POV Лера

– Господи, какая же скукотища! – я не могу сдержаться, чтобы не фыркнуть от досады. И на кой, спрашивается, мы сюда притащились?

А… впрочем, чего я хотела? Лето, сезон отпусков и полнейшее безделье, от которого выть хочется. Одним словом – тоска зеленая, как и всегда в этот период у нас в городе. Хоть ночные клубы и работают, правда, только по выходным, народа здесь раз-два и обчелся. Нормальные люди сейчас в другом месте отдыхают, а мы тут киснем: танцевать лень, пить коктейли лень, и даже встать с кресла тоже лень. Одним словом, скука смертная.

Даже поиздеваться не над кем, а познакомиться тем более – и чего, спрашивается, нам с Викулей на Ибице не сиделось? Море, пальмы, яхты, алкоголь рекой и симпатичные мужчины – такие же бездельники, как и мы с моей любимой подружкой. А нафига, спрашивается, работать, если в кармане лежит золотая кредитка, на которой безлимит? Молодость дается раз в жизни, так стоит ли просиживать драгоценное время в кабинетах за скромную зарплату менеджера или администратора, получая копейки за свой труд?

Фу, какая гадость – никогда в жизни не буду прозябать в офисе! Куда проще и правильнее найти себе богатого мужа с огромным домом, солидным счетом в банке и обеспеченным будущим – живи на полную катушку и ни о чем не заморачивайся. Хочется тебе обновить интерьер – один телефонный звонок, и толпа дизайнеров сделает все в лучшем виде. Мечтаешь о дорогом курорте – твой мужчина организует тебе отдых в два счета.

Вот это, я понимаю, настоящая жизнь. Пусть она местами довольно скучная и однообразная. Но к этому можно привыкнуть, местами даже смириться с участью «золотой» девочки. Хотя, чего там привыкать? Это и есть стиль моей жизни, который менять я не намерена ни при каких раскладах. Сейчас меня содержит и балует отец, потом это будет делать муж.

Правда, в этот раз с растратами я слегка погорячилась, и мой любимый родитель начал зудеть, как муха.

– Ты не обнаглела? – чеканя каждое слово произнёс он, глядя на меня с небольшим, но осуждением, когда я явилась в отчий дом с повинной.

– Ой, пап, не начинай, – мило улыбнулась, обняла сзади любимого мужчину и поцеловала в щеку. Этот приём работает безотказно, стоит такое проделать, и мой папочка плывет. Местами даже заикаться начинает. – Я больше не буду.

– Ты бы за ум взялась, бездельница, – в этот момент моя строгая мамуля зашла в кабинет, наблюдая картину, как ее драгоценный супруг тает под моим напором.

Если с папой справиться довольно легко, стоит лишь улыбнуться и покаяться во всех смертных грехах, потупив глазки, то с маман дела обстоят намного хуже. Она видит всех насквозь, постоянно зудя, как муха, о моей безответственности, расточительности и порой слишком вызывающем поведении. И ведь не отмахнёшься в ответ, хотя я периодически пытаюсь сопротивляться.

– Ты, смотрю, тоже перетрудилась? – прищурилась, глядя матери прямо в глаза. Ну а что, ей можно, а мне нет? Пусть она не проводит время, как я, но тоже в офисе не прозябает.

Ну а фонд, или чем там моя мамуля занимается – это ее блажь. Я-то тут при чем?

– Не умничай, – она уселась на диван и закинула ногу на ногу. – А лучше бери пример с Захара.

Ну, всё, началось! Теперь не остановится, даже не стоит прерывать ее пламенную речь. Каждый раз одно и то же – вот не может, чтобы не ткнуть меня носом. И Захар тоже хорош – кто его просил пахать, как папа Карло, на благо нашей замечательной семьи? То ли дело раньше – ни забот тебе, ни хлопот.

Мы с братом двойняшки, и прожигали жизнь, а точнее папины деньги, на пару. Только в отличие от меня Захар всегда был серьезным, ответственным и местами слишком правильным. Точнее, скучным, ворчливым и занудным типом. Но я – это не он, свою молодость гробить не собираюсь. Молода ещё, мне погулять хочется.

Далась ему эта фирма вместе с креслом вице-президента!

– Я не Захар, и никогда им не стану, – скривилась, так как от одной только мысли об офисе меня бросало в дрожь. – И хватит меня носом тыкать по поводу и без.

– Вот интересно, – мама не унималась, как будто бес в нее сегодня вселился. – Если отец перекроет тебе кислород, что ты будешь делать?

Она что, решила меня доконать? Так…нужно сваливать срочно, иначе могу сорваться.

– Очень смешно, – скривилась я повторно и поспешила покинуть отчий дом, так как дальнейшие нравоучения моя нервная система точно не выдержит.

Слава Богу, отец подарил нам с братом по отдельной квартире, и мне не приходится каждый день наблюдать кислые физиономии своих драгоценных родственников. Хватит и еженедельных нравоучений – каждодневные станут перебором…

– Пойду, что ли, глазки кому построю, – отвлекает меня Викуля от грустных воспоминаний и делает глоток коктейля, стреляя глазами по залу. – Смотри, какой красавчик возле бара тусуется.

Проследила за взглядом подруги, слегка скривилась, а после перевела взгляд на сидящую рядом девушку.

– С каких пор тебя потянуло на малолеток, дорогая? – усмехаюсь, беру свой бокал и откидываюсь на спинку дивана. – Ты на него посмотри – понтов больше, чем денег.

– Все равно скучно, – беспечно пожимая плечами, отвечает моя лучшая подружка, продолжая поедать парня взглядом. – А так хоть развлекусь.

Встает, поправляет короткое платье и на десятисантиметровых каблуках двигает к барной стойке, не забывая вилять задом. Такие красавицы пропадают – и что этим мужикам надо? А вернее, где этом мужики шляются?

Сижу, умираю от скуки и не знаю, чем заняться. Танцевать лень, да и третий по счету коктейль уже не лезет – приторно-сладкое приелось до жути. Хочется чего-то остренького, чтобы кровь в жилах заиграла, а глаза наполнились блеском подступающего азарта. Все подруги замужем, кроме нас с Викулей – кто удачно, кто не очень. Иногда они все же выбираются в клубы, но ведут себя целомудренно, а то не дай Бог муж узнает.

Я – за свободные отношения, если брак по расчету. Не то чтобы начну прыгать из постели в постель, но наличие любовницы у мужа приму спокойно. Надо же человеку иногда расслабляться от бытовых проблем и забот, а то слишком быстро мы наскучим друг другу.

Почему-то мысль о большой любви меня в последнее время не посещает. Раньше мечтала, как и все малолетние дурочки, однако с возрастом и со временем поняла – куда проще трезвый расчет и взаимное уважение.

А любовь… ее нет, как бы нас не пытались переубедить в обратном. Все те сказки о большой и светлой – это миф, придуманный неудачницами. Ну, не верю я в светлые и долгосрочные чувства, хоть ты тресни. И не желаю терять голову от первого попавшегося представителя мужского пола со смазливой физиономией – нафига оно мне надо? Или ещё хуже – страдать из-за них, проливая слезы по ночам в подушку. Так что лучше найти себе богатого толстосума и продолжать жить в своё удовольствие.

Без сердечных переживаний.

Делаю еще один глоток, понимая, что пора сваливать домой. А в идеале – снова полететь в жаркие страны. Там куда веселее и интереснее, чем здесь.

Поднимаю взгляд на вход и замираю на месте с открытым ртом.

С ума сойти, вот это экземпляр!

POV Дамир

Какого хрена, спрашивается, я сюда приперся? И так настроение на нуле, а желание кого-то придушить – наоборот, с каждой минутой растет все сильнее. Еще и малолетние идиотки с манией величия и завышенной самооценкой сейчас начнут липнуть, как мухи на мед. Иногда так и хочется съязвить: «Деточка, ты хоть одну копейку в своей жизни заработала?». Ответ-то я знаю заранее, но поведение длинноногих дур порой бесит до безумия.

Терпеть не могу стервозность ни в каком виде. Придушить хочется, когда очередная девочка-мажорка закатывает истерику в магазине, обвиняя продавца во всех смертных грехах. Еще и увольнением грозить начинает – так и хочется ее головой о стеклянную витрину треснуть, чтобы не вопила. А еще лучше заставить саму зарабатывать себе на жизнь и пытаться таких вот истеричек успокоить, угодить и понять, при этом еще остаться на своем рабочем месте.

Ненавижу!

Раньше, помнится, я даже не обращал на подобные мелочи внимания. Лишь бы мордашка посимпатичнее, да ноги подлине – а уж длинному язычку я с блеском находил иное применение. Но шесть лет брака с подобной стервозной особой перевернули мое мировоззрение и принципы с ног на голову. Теперь таких куриц я просто трахаю и выставляю за дверь, как дешёвых шлюх, давая пару сотен баксов за старание.

На большее они все равно не способны.

Но и это надоело – хватит, пора уже заканчивать с этим фарсом. Не то чтобы я готов броситься на первую попавшуюся серую мышь и затащить ее в загс, но и богатых стерв в своем доме больше терпеть не собираюсь.

Как всегда любил повторять мой отец – главное, чтобы человек был хороший. Остальное все приложится.

– Ты со мной? – громкий крик над ухом выводит меня из раздумий, и я понимаю, что слишком глубоко ушел в себя.

Слишком уж сумбурный сегодня выдался денек, так что ночной клуб с пьяными молодыми цыпочками станет перебором. Зря я согласился пропустить по стаканчику перед сном. Уж лучше бы выспался, отключив все телефоны.

– Я, наверное, домой поеду, – произношу на выдохе, только сейчас понимая, что даже не заметил, как мы пробрались сквозь толпу к заказанному столику.

– Да брось, Дамир, – мой спутник дотрагивается до моего плеча и подталкивает вперед. – Сейчас выпьем, расслабимся, – усмехается, хлопая меня по спине, а я на автомате плюхаюсь в одно из кресел. – Девочек снимем, – Вадик пытается поднять мое откровенно паршивое настроение, однако в ответ на столь «заманчивое» предложение на моём лице появляется лишь кривая ухмылка.

– Выпить я не против, но давай как-нибудь без девочек обойдемся, – очень надеюсь, что мой взгляд говорит красноречивее моих же слов.

Вообще нет желания кого-нибудь снимать. Хотя сегодня здесь целый рассадник красоток, которые за парочку коктейлей и комплиментов сомнительного характера раздвинут ноги и исполнят все мои сексуальные прихоти, даже имени моего не узнав.

Бесит. Прямо до скрежета в зубах и ломоты в костях.

Я, конечно, не моралист, и частенько не отказываюсь от секса на одну ночь – мы люди взрослые, и естественные потребности организма у нас еще никто не отменял. Но именно сегодня, когда усталость берет свое, особенно после длительного перелета и не менее длительных переговоров с новыми партнерами, хочется послать весь этот мир нахрен.

Вместе с красотками. Хоть на одну ночь, хоть на две.

И тут же, как только официантка отходит, получив от Вадика заказ, материализуется парочка тупоголовых малолеток. Естественно, с коктейлями в руках.

– Скучаете, мальчики? – одна из девчонок наклоняется прямо к моему уху, отсвечивая третьим размером прямо перед глазами.

Мальчики?

«Ты ничего не попутала, шалава малолетняя?» – чуть не срывается у меня с языка, но вслух, разумеется, я произношу совсем другое. Мала она слушать такое от взрослых дядь, хотя серьезно считает, что уже взрослая, раз ноги с готовностью раздвигает перед первым встречным.

– Деточка, иди домой, уроки учить, – фыркаю, глядя разукрашенной женской физиономии прямо в глаза. Лет двадцать, не больше, а гонору-то! – Иначе завтра двойку получишь.

– Урод! – шипит моя новая «знакомая» в ответ, становится ровно, поправляет задравшуюся короткую юбку, и вместе с подружкой отходит к барной стойке. Вот, ещё и хамка.

Перевожу взгляд и натыкаюсь на смеющегося Вадика.

– Суров, – мужчина подмигивает, правда, под моим гневным взглядом быстро поникает. – Ты бы расслабился, и мир покажется намного ярче.

– Философ хренов! – ворчу в ответ и отворачиваюсь, переводя глаза на танцпол.

Если новый проект пройдет с блеском (а в этом я даже не сомневаюсь), придется в этом славном городе открывать филиал и на время переезжать сюда. А пока делами заправляет мой помощник, который уже десять минут сидит рядом и скалится, наблюдая, как я скриплю зубами. Но через некоторое время мое присутствие в городе станет крайне необходимым.

А что, я не против на полгодика сменить место жительства. Надоели суровые сибирские морозы до жути. Хочется тепла, уюта и покоя – эк меня торкнуло сегодня. Такая чушь лезет в голову.

– А здесь неплохо, – довольно быстро оглядываю интерьер и меняю тему. Иначе мысли и о новом проекте, и о пока еще официальной жене до добра не доведут. – Не зря я сюда бабки вложил.

– Вот сколько тебя знаю, – Вадик замолкает, улыбаясь подошедшей официантке. Провожает взглядом все ее движения, а после открывает бутылку с виски и разливает по стаканам, предварительно кинув туда льда. – Никак не могу понять до конца, – поднимает вверх руку со своей тарой. – Твое здоровье!

– Это комплимент? – ви́ски обжигает горло, но я даже не обращаю внимание на сей прискорбный факт. Быстрее расслаблюсь – быстрее свалю домой. Точнее, в съемную однокомнатную квартиру, но это же такие мелочи.

– Это бред, если честно, – фыркает мой друг, усаживается ровно в кресле и даже слегка наклоняется корпусом вперед, чтобы не кричать так сильно. – Скажи, какой нормальный человек в здравом уме даст первому встречному деньги на клуб, – он делает круговое движение головой, очерчивая мои владения. – И ни разу за год даже не проверит, куда же пошли его бабки?

– Во-первых, Аслан не первый встречный, а мой старый и надежный друг, о чем тебе известно, – не отрываю острого взгляда от своего спутника, на что тот лишь криво усмехается. – А во-вторых… – и обрываю фразу, так как мой взор цепляется за женский силуэт.

Медленно перевожу взгляд на стройную и симпатичную блондинку, которая, не торопясь, двигается по краю толпы. Джинсы обтягивают стройные ножки, прозрачная блузка свободного покроя спадает с одного плечика, да и мордашка не подкачала.

Не малолетка. Да и на девушку легкого поведения не похожа. Чувствуется в блондиночке какой-то стержень – гордая осанка, серьезный взгляд и… шикарная грудь.

Вот это экземпляр!

А что, вечер перестает быть томным…

POV Лера

– Викусь, я домой, – ору на ухо подруге, чтобы хоть как-то перекричать громкую музыку. Голова вот-вот треснет от переизбытка децибел, мельканий полупьяных лиц, а так же вульгарно извивающихся тел на танцполе.

Ночь в самом разгаре. Еще немного, и начнутся танцы на сцене возле шеста, обязательно с раздеванием, а после падение вниз, так как ноги уже не держат от переизбытка алкоголя в крови. Это хорошо, если кто-то вовремя поймает. А если нет?

Как же меня это всё достало! Всё, не могу больше тут находиться, ещё немного – и взвою на луну.

– Лерок, ты чего такая скучная? – произносит моя подруга полупьяным голосом, поворачиваясь лицом в мою сторону. – Я еще даже не танцевала.

– Неужели кавалер не пригласил? – киваю в сторону парнишки, которого вроде как клеит Викуля.

Н-да, издалека он казался намного симпатичнее. Однако сейчас его пьяная улыбка вызывает исключительно рвотный рефлекс. И так башка трещит, как будто по ней молотком били, сейчас вообще стошнит. Лучше уж на пьяную подругу буду смотреть – к ее физиономии я уже привыкла за долгие годы. А вот он для меня слишком суровое испытание…

– Он та-акой клевый! – Вика наклоняется ко мне, однако с координацией у девушки туговато. Падает с высокого барного стула прямо на меня. Слава Богу, вовремя успеваю подставить руки, поймать эту звезду и водворить обратно на место. Когда она успела так накидаться?

Всё, пора сегодня завязывать с якобы развлечением, ещё немного, и мне придётся просить подкрепление, чтобы погрузить пьяную тушку подруги в такси. А тут, как назло, ещё много «знакомых», точнее завистников. Этим только повод дай – будут языки чесать, если увидят, в каком она состоянии.

Как же задолбали одни и те же лица, до жути!

Подруга громко икает, снова подается корпусом в мою стону и повторно начинает заваливаться. Зараза!

Вновь её ловлю, чтобы окончательно не свалилась на пол всем завистникам на радость, и начинаю судорожно думать, как уйти отсюда тихо. Желательно, чтобы никто не заметил её плачевного состояния.

Не бросать же её, в самом-то деле! Но и позориться с ней за компанию нет абсолютно никакого желания. Прямо глобальная проблема без возможности решения.

Какая ни какая, а подруга – мы с ней знакомы с детства. А мама с папой меня учили, что бросать близких людей в беде нельзя. Мало ли, что у этого малолетнего недоумка в голове. Его похотливый взгляд меня нервируют и дико раздражает. Если бы хоть компания знакомая, или из друзей кто был в клубе, а так…

Как же интересно получается – рожи все знакомые, а за помощью обратиться не к кому. Разве что повод для сплетен добавить завистникам.

– Идем за наш столик, там мне все расскажешь, – пытаюсь сменить тактику, чтобы наконец-то увести отсюда уже практически не стоящую на ногах Вику. Желательно без «кавалера», иначе могу что-нибудь отчебучить. – Давай по коктейльчику и домой.

– Нет! – фыркает Викуля, вырывая руку из моего захвата. – Я никуда не пойду!

Ну, начинается…

И за что мне это наказание? Нахрена, спрашивается, я сегодня поперлась в ночной клуб? Ведь даже не думала выходить из квартиры, так как еще с утра плохо себя чувствовала. Но нытье Вики меня доконало – сначала шоппинг, затем ужин в ресторане, и вот теперь ночной клуб с орущей музыкой и пьяным контингентом.

Внимательно присматриваюсь к ней и немного успокаиваюсь, глядя, как Вика продолжает строить глазки сидящему рядом малолетке. Кажется, не настолько она и пьяна, как я предполагала изначально.

– Ладно, – тяжело вздыхаю, устраиваясь на соседнем стуле. – Пьем по коктейлю здесь и едем домой.

Рукой подзываю бармена, проклиная и свою подругу с ее извечным нытьем, и вообще все на свете, так как ни пить, ни есть, ни тем более здесь сидеть нет никакого желания. Может, и вправду свалить, оставив Вику самой разгребать свои проблемы? Сколько можно постоянно ее опекать, потакать ее капризам и вытаскивать из передряг? Вешается на каждого встречного, а потом ноет, растирая сопли по лицу. И, конечно же, Лера должна и обязана слушать истерики, утешать и ходить по клубам в поисках нового кавалера.

Пора уже взрослеть – не двадцать же лет, в самом-то деле!

У меня, конечно, тоже кавалеры надолго не задерживаются, но не с каждым же встречным бежать в постель в первый вечер знакомства. А как же романтика? Цветы, рестораны, прогулки на яхте и отдых в жарких странах? Исключительно вдвоем.

Ведь это так сближает!

Терпеть не могу жадных мужиков. Когда на свидание он приходит с одной розочкой (хорошо хоть не с гвоздикой!), корчит из себя крутого мачо, а сам даже не может угостить ужином в среднестатистическом ресторане. На кофе едва хватает – о бифштексе даже речи не идет.

– Голубую лагуну девушке сделайте! – раздается громкий мужской голос прямо над ухом, когда бармен подходит, чтобы принять у меня заказ.

Интересно, кому принадлежит такой приятный бархатный баритон? Прямо до мурашек по коже. Вот же кому-то повезло.

Поворачиваю голову вправо и слегка теряюсь – рядом со мной стоит тот самый экземпляр мужского пола, который еще совсем недавно привлек мое пристальное внимание своим появлением.

Если честно, то он никак не вписывается в местный контингент. И как занесло его сюда непонятно каким ветром – как будто с другой планеты.

Мужчина пристально смотрит на меня, и я в ответ не отвожу взгляда. На меня буквально напал ступор – и ведь даже не хочется отворачиваться. Он словно загипнотизировал меня, а я чувствую себя кроликом перед удавом.

– Это вы мне? – наконец-то отмираю, так как рядом не наблюдаю ни одной красотки, кому бы мужчина мог заказать коктейль.

– Тебе, крошка, – он сканирует меня взглядом собственника. А вот я от его обращения ко мне снова приобретаю способность ясно мыслить, словно меня окатили ледяной водой.

И это привело меня в чувство. Вместо того, чтобы млеть от столь пристального внимания, презрительно фыркаю и отворачиваюсь, не желая больше продолжать наше «знакомство».

Вторым пунктом после мужской жадности идут «зая», «кися», «рыбка» и остальная живность, которой так любят называть не только девушки своих мужчин. Статистика показывает, что мужики намного чаще называют своих избранниц уменьшительно-ласкательными словами. Чтобы в именах не запутаться.

Но больше всего меня бесит «крошка». Ну какая я тебе, нахрен, крошка?! Если ты видишь меня первый раз в жизни! Угостил коктейлем, обсмотрел с ног до головы, раздевая взглядом, и считаешь, что я обязана в первый же вечер раздвинуть перед тобой ноги?

Да пошёл ты…

– Девушка сама в состоянии заказать себе коктейль, – цежу сквозь зубы в ответ и не успеваю больше произнести ни слова, как чувствую прикосновение пальцев к своему локтю.

Меня словно током бьет. От простого прикосновения!

Резко поворачиваю голову и пронзаю мужчину возмущённым взглядом, но тут же понимаю – сделала я это зря. Не стоило мне смотреть в его глаза – я вновь попадаю под власть его гипнотического взгляда, от которого почему-то голова идёт кругом.

Тонкая ткань на блузке не спасает – меня обдает жаром и слегка бросает в дрожь.

А вот это уже плохо, ни один мужчина так на меня не действовал. И мне это совсем не понравилось. Точнее понравилось, но только в самом начале.

Нужно срочно бежать отсюда, даже не оглядываясь.

POV Дамир

Планы на вечер резко меняются. Я хочу ЕЕ, до одури! Девушку со светлыми волосами, голубыми глазами, длинными ногами и умопомрачительной грудью.

Уверен, и она не прочь – её затвердевшие соски, которые не скрывает полупрозрачная блузка с нижним бельем, говорят об этом, хоть она и хочет взглядом показать обратное.

Кого обмануть собралась, крошка? Твое тело выдает тебя с головой!

Глядя на ее прикид, когда девушка шла мимо нашего столика – хм-м… дорогой, значит из обеспеченной семьи. Либо, как вариант, чья-то содержанка, но мне почему-то кажется, что первое. Хотя меня эта сторона медали не волнует абсолютно – я сегодня намерен хорошенько ее трахнуть. Причем не раз и даже не два.

У девушки не убудет, а мне плевать, есть ли у нее кто-то. Сейчас мной руководит похоть, и я не собираюсь себя сдерживать.

Даже усталость куда-то резко испаряется. Хочу поставить красотку на колени, намотать её белые локоны на кулак, и резко войти на всю длину в её влажную киску, получая от этого кайф. А потом я буду драть ее так остервенело, чтобы сучка охрипла от стонов.

От картины, которая всплывает в моём воображении, непроизвольно пальцы сжимаются вокруг тонкой руки блондинки. Давненько я не заводился от одного только взгляда на цыпочку. Крошка, ты даже не представляешь, какая ждёт тебя охрененная ночь! А меня какая…

Черт, как же она меня завела!

Ты посмотри на неё, еще и хамит – «девушка сама в состоянии заказать себе коктейль». Ага, прямо сейчас все брошу и отпущу тебя, малышка. Хотя, брошу, конечно, но только после того, так отымею стервочку во всех позах, и объясню популярно, что Дамиру хамить чревато последствиями. Так что, красотка, ждёт тебя урок вежливости с эротическим уклоном – трахать буду до тех пор, пока сознание не потеряешь.

Мне еще три дня куковать в этом славном городишке – если понравится эта девочка в постели (а мне почему-то кажется, что так и будет), предложу ей встретиться еще пару раз. Пока буду в городе. Смысл бегать по злачным местам и искать себе кого-то, раз уже нашел?

Вот она, сидит рядом, сверкает глазами и всем своим видом предлагает незабываемую ночь.

Взгляд прочно зацепился, еще когда девушка проходила мимо. Проводил глазами её стройный силуэт к барной стойке и больше не выпускал крошку из поля зрения.

У меня давно не было женщины, а ЭТА подходит по всем параметрам. Язычок у нее острый, но я найду ему более достойное применение. И вновь в моём воображении всплывает картина: она стоит на коленях и смотрит на меня взглядом, полным покорности. Проводит своим розовым язычком по головке моего члена, а я, не сдерживая протяжного стона, грубо беру ее за волосы и резко ввожу свой орган в её красивый ротик.

И начинаю двигаться. Сначала медленно, привыкая к приятным ощущениям, затем ускоряюсь, переходя на бешенный темп. Пока не наступает долгожданная разрядка. Держу крепко за волосы блондинку до тех пор, пока она не проглотит мою сперму. Всю, до последней капли. А затем продолжу пиршество. Она будет стонать подо мной, извиваться и сгорать от желания.

Черт, у меня от разыгравшейся картины уже встал, про ломоту в яйцах и говорить не стóит. Сука, так и до дома не дотерплю – трахну прямо в такси!

– Голубую лагуну неси, – командую, боковым зрением наблюдая, как бармен завис рядом с нами. – А мне еще виски.

Иначе взорвусь. Прямо сейчас. Так она меня завела своим упрямством.

– Я же сказала… – шипит блондинка мне прямо в лицо. Правда, пока даже не догадывается, что тем самым раздувает пламя еще сильнее, напрашиваясь на грубый секс. Без прелюдии.

А жаль, я бы приласкал эту строптивицу. Смял бы эту аппетитную попку, поиграл с сосками, чтобы девушка застонала от наслаждения.

Подобными мыслями я себя скорее загоню, чем трахну эту красотку.

– Не советую со мной разговаривать в подобном тоне, – наши лица слишком близко, чтобы девушка не расслышала моего предупреждения. А мое раздражение растет с каждой минутой все больше и больше.

Крошка, не играй с огнем. Иначе мы закончим наше «знакомство» в одной из подсобок.

У девушки по лицу пробегает тень страха, зрачки расширяются, но маленькая стерва все-таки сумела быстро взять себя в руки.

И послать в ответ взгляд, полный призрения.

А вот это ты зря, малышка, провоцируешь хищника. Со мной играть опасно. Обычно, я всегда беру то, что хочу – новый проект, чужую фирму, симпатичную блондинку. На данный момент меня интересуешь ты, красавица.

Хотя ее сопротивление больше заводит, чем раздражает. Что ж, посопротивляйся немного. Мне это даже нравится. Но больше мне понравится поставить тебя на место – прямо жажду заполучить такую крошку!

Опять этот взгляд, полный непокорности, но меня не обманешь. Жилка на шее, что бьётся, как птичка, говорит, что моя строптивица начинает нервничать. Ее сопротивление вот-вот рухнет. И не без основания.

– Лерок, какого мужика ты подцепила! – слышу рядом громкий женский голос и слегка поднимаю голову, наблюдая, как пьяная идиотка с соседнего стула падает на мою спутницу, а та в ответ не успевает поймать одной рукой свою подругу.

Вот черт – это в мои планы точно не входило! Приходится отпустить блондинку, которая резко вырывает руку из моего захвата. А после слезает с барного стула, чтобы поднять пьяную подругу с пола – Господи, как же я ненавижу подобных дур!

Именно дуры, потому что адекватные девушки не станут нажираться до поросячьего визга и падать посреди ночного клуба в невменяемом состоянии.

Наблюдаю, как блондинка наклоняется, а джинсы плотно обтягивают ее симпатичную попку. Прямо перед моим носом, черт бы ее побрал! И так с трудом пытаюсь удержать себя в руках, а тут такой соблазн.

Сука, только усмирил свой стояк, и вот опять! Надо срочно с этим что-то делать. Хоть хватай блондинку и тащи в ближайшую подсобку для снятия напряжения.

– Помощь нужна? – слышу голос Вадика, который, как оказывается, стоит рядом со мной и наблюдает картину под названием «пьяная идиотка пытается встать с пола».

– Сам справлюсь, – отвечаю максимально спокойно другу, хотя волны ярости начинают накатывать одна за одной, так как прекрасно понимаю, что блондинку не брошу.

Вот кто бы мне ответил на вопрос – а нахрена оно мне надо? Почему бы не найти себе девушку попроще – без неприятностей, пьяных подруг и презрительного взгляда?

– Тогда удачи, дружище! – мой помощник хлопает меня по плечу, а я лишь резко выдыхаю, собираясь с мыслями.

– За коктейль и виски расплатись, – усмехаюсь, глядя, как моя блондинка чуть ли не падает, когда в очередной раз ее пьяная подруга не может найти точку опоры, чтобы подняться. – Завтра встретимся, обсудим дела.

Мой друг отходит к барной стойке, а я наоборот делаю два шага вперед. Беру блондинку за плечи, заставляя выпрямиться, отодвигаю ее в сторону и резким движением поднимаю пьяную девчонку с пола. Раз, и она висит на моем плече, болтаясь, как тряпичная кукла.

– Послушай, – блондинка пытается меня остановить, но я лишь командую тоном, не терпящим возражения:

– На выход!

Девушка вздрагивает, но подчиняется. Молодец, начинает понимать, как вести себя со мной. Возможно и подарю тебе порцию ласки, а не только грубый животный секс.

Мы движемся на выход, и тут возникает непредвиденное обстоятельство в виде паренька – не менее пьяного, чем его подруга, которая сейчас висит на моем плече. Я бы послал их обоих, если бы не жаждал заполучить тело блондинки на сегодняшнюю ночь.

Словно магнитом тянет к ней – никак не могу совладать со своими эмоциями.

– Оставь ее! – паренек делает шаг в мою сторону, а я свободной рукой толкаю его в грудь.

– Сидеть! – рычу, пронзая его испепеляющим взглядом. Если паренек хоть немного соображает (в чем очень сомневаюсь), то поймёт мое нежелание устраивать прилюдные разборки. Если что-то вякнет – проблемы ему обеспеченны, уж я постараюсь.

Парень вздрагивает и тут же оседает, но не на барный стул, а рядом с ним. Аккурат на пятую точку под ноги какой-то парочке.

Жалкий трус, даже внимания моего не стоит – отворачиваюсь и направляюсь к выходу с пьяной ношей на плече, которую просто подмывает выкинуть в мусорку, ибо там ей и место.

Что ж, блондиночка, придется тебе сегодня отрабатывать мою помощь. А с фантазией у меня полный порядок. Можешь даже не сомневаться.

Надеюсь, она не полное бревно в постели? Иначе вечер будет испорчен окончательно.

Как-то этот момент я не учел, мысленно уже раздев девушку и поимев в разных позах. Пару раз мне попадались подобные строптивицы, от которых потом плевать хотелось. И никакого удовольствия.

Хотя, о чём это я? Горящий взгляд, полный возмущения, который пытался пронзить меня насквозь пять минут назад, говорит о многом.

Она ещё та огненная малышка. И эта ночь обещает райское наслаждение.

POV Лера

Он меня пугает. Пронизывающе-горящим взглядом, жестами, командным тоном от которого всё холодеет внутри. Такое чувство, что готов заняться сексом прямо сейчас, даже не спросив моего имени. Если бы не клуб с кучей народа, то уверена – именно так бы он и поступил.

Брр… Не мужик, а альфа-самец в чистом виде, с глазами голодного хищника. Чувствую себя словно дичь, на которую он открыл охоту, чтобы заполучить любой ценой, и не важно, что я не согласна с таким раскладом. Хорошо еще, что мы в людном месте. Это слегка немного успокаивает, но все равно чувствую себя загнанной в угол. Как будто мышь, попавшая в мышеловку. А я ни сном ни духом.

Вот тебе и шикарный представитель мужского пола.

От его взгляда в дрожь бросает. И всё же, вопреки всякой логике, моя женская сущность к нему тянется.

Разумом понимаю, что не хочу оставаться с ним наедине – боюсь попасть под его чары. Сильный, смелый, властный – одним словом, настоящий мужик. Смотришь на него, и сердце замирает от восторга. Не то что эти сопливые дегенераты, которые так и норовят залезть тебе под юбку сразу после парочки сомнительных комплиментов.

– На выход! – командует незнакомец, а я от неожиданности вздрагиваю.

Пьяная Вика болтается у него на плече, а ее вроде как новый кавалер пытается что-то вякнуть. Но получает удар в грудь и медленно оседает на пол. Вот это, я понимаю, темперамент. Сказал – сделал, и никаких соплей.

– Спасибо, – произношу, когда мы выходим из клуба и останавливаемся на ступеньках. – Без вас я бы не справилась.

Мужчина поворачивает голову в мою сторону и поднимает обе брови в немом изумлении. Странно, что такого я сказала, раз вызвала подобную реакцию? Вроде не хамила, не язвила и не пыталась послать. Еще и культурно – на «вы». Больше для сохранения шаткой грани, чем из уважения, но все же…

Неподдельное удивление так ярко читается на лице мужчины, что я второй раз за вечер слегка теряюсь под его напором.

– Странно, – хмыкает мой спутник, медленно оглядывая меня с ног до головы.

– Что странного? – я даже опускаю голову вниз, чтобы рассмотреть себя повнимательнее. Неужели джинсы порвала? Или пятно на блузку посадила?

– Странно слышать слова благодарности от такой как ты, – выдает мужчина, усмехается, а я, наоборот, фыркаю в ответ. И даже пытаюсь округлить глаза, как это делал совсем недавно мой спутник.

Это еще что за новости? Что значит, «такой как ты»? Интересно, чем я вызвала подобную реакцию?

– Вы не поверите, такие как я тоже способны быть вежливыми и благодарными, – отвечаю с неким ехидством, однако на лице мужчины появляется лишь повторная ухмылка.

– Разберемся.

Одно слово, и он отворачивается, спускается по ступенькам и направляется к единственному такси, которое скучает в ожидании клиентов. Надо же, периодами может вести себя, как джентльмен, хоть по манере общения и не скажешь.

Надеюсь, он сейчас погрузит пьяную Викулю в машину и свалит к своему другу? Потому что оставаться с ним наедине нет абсолютно никакого желания. Больше всего меня волнует мое же душевное спокойствие. Мне ещё сердечных переживаний из-за этого типа не хватало для полного счастья.

А то, что они будут – уверена, как бы сейчас не пыталась сопротивляться влечению к незнакомцу.

Пульсирующая боль в висках становится еще сильнее, чем полчаса назад, настроение на нуле, еще и ноги гудят от хождения на высоких каблуках. Хочу послать весь мир нахрен и свалить домой.

Спать – это единственное желание на данный момент. Даже сильный ветер, который треплет мои волосы и обдувает лицо, не помогает справиться с головной болью. Еще и гром гремит – сейчас, чувствую, начнется самый настоящий ливень.

– Ты долго? – мужской голос выводит меня из раздумий, и я поднимаю взгляд.

Мой спутник стоит возле открытой передней пассажирской двери и строго смотрит на меня. Черт, черт, черт! Ну какого, спрашивается, хрена он прется, если я правильно понимаю, меня провожать? Я – девочка взрослая, сама справлюсь.

– Спасибо, но мы дальше сами справимся, – продолжаю стоять на месте, однако в ответ мне прилетает лишь громкое:

– Да ради Бога! Забирай свою пьяную подругу и вали нахрен!

Забирай? Он что, совсем ненормальный? Хам!

Хлопок двери, заведенный двигатель и… первые капли дождя. А в такси рядом с этим психом Вика. И боюсь даже представить, куда он ее сейчас пьяную повезет.

Бегу к автомобилю, резко открываю заднюю дверь и плюхаюсь на сиденье. Хоть и нет желания тащиться с этим ненормальным на другой конец города, но и выбора у меня сейчас тоже нет. Главное попасть домой, с остальными проблемами будем разбираться по мере их поступления. Не съест же он меня, в самом-то деле.

И не изнасилует. По крайней мере, не похож он на одного из дегенератов, которые остались за стенами клуба. Грубый, наглый – это есть, но ведь не идиот же.

Одет прилично, часы дорогие (еще в клубе мой наметанный взгляд рассмотрел все детали даже в полумраке), приятным парфюмом несет за версту – уверена, мужчина просто прячется за маской хамства и брутальности, привлекая к себе внимания.

Если что – будем пугать папой. Он у меня личность известная – вряд ли кто-то в трезвом уме и здравом рассудке захочет обидеть любимую принцессу Алексея Владимировича Гончарова. Разве что самоубийца, но мужчина, сидящий на переднем пассажирском кресле, на такового не похож.

– Куда подругу везти? – интересуется, когда автомобиль трогается с места.

– Гражданская восемь, – тяжело вздыхаю и откидываюсь на спинку кресла.

До дома Викули ехать минут двадцать – можно даже выспаться, если очень захотеть. Но я сейчас так напряжена, что даже расслабиться не получается.

Да и город пустой – автомобиль летит по проспекту, как угорелый, попадая в зеленый коридор. Ни одного красного света – вот же, засада.

Еще и дождь льет, как из ведра, а у меня даже зонтика с собой нет. Кто ж знал, что ночью я попаду под ливень.

– Помощь нужна? – мужчина поворачивается ко мне, когда такси останавливается перед домом Викули.

Смотрю на пьяную подругу, понимая, что сама не справлюсь. Да и прикрывать ее перед папашей в очередной раз нет никакого желания – девочка не маленькая, пусть сама разгребает свои проблемы.

– Справлюсь, – тяжело вздыхаю и вылезаю из машины под струи дождя. Пока звоню в калитку и жду охрану, промокаю до нитки.

Отлично, просто прекрасно. Прозрачная блузка липнет к телу, волосы похожи на растаявшие сосульки, и сама я вот-вот замерзну.

Ну, где вы шляетесь, олухи? Нельзя слегка ускориться?

Парни выгружают мою подругу, а я, наконец-то, снова попадаю в теплый салон. И жду, что же будет дальше.

Надеюсь, мужчина не думает напроситься ко мне на чашку кофе?

– Ну? – слышу громкое, когда более-менее перестаю дрожать от холода.

Я всё ещё зла на подругу – из-за того, что та напилась в клубе, заставив меня бегать под дождем, поэтому переспрашиваю довольно резко:

– Что «ну»? – не совсем понимаю, что он от меня хочет.

– Адрес свой будешь диктовать, или сразу ко мне? – отвечает мне с некой ленцой в голосе, видимо, считая, что таким способом делает мне самое большое одолжение в жизни.

Он это серьёзно? Неужели я похожа на девочку по вызову?

Да что он о себе возомнил, этот высокомерный тип? Думает, я прямо сейчас растекусь лужицей у его ног? Ну, помог девушке, спасибо, но это не повод брать с неё оплату натурой. Или он считает себя настолько шикарным мачо, что все должны по первому его зову прыгать в его кровать?!

Я очень хочу высказать ему всё это в лицо, так как злость на этого хама резко вытесняет мой страх пред ним. Ровно до того момента, пока мужчина не поворачивается ко мне лицом.

Надо же, от одного взгляда темных глаз слова застряли в горле. Его взгляд имеет странное воздействие на меня, вот ничего не могу с этим поделать. Такое чувство, что он просто лишает меня воли.

– Советская двадцать пять, – произношу как скороговорку, слега осипшим голосом из-за волнения, которое так же внезапно охватывает меня с головой. Сейчас лишь одно желание – пусть незнакомец отвернется. И перестанет сканировать своим пронзительным взглядом.

Срочно домой – в родные стены и подальше от этого заносчивого типа! Не пойму, что я в нем хорошего-то нашла? Согласна, красивый, но этом положительные качества заканчиваются. Немного по-другому я представляла наше знакомство, когда увидела его возле бара. Никак не с фраз «не советую со мной разговаривать в подобном тоне» и «на выход».

Да кем он вообще себя считает? Пупом земли? Или царем вселенной?

– Приехали! – громкий голос водителя выводит из раздумий, и я внимательно смотрю в лобовое стекло.

Мой дом кое-как виднеется сквозь пелену ливня, и до него еще ой, как далеко по моим скромным подсчетам. И только сейчас замечаю – мы стоим на месте с выключенным двигателем.

– В смысле? – мы интересуемся одновременно с мужчиной, а я даже слегка подаюсь корпусом вперед, хватаясь за подголовники.

– Машина поломалась, дальше пешком, – печально вздыхает водитель. – Вот же, зараза такая! – и бьет ладонями по рулю.

Что значит сломалась? Как такое в принципе может быть?

Да что же за день-то сегодня такой!? Вначале подруга напилась, потом этот тип заставил нервничать, промокла под дождём, и финальный аккорд – машина сломалась!

– Понабирают в свои конторы водил на колымагах, а потом бегай из-за них по дождю, – я уже взрываюсь окончательно, однако тут же ловлю презрительный взгляд незнакомца, который заставляет заткнуться.

Да ради Бога – сам и разбирайся со своим такси, а меня увольте. Вечер и так окончательно испорчен. Небольшая пробежка под ливнем – это же ведь такая мелочь…

– Как с вашим диспетчером связаться? – интересуется мужчина у водителя, а я отмечаю, что помимо красоты можно еще добавить голос с хрипотцой.

Который завораживает и лишает способности даже двигаться. Про дар речи я просто промолчу.

Чертовски не нравится мне моя реакция на него, не говоря про мысли. Какого, спрашивается, я сижу, как дура, и восхищаюсь его внешними данными? Давненько я не занималась самоанализом.

И вот спрашивается, оно мне надо? Срочно домой! Желательно побыстрее!

– Не нужно, я сам свяжусь, – водитель достает из кармана телефон и начинает в нем копошиться. – Но что-то мне подсказывает, уехать сейчас не получится. Машины все заняты, вон, как дождь зарядил, – тяжко вздыхает и набирает диспетчеру. А после разговора с ним хмурится и произносит печальным голосом:

– Мне очень жаль, но ближайший экипаж может прибыть по вашему адресу не раньше, чем через сорок минут. А то и больше, – делает паузу, а я лишь слышу фырканье незнакомца. – Как и предполагал, все машины заняты.

Улыбаюсь, пока мужчина на переднем пассажирском сиденье этого не видит – небольшая, но месть. Пусть помучается, ожидая своё такси, ну а я скоренько домой.

– Жаль – это мягко сказано, – произносит мой так называемый спутник стальным голосом, от которого пробивает озноб. И достаёт свой мобильный. – Другие номера есть?!

Водитель чуть ли не подпрыгивает на месте и даже начинает заикаться слегка.

– Н-нет, – а спустя пару секунд зачем-то поясняет: – Я сегодня второй день, поэтому…

– А ты знаешь номер? – брутал поворачивает голову в мою сторону, а я все с той же улыбкой на устах лезу в сумочку, еле шевеля руками.

Потерпишь, милый, пора сбить с тебя всю спесь!

Тут я с водителем согласна – сейчас дождь, и все машины могут быть реально заняты. У меня даже злость прошла от того, что придётся еще какое-то время помокнуть под ливнем. Как представлю, что незнакомцу тут торчать как минимум полчаса, так настроение сразу же делает резкий скачок вверх.

Телефон оповещает, что заряд закончился и… тухнет. Даже не успеваю открыть телефонную книгу, в которой записано с десяток такси нашего города.

– Блин! – произношу нас выдохе и изображаю досаду, поднимая глаза на мужчину. – Ничем помочь не могу, телефон разрядился, – развожу руками в разные стороны и впервые за вечер от темных глаз не веет холодом.

Скорее, усталостью.

И этот взгляд топит мое ледяное сердце, а совесть так некстати подает признаки жизни. Не могла еще помолчать какое-то время? Теперь чувствуй себя виноватой, Лера.

Но и не бросать же мужчину тут одного, в самом-то деле!

– Замечательно, – цедит он сквозь зубы, отворачивается и откидывается на спинку кресла. Уверена, что даже глаза прикрыл, думая, как выпутаться из сложившейся ситуации.

– Можем подняться ко мне, – аккуратно произношу, наблюдая, как мужчина оживает на глазах, медленно поворачивается ко мне, но в его взгляде, как и прежде, сквозит недоверие. – А что вы так на меня смотрите? – отвечаю голосом, полным удивления, и даже приподнимаю одну бровь. – Вы мне помогли с подругой, я вам с такси, – отворачиваюсь к окну и заканчиваю: – Только до моего дома еще добежать надо.

Незнакомец расплачивается с водителем, и мы покидаем салон, сразу же попадая под мощные струи дождя. Льет, как из ведра – пока добегу до подъезда, окоченею от холода.

Делаю шаг вперед, и на мои плечи плавно опускается пиджак… лишая меня на какое-то время даже дара речи. Медленно поднимаю глаза, полные удивления – этот жест меня поражает до глубины души.

В хорошем смысле этого слова.

– Извини, зонта нет, – пожимает плечами незнакомец, стоя на месте под холодными струями дождя. – Показывай, куда бежать.

– Туда, – только и хватает сил кивнуть в нужную сторону, а после чувствую прикосновение мужской руки к моей попе и хриплое на ушко:

– Тогда бегом!

Резко дергаюсь и срываюсь с места, понимая, что веду себя, как школьница! Ей-богу, как перепуганная малолетка! Несусь на всех парах к подъезду, перепрыгивая через лужи, однако мужчина лишь слегка ускоряет шаг. И совсем не запыхался, когда мы заходим в подъезд.

Слава Богу, закончились мои испытания на прочность! Сейчас поднимемся ко мне, я вызову такси, поблагодарю еще раз мужчину (может что угодно комментировать по этому поводу) и выпровожу его восвояси, забыв о сегодняшнем происшествии.

Не учитываю я одного – в лифте, в небольшом пространстве, мы останемся наедине. Я с сосульками вместо волос и в мужском пиджаке на несколько размеров больше, и он… В прилипшей к телу рубашке и со своим бархатным голосом.

– Какой этаж? – раздается негромкое рядом с моим ухом, обдавая кожу тёплым дыханием.

– Восьмой, – произношу чуть слышно и поднимаю глаза вверх, встречаясь со взглядом незнакомца.

Дверцы лифта съезжаются, а я понимаю, что пропала.

И вздрагиваю от неожиданности, когда мужская рука ложится на талию под пиджаком…

POV Дамир

Маленькая стервочка боится меня, и правильно делает. Хотя и пытается всем своим видом показать иное, стараясь дать отпор. Забавная малышка. Думает, я не вижу её нервозность? То и дело испуганный взгляд выдаёт красавицу с головой. Но она борется со своим страхом, даже несколько раз пытаясь бросить мне вызов. А её надменный вид, мол, я такая неприступная… Попробуй тронь!

Дорогая, попробую и трону! Не переживай, всё будет. Я так просто не откажусь от своих желаний. Какая она ещё наивная, нужно учиться сразу понимать, что есть мужчины, не приемлющие отказов.

И ее взгляд с вызовом не отталкивает, а наоборот – заставляет принять правила игры. Так что, крошка, тебе лучше быстренько дать Дамиру то, чего он хочет, и будешь свободна, как птица в небе. Но главное – ты получишь не только удовольствие, но и денежное вознаграждение, если постараешься мене угодить.

Смотрю на неё и понимаю – в клубе девушка была посмелее, а сейчас…

Стоило до нее дотронуться, как девочка словно выпустила иголки. Понимает, вертихвостка, что все равно будет по-моему, однако продолжает изображать из себя недотрогу. Он сверкающего гневом взгляда так и веет угрозой.

Можно продумать, меня это остановит. Понятно, цену себе набиваешь. Так и я готов поторговаться.

Любопытно, как дорого ты себя оцениваешь? Судя по прикиду, девочка привыкла продавать себя недёшево, а если она дочь обеспеченных родителей, то это все равно ничего не значит. Купить можно любую. Вопрос цены.

Но именно сейчас я готов заплатить дорого.

Давненько я так не заводился, даже усталость как рукой сняло.

К тому же приличные девочки не шляются по клубам в поисках сомнительных приключений. Так стоит ли сейчас глупо выглядеть в моих глазах, пытаясь доказать обратное?

– Какой этаж? – нагло провоцирую крошку, прислоняясь грудью к ее груди.

От накатившего возбуждения голос приобретает лёгкую хрипотцу, и я слегка касаюсь губами ее виска. Непроизвольно вдыхаю аромат, исходящий от девушки, и меня накрывает ещё сильнее. Хочется её взять прямо сейчас. Не откладывая на потом. Даже рука уже сама тянется к красной кнопке, чтобы закрыть дверцы лифта и прекратить мои мучения.

Но я себя мысленно останавливаю, пытаясь все еще балансировать на грани. Понимаю, что малышка, которая плавится в моих руках, сейчас начнёт брыкаться. Тут нужен другой подход, раз от моего напора она сопротивляется еще сильнее.

Пиджак медленно, как по заказу, расходится в стороны. М-мм, какая прелесть. А я сквозь мокрую ткань чувствую, как затвердевшие соски упираются в мою грудь. Интересно, какие они на ощупь без одежды?

Возникает желание содрать мокрые тряпки нахрен и начать пиршество – слегка прикусить их, а потом нежно обвести языком, наслаждаясь её протяжным стоном.

– Восьмой, – она поднимает взгляд с очередным вызовом, а я нажимаю кнопку с цифрой «восемь».

Не понял, это что, бунт?

Я сильнее прижимаю её к себе, чтобы в полной мере ощутить мягкость женского тела и твёрдость сосков. Мать твою, охрененное сочетание!

Девушка прерывисто дышит, но все равно смотрит на меня с вызовом. Надо же, как просто ее, оказывается, завести. Быстрей бы попасть к ней домой, сил уже нет сдерживать себя. И плевать, что она не желает так быстро сдаваться.

Вздрагивает, прижатая моим телом к задней стенке лифта, но окончательно поддается моим чарам. Одной рукой беру ее за талию, другой сжимая мокрые волосы в кулак. Не торопясь, так как времени у нас еще предостаточно.

Заставляю малышку задрать голову. Хочу видеть ее глаза. Небесно-голубого цвета.

Твою мать, ну нельзя же быть настолько сексуальной и притягательной для мужского взора! Не зря именно ее я выловил в клубе из толпы таких же смазливых прожигательниц жизни.

Да, именно такого я о них мнения. И вряд ли кто-то меня переубедит в обратном.

Девушка смотрит какое-то время мне прямо в глаза, а спустя несколько секунд закрывает свои, когда я медленно сокращаю расстояние между нашими лицами.

Я трахну тебя, крошка, но сначала хочу поиграть.

Чувствую себя жирным котом, который наконец-то поймал в свои сети маленькую мышку. Слегка строптивую, и даже, скорее всего, стервозную, но слишком желанную.

На сегодняшнюю ночь.

– Хочется тебя съесть, – я чуть слышно озвучиваю своей спутнице на ушко своё желание, при этом слегка дотрагиваясь языком до мочки. Девушка вновь вздрагивает, а я сильнее вжимаю её в стенку лифта.

