Все события – вымышлены, совпадения с реальными людьми – случайны.

Они сидели в просторной светлой комнате с лоджией.

«В комнате с белым потолком, с правом на надежду… В комнате с видом на огни, с верою в любовь…» (с)

Чёрноглазый, он гладил её руки, и смотрел пристально, прям в душу. Его кудри красиво обрамляли бледное, скуластое лицо, украшенное с правой стороны шрамом от папиной бритвы. Одними губами что-то шептал, но Ульяна не могла различить, хотя смотрела в упор. Надо же, она никогда бы не подумала, что будет наблюдать за такими простыми действиями с таким удовольствием.

Каждое движение Гордея, его прикосновения вызывали в ней прилив неведомого доселе спектра самых разнообразных эмоций.

Это совсем не похоже ни на влюбленность в чистом виде, ни на страсть, ни тем более на любовь…

Они были вместе уже очень много лет, и всё рассказывали друг дружке, что между ними ничего не может быть.

Он даже написал Ульяне песню, она так и называлась «Этого не может быть». Был конец августа, и они долго и очень эмоционально прощались. Теребя её за рукав плаща, он переживал, что между ними ничего не получилось. Так он говорил, по крайней мере.

А через два месяца, холодным октябрьским днем, парочка как ни в чем не бывало обнималась в Коломенском, согревая друг дружку поцелуями и горячим глинтвейном.

Как-то совсем незаметно в таком режиме пролетело девять лет.

И вот сегодня опять сидели у него, хотя не далее, как пару дней назад он утверждал, что они даже не друзья.

Он взял в руки гитару. Как тогда, на их первом свидании, сделал перебор своими длинными тонкими пальцами и заиграл такую знакомую «Дыхание» Наутилуса.

Ульяна забрала со стола кружку свежего чая и вдохнула его потрясающий аромат. Что это? Благоухание свежих ягод переплеталось с запахом жасмина, и ещё отдавал какими-то древесными нотками. Хм, какой интересный, чуть вяжущий вкус…

Сколько она его помнила, Гордей всегда был таким – отстранённый, загадочный… и до черта притягательный.

Ей было пятнадцать, когда они познакомились, и тогда между ними кипели нешуточные страсти. Начав встречаться, тогда они ещё были чересчур увлечены удовлетворением собственных потребностей, и думать друг о друге совсем не получалось.

Зато они чудесно изматывали друг дружку ревностью, психологическими играми и прочей подобной ерундой.

Но годы шли, а страсти утихали.

И вот сегодня они вновь мирно сидели и беседовали, что называется, ни о чем и обо всем.

– Ульяна, тебе сахару сколько? Кусок, два?

Она посмотрела на него, приподняв бровь. Сахар… придумает тоже… какой уж тут сахар, когда он чай такой заварил.

– Не надо сахар, сядь лучше ко мне поближе.

За эти девять лет Гордей, конечно, сильно изменился – виски тронула лёгкая седина, и лицо было усыпано мелкими морщинками… но эти глаза… ох уж эти его чёрные глаза…

Ульяна смотрела в них и растворялась, как в первую их встречу. До чего странные ощущения, он ведь ничего не делает, просто сидит напротив и играет её любимую песню…

– Мой…

Тем временем Гордей отложил гитару и подошёл ближе. Обнимая девушку за плечи, он вдохнул аромат волос и закрыл глаза.

– Твой. Иди сюда.

С этими словами Гордей прижался всем телом к девушке и нежно коснулся губами её шеи.

В который раз Ульяна поддалась на ласки ухажера. Вот же коварный, знает, от чего она без ума, и совершенно бессовестно пользуется этим.

– Ты когда уезжаешь?

– В выходные. у нас программа на несколько городов, мини-тур такой с ребятками решили замутить.

Тут Гордей вновь придвинулся ближе и посмотрел прямо в глаза Ульяне:

– Ты же будешь скучать, да?

В его голосе одновременно смешались тревога, печаль и некое любопытство.

– Ну конечно, конечно буду, – поспешила заверить Ульяна и обняла Гордея за шею. Нежно поглаживая любимого по щеке, она вновь и вновь ловила себя на мысли, что даже если бы ей предложили расстаться с Гордеем за очень большие деньги, она бы никогда в жизни не пошла на это. Даже несмотря на всё то, что он с ней сделал.

Не то, что она всё это забыла, просто девушка настолько наслаждалась наличием Гордея рядом, что ей было сложно отказаться от столь долгожданной «добычи».

Конечно, он и раньше уезжал на свои эти гастроли, но в этот раз Ульяна очень остро чувствовала предстоящее расставание, ведь Гордей ехал не на неделю, как обычно, а на целый месяц. организаторы обещали классный навар, и мужчина подумал, что глупо было бы отказываться от такого заманчивого предложения.

Группа "Серебряный слон", хоть и была довольна молода, но уже успела зарекомендовать себя как профессиональный и слаженный коллектив, с чётко продуманной идеей и концепцией реализации. Ребята играли art-rock и были весьма востребованы на «музыкальном рынке».

