…нет, Настя красивее Делевинь. У той всегда такое недовольное выражение лица, будто сейчас укусит. Раньше и Настя такая была. А сейчас — улыбается, и сделалась невероятно милой.

А еще — у Делевинь груди разного размера и слегка отвисшие, а у Насти они побольше, торчат, и ровные, будто из-под скальпеля хирурга. Нет, не протезы — я бы почувствовал. Натуральные, без всякого сомнения.

Всегда удивлялся — почему красивые, милые и домашние девчонки ведутся на подонков и всякую шпану? Выходят замуж за них, живут с этими уепками, которые днями и ночами портят им жизнь, плачут…и все равно жрут кактус. Это что такое? Мазохизм? Подсознательное стремление к жертвенности? И ведь девчонки из отличных семей, где их любили, холили, лелеяли! Протест против излишней заботы? Тоска по кулаку мужчины? Бьет, значит любит? И годами терпят этого ублюдка, которому давно надо перерезать глотку, а не облизывать его грязный стручок!

И совершенно противоположное, но из той же оперы — домашние, благовоспитанные мальчики женятся на оторвах, в которых перебывали все соседние районы, а дальние районы не были просто потому, что в этот момент была занята с соседними. И гуляют эти девки после замужества, и выедают мозг, а придурок терпит под боком эту дрянь, и прощает после очередного залета. Тоже своеобразный мазохизм?

— Ты говорил, у тебя есть кошечка? — вдруг спросила Настя, которая сидела за столом, подпирая голову рукой, и смотрела на то, как я всасываю очередную ложку борща со сметаной — Ты не пробовал ее искать? Может походить вокруг дома, покричать? Она и придет! Я всегда мечтала купить кошечку…но муж запрещал. Я так их люблю!

Борщ вдруг едва не застрял у меня в глотке — я подумал о том, как Олька воспримет появление в доме этой женщины. А вдруг приревнует? Нет, не по-женски…собаки, например, тоже ревнуют. Читал книгу одного австрийского писателя, который очень любил собак, так вот тот рассказал случай, как в некой семье появился младенец. До того молодая семья ласкала только собачку, по-моему кокер-спаниэля (уже не помню какую, но вроде кокера). Он для них был как ребенок. И вот — родился мальчик. И все внимание пары переключилось на него. Так кокер однажды запрыгнул в коляску и загрыз ребенка. Он не хотел делить любовь.

Жуткая история, но абсолютно реальная. И вот — кикимора, которая является просто-таки машиной для убийства. Появляется в квартире, и обнаруживает рядом с хозяином…вражину! Чужую бабу! Брр! Так и вижу, как акульи зубы кикиморы рвут лебединую шею Насти. Я аж передернулся…

— Ты чего? — удивилась Настя — Переживаешь, что с кошечкой что-то случилось? Придет, я уверена! Очень хочу ее погладить…

Я тоже хотел погладить Ольку, мне ее не хватает. Но и очень не хочется потерять Настю. Очень-очень не хочется. И как втолковать моей зверюшке, что нельзя выедать печень моей женщины? Об этом надо как следует подумать…заранее подумать! Олька скоро появится — возбужденная убийствами, окровавленная и ревнивая. Может поехать на кладбище и найти ее там, заранее? Завтра с утра поедем с Настей вместе. Точно. Решено!

Но я не успел. Олька пришла ночью.

Я проснулся толчком, будто кто-то меня встряхнул. Проснулся, и окаменел: над спящей рядом со мной Настей стояло чудовище. Оно было огромным, с большую собаку вроде сенбернара или кавказской овчарки, но самое главное — светилось. Глаза полыхали ярким зеленым светом так, что казалось — вокруг них возникли концентрические круги. А может и не казалось. Светилось и туловище — тем же зеленоватым, но уже неярким светом. И по нему пробегали яркие всполохи искр. А вот пасть…из нее исходило багровое свечение, и белые акульи зубы выделялись четко, как небоскребы на фоне заката солнца. Жуткое зрелище! Увидишь — сниться потом будет!

— Оля, нельзя! — шепнул я, с дрожью представив, как эти самые зубы сейчас вопьются в грудь подруги, отрывая куски плоти. Кровь, крики, треск костей — ужастик, да и только.

— Олька, свои! Это моя подруга Настя! — снова шепнул я, и чудовище повернуло ко мне голову, видимо намереваясь что-то сказать. И тут проснулась Настя.

— Кошечка! Какая большая, какая красивая! Я так люблю кошек! — спросонок улыбнулась она, и протянув руку, погладила стоявшую над ней убийцу по голове.

Я замер, ожидая, что сейчас эта самая дерзкая рука отвалится, откушенная по локоть, и сценарий ужастика дальше продолжится по той схеме, по которой я его увидел. Только теперь начало будет не с груди, а с конечностей.

— Наконец-то я тебя увидела, Оленька! — Настя снова погладила Ольку по голове, потом взялась за кикимору двумя руками и поцеловала ее в нос — чмок!

Я закрыл глаза. Сделать все равно ничего не могу, а видеть, как убивают подружку не желаю. Одна только мысль мелькнула — как после этого мне жить дальше? Как быть с Олькой? Ведь не прощу ей убийства Насти! Да и сам тогда буду опасаться — вдруг она решит, что я изменщик и предатель, и пора меня уменьшить на вес моей дорогой печени? Ведь предупреждал же Феникс! А я не слушал. Кикимора человеку не товарищ — гласит народная пословица, которую я только что придумал.

Звук, который я услышал, меня просто шкировал — не треск костей, не крик убиваемой девушки — это напоминало звук работающего дизеля. Мощного такого, но компактного. Раздвинул плотно сжатые веки…опа! Кикимора лежит между нами, и тарахтя, лижет сосок Насти. Та же тихо, сдавленно хихикает и прикрывает его рукой:

— Ой! Как теркой! Ах ты милаха! Мю-мю-мю! Андрюха, ты посмотри какая красавица! У нее носик курносый! А зубки, зубки какие белые!

Я смотрел. Я видел. И ужасно захотел помочиться. Пробило, как водопровод протек. А еще — вспотел, и руки слегка тряслись. С момента, как Олька едва не откусила кусочек Насти прошло всего ничего — секунды, но казалось, целая жизнь.

— Привет, Оля! — я протянул руку и погладил кикимору по спине, она потянулась и четко, явственно сказала:

— Привет! Соскучилась! Люблю!

— Как забавно мяукает — снова хихикнула Настя — Будто человек говорит! Я ролики видела в инете, там коты и кошки почти как люди говорили, ну точь-в-точь как она! Тебе надо Олю заснять на камеру и в инет выставить — все будут в восторге.

