Габриель

Её белокурые волосы мерещатся мне повсюду. На каждую блондинку залипаю. Она!

Догоняю, разворачиваю к себе лицом и… снова укол разочарования.

Очередной глюк.

— Домой! — сажусь на заднее сидение авто, даю водителю команду. Вновь пытаюсь выбросить Её из головы.

Настенька… Моя сладкая девочка… Где же ты?..

Я запретил себе интересоваться ее жизнью. После той злополучной аварии аккуратно вывел девушку из игры.

Мне нельзя к ней приближаться. Нельзя вмешиваться в ее жизнь. Нельзя даже мельком на нее посмотреть.

Но, твою мать! Крышу сносит!

Тахикардия при каждой светлой макушке, что виднеется перед глазами. Сердце на части.

Но Настя — святое! Сергеев девушку и пальцем больше не тронет! Её едва тогда успели спасти…

Пусть лучше под ударом ходит моя новоиспеченная супруга. Приличными словами ее не описать, но выбора все равно нет. Придется ее терпеть. Без союза с ее семьёй мне не обыграть Сергеева, как ни старайся!

Слишком высокие ставки. Слишком многое стоит на кону.

Настойчивое жужжание сотового отрывает от невеселых размышлений. Смотрю на экран. Отец.

— Слушаю, — говорю сухо. У нас с ним недавно произошел новый конфликт.

Видите ли, у Дэна скоро будет ребенок и тогда руководство компанией переходит к нему. Видите ли, он так решил!

С чего это?! Неужели мало того, что я сделал?! А Дэниель лишь в очередной раз добавил проблем!

Да если бы из-за него не забеременела Милана Сергеева, то ничего бы не произошло! Мне не пришлось тогда спасать жизнь брата и прятать девушку, ставить под угрозу свою жизнь, весь бизнес!

А ему после этого все лавры?! Ну уж нет!

Я не согласен!

— Габриель, мне снова звонила София, — закатываю глаза. Моя ненавистная женушка никак не успокоится.

— Что хотела?

— Она жалуется на недостаток внимания с твоей стороны.

— Совсем совесть потеряла?! — вырывается не подумав.

— Слова подбирай, сопляк! — рявкает отец. Приходится замолчать. — Или ты забыл, что она вывела из-под удара твою Настю?

До побелевших костяшек сжимаю кулак. Грудь разрывает на части, ярость затмевает обзор.

— Сколько раз повторять, что Сергееву нужен ребенок Дэниеля и Миланы? — цежу сквозь стиснутые зубы, едва держу себя в руках. Злюсь дико. — Мне нужно было отдать ему его беременную дочь?! Тогда уж ты точно не увидел своего внука!

На этот раз замолкает отец. В трубке повисает тяжёлое молчание.

— Мне нужен наследник. Плевать от кого! От тебя, от твоего брата! Здоровый ребенок, которого воспитаю я сам!

— Уверен, что справишься? — недобро ухмыляюсь. — Дважды пробовал. Ни разу не вышло!

— За языком следи, щенок! — повышает голос. Он, как и я, перестал скрывать свою злость. — Мне нужен наследник от вас! И точка! От кого первого баба родит здорового сына, тот получит все!

Я не дослушиваю его бред, завершаю вызов, до хруста сжимаю в руке телефон.

— Приехали, шеф, — произносит охранник.

Отлично!

Выхожу из машины, распахиваю входную дверь в дом.

— Милая, твой муж вернулся! — говорю громко. Чтобы точно услышала. — Жду тебя в спальне! Супружеский долг исполнять!

Поднимаюсь по лестнице на второй этаж, прислушиваюсь. София должна быть где-то здесь.

Только вот посторонних звуков не слышу. Ни разговора, ни музыки, ни хоть чего-то ещё! Тишина! Как в гробу. Дом вымер.

Сжимаю челюсть. Ярость топит по венам. Если моя ненавистная жёнушка уехала и не предупредила, то я просто не представляю, что с ней сделаю!

А нет! Знаю! Запру в доме, заблокирую все банковские карты, носа не высунет за трехметровый забор! Никакого самоволия рядом со мной! Я предупреждал!

Это ее безопасность! Я не в силах обеспечить сохранность Софии, если она будет сбегать от охраны!

Враг не дремлет.

Со злостью распахиваю межкомнатную дверь в нашу спальню. Она с грохотом врезается и отскакивает от стены. Звон на весь дом. Плевать!

— София, дорогая, — зову супругу приторно-ласковым голосом. Внешняя холодность трещит по швам, внутри бушует пламя.

Я сейчас самому себе напоминаю дикого разъяренного зверя, которого загнали в угол, но он полон сил. Который собирается прыгнуть перед прыжком и сожрать свою добычу. Не жуя.

— Твой муж приехал домой. Ему нужно внимание, — бью девушку той же картой, что и она меня. Пошла нафиг! Не доросла, чтобы мне предъявлять!

— Детка, — зову нежно, София прекрасно знает подобный тон, он не сулит ничего хорошего. Пусть не расслабляется. — Я же найду тебя. Лучше выйди сама.

Несу всякий бред, осматриваю комнату. Ничего.

Да блин! Как же это достало! Ей что, в прятки захотелось поиграть?!

Достаю сотовый, набираю номер жены, на кровати раздается жужжание. Вибро.

Она дома, никуда не уехала. Это уже хорошо.

Остается сущая малость. Всего лишь ее найти.

Обхожу ещё раз спальню, заглядываю в ванную. Пусто и тихо. Никого.

Выхожу в коридор, прикидываю куда могла деться. Мыслей по этому поводу полнейший ноль. София непредсказуема.

Она может как плавать в бассейне, так и валяться где-то пьяная. В три часа дня.

К сожалению, о пристрастии девушки к лёгким наркотикам и алкоголю я узнал слишком поздно. Когда уже впустил ее в наш с Дэном дом.

Об этом не знает никто и знать не должен! Особенно, наш отец. Он не потерпит наркоманку в качестве матери своего внука и тогда всем моим начинаниям наступит конец.

Детей у нас с Софией не будет. Ни ей, ни мне оно совершенно не надо. Захочу сына, найду суррогатную мать.

Ребенка воспитают няни. Гречихина к моему наследнику на пушечный выстрел не подойдёт!

Мне теперь остаётся следить, чтобы жена не переборщила со своими "игрушками". Как ни пытался её ограничить в них, стерва научилась доставать все сама.

Очередная головная боль.

Моя дражайшая супруга не обладает особо высоким интеллектом, только стервозность на высоте. И мстительность.

Тупая эгоистичная девка, с невероятно огромным самомнением, короной на голове и множеством пустых понтов.

Бесит! Аж сил нет!

Но поделать с ней уже ничего не могу.

Анастасия

— Настя! — громким шепотом произносит Любочка, секретарь входной группы в офисе, где я работаю. — Тебя шеф искал! Ходил, матерился, — добавляет с энтузиазмом. — Грозился уволить!

Вот и сходила в женскую консультацию… Сдала анализы…

Теперь генеральный сверху навешает дополнительной работы и будет требовать ее немедленного исполнения.

Снова.

— Спасибо, что предупредила, — через силу мило улыбаюсь девушке. Она ни при чем в конфликте между мной и директором.

Разворачиваюсь и, вместо того, чтобы идти направо в сторону ВИП-зоны, поворачиваю налево и направляюсь в свой кабинет.

Сначала я повешу одежду и сделаю пару глотков воды. Только после отправлюсь на "ковер".

Врачи четко дали понять. Строгое соблюдение питьевого режима, никаких физических нагрузок. Минимум стресса. Контрольные осмотры раз в две недели. Кардиолог, хирург, гинеколог, невролог.

Такое чувство, что всех интересует мое здоровье!

Так непривычно…

Иду по коридору, бегло здороваюсь с сотрудниками. Каждый из них с любопытством смотрит на меня.

Да-да! Это я отказала шефу! Я вернулась из отпуска не загоревшей и не отдохнувший, а бледной словно поганка и с диким токсикозом.

Весь офис шарахался от меня, когда я бежала в туалет.

Благо, уже все прошло… Как вспомню, так вздрогну!

Хорошо, что этого всего не видел Габриель…

При воспоминании мужчины в груди снова кольнуло. Каждый раз сердце наполняется тоской по нему.

Но он четко дал понять. Наши отношения невозможны.

А тот чемодан, что оставил для меня, до сих пор стоит не распакован. У меня банально нет сил прикоснуться к нему.

Печально вздыхаю. Подхожу к своему кабинету, из сумочки достаю ключи.

Сквозь запертую дверь слышу, как надрывается рабочий телефон. Он трезвонит не замолкая!

Интересно, кому я так срочно нужна?

В спешке поворачиваю ключ в замке, нажимаю на ручку. Едва ли ни спотыкаясь об ковер тороплюсь к своему столу.

— Настя! — из динамика раздается грозный голос шефа. Он до бесконечности недоволен, сердце камнем падает вниз.

— Живо ко мне в кабинет! — кричит на меня и кидает трубку.

Я в сердцах тоже швыряю ее на телефон.

— Да что ж это такое! — вырывается из меня. — Достало!

Раздражаюсь до неприличия сильно. Гормоны играют свою роль, плюс походы по врачам, быстро наступающее утомление. Особенно сильно бесит то, что я всегда хочу спать!

Ужас какой-то! Хожу везде, словно сонная муха…

Генеральный замучил! То нельзя, это нельзя! Следит за каждым моим шагом, записывает каждый раз, когда мне нужно уйти раньше или позже, заставляет отрабатывать пропущенное время.

Мне пару раз приходилось выходить в офис в субботу. По вечерам не могу сильно задерживаться, если я в половину десятого не лягу в кровать, то просто где-нибудь рухну по пути от усталости.

Да кто он такой?! Возомнил себя вершителем судеб!

Уххх! Как же сильно я на него зла!

— Тише, тише, малыш, — глажу начавшийся округляться животик. — Тебя никто не обидит, — ласково улыбаюсь, сердце наполняется нежностью. — Мамочка сейчас со всем разберётся. Все в порядке! Не переживай!

Делаю несколько глубоких, успокаивающих вдохов. Смотрю на себя в зеркало, ещё раз обнимаю живот.

Эти нехитрые действия помогают немного отпустить накалившиеся чувства.

В очередной раз напоминаю себе, что нельзя волноваться. Пусть шеф хоть на говно изойдет!

Здоровье моего ребенка на первом месте! Горы сверну ради него!

Я установленных правил не нарушаю, свою работу выполняю четко и в срок. Работу пропускаю по действительно важной причине! А он…

Пфф! Терпения на него не хватает!

Гад!..

Возмущаться можно сколько угодно, но поход в кабинет к шефу никто не отменял.

Открываю бутылку воды, выпиваю установленную для себя норму, возвращаю её на место. Пожалуй, теперь можно идти.

— Держись, малыш! Нас ждёт ответственный разговор с шефом! — пытаюсь себя приободрить. — Потом пойдем, перекусим вкусным творогом и жизнь наладится. Я знаю!

Эх… Как жаль, что не могу ему подмигнуть!

Распахиваю дверь кабинета, напоследок ещё раз бросаю взгляд в зеркало на себя.

Я беременна. Я спокойна! Я самая счастливая женщина на земле!

Будущая мамочка.

Дорога до ВИП-зоны напоминает эшафот. В который раз ловлю себя на мысли, что ещё немного и у меня сдадут нервы.

Слишком много ненужного внимания, постороннего интереса, негатива и зависти.

А ещё сплетен…

Ведь у меня нет ни парня, ни мужа. Я ни разу не была замечена с представителем противоположного пола!

В итоге мнения коллег разделились на три фронта. Одни уверены, что ребенок от Михаила. Ведь он так тщательно за мной следит!

Другие утверждают, что я нагуляла его в отпуске. Отчасти, они правы.

Конечно, если можно подобное сказать про нас с Габриелем…

Ну и третьи, видимо, пересмотрели сериалов или дешёвых топ-шоу. Они убеждены, что я решила заработать приличную сумму и стала суррогатной матерью.

— Сильно злой? — спрашиваю у Лены, помощницы генерального.

— Ужас сплошной! — закатывает глаза. — Как приехал орет и не замолкает!

— Хреново, — я уже начинаю жалеть себя.

— Жена ему что ли не дала? Или ещё кто. Не знаю, — раздосадованно пожимает плечами. — Но Миша сегодня просто трындец что творит!

— Понятно, — заходить к шефу желание окончательно пропадает. Выслушивать поток оскорблений в свой адрес совсем не с руки.

Только вот отсидеться не получится. Он меня в покое не оставит.

А если придёт сам, то будет хуже. Для всех.

— Ну, — произношу тяжко вздыхая. — Я пошла, — с печальным выражением смотрю на Лену.

— Удачи! — искренне желает девушка.

Надеюсь, её пожелание мне поможет.

Стучу в дверь, нажимаю на ручку. Руки от волнения замёрзли так сильно, что я не чувствую холодный металл.

Сердце стучит с бешеной скоростью. Глухие удары отдают в виски. В ушах шумит…

— Закрой за собой дверь! — раздраженным тоном требует шеф.

Молча выполняю приказ. Ещё больше нарываться на его недовольство не собираюсь.

— Анастасия Игоревна, это твое последнее опоздание! — мужчина повышает на меня голос. — В следующий раз будешь платить штраф!

— Но я же была у врача! — вспыхиваю. — Я вас лично вчера предупреждала!

Михаил ведёт себя так, словно не слышит меня.

— Рабочий день начинается в девять ноль-ноль, — произносит строго. Он не смотрит на меня, словно я перед ним не стою. — Все свои вопросы решай во вне рабочее время!

— Но… — открываю рот, чтобы возразить.

— Никаких "но"! — поднимает на меня глаза. Там плещется самодовольство от мести. — А то уволю за систематические пропуски! — ухмыляется со злостью. — По статье!

Вздрагиваю.

— Но я же беременна… — шепчу. От его угроз становится страшно.

— А мне плевать! Пойдешь на биржу труда за пособием по безработице!

Я отшила мужчину, не согласилась с ним переспать. Единственная из всего офиса, кто дал отпор и кого он не может уволить.

Беременных трогать нельзя.

Поэтому Михаил сейчас бесится особенно сильно. И срывает свой гнев на мне.

Уволить не имеет права! А вот сделать так, чтобы мое пребывание в офисе стало невыносимым, может без труда.

Чем он и пользуется… Сволочь!

— Я свободна? — едва сдерживаю слезы. Подбородок начинает дрожать.

В последнее время мне становится все сложнее справиться с эмоциями. Врачи говорят, что это нормально. Просто мой организм таким образом реагирует на гормоны, которые выделяются при беременности.

Что мне нужно избегать стрессовых ситуаций. Что после родов все пройдет.

Я очень хочу, чтобы мое эмоциональное состояние стало стабильным! Меня дико выматывают качели, на которых я болтаюсь сейчас.

Могу разреветься от умилительной картинки с котенком. Или вот как сейчас, на глазах у шефа.

Нет, бы разозлиться и поставить его на место! Доказать, что он не прав!

Но я не могу…

В очередной раз напоминаю себе, мне нельзя волноваться!

Даже малейший стресс может привести к выкидышу! Мне крайне четко дали понять об этом врачи.

Из-за той злосчастной аварии мой кроха теперь под угрозой. Я делаю всё, что могу, чтобы его сохранить!

Пью таблетки горстями. Мне так много прописали, что можно поесть ими без еды, блин!

Но мой малыш того стоит! Я на все готова пойти, чтобы его сохранить!

Стараюсь не нервничать. К сожалению, оставаться спокойной на работе не выходит.

Но и на больничный мне нельзя уходить…

Руководство четко дало понять, что если я ещё хоть раз возьму больничный, то больше чтобы к своим обязанностям не возвращалась. Мол, двери открыты! Вас никто здесь не держит!

— Насть, может быть признаешься Габриелю? — осторожно спрашивает Злата помешивая ложкой в кружке чай. — Миша от тебя ведь не отстанет, сама знаешь.

— Знаю, — печально вздыхаю. Так жалко себя сейчас… На глаза снова наворачиваются слезы. Чувствую себя тряпкой и мямлей.

Потом накатит раздражение за то, что не смогла дать отпор.

Если я сейчас так остро на все реагирую, то что ж будет дальше? Ведь у меня пока что маленький срок!

— Позвони Габриелю, — заводит старую пластинку.

— Нет!

— Почему? — всплескивает руками. — Он одним звонком все проблемы решит!

— Злата, я не стану его беспокоить, — упрямо. — Он дал четко понять, что я ему не нужна.

— Ну и дура! — произносит беззлобно.

— Уж какая есть! — пожимаю плечами. — Другой не уродилось.

Хочу уйти, но Злата заставляет остаться.

На душе дикие кошки скребут.

— Не обижайся на меня, — обращается ко мне уже иным тоном. В глазах плещется доброта. — Я знаю как тебе сейчас тяжело и просто не представляю, как ты до сих пор держишься!

— Злат… Я… — слезы льются из глаз рекой. Опускаю голову вниз, шмыгаю носом. Все же не сумела чувства сдержать…

— Шшш, — подходит ко мне, обнимает за плечи.

Обнимаю подругу в ответ, закрываю глаза. По щекам ровными дорожками бегут слезы.

Горько-то как… Тяжело…

— Все будет в порядке, — гладит по волосам, пытается успокоить. Я стараюсь расслабиться и не думать о плохом. — Настюш, мы обязательно что-то придумаем! Вот увидишь!

— Когда? — говорю сквозь рыдания. — У меня завтра скрининг! Мне нужно будет на полдня уйти!

Анастасия

Остаток рабочего дня я провела в своем кабинете за документами. Кипа бумаг, неимоверное количество показателей, разные периоды, объекты, года…

И мне все это нужно свести в единую таблицу! Сделать полный отчёт финансовой деятельности за несколько разных периодов, провести анализ действий, дать заключение.

Я не сделала и одной трети, а времени прошло уже слишком много. Не представляю, как все успеть!

Михаил не поленился и сделал все, как обещал. Надавал мне такое количество указаний, что, кажется, до декрета не разгребу.

Устала безумно. Голова болит, глаза жжёт, из-за выступающих слез данные расплываются перед глазами. Но это все ерунда! Самое страшное, что ноет живот.

Знаю, что все это от переутомления и стресса, что мне нужно сесть на больничный и спокойно восстановиться. Но я не могу бросить работу. У меня просто нет выбора!

Да и в связи с недавними событиями с работы раньше времени не уйти…

Приходится терпеть боль и молиться. Надеяться, что с моим маленьким будет все хорошо.

— Малыш, — нежно шепчу. Сердце переполнено любовью. — Мой хороший, мой маленький, — поглаживаю начинающий округляться животик. Он совсем небольшой, но я уже его вижу даже сквозь одежду.

Каждый раз проходя мимо зеркала любуюсь собой. Все же быть беременяшкой прекрасное чувство! Чувствуешь, как в тебе живёт целый мир!

Эти ощущения не передать словами, не объяснить. Но одно знаю, теперь моя душа стала больше! А сердце… Оно просто огромно! Я уже очень сильно люблю своего малыша!

Мой ребенок будет самым счастливым на свете! Ради него я горы сверну!

— Шшш, мое сокровище, — кладу раскрытую ладонь на низ живота. — У нас с тобой все будет хорошо!

Откидываюсь на спинку кресла, кладу ноги на коробку, что стоит у стола. Пытаюсь расслабиться.

Мне нужно снять усталость и отдохнуть. Хоть немного! Только тогда тонус матки должен пройти.

Глаза по-прежнему слезятся. Их жжет. Но это все ерунда по сравнению с тем, что у меня болит живот! Мне страшно… Этого быть не должно…

Стараюсь держать эмоции под контролем. Напоминаю сама себе в сотый раз, что волноваться нельзя.

Но это мало помогает.

Выдыхаю. Пытаюсь успокоиться.

Достаю из сумочки свою таблетницу, к ужасу понимаю, что забыла выпить препарат для сохранения беременности. Мне его нужно пить в очень больших количествах чуть ли ни по часам.

Когда я попала в больницу после аварии, мне прописал его врач. Сразу предупредил, что лекарство не из дешёвых и что пить мне его придется довольно долго. Но без него я не смогу сохранить беременность.

Шесть таблеток в день… Шесть таблеток…. В пачке всего двадцать восемь и на сегодня это моя основная статья расходов.

Ем лекарства горстями. Все строго с назначением лечащего врача, ни больше, ни меньше. Но тем не менее получается, что их очень много.

В самом начале приема решила не считать общее количество в день. Чтобы не расстраиваться.

Я четко выполняю указания врача. Я готовы вытерпеть и не такое. Что только не сделаешь ради здоровья своего малыша!

Гинеколог, который ведёт мою беременность, на каждом приеме настойчиво предлагает отправить меня на больничный, но я отказываюсь. Нельзя.

Мне очень нужны деньги. На то, что я заработаю сейчас, нам с маленьким придется жить после родов ещё некоторое время. Пока не смогу придумать, как снова работать. Уже сейчас активно изучаю этот вопрос.

Помощи ждать неоткуда.

После новости про беременность, родители от меня отвернулись. Сказали искать поддержки там, где ребенка взяла.

Им не объяснить, что помощи оттуда не будет. Скорее меня снова поставят на счетчик, ведь я нарушила контракт.

Оказывается, в подписанной мною договоре с Габриелем был один весьма любопытный пункт.

Я сама не заметила, мне Роман Романович, адвокат Артамановых, звонил через пару недель после нашего с Габриелем "расставания" и уточнял все ли я там внимательно прочла.

Он ввел меня в курс дела. После этого мне стало совсем плохо.

Габриель прописал в контракте, что в случае наступления беременности я обязана сделать аборт.

Никаких внебрачных детей. Никаких "левых" наследников. Иначе впоследствии он и ребенка отберёт, и заставит заплатить крупный штраф.

Как же я сильно тогда плакала! Как рыдала!

Но твердо решила. Аборта не будет! Ребенка Габриелю я не отдам!

Это мой малыш! Мой!! И ничей больше!

Значит, растить его тоже буду сама!

Раз родители не хотят помогать, то придется выкручиваться дальше. Не в первый раз прорываться через тернии к звёздам. Смогла в прошлом, смогу и сейчас.

Теперь у меня есть смысл жизни!

И не осталось подруг…

С Мариной я больше не общаюсь. Во-первых, не могу без содрогания вспомнить секс втроём, что был у нее с Габриелем и Дэниелем. При каждом воспоминании девушки перед глазами снова стоят увиденные сцены в спальне.

Спасибо! Такого счастья нам с маленьким не надо!

Мы с ним построим счастливую, хорошую жизнь.

Во-вторых, я больше не доверяю Марине. Мало что согласится делать за приличную сумму… Вдруг Габриель решит отправить ее за мной следить?

Или Дэниель? Это было бы гораздо хуже.

Если Марина опустилась так низко и продала свое тело за деньги, чтобы красиво и ненапряжно жить, так это ее выбор. Подобных людей в моем окружении больше не будет.

Остаётся Злата и ее семья. К сожалению, им сейчас тоже не до меня.

Ребята и так переживают не самый простой период в жизни. Им бы со своими проблемами разобраться и ее развестись. Хотя… Я просто не представляю, как они сумеют сохранить семью.

Подруга случайно проговорилась и муж понял, что она ему изменяла с начальством. Начал выяснять, узнавать и… откопал всю информацию, что так тщательно скрывала жена.

Помню, как Злата рыдала на работе несколько дней. Я успокаивала её, поддерживала. Мне до бесконечности ее жалко.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Девушка только сейчас поняла, какой замечательный у нее был муж. Тогда, когда практически его потеряла…

— Малыш, потерпи ещё немного, пожалуйста, — круговыми движениями поглаживаю живот. Его тянет, поясницу начинает ломить. Мне это не нравится, иду, ложусь на диван.

Устраиваюсь удобнее, закрываю глаза, мысленно общаюсь со своим крохой. Дарю ему лучи любви и нежности.

Они нам обоим греют душу.

Не замечаю, как засыпаю.

— Иванова! Ты совсем оборзела! — рев голоса Михаила выдергивает меня из сладкого сна.

Открываю глаза, подскакиваю с дивана. Сердце от страха вот-вот выскочит из груди.

— Мало того, что опаздываешь постоянно, так ещё и спишь на рабочем месте! — не своим голосом кричит на меня.

Михаил не просто в ярости. Он взбешен!

На толстой шее подрагивает венка, лицо красное, глаза выпучены. Он орет так сильно, что в разные стороны брызжет слюной. Брррр! Противно.

Но в первую очередь страшно!

Потому что сейчас он прав. Я спала!

Какой ужас…

— Извините, — произношу хриплым от сна голосом. Бросаю беглый взгляд на часы, я отключилась на двадцать минут. — Этого больше не повторится, — отвечаю на выпадки совершенно спокойно. Мне нельзя волноваться, я буду держать себя в руках.

— Конечно, не повторится! — рвет и мечет. — Ты завтра же возвращаешься в опен-спейс!

— Что?! — я смотрю на мужчину в полнейшем шоке. — Почему? — последнее слово вылетает само.

— Потому что! — кричит. Швыряет на мой стол очередную папку. — Чтобы к утру подготовила отчёт!

Разворачивается и уходит. Я молча хлопаю ресницами, в голове полнейший кавардак.

Поднимаюсь с дивана, иду в туалет. Требование организма игнорировать ещё дольше не выходит.

Приспускаю трусики, смотрю на них и внутри все холодеет. На хлопковой ткани алеет кровавое пятно.

Габриель

Решение жениться на Софии Игоревне Гречихиной я принял слишком поспешно. Видимо, нужно было немного подождать.

Игорь Валентинович Гречихин, владелец крупнейшего в нашей стране месторождения нефти, один из самых крупных производителей сырья из черного золота, самолично пришел к моему отцу и выдвинул предложение. Либо я, либо Дэн должны взять его младшую дочь в жены. Взамен он предоставит беспрецедентно выгодные условия, чтобы нашему семейному бизнесу без труда выйти на нефтяной рынок.

Разумом понимал, что от столь выгодного по всем аспектам союза отказываться не стоит. Тем более, конфликт с Сергеевым начал выходить из-под контроля.

Семён Савельевич едва ли ни обезумел в своих требованиях вернуть свою беременную от Дэниеля дочь. Покушение на ни в чем не повинную Настю, попытка нападения на меня, на брата. Совсем границы потерял!

Его срочно нужно было ставить на место.

Что я и сделал. Но теперь нажил себе смертельно опасного врага.

Сергеев затаился, но такие твари не отступают. Он ударит по самому больному, когда никто не ожидает. Я к этому моменту должен быть готов дать отпор. Уничтожить того, кто жаждет уничтожить меня.

И я сделаю это!

— Да где ж ты! — раздражённо выплевываю. Я просмотрел уже несколько комнат, Софии ни в одной из них нет.

Открываю очередную дверь, в памяти тут же всплывают непрошенные воспоминания. Наша с Настенькой волшебная ночь. А затем утро, когда все изменилось…

Сладкая моя девочка… Где же ты? Все ли в порядке сейчас у тебя?

Сердце щемит. В груди становится тесно. Заставляю себя покинуть комнату и в очередной раз выбрасываю мысли о любимой девушке из головы.

Нельзя приближаться! Нельзя касаться! Нельзя выказывать свой интерес!

Аррр!!! Зараза! До чего же мне плохо без нее…

Как же сложно не думать о ней!

Не мечтать… Не жаждать прикосновений, улыбки. Теплого взгляда…

Стоп! Хватит! Иначе снова сорвусь.

Концентрируюсь на поиске своей ненавистной жены, спускаюсь на первый этаж и слышу весьма характерные стоны.

Прислушиваюсь. Впадаю в полнейший шок. Неужто?..

Ярость выбивает все мысли из моей головы.

Подхожу к дверям, ведущим в крытый бассейн. Он у нас с подогревом и находится в небольшом флигеле сбоку дома.

Специальная пристройка с множеством окон, обогрев по периметру, нечто напоминающее зимний сад. Отдельный вход. Исключительно из дома. С участка зайти невозможно, я не собирался делать ещё один вход.

Безопасность проживающих в особняке людей на первом месте. Слишком многое в бизнесе может пойти не по плану. Я обязан обезопасить своих домочадцев и людей, работающих на меня.

После неудавшегося покушения на меня я лишь в очередной раз убедился в правильности своих действий.

Бассейн и все, что находится в этом флигеле, своеобразная зона для релакса.

Я люблю приходить сюда поздно вечером, после трудного рабочего дня. Когда ноги заплетаются от усталости, а голова уже ничего не соображает.

Когда переутомление шпарит так, что тебе не уснуть.

Посидеть в хамаме, поплавать, расслабиться. Снова почувствовать себя живым. Возродиться.

После того, как пришлось отпустить Настеньку, я только этим и спасался.

Иначе бы спился давно. И пропал.

Приближаюсь к флигелю, нехорошее предчувствие разрастается в груди.

Сквозь распахнутые двери доносятся женские стоны удовольствия. И чем ближе я подхожу, тем они становятся громче. Четче.

Сладкие звуки нарушают тишину, отражаются эхом от стен и разлетаются на всю округу. Не понимаю, как сразу их не услышал.

Бедная наша домработница! Татьяна Михайловна, женщина, которая нас с Дэниелем воспитала и заменила нам обоим мать, слишком консервативных взглядов на отношения.

Это же невозможно не пропалить! Мне жаль ее уши.

— Аххх! — полный наслаждения стон достигает моих ушей.

— Да, детка! — хрипит мой брат. — Вот так! Держи ритм!

Крики, стоны, глухие хрипы. Звуки страсти, похоти и разврата заполняют пространство вокруг.

К ним добавляются ритмичные удары шезлонга о стену, шлепки от соприкосновений разгоряченных тел.

Стук, шлепок, стон и снова по кругу. Без остановок, без перерывов. Тот, кто занимается этим сейчас вошёл в кураж.

— Детка! Давай поднажми! Вот так! Офигенно! — рычит сквозь стиснутые зубы мой брат.

Я свирепею.

Сомнений больше нет. Вместо работы и разгребания навалившихся проблем в бизнесе Дэниель решил поразвлечься.

И не нашел ничего лучше, кроме как провести время с женщиной!

Только вот я запретил приводить посторонних баб в дом. А это значит…

В голове мелькает лихая догадка, но я тут же гоню ее прочь. Этого быть просто не может!

Но с другой стороны, тогда где же она?..

Нет! Мой младший брат не будет спать с моей женой. Я в этом уверен!

Хоть Дэн и мерзавец, но не настолько же!

Мы слишком через многое прошли вместе, чтобы друг друга вот таким образом подставлять.

Конечно, история с Настенькой подкосила наши отношения. Дэн затаил на меня злобу, что не позволил развлечься с девчонкой. Но это скоро пройдет!

Появится новая кукла, ещё одно увлечение и братец забудет о Ней.

Настенька, Настенька…

Сердце сжимается. Грудь рвет в клочья от тоски.

Светлая. Чистая. Благородная.

Я не достоин ее! Трус и слабак!

Даже не решился проверить, как она там в больнице. Ни разу не пришел, не поддержал. Козел!

Бабла перевел, добился перевода в платную клинику, обеспечил всем необходимым. И запретил себе интересоваться ее здоровьем!

Жива? Жива. Спасти успели? Успели. Не покалечилась? Все нормально. И точка! Больше никаких новостей!

Мне нельзя к ней приближаться. Сергеев только и ждёт, чтобы ударить по самому больному.

Беременную от Дэниеля Милану отцу так до сих пор никто не отдал. И не отдаст! Об этом позаботился лично.

Милана спокойно выносит ребенка, родит в отличной клинике, будет весь срок под контролем лучших врачей.

И никакого волнения! Мой племянник должен родиться здоровым!

Я озадачил личного секретаря заниматься всеми вопросами Насти. Выполнять пожелания врачей, быть с ними на связи, при необходимости переводить деньги и мне об этом ничего не говорить.

Иначе убью ублюдка Сергеева! Своими руками!

Мне ведь прекрасно известно кто стоит за аварией, в которую попала моя девочка.

— Ооо, Дэниель! — летит на грани оргазма. Женский стон жёстко возвращает меня в реал.

Пойти что ли к ним? Удостовериться лично? Зачем догадки свои оставлять?

Может хоть так удастся сбросить накопленное напряжение.

Секс втроём для нас с Дэном норма. Интересно, не с Мариной ли он снова там?

Так с кем же ещё? С ней, конечно!

Хотел обвинить Дэна в предательстве! Старый дурак!

Я в своем брате уверен. Он не будет развлекаться с моей супругой.

Тогда встаёт закономерный вопрос. Где София?

— Детка! Ещё! Не останавливайся! — рычит брат. Голос охрип, я слышу нотки нарастающего наслаждения. Он в шаге от экстаза.

— Да! Да! Да! — с жаром кричит женщина. Шлепки становятся громче и звонче.

Дальнейшие звуки ясны и понятны. Я замираю в паре шагов от входа в бассейн.

Распахиваю дверь нараспашку, без предупреждения делаю несколько твердых шагов. Вижу своего младшего брата и… застываю.

Сверху на Дэниеле скачет моя жена.

— Вы совсем охренели?! — из моей груди вырывается рык.

Не ведая себя от злости и гнева хватаю за руку Софию, мощным рывком срываю ее с голого Дэниеля, не даю ему довести дело до конца.

— Габи! Это не то, что ты подумал! — округляя глаза выдает стерва. — Мы просто с ним развлекались. Нам было скучно! Правда, Дэни? — разворачивается к нему.

— Прикройся! — рявкаю зло, кидаю голой девушкке большое белое полотенце. Внутри меня всего колотит от гнева.

София поспешно ловит его, оборачивает вокруг тела, едва выше своей груди.

— Пшла за мной! — цежу сквозь стиснутые зубы, обращаюсь к ней, как к лошади. Лучшего не заслужила! Овца!

— А с тобой я разберусь позже! — грозно рыкаю на своего брата, он с довольной ухмылкой уставился на меня.

Придурок! Совсем берега потерял! Не понимает в какие игры играет?!

Ну так, я ему покажу! Будет сам свой зад спасать!

— Габриель, все было по обоюдному согласию, — отвечает развязно. — Она пришла первой. Никто никого ни к чему не принуждал.

Аррр! Как же это все меня бесит! Так и хочется хорошенечко всем наподдать! Выпустить пар! Дать волю чувствам!

Но вместо этого я сжимаю челюсть до скрипа, делаю глубокий вдох и держу эмоции под контролем.

София — не Настя. Я знал это, когда соглашался на брак с ней.

Жаль не предвидел, что Гречихина ненасытная мстительная стерва. Но ничего! С этим я разберусь.

Грубо держу девку чуть выше локтя, заставляю её идти следом.

— Габи! Мне больно! — пытается вырваться из хватки. Не выйдет!

Сжимаю ладонь крепче. Пальцы впиваются в нежную кожу, завтра на этом месте проступят синяки. Но мне на это плевать.

Ярость затмевает рассудок.

— Молчи, тварь! — рявкаю на супругу, тащу за собой. Мы выходим в гостиную, Татьяны Михайловны не видно, не слышно. Хоть тут повезло.

— Скотина! Ублюдок! — начинает крыть всем, чем может. С ненавистью колотит свободной рукой сжатой в кулак по моей спине.

Я зло ухмыляюсь. Давай, детка! Давай! Выводи меня из себя ещё сильнее! Это единственное, на что хватает твоих скудных мозгов?!

Вот же я был дурак, что вовремя ничего не заметил! Нужно было их с Дэниелем женить!

Эти двое безалаберных безответственных избалованных создания идеально друг другу подходят!

В конечном итоге спились бы в каком-нибудь ночном клубе, а потом бы уже приползли домой. На отсыпную.

Отцы были бы счастливы! Их любимые дети отожгли, так отожгли!

В жопу надо засунуть свое гребанное благородство! Вот нахрена я повесил брак с Гречихиной на себя?!

Идиота кусок!

— Молчать и не тявкать! — мой грозный крик отлетает от стен, София пугается. Сжимается в комок.

То-то же, тварь! Меня нужно бояться! Ты ещё не поняла, кем является твой новоиспеченный супруг?!

Дура безмозглая! Кукла тупая!

Аррр! Как бы мне ненароком ее не прибить…

Поднимаюсь по ступеням наверх, не забочусь о том, как будет идти по лестнице моя жена. Просто держу хватку на её руке и двигаюсь. Пошла она нахрен! Я злой!

София недовольно сопит, идёт следом. Молчит. Я кожей чувствую её страх.

Неужто к девке начинает возвращаться рассудок? Не верится даже!

Видимо, от выброса адреналина она протрезвела. На Дэниеле скакала обдолбанной в хлам.

Как же это все омерзительно! Как же достало!

С братом отношения буду выяснять потом.

Затаскиваю жёнушку в спальню, ударом ноги распахиваю дверь в ванную комнату. Усилием воли заставляю себя не швырнуть ее с силой прямо на голую плитку.

Сжимаю зубы, дышу через раз. Я сейчас ни в коем случае не должен поддаваться эмоциям! Я обязан оставаться хладнокровным!

Но как это сделать, когда внутри все бурлит и ярость требует выход?!

Когда перед глазами стоит пелена?

Сдержаться бы… Просто сдержаться!

Думать о последствиях. О будущем. О том, что там не будет нее.

Мечтать о Настеньке… Той, ради чьей безопасности все это делаю.

Своей самой сладкой и самой нежной девочке на свете. Увидеть бы хоть мельком ее…

Но вместо нормальных человеческих отношений, я получил то, что имею. Видимо, заслужил.

Поворачиваю на смесителе рычаг до упора вправо, из тропического душа начинает литься исключительно холодная вода.

Затаскиваю под струи визжащую девку. Пинается.

Приходится приложить немного силы, чтобы удержать там ее. Не дать выйти.

— Аааа! — орет не своим голосом София. — Скотина! Отпусти немедленно меня!!!

Вырывается, брыкается, плюется. Омерзительное брезгливое чувство просыпается в центре груди.

— Отцу расскажу! Я тебя уничтожу! — начинает сыпать угрозами. Некогда красивое лицо сейчас перекошено от гнева. Внешний вид у нее просто ужасен! Разводы от черной туши текут по щекам.

Откровенно смеюсь. Грозная Софи выглядит жалко.

— Попробуй. Рискни здоровьем, — говорю хладнокровно. София тут же затыкается, волком начинает смотреть на меня.

Стерва знает, что в доме установлены камеры и доступ к видеозаписям есть только у одного человека. Меня.

А также знает, что я не поленился и несколько раз подряд вызывал нарколога, который брал у нее анализы крови и теперь эти чудесные бумаги с охренительными результатами покоятся в моем сейфе.

Лучший компромат, который можно было бы найти! Там сколько дряни внутри… Черт ногу сломит!

Пожалуй, когда моя ненавистная женушка выйдет из бодрящего душа, придется побеспокоить врача ещё раз.

Лишним не будет.

— Успокоилась? — пристально смотрю на девку, её зубы стучат, губы посинели. Замёрзла.

Поворачиваю рычаг, делаю воду более теплой. Позволяю снять ледяное полотенце с себя.

Наказание наказанием, а вредить ее здоровью не намерен. Я хоть и скотина, но не настолько, чтобы намеренно девку простужать.

Заболеет ещё…

Да ну нахрен!

— Ненавижу! — София выплевывает не скрывая своих чувств.

— Не удивила, — ухмыляюсь. Мне по боку. Все, что в ней интересует — влияние и бабки ее отца.

Жена прожигает меня ненавистным взглядом. Если бы глазами можно было убить, я уже давно был бы трупом.

Но подобным меня уже не пронять.

— Отмывайся. Трезвей. Выходи, — произношу равнодушно. — Через десять минут тебя не будет, за шкирку вытащу сам!

Ослабляю хватку, брезгливо отшвыриваю женские руки. Разворачиваюсь, ухожу.

— Идиот доморощенный! — летит в спину.

— От такой же слышу! — возвращаю ей. — Дорогая жена! — добавляю со злой усмешкой.

Сердце колит, давление подскочило. Интересно, сколько ещё я смогу продержаться? Как скоро откину коньки?

Думаю, что недолго осталось…

Ярость красными всполохами стоит перед глазами. Мне срочно нужно успокоиться, пока я никого не прибил.

Блин! Только как это сделать?! Как оставаться здравомыслящим, когда твой брат отымел твою жену?!

Ведь предупреждал же Дэна, чтобы Софию не трогал! Эта зараза ещё покажет нам свое истинное лицо!

Но разве он будет слушать меня? Дэн до сих пор бесится из-за Миланы и Насти. Чего только я от него ждал…

Мыслями снова возвращаюсь к своей сладкой девочке. Вспоминаю запах ее кожи, мягкость волос. Робкую улыбку, отвагу и честность. От тоски щемит сердце. Птичка моя, где же ты?

Не успеваю додумать, как дверь в спальню распахивается и из ванной комнаты выходит моя обнаженная жена.

Характерной походкой, виляя бедрами, выставляя все свои "достоинства" напоказ, стерва подходит к гардеробу, раздвигает створки. Эффектно дефилируя вглубь помещения, нагибается вниз одевая трусы.

Длинные стройные ноги, отличная растяжка, тонкая талия, изящество. У Софии есть все внешние данные и необходимые навыки, чтобы беззаботно и красиво жить.

Только судя по поведению, девушке это не надо.

Гречихиной нужен драйв.

Смотрю на жену. Она продолжает крутиться в гардеробной, примеряет весьма откровенное нижнее белье.

Красиво сидит на изящной фигуре, не спорю. Только меня вот не торкает от слова совсем.

София поворачивается ко мне боком, наклоняется вниз, прогибается в пояснице, оттопыривает свою задницу. Картинка, что надо! Вот подойти и засадить… Но со мной этот финт не пройдет.

— Можешь не стараться, — равнодушно говорю ей. — Не возбуждает.

София кидает на меня недвусмысленный взгляд. Он полон ненависти, презрения и чего-то ещё. Не получается разобрать с такого большого расстояния.

Да мне оно и не надо.

Девушка накидывает на себя полупрозрачный короткий халат. Смысла в таком не понимаю. Совсем крыша от алкоголя поехала? Соблазнить меня собралась?

Но Софию не остановишь. Раз уж она что-то втемяшила в свою дурную голову, то пойдёт до конца.

Продолжаю сидеть на кровати. Усталость навалилась на плечи многотонной плитой, хочется просто лечь и подохнуть. Все достало.

Но что ж будет с ними всеми без меня? Кто будет решать их проблемы? Дэниель через неделю максимум отправится следом за мной.

Надо жить.

София подходит вплотную ко мне, касается пальцами моего подбородка, приподнимает.

