– Ну, залез он к тебе в трусы, и что?

– Мне стало страшно! – вскрикиваю.

– Вит… Он твой парень, – подруга меня не поддерживает. – Очнись. Вы два месяца уже встречаетесь.

Я в курсе! Но… К чёрту! Никакого интима! Я пока не готова!

Настолько, что даже сбегаю из номера, который оплатил мой парень. Стою на улице и пытаюсь отдышаться. Странно ли это смотрится? Очень. Мы друг другу подарки дорогущие дарим, а я… Вместо того, чтобы закрепить наши трёхмесячные отношения… Убегаю.

– Я боюсь.

Говорю честно. Первый мой опыт был весьма неудачный… Второго я опасаюсь.

– Не переспишь с ним – он тебя бросит, – подливает керосина в огонь. – Ты ему вообще зачем такие подарки дорогие дарила? Духи, как у босса, рубашку. Ты, блин, на него целые зарплаты вываливала. А сейчас даже не можешь дать?

Ксана не злая, нет. Говорит правду.

– Ты права, – сдаюсь.

Действительно, всё так.

Я вернусь и… Всё будет хорошо. Отношения – очень нервная штука.

Перевожу дыхание и всё же возвращаюсь обратно. С трудом, пересиливая себя.

Подумаешь… Кровать. Мужчина.

Не конец света это! Всё же мы не первые сутки знакомы… Да, точно.

Поднимаюсь на нужный мне этаж. Выхожу – и от страха рассматриваю интерьер. Начинаю замечать здесь то, чего не видела раньше. Вазы, например. Я их пропустила, когда шла сюда в первый раз. А сейчас… Каждую считаю.

Дохожу до нашего номера. Ассоциирую его пока только с довольно интимной… позой. Хотя… И знак зодиака такой бывает, да?

О чём я вообще думаю перед сексом? Ну, подумаешь шестьдесят девять.

Трясу головой и поворачиваю ручку двери. Переступаю порог, сжимая вспотевшие ладони в кулаки.

Вижу знакомую спину, затылок… И адреналин вместе с возбуждением в кровь бьют. От нервов всё внутри натягивается. А волна тревоги и жара ударяет вниз живота, разжигаясь сильнее.

Это всё его духи. Они как у моего босса. Схожу по ним с ума. Ноги подкашиваются от одного вдоха.

Неожиданно свет вырубается.

– Ой… – неосознанно выдаю. Как же мы теперь? А может… Оно и к лучшему?

И тут же мои запястья обхватывают сильные пальцы. Натренированное и горячее тело впечатывает меня в стену, будоража ещё больше.

Я волнуюсь, но всё же поддаюсь игре Стаса. Всё верно! Я всего лишь переволновалась.

Поэтому сейчас, когда не успеваю сказать и слова, чувствуя губы любимого человека на своих губах, расслабляюсь. Вдыхаю этот аромат, который без зазрения совести позаимствовала у босса, подарив такую же баночку своему парню.

Но это сейчас не важно. Я рада, что Стас не злится. Наоборот, дарит великолепное наслаждение…

Чёрт… Уставившись в потолок, не могу пошевелиться. Ноги болят. Всё болит. Тело ватное. Могу только вперёд смотреть да ноги сжимать, пока рядом Стас сопит.

Капец…

Он ни одного слова не сказал. Доказал делом, что, оказывается, интим не так уж и плох. Нет… Он шикарен. Вообще. Я не думала, что так можно гореть. Хотеть. Упиваться похотью в такие моменты, когда мужчина…

Боже!

Стоит лишь представить, как снова краснею. Что мы только не делали, жуть…

Не будь в комнате темно – я бы не решилась на такое.

И сейчас лежу, пытаюсь прийти в себя. И уснуть.

Но не могу. Сил нет, зато заряда бодрости – хоть вагоны иди разгружай.

Поворачиваюсь на бок от своего любимого, чтобы не краснеть. Всё равно ничего не вижу.

Нам было абсолютно плевать, что в районе вырубили весь свет. И пока постояльцы возмущались за дверью, а бедный персонал извинялся за неисправность генератора, мы тут это… Нам вообще всё равно было!

Я улыбаюсь, снова поворачиваюсь к Стасу.

И тут же моя улыбка спадает.

Не поняла…

Щурюсь, пытаюсь сообразить в темноте, что происходит. Различаю какие-то смутные очертания… В порыве страсти я потеряла очки, поэтому вижу перед собой размытое пятно. И в этом пятне…

Твою мать…

Где татуировка?!

У Стаса тату на правой руке! А тут… Нет её! Обычно пятно чёрное, а здесь…

Я резко сажусь на кровати, прижимаю к себе простынь. Бегло осматриваюсь по сторонам и чуть не кричу от страха.

Чёрт-чёрт-чёрт!

Только сейчас замечаю, что… Номер не тот! Стола нет! Выхода на балкон… нет. И вообще…

Я снова посматриваю на незнакомца, который десять минут назад жарил меня так, что я до сих пор не могу прийти в себя.

Я что?.. Переспала с посторонним мужчиной? Но… Как же… Одеколон? Одежда?

Ничего не понимаю!

Аккуратно встаю с кровати и пытаюсь найти свои очки. Чтобы разглядеть этого придурка, что с порога бросается на девушку. А потом как следует вмажу ему за то, что воспользовался ситуацией и моим волнением!

Делаю шаг, случайно наступаю на свои очки. Быстро же я их нашла!

Нагибаюсь, чтобы поднять их, как…

Двери неожиданно открываются.

Я сама падаю на пол, хватаюсь за свою одежду, которая кучкой лежит возле кровати. И от паники закатываюсь под неё, прижимая к себе вещи и слушая бешено колотящееся сердце.

– Простите, я опоздала. Если ещё не поздно… Начнём?

Я вообще не понимаю, что происходит! Ничего не понимаю! Где Стас? Кто этот мужчина на кровати и… Что это за девушка?

– Ой, вы спите?

На вопрос её он не отвечает. Конечно, спит… Видела бы она всё, что тут происходило, не спрашивала бы!

И ведь дальше девушка молчит. Тихонько, на цыпочках идёт к кровати. Пока делает это и шуршит сумкой, я с трудом натягиваю на себя платье. Неудобно, особенно когда нет места и тебя могут поймать с поличным. И что я потом скажу?

Простите, девушка, я переспала с вашим мужчиной, думая, что это мой парень?

Как такое вообще вышло?

Аромат один! Телосложение – тоже! Даже волосы… Где-то короткие, где-то длинные. Жуть…

Наконец, справляюсь с платьем. Прижимаю к себе сумочку, перед этим убирая туда бельё. На него времени уже нет!

Закусываю ремешок сумки зубами и ползком вылезаю из-под кровати, удостоверившись, что матрас под ней прогнулся. Легла.

Как я на это всё решаюсь – не понимаю.

Сердце в истерике чуть не останавливается.

Ползу, стараясь не издать ни звука, хотя получается с трудом.

В какой-то момент девушка начинает кашлять, и я из последних сил, как гусеница, добираюсь до двери. Ничуть не заботясь, что меня могут раскрыть… Встаю, открываю двери – и слышу за спиной слабый крик.

Но меня уже это мало волнует!

Вылетаю из номера и мчусь к лестнице. Света все еще нет. Лифт не работает, а в коридорах так темно, что чёрт ногу сломит!

Пока как ошпаренная бегу по ступенькам на выход, не замечая препятствий в виде ваз, я… достаю телефон. И читаю первые сообщения от Стаса.

«Милая, ты скоро?»

«Если побоялась – скажи, мы перенесём, но… Я тебя хочу, солнышко»

«Виталина, возвращайся»

«Вита?? Где ты? Трусиха»

Остальные шесть сообщений я не читаю. Становится стрёмно от того… что я изменила своему парню. Я вообще не понимаю, как это произошло!

И поэтому в какой-то прострации заказываю такси. Стою в парке и безжизненно смотрю вперёд. Жесть. Я думала, такое только в кино или книгах бывает. А тут… Да бред какой-то! Может, Стас решил разыграть меня?

Ага, и сообщение: «Спасибо, что испортила вечер, я ушел» – он тоже написал шутки ради?

Вплетаю пальцы в волосы и сжимаю их, чуть не вырывая.

Капец. Больше слов нет!

К нему ещё и девушка пришла… Он нас перепутал? Как вообще можно незнакомку за любимую принять?? Ну, Вита, ты же сделала подобное со своим парнем…

Чёрт! Там не отличить вообще! Да и я что, Стаса так хорошо знаю? Мы два месяца всего общались!

Только это не отменяет того факта, что я переспала с мужчиной, которого ни разу не видела…

– Да ты гонишь, – Ксана округляет в удивлении глаза и ставит стаканчик кофе на стол. Так быстро, резко, что горячая жидкость выплескивается из чашки. – Быть не может.

– Может, – кусаю губу. – Ты только не говори никому.

Я осматриваюсь по сторонам, с подозрением косясь на толпу клерков. Да тут любой подслушает, но я говорила так тихо, что порой даже подруга переспрашивала слова по тысячу раз.

– Да не скажу… А что теперь делать будешь? Б

Я поджимаю губы.

– Не знаю, – пожимаю плечами. – Я уже пробовала звонить в отель. Попросила сказать, кто снимал номер шестьдесят девять вчера вечером. Имени они не раскрыли. Но его я и так знаю, Стас арендовал, но… Я, судя по всему, номера перепутала. Не знаю. Они там все похожи!

Как вспомню банальность интерьера – тошнит.

– А вы это… Предохранялись?.. – спрашивает Ксана с опаской.

Я вздыхаю.

– Нет, – говорю честно, но тут же утешаю и её, и себя. – Но я таблетки пью. Начала заранее, зная, что, ну… У нас со Стасом всё будет.

– Так, стой, – подруга ударяет по столу. – Я тут только что поняла… Стас всё это время ждал тебя, пока ты кувыркалась с ним? И что после этого? Он тебе писал ещё?

Я подскакиваю с места, злясь на Ксану. Нормальная вообще?

У меня тут казус!

– Так. Он психанул, ушёл. Но я виновата, что ли? Мы знакомы всего ничего. Запах, телосложение – всё один в один. Мы даже не говорили! Там, знаешь ли, времени не было. Ну, вот, чисто подумай, сколько мужиков с такими духами ходит? Да они стоят под тридцать тысяч за флакончик! Редкие!

Я сама не замечаю, как начинаю кричать. Тут же замолкаю, беру свою сумочку – и опять, как параноик, осматриваюсь по сторонам.

– В общем, до вечера, – прощаюсь с подругой и иду на выход из кафетерия.

Босс наверняка меня заждался. Поэтому быстро поднимаюсь на свой этаж – и направляюсь в кабинет к Эмиру Тагировичу.

Волнуюсь. Потому что опять зайду – и запах этот вдохну. А он и так раньше заставлял ноги подкоситься, а теперь… Так вообще. Мало того, что он в стыд вгоняет, ещё и в ужас.

Переспать с незнакомцем… Не зная, кто это… Нужно уметь!

Собираюсь с силами, толкаю дверь и захожу в кабинет.

– Опаздываешь, – слышу до боли приятный голос.

У нас все девчонки в офисе после него, цитирую: «трусики выжимают». Я – нет, потому что привыкла к Эмиру. Он – мой работодатель. Хотя, скажу честно… Устоять перед ним сложно.

И именно поэтому его ассистентка – я. Не вешаюсь на него и оставляю голову холодной и ясной в любых ситуациях.

– Всего лишь на три секунды, – сверяюсь с часами. – Извините. Приступим к работе?

Мой босс, наконец, поворачивается ко мне. И улыбается, ослепляя острыми, белыми клыками, так хорошо контрастирующими с его загорелой кожей. Ему надо было в модельное идти, а не в бизнес.

– Ладно, иди сюда, присаживайся. Обсудим ближайшие планы.

Я киваю, дохожу до его стола. Устраиваюсь напротив. Специально. Хотя я всегда сижу рядом с ним по правую руку. Так работать легче.

– И куда ты? – опускается в своё кресло. Рядом по стулу хлопает. – Иди сюда.

А я не могу. Потому что его запах не только голову кружит, но… ещё и заставляет возбудиться. Точнее, не совсем от него. А от воспоминаний, которые всплывают в голове. От всего, произошедшего этой ночью.

– Мне здесь удобнее, – хриплю, прочищая горло.

– А мне – нет, – отвечает строго и жёстко. – Иди и сядь сюда.

Я вздыхаю. И послушно иду к Эмиру, не собираясь оттягивать неизбежное.

Эмир

– Ты чего кричишь? – сонно бормочу, переворачиваясь на другой бок.

Скажу честно – эта суррогатка знатно высосала из меня все силы.

Я думал, нам хватит одного раза, но так увлёкся, что не заметил, как полностью всё опустошил. И такое бывает, да. Ненасытная девчонка оказалась. Мне понравилось. Буду не против повторить ещё – и не один раз.

Она молчаливая, относительно. Это мне по душе. Много во время этого дела не говорила, но стоны… каждую секунду испускала.

Хороша девчонка, хороша.

А Назар ещё говорил, что страшная. Зато вон какие умения!

– Там только что… – рядом разносится. – Кто-то был. Дверь открыл и…

– Дурью не майся, – закрываю рефлекторно глаза рукой. Так спать удобно. – И спи.

– Но как же?..

– Ты деньги получила? – перебиваю её.

– Получила..

– Будь добра, замолчи. Ты мне молчаливой больше нравилась.

Ну, как сказать… Думаю, в соседних номерах нам точно позавидовали.

А пока отодвигаю всё на задний план и ненадолго засыпаю. Пробуждаюсь рано утром, видя рядом с собой девушку. Уже при свете. Даже рассмотреть успеваю.

Мать моего ребёнка. Никогда не понимал суррогаток. И даже сейчас, столкнувшись с одной из них, – всё ещё негодую.

Встаю с кровати, потираю глаза. На работу надо. Планов – целый вагон и маленькая тележка.

Поэтому иду в душ после весёлой ночки. Возвращаюсь, а моя ненаглядная чертовка, что ночью такое вытворяла… быстро собирается.

– Простите, бежать нужно, – блеет как овечка. – Позвоните ещё?

– Позвоню, – киваю, проходя к кровати. – И не раз. Ты контракт читала?

– Читала…

– Плохо читала, – недовольно поднимаю взгляд. – Связь ежедневная. Плюс у нас запланирована повторная встреча. Я позвоню, когда опять потребуешься.

Сам понимаю – таким способом с первого раза не залетишь.

– Буду ждать! – восклицает. Сейчас такая неуверенная, милая, а выглядит, как самая настоящая мегера. Ничем не отличишь. – Я пошла!

Провожаю её взглядом. Ну вот вообще на ночную партнёршу не похожа. Та хоть и жалась жутко, но делала всё так чувственно, скромно. Некоторое время. Чёрт. Кое-как заставил её стены пасть. Опять перед собой их построила? Ничего, снова упадут.

Когда у меня там свободное окно есть? Надо будет узнать у крошки Виталины. Та следит за моими делами лучше, чем я.

Кстати, пора в офис. Начальник начальником, но если опоздаю – будет нехорошо. Плохой пример. Ещё и Вита заметит – будет потом припоминать. Она вообще не такая, как все мои сотрудники. Не боится сказать мне о мятой рубашке или моём опоздании на несколько минут.

Вот люблю её за это!

И чтобы не отклоняться от графика, составленного ею, – ищу свои штаны. Где-то… у входа были.

Там и нахожу их. Нагибаюсь, поднимаю, и…

Трусики с них вываливаются.

Красные. Кружевные.

Усмехаюсь, поднимаю их с пола. Недешёвые, но не «Сикрет». Со вкусом. Он у матери моего будущего ребёнка неплохой.

Надеваю штаны, убираю бельё в карман. Верну при следующей встрече.

Я на секунду задумываюсь, накидывая на себя рубашку. Это же что получается, она без белья убежала? Вот дурында. Видимо, острые ощущения любит. Но вернуть всё-таки надо.

Одеваюсь, хватаю ключи от машины и покидаю номер. Спускаюсь вниз. И через сорок минут выхожу из лифта своего офиса. Не опаздываю. Виталина уже на месте. Сидит за столом, грызёт ручку и что-то пишет в блокноте.

Грызёт так… эротично. Скорее всего, отголоски ночи на меня так влияют.

Вита всегда это делает, когда составляет план. Поэтому ручки меняет настолько часто, что у них не успевает кончиться паста. А я говорил уже – взять планшет. Но ей удобнее в блокноте.

– Доброе утро, – приветствую. Настроение хорошее. Я давно так не отрывался. Эта дикарка все соки из меня выжала. Вот как можно быть такой милой и раскрепощённой одновременно? – Всё готово?

– Угу, – отвечает задумчиво. – План на неделю составила. Но… Один ужин с партнёрами никуда не могу поставить. Вы мне написали выделить целый вечер на свои дела…

Она поднимает на меня изучающий взгляд. Очки поправляет и голову набок склоняет. Ох уж это женское любопытство!

Вижу вопрос её в глазах!

Но вместо того, чтобы задать его, она губами шепчет:

– Может, поставить эту встречу перед…

– Нет, – отрезаю. В тот вечер не хочу ничего делать. Меня ждёт суррогатная мать. И у нас будет вторая попытка. Не знаю, насколько первая удачная, но надо закрепить. – Так, когда у меня свободный вечер?

– Через неделю.

Долго!

– Перенеси пораньше. Устрой его через два дня.

Ей это не нравится. График, конечно, снова составлять.

Прохожу к своему столу, сажусь в кресло напротив.

– Тогда придётся всё двигать. Весь план…

– Но это твоя работа, – напоминаю ей, открывая ноутбук. – Давай, Вита, работаем-работаем.

Богданова собирается и вливается тут же в работу. Мы обговариваем несколько деталей. Даю Виталине задания, но у той сегодня всё валится из рук. Сама не своя. Суетливая, что-то забывает. И невнимательная. А это – самое ужасное.

– Виталина, если у тебя проблемы, – обращаюсь к ней, выглядывая из-за крышки ноутбука. – Оставь это дерьмо дома. Тут работа.

– Ага… – опять в облаках витает. – Я это, пойду на обед.

Впервые вижу, чтобы Богданова САМА вспомнила про обед и пошла на него. Обычно её с рабочего места не прогонишь. А тут с кресла срывается, хватает сумку и убегает.

И это меня настораживает.

Когда мой ассистент, от которого зависит вся работа, так себя ведёт, не могу это просто пропустить.

И когда она возвращается через полчаса с обеда… думаю забить. Но нет. Она устраивается напротив, хотя постоянно сидит рядом. Знает же, что для наших планов нужен ноутбук. Который стоит передо мной. А она уж, смотря в его крышку, ничего не увидит.

Нет. Всё же что-то произошло. Вита опоздала ещё к тому же.

– И куда ты? – опускаюсь в своё кресло. Похлопываю по стулу рядом. – Иди сюда.

– Мне здесь удобнее, – странно хрипит. Чёрт. Невольно вспоминаю бурную ночь. Мне этот хрип напомнил один очень приятный стон.

Но!

– А мне – нет, – отвечаю без эмоций. Что за строптивость? – Иди и сядь сюда.

Виталина слушается, встаёт со своего места и всё же садится рядом.

Неосознанно втягиваю носом воздух и задумчиво смотрю на тёмную макушку сверху вниз. Хм… Ничем не пахнет.

Никогда к Виталине не принюхивался. А это, наверное, из-за той девушки в номере. Как же её зовут? Лена, кажется. Я не помню. Видимо, из-за неё теперь нюхаю свою ассистентку, как ненормальный.

– Давайте быстро всё сделаем, – проговаривает она, суетясь. – У нас потом совещание. И встреча в ресторане.

– Куда торопишься? – щурюсь. Подозрительно очень. Сегодня первый день такой за два года нашей работы. – Успеем.

– В ваших же интересах закончить скорее, – взгляд вниз опускает и очки поправляет эти идиотские. Лена тоже их носит. Помню звук, с которым они упали на пол. Чёрт. Вспоминаю хрупкое тельце в руках, звонкий стон – и опять всё горит.

Прочищаю горло и пытаюсь тему перевести.

– Парень появился?

Вита не шевелится, но вижу, как ручка в пальцах прокручивается. Плохо. Я нанимал Богданову с несколькими условиями. И как бы жёстко это не звучало, первое из них – отсутствие каких-либо отношений. Работа у нас насыщенная, дел много. И Вита должна быть готова приехать в любой момент, даже в тёмное время суток. Она на это способна – живёт недалеко от офиса.

В нашем деле нет места отношениям. Я с двумя ассистентами распрощался из-за их личной жизни.

Мне нужна отдача. Огромная и всецелая.

Когда идёшь ко мне на работу – должен это знать и принять, если готов к дальнейшему сотрудничеству. Дуло пистолета у головы не держу – сами приходят.

– Как он у меня появится, если я постоянно с вами, Эмир Тагирович?

– Ну-у, – откидываюсь на спинку стула. – Вот вчера. Я ушёл рано.

Слежу за каждым её движением. Хочу понять, врёт она мне или нет. Ну, не такая она, как всегда. Скорее всего, парня завела, вот и нервничает, боясь, что раскрою её.

– Я вчера… – глухо сглатывает. – После вас сразу домой пошла.

– Верю, – подаюсь обратно вперёд. Хотя вру. Не верю. – Давай дальше.

Стараюсь не замечать непривычную дерганность Виты, но она очень раздражает. Поработать получается, но не так, как хотелось бы.

– Нам через пятнадцать минут нужно быть на переговорах, – она встаёт, чуть наклоняется, хватая свой блокнот и отодвигая стул.

Блузка слегка расстёгивается, показывая упругие холмики. На одном из которых отчётливо видно розоватое пятнышко.

Будь я пятнадцатилетним девственником, сказал бы, что аллергия. Но нет. Засос. Я такой же суррогатной матери вчера вечером оставил.

Соврала про парня?

А может, у неё и нет отношений? Так, развлекается с мужчинами. Это же нормально.

Отчего-то раздражаюсь. Даже немного волнуюсь. Вита за эти два года стала мне… дорогим человеком. Она, можно сказать, не просто сотрудник, но и моя подруга. Кто ещё в два часа ночи привезёт мне отчёты и просмотрит их вместе со мной, а потом, сделав кофе, уснёт на диване? И я ведь не прогоню.

Поэтому надо будет как-то аккуратно у неё это узнать.

Вдруг там какой-то придурок?

Или познакомить с кем-то из своих знакомых.

А вдруг отношения завяжутся? Нет. Тогда она влюбится, голова засорится – и не видать мне моей собранной и ответственной крошки Виталины.

– Поехали.

Встаю, хватаю ключи от машины и свой пиджак. Телефон убираю в карман брюк. Мешается что-то. Достаю какую-то ткань и… тут же сую назад. Чтобы Вита случайно не увидела. Нет, мне стыдиться нечего, но… Не выставляю свою личную жизнь напоказ.

Чёрт, надо вернуть.

Но наша встреча только через два дня.

Ладно, подождёт. Может, ещё что перенесу.

А пока едем в ресторан. Приезжаем рано, заказываем кофе. Пока ждём – приходит сообщение от неизвестного контакта. На личный номер.

«Добрый вечер, Эмир. Это я, Лена, ну, мы с вами…»

А-а-а, суррогатная мать.

Чтобы скрасить ожидание, откидываюсь на спинку дивана и пишу ответ:

«Я понял. Как самочувствие?»

Я не люблю фамильярности. И вообще, когда кто-то на этот номер телефона пишет. Даже Богданова себе такого не позволяет.

Ответ приходит незамедлительно.

«Отлично. Когда мы встретимся?»

Смелая.

Я хоть таких и люблю, но… Иногда мне кажется, что они не видят границ. Как Лена. Я ведь сказал, что позвоню. А она выходит на связь первая.

«Что-то произошло?»

«Нет. С чего вы взяли? Но я уже скучаю по вашим рукам…»

Подхалимка.

Она резко начинает мне не нравиться.

Но тут же вспоминаю её тельце в своих руках. Срывающийся от криков голос…

«Встретимся завтра», – пишу, руководствуясь каким-то желанием. Вспоминаю жаркую ночку – и всё начинает дымиться.

Ещё хочется. Поэтому порывисто рушу весь свой график. Откладываю телефон на стол, и, смотря на вход ресторана, где появляются наши, возможно, будущие партнёры, говорю Виталине:

– Исправь расписание. Меня завтра вечером не будет.

– Но я уже всем… – она пытается возразить, но к нам уже подходят.

Я встаю, протягиваю руку Петру Самойлову. С неприязнью. Мне этот тип не нравится. В первую нашу встречу отказывался продавать мне акции.

– Добрый день, – врубаю дружелюбие.

Он кивает. Садится на стул напротив и тут же на Виталину взгляд кидает. К ней обращается.

– Рад вас снова видеть, – улыбается не только губами, но и глазами.

Сажусь обратно и сверлю Петра взглядом. То есть мне обычное рукопожатие без слов, а ей…

– Вы с каждой встречей всё краше и краше.

Он что это, к моему личному секретарю и ассистенту клинья подбивает?

– Благодарю, – Вита сдержанно кивает.

Молодец. Не ведётся.

– Что же, поговорим о деле, – приступаю. Протягиваю договор со всеми нюансами Самойлову. – Мы по-прежнему хотим купить ваши акции. И это наши предложения.

Пётр опускает взгляд и с каким-то отчуждением смотрит на бумаги. Тянется к ним и двигает на себя.

– Вы предлагали мне это и в прошлый раз, господин Адашев, – отзывается высокомерно. – Я изучил договор вдоль и поперёк.

– Там новые условия.

– Меня устраивают и старые, но я хочу кое-что ещё.

Борзый. И смелый.

– Слушаю, – киваю, хотя всё это уже начинает надоедать.

Фиг с ними, с этими акциями. У меня сейчас других забот хватает. Например, подготовка к рождению ребёнка. Нужно купить новый дом, сделать там ремонт.

– Это больше касается Виталины, чем вас…

Пётр переводит взгляд на неё.

– Что вы скажете на моё предложение перейти ко мне в компанию? Наслышан о вас как о хорошем и надёжном сотруднике.

– А вы не переходите границы? – первым делаю выпад.

Пётр в конец оху… офигел. Да, Виталина в наших кругах… на слуху. Потому что мне завидуют. Нарыл такой кладезь. Умна, красива и находчива. Разве не идеал? Вот и да.

Хочу сказать ему ещё несколько «приятных» слов, но рука Богдановой опускается мне на колено.

– Простите, – улыбается. – Я уверена, вы справитесь без меня. Я не настолько хороша, как вы думаете. А у вас… Отличный, сплочённый коллектив, как мне рассказывали. Да и к тому же… Я не могу покинуть своего босса. Боюсь, он потеряется в кипе бумаг, которые я оставлю после себя.

Я должен обидеться, но почему-то улыбаюсь.

Моя девочка!

– Ещё и деликатно отказываете, – улыбается Пётр, вставая со своего места. Так быстро сдался? – Что же, имейте моё предложение в виду. А это…

Он протягивает мне бумаги.

– Оставьте себе.

Я усмехаюсь и откидываюсь на спинку стула.

– Шуруй отсюда, – говорю уверенно.

Всё равно мне на его акции. Хотел по-хорошему, а теперь не буду. Ещё ассистента моего стырить хочет. Средний палец мой видел?

– Как некультурно, – фыркает рядом Вита.

– Ну, что ж, – пожимаю плечами. – Жизнь такая. Что мне ещё говорить, когда моего человека уводят из-под носа. Нахал.

Я поднимаюсь, протягиваю ей руку. Она принимает её, встаёт следом, поправляя юбку.

– Вы только что потеряли миллионы. Как себя чувствуете?

– Я? Прекрасно.

Тяну её за собой и иду на выход.

– Пошли, пока ещё кто-нибудь на тебя не позарился. Подброшу до дома. Завтра в офисе меня не будет. Доверяю тебе.

Меня ждёт раунд номер два. Оторвусь и как раз выпущу пар, отдохнув, а то люди вокруг… начинают сильно раздражать.

После того как босс привозит меня домой, я делаю вид, что захожу в подъезд. А потом, как только он уезжает, направляюсь к своему парню. Стас живёт недалеко, и мне кажется, нужно перед ним объясниться.

Поэтому стою на лестничной площадке, где пахнет свежей краской.

Дверь после третьего звонка открывается – и на пороге появляется мой молодой человек.

– Привет, – говорю первая. Протягиваю коробку его любимых конфет. За такой короткий срок я узнала о нём не так много, поэтому… это лучшее, что я могла придумать. – Поговорим?

Стас, вместо того чтобы пропустить меня, окидывает недовольным и обиженным взглядом.

– О чём? О твоём побеге?

– Да.

– Могла бы и написать. Я бы не ждал тебя, как придурок, сорок минут в номере. Дорогущем. Который снял специально для нас. В итоге, я сидел там один.

– Прости, – осознаю свою вину. Мы оба хоть и работаем, но… мы обычные. У нас нет огромных зарплат, и такие дни, как вчерашний, – редкость, изыск. А я всё испортила. Не нужно было убегать, как последняя трусиха. – Я готова всё исправить.

Хоть и не совсем.

Вина гложет. Совесть сжирает. Оттого что с другим мужчиной, хоть и случайно, переспала…

– Молодец, – язвит. – Только я уже не в духе.

Стас, разозлившись, закрывает перед моим носом дверь.

Вздыхаю, понимая, что всё. Разворачиваюсь и ничуть не укоряю его.

Сама виновата. И это факт.

Поэтому, понурая и расстроенная, спускаюсь по лестнице. Теперь, помимо того, что меня волновала та ночь, появилась ещё и проблема с парнем.

Классно.

К счастью, к этому всему хотя бы беременность не прибавится – я ведь пью таблетки. Хоть что-то хорошее и не омрачающее моё будущее. И чтобы его как-то скрасить – я звоню подруге. Зову к себе, чтобы немного отдохнуть и… успокоить мысли. Хоть завтра могу прийти в офис помятая. Босс всё равно не увидит. У него завтра…

Выходной.

Вот это да…

Что у него там такого важного, что он даже пожертвовал работой?..

Эмир

Падаю недовольно на кровать и озадаченно смотрю в потолок. И что это сейчас было? Кошусь в сторону своей суррогатки и наблюдаю за тем, как та убирает прилипшие к лицу пряди волос и тяжело дышит.

Окей, она устала. А я… Ну, возбудился немного. И то, когда ночь нашу первую вспомнил. А тут… Пришлось быстрее закончить, чтобы не оплошать. Желания нет.

Это из-за того, что было слишком много ожиданий? Или…

Встаю с кровати, отбрасывая простынь в сторону.

– Ты куда? – звенит взволнованный голос.

– Свет выключу.

Может, ситуацию исправит?

Вырубаю свет, возвращаюсь обратно в постель. Припадаю губами к телу Алины и заставляю себя захотеть её. Что за ерунда вообще? У меня за один день всё обрубилось?

Вдыхаю её умопомрачительный аромат и кривлюсь.

– У тебя новые духи? – спрашиваю с неприязнью.

– Да-да, новые, – тараторит.

– Верни прежние.

Так вот в чём проблема. Просто она пахнет резко. И невкусно. Совсем не так, как два дня назад.

– Хорошо…

Чтобы всё получилось – пришлось снова в голове представлять ту ночь. Точнее, голос и движения. Остального не дано, темно ведь было.

Кое-как делаем это второй раз. Я начинаю чувствовать себя ущербным. Старый стал? Не справляюсь?

Не может такого быть.

Так, ладно. Надеюсь, на сегодня хватит. Следующий раз будет заключительным. Если дальше так и будет продолжаться.

Всё же я ищу лишь суррогатную мать, а не постоянную партнёршу для секса.

Опять ложусь на кровать и смотрю в потолок, включаю прикроватный свет.

День – дерьмо. Наверное, потому что на работе не был.

– Кстати, – приговариваю и чуть привстаю. Тянусь к своим брюкам. Вот что значит сегодня не пошло: штаны у кровати, а не у двери.

Хватаю их, ныряю в карман брюк. И кидаю ей её трусы. Мне, спасибо, девать их некуда.

– Ты, шалунья такая, ушла в прошлый раз без них, – усмехаюсь, разворачиваясь к ней.

Кидаю ей их на грудь. А Лена, словно увидев кучку гуано у себя перед лицом, приподнимается, хватает бельё двумя пальцами и скидывает с кровати. При этом издавая звуки недовольного тюленя.

Чего это она?

– Точно, забыла про них. Ничего, зато проветрилось всё!

Шутит она не очень.

Откидываюсь снова на подушку, переворачиваюсь на бок.

Всё же… Хм.

Рассматриваю каждую чёрточку в ночи. И только тусклый свет лампы падает на её профиль. Ну, красивая. Губы, правда… не свои. Ресницы – тоже. На фотографии её неестественность выглядела не так. А здесь – кукла. Всё не своё.

Взгляд на грудь опускаю. Большая, прикольная.

Хм-м, только в прошлый раз она была меньше.

– Какой размер? – спрашиваю, кивая. – Третий?

Алина смотрит на меня, стреляет голубыми глазками.

– Ага. Нравится? – улыбается и пальчиком тычет мне в плечо.

Я настолько стал плохо разбираться в груди? Той ночью она помещалась в ладошку. Отличный был размер. Успела сделать операцию? Явно нет.

Меня что, пытаются обдурить?

Приглядываюсь к ней и понимаю – здесь что-то не чисто.

– Глаза у тебя красивые, – делаю комплимент. – Линзы?

– Нет, мои, – смущенно отвечает.

– А зрение как? Всё же ты мать моего ребёнка. Хочу всё знать. Очки носишь?

– Неа, – гордится чем-то. – Не ношу. Зрение очень хорошее.

Значит… Не носит.

Я резко переворачиваюсь, нависаю над девчонкой и пытаюсь сдержать гнев, который так и рвётся наружу.

Меня что, за дурака держат?

Я могу, конечно, ошибаться, но, судя по её испугу и другим не сходящимся фактам, это не так.

– Кто. Ты. Такая?

– В-вы о чём? – блеет, как коза. Или овца. Я пока не решил. Судя по тому, что она пытается меня обмануть, – овца полнейшая.

– О том, что прошлой ночью была не ты. За осла меня уж совсем не держи. Различия вижу.

И опять этот испуг в глазах. Не недоумение, ничего подобного. Значит, я все правильно понял.

– Что задумала? Подружку обрюхатить? Чтобы потом я не только тебе, но и ей бабок отвалил?

– Нет! – вскрикивает и вырваться пытается. – Просто… Я растерялась! Там, в общем…

Алина мнётся, и я даже начинаю чувствовать свою вину. Собираюсь сжалиться, но, когда понимаю, что она решила провернуть, – передумываю.

Меня пытались развести, как лоха!

Слушаю внимательно её лепет.

С каждым словом всё больше не верю ей.

Рассказывает, что зашла в номер, увидела меня, одного на кровати. Легла рядом, решив, что я уснул, не дождался её. А потом… За дверь кто-то сиганул. Дальше она продолжила мне врать, потому что деньги-то я ей уже заплатил. Первую часть. А она её потратить успела.

За каких-то несколько дней!

И, говорит, трусы не её.

Сомнительная история, в общем.

Но я верю. Когда дважды два складываю. Грудь, очки, запах. Трусы.

Ну, не её размер, кажется. Да и слишком уж она брезгливо их откинула.

– Мне вам теперь деньги вернуть надо, да? – всхлипывает. – У меня нет.

Я встаю с неё и иду одеваться. Капец ситуация. А она о деньгах думает.

– Себе оставь, – там-то первая выплата – копейки. – Насчёт договора – с тобой свяжется мой агент. Составите новый.

– То есть?.. Мы не будем?..

Да я пока не знаю! Мне ту девушку теперь найти надо! Я с ней за одну ночь раза три кайф поймал! Чёрт знает, может, она беременна моим ребёнком будет. Я же не предохранялся! А я знаю – пьёт ли она таблетки? Есть ли у неё спираль? Или позаботилась ли она об этом после?

– Подождём, – киваю. – Свяжусь с тобой ещё.

Заправляю рубашку в штаны и оборачиваюсь к ней.

– Когда девушка та сбегала, ты не успела рассмотреть её? Хоть что-то?

Вряд ли ответит. Но плюсик ей за то, что хоть всё рассказала.

– Нет, не видела. Темно было. Но… Она кое-что потеряла.

Наклоняется, хватает свою сумку с пола. Копошится в ней и через несколько секунд достаёт какие-то карточки. Поначалу не понимаю, что это, а потом… Узнаю.

Это визитки моей компании.

– Вот, это её. Нашла под кроватью.

Какая честная мне попалась суррогаточка.

Выдёргиваю из её рук стопочку визиток, надеясь увидеть имя и номер, но… Там только контакт нашего консультативного отдела. Ниже – технической поддержки. Мы такие визитки даём абсолютно всем. Они есть у каждого работника.

И как мне её искать? То, что это моя подчинённая, точно. Такие стопочки только у персонала. Значит… Кто-то из моей компании. И вот как так совпало?? У меня работает как минимум около пятидесяти девушек!

Сорок девять. Виталину исключаю. Она и пахнет по-другому, и трусики такие явно не носит. Эти слишком… Эротичные. Вульгарные. Не её стиль.

Так, ну, поиск сужается… Она носит очки. Размер груди у неё… Второй, примерно.

Блин, как у Виталины.

Но нет, не сходится.

Снова убираю в карман бельё какой-то незнакомки и стопку визитных карточек, перевязанную обычной резинкой. Так, ну… Хреново дело. Как мне её искать?

Сам не замечаю, как иду на выход. Думаю только об одном – она может быть беременна моим ребёнком. И мне срочно нужно его найти. До его появления на свет – точно. Как можно раньше. Вдруг девушка всё же решит оставить его? А он будет жить без отца и в чём-то нуждаться.

Чёрт!

Теперь жалею, что не согласился на ЭКО! Всё потому что захотелось, зачесалось сделать всё именно так! Перестраховаться! Я ЭКО вообще не доверяю. Мои работницы столько рассказывали небылиц о том, как врачи путают биоматериалы. Книг перечитали, что ли?

Но мне такой вариант не понравился. Решил естественным путем.

Ага, Эмир, получи и распишись.

Ищи теперь! Твой ребёнок может быть где угодно!

И вот это большая проблема…

На следующий день прихожу в офис. Прошу Виталину подготовить список всех сотрудниц женского пола. Она пребывает в смятении, но выполняет всё безукоризненно. И через час у меня в ноутбуке находится уже вся база.

Твою же мать…

Как только найду эту девчонку, кем бы она ни была, сокращу весь штат сотрудников.

У меня их оказалось триста. И только сто тридцать из них – девушки. Не знаю, сколько носят из них очки. Для фотографии ведь они могут их и снять? Полненьких и девушек с каре – я исключаю. Не то. За волосы помню, тянул. От души. На кулак наматывал. И руками чувствовал и бёдра тонкие, и талию осиную.

А как в спинке прогибалась, м-м-м.

Пока всех отсортировал – Виталина пришла. Осталось около семидесяти девушек. Дальше буду определять… Не знаю, по чему. Решу.

– Как отдохнули? – ставит передо мной чашку ароматного кофе. Обходит стол. И в этот момент я неосознанно смотрю на её зад, обтянутый узкой юбкой. Хороший. Те трусики бы сидели на нем отлично.

Хмм… Эмир не смотри так на своего ассистента.

– Лучше бы не отдыхал, – говорю правду. – А ты как справилась?

– Хорошо, – кивает и садится напротив меня. Протягивает мне бумаги, держа тонкими пальцами. – Вот отчёты. Мне пришлось немного перекроить ваш график, поэтому… Я уеду через полчаса на одно предприятие, проверю готовность и итоги сама. Вам нужно будет поехать…

Она мне что-то объясняет, говорит. А я смотрю на ложбинку меж её грудей, виднеющуюся из рубашки. Засосов нет. Может, всё же аллергия?

– Вы меня слушаете?

Я поднимаю взгляд вверх, на её губы, и опять не понимаю, что она говорит.

И вот что происходит?

Ну, я до сих пор возбуждён. Причём не Алиной, а той ночью. Вспомнил всё – и конец.

Чёрт, и куда подевалась моя незнакомка?

– Я останусь в офисе, – перебиваю её, опуская взгляд в ноутбук. Смотреть на Виталину тяжело. С каких пор я вижу в ней девушку? Я раньше на неё только как на… работника смотрел. А сейчас как на… Чёрт. – Есть неотложные дела.

Ага. Буду искать сотрудницу, которая, возможно, через два месяца узнает, что беременна.

Вот веселье будет…

– А, хорошо…

На этом разговор заканчивается. Ещё немного работаем, а потом разбегаемся. Виталина едет на предприятие, а я… сжав чужое бельё в кармане… направляюсь разыскивать ночную незнакомку.

Эмир

Будь мы сейчас не одни и не в лифте – я бы этого не сделал.

Подозреваемая номер один. Алла Северянина. Светленькая, худенькая. Попа… Так себе. Прикладываю к её заднице белье, и… Оно ей большое. Нет, слишком уж она маленькая и тощая.

– Босс?..

Я резко убираю бельё в карман. Поднимаю взгляд на девушку и кашляю. Прикрываю рот рукой и делаю вид, что мне нездоровится. А она глазами блестит, чертовка! Нормальная вообще к своему боссу в лифте клеится? Хотя… Я её только что за задницу трогал, о чём может быть речь?

– А вы только что?..

– Случайность, – хмурю бровь. Достаю телефон, на котором напротив её имени ставлю прочерк. Делаю мелкий шажок вперёд, принюхиваюсь. И опять морщусь. Так, это не просто минус – это жирный минус.

– Та-ак, следующая, – машу рукой и говорю своим мыслям.

Девушка хоть и в оцепенении, но выходит из лифта. И в кабинку вваливается толпа офисных работников.

Как раз попадаются три молоденьких девушки. Нюхаю одну из них – снова не то. Другую рассматриваю – очки не носит. Третья – полновата и длина волос не та.

Да что же это такое!

Разъярённый вылетаю из лифта и иду в свой кабинет. Звоню начальнику отделов и прошу выслать рабочий график работников.

Почему-то сразу я не додумался. Тот, у кого был выходной или ушёл раньше… Хотя, это было поздно вечером. Они уже могли уйти с работы.

Но только не ночная смена. Та-ак. Круг сужается.

Через полчаса я получаю результат.

Осталось проверить каких-то тридцать девушек. И ликую. Их всё меньше и меньше.

Как их всех проверять?

Посмотрим.

Сажусь за стол и зло барабаню по дереву пальцами. И что делать?

Так хотел ребёнка, что увяз в болоте. Получай, Эмир! Фиг тебе, а не ребёнок.

Теперь сиди и гадай.

Внезапно экран телефона мигает.

Смотрю на дисплей и хмурюсь. Сообщение от Виталины. Она вообще редко что-то присылает. Если по работе, то делает это на почту.

Открываю… А там одно короткое сообщение:

«Босс. Помогите. Я застряла»

Виталина. Полчаса назад.

План мой немного меняется. Хоть я и должна ехать на предприятие – еду в парфюмерную мастерскую, где и производят этот одеколон.

Да, босс у меня любит редкие экземпляры. И именно он продаётся лимитированной коллекцией. Только на заказ.

Хоть в чём-то мне повезло.

Господи, это закон подлости?

Скоро я начну верить, что случайности – не случайны.

А всё это – проделки судьбы.

Но это же бред!

– Ну, девушка, я не могу предоставить вам такую информацию.

Парень, набивающий себе цену, потирает подбородок.

– Три тысячи решат этот вопрос? – выгибаю вопросительно бровь. Протягиваю ему три голубеньких купюры.

А он смотрит на них так, как царь на челядь.

Да я ему почти последние, кровные отдаю.

У меня зарплата только через две недели. А остальное я потратила на духи. Бельё. Платье. Причёску. Шугаринг, маникюр. Нормальный вообще?

– Девочка, ты серьёзно? – кривляется. – Этот одеколон стоит тридцать кусков. Ты уверена, что мне есть дело до трёх тысяч?

Я едва не рычу.