Мда. Мне только этого не хватало. Чтобы все знали, что у меня есть прирученная кикимора. Кстати…а те коты и кошки — может тоже из нечисти? Обыденки слышат мяуканье, слегка похожее на речь, а я-то слышу слова. Интересно было бы посмотреть.

Сходил в туалет, потом умылся и вернулся в постель. Так и уснули втроем — чудовище, и…прекрасное чудовище. Женщины — они еще те чудовища…

А утром я не мог отделаться от чувства стыда. Почему не бросился защищать свою подругу от кикиморы? Почему грудью не прикрыл ее…хмм…грудь? Ждал, когда кикимора растерзает девчонку?

И тут же дал ответ, который меня не обрадовал: ну да, мы с Настей любовники. Да, нам вместе хорошо. Да, я в нее влюблен, и…все что к этому прилагается. Но Олька — друг. И если бы я с ней схватился — мне пришлось бы ее убить. Или ей меня. Только почему-то мне кажется, что кикимора даст мне себя убить, но друга не тронет. Может я конечно и ошибаюсь, но вот чувствую это, и все тут! Нить меня и ее связывает, невидимая, но прочная, как стальной канат. Может дело в том, что я волей-неволей глотнул крови ее «матери»? А я хорошенько глотнул, точно помню. И мы с ней теперь что-то вроде…брат и сестра? Мдаа…

В общем, я от Насти глаза прятал — стыдно, чего уж там. Хорошо, что она никогда не узнает о том, как я ее променял на зеленую кикимору.

Зеленую? Черт подери…между прочим, она уже почти не зеленая. Вполне себе розовая, а еще…раньше ее принадлежность к женскому полу только намечалась, а теперь — все, как и положено. По крайней мере снаружи. Может пора ей трусы и лифчики покупать? Хе хе…представляю — кикимора в кружевных труселях, и кружевном лифчике! И над ними — зубастая пасть, которой гвозди можно перекусывать!

Мда…гвозди-то, гвозди, но когда пасть…рот закрыт, и не видно, что в нем акульи зубы. И уши человеческие. И губы. И нос. Вот только глаза — ярко-ярко зеленые, и мерцают, светятся! Ночью так вообще как прожектора сияют. Руки, ноги — тоже почти человеческие. А ростом где-то метра полтора, точно. Вымахала за считанные дни! Вот что проценты животворящие делают. Как сорок восьмого левела достигла — почти человеком стала. Ночью-то я не рассмотрел в подробностях, а днем — все как на ладони.

И вот что интересно: как кикимора умудряется в обычной жизни выглядеть просто черной кошкой? Да — крупной, да — массивной, как мейн-кун, только гладкошерстной, но все-таки кошкой!

И другая странность — она ходит на двух ногах, но если посмотреть обычным зрением — кошка на четырех лапах. Все понимаю — разработчики Игры так сделали. Типа наводит морок, выглядит так, и не иначе, но…вот все-таки? Морок, да, но ведь Настя ее «на ручки» берет, черт подери! КАК?! Куда делся вес?! Она теперь весит не менее пятидесяти килограммов! А если Настя сумела взять ее на руки, значит, не более десяти! Сколько там мейн-куны весят — не знаю. Килограммов восемь, вроде как. Может и больше. Магия, однако.

— А можно она будет кушать с нами, за столом? — попросила Настя, глядя мне в глаза и баюкая самое жуткое чудовище, о котором я знаю в Игре — Пусть с нами, ладно? Она такая славная!

Та-ак…интересно, кикимора может заворожить обыденку? Ну…послала какие-нибудь «лучи любви», и вот — человек уже прислуживает кошке. Впрочем — тогда все кошки умеют слать лучи любви, гипнотизируют глупых людей. А то, ради чего существует человеческий род — обеспечение жизни кошек. Мы прислуга кошачьего племени! Хе хе…

— Если только не будет воровать с наших чашек, и не станет чавкать — серьезно ответил я, и Олька тут же откликнулась:

— Я умею! Я не ворую! Обижаешь!

— Она отвечает! Будто поняла тебя! Ах ты ж умница! Ах ты же красавица! — Настя захлопала в ладоши, а я едва не расхохотался — Олька снова замурчала, забормотала (так это выглядело в обычном мире):

— Красивая самка! Умная самка! Хорошую самку привел, друг!

Я даже вздохнул — оказалось, что ужасно боялся встречи Насти и Ольки. И тут же понял — если бы нечисть убивала обыденок — получился бы такой скандал, что…хмм…а что? Может и убивают, да только до нас информация не доходила. Ведь сколько людей пропадает! Куда они деваются? Может, оказываются в желудке у нечисти? Так-то у них, со слов Феникса, стоит что-то вроде запрета убивать обычных людей. И вообще нападать на них. Но не все этого придерживаются, и кроме того — считается правильным ответить на агрессию. Если ты напал на кикимору — жди беды. Игрок ты, или же обычный человек. Со слов кота кикимора иногда выходит к людям в облике красивой женщины, девушки, и если кто-то на нее покусится, захочет обидеть, или того хуже — пусть пеняет на себя. А вот сама кикимора никуда не пойдет…ну…типа охотиться на людей. Кикиморы вообще обычно привязаны к месту и не удаляются дальше, чем в пределах видимости. Такие случаи как мой практически исключены.

— Она на унитаз ходит! — с восторгом объявила Настя через двадцать минут, после того, как мы позавтракали — И сама спускает воду! Это же какая умная кошка! Я в восторге!

Я вздохнул. Интересно, а как другие Игроки живут с обыденками? Или не живут? Впрочем, им наверное легче — у кого еще есть в фамильярах кикимора? Таких как я небось и нет. Да точно нет! Феникс-то мне так и сказал — я исключение. Странно, почему? Может мой организм оказался устойчивым к крови кикиморы? Она так-то ядовитая…а у меня вот прижилась.

После завтрака Настя уселась за ноутбук, щелкая клавишами и время от времени поглаживая Ольку, устроившуюся рядом на стуле, а я улегся на диван, глядя в потолок и обдумывая свои дальнейшие планы. Ничего не придумав кроме того, что мне надо снять другую квартиру, получше и поинтереснее, я пошел в прихожую, где стоял тырчик, мимо которого можно было пройти только боком, по стеночке. Увы…маленькие строили квартиры, коридоры — вдвоем едва разойдешься. Экономия!

Таак…а может мне дом снять? Ну зачем мне квартира? Арендую коттедж! Дорого, наверное…тысяч пятьдесят, не меньше. Скорее больше. Хмм…глупо как-то платить за аренду такие деньги, будто взял в ипотеку. Но кто мне эту ипотеку даст? Игрок может платить только живой монетой…

Закряхтев, встал с дивана, прошел мимо стола — потрепал бок Ольки, потеребил грудь ойкнувшей Насти — хорошо! То был один, а то…вот есть два существа, которым я не безразличен. Вроде бы и жизнь приобрела осмысленность. Есть ради кого жить. А то…как растение: полили водичкой — поднялся, наступили ногой — помер. Овощ, черт подери!

