Максим уныло брел по раскалившемуся за день от жары серо-черному асфальту и мысленно проклинал себя за слабохарактерность и глупость. Еще один день остался позади, а значит, лето тоже уменьшилось на один день. Он всю осень и зиму мечтал, просто грезил морем, пляжем, пальмами, загорелыми красавицами, а главное, как он с аквалангом спускается в морские глубины. Размечтался, дурачок! Как всегда, появился Никита — непутевый, неотвязный друг детства. И, как обычно, возник он не просто так, а с очередной бредовой идеей, на которую нужны деньги.

Ник бредил кино, он мечтал быть и артистом, и сценаристом, и режиссером. В общем, кем угодно, лишь бы прославиться по части кинематографа. Вся беда состояла в том, что ни в каком из этих амплуа его не видела ни одна приемная комиссия, ни одного из кинематографических вузов, куда он неоднократно пытался поступить. Поэтому непризнанный гений решил пойти другим путем.

Идея была такова: самому написать сценарий, срежиссировать съемки и, если надо, сняться в своем детище. Ему удалось найти оператора, который был готов работать практически за идею — студента второкурсника с операторского факультета. С актерами было посложнее, так как, кроме него, по сценарию требовались еще трое. А студенты с актерского факультета, даже сопливые первокурсники мнили из себя Смоктуновских и Раневских. Поэтому даром сниматься не желали. Кроме того, аппаратура, транспортные расходы и т. д. Словом, малобюджетная самодеятельность тоже выливалась в копеечку.

Ник, конечно, пытался разжиться финансами у отца. Тот был каким-то «шишкой» в крупной фармацевтической компании. Но батя, будучи человеком здравомыслящим и практичным, денег на блажь, как он именовал творчество своего отпрыска, не давал. Сам отпрыск, ничем серьезным заниматься не желал, перебивался временными заработками. Не хотел, как он выражался, «разменивать себя по мелочам», берег талант для больших свершений на поприще кино.

Кое-каких деньжат Ника настрелял у таких же безотказных дураков, как Макс, но не доставало самой малости, и очередь дошла до друга детства:

— Макс, ну ты же мою натуру знаешь, — горячо убеждал Ника, — я, ведь, ни копейки зря не потрачу, все в дело!

— Какое, на фиг, дело? У всех твоих дел один happy end — прости, друг, опять сорвалось.

— Нет! В этот раз верняк, я тебе точно говорю! Зуб даю, дело выгорит! Сценарий классный, три месяца писал. Хочешь, почитаю?

— Ну, уж нет! Только не это! — такая пытка Максиму была не по силам.

Легче откупиться, чем слушать бред этого сумасшедшего. Как-то он уже проходил подобное испытание. Тягомотина длилась без малого два часа, причем, в лицах. Макс ужасно хотел спать, но держался, так как каждый раз на попытку зевнуть, сценарист дико обижался. Он еле дотерпел до конца, глотая зевки, но этим все не кончилось! Творец потребовал рассказать, как Макс понял концепцию его замысла. Еле отвязался тогда…

— Сколько тебе не хватает?

— А сколько у тебя есть? — вопросом на вопрос ответил соискатель.

— Вообще-то, на твое кино нет нисколько. Ты ведь знаешь, на что я коплю?

— Да, знаю я твою бредовую идею с дайвингом. Море, пальмы, девочки-русалки и ты, в ластах! Дурью маешься. Спустишь все за две недели, а что в итоге? Разве, что ракушек наловишь.

— Какая разница? Ты тоже спустишь, я хотя бы, гуляю на свои!

— Слушай, сейчас всего лишь ноябрь, я тебе до лета все верну, в мае, точно!

И Макс расстался со своими потом и кровью нажитыми деньгами, а

заодно и с мечтой. Надежды на возврат долга, начали таять где-то в феврале, когда сначала сбежала исполнительница главной роли, а потом, и остальные актеры. Никита пытался их заменить, но безуспешно. Трест окончательно лопнул в марте, в это время незадачливого режиссера покинул терпеливый оператор. Размолвка, по словам Ника, произошла из-за разного видения режиссерского замысла.

— Просто он, наконец-то понял, что ты дурак и не лечишься! — сердито выдал ему Макс, поняв, что плакали его денежки.

— Да не обижайся ты, я все верну, там, куда ты собрался лето круглый год, так что не опоздаешь…

Вот так и пошло, Ник не пропадал, регулярно звонил или заходил, чтобы

сообщить, что денег пока нет, но они обязательно будут.

А меж тем, наступил август. Все куда-то ехали, отдыхали или уже наотдыхались, а Макс томился на своем рабочем месте, в магазине бытовой техники продавцом-консультантом. На работе, в кондиционированной прохладе обида за сорванный отдых так не чувствовалась. Но стоило выйти на улицу, в удушливую городскую жару, как она подступала комом к горлу. И Макс в такие моменты еле сдерживался от того, чтобы не придушить друга…

Сегодня Ника позвонил рано, часов в одиннадцать. Обычно, раньше двенадцати, а то и двух пополудни он не просыпался. И сообщил, что есть дело, и нужно встретиться.

— Ты собираешься вернуть долг? Деньги нашел? — с тревожной надеждой почти прокричал в трубку Максим.

— Что-то в этом роде. Не телефонный разговор, — заинтриговал его должник.

— Опять какая-то авантюра? — упал сердцем кредитор.

— Да все нормально. Давай, после работы подгребай в кафешку возле нашего дома, все и узнаешь. Я с семи вечера буду там…

Вот туда-то и двигался уныло Максим, чувствуя спинным мозгом, что добром это не кончится.

Какой еще сюрприз уготовил ему дорогой друг?

Войдя с раскаленной, дышащей выхлопными газами улицы в прохладный зал кафе, Максим словно окунулся в бассейн с прохладной водой. Он огляделся в поисках приятеля и увидел, как тот машет ему из глубины зала. Макс стал пробираться туда. В кафе в этот час было довольно оживленно: рабочий день для многих закончился, и горожане не спешили в свои душные квартиры, лето звало тусоваться и веселиться. Ник тоже не скучал:

— Знакомься, — сделал он широкий жест подошедшему Максиму, указывая на двух полуголых, в узких топах и коротких юбках, более похожих на набедренные повязки, девиц, — это Света, а это Надя, тебя вот ждем!

— Здравствуйте, — раздраженно процедил Макс, почти с отвращением разглядывая бронзовый, ясное дело, курортный загар, красоток.

— Расслабься, друг, сейчас по коктейльчику холодненькому возьмем, и ты увидишь мир другими глазами, — не унимался Ника. — Девчата, это мой лучший друг — Максим. Он на работе подустал немного, надо ему помочь расслабиться.

— Очень приятно, — пропела то ли Света, то ли Надя, — Максим, вы так напряжены, вам непременно нужно отдохнуть. Вы, давно не были в отпуске? — полюбопытствовала она, невольно подливая масла в огонь.

— Давненько, — прошипел Макс, сверкая глазами на безмятежно улыбающегося Никиту.