— Ты в этом настолько уверен? — гипнотизирует взглядом. Низкий грудной голос пробуждает темную сторону. В брюках становится тесно.

Девушка ведёт плечом, полупрозрачная ткань плавно спускается вниз, оголяя нежную кожу. Халат превращается в лужицу на полу. Его уже никто не замечает.

На девушке остались лишь трусики, едва закрывающие сладкое местечко между ножек. Розовые вершинки упираются прямо мне в рот.

— Дорогой, я твоя, — нагибается ко мне, шепчет на ухо. Начинает ласкать саму себя.

Проводит раскрытыми ладонями по своему телу, томно стонет, облизывает нижнюю губу.

— Возьми меня, милый, — сладко просит, а сама проводит рукой по плоскому животу, ведёт вниз.

Длинными, словно у пианистки, пальчиками медленно забирается под нижнее белье. Томный стон отлетает от стен, девушка млеет. Мое желание пробуждается, думать получается с трудом.

Я знаю какая София в постели! Ведь бессметное количество раз ее брал. Как только хотелось! Она всегда соглашалась на все!

Вот и сейчас смотрю на сгорающую от возбуждения девушку и мысли клинит. Давно у меня не было секса, тело начинает сдавать.

— Габи, милый, ну чего же ты мнешься? — подходит ещё ближе, забирается мне на колени. — Визьми меня, — с жаром шепчет на ухо, обводит кончиком языка раковину, втягивает мочку в рот, прикусывает, начинает сосать.

Закрываю глаза, растворяюсь в своем наслаждении. Тело просит разрядки и сейчас я могу ее дать.

— Мой горячий мужчина, — покрывает шею поцелуями, кладет раскрытую ладошку на мои брюки. — Ахх, — глаза горят огнем. София вошла во вкус.

Вокруг нас все грязно и пошло, но мы с ней такие. Двое испорченных до мозга костей.

Мне так сильно хочется секса! Уже становится плевать, что несколько минут назад снял сучку со своего брата.

— Габи, ну Габи, — продолжает шептать. Томно просит. — Ну милый, пожалуйста, удовлетвори меня!

Смотрю на Софию, в штанах тесно. Ещё немного и ширинку порвет!

Поднимаюсь с кровати, нависаю сверху над развратной и ненасытной стервой.

От жажды получить кайф и возбуждения она вся горит.

Сейчас София согласится на все, что только не попрошу! Ей нужно дойти до пика.

Девка на все пойдет ради достижения его.

— Хочешь, чтобы взял? — ухмыляюсь краешком губ. Внутри меня просыпаются новые чувства.

Наклоняюсь ниже, останавливаюсь в паре миллиметров от ее лица. Жёнушка завороженно смотрит. Ждёт.

Жаждет прикосновений.

— Хочу, — шепчет.

Кусает губы от нетерпения, облизывает их. Кидает томные взгляды. Пытается ещё сильнее меня возбудить.

— Может лучше взять тебя вместе с Дэном? Вдвоем? — произношу со злостью. — Устроим тройничок. По-семейному! — София жадно хватает ртом воздух. Её аж трясет от предвкушения!

— Всадим тебе до потери сознания. Чтобы ты потом месяц сидеть не смогла! — рисую перед женой лихие картины. Самому становится от их вида противно.

Похоже, свою увлеченность сексом втроём я перерос.

После ухода Настеньки слишком многое внутри меня изменилось. Сейчас, как никогда, осознаю, какой я дебил.

— Ох, Габи, — София аж придихает. Ещё немного и дойдет до пика лишь от моих слов.

Горящая в глазах страсть и похоть говорят, что она этого только и ждет! Чтобы мы с Дэном вдвоем её отодрали.

Смотрю на свою жену. Глаза горят, она готова!

Охреневаю вконец.

— Дура ты, Соня! — произношу с пренебрежением. — Так нихрена и не поняла, в какую семейку попала.

Мой хриплый голос ее возбуждает.

— Если ты все сделаешь в меня, я на все согласна! — с жаром приходит ответ.

Кладет руку мне на пояс брюк, поглаживает пульсирующий орган. Нетерпеливо пытается расстегнуть ремень. Торопится.

Ее всю трясет. Так сильно желает секса.

Интересно, она согласна перед любым ноги раздвинуть? Ей пофигу перед кем вообще?

Мне становится тошно. До боли противно. Блин! Да какой же я идиот!

София совсем охренела!

Заламываю руку. Не до боли, просто чтобы отстала. Стерва начинает вырываться, брыкается.

Бросаю её на кровать.

— Да! Да! Возьми меня! Хочу грубо! — кричит.

Переворачиваю на живот, сажусь сверху, вжимаю в матрас. Наклоняюсь.

— Сейчас я уйду, — рычу ей на ухо. Пытаюсь прорваться сквозь одурманенный мозг. — Ты собираешь свое шмотье и выматываешься из моей спальни! Все уяснила? — я больше не сдерживаю свою злость.

София дрожит. Тварь только сейчас поняла, что с ней не играют.

Аррр! Яркая ненависть поднимается в душе.

— Если вернусь и ты до сих пор ошиваешься здесь, — бросаю угрозу. Я не намерен шутить. — Вышвырну на улицу в чем мать родила! Охране отдам, пустят по кругу! Парням тоже иногда надо выпустить пар!

Поднимаюсь, отряхиваюсь. Выхожу в коридор. В спину летят проклятия, но мне плевать. Впервые за долгое время я поступил правильно. Так, как она заслуживает.

Выбесила!

Увижу её в своей спальне, когда вернусь, то реально за себя не ручаюсь. Софии повезет, если всего лишь охранникам на ночь отдам для развлечения!

Выведет меня, я и хуже наказание могу придумать. Жёнушка осознает раз и навсегда, что со мной не стоит играть.

А бесить, так тем более!

Спускаюсь вниз по лестнице, внутри клокочет буря. Ещё немного и я взорвусь!

Пока могу, держу себя в руках. Что будет дальше, скоро увидим. Мне нужно найти Дэниеля. В этот раз он не избежит наказания!

Гаденыш!

Иду в сторону бассейна, где крайний раз видел брата. Но Дэна там нет.

Прозрачная гладь спокойна, вокруг ни души. Работающие фильтры гоняют воду, она мирно плещется, ударяется о борта.

В любое другое время можно полежать на шезлонге и порелаксировать. Но, думаю, в ближайшее время это мне не грозит.

Расслабляться там, где родной брат шпилил жену? Ну такое себе удовольствие…

Покидаю бассейн, обхожу первый этаж по периметру. Пусто. Поднимаюсь по лестнице на второй этаж.

Встречаться с супругой нет ни малейшего желания. София тут же начнет провокацию, а я не уверен, что в этот раз смогу себя сдержать.

Быстрым шагом заглядываю в спальню брата. Морально снова готов увидеть в его кровати мою жену.

Но в комнате тишина. Темнота. Пустота.

Никого нет.

В гостевой спальне тоже, в библиотеке. Хрен пойми, куда он мог деться.

Но в доме есть такой человек, который знает все. Ей даже камеры не нужны, она обладает прекраснейшим слухом.

И мне давно уже пора было ее навестить.

— Татьяна Михайловна, добрый день! — заглядываю на кухню.

В воздухе витают невероятно аппетитные запахи, мой рот тут же наполняется слюной. Желудок урчит. Как давно он не видел нормальной пищи!

— Мальчик мой, — ласково откликается женщина. — Неужто решил проведать меня? — смотрит с такой нежностью и любовью, что мне становится не по себе.

Чувствую себя провинившимся ребенком. Словно натворил бед, а теперь пришел сознаваться.

Хотя… На самом деле так оно и есть. Почему я пытаюсь убежать от правды?

Издевался над хорошей девчонкой, женился ради денег и влияния в бизнесе на последней твари, собираюсь подставить отца. Чем же я лучше своего брата?

Тем, что не имею в его отсутствие его жену?!

Хрень все это! Как же все бесит! Перед глазами снова яркими красками всплывают картины из бассейна, в ушах до сих пор стоит сплошной женский стон.

Крепко сжимаю кулаки. Я до бесконечности зол!

— Проходи, проходи, — машет рукой в пригласительном жесте.

Слышу, как начинает шуметь чайник. И когда она только успела его поставить? — Удели старушке несколько минут, — ласково произносит.

— Конечно! — тут отзываюсь. Эмоции приходится посадить на цепь.

Татьяна Михайловна единственный человек в моей жизни, от которого я не ожидаю подставы. Она одна меня не станет лебезить, жополизничать. Рубит правду с плеча.

Единственная, кто скажет когда я не прав и готова на все, чтобы я был счастлив.

Женщина, заменившая мать.

Та, которая любит меня как своего родного сына.

— Вы ещё просите! — прохожу на кухню, сажусь за стол.

Татьяна Михайловна пришла в наш дом, когда мы с Дэниелем были ещё совсем детьми. Она нас воспитала. Сделала все возможное, чтобы наши сердца не очерствели. Отец был суров и жесток в воспитании своих сыновей. Сколько помню себя, Татьяна Михайловна всегда учила нас в любых обстоятельствах оставаться порядочными людьми. Не поддаваться слабостям. Быть сильными.

Никого не подставлять и нести ответственность за свои действия.

Она учила нас быть хорошими людьми. Последнее у нас не выходило. Как бы мы ни старались…

Видимо, стать ублюдком и у меня, и у Дэна заложено в крови.

Как же я старался в юношестве и в молодости! Поступал правильно. Хотел быть достойным. Старался изо всех сил!

Но все мои попытки так и прошли незамеченными. Отец в любой даже самой малой неурядицы винил меня. Я всегда охватывал за Дэниеля, а брат бесконечно меня подставлял.

Судя по происходящему, с возрастом ничего не изменилось.

Выпить бы…

— Чаю? — внимательные глаза пожилой женщины видят сквозь маску. Она заглядывает прямиком в душу. Считывает меня.

— С коньяком, — недобро ухмыляюсь. А лучше вообще чисто коньяк.

— У меня есть кое-что лучше, — заговорщицки произносит. Отворачивается. Достает из верхнего шкафа небольшую бутылку из темного стекла. Наливает в мою кружку несколько чайных ложек густой жидкости.

Ставит передо мной.

— Пей!

Я принюхиваюсь. Пахнет вкусно. Мята, чабрец и что-то ещё. Не могу разобрать, не понятно.

— Я сказала пей, а не нюхай! — подкалывает меня. Я улыбаюсь. Делаю пару глотков.

Горячий напиток согревает, дарит спокойствие. Мне становится гораздо лучше, чем было.

Расслабляюсь. Вспоминаю, как в детстве всегда к ней прибегал.

Татьяна Михайловна удивительная женщина! Честная. Мудрая. Добрая. Но со стальным жёстким характером.

Прям, как моя Настенька.

Сейчас отчётливо понимаю какие проблемы сам себе создал. Каким же я был дураком, что позволил девчонке уйти!

Стал полнейшим дебилом, когда согласился сыграть в отцовские игры! Женился на самой последней стерве. Практически сломал себе жизнь, пытаясь спасти жизнь младшего брата.

— Я запутался, — признаюсь ей. Единственный человек, которому могу это сказать.

— Я вижу, — отвечает печально. — А твой брат, так вообще свернул не туда.

Женщина ставит передо мной тарелку с ароматными пирожками. От них исходит такой запах, что я чуть ли слюной не давлюсь!

Не ел ничего со вчерашнего дня.

Смотрю на них голодным волком. Беру один, проглатываю не жуя.

— Может вместо чая супчика налить? — интересуется с искренним беспокойством. — Свежий. С ключика.

— Какой? — желудок урчит.

— Щи, — лукавая улыбка. Я утвердительно киваю.

Это ж нужно быть полнейшим идиотом, чтобы отказываться от свежих щей Татьяны Михайловны!

— Со сметаной? — уточняет.

— Конечно!

При виде ароматного и дымящегося блюда у меня даже настроение поднимается.

— Сало порезать? — не успокаивается. Ставит передо мной корзинку с кусочками черного хлеба. С тмином.

— Да! — отвечаю, а сам уже дую на ложку с бульоном. Горячо!

Но щи такие вкусные, что их температура не больно меня останавливает. Со стороны может показаться, что я месяц не ел!

Только и успеваю ложку ко рту подносить. Вкусно до безобразия!

Эх, неправильную я для себя выбрал жену. Надо было Софию Дэну отдать! Пускай бы они развлекались.

Круглый дурак!

Хотел оградить брата от вынужденного брака. Не желал, чтобы он поломал себе жизнь.

Надеялся, что простит и одумается. Что поймет, молодость прошла. Наступила взрослая жизнь.

На наших плечах лежит ответственность! И только с холодной головой и точным расчетом мы сможем выплыть.

Только держась друг за друга! Не подставляя!

— Габриель, прекрати думать о том, что изменить не в состоянии, — вырывает меня из раздумий Татьяна Михайловна. Я поднимаю на неё глаза. — Лучше подумай о том, как прекратить порочные отношения и завести нормальную семью. Такую, которая станет твоим тылом, — давит на больную мозоль. — Найди женщину, которая полюбит тебя, а не твои деньги!

— Я такую нашел, — отвечаю. Настроение снова ни к черту. Сердце колет. — Но потерял.

— Так верни её! — настойчиво произносит, поднимает вопросительно брови. — Или сдаться решил? Лапки сложить и ко дну? — ухмыляется. Я недоуменно смотрю на неё.

Верни. Слишком просто сказано!

После того, что я сделал с Настей, не удивительно, что она убежала и не желает иметь ничего общего со мной. Девушка не подпустит к себе на пушечный выстрел!

Мне не стоит рассчитывать даже на банальный разговор.

— Татьяна Михайловна, — собираюсь с мыслями. Думаю, как максимально корректно задать волнующий вопрос.

Не собираюсь обсуждать с кем бы то ни было свою боль. От этого она не станет меньше. Мне легче не станет.

А изменить уже ничего не смогу. Настя меня не простит. Ведь есть же пределы, за которые нельзя переступать.

Я зашёл с ней слишком далеко. Это даже хорошо, что девчонка сбежала!

Настенька, Настенька… Как же ты?

Прекращаю заниматься самобичеванием, от него только хуже. Лучше переключиться на рабочий лад.

— Подскажите, — делаю паузу. Подбираю слова так, чтобы и корректно, и беспалево. Но ничего нормального на ум не приходит.

Женщина отставляет столовые приборы в сторону, внимательно слушает меня. Смотрит не мигая.

— Как давно Дэниель с Софией…

Не успеваю договорить. Она машет рукой, чтобы прекратил. Замолкаю.

— Здесь уши везде, — стреляет глазами в разные стороны. — Не место для откровений, — произносит еле слышно.

Присматриваюсь. Да она крайне обеспокоена! Что-то случилось! А я понятия не имею…

— Татьяна Михайловна? — говорю смотря на неё в упор. — Вы ничего не хотите мне рассказать?

Женщина меняется в лице. Она бледнеет, тяжко вздыхает. Отрицательно машет головой.

Блин! Да что происходит в моем собственном доме?!!

Я один нихрена не знаю?!

Оставляю тарелку с недоеденным супом в сторону. Аппетит пропал.

— Пойдемте, прогуляемся, — предлагаю домработнице пройтись. Мой тон не приемлет отказа.

Татьяна Михайловна удивлённо приподнимает бровь. Кивает. В глазах пожилой женщины плещется мудрость.

— Раз ты зовешь, — развязывает фартук, вешает его на место. — Я с удовольствием прогуляюсь.

Медленной походкой мы покидаем дом. Быстрее идти не выходит, Татьяна Михайловна никогда не любила спешки. А сейчас уже возраст не позволяет.

Если я хочу добиться от нее правды, то стоит набраться терпения. И не торопить.

Не смотрю на часы. Понимаю, что сейчас потеряю уйму времени, но я должен разобраться в происходящем!

Что-то недоброе происходит в доме. Здесь дело далеко не в связи Софии и Дэниеля, здесь есть что-то еще. Хуже.

И Татьяна Михайловна прекрасно знает, что именно!

Мы проходим вглубь сада, садимся на скамейку под яблоней. В этом году деревья отдыхают, можно на бояться получить яблоком по голове.

— Не на той женщине ты женился, — печально заявляет. Я тихо бешусь.

Сам знаю!

— Милый, будь с ней осторожнее, — кладет руку на мне грудь в области сердца. Лицо обеспокоено, в глазах печаль.

Она переживает за меня, да и только! А я напридумывал себе всего! Старый дурак!

— София специфичная девушка, — стараюсь подобрать слова как можно мягче.

Ну не могу я сказать в лицо женщине, которая меня воспитала и которая вложила в меня душу, что из-за бабла женился на беспринципной эгоистичной твари! На подстилке, которая раздвинет ноги перед любым.

— Это я уже заметила, — подмечает. А мне хочется рвать и метать.

— Вы расскажете, что происходит? — спрашиваю довольно мягко. А у самого буря в душе!

София, стерва! Если третируешь Татьяну Михайловну, сотру в порошок! И папенька твой здесь тебе не поможет!

Аррр! Я злой!

Нужно выдохнуть, пока бед не наделал.

И вообще… Куда пропал Дэниель?

— За меня не беспокойся, — ободряюще улыбается. — Себя я в обиду не дам, — замолкает. Смотрит вперед.

Я сижу рядом и корю себя. Как же сейчас мне хочется напиться! Открыть бутылочку хорошего алкоголя и осушить ее до дна.

Не позволял себе подобного, сколько себя помню. А сейчас понимаю, что начинаю ломаться.

Слишком много дерьма на душе.

— Я беспокоюсь за Дэниеля, — произносит с сожалением. — Он слишком сильно погряз в низменных и порочных развлечениях.

Значит вот как можно в культурных словах собрать бухалово, беспорядочный секс, употребление лёгких наркотиков и полное игнорирование просьб брата и отца. Забавно!

— Татьяна Михайловна, он взрослый самодостаточный человек. Со своей головой на плечах и своими тараканами в голове.

На последнем слове прикусываю язык. В очередной раз напоминаю себе, что с пожилой женщиной нужно тактичнее выражаться.

Но у меня на уме вертится лишь мат. Отборные, качественные ругательства. Ни единого приличного слова попросту нет!

Брат превратился в испорченного до безобразия ублюдка и тянет меня с собой на дно. Эта тварь мало того, что трахается с моей женой, так я уверен, замышляет подставу в бизнесе.

Опозорить меня перед отцом. Показать, что я не в состоянии справиться с компанией. Отжать у меня совершенно все.

Уничтожить.

Завистливый гаденыш! Это уж скорее я сам сотру тебя в порошок!

— Габриель, не дури мне голову! — вспыхивает. — Помирись с братом! Ты же видишь, как он ломает свою жизнь!

Подбородок трясется, женщина вот-вот разрыдается. Я в шоке смотрю на неё. Никогда не видел её в подобном состоянии.

— Татьяна Михайловна, — сдерживаю себя. Говорю тихо и успокаивающе. — Дэниель сделал все, чтобы я его возненавидел. Почему я должен с ним мириться?

— Потому что это твой брат! — заявляет упрямо. — Ближе и дороже у тебя никого не будет. Он — твоя семья!

Нахрена мне такая семья? Чтобы через пару лет я умер от инфаркта? Или был застрелен в подворотне вместо своего брата?

Или по его заказу! Что тоже не исключено!

Нет уж! В этот раз Дэниель не уйдет от ответа! Я заставлю гаденыша заплатить.

Холодная ярость проясняет сознание. Снова могу здраво анализировать, эмоции выкинул прочь. Не нужны мне излишние переживания.

— Это все, что вы хотели мне сказать? — не собираюсь выслушивать уговоры о примирении. Пока Дэниель не изменится, оно невозможно.

— Это все, что тебе стоит знать, — отвечает уклончиво.

— Где брат не знаете? — уточняю.

— Он уехал.

Почва уходит из-под ног. Совсем дебил что ли?!

— На чем? — рычу не скрывая злости.

Я же сказал ему, из дома НЕ ВЫХОДИТЬ!!! Аррр!!! Ну что за идиот мне достался!!

— А вот это ты в состоянии выяснить сам!

Поднимается со скамейки, прожигает душу насквозь своим мудрым взглядом. Мне снова становится не по себе.

— Запомни, сынок. Пока вы оба живы, все можно исправить. Дэн — твой единственный брат! Не дай ему пропасть.

— Идти за ним в пропасть? — спрашиваю не в силах сдержать усмешки. — Нет уж, спасибо. Достало уже.

— Зачем идти? — вопросительно приподнимает бровь. — Достать за шкирку, вернуть на правильный путь.

Смотрит на меня, молчит. Один взгляд вместо тысячи слов. Не нахожусь, что ответить.

Врать не собираюсь, а правда её убьет. Татьяна Михайловна слишком дорогА для меня, чтобы поступать с ней жестоко. Она за всю свою жизнь не причинила никому из нас зла.

— Я подумаю. Обещаю.

Выдавливаю из себя. Хочу сказать совершенно иное, но не стану. Пусть спит спокойно.

А вот с Дэниелем я разберусь! Пожалуй, прямо сейчас.

— Мирон Анатольевич, посмотрите по камерам куда уехал мой брат. Отследите местоположение. Проследите за его безопасностью. Докладывать мне лично каждый его шаг! — раздаю указания начальнику службы безопасности. Пусть отрабатывает свое бабло.

С братом нам лучше пока не встречаться. Могу его ненароком прибить.

Захожу в свой кабинет, запираюсь. Что-то усталость навалилась, ну просто пиздец!

Снимаю пиджак, заваливаюсь в кресло, ослабляю галстук. Ноги закидываю на пуфик, откидываю голову назад.

Могу позволить себе небольшой отдых. За пять минут моего сна ничего не случится, а мне поможет не сойти с ума.

Три ночи без сна делают свое недоброе дело.

Расслабленность окутывает как пуховое одеяло. Мне становится комфортно и хорошо. Закрываю глаза, моментально проваливаюсь в глубокий сон.

Без сновидений.

Настойчивое звучание сотового прорывается сквозь приятное умиротворение. Выдергивает из объятий Морфея, заставляет открыть глаза.

Проклиная все на свете, с гудящей головой, шарю рукой по карманам. Нахожу искомый предмет.

Не глядя на экран, принимаю вызов.

— Слушаю! — кидаю недовольное в трубку. Мой голос спросонья охрип.

— Габриель Вахтангович? — робко спрашивает девушка на том конце провода.

Твою ж мать! Сейчас опять начнут предлагать всякий шлак!

Да я их прибью нахрен! Дайте поспать!!

— Что надо? — рявкаю. Одно слово и кладу трубку. Достало!

Хрен бы, если кто по делу звонил!

— Извините за беспокойство, — все так же неуверенно продолжает. Меня это уже начинает бесить.

— Ближе к сути, — со злостью кидаю.

— Ой, — замолкает. — Я вас отвлекаю. Могу позже позвонить.

Твою мать! Да что же это такое?!!

— Говори, что хотела.

С трудом держу себя в руках. Походу сейчас за всех огребет эта девчонка! Как же все вымораживает! Как же я раздражен!

— Я Злата, подруга Насти Ивановой. Той, которая была у вас месяц назад.

Резко сажусь. Злость как рукой сняло, сердце подскакивает к горлу.

С Настей беда. Просто так хрен кто позвонит!

— Что случилось? — произношу сухо. Я всем вечно нужен, чтобы вытащить из задницы. О чем можно ещё говорить?

— Не по телефону. Нужно встретиться и я вам все объясню.

Настырная какая! Хочу отшить, пусть сами разбираются во всех своих проблемах. А я могу спокойно поспать.

Но вместо этого говорю совершенно другое.

— Адрес пришли в сообщении. В семь вечера отправлю машину, — даю указания. Затем решаю добавить. — Если это развод, то ты пожалеешь. Еще есть шанс все отменить.

— Адрес пришлю. К семи буду готова, — летит сухое в ответ.

Кладу трубку, откидываюсь в кресле, закрываю глаза. Мне бы поспать ещё. Хоть немного…

А потом уже судьбы мира вершить.

Анастасия

Лежу под капельницей в палате. Снова.

Но в этот раз меня до сих пор всю трясет. Успокоительные не больно помогают справиться с нервами, хоть мне вкололи их довольно-таки много.

Врач сказала, что у меня сильное переутомление и мне нужно поспать. Но какое там! Слишком много всего навалилось.

В голове кавардак.

Меня положили в больницу. Она чудесным образом находится недалеко от моего дома, но уверена, врачи не разрешат сходить даже за вещами. Благо, телефон с собой. И зарядка. А то было совсем плохо.

Чуть позже позвоню Злате, попрошу приехать и привезти вещи. Покормить Рыжика, он снова останется в квартире один.

Как хорошо, что перед той аварии, в которую попала в начале беременности, я оставила подруге ключи от квартиры! Точнее, перед отпуском. Который я провела не на Бали, а под пристальным вниманием Габриеля.

Так! Срочно прекращаем думать о нем! Сейчас снова начну тосковать, корить себя, что не добилась честного разговора. Ушла, не дочитав записку до конца.

До сих пор решимости не хватило снова открыть злосчастный лист бумаги и ознакомиться с содержимым. До сих пор при воспоминании мужчины болит сердце и ноет в душе.

Чемодан с купленной для меня одеждой так и остался не распакованным. У меня так и не появилось сил его разобрать.

Это же нужно будет все вспомнить… А я слишком сильно скучаю по нему, никак не могу его отпустить.

Ворвался, блин, вихрем в мою жизнь, перевернул её вверх тормашками и исчез! Точнее, покинул.

А теперь мне все расхлебывай одной…

Но я не жалею о том, что у нас было. Габриель показал, что бывают другие мужчины. Те, от которых у меня мурашки бегут по коже и от которых спирает дыхание.

А наша с ним прощальная ночь… То, как мы после множества оргазмов рухнули на кровать и уснули в обнимку?

Сладко так было тогда…

Но почему же мне снова так больно? Почему это все случилось со мной? Почему?..

Делаю глубокий вдох, медленно выдыхаю, смотрю на то, как капает лекарство внутри системы. Мне нельзя о нем думать. Нельзя вспоминать.

Иначе я просто не выдержу…

Лучше уж буду считать капли, минуты, обои рассматривать, искать птиц за окном. Да что угодно! Только бы сбежать от своих мыслей!

Меня положили на четвертый этаж, в отделение гинекологии. Новое здание, палата на четверых.

Сейчас нас в ней находится двое. Но мы обе молчим, ни у кого нет желания говорить.

Одну из соседок отпустили до утра домой, я ее даже не видела. Третья койка пустая, а на четвертой лежит девушка после выкидыша. Плачет. Её в ближайшее время должны повезти на чистку.

Настроения нет. Мне до невозможности тошно. И страшно. Такие отвратительные чувства, от которых как ни стараюсь, уйти не могу.

Когда я увидела пятно крови на своих трусиках, то перепугалась до ужаса! Я даже забыла зачем пришла в туалет.

Ноги перестали держать, в горле застрял ком. Держалась за стену, чтобы не упасть.

Как хорошо, что в таком состоянии меня нашел не кто-то другой, а Злата!

Не помню как мы с ней дошли до пока ещё моего кабинета, как подруга вызвала "скорую". Помню лишь ее взволнованное лицо и строгий наказ: лежать!

Легла на диван и лежала. С ужасом и надеждой на чудо ждала врачей.

А потом наступил сущий ад. С приездом "скорой" рядом с моим кабинетом столпились все кому не лень. Сообщили шефу. Он оставил все свои дела и тут же прибежал.

Пытался выгнать бригаду, не дал им оказать мне первую помощь, сыпал угрозами и устроил настоящий концерт.

Ничего не оставалось, как подняться и под громкие крики Михаила, что на работу могу не возвращаться, под руки с медработниками я покинула офис.

Злата осталась там.

Начальник ещё долго кричал что-то вслед. Но я уже его не слушала.

И так довел до белого каления…

Медики крайне серьезно осмотрели меня уже в автомобиле. Вкололи какой-то препарат, сказали всю дорогу лежать на кушетке.

Только в карете "Скорой помощи" я, наконец, начала окончательно осознавать что произошло.

Меня положат в больницу. На работу могу больше не выходить, Михаил не допустит моего присутствия в офисе.

Мужчина совсем обезумел со своей тупой местью! Или крыша поехала у него вконец?

Это же кем надо быть, чтобы вытворять такое? Идиот! Самый настоящий кретин!

Но на него у меня сейчас нет даже капельки злости. Слишком высокой может быть цена.

Нет. На эту работу больше я не вернусь! Иначе уж точно потеряю ребенка! Если ещё не потеряла…

Михаил рано или поздно, но добьется своего. Доведет меня до нервного срыва, а потом ещё, действительно, уволил по статье.

Если уж он медикам не дал меня осмотреть, то о чем можно говорить дальше?

Тварь, а не мужчина!

Бригада работников "скорой" тем временем не сидела без дела, они позвонили диспетчеру, определились с больницей, в которую отвозить.

В очередной раз уточнили, все ли со мной в порядке. Я кивнула.

Захлопнули дверь с грохотом, сказали держаться, завели двигатель и мы тронулись в путь.

Выехали на трассу, включили "мигалки" и помчали на всех парах, минуя пробки и светофоры.

Старая машина трясется, подскакивает на кочках, внутри все дребезжит. Такое чувство, что развалится прямо посреди дороги!

Как же мне было страшно!.. Не за себя, за малыша!

Слезы от безысходности лились из глаз, как ни пыталась не могла их остановить. Если я потеряю ребенка, то никогда себе этого не прощу! Никогда!

Михаил гад! Вон до чего довел своими скандалами и угрозами!.. И почему только я все принимаю близко к сердцу…

И что же мне дальше делать?.. Как жить?..

На ЧТО жить?!!

Отложенных денег не хватит и на пару месяцев. У меня же кредит за квартиру!

Паника накрывает новой волной.

Не думать о плохом! Не думать!! Не думать!!!

Все будет хорошо! Лишь бы спасли малыша!

Важнее ребенка ничего нет ценнее.

Поглаживаю рукой живот, пытаюсь унять разрастающийся страх. Второй крепко держусь за поручень, чтобы не завалиться на повороте.

Я найду как заработать деньги! Руки есть, мозги тоже, уж придумаю что-нибудь.

Не возьмут в одно место, буду пробовать устроиться в другом. Кто-то, да согласится!

Я на любую работу согласна, лишь бы платили. Полы при необходимости тоже могу пойти мыть!

Но лучше все же найти что-то другое.

Все вопросы решаемы! Михаил ещё пожалеет, что довел меня до подобного состояния!

Лицо начальника всплывает перед глазами, жгучая ненависть к нему просыпается в душе.

Сейчас это не важно! Забудь!

— Мой маленький, мой любимый малышик! Прошу тебя, держись! — молю сквозь слезы. Голос дрожит, паника зреет. Я никак не могу возобладать с эмоциями, что бьют через край.

— Мамочка больше не пойдет на эту ужасную работу! Нас с тобой никто не обидит! Ты только, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, не умирай!

Шепчу, глотаю солёную влагу. Невыносимое отчаяние рвет душу на части. Сердце в клочья.

Страшно и до невыносимости плохо. Просто чудовищно осознавать, что внутри тебя в любой момент может оборваться жизнь маленького человечка. По твоей вине.

И ты не в силах ничего изменить. Не в силах исправить…

Ни почувствовать, ни остановить.

Все, что осталось, молиться. Именно это я и делаю.

Прошу своего малыша остаться со мной. Дождаться помощи. Совсем скоро мы приедем в больницу. Там нам обоим помогут! Спасут!

Как же мне плохо… Как страшно…

Чувствую, что во всем мире я осталась одна. Поддержки ждать неоткуда.

Перекошенное от злости лицо начальника встаёт перед глазами, аж передёргивает. Бррр!

Пытаюсь прогнать навязчивый образ, но он не желает уходить из моей головы. В ушах до сих пор стоит его крик.

— Уволю! По статье! Ещё и должна останешься! — и машет договором, зажатым в руках. — Вернись немедленно! Доделай работу! Мне утром будет нужен отчет!

Меня начинает трясти. Губы дрожат, зуб на зуб не попадает. Холодно.

Паника накатывает волнами, становится трудно дышать. Перед глазами темнеет. Меня уже всю начинает трясти.

Обхватываю себя ледяными руками, делаю успокаивающие глубокие вдохи. Не помогает. Рыдания прорываются наружу, усиливается дрожь.

Я не замечаю ни как карета "Скорой помощи" замедляет скорость, ни как мы заезжаем на больничную территорию, ни как распахивается дверь.

Закрываю глаза, сквозь слезы шепчу что-то. Сама даже не понимаю до конца что.

— Девушка! — настойчивый голос медработника прорывается сквозь пелену безнадёжности и страха. — Вам плохо?

— В-все нор-маль-но, — проговариваю по слогам. Не могу связать буквы в единое слово, горло сдавливает спазм.

— Пойдемте со мной, — помогает подняться, крепко держит под руки, не отпускает даже когда мы спустились на асфальт. — Сейчас вам помогут.

Мы проходим сквозь стеклянные двери, второй медработник что-то говорит медсестре и меня тут же отводят в отдельное помещение.

— Раздевайтесь, ложитесь на кушетку. Сейчас к вам придет врач, — строго, но доброжелательно обращается ко мне молоденькая девушка в белом халате. В шапочке с котятами на голове.

— Х-хо-ро-шо, — через силу выдавливаю из себя.

Она уходит, медработников со "скорой" не видно. Я остаюсь в кабинете одна.

Страха становится ещё больше.

Он сминает. Поглощает. Стирает меня.

С трудом заставляю себя выполнять указание медсестры. Раздеваюсь, ложусь, снова жду.

Не знаю сколько прошло времени, мне кажется, что вечность. На самом же деле, не более пяти минут. Часы на стене не обманут.

В кабинет заходит врач. Мы здороваемся, доктор начинает засыпать вопросами. Спрашивает про количество беременностей, про аборты, заболевания, мой срок, дату последних месячных…

На каждый из них непременно нужно ответить. Что я и делаю. Говорю все, как есть.

Затем следует то, что я так боюсь сейчас делать. УЗИ.

Женщина подносит датчик к моему животу, начинает им двигать. От страха не могу дышать.

Слежу за врачебной реакцией, но на лице женщины застыла профессиональная маска. Слезы снова льются из глаз.

— Мой ребёночек жив? — не выдерживаю и первой задаю животрепещущий вопрос.

В ожидании ответа внутри все замирает.

Нет сил ждать, когда врач обследует мой живот вдоль и поперек. Я скорее сожру себя заживо, чем дождусь вердикт.

— Жив, жив, мамочка, не беспокойся, — не отрываясь от монитора снимает с моей души тяжёлый груз.

Выдыхаю. Облегчение накрывает с головой, эмоции выходят наружу. Пережитый страх за жизнь малыша отступает на задний план. Из глаз снова льются слезы. На этот раз, слезы счастья.

— Ну-ка перестань плакать! — говорит строго. — Тебе нельзя волноваться!

— Я пытаюсь, — говорю сквозь ком в горле. Он не проходит, как ни крути.

Рыдания душат, дышать становится сложно.

— Успокойся немедленно или я сейчас попрошу медсестру, чтобы сделала укол успокоительного! — продолжает ругаться.

Я знаю, что должна взять себя в руки, что мои переживания делают нам с малышом только хуже, но никак не могу пересилить себя.

Превратилась в безвольную жалкую тряпку. Даже самой неприятно это осознавать.

Совсем расклеилась. А ведь надо собраться!

— Мне уже его сделали, — признаюсь, шмыгаю носом.

— Тем более! — женщина-врач строго смотрит на меня. — Возьми себя в руки, а то ребенка лишишься! — принимается откровенно ругать.

От откровенных хлестких слов ещё сильнее сжимаюсь. Они делают больно. Становится стыдно за то, что произошло.

— Извините, но можно без нравоучений? Я как-нибудь сама разберусь! — не выдерживаю и огрызаюсь.

Мне и без чужих нравоучений тошно до невозможности! Вот и чего только лезет?

Постороннему человеку не объяснить ни то, что этот ребенок для меня значит. Ни то, что произошло в прошлом. Ни то, почему я так долго терпела издевательства и прессинг от Михаила.

Содрогаюсь при упоминании одного его имени. Козел!

— То, что твой ребенок до сих пор ещё жив, настоящее чудо! — забивает последний гвоздь в крышку гроба.

Кровь отливает от лица, ледяной пот проступает по позвоночнику. Набираю воздух в легкие, задерживаю дыхание. Нужно успокоиться.

Сердце стучит так быстро, что вот-вот выскочит из груди.

Врач продолжает водить датчиком, я больше не желаю с ней говорить. Хватило.

Узистка тщательно исследует все, что касается беременности. Просит перевернуться на бок, сделать вдох, задержать дыхание. Женщина сосредоточена и напряжена. Местами хмурится.

В моей душе волнение. Но я изо всех сил гоню плохие мысли прочь.

Ребенок жив. Беременность сохранили. С остальным справимся в процессе.

В больнице опытные врачи. Они помогут.

— Можете вытираться, — женщина убирает датчик, подаёт пару салфеток.

— Все в порядке? — робко спрашиваю. Удержаться от вопросов не получается.

Смотрю на неё с надеждой, что плещется внутри. Она отвечает ровным, холодным взглядом.

Становится неприятно. Ну и хрен с ней!

— Результат скажу врачу, — сухо отрезает. — Ни если не прекратите изводить себя, мы вам не сможем помочь. Попробуйте поспать. Вам нужно успокоиться.

Вроде бы и слова поддержки, вроде бы от них должно становится легче. Но с узисткой явно что-то не то.

После нее чувствую себя грязной. Хочется тереть кожу мочалкой до боли, до красноты. Смыть с себя наляпанную грязь.

Гадко.

Я вроде не сделала ничего плохого, а чувствую себя как провинившийся школьник. Котенок, который нассал в ботинки хозяевам.

На душе так мерзко, так противно, что не знаю куда деться от самой себя. Снова просыпаются угрызения совести, они планомерно захватывают контроль, подчиняют разум. Меняют мировоззрение.

В том, что случилось с ребенком виновата лишь я сама. Не уберегла нас обоих.

А ведь после злополучной аварии мне сразу сказали быть осторожной! Но разве кто будет слушать, пока не приспичит?

Я пыталась не принимать выходки Михаила близко к сердцу, думала, что он сейчас перебесится и все пройдет. И что в итоге?

А в итоге я снова лежу под капельницей в больнице, врачи снова суетятся из-за меня. Сохранение беременности под угрозой.

Врач УЗИ права. Если продолжу в том же духе, то потеряю свою кроху. И никто мне не поможет его сохранить.

Я же этого просто не переживу!

— Постараюсь не волноваться и поспать, — говорю вслед уходящей женщины. Злость на неё прошла сразу же, как пришло полное осознание.

Она же видит таких, как я, ежедневно! Кому-то сообщает хорошие новости, кому-то нет…

Соседку мою тоже ведь она смотрела!

Становится понятно её чёрствость и сухость. Если эмоции каждого из нас пропускать через себя, то можно свихнуться.

Психологический профессиональный барьер к чужой боли. Гораздо важнее ее сострадание. Спасибо, что хоть хорошую новость не стала таить. А то ведь могла.

Бережно вытираю прозрачный гель с округлого животика. Нежность так и рвется наружу.

Провожу рукой чуть ниже пупка, ласково касаюсь чувствительной кожи. Даже лёжа на спине заметно как животик подрос.

Мой маленький герой! Все будет в порядке! Твоя мамочка обязательно возьмёт себя в руки и успокоится!

Ради тебя, мой хороший, мама горы свернёт!

Складываю использованные салфетки на тумбочку, обнимаю руками живот, закрываю глаза. Врач прав, нужно поспать. Тогда лекарство подействует ещё лучше.

Чем скорее пойдем на поправку, тем быстрее окажемся дома. А там и стены помогают.

Смогу удалить с банком вопрос по кредиту, они вроде как каникулы могут дать. Помню, во время кризиса поговаривали про нечто такое.

Устроюсь на спокойную работу. Такую, где никто не будет мне делать мозги.

Лишь бы на обязательные платежи хватало, да на питание. С остальным справлюсь!

Мне не привыкать преодолевать препятствия. Главное чаще повторять, что все хо-ро-шо.

— Малыш, — шепчу еле слышно. Девушка, у которой произошел выкидыш, затихла. Наверное, спит.

Мне повезло. Моя беременность сохранилась. Сердечко моего ребенка бьется во мне.

И я сделаю все, чтобы так дальше и было! До победного!

— Мое маленькое сокровище! Мамочка тебя очень сильно любит! Пожалуйста, прости меня. Я дурочка, что так распереживалась. Ни о чем не волнуйся! У нас с тобой все будет обязательно наладится! Вот увидишь!

Позитивный настрой крайне важен, он помогает не падать духом. Улыбаюсь, думаю о хорошем.

Интересно, на кого он будет похож? На меня или на своего папу?

Какого цвета будут глаза? А волосы?

Представляю маленького пухлощекого малыша с небесно-голубыми глазами и темными волосами. Сердце тает от нежности и любви.

Ресницы сами опускаются вниз, наконец-то я расслабляюсь. Сознание плавно отходит на задний план, я медленно проваливаюсь в сон.

И снится мне знакомый до боли голос. Мужчина, от чьего присутствия мурашки по коже. Тот, чьего ребенка ношу под сердцем.

— Какие прогнозы? — взволнованный голос Габриеля раздается прямо в палате.

Сердце подскакивает к горлу, я резко открываю глаза.

Габриель

Хватаю с тумбочки ключи, быстрым шагом захожу в гараж, сажусь в тачку.

Пока прогревается двигатель и открываются ворота прокручиваю в голове слова Настиной подруги. Её сбивчивый короткий рассказ. Слезы в голосе. Мольбу и помощи.

Обещал девушке во всем разобраться. Теперь злюсь на себя.

Я не должен был давать пустых обещаний. Я никакого права не имею вмешиваться в Настину жизнь.

Стоять в стороне не выходит. Я не могу позволить какому-то мудаку сломать девочке жизнь.

Пусть о моем вмешательстве она не узнает, но я не в силах остаться стоять в стороне.

Девчонка ушла от меня. Облила грязью, забрала купленное ей барахло, украла приличную сумму денег и исчезла.

Я отпустил ее с миром. Пусть дальше живёт.

Аррр! Сука, как тошно! Сердце больно ударяется о ребра, колотится в груди.

Настенька попала в больницу. У нее нервное истощение, до срыва довел шеф на работе. Но это далеко не все.

Мудозвон собирается подставить мою девочку на круглую сумму пока та проходит лечение. Затем заставить ее заплатить. Телом.

А после уволить. По статье.