Хочу сильнее почувствовать её острые соски, которые даже одежда скрыть не может. Меня это чертовски заводит. Провокация так и прет из меня, не знаю почему, но мне хочется её дразнить.

Сука, член стоит колом. Если не получить долгожданной разрядки в ближайшее время, то я сорвусь к чертям. Могу сделать ей больно. Но глядя на покорность блондинки в моем захвате, подобные мысли резко испаряются из моей головы.

Ладно, поиграем с тобой еще.

Тело я и так получу, а вот удовольствие от игры вряд ли. Завтра напрочь забуду, как ты выглядишь, крошка. И продолжать наше общение не вижу смысла – кроме головной боли ничего хорошего мне здесь не светит.

Хоть и хочется.

Так я думал ровно до того момента, когда девушка открывает сначала глаза, а потом и свой очаровательный ротик:

– Смотри, не подавись.

Сзади открывается дверцы лифта, и мое слегка разбушевавшееся романтическое настроение резко пропадает. Ты охренела, крошка? Я же предупреждал, что со мной не стоит разговаривать в таком ключе! Опасно. Для твоего же блага.

– Главное не отравиться! – выдаю ей в лицо, резко отстраняюсь, разворачиваюсь и первым выхожу из лифта, слыша за спиной негромкий, но стон.

И тут я понимаю – её дерзость меня завела до предела. Другую бы послал, а эту почему-то не хочется.

А вот отодрать её хорошенько – очень. Но вначале нужно избавиться от мокрой рубашки, которая липнет к телу и сейчас до жути раздражает.

Хотя и блондинка, плетущаяся сзади, тоже начинает слегка бесить. Неужели я непонятно и не доходчиво ей объяснил, чего хочу? К чему это наигранное сопротивление?

На каком-то интуитивном уровне правильно определяю нужную дверь. Такое чувство, что не раз здесь бывал.

Девушка с ехидной ухмылкой бросает взгляд в мою сторону и лезет в сумочку за ключами. Пару секунд, звук открываемого замка, и моя спутница первой заходит в квартиру, включая в коридоре свет.

– Чувствуй себя как дома! – язвит, даже не поворачиваясь в мою сторону и быстренько испаряется из коридора в дальнюю комнату.

Даже босоножки забывает снять, так, бедняжка, торопится.

Сбегаешь, крошка? Это даже интересно.

Главное, надолго ли?

А квартирка нехилая. Я бы даже сказал, слишком дорогая. Чувствуется стиль и вкус – что ж, девочка оказалась не так проста, как я думал изначально. Тем лучше – такие, обычно, понятливые. И не станут истерить без повода в отличие от охотниц за богатыми мужьями.

У этой крошки кавалеров и без меня хватает. Уверен, богатый папочка (а мне почему-то именно так и кажется) уже подобрал претендента в мужья своей любимой дочурке. Осталось не так много времени погулять в свое удовольствие.

Ну а пока развлекусь с ней я.

Звук прилетевшего смс раздается слишком не вовремя. Как гром в тихую погоду. В столь поздний час только один, точнее одна особа может присылать мне сообщения, находясь в нетрезвом состоянии. И даже читать их нет желания – лишь злость вкупе с раздражением захватывают меня целиком.

Что я делаю не так? Почему, как красивая баба, так обязательно сука? Которой нужны только мои деньги, а не я сам.

Почему?!

– Вот визитка, – девушка появляется довольно тихо, заставляя меня поднять глаза. Я и не заметил, как расстегнул все пуговицы на рубашке, пока злился – на себя, свою бывшую жену, да вообще на весь этот гребаный мир.

– Номер диктуй, – смотрю красавице в глаза, стягивая с себя мокрую рубашку. Демонстративно отшвыриваю ее в сторону и достаю телефон из кармана. – И адрес свой напомни.

Оператор заявляет мне, что машина прибудет минут через десять-пятнадцать. Отлично, просто прекрасно – значит, свалю отсюда побыстрее, больше не видя презрения в глазах блондинки. И не наживу себе очередную головную боль.

Однако новый вызов во взгляде и презрительная усмешка из уст девушки делают свое дело. Я снова на взводе. И хочу проучить строптивицу раз и навсегда.

– Что смешного? – приподнимаю одну бровь вверх и делаю шаг вперед. В сторону девушки.

Она, кстати, успела переодеться и собрать мокрые волосы в конский хвост. Легкие черные спортивные штаны и светлая маечка, идеально очерчивающая грудь. М-мм, что же ты делаешь, милая. Сама сопротивляешься, и тут же провоцируешь.

– Ты знаешь, меня всегда поражали мужики, – на её лице появляется презрительная ухмылка, и ведет себя вроде как непринужденно, но… все равно в глазах проскальзывает небольшой испуг. – Которые считают себя центром вселенной. «Я хочу», а остальные должны потакать их капризам.

Ее язвительность слегка задевает за живое. Мужики, говоришь? Как-то резко это высказывание бьет по оголившимся нервам.

– И много их было? – еще один шаг вперед, заставляющий блондинку отступить назад. – Мужиков, которые капризничали, – уточняю, видя, как нервозность с новой силой захватывает девушку в плен.

– Достаточно, – дерзит красотка, отступая под моим напором назад.

– Так чего проще, – я делаю паузу, так как в голосе снова появляются хриплые нотки, выдавая моё возбуждение. Нужно срочно взять себя в руки, чтобы не сорваться нахрен. – Дать им то, что они хотят, – последнюю фразу произношу еле слышно, прижимая крошку к стене и напирая всем своим весом на ее прекрасное тело. – И не сопротивляться, – добавляю прямо на ушко, жадно вдыхая ее аромат.

Башню сносит напрочь. Особенно когда чувствую, как тело девушки напрягается.

Так не пойдет, малышка, пора тебе расслабиться. К тому же, выкать ты мне перестала, а значит готова переступить черту, которую так усиленно проводила между нами.

Правда, ты сама еще не знаешь, чего хочешь, но я помогу. Можешь даже не сомневаться.

– Отпусти, – девушка слабо пытается вырваться, ерзая в моих руках. Трется своей шикарной грудью о мою, вызывая протяжный стон.

Негромкий, но доходчивый.

Она не понимает или не желает понять, что таким способом заставляет меня давить на нее еще сильнее. Во всех смыслах этого слова.

– Хочу тебя, – моя бурная фантазия уже рисует мне жаркие сцены с блондинкой в главной роли. Да и затвердевший член упирается девушке чуть ниже живота.

Она просто не может не почувствовать силу моего желания. Однако тихий ответ заставляет меня остановиться.

– Твои сложности, – пауза, на протяжении которой я медленно отстраняюсь. Ровно до того предела, чтобы посмотреть малышке в глаза. – А я тебя, представь, не хочу, – бросает мне прямо в лицо и пытается отстраниться, упираясь ладошками мне в грудь.

И это ещё больше заводит. Сейчас точно тормоза откажут.

Врешь, красавица. Я тебе это докажу. Прямо сейчас. Без слов, потому что твое сопротивление уже мне поперек горла.

Ногой резко раздвигаю ее ноги, чтобы не ерепенилась. Хватит уже на сегодня упражняться в остроумии. Достала своими фырканьями.

Смотрю ей в глаза, одной рукой фиксируя голову, крепко держа пальцами за подбородок, другой резко задирая маечку вверх. Плавные движения пальцев по голому животу – ощущаю, как кожа девушки покрывается мурашками.

Надо же, как просто. Крошка любит, когда ею командуют.

Что ж, посмотрим, как ты меня НЕ хочешь. Я не позволю отвести взгляд – будешь смотреть прямо в глаза. А я наблюдать, как ты будешь содрогаться своим прекрасным телом, кончая от моих прикосновений.

Пальцы оттягивают резинку штанов вместе с трусиками и движутся ниже…

Маленькая притворщица, как я и предполагал, врет. И мне это понятно – пытается цену себе набить, строя неприступную соблазнительницу. Но себе-то зачем врать? Вон уже и трусики влажные, но она продолжает своё сопротивление, пытается сжать ноги, тем самым провоцируя меня на грубость. Куда проще расслабиться и отпустить ситуацию, однако жалкое сопротивление красавицы вызывает улыбку.

Ты с кем собралась тягаться, крошка? Я могу разорвать тебя в пылу страсти, глупая. А могу быть нежным и ласковым. Надо же, какая ванильная чушь лезет в голову, не ожидал от себя подобной хрени. Ведь я прекрасно понимаю, что с этой малышкой ласки бессмысленны – она понимает только грубую силу. И приказной тон.

Вон, как завелась от моего напора, хотя признавать это не хочет.

– Смотри на меня! – командую и внимательно слежу за её реакцией, когда мой палец проникает во влажное лоно, а глаза девушки закрываются.

Нет, дорогая, так не пойдет – хочу видеть, как разгорается страсть в твоих глазах. Мой внутренний демон рвется наружу, желая заполучить красотку в свои объятия, но главное – добиться от неё полной капитуляции.

В последнее время секс не приносит удовольствия от слова совсем. Продажные шлюхи надоели, а сопливые малолетки научились только изображать оргазмы. На большее они в принципе не способны.

А эта сучка завела. Чувствую, немного не в ту степь, но мне это безумно нравится. Адреналин зашкаливает от нашего общения, а кровь начинает сильнее бурлить по венам. Держать ее за подбородок, впечатывая головой в стену, а в резко открывшихся глазах наблюдать покорность.

Неполную, но это мы легко исправим.

– Отпусти, – чуть слышно шепчет девушка, когда мой палец начинает активнее двигаться внутри нее. Быстрее, еще быстрее. Нога все так же фиксирует ноги красотки. Чтобы не рыпалась, пока я не закончу свои игры. Но она продолжает сопротивляться.

Слабо, и меня это ещё больше забавляет.

Резко останавливаюсь, наблюдая в глазах девушки неподдельный испуг. Глаза расширяются, сопротивление падает, а ногти левой руки впиваются в мою руку. Не больно. Даже слегка забавно. Искусственные коготочки не могут поцарапать, лишь сильнее раззадорить непроизвольной лаской.

Что ж, крошка, продолжим?

Медленно ввожу второй палец, еле сдерживая себя от усиления напора. Черт, и так башню сносит – надо немного остыть, иначе разорву девчонку нахрен после длительного воздержания. К тому же я вовремя вспомнил, что у меня нет с собой презервативов. Ненавижу секс с прерываниями, но и без защиты баб не трахаю.

Если чувствовать и дарить себя, то только одной. Которая разорвет мои шаблоны и стереотипы, заставив поверить – не все женщины суки продажные. Есть еще и порядочные.

– М-мм, – стонет блондинка, снова закрывая глаза, однако я лишь сильнее надавливаю пальцами в подбородок.

– Я же сказал, смотри на меня! – чеканя каждое слово, приказываю подчиниться.

И она сдается. А я продолжаю трахать ее двумя пальцами, получая при этом какое-то дикое удовольствие, наблюдая за её реакцией, которую девчонка уже не может скрыть. Но попытки сделать это не оставляет – какая же она непослушная.

Девочка – огонь, сколько в ней энергии, которую она тратит впустую. На глупые пререкания, сопротивление и стервозность. Куда проще отпустить себя и отдаться своим желаниям, получив при этом удовольствие.

Внутри я закипаю, ускоряя движения пальцами. Толчок, еще толчок. Я хочу ее заставить признать своё поражение. И объяснить простую истину – в этом мире правят мужчины. И только мои желания она должна сейчас выполнять.

Телефон звонит так не вовремя, когда упругие мышцы сжимают мои пальцы. Вот-вот наступит долгожданная разрядка, и крошка кончит, но я не даю ей такой возможности. Резко останавливаюсь, вынимаю руку и лезу в карман за смартфоном, продолжая другой рукой удерживать девушку на месте.

– Машина уже подъехала к вашему дому, – вещает мне оператор на другом конце провода, пока мы с моей новой знакомой играем в гляделки.

Кто кого пересмотрит – и у кого раньше сорвет крышу.

– Выхожу, – нажимаю сброс и медленно расползаюсь в улыбке.

– Ублюдок, – шепчет блондинка, а я, наконец-то, окончательно успокаиваюсь.

На сегодня хватит эмоций – пусть девочка отойдет немного. До завтра. Интересно, она будет мастурбировать, чтобы довести себя до желательной разрядки?

– Номер телефона диктуй, – произношу строго, глядя прямо в глаза девушки, а она, как ни странно, сразу же произносит заветные одиннадцать цифр.

Вношу в телефонную книгу и убираю смартфон в карман.

И только после этого отпускаю блондинку. Она молчит, не сопротивляется, а мое и без того плохое настроение, которое скакало весь вечер, сейчас падает ниже плинтуса.

Кажется, с уроком покорности я переборщил. Да и моя победа почему-то не вызывает дикого восторга, как я думал изначально.

– Ты еще здесь? – наконец-то произносит малышка, глядя на меня горящими гневом глазами.

– Завтра закончим, – улыбаюсь напоследок, подбираю с пола пиджак и выхожу из квартиры.

Хрен с той рубашкой – куплю новую. Хотя, зачем мне новая? Завтра будет повод встретиться с девушкой. Мне, в принципе, повод-то и не нужен вовсе, но напором я добьюсь разве что очередной волны сопротивления.

И презрения во взгляде.

Хрен с тобой, милая, организуем тебе романтику. На один вечер.

А потом – ты моя!

POV Лера

Как только за мужчиной захлопнулась дверь, я сползла по стене – как раз в том месте, где совсем недавно была прижата горячим мужским телом. Такое ощущение, будто он хотел впечатать меня в эту долбанную стену и не отпускать. Его пальцы сжимали подбородок, не причиняя боли, но заставляя чувствовать свою уязвимость. И самое ужасное, от этих прикосновений сильное возбуждение захватывало меня в свой плен с дикой настойчивостью.

Да! Я его хотела и в то же самое время ужасалась своих эмоций. От внезапно нахлынувших желаний кружилась голова, и совладать сердцу с разумом становилось все сложнее. Поражалась своей реакции на этого наглого, самоуверенного и слишком высокомерного мужчину. Откуда он вообще взялся?

– Козел! – произношу довольно громко, закрывая глаза и кривясь от ноющей боли внизу живота. Тянет так, что хоть волком вой.

Никто и никогда не играл со мной в столь опасные игры. Да и кавалеров я всегда выбирала ненавязчивых – цветочки, шампанское, парочка свиданий и секс. Но никогда я не спала с мужчинами в первый же вечер знакомства.

Кстати, насчет знакомства – как его, интересно, зовут? Я даже не успела поинтересоваться именем мужчины, как он резко взял меня в оборот. Да и его, если я правильно понимаю, мало интересовали мои паспортные данные. Иначе бы точно познакомился.

«Ублюдок!» – всплывают в памяти мои недавние эмоции, которые я, не стесняясь, бросила в лицо незнакомцу. Очень надеялась, что хоть это его сильнее раззадорит и заставит закончить начатое.

Боже, как же мне хотелось почувствовать его внутри! Почувствовать, как он врывается в меня и начинает резкие движения. Мои стоны нескончаемым потоком из груди, и наступает долгожданная разрядка. Мне не стыдно, что вела себя, как шлюха, проигнорировав ярко горящую красную лампочку в голове. Перед обаянием незнакомца невозможно устоять. Током бьет от одного прикосновения – ни разу в жизни никто не брал меня таким напором.

Но, черт возьми, это так заводило!

«Номер телефона диктуй», – эхом отдается мужской голос в голове. – «Завтра продолжим».

И я продиктовала, находясь еще в какой-то неведомой мне доселе эйфории от переизбытка адреналина в крови. Так проще было избавиться и от мужчины, который слегка пугал своей настойчивостью, и от своего зашкаливающего возбуждения, которое рвалось наружу. Чувствовала его «желание», которое упиралось мне в живот, и заводилась еще сильнее.

Интересно, а почему он все-таки не закончил начатое? Ведь хотел меня не только на словах – его твердый член наглядно это демонстрировал. Да и отмазка с подъехавшим такси не идет ни в какие ворота – странный он все-таки, хоть и безумно сексуальный.

Девяносто процентов мужчин стреляют телефончик у девушек и не перезванивают, хоть и обещают. И этот не позвонит – я просто уверена в этом. Завтра он забудет обо мне, выбросив мой образ из головы. Шлюшка на один вечер – именно так он думает.

– Ну и хрен с тобой, – уверенно поднимаюсь и направляюсь в ванную. Контрастный душ сейчас ой, как необходим. Да и разбушевавшиеся эмоции пора привести в порядок – не хватало еще думать о каком-то уроде, который даже мизинца моего не стоит.

Пусть считает меня кем угодно – все равно мы больше никогда с ним не встретимся. Так стоит ли переживать по этому поводу?

Всю ночь ворочаюсь с бока на бок, проваливаясь в сон лишь под утро. Слава Богу, можно спать хоть до вечера, никто не заставит тебя вставать и плестись в офис. Как же мне повезло с этим, кто бы только знал.

И весь день я пребываю в хорошем расположении духа. Даже решаю заняться уборкой квартиры, чтобы разогнать все тревожные мысли прочь. Хоть глаза и косятся периодически на телефон, я мысленно бью себя по голове.

Решила забыть и забить – не стоит даже думать об этом.

Аккурат до четырех часов, когда раздается звонок на мобильном. С неизвестного мне номера, на который я даже не взглянула. Только закончила разговаривать с мамой и еще не отошла от чреды нравоучений, как неизвестный мне абонент решил проверить мои в край расшатавшиеся нервы на прочность.

– Да! – зло ору в трубку, однако в ответ слышу лишь негромкий смешок.

– Соскучилась, крошка? – до боли знакомый голос заставляет замереть на месте, а сердце биться сильнее.

Да ладно, это какой-то страшный сон. Я ведь сплю?

– Кто это? – включаю стерву, так как спокойно-уравновешенный тон мужчины после нравоучений от любимой мамули вызывает лишь раздражение.

Хочется на ком-то отыграться. Вот и достойный кандидат нарисовался.

– Девочка не в духе, – продолжает издеваться незнакомец, произнося слова с издевкой в голосе. Скорее утверждает, чем задает вопрос, и это выводит из себя еще сильнее.

– Девочка в бешенстве! – выпаливаю довольно громко, не желая сдерживать эмоций.

Однако на мужчину это никоим образом не действует – прямо скала безразличия. Причем непробиваемая и довольно упрямая. Где вчерашний напор? Или хотя бы грубые эмоции? Но все мои вопросы остаются без ответов, так как спокойно-урановешенный мужской голос лишь интересуется:

– Встретимся?

Ах, встретиться ты хочешь? Да не вопрос! Теперь я тебе устрою свидание с продолжением. Точнее, того самого продолжения, на которое ты рассчитываешь, не будет! Я тоже умею отшивать в самый неподходящий момент. Соблазню, построю глазки и… дам от ворот поворот. Как говорится – долг платежом красен.

Я с удовольствием тебе его верну с приличными процентами. Ты еще не знаешь, какой я могу быть стервой!

– Ресторан «Сапфир», семь часов вечера, – выдаю на одном дыхании, намеренно назначая встречу в одном из самых дорогих и пафосных заведений нашего города.

Слышу в ответ лишь очередной смешок и нажимаю на сброс.

Со злостью бросаю телефон на диван, пылая гневом. Вот вечером и посмотрим, кто будет смеяться последним!

На встречу я опаздываю. Не специально, конечно же, но все равно слишком провокационно. Почему-то уверена, он не придет. Позвонил так, для отмазки. «Смотрите, какой я крутой мужик. Сказал – сделал»!

Много я вас таких крутых видела – в основном только на словах. И зачем я пошла на эту авантюру? Умом понимаю, что ничего хорошего из этой встречи не будет, он вчера мне продемонстрировал все грани его «хорошего» отношения ко мне. Разумеется, после свинского поведения ему ничего не светит, но слишком спокойное «Встретимся?» слегка выбивает почву из-под ног. Поднимается волна протеста и появляется непреодолимое желание стереть его надменную улыбку с лица.

Переступаю порог ресторана и оглядываюсь по сторонам в поисках своего нового знакомого. Кстати, придется теперь поинтересоваться его именем. Если он соизволит появиться.

Осмотрелась, но хамом тут и не пахнет – чего и следовало ожидать от таких, как он. Выходит, зря наводила марафет – короткое белое платье еле скрывает мою упругую попу. А если нагнусь, то выставлю напоказ такие же белые кружевные бикини вместе с частью своих «прелестей». Еще и грудь вот-вот выпрыгнет из слишком откровенного декольте.

Этим сексуальным нарядом я словно говорю: «Да, милый, я тоже умею соблазнять. Смотри и давись слюной, но руками трогать не смей. Потому что я ТАК хочу! Ты против? А плевать мне на твое мнение!»

В ресторане вовсю работают кондиционеры, но неожиданно мне становится душно. В горле образуется комок, а дыхание слегка сбивается, беспричинно бросает в дрожь, и я не пойму, что со мной, собственно, происходит.

Силы для сопротивления пропадают – надо же, как он взял меня в оборот. Его физиономия даже не маячит на горизонте, а у меня все мышцы окоченели, и нет возможности даже пошевелиться.

– Могу вам чем-то помочь? – выводит меня из столь необычного состояния женский голос, и я поворачиваю лицо в сторону администратора.

– Мне бы столик свободный, – небрежно бросаю фразу и отворачиваюсь в поисках свободного места.

Ресторан забит, но не станут же они мне отказывать? Сейчас выпью пару бокальчиков мартини, охлажу свои в край расшатавшиеся нервы, и можно со спокойной совестью сваливать домой. Кстати, не забыть поставить неизвестный номер в черный список.

Чтобы ничто мне больше не напоминало о неприятной встрече с незнакомцем!

– Все места в зале заняты, но я могу предложить вам столик на летней площадке, – администратор делает паузу, а я приподнимаю одну бровь. – После ремонта там стало уютнее, – улыбается, а я лишь фыркаю в ответ.

А то я не знаю, как там стало! Миленько, скучно, но мне сейчас все равно – киваю в знак подтверждения и следую за девушкой, чтобы самой не искать этот дурацкий свободный столик.

Но как только мы выходим на улицу через дополнительный выход, меня бьет током. Резко прирастаю к месту и начинаю, что называется, гореть. И пошевелиться не могу, лишь поворачиваю голову вправо, натыкаясь на смеющийся взгляд.

Ты посмотри, пришел все-таки! Не обманул, как я предполагала еще каких-то пять минут назад. Сидит, пристально сканирует с ироничной полуулыбкой на губах, видимо, забавляясь моим ступором.

А мне отчаянно хочется вырваться из плена его глаз и бежать отсюда. Бежать без оглядки.

Впервые с того момента, как я швырнула свой телефон на диван после разговора с незнакомцем, в полной мере осознала – свои силы я переоценила. Такого поставить на место не так легко. И уж совсем непросто противостоять его магнетизму.

Ладно, я не из тех, кто сдается и пасует перед трудностями – беру себя в руки, делаю лицо безразличным (по крайней мере, мне так кажется), и произношу довольно громко в спину администратору:

– Столик не нужен, – девушка резко останавливается и поворачивается ко мне лицом. – Меня ждут, – посылаю ехидную улыбку мужчине и направляюсь в его сторону.

Медленно, не торопясь, виляя при ходьбе бедрами, чтобы внимательно рассмотрел то, что ему сегодня не достанется. Пусть даже не надеется. Первоначальный ступор прошел, и теперь я полна решимости дать отпор наглецу.

Его взгляд лениво скользит по мне. Такое чувство, что хищник осматривает блюдо, которым сегодня будет лакомиться. При этом никак не проявляя эмоций – ни тебе сглатывания невидимого комка в горле, ни пылающего взгляда. Лишь прищуренные глаза и слегка наклоненная в сторону голова – да уж, над эмоциями тебе стоит поработать, милый.

Но эффект все же есть – мужчина глаз не отводит. Только внимательно следит, сидя в вальяжной позе, откинувшись на спинку кресла.

И при моем приближении наконец-то поднимает взгляд на мое лицо.

– Думала, ты не придешь, – улыбаюсь, усаживаясь в кресло, которое отодвигает подлетевший официант.

– Ты опоздала, – тон спокойный, уравновешенный, лишь глаза выдают незнакомца с головой. Недоволен.

Можно, конечно, извиниться, и сгладить слегка накаленную атмосферу, но стервозная натура берёт верх. Ведь я собралась его проучить – к чему теперь изображать покорность? Много чести извиняться перед этим хамом, хоть сегодня он выглядит как-то иначе.

Нет, костюм с белоснежной рубашкой все так же присутствуют на моем спутнике. Как и дорогие часы, которые я заметила еще вчера, и перстень на безымянном пальце левой руки. Но вот взгляд и спокойный тон слегка настораживают – что же он задумал?

Богат, красив и слишком уверен в себе – что можно еще пожелать девушке? Но ледяная неприступность, наглость и высокомерие отталкивают, и в тоже время привлекают.

Я тут же даю запрет на ненужные мне мысли. Сейчас мне все равно, какой он, и что я чувствую при нём. Раз решила выиграть эту битву, не вижу причин искать хоть какие-то положительные качества в незнакомце.

– Время так быстро летит, – ухожу от прямого ответа и лезу в сумочку, чтобы достать сигареты.

Вообще-то я не курю, но иногда все же успокаиваю нервы подобным способом.

И только сейчас замечаю, как дрожат мои руки.

Слава Богу, мужчина этого видеть не может. Иначе моя столь желанная победа под большим вопросом.

– Горячее нести? – интересуется официант у моего спутника, пока я подкуриваю сигарету. Медленно выпускаю струйку дыма, прямо смотря в глаза своему сопернику – на лице мужчины появляется гримаса отвращения. Такое чувство, что балансирует на грани.

Не нравится? Что ж, придется потерпеть. И «насладиться» сполна устроенным мною шоу – за своё мерзкое поведение тебе придётся поплатиться. Я не безропотная девочка, к которым ты привык. И играть со мной опасно. Особенно чревато будить во мне настоящую стерву, что, собственно, вчера ты и сделал.

– Несите, – голос с хрипотцой не дрожит, никак не выдает бешенства мужчины, хотя желваки играют вовсю. – И кофе.

– Что дама будет пить? – обращается официант ко мне, слегка наклоняясь.

Вот и настало время дать ему почувствовать неловкость. Пусть ощутит на своей шкуре, каково это – когда тебя загоняют в угол и подчиняют твою волю. Точнее, заставляют плясать по свою дудку.

Пусть это мелочь, и вряд ли сравнится с тем, что я испытала вчера.

Но образ «спутница – хамка» – это ещё то испытание. Уверена, он оценит по достоинству.

– Мартини со льдом, – пренебрежительно отвечаю, а спустя пару секунд довольно резко добавляю: – И побыстрее, а то передвигаетесь, как черепахи.

Официант вздрагивает и молча уходит, а на моем лице появляется невинная улыбка. Незнакомец скрипит зубами, еле сдерживая порыв разорвать меня на части. И тем самым поднимает мне настроение.

О, да, я специально выбрала людное место, чтобы не оставаться с ним наедине. Хоть и делаю вид, что я абсолютно равнодушна, и его энергетика на меня не действует, в глубине души боюсь. Пусть взгляд уже не такой ледяной и колючий, как раньше, но все равно заставляет чувствовать себя маленьким котенком, которого вот-вот разорвет доберман.

– Может, познакомимся? – первой прерываю затянувшуюся паузу, наблюдая, как мужчина от моего мягкого тона слегка расслабляется. Но молчит, внимательно изучая мое лицо. Периодически бросает взгляд в декольте, правда, не зацикливается.

Зря старается казаться равнодушным – блеск его глаз говорит вместо него. Мужчина не остался безразличным к увиденному и пытается бороться со своим влечением.

Еще не вечер, как говорится – к концу нашего ужина станешь белым и пушистым, уж я расстараюсь. Еще никто не смог переиграть Валерию Гончарову – и ты не станешь победителем, красавчик!

– Думаешь, стоит? – мужчина продолжает источать мнимое ледяное спокойствие. Снова откидывается на спинку стула и с ленцой во взгляде мажет вновь по мне. Огонь в глазах сначала вспыхивает, а спустя время резко гаснет.

Неужели я ошиблась по поводу его разгорающегося интереса? Или он намеренно выводит меня из себя, прячась за маской безразличия?

Лучше бы хамил. Фиг его знает, что у него в голове. И как мне теперь реагировать на его ледяное спокойствие?

– Хотя бы для приличия, – пожимаю плечами, создавая видимость покорности.

– Мне плевать на приличия, – закидывает ногу на ногу, принимая расслабленную позу.

И продолжает, гад такой, сканировать. Прямо никуда не деться от этого пристального взгляда с небольшим прищуром.

Понятно, сейчас он меня изучает. И даже мечтает разорвать на части.

Может, зря я согласилась на этот дурацкий ужин?

– И этот человек еще делал мне замечания по поводу моей невоспитанности, – усмехаюсь, гоня все свои страхи и сомнения прочь, так как действительно забавляет вся эта ситуация.

– Дамир, – одно единственное слово звучит, как вызов.

– Валерия, – выпускаю очередную струйку дыма и тушу окурок в пустой пепельнице.

– Будем считать, – сквозь зубы цедит мой новый знакомый, медленно отрываясь от спинки кресла и приближаясь всем корпусом к столу, – что мне приятно.

– Тогда, – делаю паузу, – будем считать, что мы поужинали, – собираюсь покинуть этого сноба, отодвигая кресло назад.

Хватит с меня, достал этот цирк! Ведь ничего хорошего из нашего общения не получится. Однако ледяной тон заставляет больше не делать резких движений:

– Советую не дергаться, – я поднимаю взгляд и натыкаюсь на волну негодования. – Иначе на собственной шкуре ощутишь, что такое неловкость за спутника.

Да уж попала, так попала. Только сейчас вспоминаю одну из брошенных фраз – ему плевать на приличия. И мое слишком вызывающее поведение, еще и в общественном месте, он вряд ли будет терпеть.

Не успеваю ничего ответить, так как подходит официант с подносами. Я бы съязвила что-нибудь в ответ, но мысленно прикусываю язык. Он не простит унижения из моих уст в присутствии постороннего, да и раззадоривать хищника опасно. Судя по голосу, Дамир не просто зол – он в бешенстве. Мне-то он нужен в виде ласкового котенка, так стоит ли будить в мужчине тигра? Ладно, доиграю свою партию до конца, раз уж подписалась на эту авантюру.

Но больше никаких игр. Не хватает адреналина – вперед, прыгать с парашютом.

Ужин, как ни странно, проходит в довольно спокойной атмосфере. Мы находим нейтральные темы для разговора – я не умничаю, а он не пытается меня больше унизить.

– Рыба не дожарена, – неожиданно делится своим мнением по поводу приготовления блюда Дамир, а я удивлённо смотрю на него.

Да уж, чего-чего, а подобного от своего нового знакомого я не ожидала. Мужчина, который разбирается в кулинарии, на вес золота в нынешнее время. А этот просто поражает до глубины души.

– А мне понравилось, – откусываю кусочек и получаю в ответ улыбку. Больше, конечно же, похожую на оскал зверя, но все равно хоть какая-то эмоция.

Впервые за сегодняшний вечер!

– Много ты понимаешь, женщина! – Дамир произносит с кавказским акцентом и даже поднимает палец вверх, а я в ответ закатываюсь смехом.

Надо же, как плохо я его еще знаю. Не такой уж он хам, как хочет казаться – милый (местами), довольно интересный собеседник и очень привлекательный мужчина.

«Не вздумай влюбиться», – красная лампочка настойчиво бьется в голове, и я с ней, как ни странно, согласна.

Не стоит этого делать, хотя испытываю влечение сродни влюблённости довольно-таки часто. Такие эмоции пролетают быстро, но при расставании все равно местами болезненно. И что-то мне подсказывает, если я поддамся сейчас чувствам, то разрыв для меня будет весьма болезнен. А мне этого не нужно, лучше уж доиграть партию до конца и забыть о Дамире раз и навсегда.

Заканчиваем ужин, мой спутник расплачивается и первым встает, как обычно, забыв поинтересоваться моим мнением на этот счет. Конечно же, его желания превыше всего – такие, как он, всегда берут и делают только то, что хотят они. А это навязчивое «хочу» слишком ярко горит на лице мужчины. Да и взгляд приковывает меня к месту, точнее заставляет встать и следовать за мужчиной.

Но без слов. И без каких-либо возражений.

Ладно, будь по-твоему – не стану же я устраивать истерики прямо посреди ресторана!

Кстати, а почему Дамир не пил?

– Ты принципиально не употребляешь спиртное или за рулем? – интересуюсь, когда мы подходим к парковке.

Брелок в руке мужчины, а так же мигание фарами одного из внедорожников отвечают вместо моего спутника – он что, думает, я поеду сейчас к нему?

Ужин, и я вся твоя, дорогой? Ну, уж нееееет…

Я не успеваю закончить свою мысль, как неожиданно мужчина берёт меня за талию и притягивает к себе.

– Не стоит играть с огнем, – чуть слышно произносит, обдавая тёплым дыханием моё ушко, а у меня и от его горячих пальцев, которые обжигают даже через ткань, и от столь интимного голоса с некой хрипотцой сковывает дыхание.

Мистика какая-то, он словно околдовал меня. Но оттолкнуть не могу, и пошевелиться, кстати, тоже не могу, как ни пытаюсь. Да что же это со мной происходит, в самом-то деле?! Где та стерва, которая могла заставить мужчину потерять голову? Стоит нам остаться наедине, без посторонних глаз, как вся моя решительность вмиг испаряется, и я превращаюсь в слабую женщину, готовую безропотно покориться властному мужчине.

Меня, как магнитом, тянет к нему, и нет больше сил для сопротивления. Я словно бабочка, летящая на огонь. Но между нами с ней разница лишь в том, что я четко осознаю – огонь, столь сильно манящий ярким пламенем, станет моей погибелью. И от этого не сбежать, как ни старайся.

Правильно он говорит – лучше не играть. И не провоцировать, как бы мне этого ни хотелось.

– Тогда не стоит тратить на меня свое время, – собираюсь с силами, поднимаю голову и произношу довольно-таки спокойным голосом, а у самой душа замирает от страха. А когда я встречаюсь с обжигающе-горящим взглядом, к моей душе присоединяется и сердце. Которое на миг замирает.

Боже, он словно дьявол во плоти! Ему сопротивляться бесполезно.

– Думаешь? – мужчина приподнимает игриво одну бровь и даже улыбается уголками губ.

Слишком самоуверенно, но, черт возьми, так сексуально!

– Уверена! – выдаю не дрогнувшим голосом, и с вызовом смотрю ему в глаза. Одному лишь Богу известно, каких усилий мне стоило это сделать. Захват ослабевает, мужская рука слегка подталкивает меня вперед, заставляя двигаться, при этом он продолжает гипнотизировать меня взглядом.

Дамир подводит меня к внедорожнику и открывает переднюю пассажирскую дверь. Надо же, какой джентльмен. Даже придраться не к чему. Но вопрос «куда он меня собирается везти?» так и остается без ответа. Ладно, не буду пока нервничать и дразнить своего спутника еще больше. Ведь не станет же он насильно меня затягивать к себе в дом, если я буду против? Да я кричать буду! И сопротивляться. Неужели он думает, что можно силой брать любую?

В машине повисает напряжённая тишина. Даже музыки нет, чтобы успокоиться, расслабиться под лирическую мелодию и взять себя в руки. Последние, кстати, снова начинают дрожать в предчувствии очередного уединения с Дамиром. Хотя для таких, как он, и машина сгодится – они-то всегда делают так, как хочется только им.

– И куда мы едем? – я все-таки решаюсь прервать затянувшуюся молчаливую паузу, все еще нервничая от неизвестности.

Лучше знать свой приговор заранее, чем накручивать себя на ровном месте.

– Я вчера рубашку у тебя забыл, – небрежно бросает мужчина, глядя в боковое зеркало, а после перестраиваясь в левый ряд. – Не возражаешь, если заберу сегодня?

Можно подумать, мое мнение кого-то интересует. И даже если возражаю, все равно сделает по-своему. Невесело усмехаюсь и откидываюсь на спинку кресла, только сейчас понимая – все это время пребывала в диком напряжении. Практически не дышала. А сердце, как назло, лишь ускоряло свой темп. И с нервной дрожью ничего не могла поделать – как вспомню вчерашнее жаркое дыхание, которое опаляло висок, и его настойчивые пальцы, так сразу же судорогой сводит низ живота. Такая сладкая истома разливается по всему телу, что еле сдерживаюсь от нахлынувших эмоций.

Но я ведь не сдамся ему, правда? Как бы ни хотело мое тело снова ощутить на себе мужские прикосновения, разум настойчиво твердит:

«Он разобьет тебе сердце»!

И я с ним полностью согласна…

Тяжело вздыхаю, все так же оставляя последний вопрос без ответа, и отворачиваюсь к окну, наблюдая окружающий пейзаж.

Нервная дрожь вновь возвращается, когда мы заезжаем во двор моего дома. Автомобиль останавливается на одном из свободных мест возле подъезда, а мой спутник глушит мотор, заставляя меня снова посмотреть в его сторону.

– Подожди пять минут, я вынесу, – стараюсь, чтобы голос не выдал меня с головой. Но от опасного хищника волнения не скрыть, я это прекрасно понимаю.

– Боишься? – он слегка прищуривается, иронично усмехаясь, чем вызывает очередной прилив адреналина в крови. И нервную дрожь в теле.

Неужели не справлюсь со своим влечением? Так, нужно взять себя в руки, что за панический настрой, в конце-то концов! Справлюсь, разумеется, но играть с огнём больше желания нет. А вот стереть с его лица эту надменную улыбку – дело чести, как говорится.

– Было бы кого, – я снова включаю стерву и открываю свою дверь.

Пофиг на его джентльменские замашки – я просто не хочу снова ощутить прикосновения настойчивых пальцев на своей коже. От мужчины веет угрозой – мне ли не знать, как подобные типы бывают опасны. Я всегда старалась избегать общения с наглыми и слишком самоуверенными мужчинами, предпочитая соперников послабее. С ними проще, спокойнее и… слишком скучно для такой амбициозной и активной особы, как я. А с этим…

– Приехали, – снова раздается прямо над ухом, и я поднимаю в очередной раз глаза на мужчину, который лишает меня душевного покоя.

Стою в лифте с открытыми дверями и не замечаю, как снова начала копаться в себе. Осталось только посетовать на жизнь, и можно сразу в дурку. Пора брать себя в руки, иначе эти мысли ни до чего хорошего не доведут.

Мне нравится моя жизнь. И точка.

И тут глаза напротив из карих становятся угольно-черными, бросая мне очередной вызов. Я принимаю его безоговорочно – резво направляюсь к своей квартире, открываю дверь и первой переступаю порог. Рука тянется к выключателю, однако ее перехватывают настойчивые мужские пальцы. Одно мгновение, и дверь за спиной закрывается, оглушая лязганьем замка. Слишком громко для моих в край расшатавшихся нервов.

Да что он себе позволяет?! Пусть катится ко всем чертям, я не собираюсь становиться для него игрушкой на одну ночь!

Не успеваю повернуться лицом к Дамиру, как оказываюсь прижатой к стене крепким мужским телом. Именно в том месте, где вчера его пальцы проникали внутрь, не давая возможности даже пошевелиться.

– Отпусти, – чуть слышно произношу, а из-за сбившегося дыхания дрожь по телу бежит, как электрический ток по проводам. Дежавю, мать его. – Забирай рубашку и прова… Ах! – договорить не успеваю, так как наглая мужская рука залезает под платье, задирая его вверх…

– Ты же сама этого хочешь! – выдыхает Дамир мне на ухо своим до ужаса сексуальным голосом, проводя языком по виску. Становится жарко от его слишком наглых и откровенных действий. Но, Боже… как же возбуждающе!

Я просто задыхаюсь от нахлынувших чувств, медленно плавясь в его руках. И чертова красная лампочка в голове гаснет, как только мужские пальцы снова проникают внутрь, отодвигая резинку трусиков. Мое сопротивление вот-вот падет смертью храбрых, но я все еще пытаюсь балансировать на грани. Он настолько сильно прижимает меня к себе, что я непроизвольно касаюсь попой паха мужчины, до конца не понимая – своим робким сопротивлением лишь распаляю хищника еще сильнее.

– Не хочу, – слабый стон вырывается из груди, когда настойчивые пальцы давят в нужном месте. И не просто давят, а вызывают очередную волну возбуждения во всем теле.

– Врешь, – усмехаясь произносит мой спутник своим гипнотическим голосом с лёгкой хрипотцой, который проникает под кожу, отравляя разум, и гасит мое неумелое сопротивление.

Он как наркотик – хочется еще и еще. Чтобы пальцы не останавливались, а завершили начатое. Трусики намокли еще в машине – слишком сильно Дамир действует на меня. От его настойчивых рук и властных прикосновений не сбежать. От слишком настойчивого взгляда не избавиться, а мое сопротивление мужчина пропускает мимо ушей. Как с таким бороться? Как можно противостоять его напору, магнетическому обаянию и слишком агрессивному поведению?

А самое главное – как противиться своему влечению?

В его умелых руках я просто кукла, готовая с радостью выполнять любые прихоти своего хозяина. Мгновение, и он переворачивает меня к себе лицом, впечатывая в стену.

Низ живота ноет, тело требует продолжения. Мне все больше кажется, что я умру, если он прекратит сладостную пытку и не доведёт начатое до конца. Кровь бурлит по венам, заставляя сердце биться быстрее, пред глазами всё плывёт, обволакивая взор туманной дымкой. Как же я хочу этого загадочного мужчину! Мне стало жизненно необходимо почувствовать его в себе, как будто это единственный антидот от моего влечения.

Его лицо приближается, а дыхание опаляет губы, которые начинает покалывать от ожидания поцелуя. Запах кофе будоражит, заставляя закрыть глаза и вдохнуть дерзкий аромат. Хочется отдаться поцелую, который скоро последует, и раствориться в мужских объятиях.

Черт, по-моему, у меня сносит крышу! Как наркоманка в ожидании дозы!

Мужские губы едва касаются моих, а после жадный рот впивается в шею – именно в том месте, где бьется жилка. Голова непроизвольно откидывается назад, соприкасаясь со стеной.

– Ах! – вырывается у меня непроизвольно, а по телу пробегает мекая дрожь, которую унять я не в состоянии.

Бежать некуда, и нет на это сил. Да и стоит ли бежать от этих рук, губ и ласк, которые сводят меня с ума? Одно умелое движенье, я вновь издаю стон наслаждения, а после впиваюсь пальцами в его плечи, ища точку опоры. Хочу ощутить жар его кожи, упругость мышц. Но долбанный пиджак мешает!

Кто вообще придумал костюмы для мужчин? Лучше бы сразу раздетыми приходили, показывая всем свое возбужденное «желание». А то еще тратить время на глупые раздевания.

Я с какой-то дикой и необузданной дикостью расстегиваю пуговицы, стягивая пиджак с Дамира, а после судорожно борюсь с его рубашкой. Хочу до помутнения в глазах прикоснуться к его обнажённому телу – это желание сродни какому-то необъяснимому безумию.

– М-мм, – вырывается очередной протяжный стон, когда мужские пальцы резко проникают в декольте. С жадностью сжимают грудь, выпуская ее наружу.

Его прикосновения обжигают кожу, его умелые пальцы настойчиво теребят сосок и неожиданно сжимают.

«Твою ж…» – чуть ли не вырывается у меня, но вовремя сдерживаюсь.

Я, наверное, мазохистка, потому что даже легкая боль не может заставить меня остановиться. И больше не желать этого мужчину. Да что ж такое, долго он еще будет играть со мной?

Голова кружится, особенно когда Дамир на толику секунды меня отпускает. Еще немного, и упаду прямо здесь – ноги просто отказываются мне подчиняться.

Остатками сознания слышу сначала лязганье пряжки ремня, а после и звук разрываемой фольги – надо же, какой предусмотрительный. Но мне, если честно, сейчас всё равно, лишь бы не останавливался.

И где эта чертова красная лампочка, когда я в ней так нуждаюсь? Где этот долбанный «СТОП», который ни разу меня не подводил? Такое чувство, что все предохранители перегорели, а тормоза вышли из строя.

Я, как завороженная, наблюдаю за ловкими действиями мужчины. Достает из упаковки презерватив и раскатывает латекс по всей длине. А затем твердый, как камень, член упирается мне в живот, заставляя дрожать еще сильнее, сгорая от нетерпения. Я закрываю глаза, пытаясь заставить себя прийти в норму, пока ещё есть шанс всё прекратить.

Пока ещё не поздно.

– Посмотри на меня, – слышу я грозный рык, который раздается прямо над ухом, и я подчиняюсь. Открываю глаза, несмело поднимая взгляд, и … падаю в бездну, попадая под влияние его гипнотических глаз, в которых горит огонь, словно адово пламя. Меня трясет, как в лихорадке, но только сейчас не от страха, а от предвкушения дикого и бешеного секса.

На другое Дамир не способен.

Он смотрит мне в глаза, а спустя секунду у меня вырывается довольно громкое:

– Ах!

Трусики одним движением руки разрываются и падают на пол, а эти самые руки резко хватают меня за попу и отрывают от пола. Так быстро и неожиданно, что я успеваю лишь обвить мужчину ногами за бедра и повторно ахнуть. И еще раз, когда Дамир стремительно входит в меня на всю длину.

Я непроизвольно замираю, боясь пошевелиться.

– Расслабься, – он шепчет на мне на ушко, а после чертыхается. – Иначе я сделаю тебе больно.

Мышцы тугими путами обвивают его член, и справиться с эмоциями довольно тяжело. У меня давно не было мужчины, а слишком грубое и внезапное проникновение вызывает дискомфорт.

Но Дамир прав, мне надо расслабиться и выбросить все ненужные мысли из головы. Низ живота уже не просто ноет, а желает во что бы то ни стало получить долгожданную разрядку. Иначе я просто сойду с ума.

Мужчина двигается медленно – сначала практически полностью выходит, а затем так же не торопясь вновь входит на всю длину, вызывая у меня протяжные стоны. Мне хочется быстрее, до искр из глаз, но мой партнёр медлит, словно наслаждаясь моими эмоциями. Наблюдая за моей агонией.

– Пожалуйста, – я тихо хнычу, не выдерживая такой пытки.

И Дамир срывается. Оказывается он, как и я, до победного балансировал на грани. Резкие толчки каждый раз впечатывают в стену. Одной рукой он держит меня за талию, другой несильно сжимая волосы на затылке. Тянет вниз, заставляя задирать голову, но больше не приказывает смотреть на него. Я закрываю глаза, наслаждаясь одновременно диким сексом и сладкой болью, которая вот-вот перерастет во что-то большее.

Сейчас мне безразлично, что будет завтра. И что о своем поступке я буду жалеть. Наплевать на чье-то мнение – я хочу ЕГО!

– Так не пойдет! – раздается слишком громко в тишине комнаты, и мужчина останавливается. Даже делает небольшой шаг назад, заставляя меня разжать ноги и опустить их на пол.

Он реально идиот, или только притворяется? Или он таким образом просто издевается? Я не могу поверить своим глазам. Ведь все так прекрасно было, к чему этот фарс?

Придумать хотя бы один вариант ответа я не успеваю, так как Дамир берет меня за талию, поворачивая к себе спиной, и легонько толкает вперед. Падаю на тумбочку, пытаясь найти хоть какую-то опору, так как руки мужчины резко сжимают мою талию, фиксируя в одной позе, а член снова проникает внутрь.

От грубого секса сносит крышу напрочь. Я никогда не думала, что может быть настолько хорошо с мужчиной. Резкие толчки, бешеная скорость, от которой дыхание сбивается, а сердце стучит, как сумасшедшее, а внизу живота образуется тугой комок. Он нарастает с каждой секундой все больше – ну же, милый, не останавливайся.

– Кончай! – грубый приказ, который я едва слышу сквозь туман возбуждения. – Быстрее! – и от его властного голоса кровь сильнее бурлит по венам.

И я не выдерживаю первой. Меня трясет, как в лихорадке, когда оргазм накрывает с головой. Зубы стучат, тело сотрясается в конвульсиях, и я не в силах устоять на месте. Мужские руки крепко сжимают мою талию, не давая мне возможности сползти на пол.

И только сейчас замечаю, что мужчина остановился, продолжая все еще находиться внутри и удерживая меня в своих медвежьих объятиях.

А я с протяжным стоном закрываю глаза, начиная постепенно приходить в чувство.

Никогда я не испытывала ничего подобного!

Но от осознания собственной глупости, которую только что совершила, становится горько. Так тошно, хоть волком вой.

Скорее бы Дамир свалил и оставил меня в покое! Черт бы побрал его магнетизм!

Чёрт побери мою слабость!

Такое чувство, что он читает мысли – медленно выходит из меня и, судя по шагам, направляется на кухню. Еще немного, и я останусь одна. Наедине со своими переживаниями. Потому что дикий секс с не менее диким и будоражащим кровь оргазмом выжали все соки. И сил нет даже пошевелиться.

Не знаю, как, но беру себя в руки – надо хоть немного привести себя в порядок. Медленно сползаю с тумбочки, еле держась на ногах. Одергиваю платье вниз и засовываю назад грудь в открытое декольте – интересно, а что с лицом? Боюсь включить свет и посмотреть на себя в зеркало. Но больше всего не хочу, чтобы в таком виде меня видел Дамир.

Как по мановению волшебной палочки, его силуэт снова появляется в коридоре – собранный, одетый, даже в полумраке видно, как жадно его глаза впиваются в мое тело. Мужчина делает шаг в мою сторону, а я отступаю назад. Не желаю больше его видеть – он сделал меня слишком беспомощной.

– Уходи, – произношу довольно твердо, когда мужская рука тянется к моему лицу. И замирает в воздухе.

Дамир какое-то время смотрит на меня, ухмыляется, качает головой из стороны в сторону и делает пару шагов назад. Подхватывает пиджак с пола и молча покидает квартиру. А я даже слегка подпрыгиваю, когда дверь с грохотом захлопывается. Господи, как я могла совершить такую глупость?

Медленно передвигая ногами, захожу в зал, включаю свет и застываю на пороге – на диване красуется мужская рубашка.

– Ненавижу! – шепчу, в глубине души понимая, что вру.

Именно сейчас я пытаюсь себя обмануть.

POV Дамир

Твою мать! Как же я её ненавижу! Как эта стерва сумела за столь короткий срок проникнуть в мой разум, отравляя его собой? Сука, это какое-то наваждение, по-другому никак не могу назвать свою ненормальную тягу к этой блондинке. Впервые за долгое время моя стена безразличия и отчужденности, которую я так долго возводил вокруг себя, дала трещину. И не просто дала, а осыпается кусочек за кусочком, медленно превращаясь в пыль!

– Б**ть! – от отчаянья с рыком произношу, сидя в салоне внедорожника, и бью со всей дури по рулю. – Ненавижу! – зачем-то, как мантру, повторяю снова и снова это слово, будто поможет раз и навсегда стереть образ блондинки из памяти.