— Вам точно требуется релакс, — начала советовать вторая подруга, — море, солнце расслабляют просто волшебно. Две недели отдыха на Средиземноморском побережье, и вы получите массу приятных впечатлений и полное обновление.

Максим едва сдерживался, чтобы не придушить Никиных подружек и уже был готов сорваться с места и заехать закадычному другу в глаз. Но Никита, кажется, почувствовал, что в воздухе запахло грозой, а потому предложил девчатам прогуляться ненадолго и оставить их с Максимом вдвоем.

— Где ты подцепил этих куриц-гриль? — сердито проворчал Максим, когда красотки удалились.

— Здесь познакомился, пока тебя ждал. Как раз думаю, мы с тобой, и они вдвоем, классно время провести можно. А что? Тебе не нравятся? — расстроился Ника, — сейчас других найдём, не унывай, друг!

— Ты за этим меня звал? — сжимая кулаки, начал наседать на него Максим, — полгода меня завтраками кормишь. Решил подарок сделать? Коктейлем напоить и девочку сосватать?

В это время, наконец, принесли коктейли, и ситуация слегка разрядилась. Максим только сейчас понял, как сильно хотел пить, отбросив соломинку, он залпом выдул целый фужер фруктово-ликерной жидкости со льдом, прямо через край.

— Ладно, Максимум, расслабься. Не за этим я тебя, конечно, позвал. Мне дико стыдно, что я тебя подставил, и денег у меня по-прежнему, только на коктейль. Но я могу преложить кое-что, как компенсацию, за испорченный отдых.

— Уж не этих ли красавиц? — с иронией произнес Максим.

— Нет, конечно. Это так, приложение внеплановое, но, согласись, приятное.

Я тебе хочу предложить таблетки, — перешел на полушепот Ника.

— Ты что, спятил? — округлил от возмущения глаза Максим, — мне твои колеса не нужны, я еще пожить хочу. Предложи наркоманам, может, тогда и деньгами разживешься, если менты не приголубят, конечно!

— Не дурь это, а совсем другое. Ты выслушай сначала и не ори! Это

препарат нового поколения, американский. У папашки конфисковал

потихоньку, узнает — убьет!

— Так верни назад, пока не поздно, мне твои таблетки ни к чему!

— Вот тебе то, как раз к чему! Это — виртуальная мечта. Выпиваешь таблетку, задумываешь, где бы ты хотел побывать или, чего бы хотел сделать. Принимаешь расслабленную позу и оказываешься в мечте. После окончания действия таблетки просто просыпаешься, и полное ощущение того, что все, что приснилось, было на самом деле. Вернее, это не сон даже, а как бы погружение мозга в заданную ситуацию при полном расслаблении тела. Ты не думай, что я тебя отравить решил, чтоб долг не выплачивать, я тебе все верну обязательно. Это просто, как бы временная компенсация за сорванные планы. Ты примешь таблетку, задумаешь себе свое подводное плавание, и так наплаваешься, что потом на самом деле, может, и не захочешь уже. Привыкания к ним нет, так что не подсядешь. Это папашина фирма закупила партию, для VIP — клиентов, так сказать. Кому разъезжать некогда, а расслабиться надо.

— Ну, я не знаю, — в недоумении протянул Макс, — не хочу таблетки пить, что я — больной, что ли?

— Ты возьми, а там решишь, надо или не надо, — протянул ему маленькую

голубую коробочку Ника. В это время вернулись девчонки, и Макс препираться не стал, убрал упаковку с таблетками в карман брюк. Обида на Никиту, как-то понемногу ослабла, и вечер, в общем-то, прошел неплохо. Подруги оказались очень даже ничего, веселыми и остроумными, курортную тему больше не затрагивали, а потому Макса уже не раздражали…

До подушки он добрался только к пяти утра, разделся, плюхнулся в постель и уснул мертвецким сном, чтобы честно проспать утром на работу…

Как прозвенел будильник Макс, конечно, не слышал. Так бы и спал дальше, если бы не мама, приехавшая с дачи, проведать сына, закупиться продуктами и уехать назад на свою фазенду. Вырвавшись из объятий Морфея и взглянув на будильник, Максим лихорадочно заметался по комнате, натягивая одновременно штаны и рубашку. Рабочий день длился уж почти час. Из кармана брюк выпала слегка помятая голубая упаковка, и Макс быстро убрал ее в письменный стол, пока не увидела мать и не начала задавать ненужных вопросов…

Примчавшись на работу с двухчасовым опозданием, Максим огреб целую кучу «комплиментов» от старшего менеджера Валеры. Но постепенно день вошел в привычную колею, к обеду перестала мучить головная боль, после вчерашнего, и Макс забыл про чудо-таблетки…

Августовские дни тянулись один за другим, продолжая радовать хорошей погодой. Максим не выдержал, взял в счет отпуска неделю и рванул на дачу.

Еле дожил там до субботы и сбежал назад, в город, от маминой заботы. Вернувшись домой, провалялся до вечера у телевизора, щелкая пультом, но как назло, по всем каналам показывали какую-то ерунду, и глаз ни за что не цеплялся. Вдруг, на одном из каналов мелькнула больная тема: человек в акваланге путешествовал по морским глубинам, вокруг колыхались причудливые водоросли, а мимо проплывали диковинные рыбы…

Тут то и вспомнил Макс про необычные таблетки, достал их из стола, принялся изучать упаковку, не решаясь испытать чудо-пилюли на себе.

Коробочка была небольшая, на голубом фоне ярко-синяя надпись «Turbodream» — быстрая мечта, — приблизительно перевел Максим. Открыл порядком, помятую упаковку и вытряхнул содержимое. Вывалился блистер со всего двумя маленькими, такими же голубенькими, как и упаковка таблетками. И еще аннотация на английском языке. В переводах Макс был не силен, помимо школьных знаний на тройку, был еще небольшой запас чисто технических терминов, с которыми приходилось сталкиваться по работе. Провозившись с полчаса, при помощи англо-русского переводчика в интернете, он примерно понял смысл текста в аннотации: таблетки, как и говорил Никита, предназначались для менеджеров среднего звена и прочих, сильно занятых и ответственных работников, находящихся в постоянном цейтноте. И, кроме того, для смертельно больных людей, которым, образно говоря, осталось два понедельника, и не успевших осуществить свои мечты, чтобы скрасить последние дни жизни и отвлечь иллюзией от осознания, приближающегося конца. Принимать их следовало не чаще одного раза в неделю, чтобы не потерять ощущение реальности, в обстановке полной расслабленности, располагая определенным запасом времени, так как период действия таблетки от десяти до двенадцати часов. Привыкания и вредных последствий не обещалось. И Макс решил рискнуть, у него была свободна впереди целая ночь и воскресенье. Он принял пилюлю, запив стаканом воды, задумал мечту, улегся на диван и стал ждать. Не заметил, как заснул, так ничего и не дождавшись…

…Проснулся Максим оттого, что кто-то льет на него холодную воду, нехотя открыл глаза и увидел Свету — Надю, они стояли над ним в ярких бикини и поливали ледяной минералкой из бутыли его живот:

— Максик, пора вставать, так все и проспишь, у нас через полчаса первое погружение. Ты забыл? — капризно прогнусила одна из них.