Сжимаю руки на руле до побледневших костяшек. Дышу рвано, часто. Перед глазами от ярости стоит пелена.

Урою гада! Из-под земли достану и в порошок сотру!

Будет туалеты драять в дешёвом сортире! Блевотину и говно со стен очищать!

Бля! Как же я зол! Как же все бесит!

Но, кажется, я нашел на ком могу сорвать свою злость… Злорадная усмешка озаряет лицо. Уничтожу!

Как бы я ни желал не появляться в Настиной жизни, мимо такого бесчинства пройти не могу.

Мужик поплатится. Сученыш решил посягнуть на чужое! Настя МОЯ! И против воли ни перед кем ноги раздвигать не позволю!

Сука! Сука!! Сука!!! Почему все так сложно?! Почему не могу забрать девчонку к себе!!!

Потому что ты женился на шлюхе, придурок!

Но начальника Настеньки я проучу. Будет всю жизнь по сторонам в страхе озираться! Ни одну девчонку больше не развратит!

Херов ублюдок! Не дала одна баба, будет другая. Нахрена мудаком быть?

Не позволю подставлять свою девочку! Ставить Настю на счетчик позволено только мне!

Выезжаю во двор, довольно быстро миную охраняемый участок. Мысли о мести за Настеньку не выходят из головы.

Даю голосовую команду, слушаю длинные гудки. Жду ответ.

— Роман Романович, здравствуй! — выдергиваю своего адвоката. Мне пофиг, что он может быть занят. Я плачу ему достаточно, чтобы не заботиться о подобном.

— Габриель, добрый вечер! — деловым тоном здоровается в ответ. — Проблема или за советом?

— Нужно фирму одну выкупить, — перехожу сразу к волнующему меня вопросу. Конечно, я мог бы обратиться к своим юристам, но что-то подсказывает, не стоит. Мне нужен Роман.

— Какую? — тут же переходит к делу. Вот за это я и ценю его. За профессионализм и сногсшибаемую четкость.

— Данные пришлю чуть позже.

Сворачиваю на повороте, утыкаюсь в пробку, тихо матерюсь. Хочу сдать назад и развернуться, но не успеваю. За мной уже стоит ещё один автомобиль. Придется запастись терпением.

— Как срочно?

— Вчера.

— Все понял.

Роман Романович задаёт ещё несколько уточняющих вопросов, затем мы прощаемся и я возвращаюсь к мыслям о Настеньке.

Невольно сравниваю свою сладкую пташку с Софией. Чистота и невинность против похоти и разврата.

Не того сына отец женил на Гречихиной… Ой, не того… София с Дэном идеальная пара.

Пожалуй, это можно исправить.

Недобрая ухмылка озаряет моё лицо. Если я проверну то, что задумал, то Дэниель и отец будут в бешенстве. Они никогда меня не простят. И будут правы.

Подставить брата не самая правильная и разумная идея, но иных вариантов у меня нет. Точнее, есть один. Такими темпами меня через полгода вынесут из офиса вперёд ногами. Не знаю, как остальных, но подобный расклад меня не устраивает.

Но прежде, чем лишаться поддержки семьи, руководства бизнесом, относительной независимости и финансов, я должен решить один крайне важный вопрос.

Нужно придумать, что сделать с Сергеевым.

Ублюдок никогда не простит мне Милану. Ни мне, ни моим детям, ни детям их детей.

Семен Савельевич выяснил, что Дэниель не в курсе о местонахождении его дочери. Что побег из страны, новые документы и новую жизнь для неё организовал именно я.

Теперь я кровный враг опаснейшего человека. Один неверный шаг и он уничтожит меня. Сожрёт с потрохами и не подавится. Тварь.

Но перед этим с наслаждением расправится со всеми, кто мне дорог. Авария, покушение, взлом дома… Сергеев явно продемонстрировал свои намерения.

Только и я далеко не дурак. Ни единого раза он не смог довести начатое до конца. А я смогу. Я его уничтожу!

Мои люди ищут на него компромат. Собирают досье. Шпионят. Неустанно следят.

Ублюдок оступится. И тогда я сделаю шаг!

Разделаюсь с ним. Он понесет наказание. А я смогу спокойно выдохнуть и продолжить жить своей жизнью. Никого и ничего не боясь. Без нужны просчитывать наперед каждый шаг и обеспечивать всем членам семьи безопасность.

— Габриель! — раздраженный голос отца раздается из динамиков автомобиля.

Бля! И зачем я только позволил автоматически принимать звонки, если нахожусь за рулём?!

— Да, отец, — отвечаю ему ровным тоном. В зародыше душу начинающий зарождаться гнев. Нельзя выходить на эмоции. Проиграю.

— Мне София звонила! Опять рыдала! Сказала, что ты ее ударил и выгнал из спальни. Грозилась рассказать обо всем отцу! — отец едва сдерживает свою ярость. Я даже на расстоянии знаю, что его сейчас трясет.

— Пусть рискнет, — заявляю ему равнодушно, чем ещё сильнее привожу в бешенство.

— Щенок! Дурак! Совсем рехнулся?! — мужчина в возрасте срывается на крик.

— Отец, — вздыхаю. — Со своей женой, — особенно подчёркиваю слово "своей". — Я в состоянии разобраться самостоятельно!

— Тогда самостоятельно сделай так, чтобы она мне не звонила каждый час и не ныла в трубку! И чтобы ничего не рассказала отцу!

— Сделаю, — бросаю сухо. Он отключается. В салоне снова повисает мертвая тишина.

Аррр!!! Как же все бесит! Несколько раз ударяю по приборной панели, бью по рулю. Кулаки начинает саднить, но мне похрен. Если не выплесну эмоции, то разорвет на куски.

Меня переполняет злость. Ярость ослепляет. Звук клаксона стоящего позади автомобиля выдергивает в реальность. Красная пелена перед глазами.

Авто передо мной трогается с места, стремительно набираю скорость вслед за ним. Выезжаю на свободный участок дороги, врубаю музыку на полную, нажимаю на газ. Даю волю эмоциям.

Не особо помню как добрался до больницы, где лежит Настенька. Да это уже и не важно! Главное, что я здесь.

Захожу в помещение, без проблем узнаю в каком отделении моя девочка. Несколько купюр в руки медсестры делают свое дело и меня провожают по запутанным коридорам до места.

Гинекология. Странно. Злата утверждала, что у Насти нервный срыв.

Ох, уж странные эти женщины… Другой мир.

Пофигу! Разберемся! Я уже приехал в больницу, назад пути нет. Отступать в своем решении ей помочь я не намерен.

Подхожу к дверям в отделение. Замираю. Сердце гулко бьётся в груди.

Она здесь. Она рядом! Стоит сделать несколько шагов и я увижу Её!

Но вместо этого я разворачиваюсь и иду в противоположную сторону. К ординаторской.

Найти лечащего врача оказалось задачей не из лёгких, в итоге я забил на его поиски и отправился напрямую в кабинет заведующего отделением. Хоть кто-то находится на месте!

Мы крайне продуктивно поговорили. Тимофей Павлович, кстати, оказался отличным мужиком!

Рассказал, что у Настеньки было нервное истощение, что обнаружились некоторые проблемы по гинекологии и что обещал, что возьмет ее лечение под личный контроль.

Наотрез отказался её перевозить в частную клинику. Девушку ни в коем случае нельзя ни волновать, ни подвергать даже самым малым физическим нагрузкам и тряске.

Я отступил. Спорить с профессионалом не понимая сути произошедшего не собираюсь. Он врач. Ему видней.

Вместо того, чтобы продолжать настаивать на том, от чего Насте лучше не станет, мы приступили к обсуждению рабочих моментов.

Платная палата, круглосуточная сиделку если потребуется, необходимые лекарства, новое оборудование для больницы.

Я намерен обеспечить врачей всем, что нужно! Готов приобрести любую аппаратуру! Похрен на стоимость!

Мне нужно, чтобы у Насти все было в порядке. Чтобы не было никаких негативных последствий по здоровью.

Название болезни не уточнял, оно мне не нужно. Я все равно нихрена не разбираюсь в болячках. Особенно, в женских.

Одно знаю точно, физическому насилию она не подвергалась. Для меня это важно.

Значит, Михаил будет жить. Пока.

Я оставил свой номер, обещал на днях ещё раз заехать и уточнить правильные ли препараты подобрал для покупки. К тому же Тимофей Павлович должен подобрать новый аппарат УЗИ и подсказать надёжного поставщика.

По телефону не стоит обсуждать такие вопросы.

Тимофей Павлович проводил меня до медицинского поста, показал типовую палату, само отделение. Заверил, что предметами первой необходимости Настенька обеспечена.

Туалетная бумага, полотенца, правда, бумажные, мыло, посуда и еда, всего этого хватает в избытке. При необходимости санитарка выдаст сорочку, пленку чтобы вытереться.

Телевизор, душевая кабина, санузел есть в каждой палате. Койки хорошие, новые матрасы, недавно в отделении закончился капитальный ремонт.

Я осмотрелся. С виду не сильно хреново, чувствуется недавний ремонт.

После разговора с заведующим отделения понял, что других вариантов пока все равно нет. Настя в порядке, но не транспортабельна. Беспокойство постепенно начало отступать на второй план.

Зайти бы в палату, поговорить, объясниться. Узнать о самочувствии из первых рук.

Но я не решаюсь. Ей нельзя волноваться.

От моего появления станет лишь хуже. Самое правильное, что я могу сейчас сделать для Настеньки, обеспечить её всем необходимым и снова исчезнуть из ее жизни.

Будущего у нас с ней все равно нет. А бередить раны… Слишком больно будет. Всем.

Тимофей Павлович оставляет меня на посту, я уточняю у медсестер о том, как моя девочка. От услышанного прихожу в ярость.

Она лежит в палате на четверых. Ладно, хрен с ним! Переведут!

У нее нет ни тапок, ни одежды, ни даже воды! Прошло уже довольно долго по времени после поступления, а к моей девочке так никто и не пришел!

Тихо бешусь. Пишу список. С одной стороны жалею, что не взял с собой водителя. С другой понимаю, что все необходимое хочу купить для неё сам.

Медсестры предлагают меня к ней проводить, я снова отказываюсь. За что получаю несколько удивлённых взглядов. Похрен!

Выхожу из больницы, сажусь в тачку, прикидываю какой приличный торговый центр есть поблизости. Понимаю, что рядом нихрена нет. Придется ехать в центр.

Назад в отделение я возвращаюсь уже ближе к десяти вечера. Двери закрыты. Ломлюсь через приемный покой.

Охранник не желает меня пропускать, но дверь открывает. Сую ему несколько купюр высокого достоинства в карман, объясняю, что нужно доставить вещи для лежачей больной.

Он беспрекословно меня пропускает.

Отделение встречает тишиной. На посту нет медсестры, ординаторская закрыта.

Стою, как придурок, посреди длинного коридора с пакетами в руках.

Габриель, ну же! Решайся! Ты знаешь в какой она палате!

Тихо зайдешь, поставишь вещи и исчезнешь. Твоя девочка спит, ты ее не потревожишь.

Убеждаю себя, сердце больно ударяется о ребра.

План прост. Выбора все равно нет. Не оставлять же вещи под дверью! Там вкусный ужин… Он ещё не остыл. Я специально заказал для Насти еду из ресторана.

Хотел сделать своей птичке приятное.

Подхожу к двери в ее палату. Останавливаюсь. В груди колет.

Габриель, хватит ломаться! Ты мужик или кто?! Начинаю откровенно злиться на самого себя.

Подмять конкурента, увести проект, действовать на опережение в бизнесе, да без проблем! Если бы не подстава с заведомо убыточным проектом, за который отец сказал взяться по настоянию Дэниеля, мы до сих пор были бы в шоколаде!

С любой другой бабой тоже нет никаких проблем. Потрахались и до свидания! Никто никому ничего не должен. Угрызений совести нет.

А Настя…

Бля, меня кроет! Хочу увидеть свою девочку ну просто пиздец! Внутри все рвется на части.

Какой же ты мудак, Габриель!

Делаю глубокий вдох, еле слышно захожу в палату. Осторожно, чтобы не шуметь, ставлю пакеты на стол.

Разворачиваюсь, вижу спящую Настю, воздух выбивает из лёгких.

Нежная. Чистая. Светлая девочка… Как же я хотел все исправить…

Анастасия

Ароматные запахи свежей еды раздражают вкусовые рецепторы, рот даже сквозь сон наполняется слюной. Сглатываю.

Ммм… Как вкусно пахнет!

Желудок урчит. Мне срочно нужно проснуться и покушать!

Открываю глаза, осматриваюсь, ищу источник сногсшибательного запаха. Благодаря строящемуся из коридора освещению, в палате довольно светло. Я без труда вижу предметы вокруг. Капельницу у меня забрали, руки снова свободны. Могу спокойно сесть, что я и делаю.

От убийственного аромата еды не могу думать ни о чем другом, кроме как о том, чтобы немедленно не покушать. Так вышло, что в больницу я попала уже после обеда, а ужин из-за лекарств проспала. Я безумно голодная!

На тумбочке рядом с кроватью стоит бумажный пакет из известного ресторана, сногсшибательный запах исходит именно от него.

Значит, не показалось… А то в прошлый раз с присутствием Габриеля вышло не очень.

Сейчас я оказалась права! Мне ничего не приснилось!

Радостное предвкушение клокочет в груди.

Заглядываю внутрь, достаю белые контейнеры, которые используют для сохранения тепла. Да их целая стопка! Обалдеть!

Златка превзошла саму себя! Утром нужно будет обязательно позвонить и поблагодарить подругу. Она знатно потратилась на еду, ценник в этом ресторане просто космос.

У нас как-то был там корпоратив, а потом мы с девчонками решили посетить его на восьмое марта. За один ужин я оставила там половину зарплаты! Хоть и не могу сказать, что мы заказывали что-то чрезмерно шедевральное… Результат оказался на лицо. Месяц до новой зарплаты был сложным.

Ох, Златка! Спасибо большое! Блюда из этого ресторана выше всяких похвал.

Открываю контейнеры и все прочие мысли вылетают из головы. Все, о чем могу думать, это вкуснейший ужин.

Кладу в рот первый кусочек, чистейшее наслаждение разливается по венам.

— Ммм, — зажмуриваю глаза, от восторга стону. Как же вкусно!

Умяв добрую половину, вторую решаю убрать в холодильник и съесть потом. Я ещё не знаю, как кормят в больнице. Может быть, есть невозможно. Или вообще сплошная вода.

Осторожно поднимаюсь, на столе вижу ещё несколько бумажных пакетов. Заглядываю внутрь, тоже все мне.

Достаю комплект хлопковых брючек и футболку с длинным рукавом светлого цвета. В полумраке не могу разобрать какого именно. Но это и не важно! Я рада всему!

На ощупь ткань невероятно мягкая, нежная. На теле будет ощущаться просто невероятно!

Откладываю его в сторону, смотрю что там дальше и моя челюсть плавно опускается на пол. Златка! Совсем с ума сошла! Это все стоит баснословные деньги!!!

Ухх! Ну, держись! Утром позвоню!

Верну все до копейки!

Правда, потом не знаю как буду выживать… Но я не могу ей позволить потратить на себя вот такую вот заоблачную сумму!

Убираю вещи в тумбочку, каждое движение бережно и осторожно. Я помню слова врача о том, что нужно максимально беречь себя.

Выхожу в коридор, прохожу мимо поста, ставлю еду в холодильник и возвращаюсь обратно. Уже у самой палаты меня окликает медсестра.

— Анастасия, утром вас переведут в другую палату. Сложите свои вещи заранее, если не сложно.

— Хорошо, — отвечаю задумчиво. Странно как-то это все…

Возвращаюсь к себе в палату, ложусь на кровать. Надеюсь, на новом месте не будет ещё больше народа. Здесь, практически в одиночестве, мне вполне хорошо.

Сама не замечаю, как проваливаюсь в глубокий сон. И снова окунаюсь в сладкие воспоминания. Горячие поцелуи, пленительный взгляд, мужские губы на своей коже, страстные объятия…

Утро наступает слишком быстро, в центре груди снова тоска. Я скучаю по Габриелю… Безумно…

Но больничный распорядок дня не позволяет долго пребывать в унынии. Измерение температуры, уборка палат, тихий мирный шум начала рабочего дня в больнице. На часах шесть утра, вокруг бурлит жизнь.

День проходит за днём, меня никто не беспокоит. Златка написала, что у нее полнейший завал и обещала позвонить, но за две недели так и не нашла на это время.

Я не расстраиваюсь. У меня на переживания банально нет сил. Лечебные процедуры, поиски работы и обучение на онлайн курсах занимают все свободное время. Пока лежу без дела, максимально развиваю себя.

В новой палате, куда меня перевели на следующее утро после поступления в больницу, есть все необходимое. Помимо душа и санузла, холодильник, телевизор, чайник, микроволновка и даже вай-фай!

А ещё счастье в том, что я лежу одна и никто из соседок меня не беспокоит. Вторая койка в палате две недели стоит пустой.

У меня было достаточно времени обо всем подумать. После выхода из больницы я решила, что начну новую жизнь!

Уволюсь с работы, пошлю Михаила! Ох! Как бы я хочу увидеть выражение его лица, когда прилюдно выскажу все, что о нем думаю!

Заберу документы, получу расчет за отработанный месяц и свалю с ненавистной конторы! Скотское отношение к людям в кишках сидит.

А после… Продам квартиру, погашу кредит, на остатки от продажи квартиры куплю другое жилье где-нибудь в пригороде. Начну все с чистого листа.

Малышу нужен свежий воздух, спокойная обстановка и любовь. И я всем этим его обеспечу в лучшем виде!

— Ну что, анализы гораздо лучше, показатели УЗИ тоже, — Тимофей Павлович ободряюще улыбается. — С сегодняшнего дня начинай выходить на улицу. Постепенно, без фанатизма. Все поняла?

— Да! — счастливо улыбаюсь. — Спасибо!

Неимоверное облегчение и радость переполняют сердце, когда я выхожу из здания и делаю глоток свежего воздуха! Чистый кайф!

— Малыш, сладкий мой, ты большой молодец! — сижу на лавочке, нежно поглаживаю живот. Я немного прошлась по больничной аллее, осмотрелась и присела отдохнуть.

За две недели, проведенных в стационаре, мой живот значительно подрос. Теперь даже невооруженным глазом видно, что я беременна. И это прекрасно! Я очень счастлива, что врачам удалось спасти малыша!

Смотрю на проходящих мимо меня людей, на кипящую вокруг жизнь. Настроение просто шикарно!

Знакомый силуэт, уверенная походка, мужская фигура стремительно приближается ко мне. Поднимаю взгляд на лицо, воздух выходит из лёгких.

— Габриель…

Габриель

— Отец, я не намерен в очередной раз выслушивать твои претензии! — цежу в трубку сквозь стиснутые зубы.

Меня уже достали его ежедневные звонки! Каждый раз одно и тоже! Не собираюсь я брата прощать!

В бизнесе должны быть только проверенные, надёжные компаньоны. Дэниель, увы, не такой.

Я не собираюсь держать рядом с собой человека, который спит и видит, как воткнуть нож мне в спину! Даже с учётом того, что он — мой родной брат.

Дэн четко дал понять свое отношение. Я запретил пить алкоголь, вынес все до последней капли из дома! В итоге, он все равно каждый вечер бухой.

Сказал не трогать Настю, он же… Аррр!!! Перед глазами снова появляется красная пелена ярости. Лучше бы я не смотрел камеры и не слушал их разговор!

Зря я тогда сдержался. Зря позволил сойти на тормозах.

Но Дэн вконец охуел! Он оттрахал мою жену! В моем же доме! БЕЗ предохранения!

И если София залетет, то это будет настоящий пиздец!

Делаю глубокий вдох. Задерживаю дыхание. Я должен оставаться спокойным, только так смогу выстоять против них.

— Конкретно сейчас с Дэниелем у меня не может быть совместных проектов! — в очередной раз отвечаю отцу.

Он начинает продавливать вопрос возвращения Дэна в бизнес слишком часто. Меня совершенно не устраивает перспектива делить управление с братом.

Одним переломом носа и трещиной в ребре он у меня не отделается. Аррр! Бесит!

— А если тебе не понятно, то я могу отойти в сторону и оставить руководство холдингом на него!

— Вы глупцы! — орет в трубку. Далее следует очередная череда угроз. Они уже не срабатывают на мне.

Закрываю глаза, тру переносицу. Голова снова трещит по швам. Как же все это достало!

Не говоря больше ни слова, на середине отцовских ругательств отрубаю грёбаный вызов. Хочет войны! Так получит! Я могу справиться без него!

А вот он без меня? Этот вопрос звучит уже совершенно иначе.

Поднимаюсь с кресла, беру пиджак. Мне срочно нужно покинуть офис. Я должен выпустить пар.

Из шкафа забираю сумку со спортивной одеждой, выхожу из кабинета. Под удивленный взгляд секретарши ухожу прочь.

В соседнем здании есть шикарный бассейн. Я незамедлительно решаюсь воспользоваться именно им.

Чтобы подавить вспышки гнева, я перепробовал разные методы. Ходил в тренажерку, в бойцовский зал, истязал себя. Но в конечном итоге вдруг понял, что плаванье помогает мне больше всего.

Удивительно даже. Простой и доступный метод.

Поднимаюсь на шестьдесят первый этаж, без лишних вопросов прохожу в раздевалку. Меня здесь знают, за последние две недели я у них частый гость.

Спускаюсь в прозрачную воду, подплываю к стеклянному бортику, смотрю вниз. Двести с лишним метров от уровня земли, невероятный вид на город.

Слабонервным сюда, пожалуй, нельзя.

Окружающая обстановка действует на меня умиротворяюще и уже спустя тридцать минут я снова могу здраво соображать.

От Софии пора избавляться. С момента нашего брака прошло совсем немного времени, а вот проблем она мне доставить успела с лихвой. Невыносимая стерва!

Отец хочет расширить свой бизнес, вот пусть сам на ней и женится! Старый хрыщ!

Дэниель спит и видит, как встать у руля холдинга. Ещё один шикарный кандидат Гречихиной в мужья!

Я отойду в сторону. Займусь развитием своего бизнеса. А после разорения скуплю холдинг отца по-частям. За гроши.

Восстановить его величие лично мне большого труда не составит, я слишком хорошо знаю в нем все "тайные" тропы. Сам их создал. Ни отец, ни брат не в курсе и половины того, что скрыто под кипой из тонны бумаг.

Как по мне, план идеальный.

Пожалуй, пора его осуществить!

После плаванья в бассейне жрать хочется просто ужасно. Желудок сводит от голода!

Спускаюсь этажом ниже, захожу в ресторан, заказываю полноценный обед. Продолжаю любоваться шикарным видом на город.

Офис своей компании организую на одном из верхних этажей. Буду смотреть на Москву с высоты птичьего полета.

В ожидании пока принесут еду, решаю не откладывать решение насущных вопросов в долгий ящик.

Достаю телефон. Набираю номер. Слушаю длинные гудки. Жду.

— Габриель? — из динамика раздается удивленный голос брата. Он звучит уже гораздо чётче, чем совершенно недавно. Когда я сломал ему нос.

— Он самый. — холодно отвечаю. Напоминаю себе лишний раз, что больше у меня брата нет. Дэн теперь чужой человек и на него мне плевать.

— Что надо? — в тоне Дэниеля нет ни грамма тепла. Значит, он до сих пор не понял что сделал, когда оттрахал мою жену.

Ледяная ярость расплывается по венам, острое желание его уничтожить просыпается в груди. Мудак мстит мне за то, что я отказался делиться с ним Настей.

Настя МОЯ! Никому не отдам!

Дэниель последний мужчина на свете, который посмеет хоть пальцем коснуться моей сладкой птички! Пальцы вырву!

— Мне нужно, чтобы сегодня в восемь вечера ты приехал в офис. Будет закрытое совещание. Твое присутствие обязательно.

— У меня планы, — начинает показывать свой дерьмовый характер.

— А мне плевать! — рявкаю на него. — Не будет, тебе же хуже!

Не удосужившись дослушать возмущения брата, скидываю вызов. Кручу в руках телефон. Стараюсь держать эмоции под контролем.

Зубы сводит от острого желания все бросить и наведаться к Ней.

Сжать в объятиях, вдохнуть неповторимый запах, посмотреть в удивительные глаза.

Ощутить вкус ее губ. Почувствовать глубину поцелуя. Пить её стоны. Вбиваться в узкое лоно.

Раствориться в своей сладкой пташке.

Но, сука! Жизнь решает иначе. Я не смогу даже приблизиться к ней.

Сергеев не дремлет. Даже сейчас чувствую его присутствие рядом.

— Габриель, дорогой, решил отобедать? — говнюк подходит ко мне. Улыбается.

Сжимаю кулаки. Они чешутся. Ублюдок не выведет меня из себя.

— Семен Савельевич, не ваше дело! — не удосужившись подобрать тон отвечаю ему.

— Ну где же твои манеры?

— Они резко закончились, когда вы попытались убить меня, — смотрю прямо в его крысиные глаза. На моем лице не дрогнул ни единый мускул. В отличии от лица Сергеева.

Ублюдок отодвигает стул, садится напротив.

— Габриель, я устал с тобой воевать, — начинает ездить мне по ушам.

Конечно, устал! Я обложил его бизнес, из-за меня он потерял несколько выгодных проектов, слил тонну бабла.

Я знатно ослабил ублюдка. Ещё немного и окончательно его уничтожу.

Самое же приятное в этой ситуации, Сергеев знает кто его топит. Но ничего не может мне предъявить.

Ни на одном документе нет ни малейшей зацепки, которая привела бы ко мне.

Но ублюдок не знает одного. Хоть я стою во главе, уничтожает его бизнес совершенно другой человек… Точнее, другая.

Его собственная дочь.

— Семен Савельевич, я не собираюсь с вами обсуждать свои дела. — Поднимаюсь из-за стола. — Счастливо оставаться!

Иду к выходу из ресторана, навстречу мне попадается официантка. Она несёт мой обед.

— Уже уходите? — удивлённо.

— Заверните с собой. Я пришлю секретаршу, — кидаю ей, не замедляя свой темп.

Осталось сделать несколько звонков, подготовить пару протоколов. Поем на рабочем месте, мне не привыкать.

В восемь вечера будет совещание. Там я объявляю о своей отставке.

И ещё об одном важном решении. Но про это они все узнают потом.

Юристы носятся по офису, словно у них что-то горит. Носятся из стороны в сторону, шепчутся по углам.

Оно и ясно. Не каждый день меняется руководство в холдинге.

Да я сегодня герой дня! Охренно! Когда ещё побуду в центре новостей?

Делаю вид, что не замечаю любопытных взглядов в свою сторону и паломничества к столу своей секретарши. Её, кстати, я забираю с собой. Хорошая девчонка, мне нравится.

Сисадмин, главный бухгалтер, финансовый директор тоже отправятся на новое место. Как и ещё несколько проверенных лиц.

Ценные кадры нужно беречь. Отец и Дэниель пусть сами нарабатывают свою команду. Костяк из своих людей я им не отдам.

Я десять лет простоял у руля. Настало время двигаться дальше.

Всем нам.

— Габриель Вахтангович, мы все подготовили, — в кабинет заходит начальник юридического отдела.

Он хоть мужик не плохой, с собой его брать не намерен. На его должность у меня имеется другой кандидат.

— Положи на стол, я посмотрю, — говорю не отрываясь от монитора.

На край стола ложится папка с документами, я снова остаюсь в кабинете один.

Подчищаю хвосты, перевожу оставшиеся деньги. Они принадлежат мне. Я ничего не собираюсь им оставлять!

Но и чужого добра мне не нужно! Лишнего не возьму. Только то, что по праву принадлежит мне.

Роман Романович экстренно переоформил некоторые "дочки" на меня. Сейчас официально разорвет их связь с головной организацией.

Я уйду. Но не с пустыми руками. Все, что мое, я заберу с собой.

Отец и Дэн получат гораздо больше, чем я имел десять лет назад. Пусть за это благодарят! Мог вообще оставить ни с чем!

За время управления фирмой я создал слишком много, добился слишком высоких результатов. И не намерен вот так просто все отдавать.

Хочет Дэн процветающую компанию? Вперёд! Пусть теперь сам пашет не видя белого света! Без отпусков, выходных и пустого прожигания жизни!

Не собираюсь выкидывать десять лет своей жизни на помойку ради людей, которые даже банального спасибо не в состоянии сказать.

Отныне я буду работать исключительно на себя. И отвечать за собственные решения тоже.

— Роман Романович, добрый день! Как у тебя готовность по документам? — звоню своему адвокату. Который уже давно исполняет функции далеко за рамки адвокатского статуса.

— Габриель, обижаешь! Все тип-топ! — успокаивает меня мужчина. Он вечно на позитиве и это ещё одна причина, почему мне нравится работать именно с ним.

— В восемь сможешь присутствовать на встрече? — уточняю. Присутствие проверенного юриста не помешает. — Мне нужно, чтобы ты помог мне снять с себя руководство отцовским холдингом. Он будет до последнего упираться. Не удивлюсь, если начнет угрожать.

— Ты же знаешь, для тебя я всегда найду время! — заверяет со стопроцентной уверенностью. — Обязательно буду! Можешь быть спокоен.

— Отлично! А что по второму вопросу? Все в силе?

— Там есть некоторые сложности, но я работаю над этим.

— Успеешь решить к совещанию?

— Должен успеть.

Обсудив основные моменты, мы прощаемся. Каждый возвращается к своим делам.

Пожалуй, я знаю кого поставлю во главу юридического и инвестиционного направления. Роман идеально подойдёт на эту должность.

Он неоднократно выполнял мои даже самые сложные поручения. Одна покупка компании, в которой работает Настенька чего стоит! Там оказалось все далеко не так просто, как могло бы быть.

Но я в очередной раз убедился в правильности выбора своего адвоката и советника по личным делам. Роман превзошел все мои ожидания! Снова.

Уверен, в этот раз он тоже не подведёт!

С фирмой, где работает Настенька, решил не афишировать смену владельца. Хочу подождать и посмотреть, что выкинет шеф моей девочки. А после выйти из тени.

Руки так и чешутся прижать его к стенке. Взять с поличным! И заставить заплатить. За все!

Но держу себя в руках. Месть, то блюдо, которое подают в холодном виде. Я уничтожу Михаила. У своей пташки на глазах.

Погружаюсь в финансовые отчёты, в сводки, таблицы. Ухожу в цифры с головой.

Звонок сотового снова не даёт сконцентрироваться. Бля! Меня сегодня оставят в покое?!!

Смотрю на экран и настроение тут же меняется. Принимаю вызов. Трепет в груди.

— Тимофей Павлович, добрый день! — мы договаривались, лечащий врач моей девочки будет держать меня в курсе состояния ее здоровья.

— Габриель Вахтангович! — всегда спокойный голос доктора сейчас совсем не похож на себя. — Нам нужно встретиться. Срочно.

— Что-то случилось? — тревога моментально передается и мне. Что-то не то с моей девочкой! Я немедленно должен обо всем узнать!

— Не телефонный разговор. Приезжайте, — тон собеседника мне совершенно не нравится. Он встревожен и озабочен.

Стараясь заранее не накручивать себя, держу эмоции под контролем. Смотрю на часы. До совещания ещё есть несколько часов.

— Скоро буду, — отвечаю ему.

— Жду.

По дороге в больницу меня не оставляет одна весьма любопытная мысль. Ведь если у меня появится сын, то я официально стану владельцем отцовского холдинга.

Мне не придется разорять корпорацию, не нужно будет с нуля возрождать ее былое могущество. Я без особого труда получу контрольный пакет акций.

Только за то, что вовремя подсуетился и обеспечил себя здоровым наследником.

Дэн будет в пролете. Я должен его опередить!

Отец не шутил, когда угрожал, что все достанется тому из нас, у кого первого родится мальчик. Я ознакомился с документами. Охренел.

Но отец оказался прав.

Милана ждёт девочку от Дэниеля. Этот ребенок не угроза. Девушка спокойно родит и воспитает свою долгожданную дочь.

Мне нужен сын. Причем, срочно!

Тогда я даже не буду особо утруждаться в захвате бизнеса. Он и без того станет моим! Без особого труда и вливаний!

Кто бы мог подумать, что все окажется так легко?!

Только вот где взять этого ребенка?.. Гречихина не вариант.

София не сможет родить здорового наследника. Наркоманка и алкоголичка, раздвигает ноги перед любым. Нахрен она мне нужна такая?!

Особенно теперь, когда Сергеев потерял былую мощь.

Пора избавиться от ненавистной жены! Для того, чтобы обзавестись сыном, штамп в паспорте мне не нужен.

На роль матери для своего ребенка я найду другую.

Без вредных привычек. Умную. Красивую. Здоровую. Без неразборчивых сексуальных связей и множества половых партнёров за бортом.

В голове тут же щелкает. Сердце замирает, некоторое время забываю дышать.

Я знаю свою идеальную кандидатку! Та, которая все девять месяцев не будет выводить меня из себя. Она не станет бесить.

Напротив, мне с ней будет очень комфортно…

Перед глазами снова встают горячие сцены нашего секса, её томные стоны, нежность в глазах.

Да! Я нашел ту, которая мне родит сына! Осталось только организовать все так, чтобы она не смогла отказать.

Настенька… Вот идеальный кандидат! У нас с ней выйдут отличные дети!

Сыновья, которых я воспитаю сам!

— Роман, привет ещё раз, — вновь звоню своему адвокату. — Скажи, ты выяснил, как именно Михаил собирался подставить Анастасию?

— Пфф! Обижаешь! — ухмыляется тот. — Более того, я позволил ему это сделать! Теперь говнюк у меня на крючке!

— Отлично! — у меня в голове возникает идея.

Настя ни за что не согласится родить от меня добровольно. А вот если она будет должна круглую сумму… Михаил ее поставит на счетчик… Я предложу помощь.

Спасу Настеньку от коллекторов и от срока. А после назначу свою цену за выплаченный долг.

План идеальный! Пожалуй, пора его осуществить!

— Дай ход делу! Пусть Настя сегодня узнает о том, что должна фирме космическую сумму.

— Габриель, — пауза. — Ты уверен? — неуверенно уточняет.

— Да. Я сделаю так, чтобы она была мне должна! — и я уже предвкушаю, как она будет расплачиваться. В брюках становится тесно, губы расплываются в хищной ухмылке.

Сначала нужно будет сына зачать. И тут я, наконец, дорвусь до желанного тела. А после… Думаю, девяти месяцев мне с лихвой хватит, чтобы насытиться пташкой и остыть.

Заберу ребенка. Настя будет свободна.

Отожму бизнес отца и никто более не будет мне указом!

Вот этот план меня вполне устраивает. На другой я не подпишусь.

— Ну смотри, — говорит равнодушно. — Скоро твоей барышне позвонят. Будь готов.

— Отлично! Спасибо, друг!

Нажимаю отбой. Как раз вовремя, мы подъезжаем к больнице.

Сейчас поговорю с Тимофеем Павловичем, попрошу взять у Настеньки все необходимые анализы и начать готовить девушку к зачатию.

Она станет моей. Я так решил.

Поиграю. Напьюсь Настей вволю. Заберу сына. Дам ей бабла.

Все квиты.

Анастасия

Габриель здесь! Он нашел меня! Какой ужас!

Сжимаюсь в комок, резко опускаю голову вниз. Дыхание спирает.

Старательно смотрю в экран сотового. Ничего не вижу перед собой из-за паники, она накрывает. Я мечтаю раствориться! Вот прямо сейчас!

Не мигая листаю ленту социальной сети, перед глазами все расплывается от страха. С трудом соображаю, что творю.

Если он узнает меня, то уничтожит! Я нарушила контракт! Мне нельзя было от него рожать!

Паника. Паника. Ааа!!! Что же делать?!

Дыши, Настя! Просто дыши!

Замираю. Пытаюсь слиться с лавкой.

Вот и зачем я вышла на улицу подышать?!

Мужские шаги приближаются слишком быстро. От испуга нещадно шумит в ушах. Давление подскочило.

И как после этого оставаться спокойной? Ведь если он меня сейчас увидит, то все поймет!

Это будет конец.

Габриель уже совсем близко. Он стремительным шагом целенаправленно идёт вперёд.

Поздно. Я встряла. Он слишком близко! Мне ни спрятаться, ни убежать.

Волнение бежит по венам мощной лавиной. В ушах долбит пульс.

Габриель подходит ближе. Горло сводит судорогой, я не могу дышать.

Он приближается. Подходит вплотную и… следует дальше!

Не ведая себя от счастья заслоняю лицо ладонями, откидываюсь назад.

Он не заметил меня! Он прошел мимо! От облегчения хочется рыдать!

А если он сейчас этой же дорогой пойдет обратно?!

Нельзя терять ни секунды! Осторожно поднимаюсь со скамейки, спешным шагом ухожу от центральной аллеи прочь.

Ноги дрожат, руки трясутся, в груди… Да внутри души вообще царит кавардак!

Зачем он только появился! Ну почему я снова его увидела! Ааа! Как же мне тошно!

Бреду по улице, ругаю себя.

Снова перед глазами всплывает несчастная записка в конверте. Безликая. Безэмоциональная. А потом я вспоминаю нашу прекрасную ночь…

— Малыш, ты был зачат в любви, — с особой нежностью поглаживаю живот. Мой маленький боец никогда не должен сомневаться, что мамочка всегда его хотела!

От переживаний немного потягивает низ живота. Это плохо.

Я должна немедленно успокоиться и взять себя в руки! Иначе снова пойдут осложнения, меня положат под капельницы, не разрешат вставать.

— Мое маленькое сокровище, все хорошо! Не переживай! Это мамочка у тебя слишком волнительная, — обхватываю двумя руками животик. Я должна успокоиться.

— Она встретила твоего папу и испугалась. Но он нас не заметил! — улыбаюсь. Выдыхаю. — Мы в безопасности!

Я продолжаю медленно идти вперёд. Возвращаться в палату не спешу, мне все ещё страшно подходить к центральному входу.

А что, если Габриель ещё не ушел и заметит меня?

Он ведь далеко не дурак! Он прекрасно поймет, что я в положении! Да и сложить дважды два не составит труда.

В контракте четко прописана сумма. Та, которую я должна буду заплатить в случае отказа от аборта.

А я на него ни за что на свете не соглашусь! Мой малыш будет жить! Чего бы это мне ни стоило!

Но деньги ерунда! В соглашении прописан пункт страшнее…

Если рожу, то малыш остаётся с отцом. Мать не имеет права растить ребенка сама.

Дыши, Настя! Просто дыши!

Слезы подкатывают, ком в горле спирает. Я с трудом различаю тропинку перед собой.

Габриель нас не заметил. Он не знает, что я лежу здесь! Он никогда не узнает от кого мой ребенок!

Своего малыша я смогу вырастить и воспитать одна!

Сама не замечаю, как подхожу ко входу в больницу. Сердце по-прежнему колотится, руки до сих пор дрожат.

Я могу спрятаться в палате. Там уж явно его не встречу!

Звонок сотового разрезает тишину вокруг, подскакиваю с перепуга. Совсем нервы ни к черту!

О! Злата! Наконец-то мы сможем поговорить!

Я же до сих пор не поблагодарила ее ни за одежду, ни за ежедневную доставку еды из ресторана.

А ещё строго решила, что потраченные Златой деньги верну!

— Привет! — поднимаю трубку, здороваюсь с подругой. Я рада, что она позвонила!

— Насть, привет! — голос у Златы явно не радостный. Тут же напрягаюсь.

— Что-то случилось? — не выдерживаю накала, спрашиваю у неё.

— Ты сидишь? — прилетает вопрос. Мне становится ещё волнительней.

— Нет.

— Сядь!

Пока я ищу глазами скамейку, пока иду к ней, на второй линии раздается ещё один вызов.

Отрываю сотовый от уха, смотрю на экран. Тут же бледнею.

Мне звонит Михаил.

— Злата, я тебе перезвоню, — безжизненным тоном обращаюсь к подруге. Не дожидаюсь ее ответа, сбрасываю один вызов и принимаю другой.

— Михаил, здравствуйте, — здороваюсь сухо. Но вместо приветствия в трубке стоит тишина.

Смотрю на потухший экран, сердце падает в пятки. Сотовый разрядился. Нужно срочно его включить!

Срываюсь с места. Сердце колотится. Быстро, как могу, захожу в здание, нажимаю на кнопку. Жду лифт.

Нервозность зашкаливает. Эмоции на пределе!

Металлические двери раскрываются, я захожу внутрь. Поднимаюсь наверх. Отсчитываю каждую секунду.

Михаил не терпит, когда кладут трубку! А я его даже не успела предупредить!

Ааа! Что же мне будет?!!

Кабина пикает, останавливается, створки раздвигаются в разные стороны. Я спешу выйти, делаю пару шагов и со всего размаха врезаюсь в крепкую мужскую грудь.

— Извините, случайно! — произношу на автомате, не глядя обхожу мужчину, но далеко уйти не могу. Он хватает меня за руку. Держит. Не отпускает.

Поднимаю глаза, чтобы возмутиться. Да как он смеет! Я извинилась! Мне пора идти!

Но воздух выходит из лёгких. Инстинктивно делаю шаг назад.

— Здравствуй, Настя! — ледяным тоном здоровается со мной Габриель.

Анастасия

— Габриель, — воздух выходит из лёгких. — Что ты здесь делаешь?

— Приехал к тебе, — от его взгляда разряд тока по венам. — Тебе нужна помощь.

— Благодарю, но от тебя мне ничего не нужно, — отступаю назад. — Я справлюсь сама!

— Настя, тебе нужны лекарства, чтобы сохранить беременность! Не глупи! — наседает на меня, я теряюсь. Так хочется снова поверить ему…

— Уходи! — голос дрожит, отвожу взгляд. Ещё немного и я сдамся. Габриель прав. Мне кроме него никто не поможет.

А там, где он. Всегда его брат.

— Это и мой ребенок тоже! — рычит, со злостью смотрит на меня.

Делаю судорожный вдох. Подбираю слова.

— Почему ты так сильно в этом уверен? — выдаю то, что первым приходит на ум. Он удивлённо приподнимает бровь, на лице застыло нечитаемая маска.

— Сладкая, я слишком хорошо тебя знаю, — наступает, бьёт словами словно хлыстом. — После того, что между нами было, — от его голоса у меня пробегают мурашки по коже. — Ты не смогла бы ни с кем так быстро замутить. Если, конечно, мой братец не постарался, — выплевывает с презрением. Меня аж передёргивает от отвращения, стоит только вспомнить Дэниеля.