Забираю обратно свои три тысячи и кладу на стойку свою рыженькую девочку.

– Я прошу тебя выдать мне список покупателей, а не наркобаронов, – шиплю.

– Ну, вот это уже другой разговор, – фыркает и наконец, отдаёт мне список. – Номерок мне свой ещё оставь. Созвонимся.

И подмигивает.

Я, не показывая неприязни, сую ему визитку. Компании. Пусть его проконсультируют.

Еле сдерживаю эмоции. Парень специфический. Не нравится он мне.

Пулей вылетаю из мастерской, получив своё. И, сев на служебную машину, еду на предприятие.

Надеюсь решить всё быстро, а потом заняться своими делами. Например, найти того подонка, который, воспользовавшись ситуацией, пригвоздил меня к стене и начал целовать…

С опаской захожу на предприятие, погруженное в тишину. Странно, нет никого? Или обед сейчас? Не знаю. Направляюсь к начальнику, хочу побеседовать и лично всё проконтролировать.

Чтобы не идти по лестнице на каблуках, выбираю лифт.

Да, порой лень играет со мной злую шутку.

Прямо как сейчас.

Стоит мне проехать один этаж, как лифт останавливается. Двери не открываются, а кнопки отказываются работать.

Истерично жму на значок четвертого этажа и надеюсь, что заработает.

Ничего подобного!

Так, без паники.

Вызываю помощь через кнопку.

Даже не загорается, в отличие от других.

– Эй, есть там кто? – прибегаю к другому варианту.

И опять тишина…

Сегодня что, день мертвецов?? Где все ходят??

И что делать?

Главное – не паниковать. Хотя я вроде спокойна. Рано или поздно меня отсюда вызволят. Только… Когда? Весь мой чётко составленный план насмарку! Мне его что, в третий раз перекраивать??

Вот и что делать?

Конечно, вызвать босса. Его бизнес – его косяки. Пусть их исправляет.

Достаю телефон, пытаюсь дозвониться. Не берет. Пишу короткое сообщение. И, пока жду хоть какого-то ответа, пытаюсь не паниковать.

Опускаюсь на пол, устраиваюсь поудобнее и поджимаю под себя ноги. Сентябрь хоть и жаркий выдался, но под конец резко похолодало. На предприятии и так отопления нет, а в лифте вообще дубак. Ноги мёрзнут.

Закутываюсь в кардиган, и, чтобы не терять времени, достаю список покупателей парфюма босса.

Мда-а… Непаханое поле, чёрт.

Хочу приступить к изучению, но отвлекаюсь на пиликающий телефон.

Захожу в сообщения, а там:

«Я позвонил управляющему, он сказал, что решит. Подъеду через двадцать минут – я освободился».

Босс в последние дни… какой-то несерьезный.

Я отвечаю, что жду его, и решаю разобраться со списком.

Фигово дело.

Покупателей в этом месяце очень много. Около ста человек. А вдруг тот незнакомец в номере приобрел духи раньше?

Я ведь не знаю!

Флакончика того хватает, ну… Месяца на три? Смотря сколько льёшь его на себя. Боссу хватает и на полгода.

Фигня какая-то. Но пытаюсь все же что-то придумать. Лишь бы без дела не сидеть.

Какие у меня ещё зацепки есть? Кроме того, что он пахнет, как мой босс, и одного с ним телосложения?

Черт!

Глупее ситуации не придумаешь!

Попробовать ещё раз пойти в отель?

Это уже после зарплаты…

Платить за информацию нечем.

А может, Эмира попросить? У него связи есть везде.

И что я скажу?

«Босс, я тут переспала с каким-то чуваком, мне о-о-очень понравилось, помогите его найти? Продолжить хочу!»

Да ну-у-у, бред!

А, собственно, зачем я его вообще ищу?

Так… Знать, что это за гад? Воспользовавшийся ситуацией!

Может, ну его? Забить? Мне кажется, найти его нереально. Как? Только если в отеле спросить все-таки. Хм… Возможно, Стас поможет? У него там знакомые, кажется. Он говорил что-то об этом.

Ага, Вит, и как это будет выглядеть?

«Стасик, солнышко, помоги мне найти мужика, который меня на подоконнике, кхм, кхм. А ты меня в это время в номере ждал»

Так, что ли??

Нет уж.

Ладно, фиг с ним. Больно мне надо искать его. Подумаешь, переспали. Вечер хорошо провели. На этом и закончим.

Неожиданно лифт начинает работать. Едет вниз.

Я подскакиваю, поправляю на себе кардиган, отряхиваю попу от пыли – и с нетерпением жду свободы.

Психом стать можно в этой узкой кабинке!

Я готова расцеловать того, кто мне помог!

Поэтому, когда двери открываются, чуть ли не прыгаю на своего спасителя.

Но вовремя замечаю, кто это.

– А, это вы, босс, – говорю без энтузиазма.

Специально! Нет, я его обняла бы, если бы не его запах. Я ведь сейчас вдохну – и снова загорюсь идеей искать того чудика.

– Что-то я не вижу радости, – щурится.

Только сейчас понимаю, что прошло больше двадцати минут.

– Были бы расторопней…

– Ну, прости, – всплескивает руками. – Была бы ты серьёзнее, то учла бы, что сегодня мы не работаем. Техническая проверка. Где же ты витаешь, Виталина, раз не помнишь такие элементарные вещи?

Возмутительно!

Насупливаюсь, пар из носа пускаю и собираюсь выйти из лифта.

– Там же, где и вы. Раз уж даже вы, босс, не вспомнили об этом. А могли бы. Где же ваши мысли?

Его ладонь неожиданно опускается мне на попу.

Я чувствую странный подкатывающий жар, а потом меня разворачивают лицом к кабинке. И всё это под сжимающие меня пальцы…

Мама…

Или мне кажется?

– Видимо, и твои, и мои вместе.

Босс заводит меня обратно в лифт и заходит сам.

– А мы не застрянем? – спрашиваю с опаской. Тут холодно. Я ног не чувствую.

– Не должны, – хмыкает. – Но спуститься нам надо. Там лестница перекрыта грузом на втором этаже. Я по пожарке забирался.

Вот те на…

Представила Эмира, который по лестнице лезет. В рубашке, брюках…

Необычно.

Мы снова резко останавливаемся, и я хватаюсь за его руку, словно боясь упасть. Зажмуриваюсь, а когда открываю глаза – вокруг темно.

– Да-а-а, нам сегодня явно не везёт, – проговаривает Эмир.

А я начинаю бояться. Потому что, чёрт, меня пугает сочетание темноты и узкого пространства.

И, правда, не везёт. За сегодня лифт вырубается повторно. И вместе с механизмом… Отключается и свет.

А я как назло… Впадаю в панику.

– Виталина?

Негромкий голос босса выводит из мимолётного ступора. Но я всё равно продолжаю держать ладонь Эмира, боясь пошевелиться.

– Мы ведь не упадем? – жалко спрашиваю, сильнее прижимаясь к его руке. – Как думаете, через сколько мы задохнёмся?

– Ты что делаешь? – слышу недоумение, но ничего не могу с собой поделать. Обнимаю босса в лифте, как маньяк.

А как иначе?

Сердце как бешеное колотится в груди. Ноги от страха дрожат, и я сама не соображаю, что творю.

– Мне страшно, – пищу. – Я темноты боюсь. И маленьких пространств.

– А я думал, моя суровая помощница ничего не боится, – пускает тихий смешок.

Чувствую на талии свободную руку Эмира. Он прижимает меня к себе – и мне немного, самую малость, становится легче.

Но в то же время очень тяжело.

Я опять вдыхаю знакомый запах парфюма – и вспоминаю ту ночь.

Как же я хочу вернуться в неё…

Но, черт, где тот мужчина, что вскружил мне голову? Думать теперь ни о ком другом не могу, даже рядом с боссом.

– Эмир… – выдыхаю, снова ощущая покалывания во всем теле. – Тагирович. Вы меня за попу щупаете.

– А я думал, это твоя спина.

Подлец!

Воспользовался ситуацией и облапал меня! Беспомощную, уязвимую!

Прямо как тот урод!

– Я могу тебя отпустить.

Босс делает шаг назад, а я сама льну к его телу.

– Нет-нет! – кричу, зажмуриваясь и опять хватая его за руку. – Давайте ещё немного так постоим!

Что я только делаю?!

Страшно мне, вот и все!

– Да ты открываешься с новой стороны, Вита. Не знал.

Да вы много чего обо мне не знаете, Эмир Тагирович. Например, что недавно я переспала с незнакомцем. Услышит об этом моя матушка – проест всю плешь.

Да, родители у меня довольно… консервативных взглядов. До свадьбы мне даже целоваться нельзя.

Они до сих пор думают, что я девственница. В свои-то двадцать пять.

Снимать с них розовые очки я пока не буду. Пусть верят в это, главное, что на мозги не капают.

– А может, вы все же перестанете мою попу трогать? – начинаю раздражаться. – Это непрофессионально, босс.

– Говорит девушка, повисшая на мне.

Я фыркаю. Делаю шаг назад, отстраняясь от него и засовывая свой страх как можно глубже.

Вдруг перед глазами становится светло.

От неожиданности и испуга я неосознанно прыгаю на Эмира. Благо, тот успевает поймать меня.

– Простите! – кричу куда-то в грудь.

– Лифт заработал, – игнорирует мои слова. Открываю глаза, смотрю на каменное лицо босса – и вновь отстраняюсь от него.

На это раз навсегда.

Как же неловко!

Мы спускаемся на первый этаж, и я пулей вылетаю из темной кабины. Пусть мой босс думает, что я сумасшедшая, но я убегаю, оставив его одного.

Даже не сказав банального «спасибо».

А все потому что я впервые показала кому-то свои слабости. И так бездумно действовала, поддавшись страху.

Ладно, если бы это был кто-то чужой.

Но босс..

Завтра можно распрощаться с работой?

Я с опасением захожу в офис. Сегодня я намерена опоздать. Хочу войти в кабинет после босса. Зачем? Чтобы мне не пришлось неловко коситься в его сторону.

Хотя…

– Ты чего делаешь? – мимо проходит Ксана, останавливаясь у колонны. Я ее не замечаю, пока она не подаёт голос. – Сталкеришь? Кого?

– Эмира, – выпаливаю, не подумав. – Ой.

Вот дура!

А ну, возвращайся, серьезная Виталина! Хватит! Власть захватила безрассудная и импульсивная Вита, которая сейчас следит за входом, выглядывая своего босса.

Зачем?

Это не подлежит объяснению!

Извиниться хочу. Это во-первых. Во-вторых… Мне кое-что от него нужно. Я всё же решила узнать у него насчёт отеля. Ведь у него связи везде! Поэтому он будет мне помощником. Там же наверняка камеры есть, почему бы не посмотреть?

А спросит, зачем… Скажу, ограбил.

Отличная идея.

Главное, говорить это более драматично.

– Дурочка ты, Вита, – Ксана смеётся, проходит мимо. – Давай, жду подробностей!

Я киваю, но только спустя время понимаю, что их не будет. Как только босс входит в офис, я трусливо убегаю. Вот так, поджав хвост.

А когда Эмир заходит в кабинет, натягиваю маску равнодушия. Хотя глубоко внутри мучаюсь от нерешительности.

В итоге, я не могу отважиться спросить его об отеле.

И вообще начать разговор с ним, особенно после вчерашнего.

Мы заканчиваем работу, и я иду на своё место. И опять же – вместо того, чтобы заниматься неотложными делами, ищу в интернете информацию об отеле. Отзывы всякие. Вдруг мужчина там объявился?

Допустим, со словами:

«Отель хороший. И услуги ничего так. Ночью зашла девушка…»

Ну, и дальше понятно!

Конечно, такого не будет, но…

– Отель «Замок»?

Я тут же хлопаю крышкой ноутбука, оборачиваясь резко на стуле.

Удивлённый голос Эмира Тагировича буквально убивает наповал. Меня застукали!

Удивлённый голос Эмира Тагировича буквально убивает наповал. Меня застукали! А что если тот незнакомец – кто-то из его друзей? И уже всё ему рассказал? Что мы там делали и как…

И такой стыд будет, если он сейчас сложит дважды два!

Но ладно, какие шансы, что босс и мой ночной партнер знакомы? Глупости!

– Ага, думала, может…

Что думала, что?

Про парня говорить нельзя!

– Сестра приезжает в город. Не могу у себя разместить, думала, поселить её в отель. Рассматриваю варианты.

Вру складно! Прости, сестрёнка, но так нужно!

– А вы что-то слышали о нём? Может, были? – начинаю издалека. Отличный шанс проведать обстановку!

– Не-е, ни разу там не был, – отмахивается. Чёрт.

– И знакомых никаких нет?

– Нет, вряд ли, – обрубает. – Кофе принесёшь?

– Принесу, – вздыхаю.

Миссия провалена.

Провожаю босса взглядом, не зная, что делать дальше. Искать покупателя этих духов – как найти каплю проточной воды в море.

– Кстати, – Эмир Тагирович резко останавливается у двери. Сердечко забивается быстрее, и я поднимаю взгляд. Неужели что-то вспомнил??

Хмурится даже! Думает о чём-то!

– А почему у себя не можешь приютить? У тебя же двушка.

Да блин…

Сказать, что арендатор против? Ага, если бы. Только вот… Босс с ней знаком. Именно он помог мне с квартирой. Вышло дешевле всё же, плюс ближе к работе. Откуда у вчерашней студентки огромные деньги на съёмное жильё?

– Тараканов травят, – вздыхаю огорчённо. – Вчера начали. Сказали, что затянется. Может, недели на две.

– Хм, если надо – можешь пока разместиться у меня.

– Чего-чего? – лепечу.

Что это он такое говорит? Нормальный? В своём уме? Хотя, Эмир добрый. И я не удивлена, что он помощь предлагает. Но… всё равно. Он ведь мог разрешить переночевать в офисе, снять мне комнату, или… не знаю! Но никак не приглашать к себе!

Я знаю этого человека два года, и для него его квартира – крепость. Я ни разу не видела никаких женских вещей в его доме. Когда обмолвилась об этом, он объяснил, что дам сюда не водит.

Хотела я спросить, кто тогда я, но…

В то время Эмир Тагирович чётко поставил между нами границы, которыми я была довольна. Он – мой босс. Даже не мужчина. Работодатель. Я для него подчинённая, не более.

Поэтому…

Вроде неудивительно, но с другой стороны… Он меня вообще как девушку не воспринимает?

– Нет-нет, я у подруги живу сейчас. Всё нормально.

Босс кивает.

– Ладно, за работу, – говорит строго и уходит.

Дверь за ним закрывается, и я падаю на стол, ударяясь головой.

Вот чёрт!

И что теперь делать?

Есть у меня один вариант…

Но для этого нужно вино, шоколад и… Стас.

Что я только делаю?

Достаю телефон. Ищу контакт, подписанный как «Любимый». Нажимаю на зелёную кнопку слегка подрагивающими пальцами.

– Вита? – доносится через несколько минут. Он ещё трубку не сразу взял, и я успела уже вся известись.

– Привет, – по-доброму отзываюсь. – Давай встретимся? Я соскучилась.

– Ну, давай, – улыбается. Не вижу, но по голосу определяю. – Думал уж, не позвонишь.

Да ты меня сам отшил в прошлый раз!

Я вообще девушка гордая, первая могу и не позвонить. Но, скажу честно, когда мне нужно что-то для достижения цели, обязательно сделаю это.

– Ну, как я могла?

– А чего ты говоришь так тихо?

Вот как ему объяснить, что сейчас я сижу в кабинке туалета, в которой закрылась, чтобы босс не рассекретил меня? Да и не только от него прячусь. Врагов у меня хватает – на место ассистента Эмира Тагировича метят многие. Но не все выдерживают.

– Я… У нас сейчас совещание будет. Решила позвонить.

Как же я завралась!

– Хорошо, понял. У меня встретимся?

Почему-то представление ужина в его квартире меня немного пугает. Стас наверняка не выдержит, опрокинет меня на кровать и…

А я не хочу.

Вот не знаю, что со мной, но если и раньше у меня не было огромного желания, то теперь, после того незнакомца, меня один лишь образ Стаса отталкивает.

Может?..

Прошла влюблённость?

Да её и не было особо.

Я боялась из-за работы не обрести личную жизнь, а тут Стас. Знает мой график, полностью поддерживает его, не ревнует к начальнику и не засирает мне мозги.

Я и ухватилась за него… Кажется, зря.

Потому что ничего к нему не чувствую. И сейчас ощущаю себя гадко.

Я ведь использую его?

Как это мерзко!

Стоит подумать, действительно ли надо к нему идти…

– Давай у меня, – проговариваю. В своей квартире мне будет намного проще.

– Окей. Буду ждать встречи, радость моя.

Он выключается. И опять это чувство отторжения.

Влипла я… Знатно.

Встаю с унитаза. Поправляю рубашку и иду на совещание. Про него я не соврала – меня уже ждут. Осталось только оно. А потом… Стас.

– Проходи, – впускаю Стаса в квартиру.

Сжимаю в руках телефон, готовясь в любой момент отправить подруге сообщение. Да, план у меня глупый, шаткий, но… Когда дело дойдёт до интима, позвонит Ксана. Скажет, например, что её сбила машина, а мне срочно нужно приехать и помочь ей. Ну, конечно, про аварию мы в шутку придумали. Что именно она сообщит – не знаю.

Но мне, в первую очередь, нужно добыть информацию о «Замке».

Я веду Стаса на кухню, где по-быстрому накрыла скромный стол к ужину. Парень с работы, наверняка устал и голоден. Я надеюсь. И у него точно не будет сил на то, зачем он ко мне пришёл.

– Ого, – удивляется он, осматривая тарелки. – Сама приготовила?

Говорю честно.

– Частично.

Почти все заказала из ресторана.

Выскребаю последние деньги, твою мать.

– Нравится мне твоя честность, – улыбается Стас, присаживаясь.

Да? Может, тогда сразу спросить про знакомого в «Замке»?

– Но необязательно было.

Ага, как же… Я такое натворила. Мне перед ним надо, как минимум, месяц ноги раздвигать в извиняющемся жесте.

Я обхожу Стаса, становлюсь за спину и опускаю ладони на его жилистые плечи. Массирую, слышу расслабленный вздох.

– Я прошу прощения. Ты заказал дорогой отель и ужин. А я всё испортила. Не могу так это оставить.

– Обычно девушки извиняются по-другому, – шутит, смеясь.

Я и так понимаю, чего он хочет!

Запускаю пальцы в его волосы, немного сжимаю и слышу грудное рычание.

Нравится ему.

– Можно я немного понаглею и кое-что у тебя попрошу? – подступаю доброжелательно, при этом массирую кожу головы.

Какая ты гадкая, Виталина!

– Сейчас я готов тебе хоть душу продать.

Я улыбаюсь, одержав маленькую победу.

– Я в «Замке» кое-что потеряла. В какой-то момент я перепутала номера. Как раз выключили свет, и я от страха уронила очки.

– Эти? – указывает пальцем на стол. Блин. Они у меня одни. Но он вроде этого не знает. Или я говорила?

– Нет. Другие. Я хотела бы их найти. Бабушкины, жалко прощаться с ними. У тебя ведь знакомый там есть? Не мог бы он сказать, кто тогда в том номере был?

– Зачем? – по голосу слышу, что он хмурится и недоумевает. – Позвони на ресепшен и спроси, не находили ли их. Наверняка твои очки у них. Думаю, тому постояльцу было вообще пофиг.

Вот черт.

Завралась.

– Я уже звонила. Нет у них. Подумала, может, он взял.

– Тогда забей.

– Но мне очень они дороги.

Прикладываю к массажу больше усилий.

– Я отплачу, – договариваю через силу.

Кто меня за язык тянет?

Но, наконец, Стас сдается.

– Ла-а-адно.

Через несколько минут он звонит своему другу. Тот отвечает, что все контакты даст завтра. Дальше мы ужинаем, рассказываем, как друг у друга дела.

Я тайком пишу Ксане, чтобы позвонила мне. Время пришло.

Потому что Стас намекает. Сильнее. Напористее. Ногу на мой стул ставит. И лезет, куда не надо.

Ксана, блин!!!

Предательница!!!

– Вит, а ты ванну набираешь? – вдруг спрашивает Стас. Опять намек?

– Нет, – говорю, а сама мысленно проклинаю себя за этот идиотский план.

– Тогда откуда вода?

Не понимаю, о чем он. Смотрю вниз… а из коридора по полу растекается прозрачная жидкость. Нассал кто-то? Кота у меня нет. Собаки тоже.

Выключаю музыку, которая всё это время играла на фоне, и прислушиваюсь. Журчание словно какое-то. Вода льётся?

Какого фига?

Вскакиваю со своего места и мчусь в направлении ванной. Но только захожу в гостиную…

Теряюсь, смотря на залитый пол. Огромный поток воды вырывается из ванной, мощно вытекая наружу.

Стас бежит вперёд, по воде, кричит мне через плечо:

– Кран где?

С трудом прихожу в себя и лечу следом в ванную, ищу нужный вентиль. Перекрываю воду, но потом понимаю… что она продолжает хлестать мне в лицо.

Обессиленная, сижу на диване и не могу пошевелиться. Вымотало меня это похлеще секса. Попробуй на протяжении часа вычерпывать воду!

Ведь кран, который перекроет ее, находится в соседней квартире. А там, как назло, никого не оказалось.

Пока дождались мастера – только и успевали, что выжимать тряпки.

К нам даже пришел «горящий» сосед снизу, который закатил истерику по поводу испорченного ремонта.

И теперь все, что я хочу, – просто полежать.

Но и этого мне не удается сделать.

– Что, может, ко мне? – Стас вытирает со лба пот. – Спать тут нереально. Сыростью воняет. Ноги хлюпают.

Да, запах ужасный.

– Окно открою, переночую. Завтра на работу рано утром. А от тебя ехать дольше.

Стасу моя позиция не нравится. Но он молча соглашается и через десять минут уходит, оставляя меня одну.

А я устало встаю со своего места. Собираю вещи, документы и, как бы это тупо не звучало, еду в офис.

Ксана не отвечает. Сестра фиг знает где, а родители сейчас в отъезде.

Денег на гостиницу нет, поэтому направляюсь в свой второй дом. Все равно ночь. Там, кроме меня и охранника, никого не будет. Моё пребывание в позднее время не вызовет у него вопросов. Я – трудоголик до мозга костей. Поэтому могу приехать на работу и в три часа ночи, если во сне увижу некорректные данные и решу проверить.

Это у меня наследственное. От папы.

Поэтому без зазрения совести еду в офис.

Уже через двадцать минут кидаю все бумаги на стол. Ставлю сумку, беру свой любимый плед и падаю на узкий диван. Он для посетителей, но сегодня станет моей кроватью. Тут не воняет и тепло.

А вот дома… Жуть. Уже холодает. Проветривать и спать там – невыносимо.

Поэтому лучше тут.

Кручусь, переворачиваюсь на бок. Закрываю глаза…

И тут же подпрыгиваю на месте.

Свет включается. Так неожиданно, что чуть ли не слепну.

Встаю и…

Чёрт!

– Эмир Тагирович?

Только этого мне не хватало!

– Доброй ночи, – говорю первая и сажусь ровно, прикрываясь одеялом. Мне что-то не хочется, чтобы босс видел меня в домашней одежде. – А что вы здесь делаете?

Эмир Тагирович останавливается, явно недовольный тем, что я сейчас в офисе. Сводит брови в переносице и осматривает меня своим, хм, придирчивым взглядом?

– Это я должен спрашивать.

Ой.

Что с ним?

Ночь так влияет?

– Сплю, – выпаливаю, даже не собираясь его обманывать. – У меня ведь тараканов травят…

– Я помню, – кивает, на секунду отводя взгляд в сторону. Вспоминает, что я говорила. А я много чего успела сказать. Совсем завралась. – Но ты сказала, что живёшь у подруги. Так?

Стараюсь не выдать своего огорчения.

Совсем забыла…

– Так, – пока не иду на попятную.

Думай, Виталина, думай. У тебя всегда мозг работает, когда нужно. Какого чёрта он сейчас выключается? Давай, давай. Ври. У тебя ведь хорошо получается в последние дни.

– Но ты сейчас здесь. Что, подруга выгнала?

– Нет, – качаю головой. И всё-таки… говорю правду. Я никогда не лгала боссу, а тут… – На самом деле…

Я опускаю взгляд. Нервно перебираю пальцами и кусаю губу, неловко ёрзаю на диване.

– Я соврала вам.

– Соврала? – искреннее недоумение ещё сильнее расстраивает. Да, у нас такое впервые.

– Немного. На самом деле тогда всё было нормально. Просто я искала, где можно расслабиться с подругами. У того отеля шикарный бассейн. Вы знали? Так вот. А сегодня ночью у меня прорвало трубу.

Какой бассейн?

Что мельком увидела, о том и ляпнула!

Нельзя боссу говорить про Стаса! Уволит. А мне теперь работа как никогда нужна. Я безденежная. Только недавно отдала родителям всё накопленное. Папе нужна была машина – маму возить. У той ноги больные. Ходить тяжело. И теперь я… сильно нуждаюсь.

– Можете позвонить хозяйке квартиры, она подтвердит. И спать там невозможно. Поэтому… Я приехала сюда.

– А почему не в гостиницу? – смотрит сверху вниз с каким-то подозрением. Прищуром. Не верит мне? – Это надолго. Сушка, проветривание.

Чёрт, как неловко.

– У меня денег нет.

Да почему ты не врёшь тогда, когда нужно, Вита? Теперь стыдно.

– Понял, – кивает опять. – Ладно, на первый раз прощу.

Я облегчённо выдыхаю. А мужчина быстрым шагом добирается до кабинета, открывает его ключом и заходит внутрь, скрываясь за дверью. Возвращается так же быстро. Буквально через несколько минут. Запирает за собой кабинет. И, совершенно на меня не смотря, басит:

– Собирайся, переночуешь у меня.

Чего?

Что он только что сказал?

«Ты уволена, Виталина, ибо врёшь своему начальству»?

– Вот ты вроде у меня умная, порой чересчур, но, Вита, сейчас что-то с тобой явно не так, – проговаривает, когда не шевелюсь ни на миллиметр. – Собирайся, иначе я начну думать, что моя помощница сломалась и пора выбрасывать её в утиль.

Я подпрыгиваю, как солдат после приказа.

Не хочу я в утиль. И дело не только в деньгах. Мне нравится эта работа. И босс мой – лучший на свете.

– Мне и тут неплохо.

– Собирайся, – цедит сквозь зубы. Впервые его таким агрессивным вижу. Особенно по отношению ко мне. – Давай, Виталина, поднимай свою прелестную задницу – и пошла! Я хочу спать.

– Тогда почему вы тут, а не дома? – я поднимаюсь, и одеяло само соскальзывает с плеч. Складываю его в тишине, пока босс пытается ответить. Такой сложный вопрос?

Оборачиваюсь, а он на меня смотрит. С ног до головы изучает, словно изъян какой-то ищет. А что, собственно, не так? На мне обычная рубашка, юбка-каранда…

Опускаю взгляд, чтобы удостовериться в этом.

Натыкаюсь на пижамный костюм (на минутку, с длинными штанами!). Нежно-лилового цвета, с рисунками мопса на нём. Что-то явно пошло не так.

Потому что я на миг забыла, что…

Да блин!

Где моя голова?

– Необычно, – резюмирует. – Любишь собак?

– Не важно, – бурчу и отворачиваюсь от него, краснея до кончиков ушей. Я для этого в одеяло закутывалась, а не потому, что холодно было! – Мама подарила. Жалко было выкидывать.

– Хм. А я люблю собак.

Я, признаться, тоже. Хотя у меня их никогда и не было. Жаль, но когда-нибудь эту мечту я осуществлю.

– Подождите пару минут, ладно? Я переоденусь, и… Выйдите, в общем, пожалуйста.

– Езжай так, – хмыкает, хотя я вижу проблеск озорства в его карих глазах. – Мы в машине. Кто увидит?

– Вы, – отвечаю.

– Я уже увидел. Ещё вопросы?

– Что вы делаете здесь в час ночи?

– Гулял.

– Гуляли? – недоумеваю.

– Именно. Могу же я зайти к себе в офис?

– Можете.

– Тогда вопрос закрыт.

Босс уходит, больше не обронив ни слова.

Странно…

Очень странно.

Но я убираю за собой, хватаю свои вещи и бегу следом. Спускаемся вниз в гнетущей тишине. Через несколько минут оказываемся в машине. Я пристёгиваюсь и, пока босс заводит автомобиль, смотрю в зеркало. Вижу на лице… Осыпавшуюся тушь. Ужас…

– У вас есть салфетки?

– Глянь в бардачке.

Киваю, благодарю его, открываю бардачок. Свет хорошо освещает маленькое пространство. Тянусь к салфеткам, и… Во мне играет мой профессионализм. Я тут же цепляюсь взглядом за буквы в каких-то бумагах.

И замираю, когда вижу несколько слов. И подпись шефа.

«Контракт на услуги суррогатного материнства».

– Что это? – вырывается само.

Да, я всегда была тактична, все конфликты сводила на «нет», а в личную жизнь остальных вообще предпочитала не лезть, но это…

Недоумённо читаю строчку за строчкой.

И крышка бардачка тут же закрывается перед моим лицом. Громко так, заставляя меня подпрыгнуть на сиденье.

– Не важно, – отрезает грубо босс. – Забудь, что увидела.

Я выпрямляюсь, откидываюсь на спинку кресла. И продолжаю шокированно смотреть на дорогу. Замолкаю, чувствую эту давящую тишину. Чёрт, Виталина, держи язык за зубами. Прошу тебя. Не лезь. Делай так, как всегда – прояви безразличие.

Да какое тут, к чёрту, безразличие?

– И всё же, – любопытная женская сторона так и рвётся наружу. Я поворачиваюсь к боссу и, боясь посмотреть на него, говорю чётко. – Когда вы только успеваете? Я вроде весь ваш график знаю.

Это всё, что меня сейчас волнует!

– Ну ты даёшь, Виталина, – усмехается Эмир, резко поворачивая руль. Одной рукой. Так красиво, эстетично, что я неосознанно пускаю слюни от этого зрелища. Обожаю мужчин за рулём. Только ради этого постоянно бы сидела на пассажирском сиденье. – Просто не сплю ночами.

– Делаете детей? – само срывается с губ.

И тут же я давлюсь воздухом.

Начинаю кашлять от собственной дерзости и наглости.

В спину летят аккуратные шлепки, приводящие в чувство.

Я выпрямляюсь и горю от стыда, желая провалиться сквозь землю.

Господи, кто меня вообще за язык-то тянет?

– Почти, Виталина, почти, – отчего-то улыбается босс, а мне совсем не до улыбки. У меня в голове всё это не укладывается. Вечно серьёзный, но в то же время раздолбай-босс связался с суррогатным материнством?

Не верится.

Или верить не хочу. Не знаю.

– А разве это делается не через ЭКО?

– Через него, – без заминки отвечает.

– Вы проводите его ночами?

– Вот ты и ответила на свой вопрос. Я подписал контракт. И, пока я работаю, девушка, которая согласилась на это, уже готовится стать мамой. Поэтому…

На секунду он останавливается. Смотрит вперёд и ничего не говорит. Руль сжимает.

– Ты и не заметила. Но советую не акцентировать на этом внимание. Я не хотел бы, чтобы об этом узнали до рождения ребёнка. И в течение первого года после.

– Хорошо… – выдыхаю. Личную жизнь босса уж точно ни с кем обсуждать не буду. – Но можно маленький вопросик? И всё. Я оставлю тему, никогда не вернусь к ней. Закрою рот на замок и выкину ключ в воду.

Замечаю, как сжимаются пальцы на руле. Думаю, Эмир откажет. Пошлёт меня к чёрту. Но нет.

– Один. И очень маленький.

– Зачем вам это?

– Это большой вопрос, – хмурится.

– И вы оставите его без ответа? Не в вашем стиле.

– Ай, Виталина, – опять приподнимает уголки губ. Улыбается не только ими, но и глазами, возле которых появляются едва заметные морщинки. Ничуть не портят его. – Выучила меня уже наизусть.

Именно.

Он не любит неотвеченных вопросов.

– Мне тридцать восемь. Как думаешь, когда я встречу ту самую, с которой решусь завести ребёнка? Вместе жить? Ещё нужен период притирания.

– Хм, – странный вопрос. – Вдруг это случится завтра?

– Веришь в случайности? – отвлекается от дороги и выгибает бровь.

Раньше – нет. Но после того, что со мной произошло буквально недавно…

– Да. Я верю в них. Пока вы смотрите на меня, вы можете сбить какую-нибудь девушку, раз не следите за дорогой. Вы поможете ей, а дальше – подвезёте домой. Она покраснеет, поулыбается, а на следующий день вы вернётесь к её двери с цветами – и пригласите на свидание. Чем не случайность? А вы поторопились. С контрактом.

Усмешка озаряет его лицо, но я не вижу ничего смешного.

Эмир отворачивается, смотрит в зеркало заднего вида и снова на дорогу.

– Вы не восприняли мои слова всерьёз?

– Как видишь, я вернул всё внимание на дорогу, – так вот оно что… – Да и как же я отвезу девушку домой, если в моей машине вы?

– Это может произойти завтра.

– Это не для меня, – улыбка сползает с лица Эмира, и он становится таким, каким обычно пребывает на работе. – Дни идут. Годы. Мне нужен наследник. Я всё же хочу побывать на школьном выпускном своего сына или дочери. Боюсь, что не успею.

– Почему? – подаюсь вперёд и наивно, скорее в шутку, спрашиваю: – Вы решили умереть?

– Не исключено, – хмыкает. – Может, через год меня собьёт машина. Что останется от меня? Бизнес? Уйдёт государству. Я не собираюсь отдавать его какому-то левому человеку. И всё? Кто придёт ко мне на могилу через, например, десять лет?

Слушаю и сама впадаю в это состояние. Хандры. Я ненавижу разговоры про жизнь и смерть. Начинаю реветь. Я иногда пессимистично смотрю на реальность. Представляю то, чего боюсь. Потерять родных.

– Я?

Мы останавливаемся у дома Эмира Тагировича. Но не спешу отстёгивать ремень. А вот босс решает быстро выбраться из автомобиля, сбежать от темы. И перед тем как выйти из салона, произносит:

– Поверь, Виталина, тебе точно будет не до меня.

Хм, как-то всё грустно… Но, в чём-то, он прав.

– Я постелил тебе в спальне, – бросаю свою любимую подушку на диван.

Кто же знал, что всё так получится. Что я вообще окажусь в час ночи в офисе, где встречу Виталину? Чёрт.

Но после работы я приехал домой вовремя. Лёг спать.

А потом вспомнил, что забыл в офисе трусы.

У нас уборщица с утра приходит, заволновался, что увидит. Хоть кабинет и заперт, но Зинаида Михайловна ко всему найдет доступ.

Вот я сломя голову и помчался. А там… Сюрприз в фиолетовой пижаме.

Сейчас сидит у меня дома, неловко плед до горла задирает.

– Я тут посплю. Спасибо.

– Нет, – отодвигаю ладонью плед и хватаю её за шкирку. Приподнимаю Виту и ставлю на ноги, как бы она не сопротивлялась. – Сегодня здесь буду спать я.

Я помню, что в последний раз, когда она у меня ночевала… Хм, когда это было? Четыре месяца назад, кажется. Сказала, в общем, что ей здесь неудобно и у неё болела шея. Раз уж я привёз её к себе, а не заказал номер в отеле (почему, кстати?), то мне это неудобство терпеть.

– Иди, я уже постелил. Иначе мы сейчас вдвоём на одном диване спать будем.

– Ну, Эмир Тагирович, мне неловко.

– А мне ловко, – толкаю её в сторону своей комнаты. – Иди.

Для таких случаев нужно иметь больше спален. Но у меня холостяцкая берлога. Двухкомнатная, хоть и просторная. Когда ребёнок родится – перееду в частный дом. Там и тише, и воздух другой. И всегда можно отправить одного погулять, зная, что никто не похитит и машина не собьёт.

Виталина, вместо того чтобы послушать меня, опять садится. Скрещивает руки на груди и недовольно высказывается.

– Я сегодня буду смелой. Вот возьму и скажу вам «нет». Буду спать в кресле, рядом. Пока вы разместитесь на диване.

– Да что же с тобой делать, – вздыхаю.

Подхожу к недовольной ассистентке и подхватываю её с места под недоумевающие вопли. Закидываю на плечо. Опять неосознанно принюхиваюсь. У меня уже рефлекс, как у собаки. Я всех кого не попадя нюхаю.

Снова пытаюсь выловить знакомый аромат, но… Пахнет гелем для душа. Вкусным таким, какой-то ванилью, смешанной с цветами.

Блин. Не она.

Хотя на мгновение, перед сном – задумался. Может, Вита все-таки носит такие трусики? Хм, кстати, чтобы точно вычеркнуть из списка подозреваемых – надо узнать, её ли это размер.

Тем более, она отель этот гуглила недавно.

Пока совпадения закончились.

А, ещё очки!

Точно!

Кстати…

– Ты сегодня без очков, – задумчиво тяну, пока несу Виту в свою комнату. Потираю свободной рукой подбородок.

А ведь девчонка, которая была в комнате, может носить линзы вместо очков.

– Так я перед сном их не надеваю…

– А что же ты видишь тогда? – как вообще она эти буквы на контракте разглядела? Я вообще чуть не растерялся, когда она его нашла. Вот какого чёрта я его в бардачке оставил? Это ведь старый. На данный момент я разорвал контракт с агентством. Да, странно поступил, да, поздно, но… Пока не надо. Я ребёнка хочу, но двое – это слишком. Раздел имущества после моей смерти. Дети будут вгрызаться друг другу в глотки. И никакое завещание не поможет.

Не готов я к этому.

Хоть уже и не увижу.

– Я, если честно, только вблизи вижу. Вы для меня, когда только в офис вошли, были ходячим пятнышком. Я вас по запаху узнала.

Класс, пятно.

Захожу в спальню и в отместку за «пятнышко» кидаю Виту на кровать.

– Таких комплиментов мне ещё не делали, – честно признаюсь.

– Простите, – смотрит снизу вверх, не шевелясь. Чёрт. С каких пор Виталина такая красивая? Лежит в пижаме на тёмных простынях. Волосы, разметавшиеся по подушке, делают из неё какую-то сказочную фею. И без очков ей определённо лучше. Хотя… Они были её изюминкой. – Мне неудобно. Кровать большая. Давайте вместе?

Я сглатываю, скользя взглядом по её телу.

Коллега только.

Подчинённая.

Нельзя на неё, Эмир, так смотреть.

Когда раз перепихнёшься – она перестанет быть сотрудницей. И хоть Вита не будет виснуть на мне, как одежда на вешалке, но… Станет совсем другой. Напрягать начнет.

Но чёрт! Она же не переспать предлагает! А просто уснуть на разных частях кровати. Я её не трону. Тем более… Кое-что сделать надо.

– Ла-адно, – прищуриваюсь и обхожу кровать.

Располагаюсь на своей половине и отворачиваюсь. Делаю вид, что сплю. Лежу так десять минут. Двадцать.

Сопения Виты я не слышу.

Странно.

Она всегда так беззвучно спит?

Я не выдерживаю – начинаю засыпать по-настоящему. Поэтому поворачиваюсь, присаживаюсь и достаю трусы, которые всё это время прятал в тумбочке.

Ещё раз удостоверившись, что глаза Виты закрыты – прикладываю бельё к попе. Ну, её размер. Идеально садится вроде.

Но все же странный способ проверки.

– Босс, вы что делаете? – внезапно раздаётся в комнате. Так неожиданно, что моё вечно спокойное сердце отстукивает в груди бешеный ритм и бьётся о рёбра. Ощущение, будто сейчас выпрыгнет.

Твою ж дивизию. Спалился. Снова.

Я когда-нибудь перестану наступать на одни и те же грабли?

Виталина

– Эмир Тагирович, вы что делаете?

Босс меня за попу щупает! Я же чувствую.

А теперь, когда поймала его с поличным, он убирает свои пальцы от моей задницы – и копошится. Может, скажет хоть что-то? Объяснится?

Привстаю на одном локте, поворачиваюсь в сторону Эмира и наблюдаю за тем, как он молча встаёт с кровати. Странно идёт к двери. Странно – потому что сейчас всё иначе. Он никогда так не ходит. Плечи опущены вниз, а сам двигается так, словно превратился в зомби.

– Эмир Тагирович? – пытаюсь понять, в чём дело. Он что, спит в берушах, поэтому сейчас не слышит меня?

А может…

Он лунатик?

Я встаю с кровати и иду тихонечко за ним. Я слышала, таких людей лучше не будить.

Обхожу босса – смотрю в открытые глаза. Но они не такие, как всегда. Босс даже не обращает на меня внимания. Зрачок направлен вперёд. Эмиру не хватает только вытянуть руки – тогда точно станет похож на зомбированного.

Так. Я на досуге читала одну статью… Вроде, если аккуратно его вернуть в реальность, то…

Подхожу к нему, немного волнуясь. Не помню, что будет, если разбудить его резко. Умрёт? Чёрт, кажется, я не дочитала.

Невесомо касаюсь ладонью его пальцев.

И задерживаю дыхание, смотря на босса, который в один миг пробуждается ото сна.

Так он лунатик!

Самый настоящий!

– Вита? – Эмир кажется немного удивлённым.

– А я не знала, что вы лунатик, – шепчу в ответ тихо. Сама не понимаю, почему голос пропадает. Ощущение, что я сейчас спугну босса.

– Сам не знал до этого дня.

Чёрт. Вот нельзя его без присмотра оставлять!

– Давай спать, – сжимает мою руку и указывает на постель.

Я киваю. Надо бы… Хотя не уверена, что получится. До этого-то не могла уснуть, потому что, ну… Опять запах босса в нос ударил. Я лежала, нервно ерзала на кровати, ощущая себя неловко. Вспоминала того мужчину и… Чёрт. Я чувствую себя озабоченной. Потому что ради секса готова найти незнакомца.

Но нет! Не только из-за этого!

Просто… Залёг мне прямо в сердце, хотя я его ни разу не видела и не слышала. Я с ним такие эмоции ощутила, которых никогда в жизни не чувствовала.

И опять их испытываю, находясь рядом с Эмиром.

Тут же иду обратно в кровать. Надо уснуть! Срочно!

Опускаюсь на мягкий матрас, укрываюсь одеялом и оглядываюсь на босса. Зачем – не знаю. Но делаю это зря. Опять залипаю на мужчине. Потому что напоминает того незнакомца. Он сейчас лежит в той же позе. Я вижу обнажённую руку без татуировки… И грустно становится.

Всё то же самое, только мы оба одетые и комната по цвету отличается.

Я вздыхаю. Закрываю глаза и с мыслями о том незнакомце… засыпаю.

– Виталина, подъём! Мы опаздываем!

Я вскакиваю на кровати, не успев продрать глаза. Растерянно открываю их, смотрю по сторонам и щупаю простынь, разыскивая что-то.

– Где? Куда? – я не поняла, что он кричал до этого!

Кое-как просыпаюсь и поворачиваюсь к боссу, натягивающему на себя штаны. А он что, без них был?

– Опаздываем, Вита, опаздываем. Встреча у нас!

Я буквально слетаю с постели и бегу в гостиную, где оставила свои вещи.

– У тебя есть десять минут! – доносится из спальни.

А я его уже не слышу. Хватаю одежду, бегу в ванную комнату. Испытываю такой стресс, которого не знала никогда! Я ни разу не опаздывала! И понятия не имею, как быстро собираться!

Наспех одеваюсь, вылетаю через две минуты из ванной и восхищаюсь сама себе. Даже расчесаться успела! Поправляю волосы на голове, пиджак – и бегу в коридор.

– Я готова!

Эмир Тагирович, сам не ожидая от меня такого, зависает, держа в руке запонки.

– Удивительно. Впервые вижу, чтобы девушки так быстро одевались.

Я отмахиваюсь. Хотя да, я молодец.