— Какое еще погружение? Куда погружение? — недоумевал Максим,

разглядывая окрестности. Вокруг, насколько хватало глаз, тянулся песчаный пляж, его окружали люди в плавках и купальниках, а некоторые почти без оных. С шумом накатывали волны, синее небо сливалось с таким же синим морем, где-то у линии горизонта, а он сам возлежал в шезлонге, подставив расслабленное тело жаркому южному солнышку.

— Макс, ты что, перегрелся, что ли? У него, наверное, солнечный удар? –

разволновалась одна из подруг.

— А может быть, тепловой? — поддержала озабоченно другая.

— Хватит квохтать! Что, наконец, происходит?

— Иди, окунись, может, сообразишь! — обозлились подруги, и обиженно отошли в сторонку.

Максим поднялся с шезлонга и встал босыми ногами на песок. Ступни

неожиданно обожгло, он нашел сланцы и направился в воду. Море призывно шумело, накатывая легкие, размеренные волны на прибрежный песок. «Где я? И как сюда попал? Ничего не помню. Наверное, точно перегрелся». У кромки воды Максим стряхнул с ног сланцы и, разбежавшись, с размаху кинулся в море. Разгоряченную кожу приятно обдало прохладой, и он поплыл. Устав, откинулся на спину и, глядя в ярко-синее небо, стал размышлять над странностями судьбы. Как могло получиться, что он, так сильно мечтавший, просто грезивший морем, никак не может понять, чего же ему не хватало, если он и так уже на море?..

Наконец, инструктор дал знак подниматься, и пришлось возвращаться на поверхность. Подъем прошел без осложнений, и вскоре новоиспеченные дайверы уже шумно делились эмоциями на палубе. К Максу подскочили радостные Света — Надя и начали поздравлять его с успешным погружением. «Да откуда же они взялись на мою голову в моей собственной мечте? Я же их не планировал». Девицы, словно уловив негативные Максовы мысли, живо ретировались на другой борт…

Всю обратную дорогу Максим прокручивал в голове яркие моменты своего погружения. Вот бы заниматься этим всю жизнь! Когда прибыли к причалу и сошли с катера на берег, инструктор еще раз поздравил всех с успешным почином и назначил второе, более длительное и сложное погружение на следующий день. Макс не знал, куда ему еще податься, но тут опять появились Света — Надя и влекомый подругами, он отправился в отель, в котором они, оказывается, остановились. «Пожалуй, без них не обойтись. Ладно, пусть будут». Максим шел, куда его вели, таким манером троица вышла на широкую набережную, вдоль которой тянулся ряд шикарных экзотических пальм. Их стволы были настолько прямыми и длинными, что, глядя на медленно шевелящиеся от легкого бриза разлапистые кроны, кружилась голова. Макс с любопытством рассматривал все вокруг, отвечая невпопад на реплики девчонок, как вдруг, увидел Её… Она шла ему навстречу, не шла даже, а как-то двигалась, едва касаясь земли стройными ногами, словно парила. Она была необыкновенна! Максим всегда питал слабость к рыжеволосым девушкам, а волосы Незнакомки, были даже не рыжими, а медно-красными. Эта огненная шевелюра, словно яркое облако, обволакивала, обрамляла ее лицо. Макс остолбенел, он просто стоял и смотрел на Неё. А она парила навстречу и улыбалась, хотелось верить, что ему. Света — Надя, не понимая, куда он уставился, пытались растормошить приятеля, но, проследив, траекторию его взгляда, тут же замолчали и тоже уставились на Незнакомку. По мере приближения, Максим все отчетливее мог разглядеть её лицо, оно было прекрасно: высокий лоб, зеленоватые, как у большинства шатенок, чуть навыкате глаза, слегка курносый аккуратный носик, осыпанный золотистыми веснушками, разбегающимися на высокие скулы, полные, покрытые перламутровым блеском губы. Фигура, тоже была превосходной: при среднем росте, длинные стройные ноги, тонкая талия и высокая грудь, ему определенно, все в Ней нравилось. Одним словом, не девушка, а мечта, а потому, недосягаема. Незнакомка легко прошелестела полупрозрачной воздушной юбкой мимо Максима, а когда он оглянулся, то стало ясно, что улыбка была адресована не ему, а могучему татуированному атлету, шедшему позади них.

— Что, язык проглотил? — ядовито осведомилась одна из подруг.

— Она в твою сторону даже не посмотрела, а мы вокруг уже третий день порхаем, и ты на нас даже внимания не обращаешь! — с обидой в голосе протянула другая.

— Просто, интересная девушка, — неохотно вступил в бесполезный диалог Максим, с трудом выходя из транса. — Все, идемте в отель поскорей, я уже проголодался.

…После обильного обеда, который он себе набрал по принципу шведского стола, Максу сильно хотелось упасть на постель и слегка подремать, но, памятуя о том, что время ограничено, он пошел гулять, чтобы осмотреть территорию отеля…

На самом деле, Максим питал тайную надежду еще раз повстречаться с прекрасной Незнакомкой. Он неторопливо прогуливался по аллеям парка, окружавшего отель. Ухоженная территория напоминала райские кущи: кругом цвели розы разных сортов, ровно подстриженные кусты, обрамлявшие дорожки с обеих сторон, тоже были усыпаны цветами, красными, розовыми, фиолетовыми. На деревьях с ветки на ветку порхали птички, всё дышало счастьем и комфортом. Максим любовался местной экзотикой и, услышав невдалеке ритмичную музыку и веселый смех, направился на звук. Цветущая аллея неожиданно оборвалась, и взору открылся огромный бассейн с прозрачной голубой водой, в который спускались несколько причудливых водяных горок. Бассейн окружала широкая площадка с шезлонгами и топчанами под зонтиками-грибками, почти все они были заняты отдыхающими. С горок непрерывно съезжала ребятня и с визгом плюхалась в голубую воду. Невдалеке под пальмой разместился снек-бар, и Максим направился к нему, выпить чего-нибудь прохладительного.

Наблюдая, как весело ребятишки несутся сверху в потоках воды, Макс заметил, что, и взрослые не гнушаются таких развлечений. Он решительно направился туда же, получить некоторую порцию острых ощущений. По лесенке на горку непрерывно поднимались люди и, влившись в общий поток, молодой человек начал двигаться в его ритме. Главное, чего он опасался, не упасть на кого-нибудь с трамплина в конце горки, и чтобы, никто не упал на него. Поэтому, он твердо решил, как только попадет в воду, немедленно отплыть в сторону.

Поднявшись наверх и оглядев окрестности, он понял, что горка не такая уж низкая, как это выглядело со стороны. Все, что осталось внизу, показалось Максиму мелким и далеким. Но любоваться красотами с высоты птичьего полета было некогда, сзади напирал нетерпеливый народ. Он уселся на горку и оттолкнулся, отдавая себя бегущему потоку. Вода тут же с готовностью приняла разгоряченное Максово тело и стремительно понесла вниз. Он все набирал и набирал скорость и, в конце концов, с разгону упал в воду, взорвав вокруг себя столб брызг. Мгновенно проанализировав ощущения, Макс понял, что цел и невредим, ему понравилось. Вспомнил, что скорее нужно отплыть от опасного места, но с ужасом ощутил утрату плавок с собственного тела. Видимо, при ударе о воду, шнурок на плавках развязался, и их смыло, а он даже не позаботился подвязать его покрепче перед спуском.