— Габриель, я в справлюсь сама. Без тебя. — как бы хотела верить в свои слова! Боюсь только, что он прав. Без его помощи мне не сохранить ребенка.

Но и позволить ему нам помочь не могу! Слишком больно будет потом… Я не готова к этому.

— Без моей помощи ты мне сможешь, — заявляет с наглой ухмылкой. Такое ощущение, что он знает что-то такое про меня, о чем ещё не знаю я сама.

— Ты в этом так сильно уверен? — хмыкаю, пытаюсь за показным равнодушием скрыть страх творящийся в душе.

Габриель не ведётся на мои уловки. Он видит меня насквозь.

— Ты беременна.

— Моя беременность тебя не касается! — шепчу, едва держась на ногах от сминающего ужаса, прикрываю руками живот.

— О, нет, сладкая! — подходит вплотную, убирает мои руки, внимательно смотрит на то, что тщетно пытаюсь скрыть. В глазах лёд, на лице застыла суровая маска. Мужчина едва держит под контролем свой гнев.

— Ты беременна от меня. Можешь даже не пытаться обманывать! — цедит сквозь сжатые зубы. Он все понял. Он знает. Эмоций так много, забываю дышать.

Делаю шаг назад, хочу убежать, но он крепко держит за руки. Не позволяет уйти. — А мне нужен наследник. — зло сверкает глазами, внутри паника. — И ты мне родишь! А после я его заберу!

— Нет! — шепчу на выдохе. Из лёгких резко пропал кислород.

— О, да! — его улыбка леденит кровь. — Или ты наивно полагала, что сможешь втайне родить от меня, а потом явиться и потребовать алименты? — во взгляде злость, в словах яд. Я теряюсь от всесминающей власти, что исходит от него.

Ах, он гад! Думает, что я решила оставить малыша, чтобы тянуть из него деньги?! Да как он вообще подумать о подобном посмел?!!!

Сволочь!!!

Ууух! Страх тут же проходит. Вместо него появляется ярость.

Со всей силы размахиваюсь и влепляю раскрытой ладонью Габриелю по щеке.

— Убирайся отсюда! Немедленно! И не смей попадаться мне на глаза! — шиплю, едва сдерживая слезы. Меня всю трясет от ненависти ко всему, что связано с братьями Артамановыми. — Ты испортил мою жизнь! Едва не сломал меня! Вышвырнул! И после этого у тебя хватает наглости вот так появляться и что-то требовать от меня?!!

Меня кроет. Плашки срывает. Весь негатив, так старательно сдерживаемый мной, вырывается наружу.

— Ненавижу тебя! — ударяю кулаком в мускулистую грудь. — Ненавижу!! — ударяю второй рукой. Машу головой в разные стороны, из глаз брызжут слезы. — Гад! Сволочь! Скотина! — кажется, поток моих ругательств не остановить. — Двое отсюда! Вон!!!

Габриель ловит мои руки, прижимает к себе, сминает меня в объятиях. Вырываюсь. Он держит. Делаю новый рывок, он не даёт убежать.

— Прости меня, — шепчет в макушку. — Я больше тебя не оставлю, — прижимает к груди, бережно, но крепко держит. — Прости меня, я был на прав, — в голосе надрыв. Там столько эмоций! Меня пробирает до основания души.

Габриель ловит мой подбородок своими пальцами, приподнимает. Заставляет посмотреть ему в глаза.

— Настя, я тебя не обижу! — заверяет. Вроде бы искренне.

Ааа! Как же хочется верить! Как же мне тошно… Ааа! Не могу…

— Прошу тебя, поверь мне, — взгляд молит, голос тоже. Внутри меня ломается выстроенная вокруг сердца стена.

Он наклоняется близко-близко. Наше дыхание стало единым. Его запах пробуждает самые горячие желания, возвращает к жизни.

Ммм… Как же больно! Теряюсь… Это просто обман…

Но когда он так близко, я не соображаю. Вместо разума сахарная вата. И страстное желание почувствовать его как можно ближе к себе.

В себе… Ммм… Раскалённая лава по венам, нервы превратились в оголенные провода.

Габриель здесь. Он рядом. Он хочет помочь.

Внизу живота порхают бабочки. Я, глупышка, так страстно хочу довериться этому опасному человеку!

Вдыхаю его запах. Голова крутом. Я никак не могу надышаться им.

— Люблю тебя, — шепчет. Накрывает мои губы своими, я растворяюсь в ощущениях. В Нем.

Габриель

Меня кроет. Разрывает на части. Швыряет из стороны в сторону, словно я не человек, а грёбаный мячик для пинг-понга!

Лечу в одну сторону, отскакиваю от ракетки и меняю направление. На сто восемьдесят.

Одномоментно хочу запереть Настю в золотой клетке, вознести к небу и растоптать. Сюрреализм какой-то.

Но стоит девушке оказаться рядом, как чувства оказываются сильнее доводов разума.

Готов весь мир бросить к ее стройным ногам.

От нежности щемит в сердце. В груди расползается невиданное прежде тепло.

Чистая. Светлая. Неподкупная.

Ох, Настенька, знала бы ты как меня тянет к тебе! Не могу удержаться!

Жажда слишком сильна.

И уже плевать, что она сама ушла от меня. Что забрала деньги. Оставила тупую записку.

По моей вине попала в аварию, а следом в больницу.

Сейчас, когда я снова могу вдохнуть ее запах, все прошлое отходит на задний план. Остаёмся лишь мы.

Одни во всем белом свете.

Держу в руках хрупкое женское тело, прижимаю к своей груди. Она мое самое главное сокровище. Моя уязвимость. Моя ахиллесова пята.

Настя дрожит от страха. Я чувствую исходящий от нее ужас. Он сбивает.

Как она до сих пор стоит на ногах?

Глупышка! Да ты сделала меня самым счастливым на целой земле! Я стану самым лучшим отцом для нашего сына!

Сердце в клочья. Шторм в десять баллов.

Прижимаю ее ещё крепче к себе.

Моя пташка брыкается, несёт полнейшую дичь. Кидает нелепые обвинения, обзывает. Вызывает на провокацию.

Думает, что я поведусь? Ага! Как же!

Я в курсе от кого ребенок! Он от меня! И Настя может сколь угодно утверждать обратное. Мы оба знаем правду.

Глупо же отрицать!

По срокам сходится идеально. Тимофей Павлович мне все рассказал. Ошибка исключена.

А ещё лечащий врач моей пташки рассказал кого именно ждёт Настенька. Когда он озвучил, я потерял способность дышать. В горле встал ком и я не мог вдохнуть около минуты.

Моя сладкая девочка… Моя птичка! Что же ты делаешь со мной?

Девяносто процентов, что будет мальчик. Через пару дней должны сделать контрольное УЗИ и там уже точно скажут пол.

Я буду присутствовать. Хочу посмотреть на своего сына.

Никто не сможет мне помешать!

Настенька смотрит на меня огромными от испуга глазами, в них плещется паника. Малыш, ты чего? Это же я…

Ладони зудят от острого желания закинуть её к себе на плечо, отнести в палату и как следует показать все чувства, которые испытываю к своей сладкой девочке. Заласкать до потери сознания. Зацеловать до громких стонов. Закинуть на пик наслаждения и неимоверно долго её там держать.

Любить ее.

Торможу. Насте нельзя заниматься сексом. Ей в принципе нельзя возбуждаться.

Да и прежде всего нам нужно поговорить.

Но как она смотрит… Душа наизнанку. Жажда коснуться ее гораздо сильнее меня. Член стоит колом, пульсирует от нетерпения. Я с трудом соображаю, что творю.

Накрываю мягкие губы своими, врываюсь языком в горячий рот, начинаю неистово там наводить свои порядки. Пью Настю до дна. Никак не могу остановиться.

Она не оказывает сопротивления. Напротив, с жаром отвечает на каждое моё прикосновение. Летит на мой свет, как мотылек.

Не сгореть бы ей по дороге…

Нас тянет друг к другу магнитом. Мы так сильно желаем друг друга, что нас не разъединить.

Сжимаю её в объятиях, чувствую каждую клеточку изменившегося тела. И от осознания, что внутри этой невероятной девушки мой ребенок, рвет крышу.

Едва могу контролировать себя.

— Настя, нам нужно поговорить, — через силу отстраняюсь от нее.

Внутри меня от обилия эмоций скоро будет взрыв. Никогда не испытывал ничего даже отдаленно похожего.

От желания быть с ней на душе аж свербит.

Девушка поднимает на меня свои удивительные глаза, они заплыли от возбуждения. Частое дыхание ласкает слух.

— Габриель, прошу, хватит надо мной издеваться, — молит. В груди щемит, аж просто звездец!

— Ты снова пришел растоптать меня и в этот раз окончательно уничтожить? — хмыкает с болью в голосе. Агония во взгляде.

Пытается отстраниться. Не отпускаю. Разжать объятия сейчас выше моих сил.

— Поверь, я не железная. Я сломаюсь, — бьет словами наотмашь. Каждая фраза, словно хлыст ударяет по оголенным проводам. — В моей жизни и без того слишком много проблем. Прошу, оставь меня в покое.

Я стою, как истукан. Слов нужных подобрать не в состоянии. На душе настолько погано, что удивительно как я до сих пор дышу.

Затравленный вид, потухший взгляд. С моей Настенькой совсем все печально. Девушка снова начинает дрожать.

— Тебе звонило начальство? — не удержавшись, спрашиваю у неё.

— Телефон сел. Я не успела взять трубку, — виновато произносит, пожимает плечами.

Значит, Михаил ещё не успел "порадовать" Настеньку новостями? Отлично!

Пожалуй, этот вопрос решу я сам.

— Тогда нужно его зарядить! Пойдем в палату, я провожу, — приобнимаю Настю за талию. От соприкосновения наших тел испытываю неимоверный восторг.

Не успеваю дать подумать ошалевшей девушке, веду её в палату.

— Откуда ты знаешь куда надо идти? — спрашивает удивлённо. — Как ты вообще здесь оказался? — резко разворачивается и припирает меня к стене.

Бля… И что ей ответить?

Что подруга сдала? Это будет самая идиотская отмазка! Злата, как информатор и средство воздействия на Настеньку, мне ещё будет нужна.

Мимо проезжал? Идиотство! Зашёл к старому другу? Она прекрасно знает, что у меня нет друзей.

Пронзительный взгляд не отпускает. Настя собирается стоять на своем.

— Это не важно, — отвечаю упрямо. Я не обязан ей ничего говорить! Со мной женские финты не прокатят!

— Значит, не важно? — смотрит с лёгким прищуром. Скрестила руки на груди.

— Совершенно, — подтверждаю. Не свожу глаз со строгой девчонки, к горлу подкатывает смех.

Боевая такая. Прям как нахохлившийся воробушек! Ершистая птичка!

Ну ничего, у меня ещё будет время тебя приручить!

Заходим в палату, Настенька ставит на зарядку сотовый. Включает. И в ту же минуту, как загорается экран, раздается звонок.

Михаил. Отлично! Ты-то мне и нужен!

Анастасия

Смотрю на вибрирующий в руках телефон и мне становится дурно. Звонит мой шеф.

Хочу попросить Габриеля выйти, но из-за волнения пересыхает в горле. Голова кругом идёт, в ушах стучит.

Сейчас на меня снова начнут орать, кричать и спускать собак. Навешают лишней работы. Насыпят горстку угроз…

Я только отошла от прессинга ненавистного шефа! Только перестала просыпаться ночами в холодном поту! И он объявляется снова…

Как хочется вышвырнуть трубку в окно! Чтобы Михаил никогда до меня не добрался!

Больше никогда не видеть его поганую рожу! Не слышать гнусавый голос! Не испытывать страх.

Но у меня ещё есть обязательства перед фирмой, которой он руководит. И от него по-прежнему зависит моя зарплата. Михаил, как начальник, может и штраф выписать, и премии лишить. Оставить голый оклад, которого не хватит даже на ежемесячный взнос по ипотеке.

Вздыхаю. Собираюсь с силами. Внутри все дрожит.

Страшно.

Габриель забирает у меня из рук сотовый, я даже не успеваю ему возразить! Лицо мужчины превращается в непроницаемую маску. Я понимаю, что когда он такой, сама его боюсь.

Показывает, чтобы отошла в сторону. Беспрекословно ему подчиняюсь.

Он отворачивается, принимает вызов. Смотрю на мужчину широко открытыми глазами, в ушах шарашит пульс.

Там между прочим звонит МОЙ шеф! Человек, который довел меня до больницы.

Габриель разговаривает спокойным, ровным голосом. От него исходит непрошибаемая уверенность и власть.

Я поражаюсь, как у него это все получается?

Он за пару мгновений успевает превратиться в лёд, оттуда в огонь, а потом в камень. Поди разбери.

Сажусь на стоящий у окна стул. Я там любила присесть, отдохнуть и посмотреть на улицу, пока мне нельзя было выйти. Хоть какое-то разнообразие от больничных стен.

Сейчас же я смотрю не за стекло, а на мужчину в палате. Сердце трепетно бьётся. Оно преисполнено надежды.

А разум твердит своё.

Меня разрывает на части от острого желания и дикого страха. Я как мотылек, летящий на свет.

Габриель меня манит. Рядом с ним дышится легче, а мозг превращается в сахарную вату. Я сама становлюсь словно растаявший шоколад! Делай со мной все, что хочешь! Все приму.

Но доводы рассудка не покидают мою голову. От осознания всей сложности ситуации становится страшно.

После того, как я врезалась в машину Габриеля, он вынудил меня подписать контракт. Весьма специфичное соглашение на самом деле.

Про то, как он добивался своего даже вспоминать не хочу! Съездить на Бали, видимо, так и останется моей несбыточной мечтой…

Путевка сгорела. Работы я уже практически лишилась. Моё финансовое благосостояние висит на волоске. Как ставить ребенка на ноги ума не приложу.

Но от Габриеля не хочу брать ни копейки! Цена его помощи для меня будет слишком высока.

Эх… Как бы суметь всего добиться самой?..

Мужчина не должен узнать чей ребенок у меня под сердцем. Если выяснит, то это будет конец.

Нужно солгать. И лгать убедительно! Потому что иначе получится, что я нарушила наш с ним контракт.

Тот самый, который подписала согласившись исполнять его прихоти в обмен на свободу. У меня не было выбора. Он оставил меня без документов и возможности выплатить долг.

Пришлось расплачиваться иначе…

Правда, в конечном итоге все пошло совершенно не так, как задумывалось мужчиной. У него проснулись чувства ко мне.

И пусть он потом написал глупую записку. Пусть отдал все вещи, что купил. Настоятельно рекомендовал покинуть его жизнь и больше в ней не появляться.

Я знаю, что Габриель попросту испугался! Он не мог допустить в своей жизни того, что начал испытывать ко мне.

А я не собираюсь терпеть его тараканов. То с братом переспи, то давай устроим секс втроём…

Тогда он не смог разделить меня с Дэниелем. Но я не уверена, что этого в конечном итоге не произойдет.

Спасибо. Подобного счастья мне не надо! Я не хочу быть подстилкой для двоих эгоистов! Одновременно!

Подобные отношения не для меня!

Но все же я жду от него ребенка… Малыша, от которого должна была избавиться как только узнала о беременности! И не смогла…

Подписанный мною контракт четко обозначил две вещи. Необходимость аборта на ранних сроках в случае наступления беременности. Причем, все расходы на процедуру и последующее восстановление несёт Габриель.

И второе. В случае невыполнения первого пункта, я должна буду отдать своего новорожденного ребенка отцу на воспитание. При выписке из больницы.

Ребенка видеть я прав не имею. Да и вообще никаких на него прав!

Я должна буду отказаться от собственного ребенка! А ещё заплатить его отцу неподъемную сумму.

Ни на какой из вариантов прописанных в контракте я не смогла бы пойти.

Смотрю на широкую мужскую спину, на крепкую шею, на обтянутые сшитым на заказ пиджаком руки. Появляется слабость в ногах…

Мысли путаются, в голове дурман. Его близость всегда на меня крайне странно влияет. Я из здравомыслящего человека превращаюсь в бесхребетную амебу, с таймером на детонаторе. Один щелчок и взорвусь.

Видимо пора с этим смириться… Моя разумность и присутствие Габриеля вещи несовместимые.

Мужчина беседует с Михаилом. Я не могу разобрать слов. Но от властного голоса своего мужчины сводит между ног. Понимаю, что безумно его хочу!

Вот прямо сейчас!

Габриель разворачивается ко мне, смотрит в глаза. Я резко отвожу взгляд в сторону.

Пфф! И я вот ни разу его не разглядывала! Ещё чего!

Вон! На деревья смотрю!

Снова, блин, вата вместо мозгов.

Габриель ведёт себя словно собственник. Словно он хозяин жизни и знает истинное положение вещей.

— Михаил, это ВЫ меня не поняли! — делает акцент на слове вы. Габриель раздражен. — Анастасия останется на больничном и пробудет там столько, сколько ей потребуется! Это не обсуждается! А вы мне за это время предоставите полный отчет из-за чего на беременную женщину было навешано множество лишних обязанностей!

Я с замиранием сердца слушаю обрывки диалога. Габриель начинает откровенно злится. Хоть я и понимаю, что сейчас гнев направлен не на меня, становится тревожно.

— Вы довели женщину до больницы! Поставили под угрозу беременность! Неоднократно нарушили закон! И поверьте, я докажу КАЖДОЕ ваше превышение полномочий! Каждую сексуальную связь с сотрудницами офиса! Принуждение к сексу, необоснованные увольнения, липовые штрафы! И посажу далеко и надолго! ВСЕ ПОНЯТНО, мудак?!!

На последнем предложении даже я подскочила от страха.

Габриель заканчивает разговор, смотрит на меня не отрываясь. Его взгляд выдает бурю в душе. Шторм в десять баллов! Как он ещё стоит на ногах?

Мужчина молчит. Грудь вздымается быстро и часто. Я вижу, как ему тяжело держать себя в руках.

— Настя, — рычит сквозь стиснутые зубы. — Скажи, что этот мудила тебя даже пальцем не тронул!

Желваки ходят ходуном, темные глаза наполнены агонией. Одно мое слово и от Михаила не останется мокрого следа.

Меня трясет. Габриель замер на месте. От него исходит такая сильная ярость, что она банально сбивает с ног!

— Он хотел. — шепчу еле слышно, не свожу с него взгляда. Каждое слово, как пуля, что летит прямо в цель. — Я не позволила.

Мужчина превращается в камень. Тяжёлый взгляд прожигает дыру в центре груди. Мне становится страшно. Но не за себя. За Михаила.

Габриель ему никогда не простит скотского отношения ко мне. Теперь я это точно знаю.

Он резко разворачивается, размахивается и со всей силы впечатывает в стену кулак. Я подпрыгиваю со стула.

Сердце подскакивает к горлу, перекрывает кислород. Оно больно ударяется о ребра. Мне трудно дышать.

Габриель колотит стену. Смотрю на его агонию и у меня банально нет слов.

На глазах слезы.

Снова перед взором всплывает момент из нашего прошлого… Их противостояние с Дэниелем. Ненависть брата. Стойкость, с которой Габриель ее перенес.

Ради меня.

Медленно и осторожно делаю несколько шагов в его сторону. Душа кровоточит, внутри всё болит.

На стене появляются красные пятна. Мужчина разбил костяшки на руках до крови.

Я не могу равнодушно смотреть, как он себя истязает! Это выше меня!

— Габриель, — произношу еле слышно. Ответом мне служит тишина. И глухие удары о стену.

Его разрывает от ненависти к самому себе. Ах, как же мне плохо! Я не могу видеть как он мучает себя…

— Габриель! — более громко. Останавливается. Прекращает удары. Я делаю судорожный глубокий вдох.

Мужчина так и стоит ко мне спиной. Он не собирается поворачиваться.

Я делаю несколько нерешительных шагов в его сторону. Каждый шаг, словно пропасть. Каждый миг, словно вечность.

Подхожу едва ли ни вплотную. Встаю.

Между нами остаётся совсем небольшое расстояние. Я чувствую жар его тела. Он — моего. Мы оба застыли.

Проходит минута. Воздух вокруг по-прежнему накален. Габриель сокрушен, а я полнейшей растерянности. Но никто из нас не делает движение первым.

Я сдаюсь.

Приподнимаю руку, подношу к опущенным плечам мужчины, хочу опустить и… не решаюсь. Замираю в миллиметре от него.

Подвинься чуть-чуть. Подайся назад. И наши тела соприкоснутся. Помоги мне!

Но Габриель замер. И я замерла.

Делаю вдох. Чувствую, как ему плохо. Утешить бы… Хоть понимаю, что не должна.

Желания живут сами по себе. За них я не отвечаю. Просто очень сильно хочу!

Опускаю руку. Касаюсь его. Вкладываю всю нежность в это прикосновение. Габриель вздрагивает, снова застывает. Молчит.

Я пытаюсь подобрать нужные слова, но банально не знаю что ему нужно услышать. Что Михаил третировал меня из-за отказа с ним переспать и из-за невозможности уволить? Вынуждал меня психануть и уйти самой.

Боюсь, после этого Габриеля я не увижу. Он сорвётся и прямо отсюда поедет к моему шефу. Уничтожит его. Прямо посреди рабочего кабинета.

Этого нельзя допустить!

— Габриель, — робко к нему обращаюсь. Он снова вздрагивает. Мой гордый мужественный лев. — Со мной все будет в порядке. С малышом тоже. — продолжает молчать. — Пожалуйста, не надо замыкаться. Ты очень сильно пугаешь нас.

Мужчина резко разворачивается, раскрывает объятия, прижимает к себе. У меня трещат ребра, так сильно он сжимает руки.

— Прости меня! — шепчет с жаром. — Я идиот! Я полнейший дурак! Настенька, пожалуйста, прости меня!

С трудом вдыхаю.

— Все хорошо, — еле произношу. — Но если ты сейчас же не ослабишь объятия, то задушишь меня.

Он тут же убирает от меня свои руки. Заглядываю в глаза, там бушует огонь.

Мужчина меняет наши тела местами. Спиной чувствую холодную стену, но пошевелиться не могу. Ноги приросли к полу.

Габриель нависает надо мной сверху. Он такой огромный! Рядом с ним я хрупка и миниатюрна!

Мужчина везде. Его запах повсюду. Мой разум снова желает скатиться в закат.

Держусь. Не уступаю.

Как ни крути, но нам нужно поговорить.

— Габриель, ты меня пугаешь, — признаюсь честно.

— Не бойся! — ухмыляется. Злая усмешка касается краешка губ. — Тебя я не трону! — заверяет, смотрит в глаза. Верю ему. Но волнение не проходит. — Тем, кто посмел тебя обидеть придется плохо.

Резко выдыхаю. Он же знает, что в списке обидчиков не один Михаил? Там ещё Дэниель… Его брат, который меня домогался.

— Всем- делает особый акцент. Руки трясутся. Колени подгибаются.

Габриель, что ты творишь со мной?!

Но самое главное. Зачем?!

Немного теряюсь от его напора. Я даже ума не приложу, как вообще с ним быть.

Появился буквально из ниоткуда, вихрем ворвался в мою жизнь, наводит свои порядки.

Я только недавно смогла отпустить его! Перестать скучать! Взять верх над чувствами! А тут опять… по новому кругу…

Не хочу больше страдать! А если сейчас дам слабину, но именно это и произойдет.

Нужно взять себя в руки и оттолкнуть его. Пусть снова исчезнет из моей жизни! Как бы нас не тянуло друг к другу, счастливого будущего у нас не получится. Мы слишком разные. Слишком…

Но как же хочется… Попробовать. Рискнуть. Поддаться. Он так близко, что я вся горю.

Вдыхаю его запах. Голова кругом. Смотрю в темные глаза. Растворяюсь в них. Тону.

— Поговорим? — припирает к стене. Мне некуда деться.

— Нам не о чем разговаривать! — с ненавистью сообщаю.

Внимательный взгляд мужчины пробирает до самого сердца. Внизу живота порхают бабочки, грудь распирает от счастья. Он здесь. Он рядом. Он меня не забыл!

Но здравый смысл снова твердит иное. Оттолкнуть. Обмануть. Сделать так, чтобы Габриель ушел. Навсегда!

Но он смотрит на меня с такой нежностью и любовью, что становится нечем дышать. Ноги слабеют, ладошки зудят. До дрожи в коленях хочу к нему прикоснуться…

Нужно заставить себя не поддаться! Нельзя идти у чувств на поводу.

Я слишком тяжело пережила наш разрыв, чтобы снова впускать его в свою жизнь. Не уверена, что после очередного исчезновения Габриеля смогу восстановиться.

— Не о чем разговаривать? — недобро щурится. — Ты уверена? — кидает многозначительный взгляд на мой внушительных размеров живот. — Там мой ребенок! Или ты уже об этом забыла?

Страх ледяным душем окатывает с ног до головы. На мгновение теряю дар речи.

Он никогда не должен узнать, что малыш под моим сердцем от него!

— Мне не о чем с тобой разговаривать! — говорю с гневом. — Спасибо за прощальную записку! Я все прочла!

Злость новым витком окольцовывает меня. Но лучше пусть так, чем слюни и сопли!

— В какой записке, Настя? — удивлённо смотрит на меня, делает вид, что ничего не понимает.

Бесит! Ну как можно быть столь двуличным?

Сам написал! Сам вещи собрал! Сам выставил меня из своего дома! А теперь строит невесть кого?! Что за бред!

— В той самой! — выплевываю. — Рядом с чемоданом, полным вещей, что ты мне купил!

Эмоции держать под контролем больше не выходит. Их слишком много, они сминают меня.

— Могу вернуть чемодан с одеждой! Он так нетронутым и стоит!

Габриель меняется в лице. Снова эта каменная непроницаемая маска…

Сейчас он пугает меня! Я боюсь.

— Настя! Что ты несёшь? Какая записка?! — мужчина нависает сверху надо мной, забирает весь воздух. — Я ничего не писал!

— В смысле ничего не писал? — из моих лёгких выходит весь воздух. Смотрю на него, буря в груди. — Ты. Оставил. Мне. Записку!

— Я. Ничего. Не. Оставлял!

Наши взгляды встречаются. Полнейшее противостояние. Каждый из двоих считает, что прав.

Габриель тяжело дышит. Ему гораздо тяжелее, чем мне.

Отходит на несколько шагов назад, делает шаг в мою сторону, хочет что-то сказать. Машет рукой, начинает мерить шагами замкнутое пространство.

Мужчину разрывает на части от самых противоречивых чувств. Он пытается подобрать нужные слова, но не может. Эмоции слишком сильны.

Я не могу оторвать внимания от Габриеля. Совсем не похоже, чтобы он лгал.

Но тогда получается, что мужчина говорит правду? Записка была не от него?

Тогда… От кого?!!

Осознание обрушивается на меня ледяным бурным потоком. Дыхание спирает, выбивает дух из груди.

Дэниель! Это он! Он все подстроил!

От накрывшего шока не могу устоять на ногах.

Я ж поверила… Поддалась… Повелась на глупую провокацию ненавистного Дэниеля.

Он не смог заставить меня заняться с ним сексом, так решил отомстить. И отомстил. У него вышло все просто отлично!

— Габриель, — голос дрожит. — Но я ведь не знала…

— Чего именно? — сверкает на меня полными агонии глазами. Их наполнила боль. — Что я не трус и не мудак? Что не выставлю девушку на улицу после того, как провел с ней шикарную ночь?! — бьёт словами наотмашь. Мне даже нечем ему возразить. — Дура ты, Настя! Что поверила!

Мужчину несет. Он в ярости. Ему так плохо, что не контролирует себя. Своих слов.

— Я так не думаю, — машу головой отрицая. Слезы скапливаются в уголках глаз.

— Когда я расстаюсь с девушкой, то делаю это ЛИЧНО! — рявкает Габриель. Я сжимаюсь. Мужчина смачно ругается и выходит вон.

Сижу на крае кровати, не знаю о чем и думать. На душе кошки скребут так сильно, что просто пипец.

Слезы душат.

Забираюсь на больничную койку, ложусь на бок, поджимаю колени к груди.

Обнимаю подушку, позволяю рыданиям прорваться наружу. Габриель прав. Я полная дура!

Идиотка! Потому что влюбилась в него!

Ааа! Почему же мне так плохо? Так тошно? Что будет, если он вообще не придет?

Не могу остановить свои слезы, они выливаются наружу, опустошают душу, забирают боль. Я лежу и реву. Не могу нареветься.

Думаю. Рассуждаю. Раз за разом прокручиваю в голове свой последний день в его доме.

Не замечаю, как проваливаюсь в глубокий сон.

День проходит за днём. Никто ко мне больше не приходит.

Михаил больше не звонил, а после разговора со Златой мне стало так тошно, что я окончательно разочаровалась в ней.

Оказывается, подруга даже и не думала ко мне приезжать! Она с головой ушла в новые отношения, оставив сына и уже бывшего мужа одних. Перестала бороться за своего ребенка.

Все вещи, одежду, необходимые лекарства и продукты покупал… Габриель! Златка ему обо всем рассказала!

У меня банально не было слов…

Мужчина беспокоился за меня, тратил огромные деньги, а я ему наговорила гадостей. Даже не поблагодарила!

Стыдно до жути…

А ещё крайне неудобно после всего!

И это ещё я смею думать, что чем-то лучше? Хватит лукавить, Настя! Ты и Габриель оба хороши!

Позвонить бы ему… Но все не решаюсь. Кручу в руках телефон, набираю заветный номер и сбрасываю.

Не нужен нам телефонный разговор. Нужна личная встреча!

Тимофей Павлович, наконец, согласился отпустить меня домой. Дал строгий наказ не переживать и не волноваться, пить лекарства, показываться ему раз в десять дней. Я согласилась на все!

Но первым делом, вместо того, чтобы ехать домой и отдыхать, закинула на квартиру свои вещи, покормила кота, вызвала такси и отправилась к офису Габриеля.

Нам нужно поговорить! И если он не желает выходить на связь, то я должна сделать первый шаг.

В конце концов, можно уже показать, что этот несносный мужчина дорог мне!

Набираюсь решимости, захожу в высотное здание. Мне здесь дико некомфортно, не могу объяснить почему.

Интуиция вопит немедленно бежать, внутри все дрожит.

Наверное, это волнение от скорой встречи. Ничего страшного со мной здесь не может произойти!

Подхожу на ресепшн, прошу секретарей связаться с Генеральным директором. Называю свое имя, незамедлительно получаю пропуск.

Меня провожают к лифтам.

Поднимаюсь на нужный этаж, там уже ждёт ещё одна секретарша. Уточняет имя, странно смотрит на меня. Пропускаю её взгляд мимо ушей.

Не собираюсь я впускать кого бы то ни было в наши с Габриелем отношения.

Прохожу в ВИП-зону, открываю кабинет генерального директора. Без стука захожу внутрь.

Сейчас мы поговорим. Мы оба взрослые люди! Расставим все точки по местам.

В кресле спиной ко мне сидит мужчина. Он разговаривает по телефону, тон напряжен.

В голове щелкает. Я замираю. Это не Габриель!

Но не успеваю сделать даже вдох, как кресло разворачивается и на меня обращается презрительный взгляд Дэниеля.

— Ну, здравствуй, Настенька!

Делаю шаг назад, резко и глубоко вдыхаю. Я не боюсь его! Я не боюсь! Не боюсь!

— Где Габриель? — возвращаю ему его презрительный тон и взгляд.

Этот мужчина не достоин моих переживаний! Он гад и скотина! Едва не испортил мне всю мою жизнь.

— Настенька, неужели ты позабыла о правилах приличия? — поднимается с кресла, обходит стол, направляется ко мне неспешной, размеренной походкой.

Я замираю. Повторяю про себя словно мантру три слова: Я. Не. Боюсь!

Дрожу.

— Правда приличия нужны для общения с приличными людьми! — делаю акцент на слове "приличный". — Увы и ах, ты к ним не относишься!

Дэниель приближается. Я делаю глубокий вдох и задерживаю дыхание.

Весь внешний вид мужчины не обещает мне ничего хорошего. Он даже не пытается скрыть свою ненависть ко мне.

Прикидываю пути отступления. В кабинете мы находимся вдвоем. Дверь не заперта, в случае необходимости я смогу убежать.

Главное, не дать Дэну закрыть кабинет на замок!

— Габриеля здесь нет. Спасти тебя он не сможет.

Мужчина подошёл ко мне вплотную, похотливо осматривает с ног до головы. Мурашки от отвращения к нему пробегают по коже. К горлу подкатывает комок.

— Все же у моего брата есть вкус, — произносит хрипло. Втягивает носом воздух рядом со мной.

Мерзко.

Делаю шаг в сторону от него.

— Я пришла к Габриелю. — произношу четко и громко. — Где мне его можно найти? — разворачиваюсь, смотрю Дэниелю прямо в глаза.

Я его не боюсь! Здесь людное место! Этот ублюдок ничего мне не сделает!

— Габриель больше здесь не работает! — заявляет победно. — Глава корпорации теперь я!

Дэниель преисполнен гордости и счастья. А мне становится так противно, даже смотря на него.

Мерзкий! Подсидел старшего брата! Как вообще таких земля носит?!

Гад!

— Раз его здесь нет, то и мне делать рядом с тобой нечего! — заявляю прямо.

Разворачиваюсь, собираюсь уйти. Но Дэниель не отпускает.

Он хватает меня за руку, резко дёргает на себя. Едва успеваю поймать равновесие и не упасть.

— Ну уж нет, красавица! Ты явилась в мои владения! И так просто тебе от меня не уйти!

Неделя, другая, я уже потерял счёт дням. Агония в груди не проходит. Белокурая макушка Настеньки мерещится мне повсюду.

Каждый раз сердце пропускает удар. Каждый раз я ошибаюсь.

Просто блондинка. Не Она.

Зарываюсь в отчётах, договорах, документах. Сплю по три часа в сутки. Не ем.

Ну как не ем. Я живу за счёт кофе и молока, которое добавляет туда моя помощница.

Не пью алкоголь. Не курю. Не шастаю по барам и ресторанам. Даже в бассейн перестал ходить.

Я растворился в работе. Слился с ней. Не выплываю.

Стоит только вынырнуть на поверхность, как мозги тут же переключаются и я думаю лишь о Ней. Ломаю себя. Терзаю. Бью по рукам, чтобы не приехать. Не позвонить.

Вместо унылых размышлений и жалости к себе, я снова забываюсь в работе. Благо, сейчас дел просто невпроворот.

Новый офис мне пришелся по вкусу. Витражные окна, вид на Москва-реку. Все необходимое рядом.

Я даже сумел приобрести для себя отличные аппартаменты! Пять минут от офиса до дома! Красота!

Обставить бы их… Навести уют. Сделать жильем, а не холостяцкой берлогой. Но на общение с дизайнером у меня нет ни времени, ни сил.

Кровать, шкаф, душ есть. Остальное все будет позже. Все равно помимо этого мне сейчас ничего не нужно.

Да и как представлю, что какая-то левая женщина будет организовывать уют моих апартаментов, так внутри все тут же начинает бунтовать.

Не нужны мне бездушные люксовые вещи! Домашнего тепла и уюта хочу! В конце концов, я привык именно к такому.

В доме, который я оставил своему брату, практически все делала мама. Сама подбирала мебель, искала картины, покупала ковры.

С ее рукой наш дом выглядел иначе. Он отличался от пафосного жилья. Мама создавала пространство, чтобы в нем жить.

Не кичиться роскошью и богатством, это все видно на счетах. Не лицезреть бренды. А именно жить.

В месте, куда вложена душа, а не деньги. И этим ото всех отличался наш дом.

В нем было хорошо!

Но больше я туда не вернусь. Слишком много грязи он пережил после маминой смерти. Слишком сильно Дэниель подставил меня.

Я вычеркнул своего брата из жизни. Отца, Гречихиных, всю шваль!

Уж лучше один буду. Так лучше! Никто не всадит нож в спину.

Наше последнее совместное заседание было показательным. Я впервые узнал как каждый из присутствующих относится ко мне на самом деле.

Никто не был мне другом. Никто бы руки не подал, если бы я стал тонуть.

Моя семья превратилась в моих лютых врагов.

Гречихин грозился нас обанкротить, стереть меня с лица земли. Его красную от возмущения рожу я ещё долго буду вспоминать.

Старый кретин! Лучше бы дочь воспитывал нормально!

Дэниель едва не запрыгал от счастья на стуле, стоило только мне сказать, что я ухожу. Смотреть было противно.

Отец…

Он молча поднялся и вышел. Вернулся через некоторое время с документами. Глупец думал, что про придуманные им подводные камни я не узнал.

Ха! Как бы не так!

Батя и здесь просчитался! Мы с Романом учли абсолютно все!

Провернули свои действия кристально чисто. Не прикопаться!

А как они пытались! Как старались меня уделать! Оставить ни с чем!

Но и в этот раз мой адвокат, а ныне начальник инвестиционного и юридического отдела, вице-президент, Роман Романович, не дал гадам ни малейшего шанса.

Мы утерли всем нос! Оставили зажравшихся бездарей ни с чем!

Правда, у медали победителя тоже есть обратная сторона… Список моих врагов увеличится на нескольких влиятельных и властных людей.

Только это меня не пугает.

Главное, я свободен! От гнета отца. От необходимости каждый раз вытаскивать брата за уши из очередной жопы. От нужды терпеть рядом развратную шалаву-жену.

Отныне я сам контролирую свои действия. Отвечаю за промахи тоже сам.

Дышу свободно! Почти. Это если не думаю в тот момент о Насте. Стоит только вспомнить белокурую девушку, кроет капец.

Оно того стоило! Однозначно!

— Габриель Вахтангович, — ко мне заглядывает секретарь. Её я забрал с собой. Как и половину сотрудников. Ослабил брата по всем фронтам. — Там вам из старого офиса звонят.

— Кто? — отрываюсь от договора с китайскими поставщиками. В голове помимо цифр ничего нет.

— Не знаю, не представились, — пожимает плечами. — Говорят, срочно очень, — добавляет неуверенно.

— Ладно, переключи, — даю добро. Становится любопытно, кому ж там я понадобился.

Поднимаю трубку, слушаю короткий, сбивчивый рассказ. В груди все холодеет.

Беру пистолет из шкафа, вызываю охрану. Не теряя ни секунды покидаю свой офис.

Ну, гаденыш! Держись!

Анастасия

Я стою в центре кабинета, Дэниель находится за моей спиной.

Мужчина все же закрыл дверь, а куда убрал ключ я не знаю. Все произошло слишком быстро.

Я заперта. Я в ловушке. И он не собирается меня выпускать, пока вдоволь не насладится.

Кричать смысла нет. Никто не услышит. У этих стен шумоизоляция на высоте.

Дрожу. Молить о пощаде не стоит, этим я его только лишний раз развеселю.

И ускоряю неизбежное.

Брат Габриеля слишком давно хочет меня. А сейчас к сексуальному желанию ещё добавилась месть.

Жуткий коктейль. Дэн не даст мне пощады.

Как бы его ни боялась, я буду сопротивляться! Без боя ему меня не получить!

Дэниель не прощает отказов. Он не терпит унижения. А я все это ему предоставила… Дважды.

Тогда он не смог меня получить, поэтому сейчас будет издеваться надо мной с удвоенной силой. Словно женщин ему на свете мало! Зачем нужна я?

Месть… Эго… Чувство собственного превосходства…

Фу! Какой же он отвратительный!

Меня тошнит.

Мужчина никак не может принять, что я согласилась быть с Габриелем, а ему дали от ворот поворот.

Страшно. Но не за себя. За ребёнка. Тимофей Павлович сказал, что традиционным сексом заниматься нельзя. Альтернативные способы использовать можно, но я должна быть предельно осторожна. В случае любого дискомфорта сразу же приезжать к нему.

Сейчас с малышом все в порядке. Но чтобы так оставалось и дальше, меня должны окружать забота и внимание.

Мда…

Судорожно соображаю как быть. Ищу варианты решений. Изо всех сил стараюсь мыслить здраво. Немного времени ещё у меня есть.

Адреналин в крови бушует с удвоенной силой. Мешает думать. Не даёт окончательно скатиться в истерику.

А она накрывает…

Мужчина подходит ко мне сзади вплотную. Впечатывается своим разом в меня.

Попкой чувствую его возбуждённый член. Волна отвращения прокатывается по коже. Мерзко.

— Ну вот ты и попалась, птичка, — презрительно произносит мужчина. В его голосе столько эмоций, что мне от одного его звука становится не хорошо.

Дэниель проводит носом вдоль моей шеи, с шумом вдыхает мой запах. Стонет.

— Ммм, а ты сладкая! — говорит с вожделением. — Шлюшка! — добавляет с улыбкой в конце.

Горячее дыхание Дэниеля впивается острыми иглами в самое сердце. От сминающего ужаса я даже не могу ничего сказать.

Он накрывает мои руки своими, сжимает, собственническим движением проводит ладонями вверх. Резко разворачивает к себе лицом. Удерживает, не даёт развернуться.

— Так что же такого нашел в тебе мой брат?

Больно хватает пальцами за подбородок, разворачивает мою голову, заставляет посмотреть себе в глаза.

— Сучка! — выплевывает с ненавистью.

Его взгляд пугает до дрожи. В нем есть нечто такое, от чего хочу убежать. Но ноги приросли к полу.

Расширенные зрачки практически полностью закрывают радужную оболочку. Злорадная усмешка. Победоносное выражение лица.

Дэниель не просто пугает меня! Он приводит в ужас!

Все, о чем я могу думать сейчас, мой ребенок. И молиться, чтобы гавнюк так ничего и не распознал!

Он не должен знать о беременности. Будет только хуже.

— Дэниель, отпусти! Мне больно! — пытаюсь вырваться из его цепких лап.

Но мужчина не отпускает. Он смеётся. Мурашки по телу бегут от этого смеха. Кровь стынет в жилах.

— О, нет, дорогая! — шепчет мне на ухо. — Сначала я отведаю то, что захотел присвоить мой брат!

Разворачивает меня, с силой швыряет на кушетку. Я едва успеваю сгруппироваться, чтобы не упасть.

Основной удар приходится на руки, живот в безопасности. Пока что.

Пытаюсь встать, но не получается. Хочу уйти. Дэниель нависает сверху. Пытаюсь его скинуть, за что получаю удар раскрытой ладонью по щеке.

Из глаз льются слезы. Я дезориентирована. Голова гудит.

Мужчина ставит меня на четвереньки, хватает за волосы, заставляет запрокинуть голову вверх.

— А вот теперь мы узнаем, какая горячая у тебя киска, — шепчет прямо над ухом хриплым от возбуждения голосом.