Помогаю боссу с запонками.

И через двадцать минут мы уже сидим в ресторане и ждём встречи с о-о-очень влиятельными людьми! Запыхавшиеся, но зато вовремя прибывшие. Эмиру поправлять нечего. А мне вот и юбку, и рубашку. Я вообще так оделась криво… Юбка не та. Короче на десять сантиметров точно. Не знаю, откуда она у меня. Кажется, Ксана подложила. Она мне её дарила однажды.

В итоге, я сегодня не ассистентка, а… секретарша из фильмов. Короткая юбочка и открытая блузка.

Стараюсь об этом не думать. Заказываем кофе. Решаем позавтракать чуть позже.

Через пять минут приходит Вяземский со своим юристом. В основном, говорю я, поскольку все заметки, пункты у меня в блокноте.

А вот босс молчит. И довольно много. Смотрит постоянно куда-то. То отворачивается. То впулится в меня так, что взгляда отвести не может.

Не сразу понимаю, почему.

Думаю, может, с причёской что-то не так? Или испачкала блузку?..

Но нет.

Взгляд Эмира Тагировича скользит вниз. На мою грудь.

И до одного момента я чувствую себя прекрасно. Пока не понимаю, что в спешке забыла надеть лифчик. И почему босс замечает это только сейчас?..

Эмир

И как ей сказать об этом?

Я никогда не стеснялся, говорил прямо. Если что-то было не так – подчёркивал. То есть… Ну, видны у девушки через одежду вишенки – так и скажу. Ещё комплимент сделаю, пошучу. А тут… Даже слов подобрать не могу.

Взгляд сам приковывается к её груди, что просвечивается через тонкую ткань блузки.

Надо указать Виталине на это. А может, так задумано? Решила соблазнить меня? Нет, Богданова ни за что бы так не сделала. Я слишком хорошо её знаю. Скорее всего, забыла из-за спешки, вот и не надела бельё.

Это плохо. Для неё. Для меня – не очень.

Для других мужиков – прекрасно.

Но сказать надо. Сейчас придут партнёры, и я чисто по-человечески понимаю Виталину. Ей может быть неловко.

Но почему я тогда ничего не говорю?

Не хочу.

Козлина? Возможно. Но такой вид…

Нет, всё же скажу.

Только решаю завести эту тему, но не успеваю. Надеюсь, что единственный озабоченный за этим столом – я. И ведь, блин, сел так удачно. Напротив неё. Теперь перед глазами открывается такой вид…

Работать нормально не могу. Я обычно много говорю, а тут… Молчу. Как партизан, рыба, не важно, кто. Потому что всё же озабоченный. Смотрю на Виту и раздражаюсь, когда юрист тоже замечает то, на что я так пялюсь. Урод.

Дайте мне ту фигню из «Люди в чёрном» – и я сотру ему память.

Ничего. Чуть-чуть осталось – и мы закончим. Расскажу обо всём Виталине, и потом мы замнём это дело. Чёрт, заметил бы раньше. Признался бы. Наверное. Я не уверен.

Нет! Точно сделал бы это.

Так подставлять своего сотрудника…

Отвратительный я босс.

Потому что не выдерживаю и снова смотрю на декольте. На очертание груди сквозь блузу.

И зря.

Взгляд Виталины скользит по мне. Снова. В тот момент, когда я пожираю её глазами.

Да, у меня не было всего несколько дней, а мне хочется. Особенно, с той «суррогатной матерью», которая сбежала из моего номера. Что я только не делал… Уже и в отель этот позвонил.

Да-да, это нужно было сделать раньше, но…

Не допёр. Стресс, возбуждение. Всё вперемешку.

Да только всё это не дало никакого эффекта. Попросил запись с камер в коридоре. Они были, да, но только… Неполные. Всё, что увидел: как миниатюрная ножка в чёрной туфельке показалась из лифта.

И конец.

Девушка сделала шаг – и в этот момент всё оборвалось.

Совпадение? Чёрт знает.

Но я так устал играть в детектива. Особенно, после вчерашней ночи. Так опозорился. Благо, Вита ничего не поняла.

Но нет. Я не сдамся. У меня есть последняя идея. И если ничего не прояснится – я забью на это. Буду дальше действовать, как и планировал. Искать иголку в стоге сена я больше не намерен.

Вот чёрт!

О чём я думаю в тот момент, когда Виталина опускает взгляд вниз, на свою грудь, а?

И вместо того, чтобы завизжать на всё кафе или быстро прикрыться руками, эта девушка… Без запинки продолжает рассказывать что-то о перспективах, предложениях. Делает всё, но только не смущается.

На первый взгляд.

Но нет. Вижу же, как краснеют её уши.

– Таким образом, окупаемость вырастет на тридцать процентов, что в нынешней ситуации на рынке более, чем хорошо, – заканчивает и устремляет взгляд в свой блокнот. Немного дёргается, поправляя блузку, когда мы отвлекаемся на официанта. Тот проходит мимо, роняет салфетку на пол.

И, чтобы быстрее всех спровадить, нашу встречу я заканчиваю несколькими дежурными словами и обещаю, что бумаги придут им на почту в ближайшее время.

После этого партнёры уходят.

Юрист всё ещё пялится в сторону Виталины, а я провожаю его угрожающим и испепеляющим взглядом.

Смотрит на мою ассистентку. Урод.

– Ну вы и говнюк! – тут же прилетает мне сумкой по голове. Хватаюсь за неё, оборачиваюсь и округляю от шока глаза.

Что только что сделала эта девчонка?

– Не могли мне раньше сказать, а? – ставит руки по бокам. – Я хотя бы курткой прикрылась!

Мне впервые влетает от девушки. Подчинённой.

Встаю со своего места, накидываю на плечи пиджак.

– Как заметил – так дал знать. А ты, – я грожу ей пальцем. – Не ори на начальство. Тебе ещё с ним работать. И спать.

– Спать? – теряется и ресницами хлопает. Как куколка какая-то. Очки только снять – и всё.

– У тебя затопило квартиру. Мне выкинуть тебя на улицу? – а что мне ещё сказать?

Оплачиваю счёт и иду к машине. Мы поедем в офис, где я сяду за проверку, а Виталина займётся организацией вечеринки. Снятием дома, едой, музыкой. Надо же мне как-то ещё тридцать подозреваемых проверить.

Уже думаю, что это пустая трата времени, но нет.

– Я сниму номер в гостинице!

– Зарплата через две недели. Уверена, что протянешь? – язвлю, выхожу из ресторана, придерживая дверь. – Ладно, так и быть. В качестве извинения за наш маленький конфуз я выпишу тебе премию. Но! Сегодня ужин нам готовишь ты.

– Я не… – пытается отвертеться, но нет. Я только что понял, что Виталина может мне кое с чем помочь.

– Ничего не знаю. Нас ждёт работа.

И незнакомка, которая не даёт мне покоя.

– Ты бассейн арендовала?

– Арендовала, – кивает Виталина. – Через четыре дня.

– Надо раньше. Послезавтра? – да, я, чёрт его, нетерпеливый. Но я хочу её найти. Ту жутко притягательную незнакомку. Вот что мне делать? Я о работе думать не в состоянии!

– Я не смогу… Не успею… – мямлит Вита, впервые растерявшись.

– Надо, – настаиваю. – Что значит, не успеешь? Возьми помощниц. У тебя их вон – полный офис.

Виталина жутко недовольная, но молча разворачивается и уходит.

Меня совесть мучает, но в то же время я знаю – у меня нет времени.

Мне уже что-то нужно решать.

Если с суррогатным материнством пока всё под контролем: чтобы избежать казусных ситуаций, девушка должна была выпить таблетку. Да, жестоко. Да, не хотел бы этого делать. Всё же отражается на её здоровье. Но по контракту я выплатил столько, что ей хватит до конца жизни.

Пока суррогатство откладывается, надо найти мою незнакомку. Сразу не узнаешь, беременна ли она, но… Нужно будет держать её возле себя.

И время на исходе.

Ребёнок в течение года нужен. Вычитывая девять месяцев… Есть три месяца. Но мало ли что?…

В общем, даже работать не могу. Постоянно кручусь на стуле, пытаюсь придумать, что делать.

В итоге, я решил устроить закрытую вечеринку.

Под предлогом «корпоратива для лучших работников» созвал тех непроверенных девушек, а еще для отвода глаз пригласил несколько мужиков, чтобы совсем подозрительно не было. Будет вечеринка у закрытого бассейна. Сейчас осень – на улице не получится.

Вот и буду высматривать свою ночную незнакомку. Трусы придётся оставить где-то в другом месте. Сегодня они явно не будут использованы. Но. Зайду в раздевалку – найду похожий запах духов. И дело сделано. Без сомнений, без заскоков.

Запишу себе. Встретимся. Повторим. Возможно. Нет, точно повторим. Зудит прямо всё, как только о ней думаю.

Поэтому, хочет Виталина или нет, надо поторопиться.

Сложно. Тяжело.

Ближе к вечеру она приходит в мой кабинет запыхавшаяся, с кучей каких-то пакетов. Вываливает их на пол возле дивана и сама падает на чёрную кожу.

– Босс, вы обязаны выписать мне премию за это.

– Выпишу, – киваю. Ладно, так и быть, постаралась. Ей давно вообще надо поднять зарплату.

– Всё готово? – спрашиваю, наблюдаю за тем, как девчонка встаёт с места. Опять со своим блокнотом. Подходит к стулу, садится обессиленно напротив меня. Протягивает мне вырванные листки.

– Это список того, что необходимо. Количество. Затраты.

Я киваю, рассматривая каждый пункт.

– Раздевалка есть? – спрашиваю самое главное.

– Две штуки.

– Отлично.

Отдаю ей листы обратно. Я Вите доверяю. Она не обманет, себе в карман деньги не положит.

– И вот это ещё вам, – взгляд сам опускается на её руку. На брошюру, которую мне показывает.

Чего? Что это ещё за фигня?

– Виталина-а-а, – зло чеканю, когда понимаю, что там написано. – Я ведь сказал тебе не возвращаться к этой теме.

– Простите, – произносит неискренне, даже с каким-то стёбом. – Не могла пройти мимо. Думаю, вам понадобятся.

«Курсы для будущих родителей».

Вот же жучка! Прекрасно видела тот контракт – и теперь мстит мне?

– Это твоя маленькая месть за то, что не жалею тебя?

– Да что вы, – отмахивается и поднимается. – Это так. Помощь! И, кстати, если бы я мстила, то за лифчик.

И хитро улыбается.

– Но вы не подумайте! Я – могила. И вообще не злопамятная.

Я-то ей верю, но…

Вот же шкодливая девчонка.

– Иди работай! – прогоняю её. Вита недовольно направляется к выходу.

Как только дверь за ней закрывается – хватаю со стола брошюру. Отодвигаю мусорку, и чуть не отправляю её туда.

А потом…

Задумываюсь.

Хм.

А что, пригодится.

Виталина

Не знаю, на кой чёрт Эмир Тагирович всё это устроил. Но из-за его «хотелок» вынуждена теперь пахать в два раза больше. Я и раньше не ленилась, но никогда не устраивала вечеринки! Особенно в бассейне.

А у меня есть дела поважнее.

Например, «Замок», из которого звонят мне в обед.

– Да? – спрашиваю с замиранием сердца.

Я ждала звонка от их сотрудника – друга Стаса.

– Добрый день, из отеля беспокоят. Виталина? Мне Стас звонил, сказал, вам нужно клиента найти. Павел Романовский – имя его.

Я нервно достаю листок с покупателями того одеколона и ищу имя в списке.

Не нахожу.

– Секунду, – прошу, а сама нервно прохожусь по списку второй раз.

И опять ничего!

– Вы уверены?

Пожалуйста, хоть бы он ошибся!

– Да, уверен, – слышится по ту сторону телефона.

Опять всё идёт не по плану.

Нет, я точно не найду незнакомца. Он словно провалился сквозь землю.

Ну, как так можно вообще? Не пропадают же люди бесследно!

Или, может, он не покупал тот парфюм, а его подарили ему? Ну, как я Стасу? Любимая девушка или, возможно, жена.

Я опять просматриваю список. Ничего подобного…

Совсем отчаиваюсь и хочу оставить эту затею.

Но вовремя кое-что вспоминаю.

– А запись с камер?

В ответ – лишь гнетущая тишина.

– Простите, но я не могу. И так рискую получить по шапке, сказав имя гостя. Боюсь, я ничем не могу вам помочь.

Я вздыхаю. Понимаю, что сильно наглею.

– Ладно, хорошо, спасибо и на этом, – я отключаюсь, разозлённо откидываюсь на спинку стула и потираю устало переносицу.

Нет. Всё. Хватит. Так продолжаться больше не может. Я слишком много думаю о том мужчине. Настолько, что забываю о многом. Например, о том же лифчике!

Ладно, это связано с опозданием, но… Опоздала я, потому что не выспалась. А почему я этого не сделала? Потому что перед сном размышляла, как найти моего соблазнителя. А ещё пыталась совладать с собой и не накинуться на босса. Он же, блин, полная копия того человека!

Я кидаю бумажки на стол – и всё, сдаюсь.

Хватит.

Не могу.

Это была последняя надежда, которая потухла в один миг.

Всё. Я серьёзно намерена забыть того мужчину.

И ничто не заставит меня его вспомнить!

– Виталин, – вздрагиваю и чуть не роняю бумажки в бассейн.

Кто же так со спины подкрадывается! Ещё и близко очень!

Резво оборачиваюсь и отхожу на шаг назад, чувствуя, как тело отзывается на близость Эмира Тагировича. Его дыхание на моей шее кое-что напомнило.

Так, блин!

Один день всего лишь продержалась, что ли?

– Вы меня напугали, – стараюсь придать тону спокойствие. – Что-то произошло?

Эмир слегка улыбается и скрещивает руки на груди. Выравнивается и смотрит на девчонок, которые прыгают в бассейн. Вообще чудной дом. В последний момент забронировала его сегодня утром. В общественном не всё так красиво и комфортно, как в этом частном доме. Или, скорее, особняке.

– Нет, – босс мотает головой. Прикасается пальцами к подбородку и почёсывает его. – Мне просто стало интересно. Ты даже в выходные свои в костюме ходишь?

Его взгляд мечется на мою рубашку и юбку.

А что тут такого?

Я не собиралась купаться.

– Ну, как сказать… – задумываюсь. Блин, когда я вообще что-либо надевала, отличное от офисного стиля? Ну, вот пижамку свою. И то платье в ту…

Нет. Только пижама. И всё. Точка.

– Я не собиралась купаться.

Но, честно, на всякий случай взяла купальник. Вдруг решилась бы. Хотя я уже так привыкла к своему стилю… Да и народа тут много. А ещё девушек в таких красивых нарядах… Нет уж.

– Зря, – хмыкает босс и разворачивается. Неосознанно хватаюсь взглядом за его голое тело. Эх… Лучше бы у меня был босс с животом, лысый и маленького роста. Может, я сейчас не вздыхала бы и не провожала его взглядом.

Да что со мной вообще происходит?!

Бью себя по щекам, прогоняю все мысли и пытаюсь абстрагироваться.

Смотрю за девушками, плещущимися в воде и … Завидую. Я давно не отдыхала.

А сейчас как никогда хочу отдыха.

Но нет. Держусь.

Минут десять – максимум.

И всё же срываюсь.

Да ладно! У меня даже купальник слитный! Что там кто увидит?

Решительно откладываю блокнот, который нужен мне только для того, чтобы занять руки, и иду в раздевалку. Я там оставила свою сумку с купальником. Косила под остальных, чтобы было меньше вопросов.

Дохожу до места быстро. И, не теряя решимости, открываю дверь раздевалки.

Ожидаю увидеть пустое помещение, поскольку все давно играются в воде, но не…

Стоящего в центре босса, нюхающего чьи-то вещи…

Эмир

Весёлый вечер я провожу не в компании девушек. А там, можно сказать, все как на подбор. Я будто, блин, не в офисе работаю, а в модельном агентстве. Все ещё так разоделись, а штук пять и вовсе намеревались соблазнить меня и залезть в трусы.

И одна только порядочная Вита, моя умничка, даже не взяла с собой купальник. А жаль. На мою помощницу глазеть намного приятнее. Она и телом своим радует, и не клеится ко мне. Вот, за что люблю Виту!

А пока, как дурак, прусь в раздевалку. Благо, уверен точно: все в бассейне. Захожу, на всякий случай закрываю двери. У меня есть максимум пять минут, чтобы найти тот запах. И всё. Проблема будет решена.

Хорошо, что здесь нет ящиков. Спокойно прохожу по рядам, беру первые попавшиеся вещи. В основном, лифы или блузки.

Чувствую себя последним извращенцем.

Нахожу один смутно похожий аромат. Но это не совсем то. На всякий случай помечаю, кто это – в сумке лежат документы.

Остаётся ещё пять человек.

Беру очередной лифчик, подношу к носу.

Хм-м-м.

Блин, а пахнет вкусно.

И, кажется, от этого запаха я схожу с ума.

Дверь, которую я закрывал!!.. Вдруг открывается. На пороге стоит удивлённая Виталина, осматривает меня с головы до ног. Я, почти не одетый, стою посреди раздевалки и нюхаю чужую вещь.

– Ты всё не так поняла, – говорю аккуратно и опускаю интимную деталь на скамью так, будто я – грабитель банка, а в руках моих оружие.

– Вы извращенец, – выпаливает без раздумий. Прижимает руки к груди и делает шаг назад. Чуть кривится, явно надумывая в своей головке что-то не то.

– Да не-е-ет, – пытаюсь оправдаться.

Да что за ситуация такая!

– Ты не так поняла. Просто… – Эмир, думай, мать твою. – Запах мне понравился! Я почувствовал, не решился спросить. Вдруг подумают, что я для себя.

Что за бред я несу? Мне почти тридцать восемь. А размышляю, как пацан недоразвитый.

– Маньяк, – приходит к другому своему умозаключению.

– Да он вкусный просто!

– Фетишист, – кривится ещё сильнее.

Скидываю этот долбаный лиф на пол.

– Сюда зайди, – машу ладонью в свою сторону и упираю руки в бока.

Чёрт! Как теперь объясняться? Вит, тут такая ситуация, я чпокнул какую-то девчонку, перепутав с суррогаткой. Можешь мне помочь найти её?

Да, так и нужно сделать!

Но вместо этого я прожигаю Богданову взглядом. Жду, когда она перешагнёт порог раздевалки – и мы нормально поговорим. Но она не шевелится. И я уже грубее, чем следует, произношу:

– Виталина, это приказ.

Девушка вздыхает и всё же заходит в раздевалку. Закрывает за собой дверь. Присматриваюсь… Замок нерабочий. Ясно. Дебильный дом.

– Вы меня только не нюхайте, – проговаривает наивно.

А я чуть не выпаливаю, что «уже».

– Да не буду я этого делать, – отзываюсь чересчур агрессивно. – Ничего объяснять не собираюсь.

Предупреждаю сразу. У меня времени нет. В любую секунду дверь может открыться опять – и мне конец.

– Просто знай, что я не извращенец.

– Так я вам и поверила, – говорит холодно. Ещё и лицо такое делает, будто с дерьмом стоит.

– Минус ползарплаты, – шиплю от злости.

– Я вам верю, – кивает покорно. И тут же меняет настрой.

Меркантильная Вита!

– Сделаю вид, что не видела ничего. Продолжайте, постою на шухере.

Я вздыхаю и устало потираю переносицу.

Нет уж. Всё, хватит.

Взрослый мужик, а такой фигнёй маюсь.

Лучше уж найму детектива.

Твою мать.

Вот почему я сразу этого не сделал?

Так и поступлю. А пока… Буду готовиться стать отцом. Почему бы и нет? Виталина недавно принесла мне интересную брошюру…

Чёрт, не время.

– Не надо, – направляюсь к выходу из раздевалки. – Забей. И забудь, что ты здесь видела.

Дотрагиваюсь до ручки двери и замираю. Прислушиваюсь, разбирая слишком уж чётко звучащие слова.

– Сейчас купальник только поменяю. И пойдём!

Делаю шаг назад и разворачиваюсь.

Чёрт!

Бегу прямиком к Виталине, подхватываю её за талию и под недоумевающий писк затаскиваю в комнату с душевыми кабинами. Их здесь три, и мчусь я в самую крайнюю. Задвигаю разноцветную шторку и прижимаю помощницу к стене.

Дверь раздевалки открывается, и я напрягаюсь, припечатывая хрупкое тельце своим.

– Босс…

– Тш, – шикаю на Виту. – Замолчи.

Опять прислушиваюсь – и доносятся женские голоса, бурно что-то обсуждающие.

– Зачем купальник другой?

– Ну, как же? Этим шефа не удивить, – самодовольно говорит одна из девиц. Хм-м-м, не узнаю. Кто-то из других филиалов? Их так много, что у меня глаза разбегаются. Пока всех запомнишь – состаришься. – У меня есть такой чёрный. С ниточками…

– Босс, – шепчет Вита рядом, пока те шумят и двигают лавки (зачем?). – А почему я прячусь вместе с вами? Это женская территория.

– Тихо, – опять шиплю на неё.

– Ты думаешь, он поведётся? Он же непрошибаемый. Я вон за ним полгода хвостиком бегаю, как устроилась. Да блин, мне кажется, он даже на Виталину Александровну никак не реагирует. А они давно работают. Прости, конечно, но ты его помощницу видела? Он тебе не по зубам.

– Посмотрим.

Да мне тоже посмотреть очень хочется.

Но вместо этого я устремляю взгляд на Виту, что смущённо опускает ресницы.

И только сейчас понимаю, что девушка прикасается ко мне всем своим телом. Вжимается грудью в мой торс. А я, чёрт, голый ещё.

Смотрю на приплюснутые шарики и сглатываю.

Чёрт.

Вижу очки и… Всё.

Опять та ночь перед глазами. Тонкая талия, округлые бёдра. Длинные волосы, громкие стоны. И эти клятые очки, падающие со звонким звуком на пол!

И, мля.

Опять возбуждаюсь.

И Вита, чёрт, это замечает. Напрягается, как и я. Да только вот она – от неловкости. А я от шагов, приближающихся к душевым.

Твою мать. Надо же было возбудиться в такой неподходящий момент.

Ещё и эти пигалицы как назло идут в нашу сторону!

– Ты в какую?

– В последнюю.

Дайте мне её имя – и я завтра же уволю её!

Быстро соображаю, опускаю ладонь на вентиль и прокручиваю его, включая холодную воду.

Да собака сутулая!

Стискиваю зубы и первое, о чём думаю – Виталина сейчас закричит. Словно в замедленной съёмке, наблюдаю за тем, как открываются её губки, чтобы выпустить громкий звук…

Руку поднимать долго! Тем более она занята тем, чтобы настроить нужную температуру.

Действую как-то слишком быстро.

Наклоняюсь, ловлю её крик губами – и, твою мать…

Утыкаюсь своим возбуждением прямо в помощницу. И тут дело уже не в незнакомке той ночью! А в Вите с её соблазнительной фигуркой!

Ещё рот у неё такой… Маленький, но губки пухлые. Накрываю их, намереваясь только заглушить визг, но что-то выходит из-под контроля.

И даже доносящаяся издалека фраза не вырывает меня из какого-то дурмана.

– А, последняя занята. Я тогда в середину.

Плевать вообще. Пробую Виту на вкус, отмечая про себя то, что она… Неплохо целуется.

Скромница, а вытворяет такое..

Ладно у меня крышу сорвало, но у Богдановой?

Я уже начинаю сомневаться в ее порядочности. Но пребываю в таком экстазе, что не замечаю, как вода становится теплой, а я подхватываю девушку за бедра, вжимаю ее в стену.

Вот вообще не понимаю, что делаю.

Меня редко, когда ТАК от девушек ведёт.

– Станок есть? – вдруг звучит рядом, по ту сторону стены.

– Ты же недавно брилась, – доносится до мутного сознания. Я отрываюсь от Богдановой, слышу ее тяжёлое дыхание, которое раззадоривает сильнее.

Чёрт. Я её хочу.

– У меня повышенная волосатость. За этот час могло что-то произойти!

Меня толкает легонько в плечи, и я заостряю все внимание на Виталине.

– Поставьте меня на пол, – хрипло шепчет она и опускает взгляд.

Я будто просыпаюсь, ставлю ее на ноги.

И лучше бы я этого не делал.

Взгляд сам скользит по мокрой, прилегающей плотно к телу рубашке. К груди, скрытой тканевым белым лифом.

И на…

Сглатываю, рассматривая каждый миллиметр. Но всё скрывается через секунду под её руками.

Вот же…

Вита вся мокрая, а я голый, с полыхающей Эйфелевой башней в трусах.

– Извращенец вы, босс, – шипит помощница, но я опять затыкаю ей рот. На этот раз ладонью.

Она не понимает, что нас застукать могут?

Кажется, нет, раз пихается и отстраняется.

– Ползарплаты, Вита, – напоминаю ей, видя в глазах недобрый огонек. Но тут же она становится смиренной. Отворачивается от меня и прижимается к стенке сама, пока вода продолжает хлестать по нашим телам.

Проклятый день.

Кто же знал, что все так будет, а?

Мы в тишине ждём, когда девушки уйдут. Успеваем обменяться взглядами, постареть и явно пожалеть, что сегодня собрались здесь.

Когда все расходятся – Виталина прогоняет меня из душевой. А я только и рад. Проверяю всех оставшихся.

Да сука!

Сколько можно?

Я задрался искать ее!

Только и делаю, что попадаю в неловкие ситуации, мать его.

Черная полоса кончится, или нет?

Пинаю лавку ногой от злости. Лишь бы куда-то эмоции выплеснуть.

И быстро ухожу из раздевалки. Мне ещё одного казуса только не хватало!

Направляюсь в комнату, где оставил свои вещи. И, переодевшись, еду домой. Настроение испорчено, так что веселиться нет желания.

Теперь ещё и Вите как-то в глаза смотреть надо. Хотя…

Нет, все нормально. Мы просто замнём. Уверен, она будет не против.

Виталина

В офис захожу с опаской.

После вчерашнего сердце тарабанит об грудную клетку, как бешеное. Особенно при мыслях о боссе.

Что он вообще подумал обо мне, когда я, не сопротивляясь, ответила на его поцелуй?

Да он сам инициатором был!

А я…

Я куда смотрела? Чем думала???

Ну, скажу честно, не удержалась.

Я как представила своего идеального незнакомца, так всё замерло, зажглось настолько, что на месте мутного пятна появился четкий образ моего босса. И скажу честно – та роль ему очень идёт.

Черт!

Зачем этот фетишист вообще в раздевалке появился! То за попу лапает, то белье нюхает.

Маньяк!

Никогда раньше не замечала за ним такого.

Но сейчас кабинет открываю с особой осторожностью. Вдруг Эмир там… Не знаю. Какие ещё фетиши бывают? Пятки облизывает?

Фу!

Виталина, фу!

Босс не такой!

Толкаю дверь и с облегчением выдыхаю. Что-то фантазия у меня богатая.

Эмир всего лишь сидит в кресле. Просматривает бумаги. И поднимает голову, прислушиваясь к ударам моих каблуков об пол.

– Доброе утро, – начинаю первая.

– Доброе, – сухо. – Садись.

Босс кивает на стул, а я напрягаюсь и, как маятник, шатаясь чуть ли не в разные стороны, иду к нему.

Страшно, что он о вчерашнем говорить начнет.

Все же такая ситуация…

У нас сугубо деловые отношения.

Он же не уволит меня, да?

Я поправляю юбку-карандаш, сажусь на стол и устремляю взгляд в пол. Только бы на Эмира не смотреть.

Но все равно внимание возвращается к его соблазнительным и умелым губам… Господи, что он вчера ими вытворял.

Чёрт. У меня явно недостаток секса. Один раз попробовала – и подсела. После первого болезненного опыта мне долго ничего не хотелось. Но с той ночи каждый раз горю от чужих прикосновений.

Проклятье!

– Нам надо поговорить, – серьезно начинает босс.

О, нет! Только не это!

– Эмир Тагирович, – выдыхаю его имя. – Если вы насчёт вчерашнего, знайте, я ничего и никому не скажу.

Злой взгляд буквально въедается в мое лицо.

Ой…

– Я хотел поговорить не об этом.

– Простите.

Тогда это ещё волнительней!

– Ты же видела, у меня контракт на суррогатное материнство. В машине.

– Я ничего не видела, – говорю стойко. Я же обещала ему! Успокою свою любопытство и тут же обо всем забуду! – Да и в машине вашей ни разу не ездила.

– Я сейчас серьезно, – делает недовольный прищур.

– Так я тоже.

– Так, Виталина, хватит.

От его тона мурашки появляются. Он такой… Серьёзный, твердый, властный. Аж в горле пересыхает.

– Забыли.

Я киваю.

– Сейчас о другом. Я собираюсь пойти на курсы будущих родителей, – я зависаю и смотрю на выражение лица босса. Это проверка, шутка или правда? – Поскольку в ближайшие полгода у нас очень плотный график.

Ну да, есть такое.

Чего только одни командировки стоят.

– Я хочу попробовать сходить, пока есть время.

– Удачи.

А что мне ещё ему сказать?

– И ты пойдешь со мной, – смотря мне в глаза, произносит с такой твердостью, что я даже теряюсь.

– Простите? – недоумение так из меня и прёт. – Почему я, а не…

Вот чёрт!

Я только сейчас поняла, что я целовалась с мужчиной, у которого уже есть беременная женщина!

– Она не может, – скрещивает вместе пальцы и опускает их на стол. – Поэтому идёшь ты. Я уже записался. Поправь мой график.

Вот тебе на…

Но, в принципе, ничего сложного нет. Это всего лишь фарс. Слава богу, детей у меня пока не предвидится.

И ничего же не случится, если я разок схожу?

Эмир

– Куда? – снова хватаю Виталину за руку и тяну на себя. Вот же шустрая и упёртая! Только недоглядел, как она раз-раз – и улизнула. Нет уж. Сжимаю её ладонь.

– Может, вы передумаете? – да я впервые Богданову такой неуверенной вижу!

– Нет, – тяну её за собой в здание. Открываю дверь, запускаю девушку внутрь, при этом крепче держу её за руку, чтобы она не испугалась и не убежала. Мне так-то тоже страшно. Я ещё не родитель, но очень даже будущий.

Если детектив, которого я нанял, за два месяца не найдёт мне ту беглянку, вернусь к суррогатству.

А пока, не отклоняясь плана, иду к стойке. Там нас встречает миловидная девчонка лет девятнадцати. Симпатичная, и фигурка то, что надо.

– Добрый день, – лучезарно улыбаюсь, привлекая к себе внимание. Белокурая нимфа поднимает на меня наивный взгляд. – Мы в первый раз. Нам сказали, что покажет администратор, куда идти.

– Да-да, сейчас, – смущается и отводит глаза. Вот же овца. Не люблю таких. Вмиг весь интерес пропадает.

Я веду за собой Виталину.

– Вы что, сейчас к ней клеились? – шепчет близко-близко. Меня аж передёргивает. Душ в том доме вспоминаю. Её мокрое тельце. Да твою мать!

– Нет же, – хмурюсь. – Просто попросил провести нас на курсы.

Как я вообще в это вляпался?

Захотел.

– Эм, простите, – девушка останавливается, разворачивается и не пускает нас внутрь комнаты. – У нас произошли форс-мажорные обстоятельства – и группа, кажется, перенесла время обучения, но мне об этом не сообщили. Вместо этого я предлагаю вам сразу пойти на седьмой урок, там как раз проходит занятие, на которое, ну, вам и так предстоит в будущем попасть…

Я без задней мысли соглашаюсь.

У нас с Виталиной график.

И всё равно некуда деть этот час.

Поэтому мы слушаемся и идём.

Виталина

– Босс? – аккуратно бью его в плечо. – С вами всё в порядке?

Он дико напряжён! Идёт, смотрит на толпу беременных женщин с мужьями. У него лицо без эмоций, тело как будто в два раза выросло! Напрягся так, что сейчас от его мышц лопнет чёрная рубашка. Босс даже руку мою бросил, чтобы не сломать.

– Сколько женщин.

– Ну да… – что-то не понимаю.

– Беременных, – произносит холодно.

– Ага, – поддакиваю опять. – А вы что-то другое ожидали увидеть?

– Думал, другое, – он всё ещё в каком-то коматозе продолжает сверлить взглядом всех присутствующих.

– О, новая пара, проходите-проходите! – к нам подходит весёлая женщина лет сорока. В удобной спортивной форме. – Мне сказали, что вы сегодня с нами. Жаль, что вы не взяли с собой сменную одежду, но ничего! Меня зовут Клавдия, обращайтесь по всем вопросам! Присаживайтесь сюда!

Она указывает на зелёный коврик, на который мы смотрим с подозрением.

– Может, уйдём? – спрашиваю. Честно? У меня впервые такое. И мне немного страшно. Тут столько… пузатиков. У меня глаза разбегаются. Там пузико, там… Везде они!

– Нет, – твёрдо говорит Эмир и опускается на коврик.

Владелец крупных и многомиллиардных компаний сейчас спокойно сидит на полу и внимательно слушает Клавдию.

У меня не остаётся выбора, как устроиться рядом.

Чёрт. Я помощницей нанималась, А не…

Ну, помощь же оказываю?

– Отлично, что сегодня все с мужьями! – женщина светится от счастья. Так сильно, что меня даже мутит. Жесть. Вот же жизнерадостные люди бывают, в отличие от нас боссом. Оба сидим как на иголках.

Мне самой неловко среди беременных находиться. Я пока… не планирую. Вряд ли это случится в ближайшие лет пять. Но волнительно.

– Сегодня наш урок посвящен помощи мужчин женщинам во время беременности.

– То есть? – звучит впереди тоненьким голосом. Причём мужским.

– Будем учить, как помогать беременным на большом сроке справляться с трудностями!

Я думаю, это нас не касается, да?

У нас ни срока, ни ребёнка!

Посмотрим здесь, что да как.

– Вы тоже присоединяйтесь, – улыбается. – Потом с вашим мужем будете блистать знаниями.

Мужем…

Я нервно усмехаюсь и пытаюсь предугадать, что нам придётся делать.

Ну, животик рукой гладить?

Господи, я не согласна ни на какие телесные контакты с боссом!

У меня после вчерашнего… Не всё хорошо. Я о нём думаю – и в горле пересыхает и… жарко становится. Хочется снять с себя пиджак – как минимум.

– Что же, начнём! Во-первых…

Начинается лекция о пользе массажей, о том, что они стимулируют, как часто делать и так далее. От рук до отёкших ног. Все вокруг вздыхают, мужики, напрягшись, смотрят на картинки. Включаются несколько видео, которые, честно, никак меня не трогают.

Ну, фигня полная.

– Так, а теперь пробуем упражнения!

– О-о-о, Виталина, сейчас я увижу твои пяточки, – горячее дыхание, парализующее с ног до головы, обжигает ухо. Босс говорит издевательски, явно смеясь надо мной. Но звучит это с таким подтекстом, что он как минимум заглянет мне под юбку. – Интимнее и быть не может.

– Эмир Тагирович, – произношу строго и отворачиваюсь. Щёки вспыхивают с такой силой, что мне становится нехорошо. Ёрзаю на коврике и пытаюсь прийти в себя.

Это нормально, что я возбуждаюсь? Именно от своего босса?

Мне так неудобно становится, ужасно!

– Не шутите так.

– Сухарь ты, Виталина.

Да если бы!

– Так, упражнение, – привлекает внимание Клавдия. – Все встаём. Девочки вперёд, мальчики назад.

Мы с боссом не шевелимся. В нас летит красноречивый взгляд.

Я с трудом поднимаюсь и становлюсь перед Эмиром Тагировичем. Чёрт. Как же меня раздражают эти курсы. Я ждала совсем другого. Нас следовало бы подготовить перед тем, как мы будем смотреть на это всё! Они о мужчинах думают вообще?

– Судя по всему, ваши пяточки я не получу, – выдыхает босс на ухо. Я чуть не сбегаю от него, чтобы не испытывать это странное чувство.

Вот же извращенец!

– Девушки поднимают руки параллельно полу.

Я слушаю её очень внимательно – и выполняю.

– Теперь мужчина подходит со спины. И опускает своей жене руки на грудь вот так.

Я, вытаращив глаза, смотрю на то, как какой-то мужик кладет ладони на грудь нашей тренерше. Капец.

– Слушай, а мне нравятся эти курсы.

Я опять краснею до кончиков ушей.

Потому что Эмир Тагирович делает всё, как говорит Клавдия. Трогает меня за грудь.

– Давай ходить на них почаще.

– Босс, мне кажется… – еле выдавливаю, но не успеваю договорить, поскольку Клавдия бесцеремонно перебивает нас.

– А теперь круговыми движениями массируем!

Чё?

– Вы ведь не сделаете этого? – выпаливаю в испуге. Перехватываю ладони Эмира и не даю дотронуться.

– Ты только привлекаешь к себе внимание, – цедит на ухо босс. И случайно касается моей кожи своими горячими губами. Опять как током бьёт. Я нервно осматриваюсь по сторонам и понимаю, что на нас смотрят. Ладно бы одни, но не пять пар! – Жёнушка, возьми себя в руки. Выпишу премию.

Я не меркантильная!

И деньги не настолько люблю!

Не буду я этого делать!

Я вздыхаю.

Кого я обманываю?

Со стоном отпускаю его руки.

Я правда делаю это не только из-за денег. Просто… Ненавижу, когда столько внимания в один момент. К тому же в такой неловкой ситуации.

Да и тем более…

Это же босс за спиной. Он сейчас гладит мою грудь, делая массаж для беременных.

Но я не беременная.

Да кого это волнует?

Я терплю. Честно терплю.

Но с каждой секундой становится всё сложнее.

Так и хочется всё прекратить. Крикнуть этим людям, что мы не жена и муж! И для нас это – не норма!

– Вит, у нас проблемы, – хрипло отзывается мне на ухо. А я губу закусываю, глаза закрываю и начинаю тяжело дышать. У нас огромные проблемы.

И одна из них сейчас утыкается мне почти что в копчик.

Твою мать…

Второй раз! Мы попадаем! В эту глупую! Мать его! Игру!

Я закрываю рот ладонью и кричу через неё на весь зал.

– Простите! У меня токсикоз!

И что есть мочи бегу на выход. Думаю исчезнуть вообще, с концами, заказав такси, но… Эмир Тагирович не разделяет мои планы. Не даёт убежать. Берёт за талию, затаскивает в туалет. Бьёт моё тело о стену, но мне настолько сейчас плевать.

Возбуждение верх берёт.

Внутри всё раскалывается.

И я не сопротивляюсь, когда Эмир подхватывает меня за бёдра. Вжимает в стену. И наклоняется, вгрызаясь в мои губы, словно пёс. Сорвавшийся с цепи.

Чёрт, как же это не профессионально. Но!

Именно сейчас я ничего не могу с собой поделать… Виталина

Чёрт-чёрт-чёрт! Кто-нибудь, спасите нас! Потому что я не понимаю, что происходит! Горю от прикосновений своего босса, который явно не намерен останавливаться! Сам возбуждён до предела. Поднимает меня над полом, держа за бёдра. Обвиваю его шею руками и льну к нему всем телом.

А в голове воспоминания проявляются.

Та ночь.

Когда же она выйдет из мыслей? Никогда. Впиталась в кожу, кровь и тело. И теперь уж точно не прогоню картины, царящие в мозгу и делающие ЭТО с моим телом.

Я отвечаю на поцелуй. Дерзко, охотно, выглядя сейчас со стороны совсем не как приличная девочка.

А Эмир узнает меня такой.

И он бы ещё многое обо мне узнал, но…

Под бешеный пульс и громкий вскрик со стороны входа всё прерывается.

– Это женский туалет!

То есть это единственное, что волнует недовольную девушку, внезапно вошедшую в уборную, да?

Мне хочется засмеяться, но сейчас не до смеха.

И не только мне.

Босс внимательно смотрит в глаза, не отводя полыхающего взгляда. Долго, мучительно, словно так и говорит своими карими омутами: «Не стыдно ли тебе?»

Стыдно.

Очень.

– Вы глухие? – опять кто-то скрипит над душой.

Но это помогает Эмиру опомниться, опустить меня на пол и отстраниться.

И я, даже не глядя на него, выбегаю из уборной. Сама не понимаю, что это было! Вот как накатило – и всё! И теперь стыдно до жути. Чувствую на себе тёмный пронзительный взгляд, который, кажется, преследует меня до самого поворота.

Я, не раздумывая, уезжаю домой. Следующая встреча у нас только через час – и мне срочно нужно охладиться под ледяным душем.

Уже дома мне приходит сообщение. Я открываю его дрожащими руками. Тело от волнения покрывается испариной, и я опустошаю бутылку воды, прежде чем начать читать.

Но я беру волю в кулак и делаю это.

«Отмени на сегодня все встречи. У нас выходной»

Я выдыхаю. Пишу в ответ обычное: «Принято».

А потом поступаю так, как должна. Звоню Стасу.

– Милый, – начинаю, неловко царапая поверхность и так обшарпанного стола. Слава богу, хватило суток, чтобы в квартире хоть немного, но выветрилось. Сейчас уже совсем не пахнет. – Давай встретимся?

Безумие пора заканчивать.

Уверена, на босса я бросаюсь только из-за того, что, познав вкус секса, я теперь просто без него не могу. Извращенка. Это всё Эмир заразил. То лифчики нюхает, то пятки мои увидеть хочет.

А теперь…

– О, котёнок, – Стас явно удивлён моему звонку. – Ты сегодня свободна? Сходим в клуб? А потом ко мне.

Я сглатываю, сразу понимая, что означает это «ко мне». Но я настроена решительно. То есть как на босса кидаться – всегда готова, а как провести ночь со своим парнем… Легко, да?

– Давай, – соглашаюсь. – Заедешь за мной?

– Да, к восьми. Нормально?

– Угум. Жду тебя.

Я отключаюсь, ещё несколько часов убираюсь в квартире, стираю нервно бельё вручную и плевать, что у меня есть машинка. А потом готовлюсь к свиданию. Выбираю бельё, наряд.

И пока ищу, что надеть, понимаю, что куда-то… пропали красные кружевные трусики.

Хм…

Куда они могли подеваться?

Хотя, постойте-ка…

А я их вообще забирала из номера?

Не припоминаю ничего подобного. Помню, как домой прибежала и что мне не по себе было. Но я из-за страха не обратила внимания. Да ну, не могла же я из номера без трусов умчаться? Не могла. Скорее всего, куда-то положила трусики и теперь не могу отыскать. Ничего, найдутся.

А пока собираюсь. Стас заезжает за мной ровно в восемь вечера, и мы отправляемся в клуб. Парень много про него рассказывает, как будто бывает там каждый вечер. И комнату для уединений упоминает.

Может, и не придётся к нему ехать?

Я наклюкаюсь и пересплю с ним прямо там. Что тут такого? Мы пара, в конце концов. Должны что-то новенькое пробовать.

С такими мыслями мы и идём «развлекаться».

Точнее… я стараюсь. Но как начинаю с безалкогольных коктейлей – так и продолжаю весь вечер. В отличие от Стаса, который готов был взять меня прямо на танцевальной площадке. Прилюдно лапал меня, распускал руки. На минутку, он раньше ничего подобного себе не позволял! А потом и под юбку полез, и блузку расстегнул. И это всё на людях!

В итоге, не стерпев, я отвела его в комнату.

Я не представляю, как он собирался садиться за руль в таком состоянии. Я думала, раз он на машине, то сам не будет пить. Ну или… Не знаю.

Он изначально планировал остаться здесь?

Судя по тому, что я иду к администратору и говорю, что нам нужен номер, а она отвечает: на ваше имя уже оплачено, Стас хорошо подготовился. Плюс ему в карму за сообразительность и ответственность.

И минус за то, что решил перепихнуться в грязном клубе, где помимо хламидий ещё много разных неприятностей!

В этот момент на меня накатывает брезгливость.