Еще немного, и сам поверю в то, что я влип по полной программе. Второй раз за вечер сорвусь и снова поднимусь на восьмой этаж – продолжить начатое. Точнее, закончить то, от чего пять минут назад сбежал. Туда, где за железной дверью находится девушка, которая одним своим вызывающим видом пытается перевернуть мой мир с ног на голову. Заставила вновь почувствовать жажду обладания и желания отдаться чувствам.

Не позволю! Ни одна женщина больше не сможет сделать меня уязвимым!

Так, хватит! Достаточно! У меня нет желания второй раз попадать в сети очередной стервы. Которая думает только о себе – и плевать на чувства, потребности и мнения других.

Разум кричит «забудь»! Ничего, кроме головной боли, ты от этих отношений не получишь, Дамир! А сердце вторит ему чуть слышно «а вдруг»? Она не такая, как остальные. Да и стервозность вроде как ширма, за которую блондинка прячется, не желая сталкиваться с реалиями этой гребаной жизни.

Так проще. И куда безопаснее, чем открыться, стать самой собой и показать свою человечность.

Ну почему, Господи, я снова попадаю в один и тот же капкан? Почему именно мне встречаются стервы, которые притягивают к себе, как магнитом? От которых теряешь разум, способность трезво мыслить, и не удаётся не поддаваться эмоциям.

Я боролся до победного – когда звонил, сам не понимая, нахрена это делаю. И когда ехал в этот ресторан на встречу, которая мне ничего хорошего не принесёт, кроме головной боли и кучи неприятностей в довесок. В глубине души надеялся, что она не придет, и всё же страстно жаждал ее вновь увидеть. Вдохнуть дурманящий аромат её тела, прикоснуться к бархатистой коже и брать ее до темноты в глазах. Пока страсть не захватит в свой плен с головой.

Терпел все ее выходки, скрипя зубами и желая свернуть ей шею. А после… взорвался, как огненный шар, сметая все на своем пути.

Вот почему так происходит именно с ней? Почему я не могу увлечься какой-то серой мышкой, с которой от скуки можно реально умереть?

Когда симпатичная блондинка дерзит и строит из себя прожженную жизнью стервозную особу, то реально хочется ее придушить. Прикончить прямо на месте и больше не терпеть ее выходки. Но как только в ее глазах появляется покорность, то я желаю только одного – смять ее прекрасное тело в своих медвежьих объятиях и владеть ею до исступления.

Единолично. Во всех смыслах этого гребаного слова.

Хочу ею владеть! И точка.

Кто-то скажет, что я сумасшедший или больной на всю голову, и будет прав. Тот хаос в мыслях, который происходит сейчас, можно назвать одним словом – помутнение рассудка. Или чем похлеще, но мне похрен. Но твердое «уходи» и решительность в голосе заставляют чувствовать себя полным дерьмом. Не следовало с ней так, но страсть, смешанная со злостью, затмили мой разум, и я, сука, сорвался. Взял ее в коридоре, как последнюю шлюху, неистово доказывая свое превосходство.

А она отдавалась со всей страстью, больше не играя со мной. И я почувствовал, насколько она еще маленькая и наивная девочка. Я чуть ли не кончил, словно подросток, от тесноты, когда мой член вдалбливался в тугое лоно.

Да что со мной происходит? Почему я не могу выбросить ее образ из головы? Почему мой орган вновь начинает наливаться кровью только при воспоминании о ней? Чего проще – трахнул и забыл? Но мне мало, а моему внутреннему демону тем более.

Как же она отдавалась! Как стонала от моих ласк! Её сладкие стоны до сих пор звучат у меня в голове и выворачивают душу наизнанку. Твою мать, это просто какое-то наваждение!

Картина секса с девушкой (чёрт, даже не запомнил, как ее зовут) так ярко всплывает в голове, на что член реагирует молниеносно. В штанах становится тесно, а тело требует разрядки.

Желательно много! И подольше! Лучше на всю ночь, но хватит и пары часов. Может, больше! Но только с НЕЙ!

– Задолбала! – снова произношу довольно громко и завожу мотор.

Я не желаю повторять ошибок прошлого, а они обязательно будут, если связаться с подобной особой.

Не хочешь меня? Ну-ну! Достаточно одного прикосновения, и малышка плывет. Трусики становятся мокрыми, а тело молниеносно отзывается на малейшее прикосновение. И решительность девушки пропадает, как и моя, кстати, тоже.

Кто кого переиграет? Как бы с этими играми самому не попасть в капкан очередной охотницы за богатым мужем. Или любовником, что в данной ситуации одно и то же.

Я устал от мелькания женских лиц перед глазами, мнимых оргазмов и банальных вопросов «Дорогой, тебе понравилось»?

Хочется биться об стенку от фальшивых улыбок и не менее фальшивых чувств. Мне всего тридцать четыре, а душа разорвана в клочья. Боль рвется наружу от невозможности исправить самые страшные ошибки прошлого.

Но все равно, где-то в потаенных мечтах и фантазиях я мечтаю о семье. Большой дом, красавица-жена и куча детишек. Их родные, а главное настоящие улыбки возносят до небес. И хочется дарить им счастье, а не просто возвращаться в пустой дом, где тебя ждет очередной скандал с кучей упреков.

Моя бывшая жена – тварь. Самая настоящая беспринципная сука, которую я когда-либо встречал в жизни. В ней не осталось ничего человеческого. И ничего настоящего.

Как же я раньше этого не замечал?

Телефон звонит именно в тот момент, когда я останавливаюсь на красный свет и мысленно проклинаю свою бывшую женушку. Перевожу взгляд на лежащий на соседнем сиденье гаджет и кривлюсь – опять она. Эта стерва меня уже достала своими пьяными выходками и ночными звонками. Часы показывают начало десятого, и Алена так просто не отстанет.

Ее пьянство только в разгаре – уж мне ли не знать, как моя женушка-стерва проводит свой досуг. Если не в объятиях очередного любовника, то обязательно в обнимку с бутылкой.

И с каждодневными звонками мне, черт бы ее побрал.

Как же она меня достала!

Только мелодия заканчивается, даже экран не успевает потухнуть, как снова раздается звонок. Сдерживаю стон отчаянья в комплекте с парочкой нецензурных выражений, которые рвутся из горла, прекрасно понимая, что проще взять трубку. И выслушать кучу гадостей, впрочем, как обычно.

А затем со спокойной совестью добраться до дома и завалиться спать: после очередной истерики Алена больше звонить не будет. До утра так уж точно – пройденный этап.

Пусть затишье будет недолгим, но я ему безмерно рад.

Пробовал ставить её номер в черный список, не отвечать на бесконечные звонки и смс – ничего не помогает. После этого у неё словно крышу сносит, и моя «женушка» начинает терроризировать всех – друзей, знакомых, секретаря, затем припирается на следующий день ко мне в офис и закатывает там грандиозный скандал.

Игнорировать сейчас её настойчивые звонки не вариант – лучше ответить.

Я живу словно в аду уже несколько месяцев. Боже, скорее бы развестись! Но что-то мне подсказывает, это все равно не поможет – она будет продолжать портить мне жизнь с завидной настойчивостью, как делает это на протяжении уже полугода, что мы с ней не живем под одной крышей.

Оставил ей дом и счет с кругленькой суммой – что проще, живи и радуйся. Но у неё словно целью жизни стало устроить мне ад на земле своими истериками, пьяными выходками и бесконечными звонками.

Вчера, как ни странно, мой игнор прокатил, но сегодня, чувствую, такое счастье мне не светит.

– Слушаю, – нехотя принимаю вызов и медленно трогаюсь на зеленый свет. Паркуюсь возле ближайшей обочины, так как разговор предстоит не из приятных, проходили это не раз. Еще не хватало в аварию попасть из-за этой стервы.

– Нагулялся, дорогой? – полупьяным голосом произносит Алена и смеется. От её голоса у меня всё переворачивается внутри, желая выплеснуть весь негатив наружу. Мне до омерзения противно разговаривать с ней, да так, что я сильнее сжимаю руль одной рукой, боясь своего взрыва.

– Чего тебе? – пытаюсь говорить спокойно, однако очередной пьяный смешок моей ненавистной женушки раздражает еще сильнее. И так на взводе, теперь еще бред захмелевшей бабы предстоит слушать минут десять, как минимум. Достала!

– А соскучиться я не могу? – снова раздаётся пьяный смех Алены прямо мне в ухо. Да так громко, что приходится на время убрать телефон в сторону.

Когда пропитанный фальшью смех прекращается, я могу, наконец-то, ответить, из-за гнева цедя каждое слово:

– Подружек своих позови, напейся, как обычно, и не звони мне больше, – выдаю, и откидываюсь на спинку кресла, закрывая обречённо глаза, готовясь к следующему раунду.

Я дико устал. Жутко раздражен. И совсем не расположен к разговором – сейчас я на взводе. Поэтому если не возьму себя в руки, не успокоюсь и не соберусь, то будет плохо.

Всем!

– А я хочу тебя! – как-то слишком двусмысленно звучит данная фраза, и я в ответ лишь усмехаюсь. Она хочет меня или мои деньги? Последнее более вероятно, хотя в средствах Алена не ограничена.

По крайней мере, пока. Ровно до тех пор, когда я получу долгожданное свидетельство о разводе.

– Мы это уже проходили, – продолжаю улыбаться, так как в этот момент почему-то вспоминаю не лучшие моменты своей шестилетней супружеской жизни, а симпатичную блондинку, которая еще каких-то десять минут стонала в моих руках.

Именно туда хочу я сейчас! На этот чертов восьмой этаж!

У меня жгучее желание резко крутануть руль влево, пересечь двойную сплошную и поехать назад, во двор элитной многоэтажки. И мне абсолютно похрен, что блондинка меня фактически выгнала – я смогу за пять минут уговорить ее передумать.

И остаться с ней до утра.

Бред, конечно, но как же хочется попробовать разочек поддаться этим глупым эмоциям!

– У тебя кто-то появился? – возвращает меня в реальность в голос Алены, в котором больше не слышны ехидные нотки, а я лишь повторно усмехаюсь.

Надо же, почувствовала. И сделала правильные выводы.

– Не твое собачье дело! – резко выдаю, так как не готов сейчас обсуждать свою личную жизнь ни с кем. Особенно с Аленой, будь проклята эта сука! Всю душу вымотала!

– Кто она? Я ее знаю? – вопросы сыпятся одни за другим, а я лишь вздыхаю, продолжая сидеть с закрытыми глазами. Выть хочется от бессилия и от желания оторвать кому-то голову.

Можно, конечно, послать, бросить трубку и даже выключить до утра телефон, только это все равно не поможет. Завтра каждый встречный и поперечный будет в курсе моей личной жизни. Точнее, тех идиотских фантазий, что придут сейчас в пьяную голову моей ненавистной женушки.

– Я так понимаю, тебя трахнуть некому? – делаю паузу, слыша в ухо лишь сопение. – Так закажи себе мальчика по вызову, они даже мозг твой куриный взрывать не будут.

– Ну ты и ублюдок, Каримов! – шипит, как змея, заплетающимся языком, а после бросает трубку.

Вот и замечательно. До завтрашнего вечера меня никто не побеспокоит. А может, даже пару дней не услышу этот противный голос, который когда-то был таким родным. От ее улыбки душа расцветала, а сердце каждый раз учащало свой ритм в ожидании страстной ночи.

Что же с тобой стало, Алена? Как ты превратилась из милой девушки в такую тварь – мерзкую и слишком эгоистичную?

– Еще какой! – отвечаю светящемуся экрану, бросаю мобильный на соседнее кресло и наконец-то трогаюсь с места, направляя внедорожник к своему дому.

Съемная квартира встречает меня пустотой. По сравнению с моим шикарным особняком дома – однушка, хоть и с дорогим ремонтом, кажется клеткой. Маленькой, неуютной и слишком одинокой.

– Сука! – выдаю в пустоту, когда на кухне наливаю себе виски и осушаю залпом полстакана. Горло жжет, но мне сейчас реально пофиг. Слишком много всего навалилось, и нет желания сейчас пытаться разрулить все проблемы.

Особенно не даёт мне покоя, что та блондиночка будоражит мою кровь посильнее моей бывшей. И уж совсем в другом направлении.

Может, послать свою новую знакомую куда подальше, да и забыть о ней раз и навсегда? Трахнул разочек – понравилось, не спорю, но…

Как ни крути, а хочется еще, мне одного раза мало. И самое страшное, мне хочется не только секса. Круто меня несет в последнее время, даже мои извечные тормоза словно сломались.

«Пошли ее нахрен, Дамир, иначе буду проблемы», – твердит мой многострадальный мозг под бешенный ритм сердца, а рука тянется к смартфону.

«Не спишь?»

Это единственная чушь, которая приходит мне в голову. Пальцы живут отдельной жизнью, отправляя смс по уже известному номеру.

«Сплю» – прилетает спустя минуту, вызывая у меня невольную улыбку на лице.

А не такая уж ты и строптивая, красавица. Могла бы не ответить, проигнорировав мой глупый порыв. А значит, у меня есть еще один шанс, и я им непременно воспользуюсь.

С давлением я, конечно же, слегка переборщил из-за внезапно нахлынувшей страсти. Словно предохранители перегорели, вот и накинулся на неё, как изголодавшийся зверь.

«Спокойной ночи», – одной рукой набираю текст, другой подношу стакан ко рту.

Глоток, другой, и смс улетает нужному адресату.

Ладно, красавица, завтра разберемся с твоими тараканами. Будешь себя хорошо вести – сделаю тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться.

И я уверен, что не откажешься.

– Во сколько у тебя послезавтра самолет? – Вадик восседает в огромном кожаном кресле за столом и вертит в руках ручку, чтобы хоть чем-то занять свои пальцы.

Совсем недавно мой друг, по совместительству заместитель, бросил курить, и таким способом он пытается отвлечься от пагубной привычки. Чтобы снова не тянуться к пачке.

Я бы и сам с удовольствием покурил – после выходок моей «жёнушки» и не на такое потянет. Усталость после напряжённого дня с каждой минутой дает о себе знать, но больше всего хочется выключить все телефоны, а еще лучше – свалить на безлюдный остров и отдохнуть от всей этой суеты, и в первую очередь – от нервотрёпки, связанной с разводом.

Первым делом по прилету домой высплюсь – дела подождут, иначе в таком темпе я просто долго не выдержу: открытие филиала, козни жены и бизнес отнимают много сил. Еще через месяц развод, который вымотает все нервы.

– В два часа, – я сижу на диване, откинувшись на спинку и закинув ногу на ногу. Еще немного, голова соприкоснется с кожаной поверхностью, и…

– Дружище, с тобой все в порядке? – Вадик даже перестает вертеть ручку, пристально глядя на меня.

– Чертовски устал за последние дни, – закрываю глаза с огромным желанием больше их не открывать.

И тут сразу, как по мановению волшебной палочки, всплывает образ симпатичной блондинки. Интересно, она ждет моего звонка? Вчера ведь даже не ожидала, что я ей позвоню. Номер диктовала специально в явной надежде, чтобы я свалил побыстрее с её глаз долой. Но она меня еще плохо знает – на это блондинка зря рассчитывала, от меня так просто не сбежишь, малышка. Если я чего-то захотел, то обязательно добьюсь своего, а тебе придется с этим смириться.

А я чертовски хочу почувствовать в своих руках твоё тело, более того, до одури жажду оказаться внутри тебя, даже несмотря на усталость последних дней. От одной только мысли, как я трахаю ее, получая от этого необычайный кайф, в штанах становится тесно. Даже слишком. Твою мать, хоть сейчас езжай к ней, чтобы удовлетворить свои потребности.

Девочка невероятно хороша, хочется брать ее еще и еще. До одури и тумана в глазах. Желательно по несколько раз в день, про ночи даже не говорю. И мое предложение придется как нельзя кстати. Она мне секс в любое время, а я в ответ дорогие подарки – шубы, золото, отдых за границей. В общем, все то, к чему привыкли избалованные барышни типа блондинки.

– Вижу, не все так плохо, – слышу голос своего друга и открываю глаза.

Только сейчас понимаю реакцию Вадика – я так замечтался, что не заметил, как при воспоминании о симпатичной блондинке, точнее ее шикарном теле, которым я планирую обладать на правах собственника, на лице расплылась улыбка.

Язычок у девчонки острый, но я найду ему более достойное применение: с моим членом в своем очаровательном ротике она будет смотреться просто великолепно. А ехидство и фырканье я, так и быть, потерплю за то удовольствие, что она мне доставит. Тем более мне не привыкать.

– Надеюсь, что да, – говорю специально загадками, однако Вадика не проведешь. Этот хитрый жук так просто не отстанет.

– Неужели блондиночка зацепила? – мужчина приподнимает обе брови вверх, тарабаня пальцами по столу. – Кстати, ты ее трахнул? А то все забываю спросить.

Кто бы другой попытался влезть в мою личную жизнь, получил бы грубый ответ, а этот наглец пользуется моим хорошим отношением к его скромной персоне. Конечно, не такой и скромной, даже слишком наглой и самоуверенной, но за это и ценю. А так же за верность, преданность, готовность поддержать и даже порадоваться вместе со мной. Без зависти и фальши, как это делают многие.

Вадика уже раз пять пытались перекупить конкуренты, предлагая миллионы за информацию, однако он ни разу меня не предал. Еще и послал их по известному адресу, чтобы не путались под ногами. Мало кто смог бы устоять перед огромными деньгами, однако для Вадика такие понятия, как дружба, дорогого стоят.

Как и для меня.

– Разумеется, – усмехаюсь, посылая другу кривую ухмылку.

– И? – не унимается он, сгорая от любопытства, а в глазах вспыхивает похоть.

К чему бы это?

– Тебе подробности что ли поведать о своих интимных похождениях? – с ехидством произношу спустя полуминутной паузы.

– Поверю на слово, – Вадик расплывается в ехидной улыбке, снова начиная вертеть ручку пальцами. Но появившийся блеск в глазах мне дико не нравится. – Но девочка хороша, аж слюни текут. Кстати, если ты уже закончил, то я не против тоже с ней развлечься.

Улыбка резко и слишком быстро сползает с моего лица, а кулаки медленно, но уверенно сжимаются. Возникает желание врезать по его похотливой роже.

Да что за хрень?! Мне-то какое дело, с кем будет развлекаться блондинка после меня? Какая мне нахрен разница?

Но на скулах от злости играют желваки, а я сквозь зубы цежу:

– Хочу забрать ее с собой.

– Братишка, извини, я не…

– Проехали, – перебиваю друга, так как не вижу причины для его извинений. – Это не то, о чем ты подумал. Предстоит слишком насыщенный месяц – дела, новые проекты, развод, – делаю паузу, чтобы мой собеседник правильно понял направление моих мыслей. – Последний изрядно потреплет нервы, поэтому хочу приходить домой и расслабляться. Блондинка идеально подходит под роль любовницы, смысл кого-то искать на стороне, если так всё удачно совпало?

– Пробить? – Вадик задает вполне логичный вопрос, так как переживает за меня, но я в ответ лишь пожимаю плечами.

– Зачем? – отмахиваюсь от его предложения. – Девочка упакована, по ходу богатый папочка. Ну, потерпит немного, пока я месяц-другой буду трахать его дочь. Я не жадный, ты же знаешь, – усмехаюсь, глядя как мой друг вдруг резко напрягается. – Но для твоего спокойствия поинтересуюсь ее паспортными данными, когда буду заказывать билет.

– А что с разводом?

И второй раз волна негатива накрывает меня с головой. Только в первый раз играли чувства собственника, а сейчас – лишь злость с агрессией. Прежде всего на себя.

Что позволил этой твари обмануть себя своими невинными глазками вначале и подлой сущностью в конце. Нужно быть законченной тварью, чтобы сделать такое.

Как я мог проглядеть, что она настолько сука алчная? Которой нужны только бабки.

Никогда в жизни не прощу ее подлости!

– С разводом всё сложно, – со злостью вздыхаю, не могу скрыть своего негодования.

Вадик давно меня знает, поэтому глядя на мою агрессию, лишних вопросов задавать не станет. Разве что аккуратно поинтересуется, прекрасно понимая – эта тема вызывает во мне волну негатива. Который накрывает с головой, и долго не желает отпускать.

– Я просто не спрашивал…

– Вот и не спрашивай! – обрываю его резко, правда тут же остываю, понимая, что мой друг ни в чем не виноват. А злость свою срывать на нем – край идиотизма. – Дело в том, что два года назад я совершил непростительную ошибку, которая сейчас выходит мне боком, – пристально смотрю в глаза сидящему напротив мужчине, наблюдая, как он поджимает губы, судорожно вспоминая дела двухлетней давности.

Не перебиваю его мыслительный процесс, жду – мальчик умный, сам догадается.

– Да ладно! – удивлённо восклицает он, смотря на меня округлившимися от шока глазами. А я лишь еще сильнее скриплю зубами. – И теперь эта стерва…

– Требует половину акций завода, – заканчиваю вместо него. – Б**ть, я тогда вообще не думал, что через пару лет разведусь. Понимаешь, строил планы на совместное будущее, хотел семью, детей, – закрываю глаза, проводя рукой по лицу. – Сука! – выдаю довольно резко, не могу сдержать эмоций, которые бьют через край. – Если бы ты знал, как же я её сейчас ненавижу!

– А фирма? – осторожно интересуется друг, не обращая внимания на мои вспышки гнева, продолжая свой дальнейший допрос.

Если честно, то именно это мне сейчас и надо – выговориться, чтобы хоть немного остыть. Иначе крышу сорвет раньше времени, а в таком состоянии можно наделать кучу ошибок. О которых потом обязательно пожалею.

– А что с фирмой? – приподнимаю одну бровь, кое-как сумев взять себя в руки. По крайней мере, начал контролировать злость, не давая ей возможности вырваться наружу. – Она создавалась до брака, поэтому моя женушка на нее не претендует. Деньги на моих личных счетах – это да, придется слегка раскошелиться, а вот компания…

– Так, погоди, – останавливает меня Вадик, начиная вертеть ручку в руке быстрее, при этом логически рассуждая: – Если на фирму она не претендует, то каким боком… – под конец он замедляет речь, а после потрясённо смотрит на меня, подаваясь всем корпусом вперед и ложась грудью на стол. – Дамир, ты форменный идиот! – выдает на повышенных тонах, пылая гневом.

– Знаю, – печально вздыхаю, так как «идиот» звучит слишком мягко. Я бы назвал себя эпитетом похлеще, но прошлого уже не вернуть. Придется исправлять ошибки сейчас, и я это обязательно сделаю, правда, потрачу кучу времени и нервов.

Впрочем, будет мне уроком на будущее, как связываться со стервами вроде моей ненавистной женушки.

– Чего проще оформить акции на фирму, Дамир! – теперь уже мой друг не может сдержать эмоций, выдавая мне грозно прямо в лицо.

– Вадик, там по-другому было нельзя. Только именные, – зачем-то поясняю, хотя мужчина и сам уже догадался обо всем. – И теперь это считается совместно нажитым имуществом, на что претендует моя жена. Если акции разделить, то я теряю контрольный пакет, а зная стервозность Алены, уверен, – делаю многозначительную паузу, не сводя взгляда с Вадика. – Она спутается с конкурентами и продаст свою половину им мне назло.

– Твою мать! – взрывается он и бросает ручку на стол.

Хуже, намного хуже. Я бы сказал, это полный треш, но оптимизма не теряю. Вряд ли моей драгоценной женушке нужны эти бумажки, скорее просто меня позлить.

– Не успел их на фирму переписать, эта крыса уже подала на развод!

Два года назад я в довольно серьезной борьбе победил, купив эти долбанные акции и поставив зажравшегося конкурента на место. Дядя он опасный, и шутки с ним плохи. Пока пакостит по мелочам, не болезненно, только веселя меня, но здесь мимо не пройдет. Вцепится клешнями, не желая выпускать желанную добычу из рук.

Лишь бы подмочить мою репутацию и доказать всем свою крутость.

Хрен тебе, а не акции – так просто себя загнать в угол я не позволю.

– Я оставил Алене дом, каждый месяц перечисляю ей довольно крупные суммы денег, пока она не получит половину после развода, и терплю все ее закидоны, – поясняю, так как друг не раз интересовался причиной моих ночных кошмаров под названием «истерики по телефону». – Черный список уже пробовал, она от этого только сильнее звереет. К тому же поднимает на уши всех моих немногочисленных знакомых и персонал.

– Но вы же договорились? – аккуратно интересуется Вадик.

– Пока да, но еще месяц впереди. Неизвестно, что может прийти ей в голову, поэтому приходится терпеть, – я горько усмехаюсь, вспоминая почти полугодовой кошмар. – К тому же, я научился сокращать разговор до минимума. Невозмутимый тон, пару компрометирующих фраз, после чего Алена называет меня ублюдком и бросает трубку. К этому можно привыкнуть, поверь, – развожу руками в разные стороны и пожимаю плечами. – Главное, чтобы нужные бумаги при разводе подписала. И в суд явилась трезвой, а ее тупые наезды я как-нибудь переживу.

– Но ведь…

– К тому же, она спит со своим адвокатом, – горько усмехаюсь, так как нечто подобное ожидал от этой выдры. – А он парень хваткий, тебе ли не знать. Вспомни, как мы его «опустили» в суде, когда «Транс-Нефть» банкротили.

– Черт! – фыркает Вадим, снова откидываясь на спинку кресла.

– Говорю же, не все так печально, как кажется, – кивком подтверждаю свои слова. – Я уже привык к истерикам этой ненормальной, еще месяц уж как-нибудь переживу.

Но это все только на словах, а вот на деле…

Не хочу расстраивать друга, ведь он переживает искренне и по-настоящему. Действительно переживает, готов помочь и подставить свое дружеское плечо в трудную минуту, а не просто делает вид, как многие из моего окружения. Достали уже сочувствующие взгляды и шушуканье за спиной. Так и хочется почесать кулак о чью-то физиономию, чтобы больше не видеть этих ехидных и надменных улыбок, фальшивых вздохов и пожеланий «удачи».

У нас с Вадимом не было возможности пообщаться по душам – он улаживал финансовые вопросы здесь, на месте нового филиала, который мы собираемся открывать в связи с долгосрочными проектами, а я контролировал все дела дома, в главном офисе компании. Командировки, восемнадцатичасовой рабочий день, постоянные стрессы – я и сюда еле вырвался, и то потому, что друг в категоричной форме заявил:

– Либо прилетаешь, либо я увольняюсь!

Попытался, конечно, придумать пятнадцать отмазок, но Вадим Задорожный был непреклонен. Пришлось согласиться, о чем я ни капли не пожалел. Смена обстановки, новые встречи – все это пошло на пользу моим в край расшатавшимся нервам.

Главное, Вадим не знает об истинной причине моего развода с Аленой. Все вокруг думают, что это я – тиран, который довел бедную девочку чуть ли не до алкоголизма вкупе с постоянными нервными срывами. И никто даже не догадывается, какая она тварь на самом деле.

Единственная проблема сейчас – блондинка. Но и здесь, я уверен, сложностей не возникнет. Выгодное предложение, и девочка удовлетворит все мои сексуальные фантазии. Там нерастраченной энергии хватит на десятерых, хотя я планирую пользоваться ее прелестями единолично.

Пока не надоест.

– Кстати, а ты уверен, что та малышка согласится переехать к тебе на месяц? – Вадик усмехается, когда мы прощаемся возле порога. – Что-то я сомневаюсь, – прищуривается, слегка сводя брови и глядя лукаво мне прямо в глаза.

– Думаешь, не перевоспитаю? – мне нравится ставить перед собой цели, а после их добиваться.

Грубо, нагло и слишком агрессивно, но это всегда работает в бизнесе. С женщинами та же фигня, если сильно постараться. Как говорится, пришел, увидел, победил!

– Думаю, нет, – выдает мой друг, тем самым бросая вызов.

Азарт мгновенно загорается в моих глазах, заставляя кровь сильнее бурлить по венам. Я люблю вызовы, и еще ни разу не проиграл.

– С тебя ящик виски, – произношу негромко, практически на ухо своему собеседнику, слегка наклоняясь корпусом вперед, – когда через месяц из напыщенной фурии я сделаю кроткую овечку, которая будет заглядывать мне в рот.

– Как ее хоть зовут? – видно по глазам, что и друг принимает условия игры. Веселится, видимо, предвкушая вкус своей победы.

И моего проигрыша, но я не доставлю ему такой радости.

– Хрен ее знает, – смеюсь в ответ, так как действительно забыл имя блондинки. – Вера, Варя, Вика, – перечисляю, пытаясь все-таки вспомнить, однако хоть убей ничего не лезет в голову. – «Малышка» подходит идеально, так стоит ли заморачиваться.

– Тогда желаю удачи! – кричит напоследок Вадик, а я делаю ему ручкой, направляясь к внедорожнику.

Друг любезно предоставил автомобиль в мое личное пользование, так стоит ли таскаться по городу на такси. Сегодня я собираюсь выпить, а после развлечься – что ж, придется остаться с ночевкой у своей новой знакомой. Ненавижу просыпаться с кем-то рядом по утрам, считая, что это слишком серьезно. В плане отношений. И пока не готов я к столь ответственному шагу, еще и с кем.

Однако азарт берет свое – придется поступиться своим принципам. Я-то в будущем не планирую просыпаться вместе с блондиночкой – пока она будет нежиться в огромной кровати, я быстренько смоюсь на работу. Так проще для нервов. И для душевного спокойствия.

Нахожу нужный номер в телефонной книге и нажимаю зеленую кнопку на экране. Длинные гудки слегка напрягают – неужели решила проигнорить?

– Ладно, милая, будь по-твоему, – произношу негромко в пустоте салона и бросаю смартфон на соседнее кресло. Завожу двигатель и плавно трогаюсь с места. – Я не гордый, могу и приехать, если мне это выгодно.

Настроение делает резкий скачок вверх – сегодня оторвусь по полной программе, на время забыв обо всех проблемах. Да к черту их – тело блондинки так и манит своими прелестями, громко крича:

«Возьми меня, милый»!

Возьму, крошка, обязательно возьму, и не раз. Сейчас заеду в ближайшую аптеку за контрацептивами и сделаю блондиночке сюрприз, появившись на ее пороге. А после бурного секса, когда девушка будет нежиться рядом со мной на кровати, озвучу свое предложение.

Теперь, малышка, ты так просто от Дамира не отделаешься!

POV Лера

Сегодня с самого утра у меня все просто валится с рук, словно проклял кто-то! Или сглазил, чтоб у них глаза повылезали из орбит! Сначала сбежал кофе из турки, залив всю плиту. Негодуя из-за происшествия, пару раз нелицеприятно высказалась, убирая последствия своей нерасторопности. Не оставлять же бардак на кухне. Несмотря на мнение большинства людей, что дети богатых родителей все избалованные, у меня есть ряд принципов. И первый из них – это чистота, которую самостоятельно поддерживаю.

Терпеть не могу посторонних людей в своей квартире!

И не приемлю грязь ни в каком виде – пусть будет это моим капризом.

После неудачного распития кофе позвонила Викуля. Я, конечно же, была не в духе после недосыпа, к разговорам не расположена (полночи проворочалась с бока на бок, думая о своем новом знакомом), но она позвала на шоппинг, значит уединение мне сегодня не светит. А жаль.

– Лерок, в «Дартс» привезли новую коллекцию, мы должны это увидеть! – восторженно начала подруга, вызывая у меня лишь зубовный скрежет.

В любой другой раз я бы точно пришла в восторг от такого предложения, однако сейчас даже носа не хотелось показывать из квартиры. Но зная настырность своей лучшей подруги, а так же ее навязчивость и липучесть, проще было согласиться, чем потом два часа объяснять, что же на самом деле произошло. И почему я не в духе!

Не готова. Пока, по крайней мере, обсуждать свои «отношения» с Дамиром. Их в принципе нет, так стоит ли вообще зацикливаться на этом. Я уверена – вчерашним сексом все и закончится. Мужчина и позавчера был не против затащить меня в постель, поэтому и позвонил на следующий день.

А я, дура, решила, что переиграю такого опытного хищника, как Дамир. Скорее себя переиграла – черт, как же тошно на душе! Самое обидное, что он мне нравится. Его настойчивость, грубость, местами агрессивность и слишком повышенная доза сексуальности не отталкивают. Наоборот, притягивают к себе, как магнитом.

Бабочка, летящая на пламя – дура ты, Лера, раз думаешь, что нужна ему. Он получил, что хотел, а значит…

– Лерок, ты где-то в облаках витаешь, – Вика выводит меня из задумчивости, когда мы в кафетерии пьем чай с круасанами.

Купила никому не нужное платье, лишь бы подруга не трещала без умолку. Хотя, каюсь – шоппинг пошел мне на пользу. По крайней мере, перестала копаться в себе. И слишком много думать о Дамире.

Кстати, я его ни разу не встречала до недавнего времени. Точнее, до нашего с ним знакомства в клубе. Откуда он вообще взялся? И чем занимается?

Надеюсь, не охотник за богатыми невестами, а то был у меня один такой. Вроде приличный, одет дорого, на крутой тачке, а по факту оказался самый настоящий альфонс. Женился на девушках с богатыми папами, откладывал на черный день часть семейных капиталов, а потом тупо разводился – нахрена ему семья, куча детишек и головная боль в придачу от всего этого счастья?

– Устала, – отвечаю односложно, пряча лицо за чашкой с чаем.

После неудачного утреннего кофе был утюг, который выскользнул из рук и ударил мне по ноге. Благо, успела вовремя отскочить, от чего ушиб получился слабый. Но все равно больно. Затем заело замок, на двадцать минут я застряла в лифте (охренеть, элитная многоэтажка), такси застряло в пробке, еще и Вика, как обычно, опоздала на полчаса.

Офигительный день, ничего не скажешь.

– Предлагаю сходить еще в один бутик, – подруга мило улыбается, хлопая в ладоши и наблюдая, как я кривлюсь. – Лерок, ну ты чего?

– Голова болит, – лезу в сумку, достаю деньги и бросаю на стол. – Я домой, – резко встаю, не обращая внимания на надутые губы Вики, быстренько целую ее в щечку и, пока девушка не устроила истерику на весь торговый центр, испаряюсь.

Хочу в свою уютную квартиру, в родные стены, где никто не станет лезть в душу. Почему-то в последнее время никого не интересует, а чего хочет Лера? Что творится у нее внутри? Родители восхищаются Захаром, рассказывая, какой у них замечательный сын.

– Бери пример! – ворчит мама.

– Захар – моя гордость! – вторит ей папа.

А я лишь закатываю глаза, потому что до моих душевных переживаний никому нет никакого дела. Подруг интересуют только шмотки, друзей – клубы с девочками, море алкоголя и новые тачки с айфонами. И даже Дамиру нужно только мое тело, а не я сама.

Мерзко от всего этого, да и устала от притворства и безразличия окружающих.

Двадцать семь лет, а чувствую себя старухой. Никому не нужной и одинокой.

Беру сигарету и выхожу на балкон – к черту всех. Я сильная и со всем справлюсь. Это просто черная полоса в жизни, поэтому и хандрю. Потому что впервые в своей никчемной жизни я встретила достойного мужчину, с которым хочу быть вместе. А он просто использовал меня и отбыл в неизвестном направлении. Больно.

А еще говорят, любви с первого взгляда не существует.

Затяжка, вторая, легкая струйка дыма в воздух, а рука так и замирает с тлеющей сигаретой, когда я опускаю голову вниз.

Этого просто не может быть! Мой брат что, совсем мозгами тронулся?

Мы с Захаром очень близки, всегда понимали друг друга с полуслова. В общем, настоящие друзья, близкие и очень родные люди. Я желаю ему только счастья, но у моего брата, по ходу, совсем крышу снесло от этих невинных глаз.

Четыре года назад, когда мы учились на последнем курсе университета, Захар встретил Настю. Чем его привлекла эта нищебродка кроме невинных глаз, я до сих пор не понимаю. Как по мне, так обычная провинциалка, приехавшая в большой город за богатым женихом. Вцепилась в моего брата клещами, а он ничего не видел дальше своего носа.

Пришлось брать инициативу в свои руки, так как доводов разума Захар не слышал. Я даже папу подключила – все равно проигнорировал. Всю голову сломала, как их развести, и тут подвернулся случай.

Я всегда проблемы решала с размахом – снотворное в ви́ски, Захарчика в объятия в Викули (она, кстати, до сих к нему неравнодушна), а после – смс этой дурехе, которая даже ничего не заподозрила. Подруга исполнила свою роль с блеском, а я слегка подлила масла в огонь.

Настя бросила моего брата, застав его в объятиях другой девушки – ну что ж, каждому свое. Захарчик, конечно же, злился, хотел мне шею открутить, но спустя время остыл. И даже простил.

И вот теперь я стою на балконе и наблюдаю, как он со своей ненаглядной птичкой (надо же, какую милую кличку придумал), выходят из подъезда и целуются возле машины.

Так уж получилось, что папа купил нам с братом по квартире в одном доме. Очень удобно, когда надо поплакаться братишке в жилетку.

– Твою мать! – выдаю довольно громко, наблюдая, как автомобиль с парочкой выруливает со двора. – Этого не может быть!

Выбрасываю сигарету, злясь на Захара. Балбес тупоголовый – ей же только бабки твои нужны!

А мне сейчас кровь из носу требуется свежий воздух. Прокачусь по вечернему городу, остыну, возьму себя в руки и подумаю, что делать. Как объяснить Захару, что это утопия?

Лифт работает исправно, спуская меня первый этаж. Несусь через холл на всех парáх, резко открываю дверь и врезаюсь лбом в мужской подбородок.

– Изви… – и тут же замолкаю, потому что язык словно немеет, а я даже закончить не могу, когда поднимаю глаза. И натыкаюсь на изумленный взгляд, не менее изумленное лицо и приподнятую бровь.

Сердце на миг замирает, пока мы стоим и смотрим пристально друг на друга.

– Привет, малышка! – Дамир произносит своим волшебным голосом с хрипотцой и наклоняется.

Как и в прошлый раз, вместо поцелуя проводит языком по моему виску, а я лишь делаю глубокий вдох и задерживаю дыхание, закрывая обречённо глаза.

– Ты, – еле шепчу, так как до сих пор дар речи не желает возвращаться.

– Ждала кого-то другого? – в голосе мужчины сквозят игривые нотки, а мне хочется бежать со всех ног от своего притяжения к этому мужчине.

Появляется непреодолимое желание – взять и испариться, как по мановению волшебной палочки. Хотя, кого я обманываю? Мне хочется сейчас совершенно обратного!

Подсознательно понимаю, что ничего хорошего мне с ним не светит. Более того, внутренним чутьём знаю, что потом будет мучительно больно.

Но разве глупому сердцу прикажешь?

– Вообще никого не ждала, – произношу на выдохе, открывая глаза и хоть как-то пытаясь взять себя в руки. Сердце бешено колотится, но дыхание постепенно приходит в норму, что радует меня неимоверно – не хочу, чтобы он знал, насколько сильное влияние имеет на меня.

На мой ответ мужчина лишь усмехается, глядя на мою временную растерянность, и это невероятно злит. Слава Богу, хоть отстранился, больше не пытаясь вогнать в ступор.

И на этом, как говорится, спасибо. Правда теперь с иронией во взгляде внимательно сканирует мое лицо, словно считывает эмоции.

Нервничаю и никак не могу до конца успокоиться, однако гордо приподнимаю подбородок, всем своим видом показывая:

«Красавчик, ты случайно не ошибся адресом? Здесь тебя явно не ждут!»

Хотя, кого обманываю-то!

– Сюрприз удался, – и снова эта ленивая, соблазняющая улыбка, от которой дух захватывает.

Кошмар, чувствую себя малолеткой на первом свидании, честное слово! Моя реакция на него слишком уж яркая!

Злюсь больше на себя, чем на него. Но сегодняшнее поведение Дамира мне нравится намного больше, чем его давление, вчерашняя дикая страсть, от которой сносит крышу и плавятся мозги, а так же самоуверенность мужчины вкупе с надменным выражением лица «Я – царь Вселенной».

– Ты зачем приехал? – я наконец-то отмираю от шока из-за неожиданной встречи, с вызовом глядя в глаза мужчине. – Если решил повторить вчерашнее, то…

– Расслабься, – его голос спокоен, а мне почему-то кажется какой-то подвох. Лучше уж давил бы – к этому я за два дня даже привыкла. – И колючки спрячь, – подмигивает, видимо, прочитав на моей физиономии все воинственные мысли.

Вот черт, я вечно рядом с ним теряюсь и забываю – передо мной хищник. Опасный, жестокий и слишком хитрый. Местами может быть ласковым и, скорее всего, даже нежным, лишь бы добиться своей цели. Мы это вчера уже проходили – приятный собеседник в ресторане, а после оголодавший зверь у меня дома.

Ну уж нет, не хочу быть снова жертвой хищника, который цинично будет уничтожать мою душу, используя при этом тело для удовлетворения своей похоти. Я хочу совершенно другого!

– Я даже не начинала! – отвечаю непринуждённо с ехидной улыбкой, за которой стараюсь спрятать свою нервозность. – Ты не ответил на вопрос.

– Какой? – Дамир приподнимает игриво оду бровь, продолжая и дальше нагло меня соблазнять взглядом. Хорош негодяй, тут не поспоришь, от одного блеска его глаз уже распаляешься, а если в ход ещё и руки пойдут… Так и до очередной моей капитуляции недалеко.

Брр! Ну уж нет, в этот раз я не предоставлю ему такой возможности. И пусть он безумно сексуален и притягателен в подобном игривом настроении. Да и я не против, чтобы меня соблазнили, если бы не одно «но».

Точнее два. Но они все равно присутствуют. И не дают спокойно дышать и трезво мыслить рядом с этим брутальным мужчиной. Он слишком загадочен, чтобы пытаться понять его поступки или мотивы. Тело мое он уже получил, что ему еще от меня надо? Ещё раз унизить, использовав в свое удовольствие, и нагло уйти с видом победителя, громко хлопнув дверью?

– Зачем, – пауза, – ты, – еще одна пауза, – приехал, – последнее слово произношу с небольшим нажимом, однако мой собеседник даже глазом не ведет.

И в моей же манере, даже копируя мою интонацию, не торопясь отвечает:

– Хотел, – пауза и пристальный взгляд, – тебя, – еще одна пауза, – увидеть, – сканирует насквозь, а от подобного откровения внутри разливается какое-то тепло.

Может, я в нем ошиблась? И одного «но» в принципе не существует? Я-то думала, что он считает меня шлюхой, девочкой на одну ночь, однако сегодняшнее внезапное появление путает мне все карты.

– Увидел, дальше что? – в моем голосе звучит решительность узнать все до конца. Лучше быть стервой, по крайней мере, так легче скрывать свой страх.

Перед неизвестностью.

– Приглашаю в гости, – и снова уравновешенный голос с этой привлекательной хрипотцой повторно выбивает почву из-под ног. – Ты меня боишься? – усмехается, глядя на мою растерянность, но я так просто не сдамся.

Чего удумал – я его боюсь? Да что он вообще о себе возомнил? Приехал, вогнал девушку в ступор, и думает, что я сейчас побегу за ним следом? После вчерашнего?

Но что-то мне подсказывает, именно так он и думает – что я лохушка, которая поведется на его бабки и будет раздвигать ноги по каждому требованию.

В душе поднимается такое негодование, что резко выпаливаю, озвучивая свои сомнения:

– Я не шлюха! – возникает небольшая пауза, на протяжении которой мы смотрим друг другу в глаза.

Улыбки на мужском лице нет, но взгляд все равно добрый. Без напора, как это было вчера или позавчера, а с какой-то нежностью, что ли, или заботой.

Черт, как все с ним сложно! Мозг кричит «Беги», однако сердце лишь печально вздыхает: «Он одинок. И ты ему небезразлична.»

И кому верить в этой ситуации?

– Я такого не говорил, – вижу, что мужчина немного злится, однако за спокойствием скрывает свой гнев, как я прячусь за маску стервы, не показывая своего страха. – Шлюх к себе домой я обычно не приглашаю.

– Как мило! – с сарказмом в голосе отвечаю, продолжая стервозничать, однако тут же мужская рука обвивает меня за талию.

– Я же сказал, – голос с хрипотцой снова касается моего виска. – Убери колючки. Я просто хочу поговорить.

Поговорить? Ладно, красавчик, будь по-твоему. Поговорить, так поговорить, тем более сейчас я не чувствую исходящей от мужчины угрозы. Какой-то он странный, и совсем не привычный. Но таким он меня притягивает намного сильнее, чем своим напором.

Одариваю безразличным взглядом и двигаюсь в направлении внедорожника, слыша за спиной смешок. Как обычно, он меня переиграл – но сегодня выпадет возможность узнать его получше, возможно, после разговора с ним я смогу с собой совладать и бросить его без сожаления.

Или же это именно тот мужчина, которого я все время ждала? Которого хотела, мечтала оказаться в его объятиях и готова подарить ему всю себя?

– И чем ты занимаешься? – интересуюсь, когда автомобиль плавно движется по проспекту.

Любопытство так и прет из меня, да и затянувшуюся молчаливую паузу стоит разбавить легким и непринужденным разговором. Сам же предлагал поговорить, придется как-то его растормошить.

– Бизнесом, – спокойствие и ничего кроме спокойствия не звучит в голосе. – А ты думала, я дворник? – небольшая издевка в голосе, но я пропускаю мимо ушей.

– Надеюсь, наркотиками не торгуешь? – даже слегка поворачиваю голову в сторону водителя.

– Ну, что ты, – внедорожник останавливается на красный свет, и мы с Дамиром встречаемся взглядами. – Исключительно оружием!

Да уж, чувство юмора ему не занимать. Но мне нравятся раскованные мужчины, умеющие шутить. Уверена, что никаким оружием он не торгует – об этом ярко говорит его взгляд. Но от азарта в глазах по телу пробегает холодок.

Блин, Лера, ты ничего о нем не знаешь! А сейчас направляешься прямо в логово к хищнику. Но почему-то не страшно – ни от подобных мыслей, ни от взгляда, который пожирает, даже не стесняясь своего желания, ни от своих эмоций. Как-то слишком странно и необычно на меня действует Дамир.

И я очень боюсь из-за своего предчувствия, которое громко вопит:

«Совсем скоро станет больно. Такие, как он, не умеют любить – они хотят только брать. А затем выбрасывают сломавшуюся игрушку, как ненужную вещь на помойку»!

И всё же я готова рискнуть. Хочу узнать о нем как можно больше, точнее все – как живет, чем занимается и что любит. Но самое главное – кто я для него?

Мы заезжаем во двор обычной, ничем не примечательной девятиэтажки – пятый этаж, железная дверь, а когда я переступаю порог, то меня ждет разочарование. Смотрю на Дамира оценивающим взглядом, а после на обстановку квартиры – как-то не складываются они в единое целое. Непроизвольно кривлюсь, осматривая интерьер, а после перевожу взгляд на своего спутника.

От убийственного взгляда становится не по себе – где тот милый мужчина, который меня охмурял каких-то двадцать минут назад?

Как и большинство девушек, я не безосновательно считаю, что мужчина должен уметь зарабатывать деньги. Именно столько, чтобы достойно обеспечить свою женщину, детей, создать уют и выполнять все капризы. Согласна, у каждого свои запросы и понятие о деньгах, но в моем понимании Дамир в дорогом костюме, не менее дорогих туфлях, за рулем роскошного автомобиля и с Роллексом на руке никак не сочетается с однокомнатной квартиркой.

Ну, не похож он на пижона, который своим дорогим видом бросает пыль в глаза. И на жмота тоже не похож.

Да, ремонт неплохой, но этот слишком самоуверенный и богатый (мой наметанный взгляд не обманешь) мужчина не может жить в этой халупе! Вот хоть стреляйте, не поверю, что это ему нравится! Или я ошибаюсь? Неужели он действительно собирается привести свою избранницу сюда? В тридцать (может, чуть больше, я на глаз не определю точных размеров) квадратных метров? Да у меня гардероб больше, чем половина комнаты-студии!

Да уж, этот мужчина умеет как удивлять, так и разочаровывать.

– Чувствуй себя как дома, – в его голосе столько холода, что меня бросает в дрожь.

Интересно, чем я заслужила подобное обращение? Помимо голоса еще и взгляд такой, что с минуты на минуту заморозит – я реально не понимаю, что происходит и почему мой спутник так резко меняется в лице.

Дамир проходит мимо, даже не глядя в мою сторону, и мне приходится плестись следом. Разложенный диван, небольшой шкаф-купе, телевизор на стене и письменный стол с ноутбуком – как-то немного по-другому я представляла себе логово хищника с Роллексом на руке. Интерьер дорогой, но все равно Дамир выглядит инородным телом в этом убожестве.

– Не нравится? – слышу язвительность в голосе мужчины за спиной, и даже не замечаю, что увлеклась рассматриванием стен с мебелью.

– Миленько, – поворачиваюсь к нему лицом и даже выдавливаю улыбку, наблюдая, как мой спутник залпом пьет виски из стакана. И виски, кстати, тоже дорогой, хочу заметить.

М-да, в любезности ему не откажешь – мог и девушке предложить выпить. Хотя, чего ждать от такого самоуверенного, циничного и наглого типа, как Дамир?

Черт, я даже фамилии его не знаю! Дожилась, что называется – планирую захомутать мужчину в свои сети и до сих пор не поинтересовалась его паспортными данными!

– Я заметил, – как-то слишком зло усмехается мужчина в ответ и повторно наливает себе алкоголь. – Думала, что я живу во дворце? Не привыкла к однокомнатным квартирам? – и снова залпом выпивает, даже не кривясь.

Обиделся, что ли? Не пойму только, с чего вдруг я резко впала в немилость?

– Послушай, Дамир, – начинаю довольно спокойно, так как желание с ним снова вступать в перепалку отсутствует. Воинственный настрой мужчины мне не нравится, даже местами пугает, поэтому надо как-то сглаживать ситуацию.

Договорить я не успеваю, так как в сумке начинает играть мелодия на мобильном. Достаю свой гаджет, откидываю сумку на кресло, которое одиноко стоит в углу (а я его сразу и не заметила), и принимаю вызов от любимой подружки.

– Лерок, ты куда пропала? – Викуля тарахтит, как заведенная, заставляя меня слегка расслабиться. А то от прожигающего насквозь мужского взгляда колени подкашиваются, и неприятный холодок пробегает по спине. – Договаривались же сегодня встретиться. Я тут уже двадцать минут торчу возле торгового центра, а тебя все нет.

Вот же черт, за своими переживаниями я и забыла, что вчера сгоряча пообещала Вике еще один шоппинг. Сегодня. Придется теперь как-то выкручиваться, иначе она вынесет мозг своими звонками.

– Замоталась, – печально вздыхаю, чтобы Вика прониклась, и усаживаюсь на диван, слегка откидываясь назад и закидывая ногу на ногу. – Прикинь, мой братец снова связался с этой нищебродкой!