От его горячего дыхания паника накатывает волнами. Я в ловушке. Мне не уйти.

Мужчина задирает подол моего платья, проводит рукой по ягодицам, забирается в трусики.

Я сжимаюсь в тугой комок.

— Дэниель! Остановись! Пожалуйста… Не надо! Прошу тебя! — умоляю обезумевшего мужчину, глотая слезы. Но мои страдания только заводят его.

— Грязные сучки должны быть наказаны! — слышу звук расстегивающегося ремня. Следом вжик металлической ширинки.

Волна ужаса прокатывается по телу.

Пытаюсь вырваться. За это получаю ещё один удар. На этот раз звонкий шлепок по попе. Он не приносит возбуждение, он дарит боль.

Закусываю губу, чтобы не закричать.

— Он променял меня на тебя! — с неприкрытой ненавистью рычит над самым ухом. — Я хочу узнать, чего же в тебе он такого нашел!

Снова брыкаюсь. Он фиксирует мои ноги. Разводит в разные стороны. Трусиков на мне больше нет.

Я полностью раскрыта перед этим ублюдком. И обездвижена.

— О, да! — победоносно произносит! Упирается в моё лоно головкой члена. Я как могу отстраняюсь от него.

— Дэниель! Я беременна! Мне нельзя! — кричу. Но мужчина окончательно потерял рассудок.

— Тогда я могу кончить в тебя, поганая шлюха!

Отстраняется, хватает меня за бедра и с силой делает выпад вперёд.

Зажмуриваюсь. Готовлюсь к мерзкому проникновению. Молюсь, но его уже не избежать.

Мощный рывок. Секунда. Не понимаю. Я на свободе, Дэниель на полу.

— Настенька, — Габриель выдыхает. Его обеспокоенные глаза переполнены любовью ко мне и ненавистью к брату.

С диким ревом кидаюсь в объятия своего мужчины. Всхлипываю, не могу остановиться.

Хватаюсь за его пиджак, сминаю хлопок рубашки в руках, пытаюсь спрятаться за ним, раствориться.

— Маленькая моя, я здесь. Все будет в порядке, — говорит успокаивая. Мужчина от ярости весь дрожит.

Прижимает к себе, гладит по спине, по волосам. Трогает меня везде, смывает мерзкие прикосновения.

Слегка отстраняется. Бережно, словно я хрустальная ваза, берет моё лицо в ладони. Заглядывает в глаза.

— Скажи, этот гаденыш…

— Нет, — качаю головой, не даю ему закончить предложение.

Прижимаюсь к Габриелю, ищу защиты у него.

— Ты успел. Ты спас меня, — шепчу, слезы льются из глаз. Вдыхаю его запах, становится чуточку легче.

Мужчина целует меня в макушку. С непередаваемой нежностью держит меня в своих объятиях.

— Тебя сейчас мои люди проводят в машину. Подожди там, пожалуйста, — просит меня. Голос преисполнен боли. И злости. На Дэниеля.

— Не надо, — прошу, жмусь к нему. — Пожалуйста, забери меня отсюда, — слезы не останавливаются, рыдания вот-вот прорвутся наружу.

Мужчина поднимает меня на руки, прижимает к своей груди. Даёт указания своим людям.

Я не вдаюсь в смысл его слов. Мне важно одно. Он здесь. Он рядом. С нашим малышом все в порядке. Мы в безопасности.

Габриель относит меня в машину, сажает на заднее пассажирское, пристегивает.

— Настенька, здесь ты в безопасности. Олег, водитель, присмотрит за тобой, — говорит спокойно и ровно. Но я вижу каких усилий стоит ему держать себя в руках. — Ничего не бойся, малышка, — берет мои руки в свои, бережно целует. — Я скоро вернусь.

Сижу в салоне дорогого автомобиля, меня бьёт крупная дрожь. Холодно.

Габриель ушел и я все никак не могу успокоиться. Он мой спасительный щит. Остров надёжности и спокойствия.

По крайней мере, когда дело касается его брата.

Удивительно, но слез больше нет. С какой-то стороны я этому рада. Не хотелось бы рыдать и причитать о несправедливости при чужом человеке, а водитель Габриеля, Олег, для меня именно такой и есть. Впервые вижу его.

Дэниель гавнюк! Не представляю каким моральным уродом нужно быть, чтобы совершить подобное! Как же хорошо, что все обошлось!

Я ему отомщу! За себя, за малыша, за то, что он с нами пытался сделать!

Просто так не оставлю. Увы, не смогу.

Меня не на шутку трясет. Подбородок дрожит, зуб на зуб не попадает. Пальцев не чувствую, онемели вконец.

Мне нельзя волноваться. Полный покой, положительные эмоции, счастье и позитив. Ага. Как же!

А ведь меня всего лишь час назад выписали из больницы…

Обхватываю себя руками. Пытаюсь хоть как-то унять дрожь и согреться. Я должна справиться с бурей в душе.

Получается жалко, но всяко лучше, чем ничего. Попыток не прекращаю.

Волноваться нельзя.

— Анастасия, шеф попросил отвезти вас домой, — ко мне поворачивается водитель. — Он подъедет чуть позже.

Говорит ровным, спокойным тоном. Смотрит сочувствующе, словно знает о том, что именно произошло.

Слушаю его, смысл слов доходит не сразу. Хлопаю ресницами, пытаюсь понять. Молчу.

Домой?.. Мужчина имеет в виду ко мне. Ведь так?

Я смотрю на него перепуганными глазами. Он совершенно спокоен и уверен в себе. Наверное, я права. Меня отвезут в мою небольшую квартирку.

Там ждут Рыжик, родные стены, тепло и уют. Там меня никто не тронет. Я буду в безопасности.

Можно выдыхать. Дэн туда не доберется!

Жаль, что и Габриель тоже…

Внутри все бастует. Душа рвется на части, сердце растерзано в клочья. Я не в том состоянии, чтобы находиться одной!

Не хочу уезжать без Габриеля! Мне не справиться со страхом без него. Он мое самое лучшее успокоительное.

Которое сейчас не со мной.

Щека адски горит. Нужно как можно быстрее приложить лёд и хоть немного снять отек. Завтра будет синяк на половину лица. Потом он позеленеет…

Красотка я. И как мне с таким на работу ходить?

А на собеседование?!! О, ужас! Как же теперь мне найти работу? Беременной, да ещё и с синяком на половину лица.

Бррр!

Но в любом случае я рада, что отделалась так легко! Если бы Габриель не вмешался, то было бы…

Снова дрожу. Ловлю себя руками, сжимаю, пытаюсь справиться с нервами. Выходит с трудом.

— Вам холодно, — говорит озабоченно Олег, окидывает автомобильный салон взглядом. Что-то ищет. — Возьмите пиджак, — протягивает мне темную ткань.

— Спасибо, — благодарю. Накидываю на плечи. Делаю вдох.

И тут же хочу зарыться в пиджак носом. Габриель. Он пахнет моим несносным мужчиной. Зарываюсь в теплую ткань, словно ищу в ней защиты. И получаю её!

Становится легче. Снова могу нормально дышать. Я не одна. У меня есть поддержка!

— Не переживаете, я доставлю вас в лучшем виде, — Олег не оставляет своих попыток приободрить. Но его уловки на меня не работают.

— Точно нельзя подождать? — спрашиваю с робкой надеждой. Ехать домой без Габриеля я не в состоянии.

— Габриель Вахтангович сказал отвезти вас к нему домой. Я обязан подчиниться, — строго произносит мужчина. Его тон не оставляет попыток возразить.

— К нему домой??! — вспыхиваю. Мне уже на все становится пофиг! Как вообще можно было подобное предположить?!!

Ну уж нет! Я туда не вернусь даже под дулом пистолета! Пусть сам к себе домой едет! Вместе с братом!

— К нему домой, — подтверждает. — Да вы не беспокойтесь! Здесь не далеко! — видимо, водитель совершенно не правильно истолковал мой душевный порыв.

Не беспокоиться? Так не выйдет! Меня собираются привезти в место, где проживает мой несостоявшийся насильник. Человек, который неоднократно домогался меня!

Нет! Нет! И ещё раз нет!

— К Габриелю я не поеду! — заявляю открыто. Хватаюсь за ручку, пытаюсь открыть дверь. Заперта. — Выпустите меня! — кричу. Истерика набирает обороты.

Паника забирает бразды правления. Я раз за разом дёргаю за ручку, пытаюсь открыть дверь, окно. Да что угодно!

Ничего не поддается. Аааа!

Перед глазами все расплывается. От безысходности стучу кулаком по стеклу.

— Анастасия! Пожалуйста, успокойтесь! — взволнованно произносит водитель. Мужчина разворачивается ко мне всем корпусом, что-то ещё говорит, но я не слышу его. В ушах вата.

— Анастасия! — ловит мои руки. — Прошу вас! Успокойтесь! Вас больше никто на тронет!

— Отвезите меня ко мне домой, — прошу, едва ли ни плачу. Диктую адрес. Меня снова невероятно сильно трясет. — К Габриелю я не поеду. Ни за что!

— Хорошо-хорошо! — поднимает руки в примирительном жесте. — Я только шефа предупрежу и сразу поедем.

Молча киваю. Смотрю в окно. Странная апатия овладела мной.

Спустя пару минут автомобиль трогается с места, выезжает на шоссе, набирает скорость. Мы мчим с одного конца города в другой.

С Габриелем я так и не поговорила. Да и теперь не уверена, что вообще хочу. Любое упоминание мужчины тут же приносит воспоминания его брата. А Дэниель это тот человек, о чьем существовании я мечтаю забыть.

Внутри меня зреет странное отчуждение ко всему. Ничего не желаю. Ничего не хочу.

Захожу в свою квартиру, запираю дверь. Сажусь на пуфик в коридоре, тупо смотрю вперёд.

Полнейшая прострация.

Рыжик крутится вокруг ног, пытается привлечь моё внимание. Животное истосковалась по человеческой ласке.

Опускаю руку вниз, на автомате глажу кота. Он урчит, довольный.

На душе пустота. Но это даже хорошо! Хватит с меня глупых истерик, они до добра не доведут, а только проблем прибавят.

Блин… Что ж живот так тянет?.. Ведь было же все хорошо!

Надо сходить в душ, смыть с себя всю гадость. Чувствовать на себе запах Дэниеля выше моих сил.

Вместо этого слушаю здравый смысл и отправляюсь на кухню, выпиваю лекарство. Затем иду в комнату и ложусь на кровать.

Ребенок важнее. Он на первом месте. А собственный дискомфорт я в состоянии потерпеть.

Залезаю под пушистый плед, вдыхаю запахи родного дома. Становится чуточку легче. Я соскучилась по своему жилью.

Переворачиваюсь на бок, достаю телефон, ставлю на виброзвонок и кладу его рядом с собой. Если Габриель позвонит, услышу.

Я очень сильно хочу, чтобы он позвонил…

Глаза медленно закрываются. Веки тяжелеют, сами опускаются вниз. Я не в силах их остановить или хоть как-то воспрепятствовать. Приходится подчиниться и провалиться в глухой, безжизненный сон.

Поворот ключа в замке кажется чем-то обычным. Лёгкий скрип двери, тихие шаги. Я все слышу, но никак не выходит проснуться. Меня словно накрыло многотонной подушкой и прижало к кровати. Зато как тепло здесь и хорошо!

Рядом прогибается матрас от тяжести крупного тела, вдыхаю неповторимый аромат. Габриель.

Мужчина ложится рядом, обнимает. Бережно прижимает к себе и ничего не говорит.

Он держит меня в своих руках, словно я самая высокая ценность. И от этого на сердце становится светлей.

Прижимаюсь к нему, сквозь сон обнимаю.

Произношу вслух какую-то ерунду, о которой после даже не вспомню. Он говорит в ответ нежности. Целует в макушку.

Меня, наконец, отпускает страх.

Габриель

Желания просыпаются раньше разума. Сквозь сон чувствую как упираюсь своим возбуждённым членом в попку Настеньки. Волна сладкого удовольствия проходит по телу. Как же хочется её прямо сейчас подмять под себя и взять!

Ворваться в узкое лоно, выбить из прекрасной головы своей птички все дурные мысли. Вырывать громкие крики из ее груди, выпивать их, ловить своими губами, покрыть поцелуями девушку. От и до.

Заставить Настеньку понять, что мне нужна лишь она одна. И точка!

Научить ее доверять мне.

Но здравый смысл оказывается сильнее похоти и страсти. Учитывая, что Настя вчера пережила, я должен быть счастлив, что девушка в принципе подпустила меня к себе.

Что позволила быть рядом.

Дэниель. Говнюк сраный! Совсем голова поехала от власти и ненависти ко мне!

Ну ничего! Вчера навялял брату по-полной. Подходит с переломом носа и сотрясением, может хоть что-то дойдет.

А если нет, так у меня и иные рычаги воздействия на него остались! К стенке прижму, мало не покажется!

Руки саднит, костюм нещадно испорчен. Офис разгромлен, на отношениях с отцом поставлен крест.

Но это все ерунда! Главное, с Настенькой все в порядке. Прижимаю девушку к себе ещё крепче, осторожно кладу руку на округлившийся живот.

Феерия чувств в груди. Меня разрывает.

Какой же я дебил! Чуть все не потерял!

Не понимаю принципиальной позиции отца. Она никак не желает уложиться в моей голове.

Брат отымел мою жену, пытался изнасиловать беременную девушку, обрюхатил дочь местного авторитета и ему за это все ничего!

Фирма несла колоссальные убытки, наши жизни подвергались опасности, я едва все разрулил! Но и тут Дэн остаётся хорошим, а меня смешивают с говном.

Что за херня?! Я не врубаюсь!

Но подобные мысли, пожалуй, оставлю на потом. Не собираюсь забивать свою голову дерьмом, когда могу насладиться присутствием рядом своей сладкой птички.

— Доброе утро, — хриплый ото сна голос моей девочки пробуждает во мне самые пошлые желания.

Заспанная, растрепанная, нежная до невыносимости. Родная такая…

— Привет, — улыбаюсь ей. Сейчас главное, не спугнуть. — Как ты? Выспалась?

— Спасибо, нормально, — меняет позу, в результате чего натыкается на мой утренний стояк. — Ой! — смущается. — Прости. Я не специально.

— Да хоть и так. Я не против, — шучу, пытаюсь сгладить возникшее напряжение.

Рядом с Настей все не так. Совсем иначе, чем с другими женщинами в моей жизни. Там все просто, чисто секс без обязательств или каких-либо чувств. С моей стороны.

Я их просто использовал, а затем избавлялся, когда надоедали. Без угрызений совести, женских истерик и прочей ерунды.

Настенька же… Просто космос! Отдельная тема. Другой мир.

Девушка все же разворачивается ко мне лицом, заглядывает в глаза. Внимательно смотрит. Вглядывается в них, словно желает меня прочесть.

Вот он я. Без прикрас, без прелюдий. Весь твой и весь для тебя.

Залипаю на ее мягких губах. Так хочу накрыть их своими! Еле держу себя в руках.

Розовые. Нежные. Мягкие. Они манят меня. Тянут к себе.

Через силу отрываю взгляд, перевожу выше и утопаю в прекрасных глазах. Чистые. Светлые. Без капли пошлости и лжи.

Настя слишком невинна и хрупка для людей в моем окружении. Никого из них нельзя к ней подпускать.

Сломают.

— Ты зачем к Дэниелю поперлась? — вырывается из меня прежде, чем успеваю себя остановить.

Девушка тушуется, сжимается в комок. Захлопывается, словно ракушка.

— Поговорить хотела, — тихо шепчет. — С тобой.

У меня выбивает почву из-под ног.

Так Настя пришла ко мне?! Переступила через собственную гордость и страх и пришла?

Обхватываю руками лицо отважной девушки, впиваюсь глазами в ее глаза.

— Никогда не приближайся к моему брату. Он съехал с катушек. Если только увидишь на горизонте, беги! Поняла меня? — пытаюсь достучаться до неё. Объяснить, что у Дэна проблемы.

Но самая большая беда у него в голове. Братом завладела зависть. Он перестал видеть реальность, погряз в наркотиках, алкоголе и сексе.

И чем больше я смотрю на него, тем явственней ощущаю, что меня ожидала подобная участь. Спасибо Насте. Она меня спасла.

— Ты избитый, — вместо ответа девушка касается моей разбитой скулы своими прохладными пальчиками. Тысячи иголок ударяют в пах. ХОЧУ!

— Это не важно, — пытаюсь отмахнуться. Не привык, когда меня благодарят. И уж тем более, проявляют сочувствствие!

Меня обычно просят, я делаю. Вот и все.

Но с Настей все выходит иначе.

— Спасибо большое за то, что спас меня, — все также негромко произносит. Моё сердце разорвано на лоскуты.

— Я бы не смог пережить, если с тобой что-то случилось! — говорю искренне. Если уж открывать истинные чувства, то прямо сейчас. — И с ним, — кладу руку на округлый живот. Там бьётся крохотное сердечко моего сына.

Настя в тот же миг напрягается. Отстраняется. Поднимается с кровати.

На девушке нет лица.

— Настенька, что с тобой? — не понимаю перемены в поведении. Я же был внимательным и спокойным с ней только что!

— Все в порядке, — говорит отчужденно. — Завтракать будешь?

Не выдерживаю, поднимаюсь и иду следом за ней. Ловлю у кухонной зоны, зажимаю. Хватаю под бедра и сажаю на столешницу.

Развожу в разные стороны стройные ноги, встаю вплотную к ней. Мой ствол упирается в горячее лоно. Настенька тоже хочет меня.

— Габриель! — возмущённо.

— Что случилось? — требую ответ.

— Все в порядке, — произносит, окончательно замыкаясь.

Не могу не касаться ее. Провожу руками по бедрам, слегка их сжимаю, зрачки девушки расширяются. Я ловлю кайф.

Нежная упругая кожа, ладони горят. От Настиной реакции сводит рассудок.

Не встречаю сопротивления, наглею. Забираюсь под подол лёгкого платья, разводу ноги в разные стороны чуть сильней. И тут до меня доходит…

На Насте нет трусиков!

Охреневаю. Не верю своему счастью.

— Как так? — удивлённо смотрю на неё. Никогда не поверю, что девушка явилась ко мне в подобном виде.

— Дэниель, — одного слова хватает, чтобы я в тот же миг рассвирепел.

Сжимаю челюсть до боли, слежу за дыханием. Сейчас меньше всего нужно, так это вновь сорваться на ней.

— Птичка, — шепчу рядом с приоткрытым ртом. — Позволь мне стереть своего брата, — прошу. Едва касаюсь желанных губ. — Доверься, — член от острого желания горит адским огнем. Разум полыхает. Яйца звенят.

Я хочу свою девочку. Отлюбить, заставить стонать от наслаждения. Сделать окончательно и бесповоротно только своей.

— Ты согласна? — пытливо смотрю в ее глаза.

Анастасия

Габриель слишком близко. Мои инстинкты обострены, кожа горит, я чувствую каждую его клетку своим телом. Запредельные ощущения.

Глаза мужчины горят, губы манят. Он ласкает меня ими, дразнит. Но не собирается спешить.

Благодарна ему за это.

Крепкие руки на моих бедрах, слегка сжимает их, дышать нечем. Нервы оголены.

Дышим единым воздухом, рвано и часто. У нас с ним единый ритм.

Согласна ли я… Сложный вопрос…

Мои чувства к Габриелю слишком сильны. Я полюбила этого мужчину беззаветно и безвозвратно. Даже страдания и боль, что он причинил, не смогли стереть мои чувства.

— Мне страшно, — шепчу в его губы на выдохе. Рушу прекрасный момент.

Мужчина тут же отстраняется. Из расслабленного и ранимого тут же становится отстраненным. Холодным. Чужим.

Смотрит не мигая, убирает руки, отстраняется. Желает уйти.

— Подожди! — прошу. От волнения голос дрожит.

Паника несётся по венам, он не понял меня. Воспринял все на свой счёт.

Тепло во взгляде заменяет боль. Он становится безжизненным, покрывается льдом. Габриель вновь превращается в циничного ублюдка, в чьем образе я увидела его в первый раз

— Не надо! Не стоит меня жалеть! Справлюсь! Не маленький! — жёстко произносит.

— Габриель, — подношу ладонь к губам. Мысли путаются. Лихорадочно пытаюсь исправить ситуацию.

— Я все понял! — поднимает руки в жесте капитуляции. — Не утруждайся!

Габриель снова нацепил на себя дурацкую каменную маску. Берет со стула пиджак, направляется к двери.

Он сейчас уйдет! Я больше никогда его не увижу!

Внутри всё разрывается на части. Паника захватывает контроль. Я должна немедленно это остановить!

Объясниться! Достучаться до истукана!

Слетаю со столешницы, спешу за мужчиной. Ловлю его уже у самой двери.

— Да стой же! — кричу. — Ты меня не так понял!

— Настенька, не стоит передо мной распинаться, — говорит отчужденно. — Раз ты боишься меня, то этого уже не исправить, — голос надломлен, взгляд в сторону. — Понимаю, что в прошлом с тобой перегнул. Обещать, что этого не повториться, не стану, — отворачивается. — Жизнь длинная, а у меня ещё и крайне сложная, — бросает через плечо. Берется за дверную ручку, нажимает на неё. Замок закрыт.

Подхожу вплотную к мужчине. Печально улыбаюсь. Сердце щемит от нежности к нему.

— Дурак! — вырывается прежде, чем могу себя остановить. — Не боюсь я тебя! Ты меня не обидишь! — произношу с жаром.

Габриель застывает. Затем делает шаг ко мне, прижимает к стене. Чувствую горячее мужское дыхание на обнаженной коже, вдыхаю его аромат. Голова кругом.

— Тогда чего ты боишься? — скорее требует ответа, чем интересуется. Он напряжен. Моё призвание крайне важно.

— Того, что уйдешь и оставишь меня, — решаю открыть свои чувства. Если у нас есть шанс быть вместе, то он возможен лишь так. — Снова.

Взгляд мужчины темнеет, воздух вокруг становится тяжёлым. Габриель нависает сверху надо мной. Не подавляет, скорее напротив. Пытается оградить от любых бед.

Ждёт моего объяснения.

Нужно ли признаваться?.. Слабой в его глазах выглядеть не хочу.

Плевать! Раз уж начала…

— Я боюсь, что однажды снова приду и увижу от тебя прощальную записку. Ту, где ты просишь прощения и выгоняешь меня.

Слова даются с трудом, но мне нужно озвучить свои страхи. Если собираюсь их преодолеть, то должна…

— Ты пойми, для меня важна стабильность и уверенность в людях, — льется из меня уже гораздо свободнее. — Я привыкла рассчитывать и полагаться на тех, кто окружает меня.

— Понимаю, — сжимает челюсть. Молчит.

— А тут… — вспоминаю свои чувства тогда, слезы так и норовят вновь политься из глаз. — Пойми, я пришла в твою спальню, — вдох. Задержка дыхания. — После самой чудесной ночи на свете, — новый всхлип рвется наружу. Сдерживаю и его. — А меня ждёт лишь дурацкая записка и чемодан вещей!

— Настя! Да не писал я никакой записки! — взрывается Габриель.

Отходит от меня на шаг назад. Матерится. Мужчина до бесконечности зол.

— Задолбало! Вечно меня обвиняют в том, чего я не делал! — возвращается ко мне, заглядывает в глаза. — Поверь мне уже наконец!

Я вспыхиваю. Не писал, не писал! Заладил, блин!

Он сейчас у меня дома. На МОЕЙ территории! Хотя… Рядом с ним все кажется немного иным.

Иду в комнату, без труда нахожу на полке искомый предмет. Он там так и лежит с того момента, как я вернулась домой. Несколько месяцев.

— Держи! — кладу в его руки конверт с той злосчастной запиской.

Открываю двери шкафа-купе, выкатываю оттуда чемодан. Я как вернулась, убрала его с глаз долой и до сих пор не разбирала.

Не могла.

— И вот! — показываю на чемодан.

Габриель читает записку, переводит на меня удивленный взгляд.

— Насть… — говорит уже иным тоном. — Но я этого не писал!

— Знаешь, я тоже! — едва ли не топаю ногой.

Мы замолкаем. Каждый думает о своем, но на выходе получается, что об одном и том же.

— Дэниель, — выдыхаем одновременно. Ноги подкашиваются, начинаю медленно оседать на пол. Габриель успевает меня подхватить едва ли не в последний момент.

Я повелась на чудовищную провокацию его брата! Поверила! Какой кошмар…

Едва не разрушила свое возможное счастье. Подвергла риску жизнь малыша.

— Габриель… я… я не знала… Я даже подумать не могла, — шепчу, глотаю соленые слезы. Они так и льются безостановочным потоком из глаз.

Утыкаюсь в его грудь, сжимаю рубашку в кулаках. На хлопке появляются мокрые следы.

— Шшш, глупенькая, — гладит меня по спине, по волосам, прижимает к себе ещё крепче. — Все хорошо, — успокаивает меня. — Ты главное, мне верь. И больше никогда не ведись на подобные выходки.

— Угу, — киваю. Смотреть на него выше моих сил.

— Смотрела, что в чемодане? — интересуется.

— Нет, — машу головой. Мне до невыносимости стыдно. И как-то странно хорошо…

Все было подстроено! Габриель не бросал меня! Нет слов…

— Посиди, пожалуйста, минутку. Мне нужно кое-что посмотреть, — ласково обращается ко мне. Пересаживает со своих колен на кровать.

Без тепла его тела становится холодно.

Подходит к чемодану, открывает молнию, достает ещё один конверт. Заглядывает внутрь, хмурится. Вынимает из него белый лист. Читает.

— Что там? — спрашиваю не удержавшись. Меня до сих пор то и дело бросает в дрожь.

— Последняя капля моего терпения, — рычит Габриель. Швыряет конверт на стол, оттуда вываливается крупная сумма денег.

Кидает записку, читаю. Волосы дыбом встают.

"Настя. Бери эти деньги, уезжай из страны и больше никогда не смей показывался мне на глаза. Я тебя ненавижу!

Габриель."

— У меня не укладывается в голове! Дэниель ведь твой родной брат! Как он мог поступить подобным образом?

Мы сидим на кухне, завтракаем. Пока я была в душе, Габриель заказал доставку еды из уже известного мне ресторана. Сразу по несколько блюд на каждого! У меня разбегаются глаза.

Засовываю в себя ложку за ложкой, жмурюсь от феерии вкуса во рту. Все такое… такое… Ммм! Ну просто невозможно остановиться!

Габриель счастливо улыбается. В отличие от меня он не испытывает подобного восторга к еде. А я, кажется, скоро привыкну к блюдам от шеф-поваров.

Совсем избалует!

Мужчина первым сходил в душ. Аргументировал тем, что ему хватит пары-тройки минут.

Переоделся в чистое свободное белье. Темные хлопковые брюки и черная футболка смотрятся на нем невероятно сексуально! Лишний раз стараюсь не смотреть. Так и хочется подойти и потрогать.

Как выяснилось, водитель успел съездить к нему домой и привезти своему шефу два комплекта одежды. Домашний и деловой.

Затем Габриель отправил меня понежиться под тёплыми струями воды, а сам заявил, что займётся завтраком. Решила ему не перечить.

Ведь если мужчина проявляет заботу, то это же нужно ценить. И хорошенько благодарить. Чтобы он чаще хотел повторить свой "подвиг".

Впервые за длительное время я качественно и полноценно помылась. В больнице хоть и была душевая, но все равно это было не то.

Я смыла с себя всю грязь, запах Дэниеля, следы его паршивых рук…

Дурные воспоминания тоже вылила в сточную яму! Не собираюсь к ним возвращаться. Дэн самый настоящий мудак!

Переоделась в уютный домашний комплект, серые штаны и белая футболка с котятами очень мило подчёркивают мой округлый живот. Не могла устоять, чтобы не покрутиться перед зеркалом в таком виде.

Кажется, малыш немного подрос!

Кладу руки на животик, улыбаюсь. Посылаю своему сокровищу тонну любви. Он знает, что мамочка безмерно счастлива за то, что внутри нее растет прекрасный ребенок!

Моя маленькая прелесть!

Как бы мне не хотелось, но я решила, что соблазнять Габриеля ещё не готова. После стычки с его братом, так тем более! Поэтому придется вести себя довольно скромно и никоим образом не возбуждать мужчину. И не возбуждаться самой!

Габриель хоть и хочет меня, но держит себя в руках. Не стоит его провоцировать.

Себя лишний раз изводить тоже не надо.

Но понежиться в объятиях мужчины я очень сильно хочу! Вдохнуть его аромат, раствориться в нем. Почувствовать каждую клеточку его тела, ощутить его мощь.

Стать распластанной под сильным, властным мужчиной. Плавиться от желания, сгорать от страсти.

Охх… Кажется, меня снова уносит! Когда он рядом, фантазию и желания не удержать. Это сильнее меня!

— Зависть, — делано равнодушно пожимает плечами. Но я вижу, как ему больно. Хоть Габриель и старается это скрыть за своим равнодушием.

— Понимаешь, — отставляет в сторону кружку с недопитым кофе. — С детства я всегда и во всем был лучше него. Занимал первые места на олимпиадах и соревнованиях, пользовался успехом у девчонок, поступил в престижный ВУЗ. Отец не знал, что я подал в него документы. И был в полном шоке, когда я объявил, что поступил на бюджет без чьей-либо помощи.

Сижу, боюсь шелохнуться. Слушаю откровение Габриеля с замиранием сердца. Мужчина открывается для меня с совершенно новой и неожиданной стороны.

Благородный. Умный. Порядочный.

Хоть последнее и крайне странно осознавать, но Габриель ведь все старается делать правильно. Стоит вспомнить хотя бы ситуацию со мной…

Он ведь мог принудить меня к сексу втроём. Заставить, убедить, надавить. Я бы дала слабину. Согласилась.

Но мужчина понял, что сломает меня. Что я не такая, как девушки в его окружении и… отступил. Не стал портить мне ни жизнь, ни психику.

А ведь мог же…

Кажется, моё сердце гораздо умнее, чем я сама! Оно сделало правильный выбор.

Остается научиться доверять ему… С этим будет сложнее.

— Дэниель всегда был вторым. Младший сын, отцовская особая любовь. Уж не знаю почему, но Дэна всегда хвалили и баловали, когда меня муштровали. Мне не оставляли свободного времени, я целыми днями пропадал на секциях, занятиях, а после окончания школы, стал пропадать в офисе у отца. Он готовил себе преемника. И сдал пост генерального как только увидел, что я потяну.

Слушаю его и понимаю, что передо мной сидит не стойкий и властный мужчина, а человек, который вырос без любви. От жалости колет сердце.

Не удивительно почему Габриель был так суров!

— А мама? — робко спрашиваю. Я ничего не знаю о его прошлом.

— Она умерла, когда мы с Дэниелем были маленькими. Я слабо помню её. Брат не помнит совсем.

Опускаю глаза в стол, накрываю руку Габриеля своей ладонью. А затем не выдерживаю и перебираюсь к нему на колени, прижимаю к себе.

— Нас воспитала Татьяна Михайловна. Домработница. Ты ее знаешь, — его сломленная улыбка меня окончательно добивает.

— Ох, Габриель, — запускаю руки в густые волосы, мужчина поднимает голову, смотрит на меня. Тону в его взгляде, хочу убрать невыносимую тоску из глаз.

Не ведая, что творю, тянусь к желанным губам.

— Птичка, не стоит, — шепчет за секунду до того, как наши губы соприкоснутся.

Я останавливаюсь в миллиметре от него. Замираю.

— Почему? — едва касаюсь его губ. Чувствую горячее дыхание на своей коже. Плавлюсь от его прикосновений. От момента.

Между нами нежность. Доверие. Срыв масок. И обнаженные сердца.

— Если ты меня поцелуешь, то я не смогу остановится, — говорит сокрушенно. — Возьму тебя прямо на этом столе.

Раскаленная лава по венам. Низ живота наполняется огнем.

— А кто сказал, что я этого не хочу? — выдыхаю в его губы.

— Насть…

Габриель прижимает меня к себе. Не дышит. Голос с надрывом. Чувствую его острое желание и борьбу с самим собой.

Он хочет меня. До одури. До безумия. Но боится мне навредить.

Мой благородный рыцарь…

Сердце щемит от нежности и любви к нему. Я, наконец, понимаю, что нужна этому несносному мужчине. Что только со мной он становится лучше. Сильнее.

Вижу, как Габриель меняется ради меня.

От переизбытка эмоций дыханье спирает, грудь разрывает на части. Неужели все происходящее правда? И я могу ему доверять?

И довериться…

Оказывается, Габриель совсем не такой, каким его все считают. Он благородный и честный. А ещё… любит меня! И это открытие — полнейший шок!

Голова кругом! Я словно пьяна. От нахлынувшего счастья! И острого сексуального желания…

Только вот сейчас Габриель нам не поможет, он не сделает первый шаг. Мужчина раздавлен и сокрушен. Его брат добился своего. Разлучил. Заставил поверить в плохие поступки. Практически нас уничтожил.

Как хорошо, что не смог!

Габриель будет сгорать от острого желания изнутри, но и пальцем ко мне не прикоснется. Без разрешения.

Я все решаю сама.

— Я разрешаю…

Произношу на выдохе. Делаю последний шаг. Последний рубеж. Его просто нужно преодолеть.

И я… откидываю глупые страхи прочь, они ни мне, ни ему не помогут. наклоняюсь вперёд, даю волю тайным желаниям.

Пусть они станут явью! Пусть нам обоим будет вновь хорошо!

Наши губы соприкасаются. Кожа к коже. Сердце к сердцу. В целом мире остались лишь мы одни.

Забываю обо всем. О его брате. О низких уловках. О страхе. О своей неуверенности. О том, что традиционным сексом нельзя.

Мне на все это пофиг! Хочу Габриеля!

Раствориться в его власти. В его похоти. В его силе. Отдаться ему и парить в облаках.

И плевать, куда нас это все заведет!

Приоткрываю свой рот, хочу пройтись языком по шершавым губам Габриеля. Но оказываюсь смята его напором.

Мужчина обнимает меня, прижимает к себе, второй рукой фиксирует мой затылок.

Начинает неистово вторгаться в мой рот своим языком.

Проникает глубоко, уничтожает барьеры, подминает меня по себя. Ммм… Это просто… необыкновенно…

Задираю хлопковую футболку, острая жажда почувствовать своей кожей его кожу сводит с ума. Касаюсь ладошками напряжённого пресса. Там твердые кубики… Охх…

Перекидываю ногу, снимаю с мужчины совершенно ненужную сейчас часть одежды, сажусь и чувствую как в моё лоно упирается возбуждённый член. Импульс чистейшего наслаждения несётся по венам.

Мгновение и я уже оказываюсь распластана на столе, Габриель нависает надо мною сверху. Смотрит на меня свои пламенным взглядом, я сгораю под ним. Сердце отбивает рваный ритм. Все прекрасно!

Мужчина нарочно медленно, оттягивая момент, снимает с меня домашние штаны. Они прямо вместе с трусиками летят прочь.

Габриель разводит мои ноги в сторону, задирает футболку. Холодный воздух касается оголенной груди. Соски сжимаются, горошины возбужденно торчат. Полушария ноют. Так хочется почувствовать мужские руки на них!

— Настенька, — Габриель говорит с придыханием. — Ты прекрасна!

Я плавлюсь под чувственным взглядом, еле дышу. Возбуждение настолько сильно, что между ног становится больно.

— Возьми меня, — прошу его. — В попку, — поправляю себя.

Ловлю на себе удивленный взгляд Габриеля. Мужчина восторжен, но поражен.

— Ты уверена? — накрывает небольшую дырочку сзади, проникает пальцем туда. Мурашки по коже от новых и острых ощущений. Все так остро. Все на грани.

— Да, — отвечаю твердо. Я хочу его. Прямо сейчас!

Внутри все пульсирует от собственной страсти. Волнительно до невыносимости, но я держусь.

Лукавая улыбка появляется на суровом лице, Габриель снова предстает передо мной в новом свете. Сразу видно, как сильно мужчина этого хотел.

— Я буду нежен, — наклоняется, шепчет на ушко, прикусывает мочку и одним махом снимает меня со стола. — Встань сюда, — опускает напротив подоконника. Заставляет наклониться, разводит ноги в стороны, тянет бедра на себя. Я подчиняюсь. Я ему верю.

Габриель не причинит мне боль или страх.

Чувствую как на попку капает нечто прохладное, а затем горячая головка упирается в мой задний проход.

— Держись, сладкая, — рычит сквозь сжатые зубы. Он из последних сил сдерживается, чтобы слишком резко не взять меня. — Может быть немного больно, но это пройдет, — предупреждает. — Расслабься, — ведёт рукой по моей спине, кожа горит под его прикосновениями.

Поворачиваю голову в сторону, мельком кидаю на мужчину взгляд. Он собран и сосредоточен. Он не хочет мне навредить.

Отпускаю себя. Заставляю расслабиться. Выдыхаю. Чувствую давление на задний проход.

— Шшш, — мужчина наклоняется, покрывает мою спину лёгкими поцелуями, свободной рукой касается клитора, начинает его ласкать.

Откидываю голову назад, закрываю глаза, растворяюсь в своих ощущениях. Все на грани, но мне до одури хорошо.

Габриель

Вид стоящей раком напротив окна девушки сводит с ума. В этой позе Настенька особенно охуенна.

Тонкая талия, изящные изгибы, упругая попка. Так и тянет ворваться в неё. Сделать своей.

Но я терплю

Начинаю медленные, игривые ласки. Хочу, чтобы в этот раз мы оба насладились процессом сполна.

Она это заслужила.

Влажные светлые волосы рассыпаны по красивой спине, их так и хочется собрать воедино и намотать на кулак. Зафиксировать голову. Вдалбливаться в узкую попку под громкие женские чистейшего удовольствия. Закинуть нас обоих на вершину блаженства и удерживать наверху так долго, чтоб стало нечем дышать.

Но пока рано. Она ещё не готова. Настя должна мне довериться полностью. Раскрепоститься.

Сладкая девочка стонет, кусает губы, отдается под мою власть. Эйфория переполняет. Меня разрывает на части от острого желания ворваться в неё до упора и брать до исступления. Держусь.

Не сорваться и не слететь с катушек трудно капец!

Едва контролирую себя, хочется расслабиться и раствориться в Настеньке. Не думать ни о чем. Дарить кайф, ловить наслаждение.

Но у нее это все в первый раз, она ещё не привыкла к анальному сексу. Я должен быть нежным. Придется немного потерпеть.

Сжимаю зубы до скрежета, начинаю медленно заходить в упругую аппетитную попку. Узко. Горячо. Охуенно!

Настенька напрягается. Сжимает мышцы. Не желает с первого раза впускать меня.

— Расслабься, — прошу, покрываю поцелуями голые плечи, шепчу на ушко всякие ласковые слова. Мне нужно, чтобы девушка прекратила думать. Чтобы она полностью доверилась мне.

Без устали ласкаю клитор. Нажимаю на него, обвожу кругами, довожу Настеньку до исступления.

Птичка отпускает себя. Расслабляется. Двигает бедрами, сама начинает насаживаться на мой член.

Пропускаю вторую руку под футболкой, приподнимаю Настеньку за хрупкий корпус на себя. Делаю пару шагов в сторону и разворачиваю нас так, чтобы мы отражались в стоящем в коридоре зеркале.

Мы встречается взглядами в отражении. Полуобнаженная раскрытая для эксперимента Настенька на моей груди. Мой член постепенно входит к ней в попку. Девушка стонет и закусывает губу.

Чистый кайф!

От сногсшибательного вида завожусь ещё сильней.

Накрываю ладонями полные груди, тяну Настеньку на себя. Она поддается.

Девушка отзывается на каждое моё прикосновение. Плавится под ласками. Все сильнее возбуждает меня с каждой секундой.

Одним рывком сдираю ненавистную кофту, оголяю красивое тело. Упругие полушария, округлый живот, где растет мой ребенок, пламенный взгляд.

— Настенька, поласкай себя. Хочу это видеть, — шепчу ей на ушко, покрываю изящную шею поцелуями. Прикусываю. Проникаю глубже.

Девушка поднимает руки к груди, начинает неумелые ласки. Я смотрю на неё и растворяюсь в ней.

Заводит безумно!

Массирую клитор, бережно проникаю пальцами в лоно, начинаю двигать ими внутри.

Стон за стоном, сантиметр за сантиметром, я оказываюсь глубоко в ней. Вхожу до упора. Останавливаюсь. Даю привыкнуть. Затем медленно выхожу и проникаю в красавицу вновь.

Нам нереально хорошо, я никогда не испытывал таких эмоций прежде. Настя открыла для меня новый мир.

Наполняю девушку до предела, в момент столкновения разгоряченных тел она громко кричит. От наслаждения. Начинает сама насаживаться на меня.

Мы ловим единый ритм, я держу Настю за бедра, смотрю на неё в зеркало, схожу с ума от непередаваемых к ней чувств.

Узко до невозможности, мой член плотно сжат в кольцо мышц. Чувствую каждый рельеф, каждый изгиб и это охуенно! Снова врываюсь в нее.

Выхожу, проникаю, под громкие низкие стоны мы находим единый ритм. Движемся навстречу друг другу. В унисон.

Настенька не прекращает ласкать свои груди. Она их сминает, сжимает между пальцами соски, отпускает и начинает с начала. Я продолжаю двигаться внутри.

Стоны, крики, глухие шлепки. Мы растворяется в своих ощущениях. Мы наслаждаемся единством. Мы горим.

Член наливается, пульсирует. Вот-вот взорвусь.

Держу себя под контролем. Сначала хочу довести до оргазма ее.

Несколько умелых движений, Настя на грани. Просовываю чистый палец ей в рот, закрывает глаза, начинает сосать.

Ммм… Охуенно!

Этот вид в зеркале… Он невероятен!

Вырываюсь в аппетитную попку, ускоряю движения, усиливаю нажим. Углубляю проникновение. Раз за разом. Ещё. И снова.

Мышцы вокруг члена сжимаются, Настенька громко стонет и замирает, я окончательно отпускаю себя.

Сжимаю женские бедра, без устали проникаю в девушку своим членом. Насаживаю ее на себя. Врываюсь в попку до упора, аж яйца до клитора долетают. Ударяются об него и возвращаются назад.

Мы теряемся в чувствах. Горим от прикосновений. Растворяемся в нежности. Парим.

Ещё несколько рывков и я сам замираю. Изливаюсь в нее. Наполняю Настеньку собой.

— Спасибо, — шепчу, убирая мокрые волосы с висков, прикладываюсь к нежной коже губами. — Спасибо за все.