Первое, что бросилось в глаза, когда вошел в прихожую — сумка. Незнакомая сумка, каких у меня не было. Размером примерно с...хмм…старинный саквояж. Кстати, это и был саквояж — пузатенький такой, кожаный, слегка потертый. Откуда взялся? Ну…если подумать…кто его мог принести? Кто пришел ночью? Олька, конечно. Значит — она притащила.

Хмм…вот как кикимора это проделывает? Исчезает из закрытой комнаты, не оставляя следов, входит в закрытое помещение, и пофиг на то, что в зубах у нее здоровенный саквояж! Кстати, а кто сказал, что в зубах? У нее вообще-то руки теперь есть. Или лапы? Пока что нечто среднее между руками и лапами, но пальцы есть, так что держать сумку может. Надо будет посмотреть — что в сумке.

Хватаю саквояж за ручку, дергаю, поднимая от пола…и едва не падаю! Он легкий, как из пенопласта сделанный! Пустой видать. Вот так кикимора с ним и дошла. С пустым-то нет проблем. Даже если идешь несколько десятков километров от кладбища. Она же не человек, ей тридцать километров пройти — раз плюнуть. Вернее — пробежать. Однако…эта теория не объясняет, как Олька попала в закрытую квартиру. Просочилась! «Котик — это жидкость»

Думаю, куда положить саквояж — наверное в шкаф. Пусть там валяется. Интересно только — зачем Олька тащила его с кладбища. На кой черт мне этот древний, как говно мамонта «кейс»?

Тащусь в комнату. Настя что-то нащелкивает по клавишам, высунув между пухлыми губами кончик розового языка, Олька лежит рядом, внимательно глядя за действием моей подружки, а в кухне мелькнул силуэт домового, перемещающегося с такой скоростью, что даже я едва сумел его заметить. Или это не от скорости едва заметил, а от способности домовых скрываться? Отводят глаза, мерзавцы. Обычный человек может их увидеть, но только краем глаза, на периферии зрения. И конечно же подумает: «Привиделось!».

Прежде чем положить саквояж в шкаф, совершенно автоматически отщелкнул архаичные застежки (вроде как серебряные, но я не разбираюсь), решил проверить — может внутри все-таки что-то завалялось? Ну так…на всякий случай проверить. Сую руку в открывшуюся…хмм…дыру? Именно дыру, потому что внутренностей саквояжа я не вижу, только угольно черное отверстие. Ага! Что-то нащупал! Что-то маленькое, кругленькое…и много. Цепляю горсть, вытаскиваю…опа! Золотые! Горсть золотых! Маленькие такие, с ноготь мизинца монетки со знакомой надписью. Бросаю назад — звона не слышу. Снова сую руку, щупаю — ряды пузырьков, потом обо что-то раню палец, хватаю, вынимаю…нож! Вернее — длинный узкий стилет. Таким очень хорошо пробивать сердце лоха, повернувшегося к тебе спиной. Такого, как я.

Опускаю стилет в саквояж, озадаченно смотрю на этот…хмм…склад с кожаной ручкой, и тут же понимаю — этого не может быть. Саквояж-то легкий, пустой! И как в нем могут размещаться груды монет и оружие — тот же стилет? Там, кстати, лежали и другие ножи — непонятно откуда взявшиеся в «кейсе». Много ножей. Я их нащупал.

Та-ак…похоже, что саквояж принадлежал кому-то из Игроков, а моя кикимора лишила его и саквояжа, и жизни. Ведь он по-доброму его никогда бы не отдал, значит, Олька его убила. Убила, и принесла кейс мне. Интересно, кто это был? Хотя…нет, не интересно. Узнаю, буду о нем думать — что ни говори, а ведь это грабеж. А так — не я же убивал и грабил, мой фамильяр, отпущенный на вольные хлеба. А значит — я не виноват.

Я в какой-то игре встречал такие саквояжи — дорогая штука, между прочим! Выпадал из каких-то монстров, купить можно было только на рынке, и то — за бешеные деньги. На самом деле этот саквояж не чемоданчик, не сумка, а портал в непонятный мир, где и находится склад, в котором хранятся твои вещи. И кстати, при желании (если пролезешь!), можешь забраться в этот склад самолично. А еще — можно вызвать карту, или скорее схему — в какой ячейке находится тотпредмет, который тебе нужен.

Мысленным посылом включаю характеристики саквояжа…опа! Вот это да! Лечилок — пятьсот восемьдесят! Мана, сила, скорость — тоже за пять сотен каждого наименования! Деньги…полтора миллиона золотых! Ну ничего себе…вот это да! Да где же эта проказница надыбала такое сокровище?! Это же самый настоящий клад! Да что клад — это тысяча кладов!

Кроме денег и лечилок — две волшебные палочки пятидесятого левела (ну нафига я покупал?!), арсенал оружия — начиная со стилетов, и заканчивая арбалетами с отравленными стрелами. А кроме всего прочего — кольца, перстни, ожерелья, бусы, и все с магическими свойствами! Вот этот перстень, к примеру — меняет внешность того, кто его носит — примерно на полчаса. Этот — дает плюс к скорости. И еще десяток таких — «скоростных». То есть можно нацепить на пальцы все десять, и будешь быстрее как минимум вдвое. Еще — перстни плюс к силе, плюс к манне, к здоровью и всякое такое. Увы, их не надеть, пока я не достиг пятидесятого левела. Все на пятидесятый! А я — сорок восьмой.

Закрыл саквояж — потом разберусь, что там еще лежит. А пока — надо подумать, что сделать с эдакой прорвой денег Один золотой — один доллар. Значит, у меня сейчас полтора ляма? Это и на дом хватит! Да, почему бы и нет? Купить свой дом и жить, поживать, добра наживать! Но прежде надо уберечь эти деньги. А как уберечь? Положить на свой счет, больше никак.

Быстренько одеваюсь, вооружаюсь волшебной палочкой, лечилками (рассовываю по карманам — из саквояжа доставать надо, а может не хватить времени). Отравленный стилет в ножнах приделываю в подмышку (у него крепление вроде кобуры). Все, готов! Зову:

— Оля, пойдем, прогуляемся?

Кикимора тут же вскакивает со стула, а Настя поднимает на меня затуманенные работой глаза:

— Ты надолго?

— Думаю, что — нет. В любом случае до вечера появлюсь. Или вечером. Занимайся, работай. Что и где лежит ты знаешь, будь как дома.

Настю даже передернуло:

— Нет…как дома не хочу! Я у тебя только и вздохнула свободно.