– Да ладно! – возмущённо вопит подруга мне прямо в ухо. – Я требую подробностей.

И я рассказываю – медленно, с расстановкой и подробностями, наблюдая, как Дамир почему-то совсем не впечатляется моей пламенной речью. Какой-то он слишком странный и напряженный – неужели ему могут нравиться девушки, подобные Насте?

Я вхожу в азарт со своим рассказом, а мой спутник, наоборот, становится мрачнее тучи. Его взгляд не предвещает ничего хорошо, а желваки играют на лице, придавая ему какую-то зловещность. Надеюсь, это не я всему виной? Или мой рассказ его разозлил?

А что, тоже вариант – по всей вероятности, у него была девушка, на которой он женился. Она оказалась вертихвосткой, отжала у него половину денег, а ему досталась эта квартира. Такое вполне вероятно, у одного знакомого папы именно так и было.

И если дело именно в этом, тогда понятна реакция мужчины на мои дорогие шмотки.

Видимо, считает меня охотницей за олигархами? А может, думает, что меня содержит любовник?

– Ладно, дорогая, я немного занята, – чувствую, что пора заканчивать один разговор по душам и начинать другой.

Выяснить раз и навсегда, что происходит.

Мы прощаемся с Викой, и я откидываю телефон в сторону. Поднимаю взгляд на Дамира, а сердце замирает.

Лучше бы я этого не делала!

Лучше бы не видела этих черных глаз, которые медленно приближаются ко мне. Мужчина расстегивает пиджак, на ходу откидывая его в сторону, при этом не сводя с меня леденящего душу взгляда, словно он меня сейчас убить собирается.

Мне страшно. Впервые в жизни я не знаю, что делать. Хочется бежать, но тело прирастает к месту, боясь пошевелиться.

Ведь он не сделает мне больно?

– Что происходит? – взволнованно спрашиваю, пристально наблюдая, как мужчина надвигается на меня плавной походкой, словно хищник, уже заманивший в сети свою жертву.

Его взгляд громко кричит: «Ты попалась, мышка, в лапы грозного льва». Однако ленивая полуулыбка слегка снижает боевой настрой.

– Ну, чего ты так испугалась? – Дамир подходит ко мне близко, не сводя своих черных, как смоль, глаз с моего лица. – Я всего лишь хочу трахнуть твой очаровательный ротик! – произносит он с ехидством и начинает медленно расстегивать пряжку ремня, теперь уже пожирая взглядом мои губы.

Такое чувство, что его чернота горит адовым пламенем, захватывая меня в свой плен. Невозможно оторваться, и сбежать тоже нет возможности.

Негромкий вздох облегчения вырывается из груди – Дамир всего лишь хочет обычный минет, а столько ужаса нагнал своим грозным видом. Такое чувство, что убить меня хотел, а не…

Я в принципе не против орального секса. Не скажу, что мне это безумно нравится, или я часто это практиковала – было пару раз, и то давно.

Не знаю почему, но мне безумно хочется доставить удовольствие Дамиру, несмотря на угрозу и во взгляде, и в воинственном настрое мужчины. Наоборот, страсть разливается по всему телу, и хочется почувствовать его внутри себя. Стонать, получать удовольствие и раствориться в своих эмоциях.

Дамир всё так же продолжает прожигать меня взглядом, уже достав свой немаленького размера член, который своей правильной формой завораживает и заставляет кровь сильнее бурлить по венам. Вот никогда бы не думала, что мужской половой орган на меня может произвести подобный эффект.

– Можно было спокойнее… – слегка улыбаюсь, беря член в руку, и слегка сжимаю, однако мужчина меня резко перебивает:

– Приступай! – произносит довольно резко, с утробным рыком, от которого по телу мгновенно пробегает волна возбуждения.

Оказывается, меня дико заводит, когда мужчина командует. Рычит, не стесняясь своих эмоций, приказывает, а после расслабляется.

Как-то слишком неожиданно, раньше за собой такого не замечала. Видимо, не те мужчины попадались на моем жизненном пути.

Не успеваю закончить мысль, как Дамир резко хватает меня за голову и притягивает к себе, показывая, что не настроен вести длительные разговоры и не менее длительные прелюдии. Ладно, будут тебе оральные ласки, даже несмотря на грубость, которая чертовски возбуждает. Придется поддержать твою игру в хозяина и рабыню – я и сама завелась не на шутку.

Да и ты, красавчик, чертовски меня хочешь, судя по возбуждению, а я в ответ сделаю все возможное, чтобы ты, понял, наконец-то: в чьих руках твой член, тот и хозяин положения.

И я обязательно добьюсь желаемого – скоро замурлыкаешь от удовольствия.

Я грациозно становлюсь на колени, чтобы было удобно, и медленно провожу сначала пальцами по всей длине, пробуя на ощупь, затем языком. Раз, второй, третий. Даже в азарт вхожу, когда так же медленно облизываю головку, чувствуя, как партнёр содрогается от моего действия.

Да, я на правильном пути. Интуиция меня ещё никогда не подводила.

Продолжаю поглаживать рукой орган, а после медленно беру его в рот целиком. Я не спешу, хочу, чтобы мужчину начало трясти от желания. Его стоны, больше похожие на рык голодного зверя, говорят сами за себя.

Усмехаюсь негромко и продолжаю неторопливые движения языком. Но все идет не по моему плану.

– Он не мороженое, чтобы его лизать! – резкий рывок за волосы, а после грубый приказ: – Рот пошире открой и не двигайся.

Дамир фиксирует мою голову, наматывая распущенные волосы на кулак, тем самым не давая возможности пошевелиться, и начинает грубо насаживать меня на свой член. А я с трудом успеваю дышать носом, пока он с остервенением трахает меня в рот – по-другому не могу называть то, что он сейчас делает.

Становится слишком обидно и больно внутри, потому что именно в этот момент я отчётливо понимаю – мужчина считает меня шлюхой. Возможно, дорогой, но уж никак не девушкой, с которой можно связать свою судьбу.

Я пытаюсь остановить его порыв, не желая дальше продолжать участие в этой мерзости, однако мой партнер не позволяет. Входит в раж, удерживая меня за волосы, и не отпускает.

Романтический настрой, который до этого придавал мне смелости, испаряется без следа. А на его место приходит ощущение, что меня изваляли в грязи. От которой долго придется отмываться и приходить в чувство.

А от обиды и щемящей боли в груди предательские слезы медленно скатываются по щекам. Эмоции рвутся наружу, не желая молчать. Меня никто и никогда так не унижал, как это сделал Дамир!

За что?

Этот вопрос продолжает мучить меня, когда мужчина кончает и продолжает удерживать мою голову, заставляя проглотить до капли его семя, которое у меня ассоциируется с кислотой, разъедающей мне душу. Он же с брезгливым выражением на лице отстраняется и надевает боксеры с брюками. Застегивает ремень, залезает в задний карман и достает оттуда кошелек.

Я не могу поверить в происходящее, мне кажется это кошмарным сном. Но понимаю, что это жестокая реальность: меня поимели, как последнюю шлюху! Попользовали, а сейчас, по всей видимости, выбросят на помойку.

Со злостью и болью в сердце смотрю исподлобья на его действия, вытирая тыльной стороной ладони остатки слез, а мой мучитель даже не обращает на меня внимания. Открывает кошелек, достает оттуда несколько купюр по сто долларов и швыряет рядом со мной на диван.

– Это что? – я перевожу изумленный взгляд с денег на Дамира и обратно, в конце-концов останавливаясь на мужчине. – Ты охренел? – во мне клокочет ярость вперемешку с обидой.

– Купишь себе что-нибудь, – в его голосе по-прежнему лед, который не растопить, но мне уже все равно.

Пусть мне сейчас больно и обидно так сильно, что выть хочется, но эмоции бьют через край. Возможно, он сильнее меня физически, но морально ему меня не уничтожить.

Я никому не позволю так со мной обращаться!

– Мерзкий ублюдок! – произношу довольно громко и вскакиваю с дивана, не желая дальше слушать этот бред.

Хватаю деньги и швыряю ему прямо в лицо, не сводя своего пристального взгляда с мужчины. Он не просто злится – сейчас Дамир готов меня разорвать на части. Зубы скрипят, руки сжимаются в кулаки, однако он, в отличие от меня, умеет держать себя в руках.

– Что, мало? – усмехается надменно, как будто только что не получил баксами по физиономии, а сыграл в какую-то детскую игру, оставшись победителем. – Извини, крошка, но на большее ты не отсосала, – его слова заставляют замереть на месте, когда я делаю шаги в направлении ванной. Плевать, что он думает по этому поводу, но мне срочно надо привести себя в порядок. – Хочешь заработать еще? – в голосе слышится издевка, и я резко поворачиваюсь к мужчине лицом. – Можешь остаться до утра, я не против.

– Зато я против! – выдаю довольно грозно, чтобы больше не тешил свое самолюбие. – Более того, – эмоции бьют через край, и я возвращаюсь к дивану. Беру свою сумочку и достаю оттуда несколько сотенных купюр, которые тоже швыряю на диван, как это делал до недавнего времени Дамир. – Сама тебе заплачу за старание вчера. Судя по твоей халупе, – обвожу взглядом комнату, демонстрируя пренебрежение, – в деньгах ты больше меня нуждаешься.

Он с равнодушием смотрит на баксы, а после поднимает голову, глядя на меня и приподнимая одну бровь.

– Ты? – пауза. – Заплатишь? – еще одна заминка. – Мне? – он смеется мне в лицо, не отводя взгляда. Бьет им наотмашь, не понимая, как больно сейчас делает мне.

Я не ангел, но и подобное отношение тоже не заслужила.

Его смех резко обрывается, и от веселья в черных глазах не остается ни следа. Убийственный взгляд, и леденящий душу голос:

– Даю сто процентов, что ты, сучка, и рубля за всю жизнь не заработала, – слова бьют по щекам похлеще пощечины, но я ничего не произношу в ответ. – Такие, как ты, пустышки, созданы для того, чтобы их трахали и как использованный презерватив выкидывали в мусор. Ты никто, девочка, так что приводи себя в порядок и вали, если, конечно, не желаешь заработать ещё. Я со шлюхами щедр, – мерзкая улыбка озаряет его лицо. – А самое главное – деньги будут заработаны, пусть и своеобразным путём, зато честным. Ну так как, остаёшься на ночь, или мне другую вызывать?

– Если бы я знала, какой ты ублюдок…

– Мне это уже говорили, – улыбается теперь уже одними уголками губ, однако видно не вооруженным взглядом – Дамир в ярости. Слишком сильно, правда, пытаясь это скрыть от меня, но все равно мужчина сейчас слишком агрессивен. – Так что не старайся, у меня на «ублюдка» стойкий иммунитет.

Вот и замечательно, не придется повторять это слово в третий раз.

Я бы назвала его похлеще, но сейчас он неадекватен в своем поведении. Сам ведь знает, какой он придурок, так стоит ли ему в очередной раз об этом напоминать?

Интересно, он действительно наслаждается произведенным эффектом? Или ему просто нравится людей унижать?

Пусть дальше общается с ему подобными, а я больше не желаю слушать весь этот бред, который он несет. Такое чувство, что маленького мальчика обидели, забрав у него любимую игрушку, вот он и говорит гадости, сам не понимая смысла сказанного.

Лишь бы насолить – о последствиях он сейчас даже не задумывается.

– Я думала, ты другой, – подобие улыбки резко сползает с его лица, а на смену ей появляется прожигающий взгляд. Глаза снова чернеют, но мне сейчас реально не страшно. К черту страх – было бы кого бояться!

– Нежный, ласковый, заботливый, – намерено делаю паузу, наблюдая, как дергается у него кадык, и снова на скулах играют желваки. – А твоя грубость, самоуверенность и наглость – это просто защитная реакция на окружающих. Я называю это брутальностью, терпеть не могу слизняков! Но оказалось, ты просто ничтожество, которому для того, чтобы почувствовать себя кем-то стóящим, нужно просто унизить и втоптать в грязь человека. Никогда так не ошибалась в людях, – с горечью в голосе заканчиваю свою речь, продолжая смотреть на своего собеседника с вызовом.

– Я тоже думал, что ты другая, – он делает шаг вперед и хватает меня за руку, притягивая к себе. – Очень красивая, умная и стильная, – его голос, как и раньше, завораживает, однако сейчас не вызывает никаких эмоций. Только лютую ненависть. – Но ты оказалась насквозь фальшивая и ненастоящая, – продолжает Дамир довольно спокойно. – Спесивая пустышка. А мне нужна другая женщина, – последнюю фразу шипит мне на ухо, опаляя жарким дыханием висок.

Но и сейчас тех чувств, как это случалось раньше, не возникает. Нет дрожи во всем теле, трепетания сердца, учащенного дыхания и слабости в ногах. В душе пустота, которую уже не заполнить.

Однако «насквозь фальшивая» бьет по нервам похлеще электрического тока и режет по живому.

– Отпусти, – негромко произношу, даже не глядя на своего спутника. – Мне больно.

Мужские пальцы медленно разжимаются, и впервые за наше непродолжительное знакомство я вижу на лице Дамира растерянность, когда мельком бросаю взгляд в его сторону.

Разворачиваюсь и направляюсь в ванную, плотно закрывая за собой дверь.

Боже, как больно, мерзко и противно! Хочется кричать в голос от бессилия.

Минут пять я смотрю на напор воды, не желая возвращаться в действительность. Сдерживаю отчаянье, что заполняет образовавшуюся пустоту и разрывает мою душу в клочья. Сейчас нужно собрать всю свою волю в кулак, выйти и с достоинством покинуть и квартиру, и мужчину, которого больше не желаю видеть. Никогда.

И всё же, если бы он извинился, списав все на неудачный день, прижал бы к себе и сказал, что на самом деле он так не думает, я бы поверила. Переступила через гордость и снова очутилась бы в этих стальных объятиях. В которых несмотря ни на что мне было так уютно и тепло.

А может, это только мне так кажется? Наверное, так и есть. Я сама виновата в случившимся, поддалась чувствам, придумала образ, который не существовал в реальности – он был лишь в моём романтическом воображении. Дамир не мужчина моей мечты. Он – подонок, который меня использовал и вышвырнул, как ненужную вещь.

Ничего не скажешь, шикарный романтический образ я себе придумала! И этого мужчину я посчитала героем моего романа? Я для него всего лишь шлюха – впредь буду думать головой, а не полагаться на эмоции.

– Алена, хватит истерить! – доносится до меня раздражённый голос Дамира, когда выхожу из ванной. – Я тебе сказал, послезавтра прилетаю, там и поговорим, – небольшая пауза, а после еще громче предыдущего: – Ты задолбала уже меня своими истериками!

Еще этого мне не хватало для полного счастья. У него, оказывается, есть женщина, а со мной он или просто развлекался, или мстил ей. Хотя, что-то мне подсказывает, оба варианта верны – и предательский ком образуется в горле, даже дышать становится тяжелее.

Так больно мне никогда в жизни не было. И очень надеюсь, что не будет.

Беру себя в руки и давлю внутри желание разрыдаться – подобного удовольствия я ему не доставлю. Пусть я унижена, но сломленной он меня не увидит, а поплакать вдоволь можно и дома. Родные стены, как известно, лечат.

– Твою мать, – произношу себе под нос и направляюсь в комнату. Захожу именно в тот момент, когда Дамир откидывает телефон на барную стойку с громким воплем:

– Б**ть!

В руках стакан с виски, который мужчина пьет, как компот, а после стеклянная посуда разбивается о стену. Я даже подпрыгиваю на месте, не ожидая подобного поворота событий.

Интересно, это кто еще истерики закатывает? С такими нервами лечиться надо, а не по бабам шляться.

– И кто такая Алена? – раз уж доигрывать партию до конца, то стоит все выяснить окончательно.

– Моя жена, – два слова, и рука замирает в воздухе, так и не дотронувшись до сумки.

Сегодня день разочарований, как я понимаю, потому что третий раз за последние двадцать минут жизнь бьет меня обухом по голове. Да так больно, что подниматься потом будет очень тяжело. И всё же этот ответ я ожидала услышать, хотя надеялась до последнего, что ошибаюсь.

– Круто, – усмехаюсь, правда, мужчина этого видеть не может. Беру сумку, и тут мой взгляд натыкается на доллары, что я ему заплатила за старание. Сейчас, считаю, это станет своевременной оплатой за урок, который я усвоила на всю жизнь. Не место в моей жизни романтическим бредням, теперь только холодный расчёт.

Больше не заработала, говоришь? Плохо старалась? Смотрю на свои же купюры, а в душе еще сильнее поднимается волна негатива. Придется оставить последнее слово за собой!

Беру свои деньги в правую руку, закидываю сумку на плечо и направляюсь к Дамиру.

Фальшивка? Стерва? Тогда получай, сволочь!

– Жене своей что-нибудь купишь, – с вызовом смотрю Дамиру в глаза и второй раз за последние десять минут швыряю деньги прямо в лицо своему спутнику. – А лучше себе успокоительное! – показываю взглядом на осколки стакана. – Я бы тебе совесть предложила купить, но она, к сожалению, не продаётся. А свои деньги оставь себе, считай, что я ублажила тебя безвозмездно. У нас испокон веков принято помогать убогим даром.

Резко разворачиваюсь и с гордой (по крайней мере надеюсь на это) осанкой двигаюсь к входной двери.

– Лера, погоди, – слышу в спину и ускоряю шаг. – Я отвезу тебя домой.

– Жену подвози!

Быстро открываю замок и вылетаю на лестничную площадку, захлопывая за собой дверь. Поскорее бы в свое уютное гнездышко и подальше от посторонних глаз.

Внутри все пылает, и возникает огромное желание разреветься. Но я сдерживаюсь. Не стоит он моих слез. Вот ни грамма не получит!

*******

Стоило оказаться в родных пенатах, как я даю волю чувствам, тихо сползая по стенке в коридоре. И вою, словно раненный зверь, обхватив голову руками.

Не знаю, сколько времени я провожу, оплакивая свою мечту, и даже не помню, как оказываюсь сидящей на диване с сигаретой в руке и закутавшись в теплый плед.

Такое ощущение, что моё тело жило собственной жизнью, пока я упивалась горем, прокручивая в голове происшедшее вновь и в вновь. Хочется стереть этот день из памяти, и больше никогда о нем не вспоминать!

И тут словно током бьет в голову, когда в памяти всплывает последний эпизод. Я иду к двери, а спину прилетает печальное:

«Лера, погоди»!

Дамир впервые за наше непродолжительное знакомство назвал меня по имени! Бред, конечно, но в моей израненной душе что-то шевелится.

А с другой стороны, какая разница – он женат. И я не стану игрушкой, с помощью которой он будет мстить!

Боже, как же тошно на душе. Мне настолько противно из-за произошедшего, что хочется залезть под одеяло и спрятаться от всего мира. Хотя пробовала – не помогает. От воспоминаний, что разъедают душу, словно соляная кислота, невозможно спрятаться. Лучше выговориться кому-то, возможно, станет легче.

Слава Богу, руки не дрожат и дышать становится легче от переполняющих эмоций. Да и слезы как-то слишком резко высохли – не стоит Дамир моих рыданий.

Горько усмехаюсь тому, что ищу хоть что-то положительное в этой дерьмовой жизни. Подкуриваю очередную сигарету и, прямо с пледом, накинутым на плечи, выхожу на балкон, чтобы вдохнуть хотя бы глоток свежего воздуха. Такое ощущение, что задыхаюсь от безысходности и боли, и с этим придется жить дальше.

Время лечит, только как пережить период до полного выздоровления?

На улице август, душно, жара, а меня до сих пор трясет, как в ознобе. Жестокие слова, которые Дамир бросал мне в лицо, до сих пор бьют по нервам, словно электрический ток.

«Ты? Заплатишь? Мне?»

Затяжка, а после тонкая струйка дыма в воздух.

«Такие, как ты, пустышки созданы для того, чтобы их трахали и как использованный презерватив выкидывали в мусор.»

Опять пронизывающая боль внутри разъедает душу, а от обиды хочется выть. Как одинокий волк на луну. Жаль, что сейчас день, да и соседи, не ровен час, вызовут скорую, когда услышат мою истерику. А я пока не готова обсуждать свое душевное состояние с посторонними людьми. Даже Вику, свою лучшую подругу, отшила, сославшись на дикую мигрень.

Чтобы не доставала. Бесит она сейчас неимоверно.

«Ты никто, девочка», – вновь всплывает в памяти, эхом отдаваясь в висках.

Никто. И звать меня никак.

«Я тоже думал, что ты другая. Очень красивая, умная и стильная. Но ты оказалась насквозь фальшивая и ненастоящая. А мне нужна другая женщина».

Интересно, другая – это какая? Серая мышь, которая будет прятаться в ванной и забиваться в угол, когда у жирного кота плохое настроение? Да его постоянное рычание, хамство и наглость долго не выдержишь. Рано или поздно сорвет крышу и настанет печальный финал. Было достаточно только услышать, как он разговаривает с женой, а затем увидеть, как после от злости разбивает стакан об стену, чтобы понять это.

Но все равно больно и обидно. От слов, которые вылетали со злостью из уст мужчины, методично растаптывая меня в грязи.

А самое обидное – он прав. Я действительно никто. И пока не стану кем-то, каждая шавка с большими бабками будет меня унижать и ставить на место.

Надо что-то с этим срочно решать, и к счастью есть один человек, который мне точно подскажет, что делать дальше. Мой любимый брат.

Заодно и с мужской стороны посмотрит на сложившуюся ситуацию.

Приняв верное на мой взгляд решение, выбрасываю окурок, быстренько собираюсь, на ходу звоня Захару. Гудок, второй, третий.

Ответа так и не дожидаюсь, когда блокирую экран мобильного, хватаю сумку с ключами от машины и квартиры, и вылетаю на лестничную площадку. Адрес офиса я знаю, планирую застать Захара там.

Но мне сегодня фартит, так как в компанию к отцу ехать не придется. Машина братишки красуется возле ресторана, а значит смогу его застать сытым, довольным и желающим выслушать свою непутевую сестру. Надеюсь, он там не с Настей?

От одной только мысли бросает в дрожь. Ну вот что он в ней нашел, скажите на милость? Молодой, красивый, богатый, уверенный в себе, и рядом с ним эта! На серую мышь, конечно, не похожа, но ведь видно невооруженным глазом – ей нужны только деньги моего брата.

По-другому такие, как Настя и ей подобные, не умеют ни дружить, ни строить отношения с такими, как мы с Захаром.

Я уже разочек пробовала завести себе подружку, не обращая внимания на социальный статус. И что в итоге – предательство, боль, детская обида, что со мной дружили только из-за денег? Из-за статуса, что я богата, а так же из желания выбиться в люди за мой счет. И если бы не случайно подслушанный разговор…

Всё, хватит, даже вспоминать не хочется, чем это закончилось.

Паркуюсь рядом с Лексусом Захара, ставлю свой автомобиль на сигнализацию и захожу в ресторан. Мой любимый братец восседает за столом напротив нашего не менее любимого родителя. Улыбается отцу, и даже не обращает на мое появление внимания. А до меня долетают обрывки фраз:

– Пап, она для меня самая лучшая, – на лице Захара счастливая улыбка, а я замираю на месте.

– Ты считаешь меня монстром? – отец слегка повышает голос, укладываясь грудью на стол. – Я хочу, чтобы ты был счастлив, – в его голосе столько нежности, что мне становится завидно. Эти слова он адресует не мне! И это намного сильнее бьет по живому, чем я ожидала.

– Привет честнóй компании, – я эффектно появляюсь из-за колоны, заставляя мужчин замолчать.

Отец радуется, подставляя мне щеку, Захар сухо здоровается, пристально наблюдая за моей реакцией, а я прячу свою боль за улыбкой. Мне сейчас очень тяжело скрыть свои эмоции, но я постараюсь.

Стандартные вопросы – «Как дела?» и «Что ты здесь делаешь?», непринужденная беседа ни о чем, и я слегка расслабляюсь. Отец радуется, что в кои-то веки ему довелось пообедать (в четыре часа дня!) с детьми, и как было бы хорошо почаще устраивать семейные ужины дома.

Захар отмалчивается, бросая в мою сторону косые взгляды, не желая поддерживать общую беседу. Он и раньше был молчаливым, а сейчас, по ходу, сидит и гадает, известно ли мне о Насте?

– Вы сейчас в офис? – интересуюсь у отца, так как мне крайне важно поговорить с братом наедине. Без посторонних глаз и ушей.

– Дела, принцесса, – папа, даже несмотря на мой возраст, продолжает меня называть этим милым детским прозвищем. – В офис попадем ближе к восьми, а то и девяти, – делает глоток кофе и откидывается на спинку кресла. – А может вообще не попадем, сегодня очень насыщенный день.

– Мне надо позвонить, – Захар цедит сквозь зубы, не сводя с меня пристального взгляда, все еще гадая, знаю я или нет.

Можешь не произносить вслух, братишка, мне и без твоих слов все давно известно. И волна зависти и злости, что какая-то нищенка занимает все мысли брата, накрывает меня с головой. Он счастлив, а я страдаю – в чем между нами разница? Почему в жизни такая несправедливость?

Отцу звонит какой-то партнер по бизнесу, и он передает трубку Захару, так как сын, его гордость, в некоторых вопросах разбирается лучше.

А у меня в этот момент зреет план, как избавить брата от назойливой простушки, от предстоящей боли и разочарования, а так же последующего загула от безысходности что-то изменить. Хватит одного в нашей семье с такой проблемой – меня. Зачем изобретать велосипед? Его изобрели задолго до нас!

И врут, что бомба дважды не падает в одну воронку – смс с телефона Захара его ненаглядной птичке, ее безоговорочное появление на пороге квартиры моего брата, а там – эффектная встреча с Викулей. Подруга исполняет роль на пять с плюсом, а после бодро рапортует о проделанной работе.

– Она повелась, Лерок, представляешь? – девушка взахлеб рассказывает, как встретила Настю на пороге в одном неглиже, наговорив той кучу гадостей. – Второй раз на один и те же грабли.

– Спасибо, дорогая, – произношу на выдохе, и мы прощаемся.

А в душе пустота. Казалось бы, радуйся, Лера, ты же все делаешь с размахом. Захотела поссорить брата с девушкой – никаких проблем, но почему-то тошно вдвойне. Ведь родному человеку будет больно, как и мне сейчас.

И самое мерзкое, я внушила сама себе, что делаю это из благородных побуждений, любви и заботы о нём.

А нуждается ли он в моей помощи? Заботе, опеке и неуемном вмешательстве в его личную жизнь? Может, и вправду, он счастлив, и не важно с кем.

Да и судя по его реакции, Захар не станет терпеть, если вдруг кто-то влезет в их отношения с птичкой.

Зависть, зараза такая, выела душу насквозь.

Черт, что же я наделала?

Утро начинается со звонка в дверь. Половина одиннадцатого, я встала минут пятнадцать назад, еще даже не успела привести себя в порядок и переодеться, дефилируя по пустой квартире в пижамных шортиках и маечке с накинутым поверх шелковым халатом, как непрошенные гости жаждут увидеть мою полусонную физиономию.

Кому не спится в такую рань? Всю ночь проворочалась с бока на бок, пытаясь найти ответ на вопрос – как жить дальше? В одной книге когда-то прочитала, что искать смысл жизни бессмысленно, и если подобные мысли посещают мою многострадальную голову, то мне одна дорога – прямиком в психушку.

Но безделье и одиночество тяготило, а видеть кого-то, тем более вести задушевные беседы и изображать, что всё хорошо, не хотелось. Не было сил притворятся – и вот что мне делать в этой непростой ситуации? Я понимаю, что нужно выбираться из состояния апатии и подступающей семимильными шагами депрессии, а то точно в дурдом сдадут, в целях, так сказать, профилактики.

Открываю дверь и вижу на пороге своей квартиры Захара с Настей. Господи, мне ещё разборок с ними не хватало! А то, что они будут, понятно по взгляду брата.

Вот этого я и боялась – не стоило мне лезть в отношения двух влюбленных, как бы мне это не нравилось. Но сделанного не воротишь, придётся держать ответ за свои грехи.

– Какие люди! – за пафосом я скрываю свой испуг, когда братишка оценивающе мажет по мне взглядом, видимо, решив, что всю ночь я отплясывала в ночном клубе. И очередная волна обиды накрывает с головой – других мыслей у него нет? Неужели даже близкие люди считают меня ничтожеством?

– Ты же сама нарывалась на «теплую» встречу, – Захар не улыбается, а изображает оскал, от которого холодок пробегает по спине. Делает два шага вперед, подходя ко мне вплотную, и его выражение лица мне ой, как не нравится. – В сторону отойди.

Я под столь резким и внезапным напором начинаю отступать назад, не сводя испуганного взгляда с братишки. Да, мне страшно, и небезосновательно, но вернуть время вспять я не смогу, как бы ни пыталась.

Чтобы все исправить и больше не повторять ошибок прошлого.

Спотыкаюсь, наткнувшись на тумбочку для обуви, чуть ли не падаю, так как двигаюсь спиной и не могу видеть препятствия на своем пути, при этом глаз не отвожу от надвигающейся угрозы в лице Захара. Которое не предвещает ничего хорошего, а я все равно пытаюсь найти хоть какую-то опору, хватая руками воздух.

Никогда не видела брата в таком состоянии – еще немного, и разорвет меня на части. Приближается, как хищник, а в голове сразу всплывает образ другого. Более опасного, но все равно притягательного.

Они даже чем-то похожи – оба чётко знают, чего хотят от этой жизни. В отличие от меня.

– Захар, не надо, – произносит довольно громко Настя, когда мы с братом уже заходим в зал. Я все так же пытаюсь найти хоть какую-то опору за спиной, а он наступает, как коршун на свою жертву.

– Посмотри на нее, Лера! – брат говорит угрожающе тихо, глядя мне прямо в глаза и уже не скрывая своей злости. – Ты ей вчера чуть жизнь не сломала во второй раз, а она за тебя заступается.

Я молчу, не зная, что ответить. В голове полный сумбур – никак мысли не хотят соединиться в единое целое. Что я делаю не так?

Почему все видят недостатки только во мне, и не замечают их в остальных? Я ведь его защищала! Почему он никак не хочет это понять?! Почему смотрит на меня, как на самое большое разочарование в его жизни?

– Пойдем отсюда, – Настя дотрагивается до локтя Захара, и мой братишка резко остывает. Стоит на месте, перестает на меня давить, и даже выражение лица меняется на спокойно-уравновешенное. – Мне больше не нужны никакие доказательства, – заканчивает девушка, посылая моему брату милую улыбку.

И он оттаивает, а я в очередной раз убеждаюсь – какая же я стерва. Зачем, ну вот зачем я вчера сгоряча наделала столько глупостей? И чуть не разбила жизнь брату и этой милой девочке.

Стыдно, но все равно вопрос, почему изгоем сделали меня, слишком назойливо бьется в голове. Ведь Захар раньше тоже не отличался примерным поведением, так почему об этом все давно забыли?

– Ответь только на один вопрос, – брат продолжает меня сканировать взглядом, полным осуждения, игнорируя просьбу Насти, правда, не вырывает руку и сдерживает тон. Видимо, чтобы не сорваться повторно в присутствии девушки. – Зачем, Лера? Тебе от этого какая радость? Или тебе доставляет удовольствие, когда другие страдают?

– Помнится, тебе раньше это тоже доставляло удовольствие, братишка, – не скрываю сарказма, уже отойдя от первоначального испуга.

– Это было давно, – Захар смотрит на меня исподлобья, произнося слова с небольшим нажимом. – С тех пор я сильно поменял свои взгляды на жизнь. Так скажи правду, – мы продолжаем пристально смотреть на друг друга в тишине, которую никто не нарушает. – Хотя бы раз в жизни будь честна, – довольно резко произносит последнюю фразу, наблюдая, как я поникаю окончательно.

Уже не боюсь, скорее, немного теряюсь. Не знаю, что ответить и как оправдать свой подлый (а именно так сейчас считаю) поступок.

В голове полный сумбур из мыслей, и я даже не пытаюсь следить за их хаотичными движениями. Так тошно и стыдно за свое поведение – хочется просто испариться, как привидение, чтобы не видеть родных глаз с презрением и осуждением во взгляде.

Только сейчас понимаю, какая же я дрянь. И глупо оправдывать свое поведение, пытаясь доказать всем, что я это делала из добрых побуждений.

Вижу, что Захар смотрит на журнальный столик, где со вчерашнего дня лежит пачка сигарет. Да, мне очень плохо, и брат это сейчас понимает – больше не осуждает, лишь внимательно изучает эмоции на моем лице.

– Да, это сделала я, – произношу на выдохе и перевожу взгляд на Настю. – Оба раза, – тяжело вздыхаю и опускаю глаза в пол. – Попросила Вику помочь, мы обычно друг другу всегда помогаем. Это розыгрыш такой, понимаешь?

Знаю, что мои оправдания и попытка себя хоть как-то обелить звучат жалко, но до конца не могу признаться вслух о своей подлости.

– Ты, главное, скажи, когда начинать смеяться, – Захар не дает Насте вставить ни слова, видимо, все еще опасаясь очередной гадости с моей стороны. – А то у нас с Настей проблемы с чувством юмора, – намеренно делает паузу, снова глядя на меня с презрением и не скрывая своего разочарования.

Во мне.

Черт, как же больно! Родной человек во мне разочарован и не дает даже шанса на реабилитацию. Хотя, о чём это я? Как можно оправдать мой поступок?!

– Ладно тебе, – машу рукой, изображая беспечность, но всё это лишь игра, которую нужно довести да конца. Сейчас они уйдут, и я вновь начну поедать себя поедом, уже вдвойне.

Делаю глубокий вздох, и снова переключаюсь на Настю:

– Сама знаю, что перегнула. В прошлый раз случайно вышло, никто не знал, что вы поссоритесь, и Захар приедет на вечеринку. План в голове возник мгновенно – подсыпали ему в виски снотворное, ну и отправили тебе смс. Вика разыграла бурную страсть, а ты увидела и повелась.

Под конец своего правдивого рассказа понимаю, что не могу больше лицедействовать. Это выше моих сил – груз вины давит, и я поникаю еще больше.

Из-за того, что безумно стыдно смотреть им в глаза.

Мой голос дрожит, и чувствую себя мерзко, глядя на свое поведение со стороны. Еще немного, и точно разревусь прямо здесь, перед Захаром и Настей, потому что…

Больше никому я не нужна со своими проблемами, душевными переживаниями и болью, которая не просто рвет душу внутри, но и рвется наружу.

– И не поверила Захару, – Настя констатирует факт с нотками горечи в голосе и грустно усмехается.

– Прости, – вырывается у меня довольно тихо, как-то само по себе.

И от этого, как ни странно, становится легче. Вижу, как брат с птичкой переглядываются, видимо, не понимая, что происходит и не ожидая от меня подобных слов.

Не верят. И скорее всего не простят…

– А вчера зачем снова подстроила наше якобы «свидание» со Степановой? – чувствую, Захар до конца не верит в мою искренность, продолжая на меня давить.

– Завидно стало, – мой голос продолжает дрожать, а по щеке непроизвольно катится одинокая слезинка. – Увидела вас в окно, когда вы садились в машину, а вчера в ресторане будто что-то щелкнуло в голове. Увидела телефон бесхозный – и как бес в меня какой-то вселился, не иначе. Ты же знаешь, – горько усмехаюсь, обращаясь к брату. – Я всегда действую на эмоциях, быстро и с размахом.

– Твою бы энергию, да в мирное русло, – цедит в ответ сквозь зубы, так и не веря мне до конца. – И это, дорогая сестрица, совсем не эмоции, а самая настоящая дурь и распущенность. Ведёшь себя, как сопливая малолетка! Саму-то от себя не воротит?

– Прости меня, братишка! – чуть слышно произношу из-за образовавшегося комка в горле, а слезы уже градом катятся по лицу. Нет ни сил, ни желания сдерживать себя, притворяясь сильной и стервозной. Всё, лимит исчерпан до дна! – Я самая настоящая тварь! – кричу в отчаянье, прикрывая лицо руками, так как сейчас мне безумно стыдно и больно одновременно.

Мой плач уже больше похож на вой. Просьба о прощении – самое верное в данной ситуации. И никаких оправданий не нужно – признавать свои ошибки не так уж и сложно, как мне казалось раньше.

Главное быть искренней. И больше никогда не причинять боль близким людям.

– Ну, что ты стоишь? – толкает голубоглазая блондинка в бок моего брата, когда у меня уже вовсю текут слезы по лицу, и остановить этот поток нет никаких сил – словно плотину прорвало! Меня накрыла самая настоящая истерика, никогда со мною такого не было. Хочется хотя бы на время стать слабой и беззащитной. Чтобы пожалели, как в детстве, и решили все мои проблемы. Вместо меня.

Понимаю, что такого не может быть, но все равно хочется…

– Я… – начинает Захар, глядя изумленно на Настю, однако девушка довольно строго произносит:

– Воды принеси, – смотрит на моего брата, на что он лишь фыркает в ответ, засовывая руки в карманы. – Не видишь, человеку плохо. Лера, – теперь уже обращается ко мне с какой-то теплотой и на лице, и в голосе. Подходит ближе и берет меня за плечи. – Ты чего? Да не расстраивайся ты так, я и не злюсь уже.

– Прости, Настя, – дрожащим из-за истерики голосом произношу, обнимая девушку и утыкаясь ей лицом прямо в шею. Сейчас она для меня олицетворение спасительной соломинки, которая не даст утонуть в пучине отчаянья и вины.

Я даже на протяжный стон Захара не реагирую, так мне сейчас уютно рядом с милой и доброй птичкой. Это я не умею ценить то, что имею. Не знаю, как это – сострадать и помогать людям, которые попали в беду. А Настя…

Только сейчас понимаю, почему мой брат обратил внимание именно на нее. Почему именно с ней он так счастлив. Слава Богу, птичка оказалась не злопамятной и поверила моему брату, а не Вике. И от этого на душе становится тошно вдвойне – не могу смотреть Насте в глаза после своей подлости. Как же я противна себе сейчас!

– Лера, не плачь, – девушка продолжает меня гладить по спине, повторяя одну и ту же фразу, а я постепенно успокаиваюсь в ее объятиях. Так хорошо и спокойно мне давно не было, и слова потоком льются из меня, точно на исповеди.

Мне почему-то кажется, что Настя не осудит, когда я поведаю ей о своих переживаниях – встреча с мужчиной моей мечты, мое разбитое сердце, а после зависть при виде счастливых брата и его девушки.

– Прикинь, он мне сказал, что я фальшивка, – спустя время я даже могу усмехаться, правда, с нотками горечи в голосе. – Очень красивая, умная и стильная, но насквозь фальшивая и не настоящая. А ему нужна другая женщина, – делаю паузу и хлюпаю носом, глядя Насте прямо в глаза. – Которая умеет любить. А я что, Настен, не умею?

– Умеешь, конечно, – голос моей собеседницы звучит бодро, что придает мне сил. – Это он дурак, что не рассмотрел тебя по-настоящему.

Как же хочется, чтобы это было так, но…

– Он практически идеальный, по крайней мере, в моем понимании, – тяжело вздыхаю и снова шмыгаю носом, уже окончательно успокоившись. – Зачем он так больно мне сделал? Я, конечно, понимаю, что мне далеко до женщины его мечты, но ведь мог бы деликатнее со мной поступить.

– Надо было в глаз ему дать, – слышится голос Захара, который со стаканом воды в руке заходит в комнату, а я снова при виде брата начинаю выть, вспоминая нашу последнюю встречу с Дамиром. Больно до сих пор, как бы я не хорохорилась и не пыталась скрыть свои переживания за маской безразличной стервы.

Настя стреляет в Захара глазами с упреком во взгляде, а тот лишь пожимает плечами в ответ.

– Я бы так и сделал на ее месте, – подает мне стакан с водой, усаживаясь на корточки. – Лера, завязывай сопли развозить. Ну, что ты, в самом-то деле, устроила тут конец света? Ушел один – придет другой, нашла проблему, – усмехается, а я, наоборот, начинаю еще громче рыдать, и Настя в очередной раз посылает Захару взгляд с упреком, чтобы заткнулся. – А что я такого сказал? – шепчет своей любимой на ухо, однако милая блондинка не слушает, переключаясь снова на меня.

А я вновь не сдерживаю эмоций – возможно, именно сейчас мне надо выплакаться и выговориться, чтобы больше не держать это в душе. А так же отвлечься – на пустую болтовню о детстве и юности Захара, наших с ним чудачествах и массе других положительных моментов из нашей с братом жизни.

И к концу второго часа, на протяжении которого мы выпили тонну чая и кофе, я, наконец-то, расслабляюсь, начинаю дышать полной грудью, а ведь совсем недавно даже и вздохнуть не могла, не испытав невыносимой боли в сердце. По крайней мере, сейчас я вместе с птичкой смеюсь над фырканьем Захара, его возмущением по поводу бабских секретов, а так же желанием треснуть меня чем-нибудь тяжелым по голове.

Чтобы не выдавала его Настёне раньше времени, какой же он несдержанный!

И как я не хочу их отпускать. Особенно птичку. Может, и вправду, она сейчас искренна со мной и желает наладить отношения? Как и я в ответ.

– Настена, точно не сердишься больше? – спрашиваю с замиранием сердца, в глубине души боясь услышать, что не простила. Мой братишка лишь тяжко вздыхает, и уже восьмой раз стреляет в меня глазами, намекая, чтобы я наконец-то их отпустила.

– Точно, – смеется птичка в ответ и целует меня в щеку.

– Тогда в выходные устроим шоппинг! – я подмигиваю Насте, а тычу пальцем в Захара. – С тебя кредитка!

– Лера! – фыркает девушка, однако мой братец ориентируется очень быстро:

– Не вопрос! – улыбается, при этом получая испепеляющий взгляд от птички. – Тогда мы пойдем – у нас еще планы, иначе в выходные, девочки, останетесь без обновок.

Становится грустно, но я прекрасно понимаю – нельзя быть такой эгоисткой. У нас еще будет достаточно времени, чтобы познакомиться поближе и подружиться.

Я только сейчас в полной мере осознала, насколько ранее была слепой. Как такой светлый человек может быть охотницей за деньгами? Сегодня, пообщавшись с ней, я поняла – мне нравится Настя, даже очень. Надеюсь, она все-таки простит мои прошлые грехи.

Однако вопрос, как мне жить дальше, до сих пор без ответа. Но сейчас я твердо уверена – надо что-то менять в своей непутевой жизни. Как там говорил Дамир, копейки не заработала? Придется исправлять сей прискорбный факт. По крайней мере, попробовать.

Если получилось у Насти, Захара и у части остальных моих знакомых, то почему не могу это сделать я? Валерия Гончарова так просто не сдастся и не позволит больше себя унижать каким-то прохвостам.

Раз уж решила начать новую жизнь, придется идти до конца. Иначе я сама себя уважать перестану, что уж говорить об окружающих.

Ладно, Мистер Совершенство – я докажу, что ты очень сильно заблуждался на мой счет. Но главное – я хочу доказать себе, что сама, без папы и его денег чего-то стóю в этой жизни.

И больше ни один мужчина не сможет меня этим упрекнуть.

– Пап, можно? – спрашиваю нерешительно, просовывая голову в дверную щель после того, как постучала и услышала громкое «войдите». Отец отрывается от чтения бумаг и смотрит на меня с улыбкой одобрения.

От которой становится тепло на душе.

– Боже, какая ты у нас красавица! – восхищается после стандартного поцелуя в щечку, рассматривая меня с ног до головы.

– Ой, папа, ты как всегда преувеличиваешь, – машу рукой в ответ. – Три дня назад виделись, и я за это время не успела кардинально измениться, – фыркаю, однако тут же себя осекаю. Опять взялась за старое! Ведь дала себе слово, что завязываю со стервозностью – пора следить за своими словами.

И начинать надо с близких, может, человек просто хотел поднять мне настроение?

– Но за комплимент спасибо, – тут же нахожусь с ответом, даря отцу улыбку, полную тепла. Присаживаюсь на отодвинутый стул, а после выдаю на одном дыхании: – Я по делу.

– Слушаю внимательно, – мой родитель принимает строгий вид, располагаясь в своем кресле, правда, тут же спохватывается: – Чай, кофе?

– Обойдусь, – и снова как-то слишком надменно вылетает данная фраза. Черт, как же тяжело следить за собой! – То есть, не надо, пап, но спасибо за заботу, – улыбаюсь, а вот отец, наоборот, хмурится и как-то странно начинает меня разглядывать.

Наверное, слишком необычно я себя веду – второе «спасибо» за две минуты, от этого точно можно вогнать отца в ступор. Или сейчас насторожится, ожидая от меня подвоха.

– Ты, часом, не заболела? – взволнованно интересуется, ища на моём лице подтверждение своего вопроса.

Если бы я не настроилась решительно изменить свою жизнь, то сейчас бы реально обиделась. Но папу я прекрасно понимаю – слишком сложно, я бы даже сказала нереально сразу кардинально измениться самой, а тем более заставить окружающих смотреть на тебя по-другому.

Но я буду стараться, уверена, все получится.

– В общем так, – проигнорировала вопрос любимого родителя, уставившись на него в ответ. – Я хочу работать.

– Повтори, – отец округляет глаза, видимо, не веря в происходящее. Точнее, слегка теряясь от моих слов. – Что ты хочешь делать? – подаётся вперёд всем корпусом, чтобы отчётливо расслышать мою просьбу.

Наверное, он сейчас думает, что у него слуховые галлюцинации, или это все-таки подвох с моей стороны.

– Пап, прекращай, – я сейчас не готова отвечать на риторические и глупые вопросы, поэтому лучше сразу объясниться. И не ходить вокруг да около. – Я решила устроиться на работу, надеюсь, ты мне поможешь.

Отец замирает, не сводя своего пристального взгляда с моего лица. У человека небольшой шок из-за моей просьбы, и я его прекрасно понимаю. Слишком резко и неожиданно звучит моя просьба – надо же, как, оказывается, легко моего любимого папочку лишить дара речи.

Ну же, отмирай – я очень надеюсь, что ты мне поможешь в этой нелегкой задаче. Потому что я понятия не имею, с чего начинать – как правильно искать работу, и что там, на этой самой работе, надо делать.

– У тебя что-то случилось? – через какое-то время снова интересуется отец, вызывая у меня протяжный стон.

Непробиваемый, хоть я и подозревала, что он начнет задавать провокационные вопросы, услышав мое предложение. Но сейчас я не готова рассказывать в подробностях о настоящей причине, побудившей меня кардинально пересмотреть свой взгляд на жизнь. А отец продолжает сканировать меня напряжённым взглядом, наверное, в уме пытаясь проанализировать, в чём же подвох.

Если честно, то злость берет – неужели не верит в мои благие намерения? Вот уверена, если бы Захар пришел с подобной просьбой, то отец сразу же бросился бы ее выполнять, а со мной…

– Вы сами с мамой постоянно твердите, что я бездельница, нахлебница и лентяйка, – произношу на выдохе, закидывая сумочку на плечо. – Только и делаю, что сижу у вас на шее и трачу деньги на шмотки с клубами, – встаю со своего места, не сводя с отца взгляда. – Только почему-то Захару ты не отказал, когда он взялся за ум и решил поработать на благо нашей семьи, – намеренно делаю паузу, на протяжении которой папа хмурится. – Ладно, сама разберусь, раз ты помочь не хочешь, – отодвигаю стул, разворачиваюсь и направляюсь к выходу, полная решимости теперь так уж точно доказать всем окружающим, что и я чего-то стою.

Делаю шаг, второй, третий, как в спину мне прилетает грозное:

– Стоять! – замираю на месте, на пару секунд задерживаю дыхание в ожидании очередных нравоучений (на другое мои родители в принципе не способны), и поворачиваюсь к отцу лицом. – Сядь, – кивает головой на стул. – Я еще не закончил.

– Только без глупых вопросов, зачем да почему, – ворчу, возвращаясь на место. – Либо помоги, либо…

– И чем бы ты хотела заниматься? – отец игнорирует мою пламенную речь и откидывается на спинку кресла, делая вид, что готов внимать моим планам. Правда, тон его напряженный, видимо, до конца не верит в мою искренность, но я не обращаю внимания. Не в том я положении, чтобы тратить время впустую на глупые и никому не нужные обиды.

Не верит, да и черт с ним. Лишь бы помог. А там дело за малым.

– Понятия не имею, – пожимаю плечами, в двадцатый раз за последние два дня прокручивая ответ на этот вопрос. Сама себе его задавала, и сама же отвергала все варианты.

Решила оставить на волю случая – как пойдет. Возможно, отец что-то предложит, мне лишь бы с чего-то начать, а там буду действовать по обстоятельствам.

– Ты меня пугаешь, – мой родитель тяжело вздыхает и внимательно смотрит на меня, ища, наверное, следы наркотического воздействия. Или еще что похлеще, видимо, до конца так и не веря в мои благие цели. Я, конечно, понимаю, насколько моя просьба неожиданная и странная, но всё же хочется, чтобы он не сомневался в искренности моего внезапного желания. – Такие резкие перемены…

«Иногда жизнь неожиданно бьёт так больно, что ты невольно переосмысливаешь ценности», – мысленно отвечаю ему, а вслух лишь произношу:

– Пап! – звучит довольно резко, так как я больше не желаю снова и снова выслушивать о своем прошлом поведении. Была ветреной, непостоянной и эгоистичной – сама знаю обо всех моих грех, но зачем же постоянно об этом напоминать?!

Так и делать ничего не захочется, если постоянно будут меня упрекать, тыкая носом в то, о чем я хотела бы забыть. И изменить.

Отец ловит мой возмущённый взгляд и лишь машет рукой, усмехаясь. И я понимаю, что нравоучений не будет – он осознает, что нет смысла лить из пустого в порожное в миллионный раз.

– Да понял я, – хмыкает, начиная тарабанить пальцами по столу. Он всегда так делает, когда принимает важное решение или пытается решить какую-то проблему. Остается только ждать, и я набираюсь терпения.

Странно звучит – я и терпение. Но в дальнейшем это качество может пригодиться. Два дня штудировала Интернет, читая нужные статьи. «Как добиться желаемого», «Как вести себя в новом коллективе», «Как построить карьеру», – в общем, пособия для чайников вроде меня, которые ни черта в этом не смыслят.

– Может, ты что посоветуешь? – аккуратно пробиваю почву, прерывая затянувшуюся молчаливую паузу, которая уже начинает напрягать. – С чего-то надо начинать, – делаю паузу, а когда отец собирается мне что-то возразить, перебиваю: – Я прекрасно понимаю, что лузер во всём. И не претендую сразу на должность какого-нибудь начальника или твоего зама, чтобы тебя же тыкали носом в мои провалы. Но я обещаю, что буду стараться…

– Да это понятно, – отец напряжен, хмурит брови и весь мыслительный процесс отображается на его лице. – Но и рядовым сотрудником я тебя к себе взять не могу, уж извини, – разводит руками в стороны, а у меня вырывается печальный вздох. – В какой бы отдел тебя не посади, начальник этого самого отдела насторожится, понимая, что не просто так ты туда попала, понимаешь? Я же не могу родную дочь всю жизнь держать в штате рядовым менеджером или, к примеру, секретарем.