Настя молчит. Она стоит с закрытыми глазами, прижимается ко мне, обнимает себя руками.

— Сладкая, что-то случилось? — начинаю волноваться. — Тебе было больно?

Машет в разные стороны головой. Лукаво улыбается, двигает бедрами. Не даёт выйти из нее.

— Хочу ещё, — произносит смущённо.

Я теряю дар речи. Я выжат, словно лимон.

Обнимаю девушку, прижимаю к своей груди, рисую узоры на животе. Мне впервые в жизни так хорошо. Я действительно счастлив.

— Пойдем в душ, а потом будет тебе ещё, — целую свою избранницу в шею, прикусываю тонкую кожу, получаю громкий стон в ответ.

Я сейчас. Ополоснемся. Передохну. И доставлю Настеньке удовольствие.

Ещё раз. А затем ещё. И так будет, пока она не насытится мною. А я — ей.

Медленно выхожу из девушки, хватаю со стола салфетки, вытираю вязкую жидкость между ее ног. Целую везде, куда только могу дотянуться.

Подхватываю под руки, несу под душ. А там…

А там мы ласкаем друг друга, неустанно целуемся и, кажется, что весь мир вокруг создан для нас.

— Габриель Вахтангович! К вам посетитель! — моя помощница подлетает ко мне как только переступаю порог офиса.

Девушка взволнована, часто дышит, глаза разбегаются в разные стороны. Такое ощущение, что в офисе был пожар. Или ещё что похуже.

Но меня это не напрягает. Если бы произошло нечто серьезное, я бы уже знал. Остальное, фигня и не стоит ради него распыляться.

После трёх собственных оргазмов и пяти Настиных я расслаблен и доволен. Моя птичка сегодня оказалась на высоте.

Как бы ни хотелось остаться вместе с Настенькой и провести с девушкой весь день, ну и всю ночь, естественно, я не мог забить на работу. И так пропустил добрую половину дня!

За оставшиеся шесть часов нужно успеть все то, что я распланировал на двенадцать. Слишком сильно хочется снова птичку обнять.

У нас запланирован насыщенный вечер. Она как раз за целый день должна собрать свои вещи, подготовиться к переезду. Я забираю Настю к себе.

В новоприобретенные апартаменты.

Жить в ее маленькой квартирке нет ни малейшего желания. В дом, где живут Дэниель и София я не намерен возвращаться. А вот в свое жилье…

Представляю, как прихожу уставший с работы, открываю дверь, а там горит свет. Пахнет чем-то вкусным и ароматным. Настенька выходит встречать меня, мы долго целуемся, вместе принимаем душ, ужинаем, занимаемся сексом. И такое счастье ждёт меня каждый день!

Ничто в этом мире не способно испортить мне настроение. Я чувствую, как горы могу воротить! Неимоверный прилив силы!

— Кто пришел? — спрашиваю, продолжаю идти к себе в кабинет. — У меня на сегодня нет назначенных встреч.

— Я знаю, но… — не унимается девчонка, продолжает идти ща мной по пятам.

— Да кто там? Говори! — отмахиваюсь от нее, снова возвращаюсь своими мыслями к Настеньке.

— Ваш отец, — произносит с ужасом.

Резко останавливаюсь. Меня тут же отрезвляет, былая эйфория моментально сходит на нет.

Разворачиваюсь всем корпусом на сто восемьдесят, взглядом прибиваю секретаря к полу. Могла бы и сообщение написать!

Я бы тогда вообще сюда не приехал! Нашел как иначе свои проблемы решить.

С Артамановым-старшим нет ни малейшего желания встречаться. Нутром чую, ничего хорошего из этой встречи не будет.

— Где он? — рычу на неё. Девчонка пугается, тупо смотрит на меня, хлопает нарощенными ресницами.

Как же бесит меня, когда люди тупят! Тут же начинаю заводиться.

— В переговорной, — лепечет от страха. Начинает дрожать.

— Пригласи его ко мне в кабинет. Приму через пару минут, — произношу строго.

Но секретарь больше не смотрит на меня. Её огромные от испуга глаза становятся ещё больше. Хмурюсь. Что-то ее напугало.

Слежу за взглядом, где уже плещется паника. Мысленно закатываю глаза. Трусы достали! Ничего экстраординарного не произошло!

Девушка вне себя от страха смотрит мне за спину.

— Он там, — шепчет пересохшими губами. Секретарь стала белее, чем мел.

Спокойно оборачиваюсь назад, я не поддаюсь на дешёвые провокации. Своим внезапным приездом ему меня не запугать.

Я уверен. Собран. Расчетлив. Смог выстоять перед напором, когда заявил об уходе с поста и о разводе с Софией, значит и сейчас выдержу.

Когда же юристы подготовят все документы… После нескольких весьма увлекательных видео со своей дочерью в главной роли, Гречихин-старший отказался применять санкции из-за расторжения брачного договора.

Софию и Дэниеля в тот же вечер решено было женить.

Брат, наверное, счастлив! Моя ненавистная благоверная тоже. Теперь их развлечениям никто не сможет помешать. Пусть отрываются!

Как хорошо, что Милана сейчас далеко и не видит того, во что превращается отец ее ребенка… Моя племянница заслуживает гораздо лучшего папу, чем Дэниель.

Я сделаю все, чтобы мой брат никогда не увидел свою дочь. По крайней мере до тех пор, пока той не позволит мать.

Для Миланы нужно будет найти порядочную семью. Может быть, я смогу устроить ее семейное счастье. Найду мужа. Пусть живут.

Что будет в моих силах, помогу. Милана это отлично знает!

Но сейчас девушка жаждет разрушить империю отца. И у нее это выходит идеально!

Правда не без моей помощи. Но все же.

Вижу отца. Он направляется ко мне, лицо хмурое, взгляд озлобленный. Мужчина явно не с миром пришел.

А зря.

Хорошего настроения как не бывало. Морально начинаю готовиться к нашему столкновению.

— Сын! Ты где пропадаешь? — стремительно надвигается на меня, не скрывает ярость.

Смотрю на него. Молчу.

Видимо отец пришел давать втык за Дэниеля. Вынес я ему Генерального. Теперь на больничном будет сидеть.

А его в ближайшем будущем новоиспечённая жёнушка вплотную займётся лечением своего будущего мужа. Заливать алкоголь в рот.

Из их дома срочно пора забирать Татьяну Михайловну!

К Настеньке ее перевезу. Женщина быстро найдет общий язык с моей птичкой. Вдвоем им будет вполне комфортно.

— Я не обязан перед тобой отчитываться, — заявляю сухо.

Отец вне себя от гнева. Внешне я остаюсь совершенно спокоен, внутри же все кипит.

Справляться со своими эмоциями умею отлично, только рядом с птичкой своей не могу совладать.

Когда же нахожусь наедине с отцом, то держу себя в руках. Не вывести, как ни старайся! Он крайне много раз уже пытался это сделать. Так и не смог.

Лучше изначально не идти у отца на поводу. Ничего хорошего из этого не выйдет.

— И нечего устраивать скандал посреди коридора! — строго обращаюсь к нему.

Это моя территория! Я заставлю его подчиняться! Или вызову охрану и мужчину выволокут из офиса взашей.

Никому не позволю разрушить то, что я создал. Командный дух в офисе и спокойную атмосферу в том числе!

У меня отличные сотрудники. Мы вместе прошли огонь и воду! Я никого из них не могу потерять!

— Пойдем в мой кабинет, поговорим, — приглашаю отца.

Он продолжает злиться. Все так и жаждет прилюдно закатить скандал. Я не поддамся!

— В конце концов, мы оба цивилизованные люди, — говорю совершенно спокойно.

— Ты в этом настолько уверен? — ухмыляется он.

Точно! Явился с приветом от брата. Других вариантов попросту нет.

— Я уверен в себе, — не поддаюсь на провокацию. — Думал, что и ты тоже такой. Ведь я твой кровный сын, — намеренно бью его под дых. Нечего на меня наезжать! Я тоже умею показывать зубы.

Мы проходим в сторону кабинета. Отец идёт следом и молчит. Надо же! Неужели согласился со мной, что прилюдно не стоит выяснять отношения?

— Два кофе. Мне с молоком, — говорю секретарше. — Отцу американо.

— Сахар?

— Нет.

Разговор с отцом прошел не так, как я планировал. Вместо противостояния и открытой вражды старый хрыч решил зайти с противоположной стороны. Он начал делать мне комплименты.

На протяжении двух часов пришлось выслушивать то, о чем сам знал уже давно.

Оказывается, я хороший сын и отличный управленец. Умею наладить работу в команде и распознать перспективный проект. Могу видеть суть, а не внешнюю мишуру.

Дэниелю ничего из всего вышеперечисленного не подвластно. Увы и ах

Спасибо, отец, мне обо всем этом прекрасно известно! Рад, что ты теперь тоже в курсе!

Наконец-то свершилось! Не прошло и года, как говорится. В нашем случае практически двадцати лет.

Но время вспять не повернуть, ошибок не исправить, отношений между нами уже не изменить.

Я не вернусь.

Тебе жаль? Скорее всего. Мне ни капли! Я впервые в жизни начинаю свободно дышать.

У меня теперь индивидуальный проект. Тот, где я сам принимаю решения и здесь мне никто не указ!

А со своим разваливающимся, как карточный домик, бизнесом можешь делать, что хочешь! Например, мне по дешёвке продать.

Я предупреждал, что Дэн не справится с фирмой. Что за короткое время сумеет наворотить таких дел, потом несколько лет придется разгребать!

Но разве меня кто слушал?..

Смотри на результат, отец. Наслаждайся! Меня не пытайся вернуть. Мне без всех вас хорошо!

Настенька ждёт дома, скоро у нас с ней родится сын. Которого мы воспитает порядочным человеком! Приучим его с детства отвечать за свои поступки, нести ответственность и быть сильным. Потому что без этого никуда.

— Отец, как продвигаются дела со свадьбой Дэниеля и Софии? — завуалированно спрашиваю, когда же будет мой развод. Как ни стараются мои юристы во главе с Романом Романовичем, ускорить сей процесс не получается.

Гречихин не так прост, как могло показаться. Но мужик слово сдержит, у него банально нет выбора. Иначе видео, где его дочь употребляет наркотики, а затем начинается сексом с братом собственного мужа, попадет в сеть.

И как ее трахают двое. И как она каждому из этих двоих поочередно делает минет. Я когда все это увидел, то едва не разнёс кабинет! Благо, сдержался!

И теперь это все хранится на моих серверах. А к ним никому помимо меня и пары проверенных айтишников не подобраться.

Никто даже не знает, где они расположены территориально! Бинго!

Как хорошо, что у нас с Софией секс был лишь несколько раз и то в самом начале! В течение первой недели после свадьбы.

Потом я ушел с головой в работу, а она… Жёнушка развлекалась, как могла.

В сотый раз радуюсь тому, что занимаюсь сексом исключительно в презервативе. Хрен знает, что я мог бы от нее подцепить!

Шикарный букет. Потратить множество бабла и времени на лечение. Ну нах! Только презерватив! И никак иначе!

Только вот моя сладкая птичка исключение. С Настенькой в резинке нельзя. Весь кайф нам обоим испорчу.

Пока я вкалывал на работе, а обманутая моим братом девушка, которую я полюбил, пыталась выбраться из сложной ситуации, Дэниель и София отжигали. Ну так пусть и делают это дальше! Мне срать на них!

— Габриель, компания нуждается в тебе! Как ты этого не понимаешь?! — вскипает отец. Он уже молчит о желанном внуке, ни слова не произносит про брата. Теперь ему нужен я.

— Безмерно рад. Ничем помочь не могу, — отвечаю спокойно.

— Это твое наследие, сосунок мелкий! — не в силах сдержаться начинает орать на меня. Не потерплю!

— Моё наследие, говоришь? — поднимаюсь со стула, облокачиваюсь на стол руками. — Моё наследие — это МОИ дети, МОЯ семья и фирма, которую Я построил С НУЛЯ! Вот это мое наследие! А то, что ты мне втираешь — твое! И мне глубоко начхать, что ты его просрал!

Отец молчит. Кажется, он потерял дар речи.

Старик молча поднимается с кресла, машет на меня рукой, разворачивается и уходит.

Я выдыхаю. Сажусь на свое место назад.

— Принеси, пожалуйста, что-то от сердца, — прошу секретаря. В грудине болит, дышать становится трудно.

Ослабляю галстук, расстегиваю верхнюю пуговицу на рубашке, настежь распахиваю окно.

Воздуха мало, перед глазами все расплывается.

— Габриель Вахтангович, возьмите, — протягивает мне лекарство, выписанное врачом на подобные случаи. После первого приступа, у секретаря в сейфе теперь всегда оно лежит.

Мы тогда купили в аптеке специально в индивидуальных упаковках, с длительным сроком годности. Чтобы в нужное время оно всегда оказалось под рукой.

— Что-то вы слишком бледный, — произносит с тревогой. Я с трудом фокусирую на ней взгляд.

— Прям так и слишком? — едва ухмыляюсь.

— Габриель Вахтангович! — строго.

Она такая смешная, когда пытается меня строжить! Напоминает находившегося воробья.

— Садитесь в кресло! Я вам сейчас померяю давление!

Моя секретарь свою карьеру начинала в больнице. Она проработала там медсестрой несколько лет, затем решила, что за ночные смены и постоянный стресс можно получать более приличные деньги. Увидела объявление, пришла ко мне.

Помню, как был удивлен. Девчонка-медик, а собирается работать секретарем! Но она меня живо заверила, что раз смогла справиться с работой в отделении интенсивной терапии, то и сумеет разобраться с обязанностями и здесь.

Убедила. Я согласился. И с тех пор ни разу не пожалел.

— Так! — смотрит строго. Хмурится. — Вызываю "скорую"! И это не обсуждается! — убирает тонометр назад в чехол. — Судя по всему, у вас гипертонический криз. Вам нужно в больницу! И лечиться под строгим наблюдением врачей!

Гипертонический криз? Что за фигня? У меня всего лишь ноет в грудине. Ну голова кругом, болит. Ну нечем дышать.

Говорит ерунду какую-то! Я просто переволновался после встречи с отцом да и все!

Нужно немного отдохнуть, станет легче. Это стресс. Так бывает.

— Не нужно никаких медиков! — отмахиваюсь от девчонки.

Отдышка шарашит, словно я без остановки поднялся на двадцатый этаж.

— Сейчас полежу немного и все пройдет! — отрезаю упрямо.

— Конечно, пройдет! — говорит секретарь. — На том свете ни у кого ничего не болит! — смотрит на меня сурово.

Никогда ещё не видел столько волнения в ее глазах. Девушка встревожена не на шутку. Она то и дело поглядывает на часы, следит за моим состоянием.

— Живо ложитесь на диван! — обращается ко мне безапелляционно.

Вот, блин, раскомандовалась!

Хочу возразить, только сил у меня нет. Они стремительно исчезают.

Воздуха бы глотнуть… Свежего… Полной грудью…

— Стас! Игорь! Кто-нибудь помогите! — зовёт охранников, которые сидят у входной группы.

Парни прилетают в ту же минуту. Им хватает пары секунд, чтобы понять, явно случилось нечто не то. Мне никогда прежде не становилось плохо на работе.

Перекладывают меня на диван. Девушка выбегает из кабинета, оставляет открытой дверь. Сквозь вату в ушах слышу как она вызывает бригаду "Скорой помощи". Хочу сказать, чтобы не наводила панику исл мной все хорошо, но банально нет сил даже повернуть языком.

Сознание меркнет, меня уносит в пучину. Где вокруг только липкая и теплая тьма.

Анастасия

Правду говорят, как день начнешь, так его и проведешь! У меня было поистине прекрасное утро! До сих пор испытываю слабость в ногах и сладкую дрожь в теле.

Габриель открыл для меня невероятный мир! И это было… Было… Не передать словами! Кажется, от счастья меня сейчас разорвет!

Вспоминаю его руки на самых сокровенных местах, жар его тела, вкус огненных поцелуев… Низ живота снова наполняется лавой, воздух становится гуще, желание оказаться в горячих объятиях своего мужчины, сильней.

Машу головой в разные стороны, счастливо улыбаюсь, закрываю ладонями лицо.

Это все невероятно! Я нахожусь словно в сказке! Куда заявился прекрасный принц и разом победил всех врагов!

От переполняющих эмоций хочется прыгать. Не могу усидеть на месте, хоть до сих пор тяжело ходить.

Пять оргазмов подряд! Пять оргазмов! Габриель сегодня был на высоте!

Теперь я окончательно и бесповоротно убедилась, что этот мужчина покорил не только мое сердце, но и тело. Не представляю себя ни с кем другим после него.

После такого сладкого и волшебного утра мне даже не страшен Дэниель!

Я парю на крыльях любви и это прекрасно!

Включаю любимую музыку, кормлю кота, снова иду в душ, потому что после того, что Габриель со мной вытворял все утро, до сих пор дойти туда не смогла.

Ноги ослабли, слегка дрожат. Руки тоже. Но меня распирает от счастья! Глупая улыбка не сходит с лица!

Навожу порядок на кухне, убираю со стола недоеденный завтрак, мою посуду, ставлю вариться бульон. Хочется какого-нибудь легкого супчика.

Хожу по квартире, пританцовываю. Поглаживаю живот, говорю с малышом.

Наш папа будет с нами. Он нас любит! Все хорошо!

Я пьяна без вина. Не могу усидеть на месте!

Габриель попросил к вечеру собрать вещи, обещал устроить какой-то сюрприз. Я согласилась, но с одним условием. В этом сюрпризе никоим образом не появится его брат.

Мой мужчина заверил, что Дэн больше никогда не вмещается в нашу жизнь и ко мне не приблизится на пушечный выстрел. Попросил не переживать и с братом он разберётся сам.

Я поверила. Габриель настоящий мужчина. Кто я такая, чтобы влезать в его дела?

Открываю шкаф, начинаю перебирать свои вещи. Увлекаюсь настолько, что не замечаю сумерек за окном.

Смотрю на часы. Уже восемь. Мой мужчина обещал заехать за мной в семь.

Странно… Габриель до сих пор не приехал…

В груди просыпается тревога, но я живо откидываю ее прочь. Если бы что-то случилось, то мне б сообщили! Наверное в пробке застрял. От его офиса до моего дома ехать далеко, после шести начинается самый час-пик. Километр можно проехать за час! А если впереди ДТП, так это вообще! Вполне реально и три часа на месте простоять!

Но телефон проверить не помешает. Пытаюсь отыскать сотовый среди погрома, но не вижу. Начинаю ненужные вещи убирать назад. Необходимое уже стоит в сумке у входа.

Время девять. Габриеля нет.

Ужин готов, стол накрыт, вещи собраны, кот тоже. В квартире осталось сделать несколько заключительных штрихов и будет полный порядок.

Сижу на стуле, смотрю в окно, запрещаю себе беспокоится. На найденном под грудой вещей сотовом нет ни одного пропущенного от него.

Нервозность усиливается с каждой минутой, настроение стремительно падает вниз.

Убеждаю себя, что Габриель не мог обмануть, что он скоро приедет. Видимо возник форс-мажор и мужчина не смог позвонить.

Но когда стрелка часов подползает к десяти вечера, а мой желудок начинает нещадно урчать, я сдаюсь. Сажусь за стол и принимаюсь кушать.

Аппетита нет, но нам с малышом нужна еда. Ем через силу.

Запечённая индейка кажется безвкусной, булгур пресным, а чай с чабрецом вообще, как вода. К шарлотке я даже не прикоснулась…

Я пекла ее для Габриеля, хотела сделать мужчине сюрприз.

В час ночи окончательно сдаюсь. Набираю знакомый до боли номер, но там меня встречают короткие гудки. Делаю ещё одну попытку. И ещё. Останавливаюсь.

Сотовый выключен. Некогда хорошее настроение камнем покоится на самом дне. Слезы льются из глаз. Гоню прочь горькое разочарование.

Вытираю их тыльной стороной ладони, шмыгаю носом, иду в постель.

Ложусь на кровать, а она вся пропала моим Габриелем… Безысходность и безнадежность разрывают меня изнутри.

Подскакиваю, с остервенением снимаю постельное белье. В ход идёт все! Простынь, наволочки, пододеяльник! Даже флисовый плед и тот оказался запихан в барабан стиральной машинки!

Наливаю жидкое средство, выставляю нужную программу, запускаю стирку. Вот так! Чем меньше напоминаний, тем лучше!

Но почему же так плохо-то мне?.. Сердце в клочья.

Подхожу к зеркалу, смотрю на себя. Огромные уставшие глаза, затравленный взгляд, опущенные уголки губ… Мда. Вид не важный.

Заставляю себя улыбнуться, смахиваю с ресниц остатки солёной влаги, отправляюсь на свежезастеленную постель.

Просыпаюсь я от стука в дверь. На часах восемь утра.

Габриель! Это он! Он приехал!

Подскакиваю с кровати, накидываю халат и спешу в коридор. Не глядя в дверной глазок открываю замок, распахиваю дверь и застываю, не представляя что нужно сказать.

С порога не скрывая своей злости на меня смотрит холеная стройная женщина.

— Здравствуйте, — говорю осторожно. — Вы к кому?

— Оставь моего мужа в покое! — лицо некогда красивой брюнетки перекошено от гнева.

— Девушка, мне чужой муж не нужен. У меня свой есть, — равнодушно пожимаю плечами.

Пфф! Зачем мне чей-то мужчина, когда у меня есть Габриель? Не понимаю…

— Этот? — показывает фото на телефоне. Там мой Габриель и брюнетка в свадебном платье держась за руки стоят у алтаря.

Я в резко бледнею, воздуха становится мало. На лице молодой женщины ликует победа.

— Так ты не знаешь?! — смотрит на меня, а у самой глаза лихорадочно блестят. — Габриель мой муж! И у нас совсем скоро будет малыш! — кладет руки на плоский живот, а у меня все внутри холодеет.

Ведь я сама беременна от него…

Прокручиваю в голове слова незванной гостьи и не знаю, что и думать на этот счёт.

Бред какой-то.

Битый час сижу на кровати, в голове полнейший сумбур. Мысли разбегаются в разные стороны. Да и что тут скажешь…

Габриель женат?.. И как давно? Ведь когда я у него жила и словом никто не обмолвился о другой женщине. Там Марина была… Которую они с Дэниелем… вместе…

Фу, блин! Снова перед глазами всплывает случайно увиденная мною картина. Как Габриель и Дэниель с Мариной… Беее!

Трясу головой, выбрасываю прочь дурные воспоминания. Они слишком болезненны для меня сейчас.

В ту ночь я потеряла подругу. Нажила себе врага в лице Дэна. И на утро была вынуждена уйти от своего любимого мужчины.

Знала бы я, что дурацкую записку и чемодан подстроил Дэниель!..

Если бы у него тогда была супруга, то явно кто-то, да проговорился! Хоть тот же самый Дэн! Он же так жаждал меня унизить и растоптать!

Что уж скрывать… До сих пор жаждет!

Брату Габриеля палец в рот не клади, а руки веревками пристегивай! Он тот ещё… Гавнюк!

Почему же Габриель мне не сказал? Наверное знал, что я тогда его точно не приму. Мало того, что у нас с ним в прошлом были довольно сложные отношения, а те, что появились сейчас, висели на волоске. Так ещё и наличие жены в любом случае поставило бы на них жирную точку.

Он прекрасно понимал, что роль любовницы не для меня. Я банально не соглашусь на это!

Неужели все это правда и эта холеная женщина не наврала?!! У Габриеля есть жена. И она ждёт ребенка!

Судя по отсутствующему животу, у нее ещё маленький срок. А значит, самый опасный. Когда должен быть полный половой покой.

И тут меня осеняет. Вот оно что!.. Меня использовали как секс-игрушку!

Снова.

Опускаю голову ниже, обхватываю руками, из глаз градом летят соленые слезы. Никак не могу сообразить, как же быть дальше. Мне так плохо, что просто кошмар!

Рыжий кот словно чувствует состояние своей хозяйки. Ластится ко моим ногам, мурлычит, требует ласки. Он истосковался за долгое время нахождения меня в больнице.

А я пытаюсь собрать разбитое сердце по кускам. Верить в чудовищную правду не желаю!

— Рыжик, он же не мог нас так жестоко обмануть? — обращаюсь к коту, словно тот может мне что-то ответить.

— Мяу! — заявляет с умным видом зеленоглазое пушистое создание и, покрутившись у моих ног, направляется в сторону кухни.

Идёт вальяжной походкой, попой виляет, хвост трубой. Хозяин по жизни! В этой квартире я гость.

Встаёт у порога, оборачивается, немигая смотрит на меня. Ждёт.

Закатываю глаза. Кто о чем, а ему лишь бы поесть!

— Иду, — говорю обреченно. Он не отстанет пока не поест. — Война войной, а обед по расписанию. Да?

Поднимаюсь с кровати, кладу руку на живот. Что-то он у меня разболелся. Пожалуй, дам корма коту и пойду полежу.

Но моим планам сбыться не суждено. В голове по-прежнему кручу слова незванной гостьи. Она слишком уверенно заявляла, что Габриель ее муж.

Нужно проверить.

Пока пушистое создание с жадностью поглощает мягкий корм, достаю ноутбук, подключаюсь к сети и начинаю искать информацию.

Габриель публичная личность! Его свадьбу не могли утаить!

Не могли…

Смотрю на фотографию из ЗАГСА, там стоит мой любимый мужчина с той самой женщиной, что недавно пришла. Она счастливо улыбается, он хмур. Но плохое настроение мужчины на фото, не отменяет чудовищного факта. Габриель женат.

Смахиваю с ресниц соленые слезы, глушу страдания глубоко внутри. У меня больше нет слов, мне слишком больно. Сердце пульсирует, оно истекает кровью.

— Малыш, потерпи немного, — обращаюсь к своему ребенку. — Сейчас мама возьмёт себя в руки и все будет хорошо.

Он чувствует мое состояние и тоже начинает волноваться. Толкается, вертится, причиняет мне дискомфорт.

Но как бы я ни просила, маленький человечек не унимается, мне становится хуже с каждой минутой. Эмоции не сдержать.

Захлопываю крышку ноутбука, иду к раковине, набираю стакан воды. Перед глазами все расплывается от непролитых слез, но я твердо решила не плакать! Наливаю воды, выпиваю за раз. Глушу слезы.

Габриель поступил крайне низко! Он не заслуживает моих страданий!

— Маленький мой, мамочка тебя очень любит, — говорю пузожителю, на душе становится светлее.

Ребенок не виноват, что его отец оказался лжецом. Он не виноват, что я вновь осталась одна. Что я слишком доверчива и наивна.

Но как ни крути, через трудности мы будем проходить с ним вместе. И мы их преодолеем! У нас с ним все будет хорошо!

Мой маленький рыцарь. Мой богатырь! Мой любимый сыночек!

Почему-то я уверена в том, что будет сын.

Достаю из морозилки фисташковое мороженное, обильно тру на него молочный шоколад. Хорошо, что пара плиток всегда лежит дома. Сейчас наемся и будет мне счастье!

Жаль, молоко закончилось, какао не сварить. Придется запивать ромашковым чаем, лечить больное горло нет никакого желания.

Залезу на кровать под пушистый плед, затащу мурлыкающего кота, включу свой любимый сериал и отпущу свои проблемы. Пусть уносятся прочь! Они не нужны!

Не могу! Не могу больше переживать! И страдать не могу! Сил моих больше нет!

Постараюсь переключиться.

Все глубже и глубже попадаю в фантастический мир, где Елена Гилберт пытается выжить, а прекрасные Стефан и Дэймон раз за разом ее спасают. Мысли о Габриеле уходят прочь, на их место приходят эмоции от просмотра любимого сериала. Волнение за героев перекрывает душевные страдания, терзания отступают перед захватывающим сюжетом. Я не замечаю, как проходит весь день.

Мороженное давно съедено, чай выпит, даже заказанная на дом пицца и та уже закончилась!

Смотрю за окно, там глубокая ночь. Надо бы поспать…

Но вместо сна я включаю новую серию и продолжаю смотреть в монитор. Не замечаю, как закрываются глаза, как меня уносит в сладостные объятия Морфея. Проваливаюсь в долгожданную темноту, где только счастье и яркие приключения.

Настойчивое жужжание сотового не даёт нормально поспать. Я так не хочу просыпаться!

Но телефон надрывается! Он не замолкает ни на секунду!

Не открывая глаз шарю по кровати рукой, где-то здесь лежит эта жужжащая зараза.

Нахожу, не глядя провожу пальцем по экрану, подношу к уху.

— Алло, — говорю в трубку хриплым от сна голосом.

— Настенька, привет! — на другом конце слышен слабый голос Габриеля. Я тут же подскакиваю, широко открываю глаза.

— Как ты мог так меня обмануть?! — кидаю с нескрываемой злостью в трубку. — Не звони сюда! Меня для тебя больше не существует!

Не даю ему сказать ни слова. Не собираюсь слушать очередную ложь!

Нажимаю на красную кнопку, отключаю звук, в сердцах швыряю телефон в сторону!

Габриель

Прихожу в себя уже в отделении реанимации. Здесь больные лежат по отдельным боксам, между нами стеклянные перегородки, камеры на потолке.

Медицинский пост находится буквально напротив двери в мой бокс. Сначала думаю позвать кого-то, потом решаю немного подождать. Нужно воссоздать в памяти последние события.

Но в голове вместо воспоминаний сплошная каша.

Конечно, я помню абсолютно все, что со мной произошло! Даже обрывки того, как меня приводили в чувства в офисе и как везли на "Скорой" с "мигалками". Серьезные голоса врачей и взволнованные моей помощницы и водителя.

Мне кажется, что я слышал отца… Но эту мысль гоню прочь! У меня больше нет родни!

Вся моя семья — это Настя!

Которой никто не сообщит, что я нахожусь в больнице. Которая будет ждать меня. Которая подумает, что я снова ее обманул.

Что я добился близости с ней, воспользовался и снова исчез.

Бля… Мне срочно нужно позвонить!!!

Настенька слишком мнительна и не уверена в себе, в моих чувствах, в наших отношениях…

Страшно подумать, какие мысли способны закрасться в прелестную головку моей сладкой птички!

Не выдерживаю. Нажимаю на кнопку вызова персонала.

От волнения снова подскакивает пульс. Слева над ухом начинает звучать убийственный сигнал. Видимо, что-то идёт не как надо.

Писк мониторов до ужаса раздражает, периодически сжимающийся обод на руке тоже. На все мои требования снять тонометр, медработники лишь разводят руками.

Указательный палец затек от прищепки, которая изменяет уровень кислорода в крови. Я уже просто не могу лежать!

Капельница ещё эта дурацкая… Бесит! Неужели меня нельзя оставить в покое?!!

Приподнимаюсь на локтях, хочу если уж не встать, то хотя бы сесть. Но мне и этого не позволяют!

— Габриель Вахтангович! — в ту же секунду подлетает медсестра. — У вас исключительно постельный режим! Никакой физической нагрузки! — строгим голосом обращается ко мне. Ее тон не терпит возражений, однако меня это не останавливает.

— Я чувствую себя вполне нормально. Я не калека, чтобы лежать! — рычу на неё. Снимаю с себя надоевшую до невозможности серую прищепку.

— Оденьте немедленно! — вспыхивает девушка. — Я вам сейчас успокоительное вколю! — принимается угрожать. — Вызову санитаров и привяжу к кровати, как буйного!

Она говорит с таким остервенением, что я понимаю, ведь сделает. И тогда снова попаду в забытье. Снова буду валяться как овощ и тупым взглядом смотреть в потолок.

Ну уж нет! Спасибо, но подобного счастья мне не нужно!

Приходится подчиниться.

Возвращаюсь в лежачее положение, снова становится трудно дышать. Одышка, чтоб ее!

Видимо, я себя загнал. Раз уж даже посидеть пять минут не в состоянии! О чем вообще может идти речь?!

— Дайте мне телефон, пожалуйста, — прошу упрямую девушку. Мне нужно позвонить. Насте. Она, наверное, места себе не находит! Птичка совсем потеряла меня.

— Вы в реанимации! Какие телефоны?! — вспыхивает.

— Но мне нужно позвонить! — рычу на неё. Получаю лишь строгий взгляд в ответ. Видимо, с грозным голосом вышло не очень.

— Габриель Вахтангович, вот то, что вам действительно нужно, так это поправиться! — смотрит мне прямо в глаза, словно убеждает. — Остальное подождёт!

Молчу. Внутри все кипит от злости и негодования. Какого хрена?!! Я генеральный директор, собственник бизнеса, влиятельный и могущественный человек! И не могу сделать даже один гребанный звонок из долбанной реанимации?!!

Что за херня происходит вообще?!!

— Мне. Нужно. Позвонить! — требую.

— Поймите же вы! — говорит уже более спокойно, но все так же эмоционально, активно разводит руками. — Мы едва смогли стабилизировать ваше состояние. У вас слабое сердце! Дайте нам хотя бы закрепить полученный результат! — вспыхивает.

Вижу по девушке, что со мной всё не так радужно, как думалось. Неужели и правда, я так сильно попал?..

— Насколько все серьезно? — решаю уточнить у нее.

— Очень, — тут же отвечает. Мда…

— Но я же здоровый молодой мужик! — не понимаю…

— Который перестал беречь себя и заработал проблемы с сердцем, — парирует будничным тоном. — У нас такие появляются пару раз в неделю. Сильные и стойкие. Потом еле успеваем с того света вытащить!

Девушка проверяет показатели на мониторах, что-то записывает в специальный блокнот, устанавливает скорость на капельнице. Что-то вводит к нее.

У меня в голове тут же становится мутно.

— Что это? — упрашиваю, начинаю бороться с сонливостью.

— Лекарство, — произносит по-прежнему строго. — Вам нужно поспать.

Лежать и не иметь возможности двигаться просто невыносимо! Это худшее, что могло со мной произойти!

Я не в состоянии сесть. Встать. Походить по палате! Медсестры крайне строго за этим следят.

Спасибо, что больше не дают успокоительное! Так хоть могу находиться в здравом уме.

Я потерял счёт времени, не понимаю сколько дней уже здесь провел. Единственное, что могу отличить, так это время суток. Темно ночью и светло днём. Здесь не закрывают на ночь окна, поэтому утром всегда светло.

Лежу. Смотрю в белый потолок. Так и хочется плюнуть в него!

Но вместо этого раз за разом веду взглядом по замысловатому узору из микроскопических трещин, пытаюсь унять беспокойство, царящее в центре груди.

Внутри все аж зудит. Прошли уже сутки, а я Насте так и не позвонил.

Маленькая моя птичка… Сидит, переживает. Думает, куда я пропал.

Мне нужен гребанный телефон! Всего лишь пара звонков! Две минуты! А эти медсестры…

Зла на них нет!

— Как вы себя чувствуете? — в бокс заходит невысокого роста мужчина. На вид ему лет сорок, в очках.

Смотрит на показатели мониторов, сверяет с данными записанными в блокноте. На лице профессиональная маска. Ничего не прочитать!

— Габриель Вахтангович, вы молодец. Ваше состояние улучшается, — обращается с улыбкой ко мне. — Если все так пойдет и дальше, то завтра мы переведем вас в палату.

— Отлично! Я именно этого и жду! — не скрываю своей радости.

Наконец-то меня выпустят из заточения!

А в палате… Там смогу с Настенькой не только поговорить, но и увидеться! Только вот прежде всего я обязан обеспечить безопасность. Даже перевезти на свою квартиру смогу! Там ее точно никто никогда не найдет!

Если отец узнает, что Настя беременна…

У меня мороз пробегает по позвоночнику. Нужно срочно выбираться отсюда!

— Тогда лежите, отдыхайте и набирайтесь сил, — говорит врач, собирается покинуть мой бокс.

— Я должен сделать несколько важных звонков, — заявляю ему. Упрямо сжимаю кулаки. — Сегодня!

Он должен понять, что такие люди, как я, не могут валяться без связи!

Мне нужен доступ к сотовому!

Врач смотрит на меня, затем на мониторы, возвращает свое внимание мне.

— Ладно, — произносит настороженно. — Но учтите! Никакого волнения! Мы еле с того света вас вытащили!

— Я согласен! — киваю. — Волноваться не буду!

— Эх, — машет рукой, выходит из бокса. — Машенька, принеси Артаманову его сотовый. Он в отделении в сейфе лежит, — говорит невысокой миниатюрной медсестре.

— Хорошо, — кивает девушка. Но вместо выхода из реанимации идёт в другую сторону.

Так и хочется крикнуть: "Куда?!". Но я молча слежу за ней глазами.

Скоро принесут сотовый и я уже, наконец, смогу поговорить с Настенькой. Успокоить ее.

Едва успеваю дождаться возвращения медсестры. Нетерпение просто зашкаливает! Я словно юнец, который впервые влюблен!

— Доктор просит вам передать, — даёт мне в руки заветный предмет. — Только есть некоторые условия. Во-первых, помните, что вам нельзя волноваться. Во-вторых, это реанимация и вы должны понимать, что телефон здесь запрещен. Так что звоните, но тихо. Ведите себя так, чтобы не привлекать внимания.

— Я вас понял, — отвечаю девушке, сжимаю в ладони сотовый. Его наличие приятно греет душу.

Дожидаюсь, чтобы медсестра ушла. Включаю телефон, жду окончания загрузки и сразу же звоню Насте.

— Алло, — в динамике звучит ее сонный голос. Он действует на меня лучше всяких лекарств.

— Настенька, привет, — выдыхаю. Я так много хочу сказать ей сейчас!

Что безмерно ее люблю! Что переживаю за нее! Что скучаю! А ещё… Что как только разведусь с нелюбимой женой непременно на ней женюсь!

Что хочу купить нам прекрасный дом в отличном районе, где мы будем жить и растить наших детей.

Что я пересмотрел взгляды на множество вещей! Что понял! Жизнь одна! Она бесценна и нужно её проводить с дорогими сердцу людьми.

За время, проведенное в реанимации, у меня была возможность подумать. Проанализировать. Под разными углами рассмотреть свою жизнь.

И я этим воспользовался.

Теперь я чётко знаю, чего именно хочу добиться и что нужно ставить превыше всего.

— Как ты мог так меня обмануть?! — раздается полный боли и злости голос. — Не звони сюда! Меня для тебя больше не существует! — следом идут короткие гудки.

Она даже слушать меня не захотела! Напридумывала себе ерунды!

Маленькая мнительная… птичка! Ну, Настенька! Ну, держись!

Смотрю по сторонам, слежу за медперсоналом. Пока все спокойно и я их внимания не привлек.

Набираю второй номер. Жду.

— Габриель Вахтангович! Как же я рад, что вы позвонили! — мой водитель и по совместительству телохранитель не скрывает своих чувств.

— Привет. Со мной все в полном порядке! — нагло вру. Да и срать! Не собираюсь никому рассказывать о своем здоровья! — У меня к тебе дело.

— Какое? — тут же отзывается. Становится собранным и серьезным. Вот именно за это я его и ценю! В любой ситуации моментально реагирует и выручает.

Объясняю свою задумку, рассказываю о возможных подводных камнях, отдельно акцентирую внимание на опасности со стороны моих родных.

Настя сейчас под угрозой. Ее нужно перевести в безопасное место. Сделать для девушки все, чтобы она смогла спокойно выносить ребенка, а после, родить.

Это в приоритете.

Дал четкий приказ. Как бы ни брыкалась и ни рыпалась, перевезти на мою новую квартиру. Там пусть заказывает все, что пожелает. Я оплачу.

С остальным разберусь позже. Выяснять отношения по телефону, последнее дело. Только разрушается в пух и прах.

Восстановлюсь хоть немного. Уговоры врачей. Приеду к ней. Вот тогда и поговорим!

А сейчас… Мне нельзя волноваться. Как бы ни хотелось, придется соблюдать рекомендации врачей.

С сердцем не шутят. Я ещё слишком молод, у меня половина жизни впереди! И я собираюсь провести ее здесь! Не готов раньше времени оказаться на том свете.

Поэтому как бы ни хотелось услышать нежный голос своей любимой птички, придется потерпеть.

Не глядя на экран, отключаю мобильник. Пока он мне не нужен. Водителю завтра позвоню.

Анастасия

Последнюю неделю я нахожусь в каком-то вакууме. Меня не выпускают на улицу без охраны. Я даже в магазин одна сходить не могу!

Не понимаю, что происходит…

И где Габриель не говорят…

Спустя пару часов после нашего с ним разговора ко мне в квартиру приехали три бугая, забрали вещи, посадили меня в машину, привезли в элитные аппартаменты и заявили, что впредь я буду здесь жить. Под их присмотром!

Все. Больше никто ни слова мне не объяснил!

Хорошо хоть, что Рыжика схватить с собой успела. А то сидел бы один в старой квартире, голодал.

И вот теперь я нахожусь под неустанным наблюдением мужчин, один внешний вид которых вызывает панику и шок. Они помогают донести сумки из магазина, открывают двери, везде возят, расплачиваются абсолютно за все.

Оберегают.

Я делаю всё, чтобы наш с Габриелем малыш был здоровым. Хожу на прогулки, правильно питаюсь, стараюсь не волноваться.

Последнее выходит особенно тяжело.

Не думать о том, что у любимого мужчины есть законная супруга не получается. Выходит, я просто любовница, которая беременна от чужого мужа. Мерзкое чувство и от него не сбежать.

Но прежде, чем принимать решение, я должна поговорить с Габриелем! У него всегда и на все есть объяснение. И когда немного улеглись мои первые эмоции, я это поняла.

Однажды я чуть не лишилась любимого мужчины из-за собственной дурости! Поверила тому, что вижу, не спросила его. И в итоге все оказалось совершенно иначе.

Не так, как представлялось.

Так, может, сейчас происходит то же самое?! Может он лишь на бумаге женат? Фиктивно. В кругах, которых он витает это вполне возможно и логично.

Ни разу никто не упомянул ни ее, ни предстоящую свадьбу! А ведь я пробыла в том доме достаточное время.

Но ведь жена Габриеля утверждает, что ждёт ребенка! Только кто сказал, что от него?..

Странная ситуация. Неприятная. Мерзкая. Но я твердо решила, что прежде чем пороть горячку, поговорю с будущим отцом своего малыша. Он взрослый мужчина. Пусть все объяснит!

Но неделя прошла, началась другая. Новостей от Габриеля по-прежнему нет. Как и его самого. Тревожно…

На все мои вопросы окружающие лишь пожимают плечами. Сопровождающие везде и всюду бугаи, те и вовсе молчат.

Татьяна Михайловна, которая с недавних пор тоже поселилась в апартаментах, ничего не говорит. Переводит тему, делает вид, что не слышит вопроса. Игнорирует, когда я интересуюсь о Габриеле.