– Малы-ы-ыш, я так тебя хочу, сил нет, – стонет парень, заталкивая меня в комнату. Я только и успеваю, что осмотреться. Вроде всё чистенько, убрано, но… Нет уж. Лучше у него дома, но сейчас он в состоянии только дойти до кровати. Прихватить меня с собой и повалить на двуспальную, широкую постель.

– Стас, я не хочу здесь, – пытаюсь его оттолкнуть, привести в чувства. А он ни черта не приводится.

Слышу над ухом громкий храп.

Приплыли.

Твою мать.

Он издевается?

Толкаю его ещё раз.

– Стас?

И опять храп.

Он уснул! Взял и уснул!

Опрокидываю его на другую часть кровати и встаю. Поправляю на себе одежду, смотрю на бессознательное тело и… разочаровываюсь. Отчего-то я так и знала, что ничего не получится.

Вот почему у меня ни разу нигде не зажглось при виде собственного парня? Он ведь красив. Не хуже босса моего. Да, чуть худощавее, но тело покрыто татуировками. На лицо… чуть смазлив, однако я не замечала до этого момента.

Да чёрт, я когда-нибудь спокойно пересплю с ним?

Или меня так и будет тянуть на незнакомцев или извращенцев, заключающих контракт с суррогатным агентством?

Вздыхаю и достаю телефон. Остаться здесь? Нет уж. Я даже не смогу уснуть в этом месте.

Заказываю себе такси. Уходя из номера, вешаю табличку: «Занято, не входить». Пусть Стас отоспится.

А сама покидаю клуб. Мучаюсь от волнующего меня вопроса.

Почему именно Эмир? Я спокойно жила два года, не замечала его, а тут на тебе…

У меня даже пальцы покалывает, когда я достаю телефон и порхаю над его именем. Написать хочу. Предложить одну маленькую ночь, о которой мы забудем. Он ведь тоже хочет, да? Я чувствовала. Тогда, прижатая к стене.

Я краснею от одного только воспоминания. Убираю телефон в сумку и, закусывая губу, еду домой. В принципе, я до этого как-то жила без секса, ещё проживу.

С такими мыслями я и пытаюсь держать себя в руках, чтобы случайно не набрать босса.

На следующий день

Эмир сказал, что задержится. Но его нет ни до обеда, ни после. Удивляет. Очень. Я даже начинаю волноваться, понимая, что на него это не похоже. Да, он иногда ведёт себя, как раздолбай, но всегда предупреждает о своём отсутствии. Он даже с температурой под сорок пишет. А может и вовсе на работу явиться.

Задумчиво смотрю в стену, болтаю ногами на барном стуле. В столовой сегодня очень тихо. Настолько, что слышу еле различимый звук телефона. Думаю, что Эмир, поэтому смотрю быстро.

Но нет. Не он.

Сообщение от Стаса. Причём такое странное, что я не сразу понимаю, в чём дело.

«Спасибо за ночь, котёнок. Она была волшебной. Ты высосала из меня все силы – я встал только сейчас. Ты, видимо, уехала на работу, да? Кстати, ты так спешила, что кое-что забыла»

Ничего не понимаю.

Хмурюсь, перечитываю ещё раз.

Что я забыла?

Какая ночь?

Следом приходит фотография. Полуобнажённого Стаса. И он держит в руке лифчик.

Не мой. Если бы Стас заметил – он как минимум на размер больше.

Какого чёрта?

Полтора месяца спустя

– Так, и что ты хочешь сказать? – сестрёнка ничего не понимает. Зато её подруга явно сообразительнее моей пчёлки и схватывает всё на лету.

– Ну, Рит, задержка же, – тянет. – Ты что, не знаешь, к чему задержка?

– Знаю, – губы надувает. – Но мало ли? У неё вообще цикл непостоянный.

Ох, напомните мне меньше делиться с сестрой информацией! Откуда она знает о моих месячных – ума не приложу.

– Да в том и дело, – я резко сажусь на кровать и нервно посматриваю то на Риту, то на Аврору.

Мне срочно нужно было кому-то выговориться насчёт своих опасений. А тут сестра с подругой в гости зашли. Явно неспроста, но я сразу же гружу их своими проблемами.

Не люблю это, но мне страшно.

– В последнее время у меня всё нормально было. Полгода точно, – вспоминаю. – А это… Задержка уже почти две недели. Я думала из-за стресса.

Нервничаю, как чёрт знает кто!

Стас не даёт прохода после того, как мы расстались. Он не знает, почему – я не стала ему объяснять. Зачем осуждать человека, если я ничем не лучше? Я сама переспала с незнакомцем. Это Стас должен был меня бросить.

Но нет.

Наше расставание трудно назвать таковым. Я просто от него отдалилась, понимая, что он наделал. Если и раньше у меня не было к Стасу сильных чувств, то сейчас вообще какое-то отторжение. Как представлю, что он с посторонней девчонкой там целовался…

Ладно, фиг с ним, со Стасом! Это не главная проблема!

Босс ещё сильнее нервирует. После того поцелуя в туалете вообще какая-то неразбериха началась. Он то пошлит так, что я краснею ещё несколько часов, то вообще таким холодным становится, что об него летом трись – остужайся.

Эмир в последнее время не в лучшем расположении духа.

А меня это удручает и сильно волнует.

Особенно после того, что между нами было… Я стала смотреть на него по-другому. Черт возьми, и я пала под чарами босса, понимая, что каждый день желаю его увидеть. Получить в свою сторону его улыбку, его пошлую шутку. Внимание. Мне так приятно, когда он уделяет его мне.

Ещё он иногда берёт меня на курсы. Теперь уже на нормальные, без всяких массажей груди.

И, чёрт, как бы я не хотела это признавать…

Я, по ходу дела, встряла…

Влюбилась.

Какое же громкое слово!

Страшно до безумия.

А тут ещё задержка.

Вообще не знаю, куда себя деть.

– Ты тест делала? – спрашивает Рора. Вот блин, младше нас всех, но хотя бы умнее.

– Нет ещё, – закусываю с досадой губу. – Страшно, жесть.

Потому что если я окажусь беременной, я не знаю, кто отец!

– Мне стало тоже, – кривится сестра. – Чёт я не хочу, чтобы Стасик был членом нашей семьи.

Ох, сестрёнка, знала бы ты, что это ни фига не Стас…

А мужчина, о котором я грежу по ночам. Да, я забила на его поиски, понимая, что ищу иголку в стоге сена, но он напрочь застрял в голове. Как и босс.

Теперь они попеременно мучают меня, заставляя просыпаться каждую ночь в поту и краснеть из-за каждого сна, посещающего мою голову.

Меня преследуют только эротические сцены!

И везде либо босс, либо тень.

А один раз так вообще…

Втроём у нас было.

Господи, как же стыдно! Я потом весь день не могла на Эмира смотреть! Всё сны свои представляла.

Хотя это ничем не отличается от моего обычного трудового дня. Постоянно в мыслях витаю и к ночным картинам возвращаюсь.

Извращенка.

Точно босс заразил.

– Я ещё не беременна, – успокаиваю её. – Ладно. Сделаю я тест.

Аж в пот опять кидает.

– А вам на учёбу пора, – укоризненно смотрю в их сторону.

– Погоди, – придвигается ко мне сестрёнка. – Мы же не просто так пришли. Нам тут предложили в отпуск одной компанией слетать. В Эмираты…

– Нет, – обрубаю резко, буквально прожигая Риту взглядом. – Никакой компании. Никаких Эмиратов. Сиди дома. У вас зимняя сессия.

– Ну и ладно, – щёки надувает и руки на груди скрещивает. Капец, что удумала! – Больно надо. Такая же, как и родители.

– Вот и закончили, – встаю с дивана. – Так, я на работу. Тест вечером сделаю. А ты родителям ни слова, понятно? Ты знаешь, какие они у нас.

Она кивает.

У нас хорошие, любящие мама и папа, но прожрут всю плешь, если узнают, что я беременна. И вне брака. И вообще, что сексом занималась до свадьбы. И плевать, что мне уже двадцать четыре.

Ай, ну их!

– Я могила!

Вечером возвращаюсь с работы. Опять трудный день. Эмир сегодня не трогал – мы работали отдельно. И слава богу. Один нерв хоть сохранился.

Но и он сдаёт позиции.

Я захожу домой, ставлю сумку на тумбочку. Переодеваюсь, тут же беру тест и иду в туалет. Волнительно до жути. Но я делаю это. Откладываю тест на краешек ванной и стараюсь на него не смотреть.

У меня сейчас сердце разорвётся на части от ожидания.

Но я все-таки не выдерживаю – и нервно поглядываю в сторону теста.

Пока одна.

Рано выдыхать, Виталина!

Листаю ленту в телефоне, качаюсь на унитазе и думаю, как бы не сойти с ума.

Губы от нервных покусываний опухли.

– Так, ну всё, – успокаиваю себя и решительно поворачиваюсь к тесту.

Смотрю на две полоски.

Твою мать!

Подпрыгиваю с места и задыхаюсь от истерики.

Какого лешего-о-о?

Почему-у-у?

Я же пила противозачаточные! Пила-а-а!

Я помню хорошо! Баночка до сих пор стоит в комнате!

И что мне теперь делать? Мало того, что родители, узнав об этом, прочитают лекцию, откажутся от меня (они способны и на это!), так ещё я не знаю, кто отец ребёнка! А куда мне его? Он ведь… Живой организм. Которому нужно много внимания. Вся забота, любовь. Причём от обоих родителей.

Как мне объяснять ему, где его отец?

Мы познакомились ночью, и она была лучшей в моей жизни?

А потом он ушёл на работу и не вернулся?

Бред! Я ещё не готова!

Оседаю на пол возле стиральной машинки и опять смотрю на две полоски, как зачарованная.

А с работой что делать?

Эмир не тот человек, который будет держать возле себя беременную женщину.

Пока… У меня нет мыслей.

Только одна, но… Нужно всё хорошенько взвесить.

На следующий день

«Виталина, выходной отменяется. Нужно срочно встретиться в офисе через полчаса»

Я вздыхаю. Вот тебе и взяла выходной, чтобы сходить в женскую консультацию…

И так это всё далось трудно, так ещё и босс давит.

Я вчера целую ночь мучилась от мыслей и приняла одно важное решение.

Я сделаю аборт.

Пусть это будет по-скотски, но я понимаю, что мне сейчас просто… некогда. Я не могу. У меня нет ни сбережений, ничего. Даже собственной квартиры. Да меня выселят, как только узнают, что Эмир меня уволил. Я ведь нахожусь в съёмной квартире на особых условиях. Плачу намного меньше. Босс ведь договорился.

А он выкинет меня из компании, когда узнает о моей беременности.

И что?

Я безработная, без своего жилья… Ещё и без мужчины рядом.

Нет. Я не готова родить ребёнка в такой обстановке. В первую очередь, это плохо для него. Я всегда думала, что если заводить детей, то осознанно, зная, что их можно обеспечить. Он не виноват, что мать у него будет одиночкой-нищебродом.

Есть вариант переехать к родителям…

Но я не выдержу их прессинга.

Они меня на аборт быстрее отправят.

В общем, вчера, поразмыслив на холодную голову, решила, что пока не поздно… Я сделаю это. Да, будет больно, да, буду плакать. Но всё ради него.

«Я не смогу так быстро. Я у врача» – пишу Эмиру ответ, пытаясь отвлечься.

«Напиши адрес, подъеду»

Я сомневаюсь, но отправляю адрес женской консультации.

Через десять минут направляюсь к гинекологу. Она задает несколько вопросов, посылает к УЗИсту. Прохожу врачей минут за двадцать и подписываю договор на аборт. Мне говорят, что после принятия таблетки нужно будет отлежаться денёк. Поэтому решаю её выпить… Завтра.

Сегодня у нас какие-то неотложные дела с боссом.

Я выхожу из кабинета с подпорченным настроением.

Хоть и понимаю, на что иду, но совесть мучает.

Уговариваю себя смириться. Но и это не помогает.

Спускаюсь вниз к выходу, покидаю клинику и тут же вижу на парковке автомобиль Эмира Тагировича. Иду к нему, машинально сажусь в салон и с неважным видом приветствую его.

– Чего тухлая такая?

– Ничего, – отмахиваюсь. Нет уж, боссу я докладывать не буду. Хорошо, что он не допытывает. Вообще в дороге отвлекается на телефон. Говорит о чём-то с Петром, который всё пытался переманить меня на свою сторону.

– Да, сейчас, скажу. Вит, достань из бардачка документы, – просит меня, и я тут же лезу туда.

И зависаю.

Красная ткань мозолит глаза.

Сердце что-то колет.

Виталин, не забывай, что босс себе суррогатную мать нашёл. Наверняка с ней занимался сексом. Может, её?

Всё равно не легче.

Стиснув зубы, лезу к контракту, случайно задеваю бельё, видя маленькое напоминание о стирке, размер.

Постойте-ка…

Убираю свою брезгливость в сторону, распрямляю их и округляю от ужаса глаза.

Потому что…

Какого чёрта мои потерянные тем вечером трусы сейчас спокойно хранятся у босса в машине?…

– Босс, а это?.. – у меня даже слов не хватает, чтобы сформулировать!

– Да что же такое, – закрывает с грохотом бардачок. – Трусы, Виталин, трусы.

– Я понимаю… – сглатываю. – А что они тут делают?

Мы оба зависаем на какое-то мгновение. Я наконец отрываю взгляд от бардачка и смотрю на босса, который всем своим видом говорит: «Что, что? Лежат».

– Суррогатная мать оставила.

И опять колет где-то в районе сердца.

Мы трогаемся с места, а мне так и хочется сказать, что они… Мои.

Опять потряхивает.

Когда воссоздаю в деталях ту ночь в голове. Движения его. Хрипы. Дыхание. И запах с рубашкой.

Боже…

Что же тогда получается, в ту ночь я переспала с Эмиром? А девушка, зашедшая потом в комнату, была суррогатной матерью? Именно в тот день босс куда-то уехал, а я пошла на ужин. Я хоть пока и сомневаюсь, не веря в совпадения, но…

Все сходится.

Мои потерянные трусики, мужской аромат. Эта непреодолимая тяга. Да он издевается…

Серьёзно?

Всё это время я искала человека, который был рядом. Трогал меня, лапал за грудь. Вот откуда такое влечение спустя два года работы!

Отчего-то начинаю гореть.

Когда понимаю, что в ту ночь мы вытворяли ЭТО… с Эмиром.

Резко становится стыдно.

Я отвожу взгляд и смотрю в окно, кусая губу. Опять все сны в сознании появляются. Тень пропадает. И там уже со мной развлекается босс.

Хватаю себя за щёки и мотаю головой.

Дурдом!

Вызывайте скорую!

– Вита?

Не говори мне вообще ничего! Не шевели губами! Я помню, где они были!

– С тобой всё в порядке?

– Я в полном порядке! – кричу и не знаю, как унять бешено колотящееся о рёбра сердце.

Забиваюсь в уголок и думаю, как сказать боссу, что теперь, помимо ребёнка от суррогатной матери, возможно, у него появится еще один…

Мы приезжаем в офис только вечером. Закончив с делами, босс идёт в свой кабинет. К нему приехал друг. Меня же он попросил принести им кофе.

Но что-то идёт не по плану. Как и весь сегодняшний день.

«Ты сделала тест на беременность?» – постоянно звучит в голове голос сестры. Названивает мне весь день!

И вот снова сообщением своим напоминает.

Сделала… Но озвучить результат не решилась.

Да и что я сестре скажу? Что беременна не от своего парня?! Нет, я, конечно, теперь знаю, кто отец моего ребёнка, но… Это ведь абсурд! Я не хотела изменять Стасу, но…

Кажется, я перенервничала в тот день…

Да чёрт!

Глупая ночь!

Всё случилось так быстро, что я и не заметила, как оказалась в руках неизвестного мужчины.

Ага, как же… Неизвестного. Теперь нет.

Выдыхаю, пытаясь собраться. Вытираю слёзы со щёк, привожу себя в порядок и иду к своему боссу. Нельзя, чтобы он видел меня в таком состоянии.

Минут пять назад стало так жалко все и всех вокруг, что я убежала плакать в туалет.

Чертовы гормоны! Сегодня весь день такая! Не надо было ходить к врачу, может, тогда бы и не проявились вдруг все прелести беременности!

Убираю телефон в карман брюк. Поправляю две чашки кофе, которые босс ждёт. Уже двадцать минут.

Но… Я расплакалась, да. От всего. Устала жутко, теперь ещё и не знаю, что делать. Наверное, рассказать ему, да? Но я боюсь. Как мне потом ему в глаза смотреть?

А пока дохожу до его кабинета, опускаю ладонь на ручку, но не спешу её поворачивать. Волнуюсь, да.

Потряхивает всю.

– Так, погоди, что ты сказал? Ты перепутал баб?

Я резко замираю, услышав чужой голос в кабинете. Там друг моего босса, что пришёл перед моим уединением в туалете.

Опять вспоминаю тот момент – и слезы к глазам подступают. И босса жалко, и себя. Зачем вообще в тот отель пошли?

Не тороплюсь появиться в кабинете. Да, подслушивать нехорошо, но… Что-то меня останавливает.

Подробности, которые могу узнать.

– Не перепутал, – цедит сквозь зубы Эмир. – Ну, почти. Мне какая разница, кто в постели? Я суррогатку эту в глаза никогда не видел, фотку – максимум. Лица даже не помню. Кто первый вошёл, ту и повалил.

– И сколько уже прошло?

– Ну, полтора месяца.

– И ты всё ещё её ищешь?

– Детектив частный, да.

– Вот если бы на ЭКО согласился – проблем не было бы. А тебе все «по-старинке».

– Слишком люблю процесс.

Я не вижу, но уже знаю, что в этот момент мой босс усмехается.

– Так. Переспали вы, дальше что?

Воздуха резко не хватает.

Как же тяжело это слушать! Когда очень многое знаешь…

– Испарилась ночью. Всё. Чёрт знает, где её теперь искать. Но найти её нужно! Она может быть беременна моим ребёнком. Я даже с суррогатной матерью контракт прервал. А часики-то тикают. Врачи масла в огонь подлили.

Что, какие врачи?

– Понял. Ну, погоди. Что-то же ты помнишь? Цвет волос? Рост?

– Говорю же, ничего. Но духи запомнились. Сладкие такие. И очки носила.

Вот блин!

Как хорошо, что в повседневной жизни я не пользуюсь духами. А теми надушилась только в тот день.

– Но… Кое-что осталось. Трусики. Красные. Кружевные.

Мне хочется засмеяться от этой абсурдности, но я краснею до кончиков ушей.

Как я могла сбежать из номера без трусов?

Испугалась!

Золушка потеряла туфельку, а я – нижнее бельё.

– Я её уже несколько недель ищу. Мне наследник нужен. Если сейчас всё же к суррогатке пойду, а та объявится, то двоих – нет, я не хочу. Поэтому найти незнакомку надо. И быстро. Или забить, что думаешь?

Я прислоняюсь к двери, чтобы не упасть.

Знал бы сейчас босс, что его проблема с ребенком уже решена, а те трусы, которые он хранит в бардачке, – мои.

Теперь я беременна от этого жутко притягательного мужчины. Но он не знает, что переспал с личным ассистентом. То есть со мной.

Но я ему скажу. Обязательно сделаю это.

Или нет.

В сумке до сих пор лежит таблетка.

Теперь мне снова нужны холодная голова и трезвые мысли.

– Да не найдёшь ты её. Ребёнка делай. Он важнее. Кто потом унаследует компании?

Я не выдерживаю, дёргаю за ручку двери. Прерываю их разговор, несу им кофе. Ставлю на столик.

– Ладно, прости, кофе не выпью. Дела, – друг босса встаёт со своего места, и я в обиде поджимаю губы. Зря вторую кружку делала. – Виталина, пока!

Я улыбаюсь, машу ему ладошкой.

Понимаю, что и мне пора домой.

Разворачиваюсь, собираюсь уйти, но слышу какой-то шелест за спиной. А следом – стальную хватку на запястье.

Меня дёргают назад, а я ничего не понимаю.

Только впечатываюсь в стальную грудь, от прикосновения к которой мурашки сами проникают в каждый уголок моего тела.

Меня разворачивают спиной к окну. И, напирая, оттесняют назад.

– У меня для тебя поручение, – звучит неожиданно. – Ты же хорошая сотрудница, выполнишь все безукоризненно, – произносит босс, подхватывая меня под бёдра и сажая прямо на свой стол. Юбка задирается из-за ужасной позы. Эмир раздвигает мои ноги, вклинивается между ними.

Да что он творит вообще?!

– Босс? – бормочу, бледнея и дико волнуясь. – С вами всё в порядке?

– Ты родишь мне ребёнка, – внезапно выпаливает, глядя прямо мне в глаза. Серьезно. И это не похоже на шутку. Что ему Руслан наговорил? Дал совет, что не стоит ожидать ту незнакомку, а надо искать новую?

Я-то ему могу родить, но…

Он вообще понимает, что говорит?

– Почему я?

Тебя интересует именно это, Виталина?

– Объяснять не буду, – чеканит грубо. – Считай, что поменяешь рабочую обстановку. Вместо офиса – дом. Буду так же давать денег. Я не могу никому больше доверять.

Голова кругом идёт от обилия информации!

Что же у босса там внутри? В мыслях? Я его совершенно не понимаю.

– Можно я подумаю? – выпаливаю, не намереваясь делать этого. Он странный. Очень. Но даже если так – я не собираюсь говорить ему, что беременна. Зачем? Узнав эту новость, он заберёт у меня ребёнка. Для этого же нужны суррогатные матери?

Чтобы потом… Отнять ребёнка. Жить только с ним.

А я на это не готова.

Да и тем более босс сейчас на эмоциях. Не понимает, что говорит!

– До завтра, – порывисто выпаливает и отпускает меня. Вижу по нервным движениям, что всё же что-то не так. Но я не лезу.

Вылетаю из кабинета, как ошпаренная. Бегу к кулеру, хватаю стаканчик и залпом выпиваю прохладную воду.

Дурдом!

– Эй, а здесь кабинет Эмира Тагировича?

Я, тяжело дыша, отрываюсь от живительной влаги и поворачиваю голову.

Не поняла…

А это кто ещё?

Передо мной стоит девушка. Явно сделанная по частям. Так пафосно жуёт жвачку, что мне становится не по себе.

– А вы по какому вопросу? – включаю свой профессионализм. Я немного растерялась. Пора опять возвращаться к работе.

– О, секретутка.

– Прошу не выражаться так грубо, – я кривлюсь. – Повторю вопрос. По какому вы поводу и кто такая?

– Я? – спрашивает удивлённо, загибая палец и показывая на себя. – Ты не знаешь, кто я?

Хочется закатить глаза, вызвать охрану, но не успеваю этого сделать.

Одна её фраза приковывает меня к полу намного быстрее…

– Я мать его будущего ребёнка.

Эмир

Жалею ли я о сказанном? Нет.

Задрался я уже искать ту девушку. Даже детектив частный не справляется. А если уж я её не нашёл – она меня точно найти не сможет. Надеюсь, что хоть предохранялась таблетками. Не глупая же – с мужиками спать без защиты?

Решил ускорить процесс.

Обращаться в агентство не хочу. Наступать на одни и те же грабли… Не, я пас.

Поэтому и предложил это Виталине.

Я долго к ней присматривался. Следил за ней.

И понял одно.

Идеальней кандидатуры нет.

У неё бесподобный характер. Молчалива, послушна. Язык распускать не будет, возникать и шантажировать – тоже. А также всегда будет на виду. Плюс, я знаю её уже не первый год.

К тому же, походив с ней на курсы, понял, что она станет отличной матерью.

А ещё у меня на неё стабильно встаёт, поэтому проблем с зачатием точно не будет! Если она захочет – я буду не против и дальше продолжать заниматься с ней сексом. Удобно. Постоянных партнёрш я люблю. Таких у меня было… Две. Пока они не залетали.

В общем, Виталина – наилучшая кандидатура.

Мне не противно с ней общаться, и я буду только рад наблюдать за развитием ребёнка в её животе.

Правда, вероятность того, что она пошлёт меня…

Составляет девяносто девять процентов.

В остальном я надеюсь на меркантильность Виталины. Это как раз составляет тот один процент.

Тихие удары по деревянной двери привлекают к себе внимание.

– Войдите, – неужели Вита так быстро приняла решение?

Разворачиваюсь и опираюсь ягодицами о стол. Внимательно наблюдаю за тем, как поворачивается золотистая ручка. Если честно, то мне впервые так волнительно за последнее время. Даже то, что я могу скоро стать отцом, не так сильно беспокоит меня, как этот момент.

Ожидаю увидеть Виталину, которая скажет бодрое: «Да, я согласна». Но взамен смотрю на то, как порог кабинета перешагивает дама с блондинистой макушкой. Взгляд тут же взметается на лицо. Изучаю черты, которые кажутся мне смутно знакомыми.

– А ты?..

Я недоговариваю. Пытаюсь вспомнить ту, кто сейчас вышагивает по моему кабинету, звонко отбивая каблуками о пол.

– Что, не помнишь, с кем спал?

Честно? Не особо. Ее я вспомнил и не сразу-то.

Мельком замечаю бледную Виталину, стоящую за ее спиной.

Она резко захлопывает за нами дверь и остаётся в приемной. А это что ещё за дела? Что с ней такое?

– Что ты здесь забыла? – хмурюсь и возвращаю на гостью всё внимание.

А она опять улыбается.

Подходит ко мне все ближе. Останавливается в паре сантиметров. И льнёт ко мне всем телом.

Рисковая и слишком наглая баба.

Да, в наши предыдущие встречи она такой не была.

Сукой.

Катя, Лена, или кто она там, внезапно взмахивает бумажкой, вкладывая ее мне в руку. И грудью ко мне жмется. Вот вообще ничего не чувствую. Мерзость какая-то.

– Поздравляю, папаша. Я беременна.

Спокойно принимаю листок из ее рук. Не волнуюсь, читая строки.

Не верю я ей.

Но там четко написано, что да, беременна. Срок… примерно столько же прошло времени после нашей ночи.

Черт.

– Ты должна была выпить таблетку, – цежу сквозь зубы и сминаю бумагу.

– Я не собираюсь гробить свое здоровье, – вздёргивает подбородок, будто сделала что-то сверхважное.

– Ты нарушила контракт, – она вообще в курсе? Там огромная неустойка! Агентство её разорится.

– Неа, – опять улыбается. – Там есть пункт. Суррогатной матери нельзя делать то, что может повредить ее здоровью. Прости, но я проконсультировалась с врачом, и он сказал, что последствия могут быть необратимы. Таблетки мне противопоказаны. У меня и справка есть, показать?

Сжимаю до скрипа зубы.

Нужно позвонить своему юристу. Срочно. Хотя уже не понимаю, зачем.

– Ребенок может быть не мой.

– Я согласна на тест ДНК по крови.

Так быстро? Точно уверена в своей победе? Черт. Твою же дивизию.

Что теперь делать, если я не хочу от нее детей?

Ок, все же неважно, кто выносит малыша. Он мой и только мой. Но есть проблемы. Большие.

Все планы к чертям собачьим.

Где-то теперь, возможно, бродит беременная девица. А теперь ещё и суррогатная мать. Виталина явно не входит в этот список.

Ладно!

– Для начала сделаем тест, – говорю холодно и уверенно. – Как только он подтвердится, тогда и поговорим.

– А деньги на первый месяц? До теста две-три недели. Срок еще маленький. А мне жить на что-то надо.

– Я не буду содержать чужого ребёнка. Деньги потом. Мой юрист свяжется с тобой, чтобы составить контракт, согласно которому ты не имеешь претензий и спокойно отдашь ребенка мне после родов. При положительном тесте на отцовство.

– Без проблем, – подмигивает и специально виляет задом, разворачиваясь и уходя.

Дверь открывается, и я вижу перед собой…

Виталину.

– Зайди, – отдаю приказ, а сам… Настраиваюсь на серьезный разговор.

Виталина

Я сейчас чувствую себя раздавленной в фарш. Зачем я вообще всё это узнала, а? Просто моя тяга к информации опять сыграла со мной злую шутку. Не нужно было подслушивать их разговор. Лучше бы я осталась в неведении. Хотя… Как только эта девушка появилась в приёмной, она сразу сказала, что беременна.

Тогда… Нужно было сегодня отказаться ехать на работу.

Но я уже здесь.

Доносится короткое: «Зайди». Перешагиваю порог кабинета и закрываю за собой дверь, всё ещё слыша громкое цоканье каблуков. Аж бесит.

И прежде чем Эмир Тагирович мне что-то говорит, я начинаю первая:

– Я помню, что вы не любите это обсуждать. Я ничего никому не скажу. Можете мне доверять.

Сердце сворачивается в тугой ком. Плохо становится. Тошнота подступает к горлу, но я пытаюсь держать себя в руках. Для токсикоза ведь ещё рано, или он уже прогрессирует в это время?

– Я не об этом. Присаживайся.

Ноги ватные. Сама не понимаю, как дохожу до стола. Опускаюсь на стул и сжимаю дрожащие губы. Чёрт. Почему эта фигня происходит именно со мной? Тут дело даже не в беременности. Больно осознавать, что мужчина, который тебе нравится… скоро обзаведётся ребёнком. И будет сосуществовать с женщиной. Другой.

Пока я одна и не знаю, что делать с малышом.

Я на распутье. Сказать ему? Или нет?

– Забудь о том, что я говорил.

Тяжело. Очень тяжело.

– Вы о чём? Я уже забыла.

Хотя я бы задала несколько вопросов. Они жутко мучают меня, буквально терзая изнутри.

– Не ври. Я же заметил вопрос в твоих глазах.

Босс видит меня насквозь.

И он опять серьёзен как никогда.

– Есть, – киваю. – Можно?

Я делаю это, чтобы разобраться. Окончательно удостовериться в том, что мужчина, который сидит передо мной, – отец моего будущего ребёнка.

– Можно, – даёт разрешение, после которого поток слов сам вырывается наружу.

– Почему вы так расстроены? Разве вы не заключали контракт с суррогатной матерью? Зачем же вы тогда просили это сделать меня? Я немного не понимаю…

Эмир откидывается на спинку кресла и устало потирает переносицу.

– Просто лоханулся так, как не лажал всю свою жизнь. Решил зачать ребёнка не при помощи ЭКО. А обычным путём. В итоге, в назначенное время на встречу пришла не суррогатная мать, а какая-то девчонка. Я до этого вообще её не видел. В номере ещё свет вырубился, представляешь? Ну, взял ту, которая первая появилась. После того понял, что она ушла, напичканная мной.

Противно слышать.

А потом вспоминаю, что та самая, напичканная мужским семенем, – я.

Но тупые противозачаточные почему-то не сработали.

– Пришлось разрывать контракт с суррогаткой. И теперь – вот. Пришла, говорит, я беременна.

– А та девушка?

– Не нашёл, – качает отрицательно головой. – Да тяжело найти одну девушку в нашем многомиллионном городе.

– А что если бы она объявилась и сказала, что беременна? – выдыхаю, боясь услышать ответ. Страшно. До жути. Пальцы холодеют от одной мысли об этом.

– До того, как пришла эта клуша, я бы обрадовался. Что нашёл мою незнакомку. Но теперь… – он останавливается, как и моё сердце. Оно стучало быстро, билось об грудную клетку, намереваясь вылететь наружу. Но. Больше не стучит. Время не идёт. Всё вокруг замирает. – Я бы не хотел, чтобы она появлялась.

Всё.

Как ножом по сердцу. Как топор в спину.

Больно. В ушах звенит от этих слов.

– А если объявится? – говорю первое, что есть на уме.

Эмир вздыхает.

Тяжело говорить?

На самом деле, я немного понимаю его. Двое детей от разных женщин… наверняка это сложно. Но за себя обидно. До жути.

– Либо аборт, либо… не знаю.

Аборт.

Весело!

Как раз то, что я хотела сделать.

– Наверное, вы правы, – натягиваю улыбку. – Это будет верным решением.

– Нет, Вит, не думаю, – вижу, что он немного растерян. – Но пока это единственный выход. Мне нужен только один ребёнок. С двумя… Это не мой вариант.

– Всё наладится, – пытаюсь его успокоить. – Я думаю, та девушка не объявится. Всё же вы сказали правильно. Как её найти? Никак. Да и она не дура – наверняка предохранялась. Много способов. От спирали до таблеток. Не волнуйтесь.

Я встаю со своего места, задвигаю стул.

– Возьмите сегодня выходной, отдохните, – даю наставления и вовремя кое-что понимаю. – А у меня проблемы со здоровьем по женской части. Можно мне отгул на завтра?

Огонёк беспокойства в его глазах должен был немного смягчить ситуацию.

– Да, конечно. Отдохни. Пиши, если нужна будет помощь.

Я киваю. И выхожу из кабинета, сжимая до боли кулаки.

Простите, босс, но вы мне уже помогли… Принять правильное решение.

Виталина

– Как у тебя дела?

– Нормально, мам, – отмахиваюсь, не желая говорить об этом. Не вовремя мама позвонила. Я только зашла домой, собралась выпить таблетку, так тут она. Нарушила все мои планы. – Что-то произошло?

– Мы подслушали разговор Риты, – начинает твёрдо.

О, нет!

Ну вот за что мне всё это?

Я устало вздыхаю и готовлюсь к выносу мозга.

– Это правда?

Вот же Рита, коза…

– Что правда, мам? – уточняю. Вдруг она не всё знает?

– Что у тебя парень появился.

Закрываю микрофон телефона и облегчённо выдыхаю. И это всё, что она услышала? Других подробностей моя Ритка-сплетница, оказывается, никому не рассказывала.

– Да, правда, – решаю не юлить. Себе дороже будет.

– Когда знакомить будешь?

– А должна?

– Виталина!

Отстраняю телефон из-за громкого крика. Жду, когда утихнет. Моя семья очень консервативна. И родителям обязательно надо знать, с кем я завязала отношения. Даже если это парень на несколько дней. Правда, такого они не одобрят и съедят мой мозг. А потом ещё будут пихать мне своего кандидата.

Есть там у мамы один, которого она пытается мне сосватать.

Мишка, препод.

В общем, лучше быть тише воды, ниже травы. И только после свадьбы поставить перед фактом, что я вышла замуж, чтобы мама не устроила проверку моему жениху.

Иначе после неё никакого брака точно не будет.

– Мам, ну что? – возвращаю телефон к уху. – Ну, есть и есть, какая разница? Мне с ним жить, не тебе.

– Вы целовались? – игнорирует мои слова, интересуясь только тем, что нужно ей.

– Конечно, – обречённо выдыхаю, сдаваясь. Пусть знает! Ну, ей-богу, я уже не маленькая, чтобы по углам шкериться!

– А секс был?

Сама тактичность!

– Не было,– закатываю глаза.

Я переспала со своим боссом и теперь беременна от него. Что ты скажешь на это, мама?

– В этом ты молодец, сразу видно, моя дочь, – ага, как же.

– Окей, мам, – обреченно ставлю пустую чашку на стол. Пока разговаривала, успела и поесть, и попить. Отдохнула – и хватит. – Я спать пойду, завтра рано на работу.

– Да, иди, – отвечает строго. – И поговори со своим парнем. Всё же, мы хотим с ним познакомиться.

Так и тянет сказать, что парня у меня больше нет, но это вызовет ещё больше вопросов. «Почему расстались? Ему что-то в тебе не понравилось? Попа маленькая, или ты потолстела?»

В общем, лучше уж согласиться, чем спорить.

Я отключаюсь, устало иду в ванную комнату. Беру с собой сумку, откуда достаю роковую таблетку. Вскрываю фольгу, смело закидываю колесико в рот и проглатываю. И со спокойной душой отправляюсь спать.

Блин, вот почему в голове это выглядит так легко, а на деле…

Бред какой-то.

По итогу, просто достаю таблетку из сумки. А всё вышесказанное остаётся моей фантазией.

Сжимаю в руках пластинку и собираю волю в кулак.

Выпью!

Этот ребёнок никому не нужен!

Ну, я бы хотела, но…

Да я его не обеспечу!

Раскрываю пластинку.

Но я ведь знаю, кто отец, да? Может, выбить из него алименты?

Бред.

Вита, ты слышала, что сказал босс? Он пошлёт тебя на аборт. Вот! У вас мысли сходятся!

Что же тогда рука не поднимается сделать это, а?

А-а-а, как же тяжело!

Очень. Особенно, когда до жути хочешь оставить малыша. Но меня останавливает бешеная ответственность за него. Я потеряю работу. Знаю это наперёд. А дальше что? Буду жить на шее у родителей. Замечательно!

А если аборт сделаю?

Буду вечно вспоминать этот случай.

А ещё жалеть о том, что ничего не сказала боссу.

Да я бы призналась! Но его слова всё желание отбили!

У Эмира не может быть сразу двоих детей. Так что мой ему нафиг не нужен будет.

Но он нужен мне.

Чёрт. Мне двадцать четыре. Не пора ли?

А как содержать его – подумаю.

Пока у меня есть время, буду зарабатывать. Может, до шестого месяца удастся скрыть живот, а дальше, ну… Меня уже не смогут уволить, да? Будут платить декретные. В компанию не вернусь, поскольку Эмир, назвав меня аферисткой, оборвёт все связи.

И как только выйду из декрета, меня будет ждать нищета!

Нет, стойте, а вдруг всё будет хорошо?

Я же высококвалифицированный специалист. Пётр вон предлагал работу. Да хоть куда-то же я устроюсь? В любую фирму. А за малышом будет приглядывать сестра. Мама…

Чёрт, мама…

Очередное мозгоклюйство.

Узнает о беременности – с потрохами сожрёт. Но внука или внучку из квартиры не выкинет?

Выкинет.

Скажет, что позор на всю жизнь.

Боже, да за что мне всё это, а?

Так, ладно…

Опираюсь руками о стиральную машинку и пока откладываю таблетку в сторону.

Голова жутко разболелась. А мысли вообще все перепутались. Не могу сейчас думать ни о чем.

Может, пойти спать?

Мне нужно сделать паузу. На аборт время у меня ещё есть. Могу сделать в любой момент. Но если сейчас убью ребёнка, потом всю жизнь буду жалеть. Да, точно, я пока подумаю.

А завтрашний выходной… Потрачу с пользой.

Сегодня я не в настроении решать такие серьёзные проблемы.

Поэтому покидаю ванную и иду в свою тёплую кровать. Скрещиваю на руках пальцы и надеюсь, что завтра я приму правильное решение.

– Да ладно? У тебя выходной? Не верю! – да я сама до конца не осознаю, откуда он взялся. Очень неожиданно. Спасибо моей беременности. Но недоумение сестры вполне оправданно. У меня редко бывают выходные.

И именно в эти я предлагаю ей немного прогуляться. Не собираюсь пока ходить в дорогущие СПА или подобные заведения. Потихоньку буду откладывать деньги с зарплаты. На всякий случай, если всё же решусь оставить малыша.

– Может, в парк сходим тогда? – говорит так, словно до сих пор не верит, что мы можем провести время вместе.

– Холодно, – стучу зубами, лишь представив это. У нас недавно заморозки ударили. Снег первый выпал. Не хочется морозить попу на улице.

– Давай встретимся у входа и на месте решим? Посидим в кафе. Выпьем безалкогольный глинтвейн. Тебе же теперь нельзя.

– Ок.

Через полчаса я уже как штык стою у входа в парк, разыскиваю взглядом сестру. Улыбаюсь, когда вижу, как она мчится мне навстречу, запыхавшаяся и усталая. Чуть не падает, поскользнувшись на грязном участке, но, как поистине везучая девчонка, спокойно выравнивается и добегает до меня.

– Сеструшка!

Бросается мне на шею, а потом выпрямляется и аккуратно делает шаг назад, поднимая руки вверх:

– Прости, прости, забыла, что тебе теперь тяжести поднимать нельзя.

Вот надо же было мне сказать ей про две полоски… Проболталась, чёрт. Кому-то нужно было выговориться, и вот теперь… Ладно, ничего страшного.

– Да ничего. Идем в пекарню? Знаю тут одну недалеко. С вкусными пончиками.

Сестра кивает, хватает меня за руку. Натягиваю шарф на замёрзший нос и следую за ней, слушая её щебет по поводу парней. И всё складывается настолько плохо, что сводится к Стасу…

– А когда ты скажешь ему, что беременна?

Отвожу взгляд в сторону, смотря на «облысевшие» глубокой осенью деревья. Природа готовится к зиме – и порадовать глаз совсем нечем. Вокруг только грязь да слякоть. Типичная погода для ноября.

– Когда решу, оставлю ли его, – вру, не краснея. Ничего я Стасу говорить не буду, понимая, что это вообще не его ответственность. Брошу его. Или он меня, когда узнает, что я ему изменила.

Хотя он ничем не лучше.

Переспал с какой-то бабой и даже не заметил, что у неё размер груди больше, чем у меня.

Сестра останавливается возле входа в заведение и хватается за ручку двери. Открывает – и пропускает меня внутрь тёплой пекарни. Знаю, что прямо сейчас на кухне работают печи. По залу распространяется безумно вкусный аромат. Хрустящая корочка хлеба буквально уже чувствуется во рту, а желудок кричит от голода.

Как так?

– Ой, мать, ты там себя голодом моришь?

Я же ела только недавно! Перед выходом!

– Я ела, просто опять… – говорю удивлённо. – Проголодалась.

– Ну, конечно, тебе теперь за двоих есть.

Я киваю и неосознанно веду ладонью по животу. Да-а-а, есть теперь за двоих. Наверное.

Мы занимаем место в самом углу, у окна, откуда открывается обзор на всю пекарню. Очень удобные столики и хорошо то, что почти всё готовится вот-вот и подается горячим.

Мы заказываем две чашечки чая с жасмином, несколько пончиков и булочек. Пока ждём лакомство, поедаем кое-что из готового. Общаемся. Мы давно этого не делали. Я даже соскучилась.

– Почему ничего Стасу не скажешь? – допытывает сестра, а я осматриваю зал, запуская в рот вкусную булочку со сгущёнкой.

– Я пока не решила, оставлю ли я малыша, – отвечаю честно, цепляясь за один приметный столик. Там мама и ребёнок. Девочка лет пяти, с блондинистыми кудряшками, в лиловом платье, сидит на стуле, махая маленькими ножками.

– Ты дурочка?

– Возможно, – говорю прямо, наблюдая, как голубые глаза находят меня, словно малышка чувствует, что я смотрю на неё. Мы встречаемся взглядами, и я улыбаюсь, засовывая булочку в рот. Подмигиваю ей, а она смущённо отводит взгляд в сторону и прячется за плечо мамы.

Я улыбаюсь только шире.

Мило…

– Нет, Виталин, делать так не надо. Никаких абортов.

Я поворачиваюсь к ней лицом и строго произношу:

– Рит. Я не маленькая девочка и сама буду принимать решения. Ты прекрасно знаешь, какие у нас родители и в каком я положении. У меня нет ни квартиры, ни мужчины, на которого я могу положиться.

Кажется, я много болтаю, потому что после моих слов слышится возглас:

– А Стас?!

– Давай начнём с того, что я не замужем.

– Так быстро распишитесь! Что такого? Ну, подумаешь. Родителям просто скажешь, что забеременела в первую брачную ночь. У тебя срок сейчас небольшой. Соврать можно. Много детей рождаются и в восемь месяцев. Но у нас-то будут все девять. Я думаю, ты совершаешь ошибку.

Возможно.

Но не потому, что собираюсь сделать.

А из-за того, что выпаливаю следующие слова:

– Рит, отец не Стас.

Я вижу изумлённый взгляд сестры.

– Чего?..

– Поэтому я не хочу это обсуждать. Давай не будем? Сама знаешь, с парнями у меня не ладится. Первый мужчина оказался таким подонком, что я секса боялась несколько лет. Второй…

Я вспоминаю его слова. Про аборт.

Вроде такие правильные, но я жутко расстраиваюсь.

– Тоже ненадёжный мужчина. У него свой ребёнок есть.

– Блин… – округляет от шока глаза. – А может, Стасу его навязать? Ну, вот тебе и отец.

– Рита! – возмущённо воплю. – Ты с дуба рухнула?!