– Я поняла, – разочарованно вздыхаю и беру сумку, собираясь покинуть кабинет. Весь боевой запал начинает медленно затухать, а душу наполняет мрак отчаянья.

Придется самой преодолевать все трудности, ведь отец прав. Я как-то с этой стороны сложившуюся проблему не рассматривала. Запишут меня еще в шпионки, или действительно решат, что кого-то подсиживаю. А я ведь просто очень хочу попробовать, но, видимо, пока не судьба. Отец помочь не может, а значит…

– Да погоди ты, – снова останавливает отец, сейчас уже без приказов, и снова машет рукой, чтобы пристроила свою пятую точку на место. – В рекламное агентство пойдешь?

Маленькая вспышка надежды резко озаряет, и тут же червячок сомнения в собственных силах подает признаки жизни.

– Ну-у, – тяну, в голове быстро прокручивая все варианты, если сейчас соглашусь, но честность прежде всего. – Я от этой сферы далека, – и снова печально вздыхаю, признавая свою никчёмность.

Я вообще от любой сферы далека, кроме модных коллекций и дорогой косметики. Не в продавцы же идти, в самом-то деле.

– Есть у меня одна знакомая, – начинает отец, снова заставляя меня остаться на месте. – Директор рекламного агентства. Я когда-то помог ей с раскруткой бизнеса, и она вроде как у меня в долгу. Помогает с крупными рекламными кампаниями, когда у нас завал. В общем…

– Я согласна, – перебиваю отца, так как это на данный момент единственный вариант, который в принципе существует в природе. – Только ты предупреди, что я новичок в рекламе, но буду очень стараться, – теперь уже с улыбкой встаю с места и направляюсь к отцу, чтобы поцеловать на прощанье. – Спасибо.

– Ты уж не подведи там меня, – сжимает мою руку, а я в ответ киваю. – Опыта наберешься, сделаю тебя начальником маркетингового отдела, – мой любимый родитель дарит мне веру в себя. – Да, кстати, – необычный тон отца заставляет посмотреть в глаза и даже приподнять обе брови вверх в ожидании продолжения. – Элеонора Карловна, как бы это помягче выразиться, – он кривится, видимо, пытаясь действительно слегка приукрасить реальность. – В общем, женщина специфическая, со сложным характером, но профессионал отличный.

– Разберемся, – улыбаюсь и с хорошим настроением выхожу из кабинета отца.

Надо же, и не трудно вовсе – первый этап, как говорится, пройден. А сложные характеры для нас не проблема, и не с такими приходилось общаться. Тем более, что она мне сделает, раз отец попросил?

Знала бы я в тот момент, как ошибаюсь насчет неизвестной мне Элеоноры Карловны.

И как непросто все окажется на деле!

– Присаживайся, – командует с порога моя новая строгая начальница, как только я открываю дверь в ее кабинет.

Рассматривает меня пристально и очень внимательно, как будто пытается найти хоть какой-то изъян. Половину утра переживала в преддверии встречи, а вдруг откажет? Хоть отец и заявил вчера по телефону, что Элеонора ждет меня завтра, то есть уже сегодня ровно в десять ноль-ноль, все равно бросало в нервную дрожь.

Одежду подбирала заранее, чтобы по-деловому строго, дорого и не вульгарно, как любят одеваться некоторые, думая, что таким способом привлекут к себе побольше внимания. Глупо верить, что ярко-красная помада на губах или юбка, едва прикрывающая зад, заставит мужчину плясать под твою дудку. Как раз наоборот – разве что раздражение вызвать или агрессию. Лучше уж неброско, но со вкусом – но, видимо, мой вкус начальнице не понравился.

– Добрый день, – стараюсь изобразить подобие улыбки, усаживаясь на предложенный стул, однако впечатления на женщину не произвожу. И это немного напрягает – так пристально смотрят на тех, кому хотят отказать.

Каменное лицо, ни одной эмоции, и изучающий взгляд, который выдержать довольно сложно. Особенно когда нервничаешь. Хотя вру – эмоции на лице все же были, но совсем не те, на которые я рассчитывала.

– Валерия Гончарова, – начальница отъезжает на кресле немного назад, закидывает ногу на ногу, как это делают мужчины, и переплетает пальцы. – Алексей Владимирович предупредил, что ты решила взяться за ум. С чего вдруг?

Ее вопрос поставил в тупик, а если точнее выразиться, выбил из колеи – я и так чувствовала себя, как на первом экзамене. М-да, немного не так я представляла себе нашу первую встречу – хотя, это лишь мое воображение. Я и на собеседованиях-то ни разу не была, откуда мне знать, как они проходят в принципе?

– Думаете, не стоит? – я хочу женщину вывести на эмоции, однако она лишь цинично усмехается в ответ.

– Тебе лучше знать, – продолжает пристально смотреть в глаза, но уже без презрения, как раньше.

Кстати, только сейчас обращаю внимание на внешний вид своей будущей начальницы – потертые джинсы, кроссовки и совсем не брендовая рубашка в ужасную клетку. У нее проблемы со вкусом? Или это сейчас такой писк моды, о чем я ни сном, ни духом? Как-то по-другому в моем представлении должны выглядеть руководители фирм – никак не замарашками.

Может, поэтому моя стильная одежда вызывает в глазах женщины неприязнь?

– Так вы берете меня или нет? – хватит ходить вокруг да около. Еще и молчание напрягает, хочется знать наверняка, получится у меня здесь задержаться или нет.

– Твой отец попросил, и я не могу ему отказать, – она разводит руками в разные стороны, всем своим видом показывая, что совсем не так обстоят дела на самом деле.

Судя по ее настрою, начальница против брать меня в свой штат. И если бы не просьба отца – меня бы на порог конторы не пустили. Но отступать я не намерена, раз уж пришла сюда. Да и папу подвести не могу – грош цена тогда моим словам. Сама себя уважать перестану, и так самооценка уже скатилась ниже плинтуса.

– У меня нет опыта, – надо быть честной до конца, чтобы потом не возникло ненужных вопросов. – Но я готова научиться, – тут же добавляю, не сводя пристального взгляда со своей собеседницы. – Если вы мне дадите шанс.

– Это хорошо, – она пододвигается на место, доставая из ящика чистый лист бумаги. А я лишь приподнимаю обе брови вверх, не понимая, к чему относится ее столь презрительное «хорошо». – Что опыта нет, – поясняет, видимо, прочитав немой вопрос в моих глазах. – С чистого листа проще научить, чем перевоспитывать уже готового специалиста со своими амбициями, кое-какими достижениями, а иногда и с короной на голове. Было бы желание научиться.

И впивается в меня взглядом. Но я выдерживаю, отвечая твердо:

– Желание есть.

– Отлично, – протягивает мне чистый лист и ручку. – Заявление пиши, и завтра в девять жду на рабочем месте, без опозданий. Сразу предупреждаю – поблажек не будет. Начнешь косить и филонить – уволю, даже глазом не моргнув.

– Я не подведу, – приступаю к написанию заявления, теперь уже твердо намеренная всем доказать, что у меня получится.

Могут остальные, смогу и я.

И не такая уж она страшная, эта Элеонора Карловна. Господи, кто додумался придумать такое грубое сочетание имени и отчества? Пока выговоришь, язык сломать можно, но придется привыкать.

Теперь она – моя начальница, и следует у нее поучиться, как добиться крутых результатов. Я пробивала в Интернете – рекламное агентство «Радуга» пользуется популярностью, несмотря на довольно высокие цены на свои услуги. И клиенты у них довольно приличные – вот и попробуем наладить контакт хотя бы с парочкой.

И на следующий день мне предоставляется такая возможность.

Однако моя несдержанность, как обычно, сыграла со мной злую шутку. Что я делаю не так?

С самого утра нервничаю перед первым в своей жизни рабочим днем. Макияж не нравится, одежда тоже, еще и обувь не могу подобрать – такими темпами я точно опоздаю. Глубокий вдох, резкий выдох, и все сначала. Вещи хаотично валяются по комнате, но я не обращаю внимания – лишь бы найти то, что придется по душе. Строгий костюм, босоножки на каблуке и неброский макияж – вроде получилось, с чем я себя мысленно поздравляю.

В кабинет к начальнице вхожу с опаской, не зная, что день грядущий мне готовит. Еще десять минут в запасе, но решаю предстать пред ясны очи Элеоноры Карловны пораньше.

– Доброе утро, – улыбаюсь присутствующим, а после перевожу взгляд на начальницу. Та кивает в ответ и утыкается в бумаги. Ладно, не стоит нервничать раньше времени. Может, у них так принято?

Двое парней рассматривают меня с интересом, а вот девчонки в количестве трех человек лишь с презрением мажут взглядами. Странные они, я немного по-другому представляла себе вливание в новый коллектив.

– Итак, приступим, – начальница отрывается от чтения и переводит взгляд на присутствующих. – Пока начнём не в полном составе, остальные подтянутся попозже. Хочу представить вам новую сотрудницу, – откидывается на спинку кресла и закидывает ногу на ногу, вертя в руках ручку. – Валерия Гончарова, прошу любить и жаловать.

И снова все мажут по мне взглядами, мол, это чудо природы каким ветром сюда занесло? Сдержано кивают, а после переключают внимание на Элеонору.

И тут начинается, как я понимаю, рабочий процесс. Слушаю очень внимательно, пытаясь хоть что-то понять из обрывков фраз, но, как назло, даже не улавливаю сути разговора. Какие-то непонятные термины, имена, названия фирм и…

В общем, чувствую себя беспросветной тупицей – отвратительное, скажу вам, ощущение. Беспомощность вкупе с растерянностью медленно, но уверенно сеют смятение в душе.

Я не понимаю, что же делать? Действительно, каким ветром меня сюда занесло?

Решаю дождаться окончания совещания, а уже после поинтересоваться у Элеоноры о своих обязанностях.

– Извините за опоздание, – милая девушка врывается в кабинет без стука. – Вчера до полуночи презентацию с Оленькой переделывали.

– А Ярышева где? – начальница впивается взглядом во вновь прибывшую.

– В девять встречается с пиар-менеджером «Бизнес-центра», – выдает та на одном дыхании, а после кивка Элеоноры усаживается на свободный стул.

– Что с «Восток-Инвест Банком»? – интересуется начальница, а у меня от знакомого названия замирает все внутри.

Чувствую, это мой шанс показать себя. Во всей, так сказать, красе. Главное разобраться, что к чему, а уж дальше постараюсь не ударить в грязь лицом.

– Там полная засада, Элеонора Карловна, – печально вздыхает девушка. – Изначально тендер должна была проводить начальница маркетингового отдела, но вчера мне сказали, – она громко выдыхает и кривится. – Короче, теперь всё проходит через председателя правления банка, а там советчиков и доброжелателей…

– Твою мать! – резко выдает Элеонора, перебивая печальную речь своей сотрудницы.

– Может, у вас есть связи? – аккуратно интересуется та, не сводя взгляда с грозной начальницы. – Иначе конкуренты обойдут, к бабке не ходи. Сами понимаете, каждый хочет урвать свой кусок, и сделает все возможное, чтобы оттяпать побольше.

– У меня есть, – подаю голос, и все присутствующие обращают на меня внимание. – Могу попробовать договориться.

– Ну, попробуй, – усмехается Элеонора Карловна. – Жень, растолкуй ей в двух словах, что к чему. Поехали дальше.

Я улыбаюсь небольшой пока победе, а вот неизвестная мне Женя, наоборот – кривится, всем своим видом выражая недовольство. Толкает сидящую рядом девушку и кивком головы в мою сторону интересуется моей же подноготной. Не нравлюсь я ей – не велика беда. Главное, что Элеонора довольна, остальное все мелочи жизни, как говорится.

Дело в том, что председатель правления «Восток-Инвест Банка» – старинный друг моего отца. И по совместительству мой крестный. Уверена, что проблем не будет – я-то умею поплакаться, надавить в нужном месте и добиться своего.

И у меня это всегда получается с блеском.

Константин Павлович встречает меня с улыбкой, отрываясь от дел.

– Боже, какая красавица!

Сговорились они с отцом, что ли? Но сейчас я цвету и пахну, так как твердо намерена подписать этот чертов договор. Я, правда, так и не поняла, о чем конкретно идет речь. Вроде как открытие нового филиала, еще и в другом городе – «милая» Женя вообще не хотела идти на контакт и что-либо мне подробно объяснять.

Ладно, сама разберусь, главное подпись заветную получить…

– Крёстный, мне очень надо, – в восьмой раз повторяю одну и ту же фразу, глядя на хмурое лицо Константина Павловича. – Ты же не бросишь в беде свою любимую принцессу?

– Ох, и аферистка ты, Лерка, – наконец-то оттаивает, даже улыбается и… подписывает договор. Полчаса уговоров, и документ у меня в кармане. – Послезавтра вместе с начальником моего маркетингового отдела в десять ко мне, – передает мне листы. – Будем обсуждать все детали. Презентацию я видел, мне понравилось, но есть пару моментов, которые хотелось бы…

– Спасибо, – перебиваю, подскакиваю с места и несусь к мужчине. – Ты у меня самый лучший, – обнимаю за шею и целую в щеку. – Люблю тебя.

– Надеюсь, ты меня не подведешь? – приподнимает одну бровь, а я закатываю в ответ глаза.

Такое чувство, что отец и здесь провел беседу на тему «Перевоспитание непутевой Леры». Не верят пока в меня, но я их не осуждаю.

Еще раз целую крёстного в щеку, заверяю, что справлюсь, и покидаю его кабинет.

– Отлично! – произносит Элеонора, когда я с блестящими глазами залетаю к ней и передаю подписанный договор прямо в руки женщине. Кстати, милая Женечка тоже тут, правда, пока не разделяет моего энтузиазма. Смотрит исподлобья, того и гляди покусает или загрызет, всем своим видом выражая недовольство. Даже какое-то презрение.

Интересно, чем я заслужила подобное? Почему девушка так странно реагирует на мою помощь? От чистого сердца ведь предлагала, так в чем, черт бы их побрал, дело?

– Спасибо, – благодарю начальницу, не желая тратить время на глупости вроде выяснений отношений. – Я старалась. Константин Павлович послезавтра ждет у себя ровно в десять.

– Занимайся, – кидает договор перед Евгенией.

– Элеонора Карловна… – начинает та возмущаться, однако начальница резко перебивает:

– Хочешь со мной поспорить?

Девушка скрипит зубами, кривит губы и хмурит лоб. Видно, что поспорить хочет, но не решается. Молча забирает подписанный договор, бросает в мою сторону очередной злобный взгляд, полный ненависти, и покидает кабинет.

– А мне что делать дальше? – интересуюсь, когда мы остаемся с Элеонорой наедине.

– А ты пока принеси мне кофе, – бросает она тоном, не терпящим возражений, и утыкается в бумаги, показывая, что диалог окончен. – И секретарю помоги, а то зашивается. Заодно и разберешься, чем мы тут занимаемся.

Лед тронулся, хоть я рассчитывала на задание посерьезнее, но так даже лучше.

До конца рабочего дня бегаю, как савраска, по офису, расточаю улыбки направо и налево, желая подружиться с сотрудниками. Точнее с сотрудницами, которые каждую мою просьбу встречают в штыки. И не желают идти на диалог, хоть ты тресни. Краткие ответы, злобные взгляды – в общем, полный игнор моей скромной персоны.

Домой попадаю в половине восьмого, уставшая, но довольная. Элеонора три раза похвалила, а это дорогого стоит. Я даже слышала из-за двери, как начальница орала на Ярышеву, которая сегодня была на встрече с клиентами вместо планерки. Стены дрожали, и все боялись заходить в кабинет. Не дай Бог попасть под гнев грозной Мегеры!

Мой второй рабочий день начинается с небольшого опоздания. На мосту пробка – черт бы побрал этих рабочих, которые решили начать ремонт именно сегодня.

– Извините, я… – залетаю в кабинет начальницы, однако она лишь машет рукой в мою сторону, чтобы замолчала.

– Оленька, что там с Валевским? – обращается к Ярышевой, игнорируя меня.

Они в кабинете вдвоем – на столе разбросаны бумаги, идет рабочий процесс, а я снова замираю, услышав знакомую фамилию.

– Требует сократить бюджет на двадцать процентов, иначе уйдет к конкурентам, – печально вздыхает девушка. – Я уже всю голову сломала, что убрать. Самое обидное, его все устраивает, но, блин, дорого.

– На сколько можем сократить? – Элеонора внимательно изучает бумаги, периодически хмурясь.

– Максимум на десять, если выбросить парочку бигбордов, три перенести на места подешевле, сократить количество листовок и уменьшить расходы на фуршет, – выдает Ольга на одном дыхании. – Но его это не устраивает. Прямо замкнутый круг какой-то. И общается он только через своего представителя. Хрен его знает, что этот дятел ему втирает. И почему Роман Борисович уперся, не желая встретиться со мной.

– Кстати, Гончарова, – начальница переводит взгляд на меня. – Ты случайно не знакома с Валевским Романом Борисовичем, компания…

– Случайно знакома, – киваю в подтверждении своих слов, перебивая Элеонору.

Еще бы нам не быть знакомым – лучший друг моего брата, ну и по совместительству мой, конечно же. С самого детства вместе, я даже когда-то была влюблена в Ромку. Недолго, но все равно до сих пор испытываю к парню нежные и добрые чувства.

– Вот и договорись, – Элеонора усмехается, однако Ярышева Ольга, которую все кличут не иначе, как Оленька, по ходу недовольна. Открывает рот, чтобы возразить, однако начальница рукой останавливает ее порыв. – Считай, это твой испытательный срок. Справишься – добро пожаловать в наш дружный коллектив. Нет… – разводит руками в разные стороны, делая многозначительную паузу.

И как-то странно смотрит то на меня, то на уже не скрывающую своей неприязни Оленьку. В голове прокручиваю все «за» и «против» и решаюсь:

– Справлюсь.

Надеюсь, мой друг детства не подведет!

POV Дамир

– Рады вас видеть, Дамир Ростиславович! – заместитель пожимает мне руку, встречая у трапа. Спустился, ответил на рукопожатие и твердым шагом направился к автомобилю.

Ненавижу самолеты, хотя сейчас меня вообще всё вокруг дико и безумно бесит. Настроение ни к черту, еще и неприятный разговор с женой предстоит часа через два. Уже звонила, стерва, прямо перед посадкой. Испортила и без того хреновое настроение, вымотала нервы, а под конец выдала:

– Жду тебя дома, любимый.

Вот же дрянь. Любимый? Да ладно! Из ее уст это звучит, как оскорбление. Коробит от одного ехидного тона, потому что моя бывшая женушка понятия не имеет, что такое любовь. Эгоистичная сука, думающая только о себе. На всех остальных ей начхать с высокой колокольни.

Она что, думает, что после её «любимый» я забуду обо всех прежних выкрутасах? Сколько лет терплю – ненавижу ее. Неужели до сих пор так и не поняла – нельзя быть тварью двуличной. И я не мальчик на побегушках, чтобы лететь к ней сломя голову по первому зову.

Хотя сейчас другая ситуация, и съездить придется. Хоть и бесит.

Неужели она думает, что после всего я захочу с ней иметь какие-то отношения и дальше? А слово «любимый» в ее исполнении для меня и вовсе вроде издёвки. Единственное, чего мне действительно хочется, так это размазать по стене её наглую и лживую физиономию. Чтобы больше никому не делала гадостей и не поступала подло. Как со мной.

Никогда не прощу её предательства. И слезы её больше на меня не действуют.

Боль до сих пор не отпускает, когда я вспоминаю её лживые глаза и после три слова:

– Я сделала аборт.

Это так резануло по сердцу, что я отшатнулся от когда-то любимой женщины. Как от прокаженной. А она стояла с надменным видом, будто ничего страшного и не произошло. Убить нашего ребенка – это ведь так, мелочь незначительная.

Сука!

И я не простил – подобное сложно простить. Принять тем более.

Я больше не пытался спасти наш брак, не было смысла. Дальше жить с этой тварью я не намерен – пусть катится ко всем чертям куда подальше. Ее надменный тон, оценивающий взгляд на каждого, у кого нет денег, и презрительное «нищенка» бесили до скрежета в зубах.

И тут же в памяти всплывает образ другой. Красивой, стильной, богатой, но с тем же оценивающим взглядом. Ее фырканье, когда смотрела на съемную однокомнатную квартиру раздражало. Но я сдержался, решив дать девушке второй шанс. Однако «нищебродка» из уст Леры (слава Богу, вспомнил, как ее зовут) добило окончательно.

Согласен, с напором я переборщил, но уж очень хотелось наказать этот очаровательный ротик, пусть и столь унизительным способом.

Больше всего меня взбесило, что она меня зацепила. Так сильно, что я был готов рискнуть сделать её своей любовницей. На время, но это все равно против моих принципов. Ее нежные пальчики возбуждали до безумия, а язычок на моем члене чуть не заставил кончить раньше времени. И башню снесло напрочь, когда трахал ее рот, получая неописуемый кайф.

Но слово «нищебродка» из её уст перечеркнуло мои благие намеренья. И после этого решил добить девчонку окончательно. Наказать, да так сильно, чтобы впредь знала свое место. Тогда я принял решение – свое предложение не озвучу, так был зол на нее. Она оказалась совсем не такой, какой я себе ее нарисовал.

Но потом… её слова вновь перевернули всё с ног на голову.

«Я думала, ты другой. Нежный, ласковый, заботливый. А твоя грубость, самоуверенность и наглость – это просто защитная реакция на окружающих. Я называю это брутальностью, терпеть не могу слизняков! Но оказалось, ты просто ничтожество, которому для того, чтобы почувствовать себя кем-то стоящим, нужно просто унизить и втоптать в грязь человека. Никогда так не ошибалась в людях», – всплывают в памяти слова девушки, брошенные напоследок. А во взгляде горечь с печалью, от чего я почувствовал себя именно ничтожеством.

Хотел её остановить, даже извиниться, но она убежала.

Громко хлопнув дверью. Оставив после себя аромат дорогих духов.

И пустоту внутри.

Прогоняю воспоминания, обращая свой взор на заместителя:

– Рассказывай, как дела, – слушаю в пол-уха, наблюдая за проносящимся за окном пейзажем.

Лето в Сибири давно закончилось, да его и не было в принципе. Снова холод, одинокие вечера в пустой квартире и бесконечные звонки от бывшей. Надо выждать месяц до развода, а после можно и послать. Чтобы больше не доставала и навсегда исчезла из моей жизни.

Только что делать с Лерой? Как исправить то, что натворил?

Хочу ее вернуть, пока даже сам не понимаю, зачем. Зацепила. И не отпускает. Два дня ее образ сидит в голове, не желая оттуда испаряться.

Надо было забрать её с собой – здесь скорее бы разобрался, что к чему. Надоела – билет на самолет и взмах руки на прощанье.

Но мне почему-то кажется – я бы ее оставил себе. На пару месяцев, так уж точно. А что, еще не поздно – позвоню, извинюсь (от одной только мысли кривлюсь и скриплю зубами) и приглашу в гости. А здесь, на моей территории, заставлю ее измениться.

Сделаю такой, какой хочу ее видеть я!

Но сначала горячий душ, дела и Алена!

Всё-таки придётся к ней ехать. Явно ведь что-то задумала, сучка.

Как же достали ее вопли и капризы, но постараюсь сдержаться. Мне нужны акции, остальным она может подавиться.

Я больше не позволю ей разрушать мою жизнь!

Дверь в дом, как обычно, не заперта. Неужели эта дура ничего не боится? Мало ли идиотов развелось – одинокая женщина, куча драгоценностей, шуб и остальной чепухи, которая стоит немалых денег. Хотя, ждать от Алены благоразумия – гиблое дело, мы это уже проходили. Она всегда была самоуверенной и наглой стервой, считая себя по определению выше остальных.

Хотя, о чём это я? В самом начале она была милой девочкой, которая покорила мня с первого взгляда своими невинными и ангельским глазами, нежной улыбкой и желанием чего-то добиться в этой жизни. Самой, без посторонней помощи.

Я ухаживал, впервые в жизни – цветы, рестораны, дорогие клубы, модные тусовки. Она долго сопротивлялась нашему взаимному притяжению, но все равно я добился своего. Неприступная крепость пала, от чего я был на десятом небе от счастья.

– Люблю тебя! – впервые произнесла Алена уже будучи моей женой. – Ты самый лучший в мире мужчина, Дамир.

Она повторяла, что только со мной она может быть слабой женщиной. За мной она, как за каменной стеной. И теперь у неё тоже есть цель в жизни – сделать счастливым меня и наших будущих детей.

И я поверил. Считал, что эти ангельские и честные глаза не могли солгать. Пахал, как проклятый, чтобы у нее было всё. Даже больше, чем всё. И не заметил, как она превратилась в самую настоящую эгоистичную суку – без принципов, какого-либо уважения к окружающим и считающую, что Земля крутится вокруг нее.

И только для нее.

Б**ть, как же больно сейчас это осознавать! Не желаю видеть ее. Но уверенно открываю дверь в огромный дом, который до недавнего времени считал своей крепостью. Переступаю порог и делаю несколько шагов вперед.

– Мой любимый муженек пожаловал! – Алена расплывается в улыбке. Такой мерзкой, что еле сдерживаю порыв прямо сейчас стереть ее с физиономии моей ненаглядной женушки.

Пофиг, лишь бы поскорее закончить этот неприятный разговор. Лучше сдержусь, чем снова нарываться на скандал. А он неизбежен, если я вспылю.

– Зачем звала? – засовываю руки в карманы, останавливаясь посреди огромного зала. Окидываю супругу брезгливым взглядом, другого она не заслуживает.

Моя жена восседает на диване, закинув ногу на ногу. В легком дорогом халатике, но смотрится до безумия вульгарно.

Черт, как же я раньше-то этого не замечал? А ведь когда-то мне это нравилось. Дико заводило и заставляло кровь быстрее бурлить по венам. Раздевал взглядом, возбуждаясь с пол-оборота. Хотел ее всегда, везде и помногу!

Смотрю на Алену, и ни один мускул не дрогнул, лишь усилилось чувство отвращения. От того, что она до безобразия вульгарно пытается мне продемонстрировать свои прелести. Как дешёвая шлюха, которая только в дорогой одежде почувствовала себя королевой. Как мне такое убожество могло нравиться, как я мог такую мерзость хотеть?

Или я был слеп раньше, или…

– Как отдохнул? – игнорирует стерва мой вопрос, делая глоток какой-то алкогольной хрени.

Шесть вечера, а она уже бухает. Хотя она всегда бухает, как только сползает с кровати.

– В отличие от тебя, – делаю паузу, кривясь от этих наигранных улыбок, – остальные люди работают. Не стоит свои бурные фантазии приписывать мне.

– Только не говори, – мерзко усмехается в ответ, – Каримов, что никого не трахнул в своей командировке, – достает из пачки сигарету и демонстративно, прекрасно зная, как меня это бесит, подкуривает, не сводя с меня пристального взгляда. – В жизни не поверю, что твой член не оприходовал какую-то цыпочку.

– Оставим мои сексуальные похождения, перейдем к главному, – кто бы знал, в каком я сейчас бешенстве, но умело сдерживаю свои эмоции. Срываться нельзя, я пока еще заветную бумажку с разводом не получил. Пусть поиздевается, это еще не окончательная победа. – Повторяю вопрос, зачем звала?

Слегка надавливаю, однако моя женушка лишь выпускает струйку дыма в воздух, игнорируя мой приказной тон. Раньше, помнится, курила только в столовой, специально меня провоцируя на конфликт. Сейчас совсем осмелела, но мне, если честно, насрать. Дом пусть забирает, он мне нахрен не сдался. Все равно продал бы, после этой суки противно здесь даже находиться. А вот она пускай потратит свои деньги, которые я ей заплачу в счёт отступных, на его содержание.

Посмотрим, как скоро «королева» в нищенку превратится, а если взять её тягу к алкоголю – не далёк тот час, когда она тут всё распродаст к чёртовой матери. Тратить-то бабло, заработанное чужими руками, она любит, но вот самой хоть что-то делать в этой жизни так и не научилась.

– Соскучилась, – пожимает плечами, а я от злости скриплю зубами. – Несмотря на все твои похождения, Каримов, я зла на тебя не держу, – глоток алкоголя, затяжка сигаретой. – И давно простила.

Да ладно?! Она! Меня! Простила!

Сейчас запрыгаю от радости!

– Прямо камень с души сняла! – зло усмехаюсь от её лживой реплики, внутри закипая все сильнее, но опять беру себя в руки. – Если на этом наша милая беседа закончена, то я пойду. Устал с дороги, а завтра важная встреча. Хочется потрепаться – позови кого-то из своих любовников. За мои бабки они станут подружкой, священником и психологом в одном лице.

Разворачиваюсь с намерением покинуть этот дом. Сейчас я не готов обсуждать предстоящий развод.

В принципе, мы уже практически договорились, но неизвестно, что может стукнуть в голову моей почти бывшей женушке в пьяном бреду. Лучше не провоцировать – для нервов спокойнее, а для кармана дешевле.

Направляюсь к двери, как слышу громкое, но очень печальное в спину:

– Что с нами случилось, Дамир?

И эта фраза режет по живому. Разбивает вдребезги ледяную броню, заставляя боль с новой силой рваться наружу. Сука двуличная – ты еще меня об этом спрашиваешь?

Вся гамма негативных чувств отображается на моем лице, и я медленно разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов. Смотрю в когда-то любимые глаза, а гнев закипает с неимоверной силой.

Сейчас Алена похожа на ту самую девочку, которую я встретил шесть лет назад. Милая, красивая, с очаровательной улыбкой. Только глаза другие. Лживые и продажные. И печальным взглядом меня уже не купить. Я прозрел. И я не верю ему!

– Это ты у меня спрашиваешь? – растягиваю каждую гласную букву, медленно направляясь в сторону жены, испепеляя её взглядом, полным ненависти. Она тушит сигарету в пепельнице, полной окурков, не отводя глаз. – Это я, дорогая, должен у тебя спросить, – подхожу к ней вплотную и наклоняюсь, заставляя Алену задрать голову и посмотреть мне в глаза. – Что случилось с той милой девочкой, в которую я влюбился? – намерено делаю паузу, не отводя взгляда, ища в её хоть проблески того светлого, что я любил ранее.

– Куда подевалась добрая крошка, на которой я женился? Когда, – одной рукой держусь за спинку дивана, пальцами другой сильно впиваюсь в подбородок своей собеседницы, чтоб не отвернулась, – она превратилась в тварь продажную, готовую раздвинуть ноги перед любым, у кого в кармане чуть больше тысячи баксов?

– Как у тебя все просто, – мерзко усмехается и пытается вырваться и отвернуться, но я не позволяю, сильнее впиваясь пальцами в кожу. – Навешал ярлыков и поверил в свою же правду?

Смотри на меня, сука. Хочу до конца тебя уничтожить, так, как ты уничтожила меня и нашего не родившегося ребёнка.

Именно сейчас такая злость берет. Да пофиг на эти чертовы акции – подавитесь все! И ты, и эти долбанные конкуренты. Свалить бы подальше отсюда и не видеть ваших наглых и лживых физиономий.

– А есть другая? – цежу сквозь зубы ей в лицо, еле сдерживая ярость, рвущуюся наружу. И мне до ломоты костей хочется причинить ответную боль. Как это сделала она, когда разбила нашу жизнь вдребезги.

Еле сдерживаюсь, не хватало ещё опуститься до физического насилия.

– Я пахал, как проклятый, чтобы у тебя было всё! – произношу на выдохе, выплескивая всю гамму негативных эмоций. – Всё, о чем мечтает любая на твоем месте!

– Они не были на моем месте! – нагло перебивает Алена, бросая мне в ответ. Не боясь ни последствий, ни моего гнева. – И мне не нужно было всё! – кричит, едва не срываясь в истерику. – Мне нужен был ты, Дамир!

Ее слова бьют наотмашь, и я слегка теряюсь. Пальцы медленно разжимаются, отпуская подбородок когда-то любимой женщины. А она таращится, наблюдая за моей временной растерянностью.

Меня, значит, не хватало? Даже так?

Как у нее все просто, черт бы побрал эту шлюху!

– Я до последнего спасал наш брак! – не сдерживая гнева, продолжаю бросать ей в лицо ту самую правду, от которой моя женушка пытается откреститься. Я не желаю слушать весь это бред, что сейчас несет моя «драгоценная» супруга. – Пытался до тебя достучаться, – делаю паузу, стараясь взять себя в руки, но это сложно сделать, глядя, как Алена усмехается. Сука!

– Но тебе было пофиг – и на меня, и на мои попытки хоть что-то сделать.

Я выпрямляюсь, проводя рукой по волосам. Воспоминания слишком больно режут по сердцу, терроризируя меня еще сильнее прежнего.

– Да неужели? – жена снова принимает вальяжную позу и берет стакан с алкоголем в руки. – Напомнить, сколько раз ты мне изменял? – своим вопросом заставляет снова посмотреть ей в глаза. – Поздно возвращался, а утром сбегал, чтобы не встречаться со мной, – делает глоток и слегка кривится. – Постоянно пропадал в командировках, зарабатывая свои миллионы. Только зачем, Дамир? – вопрос повисает в воздухе на какое-то время. А мы так и не отводим глаз, сканируя друг друга. – Похвастаться перед друзьями? Или утереть нос конкурентам? – ее слова так сильно врезаются в душу, что нет возможности безболезненно вздохнуть. – А теперь скажи, в каком месте здесь была я!

Она замолкает. Лишь тиканье старинных часов нарушает тишину. И стук сердца, которое эхом отдается в висках.

Тошно и слишком больно вспоминать прошлое. Ее слова…

Черт, не хочу сейчас думать об этом. Я пытался! Хоть что-то делать! Водил в рестораны, дарил дорогие подарки, возил на курорты. Мы были счастливы когда-то, а потом все изменилось. И теперь внутри пустота, однако слова моей еще пока законной жены сеют сомнения.

А так уж ли я сильно хотел все это сохранить? Почему стал изменять, сбегая, как она выразилась, из дома? Может, я просто создавал видимость борьбы за брак? А по сути – он мне самому не был нужен?

Но есть один вопрос, который перечеркнет все ее благие намерения, и голос не желает слушаться, когда я негромко, но твердо произношу:

– Ребенок в чем виноват?

– А он нужен был тебе? – отвечает вопросом на вопрос, видимо, твердо уверенная в своей правоте. – Ребенку нужна не только мать, но и отец.

– Ты у меня спросила? – я снова срываюсь, не сдерживая агрессии. – Хочу я его или нет? Перед тем, как аборт делала! – последнюю фразу произношу слишком громко, еле сдерживаясь, чтобы не наброситься на Алену.

Никогда не бил женщин, но сейчас реально хочется сделать исключение. Схватить ее тонкую шею и придушить, наблюдая, как жизнь медленно вытекает из этих лживых глаз.

Только бы не сорваться…

– Я пыталась, но тебе было не до меня, – расплывается она в ехидной улыбке, а я наоборот хмурюсь, пытаясь понять – врет или нет.

Видимо, на моем лице так четко отображается мыслительный процесс, что Алена повторно усмехается и делает снова глоток алкоголя.

– Не помню такого, – прищуриваюсь, глядя в глаза жене, временно остывая. – Или ты плохо пыталась.

– Ну, конечно, – она встает с дивана. – Опять я виновата. Скажи, Каримов, ты действительно считаешь себя таким идеальным? Это все вокруг продажные стервы и законченные эгоистки, а вот ты…

– Пыталась когда? – перебиваю сеанс психоанализа, пытаясь узнать правду до конца. – Возможно, тебе это приснилось в пьяном бреду?

– В тот день, когда ты улетал в Прагу с очередной любовницей, – такое чувство, что ей доставляет удовольствие надо мной издеваться. – Как ее? – кривится, глядя на меня. – Света, кажется? Но это сейчас не важно, – машет рукой и тянется к бутылке, чтобы налить себе очередную порцию коньяка. – Ты так спешил, что на разговор со мной у тебя не было времени. Его у тебя никогда на меня не было, но ты даже не постеснялся оставить телефон на столе, видимо, считал меня никем, а эта выдра прислала тебе смс, – глоток алкоголя и пристальный взгляд. – Повторить, что там было написано?

Но это не повод убивать ребёнка. Могла родить, отдать мне и валить нахер!

– А ты никогда не задумывалась, почему я гулять-то начал? – решаю сменить тему, так как боль и обида до сих пор живы.

Полгода прошло, а все никак забыть не получается. Хотел бы, да память же не отформатируешь. И не прикажешь – думай об этом, и забудь об остальном.

– Я старалась тебе не мешать, – фыркает Алена, продолжая бухать. Скоро свалится, если такими темпами будет вливать себя коньяк. Хотя, может, оно и к лучшему – поскорее закончим это неприятный разговор. – Или надо было закатить скандал? – прищуривается, наклоняя голову в правую сторону.

– Лучше бы закатила, – вздыхаю, пытаясь понять, что же я делал не так.

Ведь старался, зарабатывал деньги, обеспечивал ее, а оказывается – ей этого мало. Ей нужен слесарь с завода, который в обед уже пьяный спит в кровати. Зато дома, рядом с ней. Под бочком, как говорится.

И гулять начал, когда увидел в глазах любимой тогда еще жены безразличие. Это не хочу, то не буду – плюнул на бабские капризы и отправился удовлетворять свои физиологические потребности на стороне. Старался, чтобы не узнала.

Хотя, чего врать – хотел, чтобы узнала и закатила мне сцену ревности. Скандал, разборки, разбитая посуда. Хоть какие-то эмоции, что я ей не безразличен.

– Ладно, это все лирика, – Алена подошла ко мне, пока мы молчали, а я лишь приподнял одну бровь вверх, наблюдая за ее слишком наглыми движениями. Пальцами дотронулась до шеи, а после медленно начала опускать их вниз. – Я хочу тебя, Каримов!

– Сдурела? – слишком громко вырывается, однако кривая улыбка тут же появляется на лице. – После всего, что было, ты сейчас…

– Я подпишу все бумаги, – становится на цыпочки и касается губами моей щеки. – Отдам тебе акции, получу отступные при разводе, продам дом и уеду, – язык плавно скользит по моему виску, вызывая лишь раздражение. – Одна ночь, и ты свободен.

– Зачем это тебе? – беру жену за плечи и отодвигаю от себя подальше, заглядывая ей в глаза. Ища во взгляде безумие.

После того, что между нами было, это неприемлемое предложение.

– Не поверишь, – цокает языком, прищуриваясь. Наверное думает, что меня это заводит. – Все другие мужики пресные по сравнению с тобой, хочется вновь окунутся в бездну страсти и дикого секса. Так что, договорились?

– Я подумаю, – бросаю напоследок, разворачиваюсь и уверенным шагом направляюсь к выходу, слыша в спину:

– Будь ты проклят!

И следом звон разбившегося стекла о стену.

Да уж, благоразумием моя женушка никогда не была наделена. Да и предложение ее бесит до ломоты в зубах, хотя и очень заманчиво. Разочек ее трахнуть и избавиться от головной боли раз и навсегда.

Может, стоит согласиться, чтобы больше не мучиться? Кажется, я заразился от своей супруги и вот-вот поддамся безумию.

Ладно, потому буду решать, как поступить, а сейчас скорее бы домой. В пустую и необжитую огромную квартиру, которая встречает меня тишиной и одиночеством. А ведь хотел здесь видеть ту, которая бы скрасила это самое одиночество. Подарила бы частичку себя, позволила бы насладиться ее телом. Да я бы озолотил девушку!

Однако, стоя в дýше под горячими струями и опираясь руками в стену, вспоминаю слова Алены:

«Мне не нужно было всё! Мне нужен был ты, Дамир!»

Наверное, она права, и я слишком многого хотел. Местами был жесток и самоуверен. Теперь мой брак распался на осколки, а единственная девушка, которая заинтересовала настолько, что я готов был попытаться создать с ней хоть какие-то отношения, меня ненавидит.

И уже сидя в кресле со стаканом бренди и глядя в панорамное окно, я беру мобильный и отправляю смс Лере с единственным словом:

«Прости».

Закрываю глаза, мысленно считая до десяти. Одиннадцать, двенадцать, тринадцать…

Сообщение прочитано, но ответа не прилетает.

Не простила.

Ожидаемо после моего мерзкого поступка. Но все равно на душе тошно.

Отшвыриваю телефон в сторону, делаю еще один глоток алкоголя и закрываю глаза…

POV Лера

– Валевский, миленький, – я стою возле Ромы, облокотившись на стол и упершись подбородком в ладони. – Ты же меня не бросишь в трудную минуту?

– Лер, – парень отрывается от чтения договора и печально смотрит на меня. – Это дорого.

– Мы можем немного сократить, – не уступаю, так как именно сейчас не могу дать заднюю.

И дело даже не в том, что начальница пригрозила увольнением. В этом плане мне, если честно, пофиг. Но тут дело принципа, как говорится. Смогу или не смогу? Если элементарные вещи реализовать не получается, то смысл пытаться?

Останется лишь признаться, что я – бездарь. Неудачница, эгоистка и совсем никчемная личность. И отца подведу, а от этого мне тошно как никогда. Ведь близкий человек поверил в меня, договорился, готов поддерживать, а я…

Скриплю зубами от подобной перспективы, однако Рома трактует по-своему:

– Лерок, ну ты чего? – заглядывает в глаза, видно, что переживает. И пытается как-то решить данную проблему. – Честно тебе скажу, мне ваши конкуренты предложили дешевле. Не так круто, как у вас, но…

– Конкуренты, значит! – нагло перебиваю, сверкая зло глазами. – Вот, значит, какой ты друг?

Выпрямляюсь, выхватываю договор у Валевского из рук, всем своим видом демонстрируя, насколько я оскорблена его отказом. Пусть помучается, а то взяли моду – чуть что, сразу нет. Вот ведь мужики, чтоб им пусто было! Забыл, Ромочка, сколько раз я отпаивала их с Захаром после пьянок, чтобы, не дай Бог, папаши строгие не спалили?

А сколько прикрывала их загулы? И никакой благодарности – вот же, друзья, блин. Ведь можно же прийти к какому-то общему знаменателю, а не упираться рогом в землю.

Кстати, я до недавнего времени именно так и делала, а сейчас мне безумно стыдно за свое поведение. Как вспомню…

– Да погоди ты, – Рома подскакивает и подлетает ко мне за считанные секунды. – Я же не отказываю.

«А вот это уже другой разговор!» – мысленно ликую, что лёд тронулся.

– Не отказываешь? – с надеждой во взгляде смотрю на друга. Уверена, что после этого он точно не устоит.

– Пытаешься на больное надавить? – разгадал-таки мой коварный план этот не менее коварны Валевский. Ну и ладно, главное, что мы приступим к обсуждению договора.

– Ни в коем случае! – продолжаю свою игру, невинно хлопая глазками. Когда-то, помнится, велся. И даже шоколадками делился. Неужели сейчас не прокатит?

– Ладно, сделаю вид, что поверил, – вздыхает громко Рома, вселяя в меня оптимизм. – Но взамен, – делает паузу, – в качестве, так сказать, компенсации я требую скидку, – притворно хмурит брови, мол, сама серьёзность, но его глаза так и искрятся весельем.

Вот же жук! Важничает, строя из себя крутого клиента. Он и вправду крут, но для меня он навсегда останется близким и горячо любимым другом.

Кстати, красавчик каких еще поискать. Ох, бедные его барышни, сколько сердец Ромашка разбил. Но для меня он милый, добрый, надежный и уж точно ответственный, как и мой брат. Вот бы мне так научиться!

– И сколько ты хочешь? – приподнимаю одну бровь, принимая его правила игры.

– Двадцать процентов! – улыбка у Ромашки шикарная, а взгляд такой ехидный. Так бы и треснула, чтобы не умничал.

– Пять, иначе придется план мероприятий менять, а так можно только чуть-чуть подсократить.

Спокойствие, Лера, только спокойствие. Лед тронулся, броня пробита, а значит, заветная подпись у тебя в кармане. Пусть и не совсем честно, то есть с использованием старых дружеских связей, но важен же окончательный результат, а не его процесс.

– Десять, Лерок, – Рома кривится и мотает головой из стороны в сторону. – Больше не могу пока выделить, только без обид, – тычет в меня пальцем, но теперь уже я не могу скрыть веселья.

Десять – это нормально, как мне объяснила сквозь зубы Оленька. Поэтому победоносная улыбка расплывается на моем лице.

– Но кое-что придется все равно подсократить, – толкаю Ромку в плечо, а он в ответ целует меня в щеку на прощанье.

– Тогда жду послезавтра с подробным планом мероприятий, а я, – прищуривается, делая паузу, – так и быть, ради нашей старой дружбы поскребу по сусекам и, возможно, – поднимает указательный палец вверх, – увеличу рекламный бюджет.

– Спасибо, Ром, – целую Валевского в ответ. – Ты не представляешь, как меня выручил.

– Друзья для этого и нужны, – мигает бровями, становясь еще более очаровательным. – Честно говоря, не ожидал, что ты возьмешься за ум. И если моя помощь поможет в твоей дальнейшей карьере, то можешь на меня рассчитывать.

Вот это я понимаю, друг! Настоящий! А не те упыри, которые так и норовят побухать за твой счет, залезть под юбку или воспользоваться связями твоего папы. А как дело доходит до серьезных проблем или помощи с их стороны, так разбегаются по углам, как тараканы.

Только сейчас я отчетливо понимаю: до сегодняшнего момента я не жила, а просто существовала. Плыла по течению, не задумываясь о том, а куда же меня эта речка выведет.

Ладно, будем исправлять все ошибки прошлого. Считай, начала жизнь с чистого листа.

И с хорошим настроением я возвращаюсь в офис, даже не задумываясь, что судьба мне подставляет очередную подлянку. И моего энтузиазма, а также радости маленькой победы никто не разделит.

– Ну что ж, ты принята, Гончарова, – произносит строгая Элеонора Карловна после моего бодрого отчета о проделанной работе. – Прекрасно для новичка, – пристально смотрит в глаза без единой эмоции, отчего у меня возникает небольшой мандраж.

Что-то здесь нечисто, вот прямо печенкой чувствую очередную подножку.

– Спасибо, – улыбка резко сползает с моего лица, и слово благодарности как-то слишком тихо получается.

– Ярышева, передай Гончаровой все материалы, – командует Элеонора, обращаясь к Оленьке, которая тоже здесь ошивалась в ожидании моего появления.

– Что?! – вырывается у девушки слишком зло и агрессивно. Она смотрит на меня взглядом, от которого мне становится не по себе, словно я её обокрала, а не помогла.

– Давай без соплей, – машет рукой строгая начальница, все так же глядя мне в глаза.

Слишком подозрительно и как-то уж очень ехидненько. Интересно, что она задумала?

– Но я же месяц убила на эту долбанную презентацию! – взрывается Оленька, вскакивая с места. – Я же…

– Угомонись, – снова фыркает Элеонора Карловна, и Ярышева резко остывает. – Передашь все материалы Гончаровой прямо сейчас. А ты, – обращается ко мне, откидываясь на спинку кресла. – Готовься, послезавтра будешь представлять нашу фирму в кабинете у Валевского.

– Что?! – теперь уже мои глаза лезут из орбит от столь неожиданного приказа. – Но я же…

– Придется постараться, – кивает начальница в подтверждение своих слов, нагло меня перебивая. – Всё, работаем, девочки!

И утыкается в бумаги, всем своим видом показывая, что разговор окончен. Милая Оленька повторно одаривает меня злобным взглядом и первой выходит из кабинета. А мне ничего не остается, как плестись за ней следом.

Флешка с кучей файлов, пару десятков исписанных листов и очередная ехидна улыбка.

– Разбирайся, – Ярышева вручает мне все это богатство и отворачивается, демонстрируя спину.

– Оль, можешь мне помочь? – беру свои эмоции под контроль, сейчас не время вступать в длительные и никому не нужные дискуссии. А про гордость я уже и позабыла, если честно. Мне нужно оправдать доверие отца, иначе я себе этого никогда не прощу.

Хотя вру, не только отца. Я хочу гордиться собой!

Согласна, сейчас ситуация не из приятных, я же просто хотела помочь. И совсем не подумала, чем это может обернуться в дальнейшем.

– Чего вдруг? – Ольга усаживается на свое кресло и поворачивается ко мне лицом. – Девочки, посмотрите, – помимо нее в кабинете еще три сотрудницы, и все впиваются в меня взглядами, как будто я елка новогодняя. – Наша королева просит о помощи!

– Зачем ты так? – печально вздыхаю, понимая главную и основную вещь.

Я здесь лишняя. И никогда не стану своей, даже если очень сильно буду стремиться.

Разворачиваюсь и выхожу из кабинета, слыша за спиной лишь надменные смешки девчонок.

Единственное, чего мне сейчас хочется – это свалить из этого серпентария куда подальше!

Работа не клеится, всё словно валится из рук – я вообще здесь нифига не понимаю. Цифры, расчеты, программы дурацкие, в которых сам черт ногу сломит. Второй день пыхчу, сижу часами в Интернете, чтобы разобраться, как правильно доделать презентацию, но все равно по итогу полная ерунда получается. Если бы кто-то подсказал…

Ребята, с которыми я делю кабинет, только вздыхают, наблюдая за моими неудачными попытками с сочувствием, но периодически помогают, насколько это возможно. Ведь у людей своей работы валом, а тут я со своей головной болью. Но все равно такая… ерунда, чтобы не сказать пожестче, получается, хоть волком вой.

Несмотря на то, что Оленька назвала меня «королевой», я все же убрала гордость и еще раз пыталась к ней подойти с просьбой о помощи.

– Я занята, – буркнула девушка, даже не отрываясь от монитора. – Сама разбирайся, раз такая умная.

Хотелось треснуть ее чем-то тяжелым, но я сдержалась. И так отношения не клеятся, еще и рукоприкладство с моей стороны точно не укрепит наши дальнейшие взаимоотношения. Плюнула на все и отправилась за свой стол…

– Гончарова, ты зависла? – слышу голос сбоку и отрываюсь от монитора, поднимая голову. – Восемь вечера, домой пора, а ты…

– Зависла, – печально вздыхаю, гладя, как Элеонора усмехается. – Вы, наверное, меня уволите, – прекрасно понимаю, что так и будет, но все равно в глубине души теплится лучик надежды, что добрая фея придет на выручку, поможет, подскажет, что мне делать, и решит все проблемы одним махом.

– С чего вдруг? – женщина приподнимает одну бровь вверх в немом изумлении.