Я не знаю что думать! Все мысли уже перебрала! Но никакого логичного объяснения происходящему так и не нашла.

Моя богатая фантазия подкидывает идеи одна хлеще другой! Если написать сценарий, то выйдет отличный остросюжетный фильм! Но я же знаю, что все прозаичнее. Проще.

Одного не пойму. Ну почему же все вокруг меня молчат?!

Сотовый Габриеля постоянно выключен. Сколько раз ни пыталась ему дозвониться, так и не смогла. Тревога с каждым днём нарастает.

— Татьяна Михайловна, вы же знаете что с Габриелем! — буквально молю женщину. — Расскажите, пожалуйста!

— Настенька, с ним все в полном порядке, — нежно улыбается мне. — Скоро вернётся. Ты лучше поешь, — достает из духовки запечённое мясо и овощи, выкладывает на тарелку, протягивает мне.

— Спасибо, — благодарю. Смотрю на еду, желудок урчит.

Силой воли отодвигаю ароматное блюдо в сторону.

— Мне нужно знать! Где он? Что с ним? — смотрю на домработницу, пытаюсь понять. — Я переживаю!

Теперь больше сил нет! Я сгораю от неизвестности!

Ведь что-то случилось! Плохое! Он где-то там! А я здесь! Одна…

— Милая, тебе вредно волноваться, — садится напротив, наливает ромашковый чай. — Подумай о ребенке.

— О нем я и думаю! — взрываюсь. — Ему нужен отец! А где я ему возьму, если Габриеля от меня прячут?! — кидаю в сердцах.

— Никто меня не прячет, — за спиной раздается до боли знакомый голос. — И у нашего малыша будут и папа, и мама. Я тебе обещаю!

Оборачиваюсь.

— Габриель…

Срываюсь со стула, бегу к любимому мужчине и, забывая обо всем на свете, кидаюсь в его объятия.

Плевать на разлуку! На глупые мысли! На предрассудки!

Габриель здесь! Вернулся! И моих чувств к мужчине не изменить!

Останавливаюсь в паре сантиметров от него. На меня нападает нерешительность. Становится страшно…

А что, если оттолкнет? Если та женщина и Дэниель были правы и я ему не нужна?..

Но ласковая улыбка любимого мужчины перечёркивает все мои неприятные мысли. Нежность во взгляде топит сковавший сердце лёд.

— Иди ко мне, маленькая, — говорит. И от его голоса у меня внутри всё переворачивается.

Он раскрывает свои объятия, я делаю шаг вперёд.

— Ты вернулся! — произношу на выдохе, закрываю глаза, растворяюсь в его тепле, в его запахе.

Трогаю его, унимаю бушующую панику. Все хорошо! Он здесь! Он рядом!

Габриель крепко прижимает меня к себе. Держит, словно я самое дорогое на свете сокровище. На моих глазах выступают слезы счастья.

— Вернулся, — шепчет, гладит меня по спине, по волосам. Тоже дышит мной и, как и я им, не может надышаться.

От него пахнет чем-то чужим, но до боли знакомым. И им самим.

Самый невероятный запах на свете! Придираюсь к мужчине сильней.

Обнимаю его, трогаю, щупаю, никак не могу поверить, что Габриель наконец-то вернулся!

— Где ты был? — через силу заставляю себя отстраниться, заглядываю ему в глаза. Там плещется вселенская усталость.

— Птичка, давай об этом поговорим чуть позже? — спрашивает с печальным выражением на лице.

Сначала хочу возразить, но потом по тону и голосу понимаю, что не стоит. От разговора все равно не уйти и он будет не из лёгких, поэтому решаю дать нам возможность сначала просто насладиться друг другом.

— Хорошо, — поднимаюсь на носочки, хочу поцеловать его в щеку, но Габриель поворачивает голову и мы встречаемся губами.

Лёгкий, практически невесомый поцелуй будоражит моё сердце. Хочется прямо сейчас утащить мужчину в спальню и отдаться под его власть.

Быть распластанной под ним. Сгорать от страсти. Стонать, выгибаться, чувствовать Габриеля в себе.

Раствориться в нем. В нашей любви.

По азартному блеску в глазах мужчины понимаю, что он думает о том же самом.

— Потерпи немного, — шепчет на ухо. Счастливо улыбаюсь.

Габриель дома. С ним все в порядке. А значит, у нас тоже все будет хорошо!

— Сынок, кушать будешь? — ласково интересуется Татьяна Михайловна. Она не скрывает своей радости, глядя на нас.

— Нет, спасибо, — отвечает пожилой женщине. Он всегда говорит с ней в уважительном тоне.

Женщина строго смотрит на него, явно не одобряет отказ от еды. На самом деле, она просто крайне любит всех нас кормить.

— Но чай бы попил, — добавляет миролюбиво. Татьяна Михайловна накрывает на стол.

Пока мы пьем чай, разговариваем на отвлеченные темы, улыбаемся и шутим, я ощущаю царящее напряжение. Пожилая женщина бросает на Габриеля изучающие, встревоженные взгляды, я никак не могу понять, что же произошло.

Татьяна Михайловна всегда с теплотой и нежностью отзывается о своих воспитанниках, но с возвращением Габриеля она стала слишком напряжена. Смотрю на неё, на него, ничего не понимаю.

Что-то случилось и мне не говорят что.

Тревога за сидящего рядом мужчину начинает передаваться и мне.

— Габриель, где ты был? — обращаюсь к любимому, когда мы остаёмся одни.

— Насть, дай сначала в душ сходить, — снова уходит от темы разговора. — Я две недели нормально не мылся.

Щурю глаза, скрещиваю на груди руки. Здесь явно что-то не то!

Ещё раз начинаю пристально рассматривать стоящего передо мной мужчину.

Синяки под глазами, бледность. Габриель сильно похудел, осунулся. Он не похож на того сильного и уверенного в себе человека, каким был всегда.

И запах этот странный… Знакомый до жути… Вспомнить бы чем пахнет…

Ассоциации, ассоциации. Напрягаю память. Ещё раз глубоко и медленно вдыхаю. Анализирую. Напрягаю мозги.

Дезинфицирующие средства! Точно! Ну как я могла сразу все не понять?!!

— Ты был в больнице? — широко распахиваю глаза, смотрю на него в полнейшем шоке.

Габриель не успевает скрыть свою реакцию и я вижу, что все правильно поняла.

Две недели, которые я крыла его чем только можно! Когда ломала голову что с ним и как! Страдала. Гадала. Не знала куда себя деть от безызвестности. Он лежал в… больнице!!

— Почему ты мне не сказал?!! — от волнения начинают дрожать руки.

Как я могла быть настолько глупа? Как не подумала о том, что он мог банально заболеть?!

Как, как… Смотря на Габриеля никогда бы и не подумала, что у него могут быть проблемы со здоровьем. Он сильный. Он властный. Он всегда добивается своего!

Несгибаемый. Непрошибаемый. И тут… Разрыв шаблона! Опять.

— Не хотел тебя волновать, — произносит устало. — Настенька, дай мне возможность помыться, а после мы поговорим.

— Хорошо, — покорно киваю головой. — Тебе принести чистое белье?

За то время, пока мужчина отсутствовал, я неплохо успела изучить что и где лежит в доме. Ведь мне по сути было нельзя выходить на улицу, а других дел не нашлось. Вот я и изучала, чтобы со скуки с ума не сойти.

— Если не сложно, — соглашается. Внутри меня просыпается странное тепло.

Мужчина уходит в ванную комнату, я беру из шкафа необходимые вещи и не долго думая, иду следом за ним.

Открываю дверь, несмело ступаю на теплую плитку. В груди все трепещет от близости с… Ним.

Двигаюсь максимально бесшумно, решаю отбросить все мысли о том, что он женат. После больницы Габриель приехал сюда. Ко мне. Это что-то, да значит!

Он не оставил меня даже тогда, когда сам не мог находиться рядом. Позаботился о безопасности и меня, и нашего малыша.

Гормоны и эмоции не лучшие советчики. Нужно смотреть на поступки, они о многом говорят.

Снимаю с себя домашнюю одежду, нижнее белье. Распускаю волосы.

Внушительных размеров живот сейчас выглядит особенно мило. Поглаживаю его, пытаюсь утихомирить пузожителя. Он тоже радуется возвращению своего папочки.

Выставляет пяточки, возится внутри меня. Пытается всячески привлечь внимание. Я улыбаюсь. Наш шаловливый мальчуган!

Отодвигаю створку душевой, ступаю под теплые струи. Внутри все трепещет.

— Давай я тебе спинку потру, — предлагаю лукаво. Габриель разворачивается ко мне лицом. Блеск в глазах.

Габриель

Моя сладкая девочка стоит передо мной абсолютно обнаженная и я не могу отвести глаз от её прекрасного тела. Сердце переполняют эмоции, испытываемые к ней.

Настя невероятна! Она даже не представляет насколько прекрасна!

Глаз не могу отвести!

Как же сильно скучал…

А фигура у нее изменилась… Стала более женственной, желанной. Как же сильно ее хочу!

Но пока держу себя в руках. Пугать своим напором не стану.

Счастье, что Настя сама пришла ко мне! Что не сбежала.

А ведь к ней приходила моя придурошная жена…

Но моя птичка оказалась умней. В этот раз она не стала совершать необдуманные поступки. Решила поговорить со мной.

И мы обязательно поговорим! Позже!

Но сначала…

Сначала нам будет невероятно хорошо!

Смотрю на Настеньку пламенным взглядом. Я до одури хочу ей обладать!

Грудь увеличилась и стала ещё аппетитней, так и хочется приложиться к ней губами, попробовать на вкус. От округлившегося живота, так вообще крышу сносит!

А от осознания, что там мой сын, я улыбаюсь словно дурак!

Моя сладкая девочка!

— Иди ко мне, — раскрываю объятия. Нахрен мне спинка! Я безумно хочу единения с Настей! Жажду наполнить ее собой!

Слышать горячие стоны, дарить ей наслаждение, закинуть и удерживать на пике удовольствия. Последовать туда вслед за ней.

Член налился, стоит колом. За две недели моего отсутствия сексуальное желание шарашит по мозгам. Я едва контролирую себя. В любую секунду могу сорваться.

Яйца звенят. Колокольный звон, бля! Но пусть первый шаг она сделает сама.

Это важно. Девушка должна научиться мне доверять.

Усталость мгновенно прошла, стоило прийти моей сладкой птичке. Жажда обладания ею перекрывает здравый смысл.

Настенька делает несмелый шаг, не сводит с меня взгляда. Там плещется нежность и неуверенность в себе.

Моя любимая птичка! Ты самая желанная и прекрасная девушка на всем свете!

Обнимаю её, крепко прижимаю к себе, кайфую от близости наших тел. Все просто шикарно!

Настенька рядом. Не отталкивает. Понимает. Я же никак не могу насладиться ей.

Упираюсь своим возбуждением в живот сладкой девочки, даю понять, как сильно ее хочу. Я готов. Я на пределе. Одно неловкое движение и тут же ее возьму.

У Насти глаза округляются. Появляется румянец на щеках. Девушка начинает чаще дышать.

— Соскучился по тебе, — наклоняюсь, шепчу ей прямо в губы, вдыхаю её непередаваемый аромат.

Моя чистая девочка. Светлая. Нежная. Я сделаю все для тебя!

— И мы, — отвечает, едва касается губами меня.

Крышу сносит. Накрываю мягкие губы своими, раздвигаю их, встречаюсь с ее языком. Она мгновенно отзывается. Поддается.

Растворяемся в своих чувствах. Дико возбуждены. Нас несёт.

Мы впиваемся друг в друга в страстном поцелуе. Сплетаемся в едином ритме, ласкаем, изучаем, дарим любовь.

Ловлю томные стоны, глушу их в глубоком поцелуе, пью свою девочку и никак не могу ей насытиться.

Провожу руками по ее обнаженной спине, опускаю на ягодицы, сжимаю их, прижимаю к себе.

— Хочу тебя, — отрываюсь от желанных губ. Настя запрокидывает голову наверх, открывается передо мной.

— Так возьми, — произносит, накрывая мой член своей ладошкой. Сжимает его, начинает ласкать.

О, да! Вот так! Хорошая девочка!

Я растворяюсь в чистом кайфе, что испытываю рядом с ней. Двигаю бедрами ей навстречу.

Вот так! И ещё! О, да! Моя девочка!

Ловлю мочку ушка, посасываю, прикусываю, покрываю изящную шею лёгкими поцелуями. Нетерпение зашкаливает. Безумно ее хочу!

— Подожди, — просит девушка, когда я начинаю ее разворачивать к себе спиной. С таким большим животом здесь её можно взять только сзади.

Останавливаюсь. Смотрю на неё. И страстно желаю!

Поднимает на меня свои удивительные глаза. В них плещется азарт. И несмелая просьба.

Я замираю.

Да ну нах?! Неужели мне обломится?..

Изучаю девушку. О, да! Она хочет сделать минет!

Охренеть!

— Можно? — кивает вниз, на стоящий колом член. Смущается.

Я едва сдерживаю ликование, что переполняет душу. Дождался! Теперь нужно ее не спугнуть.

— Ты хочешь сделать мне минет? — лишь сильнее смущаю вопросом. От нетерпения меня разрывает на части.

— Угу, — покрасневши кивает.

— Если что, то я помогу. Хорошо?

Настя встаёт на колени, облизывает свои губки, проходит язычком по моей головке. Охрененно! Я не прячу свой стон.

Девушка смелеет. Медленно вбирает мой член в рот, я задыхаюсь от ощущений, ещё немного и окончательно потеряю контроль.

Сжимаю волосы на затылке, помогаю ей насаживаться на себя. Второй рукой держусь за стену, чтобы не упасть. Чувства зашкаливают.

Фиксирую белокурую голову, делаю несколько выпадов бедрами вперёд. Девушка давится, но я на грани. Я уже не могу остановиться.

Настенька не прекращает свои ласки. Она орудует своим языком, облизывает мой ствол словно это самая вкусная на свете конфета.

О, да! Детка! Давай ещё!

Понимаю, что уже готов кончить. Сперма начинает подступать, член налился, пульсирует. Головку распирает.

Настя ускоряет свой темп.

Посасывает, заглатывает до упора, вылизывает. Ее движения не замедляются ни на миг.

Мне осталось совсем немного. Член подрагивает, он на пределе. Наслаждение раз за разом пробегает по венам. С каждой волной становится только сильней.

Ещё пара толчков и я начинаю кончать.

— Глотай, — едва успеваю сказать, перед тем как излиться в рот своей сладкой птички.

Анастасия

Мы выходим из душа, Габриель расслаблен и совершенно спокоен. Я смотрю на него и внутри все поет.

Но неприятная новость о том, что у любимого мужчины есть жена, не даёт мне покоя. Наверное, зря я вмешиваюсь. Разрушаю их брак.

— Габриель, — зову мужчину. Он стоит напротив окна, смотрит на город. Думает о чем-то. — Нам нужно поговорить, — выдавливаю из себя.

Мне страшно. Но от неприятного разговора не уйти.

— Птичка, иди ко мне, — раскрывает объятия.

Я продолжаю стоять на месте. Мне нельзя приближаться! Иначе мы так ничего и не решим!

— Настенька? — хмурится. Понимает, что что-то не то. — Все в порядке? — спрашивает, сканирует взглядом.

— Не очень, — отвечаю, скрещиваю руки на груди.

Мужчина вздыхает. "И снова она решила устроить истерику" — написано яркими красками на его лице.

А как иначе? Что я могу сделать? Гормоны бушуют. Здравый смысл, до свидания!

Я не могу выдержать ту бурю, что бушует внутри!

— Поделишься? — настороженно задаёт вопрос.

Я медлю. Ссориться с ним совсем не хочу. Габриель только вернулся после двухнедельного отсутствия. Лежал в больнице…

Выяснить для начала, что было с ним, а потом уже предъявлять претензии. Но нет же! Мне голову сносит! Эмоции разрывают!

Мужчина отталкивается от стены, направляется ко мне. Я выставляю руки вперед в защитном жесте, делаю несколько шагов назад.

Меня бьёт крупная дрожь.

— Настенька, сладкая, — от его голоса мурашки по коже. Острая жажда броситься в объятия и разрыдаться сминает меня. — Что случилось? — Габриель делает ещё несколько осторожных шагов ко мне. Я от него.

Мужчина останавливается. Замирает.

— Говори! — требует уже совершенно иным тоном. Шутки кончились, вижу по лицу. Делает ещё один шаг ко мне.

— Ты женат! — всплескивая руками отступаю назад, не позволяю ему коснуться меня. Если он дотронется, то все кончено… Я проиграю. Снова сдамся и подчиняюсь его власти.

— Это ничего не меняет.

Говорит с убийственной ясностью. Медленно приближается ко мне, дыханье спирает.

— Она беременна, слышишь! — шепчу в полном шоке.

— Ты тоже! — недобрая улыбка появляется на лице.

— Это уже не твои проблемы! — пытаюсь противостоять его влиянию, но не выходит. Ноги слабеют, я превращаюсь в растаявший шоколад.

— Ошибаешься, сладкая, — прижимает меня к себе, проводит по моим скулам костяшками, большим пальцем с лёгким нажимом ведёт по моей нижней губе. Приоткрываю рот, не могу ему не поддаться.

— Все, что касается тебя, это мои проблемы! — шепчет в самые губы. — Ты. Моя! Запомни это! — делаю вдох, от его близости мысли разбегаются в разные стороны. — Тебе некуда деваться!

— Но… — продолжаю настаивать на своем.

— Нет никаких но! — заверяет. — Она всего лишь ошибка, на днях нас с ней разведут.

Слушаю его слова и чувствую, что это правда. Слезы страха и горечи непрерывным ручьем начинают литься из глаз.

— Она приходила ко мне, — всхлипываю. — Сказала, что ждёт ребенка.

Габриель ещё крепче прижимает меня к себе, чувствую его ухмылку.

— И поэтому ты не стала со мной разговаривать, когда я тебе позвонил? — спрашивает без тени злости.

— Угу, — киваю, закрываю глаза, растворяюсь в своем мужчине.

Ну что я за дура?! Он любит меня! У нас будет ребенок! Неужели ещё какие-то доказательства нужны?!!

— Настенька, — произносит с убийственной уверенностью в своих словах. Поднимаю на него взгляд, смотрю в карие глаза и не могу насмотреться. — София если и беременна, то от кого угодно на свете кроме как от меня.

Габриель говорит искренне. Я ему верю. И чувствую, что становится безумно стыдно за собственное поведение… За то, что засомневалась в нем.

— Пожалуйста, доверься мне, — просит чуть ли ни с мольбой в голосе. — Я тебя не обижу.

Собирает мои слезы своими губами, покрывает лицо лёгкими поцелуями.

— Я люблю тебя, девочка! Ты и наш будущий малыш самое дорогое, что есть у меня!

Габриель

Прижимаю к груди свою драгоценную девочку. Внутри все распирает от счастья!

Неужели она, наконец, поняла, что значит для меня? Что я ее не предам, не оставлю, не брошу?

Что Настя мне показала совсем иной, светлый мир?

Мир, где не смотрят на деньги. Где ждут тебя дома только потому что ты — это ты.

Не кошелек, не дебетовая карта, не член. А просто человек! По которому скучают. Переживают. Который дорог.

Обалдеть! Как же это все офигенно!

Глажу девушку по спине, перебираю светлые локоны, витаю в своих мыслях и слушаю мирное дыхание. Настенька спит у меня на груди.

Как бы ни хотелось остаться с нею надолго, увидеть как она просыпается, поцеловать, мне не дают в полной мере насладиться близостью с любимой женщиной.

Надрывающийся сотовый на тумбочке тому подтверждение. Кому-то я срочно понадобился! И это именно сейчас!

Твою ж мать! Да заткните уже этот гребанный телефон!

Выкинуть его что ли?..

Шарю по деревянной поверхности рукой, нахожу искомый предмет, смотрю на экран. Ругаться хочется ещё больше. Вот не мог подождать пару часов и потом бы звонил!

Принимаю вызов.

— Роман Романович, что-то срочное? — спрашиваю собеседника до того, как он успевает начать говорить. Я не хочу будить Настю. Если дело терпит, то и Роман подождет.

— Да! — взволнованный голос всегда собранного и хладнокровного адвоката тут же заставляет напрячься. Что-то не то.

— Подожди минуту, — негромко говорю.

Бережно перекладываю спящую Настеньку на подушку, укрываю, стараюсь, как могу, ее не разбудить. Выхожу из комнаты, прикрываю за собой дверь.

Девочка измотала себе все нервы. Пусть отдохнёт. Ей силы нужны, а не пустые волнения.

— Говори, — произношу заходя в свой кабинет.

— В офис нагрянули органы. С обыском.

Два коротких предложения моментально меняют моё настроение. Из расслабленного и благодушного я становлюсь собранным и серьезным. Хочу рвать и метать.

И кто же у нас посчитал, что он бессмертный?..

Сжимаю кулаки, подхожу к окну. По трассе на высокой скорости мчатся автомобили, на тротуаре множество людей. Они снуют туда-сюда. Спешат.

Жизнь — колесо.

— Кто послал? Уже выяснил? — кидаю в трубку, подхожу к письменному столу, включаю ноут.

Как хорошо, что вся основная информация содержится именно на нем! Доступ к архиву и ко всем камерам видеонаблюдения тоже.

И не только в офисе… Я до сих пор без труда могу посмотреть, чем занимается Дэниель в моё отсутствие.

— Либо ваш брат, либо отец, — отвечает мой собеседник.

Как известно…

Артаманов-старший не стал бы этим заниматься. Его методы хоть и жестоки, но не глупы. Он не будет топить того, с кем в последующем пожелает заключить мир.

А он пожелает. Я знаю!

Моя фирма за короткий срок стала весьма популярной и крайне перспективной. Я вложил свои инвестиции в до нельзя выгодный проект.

Отец знает, что в документах у меня комар носа не подточит. Он не настолько глуп, чтобы так банально пытаться меня подставить.

В отличие Дэниеля.

Мой брат жаждет мести. За то, что между ним и Настенькой выбрал ее. За необходимость жениться на Софии. За то, что спрятал беременную от него Милану и наотрез отказался говорить, где она.

За то, что отец отдал предпочтение мне и изначально именно меня поставил во главу семейной корпорации. Не его.

За сломанный нос и сотрясение мозга.

У брата множество причин меня ненавидеть. Он так и не понял одного. Все, что я делал, было для него и его безопасности.

Дэниель никогда не узнает, что отец Миланы едва его не убил. Что его люди пытались пробраться в наш дом. Что за Дэном была установлена слежка. И это не шутки! Я до сих пор улаживаю тот конфликт.

Брат не в курсе моих истинных отношений с Настей. Он не знает, что я ее полюбил. Дэниель банально не знаком с этим невероятным чувством!

А попытавшись изнасиловать беременную от меня девушку, он сам того не подозревая подписал себе приговор.

Куда после сегодняшней выходки с ОБЭП, я внёс ещё один пунктик!

Держись, брат! С органами вопрос быстро решу, ты не сможешь сделать мне ничего помимо небольшого дискомфорта. Я слишком умён и хитёр, чтобы настолько глупо подставляться.

В отличие от тебя.

Дэниель, готовься! Я тебя уничтожу! И тебе не помогут ни будущий тесть, ни наш отец!

— Ты в офисе? — спрашиваю ледяным тоном.

Смотрю на монитор и охреневаю. По моему офису самым наглым образом расхаживают люди в форме и масках, мои же сотрудники сложив руки за голову лежат на полу.

Хранители порядка расшвыривают документы, сидят на креслах, закинув ноги в берцах на стол.

Кто-то даже пытается пройти в мой кабинет! Хм… Бесстрашный!

Я ему сейчас покажу!

Брат совсем охерел! Видимо, пора поставить его на место! Слишком долго жалел!

Чтобы так нахально врываться ко мне, нужно иметь стальные яйца! А у Дэниеля их в принципе нет!

Неужели думает, что я до сих пор в больнице? Или что от одного названия ОБЭП зассу и выдам все, что им нужно? Ну-ну!

Не на того напал!

— Скоро буду! Жди! — кидаю в трубку, отключаю вызов.

Собираю нужные документы, выпиваю прописанные врачом лекарства. Мне нельзя волноваться, но жизнь трактует своё.

— Снова уходишь? — спрашивает Татьяна Михайловна. Её укоризненный тон бьёт по нервам. Понимаю, что она переживает за мое здоровье, но оставаться дома нельзя.

Я должен разобраться с братом! Пока он не уничтожил и меня, и самого себя.

— Тебя только сегодня выписали из больницы. В ближайшие несколько дней прописали находиться дома, на больничном. Восстанавливаться, — смотрит хмуро. — Я видела назначение врачей.

— Мне нужно уехать, — произношу равнодушно, стараюсь не смотреть ей в глаза. Там застыла вселенская боль и это меня не устраивает! — Скажите Настеньке, что к вечеру постараюсь вернуться. Пусть не переживает. Я должен уладить некоторые дела.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Мне слишком дорога эта женщина, чтобы рассказывать ей правду. Ведь в воспитании Дэниеля она принимала самое непосредственное участие.

То, что сделал брат, станет настоящим ударом для неё.

— Они не могут подождать хотя бы до завтра? — спрашивает с надеждой.

— Увы, — делаю глоток воды, ставлю стакан, забираю портфель с документами. — Я поехал. Буду поздно, ложитесь спать. Завтра поговорим.

Направляюсь в коридор, обуваюсь и уже собираюсь выходить за дверь, как в спину летит:

— Будь осторожен, сынок! Второе здоровье не купишь!

Печально ухмыляюсь, закрываю за собой дверь.

Как ни прискорбно, но Татьяна Михайловна права…

Дорога до офиса занимает не так много времени, как обычно. Сегодня вместо того, чтобы идти пешком, я отправился туда на машине.

Водитель за считанные минуты доставил меня до нужного адреса, затем я его отпустил. Здесь проторчу не час и не два. Гораздо, гораздо больше…

Будь неладен ты, Дэниель!

Поднимаюсь на лифте на этаж, который занимает моя фирма. Как только металлические створки разъезжаются в разные стороны, я оказываюсь в непривычной тишине.

Перед глазами открывается неприглядная картина. Я через силу сдерживаю свой гнев, перед глазами от ярости все краснеет.

Я пришел! За свое детище буду сражаться до последней капли крови! Никому не позволю нанести ущерб!

Поздравляю, Дэниель! Ты меня разозлил!

— Что здесь происходит? — захожу в офис вальяжной походкой, мужчины в форме поднимают на меня удивленный взгляд.

— Ты кто такой, дядя? — ухмыляясь спрашивает один из них.

Я тоже ухмыляюсь. Сопляк! Даже не потрудился узнать владельца фирмы в лицо!

— Я тот, кто заставит тебя пожалеть, что ворвался сюда! — рычу, едва сдерживая свой гнев. — Где главный? — сверкаю глазами, в них плещется ярость.

Сотрудник правоохранительных органов на секунду теряет дар речи. Он не был готов к отпору, привык что всегда пасуют перед ним.

Я не трус! И прятаться не собираюсь!

— Он там, — показывает рукой в сторону моего кабинета. Губы сжимаются в тонкую линию. Значит, ворвались. Если хоть куда-то влезли, то им будет полный пиздец!

Что там мне врач сказал? Нельзя волноваться? Ну-ну!

Размашистым шагом иду в сторону ВИП-зоны. Едва сдерживаю себя, чтобы не разнести здесь все и всех.

Если меня вывести из себя, то я могу! А меня вывели, так вывели!

До слуха долетает тихий женский плач, негромкий успокаивающий шепот, громогласный голос судака, орущего на ни в чем невиноватых работников.

— Отпустите женщин! — требую от проходящего мимо человека с автоматом. — Здесь никто не станет оказывать вам сопротивление!

Смотрю на него, запоминаю лицо. Это мне потом крайне пригодится. Каждому из присутствующих здесь придется плохо.

Подобного я не прощаю! Накажу каждого, кто был причастен.

— Вы не имеете права! — слышу разъяренный голос главного юриста фирмы и по совместительству своего адвоката. — Я вас засужу!

— А ты попробуй, — нахальное в ответ. Воздух разрезает грохот. Это перевернули шкаф с папками в моем кабинете.

Ну, уроды! Держитесь!

— Что. Здесь. Происходит?! — рявкаю я открывая дверь с ноги.

На меня поднимаются три пары удивлённых глаз. Роман Романович выдыхает. Он знает, что я размажу каждого из присутствующих здесь.

— Обыск, дядя, — нагло заявляет один. — Не видно что ли? — начинает ржать. Дебил!

— Основание? — не спускаю с него пристального взгляда.

— А мне оно не нужно! Мне начальство приказ дало, я его исполняю! — и не обращая на меня внимания, продолжает дальше крушить.

Хорошо. Раз вы так, то и я по-хорошему больше не буду!

Достаю сотовый, набираю номер одного из своих старых друзей.

— Сергей, привет! — на моем лице не дрогнет ни единый мускул.

— Здорово! — приветливо отзывается собеседник. — Случилось что? Или просто так звонишь, узнать как дела?

Я смотрю на ничего не подозревающих наглецов, посмевших нарушить мое спокойствие и прикидываю как долго им ещё творить дичь. А потом представляю их лица, когда их нагнут, запрут в наручники и выведут из моего офиса. Под конвоем. Каждого!

— Ну как тебе сказать… — загадочно улыбаюсь. — У меня в офисе попытка рейдерского захвата, — на том конце провода раздается отборный мат.

— Твою дивизию! И ты так спокойно об этом говоришь?!! — ржёт генерал спецслужб.

— А мне кардиолог запретил волноваться, — ухмыляюсь в ответ.

— Понял тебя! — получаю в ответ. Все строго и по делу, именно на этих качествах мы изначально и сошлись.

— Ну так что, пришлешь своих ребят? — внимательно наблюдаю за разрушением кабинета. — Пусть оторвутся!

— Да без проблем! — говорит бойко. — Я даже сам приеду! — весело заявляет. — Выпить старому другу нальешь?

— Естественно! — злорадная улыбка расползается на губах. — Для старого друга ничего не жалко!

— Скоро будем! — весёлым тоном кидает в трубку. — Жди!

— Жду! — говорю строго, завершаю вызов.

Ну что, ребятки! Вы попали! Вам в самую пору бежать!

— Роман Романович, — подзываю к себе адвоката.

Мужчина сыплет юридическими терминами, угрожает, называет статьи закона, обещает всех засадить. Не успокаивается ни на секунду!

Ублюдки продолжают свое дело, не обращают на него внимание. Идиоты! Они зря его игнорируют. С Романом шутки плохи!

Мужчина слышит меня, перестает спорить с сотрудником правоохранительных органов, выходит из кабинета и подходит ко мне.

— Пусть творят дичь, — произношу негромко. — Ты все равно ничего не изменишь, а нервы твои мне ещё понадобятся.

На удивление я остаюсь совершенно спокоен. То ли ожидал нечто подобного, то ли такое действие у лекарств. Не знаю… Но если честно, то пофиг! Главное, из нахлынувших проблем выйти победителем.

— Но Габриель! Происходящее противозаконно! — не унимается юрист. От царящей вокруг несправедливости его разрывает на части. Правозащитник до мозга костей, блин!

— Успокойся, — заверяю его. Хлопаю по плечу. Я не знаю как сказать, что вот-вот для рейдеров будет полная жопа. Но и промолчать не могу.

Придурки ещё огреют прикладом автомата моего адвоката! Эти могут, если на них нарваться. Роман ходит по грани.

— Скоро начнется шоу, — злорадная ухмылка не сходит с моего лица. Я уже предвкушаю.

— В смысле? — не понимает.

— Я Сергею успел позвонить, — намекаю ему. Пара мгновений и до Романа доходит мой план.

— Бедняги, — произносит без тени сожаления.

— Угу, — киваю головой в ответ.

Мы стоим рядом друг с другом и смотрит на бесчинство. Нужно постараться запомнить каждую деталь.

Вот, один мужчина в форме, пытается открыть верхний ящик в моем рабочем столе. Тот закрыт за замок и не поддается, поэтому его с силой дёргают на себя.

Звучит треск, дерево не выдерживает, ручка отваливается и остаётся в руках. Ящик не поддался.

Сжимаю в кулаке ключ от замка. Делаю несколько глубоких вдохов.

Мне нельзя волноваться. Наказ врачей придется соблюдать. Я жить хочу! Приходить домой к Насте, целовать ее, любить ночами напролет. Хочу видеть как будет расти мой ребенок. Причем, не один! Но об этом поговорю с ней потом.

Так что приходится схватить бушующую в груди ярость за яйца, сжать в кулаке и заставить молчать.

Виновные будут наказаны. Все до единого! А кое-кому даже придется менять мебель и делать ремонт!

За свой счёт. Я платить не намерен.

— Ты можешь уйти? — спрашиваю у Романа. Он удивлённо смотрит на меня.

— Могу. Я адвокат, — хлопает по карману, где лежит его удостоверение. — Эти, — кивает в сторону налетчиков. — Не смогут меня задержать!

— Вот и отлично! — ещё одна хорошая новость. — У меня к тебе дело есть. Слушай и запоминай!

Пока я рассказываю Роману свою идею, то внимательно слежу за тем кошмаром, что творится в офисе. Поглядываю на часы, время не ждёт. С минуты на минуту сюда нагрянут люди Сергея. Вот кто-кто, а они уж точно никого не выпустят! Им плевать на ранг, на статус, на бабки. У них есть приказ и они его исполняют. Четко. Быстро. Качественно.

Это элита элит. Круче и значимее никого нет.

Если Роман останется, то мы потеряем время. А этого я не хочу.

Поэтому спешу не просто рассказать придуманный план мести, но и начать претворять его в жизнь!

— Понял тебя! — кивает мужчина, выслушав мой монолог. — Идея шикарна! — говорит с блеском в глазах.

Ему понравилось. Отлично! Значит, пора уже всех наказать!

— Я рад, что ты оценил, — признаюсь ему.

— Еще бы! — ухмыляется. — Я с радостью им зад надеру!

— Тогда дерзай! — хлопаю по плечу надёжного партнёра. — На тебе первый ход!

Мы пожимаем друг другу руки, обмениваемся парой фраз и Роман спешным шагом направляется прочь. Я остаюсь один посреди беспредела.

Смотрю на часы. Прошло чуть больше десяти минут с момента моего разговора с Сергеем. Ждать осталось недолго, скоро его люди будут здесь.

И словно по команде ровно через пятнадцать минут после того, как я повесил трубку, двери офиса распахиваются и внутрь помещения врывается орда.

Универсальная форма, шлемы, маски, автоматы. Молниеносная реакция, слаженность действий, через минуту всех уложили на пол.

Даже меня.

— Так, так, так, — за группой захвата вальяжной походкой заходит мой старый друг.

Обводит присутствующих взглядом, находит меня, подмигивает.

— Отпусти его! — приказывает бойцу. Тот моментально подчиняется.

Я поднимаюсь с пола, отряхиваюсь. Подхожу к начальнику спецотряда.

— Пойди пока, попей кофейку, — рекомендует Сергей. — Тебе здесь сейчас лучше не присутствовать.

— Я секретаря своего заберу? — показываю в сторону миниатюрной девушки, напуганной до невозможности. — Она ничего не знает.

— Забирай.

Делает жест, мою помощницу отпускают. Подаю ей руку, помогаю подняться, увожу из офиса прочь.

Девушку трясет. Она не может справиться с волнением.

Мы спускаемся вниз, покупаю в автомате бутылку воды, откручиваю крышку, подношу к ее губам.

— Пей! — говорю строго.

Девушка хлопает ресницами, смотрит на меня огромными перепуганными глазами, но подчиняется. Делает несколько глотков.

— Кто это был? Что происходит? — судорожно оглядывается по сторонам. У нее шок.

— Успокойся, — прошу ровным тоном.

Сейчас любое изменение в голосе способно привести к неоднозначной реакции. Выдерживать ещё одну женскую истерику за сегодня нет никакого желания.

— Габриель Вахтангович, но это же ужас! — садится на скамейку, стоящую недалеко от стены.

— Согласен, — присаживаюсь с ней рядом. — Но я всё улажу. Не переживай, — заверяю ту, что совсем недавно вытащила меня с того света.

— Точно? — смотрит на меня полными надежды глазами.

— Точно, — ухмыляюсь.

Достаю из кармана телефон, захожу в банковское приложение и пересылаю девушке на личный счёт круглую сумму.

Приходит уведомление из банка о зачислении средств, она смотрит на сообщение, затем переводит взгляд на меня. Хмурится.

— Что это? — не понимает. — Вы меня увольняете? — спрашивает с надрывом. Я вижу как паника заражается в ее выразительных глазах. Смеюсь.

— Нет! — глупышка! Да таких секретарей, как ты, днём с огнём не сыскать! — Это тебе моральная компенсация за сегодняшний день, — девушка тут же расслабляется. — Сходи куда-нибудь, развейся, накупи кучу новых шмоток. Я не знаю как вы, женщины, снимаете стресс.

— Спасибо! — произносит с жаром. Слезы благодарности блестят в краешках глаз.

— Не за что, — я ухмыляюсь. Что ещё женщине надо для счастья?

И тут меня осеняет. А что, если…

— Только у меня к тебе есть одна небольшая просьба, — прикидываю в уме, как лучше все сделать.

— Какая? — тут же собирается. Я уверен, она не откажет!

— Ты не против компании одной милой и доброй девушки? — решаю уточнить.

— Кого именно? — смотрит на меня недоверчиво. Но неприязни или недовольства нет. Она заинтригована.

— Моей будущей жены.

— У вас есть невеста? — спрашивает не скрывая своего шока. Я снова смеюсь.

— Есть, — подтверждаю. — И она ждёт от меня ребенка, поэтому ее ни в коем случае нельзя волновать.

— Ааа!! — помощница чуть ли ни хлопает в ладоши от счастья. Я в шоке смотрю на неё. Не ожидал подобной реакции. — Это же круто!

— Спасибо, — снова возвращаюсь к деловым отношениям. — Тогда свяжись с моим водителем, я его сейчас предупрежу.

— Хорошо, — кивает. Затем застывает в нерешительности и… мимолётно обнимает меня.

Я весьма удивлен столь бурным проявлением эмоций, но ничего не говорю. Не хочу смущать девушку ещё сильнее.

— Мне пора идти, — смотрю на сообщение от Сергея. — Настю заверь, что все хорошо. Я тебе ещё денег отправлю, чтобы вы обе могли пойти куда захотите и не испытывали дискомфорт. Считай, подарок от шефа за оказанную услугу.

— Какую услугу? — сводит вместе брови. Хмурится. Не понимает. Я ухмыляюсь.

— Отсутствие беспокойства за любимую женщину, — смотрю ей в глаза. — С тобой Настя будет в безопасности. Я уверен!

— Спасибо, — краснеет. — Я надеюсь, что мы быстро найдем общий язык.

— Вот в чем, а в этом я полностью уверен! — обнадеживаю помощницу, поднимаюсь и иду по направлению в офис.

Дела не ждут. Месть не дремлет.

Анастасия

Мне снится такой прекрасный сон! Мы с Габриелем гуляем во красивому пляжу. Белый песок приятно щекочет босые ноги, он ещё теплый, не успел остыть после жаркого тропического солнца. Мирно плещутся волны. Вода нападает на берег и плавно возвращается в океан.

Бескрайнее чистое небо. До невозможности красивый закат.

Наш маленький сын бежит перед нами. Он держит озорного щенка на поводке. Кидает вперёд палку, задорно хохочет и вместе с молодым псом бежит вперёд.

Счастливо улыбаюсь. Все так сказочно и прекрасно вокруг!

— Габриель, стой! — прошу любимого мужа.

— Что такое? — мужчина обращает на меня взволнованный взгляд.

— Дай сюда руку! — кладу его раскрытую ладонь на свой внушительных размеров живот.

Габриель смотрит на меня настороженно. Он не понимает, что сейчас произойдет. И от этого мне даже волнительней!

Бам! Малышка ударяет по животу прямо ему в руку. Бам!

— Что это? — смотрит на меня не мигая.

— Наша дочка приветствует папу, — лукаво улыбаюсь ему.

Нежность во взгляде не передать! Нашу непомерную любовь тоже!

— Ох, Габриель, — шепчу, переворачивают на бок.

Вокруг холодно. Хм… Что за странная ерунда?

Шарю руками по подушке, но своего мужчины не нахожу. Ледяным ознобом в один миг прошибает уставшее тело, сонливость слетает словно ее и не было.

Может, он в душе? Снова.

Или в туалете, например…

Пошел попить воды, подумать, поговорить по телефону! У него может быть бесконечным список дел.

Но вокруг тишина. Ни единого постороннего звука! Я напрягаюсь. Это не хорошо.

— Габриель? — приподнимаюсь на локтях, зову мужчину. В ответ получаю стойкое молчание.

Оглядываю ещё раз комнату, не теряю надежды. Может он сел на кресло и уснул? Бред, конечно. Но сейчас я готова проверить любую идею! Даже самую безнадежную на первый взгляд.

Но как ни ищу, как ни стараюсь, хозяина дома здесь нет. Он исчез.

Настроение снова упало. Оно болтается на сотни метров под плинтусом и не думает возвращаться на прежнее место.

Ну что же… Да и плевать!

Поднимаюсь с кровати, накидываю на себя длинный халат.

— Татьяна Михайловна, — зову проживающую здесь женщину. Она, как всегда, сидит на кухне. — Вы не видели Габриеля? — интересуюсь у нее.

— Ему пришлось срочно уехать, — отвечает мне, а сама тем временем тонко раскатывает тесто.

— Понятно, — мои плечи опускаются вниз. Наливаю воды в стакан, сажусь рядом. Расстройство даже не пытаюсь скрывать.

— Насть, — зовёт меня женщина. — Присоединишься? — кивает на полотно перед собой.

— Ой… — смотрю на раскатанный в несколько миллиметров толщиной пласт теста. Мнусь.

И хочется, и колется как говорится.

Мне дико интересно. Хочу присоединиться, но не решаюсь. Вдруг все испорчу?

— А что нужно делать? — желание повозиться с тестом пересиливает страх.

— Выкладывай начинку, — отвечает и теплотой. — Вот сюда, — показывает границы. — Мы будем делать вертуты!

— А что это? — впервые слышу это слово!

— Скоро узнаешь! — подмигивает мне и выкладывает на тесто первую ложку. Я присоединяюсь к ней.

Когда ты занят, время летит незаметно. Мы не заметили, как быстро побежали стрелки на настенных часах. Очнулись, лишь когда в дверь раздался звонок.