Я привлекаю своим криком всеобщее внимание.

Ну и пусть!

– Прости! – восклицает и тут же неловко начинает жевать свою булку.

Дальше разговор не ладится. Мы сидим молча, но всего лишь несколько секунд.

Внимание отвлекает маленькая девочка, которая, выглядывая из-за высокого стола, встаёт на носочки и, сверкая своими голубыми и чистыми глазами, протягивает мне цветочек.

Таких в пекарне много. Стоят на столах.

– Не ругайтесь, – опять смущается. Мои пальцы сами принимают цветочек, и я чуть не сдыхаю от умиления, понимая, что сделал этот маленький человечек. – Вам совсем не идёт.

Говорит это и убегает быстро к маме. Настолько, что я даже не успеваю её поблагодарить.

А сама улыбаюсь, как полоумная.

– Вот, правду говорит, – укоризненно шепчет Рита. – Перестань быть букой. И живи уже не работой, а семьёй. Причём своей. Плевать на родителей и на мужика. Ты у меня красотка, найдёшь себе ухажёра ещё.

Я вздыхаю.

Если бы.

Но, боюсь, босс затмил всех.

Я ставлю цветочек в вазочку, чтобы он не завял. И мельком поглядываю на солнечную девочку, которая то и дело оборачивается в нашу сторону.

Тут же цепляюсь взглядом за знакомую фигуру. Внимание само переключается на пышногрудую девицу, которую я видела совсем недавно.

Это же…

Та девушка, ворвавшаяся в офис и кричавшая о том, что беременна от босса.

Из-за неё у нас не вышло нормально поговорить.

Из-за неё я узнала, что будет с моим ребёнком, когда я скажу его отцу правду.

Ладони крепче обхватывают горячую кружку.

А девица, она же суррогатная мать, садится рядом с нами. Вместе со своей подружкой.

Хочу тут же уйти, чтобы не портить себе настроение ещё сильнее. Но вдруг мои планы меняются. Во-первых, нам приносят горячие пончики. А во-вторых…

Я опускаю свой зад обратно на стул. Стоит услышать эти слова:

– Ну что, как там твой миллиардер?

– Вита, ты чего?

– Тш, – шикаю на сестру и пытаюсь разобрать то, что говорят девицы за соседним столиком. Может, сейчас я подслушаю мега-серьёзный разговор, где раскроется правда, что суррогатка обманула Эмира Тагировича?

Я на всякий случай достаю телефон, включаю видеозапись. Ставлю аппарат удобно и незаметно. И опять напрягаюсь, чтобы различить слова среди шума других гостей.

– Да нормально, вчера сходила, – пафосно отвечает девушка, мотая ногой под столом. – Сказала ему всё.

– А он что? – интересуется подружка.

– Ну, прифигел слегка, – это ещё мягко сказано!

– А про беременность твою? Про контракт что сказал? Ты же по факту всё разложила. А он мог подумать, что ты его обманываешь.

– По факту, – кивает, вызывая скрежет моих зубов. Овца. – Но, вообще, я всё по контракту сделала. Не могу я своим телом так рисковать. В будущем скажется на моём здоровье, нафиг надо? А меня суррогатство кормит сейчас. Вот пупсик этот передумал да неустойку мне выплатил. Я в банк всё кинула, пусть проценты капают.

Пупсик.

Она вдвойне овца после того, как назвала моего босса «пупсиком».

– Не просил деньги с агентства?

– Нет. Носом в контракт ткнула. Там есть пункт, что он откупиться может. Ну, типа сделай аборт, получишь там миллионов пять, что ли. Или рожай и делай с ним дальше, что хочешь. Но это в случае отказа от ребёнка уже вот, а не прекращения сотрудничества.

Так, значит, вот оно что…

– Может, родишь – да в детский дом? А бабки себе. В шоколаде вообще. И везде плюсы.

Ну и суки!

Самые настоящие!

Использовать ребёнка, как разменную монету!

Хотя… Мне ли их осуждать? Я сама задумалась об аборте. Только потому, что этот малыш никому не нужен. Даже мне.

Взгляд сам устремляется на ту златовласую девочку. Она сидит как ни в чём не бывало и жуёт сладкую булочку.

Эх…

– Да ну. За этого сына он мне ещё больше бабок отстегнёт. Ещё и заберёт. Я хоть и меркантильная, но, знаешь ли, своих детей в детдом не сдам. Всё же сама рожать буду.

Ну, хоть капля человечности есть!

– А ребёнок-то его?

Я напрягаюсь, ёрзаю на стуле и подаюсь вперёд, боясь услышать ответ.

Пожалуйста, пусть скажет «нет»!

– Конечно, его, – говорит настолько уверенно, что огонёк надежды гаснет так же, как и появился. Быстро, резко, потухая навсегда. – Я только с ним спала. Он в меня… ну, раза три точно. В постели, кстати… Аки боженька. Но что-то без особой страсти. Но меткий. И умелый.

Я знаю, что да, босс мой в постели слишком хорош. Настолько, что даже видишь его во снах. И всё у нас было… И страсть, и пылкость. Легче спросить, чего у нас НЕ было.

Но я помню каждую секунду.

Прикосновение…

Чёрт… Значит, его ребёнок.

– Ну, ты это молодец, хорошо пристроилась.

– Ага.

Желание подслушивать пропадает. Как и дальше находиться в пекарне.

– Вита, ты чего? Аж побледнела, – вдруг произносит сестра, которая за это время даже не шелохнулась.

– О, Виталина! – внезапно раздаётся сбоку. – Секретарша Эмира!

Опять зубы сжимаю. Поворачиваюсь в её сторону и даже не натягиваю доброжелательную дежурную улыбку, как делала всегда.

– Я его помощница.

– Да понятно, – отмахивается. – Скоро будем чаще видеться!

Говорит она явно со странным подтекстом. Ехидно, чувствуя победу.

Пусть.

Зато мой ребёнок – не для выгоды. Будет расти в любви и заботе.

Будет…

И опять взгляд на мелкую скользит. Она спрыгивает со стула, надевает курточку. И с мамой собирается на выход.

– Ага, – отворачиваюсь и встаю, хватая сумку. – Пошли, Рит, я наелась.

Слышу в спину усмешку. Надеваю на ходу куртку и надеюсь, что больше никогда не увижу эту особу. Ага, как же? Если теперь эта женщина – мать ребёнка моего босса.

А я…

Я просто помощница. Беременная помощница Эмира Тагировича, которая вскоре уволится. Потому что терпеть эту бабу я не смогу. И работать рядом с мужчиной, которого люблю… Тоже.

Весь мой выходной летит коту под хвост. После того, как я встретилась с той девушкой в кафе, настроение погрузилось чётко на дно. Поэтому домой я вернулась возбуждённая от злости.

Подготовилась к рабочему дню. А наутро встала разбитая, поскольку ещё ночью решила для себя, что сегодня же напишу заявление на увольнение.

В итоге, сейчас сижу и разгребаю кипу бумаг. А ещё составляю планы, помечаю, какие папки к чему относятся. Эмир же без меня не справится. А новая ассистентка явно окажется безрукой. Или слепой. Будет занята боссом и флиртом с ним.

–Доброе утро, – вздрагиваю, слыша голос Эмира.

Дверь моего кабинета, соединённого с его, открывается. Я киваю, приветствую босса и тут же возвращаюсь к работе. Чем быстрее всё закончится, тем быстрее уволюсь. Замечательно.

Поэтому тружусь, не покладая рук.

Остаются последние штрихи, но доделать не получается.

Дверь кабинета Эмира снова открывается (я же всё вижу) – и в помещении появляется суррогатка. Улыбается, идёт прямо и поворачивает голову в мою сторону в тот момент, когда я смотрю на неё.

– О, Виталина, сделай мне кофе.

Карандаш от злости ломаю в руке.

Я встаю, и, кажется, даже не думая о последствиях, вылетаю из кабинета. Опираюсь плечом о дверной косяк и хочу всё высказать этой девице, но Эмир Тагирович, сидящий за столом, меня опережает:

– Виталина – моя помощница, а не секретарь.

– Вот по этому поводу я как раз и пришла, – складывает сумку себе на ноги. – Мне нужна помощница. Я уезжаю в другой город, и там у меня масса дел. Задержусь на месяц. А то и два. Поэтому… Мне нужна поддержка. Я всё-таки беременная.

– Поздравляю, – кивает. – Виталин, покажи где дверь.

Я без какого-либо умысла указываю на неё.

– Молодец. Вот там, – удовлетворённо мычит, что я чуть не расплываюсь перед ним лужицей. Он сейчас на довольного кота похож. Так и хочется почесать ему пузико… Стоп! Откуда вообще эти мысли? – А я ещё раз повторю. Пока не сделаем тест ДНК, я не буду тебе помогать.

– А если твоим окажется? Пожалеешь ещё, что не помог мне!

Суррогатка вскакивает с места, разворачивается и недовольно идёт на выход. Кидает на меня хмурый взгляд, поджимает в обиде губы и громко хлопает дверью.

– Больная, – комментирую, провожая её взглядом. – Я вам не завидую.

– Да п****ц, – впервые звучит мат от этого человека. Поворачиваюсь к нему и, выпучив глаза, всё ещё пытаюсь переварить услышанное.

А он руками разводит.

– И такое бывает.

– Но она всё же права, – спохватываюсь и отрываюсь от косяка. Иду к Эмиру Тагировичу и опираюсь ягодицами о стол. Так я делать люблю. – Что делать будете, если ребёнок ваш? По сути, вы бросите его на два месяца.

– Вит, даже думать не хочу, – откидывается на спинку кресла и морщится. – Пусть потом я пожалею. Но этой бабе управлять мной я не дам. Как и тобой.

Блин, босс, зачем вы это делаете? Говорите слова, от которых моё сердце громко стучит в груди? Безумие какое-то. Ужасно!

Мне осталось переименовать пару папок и написать заявление на увольнение.

– Идем лучше на обед, – Эмир встаёт, подставляет мне локоть и усмехается. – Прошу.

Чёрт. С каких пор он стал таким учтивым, а?

Но я принимаю его руку, и мы вместе выходим из кабинета. Он что-то шутит на эту тему, но я пропускаю мимо ушей. Улыбаюсь, как дурная.

А в лифте вообще задыхаюсь от запаха его одеколона. Эмир слишком притягательный. До такой степени, что с ним я становлюсь какой-то жижей.

На третьем этаже к нам заходит какая-то дама, и я морщусь, чуть не прикрывая ладонью рот. Приступ тошноты накатывает. А всё из-за безумно вонючих духов.

– С тобой всё нормально?

Я энергично киваю.

Благо, мы быстро доезжаем до первого этажа – и направляемся в ближайшее кафе. Эмир не брезгует питаться в обычных заведениях.

Я делаю выбор, постоянно бегая глазками по меню. Думаю, что заказала немного, а в итоге…

– Ты точно это съешь? – с подозрением босс косится на две тарелки с горкой еды, булочки, две чашки чая и коробку конфет.

– Ой, не знаю даже… – осматриваю всё. – Но я не завтракала. Проголодалась.

Сама не понимаю, как всё это купила.

Пока едим, разговариваем на какие-то темы, шутим. И, чёрт, я чувствую такую теплоту на душе, что даже оттягиваю момент, когда обед закончится.

– Ты всё съела? – Эмир округляет от шока глаза, когда я доедаю последнюю крошку от булочки. Со сгущёнкой. Моей любимой.

– Тут-то было… Немного, – опускаю взгляд. И резко краснею, подсчитывая количество тарелок. Ой, а чего это их так много? – Ого.

– В тебе там монстр сидит?

Ой, как же вы, Эмир Тагирович, попали в точку… Ваш монстр, который требует еды. Потому что я не наелась. Нет. Живот полный, но я хочу что-нибудь ещё.

– Я не завтракала, – напоминаю ему. – Я много ем.

– Раньше я за тобой такого не замечал, – задумывается. И не зря. Потому что на обед я всегда брала фруктовый чай и один пирожок. Со сгущёнкой… А тут…

– О, Вита, – доносится знакомый голос, и я замираю. Боюсь оборачиваться. Потому что там, за спиной, я слышу Стаса…

Твою ж дивизию! Помогите мне, кто-нибудь!

Я резко оборачиваюсь, не зная, что делать. Сказать боссу, что это мой парень? Я не хочу! Учитывая, что он бывший! Который мне к тому же изменил! И я ему!

Но… Но…

Как же не вовремя!

Я хоть и собиралась уволиться, но… Не решила до конца. Я так не хочу. Правда, не хочу-у! Потому что знаю: мой офис – мой дом. Сколько же будет проблем, если я сейчас уйду.

Например… Я начну нервничать. Постоянно думать об Эмире. Тяжело говорить любимому человеку: «Прощай». Не хочу я этого. И тем более так быстро и резко я поступить так не могу.

– Виталинка, солнышко, – Стас подходит всё ближе. Да зачем же ты так меня зовёшь?

– Привет, – встаю, чтобы быстро его спровадить. Но он делает то, что ужасает меня ещё больше. Подходит, наклоняется и целует меня в щёку, обнимая.

– Я так соскучился. Ты почему трубку не берёшь? – отрывается и улыбается, пока шестерёнки в моей голове пытаются оценить обстановку.

Не успеваю. Стас видит за моей спиной босса. Лицо мгновенно меняется. Его выражение с непринуждённого и даже счастливого превращается в серьёзное.

– А это ещё кто? – агрессивно настроен.

– Мой босс, – делаю шаг назад, упираясь ягодицами в стул.

– А, понял, вопрос исчерпан, – улыбается суетливо. Ему становится неловко, как и мне.

– А у меня вот нет, – слышится грозный голос за спиной. Матерь божья… Мурашки по спине от него рассыпаются. А что-то тёплое растекается по груди. Ещё и вибрирует. Господи… Мы в такой ситуации, в которой мне скоро придёт капец, а я стою, как умалишённая, и слушаю его сердитый голос. – Виталина, кто это?

Спрашивает так, будто я ему изменяю!

Но нет, это наверняка потому, что у нас договор. Я ни с кем не встречаюсь, не отвлекаюсь на личные отношения и работаю рядом с ним.

– Бывший парень, – выпаливаю. – Мы с ним давно не в отношениях.

– Да уж, это время тянулось, словно вечность. Но я не согласен с позицией «бывший», – начинает так не вовремя Стас. Да уйди же ты!

– Значит, бывшие в щёку целуются, да? – босс встаёт в позу, скрестив руки на груди. Смотрит из-под полуопущенных ресниц то на меня, то на Стаса. А я что могу сказать?

Хочу упасть на пол и тихонько попросить всех заткнуться, пока я пытаюсь разгрести всё это дерьмо.

– Поссорились из-за фигни.

– Так, – начинаю грубо, закипая. – Стас. Поговорим потом. У меня сейчас рабочие часы. И рабочий день.

– Вижу я твой рабочий день, – фыркает. – Будь на моём месте другой парень – он бы тебе не поверил. Но ты у меня хорошая, я знаю.

Его ладонь неожиданно опускается мне на макушку. Ведёт по голове, взъерошивая волосы.

– Моя же девочка.

Не понимаю, что происходит, но знакомые пальцы с печаткой оказываются на чужом запястье. Чуть сдавливают.

– Кажется, моей помощнице эти прикосновения неприятны. Руки убери.

Я делаю шаг назад и на мгновение пугаюсь. Все вокруг смотрят на нас, а мужчины прожигают друг друга такими взглядами, что, кажется, я сейчас сойду с ума. Поубивают, а потом я виновата.

– Стас, поговорим позже, – произношу ещё раз, уже с нажимом. Он вырывает руку, зло зыркает на меня и, недовольно мыча, уходит, бросая:

– Ладно. Позвоню вечером.

Везёт мне, что Стас не дурак. Пахнет жареным – надо валить.

И он уходит. В отличие от меня. Я хоть и чую этот запах подгорелой задницы шефа, но… Остаюсь на месте. Поднимаю на него взгляд, и все слова из головы вылетают.

Эмир смотрит на меня сверху вниз. Буквально сверлит тёмным взглядом, так и желая услышать объяснения. Но он не злится, нет.

– Мы встречались ещё до того, как я попала к вам на работу, – вру, не краснея. – Просто он до сих пор с этим не смирился.

– Правда? – спрашивает как-то тихо и… опасно. Чёрт. Кажется, он мне не верит. Этот прищур и странный тон тому доказательство. – Смотри, Виталина. Я больше всего не люблю в людях ложь. Но тебе верю. Наверное, единственной в этой жизни.

Ой, зря…

– Спасибо, – киваю, чуть выдыхая. – У нас обед закончился. Пойдёмте?

Босс соглашается, и мы возвращаемся в офис. Погружаемся в работу, и я надеюсь, что больше таких казусных ситуаций у нас не предвидится…

Эмир

Бешусь. Какого чёрта этот упырь трогал мою помощницу? Волосы её путал. Придурок. Опять вспоминаю его и до скрежета зубов себя довожу. Ломаю карандаш. Я знаю, что Виталина мне не врёт. Нет, она не могла. Но тот пацан меня взбесил.

Ещё и этот детектив-неумеха. Отказался от задания. Говорит, зацепок нет. Всех в компании обыскал, никого не нашёл.

В итоге… Выхода нет. Придётся отпустить эту ситуацию… Раз и навсегда. И не важно, что я до сих пор просыпаюсь ночами, возбуждённый и дико напряжённый. Желающий лишь одного. Ту незнакомку.

Месяц пролетел незаметно. Но выдался он сложным. Моей помощнице постоянно плохо. То голова болит, то кружится, то Вита сама сидит и рыдает на диване, боясь пойти домой. Приходилось подвозить её, а потом слушать получасовые дифирамбы.

С Витой что-то не так. Она даже раз потеряла сознание. Всего на пару секунд, но отключилась так, что у меня сердце ушло в пятки.

Я думал, это из-за Лены. Суррогатки. Она часто наведывается офис и бесит и меня, и мою помощницу. Но это ненадолго. У нас на завтра назначен тест ДНК, после которого всё встанет на свои места.

Но сейчас я искренне беспокоюсь о Вите, которая впервые в жизни так истерично мычит и бежит куда-то в сторону. Присаживается в снегу и кашляет.

Твою же мать!

Подбегаю к ней, помогаю собрать волосы и смотрю в бледное лицо.

– Вит, с тобой нормально всё? – да чёрт, она от снега ничем не отличается. – Плохо? Может, домой поедешь?

Она отрицательно качает головой и что-то бубнит себе под нос:

– Не-не, я сейчас, в норме. Только немного…

Её опять рвёт.

– Нет уж, поедешь сегодня домой. Отлежишься. Отравилась что ли?

– Да-да, отравилась, – тараторит быстро. – Проклятые роллы… Да будь они прокляты…

– Вот, дома отлежись. Завтра тоже.

– Точно? – смотрит с какой-то надеждой.

– Да. Давай, отвезу тебя, – я помогаю Вите встать.

– А как же встреча? – капец, Вита блюет, ей плохо, а она о встрече думает.

– Ничего, перенесём, – держу её за плечо. – Идём. Завтра со всем разберусь.

Говорю, а сам вспоминаю, что завтра… С Леной в клинику ехать. Вот чёрт, это когда-нибудь закончится?

– Ну, идем, – усмехаюсь, наблюдая за Леной. Шагает гордая, только покинув такси.

– Почему нельзя было меня забрать, если я ехала сюда же? Ты обляпал меня мокрым снегом, – пыхтит, вытирая салфеткой пальто. – Пришлось такси вызывать. Я сама с трудом хожу, у меня всё же ребёночек.

– Начнём с того, – засовываю руки в карманы пальто. – Что, стерев свою штукатурку с лица, ты вполне можешь не заметить ребёнка. Он грамм триста-четыреста, не больше. А во-вторых… Ни одна девушка не сядет в салон моей пантерки.

Провожу пальцами по тёмному капоту и вспоминаю, что нужно заехать в автосервис.

– Да? – возмущённо кричит, направляясь к клинике. – Я как-то видела, что ты секретаршу свою подвозил.

– Помощницу, – цежу сквозь зубы.

– Ой, одно и тоже!

– Ты Виту с собой не равняй, – выплёвываю. Они как небо и земля. Вот вообще разные. Эту я хочу послать, только подумав о ней. А Виту… нет. Нужно будет позвонить и узнать, как её самочувствие. Вчера было отвратительное. – И лучше иди. Иначе я тебя убью. Я сегодня без чашки кофе.

– Перебьёшься.

– За языком следи.

На этом наша перепалка заканчивается.

Мы заходим в клинику, ищем нужный кабинет. Сдаём анализы. Говорят, что те придут через два дня. Пришлось дать на лапу, но оно того стоит. Хотя… Не знаю, что делать. Мысленно понимаю, что ребёнок мой. Но пытаюсь отрицать.

После клиники всё же еду домой. Эту клушу никуда завозить не стал – дал денег на такси.

И теперь из-за снегопада застрял в пробке. А домой дико хочу. К Виталине ещё заехать нужно.

Звоню ей – трубку не берёт. Случилось что-то?

Не успеваю набрать ещё раз – как на экране высвечивается абонент «Брат». Отвечаю, слежу за светофором и слышу родной голос Тимура:

– Как жизнь молодая?

– Честно? – выдыхаю. – Дерьмо.

– Это отлично, – с энтузиазмом отвечает брат. Спасибо, чёрт возьми. – Нет, плохо, конечно, но мне в самый раз. У Аси, жены моей, день рождения через неделю. Приедете? Если нет – вы больше не увидите меня. Беременная женщина меня убьёт.

Через неделю…

– Да, смогу.

– Ты Виталину с собой бери. Я её столько лет знаю, она для меня, как семья.

– Ладно, – я не против. Мне с помощницей намного проще и веселее.

– Помочь нужно чем-то? Проблемы какие-то?

– Можешь время назад перемотать? Чтобы я своего дружка не засовывал в ненужную норку.

– Чего?

– Да забей, – отмахиваюсь. Задрало всё. – Приедем. Скинь потом сообщением, что купить можно. С пустыми руками ехать не хочется.

– Давай, пока, не отвлекаю.

Брат отключается, а я вздыхаю.

Теперь ещё два дня ждать результата и мучиться.

И Виталина недоступна.

Опять смотрю на телефон.

О, вспомнишь лучик, вот и солнышко.

Тут же отвечаю.

– Добрый день, что-то случилось?

– Ты как? – спрашиваю с лёту. Смотрю на дорогу и включаю дворники. Снег усилился…

– Я? – по тону она мне что-то не нравится. – Нормально. Сильно отравилась, кажется. Но на работу завтра выйду.

– Отдохни, – приказываю. – Зачем мне умирающая помощница? Всё нормально. Но ты нужна мне здоровая через неделю. Помнишь Асю? Они с Тимуром приезжали к нам летом.

– Помню, – хоть и не вижу, но знаю, что она кивает. Выучить успел её наизусть.

– Пригласили к себе.

– Меня тоже?

– А чего ты удивляешься? – не понимаю. – Душа-а-а компани-и-и.

– Да ну вас, – обиженно шепчет. Чего только обиделась?

– Давай, лечись, до завтра.

Придётся мне тухнуть офисе одному. Время тянуться будет… Чёрт, ещё и два дня ожидания. Надеюсь, всё будет хорошо. Но вот только я почему-то в это не верю.

Виталина.

Я не знала, что у беременных такой дикий токсикоз. Да и вообще, я, никогда не болеющая, за месяц успела почувствовать такое, что, честно, я думала, умру быстрее, чем рожу.

А тут ещё и рвота два дня подряд…

– У вас одиннадцатая неделя беременности.

Да, я знаю. Я приходила в эту же клинику месяц назад, и этот же врач тогда назначил мне срок в шесть недель.

Зачем же я явилась снова? Мазохистка, кажется.

– Всё без изменений. Вы чего ожидали? Это обычное состояние.

Понятно… Я прочитала на форумах о состоянии беременных. Но я рассчитывала, что эта дама в очках хотя бы выпишет мне лекарство. Я не могу работать в таком состоянии. Босс наверняка скоро что-то заметит.

Да я в обморок упала при нем! Один раз, но всё же. Спала мало.

– Хм, а вы ведь таблетку у нас брали. Разве вы её не выпили? Или не решились на аборт?

– Нет, – опускаю взгляд вниз. – Не решилась.

– Это ваш окончательный выбор?

Я молчу.

Да чёрт его знает.

Наверное, да, я оставлю малыша.

Будь что будет.

– Поторопитесь, сроки поджимают, – даёт совет доктор. А я всё сама прекрасно знаю без него. – Подумайте, всё взвесьте.

Я встаю со своего места, поправляю строгую юбку-карандаш и закидываю сумку на плечо. Мне боссу перезвонить надо.

А тут ещё… Решиться надо. Неделя осталась.

Нет, я уже вряд ли что-то изменю.

Но всё не знаю, как сказать боссу о беременности. И, наверное, не признаюсь… Тяжело. В последнее время всё в голове смешалось.

Тут ещё выбор этот сложный… Сказать или нет.

Родители о беременности узнают – прикончат. И всё равно, что я уже немаленькая. Беременная, но не замужем. Про босса молчу… Что он скажет, когда узнает, что будет отцом? При том… что интима у нас, по его мнению, не было.

Ладно, я всё объясню…

Короче! Всё! Сама ребёнка растить буду!

Плевать на окружающих!

Выхожу из кабинета, так и не получив помощи. Перезваниваю боссу. Единственное, что сейчас меня радует – его голос. Я прям чувствую, как расслабляюсь под ним. Так и хочу слушать его перед сном каждый вечер.

Он говорит, что нас пригласили на праздник. И это очень приятно.

Я соглашаюсь. Надеюсь, токсикоз не испортит вечер.

Потом я еду домой.

Пытаюсь опять влиться в работу.

В спокойном, но нервном темпе проходит два дня.

Жду с обеда Эмира, чтобы тот заверил бумаги своей подписью.

Но он возвращается не в духе.

Буквально залетает в кабинет. Я ничего и сказать не успеваю. Слышу звон разбитого стекла.

И тут же вспоминаю.

Точно…

Он ведь сегодня за результатами ДНК-теста поехал.

Только не говорите мне, что…

Вот же чёрт…

Эмир

Худшие опасения сбываются.

Мой. Ребёнок той дуры – мой. Хочется так материться, но… В лифте не один. Специально ездил забирать результаты сам, чтобы эта недо-барби ничего не подделала. И что в итоге? Со злостью ехал в офис со скоростью сто десять. Штрафов придёт… Думать об этом не хочу.

Да как же задрало всё!

Выскакиваю из лифта, мчусь в кабинет. Прохожу злой мимо секретаря и кабинета Виты. Надеюсь, помощница всё ещё на обеде. Бью чёртову рамку. Да простит меня Тимур, но я потом обязательно поменяю! Скидываю всё со стола и с яростью молочу по деревянной поверхности.

Отбиваю чёртову руку.

Молодец, Эмир.

Хотел ребёнка? Получай!

Ладно, что здесь такого? Я просто куда-нибудь отправлю суррогатку отдыхать. Ребёнок появится – заберу его. Проблемы какие? Большие проблемы. Не хочу я от неё детей.

Вот вообще.

От другой хочу.

Только Виту рядом вижу. Хотя это странно – моя помощница никогда бы не согласилась стать суррогатной матерью.

Но в последнее время, чёрт!

Нежная ладонь опускается на плечо, и я напрягаюсь.

Оборачиваюсь, зло зыркаю на девушку и тут же смягчаюсь.

– Да ладно вам, – успокаивает Вита, нежно ведя по плечу. Даже сквозь рубашку чувствую это прикосновение. Эти пальчики. Какие же они… – Ничего же плохого. Отошлите её далеко и надолго. Потом ребёнка заберёте.

Вот моя девочка! Об одном и том же думаем!

– Главное, что ваш, а остальное фигня. Вам же не жить с ней.

Я выпрямляюсь, опираюсь телом о стол.

– Согласен. Но это не отменяет того факта, что…

– Возьмите себя в руки! – бьёт по моим щекам. Нормальная вообще? У меня от одного прикосновения её ладоней к коже все чувства вверх поднимаются. И не только.

Настолько, что руки сами тянутся к её талии. И пока они обвивают тонкую фигурку, смотрю в удивлённые карие глаза, которые так и сверкают в недоумении.

– Взял, – киваю. Притягиваю её к себе. – Максимально сконцентрирован и точно не на ребёнке.

– Главное, – облизывает свои пухлые и уже влажные губы. Вот зачем она это делает, а? – Что работает. Вам легче?

– Намного, – киваю. – Предлагаю немного успокоиться.

– Успокойтесь, – поддерживает меня. Утыкается маленькими ручками в мои плечи. – Чем могу помочь?

– Тебе честно сказать? – усмехаюсь, врубая режим пошляка. – Не хочешь снять рубашку, а?

– У меня под ней топик, боюсь, не слишком эротичный, чтобы угодить вам.

Так и знал, не носит она то бельё, что моя незнакомка. Ну и пофиг на неё. Всё. Перегорело.

– Поэтому я могу вам помочь только добрым словом.

– Ртом? – уточняю.

– Ну, да-а, – немного теряется. – Губами.

Я усмехаюсь.

Губами так губами.

Подаюсь вперёд и, сам того не ожидая, порывисто целую свою помощницу. Она у меня одна такая. Вообще находка. И как работник очешуенный, и как человек просто золото. И это золото – моё.

Сминаю податливые губы. Господи, сколько же я о них мечтал… Думал постоянно. Почти месяц. Хотел поцеловать, а Вита всё повода не давала. А я бы сам не нарушил наши рабочие отношения.

Хотя… Что я сейчас делаю?

Правильно.

Нарушаю.

Очень и очень хорошо.

Но Виталина не сопротивляется.

Нам нравится. Обоим.

Даже не замечаем секретаршу, которая заходит в кабинет. Слышу звук её каблуков. Приоткрываю один глаз и машу рукой, чтобы катилась отсюда. А сам захватываю в плен этот до безумия вкусный рот.

Если так продолжится, чувствую, я сойду с ума.

Ладно. Это всего лишь раз. Да, точно, только один…

Виталина

С момента нашего безумного поцелуя проходит чуть меньше недели. Неловко ли мне после того случая? До горящих щёк. Между нами отношения стали теплее. И чуть… неформальнее. Нет-нет, мы не целуемся на каждом шагу. Просто… Я всё чаще и чаще начала замечать, как Эмир Тагирович то по попе ладонью проведёт, то по талии…

Вся эта неделя была такой.

Или я просто придумываю то, чего нет?

Не знаю…

Но время летит быстро.

Эмир забирает меня у дома. Мы вместе едем в аэропорт, идём на свой самолёт. Босс летает только чартерами, поэтому в салоне мы с ним вдвоём. А ещё стюардесса, которая крутится вокруг Эмира.

Я сжимаю ручку и еле сдерживаюсь, чтобы не исколоть ей всю спину.

Я жутко ревную, да. Хотя… не должна.

Это просто всё малыш чудит. Повезло, что таблетки от токсикоза немного помогают. Я начала снова жить. Надеюсь, на празднике ничего не случится. Надеюсь…

Мы прилетаем уже через несколько часов в нужный город. Поправляю пуховик, шарфик и шапку. Зима на дворе! Снег вон как не в себя идёт!

Ловлю языком летящую снежинку.

– Ты как ребёнок, – усмехается мужчина рядом.

– Сами вы такой, – отвечаю, надув губы.

– Мы не на работе, – говорит ни с того ни с сего. Идёт вперёд, пытается снять с себя шарф. А я его по руке бью. Я сама завязала. Чтобы не простудился. А то ходит… Рубашка и пальто нараспашку.

– Это вы к чему?

– Можешь на «ты».

– А…

Тяжеловато будет!

– Я попробую.

Дальше мы садимся в машину, предоставленную Бахрамовым. Братом Эмира. И едем на турбазу, в которой празднует свой день рождения бывшая Добровольская. Хорошая девушка. Мы быстро сдружились и даже несколько раз переписывались в мессенджерах.

По приезду отряхиваемся от снега, заходим в дом. Где нас уже встречают. Тимур, брат босса, выглядит немного усталым. Мне хочется спросить, что случилось, а потом я замечаю округлившийся животик его жены.

И почему-то улыбаюсь.

Две беременные женщины в одном доме – беда.

Особенно, когда мы приехали на два дня.

– Чего задумалась? – Эмир снимает с меня шапку, шарф, пока я смотрю на Асин животик. – Давай раздевайся.

Я не сразу понимаю, к чему он. Даже краснею.

Вспоминаю наш диалог в кабинете. Про рубашку.

Уже думаю, он прям тут, при всех…

И всё же щёки покрываются жаром. Скидываю с себя пуховик, смущённая, направляюсь к остальным. Ох, чувствую, эти выходные запомнятся мне надолго.

Я, наверное, плохая гостья, потому что, как только мы вливаемся в тусовку, где оказывается уже трое беременных… я никого не замечаю. Взгляд сам падает на стол с разнообразной едой, от которой у меня выступают слюнки.

На застолье я сижу рядом с боссом. Мне так комфортнее, потому что я никого не знаю, кроме Аси и Тимура. А компания у них шумная. Один только смуглый здоровяк, который вечно орёт своей беременной жене не есть сладкое, перекрикивает всех остальных.

Поэтому жмусь к Эмиру и пихаю помидорку в рот, смотря на всех с удивлением. Неадекватные, но очень весёлые люди.

– В тебя куда столько лезет? – звучит над ухом. Я мурашками покрываюсь от его неожиданного вопроса и тёплого дыхания.

– Кушать хочу, – признаюсь честно. Я пока только и делаю, что ем. Добавляю в праздничное оливье немного кетчупа. Пока никто не видит. На вкус отвратительно, но именно этого сейчас хочется сильнее всего.

– Смотри не отравись,– предупреждает Эмир. Ох, я боюсь, это отравление ещё как минимум месяц будет, хотя… С таблетками, может быть, токсикоз быстрее пройдёт. Однако на них никакой надежды.

Пока ем – слушаю остальных. Те рассказывают байки, весёлые моменты. Ася, именинница, предлагает поиграть в фанты. Я не понимаю, что это такое, поскольку ни разу не участвовала. Босс мой – тоже.

– А что это? – подаю голос.

– Ты чего? – у неё глаза на лоб лезут. – Я раздам сейчас листочки, каждый напишет действие. Потом тянуть будем.

Блин, у нас вроде разница с ней четыре года, а я чувствую себя старпёршей. Не знаю, у меня детства толком не было – я постоянно училась, на тусовки не ходила, и мы точно никогда не собирались так с друзьями.

Но чтобы не выбиваться из коллектива – беру бумажки, пишу на них безобидные действия. Отдаю в мешочек. Босс что-то там строчит, усмехается, и я надеюсь, его бумажки не попадут мне.

– Ну, что же, начнём, – хитро усмехается Ася. Все берут по листочку, читают задания. В принципе, всё безобидное в стиле «поймай ртом оливку». Кстати, мужчина, которого все зовут «Дикий», три оливки подряд в рот закинул.

Когда очередь доходит до меня, немного напрягаюсь. Достаю фант, и сразу же знакомый почерк бросается в глаза.

О нет!

Почему именно мне достаётся действие Эмира? Я же видела, с каким он лицом их писал! Улыбался так кровожадно, что я даже испугалась!

Читаю каждую букву и хочу поменять фант.

– Ну, что там? – говорит девушка напротив. Вика, кажется. Ещё одна беременная в нашей компании.

Я прикрываю листочек и сминаю его, прочищая горло.

– Съесть оливье с кетчупом, – выдавливаю из себя. Хватаю тарелочку с соусом и вываливаю себе в тарелку. Хоть поем нормально.

– Господи, у кого такие вкусы извращённые? – спрашивает Тимур.

А я молюсь, чтобы никто не откликнулся!

Потому что нет такого в фантах!

Но выполнять написанное действие при всех – я не собираюсь. И тем более на людях! Нет, меня никто не заставит сделать это. Поэтому быстро прячу бумажку. И спокойно ем.

– Извращение, – произносит Дикий, муж Вики.

– Да нет, должно быть вкусно, – она его пинает. – Тоже попробовать хочу.

– Нельзя, – звучит грозно.

И так весь вечер…

Я спокойно ем, пока игра продолжается.

Но чем ближе ко мне подходит очередь, тем хуже мне становится.

Поэтому я встаю, прощу прощения за то, что покидаю остальных, и иду на кухню. Сначала выпиваю стакан воды, чтобы охладиться, и понимаю, что меня мутит. Случайно натыкаюсь на банку со сгущёнкой. И всё. Всё вылетает из головы. Тошнота отступает. Спокойно съедаю железную банку. Беру ещё одну.

Господи, когда это закончится?

К концу беременности меня разнесёт, и я буду как бочонок.

Но всё же беру банку с собой и возвращаюсь обратно. Играть уже закончили. Эмир куда-то подевался. Тимура тоже не наблюдаю.

Чувствую неожиданно на своей руке слабую хватку.

Перевожу взгляд на Асю и немного пугаюсь.

Чего это она?

Тащит куда-то меня, как маньяк. Мне стоит кричать? Или подождать?

Она сажает меня на диванчик и смотрит карими большими глазами.

– Ну, рассказывай. Какой срок? От кого беременна?

Какого?..

– Так заметно, да? – обеспокоенно сжимаю ткань платья пальцами. Пожалуйста, хоть бы только она была такой внимательной!

– Беременная беременную издалека видит! – восклицает.

Так, значит, босс мой не шарит в этом. Не должен догадаться!

– Тише ты, – шикаю на неё. – Не ори.

– А что такого? – искренне удивляется.

Ну, я ей и рассказываю. Немного становится легче, поскольку, кроме сестры, никто об этом не знает. А мне нужен совет кого-то другого, со стороны. Вот всё и выпаливаю как на духу. Даже про суррогатную мать и ребёнка.

– Надо ему всё рассказать, – толкает меня в плечо. – Дурочка, что ли?

Мне сестра так же говорит, правда, та ещё не знает о некоторых деталях.

Да и я, честно, с ними согласна. Но ничего с собой поделать не могу. Скажу – проблем не оберусь. Тем более, у босса ребёнок скоро родится… От этой мысли вообще плохо становится.

– Я подумаю, – говорю честно.

– Ась!

Девушку кто-то зовет, и она вскакивает с места, говорит, что сейчас вернётся. Но я её не дожидаюсь. Иду на выход, одеваюсь и решаю прогуляться. Свежим воздухом подышать, а то в помещении можно задохнуться.

Выхожу на улицу, гуляю и решаю зайти чуть дальше. Погода хорошая, тёплая, темнеть начинает, снег идёт – красота. Ничего ведь не случится, если я немного задержусь.

Чтобы не идти до ворот (до которых в снег добираться слишком далеко!), решаю пролезть через дырку в заборе. Смахиваю снег с лица, поправляю шапку. Проверяю, залезу ли в дырку вообще. Вроде помещаюсь. Поэтому сначала просовываю голову, потом руки. Думаю, что сейчас спокойно пролезу передом, после – задом, ничего не задев, но совсем забываю про пуховик, который делает меня в два раза больше. Особенно грудь, на которой ещё и толстый вязаный свитер.

И которой я застреваю между деревянных досок…

Дёргаюсь туда-сюда – и начинаю паниковать.

Е-маё! Не выходит!

Ленивая задница! Почему я не добралась до ворот?!

Да лучше бы ленивой была! Никуда бы вообще не пошла! Сидела бы да ела свою сгущёнку проклятую!

Но нет же!

Надо было мне сюда полезть! Я-то не стройняшка сейчас! Грудь у меня подросла. К тому же я одета как капуста.

И что теперь делать?

Вылезти не могу! Телефон в кармане пуховика! Туда я точно руку не просуну.

А если я умру?

Слёзы на глаза наворачиваются от этой мысли.

Понимаю, что если новость о моей смерти опубликуют в газете или интернете, на ней явно будет заголовок: «Самый нелепый случай. Девушка застряла в заборе и умерла от холода».

И опять хочу разрыдаться.

Я неудачница-а-а!

Личная жизнь не клеится! Босс – проститут, пихает своё достоинство, куда не надо! Ребёнок мой толстой меня делает, есть заставляет! До такой степени, что даже в дырочку пролезть не могу! Всё дерьмо!

Неожиданно слышу хруст снега.

И через несколько секунд позади раздаётся до боли знакомый голос:

– Это что? Русский Санта Клаус на новый лад?

Я слышу эту фразу и хочу провалиться сквозь забор прямо в снег – и вообще оказаться где-то далеко отсюда. Потому что мой босс, не удержавшийся от шутки, сейчас стоит у меня за спиной. А мне неловко. Что мою попу там видно, может быть. Пуховик-то не такой и длинный…

– Так что, Санта Клаус по-русски. Где твои подарки? Мешок? Впереди, надеюсь?

Подарочек мой у меня в животике, Эмир Тагирович. Но вы были плохим мальчиком, поэтому вместо ребёнка получите уголь. Которым я вас закидаю, как только вылезу отсюда.

Но о своих мыслях я умалчиваю.

– Вот вам смешно, а я замёрзла, – дуюсь и неловко ковыряю снег пальчиком.

– Ты только залезла.

Я выпрямляюсь, смотрю вперёд и возмущённо проговариваю:

– Вы видели, как я…

– Ага. В дырку залезала. Смотрел, наблюдал. Делал ставки, пролезешь или нет. Так вот, я сам у себя выиграл. Не пролезла. Кстати, помнишь? Мы на «ты» вне рабочего пространства.

Вот же говнюк…

Спокойно стоял и следил, как я лезу сюда, и даже не остановил? Ладно я, беременная клуша, на безумном порыве это придумала, а он-то…

Мог и остановить, говнюк!

– Может, раз уж ты тут, поможешь мне вылезти? – проговариваю умоляющим тоном. Вряд ли он сработает, но попытка не пытка.

Слышу за спиной тихий и явно издевательский смешок.

– Знаешь, а мне так нравится… Ты ещё вылезти пыталась, куртка задралась. Давай я выше подниму? Так вид интереснее.

– Да ну вас! – вскрикиваю, вытягиваясь, и стараюсь освободиться самостоятельно. Но тщетно всё, чёрт возьми!

– Тебя, – произносит босс холоднее. – После того, что между нами было, ты всё ещё не можешь перейти на «ты»?

– Да! – опять слишком эмоционально отвечаю. – Ладно-ладно, Эмир, помоги мне, миленький, вылезти отсюда. У меня, кажется, попа мёрзнуть начинает.

– Хм… А мне с ней говорить очень приятно. У нас такая беседа… Оторваться не могу.

– Да ладно ва… тебе. Помоги.

– А волшебное слово? – усмехается.

– Санта Клаус не даст вам мешком по голове.

– Ну-у-у, – тянет, явно улыбаясь.

Подходит к забору. Судя по шагам и хрусту снега, хватается за деревяшки. Чувствую, как забор шатается. Всего несколько секунд – и смотрю на приземлившиеся рядом со мной ноги.

– От такого Санты я бы не прочь и по головке получить. Тебе верхнюю или нижнюю предоставить?

Кажется, своим горящим от слов этого мужчины телом я сейчас прожгу деревянный забор, а потом растоплю снег. Уйду под землю, чтобы не терпеть издевательства. Пошлые к тому же.

Вижу, как босс присаживается на корточки прямо передо мной. На глаза попадается сигарета.

Я честно удивляюсь, когда вижу её в его руках. Он ни разу не курил. Точнее, я не видела. А мы ведь могли и вместе ночевать, а здесь… Дымит. Да ещё так эстетично, что я невольно любуюсь этими длинными и красивыми пальцами. Этими губами, сдавливающими фильтр.

Но тут же начинаю кашлять от дыма.

Гадость!

– Убери, а то сейчас вырвет.

– Опять отравилась? Нефиг было оливье с кетчупом есть, мазохистка. И зачем соврала с фантом? Что там было? Не это ведь. Ты до этого и так салат ела таким.

Сердце громко в груди ёкает.

Он что, следил за мной?..

Как я вообще спалилась? Специально же аккуратно делала…

– А давай я потом скажу? Просто это сейчас не самое главное.