«Какой позор!» — думал несчастный Макс, оглядывая водное пространство вокруг себя и ничего не находя. В это время с криком «Поберегись!» прямо в него мчалась с горы какая-то девица. Макс от неожиданности, так с места и не сдвинулся, и она грохнулась прямо к нему в руки. От удара, оба пошли ко дну, наглотавшись воды. Вынырнув, она сердито спросила:

— Что же вы, молодой человек, не отплываете? За вами люди едут!» Максим онемел от неожиданности — это была та самая рыжая красавица, которую он видел на набережной. Она, тем временем, откинула мокрую рыжую гриву со лба на затылок, и Максим увидел, что у нее на руке, в районе локтя висят его плавки, продевшись в одну штанину. Она, тоже почувствовала что-то лишнее на руке и стянула. Разглядев находку и поняв, что случилось, Рыжая весело рассмеялась:

— Это ваше?

Макс, покраснев до корней волос, смог лишь молча кивнуть.

— Теперь все ясно.

В этот момент, с криком: «Achtung!» — в них врезалась здоровенная тетка и увлекла опять всех на дно. Максим снова захлебнулся, но плавки в кулаке держал крепко. У слоноподобной дамы расстегнулся бюстгальтер и, сорвавшись с шеи, когда она была с головой в воде, отправился в свободное плавание. Народу открылись поистине Кустодиевские прелести, и супердама полностью завладела вниманием всех зрителей. В этот момент, Максиму удалось натянуть несчастные плавки, и он от греха подальше, отплыл с опасного места. Рыжая помогла толстухе с бюстом и догнала его:

— Вот видите, вы такой не один.

— А, вы всем помогаете найти одежду, — неловко поддержал разговор Макс.

— Как вас зовут? — спросила незнакомка.

— Максим.

— А, я — Оксана, — представилась она, не дожидаясь пока ее об этом спросят,

— Вы недавно приехали?

— С чего вы взяли?

— Загара почти нет, через два дня вас будет не отличить от остальных, солнышко здесь быстро прилипает.

— Я не белее вас. Вы тоже недавно приехали?

— Уже неделю здесь, просто с такой кожей, шоколадкой мне не быть, разве что, сгорю. К рыжим загар не прилипает, вот только в виде конопушек, -

она со смехом показала на лицо и плечи. И правда, плечи были нагусто усыпаны золотыми крапинами, это, впрочем, ничуть ее не портило, а лишь доказывало, что красавица имеет земное происхождение. Ее окликнули, и она, помахав кому-то на краю бассейна, сказала:

— Вечером, когда стемнеет, с западной стороны отеля будет дискотека, приходите туда, я вас буду ждать, — и все, уплыла.

— Обязательно приду! — крикнул ей вслед Максим, а сам все думал: «Такая

красавица, и обратила на меня внимание. Это возможно только в мечте».

Он на всякий случай, еще засветло, нашел анимационную площадку, в это время суток здесь девчонки-аниматоры занимались с малышнёй в тени амфитеатра, но вечер, а может быть и ночь, обещали быть жаркими. Вернувшись в номер, стал дожидаться темноты, предвкушая новую встречу с Оксаной…

Когда, наконец-то стемнело, Макс, переодевшись в яркую гавайскую рубашку и легкие светлые брюки, чудом оказавшиеся в его гардеробе, отправился на дискотеку. Он шел по уже знакомой освещенной аллее, и звуки зажигательной мелодии становились все громче, по мере его приближения. Максим мечтал, как сейчас увидит Оксану, как пригласит ее на танец, и она будет улыбаться ему, они начнут болтать о разных пустяках, чтобы заполнить неловкость, возникающую в начале отношений. Оксана будет глядеть на него своими прекрасными зелёными глазами и смеяться. А, он ощутит под своими пальцами ее стройное тело, предвкушение всего этого было настолько ярким, что кончики пальцев даже закололо. Оставалось сделать всего несколько шагов, до мечты было рукой подать, как вдруг, он оступился на ровном месте и упал, да так неудачно, что стукнулся затылком о плитку, которой была вымощена дорожка…

На миг в глазах потемнело, но меньше чем через минуту, Макс очнулся и попытался подняться. Оперся руками, обо что-то мягкое, сел, огляделся в недоумении и увидел, что сидит на диване в своей комнате, а за окном розовеет рассвет. Постепенно приходило осознание, что все произошедшее — действие турбодрима. Ушибленный затылок немного поболел, но быстро прошел, а в целом, состояние организма было нормальное. Удивительная таблетка, если бы не знал о её действии, был бы уверен на сто процентов, что всё произошедшее — полная реальность! Впечатления от дайвинга остались тоже самые приятные и незабываемые. Интересно, в реальности погружение происходит так же? Всё бы хорошо, но одна проблема не давала покоя — душа никак не желала мириться с тем, что Оксана всего лишь вымысел его больной фантазии. Было ужасно обидно, что свидание с ней сорвалось, как будто оно могло перерасти во что-то большее…

В понедельник Максим вышел на работу. Неделя тянулась однообразно, Никита куда-то запропастился, а Максиму очень хотелось поделиться с ним впечатлениями о таблетке…

Еще с понедельника вернулся из отпуска Димка из соседнего отдела и во время обеденных перерывов и перекуров, взахлеб рассказывал, как чудесно провел время, сплавляясь на плоту по какой-то бурной речке на Урале.

Максим о своих приключениях не рассказывал никому, боялся, что примут за сумасшедшего…

Вторую таблетку хотелось приберечь для какой-нибудь очень важной мечты, но Димка к концу недели просто добил своими плотами, и Макс едва дождался субботы, предвкушая, как тоже помчится в бурном потоке по горной речке…

Отработав субботнюю смену, он, не теряя времени, помчался домой. Лишь забежал в ближайший магазин. Купил молока и хлеба, чтоб не помереть с голоду, так как холодильник, заботливо набитый мамой в последний приезд, совсем опустел…

Дома, напившись холодного молока вприкуску с черной горбушкой, Макс достал заветную коробочку. Вертя ее в руках, он думал, как здорово, что современная фармация дошла до таких высот. В жизни, он, наверное, никогда не смог бы осуществить два абсолютно разных приключения и получить массу острых ощущений за одну неделю, причем, не сходя с дивана. Кроме того, вряд ли ему удалось бы преодолеть себя и пойти на такой риск, как путешествие по бурной горной речке на сомнительном судне, представляющем собой несколько скрепленных бревен…

Максим выковырнул последнюю таблетку, с минуту подержал ее на ладони, словно взвешивая свой выбор и, наконец, решился, стряхнул в рот и, запив холодной минералкой, улегся поудобнее на диван. Закрыл глаза и стал представлять скалистые горы, в тесной расщелине мчится бурный поток, постепенно расширяя для себя пространство, но все же оставаясь при этом таким же стремительным и быстрым. Так незаметно и задремал…

«Ну, Димон! Ну, удружил! — думал Макс, орудуя веслом, — вот уж удовольствие нашел, руки скоро отваляться! Когда же конец этому мучению?!» Стоило промелькнуть в голове этой мысли, как скалы расступились, словно по волшебству, и бурный поток вылился на равнину. Течение постепенно замедлилось, русло разлилось, и речка, мчавшаяся до этого быстро и суетливо, стала катить свои воды неспешно и как-то даже лениво, словно отдыхая от тяжелой и изнурительной работы.