– Завтра презентация у Валевского, а я не готова, – развожу руками в стороны, вот-вот готовая сорваться на истерику. От безысходности, мать ее. – Я вообще не понимаю, что здесь исправлять, и никто не желает мне помочь.

– Ну, во-первых, – начальница смотрит на меня строго, стирая улыбку с лица, – стучать на своих нехорошо, – делает паузу, на протяжении которой наблюдает, как я потупляю глаза. – А во-вторых, – снова запинается, правда, это самое «во-вторых» звучит намного бодрее, и я снова на нее смотрю с какой-то крохотной надеждой на улучшение. – Пойдем-ка я угощу тебя ужином.

– Но…

– Утро вечера мудренее! – выставляет указательный палец вверх, а после берет меня за руку, заставляя встать с кресла. – Конечно, ты можешь и сама себе ужин купить или заказать в ресторане, – тянет меня к выходу, а я только и успеваю схватить сумку прямо на ходу, едва поспевая за твердым и уверенным шагом начальницы. – Но я, в отличие от тебя, – выводит меня из кабинета в коридор и замыкает дверь на ключ, – на ужин зарабатываю сама, а не беру деньги у папы.

– Элеонора Карловна! – вспыхиваю, однако женщина лишь кривится и машет рукой в ответ.

– Да ты не обижайся, а лучше мотай на ус, – продолжает тянуть меня к лестнице, а после и на первый этаж. – Кстати, с меня ужин, а с тебя услуги водителя. Я свою тарантайку в ремонт сдала, – смеется, когда я нажимаю на брелок сигнализации, а мой любимый внедорожник, подарок от любимого папочки на двадцатипятилетие, мигает фарами. – Все никак руки не доходят новую купить. Так что придется тебе отвезти меня домой после ресторана.

Господи, да я ее на край света отвезу, если она сейчас подскажет, как мне выпутаться из этой паутины, куда я, как понимаю, сама себя и загнала. Кстати, Элеонора тоже подтверждает мои догадки, когда наш ужин подходит к концу.

– Ну, давай рассказывай с подробностями, что у тебя не клеится, – женщина вытирает рот салфеткой и делает глоток кофе.

– Сами же сказали, стучать нехорошо, – усмехаюсь, глядя, как Элеонора кривится.

– Ой-ой-ой, – фыркает, отмахиваясь от меня. – Тоже мне, стукачка нашлась. Я, в принципе, знаю, что происходит, но хотелось бы услышать твою версию, – откидывается на спинку плетеного стула и складывает руки на груди.

А я… набираю полные легкие воздуха и решаюсь все же поплакаться строгой начальнице в жилетку.

– У меня нет опыта, и разобраться мне с новыми программами очень сложно, – выдыхаю, делая небольшую паузу. – Оля объяснять не хочет, хотя я пыталась с ней наладить контакт.

– Значит, плохо пыталась, – чего и следовало ожидать, Элеонора Карловна встает на защиту своей любимой сотрудницы. – А ты не подумала, почему она себя так ведет?

И уставилась на меня, вогнав на какое-то время в ступор. Если честно, то нет – думала, просто не любят здесь новеньких. Однако слова начальницы действительно заставляют мозги работать и пытаться найти ответ на последний вопрос.

Я заметила, Элеонора Карловна никогда и ничего не говорит просто так. Раз сказала, значит, на что-то тонко намекает. В данном случае на мое, как я понимаю, поведение.

– Думала…

– Думала, просто гнобят новенькую? – прямо мысли мои вслух выдает, ну надо же, какая прозорливая женщина. Мне бы ее таланты.

– Да, – честно отвечаю, вызывая на лице своей собеседницы кривую ухмылку. – А разве не так?

– Конечно, не так, – смеется Элеонора, не сводя с меня своего пристального взгляда. – Ты думала, подписала парочку договоров, воспользовавшись связями отца, и на этом твоя работа закончена? Нет, милая моя, – не дает мне вставить ни слова, отвечая на свои же вопросы сама. Вместо меня. – Твоя работа заключается в том, чтобы довести проект до логического конца. В идеале с нуля, ну, а если уж влезла…

– То есть влезать не надо было? – приподнимаю обе брови, наблюдая, как женщина молчит и делает очередной глоток кофе. – Я же просто хотела помочь, – получается как-то печально, словно я оправдываюсь, однако моя собеседница хмыкает, в очередной раз кривясь, как будто я сморозила величайшую в мире глупость. – Хорошо, а как бы вы поступили на моем месте?

Мы молчим, не отводя взгляда друг от друга. Я замираю в ожидании, а Элеонора, наоборот, слишком расслаблена. Такое чувство, что ее забавляет вся эта ситуация. А может, даже она сама спровоцировала подобный конфликт, чтобы я…

– Ты уже и вопросы правильные задаешь, Гончарова, – наконец-то слышу веселое в ответ. – Плюс один балл в твой личный рейтинг.

– И все-таки? – не унимаюсь, так как очень хочу узнать мнение специалиста (а я считаю Элеонору Карловну крутым специалистом) по этому поводу.

– Я бы предложила Ярышевой поехать вместе на встречу с Валевским, – делает паузу, а я лишь сцепляю зубы. Потому что именно так и должна была поступить. Только сейчас понимаю, как эгоистично мое поведение выглядело со стороны. – Видишь, как все просто оказывается. Поверь мне на слово, Оленька – самый добрый и позитивный человек, которого я когда-либо встречала. Она работает у меня три года. Когда-то была такой же зеленой и неопытной, но очень отзывчивой и ответственной. Училась, вникала, помогала другим, чтобы сейчас стать одним из ведущих менеджеров моей фирмы.

– Черт! – только и вырывается, однако Карловна не реагирует.

– У нее, кстати, очень серьезные семейный проблемы, – делает паузу, а я округляю глаза в ответ. – Муж, козел, бросил нашу крошку с двумя детьми. Они у нее двойняшки. Родителей нет, родственников тоже, вот мы всем коллективом ей и помогаем. Даже я, отъявленная холостячка и не терпящая воплей чужих детей, нянчилась пару раз. А ты у нее, по факту, контракт забрала, лишив премиальных.

Некрасиво поступила, и я это прекрасно понимаю, поэтому на следующий день первым делом направляюсь в кабинет к девчонкам. С извинениями и предложением помощи.

– Наконец-то, – расплывается Оленька в улыбке. – А то мы уже переживать начали, что ты тормозишь.

– Элеонора вчера растолковала, – я, наверное, даже покраснела, так мне было стыдно. – Поехали вдвоем на презентацию. Я, правда, не подготовилась…

Ольга ухмыльнулась, взяла бумаги и направилась вместе со мной к выходу. И уже в машине, сидя рядом со мной на переднем пассажирском кресле, извинилась:

– Мегера попросила тебя немного повоспитывать, – снова улыбнулась и приложила руку к груди в области сердца. – Извини, Лерок, ничего личного.

Да я, если честно, и не обижалась, а мотала на ус, как и советовала Элеонора Карловна. Я вообще даже не заметила, как за последующие семь с половиной месяцев влилась в этот дружный коллектив. Брендовые шмотки заменили обычные джинсы со свободными кофтами, купленными не в дорогих бутиках, а в обычных магазинах одежды или на распродаже.

В этом мне, кстати, помогла Настена, на тот момент уже собиравшаяся стать законной супругой моего любимого брата.

– Еще раз повтори свою просьбу, – девушка округлила глаза, глядя на меня, как на умалишенную. – А то я плохо слышать стала в последнее время.

– Предлагаю тебе сделку, – закатила глаза, усмехаясь, так как действительно из моих уст это звучало довольно дико. – Я дарю тебе крутое свадебное платье, а ты в ответ показываешь мне места, где покупаешь себе одежду. Короче, одеваешь меня, как будто ты сама одеваешься, – я начинала злиться, так как Настя продолжала стоять с широко раскрытыми глазами, не понимая, что от нее требуется. Как будто к полу приросла!

– Лера, ты не заболела? – даже приложила руку к моему лбу, на что я в очередной раз закатила глаза…

Да, помимо гардероба я поменяла и машину. Это было последнее, за что, по факту, платил мой отец. Решила попробовать жить на честно заработанные деньги, то есть на зарплату, однако в первый же месяц поняла, что погорячилась.

Тридцать тысяч рублей – как на это можно прожить? Да я за один поход в магазин иногда тратила в три раза больше, а тут… Полвечера маялась, ходя из угла в угол и решая, как поступить. Плюнула на свои сетования и отправилась в гости к брату.

– Настена, а сколько ты зарабатывала еще до работы в нашей компании? – мы пили чай с бубликами на кухне, пока Захар с кем-то в зале трепался по телефону.

– Когда была студенткой, то где-то двадцать тысяч, – девушка сделала глоток, а я так и замерла с кружкой в руке, не донеся ее до рта. – Экономила, еще и бабушке отсылала.

Мать честная, как на эту сумму можно прожить? Но мою будущую родственницу это, казалось, не смущало. И я задумалась. Если эта девочка смогла, то почему я не смогу?

Будь что будет, а там посмотрим. И у меня получилось. Было тяжело, не спорю, но появился стимул поскорее научиться, разобраться во всех деталях и заработать больше.

Кстати, помимо нового гардероба и старенькой Тойоты у меня за это время появились новые подруги. А старые, по воле судьбы, отпали.

– Фу, какая ты скучная, Лерок! – фыркала Вика, когда мы с ней встретились спустя полтора месяца после начала моей трудовой деятельности. – Нахрена тебе эта работа?

– Чтобы человеком себя чувствовать, – я расплылась в улыбке, однако Степанова так и не поняла моей иронии.

– Ты посмотри, в кого ты превратилась! – продолжала возмущаться моя, теперь уже бывшая лучшая подруга. Даже ни капли жалости не вызывала, лишь раздражение. – Ты где эти шмотки купила, на распродаже?

– Прикинь! – хорошее настроение так и перло, и мне хотелось кричать на каждом углу, как я счастлива.

Жаль, что такие недалекие особы, как Вика Степанова, этого не понимают.

– Бросай свою работу, пошли лучше в клуб, – она, как оказалась, ничего так и не поняла из того, что я тут полчаса пыталась ей объяснить.

– Это без меня, – достала деньги, кстати, честно заработанные, и заплатила за наш с Викой кофе. – Да, – сделала паузу, вставая со своего места. – И не звони мне больше.

Будет надоедать, поставлю в черный список, но, надеюсь, до этого не дойдет. Сама пропадет, когда окончательно поймет, что мне с ней скучно и неинтересно. Я ушла далеко вверх, а она так и осталась на дне, вызывая лишь жалость и презрение.

Зато в моей жизни появилась новая лучшая подруга с двумя очаровательными двойняшками, Ариной и Богданом. Мы с Настеной часами могли гулять с ними на площадке. Пока их мама, трудолюбивая пчелка, отдыхала. Иначе загонит себя раньше времени, работая в таком бешеном режиме.

– Лер, мне неудобно, – постоянно причитала Оленька, пока мелкие неслись ко мне в объятия с громким криком: «Тетя Лера приехала».

– Неудобно спать на потолке, одеяло падает, – отвечала я заученную фразу, а после забирала малышей на выходные.

Захар сначала смеялся над нами с Настей, наблюдая, как мы нянчимся с детворой, однако после и сам втянулся. Мочил с Богданом монстров на приставке и даже купил две машинки на радиоуправлении, гоняя с мелким по всей квартире, пока мы из Арины делали принцессу – самую красивую девочку на новогодний праздник в садике.

Родители пребывали в шоке, наблюдая за моими изменениями. Радовались, конечно же, но до конца не верили. Именно я предложила отмечать Новый год в кругу семьи – предки, Захар с Настей, ну и моя скромная персона, естественно.

– Не против, если позову подругу? – поинтересовалась, вгоняя папу в двадцатиминутный ступор, а маму лишая дара речи. В очередной раз. Минут на сорок.

Я знала, что Оля остается вдвоем с детьми, и затащила ее в родительский дом. Мама с отцом были на десятом небе от счастья, играясь с мелкими – Арина и Богданчик никого не оставили равнодушными. И заимели себе еще двух нянек, так как моим предкам только за радость кого-нибудь понянчить. В ожидании внука.

Или внучки, которую ждала Настена.

Единственное, что в моей новой жизни где-то затерялось, так это любовь. Ее отсутствие слегка тяготило, так как уже хотелось семьи. И не просто брака по расчету, как я мечтала раньше, а именно любящего мужа, детей и семейный очаг.

Мужчина, который заставил меня так кардинально поменять свою жизнь, исчез и больше не появлялся. Поначалу было обидно, затем безразлично, а после… В общем, времени страдать не было от слова совсем, и я забыла о нем.

Единственное, что напоминало о моем когда-то временном серьезном увлечении – это смс, прилетевшее через несколько дней после нашей последней с Дамиром встречи.

«Прости».

Коротко и непонятно. Причем совсем не похоже на Дамира.

Печально вздохнула и выключила телефон, оставив сообщение без ответа…

Восемь месяцев спустя…

POV Лера

– Точно все в порядке, Гончарова? – встревоженным голосом восемнадцатый раз по счету интересуется Элеонора Карловна, а я сдерживаю страдальческий стон, что рвётся наружу. Откидываюсь на спинку кресла и прикрываю обречённо глаза.

Ну сколько можно спрашивать об одном и том же? Мы же не маленькие дети, ей-богу! Всего четыре дня нет на месте нашей любимой Мегерочки (кстати, уменьшительно-ласкательным прозвищем ее называю только я, от чего все остальные сотрудники закатываются со смеха). Неужели она думает, что мы реально не справляемся?

– Точно, Элеонора Карловна! – с небольшим нажимом отвечаю, на что слышу в трубке вздох облегчения. – Вы там как? – тут же меняю тему разговора, а то ещё немного в том же русле – и я завою. – Уже, поди, загорели? Так и не узнаем вас, когда вернетесь, – растягиваюсь в улыбке, представляя себе эту картину.

Наша любимая начальница наконец-то нашла себе спутника жизни. Отъявленная холостячка, как она постоянно себя называет, все-таки встретила своего принца. Цветочки, рестораны, комплименты – Элеонора долго сопротивлялась, держала оборону, как стойкий оловянный солдатик, не желая признавать очевидных вещей, но по итогу сдалась. Через четыре месяца Арсений Владимирович (бизнесмен, вдовец и очень порядочный мужчина) сделал нашей Мегерочке предложение, а спустя еще два месяца затащил ее в ЗАГС. Практически насильно, в чем мы его поддержали всем коллективом.

И вот теперь Элеонора Карловна в статусе законной супруги со своим благоверным отдыхают на Бали. Вроде как медовый месяц в полном смысле этого слова. Тридцать дней без начальства – ее чуть кондратий не хватил, когда она увидела на столе путевки.

Кричала, вопила, как потерпевшая, возмущалась так, что стены тряслись, но по итогу, правда, спустя каких-то два часа снова сдалась.

– Обгорела, как уж на сковородке, – тяжко вздыхая, жалуется начальница. – Сеня намазал какой-то хренью, вроде полегчало. Только я боюсь, что весь «загар» слезет вместе с кожей. Короче, приеду белая как снег.

– Думаю, всё не так страшно, как вы в своём воображении нарисовали, – продолжаю веселиться, слегка издеваясь над Элеонорой. А что, ей можно, а мне нет? – Время еще есть, успеете загореть, – подбадриваю начальницу, а в ответ снова прилетает:

– Лера, если вдруг что, то ты…

Начинается… Ведь только что отвечала, и опять двадцать пять, чтоб ее черти слопали, эту Элеонору Карловну!

– Позвоню обязательно! – заверяю и прощаюсь, так как дальше слушать одно и то же напрягает.

Справимся обязательно, наша дружная команда и не такое способна. Кстати, я теперь у Элеоноры заместитель. Месяц назад получила повышение, а сейчас вроде как проверка на прочность. Сижу в кресле Мегеры, в ее личном кабинете, и пытаюсь изображать большую начальницу. Смех, да и только, потому что всех сотрудников нашей фирмы люблю безмерно.

Ну, какая из меня начальница? Еще и строгая!

– Лерок, можно? – Оля Ярышева открывает дверь и просовывает голову в щель. – С Мегерой закончила?

– Проходи, – машу рукой и усаживаюсь удобно за столом, наблюдая за легкими шагами девушки. – Весь мозг вынесла со своим «ничего не случилось», – копирую интонацию Элеоноры, вызывая у Оленьки смешок. – Вот скажи, что может случиться за четыре дня?

– Это ж Карловна, – моя подружка разводит руками, продолжая посмеиваться, и мне приходится с ней согласиться.

Хоть и напрягает бесконечная опека от начальницы даже с другого континента, все равно ее другой никто не представляет. Ладно, возьму всю атаку на себя. Девчонок нервный тик бьет и нервная дрожь потом час не проходит, когда предстоит общение с Элеонорой.

– Давай, что там у тебя, – переключаюсь на рабочий процесс, забирая из рук Оленьки бумаги.

– «Резонанс» третий раз просят отсрочку платежа, – бодро рапортует Ярышева. – А с «Континеталь+» завтра заключаем договор. Но там стопроцентная предоплата, так что…

– Отсрочку дай, но скажи, что в последний раз, – смотрю на Ольгу, слегка кривясь. – Не захотят платить, будем подключать тяжелую артиллерию. Сама знаешь, как я не люблю пользоваться связями отца, но Элеонора нам голову оторвет, если не справимся.

– Не вопрос, тогда вечером забегу, чтобы новый договор подписать, – девушка вскакивает с места и задвигает стул. – Кстати, чуть не забыла, – лезет в задний карман джинсов и достает оттуда бумажку. – Звонила администратор ночного клуба «SOUL», – в этом месте Оленька делает паузу, а я впиваюсь в нее взглядом.

Стоило ей произнести название клуба, как я почувствовала глухой удар сердца. И тупую боль, эхом отдающуюся в висках.

Даже дыхание перехватило, словно получила удар под дых. Сто лет прошло с тех пор, как я там была в последний раз. Вроде и недавно, а так давно. До сих пор сердце колет, когда слышу «SOUL». Я в принципе в последнее время не шляюсь по клубам. Во-первых, времени катастрофически не хватает, а во-вторых… В общем, неинтересно там и скучно. Дико бесит пьяная золотая молодежь со своими дешевыми понтами, у кого круче айфон или кому папа больше бабла отвалил на сегодняшнюю вечеринку.

Но именно с этим клубом столько… болезненных воспоминаний. Особенно последнее, которое не вытравишь ничем. Оно въелась в моё сознание, впиталось в каждый миллиметр кожи, и у меня никак не получается забыть. А ведь я запретила себя вспоминать, и, кажется, у меня получилось. Аккурат до этой минуты…

– И что хотела? – сглатываю невидимый комок, так и не сумев взять себя в руки.

Знакомство с Дамиром. Именно в ночном клубе «SOUL», куда случайно занесла меня судьба в тот вечер. Наш непродолжительный роман, обжигающая душу боль и обида, а после…

Так, стоп, Лера! Ведь давно уже выбросила из головы всю эту чушь. Или попыталась, это не важно, главное, что уже не плачу в подушку по ночам. Работа и моё новое окружение помогли справиться с тоской и обидой. Я даже простила этого идиота – пусть валит к своей жене, стоит ли страдать по этому поводу.

Тогда почему до сих пор в душе все сжимается от таких сладких и в то же самое время слишком болезненных воспоминаний? Я ведь думала, что всё – выбросила и забыла. Переболела, как говорится. Хотя, может, и больше времени нужно, чтобы окончательно затянулась рана в сердце.

– Сменился хозяин, и в клубе сделали ремонт, – Оленька передает мне листик с адресом и телефоном, а я даже не замечаю, как пальцы дрожат. – Лерок, с тобой все в порядке? – заглядывает мне в глаза, пытаясь найти там ответ. Нужно срочно брать себя в руки – не хватало еще расклеиться из-за пустяка.

Ведь это пустяк, правда? Прошлое, да и только. И не нужно рвать сердце из-за того, что было. Хватит!

– А Асланчик куда делся? – вспоминаю предыдущего владельца, веселого паренька, который не раз угощал нас с Викой коктейлями.

– Не знаю я никакого Асланчика, – произносит на выдохе девушка. – Короче, требуют кого-то из начальства, так как рядовой менеджер их не устраивает, – ерничает Оленька, а после усмехается.

– Ты не рядовой, а ведущий…

– Лерок, ты же знаешь, как я не люблю всю эту модную тусовку, – кривится она, всем своим видом наглядно демонстрируя свое отношение к подобным заведениям. И я её теперь прекрасно понимаю, а ведь раньше я была как раз одной из этих прожигателей жизни, которых терпеть не может милая и скромная Оленька. Как же быстро я пересмотрела свои взгляды на жизнь. – В общем, так, – тычет в меня пальцем, делая лицо серьезным. – Светлана Сергеевна ждет тебя завтра в одиннадцать утра. Бюджет на рекламную кампанию офигенно высокий, если я правильно поняла. Гудеть будут два дня с размахом, так что есть где разгуляться.

– Оль, но у меня…

– Даже слышать ничего не хочу, – разворачивается и направляется к выходу, по пути делая мне ручкой. – Завтра в одиннадцать, не забудь, – посылает на прощанье воздушный поцелуй и закрывает за собой дверь, оставляя меня наедине со своими воспоминаниями.

Черт, как же не вовремя вылез этот заказ. И нафига им рекламная кампания? Достаточно пары бигбордов, и народ сам прибежит. Клуб «SOUL» очень популярный в нашем городе, хотя новый владелец может этого и не знать.

А интересно, у кого столько бабла, чтобы купить подобное заведение? Ведь не три копейки стоит. И даже не пять.

Ладно, гадание на ромашке отложим на потом, придется заняться новыми клиентами. Иначе настучат Элеоноре (а многие у нас только так и делают) – и мы с Ярышевой получим по шее. Я как заместитель, а она как ведущий менеджер. В переводе на русский – со мной за компанию.

Черт с ними, сходить можно. Даже послушать их пожелания. И на следующий день я во всеоружии переступаю порог ночного клуба «SOUL». Ремонт шикарный, гораздо уютнее, чем было раньше. Да и оборудование новейшее, то ли дело старые гудящие колонки. Видимо, с умом подошел новый владелец к своему приобретению. При грамотном подходе все затраты можно отбить в кратчайшие сроки.

Еще каких-то восемь месяцев назад меня бы интересовало совсем другое, а вот сейчас серьезные мысли так и лезут в голову, вытесняя все остальные. И пока я рассматриваю интерьер с восхищением, ко мне приближается брюнетка в черном костюме. Я-то вырядилась в светлый (как чувствовала, что надо отличиться), поэтому сливаться не должны.

– Добрый день, – приветствует меня Светлана Сергеевна. Я, честно говоря, понятия не имею, как выглядит администратор, даже по телефону с ней не общалась, раз время нашей встречи уже назначено, однако бейджик приходит на помощь.

– Добрый, – пожимаю протянутую руку. – Валерия Гончарова, заместитель директора рекламного агентства «Радуга».

– Идеально, – девушка улыбается и предлагает мне присесть за один из столиков.

Удобные кресла, две чашки кофе – и мы приступаем к делу. Слушаю внимательно, кое-что конспектируя, в голове уже прикидывая несколько вариантов, однако расслабиться до конца не могу. На подсознательном уровне чувствую, что этот заказ будет не из простых. Слишком много нервов потребуется, чтобы его воплотить в реальность. Да и в моральном плане будет тяжеловато. В основном из-за воспоминаний, которые всколыхнули старые раны.

Неожиданно мои щеки начинают гореть, как будто кто-то их прожигает насквозь. Пару раз оглядываюсь как бы невзначай по сторонам, однако, кроме бармена и официантки, никого не наблюдаю.

Второй этаж тоже пуст, тогда почему у меня возникает чувство, что кто-то смотрит на меня? И не просто смотрит, а касается взглядом, сканируя насквозь?

Даже в дрожь бросает. Может, я стала параноиком? Накрутила себя до такой степени, что теперь мне уже чужие взгляды мерещатся?

И ведь не сбежишь от этого – как бы в психопатки не записали!

POV Дамир

– Дамир Ростиславович, сегодня в одиннадцать придет представитель рекламного агентства «Радуга», которое вам порекомендовали, – администратор Светлана, кстати, довольно толковая барышня, что в наши дни большая редкость, сидит напротив меня и зачитывает распорядок дня из блокнота. – В двенадцать обещали приехать осветители, чтобы закончить, – переворачивает лист, а после поднимает глаза на меня. – Ну и несколько собеседований после обеда, так что…

– Занимайся, – отрезаю, не желая слушать дальше столько подробностей.

Мне оно даром не сдалось. Да и клуб этот свалился, как снег на голову в середине июля. Когда я вкладывал сюда бабки, чтобы помочь хорошему знакомому с раскруткой, даже представить себе не мог – однажды придется этим клубом управлять самому. Нахрена оно мне сдалось? Аслан свалил за границу, продав мне свою долю с формулировкой:

– Ты же все равно сюда переезжаешь жить на время, а клуб станет твоей отдушиной. Здесь сто-олько девочек!

Засмеялся в ответ, так как Асланчик умел слишком пафосно, а главное, серьезно перекручивать факты. Только тогда еще даже не представлял, сколько геморроя свалится на мою бедную голову. Мало двух новых проектов, одного старого и постоянного контроля работы головного офиса (про филиалы я промолчу, иначе свихнуться можно), так еще и клуб, мать его, теперь занимает львиную долю свободного времени.

Вздохнуть некогда, о каких собеседованиях речь? Мне бы поспать, желательно сутки, а не тратить время на пустую болтовню. Для этого есть Светлана, ей и карты в руки.

Кстати, девчонка – профи, и я ни капли не пожалел, когда взял ее на работу почти месяц назад. По рекомендации от одного хорошего знакомого. Если я правильно понял, то на предыдущем месте у Светланы не сошлись взгляды с шефом по поводу его сексуальных предпочтений и извращенных фантазий. Проще говоря, хотел затащить девчонку в постель, а она ему врезала по морде. Еще и послала в пеший эротический!

Вот это фурия! Молодец, что я могу сказать.

Но по итогу девушка лишилась места без рекомендаций от злобного начальника, что мне как раз на руку. Хороший профессионал, отличный администратор и довольно милая девушка, но абсолютно не в моем вкусе. Если рассматривать ее в качестве претендентки на роль моей спутницы жизни.

А для секса на одну ночь… Со своим персоналом я не сплю. И точка. Причем жирная и не стирающаяся ни при каких раскладах…

– Дамир Ростиславович, хотела отпроситься завтра в первой половине дня, – аккуратно интересуется Света, слегка нервничая. Усмехаюсь в ответ и киваю, чтобы девушка не напрягалась.

И не нервничала зря. Я же не монстр, в конце-то концов! У нее еще столько работы, что отдых не помешает. Ремонт практически закончен, остались мелочи, так что клуб готов к открытию в ближайшее время. Новый персонал постепенно набирается, а с рекламным агентством Светлана, я уверен, решит все вопросы в кратчайшие сроки. Тем более бюджет я выделил нехилый, вряд ли кто-то посмеет отказать.

Девушка выходит из кабинета, а я закидываю ногу на ногу и закрываю глаза. Смена обстановки пошла на пользу, хоть работы прибавилось практически вдвое. Но я не жалуюсь, наоборот, рад и счастлив, что наконец-то избавился от истерички-жены (с сохранением акций завода), свалил из заснеженной и вечно холодной Сибири, а также временно передал бразды правления своей компанией Вадиму.

Пусть практикуется, а то разленился в последнее время.

Единственное, с чем я пока не определился, так это с личной жизнью. Не везет, хоть ты тресни. Хотя я особо и не занимался поиском благоверной, а пора бы уже задуматься. Не за горами разменяю пятый десяток, а хочется наследника. Ну и жену, конечно же, чтобы стала моей второй половинкой. Дополнением и моральной поддержкой.

Со стервозной особой намучился, хочется тишины, уюта и покоя.

Открываю глаза, а на часах начало двенадцатого. Кажется, вырубился на какое-то время, точно пора на отдых. Встаю с кресла, разминаю спину и направляюсь к двери. Мне срочно нужна чашечка кофе, иначе засну прямо над бумагами. Кабинет в клубе мне нравится – тихо, спокойно, никто не достает, телефоны не трезвонят, и каждый не норовит урвать хотя бы пятнадцать минут моего времени на пустую болтовню. Сами принимать решения не научились, я-то здесь при чем?

Поэтому новые контракты решил почитать именно здесь. Без меня справятся в офисе, пусть привыкают проявлять инициативу в отсутствии руководства.

Выхожу в коридор и направляюсь к перилам, чтобы позвать официантку. Лень спускаться со второго этажа, да и персонал пусть постепенно привыкает к моим вкусам.

Но первое, что я вижу – Светлана с девушкой, как понимаю, из рекламного агентства. Очень любопытно, какую малышку к нам занесло. Впереди неделя на подготовку, надеюсь, не кикимора болотная будет мельтешить перед глазами?

Присматриваюсь повнимательнее, и что-то до боли знакомое проскальзывает в движениях незнакомки. Ее жесты, манера пить кофе жутко кого-то мне напоминает. Опираюсь о перила, не сводя с блондинки (цвет волос прекрасно виден даже со второго этажа) своего взгляда. Взмах руки, поворот головы и….

Твою мать, вот так сюрприз! Глаза, по ходу, лезут из орбит, и я не могу оторваться от теперь уже знакомой до боли фигуры. Полгода прошло, а я так и не смог забыть симпатичную стерву, которую сначала хотелось просто трахнуть, затем голову оторвать, а после…

Что бы было после, я пока так и не определился, но продолжить наше знакомство мечтал до ломоты в зубах. Аж скулы сводило, так хотелось видеть ее рядом. И до сих пор желаю, особенно когда Лера так мило и очаровательно улыбается. Пока не мне, но я-то исправлю это в ближайшее время.

– Ну здравствуй, красавица! – произношу негромко, улыбаясь и не отводя взгляда от симпатичной блондинки.

Пальцы еще помнят ее податливое тело, а губы нежную и бархатистую кожу. Вот это судьба мне подарок преподнесла. Ай да Лера! Строптивица моя ненаглядная! Придется нам с тобой еще как минимум разочек пересечься. Но я уверен – будет больше. Такое шоу я не пропущу и лично займусь рекламной кампанией клуба с завтрашнего дня.

Однако мысли резко стопорятся, а молния бьет мне резко в голову. Хмурюсь, слегка опешив от внезапной догадки. Как-то изначально даже в голову не пришел банальный вопрос, так увлекся лицезрением симпатичной блондинки. Соскучился, видимо, однако все равно это не меняет сути.

Лера – менеджер по рекламе?! Этого просто не может быть. Такое чувство, что мне это снится…

А она изменилась. Причем сильно. Стала еще красивее – это факт. Или я уже забыл, насколько она хороша собой? Чёрт его знает, насчёт внешних данных всё возможно. Но вот остальные перемены меня вогнали в ступор на несколько секунд.

Я смотрел на неё и не мог поверить, что это та девушка, чей образ лишил меня покоя. Взгляд серьезный, выражение лица целеустремленной женщины, а не как раньше, девочки-мажорки, да и манера поведения совершенно иная. Вот вроде Лера, а вроде не она – точно, сумбур какой-то у меня в башке от недосыпа, раз так завис, рассматривая её. Определённо пора на отдых, иначе скоро черти начнут мерещиться. Хотя…

Какие черти, это точно она!

Девушка, сама того не замечая, прикладывает ладонь к одной щеке, затем к другой. Что моя хорошая, сейчас теряешься в догадках, с чего щёки вдруг зарделись? Горят они у тебя, милая, от моего взгляда, даже отсюда видно, как пылают алым пламенем. Улыбаюсь, наблюдая за временным замешательством Леры. Ликую в душе, что она, сама того не осознавая, чувствует кожей мой взгляд. Надо же, какой необычный подарок мне преподнесла судьба. А я все сетовал.

До сих пор вспоминаю те три вечера, что мы с ней провели вместе. Сейчас, конечно же, жалею, что вспылил и не забрал девушку с собой. Все могло бы быть иначе. Но раз судьба сама дает мне в руки такой козырь, то грех не воспользоваться столь шикарным подарком.

– Лера-а… – тяну, смакуя на вкус ее имя. Каждый звук от него так сильно врезается в голову, что даже в висках пульсацией отдается. Хотел её раньше, как безумный, сейчас это желание выросло в разы. Хочется подойти, схватить свою красавицу и утащить в укромное место, где я буду брать её, пока она не охрипнет от криков, а я не выбьюсь из сил от усталости, смакуя каждый миллиметр податливого тела снова и снова. Но это только мечты, реальность не столь радужная.

Глядя сейчас на девушку, я прихожу к выводу, что прежний напор с моей стороны не прокатит. И о взаимной страсти, что подбрасывает мне то и дело воображение, придётся временно забыть. Хреново. Чувствую, надо менять тактику. Затащить Леру в постель будет проблематично, но я же никогда не пасую перед трудностями. Наоборот, в душе просыпается азарт – хочется добиться ее. Но сначала выяснить, что, черт возьми, происходит?

Девушка уже вовсю крутит головой по сторонам, а я на автомате делаю два шага назад, прячась за колонной. Вовремя. Именно в тот момент, когда Валерия поднимает глаза вверх. Мажет взглядом по перилам второго этажа, скорее всего, пытаясь отыскать объект столь пристального внимания к ее скромной персоне, а у меня улыбка не сходит с лица.

Ладно, пока повременим со встречей. По крайней мере, точно не сейчас. Я еще не готов – надо продумать, как же теперь к ней подобраться. В том, что у меня это выйдет с блеском, даже не сомневаюсь, и настроение делает резкий скачок вверх.

У меня есть цель. Азарт уже вовсю пылает в глазах, а мозг активно работает в поисках решения данной небольшой проблемы под названием «строптивая Лера». Одни только воспоминания меня заводят, и я уже боюсь представить, какова будет моя реакция на девушку спустя восемь месяцев.

Надо же, подсчитал. Как-то непроизвольно. Мне почему-то казалось, что полгода прошло, не больше, а оказывается…

Надеюсь, она обо мне не забыла? Захожу в кабинет и плюхаюсь в кресло, снова закрывая глаза. Теперь все мысли о светловолосой красавице. Надо же, столько времени гнал их, заставлял себя забыть эту строптивицу, однако от одного только взгляда на нее начинаю вновь возбуждаться. Еще даже не касался ее бархатистой кожи, а член болезненно реагирует.

Не знаю, сколько времени сижу в кресле с мечтами о Лере. Так бы и рисовал картины одну красочнее другой, но из транса меня выводит стук в дверь.

– Войдите! – громко кричу, открываю глаза и подъезжаю в кресле ближе к столу.

– Можно, Дамир Ростиславович? – в дверной проем просовывается сосредоточенная физиономия Светланы, и я киваю в сторону одного из свободных стульев. – По поводу рекламы, – садится и протягивает мне листы бумаги. – Очень толковая девушка, сразу же предложила два варианта нашей предстоящей рекламной кампании.

– Сама что думаешь? – беру листы, делая вид, что читаю, а сам внутри еле сдерживаюсь, чтобы не улыбнуться. Я счастлив!

И так, как мальчишка, скалюсь полчаса, если не больше – не хватало, чтобы сотрудники еще увидели мой интерес к менеджеру по рекламе. Будут шушукаться по углам, обсуждая эту животрепещущую тему.

Не готов еще, поэтому попридержу эмоции. Пока не останусь наедине со своими мыслями, и тогда…

– Надо еще детально проработать, – Света пожимает плечами. – А потом уже решать, что нам лучше подходит.

– Вот и решай, – поднимаю взгляд на девушку. – А мне пока устрой встречу с этой девушкой. Скажем… завтра вечером. Как там ее зовут? – прищуриваюсь, глядя на свою собеседницу.

– Валерия, – администратор смотрит на меня с удивлением. – Но она попросила два дня…

– Ну и прекрасно, – наконец-то расплываюсь в улыбке, нет больше сил сдерживать эмоции, они непроизвольно вырываются. – Вечером за ужином с ней мы все обсудим, а вы дальше продолжите совместно работать, – делаю паузу, наблюдая, как девушка слегка теряется. Может, и странно звучит мое предложение, только мне безразлично мнение сотрудников на этот счет. И на чужие косые взгляды тоже пофиг. – Я в вашем городе недавно, поэтому еще не освоился. Закажи столик в каком-нибудь дорогом ресторане, – и снова запинаюсь, глядя, как Света округляет глаза. – Часиков на семь. На свое усмотрение.

– В смысле? – во взгляде неподдельный интерес, а у меня очередная улыбка.

– В смысле ужина, – повторяю, как для особо одаренной. – Завтра, – пауза, – в семь часов вечера. Да, и еще, – откидываюсь на спинку кресла, принимая расслабленную позу. – Не сообщай Валерии имени нового владельца.

– Почему?

Как же тяжело с женщинами, кто бы только знал. Чего проще, выполнить мою просьбу в лучшем виде и не задавать кучу глупых и ненужных вопросов. Ведь не буду отвечать, к чему время мое тратить?

– Светик, давай с тобой договоримся с самого начала, – я снова усаживаюсь за стол, складывая руки на столешнице. – Ты мне нравишься, – в этом месте девушка покрывается пунцовой краской, а я добавляю, слегка улыбаясь: – Как сотрудник. Я не приемлю служебных романов, поэтому предлагаю тебе исключительно деловые отношения.

– Дамир Ростиславович…

– Погоди, я не закончил, – выставляю руку ладонью вперед, чтобы Светлана пока помолчала. – Управлять клубом у меня нет ни времени, ни желания, поэтому, – делаю намерено паузу, не сводя пристального взгляда с девушки, – предлагаю тебе через время занять место управляющего. Оклад обсудим, я не жадный и преданных людей ценю, поверь.

По глазам вижу, что верит. Кивает в подтверждение моих догадок, но продолжает молчать. Правильно, я еще не закончил и предпочитаю с самого начала расставить все точки над «i». Возможно, слегка грубовато получается и даже с небольшим нажимом, но Светлана должна понять – мои приказы и просьбы следует выполнять безоговорочно.

И желательно без лишних вопросов.

– Я польщена, – видно невооруженным глазом, что теперь краснеет от удовольствия. Ладно, порадуйся, я не против, тем более настроение-то хорошее.

Отчего же не подарить кусочек счастья окружающим!

– Но есть ряд правил, которые следует соблюдать, – перехожу на серьезный тон, так как шутки и комплименты закончились. – Мои приказы и просьбы не обсуждаются. Я очень не люблю, когда мне начинают давать советы и учить жизни. Если мне потребуется твое мнение по поводу того или иного вопроса, я поинтересуюсь.

– Извините, – тихо произносит девушка. – Впредь такое не повторится.

– И еще, Светик, – снова перехожу на игривый тон, заставляя администратора поднять глаза на меня. – Давай уже учись принимать решения самостоятельно. Хорош бегать ко мне по всяким мелочам.

– Я поняла, – расцветает на глазах и снова краснеет.

О, Господи, дай мне это пережить. Вот не люблю работать с бабами, хоть ты тресни. Но другого варианта нет, как я понимаю, придется потерпеть. Хотя вру – Светлана мне действительно нравится, исключительно как работник. И я всерьез подумываю сделать ее управляющей клуба в будущем.

– Так что насчет завтрашнего ужина с прекрасной Валерией? – вырывается как-то само по себе, и я мысленно стону. Вот так проваливаются явки и пароли, на такой мелочи спалился.

Блондинка не выходит из головы, занимая все мысли. Как будто поедом выедает мой многострадальный мозг даже на расстоянии. Терпением бы запастись на завтрашний вечер и не выдать свои желания раньше времени.

– Все сделаю в лучшем виде, – кивает, встает с места и собирает бумаги. – Пошла командовать, чтобы вас больше отвлекать.

А вот это молодчина. Уважаю, как говорится. Есть характер у девушки – значит, точно сработаемся. Провожаю ее с улыбкой на лице, а после снова откидываюсь на спинку кресла, напрочь забывая о контрактах.

Да пофиг на них. В голове лишь мысли о завтрашнем ужине.

Точнее о Лере! Все, крошка, ты влипла по полной программе!

Впрочем, как и я.

POV Лера

– Валерия, доброе утро, – звонок от администратора Светланы застает меня прямо возле кабинета.

Сначала рылась в своем бауле в поисках ключей, затем в спешке искала телефон, теперь вот прижимаю ухом гаджет, одной рукой держа сумку, другой проворачивая ключ.

– Добрый, Светлана, – открываю дверь, придерживаю смартфон, который так и норовит упасть на пол, и залетаю в кабинет.

Швыряю сумку на один из стульев, а следом и ключи на стол. Вот чувствую, неспроста этот звонок. Ведь договаривались созвониться через пару дней, к чему сейчас это «доброе утро, Валерия»? В душе появляется неприятное предчувствие, и с каждой секундой оно усиливается.

– Извините за столь ранний звонок, но я по делу, – администратор делает паузу, а я замираю возле кресла, затаив дыхание. И хочется присесть, но все же остаюсь стоять. Как бы не упасть от новости, которая сто процентов ошарашит. Еще и тон серьезный, к чему бы это?

– Что-то случилось? – аккуратно прощупываю почву, стараясь говорить спокойно.

Как же я не люблю эти внеплановые звонки. Вот просто терпеть их не могу, особенно «по делу». Хочется треснуть кого-то – как обычно, грядут очередные неприятности. Или проблемы, что сути не меняет.

Может, отказаться решили? Так я только «за». И так в заказах зашиваемся, от нового открестимся, как черт от ладана.

– Мой шеф хочет с вами встретиться, – выдает Светлана на одном дыхании, а я лишь хмурюсь. И опять ощущение неприятного холодка в душе.

– Зачем? – вполне закономерный вопрос, потому что вчера администратор меня заверила – именно она будет заниматься всеми вопросами по поводу предстоящей рекламной кампании.

И тут как обухом по голове – этому хоть что от меня надо? Сырые наметки, да и только. Кстати, любопытненько, это кто у нас такой богатенький Буратино, что сумел приобрести доходный и очень популярный ночной клуб?

– Хочет сам контролировать рекламный бюджет, – усмехается, и я слегка расслабляюсь. – Сами понимаете, приказы руководства у нас не обсуждаются.

Понимаю и даже поддерживаю. Всего-то контролировать бюджет, а я тут уже напридумывала себе небылиц. Это мы запросто организуем в два счета, тем более завтра и так собирались встретиться. Не вижу проблемы – мне не привыкать общаться с руководством.

– Завтра подъеду, как и договаривались, – усаживаюсь в кресло и раскладываю бумаги на столе, однако затянувшаяся пауза в трубке снова напрягает. – Что-то не так?

– Мой шеф хочет встретиться с вами лично сегодня вечером, – пауза. – В ресторане «Париж», – еще одна пауза. – В семь часов вечера.

Секундный шок, но я тут же беру себя в руки.

– Не поняла…

– Хочет обсудить с вами все насущные вопросы, а также, – девушка запинается, подбирая нужные слова. – Увеличить бюджет в полтора раза, если вы его убедите.

Не совсем обычное предложение, но все равно ничего критичного. Странно, конечно, обсуждать вопросы за ужином в дорогом ресторане, но у богатых свои причуды, мне ли не знать. Тяжело вздыхаю, понимая, что отказаться не получится. Иначе Элеонора меня убьет, узнав сумму рекламного бюджета.

Но и в джинсах идти в ресторан с мужчиной как-то не комильфо. Придется пораньше смыться, чтобы привести себя в порядок. Деловой ужин – чего я сразу испугалась?

– Хорошо, я приеду, – спокойно произношу, снова начиная раскладывать бумаги. – Как я найду вашего шефа? Кстати, как его зовут хоть? – усмехаюсь, однако в ответ получаю довольно строгое:

– Он сам вас найдет, всего доброго.

В трубке раздаются короткие гудки, и я в полном недоумении смотрю на еще горящий экран.

– Фигня какая-то, – пожимаю плечами, развожу руками, но все равно что-то здесь не чисто.

А взгляд натыкается на ключи, которые лежат на столе. Только этого мне не хватало, на кой я их туда швырнула? Я не верю в приметы, кроме двух – ключи на столе и рассыпанная соль – это к ссоре.

Вот чувствовала же, какая-то лажа с этим приглашением на ужин. Еще и столько таинственности навели. Завалю дело – Элеонора уволит и прощай карьера.

Но мои мысли прерывает стук в дверь. Сотрудники приперлись на совещание, и начинается рабочий день. Мысли глупые прочь – пора заняться делом. Потом подумаю, что делать с этим загадочным и непонятным шефом, а пока есть рабочие моменты, которые нужно решать в срочном порядке.

И начинается дурдом. Даже подумать о предстоящем ужине нет времени, а также желания. Лишь в пять часов я вспоминаю о нем и скоренько сваливаю с работы. Вечерний макияж, деловой костюм, и в положенное время я вхожу в ресторан «Париж» с маленькой Эйфелевой башней на входе.

Дорого, красиво и очень уютно. Оглядываюсь по сторонам, до конца не понимая, куда же мне идти-то. Точнее, где искать загадочного шефа, которого и в глаза-то ни разу не видела. Но тут на выручку приходит администратор, за что я ему безмерно благодарна.

– Добрый вечер, – улыбается, кивая мне в знак приветствия. – Чем могу помочь?

– У меня здесь встреча, но я…

– Идемте за мной, – разворачивается ко мне спиной и направляется на второй этаж.

Ни слова, ни полслова – вот точно, какая-то лажа в квадрате. Даже имени не спросил, неужели я такая известная персона? Но уверенно иду следом, так как любопытство распирает не на шутку. Кто меня ждет в одном из кабинетов? И чем закончится эта встреча?

Администратор открывает дверь, пропуская меня вперед.

– Спасибо, – улыбаюсь парню и захожу вовнутрь.

Но тут же улыбка сползает с моего лица, когда я натыкаюсь на смеющийся взгляд темно-карих глаз.

Я не просто удивлена – я в полном шоке! Даже в неописуемом шоке!

Замираю на месте, не могу пошевелиться, а также вздохнуть полной грудью. Словно опять невидимая рука держит меня за горло.

Этого просто не может быть! Зачем он меня нашел?

– Привет, – Дамир все так же улыбается, сканируя меня пристальным взглядом, от которого непроизвольно по телу пробегает дрожь. – Рад тебя видеть.

«А я тебя нет!» – мысленно отвечаю мужчине, попав, как и раньше, в плен его гипнотического взгляда.

Я уже и забыла эти глаза. Как могут прожигать насквозь, лишать возможности дышать, а также сковывать движения. Лишь взглядом. Только этому мужчине удавалось заставить меня чувствовать себя ничтожеством. Полным. Но и в то же время самой желанной. Для него.

И вот сейчас, когда моя жизнь наладилась и я расправила крылья, он вновь появился, чтобы перевернуть всё с ног на голову и причинить мне боль. Не позволю! Я уже не та глупая девочка, что утопала в его демонических глазах. Но хоть теперь понятно, почему щеки вчера в клубе горели. Дамир. Как обычно прожигал меня взглядом.

– К чему этот пафос? – наконец-то отмираю, беру свои эмоции под контроль и делаю пару шагов вперед, а администратор тут же подлетает, помогая мне присесть. – Спасибо, – дарю парню тёплую улыбку, а после снова с негодованием во взгляде смотрю на Дамира.

– Дорогой ресторан для дорогой женщины, – разводит руками, продолжая скалиться.

Именно скалиться, потому что его улыбка больше напоминает оскал хищника, который в очередной раз затеял игру со своей жертвой. Но только я больше не жертва, которую можно растоптать, как в прошлый раз. Или я сейчас себя зря накручиваю, вспоминая прошлую обиду. И поэтому слишком предвзято отношусь к мужчине, ища в его действии какой-то подвох.

Присмотрелась повнимательнее. Судя по его хитрому взгляду, мои опасения верны.

– У дорогой женщины поменялись привычки за время твоего отсутствия, – пытаюсь сдерживаться, хотя внутри все пылает адским огнем. Так и рвутся боль и обида наружу, которая вспыхнула с новой силой, стоило мне посмотреть на него.

Не забыла. Не перегорело. Ну ничего, возможно эта встреча поможет наконец избавиться от тяги к нему. Иногда нужно прижечь рану, чтобы она быстрее зажила.

– Сейчас ваш заказ принесут, – в нашу перепалку встревает администратор. – Девушка будет еще что-то заказывать?

– Стакан минеральной воды, – мажу по пареньку взглядом и опять переключаюсь на Дамира.

Прямо тянет смотреть на него. Как будто магнитом. По-моему, он изменился. Нет того надменного и высокомерного взгляда. Да и тон, мне кажется, стал проще – без пафоса, нажима и напора. Хотя еще, как говорится, не вечер. Знать бы наверняка, что надо от меня новому владельцу клуба.

– Предлагаю выпить, – Дамир тянется к бутылке дорогого вина, когда паренек покидает кабинет.

– Я за рулем, – игнорирует мое замечание, наливая бордовую жидкость в два бокала.

Ну вот и высокомерие, а я так надеялась на лучшее…

– Мой водитель тебя отвезет, – Дамир берет свой бокал и подносит к губам.

Маленький глоток, еще один. Так бы и наблюдала, как он играет со мной. Только не учел он одного – я уже не та Лера, с которой он познакомился восемь месяцев назад. Тогда меня интересовал лишь статус мужчины, которого я выбирала. А сейчас нечто иное. И деньги тут абсолютно не при чем.

Дамир может засунуть в задницу свои бабки и амбиции, мне на них абсолютно пофиг. И на его пафос тоже, кстати, глубоко плевать. Меня больше интересует сейчас мое душевное спокойствие, а не игра во взгляды с попыткой соблазнить наивную дурочку, коей меня мужчина до сих пор считает.

– Зачем звал? – решаю сменить тему, так как на его уловки все равно не поведусь.

– Решил поужинать с красивой девушкой, – в его глазах такой азарт, что реально становится смешно.

Помнится, раньше, наоборот, в дрожь кидало, а сейчас вызывает лишь смех, правда с примесью ярости.

И он таким дешевым способом решил меня соблазнить? Или может покорить мое бедное сердце? Господи, какой наивный и самоуверенный идиот. Да у него на лбу всё написано: «Лера, я хочу тебя трахнуть».

Тоже мне, принц выискался. А ведь действительно думает, что и сейчас я не смогу его послать. Как тогда.

– Так надо было у красивой девушки спросить, а хочет ли она, – делаю акцент на последнем слове и запинаюсь, не сводя взгляда со своего спутника, – поужинать с тобой, – и снова акцентирую, тонко намекая Дамиру на свое безразличие. – А то навел таинственности…

– Ты бы не согласилась со мной встретиться, – отрезает мужчина, все так же забавляясь ситуацией.

– Я и сейчас против, – не отстаю от нахала, желая раз и навсегда поставить его на место.

Да и не собираюсь я поддерживать его игру, мне и прошлого раза хватило, чтобы понять – все игры с ним имеют болезненный итог.