– Первый прокол, Вита, – усмехается. – Должна будешь мне. Мне даже стало интересно, что у тебя там. Расскажешь? А лучше – покажешь, а то вдруг опять соврёшь.

– Как только поможешь мне выбраться, – поднимаю на него жалобный взгляд. – Ну, пожалуйста. Вы ведь хороший. Что хотите, просите. А-то вдруг я заболею? Как вы без меня?

– Виталина, Виталина, – качает головой, делает последнюю затяжку и выкидывает сигарету в снег. – Косячишь ты всё сильнее. Мы на «ты». За то, что соврала с фантами, уже второй промах. И ты должна мне желание.

И опять не по себе становится.

Зная своего босса… Он такое желание может придумать…

– За что? – опять возмущаюсь.

– За твоё спасение. Согласна? А то здесь оставлю. Будешь попку морозить. Другие идти будут, наслаждаться. Найдётся добрый человек – поможет.

Поджимаю губы и понимаю, что он не оставит меня в любом случае. Но всё же не рискую играть с судьбой, поэтому вымученно проговариваю:

– Согласна… Только быстрее. У меня… – опять затыкаюсь и выпускаю пар из носа. От злости.

– Что у тебя? – вижу, как Эмир выпрямляется.

– Грудь болит уже. Давит, – бурчу, проговаривая еле-еле.

Странно вообще. Раньше я могла сказать боссу всё, что угодно. Без комплексов, ужимок. А сейчас… Не могу с ним о некоторых вещах говорить.

– Ну, я тебе разомну её, не переживай.

Вот же ж..

– Поторопись, пожалуйста, – проговариваю, уже пунцовая от его слов. Он вообще перестанет когда-нибудь пошло шутить?

– Ладно, ладно, затычка. Давай, освобождай проход.

И Эмир, действительно, помогает.

– А вы где были? – Ася смотрит на нас, округлив глаза. Будто йети увидела.

Снимаю с себя шапку, шмыгаю носом. И стягиваю ботинки.

– Дышать выходили, – слишком довольно улыбается босс. Конечно, у него ведь желание. Ещё и фант теперь придётся ему показывать. Я девочка честная, врать не люблю. Особенно во второй раз.

Надо что-то самой придумать. Ибо если я перековеркаю его фант – он сразу поймёт. Сам же писал!

– А, и как?

– Нормально, – натянуто улыбаюсь. Если бы…

– Ась, покажешь комнату Вите? Ей бы ванну горячую принять. А то она заболеет, я без рук останусь.

Как это мило, чёрт возьми!

Но я теперь не успокоюсь, пока желание это не услышу.

– Да-да, конечно, – Ася хватает меня за руку и ведёт за собой. По пути расспрашивает меня, поговорила ли я с Эмиром. Честно признаюсь, что нет. Вообще ничего не сказала ему. Для меня унизительно застрять в заборе.

Девушка, смирившись с тем, что я молчу, показывает мне уютную комнату с кроватью. Небольшая, одноместная. Как номер в гостинице. Очень хорошей. Тимур – муж Аси – не поскупился и арендовал хорошую турбазу. Всё вокруг приятное такое и пахнет классно.

Ася уходит, однако перед этим подсказывает, где можно взять халат и гели для душа. Но мне и не надо – я привезла с собой вещи, вплоть до шампуня.

Достав их из чемодана, иду в ванную комнату. Прогреваюсь, сидя в горячей воде. Надеюсь, что не заболею.

И мучаюсь. Всё размышляю, что придумать такого для фанта. Безобидное, но… Чтобы могло заставить меня соврать.

Ничего в голову не лезет!

Поэтому разочарованная вылезаю из ванной. Насухо вытираюсь, надеваю чистое бельё и пижаму. Чищу зубы и готовлюсь ко сну. Уже поздновато, и я немного утомилась.

С беременностью стала спать больше. Поэтому теперь я вырубаюсь намного раньше.

Открываю дверь, и тут же взгляд сам падает на широкоплечего мужчину, сидящего на моей кровати.

– Эмир? – выдавливаю из себя в недоумении. Он комнатой что ли ошибся?

Босс поднимает голову. Самодовольная улыбка озаряет его лицо. А бесноватые карие глаза сверкают игривым огоньком.

– А ты что тут делаешь?

Его взгляд скользит по коже. Сверху вниз. Облизывает моё тело, и я рефлекторно чуть не прикрываюсь. Не от того, что мне неприятно. Наоборот. Очень и очень это льстит.

Я ещё и завожусь с полуоборота. Стоит ли говорить, что с наступлением беременности я готова накинуться на босса прямо в офисе? Только токсикоз в эти моменты спасает, возвращает мне рассудок.

И вот сейчас что-то уже вспыхивает. Кхм, вишенки оттягивают майку.

Атмосфера кажется мне слишком интимной.

Эмир сидит на односпальной кровати. Уже успел снять футболку. Обнажён по пояс. А его мышцы сами играют при свете.

Сглатываю, понимая, что и я не совсем одета.

Почему-то именно в поездку я решила взять с собой обычную маечку на бретельках и коротенькие шортики. Не знаю, зачем выбрала именно это. У меня ж другая была, лилового цвета. Но я схватила беленькую. Малыш так захотел, наверное.

Чтобы привлечь внимание отца.

И у него получилось.

Босс взгляда не отводит. Всё по телу моему гуляет, а я слегка закашливаюсь.

– Так, чем обязана?

– Как? – усмехается, вздёргивая брови. – Комната на двоих. А ты что думала, личные апартаменты? Не-е, сегодня кровать мы будем делить вместе.

– Не поняла…

– Что тут непонятного, Вита? – встаёт, выпрямляясь. И опять мой взгляд касается его обнажённого торса. Господи, он идеален. Мышцы такие… Твёрдые, бугристые. Дотронуться хочу. И лизнуть. Это нормально или у меня начался период: «Я беременна, хочу вот это. Дай»? – Комната у нас одна на двоих. Ты видела, сколько гостей? Турбаза не резиновая. К тому же… Многие приняли нас за пару. Странно будет ночевать в разных комнатах. Плюс…

Он лукаво улыбается.

– Ты мне должна. За ложь и за спасение. Поэтому я тут. Так что?

Его майка летит в кресло.

– Что было в том фанте, а?

– Вы не хотите искупаться? – пытаюсь прогнать его. Мне нехорошо становится. В маленькой комнате воздуха начинает не хватать. А взгляд всё на загорелое мужское тело мечется.

Предлагаю ему, только бы он ушёл. А я в это время… Что-нибудь придумаю.

– Я уже принял душ, – усмехается босс и делает шаг вперёд. Смотрю на его волосы. Действительно, в некоторых местах влажные. – И готов узнать правду.

Импульсивно, на каком-то порыве опускаю ладони на его накачанную грудь.

Сама не понимаю, что делаю.

И когда осознаю, что трогаю горячую кожу и твердые мышцы, исправляюсь.

Толкаю Эмира решительно на кровать.

– Ого. Я догадываюсь, что у тебя было в фантах, – приземляется, расставив широко колени.

Я краснею, потому что…

Очень похоже.

Там как раз надо, чтобы партнёр сидел. Иначе на коленки к нему не залезешь.

Боже мой…

– Судя по твоему лицу, я угадал, да? – опять победно усмехается. – Я писал. И даже знаю, что должно быть дальше. Или опять придумаешь ерунду? Я начинаю разочаровываться, Вита. Неужели сейчас соврёшь мне?

Поджимаю губы и горю, блин. От долбаного смущения.

– Не буду я больше врать, – бубню себе под нос. – Смысла нет, раз уж ты уже догадался.

Делаю шаг вперёд.

– А я думал, опять оливье будешь есть с кетчупом.

Выдыхаю, жалея о том, что такая неаккуратная. КАК он заметил?

– А ты следил за мной? – спрашиваю.

– Моя помощница в последнее время очень подозрительная. Не такая рассудительная, собранная. И странная. Тебе так не кажется?

– Не кажется… – выдыхаю, даже не обдумав свои слова. Они вылетают неосознанно. Я, спохватившись, быстро пытаюсь исправить ситуацию: – То есть…

Опять слов нет.

Вместо этого просто делаю то, что должна.

И хочу.

Сажусь на ноги мужчины, льну к нему своим телом и, обвивая руками шею, накрываю его губы своими.

Вспоминаю те слова, написанные кривым почерком на белой бумажке.

«Сядьте на колени к любому мужчине в комнате и поцелуйтесь. И называйте его «Мой повелитель»»

Вот как бы я сделал это при всех?

Максимум – поцеловала бы. И то, губками. Без языка.

Но тут всё идёт не по плану.

Руки Эмира уже обвивают мое тельце. Я выгибаюсь, подвигаюсь к нему плотнее и чувствую его напряжение. Безумие… Вот что опять происходит? Во мне рядом с ним какая-то неконтролируемая Виталина просыпается. Раз я сама углубляю поцелуй, чувствуя его острый язычок. Вечно босс какие-то пошлости им говорит! Но мне нравится. Каждая его шутка, будь она слишком вульгарной.

Как дурочка, наверное, влюбилась в Эмира по уши – и теперь ничего поделать с собой не могу.

Его ладони неожиданно скользят вниз, на обнажённые ягодицы. Проклятые короткие шорты! Знала бы, что с ним буду ночевать – взяла бы ту лиловую пижаму!

Хотя…

Мне нравится, что босс так реагирует. Напрягается, отвечает с жаждой, голодом, что мне даже хочется сказать «спасибо» моему наряду. Эмир же из-за него возбуждён, да?

Неосознанно ёрзаю на мужчине, понимая, что выполнила задание не до конца.

И я никогда не воплощу остальное в жизнь. Точно нет…

Эмир неожиданно отрывается, прекращая издеваться над моими губами.

Сердце в груди подскакивает.

Неужели, он сейчас спросит последнюю часть фанта?

– Вита, твою мать, – выдыхает мне прямо в губы, не сводя взгляда и тяжело дыша. Я сама в таком же состоянии. Не по себе всё. Тело горит везде. Особенно там, где мы соприкасаемся. – Ещё раз ты так сделаешь, я за себя не ручаюсь.

– Прости, я случайно, – оправдываюсь. – Всё. Это весь фант.

Пожалуйста, забудь последние строки!

– Не-е-ет, – усмехается и слегка сжимает попу. Придвигает к себе. А всё! Некуда! Проезжаюсь по мужчине и краснею, понимая, что он сейчас скажет. – Это ещё не всё. Ну, давай. У меня пока нет болезни Альцгеймера.

Чёрт…

Опускаю взгляд вниз и закусываю губу.

Да ладно!

Два слова – и он отстанет!

Мучиться не буду!

Резко опускаю на эмоциях голову, утыкаюсь лбом в его голое плечо и пытаюсь не расплакаться от переполняемых меня чувств.

И быстро, даже не задумываясь, проговариваю:

– Мой повелитель.

– Что-что?

– Что слышал, – буркаю. – Не наглей. Всё ты слышал.

– Не расслышал, – вмиг становится серьёзным. Чувствую, как Эмир хватает меня за зад. В этот раз настойчивее. Хочу выпрямиться, дать ему пощёчину за такую наглость (малыш так хочет!), но не могу. Только успеваю схватить его ногами.

А в следующую секунду упасть на кровать спиной.

Увидеть ехидные глаза, которые сейчас затуманены дымкой похоти.

– Тогда… – усмехается, обнажая свои белые клыки. Господи, дай мне сил противостоять этому мужчине. Потому что я уже, чёрт возьми, не могу. – Я использую своё желание. Повтори ещё раз, Виталина.

Эмир

– Б-босс, вы чего?.. – Вита заикается, а меня опять её это «вы» раздражает. И босс. В последнее время прямо до дрожи бесит. Я даже думал Виту уволить, лишь бы слово это из её уст не слышать.

– Виталина, – будь в её имени буква «р», я бы прорычал его. – Во-первых…

– Я помню, – выпаливает. – Привычка.

Довольно киваю. Умница же.

– Молодец, что поняла. А теперь, желание. Я плохо расслышал.

Не-е-ет. Я всё прекрасно слышал. Её голосок в тот момент поднял не только бурю в груди и шквал мыслей в голове. Но кое-что ещё…

– Давай.

– Я отказываюсь выполнять ваш… – она осекается, видя мой взгляд. – Твоё желание. Оно… Глупое.

– Давай, – настаиваю, смотря в карие, искрящиеся странным огоньком глаза. – Я жду. Желание моё и тратить его тоже мне.

Она мнётся, взгляд отводит.

Несколько раз губу закусывает.

И я уже готов наплевать на это желание, лишь бы её ближе почувствовать.

– Мой повелитель? – спрашивает вопросительно.

– Ну, нет. Так не пойдёт! – разочаровываюсь и даю наставление: – Эротичнее.

Что это такое? Будто план на неделю уточняет!

– А уже всё, – выпаливает. – Надо быть конкретнее в своих желаниях. Слышал такое?

Вот же зараза. Кто мне такую умную стерву подкинул?

– Хорошо, сама напросилась, – киваю и решаю идти в наступление.

Нет уж, сегодняшнюю ночь я не упущу. Хватит уже играться, как маленькие детки, да по комнатам жаться. Виталину хочу. Прямо до зуда во всех частях тела. Даже к доктору раз ходил, думал, чесотка началась. Нифига.

Подаюсь вперёд, врезаюсь в её губы. И кайфую, как дебил, от того, что помощница ни капли не сопротивляется. Обвивает мою шею руками и со страстью отвечает.

Мы больные.

Мы уже доказали это.

Раз как безумные сливаемся в поцелуе. Чёрт, какая она вкусная. До мурашек.

Подминаю её по себя, пока стройные ножки обхватывают мой таз.

И всё.

Оба улетаем.

Срываемся друг на друга, как оголодавшие.

И да, я голоден.

Готов полностью её съесть. Но всё же отрываюсь от неё и улыбаюсь.

– Всё ещё хочешь называть меня боссом? – издеваюсь над ней. Кто же знал, что всё так будет, а? Я, противник отношений на работе, сам делаю сейчас с Виталиной то, что хочу.

Опускаю одну ладонь на её талию и проникаю под тонкую белую майку. Она в ней настолько соблазнительна, чёрт возьми.

Веду пальцами по горячему животику. Он есть и совсем маленький. Но мне плевать. Я вообще не смотрю на фигуру. Вита для меня идеальна.

Но она отчего-то дёргается. Паникует.

Я, кажется, впервые так трогаю её.

– Ну… – тянет, облизывая розовые и пухлые губки. – Только если мы играем в ролевые игры…

Боже, игривая Вита! Впервые такой её вижу!

– Давай сегодня немного разнообразим? – усмехаюсь. – Что-то меня твои ролевые напрягают.

Она улыбается, а я снова целую её.

И всё. Дальше ничего не вижу. Богданова отвечает, а мои руки сами делают с ней это. И не только они. Лишают преград, разума.

Рядом с ней чувствую что-то странное.

Наслаждение, чёрт возьми.

А ещё смутные очертания в голове появляются.

Опять та ночь всплывает. Но нет, я возбуждаюсь не из-за неё. Просто… Что-то мне её напоминает. Полустоны Виталины? Или её хрупкое, извивающееся в постели тельце? Идеальная грудь? Полная отдача мне?

Или эти ножки, которые я обхватываю ладонями и впиваюсь в них пальцами.

Очередной стон слетает с ее губ, и дурно становится.

Как же всё это похоже на ту ночь!

Но тут же выкидываю её из головы. Нет. Плевать. Передо мной только Вита.

– Господин босс, я сейчас…

Она дрожит в моих руках, а я не понимаю, что она говорит.

А когда осознаю…

Твою же мать.

Вообще всё перед глазами стирается.

Кручу-верчу свою девчонку как хочу. Честно – плевать на эти рабочие отношения. Я завтра же её уволю. И заберу к себе домой. Пусть родит мне сына или дочь. А потом.. Не знаю, что потом.

Останавливаюсь, чтобы немного поиграться с этой стервой, и целую её в шею.

– Ты… – возмущённо выдыхает. Да-а, Виталина почти на пике. Горячая настолько, что дотронься до неё холодной рукой – пар пойдёт.

– Ты смотри, научилась, – издеваюсь опять.

– Почему ты… – тяжело дышит. Слежу внимательно за капелькой пота, стекающей с её лба. Я, сука, брезгливый до одури, но готов её слизать. Потому что это результат нашего с ней… Безумия, чёрт. Нашей ночи.

До сих пор не верю, что сделал это. Отбросил все правила и взял то, что хочу. Виту. И сейчас, нависнув над ней и находясь максимально близко, не даю ей расслабиться. Нет уж, девочка, оргазма ты не получишь.

– Остановился?.. – боже, как же она хлопает своими глазками! А как губу закусывает! И… Дышит, твою мать, так, словно ей не хватает кислорода..

Хоть в другой комнате её закрывай, чтобы крышу не срывало.

Да я от одного вида разметавшихся волос по подушке возбуждаюсь.

– Наказание, – довольно тяну.

– За что? – в карих глазах плещется недоумение.

– Много косяков, – киваю, подсчитывая каждый. – Но это не самое главное.

Наклоняюсь к её лицу. Опять целую в губы. Вита отвечает и очень охотно. Да она сама готова двигаться, лишь бы получить желаемое! Но нет.

Быстро отрываюсь от неё, заигрывая, и проговариваю ей в лицо:

– Ты меня обманула.

– Как? – хнычет, как маленький ребёнок, и ёрзает по простыне.

Не терпится, знаю.

Я сам уже сейчас взорвусь, но нет.

– С фантом, – подсказываю ей.

– Это было один раз!

– О, нет. А как же тараканы в квартире? Я всё помню.

Всё, что связано с Витой. Неосознанно на дне бошки оседало. А сейчас всплывает.

– Прости, – улыбается. Ведёт ручкой по моей шее, и я млею. Господи, никогда не думал, что буду растекаться лужей перед какой-то… девушкой.

И это действие – всё, срывает сдерживающий тумблер.

Кровать скрипит. Клятая девчонка стонет мне на ухо, и я больше не могу. Как и она.

Просто нереально.

Чувствовать её так близко. Остро. Ярко.

– Эми-и-и-ир!

Она выгибается, льнёт ко мне всем телом.

А я мозги теряю. Тела не чувствую.

Ломка, которая была до этого момента, проходит. Хоть и не до конца.

Потому что свою дозу получаю. Виту свою. Удовольствие с ней.

Падаю рядом на кровать, вытираю со лба пот.

Жарища, твою мать!

– Напомни мне тебя уволить, – говорю серьёзно, поворачивая к ней голову.

– Но… – и опять это сбивчивое дыхание. – Так нельзя…

– Можно, – киваю. – Не перечь начальству.

– Эмир, ты ведь понимаешь…

Она не договаривает.

Я просто хочу, чтобы она заткнулась. По-доброму, не со злобой.

Я всё знаю. Всё то дерьмо, что меня ждёт потом.

Один проведённый вместе вечер ничего не решит.

Я понимаю, что, проснувшись завтра утром, получу сообщение от суррогатки, что ей нужны бабки. А Виталина скажет, что всё случившееся между нами – ошибка.

Но работать, как и прежде, я с ней не смогу. Да и она тоже.

Вот на кой чёрт я пёрся сюда, зная исход? Выдержал бы – зато видел бы её каждый день. Её этот хвостик, очки. Упругую задницу в юбке. Чувствовал бы аромат её тела и геля для душа. Она не пользуется духами, но этот естественный запах и аромат белья меня заводит не хуже.

Чтобы не слушать и дальше вечно думающую о будущем Виталину – затыкаю её поцелуем. А дальше… Моя рука опять ползёт к её уже обнажённой талии. И скользит в который раз по животу, к которому меня так и тянет. А потом я вновь опускаюсь ниже…

Виталина

Вот скажите мне, кто такая больная на голову, не способная держать свои трусы на месте? Правильно, я. Причём они слетели два раза и с одним мужчиной. Да ещё так неожиданно, что я ничего и понять не успела.

Зато как мы провели ночь… Это что-то с чем-то.

Я встаю, чувствуя, как болит всё тело. Я себе ещё и макушку отбила, пока по изголовью кровати билась, твою дивизию.

Ищу свою одежду, благо, она лежит прямо возле постели. И иду в душ.

Босса на месте нет. Скорее всего, уже ушёл. Он на рассвете встаёт. А я вот сегодня проснуться рано не смогла – мне снился прекрасный сон с реками из сгущёнки.

А теперь собираюсь на завтрак одна. Точнее, уже на обед.

Чёрт, как же стыдно вспоминать эту ночь! Безумие!

Ладно-ладно. Сделаем вид, что я ничего не видела и не слышала. Не делала и вообще вчера ночью не я в кровати стонала. Это в фильме было.

Да-да, отлично!

Купаюсь, переодеваюсь и покидаю комнату, вспоминая, куда идти. В коридорах никого – как будто вымерли все. Оно и понятно – наверняка на улице развлекаются или где-то ещё, а я только проснулась.

Невольно вслушиваюсь в тишину и различаю негромкие голоса.

Один из них я узнаю сразу… И сердце стучать в груди быстрее начинает.

Шагаю осторожно, стараясь ничем не выдать себя.

Дохожу до двери и останавливаюсь, решая продумать своё эффектное появление.

Только хватаюсь за ручку, чтобы толкнуть чуть приоткрытую дверь, как слышу странный вопрос:

– Ты у врача был? – начинает Тимур. Именно он.

– Ну, полгода назад, – опять сердце кульбит делает. Постойте-ка… Зачем Эмиру к врачу? Случилось что-то?

– И как?

– Пока нормально всё.

Да что значит это «пока»?

– Ну и зачем ты заморочился тогда? Теперь всё это дерьмо расхлёбываешь.

– А что мне делать оставалось? – с трудом понимаю, о чём они. – Я ребёнка хочу ещё воспитать. Ввязался во всю эту авантюру. Теперь беременна одна, а сердце к другой лежит. И Вита знает об этом. Кто захочет вообще с мужчиной жить и чужого ребёнка воспитывать? Да ещё и с… дебилом, как я.

– Ну, знаешь, скажи спасибо нашим предкам. Почему сразу «дебил»? Везунчик. Из восьми братьев только у тебя предрасположенность к Альцгеймеру.

Что-о?

Мне показалось? Или он правда это сказал? Тимур ещё смеется, и я воспринимаю всё как шутку.

– Там только намёк, а ты сразу в крайность ударился. Хотя бы надо было для начала найти нормальную девушку. Потом жениться, и…

Голова кругом. Какая болезнь? Откуда она всплыла?

– Да, чёрт, Тим, какая девушка? У меня их сотни было. Думаешь, хоть одна приглянулась в качестве партнёрши? Вообще рядом никого не видел. Решился на суррогатное материнство. Вдвоём бы с ребёнком жили. Всё продумано было. Пока Вита, чёрт возьми, не появилась. Точнее, она никуда и не пропадала.

– Ну да, кстати. Внезапно у вас всё завертелось. Два года ни сном, ни духом, а тут…

Я сама в шоке! И от того, что между нами было, и что сейчас слышу!

– Да завертелось. Как-то всё началось, уже не помню, с чего. А сейчас вообще не представляю, что делать.

Кажется, я свидетелем подобного разговора во второй раз стала. И оба раза я, вот так притаившись у двери, подслушиваю чужие слова.

Плохая Виталина!

– А ты точно уверен, что у неё никого нет?

В груди что-то переворачивается.

С чего вообще такие выводы? Разве я давала повод? Или… Нет, он не может знать про Стаса. Мы вообще в разных городах живём!

– Конечно, – уверенно отвечает босс. Ой, миленький…

– Я бы так уверен не был.

Я слушаю, затаив дыхание. Тимур, помолчите, пожалуйста!

– В плане?

– Ты ничего странного в Виталине не заметил?

– Заметил, – кивает уверенно. – Не знаю, но соглашусь. В последнее время она не такая. То в обмороки падает, то от духов её чьих-то воротит, то вчера оливье с кетчупом ела.

Да твою ж дивизию…

Знала, что незамеченным это не останется.

– И сгущёнку банками ест.

– И? Догадался? Беременностью пахнет, – уверенно проговаривает Тимур. А я в пол врастаю. Молчи, Бахрамов! Умоляю!

– Да, я думал об этом, – господи, Эмир, только не говори мне, что ты обо всём догадался. – Но от кого? У Виты нет мужчины. Я уверен. Она бы мне не соврала, да и у нас в договоре прописано – никаких личных отношений. От работы отвлекают. Моя помощница точно бы не обманула меня.

– Да брось, Эмир. Я уверен. Беременна она. Ты не забывай, у меня уже ребёнок один взрослый – и второй намечается. Я вижу же.

Слышу, как отодвигается стул.

– Задумайся.

– Не буду. Всё, не беременна она.

Я тут же отрываюсь от двери.

И мчусь в свободную комнату, потому что Эмир встаёт со своего места и направляется к выходу из кабинета.

А я забегаю в номер. Закрываю за собой дверь и утыкаюсь лбом в дерево. Пытаюсь всё осознать и переварить. Но пока очень плохо получается…

– А ты почему не идёшь? – Ежевика (как её прозвали в компании) натягивает на себя шапку, а я не тороплюсь одеваться.

– Холодно там, – кидаю отговорку.

На самом деле, Эмир на улице. Я от него уже сорок минут бегаю, надеясь не встретиться. И выдыхаю, когда представляю, что он будет там с ребятами, а я тут одна-одинёшенька.

– Да ну, солнце светит, – показывает на улицу.

Да, действительно ясно. И это печально. Причин не идти больше никаких нет.

О, я знаю! Буду просто сидеть в компании девушек. Тогда у меня будет алиби, когда я попадусь на глаза Эмиру. Скажу, что была с подругами.

Отлично!

Быстро надеваю пуховик и вылетаю на улицу. Тут же бегу к девчатам. И, честно, сразу хочу уйти, потому что они начинают говорить о беременности и детях.

Нет, я бы тоже пообщалась, так сказать, узнала бы какие-нибудь секретные штуки, но не спешу раскрывать себя. Эмир и так подозревает. А я пока не хочу, чтобы он знал. Чтобы ему не пришлось выбирать.

У той девушки тоже его ребёнок. Я уверена, раз босс говорит такие слова, от которых сердце в груди быстрее бьётся, он выберет… меня.

Пусть это звучит эгоистично!

А тот малыш? Что с ним будет?

Эмир прав – я не горю желанием воспитывать чужого ребёнка.

Мне бы со своим справиться.

О господи, мы просто переспали! Какая семья, какие дети??

Лучший способ решения проблемы – бежать от неё. Что я и делаю.

Всё же мчусь обратно в дом. Только захожу, как чувствую в носу знакомый запах одеколона. А спина врезается в твёрдую стену.

Чёрт! Долго бегать от него явно было глупой и неудачной идеей!

Снова принюхиваюсь – и кайфую от этого аромата. Не могу терпеть одеколоны, кроме того, что у Эмира.

– Ну, и куда ты от меня убегаешь?

– Я? Убегаю? – сбивчиво отвечаю, смотря в его озадаченное лицо. Взгляд сам падает на губы, которые целовали меня прошлой ночью. – Не понимаю ничего. Я только недавно проснулась и… Поела, пошла к девочкам. Но я замёрзла и вернулась обратно.

– Одна? – вскидывает брови.

– Ну… Да.

– Почему не подошла ко мне?

– А надо было? – выдыхаю, облизывая губы. Как же жарко становится!

– Да. После вчерашнего нам явно есть, о чём поговорить.

– Эмир… – произношу его имя.

И тут же становлюсь пунцовой, когда вспоминаю тот протяжный стон.

– Хорошо, давай поговорим, – соглашаюсь.

– Какая ты у меня всё же послушная, – опять улыбается и тянет за собой. А я не сопротивляюсь. Позволяю сделать это. Затащить меня в комнату, жарко поцеловать. И нет, это не кончается сексом. Нас прерывают. И вот я опять исчезаю.

Хотя понимаю, что разговора не избежать.

День кончается отлично. Веселимся на славу, кидаясь снежками на улице. Победителем вышла маленькая и хрупкая Ежевика. Дикий, он же машина для убийств, всех загасил, а своей жене сдался. Джентльмен фигов. Но проиграть одной хрупкой девчонке с выпирающим пузиком – смешно.

Но мне не обидно, нет.

Эмир защитил меня от снежка, подставившись под удар.

Вообще в тот момент я думала… Какие же мы все дураки. Ведь взрослые люди, но ведём себя, как дети.

Однако мы с лёгкой душой улетаем домой.

В самолёте мы с Эмиром общаемся. Узнаем друг о друге больше.

А меня терзает что-то.

Я услышала про Альцгеймера. Поэтому боссу нужен был ребёнок? Я мало что знаю об этой болезни, но понимаю, почему он так спешит. Чтобы хотя бы успеть провести время с малышом нормально, если вдруг болезнь нагрянет внезапно.

От этого на душе нехорошо становится.

На мгновение я представила, как он меня забывает.

Вот раз и навсегда.

И больно становится.

Но я выкидываю это из головы, понимая, что у него всего лишь предрасположенность!

История Дикого и Ежевики – Присмотри за мной, Дикий!

История Аси и Тимура – Я жду от вас ребёнка, босс!

Мы прилетаем домой в восемь часов вечера. Эмир высаживает меня около моего подъезда и, улыбаясь, говорит, что мы встретимся завтра.

Я киваю, на порыве целую его в щёку и поднимаюсь в квартиру. Принимаю душ, переодеваюсь. И пока сушу волосы полотенцем – слышу звонок в дверь.

– Иду! – кричу и лечу в коридор. Поправляю на себе пижаму и, не задумываясь, открываю дверь. Пока ещё не решила – зря я это делаю или нет.

Но на пороге моей квартиры стоит Стас. Который бесцеремонно заходит в дом, протягивая ко мне руки.

– Привет! – улыбается. – Как дела?

Хочу отпрянуть, но думаю, что это слишком жестоко по отношению к нему.

– Нормально, – улыбаюсь. Вспоминаю нашу последнюю встречу. Вот чёрт, она совсем вылетела из головы. Босс слегка взъелся. – Зачем пришёл?

– Как? К тебе. На чай.

Разве ходят на чай в половину девятого вечера?..

– Я только приехала из командировки и жутко устала, – пытаюсь его спровадить, но Стас упёртый. Он снимает куртку, оттряхивая от снега, уже вешает её на крючок. Скидывает ботинки, заходит внутрь. А я принюхиваюсь. Ох уж этот одеколон…

Но ноги не подкашиваются. Потому что обладатель парфюма – не тот человек, к которому я неровно дышу.

– Ничего, я ненадолго. Мимо пробегал. Так что, давай чай выпьем?

Я вздыхаю. Надо бы попросить его уйти, но… Чёрт.

Направляюсь на кухню. Не сволочь же я, чтобы гнать его? Хотя следовало бы.

– Ты ведь не только на чай пришёл, – всё же догадываюсь я. Не глупая вроде.

Подхожу к электрическому чайнику, наливаю воду, чувствуя на себе взгляд Стаса. Решительный такой, зажигательный. Это я ещё в коридоре заметила.

– Нет, – произносит честно. За что я его и ценю. – Мне не нравится, что мы отдалились. Из-за чего? Из-за секса? Я тебе не понравился? Ты после того раза в клубе, ну, охладела как-то ко мне.

Закусываю губу, чуть не выпалив правду.

Что изменила ему, беременна – и вообще не от него. И спал он не со мной. Но вместо этого моя сторона, которая боится обидеть такого хорошего парня (почти), произносит:

– Не в этом дело, Стас. Понимаешь… – я оборачиваюсь. Смотрю ему в глаза. – Ещё два года назад, когда я устраивалась на работу к Эмиру, у меня был пункт прописан в договоре. Никаких отношений. И я поняла, что слишком рискую. Поэтому решила отдалиться, понимаешь?.. Я не хочу работу потерять. Особенно сейчас.

– Так я никому не скажу, – недоумевает. – Просто сделаем вид, что мы бывшие. У меня повышение скоро в компании, зарплата будет больше. Тогда сможешь вообще уволиться. Будем у меня в квартире жить.

Идеальный расклад.

Был бы.

Если бы не одно «но»…

– Стас, – выдыхаю. – Есть ещё одна причина, почему я так себя веду… Мне нужно тебе кое-что сказать.

Как бы не расплакаться.

Это я могу сделать в два счёта с некоторых пор.

Неожиданно по квартире разносится звук дверного звонка.

Спасительный, чёрт возьми.

Или нет.

Пора уже расставить все точки и запятые в этом неграмотном, падла, тексте!

Хочу сказать всё сразу, но настойчивая трель перебивает.

– Я сейчас, – вылетаю из кухни.

Дыши, Виталина, дыши!

Бегу к двери, хлопаю себя по горячим щекам, пытаясь остудить их холодными руками. Как же мне плохо!

Открываю дверь, не раздумывая. Скорее всего, сосед опять пришёл за солью. Этот попрошайка только и делает, что просит у меня продукты.

Поднимаю взгляд и чуть не постанываю от разочарования.

– Ты какая-то ненормальная, – выпаливает на полном серьёзе Эмир, без предыстории. – Я приезжаю домой, а там, сука, пусто. Холодно и всё. О тебе думаю – и тепло становится. Ты что сделала со мной, ведьма?

Знал бы ты, Эмир, что ты сделал со мной…

Но что ему ответить?

– Переезжай ко мне, – внезапно говорит и заходит в мою квартиру. Не даёт закрыть дверь. – Сегодня же.

– Эмир… – выпучив глаза, пытаюсь осознать сказанную им информацию. – Какой переезд? Ты о чём? Тебе не кажется, что это слишком быстро?…

Виталина, твою мать, выгоняй его!

У тебя бывший сидит на кухне! И нынешний не стопроцентный кавалер в коридоре стоит.

Вот куда твоя ложь тебя завела. Теперь разруливай это!

– Нет, не кажется, – напирает.

Хватает меня тёплыми пальцами за подбородок и наклоняется вперёд. Вмиг мои ноги становятся ватными. Это всё он творит. Его запах. Его близость. Лицо, которое сейчас серьёзно настолько…

А его глаза!

Карие, в которых хочется тонуть. Как в речке из сгущёнки…

– Я однолюб. И на всю жизнь, Вит. Даже время терять не хочу.

Как это до безумия приятно слышать!

– Буду подонком, не спрошу твоего мнения. Но всё. Моя ты. Не хочу тебя отпускать.

Грудь на куски раздирает.

От его слов.

Тона.

От всего-всего.

Его большой палец касается моей губы.

– Уже поздно, – говорю сдавленно.

Чуть нажимает на неё.

– Давай завтра? Я жутко устала после сегодняшнего дня, – говорю через силу. Я очень хочу поехать с ним.

– Тогда я останусь у тебя, – летят мне в ответ решительные слова.

– Нет! – восклицаю, понимая, что ещё чуть-чуть – и будет только хуже.

Бросаю взгляд за спину Эмира. И округляю от удивления глаза.

Что сегодня за день проклятый!

– Виталина, – вибрирующим от злости голосом произносит отец. Который сейчас должен быть в области, а не тут. Я только недавно узнавала – они с мамой уезжали к тёте. А теперь в моем подъезде стоят. Недовольно смотрят на Эмира, который только что хотел меня поцеловать.

– А это кто ещё такой? – не сдерживается мама.

Замечаю хмурый взгляд босса. Мужчина, услышав эти слова, отпускает меня, оборачивается. Не теряется, когда видит незнакомых людей.

– Хотел поцеловать мою дочь? Бесстыдник! На глазах у родителей!

– Мам! – восклицаю, краснея за них.

– Мама? – удивлённо шепчет Эмир.

Вот чёрт… Приплыли.

Что может быть хуже, когда в квартире собираются твой бывший, твой босс и… родители.

В маленьком коридоре становится душно. Вот прямо до обморока. Пальцы немеют. Последнее, чего бы я хотела, – знакомство Эмира и родителей. Что они вообще здесь забыли? В девять вечера-то!

– Вы, молодой человек, собственно, кто? – деловым тоном звучит от мамы.

– Босс мой, – выпаливаю. Тычу его в бок, намекая. – И он уже уходит!

Давай, пойми же меня!

– А с каких пор боссы твои лезут целоваться??

– Да он у меня соринку из глаза убрать хотел, – оправдываюсь, как дитя. Да лучше так! Пусть быстрее все разойдутся!

– Виталина? – Эмир вопросительно выгибает бровь.

– Уйди, пожалуйста, – шепчу ему. – Иначе…

С кухни неожиданно раздаётся радостный крик.

Мы все замолкаем, прислушиваемся.

О нет…

– Эмир, тебе пора, – говорю уже серьёзнее, хватаю его за руку, пытаясь выпроводить. Не успеваю. Из кухни вылетает возбуждённый отчего-то Стас. Улыбка до ушей – смотрит в какую-то бумажку и, даже не обращая никакого на нас внимания, кричит:

– Виталина, это правда?? – вдруг произносит.

А мне плохо становится.

Ноги подрагивают. Пальцы сильнее вжимаются в ткань пальто Эмира.

– Ты беременна?

Удар.

Под дых.

Сильный, грубый.

Убивающий.

Я готова упасть на пол, как маленький ребёнок, и зарыдать от бессилия.

– Это я что, отцом скоро стану? Блин, милая… Я так счастлив.

Стас обводит взглядом нас всех. А я только сейчас понимаю, что он в руках держит. Там справка для работы о том, что я беременна. Зачем я её вообще тогда взяла и оставила на кухне? Не знаю. Бросила и забыла.

А теперь жалею.

Потому что ладно, если бы мы были одни, но сейчас…

Я стремительно поворачиваюсь к Эмиру. Боюсь взглянуть на него. Но он же… Взрослый мужчина, да? Выслушает меня, не сделает поспешных выводов? Хотя какое тут терпение, когда выбегает мой бывший и говорит, что я беременна…

Смотрю в тёмные глаза. Прожигают Стаса. Так сильно, что, кажется, он сейчас загорится.

– Вита, объяснись! – тут же требует мама. – Какая к чёрту беременность? Ты не замужем даже! Ты с одним спишь, с другим целуешься?

Она кричит, наверняка скоро истерить начнёт. Но это последнее, что меня сейчас волнует. В первую очередь – босс. Который, наконец, одаривает меня своим вниманием. И лучше бы он этого не делал. Разъярён до предела. Ноздри зло подрагивают. Эмир вдыхает столько воздуха, что, кажется, выдохни он сейчас его – пойдёт огонь. Убьёт меня прямо на месте.

– Ты не так понял… – выдыхаю. – Давай поговорим? Выслушай меня, пожалуйста.

– О, Вита, а вот и твой босс, – за спиной встревает Стас. Я готова подойти и жахнуть его по голове. Лишь бы замолчал. – Теперь ты можешь не скрывать наши отношения. И ты точно уволишься, потому что я не позволю тебе работать беременной.

– Стас, замолчи! – впервые кричу. Нервно, не выдерживая.

Хватаюсь за рукав Эмира и пытаюсь всё исправить. Он в гневе. Кулаки сжимаются, как и челюсти. Я слышу даже скрип зубов. Ещё немного – и пар пойдёт из ушей.

– Нет, Вита, – неожиданно холодно и резко отвечает босс, выдёргивая из моей ладони свою руку. – Будущий отец и твой парень прав. Ты уволена. Беременным в моей компании не место.

Эмир быстро идёт на выход, минуя моих родителей.

Самое время остаться здесь, всё им объяснить.

Но я мчусь за мужчиной, хоть папа и пытается сдержать меня – в одних-то шортах и майке. Выбегаю на лестничную площадку.

– Эмир, постой, дай объясниться! – сбегаю по ступенькам, пытаюсь его догнать. А он не слушает. Даже не оборачивается. – Мы не встречаемся! И не… Беременна я! Точнее, беременна, но не от Стаса!

Босс резко останавливается.

Поднимает голову вверх.

– Спасибо, Виталина. Ты закопала себя ещё глубже. Что, там ещё и третий есть?

Пока он стоит – я подбегаю к нему.

– Ты не так понял. Я от тебя беременна.

Короткий смешок убивает последние нервные клетки.

– А ты у нас что, кошка, у которой беременность несколько месяцев длится? Мы с тобой только вчера, Вит, переспали. Я, конечно, могу себя порой как дурак вести, но… За идиота совсем не держи, – выплёвывает. Опять срывается с места, не желая меня больше слушать.

– Нет! Помнишь номер? В «Замке»? Я была той незнакомкой. Я, Эмир! И беременна от тебя!

И опять прекращает шаг. Снова возвращает всё внимание на меня. Режет своим взглядом. Вонзает тысячу игл в тело. Боже мой…

– Зря я тебе доверился и всё рассказал, – рычит. Я думала, сказав правду, он послушает меня, но… – Зайдёшь завтра в бухгалтерию и кадры. Заберёшь документы.

Он уходит. Просто уходит, пока я впиваюсь пальцами в поручни и пытаюсь прийти в себя.

Не поверил.

Конечно же! Кто поверит после такого! Первые слёзы появляются на щеках.

Вот же я дура. Нужно было раньше во всём признаться. Наплевать на чужого ребёнка, на суррогатную мать. Зато бы сейчас не рыдала на два этажа ниже своей квартиры и не дрожала от холода.

Он ушёл!

Не смог меня услышать!

Подумал, что я солгала!

И да, я завралась, но когда решилась открыться… Поздно стало.

Вытираю слёзы ладонями и возвращаюсь обратно. Ступаю голыми ступнями по бетону и плачу.

Я только почувствовала счастье и тут же его лишилась.

И всё из-за… Хотела бы я сказать имя своего парня, но нет. Из-за себя. Я сама во всём виновата.

Дохожу до своей квартиры, стираю остатки слёз. Не время плакать.

Захожу в родной коридор, закрываюсь и первым делом направляюсь в гостиную, где, судя по голосам, сейчас сидят родители и Стас. И пока последний не наговорил лишнего… Спешу именно туда.

Захожу в зал. На глаза сразу попадается Стас, сминающий справку. Чуть не рыдающий. Я его впервые таким разбитым вижу. Он что, расстроился? Пару минут назад только ликовал, а сейчас…

Не важно. Мне плевать вообще должно быть.

Родители хмурые сидят на диване. Уже сняли верхнюю одежду, мама заварила себе чай. Схватилась за сердце. Отец обмахивается журналом.

Переигрывают!

Хотелось бы мне сказать, но нет…

Только делаю шаг – папа на меня взгляд поднимает. Вскакивает с дивана и сводит брови. Его седые усы подрагивают в недовольстве. А слова, вылетающие из его рта, звучат слишком уж яростно.

– А теперь объясни. Кто этот молодой человек, вопящий, что скоро станет отцом? – тычет в Стаса пальцем. – И тот мужчина в коридоре!

– А теперь, – беру всё в свои руки, пародируя тон отца. – Давайте успокоимся. Начнём всё с самого начала.

Я не собираюсь садиться. Наоборот ищу пути отступления, чтобы свалить отсюда как можно быстрее. Уверена – мне сейчас прилетит вот тем самым журналом по башке.

Но я так зла и разбита, что готова кричать о многом.

– Я беременна, – ставлю их перед фактом. Стас подпрыгивает, орёт от радости и тут же садится на диван. Да он справкой увлечён больше, чем я. А мама опять за сердце хватается. – Мне всё равно, что вы сейчас скажете. Хоть отказывайтесь от меня, но ребёнок останется.

– А что, ещё не поздно сделать аборт? – папа вообще с ума выжил.

– Нет. Уже поздно, – проговариваю сердито. – На этом тему закроем. Решите меня больше не пускать на порог своего дома – пусть. Дорогие родители, я вас безмерно люблю, но вы порой перегибаете палку. Поэтому с сегодняшнего дня я не желаю слушать ваши слова о замужестве, браке, аборте. Да, я спала с мужчиной до свадьбы. Целовалась с ним. И куда больше – теперь беременна от него.

Краем глаза смотрю, как Стас гордится всем этим.

Мне становится до безумия жаль его.

Он считает, что скоро станет отцом, но на самом деле…

Чуть не начинаю сомневаться: может, не говорить ему правду?