— Все, ребята, приехали, привал! — скомандовал главный, и плот причалил плавно к неширокому песчаному плесу. Ребята выволокли его на берег, отвязали свои рюкзаки, и осмотревшись, где им придётся заночевать, стали готовить место для костра. Максим на негнущихся ногах, дотащился до травы и плюхнулся на нее прямо в жилете, снял перчатки, ладони горели.

— Что, Макс, тяжеловато с непривычки? Завтра еще тяжелее будет, всеми

мышцами прочувствуешь, а потом, ничего, привыкнешь, — попытался успокоить его кто-то из команды. «Ничего себе, порадовал!» — думал про себя Максим.

Его все знали, а он никого, это было как-то неловко, но спросить, как кого зовут, молодой человек стеснялся. Подумав, что будет еще хуже, когда придется со всеми сидеть у костра и вести беседу, он все-таки решился и спросил сочувствующего товарища, кто есть, кто, сославшись на стрессовое состояние, после тяжелого испытания рекой.

— Ну, ты даешь, Макс! — изумился парень, — тебя Димка привел, вы вместе работаете, вон он жилет раскладывает для просушки, ты бы тоже снял свой, да просушил. Я — Андрюха, мы с Димкой, уже не первый год рафтингом занимаемся. Главный у нас в команде Валера (опять Валера, где-то это уже было, — промелькнуло у Макса в голове). А это — наша русалка, Оксаной звать, с придыханием вымолвил Андрюха, сопровождая свой жест ласковым взглядом. Макс проследил за его рукой и остолбенел, четвертым членом команды была Она. Как только Оксане удалось освободиться от шлема, огненно-рыжая грива вырвалась на свободу и заполыхала червонно-золотым отливом на фоне заходящего солнца. А она, как будто и не устала, стряхнула с себя толстый, бесформенный жилет и легкой походкой зашагала к кромке кустов за хворостом для костра. Такую возможность упускать было просто грех, и так уже сорвалось свидание, и Макс скинув с себя амуницию, потрусил за ней.

— Вот и чудненько, засмеялся Валера, женщина в таком деле самое лучшее

лекарство, мужикам расслабляться не даст.

— Если красивая, то конечно, — согласился Андрюха.

Максим тем временем нагнал Оксану, но не знал, как начать разговор, то

ли извиняться за сорванное в прошлой мечте свидание, то ли знакомиться вновь. Долго мучиться не пришлось, девушка первой начала разговор:

— Устал? — спросила она, собирая с земли и обламывая сухие ветки.

— Есть немного, — признался Макс и замолчал.

— С горки в аквапарке легче кататься, правда? — засмеялась Оксана, бросив

на Макса лукавый взгляд, и он понял, что вновь знакомиться не придется.

Сразу стало и легче и трудней.

— Оксана, я не смог тогда на дискотеку прийти, — начал он неловко объясняться, еще не зная, какую причину придумать, а она пресекла все его оправдания:

— Ну не смог и не смог, зато мы здесь встретились снова. Признайся, ведь

не случайно?

— Не случайно, хотя я не верил, что такое возможно.

— Что ж тут невозможного? Если чего-то очень хочешь, то оно возможно,

разве ты этого не знал?

— Теперь буду знать, — Макс никак не мог понять, знает ли Оксана, что она

всего лишь плод его мечты, или уверена, что все происходящее — явь.

Девушка тем временем продолжала собирать сухие ветки, углубляясь, все дальше и дальше в редкий лесок. Максим тоже что-то собирал, а в висках так и тюкала кровь, не давая созреть не одной умной мысли. Зато там крепко укоренилась одна-единственная, глупая, но стойкая навязчивая идея: обнять эту девушку сейчас же, прижать ее покрепче, никуда не отпускать и целовать, целовать…

И пусть кончится действие таблетки, но больше он Оксану не упустит. Так он и сделал, а она как будто только этого и ждала. Хворост вывалился из ее рук ветка за веткой, и она, глубоко вздохнув, обняла его за шею. Ее нежные теплые пальцы касались его затылка. А из-под подрагивающих каштановых ресниц взглядывали на смущенного Максима изумрудно-зеленые глаза. От этого взгляда он просто таял, как мороженое, а уж поцелуй и вовсе вскружил ему голову и помутил рассудок. Кровь по венам понеслась примерно так же, как бурный поток, по которому они сплавлялись совсем недавно.

— Ребята! Вы где пропали! Костер-то будем разводить? Уж скоро стемнеет, а мы еще не просушились! — раздался зычный крик Валерия.

Макс совсем утратил чувство реальности, а этот возглас был столь неожиданным, что он потерял на миг равновесие, невольно разжал объятия, в тот же момент оступился и провалился куда-то.

— Максим, ты где? — позвала Оксана взволнованно, а он неудачно

приземлившись, кажется, вывихнул ногу, но боль от вывиха была куда меньше, чем от обиды, что опять все кончается не так, как хотелось бы.

— Я здесь, со мной все в порядке, но самостоятельно, вряд ли выберусь, -

сокрушенно отозвался Макс.

— Ребята! Сюда! Максим провалился в яму! — кричала Оксана, а нога болела все сильнее и сильнее. «Наверное, это перелом», — мелькнула мысль, сознание все расплывалось и расплывалось, и ее голос становился все дальше и дальше и, наконец, Макс провалился в бессознание…

…Очнулся, как всегда на любимом диване, оттого, что нога сильно затекла в неудобном положении. За окном уже брезжил воскресный рассвет, а на душе скребли кошки. «Опять! Опять упустил мечту! А глупо-то как, провалился дурак в какую-то яму!»

Вставать не хотелось, а главное, шансов встретиться с девушкой — Мечтой больше не было, на полу валялась пустая упаковка от турбодрима…

Максим еще немного пострадал и решил выпросить у Никиты еще хотя бы одну чудо-таблетку. Дозвонился сразу, но друг и слышать ни о чем не хотел, говорил по телефону шепотом и вел себя, как шпион на проваленной явке. Макс понял, что надо встретиться с приятелем тет-а-тет, а так, толку не будет. Договорились все в том же кафе, и через час Максим нетерпеливо ждал своего нелепого друга на месте. Никита, похоже, не спешил. Прошло еще минут сорок, прежде чем он появился. Вид у друга был какой-то зашуганный.

— Ты куда пропал, я звонил тебе на прошлой неделе? И вообще, что с тобой, ты болеешь? — обеспокоился Макс.

— Да проблемы у меня с предками, — махнул Никита рукой, — а ты чего меня искал-то?