Молодой человек отвлек Ульяну долгим поцелуем, после чего проникновенно заглянул прямо в глаза.

– Обещай, что будешь скучать.

Монотонный стук колес о рельсы усыплял.

Впереди Гордея и «Серебряный слон» ждала напряженная неделя путешествий и концертов по «золотому кольцу» России. Мужчина был готов к такому напряженному графику, и вместе с тем очень радовался, что коллектив так вырос в последнее время.

Конечно же, Гордей невероятно скучал по Ульяне, вспоминая её улыбку, теплый и нежный взгляд, и эти её еле заметные прикосновения, которые сводили с ума…

Глядя на быстро сменяющие друг друга пейзажи, Гордей всё корил себя за события далекого прошлого.

Он вспоминал, как впервые увидел Ульяну на концерте «Мельницы», куда они с друзьями заехали от скуки, т.к. тогда ещё никому из них не был близок фолк-рок.

Они стояли около сцены, и тут он вдруг заметил худенькую русоволосую девчонку, которая пришла с подругой на концерт любимой группы и подпевала всем песням любимых исполнителей.

Тогда он и вовсе не воспринял девушку всерьёз – подумаешь, трется какая-то, невзрачная, серая, не то, что Ольга, с которой он тогда мутил. Женщина была старше Гордея лет на десять, хитроватая, чем и привлекла к себе тогда ещё молоденького парня. Она была очень творческой личностью, пела в рок-группе, и её потрясное сопрано всегда пробирало Гордея до костей. Он вообще изначально влюбился в её голос, а уже позже в саму Ольгу.

Шестнадцатилетний Гордей был на седьмом небе от счастья и гордости, что на него обратила внимание такая женщина! Ничего себе, все ж обзавидуются! Сама Ольга! Ну и, конечно, мальчишке ой как льстило внимание взрослой и опытной женщины.

Особенно он любил проснуться и наблюдать, как обнаженная Ольга стояла перед зеркалом, расчёсывая свои длинные рыжие волосы, которые слегка завивались от влажности. Ночи с ней из раза в раз производили на Гордея неизгладимое впечатление. Такую умелицу надо было ещё поискать!

Так пролетело шесть лет… И если поначалу отношения были похожи на сказку, то в конце концов суровая реальность доканала душу Гордея.

Когда они с Ольгой поженились, то в скором времени она ушла из группы, предпочитая создавать домашний уют и растить детей, которые обязательно должны были родиться в столь прекрасном союзе.

Но годы шли, а дети так и не спешили появиться у творческих родителей. Пять лет попыток, сопряженных с бесконечными анализами, походами по врачам, в конце концов перетекли в домашние скандалы с взаимными оскорблениями и битьем посуды.

И в конце концов Гордей вспомнил о той невзрачной девчонке с концерта, у которой наспех взял телефон и засунул куда-то вглубь кармана косухи.

Конечно, он и до этого периодически напоминал о себе какими-нибудь двусмысленными смс, так, что Ульяна по несколько дней потом сидела и ломала голову, что же её возлюбленный имеет ввиду.

Ну а возлюбленный, сбросив напряжение или вовсе негатив, снова возвращался к Ольге в свой обычный режим существования. А что там думает эта тихоня – да разве ж это важно вообще?

Но вот наступили сложные времена с Ольгой, а потом и вовсе грянул развод, как гром средь ясного неба – оказалось, что последние несколько месяцев Ольга нещадно изменяла своему молодому супругу, а под конец и вовсе объявила, что ждёт ребенка.

К тому же она весьма категорично заявила: раз Гордей так и не смог подарить ей счастье материнства, то она пойдёт к тому, у кого это получилось-таки сделать. Сраженный таким поворотом событий, он несколько дней провёл в полной прострации, но потом взял себя в руки, подумал, что всё к лучшему в лучшем из миров и дал согласие на развод.

Так, в двадцать два года он снова был свободен и чертовски привлекателен для представительниц прекрасного пола. Дела «Серебряного слона» шли в гору, и это невероятно радовало молодого человека.

То ли от скуки, то ли по привычке он продолжал позванивать Ульяне, периодически вытаскивая её на свидания, на которых они обычно просто молча бродили, взявшись за руки, по парку. Иногда он в порыве чувств мог поцеловать её, но стоило девушке несмело заикнуться с вопросом, что же между ними – Гордей ловко переводил тему на какую-то более безопасную.

И вот теперь, по прошествии доброго десятка лет, ему стало невероятно стыдно за всё то, что пришлось пережить Ульяне по его вине.

Тем временем скучать Ульяне, в общем-то, было некогда.

Погрузившись с головой в работу, она целыми днями пропадала в офисе, погруженная в новый проект. Нужно было успеть до конца года оформить новые витрины, и времени на стенания решительно не было.

Как-то утром после планерки она стояла и курила вместе с коллегой около офиса. Вдруг телефон завибрировал, и на экране высветилось «Привет, солнышко, я ужасно соскучился. Скорей бы домой!»