Официант заходит с подносом, прерывая нашу перепалку. Расставляет тарелки с едой, ставит передо мной стакан с минералкой и покидает нас, желая приятного вечера.

– Спасибо, – вновь улыбаюсь пареньку, на что получаю такую же улыбку в ответ.

– А ты изменилась, – лицо Дамира меняется, и больше, как я понимаю, нет желания слишком нагло меня провоцировать.

– Надеюсь, в хорошую сторону? – делаю глоток воды, даже не притрагиваясь к вилке. Дамир молчит, не отрывая взгляда. Кстати, тоже не притрагивается к еде. Странно, сам настаивал на ужине, а теперь проявляет непонятный протест. – Если с комплиментами закончили, пожалуй, перейдем к делу, – я включаю строгую начальницу и делаю еще один глоток минералки. – Так о чем ты хотел поговорить?

– До сих пор злишься на меня за прошлое, – скорее констатирует, чем задает вопрос, и я взрываюсь.

Так долго терпела, держала себя в руках, хоть внутри полыхал пожар, а тут не выдержала. Хватит! Достаточно! Я не желаю это обсуждать! Прошлое на то и прошлое, чтобы о нем забыть и двигаться дальше, а не пытаться ломать голову, выискивая свои промахи. Ошиблась – ну и фиг с ним, больше этого не повторится.

– Ты слишком высокого о себе мнения, Дамир! – я резко встаю со своего места, все еще балансируя на грани. Включить снова стерву, какой он привык меня видеть, или все же доиграть эту партию до конца.

И с достоинством выйти победителем.

– Далеко собралась? – тон мужчины серьезен, но мне плевать. Неужели так и не понял ничего? – Присядь, я еще не закончил.

– Зато я закончила, – закидываю сумку на плечо и посылаю ехидную улыбку своему спутнику. – Значит так, милый мой, – намерено делаю паузу, наблюдая, как вместо огня глаза Дамира наливаются кровью. – Ужинать с тобой я не буду и работать, кстати, тоже. Чтобы долго не рылся в Интернете, завтра скину смской телефон наших конкурентов. Можешь им пудрить мозги и водить по ресторанам.

Разворачиваюсь и направляюсь к двери, слыша в спину злобное:

– Лера!

Делаю ручкой, даже не поворачиваясь лицом к мужчине, и выхожу из кабинета, ликуя в душе из-за маленькой победы. Вот так-то, дорогой, получи по полной. Я не девочка на побегушках и не твоя личная собачка, которая будет выполнять команды безоговорочно.

Теперь со мной придется считаться. Хотя встречаться с Дамиром я больше не планирую. И если он этого не понял – его личные половые трудности.

Именно так думала я аккурат до следующего утра, пока не раздался звонок на вайбер. А после моего произнесенного как скороговорка: «Здравствуйте, Элеонора Карловна», грозный рык начальницы:

– Гончарова, ты охренела?!

«Чёрт!» – я мысленно стону, заранее зная причину столь неожиданной агрессии.

Тут к гадалке не ходи, чтобы узнать причину плохого настроения моей любимой Мегерочки. Настучал, падла! Вот же… нехороший человек. Ведь отучала себя не ругаться, а тут маты лезут в голову, один другого краше.

И как объяснить Элеоноре причину, почему я не хочу работать с Дамиром? Личная неприязнь не прокатит, замучает Мегера вопросами. Еще и лекцию прочитает о том, нельзя путать личное с рабочим процессом.

– Что случилось? – делаю вид, что не в курсе событий. Уж очень хочется узнать, что этот напыщенный индюк успел наболтать моей грозной начальнице.

– Почему клиенты на тебя жалуются? – тон слегка помягче, а значит, есть шанс все-таки ее уговорить.

– Какие именно, Элеонора Карловна? – делаю паузу, задерживая дыхание. – У меня их много.

– Со мной связался Каримов Дамир Ростиславович, владелец ночного клуба «SOUL», и заявил, что ты по какой-то неведомой причине отказалась с ним работать, – женщина произносит свою пламенную речь на одном дыхании, а я молча жду, пока выдохнется наконец-то и даст возможность оправдаться. – И я очень хочу знать эту причину, Гончарова.

– Сроки маленькие, – вру, придумывая, какие бы еще веские аргументы привести. – Да и бюджет ограниченный, чтобы в него вложиться с теми запросами, которые требует владелец клуба.

– Полмиллиона – это, по-твоему, маленький бюджет? – я резко прикрываю телефон рукой из-за её грозного рыка.

– Сколько?! – сипло переспрашиваю, а от услышанного глаза лезут на лоб.

Помнится, из уст Светланы звучала иная цифра. Ну, Дамир, жулик недоделанный. Решил все-таки хитростью заставить меня вернуться.

– И это еще не предел, – подливает масло в огонь Элеонора, правда, уже намного спокойнее. Ну всё, теперь отказаться точно не получиться, а она продолжает вываливать информацию на мою многострадальную голову: – Дамир Ростиславович заверил, что готов рассмотреть бюджет в сторону увеличения, естественно, чтобы мы успели в срок. А также лично тебе, – делает акцент на последнем слове, а я понимаю, что тем самым меня сейчас загоняют в ловушку, – готов заплатить дополнительную премию. За скорость.

– Я не буду с ним работать! – все мое нутро бунтует, однако это лишь распыляет Элеонору еще сильнее.

– Гончарова! Даже слышать ничего хочу. Он изъявил желание работать только с тобой, хотя я ему предлагала Ярышеву.

Вот сволочь! Ни за что не прощу!

– Элеонора Карловна…

– Договор должен быть подписан, а рекламная компания проведена в срок! – произносит грозно своим любимым командным тоном. – Все понятно?

– Понятно, – ворчу в трубку и первой отключаюсь.

Отшвыриваю телефон в сторону, складываю руки на столе и опускаюсь на них лицом. Стон, второй, а также огромное желание что-нибудь разгромить.

Дамир снова загнал меня в ловушку. Неужели действительно так ничего и не понял? Или затащить меня в кровать для него теперь главная цель?

Ну уж нет, второго шанса я ему все равно не дам! Зубы обломаешь, милый! Я тебе еще устрою райскую жизнь!

POV Дамир

Дьявольщина! Кажется, я погорячился с давлением. Думал, так проще будет добиться сближения, но Лера никак не дается мне в руки. Словно ускользает, как вода сквозь пальцы. Не достучаться, черт бы ее побрал. В пору головой о стенку биться. Я и не могу достучаться до какой-то крошки! И это, мать его, выводит из себя похлеще ссор и скандалов. Лучше бы и вправду поскандалили, по крайней мере, раз и навсегда разобрались бы в наших непростых отношениях.

Я чувствую – между нами до сих пор притяжение. И оно даже сильнее, чем было раньше. Но безразличие девушки бьет по оголённым нервам, а её воздвигнутые барьеры неимоверно бесят. Хочется схватить её за плечи и хорошенько встряхнуть, чтобы прекратила из себя строить снежную королеву. Но её предостерегающий взгляд, который говорит: «Только посмей перейти черту, и ты потеряешь шанс на примирение», заставляет постоянно держать чувства и эмоции под контролем. Я прекрасно осознаю, что мой срыв точно не приведет ни к чему хорошему. Мы уже это проходили, и результат моей несдержанности налицо – девушка ничего не хочет со мной иметь общего.

Как же бесит это!

Она изменилась до неузнаваемости. И это трындец как заводит. Хочу ее до одури! Дико жажду получить в свои сети и не отпускать свою добычу никогда. Такую стильную, уверенную в себе, целеустремленную и безумно сексуальную. Челюсти сводит судорогой, когда рука так и тянется прикоснуться к Лере.

Но понимаю, если сейчас сорвусь, только испорчу все. Значит, надо потерпеть.

Третий день – полный игнор. Такое чувство, что я – пустое место, черт бы ее побрал. Вроде и со мной, постоянно рядом, но в то же время далеко. И не достанешь до нее никак! Твою мать, где ж столько терпения набраться?!

Цель завоевать Леру стала навязчивой идеей, я словно одержим ей. Ну же, малышка, сдавайся, хватит строить из себя ледяную леди. Я не железный, вот-вот сорвусь в пропасть, унося тебя с собой. Твоё сопротивление ещё сильнее распаляет меня. Ты все равно ведь будешь моей, и никакие преграды, воздвигнутые тобой, все равно не помогут.

Так стоит и дальше испытывать судьбу на прочность?

– Светлана отдала список приглашенных, – девушка с гордой осанкой сидит в моем кабинете, а я, откинувшись на спинку кресла, любуюсь ею.

Расслабленная поза, блуждающая улыбка, но в то же время смотрю на неё полным огня страсти взглядом, надеясь растопить лёд в её сердце. Но, черт возьми, она никак не реагирует, продолжая воздвигать между нами броню неприступности.

– Ты, кстати, идешь под первым номером в этом списке, – улыбаюсь, уже не скрывая своего восторга, однако все равно получаю лишь безразличие во взгляде.

Как же меня это бесит, кто бы только знал! Какой ураган сейчас крутится внутри, желая смести всё и всех на своем пути!

– Спасибо, постараюсь не забыть.

Вот же деловая леди. Хотя ей идет. Намного больше, чем стервозная девочка-мажор восьмимесячной давности. И эту Леру хочется назвать своей. Даже без раздумий. Не просто поселить у себя в квартире, а именно сделать СВОЕЙ! Во всех смыслах этого слова!

– Ты уж не забудь, – продолжаю ее дразнить, надеясь хоть так расшевелить эту холодную мумию.

– Рекламная кампания началась полным ходом, – продолжает игнорировать мои попытки на примирение Валерия, уткнувшись в свои записи. – Две трети мест уже забронировано.

Один вечер – банкет с элитой города, чтобы познакомиться поближе, раз уж предстоит мне здесь провести какое-то время, а вот на следующий – официальное открытие клуба. Обещает быть жарко и волнительно. Что ж, доверюсь профессионалу. Пришлось, правда, сдвинуть мероприятия на пару дней по просьбе Леры, но оно того стоило.

– Будешь должна, – я шепчу ей на ушко, вдыхая, как ненормальный, аромат ее волос.

– Согласна поработать без премии, – как ни в чем не бывало произносит в ответ, как будто и не стояли мы рядом, касаясь друг друга телами.

– Я не о том…

– А я о том!

Это случилось в первый день, и до сих пор ничего не двигается с мертвой точки. Вчера, как идиот, поддался временному порыву. Сто лет не дарил женщинам цветы. Решился. Случайно увидел, как какой-то кавалер прислал Светлане огромный букет, и, что называется, перенял опыт.

– Спасибо, но не стоило, – Лера безразлично мазнула взглядом на следующий день, даже не удостоив меня улыбки.

А я в ответ лишь сжал кулаки до хруста костяшек. Непробиваемая стена изо льда. Такое чувство, что хочет взглядом меня заморозить… Хотя какое хочет, она намеренно это делает! Ну ничего, во мне столько огня, что твоя ледяная стена долго не продержится.

– Отлично, – прогоняю прочь воспоминания, глядя на девушку, которая уже какое-то время на меня смотрит. – Надеюсь, все пройдет без сучка и задоринки.

Лера встает со своего места, а я следом за ней. Прекрасно понимаю, что не отпущу, пока не поговорим. Я настроен очень решительно. Хватит ходить кругами, моя выдержка трещит по швам. Мне… Нет, нам этот разговор необходим, и пусть она старается сделать вид, что я ей безразличен – не верю. Я чувствую, что это не так. Ловлю её руку, когда женские пальцы уже коснулись дверной ручки. Медленно, не торопясь, она поворачивается в мою сторону, встречаясь со мной взглядом.

Хочу прижать ее к стене, впиться в этот очаровательный ротик и растопить наконец-то эту ледяную глыбу безразличия.

– Лера, – я не узнаю свой голос. Во рту пересохло, в горле невидимый комок, который мешает дышать, а хриплые нотки выдают мое состояние с головой.

Дотрагиваюсь губами до виска девушки, одной рукой притягивая ее к себе за талию. Не льнёт ко мне, как бывало ранее. Но и не сопротивляется.

Это хороший знак. По крайней мере, не сбегает, стоит на месте, кажется, прикрывая веки. Надеюсь, что от удовольствия.

– Это лишнее, – шепчет девушка в ответ, когда мой язык касается ее ушка. Прикусываю мочку, слыша негромкий стон.

– Поужинай сегодня со мной, – хрипотца в голосе усиливается, но я решаюсь все-таки на откровения, которые она так хотела. И все равно не могу посмотреть ей в глаза.

Боюсь, утону. Хотя нет, немного не так.

Боюсь сорваться и испортить всё окончательно.

– Не могу, – шепчет на пределе слышимости девушка, все так же не шевелясь. Лишь рваные вздохи вырываются из груди, выдавая её волнение и вызывая у меня легкую улыбку. Моя девочка всё-таки неравнодушна ко мне, хотя пытается показать обратное.

– Почему? – я наконец-то собираю волю в кулак, отстраняюсь и смотрю в упор на Леру.

Она прячет взгляд, пытаясь отвернуть голову. Зря, всё, что нужно, я увидел в её взгляде. Двумя пальцами ловлю ее за подбородок и заставляю вновь посмотреть мне в глаза. Чувствую её смятение и понимаю, что не отступлюсь от своей цели. Разобьюсь, но добьюсь ответных чувств любой ценой. Сейчас твердо уверен в этом, хотя еще каких-то десять минут назад хотел плюнуть.

И послать всех нахрен, так мне надоела эта беготня по кругу. А сейчас почему-то дикое желание появляется внутри – обладать не только телом девушки, но и забрать ее душу. Будь я проклят, если не получу желаемое!

Сильнее давлю пальцами на подбородок, заставляя все же взглянуть на меня. Сопротивляется, черт бы ее побрал. Сомнение и внутренняя борьба так ярко читаются на ее лице, что точно сейчас у меня сорвет стоп-кран.

Так дело не пойдет, крошка. Ты же уже поняла – я просто так не сдамся. И тебе не позволю прятаться в панцирь. Знать бы наверняка, что происходит в этой очаровательной головке. И чем не угодил тебе сейчас, строптивица моя ненаглядная. Мне нужен один вечер наедине, и ты растаешь в объятьях. Я приложу максимум усилий, чтобы утром ты не сбежала.

– У меня планы, – теперь уже женский голос тверд, взгляд бросает очередной вызов, но я не теряю надежды. Поздно изображать равнодушие, ты выдала себя с головой, моя девочка.

– Предлагаю планы поменять, – продолжаю давить, так как отпустить не могу, да и не хочу, сейчас самое время ее дожать, настоять на своем и заставить капитулировать, пока она полностью не успела спрятаться за свой панцирь.

Да и со мной происходят невероятные вещи – пальцы как будто приросли к ее коже. Если только вместе с ней оторвать. А желание прижать девушку к стене растет с каждой секундой все сильнее и сильнее, а выдержка трещит по швам, не желая мне больше подчиняться. Сдерживаю свой порыв.

Боюсь, снова переборщу. Не поймет. И теперь уже точно не простит.

– Дамир, я…

Договорить не успевает, так как раздается стук в дверь. Скриплю зубами, наглядно демонстрируя свое недовольство, но громко кричу:

– Войдите!

– Дамир Ростиславович… – начинает с порога Светлана, но сразу же запинается, глядя на нас с Лерой.

Да-а, картина впечатляет. Я бы и сам офигел, если бы увидел на месте администратора своего ненаглядного шефа со строптивой блондинкой. Мы так и стоим рядом, соприкасаясь телами. Мои пальцы на подбородке девушки, а сама девушка, пользуясь моментом, тихо извиняется и смывается.

Сбегает, мать ее! Как ураган! Раз – и нет ее. Зато шлейф духов остается витать в воздухе, а я, все так же скрипя зубами, разворачиваюсь, демонстрируя Светлане спину, и направляюсь к своему креслу, бросая на ходу:

– Что у тебя?

Хоть и злюсь, все равно понимаю – нужна передышка. И Лере, чтобы собраться с мыслями, и мне, чтобы остудить свой пыл, иначе точно дров наломаю. Света трещит без умолку, но я слушаю вполуха. Да похрен мне на этот клуб, куда важнее симпатичный менеджер по рекламе.

Может, еще на недельку перенести этот дурацкий прием с не менее дурацким открытием? Потом не будет времени, нужно действовать сейчас.

– Дамир Ростиславович… – пищит нервно администратор, когда я встаю, игнорируя ее, и направляюсь к двери.

Лерочка, так дело не пойдет. Или ты мне сейчас расскажешь обо всех своих планах на вечер, или я закроюсь с тобой в кабинете. И тогда точно планов никаких не будет. Кроме меня.

Однако картина, представшая перед глазами, заставляет меня замереть на месте. Что-то случилось, причем серьезное, раз Лера нервно теребит свою прядь волос в руке, а голос испуган до неузнаваемости.

– Захар где? – слышу и кривлюсь, так как мужское имя из уст моей же строптивой красотки вызывает жгучую ревность. Это точно полный трындец, я готов рвать и метать от бессильной злобы. И кто такой Захар, скажите на милость? Какого хрена Лера о нем говорит? – Ты, главное, успокойся, – шаг в сторону, поворот, два в другую. – Лежишь и ждешь меня, поняла? – вижу, что хочет сорваться на крик, злится, но при этом старается говорить спокойно. – Я скоро буду, – нажимает сброс, крепко сжимает смартфон в пальцах и наконец-то поднимает глаза.

Наши взгляды встречаются…

POV Лера

Боже, когда же он угомонится? Ну никак не хочет успокоиться, неужели настолько сильно его задел мой отказ в ресторане? Факт остается фактом – Дамир после этого как с цепи сорвался. Другой причины его внезапно вспыхнувшего интереса я просто не вижу. Чего, спрашивается, он ко мне привязался? Столько девок вокруг, а он давит на меня и прет как танк, который не сдвинешь с места. Неужели прошлого мало?

Игнорирую, как могу, но, чувствую, долго не продержусь. Меня тянет к Дамиру как магнитом. Вот просто ломка какая-то наступает, когда он в очередной раз пытается меня соблазнить, а я все так же продолжаю строить из себя неприступную крепость.

Додавит, этот точно сможет. Еще немного его напора, и я сдамся на милость победителю. Но только прекрасно понимаю, что голый секс не избавит меня от тяги к нему. Не поможет одна ночь. Станет только хуже. А на большее Дамир просто не способен. Да и не в этом дело, если честно.

Я не хочу снова пережить всю ту боль, что меня мучила несколько месяцев! А его комплименты, ухаживания и напор – это всего лишь средство достижения цели. Но самое главное – я ему не доверяю, причём совсем! И ничего не могу с этим поделать. К тому же он женат, а это для меня табу. Я никогда не встречаюсь с женатыми мужчинами, как бы они мне не нравились. Как бы меня к ним не тянуло, переступить через себя не получится. Да и одного секса мне недостаточно – сейчас я хочу большего. Я только научилась себя уважать и не стану размениваться по пустякам.

Только сможет ли Дамир дать мне это большее? Стать именно тем мужчиной, который нужен мне рядом? Я смогу простить – сможет ли он это понять и сам измениться? Пока я для него цель, не более того.

Боже, о чём я думаю! Он женат, и этим всё сказано. Но как сложно бороться со своими чувствами…

Позавчера поздно вечером курьер принес мне цветы. Огромный букет алых роз. Как ненормальная лыбилась, вдыхая аромат и обнимая эти красивенные розы, исколов себе все пальцы. Только один человек мог такое сделать, а утром он получил от меня лишь безразличное:

– Спасибо.

Видела, что сжимал челюсти до скрипа зубов, желваки ходили ходуном, но я все равно собой осталась довольна. Смогла устоять и не выдать себя с головой. Однако сегодня, кажется, спалилась, когда Дамир прижал меня к себе, проводил языком по виску, а потом прикусил ушко.

Дрожала от резко нахлынувшего возбуждения, а мозг настойчиво твердил:

«Лера, не сдавайся. Он обманет снова».

Окончательно добила красная лампочка в голове – «Женат». И стук в дверь пришелся как нельзя кстати. Воспользовалась временным ослаблением хватки Дамира и сбежала, как трусливая мышь. Копаться в себе…

В руке вибрирует телефон, а на экране светится симпатичная мордашка нашей любимой и ненаглядной птички. Давненько не созванивались, я со своей работой совсем забыла о брате и его жене.

– Настена, приветик, – расплываюсь в улыбке, хоть на время забывая о своих мытарствах.

– Лерочка, куда ты пропала? – в голосе девушки слышу тревожные нотки, хоть и старается скрыть. Но меня же не обманешь – я вижу Настю насквозь.

Она не умеет врать, в ней нет фальши, поэтому моя улыбка резко спадает с лица, а в голове лишь одна мысль.

– Что случилось? – даже замираю на месте, боясь услышать самое плохое. – С тобой все в порядке?

– Живот сильно тянет, и я не знаю, что делать, – произносит она взволнованным голосом, а у меня чувство тревоги набирает обороты.

– Матери звонила? – единственный человек, кто хоть что-то в этом понимает, наша мамуля. – Она подскажет, что делать.

– Вне зоны доступа, – произносит девушка дрогнувшем голосом, а я даже отсюда чувствую, насколько ей страшно. – Ой! – как-то слишком резко вырывается у Насти, а у меня еще сильнее нарастает паника.

– Захар где? – уже кричу в трубку, не сдерживая эмоций.

– В командировке, – стонет птичка, больше не скрываясь.

А у меня такое чувство, что ее боль передается мне через трубку телефона. И братец мой, зараза, свалил, когда в его помощи так нуждается близкий человек. Приедет, я ему голову откручу. Тоже мне, директор недоделанный. Беременная жена, а он шляется где попало.

– Ты, главное, успокойся, – говорю спокойно, а сама пытаюсь не нервничать, двигаясь из стороны в сторону. – Я скоро буду, – быстро принимаю решение, слыша очередной стон.

Нажимаю сброс.

Твою ж…

Как назло, вчера отдала свою машину в ремонт, а забирать мою старушку из сервиса только завтра. Надо срочно вызывать такси и лететь к Насте. Там уже будем решать, как поступить. Пока с трудом понимаю, чем могу ей помочь, но я ни за что не брошу ее одну.

Скорая! Точно. Как же я сразу-то не догадалась. Но сначала такси.

Поднимаю глаза, натыкаясь на пристальный взгляд Дамира. Интересно, как долго он здесь стоит?

– Лера, что случилось? – делает шаг в мою сторону, но я его игнорирую, дрожащими пальцами ища в телефоне номер какого-нибудь такси.

– Тебя это не касается, – бухчу себе под нос, судорожно листая телефону книгу.

И снова цепкие пальцы на моем подбородке, заставляющие повторно посмотреть в эти черные глаза. Только сейчас не время играть. Сейчас главное – птичка.

– Лера! – давит Дамир, и мои тормоза отказывают.

Пошлет так пошлет. По крайней мере, будет повод считать его ублюдком. По праву.

– Ты на машине? – резко выдаю, в глубине души ожидая отказа. Кивок, пристальный взгляд, который сканирует насквозь. – Мне, – делаю паузу, тяжело вздыхая, – нужна твоя помощь. Взамен я с тобой поужинаю, пересплю, прощу все твои грехи или сделаю все, что хочешь, – слова льются потоком, так как паника усиливается с каждой минутой все сильнее. – Только помоги, пожалуйста.

И я жду. Другого мне в данный момент ничего не остается.

Мы смотрим пристально друг другу в глаза, казалось, время остановилось на миг. Замерло, а затем резко сорвалось в бег, отчитывая секунды одну за другой. Они словно эхом отдаются в висках – раз, два, три, четыре…

Мои нервы, как натянутая тетива лука. Мне страшно получить отказ, сейчас время работает против меня. А вот Дамир, кажется, зол – сжимает челюсти сильнее, желваки играют ходуном, а мужчина прожигает меня взглядом, словно пытаясь превратить в горстку пепла. Такое чувство, что сейчас готов прибить меня за мои же слова, что сорвались на эмоциях. Но мне пофиг, что он там чувствует или думает.

Лишь бы помог сейчас. С остальным разберемся после.

– Я, конечно, понимаю, что виноват, – цедит сквозь зубы, не прерывая зрительного контакта. – И у тебя есть повод на меня злиться, – пауза, – даже ненавидеть, но…

– Дамир, – перебиваю его, однако мужчина одним только взглядом останавливает мой порыв, приближая лицо к моему максимально близко.

– Я не такой ублюдок, как ты обо мне думаешь, Лера, – он цедит сквозь зубы прямо мне в губы, касаясь их своим дыханием. Так нежно и в то же время слишком эмоционально, чтобы оставаться равнодушной.

– Прости, – чуть слышно произношу и понимаю, что переборщила с обещаниями за помощь. Мне сейчас стыдно за свои слова.

Возможно, у него есть повод злиться на меня и даже презирать. Как вспомню себя прежнюю, так противно становится и за свое поведение. В прошлом. За все те слова, что тогда вылетали. Даже не задумывалась. Да и сказанное сейчас…

– Завязывай с самоедством, – такое чувство, что прочёл мои мысли, как открытую книгу. – Сейчас прекращаешь нервничать, берешь сумочку и выходишь на улицу, – произносит Дамир мягким тоном, словно пытаясь меня успокоить. – А я за ключами с телефоном и, – пауза, улыбка и легкий поцелуй, который бьёт по оголённым нервам, ускоряя биение моего сердца. – Я догоню.

Как-то слишком резко и быстро он отстраняется, поворачивается ко мне спиной и уверенным шагом направляется в кабинет, а я реально в ступоре. Думала, начнет снова воспитывать, торговаться и задавать кучу ненужных вопросов. И уж никак не рассчитывала на столь быструю капитуляцию со стороны Дамира. И если честно, я не ожидала помощи от него. Почему попросила – для самой загадка.

Надо же, а он оказывается рыцарь благородный, вот уж действительно не ожидала. А ведь я до сих пор злюсь на него за напор, нежелание считаться с моими принципами и постоянное давление «я так хочу». Но сейчас почему-то не чувствую к нему той жгучей ненависти, что разъедала меня изнутри. Словно и не было её вовсе.

Странно. Слишком резко он снова врывается в мою жизнь, путая все мои жизненные планы.

Ладно, пока не до копания в себе, всё потом. Сейчас главное – Настене помочь, а остальное мелочи жизни.

Я звоню ей с улицы, заверяя, что скоро буду, стараясь говорить спокойно, вселяя в птичку уверенность, что всё будет хорошо.

– Лежи и не шевелись, у меня есть ключи, – продолжаю ей давать указания, находясь возле внедорожника и наблюдая, как Дамир уверенной походкой двигается в мою сторону.

Сейчас не до любезностей – как только мужчина снимает автомобиль с сигнализации, я сразу же забираюсь на переднее пассажирское сиденье.

– Куда едем? – голос моего спутника тверд и уверен, чего лично мне сейчас так не хватает. Хоть я совсем недавно разговаривала с Настей, стараясь изобразить эту самую уверенность, но в душе меня трясло от страха за жену брата.

– Ко мне домой, – из-за переживаний я несу полную ахинею. Дамир поворачивает голову в мою сторону, приподнимая удивлённо одну бровь. – Ну-у, – тяну, так как ни одной умной мысли в голове, чтобы объяснить правильно. – Короче, к дому, где я живу.

– И что там? – отворачивается, снова глядя на дорогу.

– Там птичка, – и снова полная чушь, а так же смешок мужчины.

«Да соберись ты, в конце концов!» – даю себе мысленный подзатыльник из-за того, что безбожно туплю.

– Воробей? – снова смеется Дамир.

– Настя, жена моего брата, – я поясняю, до сих пор не понимая, что со мной происходит. – Она беременная, и что-то у нее случилось, в общем…

– Не нервничай, я всё понял, – мужчина берет меня за руку, нагло перебивая. Бросает на меня взгляд полный нежности и произносит голосом, от которого веет теплом: – Всё будет хорошо, поверь.

Его голос успокаивает, а временное прикосновение жжет кожу. И мне действительно становится спокойнее на душе, словно уверенность Дамира передается мне через его прикосновение. Кажется, что я за ним как за каменной стеной. И почему он раньше-то таким не был? Милым, отзывчивым, готовым все бросить и… помочь. Решить все проблемы, поддержать. Да просто взять за руку и сказать, что он рядом. И все будет хорошо.

– Спасибо, – смущённо опускаю взгляд, а в ответ слышу очередной смешок от Дамира. – Что-то не так? – тут же поднимаю взгляд на своего спутника, прекрасно зная, что мужчина наблюдает за мной боковым зрением. А мне действительно интересно, почему он так реагирует на меня. Почему ему смешно вдруг стало?

– Ты изменилась до неузнаваемости, – он продолжает улыбаться, а так же смотреть в лобовое стекло.

И никак не желает отпустить мою руку.

– Это плохо? – я замираю, не сводя с него взгляда, а он слегка наклоняется, не переставая смотреть на дорогу, и негромко шепчет:

– Наоборот, мне нравятся эти перемены.

Он что, решил меня окончательно лишить дара речи? Нагло забирает мое спокойствие, заставляя волноваться еще из-за этих непонятных слов?

Вот к чему сейчас это его «мне нравится»? Как реагировать? А главное, как взять себя в руки и не нервничать в его присутствии? Устоять перед его обаянием становится все сложнее. Его нежность окутывает меня как паутина. Каждая минута, проведенная рядом с ним, лишает дальнейшей возможности противостоять его чарам. Так не должно быть! Это неправильно.

«Доверься, он не предаст», – шепчет сердце, а мужская рука продолжает сжимать мои пальцы, крепче, увереннее, заставляя меня чувствовать поддержку. Именно то, чего мне так не хватало…

Мы заходим в лифт, и тут же воспоминания мощным потоком обрушиваются на мою многострадальную голову. Настороженно смотрю на мужчину, боясь повторения. Прошлых ошибок. Он же понимает, что сейчас не до этого.

Дамир лишь вопросительно приподнимает одну бровь, видимо, считывая все мои сомнения. Не делает попыток соблазнить меня как ранее, но мне все равно не по себе. События повторяются: мы опять вдвоем в замкнутом помещении, и вновь дышать нечем от близости мужчины. Благо, что двери лифта открываются, и я выбегаю, как птичка из клетки, которую выпустили на волю, направляясь к квартире Захара.

Хорошо, что брат так и не забрал ключи от своей квартиры, и сейчас они как нельзя кстати мне пригодились. Достаю из сумки, пытаюсь открыть дверь, но у меня ничего не получается. Чёрт!

Руки дрожат от волнения, когда я пытаюсь вставить ключ в замочную скважину. Нервозность мою усиливаете то, что сзади стоит Дамир. Настолько близко, что я чувствую его дыхание своей спиной.

– Надеюсь, нас не посадят за кражу со взломом? – смеется мой спутник, забирая у меня эти чертовы ключи, которые никак не хотят попадать в замочную скважину. Аккуратно отодвигает меня плечом в сторону. Чтобы не путалась под ногами. – Тут, как я понял, живёт загадочная птичка?

Как по мановению волшебной палочки дверь открывается, а мой спутник пропускает меня вперед, ожидая ответа.

– Вместе с братом, – резко выдыхаю и первой переступаю порог. – Настена, ты где? – кричу, слыша лишь эхо в огромном коридоре.

– Здесь, – раздается слабый женский голосок из спальни, и я несусь туда на всех парах. Только бы успеть вовремя. Не дай Бог что-то случится с птичкой или ребенком, я себе этого никогда не прощу.

– Напугала-то как! – я громко выдыхаю, усаживаюсь рядом с лежащей на кровати девушкой.

Только вот забываю о своем спутнике, который материализуется следом за мной. Замирает в дверном проеме, глядя на нас (затылком чувствую его прожигающий взгляд), а глаза птички округляются. Смотрит на мужчину и, кажется, дышать перестает.

– Здравствуйте, – даже кивнуть пытается, так на нее производит впечатление увиденная картина.

– Привет, – слышу веселый мужской голос, а после и шаги.

Дамир останавливается прямо у меня за спиной, а Настя все это время провожает моего спутника взглядом.

– Знакомьтесь, – понимаю, что пора вмешаться. Как бы эта наивная крошка не напридумывала себе небылиц, а в ее состоянии нервничать опасно. – Это Дамир, мой друг, – замолкаю, пока эти двое смотрят друг на друга. Правда, мужской взгляд тут же начинает прожигать меня насквозь, но это мелочи. На которые даже внимания обращать не стоит.

– Настя, – кивает птичка в ответ, слегка улыбаясь.

– Жена моего родного брата, – добавляю, так как эта красавица будет молчать долго.

Мне ли не знать, какая она впечатлительная, но сейчас важно лишь ее физическое состояние. Кстати, выглядит девушка не очень – бледная, растерянная, правда, при виде нас с Дамиром оживает на глазах.

– Я уже врачу позвонила, – произносит слабым голосом, который бьёт по моим нервам, и переводит на меня взгляд. – Сейчас, правда, отпустило, не тянет больше…

– Но все равно надо в больницу, – я заканчиваю вместо нее. – На всякий случай, – добавляю, глядя, как птичке хочется возразить.

Даже рот открывает, правда, под моим строгим взглядом и напором все-таки возразить не рискует. И слава Богу, а то они с моим ненаглядным братцем два барана упрямые, не переспоришь. Да и сейчас не тот случай, чтобы долго рассуждать.

– Хорошо, – наконец-то соглашается Настена и даже пытается встать, правда тут же падает на подушку назад. – Голова кружится.

– Мы отвезем, – я наконец-то поворачиваю голову в сторону Дамира, который на протяжении всего времени стоит на месте.

Просто наблюдает, не встревая в наш с птичкой диалог. Смотрю и жду его ответа – не откажет же, я очень на это надеюсь. И уж совсем не ожидаю его дальнейших действий. Надо же, как сильно я в нем ошибалась. А мое хоть и разбитое, но нежное и трепетное девичье сердце тает, когда мужчина подходит к кровати, поднимает птичку на руки и выносит из спальни, на ходу командуя:

– Дверь входную открой, – широкий, уверенный шаг, а Настя в его руках как пушинка. – И догоняй, – бросает мужчина на ходу, когда выходит из квартиры под моим изумленным взглядом, полным восхищения.

А дальше все как в калейдоскопе: машина, Настя у меня на руках, больница, суматоха и… крепкие мужские пальцы на моих плечах.

– Не переживай, – Дамир шепчет мне на ухо, пока мы ждем врача. – С ней все будет в порядке.

Звонит телефон, и я роюсь в сумке, чтобы быстрее его найти. Надо же, братишка любимый по вайберу желает со мной пообщаться. Сейчас ты у меня получишь по полной программе.

– Где тебя черти носят? – шиплю как змея и хочу наорать. Хоть на кого-то. Захар прямо идеально попал под мою горячую руку.

– Что с Настей? – без приветствия произносит братишка голосом полным тревоги.

Надо обороты сбавить, а то сейчас точно вспылю. Захара напугаю, будет рвать и метать, в этом мы с ним схожи. И кто-то точно попадет ему под горячую руку – ох, не завидую я этому кому-то.

– Не знаю еще, в больницу привезли, – тяжело вздыхаю, отходя в сторону. – Ты долго в своей командировке будешь?

– Завтра прилечу, – бросает Захар взволнованным голосом. – Она мне звонила, сказала, что ты едешь к ней. Лера, если что-нибудь…

– Не нервируй меня! – я снова вспыхиваю как спичка. – Иначе по шее получишь, когда прилетишь. И не только по ней.

Такую чушь несет, обалдел совсем? Мог бы и не говорить, прекрасно ведь знает, как я люблю и своего брата, и его ненаглядную птичку. Обиды и недопонимания в прошлом – я учла все свои ошибки, извинилась и больше так поступать не собираюсь. А его слова реально задевают за живое, неужели не верит? Неужели думает, что я способно нанести вред ей? От его недоверия чувствую горечь во рту, отчего становится еще хуже.

– Извини, весь на нервах, – вздыхает Захар, громко сопя мне в ухо. – Как что-то узнаешь, набери меня, – пауза. – В любое время.

Его слова успокаивают, мне действительно становится легче дышать. Опять я себя накручиваю на ровном месте. Надо завязывать с самобичеванием, а также не стоит все принимать слишком близко к сердцу.

– Кстати, а где наша маман ненаглядная шляется? – я решаюсь поинтересоваться, так как сама еще из машины звонила своей любимой родительнице и слушала в трубке приятный женский голос, который сообщил мне то же, что и Насте. Моя мамуля вне зоны действия сети.

– С отцом в Амстердам позавчера улетели, она же говорила, – отвечает Захар, а я мысленно бью себя по голове.

Вот я растяпа, напрочь все выветрилось. Столько проблем навалилось, поэтому и забыла, что родители полетели в Европу проведать друзей. Заодно и развеяться, а также набраться сил и эмоций перед рождением внучки.

– Ладно, ты там не нервничай и не разноси отель на кирпичики, – я усмехаюсь, чтобы поддержать брата. – Я с Настей буду столько, сколько понадобится.

– Отдельную палату ей оплати, если надо лекарства…

– Сказала же, не нервируй! – вот умеет вывести из себя. – Позже наберу, – и первой нажимаю сброс, иначе точно завтра братишка получит по шее за свои глупости.

Пока ждем врача, Дамир от меня не отходит ни на шаг. Поддерживает, пытается отвлечь, переводя разговоры на нейтральные темы, и заставляет улыбнуться. Даже два раза. Правда улыбка быстро сходит с лица, а в голове все так же крутится, как там моя милая и добрая птичка вместе с племянницей, которая у нее в животе, отчего снова бьет нервная дрожь.

И одинокая слезинка катится по щеке…

– Не плачь, милая, – Дамир нежно вытирает подушечками пальцев слезу, а я уже не сдерживаю эмоций. Утыкаюсь носом ему в грудь и начинаю, не стесняясь, плакать.

– Скажи еще раз, что все будет хорошо, – мне так тепло в его объятиях, а мужские руки, которые гладят меня по спине, действительно успокаивают.

– Я тебя когда-то обманывал? – он отстраняется и заглядывает в мои зареванные глаза, а я лишь усмехаюсь в ответ, вспоминая прошлое. – Ладно, неудачный пример. Давай сначала, – пауза, на протяжении которой мы смотрим друг другу в глаза. – Я больше никогда тебя не обману.

– Почему? – задаю робко глупый вопрос, но единственный, который меня сейчас интересует. Может, и звучит странно, но Дамир понимает. Смотрит, не отводя взгляда, все так же удерживая за плечи.

– Ты нужна мне.

Так просто. Всего три слова, которые заставляют моё сердце замереть, а после пуститься вскачь вновь. Так неожиданно звучат эти три невинных слова с очень глубоким смыслом, что я не нахожусь с быстрым ответом. В голове полная неразбериха, точно пора записываться на прием к психологу. Запуталась я в своих чувствах окончательно и бесповоротно. А главное…

– Вы с Анастасией Гончаровой? – голос врача вырывает меня из мира грез, окуная назад в реальность. Резко отстраняюсь и несусь навстречу мужчине в белом халате.

– Доктор, что с ней? – еще немного, и разорву его на части, чтобы не тормозил. И не тянул время.

– Ничего страшного, но мы недельку подержим ее у нас, – пауза, которая заставляет замереть сердце в ожидании страшных новостей. – Понаблюдаем, витаминчики покапаем.

Вздох облегчения вырывается слишком резко. Видимо, эмоции уже на грани.

– С ребенком порядок? – не унимаюсь, хоть нет причин не доверять словам доктора. Это, наверное, из-за нервного перенапряжения, как бы в халат его не вцепиться.

– Ни ей, ни малышке ничего не угрожает, – мужчина улыбается, дотрагиваясь до моего плеча. – Вещи ее привезите и не переживайте.

Опять вздох облегчения вырывается из груди, а ноги начинают подкашиваться. Нервное напряжение медленно, но уверено спадает, благо, Дамир успевает меня подхватить и не дать упасть. Каменная стена, не иначе. Причем в прямом и переносном смысле.

– Две минуты посиди, – кивает на кресла вдоль стены. – Я сейчас, – отпускает и делает шаг вперед. – Доктор, на минуточку можно?

И пока я привожу свои нервы в порядок, Дамир договаривается об отдельной палате для Настены. Опять я растяпа, все выветрилось из головы из-за этих переживаний, будь они не ладны. Слава Богу, хоть у одного из нас со спокойствием полный порядок, за что я благодарна Дамиру. Не помню, как мы покидаем больницу. Все лица и здания словно в тумане. Я двигаюсь на автомате, поддерживаемая Дамиром, а прихожу в себя окончательно, когда автомобиль трогается с места.

– Спасибо за помощь, – произношу, когда мы едем по проспекту в направлении моего дома за вещами птички. – Без тебя бы я не справилась.

Кривая улыбка, как я понимаю, довольная, но в ответ тишина. Молчит как партизан на допросе, уверено ведя автомобиль вперед. Ладно, пусть лучше молчит, мне и самой надо немного в себя прийти. От нахлынувших резко чувств, эмоций, а также того сумбура, который сейчас творится в моей голове.

«Красавец!» – внутренний голос, как обычно, так не вовремя появляется.

«Согласна», – впервые за несколько месяцев я не спорю с ним, признавая его правоту.

«Ты бы присмотрелась, может, он…»

«Помолчи, ради Бога!» – перебиваю, прогоняя непрошеные мысли и голоса прочь.

Сейчас не время и не место об этом думать. Позже. Мы поговорим и выясним наши отношения раз и навсегда.

Но не сегодня. Еще будет время. Мне нужно сначала самой понять, что я чувствую к Дамиру.

«Он тебе нравится», – снова резко и как-то внезапно звучит у меня в голове. Вот же неугомонный, и что ему ответить?

Нравится, даже очень. И раньше он мне тоже нравился. Только куда деть недоверие? А вдруг он снова использует меня и бросит, посчитав недостойной его? И так еле собрала себя по кусочкам, сейчас прийти в себя будет намного сложнее…

*******

– Не возражаешь, если на кофе напрошусь? – мы сидим в машине аккурат напротив моего подъезда после столь суматошного дня.

На улице темно, все это время мы провели в больнице рядом с Настей. Видела, что она боится, поэтому я как можно дольше развлекала свою любимую птичку. Мой спутник, кстати, тоже принимал участие, отвечая на все каверзные вопросы слишком умной и проницательной блондиночки. Местами, конечно же, уходил от прямых ответов, ограничиваясь лишь полунамеками, но все равно девушка расслабилась, оживилась и, скорее всего, уже записала Дамира в мои кавалеры. А может, и в потенциальные женихи – одному Богу известно, что творится в ее очаровательной головке. Хотя пусть лучше так, лишь бы не переживала. Хочется ей пофантазировать – я возражать точно не стану, чтобы она снова не нервничала.

– Да, конечно, – я вовремя спохватываюсь, потому что сама должна была предложить мужчине кофе. Он столько сегодня сделал: помог, не бросил в трудную минуту, поддерживал, забив на все свои дела, а я неблагодарная.

Видела его уставший взгляд, а ему ведь еще тащиться на другой конец города. Заснет за рулем, а мне потом отвечай.

– Иначе не доеду, – зевает, озвучивая мои недавние мысли.

Я первой выхожу из машины, жду, пока Дамир поставит ее на сигнализацию, а после вдвоем заходим в подъезд. Лифт, входная дверь, свет в коридоре и ключи с сумкой на тумбочке.

Опять какое-то дежавю, но я не обращаю на это внимания. Предрассудки. Или переизбыток эмоций после суматошного дня. В любом случае повторения точно не будет.

– Располагайся, – бросаю на ходу, направляясь на кухню, но вовремя спохватываюсь. – Ты, кстати, голоден?

– Безумно, – расплывается в ехидной улыбке, медленно разуваясь. – Если еще и ужином накормишь…

– Не вопрос, – сейчас у меня настроение хорошее зашкаливает, и хочется показать себя во всей красе. – Полчасика, и ужин будет готов.

– Тогда я еще разочек понаглею, если ты не возражаешь, – его слова звучат как-то загадочно, а мне дико интересно, о чем речь. Приподнимаю одну бровь, задавая немой вопрос, а Дамир смеется в ответ: – Душ приму, иначе точно засну, – делает паузу, глядя мне в глаза. – Прямо за столом.

– Ванная там, – показываю пальцем на одну из закрытых дверей, и только сейчас понимаю, что, пока ждала ответа, не дышала. Сама не понимала, чего ждала, но реально вздох облегчения вырывается из груди.

И пока я готовлю ужин, слышу за стенкой шум воды. Что-то долго Дамир в ванной, как бы и вправду не заснул. Еще немного, и придется идти с проверкой.

Раскладываю еду по тарелкам, мою остатки посуды после готовки и даже не слышу, как мужчина тихо заходит на кухню. Слегка подпрыгиваю на месте, когда поворачиваюсь к нему лицом. Сердце вновь начинает биться как ненормальное, еще дыхание перехватывает.

Не могу отвести взгляда. Стою и, как дура, глазею на полуголого Дамира. Взглядом пожираю, как будто никогда торсов мужских не видела. Он, конечно, все всякого сомнения хорош, слюни текут, но все равно глаз отвести не могу. Дамир лишь в одном коротком полотенце, повязанном вокруг бедер – подобная картина, еще и на ночь глядя, кого хочешь дара речи лишит. Это слишком суровое испытание для моих разбушевавшихся гормонов.

И как тут выдержать моему бедному сердцу?

Мужчина усмехается, с иронией наблюдая за моей реакцией на его обнажённый торс, а так же за моим, надеюсь, временным ступором, который я не могу скрыть. Видно, что вся эта нелепая ситуация его забавляет. Обворожительная улыбка не сходит с лица, пока я пытаюсь совладать с эмоциями и хоть как-то взять себя в руки. Черт, да что происходит? Веду себя, как малолетка на первом свидании. Еще и гормоны никак не хотят успокоиться, требуя свою дозу оргазма.

Давно такого не было. И, возможно, не скоро бы случилось. В последнее время к сексу я стала относиться равнодушно. Не то чтобы совсем он меня перестал интересовать, но к выбору партнеров подхожу с опаской.

И так получилось, что после Дамира еще никто не смог даже вызвать симпатию, чтобы я готова была с ним провести хотя бы ночь. Главное, чтобы мой спутник об этом не узнал. А то, чувствую, грядет полный обвал моей ледяной стены, которую я с огромный трудом воздвигла и удерживала, приложив все свои последние сил. Она, конечно же, уже дала трещину, но еще пока держится.

– Кормить будешь? – этот голос, хриплый и слишком интимный, словно завлекающий в свои сети, выводит меня из какого-то транса. Мужчина медленно направляется в мою сторону, а я, чтобы больше не поддаваться соблазну, быстренько поворачиваюсь к нему спиной. Не могу смотреть на него, теряю контроль, мне кажется, ещё немного – и я сама брошусь на него. Чёртовы гормоны! Чёртово влечение! Ну ни как не могу избавиться от тяги к нему, хоть ты тресни.

– Да, конечно, – беру тарелки в руки, чувствуя, как пальцы пробивает мелкая дрожь.

А когда горячее дыхание касается шеи, я на автомате дергаюсь назад. И упираюсь спиной в голый торс, который рассматривала еще какую-то минуту назад. Не могла отвести взгляда, так меня притягивал этот опасный мужчина к себе.

Мужские губы касаются шеи, пальцы отодвигают волосы в сторону, а я, как завороженная, закрываю глаза. Пошевелиться не могу. Сопротивляться тоже не получается, моя выдержка трещит по швам, я буквально слышу этот звук, эхом отдающийся в голове. Тарелки с грохотом падают на стол – пальцы просто занемели. Слушаться не хотят, еще и голос подводит в самый неподходящий момент, как и разум тоже, оставляя меня наедине со своими желаниями. Чёрт, как мне теперь устоять?

Я хочу этого мужчину! Каждой клеточкой своего тела! Каждой частичкой своей души!

Крик рвется из груди, чтобы Дамир остановился. И перестал соблазнять, ведь я все равно до конца не верю, однако невидимый комок в горле перекрывает кислород. Слова так и застревают внутри. Никак не получается устоять перед чарами Дамира. Меня, словно наркоманку, ломает при виде дозы, и нет возможности справится со своя тягой к нему.

А самое обидное, несмотря ни на что: на его прежние грехи, мое недоверие и слишком уж непонятный напор мужчины – он мне по-прежнему нравится. Вот прямо сейчас готова отдаться, не думая о последствиях.

– Лера, – шепчет на ухо, как будто проверяет мое имя на вкус. Так завораживающе оно звучит из его уст, что остатки сил падают смертью храбрых.

Сопротивляться не получится. Но я все еще делаю жалкую попытку, балансируя на грани, пытаясь противостоять.

– Я… – поворачиваюсь лицом к Дамиру, по-прежнему находясь в кольце его рук, и тут же очередная волна возбуждения накрывает с головой, когда мужские губы захватывают мои в свой плен.

О, боже! Как взрыв вулкана!

Впервые. Со дня нашего знакомства. Я ни разу не чувствовала вкус поцелуя с этим загадочным мужчиной. Раньше не придавала этому значения, а вот сейчас…

Его язык становится настойчивым, подчиняя меня целиком и полностью. Руки обвиваются вокруг моей талии, а мои цепляются за короткие волосы, как за спасательный круг. Пальцы запутываются, и это так приятно.

Я не хочу, чтобы эта сладкая мука заканчивалась. Вот не хочу, и всё тут, поэтому прижимаю Дамира сильнее к себе, уже наглядно чувствуя возбужденный член своим животом.

– М-м-м, – мой спутник стонет и тут же, словно ураган, сминает все на своем пути, как недавно разбил вдребезги моё жалкое сопротивление. Давит на меня, заставляя усесться на обеденный стол, а я и не сопротивляюсь. Нет сил противостоять его напору. И нет желания снова его отвергать.

Как мы оказались рядом со столом – даже не поняла, всё словно в тумане. Мой разум находится в пелене страсти, которая похуже паутины укутывает мое тело. А этот виртуоз мной командует, хотя и раньше он все делал с размахом. Как и я, в принципе, тоже.

– Дамир, я… – разум все равно балансирует на грани. Не дает поддаться эмоциям окончательно. Однако тихий хрип добивает меня:

– Хочу тебя, милая!

Вроде и настойчиво, слишком уж эмоционально, но глаза не отпускают, заставляя капитулировать. Черные зрачки сужаются, а я в ответ лишь судорожно, рвано дышу. Так сладко в его объятиях, но в то же время так опасно.

– Я тоже, – произношу на выдохе, полностью лишенная сил. Для дальнейшего сопротивления.

Он победил.

Дамир криво улыбается, берет меня за руку, заставляя слезть со стола, и ведет в спальню. Надо же, четко определяет, где она. Хотя ни разу там не был до сегодняшнего момента. А я передвигаю заплетающиеся ноги, больше не копаясь ни в себе, ни в прошлом.