— Слушай, достань мне еще турбодрима, и мы с тобой в расчете, — выдал без вступления Максим.

— Ты что? Подсел, что ли? К ним ведь вроде нет привыкания? — изумился Никита.

— А я и не привыкал, просто дело у меня осталось недоделанным, а таблетки закончились.

— Обе на купание истратил, и все не насладился?

— Можно сказать, что на купание, но суть не в этом.

— Извини, друг, не могу. Папаша меня замел с этими пилюлями, обещал в армию отправить, если еще раз попадусь. Мне теперь доверия нет, и доступ к колесам закрыт.

— А давай, я у него куплю, мне очень нужно! — не унимался Максим.

— Не хотел тебе говорить, но чувствую, придется. Я сам принял одну

таблетку, перепугал всю семью. Так что, вряд ли он поверит, что это для тебя. Может, ещё и хуже не даст, тут хоть собственный сын облажался, а если посторонний человек пострадает. Нет, он рисковать точно не станет.

— И что ты себе замечтал? — не удержался от любопытства Максим.

— А-то, ты не догадываешься? Ладно, слушай, только, умоляю, не смейся: принял я таблеточку, дома никого, все на дачу уехали. Лежу, мечтаю, как иду по красной дорожке, а кругом вспышки софитов, репортеры, поклонники. Я весь красивый во фраке, с бабочкой, кругом знаменитости, ну и я среди них, как равный. Потом церемония вручения «Оскара». И представь, я получаю его сразу в двух номинациях: за лучшую мужскую роль и за лучшую режиссуру. Вышел, вспышки фотокамер так и щелкают, приз мне сама Анджелина Джоли вручает, представляешь! Я, конечно, расчувствовался, благодарственную речь сказал, дословно помню. Потом статуэтку эту получил и целую её, к сердцу прижимаю, у самого слезы на глазах от счастья, вдруг слышу, Анджелина Джоли орет, как сумасшедшая, визжит даже. Ну и очнулся, визжит Машка — сестра, а я вместо «Оскара» целую и обнимаю Барби ее любимую! Тьфу, противно до сих пор! А, главное, на Машкин визг предки прискакали, чего-то они забыли и вернулись с полдороги, я так и не понял. Мать подумала, что я с катушек съехал. Ну, батя-то сразу смекнул, в чем дело, полез в стол, конечно, колес своих не досчитался, пришлось сказать, что я все сам съел. Вот он и пообещал, если за ум не возьмусь, на нормальную работу не устроюсь, отправит Родину защищать. Так, что я теперь примерный сын, работу ищу, папаша к себе больше не зовет, боится, как бы я опять чего не наелся. А тебе-то, зачем еще, и так же, вроде, все в порядке. Вот работать пойду, долги верну, и осуществишь свою мечту наяву.

На протяжении всего Никиного рассказа, Максу ужасно хотелось смеяться, но вопрос друга, вернул его к собственным проблемам, и он тоже решил поделиться ими с другом:

— Только ты не смейся, хорошо. Обе таблетки я истратил на отдых. Первую, как и собирался на дайвинг, понравилось всё — супер, но дело не в этом. Я там, в мечте с девушкой познакомился. Не девушка, а нимфа просто, в жизни я такой никогда не встречал. И только она мной заинтересовалась, как все закончилось. Вторую таблетку вчера принял, сплавлялся по порогам, по какой-то горной речке, рафтинг называется.

— Ну, ты — экстремал! — не удержался от восторженной реплики приятель.

— Это уж точно, но только мы причалили к берегу, как одним из членов команды, оказалась опять Она.

— Нимфа?

— Да! Её Оксаной зовут, причём, она меня помнила с первой встречи.

— Ну и как? Взаимность случилась? — затаил дыхание Ника.

— Опять всё сорвалось на самом интересном месте, — разочаровал друга

Максим.

— Да-а, — протянул разочарованно Никита, — видно не судьба. Ну, ты так близко-то к сердцу не принимай, это ж все не взаправду. Значит где-то на подсознательном уровне таков твой женский идеал. А где ж его в жизни взять. Спустись на грешную землю, давай Светку с Надюхой кликнем, расслабишься, враз и полегчает.

— Да ну, их! Они меня на Красном море достали!

— Они чё? Опять на курорт ездили? Вот где бабы деньги берут?! А ты-то

когда успел? — оторопел Никита.

— Не ездил я с ними никуда! Это они в моей первой мечте оказались! –

обозлился на Никину непонятливость Максим.

— Так бы сразу и сказал, только зачем ты их с собой в мечту-то потащил. В Тулу со своим самоваром не ездят. Мог бы кого и поинтересней взять.

— Да сами они как-то увязались, я о них и думать-то забыл. Ладно, хватит об этом, ты мне поможешь?

— Если даже и помог бы, какой смысл? Мечта на то и мечта, что несбыточна, недосягаема. Только душу себе ещё больше растравишь, а что толку? Запьешь ещё с горя.

— Не запью, помоги. Обещаю, еще одна таблетка, и все, завязываю.

— Слышал бы ты себя со стороны, чистый нарик, — вздохнул Никита, -

ничего не обещаю, но попробую, если получится, позвоню…

На том и расстались. Время шло. Закончилось лето, все коллеги где-то отдохнули, впечатлений была масса. Кто-то рассказывал о Венеции и Риме, кто-то о путешествии на Камчатку, кто-то среди лета устроил себе зиму, подавшись на горнолыжный курорт. Макса жалостливо похлопывали по плечу и сочувствовали, остался парень без отпуска, а он не завидовал никому, ждал звонка от Никиты. Мать вот-вот должна была закрыть свой дачный сезон и вернуться в город. Максима это волновало, лучше бы успеть ещё раз помечтать без неё.

Желание встретиться с Оксаной не то, что не покидало его, более того, оно крепло и не давало покоя. Её образ прочно засел в мозгу и в душе, он так и представлял её стройную легкую фигурку, рыжую гриву волос и смеющиеся изумрудные, почти кошачьи глаза. Как она там сказала «Если очень захотеть, то невозможное возможно!» Вот он и хотел, очень, очень…

Наконец позвонил Никита, сказал, что получилось, но не совсем так, как хотелось. Подробности обещал объяснить при встрече. Место встречи изменить нельзя, и Максим рванул все в то же кафе.

— Турбодрим достать не удалось, — убил его с порога Никита.

— А зачем же ты меня позвал? — у Макса упало сердце.

— Понимаешь, батя его теперь дома не держит и на работе тоже все на

строгом учете, но их фирма пробует начать выпуск отечественного заменителя. Сейчас испытания проводят, пока на крысах. Вот заменитель я и добыл, у папашкиной лаборантки выморщил одну таблетку, она ко мне давно не ровно дышит. Но за последствия не ручаюсь, сам понимаешь, чем «Автоваз» от «Мерседеса» отличается, вот и тут примерно так.

Уж и название ему рабочее придумали «Быстромечтин», своей фантазии совсем нет, — возмущенно проворчал Ника, вынимая из кармана джинсов крошечный бумажный сверток, — вот, не потеряй. Больше, наверное, ничего достать не удастся, эта лаборантка, сущая ведьма, а привязчивая, как пиявка. Видеть её просто не могу!