— Это и есть теперь твой дом — усмехаюсь я — По крайней мере, пока твой дом. Найдешь себе парня поинтереснее — замуж выйдешь, де…

Я замолчал, чувствуя, что едва не сморозил глупость. Я же знаю, что у нее не может быть детей. В профиле написано. Но кстати…а кто мне мешает ее полечить? Обязательно полечу. Но только позже. Очень бы сейчас не хотелось получить проблему вроде беременности подруги. Я вообще не представляю — как это, и допускает ли Игра связь с Игрока с обыденкой, да еще и с такими вот «результатами». Впрочем, а что я теряю? Меня и так в любой момент могут убить….правил-то нет! А значит — я сам могу их установить.

— Ты как себя чувствуешь? — спрашиваю у Насти, которая сейчас облокотилась на стол и туманно смотрит в экран.

— Да как, как… — слегка раздраженно отвечает подруга — Надоело! Вот до-чертиков надоело! Пишу хвалебные отзывы на всякое говно — на установку окон, на услуги парикмахера, станции техобслуживания — на всех говнюков, которые портачат, а потом желают привлечь клиентов! Триста рублей один пост, по типу: «Я воспользовалась услугами Николая! Он такой молодец, так хорошо отремонтировал мне машинку — она поехала как новая!» Или: «Фирма Новоокновая задница просто замечательная! Вставили мне окна, в которых еще поют и пляшут! А бригада установщиков еще и трахнула меня пять раз — всегда обращусь за их услугами!»

Я не выдержал, захохотал, и Настя тоже прыснула со смеху. Потом посерьезнела, и вздохнув, посмотрела на меня влажными после смеха глазами:

— Чувствую себя совершенно отвратительно. Ощущение, что основательно подпортила себе карму. Постоянно врать — на том свете черти за язык повесят!

— Это тебе не грозит — так же серьезно ответил я — Черти будут заняты тем, что станут вешать политиков и чиновников, на ближайшую тысячу лет они заняты, до тебя руки не скоро дойдут. А потом и срок давности выйдет. Не такое уж у тебя и страшное преступление. Главное, что осознала, раскаялась! Я вот почему тебя спросил…тут мне одно снадобье…лекарство подогнали. Тонизирующее. Попробуй выпить. Будешь бодренькая, как после отдыха на пляже самого лучшего курорта!

— Я на пляже не отдыхаю — вздохнула Настя — Там солнце, оно утомляет хуже, чем работа. И дети визжат и кидаются грязью… А что за лекарство? Не опасное?

— Конечно, опасное! — киваю я — И самое опасное в нем то, что выпив его, ты станешь хотеть меня в пятьдесят раз больше, чем раньше! И я тебя затрахаю до смерти. Вот!

— Что, правда? — Настя вскинула брови, а потом хихикнула — Тьфу на тебя! Я было подумала…я и так тебя все время хочу. Честно скажу — никогда такого не было. Никогда. Для меня секс был всегда тягостной обязанностью. Грязно, скучно, и часто — больно. Всегда завидовала подружкам, которые рассказывали о своих оргазмах, как о чем-то обычном. А мне и рассказать было не о чем. А вот теперь… Но не зазнавайся, слышишь? Не будешь зазнаваться?

— Только немножко — ухмыльнулся я.

— Немножко — можно.

Настя снова посмотрела на меня туманным взглядом, только теперь в ее глазах что-то мелькнуло. Она вздохнула, потянулась, как кошка, огладила грудь обеими руками, приподняла свои «бугорки». Затем будто опомнилась, закусила нижнюю губу и затрясла головой:

— Нет, нет и нет! Иди скорее, и быстрее возвращайся! А то я тебя и без снадобья сейчас изнасилую! Залижу до смерти! Зацелую до крови!

— Ужас какой! — притворно испугался я — Ухожу-ухожу! Только на вот тебе, выпей!

Протягиваю ей пузырек с лечилкой. Он маленький, с две фаланги мизинца, пузатенький. Кстати — вроде бы сделан из стекла, но я замечал, что как только содержимое покидает емкость, она через несколько секунд исчезает.

— Что? Где лекарство? — Настя удивленно смотрит на мою ладонь.

— Ну вот же! На ладони! — удивляюсь уже я, и девушка пожимает плечами:

— Да нет ничего! Пустая ладонь! Ту шутишь, что ли? Глупая шутка, я тебе скажу!

Внимательно смотрю в глаза подруге, потом на ладонь, где сиротливо лежит пузатый цилиндрик, и понимаю, что прокололся. И как я сейчас ей объясню? Пошутил? И как она сможет выпить то, чего не видит? Вот как, оказывается, Игра защищается от взглядов обыденок! Кот что-то насчет этого говорил, но я пропустил мимо ушей. Спать уже хотел, что ли…не расслышал.

Я молчу, потом делаю пару шагов и достаю из сумки, где лежат покупки, сделанные в магазине для высших левелов, два пузырька. Один — улучшатель кожи. Выпьешь его, и твоя кожа на полгода станет белой, чистой, без целлюлита и прыщей. Как у статуи из мрамора, если справедливо такое сравнение.

Второй пузырек убирает волосы со всего тела — кроме головы. Не надо брить ноги и лобок, не надо беспокоиться за то, что отрастающие волосы будут колоться. Этот вообще на год, или даже больше. Правда и стоит прилично — тридцать золотых. Между прочим, один золотой — пятьдесят серебряников, а один серебряник приравнивается к одному рублю. А кроме того — такое нигде не купишь. Если ты не Игрок.

Хмм…между прочим, я бы мог открыть что-то вроде салона красоты…и почему я об этом не подумал? Сто баксов за депиляцию на год — без раздражения, без ссадин и мучений с выдергиванием волос. Да ко мне бы очередь стояла! Мелко только, и неинтересно. Да и боюсь, что Игра не позволит. Я же никогда о таком не слышал? Значит, такие салоны не существуют. А почему? Потому что одно дело обслужить единственную девушку, твою подружку, и другое — пустить все на поток. Нет, такой бизнес остановят сразу же, как мои рыжие кудри примелькаются. Уверен.

Сажусь перед Настей, смотрю ей в глаза, потом медленно, с расстановкой, говорю:

— Настя…сейчас я кое-что сделаю, но ты должна мне поверить. Так поверить, как никому не верила. Ты закроешь глаза и не будешь открывать их, пока я не скажу. А я вольютебе в рот кое-что такое, что ты должна проглотить. Не бойся — ничего плохого. Это для здоровья, для повышения тонуса. Ты поняла?

Настя криво усмехнулась, и буркнула:

— Сегодня ночью я столько твоего выпила…для тонуса и здоровья, думала — захлебнусь. Ты что, хочешь устроить ролевые игры? С закрытыми глазами! Типа — я не знаю, кто меня…

— Тьфу! — рассердился я — Да что у вас, женщин, одно и то же на уме! Я серьезно тебе говорю, без шуток! Причем тут ЭТО?! Хочешь быть красивой и здоровой — доверься мне! Поняла?!