Ульяна сделала новую затяжку и посмотрела на небо.

Воспоминания унесли её в далекое прошлое, где она безбожно страдала от неразделенной любви к Гордею и непонимания, что ж между ними происходит.

Она и не думала опускаться до мести и прочих гадостей, просто теперь, по прошествии стольких лет, перестала понимать, как же правильно реагировать на слова и действия Гордея.

Оттого-то и молчала, потому-то и думала каждый раз подолгу, что же ответить ему, то ли любимому, то ли опасному.

Уйти же она просто-напросто не хотела. Как там говорилось в известном фильме? «Тщеславие, определенно, мой самый любимый из грехов»1

Не открывая сообщение, Ульяна убрала телефон в карман тёмно-синего плаща.

Он чувствовал.

Гордей прекрасно понимал, что после всего, что между ними приключилось, он вообще должен был пропасть и не отсвечивать. Но чувства были сильнее, к тому же изучение психологической литературы и посещение разных семинаров и лекций дало свои плоды – свои замашки Гордей оставил далеко в прошлом.

Так ему казалось, по крайней мере.

С грустью и надеждой проверял он сообщения, но всё было тщетно: не прочитано. Не отвечено.

Сегодня «Серебряный слон» уже отыграли один из запланированных концертов. Это был поистине аншлаг – в зале не было пустого места, и толпа наизусть скандировала тексты любимых и давно уже выученных наизусть песен.

Лежа на неудобной скрипучей раскладушке, Гордей в очередной раз пялился в экран мобильника.

Не прочитано. Не отвечено.

В душе зародилась непонятная тревога. Что могло произойти? Почему она до сих пор не ответила и не перезвонила?

Он поднялся с кровати, влез в свои потертые джинсы и , сунув ноги в резиновые шлепки, поспешил в коридор, попутно набирая номер Ульяны.

– Туууу… туууу… – длинные гудки всё ещё дарили надежду на то, что его любимая услышит телефон, и разговор всё-таки состоится.

– Да? … – шепот Ульяны словно копьем пронзил окружающую тишину, – а, Гор, ты…

– Ну слава Богу, – облегченно выдохнул музыкант, – ты в порядке?

– Прости, солнце, я так устала на работе, что совсем забыла об смс, пришла домой и рухнула спать. У меня всё нормально, ты как? Как концерт?

– Всё просто чудесно, нежная моя, только очень волновался… Не пропадай так больше, хорошо?

– Хорошо, – было слышно, как на том конце провода Ульяна издала короткий смешок, – не волнуйся. Гор, я ужасно хочу спать, завтра созвонимся, ок? Доброй ночи, целую…

– И я тебя, – ответил было Гордей, но в трубке уже понеслись короткие гудки.

Успокоенный, Гордей вернулся в свой номер, и мгновенно вырубился.

На самом деле единственное, чего по-настоящему жаждал Гордей – это чтобы Ульяна, наконец, поверила в его чистые намерения.

Несмотря на то, что он и сам верил в свои изменения, на деле он оставался всё тем же – совершенно чужим для Ульяны, человеком.

Потому и напряжение, висевшее между ними, можно было бы разрезать ножом. И эти постоянные качели – то она с восторгом бросалась к нему на шею после очередной долгой командировки, то была равнодушна, словно они знакомы всего пару дней.

Ульяна и сама понимала токсичность своего поведения, но сделать с собой ничего не могла и не хотела. Она так привыкла к его подколам и издёвкам, что даже теперь, когда он действительно был настроен серьёзно и показывал свои искренние намерения, она нет-нет да шугалась его проявлений искренности.

К тому же она просто чувствовала – ну не может человек так разительно поменяться. Значит, что-то не чисто.

С одно стороны – она была всё той же пылкой влюбленной девчонкой, готовой идти за Гордеем хоть на край света. Но с другой…Ей всё казалось, что сказка вот-вот закончится, и на смену вернётся прежний Гордей – жёсткий, постоянно высмеивающий, использующий её, в конце-то концов! От этих мыслей Ульяне становилось настолько дурно, что она тотчас же начинала гасить в себе всякие хоть сколько-нибудь тёплые эмоции относительно своего любимого. Уйти же казалось ей совершенно неприемлемым вариантом.

Всё это было похоже на замкнутый круг и изрядно выматывало парочку, но сейчас они настолько были влюблены друг в друга, что никакие очевидные препятствия их не могли сбить с толку или хотя бы заставить задуматься. Им бы расстаться, перестать мучить друг дружку… но нет…Per aspera ad astra, как говорится…

Ну а тем временем Гордей вместе с «Серебряным слоном» отыграл очередной концерт и был крайне довольны проведенным выступлением. На этой жизнеутверждающей ноте господа музыканты решили отправиться в ближайший паб, чтоб отметить удавшийся концерт.

В заведении было полно народу, но управляющий, увидев гостей, мигом нашёл свободный столик в углу бара, и пригласил музыкантов занять удобные кресла. Сразу же подошёл официант, который принял заказ и молниеносно передал его на кухню – ещё бы, не каждый же день приходится обслуживать любимую группу!