— Спасибо, друг! — расчувствовался Максим, сразу же собираясь уходить, но Никита его остановил:

— Слушай, а ты как собираешься замечтать в этот раз, сразу свидание?

— Ну, наверное, я ещё не думал, — остановился Максим.

— Я считаю, тебе ничего менять не надо, твоя подружка, как видно, тоже

любит активный отдых. Ты задумай еще, какой-нибудь экзерсис, она непременно там будет, а на простое свидание может и не прийти. Только длинного ничего не придумывай, а то еще на Эверест полезешь, так пока доберешься до вершины, действие таблетки и закончится. А Оксана твоя, поверь мне, будет ждать тебя на самом пике.

— Так, что же ты мне предлагаешь, с трамплина прыгнуть?

— Можно и с трамплина, это не долго. Точно, ты про джампинг слышал?

— Это еще что за хреновина такая?

— Специально для тех, кому нормальный отдых кайфа не приносит. Я по телеку видел, народ с моста прыгает на таких резиновых ремнях, как на тарзанке. Долетаешь почти до земли, подтяжки эти растягиваются и пружинят тебя обратно. Вот где адреналин! В жизни ты бы вряд ли на такое решился, я бы лично, ни за что, а в мечте, можно. И что самое главное, это много времени не займет. Прыгнешь, а Оксана уже тут как тут.

— Пожалуй, это идея!..

Так и разошлись, Никита искать работу, а Максим домой, мечтать, мечтать и ещё раз мечтать! Тем более что завтра надо было ехать за матерью на дачу, вывозить её оттуда со всем имуществом. Идея прыгнуть с моста, хоть и со страховкой, немного пугала, но из головы не шла, и Макс перебрав немногие другие варианты использования последней таблетки, решил, что и думать нечего, джампинг самый лучший вариант. Во-первых, быстро; во- вторых — круто, особенно, если на глазах у Оксаны. А в-третьих — безопасно, страховка остановит полет вовремя, не дав шмякнуться о землю.

Дома, приняв заветную пилюлю, Максим устроился в расслабленной позе на любимом диване и стал ждать. Видения все не наступали, и сон потихоньку взял над парнем власть…

… Проснулся Максим, когда солнышко назойливо жарило его прямо в лицо. Молодой человек попытался отвернуться, но почувствовал, что находиться в неудобном положении, и ноги затекли. Макс открыл глаза и был совершенно удивлен. Оказывается, он находился не в своей квартире на любимом диване, а ехал в автобусе. Сиденье было мягким, а автобус комфортабельным и удобным, но видно, задремал он давненько, и путь был неблизким, так как организм требовал разминки.

— Проснулся, соня? Кругом красотища такая, а ты как медведь в берлоге дрыхнешь и ничего не видишь! Лучше бы меня к окну пустил, — Макс обернулся, рядом сидел Никита.

— А куда мы едем? И зачем?

— Ну, ты даешь! Ты что уснул и все забыл? — возмущался приятель, — ты же хотел с Оксаной встретиться, сам мне все уши прожужжал. А ещё решил с моста прыгнуть на резинке, чтобы в её глазах совсем героем стать. Вот мы и едем с тобой на этот мост, так что готовься к прыжку, говорят, уже скоро прибудем.

— А ты тоже прыгать будешь? — холодея от ужаса, спросил Максим.

— А мне то зачем? Мне покорять некого, ты же знаешь, кроме кинематографа, меня ничто не интересует. Ради него, я бы и без страховки прыгнул, но в моем случае это не поможет, — вздохнул Никита…

В это время, автобус плавно затормозил, и сопровождающий предложил

всем выйти. Народ из салона высыпал цветастым горохом, и автобус, громко бибикнув, развернулся и уехал обратно. Максим вдохнул полной грудью чистого кислорода и огляделся по сторонам, красота! Кругом, сколько хватало глаз, высились горы, склоны их были покрыты густой зеленью. Издали это напоминало плотный бархатный ковер, но если присмотреться, то это был лиственный лес, «погибну в раю…», — подумалось Максиму. По одному из склонов петляла серпантинная дорога, по ней они и прибыли. Впереди темнело ущелье, обрывистые края которого, соединял неширокий подвесной пешеходный мостик. Автомобильная трасса здесь заканчивалась, и дальше все следовали пешком.

— Господа, не задерживаемся, проходим к месту мероприятия! Все помнят, зачем прибыли сюда? Вот с этого моста вы и совершите свой великий прыжок в бездну! Мы обещаем вам полную безопасность и незабываемые впечатления! — гид декламировал в красный рупор, излучая оптимизм и радушие, однако, Максиму было не по себе. Он оглядывал разношерстную толпу, сгустившуюся на мосту. Кто-то громко смеялся, кто-то с опаской поглядывал вниз, кто-то придирчиво осматривал и ощупывал инвентарь, которым придется воспользоваться при прыжке. Где же Оксана, неужели её здесь нет, и все напрасно?

Последняя таблетка, была единственным шансом ещё раз повстречаться с любимой, именно любимой, и никак иначе! А, если девушки здесь нет, то больше они никогда и не увидятся. Возможно, чудо-пилюли лет через пять появятся в продаже, но уж слишком большой срок, да и дождётся ли она новой встречи!

Тем временем, всех прыгунов выстроили в шеренгу вдоль перил, и провели последний инструктаж. Глубина ущелья около ста метров, на дне протекает горная речка. Страховка абсолютно надежна, прошла испытания, все сертификаты в наличии. Все инструкторы сами совершили не по одному десятку прыжков с этого самого моста, и с этим снаряжением, всё просчитано до миллиметров. Кроме того, длина ремней рассчитывается индивидуально для каждого прыгуна в зависимости от его веса, так что, всем необходимо пройти взвешивание перед тем, как прыгать. В идеале, при правильном точном расчете, прыгун слегка не долетает до дна ущелья, и зависает в нескольких метрах над ним, но особый шик опустить ремни так, чтобы макнуться в холодную речку в конце полета, не долетев совсем чуть-чуть.

Поняв, что Оксаны здесь нет, Максим, абсолютно разочарованный, махнул рукой «Будь, что будет!» и встал безразлично в очередь на весы. Никита всячески поддерживал и подбадривал друга, не чувствуя его сомнений:

— Какой же ты, все-таки крутой мужик, Макс! Я горжусь тобой!

— А сам то ты, как здесь оказался? — недоумевал Максим, оглядываясь по сторонам, — ты же работу собирался искать.

— Как я мог пропустить такой момент! Я камеру с собой взял, хочу запечатлеть твой прыжок для истории. Еще будешь на старости лет внукам показывать, каким крутым перцем был. Ты попроси ремни опустить, чтобы до воды долететь, так эффектней получится.