— А зуб пройдет? — вздохнула Настя — У меня зуб иногда болит. Собиралась к стоматологу, но так и не собралась. Муж…бывший меня как-то в челюсть стукнул, половина коренного зуба и обломилась. Теперь ни горячего, ни холодного — сразу ломит.

— Ты поняла?! — спрашиваю уже мягче.

— Поняла.

Настя откинулась на спинку стула, запрокинула голову и открыла рот. Потом снова закрыла, хихикнула, и добавила:

— Надеюсь, это все-таки не то, что я подумала. Хотя…я в общем-то согласна. Это было бы забавно. И возбуждает. Ну и распутная же я сучка! Хи хи…а все ты!

Я выдернул из пузырька-лечилки пробку (настоящую, и пробкового дерева), и вылил содержимое емкости Насте в рот. Она сглотнула, глубоко вздохнула, облизнув губы, хотела что-то сказать, но я ее остановил:

— Сидеть! Открыла рот! Пока не скажу — не вставай!

Достал еще одну лечилку — и снова влил. Потом два пузырька «косметики», один за другим. Они были побольше, чем лечилки, так что пришлось лить осторожно, чтобы не захлебнулась.

— Все! Готово! — я наклонился и поцеловал девушку — Вставай! Больше ничего не будет.

— А мне понравилось… — задумчиво протянула Настя — Вкус, как у газировки. Одна — с лимоном, другая — малиновая. Еще одна — вроде как шиповник. Вкусненько! Я бы повторила!

Она помолчала, и удивленно подняла брови:

— Но я ничего не чувствую. Никакого эффекта.

— А какой должен быть эффект — улыбнулся я — Считай, что это бады. Поддерживают, укрепляют, и все такое. Ты думала сейчас у тебя из дырочек огонь и дым пойдет? Как у драконихи? Хе хе хе… Вот ты чуднАя!

— Андрей…а почему я не видела лекарства? — Настя серьезно и умно посмотрела мне в глаза — Я не дура, Андрей. Что это было? Андрей…ты…кто?!

— Волшебник — улыбнулся я — Ну а кто же еще? Колдун. Вот тебя и заколдовал. Теперь ты вечно будешь меня хотеть и никуда не денешься. Поняла?

— Поняла… — так же серьезно ответил Настя, и я почти натурально захохотал:

— Поверила, поверила! Это фокус был. Я достал их кармана пузырьки, когда ты сидела с открытым ртом, и потом тебе в рот влил! А ты поверила! Розыгрыш, дорогуша! Ну, все…хватит дурака валять. Мне сходить надо кое-куда, по делу Да и Ольку прогулять — вон, у дверей уже, хвостом бьет. Описывается, старушка…пора мне!

— Сам ты…старушка! — буркнула кикимора — Я молодая, красивая женщина! Вот!

И я закашлялся, глядя на то, что сидело сейчас возле двери. А это была маленькая копия Насти. Один в один, но только размером с собаку. Все, до мельчайших подробностей на теле. Как, когда, зачем она это сделала — не знаю. И что это значит — тоже не знаю. Показывает, как меня любит?

— Ха ха ха! — Настя расхохоталась серебряным голоском — Ощущение такое, что она тебя понимает! Вон как с тобой говорит! Отвечает! Ну, Оленька, ну ты и умница! Молодец!

— Молодец — кивнул я, и вспомнил один короткометражный фильм, который видел в инете. Там то ли польская, то ли чешская актриса (очень красивая актриса!) играла тигрицу, живущую в квартире некого мужчины. В фильме она была абсолютно нагая — ну как и положено тигрице. Ест из чашки на полу, пьет так же, лежит на диване, головой на коленях хозяина. Спит с ним в постели.

А потом хозяин привел девушку, и всю ночь пользовал ее по-полной, а «тигрица» лежала под кроватью и слушала, как девушка визжит и стонет.

Кончилось все дурно. Когда хозяин выпроводил девицу, ластившаяся к нему тигрица вдруг прыгнула, и перекусила ему горло. Буквально задушила парня. Приревновала к чужой бабе.

И почему это мне вспомнилось…даже и не знаю. Или все-таки знаю?

Помню фильм «Командо» со Шварцнеггером — он там готовился к походу, насовывал в разгрузку всякой всячины. Вот и я так же — только лицо не разрисовал, ибо может быть понято неверно. Не оценят прохожие. Одну волшебную палочку, другую…лечилки, пузырьки с маной, сила-скорость, кинжал с отравой — а вдруг пригодится? Он маленький, зато говнистый. Ткнешь — и жди, когда враг подохнет. Полезная вещь!

Ольку решил взять с собой, но…КАК ее взять? Она вон какая вымахала! Почти с Настю ростом! И выглядит, если в магическом зрении — в точности, как она. Даже жутко становится. Только меньше ростом — примерно на голову. А так — копия, да и только! Надо будет потом с Олькой поговорить — зачем она приняла облик Насти? Беспокоит меня это дело, ох, как беспокоит! Первое, что приходит в голову — может она решила занять место Насти? Ну так… «по-детски». Не будет Насти — я стану спать с кикиморой! А чтобы я точно не отказался — принять облик той, которая мне очень нравится. А что, логично! Почему бы и нет?!

После долгих раздумий решил сделать так: Олька пойдет со мной в роли кошки. Большой кошки по типу мейкуна. Восемь килограммов я на руках унесу. И не хочу думать — куда подеваются остальные тридцать килограммов с лишним. Игра — она такая…игра.

Переноски у меня нет — просто беру «кошку» на руки, и пошел. Главное — не смотреть магическим зрением на то, что сидит у тебя на руках. Посмотришь…и дух захватывает от нереальности происходящего. Ну вот только представить, что идет по улице человек, и держит на руках голую девицу. Забавно, да…обхохочешься!

Рядом с домом магазин одежды — небольшой, совсем не бутик. В первую очередь — иду туда. Пройти триста метров — авось никто из магических существ не попадется, или Игроков. А то и правда обсмеют.

Не обсмеяли. Пара мпеков, которые попались навстречу, шарахнулись от меня так, будто я нес на руках не голую девицу, а что-то вроде цербера, готового мгновенно откусить голову случайному прохожему. Хотя…может они были не так уж и не правы? Это мне Олька друг, а для любого живого существа — самый настоящий цербер.

Из магазина вышел через полчаса, сопровождаемый дикими взглядами двух обалделых девушек-продавщиц. Интересно, что они обо мне подумали? Ну вот только представить: заходит красивый парень с огромной черной кошкой на руках (они мне глазки строили и сюсюкали Ольке), выбирает женское белье — трусы, если конкретно. Потом топик, шорты, босоножки — все женское! Заходит с кошкой в примерочную, предварительно расплатившись за товар, и…из примерочной выходит вместе с девушкой! Одетой именно в те вещи, которые он купил! А кошки уже нигде нет!