— Кто это? — переглядываемся, пожимаем плечами.

— Я пойду посмотрю в домофон, — поднимаюсь со стула, иду в коридор.

Дохожу до двери, смотрю на монитор и застываю.

— Этого просто не может быть! — восклицаю и принимаюсь быстрее открывать замки.

Распахиваю дверь, смотрю на нежданного гостя. У меня просто нет слов!

— Настя? — ошарашенный взгляд в ответ мне тому подтверждение. Значит, память не подвела!

— Вика?! — смотрю на стоящую перед собой девушку и у меня от удивления глаза на лоб лезут. Этого просто не может быть!

Моя одноклассница. Моя соседка по лестничной площадке. Девчонка, с которой мы дружили вплоть до девятого класса и с которой случайно потеряла связь. Стоит прямо сейчас передо мной и улыбается!

Её семья переехала, когда мы закончили девять классов. Мы поменялись адресами, номерами и поклялись в вечной дружбе.

Но не срослось.

Номера поменялись, адреса потерялись и я как ни старалась ее отыскать, так и не смогла. Даже социальные сети не помогли…

Вроде это невозможно в современном мире! Но результат на лицо.

Громкий счастливый визг разрывает стоящую в квартире тишину. Я не ведаю себя от счастья!

Вика! Моя Вика! Аааа! Самый счастливый день в жизни!!

Мы крепко обнимаемся, задорно смеемся, радостно обмениваемся короткими фразами. И никак не можем друг на друга насмотреться!

Да это же просто чудо, что мы встретились вновь!

— Погоди! — Вика немного отстраняется. — Так ты та самая Настя? Невеста Габриеля Вахтанговича? — глаза у подруги лезут на лоб.

— Угу, — киваю ей. Не могу скрыть улыбки. — А ты его откуда знаешь? — спрашиваю у неё.

— Он мой шеф! — смеется. — Я его личный помощник!

Вот это да!..

Как тесен мир! Никогда бы не подумала, что такое бывает!

Рассказали бы — не поверила!

— Что стоишь в дверях? — говорю ей. — Давай проходи! — завожу в шикарные аппартаменты.

Жилье Габриеля всегда отличается роскошью и богатством. Оно везде вокруг! Достаток владельца видно невооружённым взглядом. Даже в самых простых, минимальных вещах.

Мой мужчина имеет отменный вкус. В апартаментах нет ничего лишнего! Все строго и по делу. Но тем не менее, здесь хорошо!

На мой взгляд, уюта немного маловато… Добавить картины на стены, пару ковров на пол… Немного индивидуализировать комнаты. Они обезличенные сейчас.

Но об этом поговорю с мужчиной чуть позже. Это терпит. Не настолько важно сейчас.

— Пойдем на кухню! — тащу за собой подругу. — Ты чай будешь?

— Буду, — улыбается в ответ, идёт за мной, толком не обращает внимание на красивое убранство.

Ей плевать на него! Как, по сути, и мне. Мы сделаны из другого теста. На человека смотрим, а не на его кошелек.

Прошло столько лет, а Вика не изменилась! Какой была, такая и есть!

— Отлично! — радуюсь. — Там и поговорим!

Проходим в вотчину Татьяны Михайловны. Женщина бегло смотрит на нас и уходит, позволяет побыть с подругой наедине.

Наливаю чай, ставлю на стол угощение. Я немного волнуюсь, возбуждение бьёт по всем фронтам.

Встретить дорогого и, считай, родного человека, которого считала потерянным это бесценно! От улыбки уже щеки болят!

Мы с Викой ни на секунду не замолкаем. Обсуждаем все и вся!

Да ещё бы! У нас друг для друга множество новостей! Мы не виделись столько лет!

Из кухни плавно перекоползаем в гостиную, где за разговорами проводим несколько часов. Оттуда снова на кухню. И снова без умолку давай болтать!

Татьяна Михайловна не скрывая улыбки смотрит на нас, ухмыляется. Она хорошая женщина, даёт возможность поговорить.

Моя старая подруга так и осталась доброй и светлой. Рядом с ней я себя вновь почувствовала собой. Ну просто прекрасное чувство!

Такое бывает, когда одна из значимых частичек встаёт на место. Я словно побывала в родительском доме. В прошлом! Где была счастлива, где росла, где взрослела.

Это бесценно!

— Настька! Как же я рада, что ты нашлась! — Вика вновь заключает меня в свои объятия.

Мы не замечаем как пролетает время. Как за окном наступают сумерки, как сгущается ночь.

Опомнились, лишь после того, когда Татьяна Михайловна сказала, что идёт спать!

Я посмотрела на часы и обалдела! Одиннадцать вечера!

А Габриеля все нет…

— Вика, ты не знаешь, где твой шеф? — решаю уточнить у подруги. Хоть мы и решили не поднимать тему работы и моих отношений с ее начальником, я не могу не спросить.

Ну не просто же так она сюда пришла!

— Там срочный проект, — заверяет меня. — Очень важное дело, — кладет руку на мою в успокаивающем жесте. — Он будет чуть позже, не переживай.

Легко сказать! Только как это сделать?

Мы ещё поболтали какое-то время, обменялись сотовыми, договорились о новой встрече. Ей пора уходить, а я остаюсь маяться одна.

Хочу к Габриелю…

Брожу по комнатам, любуюсь прекрасным видом из окон. Час ночи. Глаза слипаются.

Видимо, своего мужчину я не дождусь…

Хоть бы с ним ничего не случилось! Хоть бы у него было все хорошо!

Ложусь на кровать, поглаживаю живот, там малыш толкается, требует внимания.

Начинаю шептать всякие нежности, не замечаю как тяжелеют веки и закрываются глаза. Уношусь в сон.

Сквозь который чувствую горячее дыхание на своей коже, вдыхаю аромат родного мужчины, льну к нему и снова пропадаю в небытие.

Просыпаюсь от острого сексуального желания. Все тело сводит. Оно полыхает от яркого огня!

Срочно требуется разрядка. Я дико возбуждена.

Каждое движение отзывается тянущей болью, грудь налилась и жаждет прикосновений, напоминаю себе оголенный нерв. Срочно нужно утолить свою жажду! Иначе… Иначе меня просто разорвет на части!

Сквозь пелену сна льну к мирно спящему рядом со мной мужчине, не забочусь ни о том, что сейчас середина ночи, ни о том, что он мог очень сильно устал. Желание сильнее.

Импульс за импульсом, секунда за секундой, возбуждение распространяется по венам, толкает вперед.

Приближаюсь к своему мужчине, вдыхаю его аромат. На секунду закрываю глаза и позволяю ему пропитать меня изнутри. Мммм… Как же прекрасно!

Приподнимаюсь на локтях, прижимаюсь к Габриелю, закусываю губу, чтобы не застонать. Контакт кожа к коже… Что может быть прекрасней?

Я знаю! Точно!

Когда он во мне…

Покрываю лёгкими, практически невесомыми поцелуями грудь Габриеля, его плечи, шею, добираюсь до лица. В полнейшей темноте нахожу манящие мягкие губы, накрываю их своими, провожу по мужским губам языком.

— Просыпайся, — прошу тихо. Я так сильно хочу секса, что сейчас мне все нипочем!

Бужу Габриеля. Не даю ему поспать.

— Настенька, ты чего? — хриплым голосом спрашивает мужчина. От его тембра у меня пробегают мурашки по телу, а жар внутри усиливается с троицей.

Лукаво улыбаюсь, не свожу с него взгляда. Хоть видно очень плохо, но мне плевать!

Опускаю руку вниз. Провожу по груди, но животу с накачанным прессом, движусь дальше, бесстыдно пролезаю под резинку трусов. Застываю. Жду. Габриель не возражает. С наслаждением продолжаю свою игру.

Накрываю член Габриеля своей рукой, он горячий и твердый. Внутри меня все сгорает до тла. Слегка сжимаю чувствительный орган, провожу большим пальцем по бархатной головке, размазываю выступившую капельку смазки, ликую внутри.

Перебираю пальчиками яички, играю с ними, возвращаюсь к возбуждённому органу, принимаюсь его ласкать. Мне так офигенно! Я раскрепощаюсь. Слышу мужскую реакцию и взлетаю до небес.

Габриель задерживает дыхание, а затем с шумом выдыхает. Я каждой клеточкой тела чувствую насколько ему хорошо. И мне самой становится еще лучше. Наше единение словами не передать.

Приподнимаюсь на локтях, снова требую поцелуя. Дразню его, заигрываю, касаюсь своим языком его и тут же отстраняюсь.

Игривая улыбка не сходит с лица.

Жаль, он ее не видит. В комнате слишком темно.

— Хочу тебя, — шепчу Габриелю в губы. Снова накрываю их своими, просовываю внутрь язык.

Изучаю его изнутри, наслаждаюсь от нежности, что нас охватила. Зарываюсь свободной рукой в густые волосы, перебираю их между пальцами. Второй же рукой продолжаю ласкать налитый член. Провожу по узору из вздутых вен, слегка касаюсь чувственной плоти, перебираю шарики. Мммм… Кайф!

От эмоций грудь распирает. Безумно. Дико. Неистово сильно хочу оказаться распластанной под ним.

Закидываю свою ногу на мужскую, делаю пару движений бедрами вперёд, от нахлынувшего наслаждения тихо стону. Приятная слабость и томная нега разливаются по моему телу. Я очень сильно возбуждена.

Отстраняюсь от Габриеля буквально на на одно мгновение. Облизываю губы, хочу сделать мужчине приятное.

Я уверена, что ему понравится!

Приподнимаюсь, скидываю свою ногу с его бедра, начинаю менять свое положение, но тут же оказываюсь сметена его напором.

Одним уверенным и ловким движением Габриель переворачивает меня на спину, нависает надо мной сверху.

Мои руки оказываются поднятыми и зажатыми в его руке, вторая ложится на мой клитор. Замирает, так и не начав его ласкать.

Мужчина действует крайне бережно, осторожно. Он не желает причинить ни малейшего дискомфорта ни мне самой, ни нашему малышу в моем животе. А тот затаился, даёт родителям шанс побыть вместе. Наконец-то остаться наедине.

Габриель раздвигает в стороны мои ноги, ложится между ними, упирается горячей головкой в моё лоно. Я готова. Я жажду стать наполненной им.

Внутри все пылает от сексуального желания. Острая нужда отдаться ему затопляет сердце.

Мне нужно почувствовать каждую клеточку его тела своим. Мне необходимо ощутить внутри себя его присутствие.

Чтобы он наполнил меня собой. До упора. До самого предела.

— Значит, ты хочешь меня? — спрашивает с лукавой улыбкой. Делает небольшое движение бедрами, устремляется вперёд. Чувствую давление головки на вход, подаюсь навстречу. Немного углубляю проникновение.

— Хочу, — подтверждаю. — Сильно, — признаюсь. Мне не стыдно своих желаний. Я безумно сильно хочу отдаться ему.

Хоть и не вижу, но чувствую его счастливую улыбку.

Мужчина наклоняется вперёд, замирает в миллиметре перед моими губами. Я млею.

— Раз хочешь, то получай, — произносит не скрывая своих эмоций.

Медленно до невозможности он наполняет меня. Растягивает. Я чувствую его внутри и мне становится невероятно хорошо.

Закрываю глаза, растворяюсь в ощущениях, которые с головой уносят меня в далёкие неведомые страны.

Габриель отстраняется, приподнимает мою попку, просовывает под нее подушку, входит в меня, растягивает под себя и начинает движение. Я не могу сдержать громкий стон от нахлынувшего на меня наслаждения. Но мужчину не останавливает это.

Он фиксирует мои бедра, круговыми движениями начинает играть с моим клитором и без устали продолжает врываться во внутрь меня.

— Поласкай себя, — просит с жаром. — Я хочу это видеть.

Перед его словами невозможно устоять. Накрываю свои груди руками, сминаю их, сжимаю соски. Выгибаюсь от новых, острых ощущений. Жадно дышу.

Мужчина углубляет проникновение, он своим членом без устали давит на какую-то точку внутри меня. Посылает по телу импульсы невероятного наслаждения.

Раз за разом. Волна за волной. Стон за стоном.

Он врывается в меня, я подаюсь навстречу. Мы нашли единый ритм и нашу страсть не удержать.

Громкие крики, горячие стоны, шлепки при соприкосновении двух разгоряченных до невозможности тел. Шумное дыхание, острые ощущения, и чистый, настоящий, ничем неприкрытый кайф.

Подлетаю наверх, выгибаюсь и замираю, чувствую каждую мышцу внутри. Все сжимается, расслабляется, ускоряется темп. Меня уносит в стремительном потоке сильнейшего наслаждения.

Жадно хватаю ртом воздух, немедленно начинаю возвращаться обратно вниз, но мощные и резкие толчки Габриеля не позволяют этого сделать.

Мужчина вбивается в меня. Врывается с силой. Он тоже на грани, его не удержать.

Габриель застывает. Замирает. Останавливается. Я чувствую, как он изливается внутри меня, как пульсирует его налитый орган.

Хочу усилить его наслаждение. Сквозь сковавшую тело слабость подаюсь бедрами вперёд, насаживаюсь на него, продолжаю движение.

— Стой, стой, стой, — шепчет, он едва может говорить. Я останавливаюсь. Мужчина падает рядом со мной. Часто дышит.

Мы лежим в объятиях друг друга, наслаждаемся приятной расслабленностью в теле, нежность и теплом.

После оргазма так хорошо, все так лениво. Не хочется ни двигаться, ни говорить.

Поворачиваюсь на бок, нежусь в объятиях Габриеля. Он целует меня в плечо, прижимает к себе крепче.

— Стало легче? — спрашивает ухмыляясь. Я улыбаюсь. Мне так хорошо!

— Угу, — киваю.

— Вот и отлично, — довольным тоном отвечает мне. — Если ещё вдруг захочешь, то буди, — получаю лёгкий поцелуй в макушку.

— Хорошо, — отзываюсь ему слегка двигая бедрами.

— Моя ненасытная девочка, — мужчина ловит моё бедро. Прижимает к себе крепче. — Я дико устал. Дай немного отдохнуть, — снова покрывает меня поцелуями. — Пожалуйста, — добавляет в конце.

— Я люблю тебя, — шепчу сквозь сковывающий меня сон.

— А я безумно люблю вас обоих, — признается Габриель, накрывая своей раскрытой ладонью мой живот.

За что тут же получает толчок пяточкой прямо в центр широкой ладони. Я улыбаюсь уже сквозь сон.

Все хорошо. Все просто прекрасно. Габриель мой. А я — его.

Габриель

Утром приходится уйти еще до того, как Настенька проснется. На часах шесть часов, пора вставать.

Вспоминаю наши ночные ласки, как она сама попросила близости, как сгорала подо мной от ласк. В памяти до сих пор звучат ее сладкие стоны, томные крики. Как же круто! Хочу, чтобы так было всегда!

Пожалуй, это все сделать в моей власти.

Девушка доверилась мне, раскрепостилась, позволила мне быть собой. Это не может не радовать. Я благодарен ей, как никогда! Ведь именно она приняла меня такого, какой есть. Со всеми тараканами.

Настенька единственная, к кому хочется возвращаться. Кому желаю дарить тепло. Кого хочу осчастливить.

И, пожалуй, я знаю как это смогу сделать!

Только для начала нужно кое-что решить…

Смотрю на спящую девушку, улыбаюсь. В груди разливается приятное тепло. Настенька, Настенька… Знала бы ты, как круто изменила мою жизнь!

И как еще изменишь… Но об этом мы поговорим потом.

Светлые волосы раскиданы по подушке, глаза закрыты, красивое лицо расслабленно и умиротворенно. Покрывало немного сползло, оголив тем самым налитую упругую грудь. Залипаю на розовой ореоле, успокаиваю начинающее пробуждаться желание, сглатываю.

Если сейчас ее разбужу, то ничего за сегодня не успею. А дел у меня невпроворот!

Все виновные должны быть наказаны!

Пусть моя сладкая ненасытная птичка отдохнет. Наберется сил, они ей понадобятся чуть позже.

В Настином положении ей требуется гораздо больше времени для восстановления, ей я не хочу, чтобы она уставала. А мне нужно решить некоторые важные вопросы. Они не могут ждать.

Быстро пью некрепкий чай, под пристальным взглядом Татьяны Михайловны съедаю тарелку омлета. Женщина не отпускает меня до тех пор, пока не видит пустую тарелку.

Она неисправима! Но именно за это я ее и ценю.

Когда выхожу на улицу, на парковке стоит моя машина с заведенным двигателем. Отлично! Водитель уже на месте!

Погода не очень. Накрапывает мелкий дождь, город погряз в сырости и влаге. Порывы холодного ветра пробирают до костей. Скорей бы уже снег выпал!

Сажусь в авто, называю адрес и мы направляемся туда, где меня не ждут. Этот визит станет полнейшим сюрпризом. Для всех!

Я привык действовать быстро. Не собираюсь сидеть и ждать очередной подставы. А ведь она незамедлительно произойдет! Своего брата знаю отлично, промах его не остановит. Он будет раз за разом пытаться меня потопить, использует для этого всевозможные средства.

Настенька в опасности, пока я разбираюсь с ним.

Мне нужно действовать! Я обязан победить в этой войне!

Представляю выражение лица Дэниеля, когда он поймет, что не просто проиграл, а в один миг лишился и бизнеса, и всех своих денег. Оберу его до нитки!

Я зол настолько, что мне просто плевать! Пусть живет так, как умеет! Я уходил с миром, а они заявились ко мне с войной. Так теперь встречайте ответный удар, идиоты!

На удивление пробок по пути практически не встречаем. И по нужному адресу подъезжаем как раз к десяти часам. Лучше не придумать!

Прошу водителя подождать, но предупреждаю, что мой визит может затянуться. Разрешаю ему ненадолго отлучиться.

Захожу в офисное здание, на лице застыло безэмоциональное выражение. Меня не пронять. Меня не разжалобить. Я пришел забрать то, что по праву предназначено мне.

— Здравствуйте, вы к кому? — спрашивает миловидная девушка — секретарь.

Называю имя, представляюсь, ожидаю пока меня пропустят.

Как и думал, спустя несколько минут за мной спускается личный помощник моего пока еще не бывшего тестя. С должным уважением здоровается, просит проследовать за ней.

Мы поднимается на нужный этаж, меня провожают в кабинет отца моей женушки, Игоря Валентиновича Гречихина.

Прошло чуть больше месяца с момента нашей последней встречи, за это время мужчина ничуть не изменился. Он остался таким же могущественным и опасным. И сейчас он единственный, кто может мне помочь.

— Габриель, — не скрывая своего удивления произносит мой тесть. — Не ждал тебя.

— А я приперся, — ухмыляюсь. Мы с Гречихиным всегда общались на равне.

Я не Дэниель и не свой отец. Не стану лизать жопу лишь за то, что у кого-то тупо больше бабла и круче связи.

— Проходи, присаживайся, — показывает на кресло напротив.

Мы пожимаем друг другу руки, ради приличия обменивается любезностями, я отказываюсь от кофе и решаю перейти к основной сути визита.

— Игорь Валентинович, ваша дочь заявляет, что беременна, — внимательно слежу за реакцией собеседника. Он слегка поднимает бровь. Удивлен. — Так вы не в курсе, что скоро станете дедом? — ухмыляюсь.

— Кто счастливый отец? — только и спрашивает Гречихин. Он тщетно пытается скрыть свои эмоции, мужчина в ярости.

— Ну явно не я, — откидываюсь на кресле. — По всей видимости, мой младший брат. Я сам лично им, кхм, — слегка откашливаюсь, вспоминая как снимал Софию с Дэниеля, — Помешал однажды, — тесть молчит. Лишь желваки на скулах ходуном ходят.

Да, Игорь Валентинович, твоя дорогая дочь не такая белая и пушистая, как ты о ней думаешь! Она самая последняя тварь на земле! Ее уже ничего не перевоспитает.

Ты, как хороший отец, можешь сделать лишь одно. Забрать ее обратно, приставить церберов и следить за тем, чтобы она ничего не натворила.

— Давно? — спрашивает глухим голосом.

— Что именно? — смотрю на него. — Снимал с члена брата или она беременна? — спрашиваю в лоб. Мужчина краснеет.

— Подбирай выражения, Габриель! — рычит со злостью. Смотрю на него и понимаю, что мне просто срать!

— Поверьте, я как раз именно это и делаю! — заявляю ему ухмыляясь. — Если бы не следил за своим языком, то вас бы уже давно хватил удар! — наклоняюсь вперед, пристально смотрю на собеседника. — Хотите, проверим?

— Что от меня хочешь? — не своим голосом спрашивает Гречихин, когда я включаю флешку с видеозаписями из дома, где проживает его дочь и мой брат.

— Чтобы вы внимательно посмотрели и прослушали то, что вам показываю, — отвечаю ему. Внешне я совершенно спокоен. Изнутри же во мне ключом бьют ярость и злость.

На экране воспроизводится весьма многозначительное видео.

Я не отключал систему видеонаблюдения и до сих пор все происходящее там записывается и хранится на моих серверах. Никто не сможет подобраться ни к самой системе, ни к данным. Подобный исход наших взаимоотношений с братом был рассмотрен начальником службы безопасности уже очень давно.

Сейчас я рад, что тогда с ним согласился и позволил провести все необходимые изменения в проекте дома.

И вот теперь, я стал обладателем таких сведений, от которых волосы дыбом встают!

Сначала хотел показать как низко пала София. Их с Дэном разврат, устраиваемые групповушки, толпы обдолбанных наркотиками мужиков и баб.

Но решаю не добивать старика. Он нужен мне здоровым.

Поэтому предоставляю запись, на которой моя дражайшая до мозга костей супруга вместе с моим замечательным во всех смыслах братом разрабатывают план по свержению меня. Точнее, план моего и Настиного убийства.

Я это видео увидел только вчера. Разговору несколько дней от силы.

Гады даже размышляют, где найти нужные деньги! И тут не обойдется без моего любимого тестя.

Доченька должна позвонить своему папочке, поныть и попросить перевести ей крупную сумму на платье. И на организацию торжества на день рождения мужа.

Якобы она собирается помириться со своим супругом. То есть мной.

А вот о том, как ублюдки планируют расправиться с принадлежащим мне бизнесом после моей смерти и сами подробности расправы надо мной и Настей, решаю не раскрывать. Я хоть и мудак, но не настолько, чтобы до сердечного приступа доводить мужика.

— Как давно сделана запись? — не своим голосом спрашивает Гречихин переводя взгляд с монитора на меня. Смотрю на его лицо, там застыло волнение.

Ага. Значит, я опоздал и папенька уже поддался на уговоры дочери.

— Когда были переведены деньги? — спрашиваю у него в лоб. Мнется. Я не выдерживаю. — КОГДА?!! — рявкаю, не скрывая своего гнева.

— Вчера вечером, — говорит Гречихин хватаясь за сердце.

Мужчина резко бледнеет, ему становится плохо. Он ослабляет галстук, делает несколько глотков воды.

Твою мать! Сердечного приступа еще не хватало!

— Срочно! Вызывайте “Скорую”! — не своим голосом ору секретарю. Девушка заскакивает в кабинет, вскрикивает, убегает. Я распахиваю окно, помогаю мужчине с кресла перебраться на пол, укладываю его, параллельно звоню своему лечащему врачу, описываю ситуацию, делаю все, что велит кардиолог.

— Лекарство, — шепчет Гречихин. — Верхний ящик стола.

Подлетаю к тумбочке, открываю ящик, достаю блистер с таблетками. Говорю их название кардиологу, он одобряет, только после этого даю их тестю.

Проходит минута, другая, мужчине становится легче. Он начинает более уверенно дышать.

Сажусь рядом с ним прямо на пол, выдыхаю. Мы успели. Спасли.

— Игорь Валентинович, ну что же вы себя не бережете, — обращаюсь без злобы к лежащему на полу мужчине.

— Габриель, — он берет меня за руку. — Обещай, что не дашь моей дочери совершить глупость! — Гречихин буквально умоляет меня.

Представляю себя на его месте и становится вовсе не по себе. Да, мне неприятно, что мой брат решил избавиться от меня таким страшным способом, но я это как-то переживу. А вот что испытывает отец девушки, которая сознательно пошла на заказной убийство собственного мужа, лучше никогда и не знать.

Уверен, ему гораздо больней!

— Если останусь жив, — отвечаю ему думая о своем. — Если останусь жив…

— Мирон Анатольевич, — звоню начальнику службы безопасности. — Поднимите по тревогу всех своих подчиненных. В офис не пускать посторонних, ни при каких обстоятельствах! Пусть хоть атомный взрыв! — даю свои указания. — К моему дому пришлите охрану, никого постороннего вообще не подпускать!

— Габриель Вахтангович, что-то случилось? — интересуется мужчина. Он спокоен и собран. Как всегда.

— На меня и на Анастасию готовится покушение. Киллер один, будет действовать тихо. Твои люди должны помочь спецслужбам его взять, — коротко объясняю. — Живым.

— Понял, — быстро отзывается. — Все сделаем в лучшем виде! — заверяет меня. — Сам где?

Называю адрес, мне обещают что в течение получаса пришлют охрану. Гречихин заверяет, что даст своих парней.

Звоню Сергею. Рассказываю вкратце как обстоят дела, он матерится, но обещает помочь.

Спустя час я сижу в своем кабинете. Как бы ни хотелось приехать к Насте, специалисты заверили, что этого делать не стоит. Мы не знаем ни кого нанял Дэниель, ни на каких условиях. Поэтому прорабатываем четкий план.

А он до невозможности прост.

Мне нужно встретиться с братом, вывести его на разговор, спровоцировать появление киллера и том же месте.

И там уже киллера и заказчика схватят. Дэниелю и Софии будет грозить тюремный срок.

Вроде все хорошо, все получается складно. Но меня что-то неукоснительно продолжает напрягать.

Звоню Дэниелю. Он разговаривает со мной весьма развязно, но тем не менее о встрече договариваюсь. Через два часа в ресторане неподалеку от моего офиса. Никто из нас не желает затягивать разговор.

Следом набираю номер Насти. Прошу девушку не волноваться, не подходить к окнам и никому ни при каких условиях дверь не открывать. Она начинает волноваться, но я съезжаю с темы. Объясню все потом, когда все будет позади.

И то, не факт, что расскажу под какой удар ненароком поставил. Девушка беременная, срок большой, не хочу лишний раз ее волновать. А то еще родит раньше! Нет уж, спасибо!

Пожалуй, нужно будет придумать отмазку.

Но об этом я подумаю позже. Тогда, когда разберусь с братом.

Смотрю на часы, время поджимает. Пора.

В окружении охраны выхожу из офиса. Парни наготове, все в брониках, на меня Сергей одел эксклюзивный жилет. Из кевлара.

Выходим из лифта, проходим ресепшн, движемся к выходу. Каждый из бойцов напряжен.

Чем ближе подходим к выходу, тем накаленнее становится обстановка. Вокруг нас летают искры, воздух застыл.

Каждый шаг сопровождается ударом сердца, каждый из нас смотрит по сторонам, ищет в любом из прохожих врагов.

Справа смеется девушка, слева хлопает дверь, я ступаю под солнечный свет, его лучи ослепляют. Громкий автомобильный гудок разрезает мирные звуки улицы, раздается хлопок, меня резко откидывает в сторону.

Лечу назад в фойе, ударяюсь головой об бетонный пол, перед глазами все кружится. Стискиваю зубы, приподнимаюсь на локтях, вижу как моя охрана рассредоточилась и ведет ожесточенную борьбу с кем-то.

Черный тонированный внедорожник врезался прямо в стену офисного здания, разбив своим капотом панорамное стекло. По всей видимости, таким образом пытались прорваться.

Я недооценил своего брата. Дэниель оказался еще бОльшим ублюдком, чем я его считал.

Народ вокруг разбегается. Девушки визжат, мужчины спешно помогают убраться всем, кому только могут помочь. Словно по команде открывается стрельба.

Отползаю к бетонной колонне, восстанавливаю дыхание, голова кружится просто атас. Сквозь пелену перед глазами вижу знакомый силует. Брат. Точнее, мудак, которого я считал своим братом.

— Приятно видеть тебя распластанного перед моими ногами, — усмехается он какой-то дикой ухмылкой безумного человека. — Сильный и могущественный Габриель! Ты — никто! Пусто место! — начинает смеяться, у меня холод проходит по позвоночнику. Дэниель сошел с ума.

— И что ты со мной сделаешь? — ухмыляюсь. Я никогда не покажу ему свой страх. Не заслужил!

— Пристрелишь? — сверлю брата глазами. — Интересно, что на это скажет наш отец?

— Я не нуждаюсь в его одобрении! — сверкает глазами. — Я глава бизнеса! Мне дозволено все!

Боль в голове немного стихает, я слушаю бред, который несет Дэниель и понимаю, что он пойдет до конца. Это ж сколько ненависти должно быть в человеке, чтобы решиться на убийство собственного брата?

Смотрю по сторонам, анализирую свое положение. Шансов практически нет, но я должен спастись!

Ради Настеньки, ради нашего с ней ребенка, я обязан остаться в живых!

— Если хочешь убить меня, то убивай! — поднимаюсь на ноги, стою пошатываясь, но это фигня. Я должен бороться. Продлить каждую минуту жизни.

Я не готов расстаться с ней!

Дэниель усмехается, взводит курок, я готовлюсь дать отпор, но не успеваю. Брат делает выстрел, попадает прямо мне в грудь. На миг спирает дыхание, но не более Спасибо, Серега, твой жилет спас мне жизнь!

Дэниель смотрит на меня не скрывая своего шока, в глазах застыл ужас. Он растерян. Пользуюсь моментом, отталкиваюсь и лечу на него, валю на пол, начинаю дубасить. Мне плевать на последствия! Ублюдок только что всадил в меня пулю!

К нам подлетают люди Сергея. Их очень легко узнать по специфической форме. Снимают меня с того, кого считал братом, скручивают Дэна в бараний рог.

Все происходит настолько быстро, что те, кого нанял Дэниель не сразу понимают, они проиграли. Спустя несколько минут работники спецслужб полностью расчищают помещение, увозят всех виновных в следственный изолятор. Отлавливают каждого, кто был причастен к покушению.

Мы с Сергеем и Мироном еще долго сидим в моем кабинете, обсуждаем произошедшее, пьем. Среди охранников пострадали два парня, получили легкие ранения. Ничего серьезного нет, побудут дома некоторое время, а затем вернутся в строй.

Потом я каждого из них вызову к себе, хочу поблагодарить людей, спасших мне жизнь. Лично.

После долгого разговора с отцом, он признался что был не прав в отношении ко мне, переписал на меня весь бизнес и заверил, что никогда не станет лезть ни ко мне, ни к моей семье.

Гречихин звонил, извинялся за дочь. Радовался, что я остался жив и вменяемая Софии статья не будет сто пятой, убийство. Обещал, что больше его дочь не появится в моей жизни и никогда никому из моей семьи не причинит вреда.

Даже заверил, что возьмет Дэниеля под особый контроль. Даже в тюрьме ему придется не сладко.

Поздно вечером, уставший в хлам, я возвращаюсь в свою квартиру. В помещении царят тишина, спокойствие и умиротворение. Рыжий кот сидит на пуфике рядом с дверью, ждет меня, маукает. Я улыбаюсь.

На диване в гостиной, напротив входной двери, подогнув под себя ноги полусидя спит моя Настя. Девушка ждала меня до последнего, но даже во сне продолжает ждать.

Мне хорошо. Впервые так хорошо в этой жизни!

Понимаю, что все трудности через которые мы прошли были не зря. Благодаря им я стал сильнее. Смог выстоять и не упасть.

Подхожу к своей птичке, убираю с лица выбившуюся прядь волос.

— Любимая, я вернулся, — шепчу с нежностью. Настенька открывает глаза, счастливо улыбается.

— Ты как? Все в порядке? — спрашивает спросонья.

— Да. Все хорошо, — заверяю ее. — Теперь, когда я дома все просто прекрасно! — нежно прижимаю ее к себе. Держу в своих объятиях самое ценное на всем белом свете и мысленно благодарю всех, кто причастен за то, что по-прежнему жив!

Чувствую влагу на бедрах, удивляюсь. Немного отстраняюсь от Насти, в ее глазах шок.

— Воды отошли! — шепчет испуганно.

— Но… — замираю. — Разве не рано?

— Неа, — крутит головой в разные стороны. — В самый раз!

Мы смотрим друг на друга в панике, а затем…

Подхватываю свою женщину, беру по ее указанию сумки, вызываю водителя, который каким-то чудом еще не уехал, и едем в роддом!

Наш сын решил появиться на свет сегодня! Именно в тот день, когда был спасен его отец! Когда его матери ничего больше не угрожает!

Когда наступил конец черной полосе и впереди нас ждет долгая и счастливая жизнь!

Уж кто-кто, а я об этом позабочусь!

Лично!

Теплый песок приятно греет босые ступни, я получаю легкий массаж. Прогуляешься вечером по берегу и никакого пилинга не нужно! Кожа гладкая, как у младенца!

Волны прибывают на берег, шум океана ласкает слух. Бескрайнее голубое небо отражается в лазурной прозрачной воде, на дне плавают рыбки, их без труда можно рассмотреть.

Я люблю сюда приходить, прогуливаться под плеск волн, слушать звуки природы, находить умиротворение и душевный покой. Оказывается тихая и размеренная жизнь шикарна! Никогда бы не подумала, что смогу наслаждаться ею так сильно!

Без автомобилей, вечно снующих туда-сюда, без нервотрепки на работе, без слякоти под ногами, без вечного смога и воздуха переполненного выхлопными газами. Здесь, вдали от цивилизации, мы полностью и всецело счастливы!

Идем с Габриелем в обнимку по кромке водной глади, мой муж обнимает меня, я льну к нему. Единение и наслаждение обществом друг друга стало для нас привычным.

Как раз то, чего не хватало пока мы жили в городе.

Теперь вокруг нас совершенно другой мир.

Чужая страна, подарившая мир в наши сердца. Уклад, перевернувший наши жизни. Размеренность. Спокойствие. Умиротворение.

Ноги омываются приятной прохладной водой. Она доходит чуть выше щиколотки и уходит в океан обратно. Поднимаю подол длинной легкой юбки, чтобы он не намочился, продолжаю медленно идти вдоль берега.

Ласковое солнце греет кожу. Оно здесь светит каждый день!

Кажется, к этому тоже скоро привыкну. Мне так не хватало его на родине, что уже несколько месяцев подряд я словно ребенок радуюсь ему.

Микаэль, наш старший с Габриелем сынишка, бежит перед нами. Он держит за руку свою двоюродную сестренку, дочку Миланы и Дэниеля. Мама девочки идет рядом с ними.

Дети спешат за годовалым щенком. Они ни на секунду его не оставляют. Кидают палку, бегут наперебой кто быстрее до нее доберется, весело хохочут.

Счастливое беззаботное детство.

— Габриель, как же здесь красиво! — произношу восторженно озираясь по сторонам.

Не устаю любоваться местной природой. Красивее ничего не встречала!

Мы посетили кучу туристических мест, объездили множество стран, на Бали тоже были неоднократно. Но сколько бы мы ни катались по миру, меня всегда тянуло лишь в одно место — сюда.

После долгих уговоров, Габриель сдался. Перевел свой бизнес на доверительное управление, запустил максимальное количество онлайн проектов, сменил тактику и теперь может себе позволить появляться в офисе раз в несколько месяцев. По крайней мере, зимой.

Его состояние от этого не пострадало. Напротив, приумножилось в несколько раз!

А еще он стал проводить гораздо больше времени с нами, со своей семьей. И это бесценно!

Габриель видит, как растет его сын! Сын берет пример с отца и тоже хочет быть умным, наш мальчик делает невероятные успехи в обучении. Я им горжусь!

Мой муж притягивает меня к себе ближе, оставляет легкий поцелуй на макушке, я на миг закрываю глаза. Вдыхаю неповторимый запах родного человека, позволяю себе на мгновение раствориться в нем.

Все прекрасно! Жизнь полна чудес!

Как же здорово быть любимой женщиной этого невероятного мужчины!

— Настенька, если ты захочешь, то мы сможем остаться здесь навсегда, — шепчет на ухо мой муж. Улыбаюсь. Такими темпами он меня окончательно избалует!

— А как же твой бизнес? — спрашиваю у него не скрывая волнения.

На Бали мы уже два с лишним месяца, улетели как только в нашем городе наступила поздняя осень и зачастили дожди. Я каждый день просыпаюсь с улыбкой на губах, сердце переполняется нежностью. И счастьем.

Наш персональный рай!

Сказочное место!

— За это не переживай, — заверяет. — У меня все под контролем! — Габриель в этом убежден. И я ему верю.

Раз мой муж говорит, что мы можем позволить вести все дела отсюда, то так оно и есть. Я научилась доверять своему мужчине. И он меня ни разу не подводил.

— Ну, — задумчиво произношу. — Если ты сам тоже этого хочешь, — лукавая улыбка появляется на мужском лице.

— Я подумаю, — обещает. И я знаю, что он рассмотрит все варианты. Если поймет, что наш переезд возможен, но мы и правда останемся здесь!

— Настенька, Габриель, зовите Милану и малышей, пора кушать! — из нашего дома на террасу выходит Татьяна Михайловна. Вытирает руки об фартук, ищет каждого взглядом.

— Можете уже раскладывать все по тарелкам! — отзывается мужчина. — Уже идем!

Он отправляет меня в сторону дома, предварительно поцеловав в губы и чмокнув живот. Там растет наша с ним дочка. Мы совсем недавно узнали пол второго ребенка, Габриель был растроган до слез.

Он десять раз переспросил у УЗИста так ли это, заставил врача перепроверить все несколько раз.

Теперь же его не оттащить из детской! Он вознамерился сам для новорожденной дочери сделать ремонт!

Видеть Габриеля с кисточкой в руках и обрызганного розовой краской бесценно! Микаэль вообще в этой краске был весь… С головы до ног!

Я еле отмыла нашего сына! Потом сказала обоим мужчинам категоричное нет! И чуть ли ни силой заставила нанять бригаду рабочих, чтобы они все сделали за нас. Благо, Милана и Татьяна Михайловна поддержали! Не представляю, чтобы делала без них.

Мика и Мэри очень сдружились. Двоюродные брат и сестра растут не разлей вода! Мы смотрим на них и тихо радуемся! А еще надеемся, что племянница своим характером пойдет в маму, не хочется чтобы она унаследовала хоть что-то от своего отца. Достаточно внешнего сходства.

Дэниель в нашем доме запретная тема. Но Габриель обмолвился, что его брат больше никому не посмеет причинить вреда. У них с Софией родились близнецы — мальчик и девочка и отец бывшей жены Габриеля взял молодую семью под свой тотальный контроль.

Отец моего мужа ему в этом всячески помогают. Дедушки решили принимать активное участие в воспитании внуков.

Мы выдохнули. Как хорошо, что в нашу семью никто не лезет!

Семен Савельевич оставил свой бизнес, купил в Крыму земли, полные винограда, и занялся виноделием. Несколько раз в год присылает дочери несколько бутылок собственного вина.

Перед Габриелем он извинился. Мой муж, правда, не простил его. Но и не послал. А это уже хорошо.

— А вот и мы, — произносит мужчина неся на руках двух смеющихся малышей. — Кушать накрыли?

— Почти! — отзываюсь я, расставляя на столе кружки с тропическим чаем.

— Давай помогу, — подходит Милана. Мы с ней вдвоем всегда отлично все успеваем.

Татьяна Михайловна раскладывает еду по тарелкам, мы быстро накрываем на стол, рассаживаемся, начинаем кушать. На кухне повисает полнейшая тишина, нарушаемая лишь звоном ложек о тарелки.

Даже детки и те, быстро едят. Проголодались.

— У кого какие планы на вечер? — окидывает нас всех взглядом Габриель. Его глаза наполненны азартом. — Посмотрите за малышами? Я Настеньку хочу кое-куда забрать? — спрашивает у пожилой няни и живущей с нами в доме бывшей девушки его брата.

— Конечно! Ты еще спрашиваешь! — соглашается Татьяна Михайловна.

Мы с Миланой переглядываемся, пожимаем плечами, приятное возбуждение рождается в груди. Мой несносный мужчина снова что-то задумал! И ведь не расколется, как ни крути!

Остается ждать вечера, чтобы узнать. Уверена, это будет нечто!

За окнами смеркается. На остров быстро опускается темная ночь. В нашем доме загораются множественные люстры, Габриель любит когда в помещении светло.

Наш огромный дом наполнен светом. Малышня носится из комнаты в комнату за своим псом, Милана помогает навести порядок на кухне, а я сижу в гостиной на диване.

— Малышка, тебя ждет прекрасная семья, — обращаюсь к маленькой девочке в своем животе.

— У тебя будет самое счастливое детство! — наклонившись к пока еще небольшому животу говорит Габриель. Его глаза блестят от счастья.

— Ты неисправимый романтик! — закатываю глаза, улыбаюсь. Муж в тот же миг накрывает мои губы в сладостном поцелуе.

— Меня таким сделала ты, — шепчет с нежностью. — Моя девочка, — покрывает поцелуями мое лицо. — Моя драгоценная птичка, — млею в его объятиях. — Я невероятно сильно люблю тебя!

— А я тебя люблю, — обнимаю мужчину за шею, льну к нему. — Ты мой самый дорогой и родной человек!

Мы наслаждаемся этим мгновением. Счастьем наполнены наши сердца. Наши души слились воедино. Мы вместе! И пусть так будет всегда!

— Мам, пап, — Микаэль подходит к нам, дергает отца за штанину.

— Сынок, что случилось? — спрашиваю у него. Малыша явно что-то беспокоит.

— Я сделал а-а, — признается, показывая на свои шорты.

— Опять! — сокрушенно говорит Габриель, обреченно закатывает глаза к потолку.

— Я уберу, — пытаюсь подняться с дивана.

— Да сиди уже! — встает на ноги мужчина. — Я сам! — протягивает руку маленькому мальчику с глазами полными слез. Он очень сильно расстроился, что не добежал до горшка. — Пошли, сын! Папа тебе всегда поможет! — малыш вкладывает свою ладошку в широную руку, Габриель поворачивается ко мне, подмигивает и уновит сына в ванную комнату отмываться.

— Да, детки, ваш папа всегда будет за вас! Чего бы в жизни не случилось! — произношу в пустоту, прекрасно осознавая, что меня никто не услышит.

И все же Габриель невероятный мужчина! Как же прекрасно, что мы смогли все трудности преодолеть и остаться вместе!

Конец