В ожидании горячего Гордей прихлёбывал эль, одновременно печатая смс возлюбленной:

«Дорогая Улечка… сейчас уже далеко за полночь, и ты, наверное, спишь, но мне не терпится поделиться! Концерт прошёл на «ура», мы очень довольны! Устал как собака, сейчас поужинаем, и поеду отсыпаться перед завтрашней репетицией. Я очень соскучился! Наберу тебе завтра. Доброй ночи.»

Перечитав ещё раз написанное, Гордей нажал кнопку «отправить», после чего присоединился к гомонящей компании, которая чокалась бокалами, отмечая успешно проведенный концерт.

Между тем, Ульяна уже видела десятый сон, когда мобильник вдруг резко ожил, завибрировав в темноте.

Прищурившись от яркого света, девушка с полминуты пыталась увидеть, что на экране, после чего прочла смс.

Еле заметная улыбка коснулась губ Ули.

«Соскучился, значит… приятно, что ж греха таить.»

«Поздравляю с успешным концертом! Желаю, чтоб завтрашняя «репа» прошла без эксцессов… следите за Сашкой! А то он опять «нахрюкается», как в тот раз, и будете выкручиваться с записью соло ударных (смеющийся смайлик). Доброй ночи тебе (смайлик-поцелуй).»

Улыбнувшись ответной смс-ке, Гордей покосился на барабанщика, который уже был «хорош» и обреченно вздохнул, пожав плечами а-ля «поздняк метаться». Ладно, до завтрашнего концерта уйма времени, успеет проспаться.

Самое смешное, что именно в этот день всё начинало выходить так, как говорила Ульяна.

Конечно же, после стольких литров выпитого проспаться Саня не успел, а до концерта оставалось всего несколько часов. Конечно, Гордей предусмотрел и такое развитие событий, но всё же был невообразимо зол на товарища за такой безответственный подход к делу. Однако, поразмыслив, он решил «не засорять эфир» перед концертом, а потому направился освежиться бокалом прохладного тоника.

Каково же было его удивление, когда он обнаружил, что прямо перед ним, в очередь в кассу, стоит Ольга.

Его бывшая супруга, его скрытый, самый большой стыд – за то, что пообещал и не смог сделать её счастливой. Он, конечно же, помнил об её измене, но спустя несколько лет эмоции поутихли, и Гордей в большей степени чувствовал ответственность за развалившийся брак.

Он набрался смелости и произнес:

– Леди, позвольте угостить вас тоником?

Распахнув от удивления большие синие глаза, пышногрудая красотка откинула прядь густых медных волос и окинула бывшего удивленным взглядом:

– Ох, вот так встреча! Да, конечно! Сто лет не виделись!

Она отправилась занимать столик, и вскоре Гордей присоединился к бывшей с парой бокалов прохладительного напитка.

– Какими судьбами? – пригубив прохладный тоник, поинтересовалась Ольга.

– Сегодня концерт, – улыбнулся Гордей, – а ты как здесь?

– Ох, ты не поверишь! – она мечтательно глянула куда-то вверх, – столько всего произошло! В общем, я теперь за ударными! Как и хотела! Прикинь!

Гордей не поверил своим ушам. Вот так удача! Надо бы попросить Ольгу, чтобы выручила их сегодня на концерте. Если, конечно, это не будет в тягость.

– А что за группа? Вы уже отыграли?

– «Твердь небесная», слышал?

– О, ничего себе! Так вот как выглядит легендарный ударник «Тверди»! Оль, – потупив взгляд, произнес мужчина, – могу я просить об одолжении?

– Каком? – с интересом глядя на бывшего супруга, произнесла рыжая.

– Ты не могла бы… подменить Саню на концерте? У меня с собой запись на случай форс-мажора. Но ты же понимаешь, это совсем другое звучание, другие эмоции…

Задумчиво покрутив локон вокруг пальца, Оля пристально посмотрела на бывшего мужа:

– Что ж, не знай я тебя – посчитала бы такую просьбу верхом бестактности. Но в силу обстоятельств не вижу причин, чтобы отказать старому другу. Где ваша гримёрка, мне нужно изучить партию!

– Идём, я провожу! – не веря своей удаче, Гордей чуть ли не вприпрыжку двинулся вперед, прокладывая путь сквозь скопление в баре. Не мешкая, Ольга проследовала за ним.

В гримёрке женщина поприветствовала старых знакомых, после чего взяла у Александра партию и села прорепетировать. Репертуар группы бывшего был ей знаком, но прогнать пару соляков перед концертом было делом совсем не лишним.

Наблюдая за игрой бывшей супруги, Гордей невольно засмотрелся. В этот момент он совсем позабыл об окружении, об Ульяне, о концерте – просто стоял и смотрел, будто завороженный, на исполнение Ольги.

В сердце что-то невольно дрогнуло.