Можно было бы попробовать заставить забыть о том, что они видели — продавщицы обычные люди, не НПС. Но…не решился. Сам не знаю — почему. Не хотел лишний раз воздействовать магией на обыденок? А вдруг я им всю память сотру? И что тогда будет?

Олька шагала уверенно, будто всю свою жизнь именно так и ходила — на двух ногах, выставив вперед небольшую грудь, и слегка виляя задом. Да, ростом она сейчас была метра полтора, не больше…или чуть больше? Неважно. А в остальном…кожа только слишком гладкая и белая, солнца не видела. Зубы? Не знаю, как она сделала, но теперь зубы выглядели так, как и должны выглядеть во рту молоденькой девушки — белые, крепкие, совершенно человеческие.

Уже когда мы отошли от магазина метров на двести и проходили мимо трансформаторной будки, я не выдержал и спросил у «девушки»:

— А как же твоя боевая эффективность? В человеческом облике ты ведь не можешь драться как следует!

Олька остановилась, непонимаюше посмотрела на меня, потому улыбнулась и молча потянула за собой, ухватившись за руку. И хватка ее была такой сильной, что я подумал: еще чуть-чуть, а у меня на запястье останется великолепный синячина!

Оттащила за будку, отпустила. Улыбнулась…и у меня аж мороз по коже — зубы снова акульи! Как сделала — не знаю. А потом из белых, ухоженных пальцев выскочили когти — острые, крючковатые. Вот тут меня уже в пот бросило. Вот тебе и копия Насти! Такая копия порвет, как тузик грелку!

— Нравится? — улыбается Олька, и я едва не вздрагиваю. Говорит! Она — говорит?!

— Ты говоришь?!

— Да. Разве не видно? — улыбается, только теперь уже нормальной женской улыбкой.

— А раньше почему не говорила?

— А раньше не могла. Росла. Не могла выговорить слова. Но я понимала!

— То есть теперь у тебя развился голосовой аппарат, и ты стала разговаривать?

— Ты умный — улыбается, слегка ехидно.

— Так… — констатирую я, и задумываюсь секунд на пять. Олька ждет.

— Так! — подвожу итог — Значит, ты повзрослела. Тогда объясни, зачем ты приняла облик Насти?

— Я хочу быть с тобой как она — Олька серьезна, не улыбается — Я почти созрела. Когда созрею, мне будет нужен самец. Мы с тобой одно целое. Я не хочу другого самца. И я хочу быть с тобой и понести от тебя дитя.

— Кхх… — у меня перехватило горло, и я с минуту откашливался, отвернувшись от кикиморы и жадно глотая воздух. Меня будто в поддых ударили. Олька ждала, молчала.

— И когда же ты созреешь окончательно? — медленно и осторожно спросил я.

— Не знаю — пожала плечами ЛжеНастя — Может завтра. А может через год. Может через пятьдесят лет. Я еще маленькая, незрелая. Мне еще рано иметь дитя. Я почувствую, когда это случится, и ты сделаешь мне ребенка.

Олька говорила так, что становилось ясно — сделаю. И не потому, что у нее когти и акульи зубы, а потому…просто потому, что это Олька, а это я. Ну как я не откажусь ей помочь? Ведь мы связаны ниточкой! Она мой фамильяр! То есть — практически единое целое.

— Настю не трогай — то ли попросил, то ли приказал я, и Олька удивленно подняла брови:

— А почему я должна причинить ей вред? Это же твоя подруга, ты расстроишься, если я ее убью. Да и хорошая она девочка, добрая. Заботится обо мне. Нет, пусть живет.

Олька посмотрела на меня с явным интересом, и с ехидной улыбкой сказала:

— А ведь ты думал, что я ее убью, правда? Так почему не стал защищать?

— Я надеялся, что ты все-таки ее не тронешь — вздохнул я, увствуя, что краснею — И как бы я ее защитил? Убив тебя? Ты мой единственный друг в этом мире, как я могу тебя убить?

— Друг… — задумчиво протянула Олька, и вдруг шагнула ко мне и поцеловала, прежде чем я успел отстраниться. И так же резко и быстро отступила назад.

Ее дыхание пахло…нет, не сырым мясом, и не болотом. Странный запах…пахло как от ящерицы, эдакий легкий запах химии. Интересно, от кого произошли кикиморы? Тоже рептилоиды, как и мпеки?

Больше мы возле трансформаторной будки не говорили. Нужно переварить услышанное, прежде чем что-то спросить у кикиморы, а топтаться у будки, от которой воняет кошачьей мочой и человеческим дерьмом совсем даже не приятно. И мы пошли по тротуару — Олька довольная, расслабленная, счастливая, как невеста, только что получившая кольцо-предложение от жениха, я — как жених, который вроде бы и добился того, чего хотел, но вдруг осознал, что это все на долгие годы (а возможно и до конца жизни), и это вертлявое существо будет теперь сновать перед его глазами — туда-сюда, туда-сюда…пока с ней не разведется, или ее не прибьет.

***

Ее захватили на перекрестке, когда Олька вырвалась вперед, как собачка, соскучившаяся по прогулке. Может она хотела как следует продемонстрировать мне свою задницу, и все, что к ней прилагается? Не знаю. Факт есть факт — вырвалась вперед, оторвавшись от меня метров на пятьдесят, и пока шла — усиленно виляла задом, оглядываясь, и довольно улыбаясь. Что еще раз заставило меня задуматься о грядущих неприятностях. Уж очень активна эта девочка…девочка?! Черт подери! Какая она «девочка»?! Внутри этой оболочки непонятно что! И вообще — кто сказал, что кикимора изменила тело? Возможно, что это визуальная и тактильная (если можно так сказать) иллюзия! Да — на вид, на ощупь, даже на запах — обычная человеческая девчонка. Но внутри?! Так и вижу это зеленое чудовище, покрытое чешуей! Которую пробить можно с очень, очень большим трудом!

Остановился здоровенный джип, Ольку буквально втянули в него, подхватив, как котенка. И по-моему я узнал этого человека — муж Насти. Я его обрюзгшее рыло никогда не забуду. А зрение у меня теперь как у орла.

Джип рванул с места, взвизгнув шинами, а я рванул следом со всей своей дури, накопленной за годы жизни. Да, именно дури, потому что шансов догнать стартующий джип у меня не было никаких — даже если выпью снадобье ускорения. Если не ошибаюсь, такой джипяра разгоняется до сотни за десять секунд, а максимальная скорость спринтера — сорок километров в час. Правда и разгоняется он до сорока гораздо быстрее, чем трехтонная туша джипа, потому я на первых метрах уравнялся с джипом в скорости, и даже немного уменьшил расстояние между мной и натертым до блеска квадратным задом автомобиля. Но и только. Джип выпустил облачко сизого дыма, и ушел в полдень, обдав меня запахом фиалок из катализатора глушака.