Но нет. Стойко сжимаю кулаки и, набирая полную грудь воздуха, выдыхаю:

– И отец – не Стас.

Парень быстро вскидывает голову. Выпускает бумажку из рук.

– В смысле, Вит?

От матери чуть ли не вопль летит.

– Ты что, с двумя гуляла?

– Я ни с кем не гуляла! – повышаю голос. Поворачиваюсь к Стасу. На нём лица нет. Господи, надо было порвать с ним ещё давно. А сейчас заставляю его мучиться. И себя тоже. – Просто так вышло. Стас, мы с тобой не спали. Никогда.

– Ты меня за придурка держишь? – вскакивает с кровати. – Я хоть тебя и уважаю, Вита, но дебилом себя выставлять не позволю.

– Помнишь, мы в клуб ходили? – спрашиваю его.

– Ну, когда мы переспали. В первый раз.

Я вздыхаю.

– Ты был настолько пьян в дрова, что даже не заметил, как уснул, только лёг на постель, – развожу руками. – Я оставила тебя спать и уехала. И было очень «приятно» увидеть фотографию, где ты показываешь лифчик на пару размеров больше. У меня грудь не такая. Но за это время ты даже на неё не взглянул, чтобы понять, что у меня…

Я сдерживаюсь, чтобы не задрать майку.

– У меня двойка! А ты прислал лифчик третьего или четвёртого размера!

– Да не мог я так ошибиться! Да, я до этого тебя не трогал, не знаю, но…

– Попроси запись с видеокамер. И увидишь, как я выхожу из номера через пять минут. Всё, Стас. Это не обсуждается. Отец не ты.

Перевожу дыхание.

Осталось совсем немного.

Чуть-чуть – и всё.

Потом можно расплакаться и забиться в угол.

– А теперь… Все вон из моей квартиры. Я только что лишилась любимой работы и стала предательницей в глазах мужчины, который… не важно. Я хочу спокойно заесть это мороженым. Поэтому…

Указываю на дверь.

– Вон!

Отец неожиданно встаёт со своего места.

– Нормально вообще? Нам звонит твой парень, который уже не парень. Назначает встречу, желая познакомиться. Мы приезжаем – и видим здесь это! Наша дочь…

– Папа! – не выдерживаю. Чуть не топаю ногой, как маленькая девочка.

Зря я всё это начала.

Мои родители – упёртые. Настолько, что я просто разворачиваюсь, иду в коридор. Достаю запасные ключи, кидаю их на тумбочку. А сама беру телефон, надеваю пальто и сапоги.

– Квартиру заприте, когда уходить будете, – кидаю им. И потом сбегаю. Нет у меня сейчас ни настроения, ни сил бороться. Поэтому мчусь по ступенькам вниз, смахиваю слёзы. Вот же дерьмо! Даже не напьёшься! Хотя очень хочется…

Нет! Всё равно на всех! Теперь у меня есть более важный для меня человек. И это не Стас, не родители и тем более не Эмир.

Эмир

В обычной ситуации это место я не посетил бы. Но сегодня оно надо мне как никогда. Стриптиз-клуб, который всегда открыт для таких, как я, и сейчас принимает с распростёртыми объятиями.

Вваливаюсь в ВИП-зал. Опускаюсь на диван и делаю заказ.

– Чего так скромно? – усмехается Марат. – Сегодня за счёт заведения. Что случилось?

Хочу выпалить всё как на духу. Но пока только одна нецензурная лексика просится.

– Влюбился, сука, – цежу сквозь зубы.

Даже о детях задумался.

Да, я был уверен, Виталина – девушка мечты.

Умна, ответственна. Шутки мои понимает. От простых до пошлых. Всегда говорит правду.

ГОВОРИЛА ПРАВДУ.

Это – жесточайший удар.

Плевать мне было бы, что беременна она. Не знаю, как отреагировал бы на чужого ребёнка, но…

Вита начала много врать. Во-первых, она встречалась с мужиком. Нарушила договор. Но хрен и с ним!

Тогда, в кафе, на обеде, когда мы столкнулись со Стасом, Виталина сказала, что они не в отношениях уже как год.

А теперь выясняется, что она беременна от него.

Спала со мной, целовала меня, а сама под сердцем чужого ребёнка вынашивала.

Добила, сука.

Ещё и решила из меня дебила сделать. Незнакомка она та из номера. Конечно! Зря дурак доверился, рассказал ей, видя в ней человека, на которого можно положиться.

Ни черта подобного.

Мозги взрываются.

Эмоции тело переполняют.

Не замечаю, как подходит официантка – и я опрокидываю в себя уже три шота.

Надо остановиться, иначе завтра будет плохо.

Но не могу.

Опять Виталина перед глазами.

Мужик её этот.

Ребёнок.

Наша ночь.

Какое же дерьмо!

Впервые в жизни влюбиться – и всё коту под хвост!

– Вот же… – друг осуждает. Точно так же, как и я.

Не знаю, как реагировать. Как смотреть на неё.

Сгоряча уволил. Или нет, не знаю. Но я больше не смогу с Витой работать. Постоянно буду представлять, как мы на той кровати, на турбазе… Я ласкаю её тело, спускаюсь поцелуями по животу, а там… Чужой ребёнок по лицу ногой бьёт.

Ну и хрень!

Слежу за танцами брюнетки, которая спускается с платформы. Оставляет шест и, как кошка, грациозно направляется в мою сторону.

– Расслабься, – подмигивает Марат. – Тебе надо. Пойду, дела хозяйские ждут.

Мне уже всё равно, что он там говорит, когда брюнетка на пах мой опускается. Ладонями водит по моим волосам, взъерошивая их. Наклоняется вперёд, и я смотрю на её грудь.

Не та.

Большая слишком.

Я такие не люблю.

Вот у Виты… Как яблочки спелые. Упругие, мягкие, с коричневатыми со…

Взмахиваю головой и снова смотрю на близняшек в лифе.

Никакой Виталины. Хватит.

– Хотите, я вас расслаблю? Я очень хорошо делаю массаж…

Устремляю взгляд на её лицо и вижу, как она смотрит мне на пах.

– Напряжены? Исправлю.

Я усмехаюсь.

С радостью. Да только вот…

– Вернись к шесту. Массажи мне не нужны.

– Босс велел вас расслабить… Если не хотите так, я не против оказать и другие виды услуг, – улыбается, закусывает ровными зубами губу и елозит на мне.

– На шест иди, – приказываю ей. – И не возвращайся.

Она в обиде надувает губы и спрыгивает с меня.

– Импотент.

Может, так оно и есть.

Но последнее, что мне сейчас хочется – секса. И чпокать каких-то баб в клубе нет никакого желания. Резинки к тому же нет. А у меня голова на плечах есть – мне одного ребёнка хватит.

Продолжаю пить, даже не замечая девчонку, танцующую у шеста.

– Эмир Тагирович… – сладким голосом поёт секретарша. – Виталина задерживается. Это не в её духе…

– Она уволилась, – говорю холодно, держась за голову. Я ожидал, что будет похмелье, но не такое же, что аж не могу встать с кресла. О работе и речи быть не может.

– Как?

– Без лишних вопросов. Иди. Принеси мне лучше минералки.

Софа без пререканий убегает. Её нет пятнадцать минут.

Уже сам не выдерживаю, встаю со своего места. Выхожу из кабинета, делаю вид, что всё нормально. А у самого башка сейчас треснет.

Пускаюсь на лифте вниз. Опираюсь спиной о стенку кабины. Смотрю на цифры. Буфет на первом этаже.

Лифт привычно останавливается. Двери открываются, и в него заходит… Виталина. Поднимает взгляд. Если до этого она была задумчивой, то сейчас, видя меня, теряется. Но всё же заходит в лифт. Отворачивается, скрещивая руки на груди.

Надо просто промолчать. Сделать вид, что я её не знаю.

Но вместо этого мой рот открывается сам.

Виталина

– Да ладно! Виталина Александровна, вы серьёзно нас покидаете?

– Угум, – отвечаю, приподняв уголки губ. Настроения, если честно, нет никакого.

– Да на кого вы же нас оставляете? Кто теперь будет Эмира Тагировича успокаивать, когда он буйствует?

– Ничего. Справится, – заверяю я. Даже думать об этом не хочу. Вот только этих переживаний мне не хватало.

– Ну, я надеюсь, вы хоть новую помощницу подготовите за две недели?

– Нет. Я хочу написать заявление на отпуск.

Не могу я с Эмиром больше работать. Эти две недели я не выдержу. Ловить на себе презрительный взгляд, чувствовать вину и терпеть пренебрежение в мою сторону. Не смогу. Тяжело находиться с любимым человеком, которому так бесстыдно врала. А он теперь мне и не верит.

– А, хорошо… Сейчас.

Через десять минут я ставлю несколько подписей. Встаю со стула, забираю документы и прощаюсь. Хочу быстрее уйти. Мне бы домой… А то некомфортно чувствую себя в чужих вещах.

Да, я, как дурочка, не ночевала дома. Потому что знаю своих родителей – они назло остались в моей квартире и никуда не уехали. Ждали, пока их психованная дочь вернётся.

А я не пришла. Переночевала у Ксаны, а заодно рассказала ей обо всем. Хотелось кому-то поплакаться в жилетку. И когда я сделала это, стало проще, но наутро я встала немного разбитая. Лицо опухло от вчерашних слёз.

И теперь я выгляжу… мягко говоря, не очень. Ещё и не в своей одежде я словно не я. Мне пришлось брать вещи у подруги, чтобы явиться в офис – домой я так и не попала. Проснулась поздно и не успела заехать, решила сразу пойти увольняться.

Шагаю по коридору, стараюсь не смотреть по сторонам. Вряд ли Эмир окажется на этом этаже. Он сюда априори не ходит. Обычно это делаю я.

А пока здороваюсь со всеми подряд. Иду к лифту, поправляя расстёгнутое пальто.

Нажимаю на кнопку вызова и жду буквально минуту.

Убраться. Отсюда нужно убраться как можно скорее.

Лифт на моём этаже останавливается. Двери открываются, а я поднимаю взгляд с белоснежной плитки. И на секунду замираю, видя Эмира, опирающегося спиной о стенку кабины.

Делаю вид, что не замечаю его.

Хотя сердце громко ударяет под рёбрами.

Под ложечкой посасывает.

Отворачиваюсь от босса, взгляд опускаю. Хочется закашлять, но я просто стою. Бездвижно.

– Ты увольняться пришла?

От его голоса во рту сухо становится.

Но я нахожу в себе силы и отвечаю:

– Да. Вы же сами меня уволили, Эмир Тагирович.

– Я вспомнил, что ты должна отработать две недели. Ты сегодня опоздала. Завтра жду в офисе вовремя.

Чувствую его взгляд на своём теле. Такой жалящий, изучающий.

– Я уже написала заявление на отпуск, – проговариваю.

– Я его не подписывал, – холодно проговаривает.

А я усмехаюсь.

– С некоторых пор их подписываете не вы. А ваш заместитель.

Тихое цыканье за спиной удовлетворяет.

А вот эти пальцы на запястье – нет.

Лифт неожиданно останавливается, а меня дёргают назад. На каблуках, хоть и небольших, ничего сделать не успеваю. Чувствую холодную стенку кабинки и устремляю взгляд на Эмира. Нависнув надо мной, он прожигает меня своими дьявольскими глазами.

Испуганно смотрю на кнопку «стоп». Красным горит. Босс сам лифт остановил!

– Эмир Тагирович, соблюдайте субординацию, – напоминаю ему, а сама взгляд прячу. Чувствую, как босс своим вниманием проходит от шеи к декольте. И мне неловко становится.

У Ксаны одежда… Откровенная.

Чёрное платье на запахе и глубокое декольте делают своё дело.

– Не твой стиль, – вдруг подмечает Эмир.

– Откуда вам знать? – парирую. – Вы рылись в моём шкафу? Да вы извращенец, Эмир.

Забываю добавить «Тагирович». Хватит. Я его так звала, когда работала на него. А теперь я свободная.

– Знаю тебя слишком хорошо. Хотя уже не уверен. Ты дома не ночевала?

Как вообще догадался?

Пытаюсь вырвать запястье, но он сильнее в него впивается. А ещё хуже – ловит второе. Приковывает обе руки к стене кабинки.

– Отвечай, – требовательный голос мурашки вызывает.

– Дома, – громко сглатываю.

– Врёшь. Я видел, как ты с утра пришла с подругой. Как же её… Из технической поддержки, хм. Учитывая, что вы живёте в разных частях города и ты пришла ровно к восьми…

Я стреляю в него взглядом, полным вызова.

– И что? – вдруг вспыхиваю. Всё-то он знает! – Не ночевала я дома. Вам какая разница? Простите, Эмир, но, я думаю, это уже не ваше дело.

Вижу эти чёрные глаза. Искрятся даже в тени.

Эти нахмуренные брови.

Сжатые челюсти и тонкую полоску губ.

– На этом наши рабочие отношения заканчиваются. Я не желаю вас знать и…

Нет уж, хватит с меня.

Я не хочу всего этого.

Точнее, очень даже хочу, но мне так… Фигово. Я пока не готова выяснять отношения. Я ещё не до конца отошла после вчерашнего.

– Отпустите меня. Иначе я подам на вас в полицию за домогательство.

В ответ на мои слова лишь усмешка искажает его лицо.

Неожиданно двери лифта разъезжаются. Кто-то явно открыл его снаружи.

Выглядываю из-за широкого плеча – и едва не проваливаюсь сквозь пол лифта.

На нас смотрит целая куча людей.

И я, тут же вырвавшись, сигаю в толпу.

Кутаюсь в шарфик и бегу куда глаза глядят.

Нет уж! Больше я не поведусь на Эмира!

Если не хочет верить мне – пусть. Но на работу я к нему не вернусь. Хотел бы всё исправить – извинился бы, а не устроил допрос. Ещё и в таком грубом тоне!

Поэтому, выбегая из офиса, я достаю телефон. Листаю список контактов.

Нахожу нужный.

И звоню, немного заволновавшись.

Гудки обрываются, и я, не мешкая, уверенно говорю:

– Здравствуйте, Пётр Алексеевич, – веду себя максимально вежливо. – Помните… Вы предлагали мне должность личного ассистента? Ваше предложение ещё в силе?

Надеюсь, что да…

– А куда ты собираешься? – Рите явно не даёт покоя то, что её сестра так прихорашивается. Ну, вообще, да. Сегодня у меня собеседование в компанию Петра – и я хочу произвести хорошее впечатление.

А ещё очаровать его знаниями и внешним видом. Я собираюсь сказать ему о беременности, решив больше никогда не врать. Когда я этого не делала – в моей жизни всё было прекрасно. А теперь… Полный хаос.

– На работу устраиваюсь.

– Ты так спонтанно с прошлой уволилась… – добивает сестра.

– Почему же? – поправляю причёску. Беру свои любимые духи. Меня от посторонних запахов воротит, кроме одеколона Эмира и своих. Теперь буду ощущать только свои. – Всё нормально. Босс узнал о моих отношениях со Стасом и уволил. Всё логично.

– Ну он и говнюк, – в возмущённом жесте руки скрещивает.

Я улыбаюсь.

Так. Больше не буду унывать.

Мне всё равно. Пусть живёт со своей суррогатной матерью, как хочет!

– А тебя беременной-то возьмут?

– Возьмут, – заверяю её. Хотя я не уверена. Собственно, всё это я и делаю, чтобы меня приняли.

– Если юбочку покороче наденешь, то шансы вырастут, – хихикает Рита.

– Да ну тебя, – отмахиваюсь.

– Ты в курсе, что родители удумали? – вдруг проговаривает она.

Честно? Знать не хочу. Телефон от звонков разрывается. Они, благо, больше не приезжали. Знают, что дверь я им не открою. Я, кстати, поменяла замки. Так, на всякий случай.

– Что, даже не спросишь?

– Ладно, давай, – вздыхаю и сдаюсь. Поворачиваюсь к сестре лицом. И выжидающе смотрю на неё.

– Хотят, чтобы ты замуж за Стаса вышла.

Нервный смешок сам из горла вырывается.

– Чего-чего? – сажусь рядом. Если сейчас подробности узнаю – упаду. – В смысле? Они что, не слышали, что я говорила?

– Ты же их знаешь, – пожимает Рита плечами. – Мама в бешенстве была. Нашла номер Стаса. Они о встрече договорились. Что на ней было – не знаю, но мама решила выдать тебя замуж за Стаса. Сказала, что незамужняя и беременная – позор на всю семью. Плюс! Говорит, нужен добытчик в семье. Кто ребёнка содержать будет?

У меня запаса матерных слов не хватает на всё это.

– Я разберусь, – резко встаю. Настроение на дно катится. – Мне бежать надо. У меня собеседование с Петром в ресторане.

– Ого, а с каких пор это собеседования в ресторанах проходят?

Хороший вопрос. Я задалась им тоже, но мне нужна работа. Надо показать боссу, то есть Эмиру, что могу справиться и без него.

Поэтому одеваюсь, вылетаю из дома и бегу к метро. На всех парах спешу в ресторан. И когда оказываюсь внутри – чувствую себя неловко. Я привыкла с Эмиром по таким местам ходить. И если честно, то сейчас без него мне некомфортно. Но я отдаю верхнюю одежду в гардеробную на входе. Иду к столику, узнавая Петра по затылку. Он оглядывается и замечает меня.

– Виталина, – улыбается, подскакивает со своего места и отодвигает мне стул. Я благодарю его, устраиваюсь рядом.

– Добрый день. Спасибо, что нашли для меня время.

– Ты когда позвонила, я был в шоке, если честно. Эмир потерял драгоценный камень. Совсем тебя не ценит.

Я улыбаюсь.

– Ничего, в жизни всякое бывает.

Он садится, пододвигается ближе к столу. Пальцы в замок складывает.

– Что-нибудь закажете?

– Нет-нет, – отмахиваюсь. – Я чисто по делу, поэтому буду рада, если мы сразу же к нему перейдём.

– О, мне уже нравится, – улыбается ещё шире. – Меньше слов – больше дела. Я, в принципе, зная слухи и вас, могу сразу сказать, что работа у вас, Виталина, есть. Зарплата около ста пятидесяти, но важный факт – я могу вызвать тебя среди ночи.

Как-то странно мы на «ты» перешли. И вот эта ночь слух режет.

Почему-то, когда мы обговаривали подобное с бывшим боссом, такого подтекста я в его словах не замечала. А вот у Петра…

– Я готова к труду и обороне двадцать четыре часа в сутки. Но прежде, чем вы возьмёте меня на работу, если, конечно, сделаете это, мне хотелось бы кое-что вам сказать.

Неловко до жути, но я собираю всю волю в кулак.

– Я беременна.

Вижу, как взгляд Петра тухнет. Улыбка с лица пропадает.

Да-а, тяжело мне будет найти работу…

– От кого? – нелепо спрашивает.

– Думаю, это не важно. Я пойму, если вы откажете. Но если нет, я буду готова работать и в декрете из дома.

Вижу, как он сомневается. И его интерес ко мне гаснет.

Что, уже не так привлекаю? Забавно. Надо было начать с этого раньше. Может, не пришлось бы тратить время впустую.

Выхожу из ресторана и направляюсь в сторону метро. Настроение упорно и стремительно летит вверх.

Пётр всё же взял меня на работу. Как это получилось – не понимаю.

Выходить с понедельника. У меня есть ещё два дня, которые я могу спокойно провести в своё удовольствие. Полежать и покайфовать!

В честь этого – покупаю горячий кофе в Бистро, грею им руки. И хочу зайти в универмаг за мороженым.

Но все мои планы нарушает звонок. Достаю телефон из сумки, смотрю на светофор, чтобы перейти дорогу. И отвечаю, даже не взглянув, кто это.

– Виталина, привези мне документы домой, – сразу же узнаю голос бывшего босса. Тихий такой, словно шёпотом говорит.

– Какие?

– Все, которые есть в первом ящике.

– Хорошо. Буду через час.

– Захвати нам кофе. Ночь будет тяжёлой. Работы много.

Я выключаюсь, иду по пешеходному переходу и составляю план в голове.

И, если честно, я пока ничего не могу совместить. Мне надо в офис, забрать документы, а потом ехать к Эмиру домой. Зачем мне тогда мороженое? Чтобы поесть после!

Стоп.

Какой Эмир?

Я резко останавливаюсь, смотрю на телефон.

Шестерёнки в голове крутятся.

И мозг взрывается.

Это что только что было?

Я что, по привычке ответила ему как ассистент?

А он? Что он хотел сказать этим?

Ничего не понимаю…

Но подпрыгиваю на месте от звука клаксона.

Озираюсь по сторонам, смотрю на светофор и вижу красный. А я посреди дороги.

Вот чёрт!

Быстро бегу и поглядываю на телефон.

Я что, только что пообещала привезти бывшему боссу документы? К нему домой?

Я только поняла, что сказала эти слова на автомате. Рубильник щелкнул, и я тут же согласилась.

И что теперь делать?

Правда ехать туда?

Это шанс всё исправить.

К тому же… Я духами набрызгалась. Эмир же должен узнать меня по ним?

Нет, Виталина, одумайся. Он вытер об тебя ноги. Ты должна воротить от него нос, гордо вздёргивая подбородок. Так почему же ты задумываешься о том, чтобы сейчас взять и помчаться к нему?

Хочу. Поделиться с ним новостью, что нашла работу. Жду шикарного малыша (я не сомневаюсь!). И показать Эмиру, что он был не прав, подумав обо мне так грязно. Что на самом деле я не воспользовалась историей, которой босс со мной поделился.

И когда я докажу ему всё… Заставлю бегать за собой с извинениями.

Точно!

Хотя я сомневаюсь. Но всё же направляюсь к метро, еду в офис. Забираю (по старой дружбе с охранником и секретарём) бумаги. И лечу к Эмиру домой. Делаю огромную ошибку.

Но в любой момент могу дурочкой прикинуться. Сказать, что сделала всё машинально. И ведь правда! Это просто профессиональные издержки.

Через полчаса я стою у дверей босса. Открываю своим ключом.

Да, у меня есть ключ от квартиры Эмира! Но это ничего не значит! Я лишь его бывший личный ассистент. Мне по должности положено ездить к нему домой. Иногда.

Захожу специально громко. Чтобы первые шаги сделал он, осознав, что я уже в квартире.

Почему я снова его духи чувствую и бешусь?

Убить готова!

– Виталина? – слышу тихий хрип.

Не поняла…

Скидываю с себя сапоги, верхнюю одежду и иду на странные звуки. У Эмира трёхкомнатная квартира, поэтому потеряться невозможно. Прохожу зал, следую в спальню. Открываю аккуратно дверь и замечаю мужчину, лежащего на кровати. С красными щеками и носом. Он лежит под одеялом и зубами стучит.

– Я забыл, что ты у меня уже не работаешь, – оправдывается сходу. И кашляет. Громко так, что чуть лёгкие не выплёвывает. – На автомате позвонил.

Капец.

Он воспользовался моим аргументом!

– А я на автомате ответила, – гордо вздёргиваю подбородок. Подхожу к нему, опускаю папки на тумбу. – Вот, держите. Я могла бы передумать, но была недалеко от офиса.

Да, совершенно в другом конце города!

– Спасибо, – благодарит, кивая.

А я не спешу уходить. Чтобы он духи мои почувствовал, и наконец понял, что я его не обманываю.

Но Эмир неожиданно шмыгает носом, словно издеваясь надо мной.

Насморк! Нос забит!

– Пока не ушла, подай ноутбук, пожалуйста, – впервые просит вежливо. Что-то с ним не так. Он заболел. Это я уже поняла, не глупая. Но интересно, насколько ему сейчас плохо?

Подхожу к столику, беру Макбук и отношу ему. Наклоняюсь, трогаю ладонью его лоб.

Горячий, чёрт.

– Температуру измерял? – спрашиваю скептически.

Мой план провалился. Духи он не почувствует – нос заложен.

Оставлять болеющего человека, когда он даже из-под одеяла выбраться не может, – не могу.

– Измерял.

– И?

– Тридцать девять.

– Капец… ты скорую вызывал?

– Вызывал, – кивает. Опять вся челюсть трясётся. – Сказали, приедут. Со вчерашнего дня жду. Работа стоит. Зам слёг тоже. На встрече, твою мать, кто-то бациллу притащил.

Мда…

– Ладно, – начинаю злиться. Стягиваю с себя шарф, кидаю на кровать. Волосы в пучок собираю. Покрасовалась и хватит. – Я позвоню частному доктору. Пусть приедет. Но, чур, оплачиваете вы из своего кармана.

– Меркантильная, – кидает издевательски и хрипло. Чёрт. Он сейчас такой безобидный, милый. Что мне обнять его хочется и к груди прижать. – Даже когда человек умирает, думаешь о деньгах.

– Я экономная, – довольно улыбаюсь. Достаю телефон из сумочки, звоню доктору Дубровскому. Хороший терапевт. Часто ходит на вызовы и работает совсем недалеко.

Обещает приехать через полчаса.

Спрашиваю, что пока могу сделать. Говорит, дать Эмиру таблетку обычного парацетамола. Обтереть его, если вспотел, и покормить. Ну, много чего сказал.

Отключаюсь и цыкаю.

Вот же попала!

Оборачиваюсь, а Эмир на меня смотрит. Натянул одеяло до подбородка, прищуривается. Дышит так, словно пар сейчас из носа пойдёт.

Так и хочется спросить, чего он пялится, но босс сам отвечает:

– Я есть хочу.

Как ребёнок!

Кидаю телефон в кресло и устало вздыхаю.

Так, нужно собраться.

Первым делом нахожу в аптечке лекарства, которые перечислил доктор. Даю их Эмиру. Он кривит нос, но всё же пьёт.

Потом уже нахожу в холодильнике курицу, варю бульон. А в это время приближаюсь к «пациенту» и стаскиваю с него одеяло.

– Хватит тебе кутаться в него. Ещё больше температуру себе повышаешь.

Капец, убираю одно одеяло, а под ним ещё одно. Я-то уже в квартире вся вспотела с таким мощным отоплением!

– Виталина, я тебя убью, – озлобленно стучит босс зубами.

– Сейчас ещё сильнее убьёшь, – прищуриваюсь. Подхожу к окну, открываю форточку. Он вроде перестал так сильно потеть. – Зима, свежий ветерок… Всё, что надо для больного! А теперь…

Я оборачиваюсь. Так, теперь нужно принести ему воды. Что и делаю.

И спрашиваю себя: зачем?

Не знаю. Не могу просто так оставить босса одного.

Протягиваю небольшую бутылочку с водой.

– Пей, восстанавливай водный баланс.

Следом опускаю на лоб прохладное полотенце.

– И так дубак, куда ещё сильнее?

Какой дубак? Просто свежий воздух пускаю.

– Лежи и молчи, – цежу сквозь зубы. Я тут с ним и так и сяк. Хотя вообще должна обижаться и злиться на него. Но нет. Почему-то сейчас ухаживаю за ним, а ведь могу пойти домой и спокойно есть своё мороженое.

– Я пошла готовить еду, – не знаю, зачем говорю ему.

– Хочу мяса, – бубнит из-под тонкого одеяла. – Шашлыка. Свинины. В уксусе или пиве.

– Обойдёшься.

На этих словах скрываюсь в кухне. Приготовив бульон, кидаю в него немного мяса, зелени – и на подносе тащу к этому обломщику. По-другому я его назвать не могу. Вместо того, чтобы лежать у себя дома, я тут… Между прочим, рискую своим здоровьем.

Хотя… Меня никакая болезнь не возьмёт.

– Приятного аппетита, – желаю Эмиру и снова даю градусник. Надеюсь, ему стало лучше.

38,5.

Ладно…

Но к ночи опять, скорее всего, повысится.

Я вздыхаю. Спать сама хочу до безумия.

Думаю прилечь на диване – вздремнуть полчасика, но вовремя приходит доктор. Проводит осмотр, слышит пару «ласковых» от Эмира, что он не больной и вообще, какие уколы, о чём он говорит. У него так спёкся мозг, что он не заметил, что именно говорил ему врач.

– Тяжёлый случай, – качает Дубровский головой, выходя из спальни. – В общем. Я выписал лекарства. Лучше не станет – колите уколы ему в жоп… Пятую точку. Противный он у вас до жути, барышня.

– Он такой, – поглядываю в комнату. Мужик же.

– Больше воды давайте.

Я киваю.

Ещё что-то объясняет и уходит. И мне надо собираться уже. Поздно. Моё собеседование и так было вечером, а тут ещё… Да, надо валить.

Заглядываю в спальню. Вроде Эмир уснул.

Смотрю на время – уже двенадцать.

Мда…

Домой добираться опасно.

Такси – дорого. Я сейчас экономлю.

Ничего же не будет, если я останусь ночевать здесь?

У Эмира вторая комната есть. Но вместо того, чтобы пойти в неё, закрываю этому дураку окно, а сама иду в зал. Хватаю подушку, плед и засыпаю на неудобном диване.

Эмир

Открываю глаза и вообще не понимаю, что происходит. Два дня – как в тумане. Ничего не помню, что в реальности было. Только сон, как позвонил Виталине и сказал, чтобы ко мне приехала.

И она примчалась! После того, что я наговорил. Потом ухаживала за мной, точнее, издевалась, отбирала одеяла, поила какой-то дрянью. А ещё вызвала какого-то дедугана, что выписал мне уколы в жопу.

Благо, до них дело не дошло.

А теперь встаю с трудом.

Точно не дошло?…

Иду сразу же в душ. Сегодня чувствую себя намного лучше. Правда, чёрт возьми, нос до сих пор заложен и горло дерёт так, будто красным перцем изнутри всё измазано.

После душа направляюсь в зал. Оглядываюсь, следов Виты не нахожу. Значит, всё же мой безумный бред был просто сном. И слава богу. Как я мог больной позвонить беременной девушке?

А если бы она заразилась?

Дурной.

И всё же хорошо, что это сон.

Захожу на кухню, чтобы позавтракать и немного поработать. С некоторых пор я занимаюсь делами один. Помощников нет. Виталина незаменима, и я пока никого себе не нашёл. Заместитель мой, как придурок, тоже слёг. Вчера звонил, говорит, с унитаза слезть к тому же не может – работать тяжело.

А я считаю – локация то, что нужно. Ноутбук на коленки и сиди себе, трудись. Нет же!

Достаю из холодильника колбасу. Надеюсь, она ещё не заплесневела. Я редко ем дома.

Оборачиваюсь, и взгляд сам на стол падает. М-м-м, а это что ещё такое?

Не чую, но судя по всему… творожники.

Стоп. В этом доме не было еды со времён… Да её никогда тут не было!

Наклоняюсь, принюхиваюсь. Если вдруг это прикол чей-то.

Не чую.

Отрава, что ли?

Цепляюсь взглядом за листок под тарелкой. Достаю его, разворачиваю и читаю два предложения, выведенные красивым знакомым почерком.

«Не болейте. Сгущёнка в холодильнике, отчёты в папке «Для дебила»

Стою – и пошевелиться не могу.

Значит, это был не сон.

Я реально позвонил Вите – и она приехала. Хлопотала тут надо мной, мучила меня, а утром растворилась, оставив завтрак.

Выпишу ей прем…

Точно, она же уволилась.

Ладно, пусть не платит в этом месяце за квартиру. Договорюсь с арендатором.

В остальном я пока сближаться не собираюсь.

Нет уж, беременные девушки для меня табу. Учитывая, что ребёнок не от меня.

Завтракаю, отмечаю, что всё очень вкусно, и принимаюсь за работу. Но как только сажусь, звонит телефон. Я нехотя отвечаю.

– Привет, – Лена чуть не поёт.

– Что надо? – говорю устало. Да, в принципе, зачем?

– Денюжка кончилась. На витаминки надо.

– Пришли, какие, сам куплю.

– Ну, не-ет, их в городе совсем-совсем нет. Я нашла тут сайт один, подешевле. Всего семь тысяч стоят. А так на них тысяч пятнадцать надо! Топовые витаминки, я как цену увидела – офигела!

– Название, – говорю настойчиво, не собираясь играть в её игры. Лена сквозь зубы говорит название и выключается. Проверяю стоимость лекарств и понимаю, что моя суррогатная мать волшебным образом увидела лишний ноль.

Скидываю ей тысячу рублей с припиской, чтобы купила ещё и аскорбинку.

Погружаюсь в работу, но долго сидеть на месте не могу. Откладываю ноутбук и решаю поговорить с Виталиной. Нормально. Последние наши встречи были жуть какими напряжёнными. Да, она меня обманула. Но, чёрт, я человек же. Хотя бы надо сказать спасибо за заботу.

Через полчаса стою возле квартиры Виталины. Жму на кнопку звонка. Волнуюсь немного. Наговорил я ей многого, но, чёрт, не надо было от меня это скрывать. Она спала со мной с чужим ребёнком в животе. Это – ненормально.

А потом ещё и начала мне врать. Снова. Про то, что та незнакомка из номера – она.

Подло.

Не слышу даже шагов по ту сторону двери.

Нет её дома? А где она может быть? Может, съехала? Она могла. Квартира ей была выделена, как работнику моей компании. Решила не злоупотреблять? Если так – Виталину я узнаю.

– О, это ты? – слышу знакомый голос и оборачиваюсь. Замечаю женщину, которую уже однажды видел. Причём в этой же квартире. – Мужик, с которым моя дочь целовалась? А ты чё тут забыл?

– Не ваше дело, – цежу сквозь зубы.

– Моё-моё, – останавливается на одну ступеньку ниже. – А вот тебе пора забыть дорогу в эту квартиру. И цветочки дарить.

Кивает на букет в моих руках.

Не собирался за Витой ухаживать, но решил хоть чем-то оплатить за заботу.

– Если ты не слышал – моя дочь беременна.

– Я в курсе, – киваю всё ещё сдержанно.

– И скоро выходит замуж.

– Правда? – выгибаю в изумлении бровь. То есть у них всё настолько серьёзно? Конечно, Эмир. У них ребёнок скоро будет.

Она довольно улыбается. Лезет в сумку, протягивает мне прямоугольную красочную бумажку. С розовыми лебедями.

Фу.

– Держи, приглашение.

Принимаю его только для того, чтобы удостовериться, что всё это правда.

Смотрю…

Свадьба через три недели.

Так быстро?

Ребёнок, Эмир. Её парень только узнал о его наличии, конечно, в кратчайшие сроки он позовёт её под венец.

И она согласилась, раз всё это устроила.

Засовываю приглашение в карман. Не знаю, зачем. Отдаю женщине букет.

– Вам. За то, что дочь такую умную и хорошую родили.

Говорю это и мимо пролетаю, сжимая зубы до скрипа.

Сам не понимаю, как направляюсь в бар. Напиваться – не лучшее решение. Но решаю немного подлечиться как настоящий русский человек. И всё равно, что я татарин. Заказываю целую бутылку виски. Отговариваю себя несколько раз. Но срываюсь, хоть явно пожалею на следующий день об этом.

Мало тебе, Эмир, мало.

Обхватываю стакан пальцами и собираюсь опрокинуть его содержимое в себя.

Но останавливаюсь, когда слышу знакомый голос.

– Блин, жмот этот денег не дал. Мне теперь кофту не на что купить.

Узнаю этот противный голос из миллиона.

Отставляю стакан, смотрю в сторону, узнавая затылок и спину своей суррогатки.

Сидит в баре (!) с каким-то мужиком, лица которого не вижу из-за её башки. И жалуется, что я не дал ей денег.

Наглая девица.

Чересчур наглая.

Надо бы её проучить. Если она думает, что мой ребёнок в животе как-то позволит мной манипулировать – ничего подобного.

Хочу встать, разрушить их идиллию, но вовремя останавливаюсь, когда вижу знакомую морду мужика, которая сейчас выглядывает из-за пышных волос.

А вот это уже интересно.

Это разве не тот врач, что брал у нас анализы на тест ДНК?

Я, конечно, на мужиков не засматриваюсь, но козлиную бородку запомнил в прошлый раз. Так отчётливо, что теперь точно узнаю этого человека.

Не понял.

А почему они вместе?

И зачем моя суррогатная мать жалуется ему, что не может купить себе кофточку?

Хочу встать, подойти и потребовать объяснений.

Но я остаюсь на месте. Отворачиваюсь и пересаживаюсь так, чтобы меня не заметили. Внимательно слушаю двоих, играя в чёртового шпиона.

Когда вообще такое было?

– Странный он, – тянет мужик. – Ты всё же его ребёнком беременна. Мог бы и подкинуть баблишка.

– Да он мне уже давал. Причём много. Ты, блин, сам их тратил, между прочим. Машину мы на что купили, ипотеку я погасила? А тебе, братец, я мощный компьютер купила, чёртов ты задрот. Потому что тебя жаба душила!

Мне кажется – или сейчас мои глаза вылетают из орбит?

Как она его назвала? Братцем?

Это у него такое прозвище среди врачей или как?

– Плюс маму в санаторий отправила. Ты, кстати, ей звонил?

– Мамуля хорошо поживает. Отдыхает, попивает коктейли. Сказала, что навсегда остаться там хочет.

Где Вита?

Она бы сейчас меня остановила, чтобы я случайно не подорвался и не ударил кого-нибудь по лицу.

Хоть пока ничего и не понятно.

Я держусь.

Сжимаю стеклянный стакан пальцами. И включаю диктофон на телефоне, чтобы разговор записался. На всякий случай.

Если мои опасения сбудутся – я собираюсь отсудить у этой суки свои бабки. Мне не жалко, но кажется, меня развели как самого настоящего лоха.

– Ну, вот. Деньги нужны. А скряга этот не даёт. Представь, он мне тысячу прислал. Говорит, на витамины и аскорбинку.

– Хоть тысячу. За чужого ребёнка столько бабок получить – только моя сестра способна.

Каждое слово набатом бьёт в голове.

За****ь.

Они что, издеваются надо мной?

Всё же мои опасения сбылись. Меня нагрели.

Ребёнок не мой.

И только сейчас осознаю, что брат с сестрой, чтобы поиметь бабок, подделали ДНК-тест – и теперь сосут с меня деньги. Я правильно понимаю?

Но чёрт!

Помимо злобы и ненависти, я чувствую облегчение.

Не мой!

Не будет жить малыш в ненависти и равнодушии. Я ведь себя не знаю. Не в курсе, как отреагировал бы на нелюбимого и нежеланного ребёнка.

– Ну, так сестрёнка – гений, – хихикает Лена. Вот… Цензурных слов на неё не хватает. – Ничего. Сейчас прикинусь больной. Пойду к другу твоему, Пашке. Скажет, что у меня там проблемы, денег дофига надо. Ну и, если что, в долю его возьмём. Этот миллиардер столько отбашляет за карапуза. А потом, как родится, сбагрим. Я получу оставшуюся часть и… заживём!

Офигела вообще?

Чуть не подскакиваю.

Но опять задницу к стулу приковываю.

– Может, в суд подадим? Ну, типа: «Я мать, там, все дела. Хочу с ребёнком видеться». Он же ещё заплатить должен, чтобы ты от него отстала.

Интересно, сколько мне дадут лет за убийство? Если я сейчас всё же сорвусь.

– Не. Не получится. Мы же контракт заключили новый. Там написано, что не могу я потом на ребёнка претендовать. Сразу отказ. А если не сделаю – штраф такой, что он мне столько денег за три беременности моих не даст.

– Дура ты, Ленка. Надо было этого лоха ещё развести.

Да, мужик прав. Меня обвели вокруг пальца, как обычного лоха.

Но кто же знал, что она поведёт меня на экспертизу к своему брату. Вот сучка!

– Кстати, ты не пробовала найти того, от кого залетела?

Я пытаюсь сдержать злость. Хочу разбить свой чёртов стакан о пол и кинуть в этих двоих осколки. Жестоко, но очень хорошо передаёт моё желание убивать. Обоим бы шеи посворачивал.

Прямо сейчас бы со стула спрыгнул, пошёл бы к ним – и прописал хороших люлей.

Но я человек злопамятный. Да.

А ещё настроение у меня до жути плохое.

Виталина, помощница моя, беременна. Не от меня.

Замуж собирается скоро.

А я остался один. Даже ребёнка никакого не будет.

Поэтому я настолько зол, что превращу их жизнь в ад. Только вот чужого дитя жалко.

Ничего… Как только родится – органы опеки сразу его заберут и в нормальную семью отправят. Всё же не с этими махинаторами жить будет.

Найдут, к чему придраться – это я обещаю.

– Да не. Зачем? Я лицо его помню, но искать не особо хочу. Вообще, надо бы ему потом спасибо сказать. Мне так подфартило. В клубе тусила, всё жертву искала, кто сперматозоидами поделится. Но ладно, фиг с ним. План сработал. Так вот. Дверь в вип-комнату открыта была. Ну, я зашла, а он там пьяный вдрызг.

– Да-да, ты же уже рассказывала, – смеётся мужик. – Ты его во сне возбудила. И дело своё сделала.

Мерзость.

Брат с сестрой говорят о такой мерзости.

Того пьянчугу тоже жалко.

Лёг поспать, а ты уже отец через девять месяцев.

Капец тотальный.

– Ну, всё, хорош, – отмахивается.

Да, точно. Правильно говорит – хватит.

Сегодняшний день хоть только и начался, но уже чересчур насыщен информацией. Так что встаю и выхожу из бара.

Приезжаю домой, доедаю творожники, которые приготовила Виталина. С ней я разберусь чуть позже. А пока…

Звоню Лене.

Она берёт быстро и кокетничает со мной по ту сторону телефона:

– Пупсик, ты?

Хочется послать её на хрен.

Но я терплю.

– Нет, это не пупсик, – отрезаю. – Завтра утром записал нас к врачу. Сходим, проверимся. Это в контракте прописано. Срок подошёл.

– Да, я помню этот пункт. Хорошо.

Она не сопротивляется, и меня это радует.

Говорю ей время и место встречи.

Ради такого дела я даже заеду за ней и подвезу.

Хотя… нет.

Поедет на такси или пойдёт пешком.

После того, как отключаюсь, звоню в хорошую клинику. Нейтральную. Проверяю, нет ли там случайно родственничков этой суки.

И с наслаждением жду завтра.

–Ты нормальный вообще? – опять недовольная мина. – У меня ребёнок твой, а я вынуждена ещё от остановки до больницы идти пешком. Ты мне специально так такси заказал?

– Нет, – говорю серьёзно. А самому смеяться хочется. – Видимо, точка высадки сама съехала. – Ладно, идём.

Я подхватываю её за руку и веду в клинику.

Держу, чтобы не убежала.

В холле раздеваемся, нас провожают к врачу.

И Лена резко останавливается, когда видит табличку на двери.

Что, куколка, не ожидала? Думала, в игры играть будем?

– Что это? – округляет от шока глаза. – Ты меня зачем сюда привёл?

Я усмехаюсь, открываю двери и тяну Лену за собой.

– Прости, но прежде чем я перепишу всё состояние и компанию на ребёнка, я должен ТОЧНО удостовериться, что он мой.

Виталина

– Я что-то не поняла, – Ксана, судя по её выражению лица, точно ничего не понимает. – Ты поменяла замки, но твоя мать вызвала слесаря и под видом, что живёт там, вскрыла дверь?

– Ага, – киваю. Нет, ну, родители у меня с прибабахом.

Вернулась утром домой, а там мама. Говорит, что я замуж должна выйти за Стаса.

Ага, я что, дура?

Я замуж не собираюсь.

Поэтому собрала все свои вещи и переехала к подруге. Временно, пока не найду новую квартиру. Около месяца придётся точно пожить у неё.

А потом оборву все связи.

У меня нервы не железные, мне волноваться нельзя.

И общение дальше поддерживать с родителями – не желаю. Не знаю, чего они пристали. Всё это время я им не нужна была, а теперь…

– Капец. У тебя мама настырная до жути. Отец такой же?

– Да, – киваю, снимая сапоги. – Ну, я не удивлена. Если мать идеей загорелась – её не остановить. Мне бы по-хорошему со Стасом поговорить, но он по работе уехал. Я была у него в офисе, хотела встретиться.

– Ну ты даёшь…

Я сама от себя в шоке.