Неужели до сих пор есть чувства к бывшей жене? Ведь столько лет прошло… не может быть…

Гордей старался отогнать от себя предательские мысли, но бюст Ольги, колышущийся в такт ударам барабанных палочек, никак не давал ему сосредоточиться.

«Чёрт! Надо собраться! О чём ты думаешь вообще, чёрт тебя побери!?» – мысленно злился фронт-мен «Серебряного слона» на самое себя. Приведя себя в чувство стаканом воды, Гордей перекинул через плечо ремень гитары и вышел на сцену, сопровождаемый другими участниками группы.

– Добрррый вечер! – зарычал он в микрофон. – Ну что?! Готовы?! Тогда начинаем! Раз! Два! Три! Поехали!

Синхронно взорвали толпу звуки электрогитары Гордея, вперемешку с партией Ольги…

Толпа бесновалась, прыгая под любимые песни «Серебряного слона» и конечно, заглядываясь на барабанщицу.

Сквозь рев гитар и скандирование поклонников едва можно было разобрать шиканье любопытных:

«А что Ольга там делает? Они же расстались! Или они опять сошлись? Что вообще происходит? Она же в «Тверди небесной» барабанит?!»

Игра двух коллег, двух бывших супругов, вкупе с остальными музыкантами, была настолько слаженна, что присутствующие на концерте испытывали поистине райское наслаждение, слушая сегодняшнее исполнение давно полюбившихся хитов «Серебряного слона».

Концерт давно окончился, а Гордей всё сидел в холле гостиницы, и цедил стакан с вискарем. Странное чувство опустошения овладело всем его существом. Вроде и концерт отгремел на славу, и отметили отлично, а настроение было ниже плинтуса.

Где-то в глубине души он и сам знал ответ на свой вопрос.

Внезапная встреча с Ольгой, её такая своевременная помощь всколыхнули в душе Гордея всё то, что он так старательно пытался забыть. И самым ужасным было то, что он знал – Ульяна ждёт его, а у него нет никакого желания возвращаться.

В этот момент Гордей выглядел, словно побитая собака. Казалось бы – и предала, и даже – господи, помилуй, – забеременела и родила от другого…

«Сжатия и разрывы, новые спазмы и муки

Следующим утром он поднялся ни свет, ни заря. Воспоминания о проведенной ночи заставляли приятное тепло разливаться по всему телу. Сквозь огромное панорамное окно пробивались первые солнечные лучи, заливая светом просторный номер, в котором остановилась Ольга.

Она картинно раскинулась на кровати. Невольно скользнув взглядом по обнаженному телу бывшей, Гордей вспомнил прошедшую ночь, и вздрогнул от подступающего возбуждения. Однако он быстро совладал с собой и вышел в коридор.

Он уже знал, что не вернётся к Ульяне. На душе было мерзко от осознания, что за столько лет ничего не поменялось. Но факт оставался фактом – он больше не мог себе сопротивляться. Ему было совершенно всё равно на измену бывшей жены, на тот образ жизни, который она вела до их вчерашней встречи. Сейчас он хотел только одного – снова быть рядом с этой женщиной.

Гордей достал из кармана телефон и набрал по памяти знакомый номер.

Ульяна тем временем сидела на кухне и пила утренний кофе. Пролистывая утренние новости, она лишь мельком подметила для себя, что Гордей не звонил уже пару дней. К своему удивлению, Ульяна поняла, что, с тех пор, как он уехал в командировку, ей стало невероятно спокойно.

Внезапно мобильник ожил, и на экране высветилось знакомое «Гитарист»

«Ну, вот и ты… что ж, сейчас или никогда.»

– Доброе утро… – голос Гордея был серьёзен, – Уля, я хотел…

– Гордей, – перебила его девушка, – знаю, это странно будет слышать от меня… но… в общем, я бы хотела расстаться. Я много думала в эти дни…и… ну не получается у нас, сам же знаешь. Давно уже не получается… устала я, Гордей. Прости. Я отправлю твои вещи тебе домой. Приезжать не нужно. Прости…

С этими словами Ульяна положила трубку и выключила телефон. Это было их последнее общение.

Потрясенный внезапной новостью, Гордей стоял посреди коридора и тупо пялился в экран телефона. Он всё никак не мог понять – это чья-то шутка, или настолько удачное стечение обстоятельств.

Придя в себя, он вернулся в номер.

Ему, по большому счёту, было всё равно, ответит Ольга согласием быть с ним снова или же они просто останутся любовниками – главное, чтобы она была снова рядом.

Ольга как раз подходила Гордею в таких стремлениях. С ней всегда было ощущение, что он что-то упускает из виду, всегда казалось, что одно неверное движение – и он потеряет её. Потому-то вызывала и азарт, и неуёмное желание быть рядом, раз за разом доказывая своё превосходство в числе прочих.

Где-то в глубине подсознания он, конечно, понимал, насколько жалким выглядит в глазах возлюбленной, но ему это было безразлично.