Но я продолжал бежать со всей скоростью, которую выдавал мой модифицированный организм. Наверное я сейчас перекрыл все олимпийские рекорды, проносясь над покрытием тротуара, и едва увертываясь от редких попадавшихся навстречу прохожих. И самое интересное, что в голове у меня не возникло и отголоска мысли: «Это не Настя! Чего я так стараюсь?!» И только когда вдалеке я услышал звучный удар — как будто по сейфу врезали здоровенной кувалдой — вспомнил, кто я такой, или ЧТО я такое. И что такое ЛжеНастя.

И тогда ухмылка вползла на мои губы, а потом, уже снижая скорость и понимая, что увижу впереди — я захохотал. Дико, безумно, задыхаясь, обливаясь слезами — захохотал. Да, это было что-то вроде истерики, сброса нервного напряжения. Таким образом мой организм снимал стресс. Каким бы ни был я суперменом, но…в глубине моего мозга сидит тот, старый Я, и ничто человеческое ему не чуждо. По крайней мере — пока.

Джип торчал в столбе, обняв его крыльями, как руками. Надо отдать должное столбу, подвергшемуся неспровоцированной агрессии — он даже на месте, и только лишь слегка покосился. Его поставили еще в СССР, а тогда все-таки старались следить за качеством производимой продукции. Помню, слышал разговор — один строитель ругался, что его бригада пыталась раздолбать какое-то бетонное здание, построенное в советское время военными бригадами. Так вот этот бетон не поддавался ничему — ни крану с гирей на цепочке, ни отбойным молоткам. Его пришлось подрывать, и то — чтобы сделать шпуры, в которые закладывают взрывчатку, понадобились такие усилия, каких не бывает при сносе целого комплекса зданий, построенных в двухтысячных годах. Может он конечно и преувеличивал, но я все-таки преисполнился гордостью за наших предков, умевших делать хорошие вещи, и опечалился, что такая великая страна ушла в небытие.

Итак, столб покарал агрессора, устроив так, что двигатель джипа ушел в салон минимум на полметра, из чего можно сделать вывод, что автомобиль в это время мчался с очень даже приличной скоростью.

Задняя дверь джипа открыта — та, что справа — и первое, что я увидел, когда подошел к джипу — это глаза, которые смотрели на меня с удивлением и радостью. На губах застыла улыбка, и стало ясно, что этот человек умер в полном довольствии собой, и всем, что дала ему добрая судьба. Да, умер, ибо жить приналичии отсутствия тела этой улыбчивой голове было совершенно невозможно. Не рептилоид, больше нескольких секунд оторванная голова вряд ли проживет.

Туловище лежало на сиденье, и обрубок шеи все еще фонтанировал, хотя и довольно-таки слабо. Давление упало, это понятно.

Рядом лежали еще два тела — эти еще подергивались, хрипели, побулькивали, сосредоточенно тараща глаза на заляпанную кровью обивку потолка, с которой медленно падали густые вишневые капли.

На все это безобразие широко раскрытыми глазами смотрел водитель, перегнув голову через подголовник так, что эта самая голова вместе с шеей находилась практически параллельно спинке сиденья. То есть некая сила дернула его с сиденья вверх, а потом с такой яростью загнула через спинку сиденья, что сломала практически пополам.

Переднее правое сиденье занимал муж Насти — бывший ее муж. Он был жив. Пока жив. В его виске вмятина, из которой выглядывают белые кости черепа и сочится кровь, одного глаза нет, свисает на ниточке, но второй глаз смотрит ясно и трезво, что в высшей степени удивительно — при таких-то повреждениях. Он даже умудрился открыть дверь, когда я подошел к машине, и тогда стало видно, что ко всему прочему у него еще и оторвана левая рука. Вернее — располосована так, что на кости остались только лишь лохмотья мускулов.

— Ты-и… — прохрипел бывший Настин муж, уставившись в меня единственным глазом — Убить суку! Пустить ее по кругу! Мразь! Шлюха! Убью!

Труп выпал из машины прямо ко мне под ноги, и я брезгливо отступил — ботинки светлые, кремовые, мне вот только пятен крови на них не хватало! Я вздохнул, и пошел прочь от начавшего дымить джипа. Делать тут было нечего. Начинала собираться толпа, а мне не хотелось засветиться на месте преступления.

Олька нашлась мгновенно, как только я вошел в пространство между двумя пятиэтажками, где стояли несколько ржавых гаражей, установленных наверное еще при Хрущеве. Где она пряталась до сих пор, куда убежала — это я узнаю потом, если вообще у меня возникнет интерес к этому вопросу. Пока что такого интереса нет. Меня интересует другое — как теперь идти в город, если Олька залита кровью от лодыжек, и до самой макушки. Ощущение такое, что ее методично и профессионально закрасили багровой краской, оставив чистыми только лишь глаза. Это же умудриться — так вывозиться!

— Ты чего, не могла почище сработать? — сердито спросил я, разглядывая намокший в крови топик, и с интересом отмечая, что соски Ольки по размеру в точности как у Насти. Они хорошо проступали через мокрую липкую ткань.

— Я очень рассердилась! — мрачно заметила Олька — Один сказал, что сейчас они будут насиловать меня всей толпой, так как этого хочет уж. Вроде как отомстить за измену. А потом меня убьют, закопают живьем. Потому что я шлюха и мразь. Затем один ударил меня по лицу, другой полез в штаны. Тогда у меня и…началось. Прости, я не могла себя контролировать. Уж больно противные! От одного так воняло жареным луком и табаком, что я бы его только за это порвала на куски!

В общем, пришлось Ольке перекидываться черной кошкой, которую я и понес на руках. Домой. Ну а куда же? И дома-то…придется выкручиваться перед Настей, объясняя — откуда взялось окровавленное тряпье, и почему ванна залита кровью после того, как я искупал в ней кошку. Но это потом. Пока что — дотащиться до дома без приключений, и это задача-минимум.