Ладно, родители. Они у меня с изюминкой, которую я бы вообще выкинула. Но Стас… Он ведь согласился, раз мать даже приглашения за ночь (!!) сделала.

Я считаю, что это перебор.

Поэтому обосновываюсь у подруги. Пытаюсь прийти в равновесие, хотя получается плохо – завтра на работу. Я вся на нервах.

Так что весь день ем мороженое, смотрю турецкие сериалы, которые ненавидела ранее. А теперь взахлёб «проглотила» чуть ли не весь сезон, рыдая при этом.

Благо, на утро я выглядела как человек, а не опухшая ходячая фигня. Отправилась на работу к Петру. Меня приняли тепло, я подружилась с коллективом, хотя нашлись и недовольные.

Например, секретарь Петра.

Невзлюбила, гадина.

Но мне плевать.

Мне деньги нужны.

Большая часть рабочего дня проходит хорошо. Пётр, даже, кажется, немного щадит меня, зная о моём положении.

– Через два часа у нас встреча с моим новым партнёром, – извещает босс. Я киваю.

– Нужно что-то подготовить?

– Да, распечатай несколько бумаг.

И всё. Поручений у меня мало.

Время пролетает быстро, незаметно.

Я ухожу за кофе, возвращаюсь вовремя. Ожидаем, когда придёт новый партнёр. Поскорее бы со всем закончить и отправиться домой. Мы с подругой договорились сегодня посмотреть кино.

Дверь в кабинет распахивается, я поднимаю голову и смотрю на вход.

Сердце вниз падает.

Пальцы сжимают ручку, и я хлопаю глазами, пытаясь чётче рассмотреть вошедшего.

Может, у меня линзы некачественные?

Но почему на пороге появляется Эмир?

Спокойный такой, вальяжный.

Взглядом по мне мажет и усмехается карими тёмными глазами. Бесята в них играют.

– Пётр, рад, что ты согласился на моё предложение, – улыбается, проходит вглубь кабинета и садится рядом со мной.

Почему так близко???

– Да, я передумал.

Серьёзно??

Спустя два месяца Пётр взял и передумал??

Это с каких пор??

Да они с Эмиром друг друга терпеть не могут!

А сейчас он решил согласиться?

Не верю!

Смотрю в окно – уже семь часов вечера. Мой рабочий день закончился, но я вынуждена сидеть здесь.

Может, сказать, что мне нехорошо, и уйти?

Отличный план.

– Виталина, предоставь Эмиру Тагировичу все документы.

Я встаю, вся трясусь, но делаю своё дело. Дохожу до рабочего места, возвращаюсь обратно с несколькими подготовленными для новых партнёров бумагами.

Ага, новый он, как же.

Что опять задумал?

Подаю Эмиру документы и терпеливо жду.

Он вчитывается как назло очень долго.

– Вот тут у меня вопрос, – указывает пальцем.

Я чуть наклоняюсь, всматриваюсь в буквы.

– А, – понимаю и начинаю ему объяснять. Вопрос с подковыркой.

Правда, Эмиру, кажется, плевать. Потому что он вообще меня не слушает. Только сверлит листок взглядом.

– Ага, ладно, – неожиданно отзывается. Подписывает бумаги.

Буквально через секунду Петру звонят. Он извиняется, отвечает на звонок. Внимательно слушает собеседника, а потом, кивая, встаёт.

И, на секунду закрывая микрофон телефона, проговаривает:

– Извините, важный звонок.

Он выходит из кабинета, а я и опомниться не успеваю, как сильные руки обхватывают талию и одним резким движением сажают меня на стол.

Ох, чёрт.

В прошлый раз, когда такое произошло, Эмир предложил мне стать его суррогатной матерью.

Надеюсь, в этот раз разговор будет о другом.

Поднимаю на Эмира испуганный взгляд и не понимаю, в чём дело.

Он мстить пришёл? За ложь мою?

– Вы чего? – хлопаю удивлённо ресницами. Ладонями стискиваю белую рубашку, облепливающую его идеальное тело.

– От тебя приятно пахнет, – вдруг произносит, снова принюхиваясь.

И внутри всё сжимается.

В голове полная мешанина.

Не знаю, что чувствую. То ли радость, то ли испуг.

Да, с некоторых пор я начала пользоваться теми духами…

Которые, по-видимому, он и учуял, когда я наклонялась к нему.

– Рада, что вы оценили, – волнительно сглатываю. – Может, отпустите меня?

Брови Эмира сдвигаются на переносице.

– Так это правда? – вдруг выпаливает. Лицо серьёзно, как и его тон. В глазах не капли игривости.

– Что правда? – уточняю.

– Что это ты была тогда в номере отеля.

Вздыхаю, но всё же произношу, не желая идти на попятную:

– Я ведь говорила тебе, но ты мне не поверил.

– Вит, а что я должен был подумать? – цедит сквозь зубы. Сердится. – У нас всё шикарно. Я предлагаю тебе переехать ко мне, а тут я узнаю, что ты беременна. Да мало ли, что ты могла сказать?

Я его понимаю. Со стороны это выглядит страшно и больно, но…

– Ты усомнился во мне, – напоминаю.

– Да, потому что это жизнь, Вит. Тут облапошат и взглядом не моргнув. Да, я думал, ты меня предала.

– Ну и пусть, – киваю обиженно.

Злюсь. Не знаю, почему.

Я понимаю Эмира.

Все его чувства, эмоции.

Но я беременная девушка!

И я – обиделась!

– Думай так и дальше. Но у меня были свои причины тебе ничего не говорить, а не потому, что я не хотела.

Я спрыгиваю со стола, а Эмир не даёт уйти. Сильнее пальцы на талии сжимает и на место меня возвращает.

Лицо моё ладонями обхватывает и заставляет смотреть только себе в глаза.

– Ребёнок мой?

– Мой, – выпаливаю, не подумав.

– Вита, я сейчас серьёзно, – голос мгновенно меняется, а Эмир словно звереет на глазах.

Я поджимаю губы.

– А что, если да? Аборт поздно уже делать, – говорю ему сразу. Я до сих пор помню его слова. Что как только обнаружит девушку из отеля, то отправит её на аборт.

– Ты с ума сошла, Вита? Какой аборт? Я тебя не отпущу.

– Я сама уйду, – проговариваю и всё же выворачиваюсь из его хватки.

Не знаю, что на меня находит!

Я как вспоминаю ту Лену с его ребёнком в животе, меня аж выкручивает!

Спешу быстрее к двери. Дёргаю за ручку, а она не поддаётся.

Закрыта.

На ключ.

С той стороны.

– Вита-Вита, – слышится довольный голос за спиной. – Дурашка. Возвращайся обратно. Нам с тобой явно есть, о чём поговорить.

А это что ещё за выходка?..

– Какой Пётр неуклюжий, – говорит Эмир, делая такое лицо… будто специально всё. Актёр погорелого театра, чёрт!

– Объясни, что происходит, – требую.

– Не знаю, – пожимает плечами. Легко так. За дурочку меня держит? – Захлопнулась, наверное.

Делает шаг ко мне.

– Да, конечно, так я тебе и поверила, – скрещиваю руки на груди.

А он ещё ближе подходит.

Вплотную.

Чёрт, этот кабинет казался мне большим, а сейчас он такой тесный, маленький. Эмир быстро приближается ко мне, нависает, опираясь ладонями о стену по обе стороны от моей головы.

– Так, значит, ребёнок мой, да? – довольно урчит. Как котяра, нажравшийся сосисок.

– Не твой, – выпаливаю.

– Да ты сама себе противоречишь, – прищуривается. Ну, он прав, но…

– Нет, – мотаю головой и смотрю в карие, тёмные глаза цвета кофе. – Просто…

Делаю паузу.

– Ну, твой он, ладно.

Взгляд опускаю. Слышу тихий смешок.

– Трусы мне потом верни, – бью его в плечо. Смешно ему! Мы бегали два месяца друг от друга, а теперь…

– Могла и раньше забрать, – вижу, как он наклоняется. И снова взгляд на него возвращаю. – Давно ты знаешь об этом?

– Нет, – опять качаю отрицательно головой. – Пару недель. Как трусы в бардачке нашла.

– И почему раньше не сказала?

– Ну… – тяну. – Я боялась.

– Хм-м-м, – он ещё задумывается? – Почему?

– Я хотела тебе сказать, но… Потом пришла Лена и…

– И ты, как отчаянная героиня из русских сериалов, решила пожертвовать собой, чтобы тот ребёнок не жил без отца?

Я шмыгаю носом и киваю. Не расплакаться бы – это я умею делать быстро. Стала неуравновешенной. Не дай мне то, чего хочу – буду рыдать и сопли пускать.

– Тебя успокоит то, что Лена не от меня беременна?

– А? – хлопаю ресницами. – А как же тест ДНК?

– Долгая история, но сейчас не об этом, – подается вперёд. Касается своим носом моего. И я млею, растекаясь по двери, как тающее на солнце мороженое.

Втягиваю в себя воздух, улавливаю терпкие нотки одеколона и хочу провалиться сквозь землю. У меня уже ноги подкашиваются, а моё повышенное либидо кричит одно.

Хочу!

Мужчину я этого хочу до безумия!

Но пока наслаждаюсь Эмиром. Он ведёт носом по моей щеке.

Я прикрываю глаза и шумно выдыхаю, ощущая, как ладонь уверенно сползает с двери ко мне на спину. Постукивает пальцами по позвонку через тонкую рубашку.

– Мне вот кое-что непонятно.

Тёплые губы касаются уха. Горячее дыхание вызывает мириады мурашек, от которых в дрожь бросает.

Глаза открыть не могу.

От одного контакта с ним млею.

Чёрт…

Что он там говорит?

– М-м?

– За кого ты там замуж собралась с моим ребёнком? – целует аккуратно ушко. Рефлекторно встаю на носочки и хочу отпрянуть. Если он так и продолжит, я не сдержусь. Но Эмир не отпускает.

– Это не я, – выпаливаю, словно оправдываясь. – Мама какую-то ерунду придумала… Говорит, позор там, ну…

Я пищу, когда он кусает меня за мочку уха и тут же её опускает. Идёт вниз, переключается на шею, касаясь разгорячённой кожи влажным языком.

Дёргаюсь, закусываю губу и тут же выпаливаю:

– Но я не соглашалась! За это мне плюсик причитается?

– Ну-у, – хватает зубами кожу и чуть оттягивает. Отпускает, зализывает безобидную ранку. – Ладно, так и быть. Я послушал твою маму ещё в прошлый раз и понял, что она немного в неадеквате. Верю. Что с бывшим?

– Не знаю… В командировке, – выдыхаю на автомате.

Мне вообще всё равно, о чём он спрашивает сейчас.

– Ок, решу, – прижимает к себе.

Вита, блин! Приди в себя!

– Не надо, пожалуйста, – пытаюсь его оттолкнуть. – Не зде-е-есь.

– Это ещё почему? – выпрямляется, сдвигает вместе брови. Он серьёзно недоумевает?

– Мы… В кабинете Петра. И вообще… Я на тебя обижена.

– Вот. Что бы я ни сделал в прошлом, сейчас исправлюсь, – Эмир как вихрь. Нападает на меня, впиваясь в губы. Делает это как всегда вкусно до ломоты во всём теле, но…

Отталкиваю его от себя снова.

– Нет, – поправляю рубашку. – Я… на работе.

Он ударяет меня таким взглядом, что я хочу запищать, как мышка, от страха.

– Ты уволена.

– Но ты не мой босс, – чеканю. Я вредная до жути сегодня. – И даже если так, не хочу я на работе… ну, а вдруг Пётр вернётся? Нет уж.

Я девушка упертая, не дамся.

К тому же теперь беременная. Никакого секса. Нечего было… косячить.

Нет, ну я тоже сглупила, но…

Любая беременная может воспользоваться отговоркой в виде гормонов.

– Не вернётся, – опять начинает приставать, но я выворачиваюсь. – Я договорился.

– Кстати, – резко замираю. Я сейчас кое-что не поняла! Против меня заговор самый настоящий устроили? – Я так понимаю, Пётр тебе помог?

И снова эта красивая улыбка, сводящая меня с ума, на лице появляется.

– Да ладно? Как?

Да этот мужчина ведь невыносимый! Мы столько времени контракт заключить не могли, а тут… Как только я ушла – сразу согласился.

– Ну-у-у, – загадочно тянет. – Он позвонил мне.

– Позвонил? – что сегодня за день такой? Со странностями!

– В общем, мужики тайны не раскрывают, но…

Любопытство играет со мной злую шутку. Он ведь прекрасно видит, что мне интересно, и издевается надо мной, томя.

– Пётр добрый, но жмот. Не хотел платить мамочке в декрете. У него своих полный офис.

Вот это да…

– Поэтому он попросил забрать тебя. И вот я тут!

Разводит руками, показывая себя со всех сторон.

– Ладно, – закатываю глаза. Что же. План их сработал. Мы… нормально поговорили, всё выяснили. Вроде бы всё, да?

– А, кстати, – начинаю, вспоминая про Лену. Но он перебивает. Быстро целует в губы.

– Ничего не хочу слышать, – по одному щелчку серьёзный Эмир возвращается. Хватает меня за запястье. – Поехали домой. Иначе…

Глаза его сверкают.

Что-то не хочу я знать, что он собирается сделать…

– Женщина, почему я это делаю?

– Не надо было привозить меня в свой дом, – приоткрываю губы, ловя ртом виноградинку, которая выскакивает из пальцев Эмира. – Ты забыл в сливки опустить.

Пережёвываю и корчусь. Несладкий.

– Ох, простите, барыня. Но я думал, наш примирительный вечер мы проведём немного… иначе.

Двигает бровями, извращенец.

– Ну, не знаю, не знаю, – хлопаю ресничками и снова открываю рот, намекая, что хочу ещё. Эмир цыкает, отрывает виноградинку от грозди и в этот раз не делает ошибки – добавляет взбитые сливки на ягодку, а потом отправляет мне в рот. – Вот когда ты болел, я с тобой носилась… Кушать тебе готовила.

Напоминаю ему, чтобы стыдно было.

– Но ты ведь не болеешь?

– Как же? У меня душа болит из-за тебя, – касаюсь языком его пальца и чувствую, как он напрягается.

Да это для меня самой то ещё испытание, но я держусь изо всех сил.

Нет уж, я так просто не сдамся.

Мы уже полчаса лежим в спальне Эмира на большой кровати, и я готова мучить его ещё столько же. Но пока моя душонка не успокоится – никакого примирительного кекса не будет.

О! Пусть кексы испечёт! С изюмом!

– Душа у неё болит, – недовольно басит. Снова кормит. Я дожёвываю, открываю рот. А Эмир идёт на опережение и захватывает мои губы в плен. Целует жадно, проникая языком и творя со мной такое…

Что я держусь недолго.

Секунду.

Обхватываю его лицо руками и с диким голодом отвечаю.

Господи, как это приятно!

Особенно, когда ты знаешь, что всё решено. Нет больше недомолвок, секретов.

Хотя… Стоп.

Я отрываюсь от Эмира, слышу разочарованный стон и нетерпеливый, злой голос.

– Виталина… Я ж тебя сейчас…

– У тебя точно детей больше нет? – уточняю, перебивая его.

– Нет у меня детей больше. Только наш с тобой.

– А зачем ты к суррогатной матери обратился? – только доходит до меня. – Не просто так ведь?

Прищуриваюсь, собираясь выслушать всё! И если он хоть в чём-то обманет меня – не прощу.

– Влюбился в неё?

Думаю подскочить, дать наглецу пощёчину, но я лежу. Пыхчу, негодую, придумывая уже развитие сюжета в голове.

– Нет, – вдруг трогает меня за волосы. Эмир всё ещё смотрит на меня сверху вниз. Блин, он такой красивый. – Просто так вышло, что у меня есть предрасположенность к болезни Альцгеймера. У деда и прадеда она проявилась в молодом возрасте. Лет в тридцать. Люди с ней живут, но… В один момент я боюсь свихнуться, что-нибудь забыть. И потом никто не поможет мне вспомнить.

Я сглатываю, на мгновение представляю…

Как он… банально забыл меня, хотя это не самое страшное. Там ведь и кроме этого побочек много!

Страшно вдруг становится.

– И какой у тебя шанс? – плакать хочется.

– Ну, мне тридцать пять, болезни пока нет. Может, лет в сорок, пятьдесят, шестьдесят…

Неутешительно. Но я всё же надеюсь на лучшее. Главное, не переживать и не паниковать раньше времени.

– И хоть болезни пока нет, но я здорово задумался о потомстве, когда представил, что… В один момент начну всё забывать. Рядом никого не будет. Даже бизнес передать некому. Ребёнка своего хочу вырастить, на выпускном побывать.

Нет, я сейчас точно заплачу.

Даже носик морщу.

– Солнышко, но у меня этого нет.

– Точно?

Понимаю, что есть ещё слово «пока», но… Ладно, он прав. Будем решать проблемы по мере их поступления.

– Точно, – улыбается. Опять целоваться лезет. Хочу ещё расспросить о суррогатной матери, но мне становится так всё равно. Я утопаю в этом человеке – и теперь не желаю упустить ни секунды рядом с ним…

– Знаешь, – усмехается Эмир у меня за спиной. – У меня снова пизанская башня выровнялась.

– А она может выровняться? – улыбаюсь и достаю оладушки из сковородки. Выкладываю на тарелку.

– Судя по моей башне, да, – я оборачиваюсь, демонстрируя мужскую рубашку на своём теле, и смотрю в довольное лицо моего мужчины. Глаз от меня не отводит. Особенно там, где рубашка кончается. Чуть выше середины бедра. – Хочешь, я покажу её реконструкцию в душе? Как позавтракаем.

– Я подумаю, – игриво закусываю губу и иду к нему, ставлю на стол завтрак. Чуть виляю попой, откровенно раззадоривая Эмира. Хотя, казалось бы, у меня всё должно было отрубить. Мы с ним целых два часа и так и сяк и об косяк. Чего только не делали!

Аккуратно, конечно же.

А сейчас, как озабоченные, кормим друг друга оладушками со сгущёнкой.

Капелька падает с уголка моего рта и Эмир тут же слизывает её, целуя меня в губы.

Снова поесть нормально не даёт.

Я углубляю поцелуй со вкусом сгущёнки и хочу продолжить, но нас прерывает звонок в дверь.

– Вот чёрт, – произносит Эмир, отрываясь. – Что там за самоубийца?

Встаёт со стула и идёт к выходу.

Я его не останавливаю – любопытно, кто там.

Щёлкает замок. Дверь открывается.

– Привет. Я поговорить.

Доносится голос, который я не ожидала здесь услышать. Глаза из орбит вылетают, а оладушек сам из рук выпадает.

Что Стас здесь делает?..

Эмир

– Привет, я пришёл поговорить.

Хотелось бы мне сказать, что я тебя, парень, и знать не знаю, но увы. Приходилось встречаться несколько раз. Причём после последнего – всё и пошло наперекосяк.

Так и хочется закрыть дверь, но любопытство берёт вверх. Он как вообще мой адрес узнал? Маньяк? Сталкер? Мне стоит волноваться, или как?

Что вообще в нём Виталина нашла? Он же… Ну, накачанный, да. По фигуре совсем как я. И почему-то пахнет точно также. Цвет глаз карий. А лицо, лицо… Да, чёрт, единственное отличие. Поверни нас сейчас к человеку спиной и спроси, где Эмир, у него случится взрыв мозга.

– Я – парень Виталины, – поясняет. Я в курсе, но он забыл упомянуть один немаловажный факт.

И зря. Кулаки вмиг зудеть начинают. Так и хочется сорваться с места и как следует, с силой вжать мужика в стену. И ударить по смазливому лицу.

– Бывший, – вдруг добавляет, словно прочитав мои мысли.

Вот это уже другое дело. Быстро опомнился.

– Как нашёл мой адрес? – задаю интересующий меня вопрос.

– У Виты в ежедневнике. Она оставила его дома. Ну и я…

Ясно, любитель в чужие блокноты залезть.

– Чего хотел? – перебиваю его. Надеюсь, он в её трусы хотя бы не залез.

– Ну, я так подумал… У нас как-то некрасиво всё вышло. Я чересчур навязчивый, а тут… Переспал ещё с бабой какой-то.

Так и хочется сказать: «Бывает, брат», но… Блин. Я не знаю, что ему ответить. Я тоже немного перепутал – и теперь вот. Отцом скоро стану. Но это ничуть не напрягает меня. Я, мать его, счастлив.

– Как-то перепутал. Девушку свою, чёрт. Даже размер груди не определил. Ну, Вита просто щупать не давала. А там через эту рубашку разве разберёшь?

– И зачем ты мне всё это говоришь? – недоумеваю. У меня там Виталина ушки греет и в любой момент может выйти. А он её грудь обсуждает. И правильно, что не давала её лапать. Только мне можно.

– Мне не хочется портить чужие отношения. Я же вижу, что она меня не любит. А тебя – да. Там, мать её, эта ещё… В общем, к чёрту. Не хочу быть тем, кто сломает чью-то жизнь.

Вроде нормальный мужик. Мне его даже жалко становится. Неразделённая любовь, чёрт.

Ещё такой серьёзный, напряженный. От души говорит.

– Ребёнок не мой. Возможно, твой, раз у вас всё было… Мы с ней даже ни разу и не спали. Я не вру.

– Я понял, – киваю, выдерживая на себе его взгляд. Стас почему-то осматривает меня, и я только сейчас понимаю, что стою в одних трусах. После ночи с Виталиной одеваться мне уж точно не хотелось. Может он поэтому такой нерешительный? – Что-то ещё?

– Вы ведь помиритесь? – поднимает полный надежды взгляд. Вот же… бедный парень.

– Возможно, – отвечаю сухо. Нет, мужик хороший. Но меня напрягает тот факт, что он готов был жениться на Вите. Из-за её матери, которая на него давила. – Не парься, парень. Сами разрулим. Что-то ещё?

Отрицательно головой качает.

– Я тогда пойду? – спрашивает меня.

– Иди, – киваю.

Стас разворачивается, направляется к лифту. А у меня уголки губ всё же вверх летят. Нет, молодец мужик. Пришёл ко мне, во всём признался. Правда счастья Вите желает.

Только собираюсь закрыть дверь, как что-то меня останавливает.

Раздаётся звук прибывшего на этаж лифта.

Двери его распахиваются, и я слышу всего лишь знакомый голос и пару удивлённых слов:

– О, не поняла.

Сегодня что, день встреч? Бывший Виталины пришёл. А теперь ещё и суррогатная мать? Вот это я понимаю – сходка века.

Но что значит её фраза?

Шире открываю дверь, чтобы глянуть, что там происходит.

Вижу банальную картину. Стоит Стас, а напротив него – только вышедшая из лифта Лена. Смотрит на него и хлопает ресницами, словно удивлена. Они что, знакомы? Когда только успели?

Или она нашла новую жертву?

– Мы знакомы? – спрашивает парень. Ничего не понимает. Я тоже.

– Знакомы, знакомы, – кивает Лена. На мгновение кидает взгляд на меня. Улыбается, так и говоря: «Видал? Я без тебя не пропаду!». – А если нет, сейчас познакомимся. Как раз ищу себе парня. И ты, красавчик, ничего такой.

Стас мгновенно расцветает, врубает режим обольстителя. Плечи расправляет, подбородок вздёргивает, грудь колесом. Идёт к лифту, обвивает Лену за талию.

Ой, мужик, знал бы ты, что скоро её не станет! Остановить его, что ли? Но, думаю, они долго не проживут. Лена слишком жадная. Ей подавай богатых мужиков. К тому же у неё несносный характер. Стас долго не продержится.

Смеюсь, закрываю дверь. А потом иду обратно в кухню, собираясь продолжить наш с Витой завтрак.

Но сердце вниз падает, когда порог переступаю.

Вита сидит, стирает слёзы с розовых опухших щёчек.

Подбегаю к ней, опускаю ладонь на макушку и обнимаю. Начинаю нервничать так, словно беременный здесь я.

– Малыш, ты чего?

Она меня одним плачем добивает. А тут плечи подрагивают, носом ещё шмыгает.

– Это так мило-о-о, – завывает внезапно, распахивая губы. – И благородно! Пришёл, сказал…

Так вот, почему она плачет!

– Признался, что ребёнок не его.

– Ну, всё, перестань, – успокаиваю её. Только пола мне залитого не хватало. – А то соседей затопим. Давай не будем? Хочешь шоколадку? А завтра на УЗИ вместе сгоняем. На малыша глянем. Как на это смотришь?

Она чуть успокаивается, сминает пальчиками ткань рубашки и неуверенно произносит:

– Хочу, – кивает и носом в мою щёку утыкается.

Ох уж эти женщины…

– Ну, вот и всё, – целую её в висок. – Завтра поедем смотреть на ребёнка. А сейчас перестань плакать!

И хоть эта истеричка и продолжает заливаться слезами, но хотя бы делает это недолго. И мы дальше проводим наш выходной вместе.

– Это был какой-то лохотрон, – недовольно бурчит Эмир. – Я там ни болтика, ни пирожка, ничего не увидел. Только какое-то непонятное пятно. Ты уверена, что это наш ребёнок? Он не может быть таким страшным.

Я бью его по плечу за то, что он оскорбляет нашего малыша. Охамел! Конечно, он там ничего не увидел – рано же ещё!

Эмир морщится, потирает ушибленное плечо и восклицает:

– Ну, ты чего?! Это же просто шутка!

Ага, шутка. Очень смешная.

Я ему за такую шутку дала бы по бубенцам. Ребёнок уже будет – они ему без надобности.

Но Эмир быстро сглаживает ситуацию. Большая и горячая ладонь, которую я чувствую даже через ткань пальто, опускается на талию. Он притягивает меня к себе и целует в щёку.

И я добрею.

Ладно, чёрт с тобой, Тагирович.

Мы вместе спускаемся по лестнице.

И всё же, каким бы дураком он ни был, я его очень люблю. Правда, несколько минут назад я была готова его убить. Как же мне было стыдно перед врачом, когда он с каким-то странным интересом искал болтик у нашего ребёнка.

– Ну что, куда дальше? – спрашивает мой любимый.

Наконец-то!

– Я жуть как хочу кофе и булочку со сгущёнкой, – сгораю от нетерпения и представляю вкусную выпечку.

– Здесь недалеко есть хорошее кафе. Сходим?

Энергично киваю, и мы с Эмиром садимся в машину. Он везёт меня в кафе, помогает выйти из салона. Я чувствую себя как в сказке. У меня никогда ничего подобного не было.

И вообще представить не могла, что со мной такое произойдёт. Я – обычная помощница. Беременна от своего босса, с которым переспала в темноте. Как это вообще могло случиться?

Мы заходим в помещение, занимаем столик в углу, у окна. Я смотрю на прохожих, слушаю своего бывшего босса. Он наконец-то рассказывает мне о Лене, которая залетела от какого-то парня в клубе. Бедняга был в отключке, и она разобралась с ним не моргнув и глазом.

На мгновение я представила, что такое могло произойти со Стасом. Я ведь однажды его оставила в клубе, когда не смогла дотащить домой.

Но нет. Это откровенный бред. Нереально. Хотя… Мне ли говорить? Я переспала со своим боссом, а потом искала его два месяца, пока он ходил перед моим носом.

– Ну что? – усмехается Эмир. – Когда свадьбу играть будем?

– Ой, не знаю, – он меня этим вопросом словно с ног сбивает. Мы ведь даже встречаться толком не начали. А он уже о свадьбе. Хотя я понимаю, почему мы так быстро решаем этот вопрос. – Летом? Сейчас холодно. Да и, может, ну её, эту свадьбу? Распишемся – и всё.

Да, я должна, как истинная женщина, сомневаться, но нет.

– Нет, свадьба будет, – кивает он, перебирая в пальцах салфетку. – Желательно, в ближайшее время, пока у тебя не вырос животик.

– Это ещё почему? – негодую. – Ты против нашего малыша?

Его брови чуть не встречаются на переносице, когда он слышит этот вопрос.

Да-да, я выразилась некорректно! Но…

– Нет, но свадьба бывает раз в жизни, и я хотел бы, чтобы она запомнилась тебе навсегда с хорошей стороны. Представь, какие платья на беременных? Ты их хоть раз видела? Как мы найдём что-то подходящее?

Я отрицательно качаю головой на все его вопросы.

– Вот и я не видел. Гадать не будем. Поэтому…

Эмир не успевает договорить. Его перебивает внезапно появившийся из ниоткуда голос…

Моей матери.

– О, Виталина! – резко поворачиваюсь, надеясь, что мне показалось. Но нет. Не показалось. Мама с папой стоят возле нашего столика, портят мне настроение. – Вот ты где! Я что-то до Стаса не могу дозвониться. Надо утвердить список гостей на свадьбу с его стороны.

Краем глаза замечаю, как начинает кипеть мой возлюбленный при упоминании одного имени бывшего.

– А так уже всё готово. Платье у тети Зины взяли. Кафе будет наше, ну там, у дома. Маршрутки для гостей дядя Слава даст. Смокинг надо спрашивать у жениха. Кстати, Стас.

Мама, наконец, обращает внимание на Эмира. Тот злее одичавшего буйвола. Я таких не видела, но уверена – зрелище не для слабонервных.

– Не поняла… – искренне удивляется, не рассчитывая увидеть его со мной. – Ты, что ли?

– Я, – кивает. – Какие-то претензии?

Ой, голос у него такой… У меня во рту пересыхает и ноги дрожат. Какой Эмир сейчас воинственный, чёрт возьми.

– Моя девочка беременна и скоро выходит замуж, – вздёргивает мама подбородок. Ой, женщина, зря ты это. – Виталина, это плохо – встречаться с мужчинами за пару недель до свадьбы!

Теперь ещё прилетает и мне.

И я возмущена до предела!

Открываю рот, чтобы всё это прекратить, но не успеваю.

– Вы правы, – Эмир перебивает меня. Встаёт со своего места, улыбается, глядя на родителей. – Что МОЯ девочка беременна и скоро выходит замуж. За меня.

Вообще, это бесполезный спор.

Эмир выходит из-за стола, достает из кармана брюк бархатную красную коробочку. И тут моё сердце не выдерживает.

Я ждала этого момента чуть позже.

А тут он…

Делает неожиданно.

От этого пульс подскакивает.

Тахикардия мучает.

И голова кружится.

Эмир. Встаёт. На. Одно. Колено.

Твою ж мать…

– Я хотел это сделать в другой обстановке, – вдруг произносит. Смотрит на меня влюблённым взглядом. Как и я на него. Эмир сейчас абсолютно другой. Не тот строгий босс, который может и послать меня куда подальше (хотя такого никогда не было). – На крыше многоэтажки. В ресторане под открытым небом. С живой музыкой и…

Я на мгновение представляю это и задерживаю дыхание.

Наверняка там красиво.

Но мне нравится и такой расклад событий.

– Но раз твои родители настаивают, я сделаю это здесь. И в тот ресторан ты пойдешь уже в качестве моей невесты.

Слёзы на глазах выступают.

Эмир – дурак. Такой дурак!

Только позавчера мы выясняли отношения, а он уже делает мне предложение.

Я прикрываю щёки руками, пытаясь сдержать слезы. Нет, не могу этого сделать, поэтому прячу свое красное лицо в ладони. Не верю. Что всё плохое наконец-то закончилось – и я счастлива.

Родители молчат.

Я поглядываю за ними через щёлочку между пальцами. Мама смотрит с открытым ртом, а отец за сердце схватился.

Актёры погорелого театра!

Но мне сейчас так всё равно. Меня от радости разрывает. От восторга.

Куда эмоции деть, не знаю! Руки трясутся, и на ногах стоять не могу.

Вокруг все вздыхают.

А Эмир произносит слова, которые точно не заберёт обратно. И которые навсегда изменят мою жизнь. Он это понимает. И я тоже.

– Ты выйдешь за меня?

Я не думаю. Мы оба понимаем, что делаем.

Делаю стремительный шаг вперёд. Эмир, словно читая мои мысли, встаёт, и я бросаюсь ему на шею, касаюсь его губ своими и глубоко целую, мысленно выпрыгивая из штанов от радости.

Боже, как же я сейчас счастлива!

– Я согласна, – выдыхаю ему в губы, не раздумывая. Мои любимые порочные губы изгибаются в улыбке.

– Повторите громче, нам не слышно! – слышится из другого конца зала. От неловкости утыкаюсь ему в шею и хихикаю. А Эмир, поворачиваясь направо, игнорируя ошалевших родителей, радостно кричит громкое:

– Она сказала «да»!

– Ну, когда уже? Мне не терпится узнать, кто там, – от радости пищит Ася. Так звонко, что пугает собственного ребёнка, который бегает вокруг неё.

Машенькая очень шустрая. Рыжая, взрывная. Я столько наслушалась о ней… Что говорю спасибо за то, что мой Артурчик (Эмир имя выбирал!) такой спокойный. Вон сидит попой на травке и ест её. Ничего, полезно!

Стоп! Какая трава?!

Я быстро поднимаю сына за руку и вытаскиваю зелень из его рта. Вытряхиваю землю из ладошки и волнуюсь, как в первый раз.

Еле разгибаюсь под тяжестью живота.

– Где Эмир? – недовольно цежу сквозь зубы. – Я же сказала ему присматривать за Артуром.

– Они это… – Ася кусает яблоко, жуёт его и успевает следить за дочерью. Мощь, а не девушка. – Играют там. У кого, кхм, длиннее.

– Что длиннее? – мигом затыкаю Артуру уши и стараюсь не уронить челюсть.

– Ой, выше. Змея же пускают.

– А…

Поворачиваю голову в сторону и смотрю за тем, как два взрослых мужика запускают воздушного змея. Пока идут наравне, но я уверена – Эмир победит.

– Так что? Мы когда будем узнавать пол малыша? Я ставлю на пацана. Хотя живот девчачий.

Я улыбаюсь, поглаживая большой животик.

И я тоже думаю, что там девочка.

Хочу, чтобы мальчик был постарше. И оберегал свою сестрёнку. Вот так, да. Влажные мечты, так сказать.

– Ещё немного – и стемнеет. Минут через двадцать.

Мы решили устроить гендер-пати. С фейерверками.

Первый раз мы делали точно также. Только тогда были огоньки в ночном клубе. А тут фейерверки. Эмиру хочется, чтобы всё было эффектно.

– Тухлая ты, – подпирает голову рукой.

А я улыбаюсь. Возвращаю всё внимание на Артура, который поднимает взгляд с травы и начинает верещать, как поросёнок.

Смотрю вдаль и вижу Стаса, бегущего за своей дочкой. Та в воздушном платьице скачет к Артуру. Мой мальчик, подпрыгивая, направляется к ней навстречу. В смокинге. Причёсанные (но уже растрепавшиеся) волосы – назад.

– Саса! – кричит Артур. А я чуть не плачу. Он уже совсем взрослый… Ухаживает за девочкой. Такой весь серьёзный, брутальный в костюме. И она, маленькая феечка в белом платье. Чёрт, как же мне хочется девочку!

Чтобы вот так потом смотреть, как завязываются её отношения с мальчиком…

Романтика!

Только вот романтика между моим карапузом и Сашей портится, когда вместо того, чтобы остановиться и обнять друг друга – они сталкиваются лбами и падают жопами на землю.

Оба начинают плакать, поднимаются. А потом ещё несколько секунд стоят, смотрят друг на друга и ревут.

Сердце кровью обливается.

К ним подбегает Стас, хватает обоих за руки и ведёт ко мне.

– Мы не опоздали? – улыбается, сверкая от счастья. Наконец-то!

– Да как же, – Ася закатывает глаза. – Ещё около получаса, да?

– Ну, чтобы красиво было, да, – киваю. – Всё нормально. Ты вовремя. Как ты?

У нас со Стасом остались дружеские отношения. Не сразу.

Первые месяцы мы не общались. До того, как он не пришёл к Эмиру и не попросил хорошего юриста. Стас вляпался в дерьмо по колено. И нет, это я не преувеличиваю, говоря о Лене.

Суррогатная мать оказалась той ещё… сучкой. Хотя в какой-то момент мне было даже жаль её.

Но если вкратце… Некоторое время Стас и Лена встречались. Оказалось, что он –реальный, биологический отец Сашеньки! Он узнал об этом случайно, когда Лена начала говорить о том, как забеременела (без подробностей), тогда-то Стас всё и понял. Засомневался. Сделал ДНК-тест. А потом, удостоверившись, что ребёнок его, решил эту дуру бросить.

Тяжело было ему осознавать, что им по пьяни воспользовалась девушка. Плюс… Лена такие зехера устраивала. И в квартиру прописаться его хотела, и ободрать до нитки. Кроме того, Стаса в должности повысили. Он сейчас заместитель в какой-то крутой фирме. Зарабатывает хорошо, не жалуется.

И когда отношения с Леной достигли апогея, Стас решил расстаться и забрать ребёнка себе.

Эмир, посочувствовав ему, во всём помог.

С тех пор они – лучшие друзья.

Как и наши дети. Они вот, уже стоят и обнимаются.

– Отлично, – обнимает Стас меня по-дружески и пытается поцеловать в щёку.

Но между ней и его губами вдруг появляется чья-то ладонь.

– У моей дочери есть муж! – кричит отец за спиной, вызывая мой вздох.

Они опять за старое!

Но сейчас хотя бы не мучают меня. Смирились. Да и чего ко мне липнуть? Я вышла замуж. Родила первого ребёнка, а теперь…

Поглаживаю животик.

Жду второго.

Вот они и радостные. В Эмире души не чают. Он им дом у моря купил, чтобы те отдыхали почаще, купались. Говорят, заботится об их здоровье. А Эмир, на самом деле, чтобы сохранить мои и его нервные клетки, поселил их как можно дальше. Но вот на эту вечеринку мы просто не могли их не позвать.

Но сейчас наши отношения стали немного лучше.

– Да я ж по-дружески, – закатывает глаза Стас.

– Нет, – строго говорит отец. Как хорошо, что мама занята делом – ей вдруг приспичило приготовить салат. – Так что, когда мы пол внука узнавать будем?

– О, – округляю губки, даю деду ладошку Артура, которую он принимает. – Держи внука. Присмотри. Я сейчас приду.

Прохожу мимо Аси и шепчу ей на ушко:

– Присмотри за ними, чтобы не поубивали друг друга, – хихикаю.

А сама иду к своему благоверному, который уже стоит один.

Но дойти не успеваю. Телефонная трель раздается. Смотрю, а мне двоюродная сестра звонит. Та самая, у которой я типа ночевала, когда у меня квартиру затопило и я в офис поехала.

– Да, Варь? – здороваюсь, улыбаясь. Она к нам присоединиться не смогла – важное дело какое-то появилось.

– Сеструш, мне неловко очень. Но не можешь денег занять?

– Конечно, сколько?

Тон её обеспокоенный мне не нравится.

– Десятку.

– Ого… тебе на что? – странно, моя вечно работающая сестра просит такую сумму и сразу? Я хоть и стала женой миллиардера, но всё равно знаю цену деньгам.

– Ну, если честно… Я беременна.

Да вы гоните?! Что это за цепочка беременных девушек? Сначала Ася, потом я, теперь двоюродная сестра. Я надеюсь, Рита хоть предохраняется. Кстати, где она?

Осматриваюсь, нахожу сестру рядом с мамой.

Что-то мне не нравится Варин тон.

– Ты же не на аборт? – опасаюсь. И боюсь ещё сильнее, когда в телефоне повисает тишина.

– Варь?

– Нет, не на аборт, – вдруг проговаривает.

– Смотри у меня! Если узнаю, что ты меня обманула – убью.

Мы говорим ещё несколько минут, и я отключаюсь. Снова всё внимание – на любимого, к которому и лечу. Подхожу к нему со спины и с трудом дотягиваюсь до его глаз, закрывая их.

–Угадай, кто, – меняю голос до неузнаваемости.

– М-м, дядь Саш, это Вы? Я ваше пивное пузо из тысячи узнаю.

Он тут же получает подзатыльник.

– Какое пивное пузо? – бухчу, когда Эмир поворачивается ко мне и улыбается. – А ну, хорош своего змея теребить там.

Забираю у него змея из рук и зло откидываю сторону.

– Вообще обнаглел! Бросил беременную жену одну. Ещё и доченьку нашу обзываешь.

Глажу себя по животику, успокаивая малышку. Я уверена – там девочка.

Следом большая и горячая ладонь опускается на мою щёку.

– Малыш, прости, – наклоняется Эмир, целуя меня в нос. – Я же пошутил. Как я мог не узнать тебя? Ты кряхтишь за триста метров. Тебя тяжело не услышать.

Я кусаю его неожиданно за губу, клацая зубами.

Нечего надо мной издеваться!

– Мегера, – шипит от злости.

– Сам напросился, – целую его в губы, извиняясь.

– Что-то случилось? – вдруг произносит.

– Неа. Просто соскучилась. Там Ася над ухом жужжит, ей уже невтерпёж. Стас приехал.

– О, – радуется. Осматривается вокруг. – Да, уже стемнело. Можно пускать.

И правда… Только десять минут назад ещё рано было, а сейчас…

Хотя я с Эмиром времени не замечаю.

– Идём? – берёт меня за руку.

Я киваю.

Мы возвращаемся к гостям. И все, возбуждённые, ждём одного. Я держу Артура за руку, пока Эмир чуть поодаль зажигает фейерверк.

И пока он искрится, бежит к нашей маленькой, но дружной кучке. Становится рядом со мной и сжимает ладонь. Мы все вместе смотрим в ночное небо.

Раз.

Дыхание учащается.

Поверить не могу, что, устроившись на работу к Эмиру и даже не замечая его как мужчину, я пришла к этому.

Два.

Отель, ночь. Суррогатная мать, мои трусы… Вечные поиски. Беременность. Ложные тесты ДНК.

И сейчас мы стоим здесь.

Три.

Эмир крепче сжимает мою руку.

И в небе появляется красно-розовый фейерверк, который вызывает у меня бурю эмоций.

Девочка! Да! Девочка!

Я чувствую, как мой мужчина обнимает меня, прижимает к себе и целует страстно в губы. Прямо при всех! Но мне не неловко.

Я счастлива до безумия!

– Девочка, Эмир, девочка, – шепчу. Как я и хотела. – Я, чёрт… так рада…

– Ты не представляешь, как я рад, – проводит пальцами по моей спине. Вмиг тепло с ним становится. – Вот было у меня тысяча помощниц. И ни к одной такую тягу не испытывал, как к тебе.

– О нет, – вздыхаю, понимая, что он затронул слишком щепетильную тему. – Только не говори о работе. Не порти эту минутку счастья.

Потому что я начинаю заводиться. Я так соскучилась по работе… Но Эмир не даёт мне даже дома что-то делать. А я с ума схожу.

– Правильно. Нечего тебе в офисе делать.

Вот чёрт!

– Даже на полставки? – спрашиваю с надеждой.

– Даже так, – утыкается лбом в мой лоб, согревая своим присутствием.

Снова вздыхаю, сдаваясь. Ладно, мне и так прекрасно живётся! Но… Я всё же что-нибудь придумаю. И обыграю тебя, Эмир. Уж ты не сомневайся…

На этом и закончилась история Виталины и Эмира. Те, кто хотят почитать книги в этом же стиле и узнать зачем же Варе нужны деньги – приглашаю всех в свою новинку "Давайте поиграем, папа-босс!".

– Моя дочь выбрала тебя, – приподнимает подбородок пальцами. – Поэтому завтра заедешь ко мне в офис, обговорим детали работы.

– Чего? – недоумеваю, выдыхая ему прямо в губы. Почему он вообще стоит так близко? – Это шутка какая-то, да?

– Похоже, что я шучу? – победно усмехается. Конечно, все козыри у него. – Тебе нужна была подработка, Варя. Я тебе её даю.

В преддверии нового года я нашла на свою пятую точку массу проблем. Из главных – познакомилась с этим несносным мужчиной, на которого теперь невольно работаю. И уйти не могу – он меня шантажирует! Значит, хотите поиграть со мной, босс? Что же, давайте поиграем! Только чур правила устанавливаю я!