Ольга к тому времени уже проснулась, и всё так же, обнаженная, сидела у окна, созерцая красоту утреннего города. Заметив, как вошёл Гордей, она поднялась, чтоб подойти ближе к мужчине.

– С добрым утром, – игриво улыбнувшись, она коснулась губами его щеки, а он в ответ сжал её руку и с чувством поцеловал, глядя ей прямо в глаза.

– Ты как-то странно себя ведёшь? – недоверчиво глядя на бывшего мужа, произнесла Ольга, – что-то случилось?

– Случилось, – кивнул Гордей, опускаясь на одно колено, – случилось то, что я очень хочу попробовать всё заново. С тобой. И с нашим сыном.

Задумчиво глядя на бывшего супруга, Ольга прокручивала в голове события давно минувших дней.

– Гордей… я понимаю, что ночью шокировала тебя, но… ты уверен, что мы справимся?

С этими словами она подошла к Гордею, и, глядя в упор на мужчину, глянула ему прямо в глаза.

От этого проникновенного взгляда мужчина аж растерялся. Он облизывал губы, тяжело дыша и не веря тому, что его любимая только что снова дала согласие на совместное будущее… Однако, когда подумал о сыне – сомнения тут же покинули Гордея.

«Ох, не облажался б ты, милый, как в прошлый раз… Господи, о чём я только думаю… какая же она стала… ещё сочнее, чем тогда, почти 10 лет назад… ох, не профукать бы всё, как обычно, как ты любишь…»

– Уверен. – и в этот раз ни один мускул не дрогнул на его лице. – поедем же!

– Не торопись, – Ольга нежно провела ладонью по щеке бывшего мужа : « С Максимом всё в порядке, он на даче у родителей. Абсолютно весел и доволен. Я должна подготовить их к нашему визиту.»

Вскоре пара вернулась в столицу.

Ульяна не обманула – вещи действительно дожидались Гордея в его собственной квартире, заботливо сложенные и отправленные бывшей девушкой.

Ольга по-хозяйски прошла на кухню и достала из шкафа старый чайный сервиз. Кажется, его когда-то подарили им на свадьбу с Гордеем.

«Смотри ж ты, хранит до сих пор… Какая прелесть.»

Женщина рассматривала причудливый узор на чашках из тонкого стекла и восхищалась мастерством художника, их расписавшего.

Тем временем Гордей закидывал вещи в стиральную машинку и был абсолютно счастлив. Такое, знаете, счастье человека, который наконец дорвался до исполнения заветной, скрытой ото всех, мечты.

Он мурлыкал какую-то выдуманную песню себе под нос, когда Ольга вошла в ванную комнату.

– Я рада снова быть здесь… – помолчав, она добавила: «Быть здесь с тобой.»

Он посмотрел на Ольгу с благодарной улыбкой, прищурив чёрно-карие глаза от удовольствия, что она находится рядом.

Смею напомнить, что на момент их встречи Ольге было слегка за сорок. Женщина, что называется, в самом соку. Маленький Максимка был в восторге от творчества мамы, и вообще обожал всё, что было связано с музыкой. К тому же родители Ольги нормально отнеслись к её сложной ситуации, и с радостью брали малыша к себе, пока ей нужно было ездить на гастроли.

Этот раз не стал исключением.

Покончив с машинкой, Гордей отправился на кухню. Достав с полки расписную жестяную банку, он снял с неё крышку и вдохнул аромат бергамота с апельсиновыми нотками. Чудесно, то, что нужно для сегодняшнего чаепития.

Заметив, что Ольга расставила на столе тот самый, свадебный сервиз, Гордей почувствовал давно забытое, щемящее чувство в груди. Будто и не было измены, развода. Будто они только вчера въехали в эту квартиру.

– Я в душ! – донеслось из ванной комнаты.

Гордей стоял у окна, глядя на простирающуюся вдаль промзону. Ещё совсем недавно он собирался переехать с Кантемировской, но с появлением Ольги тотчас выкинул эти мысли из головы.

Глядя на высокое серое здание бывшей фабрики, которая теперь являлась бизнес-центром, Гордей прихлебывал чай и думал о том, что, вероятно, теперь всё будет иначе.

Осушив свой бокал, мужчина поразмыслил и решил присоединиться к своей любимой.

Отворив дверь в ванную комнату, он привалился к дверному косяку, залюбовавшись открывшейся перед ним картиной.

Ольга стояла под струёй теплой воды, споласкивая волосы от шампуня. Заметив, что за ней наблюдают, она жестом поманила наблюдателя к себе.

Сплетаясь в объятиях с любимой (как он только недавно сам понял!) женщиной, Гордей впервые за много лет почувствовал что-то подобное эйфории – и теперь хотел продлить этот состояние как можно дольше.

Он нежно обнимал её, стоя сзади, и целовал плечи, томно глядя на её отражение в зеркале.

– Какая же ты красивая… – услышала Ольга тихий шепот, после чего повернулась, чтобы отблагодарить Гордея страстным поцелуем. Надо сказать, что в 40 она стала ещё более привлекательной, чем была раньше. И этот факт, безусловно, стал ещё одним пунктом, почему Гордей решил вернуть бывшую супругу.