— Ты псих, Ника, я всегда это подозревал! Хочешь эффекта, прыгай сам, и можешь без ремней! — не выдержал напряжения Максим…

В это время подошла очередь взвешиваться, и разговор был окончен…

После весов, та же очередь двигалась к месту прыжков. Тут процесс замедлялся, и можно было посмотреть, как сумасшедшие люди добровольно становились на узкие перила моста и на раз, два, три… летели в ущелье не в силах сдержать криков ужаса, а, может, восторга, кто их разберет, этих сумасшедших. Правда, страховка действительно не подводила, каждый долетал, докуда хотел. И Максим потихоньку смирился с тем, что ему предстояло. Только жаль, Оксаны так здесь и не оказалось. Не увидит она его героического полёта, а главное, он её не увидит больше уже никогда…

Наконец, очередь дошла до него, к этому моменту хотелось только одного, чтобы всё это поскорее оказалось в прошлом. Макс попал в крепкие руки инструктора Валеры, и тот быстро начал повторять основные технические моменты прыжка, второй парень в это время облачал свою жертву в «сбрую», как для себя назвал систему страховочных ремней Максим…

В это время, к мосту подъехал ещё один такой же автобус, на котором прибыла новая группа. Максим, в пол-уха слушая инструктаж, устремил свой взгляд на пассажиров, выходивших из него. И вот, когда щелкнул последний карабин его амуниции, из автобуса вышла его Оксана. Это точно была она, ярко-рыжую гриву её волос он бы ни е спутал ни с чьей! Надо было как-то задержать процесс! Прыжок, которого она всё равно не увидит, совсем потерял смысл, и главное, почему-то казалось, что когда после прыжка он поднимется на мостик, Оксаны уже не будет. В это время сильные руки инструкторов взгромоздили его на перила моста и пытались развернуть в нужную сторону, Макс сопротивлялся:

— Мужики! Я не хочу, я не буду прыгать!

— Не бойся, парень, так перед прыжком, на перилах, почти все упираются, а потом «спасибо» говорят, — отвечали ему великодушно.

— Сейчас такой кайф словишь! Уж ты поверь! — подбадривал Валера.

Макс, понимая, что его так просто не отпустят, решил действовать. Расстегнул один карабин у себя на поясе, потянулся к другому, и в это время:

— Раз, два, три!.. полетел! Земля неслась ему навстречу с устрашающей

скоростью, а он, проклиная всё на свете, пытался защёлкнуть расстёгнутый карабин. Ничего не получалось, вся жизнь промелькнула перед глазами в один миг. Из горла сам собой рвался наружу не то крик, не то вой. Когда падение на страшной скорости в бурлящий поток, казалось неминуемым, резкий рывок остановил полёт. Макс, словно на пружинах полетел вверх, потом опять вниз, в амуниции что-то подозрительно щелкнуло. Он завис над пропастью, там, где хотел: в нескольких метрах от воды. Сверху уже начали натягивать ремни, чтобы поднять прыгуна на мост, когда «сбруя» стала расстёгиваться, замок за замком, так как основной фиксирующий карабин, был, расстёгнут ещё до полёта. Ребята успели поднять Макса на несколько метров, когда расстегнулись одна за другой все застежки, он вылетел из «сбруи» и повис, держась руками за ремни.

— Держись, парень, не отпускай ремень! — орал с моста Валера, и его голос отдавался в ущелье многократным эхом. Толпа зевак устремилась к перилам и с любопытством глазела на незадачливого прыгуна, комментируя происходящее и давая «полезные» советы, и практически все снимали Максима на свои гаджеты. «Завтра стану звездой Ю-туба, посмертно…» — думал Максим, проклиная всё на свете и, главное, лучшего друга…

— Ну-ка, ну-ка, пропустите меня, надо зафиксировать редкие кадры! Это просто реалити-шоу! Вот о какой съёмке я мечтал! — радовался Никита, стараясь ничего не пропустить, — Макс, мы прославимся! Улыбнись, если можешь!

— Если останусь жив, убью!

— Максим! Держись! — Макс из последних сил поднял голову кверху и

увидел Оксану. Она, перегнувшись через перила, смотрела во все глаза вниз на него.

В это время, пальцы его разжались, не в силах больше выносить напряжение и тяжесть тела, и горе-прыгун полетел вниз. Последнее, что он ощутил, это холод воды и последовавший тут же удар о каменистое дно. А потом, тьма…

…Макс открыл глаза. Над ним белел высокий потолок, головой пошевелить не удавалось, а тело болело так, как будто его избили палками.

— Максимум, друг! Ты очнулся, Слава Богу! — радостно всхлипнул знакомый голос.

— Где я? — прошептал Максим, не узнавая своего голоса.

— В больнице, где же ещё! Я ведь говорил тебе, таблетки не готовы к применению, только на крысах испытывали! — оправдывался Никита.

— А я вот, всё думаю, о чём могут мечтать крысы? — выдавил Макс.

— Какие парадоксальные мысли приходят в голову человеку с сотрясением мозга! Может они, о чём и мечтают, но таких последствий, как с тобой, с ними не случалось!

— Я упал с моста по-настоящему?

— Нет, по-настоящему ты упал с дивана, но разбился порядочно. Здесь все врачи недоумевают, как можно упасть с полуметровой высоты, при этом получить сотрясение мозга, перелом трёх ребер, сложный перелом ноги и множественные ушибы! К тебе ещё следователь заходил, подозревают, что тебя избил кто-то!

— Но ты-то знаешь, что я упал с моста, ты же всё видел, да ещё и снял! Сам кричал мне, что это будет съёмка века, ещё и улыбаться предлагал!

— Ты что, друг, совсем обалдел, сам же взял таблетку, и больше мы не виделись! Я тебе звонил вчера, хотел предупредить, чтобы не рисковал. У папашки заместитель на себе попробовал, так до сих пор в оглобли ввести не могут. Он замыслил, что его повысили, а папа теперь на его месте. Закомандовался так, что пришлось отправить на больничный, а поначалу не разобрались, хотели уволить и в психушку запереть. Кстати, а что я там снимал в твоей мечте?

— Да какая теперь разница, — проскрипел Максим, переваривая полученные сведения, — мама знает?

— Конечно, я ей сообщил, когда до тебя не дозвонился, она с дачи примчалась и обнаружила тебя на полу без сознания. Она недавно ушла, скоро опять придёт. Ты прости меня, Максимум, я тебя чуть на тот свет не отправил.

— Да я и не злюсь на тебя. Жаль, с Оксаной встретиться не удалось. Она ведь там была…

В это время, дверь отворилась, и в палату вошла медсестра:

— Всё, ребята, прощайтесь, наступило время процедур, — в её руках белел

лоток со шприцом. Голос медсестры Максиму показался знакомым. Он, насколько мог, повернул голову, и увидел девушку в белом халате, белом колпаке и белой маске, скрывавшей пол-лица. Но того, что предстало его взору, было достаточно: смеющиеся зеленые глаза и непослушная огненно-рыжая прядь, выбившаяся из-под колпака, сказали ему всё.

— Оксана! — прошептал он зачарованно.

— Не может быть! — изумлённо простонал Ник.

— Почему же не может? — засмеялась медсестра, — если очень захотеть, то возможно всё!

— Ну, теперь я знаю, о чём будет мой фильм, в этот раз, уж точно всё получится на высшем уровне! Пока, счастливчик, а я побежал сценарий писать!