***

Дотащились без проблем. Прошли мимо джипа, наполненного трупами — там уже собралась толпа и все жадно, как стервятники смотрели на кровь и мясо, снимая это зрелище на телефоны. Сегодня вся сеть будет заполнена безголовыми трупами. Стояли и три полицейские машины со включенными мигалками. Зачем мигалки — я не знаю. Бесов отпугивать, что ли…

Открывать пришлось своим ключом, Настя почему-то долго не открывала. А когда я вошел в комнату, то…сказать, что обалдел — ничего не сказать. Настя стояла перед большим, почти в рост человека зеркалом в спальне, и сосредоточенно рассматривала себя со всех сторон. Глаза ее были размером едва не с блюдце, и она не замечала вокруг себя ничего и никого — даже меня. Вертелась вокруг оси, поднимала то одну руку, то другую…нагибалась, выпрямлялась — ее будто заглючило, как завирусованный комп. На ней не было одежды — вообще, до нитки, никакой. А еще — кожа ее стала белой, будто искусственной, и гладкой, как из силикона. И ни одного волоска! Кроме как на голове, разумеется.

Ну и с головой не все в порядке. Нет, я не про то, что ее заглючило. Я про прическу. Вместо той прически, что у нее была — короткая «мальчишеская», я не знаю, как она называется, не разбираюсь в женских прическах. Волосы — платиновые! И еще — голубые глаза.

Вот черт подери, почему продавщица в магазине магии не сказала, что это снадобье делает женщину похожей на…хмм…не знаю — на кого. На манекен? На модель? На куклу какую-то, мать ее за ногу! Абсолютно безупречную длинноногую, крепкозадую сисястую куклу! Что-то вроде современной секс-куклы с ее безупречной кожей. Видел такие в инете, японцы вроде как делают (извраты проклятые!). Все, все у нее стало кукольное, чистенькое, гладкое, безупречное и красивое!

Я обнял Настю, прижал ее к себе. Она смотрела на меня непонимающе, вроде как не узнавала, даже слегка отшатнулась, попыталась вырваться, и тогда я ее отпустил. И Настя снова принялась вертеться возле зеркала, принимая позы, задирая ножки и отлячивая безупречно гладкую попу.

Уже понимая, что случилось нечто неправильное, я схватил Настю в охапку, запрокинул, разжал ее челюсти и влил из пузырька содержимое лечилки. А потом со всего размаха врезал ей по заднице так, что на ней остался красный отпечаток моей пятерни!

— Ай! — ойкнула Настя, и глаза ее обрели разумное выражение — Ты чего дерешься?! Ой…а что я здесь делаю? АЙ! Что со мной?!

— Если бы я знал — ворчу, рассматривая девушку. Кстати, она еще и помолодела лет на восемь как минимум. И тут же вспомнилась чертова курица, которая воткнула мне в спину стилет. Ведь тоже молоденькая. И скорее всего — с помощью спецсредства наподобие того, что я дал Насте.

— Как так получилось?! — продолжает недоумевать Настя — Почему?!

И тут же замирает, и с подозрением смотрит на меня:

— Это же ты сделал, да?! А я-то не поверила, что ты волшебник! Думала — шутишь!

И снова в зеркало:

— Теперь мне придется менять всю одежду…размер-то другой! Я похудела!

— Это где-то на полгода…или на год — «успокаиваю» я ее, и Настя таращится на меня, прищурив глаза, будто смотрит в прицел:

— Ты! Точно — ты! Как?! Как это возможно?!

— Есть много на свете, друг Горацио, такого, что и не снилось нашим мудрецам — цитирую я любимую фразу из Шекспира. Она всегда годится, если хочешь произвести впечатление на девчонок. Тогда ты выглядишь духовно богатым перцем.

— Телефон! — встрепенулась Настя, и сорвавшись с места понеслась в зал. Теперь и я услышал мелодию — что-то из оркестра Поля Мориа, или как его там. Похоже что Настя любительница «макаронных» вестернов. Это мелодия из «Злой, плохой, хороший». Забавная такая вещица…

К разговору не прислушиваюсь — иду в ванную комнату и помогаю Ольке смыть кровь, уже засохшую в твердую корку. Задача непростая, пришлось как следует тереть мочалкой, в результате чего я убедился, что кожа Ольки на ощупь ну совершенно не отличается от кожи Насти. А еще — что у нее с женскими причиндалами все (про крайней мере на вид!) совершенно нормально. Да, во всем, до мелочей Настина копия!

Окровавленную одежду кладу в пакет для мусора и прячу под ванной — потом выброшу, ну не отстирывать же ее при Насте. Ольку вытираю полотенцем, при этом она довольно щурится и блаженно улыбается, поглаживая меня по спине, а затем иду в зал, где положив на стол перед собой телефон и выпрямив спину, будто кол проглотила, сидит Настя — снова в ступоре, снова практически невменяемая.

— Что случилось? — автоматически спрашиваю я, уже практически зная, о чем пойдет речь.

— Муж…убит! — растерянно отвечает Настя — Звонили из полиции, спрашивали — не было ли у нас в семье…кхм…тигрицы! Или львицы! Не видела ли я таковую у своих знакомых! А еще — не ехала ли я вместе с мужем в джипе на углу улиц….

Настя осеклась, посмотрела меня в глаза, серьезно спросила:

— Андрей…ты что-то знаешь о смерти моего бывшего?

— Откуда?! — как можно натуральнее возмущаюсь я — Я разве похож на тигрицу?!

— Не похож… — бесцветным голосом констатирует она — Но у тебя есть кошка, которой чуть-чуть не хватает до тигрицы. Чуть чуть!

— Да тигрицы передо мной как дети! — хвастливо-довольно рявкнула Олька, входя в комнату — Я таких как они на завтрак ем!

— Олька! — ужасаюсь я, и кикимора, сконфуженно поправляется:

— Ой! Я ничего не говорила! Не считается!

— Я ее понимаю! — ахает Настя — Она…говорит! Не мяукает, а говорит! Андрей, что происходит?! Да кто вы такие, в конце-то концов?!

Я смотрю на подругу, перевожу взгляд на Ольку, показываю кикиморе кулак. Та пожимает плечами совершенно как Настя, и я в очередной раз понимаю, что когда Олька подрастет до Настиного роста — я их уже ни черта не отличу. Может заставить Ольку носить какой-нибудь опознавательный знак? Или наоборот — Настю. Татушку ей какую-нибудь сделать, типа: «Настоящая Настя!». Впрочем…через пять минут такая же татушка будет красоваться и на кикиморе. И как мне их различать?

Впрочем — а надо ли различать? Если существо выглядит как кошка, мяукает как кошка — кто оно, если не кошка? Но впереди, и это я ощущаю всей своей модифицированной задницей — большие проблемы. Ужиться в одном доме двух девицам, одна из которых еще и убийца-кикимора — это представляется не очень простой задачей.

А впереди…надо купить дом, надо как-то ввести Настю в курс дела — хочу я этого, или нет. Надо…да много чего еще надо! Кое-кому отомстить, например. Да и просто пожить очень хочется. Кстати, моя депрессия исчезла, как ее и не бывало. Жизнь стала в высшей степени интересной. Теперь у меня есть друзья, я не один. Так что…будем жить, братья! И сестры. И подружки.

Конец книги.