Покрывая поцелуями каждый миллиметр её тела, он снова чувствовал, что невероятно счастлив.

Гордей всё так же играл в «Серебряном слоне», постоянно находился на гастролях, и еле успевал высыпаться перед следующим насыщенным днём.

Популярность группы взлетела до небес, особенно когда узнали, что вокалист вновь сошёлся с бывшей супругой. Работы было «непочатый край», но теперь всё обрело для музыканта новый, доселе невиданный, смысл.

Вдохновение било через край! Он мог сутками работать над записью нового альбома, пока рядом на диванчике, прямо в студии, дремала Ольга. Он с нежностью глянул на возлюбленную. Так захотелось, чтобы у них была полная, настоящая семья!

К моменту пробуждения ударницы Гордей уже готов был выходить из дома.

– Куда это ты с утра пораньше?

– Слушай, – наливая ей кофе, спросил он, – может, мы сегодня заберем Макса? Я, конечно, понимаю, что там он уже привык к твоим родителям. Но неужели ему не будет лучше рядом с нами?

Ольга отхлебнула горячий напиток и задумалась.

С одной стороны, Гордей был прав, к тому же за это время он показал себя с наилучшей стороны – так, что, пожалуй, можно было бы доверить ему ребенка. Но с другой… хотя, какая тут может быть другая сторона?! Конечно же, надо позвонить маме и сообщить радостную новость о скором переезде Максимки.

Спустя минуту ударница уже набирала знакомый домашний номер. Гудки на том конце провода были недолгими:

– Алло?

– Мамочка, милая, ну как вы там? – защебетала Оля.

– Доченька! Да ничего, ничего, только с прогулки пришли, гуляли вот с Максом, в магазин за хлебом ходили. Ты как там? Как твоя работа? Когда к нам собираешься?

– Мамуль, я в Москве, наконец! Можно, заедем сегодня вечером? – тут она сбавила тон и полушёпотом добавила: «Я буду не одна.»

– Дааа? А с кем же? – удивилась ольгина мать на том конце провода.

– Ох, мам, – закуривая, Ольга выпустила кольцами дым, – ну в общем, мы с Гордеем снова вместе.

– Конспираторша ты, Оля! – смеясь, воскликнула мать девушки, – Ну, я рада, что ты одумалась. Гордей хороший мужик, я тебе всегда это говорила, ты же знаешь. И хорошо, что мальчишка от него оказался, с твоим-то табором… Ой, ладно, раз такое дело, пойду отцу скажу, будем готовиться. Вот Максимка обрадуется вашему приезду! Давай! Ждём!

В этот момент Гордей подошёл к Ольге и обнял за плечи.

– Любимая? С кем ты говорила?

– Я подумала над тем, что ты говорил про Максима. Пожалуй, да, ты прав – парню явно будет лучше, если мы заберём его. Сегодня же.

– Оль, – Гордей глянул ей прямо в глаза. – Ты же знаешь, что я сам предложил эту идею. Как я могу быть против?

Он отложил инструмент в сторону и пошёл в комнату – одеваться.

Гордей вообще с большим уважением относился к родителям любимой женщины, и это было взаимно. Он был так рад восстановлению своей семьи, что это сложно было бы описать словами.

Спустя час он выгнал из гаража свой старенький рыжий Volkswagen Jetta, и, пока Ольга собрала всё необходимое, успел прогреть автомобиль и подогнать к подъезду.

Путь предстоял неблизкий.

Родители Оли сейчас жили на даче под Клином, а это значило пересечь всю Москву по диагонали, да ещё и встрять в пробку где-нибудь под Химками на Ленинградском шоссе. Но раз уж решились ехать сегодня, да ещё и сообщили родным – отступать уже было некуда.

Погрузив вещи на заднее сиденье, Оля ещё раз пересчитала сумки с вещами, и удовлетворенно плюхнулась на переднее сиденье.

По дороге к родным она болтала без умолку, периодически отвлекая Гордея, но к вечеру они всё же добрались до места назначения, и теперь, уставшие, но довольные, стояли у калитки участка Ольгиных родителей.

Заметив какое-то копошение у забора, девятилетний кудрявый мальчик отставил кружку с чаем и удивленно уставился в темноту. Глядя на бабушку огромными, почти чёрными, глазами – точь-в-точь как у его отца! – он робко поинтересовался:

– Бабушка! Что это там такое?

Елена Сергевна выглянула в окно, и заговорщицки подмигнула малому:

– Сюрприз, Максимка. Одевайся живей, пойдем-ка!

Парнишка обожал сюрпризы, а потому резко сорвался в комнату, одновременно напяливая свитер, джинсы и старые кроссовки.

Когда они с бабушкой вышли во двор, Макс с радостью понесся в распростёртые объятия Ольги:

– Маааамаааа! Ураааа! Маааамааа приехалаааааа!

Ольга поставила пакеты с вещами на землю и закружила сына в объятиях. Они ведь так давно не виделись! Тайком от взора мальчишки она утирала подступающие слезы.

Вечер продолжался уже несколько часов.

Семейство расположилось за большим столом, уставленным яствами. Елена Сергевна была знатной кулинаркой, а потому даже из обычного обеда могла сотворить «чудо чудное» и «диво дивное».

Гордей с упоением уплетал копчёную утку, которую подали с яблоками и отварной картошкой. Максимка с интересом разглядывал нового знакомого, периодически переводя взгляд на маму и как бы спрашивая: «Мам, а кто это?»

– Потом расскажу, кушай, солнышко, – с нежностью в голосе ответила сыну Ольга, вытирая салфеткой его измазанный рот, – положить тебе ещё салатик?

– Нее, мам, спасибо, я наелся! – Макс поднялся из-за стола, – я пойду у себя поиграю, приходите, когда поужинаете!

– Какой самостоятельный малый, – подметил Гордей.

– Неудивительно, – хмыкнул отец Ольги, Игорь Иваныч, – он столько лет живёт без матери, да и у нас не всегда есть время играть с малым. Молодец он, что сам со многим уже умеет справляться. Моя кровь!

«И моя…» – мелькнуло в голове у Гордея.

Глава семейства поднял бокал вина за Максима, а все остальные последовали его примеру.

Спустя пару часов Ольга укладывала ребенка спать. Они разговаривали, пытаясь наверстать упущенное за все эти годы.

– Мам, а кто этот дядя ? – спросил Макс, высовываясь из-под одеяла, – Он как-то странно себя ведёт. И он похож на меня…

Ольга утёрла подступающие слёзы:

– Это твой папа, мой мальчик.

– Что?! – Максимка подскочил на кровати, не веря своим ушам, – Папа!

Гордей заглянул в комнату, и привалился к дверному косяку.

– Привет, сын!

Максим во все глаза таращился на Гордея, и кажется, в этот момент чувствовал себя совершенно счастливым. Ведь в одно мгновение он обрёл целую семью.

– В общем, послезавтра мы втроем возвращаемся в город. С тобой втроём, – с этими словами она крепко прижала своего любимого сына к груди и принялась осыпать поцелуями его макушку.

Обрадованный малыш вскочил из-под одеяла и принялся скакать по кровати с криками «Ура!», «Ееее» и «Круто!».

Гордей лежал на кушетке, смотрел в окно на нависшую над домом луну и думал о том, что всё делает правильно. В очередной раз он благодарил высшие силы за ту внезапную встречу с Ольгой в клубе, которая перевернула всю его жизнь.

Оставался всего один день до отъезда из Клина, и ребята решили провести его, отдохнув по максимуму. По настоянию Гордея они собрались и отправились купаться на реку- Сестру.

В этот день Гордей вновь осознал, каким правильным решением было забрать мальчугана с собой – ведь при виде Ольги ребенок весь светился от счастья.

Максим унёсся вперед, а Ольга под руку с возлюбленным следовали чуть поодаль и болтали на какие-то отвлеченные темы. Постепенно разговор сошёл на нет, и они пошли молча, каждый в своих мыслях.

Она невероятно боялась открыться любимому. Даже несмотря на то, что он сам начал восстанавливать с ней отношения и всячески показывал, и доказывал искренность своих намерений. А что, если Максимка привяжется, а у них с Гордеем ничего не выйдет? Ведь один раз они уже расстались…

Тем временем музыкант ушёл чуть вперед.

Он шёл и… думал об Ульяне. Вспомнил почему-то именно тот день, когда посвятил ей песню «Этого не может быть».

Вытащив из кармана мобильник, он на память набрал знакомый номер.

Спустя пару гудков услышал:

– Алло? Гордей?

– Послушай… прости меня, пожалуйста. Нет, стой, не перебивай… я знаю, что нам с тобой всегда было сложно… и… ну зачем мучиться…

– Да я не мучаюсь, с чего ты взял-то?

– Правда?

– Правда, Гор. Как ты?

– Вернулся к Ольге, – почему-то отчитался он.

Ульяна подошла к окну и улыбнулась:

– Я так рада это слышать! Скажи, теперь ты счастлив?

– Безмерно! – воскликнул Гордей, – послушай, правда, то, что между нами сейчас происходит – это какое-то волшебство…

– А ты ведь не только к ней вернулся? – Ульяна улыбнулась, закуривая, – как дела у сынишки?

– Что? Откуда….

Но в ответ он услышал лишь короткие гудки и с удивлением уставился на погасший экран мобильного.

А в это время Ульяна достала с полки старенький подсвечник с толстой белой свечой и подожгла фитиль.

Стоя на коленях у приоткрытого окна, она смотрела на пламя и в очередной раз одними губами шептала молитву, чтобы её любимый мужчина наконец-то стал счастлив.

Как и много лет подряд.

Фраза, сказанная дьяволом в фильме «Адвокат дьявола» с Киану Ривзом.