Да к черту его, мне так… хочется ощутить Дамира внутри, что больше ничего не имеет значение. А в него словно вселяется бес, потому что от ласкового и нежного любовника не остается и следа. Моя одежда разлетается в разные стороны вместе с полотенцем. Чего душой кривить – нравятся эти перемены, причём очень. Я и сама горю, как на пожаре, желая поскорее получить разрядку. Низ живота тянет, а возбуждение нарастает с каждой секундой все сильнее.

И снова жаркие губы на моих, когда Дамир укладывает меня спиной на кровать. Настойчиво, требовательно, страстно терроризируют мой рот, не давая ни единой возможности спастись бегством. Хотя я уже и не хочу этого спасения. Его жаркий язык чуть позже обжигает прикосновением кожу, заставляя прогнуться в спине. Шея, ключица, живот – всё вызывает дрожь и жгучее возбуждения во всем теле. Огонь страсти медленно, но уже практически полностью поглощает мое тело в свой плен.

– Ножки раздвинь, – шепчет Дамир мне на ушко, пытаясь вклиниться. Я и не заметила, как зажалась, наверное, все еще боясь его напора.

Парадокс какой-то, честное слово. Я хочу мужчину, до дрожи в коленях, до сладкого и мучительного головокружения, но что-то останавливает, раз до сих пор напряжена. Пальцы нежно проходят по внутренней стороне бедра, оставляя жаркий след. Кожа горит, черт бы ее побрал, после каждого прикосновения. Сладостно, мучительно, лишая остатков сил.

И разума.

Закрываю глаза и не могу сдержать стон, который вырывается из груди, когда член входит в меня мучительно медленно. Мышцы растягиваются, потому что я уже и забыла, какой у него большой размер. Хотя знаю – он не сделает мне больно.

Входит до упора медленно, а потом так же, не торопясь, выходит. Это сродни пытки для меня, мучительной, сладкой, которая заставляет впиваться ногтями в его кожу, крепко держа мужчину за спину. Прижимать ближе, а самой в очередной раз прогибаться в спине с громким стоном.

– Засранец, – хнычу, слыша негромкий смешок над ухом. – Я тебя убью, если сейчас…

Закончить не успеваю, так как мой рот снова в плену мужских губ. Жадно и слишком уж собственнически, а их обладатель начинает двигаться быстрее. И я подстраиваюсь под темп, желая наконец-то получить поскорее эту чертову разрядку.

Ну же, милый, не томи. Я сгораю в огне страсти, и только ты можешь потушить этот пожар. Не сдерживаю ни стонов, ни криков, когда темп ускоряется, а внизу живота растет огненный шар. Еще немного, пара секунд – и он взрывается, накрывая меня мощной волной оргазма. Трясет, как в лихорадке, а пальцы сильнее впиваются в мужские плечи. Иначе упаду в пропасть. Голова кружится от переизбытка эндорфинов, словно парю в невесомости. Сладкая нега, желанный мужчина рядом, который все это время ждет, не двигаясь – я и не подозревала, что секс может быть таким волнительным.

А когда я окончательно прихожу в себя и открываю глаза, Дамир улыбается.

– Теперь моя очередь, – наклоняется и кусает за мочку ушка.

– И как ты хочешь? – теперь уже и мой голос хрипит, не желая подчиняться. Надо же, и смелость появилась. А также желание доставить ему удовольствие.

Чтобы не сбежал, как в прошлый раз. Хоть наручниками приковывай к кровати, так сейчас во мне просыпается жажда обладать им.

А завтра проснуться в одной кровати.

– Переворачивайся, – Дамир выходит из меня, усаживается на колени и берет за талию.

Но я не собираюсь сопротивляться. Наоборот, хочу еще один оргазм. Или два. А что, имею право с таким красавцем. Надо моментом пользоваться, раз уж моя ледяная броня растаяла.

Но главное, когда его член снова проникает в меня, а мужские бедра начинают двигаться, постепенно наращивая темп, мы забываем обо всем: об ужине, о совместных делах и никому не нужном приеме.

О его жене и о моем…

Завтра подумаю обо всём, а сейчас хочу его целиком и полностью. Пофиг, что на одну ночь и утром будет стыдно. Перед близкими, потому что дальше скрывать свои эмоции не получится.

Но я постараюсь… За свои ошибки, Лера, даже такие заманчивые и желанные, надо платить. И цена иногда может быть слишком высока, как бы ни старалась избежать.

Но магнетизм Дамира манит меня все сильнее, и я наслаждаюсь моментом. Здесь и сейчас – пофиг на завтра.

Не открывая глаз, я трогаю рукой пространство на кровати рядом собой. Пусто. И слава Богу. Дамир уже встал, возможно, даже уехал, и мне не придется проснуться с ним рядом. В одной постели. Я очень рада, что удалось избежать пристального взгляда глаза в глаза. А также той неловкости, которая за этим обязательно последует.

Это вчера было пофиг – страсть парализовала мой разум, лишила сил и мыслей о будущем. Вот и отдалась на волю чувств, разочек же можно. А вот сегодня становится стыдно. За вчерашние эмоции. За то, что поддалась соблазну. За то, что забылась и мы с Дамиром сделали больно близким людям…

Просыпаться почему-то не хочется, но я все равно с неохотой открываю глаза. Хватит отлынивать, пора вставать и разруливать ситуацию, которую по слабости или по глупости вчера допустила. Может, все-таки сбежал? И ему тоже стыдно, как и мне сейчас. Мысли мелькают в голове одна за другой, еще и призрачная надежда теплится. Можно же хотя бы помечтать и на время оттянуть неловкую ситуацию.

Однако чуда не происходит. Черт, а я так наделась.

– Привет, – слышу голос Дамира, и у меня всё сжимается внутри.

Не ушёл, а лишь, скорее всего, пристально наблюдает за мной. Открываю глаза, глядя на сосредоточенного мужчину, при этом стараясь сделать лицо невозмутимым. Это сложно, и вряд ли получится до конца провести столь опытного соблазнителя, как Дамир, но я попробую.

– Привет, – тяжело вздыхаю, мысленно проклиная вчерашнюю слабость.

Так тошно, хоть волком вой. Неловко и стыдно. А вот Дамир, по ходу, забавляется сложившейся ситуацией – улыбается одними уголками губ, застегивая пуговицы на рукавах рубашки, словно ничего страшного не произошло.

– Как спалось? – пристально смотрит на меня, заставляя краснеть.

Лучше бы и вправду свалил с утра пораньше, а не маячил перед глазами. Свеж, бодр, еще и улыбается, гад такой. А я лишь кривлюсь в ответ, не желая его сейчас видеть. Мне нужно время, чтобы прийти в себя после произошедшего.

– Отлично, – ворчу, так как по утрам разговаривать в принципе не хочется. А быть любезной и подавно, особенно при сложившихся обстоятельствах. – Сколько времени?

– Почти восемь, – бодро рапортует мужчина, надевая пиджак, при этом продолжая поедать меня взглядом. – Не хотел тебя будить, – поправляет воротник, застегивает пуговицу и… усаживается на кровать. Тянется ко мне рукой, а я в ответ лишь прячу лицо в подушку. – Сегодня в обед увидимся, – смешок, а после прикосновение пальцев к моей голове.

Гладит, запутывается в моих волосах, а мне все сильнее хочется выть. От бессилия. И от своей вчерашней глупости.

– Не получится, – бухчу, продолжая лежать в одной позе. Не могу на него смотреть, хоть ты тресни. – Два дня Света будет контролировать аниматоров и установщиков оборудования, мне там делать нечего, – тараторю на одном дыхании, лишь бы поскорее избавиться от Дамира. – Тем более своей работы навалилось выше крыши.

– Сегодня вечером я буду занят, – сначала чувствую горячее дыхание, а после и мужские губы на своей макушке. – Встретиться не получится.

«Какая досада!» – проносится в голове, но я мысленно прикусываю язык, лишь бы не сболтнуть лишнего. А то мы так еще долго будем торговаться, и я до обеда точно не избавлюсь от Дамира.

Кстати, очень любопытно, а его жена знает о похождениях своего ненаглядного муженька? Какие-то странные у них отношения, но я не собираюсь становиться разменной монетой. И игрушкой тоже. Хватит, уже проходили. А сегодняшнюю ночь в объятиях Дамира хоть и сложно забыть, но я постараюсь не показывать вида, как меня тянет к нему. Черт бы его побрал тысячу раз!

И мои долбанные чувства в придачу!

– Не страшно, – я стараюсь говорить спокойно, так и не поднимая головы.

– Я позвоню, – еще один легкий поцелуй (далась ему моя макушка), а после скрип кровати, твердые шаги и звук закрываемой двери.

– Наконец-то, – выдыхаю я с облегчением и вылезаю из своего укрытия, переворачиваясь на спину. – Надо было номер мой удалить из его телефонной книги, пока он спал, – усмехаюсь, все так же пребывая в плохом настроении. – Придется шифроваться, если начнет доставать, – продолжаю разговаривать сама с собой, вставая с кровати и направляясь в ванную. – Может, в черный список его занести?

Пустые и глупые разговоры отвлекают от главной проблемы, которая красной лампочкой в голове напоминает о себе. И полдня я мечусь по кабинету взад-вперед, никак не решаясь позвонить по вайберу в Лондон, где сейчас находится Никита – вроде как мой жених. Ну, не совсем жених, скорее кавалер, но в перспективе может им стать. Женихом, я имею в виду. Черт, как все сложно. А главное, очень и очень стыдно.

Я то хватаю телефон, находя нужного абонента, но палец так и зависает в воздухе, не нажимая на кнопку вызова, то засовываю гаджет в сумку от греха подальше, чтобы не маячил перед глазами. Работа не клеится, мысли хаотично бегают в моей голове, а пальцы дрожат. Ну как же, Лера, ты могла так безрассудно поступить-то?

В самый разгар моих мытарств и беготни по кабинету гаджет оживает. Никита, черт бы его побрал, сам решил мне позвонить. Как чувствовал, что именно сейчас мне хреново. И не до разговоров с ним.

Отморозиться не получится, поэтому я делаю глубокий вдох, затем резкий выдох и принимаю вызов.

– Привет, – стараюсь придать своему голосу веселья, однако внутри все замирает. Более того, мне становится противно от своей вчерашней глупости, что я так подло поступила с ним.

– Здравствуй, Лерочка, – слышу, что устал, однако пытается придать голосу веселья. – Соскучился до жути, – смеется, а я все никак не могу справиться с разбушевавшимися эмоциями. Мне больно и горько из-за своей слабости, но отмотать время назад и исправить всё в любом случае не получится. Даже если сильно захотеть.

Кусаю нижнюю губу, пытаюсь привести в порядок дыхание, однако все равно не получается взять себя в руки.

– Я тоже, – кривлюсь от собственного вранья. – Ты когда возвращаешься?

– Послезавтра, ты что, забыла? – выдает Никита на одном дыхании, а я в очередной раз поражаюсь его спокойствию и ответственности.

Он всегда такой – никогда не забывает о своих обещаниях, а также требует подобного от остальных. Раз сказал – будь добр, выполни и не забудь. Мне изначально это качество в нем очень даже нравилось, однако в последнее время стало жутко раздражать. Сама сказала, что в семь освобождаюсь, поэтому должна закончить именно в девятнадцать ноль-ноль. И ни минутой позже.

А также опаздывать не хорошо и забывать о том, что Никита возвращается послезавтра тоже нельзя.

– Работы много навалилось, запуталась в днях недели, – усмехаюсь, пытаясь перевести разговор в шуточное русло. – Но я жду тебя с нетерпением, – пауза, на протяжении которой мы молчим. – И тоже соскучилась, – добавляю, чтобы не расстраивать Никиту.

– У меня для тебя сюрприз, – в голосе слышатся ехидные нотки, а я закрываю глаза и еле сдерживаю стон отчаянья, что рвётся из груди.

Больше всего на свете я не люблю сюрпризов. Вот ни в каком виде. Особенно сейчас. Еще и от Никиты. Я ведь прекрасно знаю, что он предложит, и никак не готова ответить ему взаимностью. Даже несмотря на то, что с Дамиром мы все равно не будем вместе.

У него жена, а у меня Никита. Хотя с последним еще как-то можно разрулить, но вот куда деть супругу? Да и не готова я разбивать семью. Развлеклись, да и ладно, пусть сам разбирается в своих семейных проблемах. А мне будет стыдно перед парнем, но дальше врать не получится.

Раньше я бы не придавала этому значения, а вот сейчас не могу. Раз виновата, придется нести ответственность. К тому же Дамир ни разу не дал мне понять, что относится ко мне серьезно, а не как к очередному развлечению.

А что, очень удобно – жена далеко, а я под боком.

– Отлично, – как-то не особо радостно получается, но к другому я сейчас в принципе не готова. – Кстати, ты приглашен на прием, который устраивает Дамир Каримов через четыре дня, – снова перевожу разговор на другую тему, лишь бы не обсуждать наши отношения с Никитой.

– Новый бизнесмен в вашем городе? – задает вопрос и тут же сам на него отвечает, не давая мне возможности вставить ни слова: – Я в курсе уже, секретарь сообщила. Надеюсь, ты будешь меня сопровождать?

Да уж, высокомерия ему не занимать. Возможно, раньше я этого не замечала за парнем, а сейчас это слишком резко бросается в глаза. Не он меня, а я его – в этом весь Никита.

Мы познакомились с ним больше двух месяцев назад. У папы Никиты один из крупнейших банков в стране, а сын пока занимается открытием новых филиалов. Вот и приехал в наш город, обратившись за помощью с рекламной кампанией к нам. И эта честь досталась мне, пришлось тащить еще один проект.

Больше месяца длились наши рабочие отношения, плавно перетекающие в личные. Я и не заметила, как мы с Никитой начали встречаться.

– Ты мне нравишься, Лера, – произнес он полушепотом в один из романтических ужинов, которые частенько устраивал. – Надеюсь, ты заметила?

– Конечно, – ответила с улыбкой на устах и с бокалом шампанского в руке.

– Я очень хочу, чтобы ты во мне видела не только клиента, – продолжал парень с серьезным выражением лица.

– Давай попробуем, – продолжала я в игривом тоне.

Никита мне нравился. Даже очень. Не скажу, что я в него влюбилась с первого взгляда, но именно таким, по моему мнению, должен быть настоящий мужчина – ответственным, серьезным, готовым нести эту самую ответственность, и за меня в том числе. Симпатичный, не женатый, к тому же милый, добрый, романтичный и… слишком уж какой-то пресный. Прямо идеальный, чтоб его черти слопали.

Периодами его сдержанность меня бесила – так бы и треснула его чем-нибудь тяжелым по голове, чтобы растормошить. Как будто он новый контракт собирается подписывать, а не жену себе выбирает, поэтому я отключила эмоции и решила не торопиться.

После каждого совместного ужина Никита подвозил меня домой, целовал в машине и ни разу не напросился в гости на кофе. А я не предлагала. Вот не знаю почему, но какой-то внутренний тормоз останавливал меня от поспешных решений. Мне чего-то не хватало, чтобы сделать шаг к нашему сближению…

– Конечно, буду, – тяжело вздохнула, не желая по телефону выяснять отношения. – Ладно, мне пора бежать, а то работы куча.

– Придется слегка твоей работе подвинуться, когда я приеду, – продолжал Никита как ни в чем не бывало. – До встречи, – и первым отключился.

Да уж, еще больше сумятицы внес этот разговор и тонкие намеки парня. Я даже знаю, что за сюрприз он приготовил, тем более перед отлетом на конференцию банкиров со всего мира он мне намекнул на совместную поездку. Куда, правда, так и не сказал, пока только прощупывая почву, как я к этому отнесусь, но, видимо, решил рискнуть.

Вот спрашивается, где раньше была его настойчивость? Ураган страстей, вулкан эмоций, секс-марафон до утра, черт бы его побрал? Или я слишком много хочу и всех мужиков теперь сравниваю с Дамиром?!

Опять он! Каждый раз его образ появляется в голове, словно назойливый призрак, и нет возможности избавиться от него, а ведь я так старалась. Пыталась забыть, вычеркнуть его из своей жизни, а вчера все равно не сдержалась.

Меня тянет к нему как магнитом. И нет спасения от моей зависимости.

Хотя дальше так продолжаться не может – пора расставить все точки над «i». Лучше уж сейчас порвать все отношения, которые не вышли на слишком личный уровень, и забыть. Проводим банкет – и мы прощаемся. Совместная ночь – это ошибка.

И Дамир должен это понять!

POV Дамир

Сижу в машине, как долбаный Ромео, почти два часа и пялюсь на темные окна. Лера, где можно шляться в полночь? Какого хрена ты затеяла игру в прятки? То сначала не берешь трубку, решив отмолчаться или закрыться в себе, хрен тебя поймешь, а сейчас еще и дома не появляешься? Что за детский сад, мать твою?!

Сегодня видел ее мельком – только освободился, зная, что Лера в клубе, направился в зал, собираясь поговорить о её партизанском поведении, как внезапно прилетело, откуда не ждали. Словно почувствовав, моя строптивица в мгновение ока испарилась, мигнув мне габаритными огнями на прощание. Еле обуздал порыв рвануть за ней, и слава богу. Иначе попади в тот момент она мне в руки, отшлёпал бы (и не только), чтобы впредь знала – меня нельзя не замечать!

Что за фигня – третий день подряд полный игнор с её стороны, и это бесит неимоверно. Так сильно, что хочется всё крушить вокруг. Не пойму, с чего я вдруг резко стал невидимкой? Или что еще успел натворить за эти злосчастные три, мать их, дня?

– Да нахрена оно мне нужно! – негодующе произношу в пустом салоне, а рука сама тянется к ключам, чтобы завести мотор. Но тут же резко опускается. – Даю еще пять минут.

Откидываюсь на спинку кресла и закрываю глаза. Хотя бы на время. Свет-то в любом случае зажжет моя строптивая красавица, когда наконец-то появится. Даже если я ее каким-то образом пропущу.

А вот когда я до неё доберусь, а это непременно произойдёт в ближайшее время, то ей несдобровать. Вот прямо напрашивается на скандал. Представил наше выяснение отношений и завелся с пол-оборота. В штанах сразу же становится тесно от обалденно притягательной картины: глаза Леры метают молнии, щеки пылают, грудь вздымается, еще и искры страсти разлетаются по квартире. А я с ленивой усмешкой, прислонившись к дверному косяку и сложив руки на груди, наблюдаю за подобной красотой. Несколько минут, не больше. Пока не выдохнется. А после беру блондиночку в охапку и тащу в спальню, чтобы наглядно продемонстрировала всю ту страсть, которая совсем недавно вылетала из нее, искря на всю комнату.

Открываю глаза как раз в тот момент, когда какая-то девушка заходит в подъезд. И даже открываю водительскую дверь, дергаясь в сторону. Свет падает на незнакомку, а у меня вырывается негромкий стон. Не моя. Вот же засада. Как меня достала эта строптивица! Сколько можно прятаться от меня? Она вправду считает, что это поможет избежать разговора? Или как-то поспособствует нашему сближению?

– Лера, Лера, – захлопываю дверь, снова откидываясь на спинку кресла. Нервно тарабаню пальцами по рулю, хоть как-то пытаясь себя успокоить, мысленно подгоняя время. – Где ж тебя черти носят, а?

Совместная ночь три дня назад перевернула мой внутренний мир. Нет, конечно же, я знал, что белокурая красотка страстная и слишком сладкая, но в этот раз было поистине крышесносно. И в прямом, и в переносном смысле этого слова. Силы появлялись с каждым движением бедер, с очередным стоном, а также с новой вспышкой возбуждения. Казалось, что мы в тот момент были единым целым – так правильно, так должно быть.

Согласен, применил запрещенный прием – сначала надавил вроде как на жалость, чтобы напроситься к Лере в квартиру, а потом воспользовался временным замешательством девушки. И ведь сработало. Она даже не поняла, что попала в мои правильно расставленные сети.

И не устояла. Поддавшись соблазну. Моя маленькая, строптивая и такая желанная девочка. М-м-м, как же мне тебя не хватает! Если бы ты знала, как бедный Дамир мучается без тебя, давно бы уже прибежала.

Но я также знаю, что Лера мне до конца не доверяет, противится притяжению, что связывает нас невидимыми нитями. Вроде и тянется навстречу, не скрывает своего интереса, но в то же время прячется в панцирь, не желая верить моим благим намерениям. И пока не дает нам шанса быть счастливыми. Я не помню, когда целовал в последний раз женщину. В губы. Еще и с такой страстью и огромным желанием обладать именно ею. Если только с Аленой, и то сто лет назад. Для меня это слишком интимно и серьезно. Черт бы побрал эту Леру! Всю душу вымотала своими партизанскими действиями!

– Ладно, – завожу мотор, так как стрелка часов медленно, но уверенно приближается к часу ночи. – Послезавтра банкет, никуда ты не денешься, – усмехаюсь, выезжая со двора.

Скорее всего, прячется у подружек, так как почему-то стыдится секса со мной. Уверен, и свою страсть, а также желание и интерес к моей скромной персоне девушка считает постыдной слабостью. Или у нее кто-то есть?

– Бред! – прогоняю непрошеные мысли, сжимая сильнее руль. – Это все от переутомления! – скорее убеждаю себя, чем сомневаюсь в своей малышке.

Никого у нее нет! И не будет! Кроме меня!

Только как ее убедить в этом? Чтобы свыклась с мыслью и не накручивала себя на ровном месте. Ведь накручивает же, голову даю на отсечение, раз бегает от меня. И это, к сожалению, лишь отдаляет нас друг от друга.

Когда засыпали рядом, видел, что эйфория от нашей близости постепенно угасает, а на ее место приходят сомнения, поэтому не стал с утра провоцировать свою ненаглядную блондиночку. Встал раньше, оделся, но все равно пришлось встретиться взглядами.

Прятала глаза в подушку, стесняясь произошедшего, и наверняка напридумывала кучу небылиц. Господи, как девочка маленькая, которая нашкодничала. Не стал давить, но и не смог удержаться, чтобы до нее не дотронуться.

А вечером позвонил. Как и обещал. Поздно, конечно же, но я не бросаю слов на ветер. Пора Валерии уже четко это понимать.

Не ответила. Скорее всего, спала, по крайней мере, именно так обосновал ее молчание. Но и на следующий день все повторилось – ни ответа, ни звонка, ни даже скромного смс.

Одним словом – ничего, полный игнор! Сегодня та же фигня, поэтому как дурак приехал к ее дому и торчал два часа. Два, мать их, часа!

Ладно, пусть побегает от судьбы, пока может, а уже завтра мы всё выясним раз и навсегда. Далеко не убежит, все равно найду и утащу в свою берлогу, тут без вариантов.

Потому что… я люблю ее! Думал, уже никогда не буду испытывать столь сильных чувств, и… ошибался. Вот она, моя ненаглядная стервочка – раз, и взяла меня в оборот по полной программе. И я не собираюсь ни с кем делить. Уверен, она ко мне тоже неравнодушна, только еще верит не до конца. Боится повторения, а возможно, и ещё что-то себе напридумывала, с неё станется.

Ну ничего, я исправлю это досадное недоразумение! Другого варианта у нее нет – Лера должна понять, что я – её мужчина, а она – моя женщина.

*******

– Дамир Ростиславович, рад! Очень рад знакомству, – толстый дядька трясет мою руку, при этом так мерзко улыбаясь, что хочется его послать.

Даже имен не запоминаю, для этого у меня есть Светлана. Стоит рядом со мной и подсказывает в нужный момент правильное имя, а также занимаемый пост этих самых дядек. Чтобы я не облажался в нужный момент. Как мне повезло с администратором!

– Я тоже, – киваю, наконец-то вырывая руку из цепких пальцев (черт, как же его все-таки зовут-то?) мужчины, стараясь улыбнуться. Мне повезло с администратором, чувствует моё неудовольствие и в нужный момент перетягивает внимание на себя. Умная девочка. Так как у меня выходит хреново изображать радушного хозяина, мысли мои где-то далеко отсюда.

Точнее они здесь, в этом зале. Глазами ищу симпатичную блондинку, которая, словно неуловимый призрак, ускользает от меня вновь и вновь, не желая попадаться в руки. Знать бы точную причину, чего боится. Почему прячется все это время. Я бы в одно мгновение ока развеял все ее страхи и сомнения.

Света сказала, что моя строптивица уже здесь. Бегает по залу. При этом продолжает игру в партизана, черт бы ее побрал! А все эти Андреи Михайловичи, Владимиры Леонидовичи и прочие представители местной элиты уже достали, сил никаких нет терпеть. Еще и лица их безумно раздражают, они какие-то однотипные и мрачные: красные щеки, искусственные зубы и три подбородка в придачу.

Но я терплю, стараясь все же запомнить и их физиономии, и их имена. Кого здесь только нет – зам губернатора (с этим я лично знаком), мэр, начальник налоговой и прокурор области. А так же куча бизнесменов, банкиров и даже парочка адвокатов (вдруг пригодятся). Мне-то пофиг, пусть люди развлекаются, денег не жалко. Лишь бы не приставали со своей дружбой и вечной любовью.

Достали!

– Я отойду на минутку, – шепчу Светлане, а она в ответ округляет глаза.

– Дамир Ростиславович…

– На минутку, Свет, – дотрагиваюсь до плеча девушки и улыбаюсь, чтобы не переживала. – Уверен, ты и без меня справишься с поставленной задачей.

– Но я же…

– Учись быть начальником, – подмигиваю и направляюсь вглубь огромного зала, где, разделившись по кучкам, толпились гости.

Что-то много их, мне почему-то казалось, что клуб не такой уж и большой. А вот Леру никак не могу найти взглядом – такое чувство, будто сквозь землю провалилась. Придется пробираться сквозь толпу. А каждый встречный так и норовит меня тормознуть и с улыбкой (Боже, как они меня сегодня раздражают) предложить присоединиться к их скромной компании.

– Чуть позже, – одну и ту же фразу произношу в который раз, внутри закипая не на шутку.

Да где она, черт бы ее побрал? Куда запропастилась? Сколько можно прятаться от меня? Зачем такие…

Слово «трудности» так и замирает, а последний вопрос зависает в воздухе. Все мысли разбегаются в разные стороны, а я на долю секунды замираю. Чувствую, что рот так и остается открытым, когда смотрю на подобную красоту.

Я всегда считал, что красное платье – это смело. Даже дерзко. Вызывающе и безумно сексуально. Не каждая женщина может решиться на такое, а у меня представительницы прекрасного пола в обтягивающем красном платье вызывали исключительно восторг. Но при взгляде на Леру еще слюни рекой, а в штанах становится тесно.

Кто бы знал, как я соскучился по своей строптивице. Стоит рядом с двумя мужчинами (престарелые ловеласы, слава Богу, а то бы сейчас не сдержался), мило строит им глазки, держа в руке бокал шампанского, а также периодически заливисто смеется, откидывая голову назад.

И мой гнев мгновенно тает, когда я наблюдаю за Лерой. На спине замысловатая шнуровка – так и хочется потянуть за край и стянуть с малышки это красное платье. Дерзкая моя девочка, сегодня ты затмила всех на этом банкете.

Да что там сегодня – всегда. Для меня так уж точно.

Отмираю, так как скоро начну привлекать к себе ненужное внимание, и направляюсь в сторону Валерии и ее собеседников. Мужчины сразу же лезут с вопросами, а вот девушка начинает нервничать. Отводит глаза в сторону и пару раз норовит нас покинуть. Да кто ж тебе даст, милая, именно сейчас сбежать? Показываю взглядом «даже не думай», вдобавок крепко удерживая ее за талию.

Понимает все мои намеки и прекращает свои попытки к бегству.

Умница моя! Всегда бы была такой послушной девочкой!

– Извините, украду у вас собеседницу на пять минут, – я расплываюсь в улыбке на все свои тридцать два зуба, а мужчины синхронно кивают в подтверждении своих слов.

Еще бы они возражали – мой тон как раз не позволяет этих самых возражений.

– Дамир… – блондиночка шепчет, пытаясь вырвать руку, когда до неё доходит, что я тяну ее в сторону своего кабинета. Поздно, милая. Для очередного побега точно поздно. Да и для сопротивления тоже. Пора уже всё выяснить, и не только. С последнего пункта и начнем, поэтому прижимаю ее к себе ближе и негромко отвечаю на ушко:

– Выглядишь потрясающе, – как ненормальный вдыхаю аромат ее волос. – Хочу тебя съесть.

Она обречённо вздыхает, но больше не сопротивляется. Идет в нужном мне направлении, периодически с кем-то здороваясь.

А как только мы переступаем порог моего кабинета и за нами захлопывается дверь, я с необузданной страстью прижимаю Леру к стене, не желая и дальше терпеть ее сопротивление. Всё, теперь она в моей власти, вначале нужно срочным образом утолить голод после длительной разлуки. И наказать за то, что мучила меня эти дни, отказывая и мне, и себе в удовольствии. А могли бы наслаждаться друг другом…

Сейчас я хочу ее – потом можно и поговорить.

– Я не…

Ее слова зависают в воздухе, так как очаровательный ротик попадет в плен моих губ. Дико впиваюсь, придавливая девушку к стене своим телом, терзаю нежный язычок, заставляя ответить взаимностью, а сам постепенно схожу с ума. От ее запаха. Близости. Желания, которое с дикой скоростью растет все сильнее.

– Соскучился, – я шепчу в промежутках между поцелуями. Не могу и не хочу ее отпускать. Больше никогда не позволю бегать от меня.

– Дамир, подожди… – Лера одной рукой упирается мне в грудь, но я не реагирую, продолжая жадно целовать ее губы, словно безумец. С меня хватит, я не намерен больше играть в её глупые игры. Мы хотим друг друга, до умопомраченья, до дикой жажды и столь желанного притяжения. Как будто одно целое.

Так к чему эти лицемерные фырканья сейчас? Я знаю, что она жаждет нашей близости не меньше меня.

– Моя маленькая девочка, – мой голос хрипит от возбуждения, и я не желаю останавливаться.

Уже вовсю пылаю внутри, пальцы находят край шнуровки и даже тянут вниз, чтобы избавить девушку от платья, как мне в грудь упираются уже два кулачка.

– Да погоди ты! – выкрикивает Лера, отталкивая меня. Еще и тоном, который мне не нравится.

Останавливаюсь, замирая на месте. В кабинете темно, но я прекрасно вижу, как девушка тяжело дышит. Грудь то и дело мелькает перед моим взором, маня и притягивая. Еще немного – и взорвусь, но решаю все-таки притормозить свой порыв. И не спорить.

Уступлю даме, не буду давить. Пока.

В любом случае не устоит, я-то ее знаю. Она ко мне неравнодушна, хоть и пытается это скрыть. Хотя, если честно, не пойму, зачем скрывать свои чувства и желания. Тем более они взаимны.

Отстраняюсь от своей строптивицы, нажимаю на выключатель у нее над головой, а после отхожу к своему столу. Пристраиваю пятую точку на край, складываю руки на груди и пристально смотрю на Леру. Щеки горят, волосы растрепались от моей дикой страсти, но глаза все равно бегают, а не блестят, как было раньше.

Но ничего, это мы исправим.

– Слушаю тебя внимательно!

Придется, красотка, объяснять, почему ты бегала все эти дни. И чем на этот раз я тебя обидел. Пора уже тебе, Лерочка, определиться. И отдаться наконец-то своим чувствам и желаниям.

А я помогу. Потому что отпускать тебя не намерен. Четвертый день твержу эту фразу, как мантру, а теперь вот готов озвучить. И развеять все твои сомнения на мой счет. Но последующие слова Леры слегка усложняют задачу, потому что от милой и нежной девочки не остается и следа.

Она снова включает стерву!

– Напор утихомирь! – фыркает, нервно поправляя волосы. Берет себя в руки, больше не отводя взгляда. – А то слишком уж нагло ты берешь меня в оборот.

– Тебе не идет, – усмехаюсь, наблюдая, как Лера бесится. Всем своим видом показывает, как ей сейчас неприятен это диалог.

Но держится достойно – надо же, какая молодец.

– Что именно? – прищуривается, все так же метая в меня молнии.

– Стервой быть, – спокойно поясняю, пожимая плечами. – Решила вспомнить прошлое?

– Решила поставить тебя на место, – ее глаза пылают, но, как ни странно, без ненависти.

Я-то думал, сейчас меня разорвет на части, а она лишь тактично убирает, провоцируя на дальнейшие откровения. Хочет взрыва? Его не будет. Потому что теперь я четко понимаю – с напором действительно перебор. Надо менять тактику, но Лера не дает ни единого шанса. А вопрос, который меня мучил все эти четыре дня, сам по себе вырывается из моих уст:

– И где ты пряталась все эти дни? – я приподнимаю одну бровь, но сразу же прилетает ответ:

– Я не пряталась, – пауза, – а гостила у родителей. И я не понимаю, почему должна перед тобой оправдываться.

– Но ведь оправдываешься, – усмехаюсь, заставляя девушку краснеть. – И мне это нравится. Телефон, как я понимаю, на работе оставила.

– В машине, – ехидная улыбочка в ответ. – В бардачке лежал.

– И пальцы занемели, на кнопки не попадали? – я продолжаю её дальше подкалывать.

– Какой ты догадливый! – девушка разводит руками в стороны.

Да уж, стервозность ее не самое лучшее качество, но в небольших количествах я готов потерпеть. По крайней мере, не боится меня. Дерзит, провоцирует, бросает вызов, не желая подчиняться. Ладно, малышка, пока ты ведешь. Хотя бы не стесняешься показывать эмоции, которые, черт возьми, заводят до скрежета в зубах.

Как же сейчас хочется сгрести ее в охапку и утащить к себе в логово. В свою необжитую холостяцкую квартиру. Запереться на все замки, спрятать ключи и провести вместе три дня! Нет, четыре. Даже пять.

Гори синим пламенем все встречи, контракты, завтрашнее официальное открытие клуба и мои деловые партнеры. Даже телефон выключу, чтобы не доставали. Остается одна проблема – как уговорить Леру мне поверить?

Это самая главная задача, которую я, как ни пытаюсь, не могу решить. Хоть ты тресни, не сходится мой вариант с правильным ответом. А девушка, стоящая напротив, наоборот, еще добавляет новых трудностей в решении этой чертовой задачи.

– Дамир, ответь мне на один вопрос, – она смотрит мне в глаза. – Только честно, – снова делает паузу. – Чего ты хочешь?

Нифига себе поворот, чего-чего, а подобных откровений я от Леры не ожидал. Был твердо уверен, что начнет юлить и прятаться, как делала не раз в последнее время, а тут прямо пленила своей откровенностью.

– А ты? – бросаю ей открыто вызов. – Знаешь, чего хочешь ты? – на последнем слове делаю акцент, чтобы не отвертелась.

Я хочу услышать чёткий ответ на свой вопрос, чтобы понять все твои помыслы. Раз сама задала правила игры, то придется, милая, доигрывать свою партию до конца.

По-другому у нас, к сожалению, не получится.

Только откровенность.

И только доверие.

Я сделаю все возможное, чтобы ты наконец-то мне поверила. Именно сделаю, а не заставлю, как думал раньше. Придется сдерживаться и не делать новых ошибок.

Я учел свое печальное прошлое – отпустил. Сейчас я хочу будущее.

С Лерой!

– Представь себе, знаю, – моя девочка в очередной раз бросает вызов. Говорит таким тоном, что даже у меня не возникает повода усомниться в ее словах.

Подбородок вздернут, взгляд серьезен, да и сама она сейчас производит впечатление целеустремленного человека, а не пустышки, как раньше. Девочка-мажорка повзрослела и стала настоящей деловой леди, которая точно знает, чего хочет от жизни.

Жаль, я это поздно понял. В ней есть стержень, она готова бросить вызов судьбе, и в тоже время Лера очень ранимая и нежная в душе, хотя пытается это скрыть. Тогда, несколько месяцев назад, рассматривал ее исключительно как объект для воплощения моих сексуальных фантазий, а сейчас…

Понимаю прекрасно – мне придется считаться с ее мнением, а не просто давить, как я привык. И это, черт возьми, заводит. Возбуждает и заставляет кровь сильнее бурлить по венам. Хочется громко закричать: «Лера, я согласен», но приходится сдерживать свой порыв. Чтобы не спугнуть раньше времени. Тем более я должен знать, чего же она хочет на самом деле.

Раньше меня устраивал лишь голый секс без обязательств. Да, готов был дарить дорогие подарки, выводить ее в люди: рестораны, клубы, банкеты. Красивое приложение рядом – именно такое она производила впечатление. Однако сейчас все изменилось. Вернее, мы изменились, причём оба. Я как и раньше хочу ее до умопомрачения. Но, как оказывается, мне нужно не только тело, которое безумно возбуждает – я жажду обладать ею полностью, включая мысли, сердце и, как бы ни пафосно это звучало, душой на правах собственника. Хочу заявить всему миру, что это моя женщина!

Но для начала стоит послушать, что же ответит эта строптивица. Любопытно. Даже очень.

– Поделишься? – приподнимаю одну бровь, вроде как переводя разговор в полушуточное русло.

Не ведется. Серьезна, как будто контракт собирается со мной подписать о новом сотрудничестве, а не планами на будущее поделиться. Но мне самому сейчас не до шуток, нервы натянуты как струна. Дышать из-за волнения трудно, грудь словно сжало тисками. Но мне удаётся скрыть своё состояние от девушки, не стоит ее пугать своими эмоциями.

Как же тяжело сохранять видимое спокойствие!

– Раньше я не обращала внимания на многие вещи, – Лера тяжело вздыхает. Опускает глаза вниз на какое-то время, а после снова смотрит на меня. Видимо, с мыслями собирается – не стану перебивать.

Откровения, девочка моя, не так легко даются, как тебе кажется. Но я уверен, ты справишься. Мне нравится твоя открытость, честность и целеустремленность – именно о такой женщине я всегда мечтал. В глубине души. Как оказывается, мечтам свойственно сбываться.

– Что изменилось? – спрашиваю осторожно, так как пауза затягивается, бьёт по оголённым нервам похлеще разряда тока. Мне приходится подталкивать девушку, а то мы и до ночи не договоримся. Или я сорвусь, что вероятнее в данной ситуации! В итоге к главному так и не перейдем, а я ведь чертовски нетерпеливый.

– Твои слова произвели на меня слишком сильное впечатление, – пауза и вызов. Очередной. И, как я понимаю, не последний.

– Лера…

– Да я не обижаюсь, – машет рукой и слегка кривится. – Наоборот, должна сказать тебе спасибо…

Спасибо? За то, что оскорбил, унизил?

– За что? – я сглатываю невидимый комок, который мешает даже дышать.

– За то, что тогда глаза открыл, – как ни в чем не бывало отвечает моя спутница. – Мы все не застрахованы от ошибок, и я не злюсь, Дамир, честно. Даже простила, – Лера горько усмехается, а у меня внутри все сжимается.

Как натянутая пружина, которая вот-вот лопнет. Я виноват, не спорю, но даже не подозревал, что она так близко примет все к сердцу. Что же мучает ее в таком случае? Почему постоянно ускользает от меня?

– Тогда дай мне второй шанс…

– Моя первая зарплата – тридцать тысяч рублей! – Лера игнорирует мою просьбу, продолжая откровенничать. – Да я за один поход в магазины иногда тратила в три раза больше! А тут, – снова пауза и печальный вздох. – Было очень тяжело, но я справилась. Ни разу не воспользовалась золотой кредиткой, хотя иногда так хотелось послать всех куда подальше. Выла по ночам, но упорно шла к своей цели, – она смотрит мне в глаза, сканируя меня насквозь. Как будто душу хочет прожечь. – Доказала всем, что я не пустышка. Сейчас моя зарплата в пять раз больше. Я тяну двенадцать проектов, нянчусь по выходным с прекрасными малышами, жду рождения своей племянницы и ни капельки не жалею, что отказалась от прежней жизни. Я в клубе последний раз была в тот вечер, когда мы с тобой познакомились, помнишь?

– Помню, – в горле пересыхает, слова даются с трудом. Я всё помню, до мельчайших подробностей.

Ее речь, местами горькая, а периодами радостная, трогает мое ледяное сердце. Которое уже давно принадлежит строптивой малышке, стоящей передо мной. В красном платье, таком сексуальном, что хочется поскорее закончить с разговорами и уединиться. Кабинет не самое подходящее место, поэтому предложу Лере сбежать. Уверен, она не откажет.

Даже знаю, что ей скажу, когда мы останемся вдвоем в моей квартире.

– И сейчас я знаю, чего хочу! – уже тверже произносит, делая пару шагов в мою сторону. – Если раньше я смотрела на мужчин, как на деловых партнеров, с которыми готова была заключить брачный договор, то сейчас, – ее ноготок упирается мне в грудь. – Я хочу детей, любящего мужа и семью. Настоящую, понимаешь? А не на бумаге в брачном контракте. А вот чего хочешь ты, Дамир?

– Тебя, – честно отвечаю, вкладывая в это слово все смыслы. – В виде спутницы, матери моих детей и, – намерено делаю паузу, – любимой женщины.

– С трудом верится, – девушка горько усмехается в ответ, а ее глаза становятся ещё более печальными.

Они не врут, как бы я не хотел обвинить Леру во лжи. Они четко передают ее мысли – она мне не верит! Думает, что она всего лишь очередное моё приключение. Но это не так.

– Да почему, черт возьми? – вспыхиваю как спичка, вот-вот с катушек сорвусь. И злюсь, потому что не понимаю ее намерений.

– Потому что ты видишь во мне лишь красивую куклу, – твердо отвечает, не впечатляясь мой временной вспышкой. – Обертка та же осталась, не спорю, а вот начинка уже другая, – и снова тычет мне пальчиком в грудь. – Пока ты это не поймешь, ничего у нас с тобой не получится. И твоей игрушкой я становиться больше не буду. На двух стульях не усидишь Дамир, поэтому оставь меня в покое.

Разворачивается и с осанкой королевы покидает кабинет, оставляя меня в полном недоумении. Последние ее слова вообще сбивают с толку – о каких двух стульях речь? Да и с чего она вообще взяла, что игрушка для меня? Все мои слова о матери моих детей, любимой женщине пропустила мимо ушей, зато придумала себе каких-то небылиц.

– Как же с ней тяжело, – я вздыхаю, отрывая пятую точку от стола и направляясь к мини-бару. Пару глотков виски не помешают. Надо успокоиться, закончить этот чертов банкет, а потом уже поговорить с Лерой. Еще раз. На своей территории. Чтобы никто не помешал.

И выяснить, черт возьми, окончательно наши отношения! Иначе свихнусь я с этой любовью. Точно что-нибудь отчебучу. Пусть потом не обижается.

Но как только я выхожу в зал, то возможности отыскать Леру не представляется. Все хотят со мной поближе пообщаться, хоть я и сопротивляюсь. Но на выручку приходит мой деловой партнер, ради долгосрочного проекта с которым я и затеял переезд в этот город.

– Дамир, извини за опоздание, – Алексей Владимирович Гончаров, мужчина под шестьдесят, улыбается и пожимает мне руку. – Сам понимаешь, как тяжело с женщинами, когда они долго собираются, – хлопает меня по плечу, а после берет стакан с виски у проходящего мимо официанта.

– Понимаю, – киваю, тоже улыбаясь в ответ. – Очень рад вас видеть. Думал, вы уже не придете.

– Ну что ты, дорогой! – делает глоток, а после слегка кривится. – Как я мог пропустить такое мероприятие!

– А где супруга? – оглядываюсь по сторонам, потому что в упор не вижу жену Гончарова.

Милая женщина – пару раз мы ужинали втроем, вроде как деловая встреча. Моя-то супруга на тот момент не могла присутствовать по причине бракоразводного процесса. Да и тащить ее туда не возникало желания, поэтому чета Гончаровых довольствовалась моей скромной персоной в гордом одиночестве.

Алексей Владимирович мне нравился. Такое бывает крайне редко, чтобы я испытывал к партнеру симпатию, но Гончаров попал в число избранных. В последнее время его сын Захар возглавил компанию и стал генеральным директором, но мужчина, хоть и отошел якобы от дел, все равно остался основным держателем акций.

Я и сам с недавнего времени стал акционером его фирмы. На всякий, так сказать, случай.

– Подружек встретила, пока я тебя искал, – усмехается Алексей Владимирович. – Чуть позже подойдет. А вот и Захар, – Гончаров-старший кивает в сторону.

Светловолосый паренек, кстати, очень толковый малый, направляется к нам. Всегда серьезный, собранный – он так же, как и его отец, вызывает симпатию. Особенно как молодой руководитель столь серьезной компании. И ни разу не подвел, чем вызывал еще и уважение.

– Добрый вечер, Дамир, – Захар пожимает мне руку и улыбается одними уголками губ.

Кстати, кого-то он мне напоминает. Вроде черты лица знакомы – никак не могу вспомнить, где я мог их встречать.

– Тоже женщины задержали? – приподнимаю одну бровь, удерживая руку паренька в своей.

– Они самые, – смеется, впервые, кстати, со дня нашего знакомства.

Нам еще не приходилось общаться с Захаром Гончаровым в неформальной обстановке, поэтому я очень рад, что парень не напрягается в моем присутствии.

– Кстати, а твоя супруга где? – я давно заметил у парня обручальное кольцо на пальце. Да и в приглашении, насколько мне известно, были вписаны имена мужчин вместе с женами.

Я-то не проверял, доверив все Светлане – неужели пропустили?

– Настя дома осталась, поэтому я тоже ненадолго, – отмахивается от официанта с подносом, а спустя пару секунд добавляет: – Она беременна.

– Я скоро стану дедом! – Алексей Владимирович делает глоток виски с победоносной улыбкой на устах. – Еще бы любимая дочурка меня осчастливила, так я бы прыгал от радости до потолка. Кстати, – дотрагивается до моего плеча, – она где-то здесь, хочу вас познакомить.

И тут какая-то внезапная догадка озаряет мой многострадальный мозг. Весь тот сумбур за последние несколько дней резко складывается в единый пазл. Если бы я раньше обратил внимание на некоторые мелочи, то давно бы догадался.

Хотя, может, я и сейчас ошибаюсь?

«Анастасия Гончарова с вами?» – это голос врача из больницы.

«Захар, ты где?» – слова моей строптивицы в коридоре все той же больницы.

А главное – Валерия Гончарова. Согласен, фамилия довольно распространенная, и я не придал этому никакого значения. Но сейчас…

Надежда, что я все-таки ошибаюсь, теплится аккурат до того момента, пока блондинка в красном платье не появляется в поле нашего зрения. Моя любимая девочка – дочка моего же делового партнера. Теперь понятно, на кого похож Захар.

Но так даже лучше, долго объясняться не придется. Если Гончаров машет ей рукой, собираясь нас знакомить, значит, он ни о чем не знает. Придется подыграть – настроение зашкаливает за отметку сто.

Вот это сюрприз так сюрприз – я расплываюсь в улыбке, наблюдая, как Валерия на негнущихся ногах направляется в нашу сторону. Вижу, что начинает нервничать, видя меня рядом с отцом и братом. Однако моя улыбка резко спадает, а настроение резко падает, когда мою девочку догоняет какой-то хмырь.

Нагло берет за талию, что-то шепчет ей на ушко и вместе с блондинкой направляется в нашу сторону.

Я в ярости, готов этого мерзавца разорвать на месте – никто не смеет прикасаться к моему. Никто, мать его!

Видимо, мои мысли слишком ярко отражаются на моём лице, потому что Лера поникает еще сильнее. Беру себя в руки, чтобы остальные не заметили, какой ураган зарождается у меня в душе.

А Лера же медленно передвигает ногами и не сводит с меня испуганного взгляда…

POV Лера

– На двух стульях не усидишь, Дамир, поэтому оставь меня в покое, – бросаю последнюю фразу, смотрю ему в глаза напоследок, разворачиваюсь и покидаю кабинет под изумленным взглядом мужских глаз.

Он не ожидал от меня откровений. Да я и сама, честно говоря, от себя не ожидала, что однажды решусь на это. Раскрою душу перед ним. Жаль, он так и не хочет меня понять. Напором ничего не добиться, и я не стану вторым планом.

Я хочу быть первой! И единственной! На меньшее не согласна!

Но и семью разбивать не смогу – никогда потом себе этого не прощу.

Одинокая слезинка катится по щеке, когда я выхожу в зал. Вытираю тыльной стороной ладони, натягиваю дежурную улыбку и направляюсь к барной стойке, чтобы проверить, как движется процесс. Точнее, чтобы отвлечься от печальных мыслей о моей несостоявшейся любви.

Так… больно, хоть волком вой. Хочется сбежать отсюда и дать волю слезам, что рвутся наружу. Спрятаться от мира и никого не видеть. Но приходится остановить сей порыв, запретить себе думать о происшедшем. Я сильная. Я многое выдержала. И с этим тоже справлюсь. Сейчас, главное, пережить этот дурацкий банкет, притворно улыбаться и попытаться как-то расслабиться, выбросить все печальные мысли из головы. И не важно, что сердце изнывает от боли, а душа рыдает навзрыд.

Это работа. Так нужно.

Я не соврала, когда сказала Дамиру, что ночевала у родителей. Захотелось побыть рядом с близкими людьми. Милый дом, родная комната, мама с отцом, чудесная стряпня от домработницы – господи, как же я по всему этому соскучилась-то. Только вот комок в горле не давал дышать полной грудью, и я все чаще уединялась в своей комнате. Подальше от вопросов, которые читались в глазах родных.

– Может, хватит работать? – мама зашла ко мне и уселась на кровать рядом. – Вечер для того и дан, чтобы отдохнуть, расслабиться и не думать о делах.

Так и хотелась ей ответить, что не мысли о делах терзают мою душу, но я промолчала. Точнее, ушла от правдивого ответа.

– Мне надо кое-что закончить, – чуть ли не по слогам произнесла, уткнувшись в монитор ноутбука, стоящего на коленях.

– А я говорю – хватит! – моя любимая женщина наглым образом захлопнула крышку гаджета, чуть ли не прибив мне пальцы.

– Мама! – уставилась на нее. – Тебя не поймешь. Раньше я бездельничала – не так. Теперь вот работаю – снова не так.

– Лучше расскажи, как дела, – мама мягко и слишком нежно улыбнулась, и мое возмущение кануло в Лету.

Вот умеет же настроить на нужный лад. Особенно сейчас, когда так нужна ее поддержка. Вроде и хочу поделиться, но что-то меня останавливает. Не готова пока к откровениям, хотя знаю прекрасно – мама никогда не осудит. А наоборот, посоветует, как лучше поступить.

Я запуталась окончательно в своих чувствах. Какой-то сумбур в голове в последнее время, честное слово. Никак не могу найти выход из сложившейся ситуации с Дамиром. Тянет к нему, как магнитом, но в то же самое время что-то останавливает. Какой-то стоп-сигнал в голове не дает мне расслабиться и оторваться на полную катушку.

– Нормально, – печально вздохнула, второй раз за вечер уходя от правдивого ответа. – Устала немного, – попыталась улыбнуться, но получилось хреново.

– Что-то не заметно, – прищурилась моя собеседница, не сводя пристального взгляда.

Да уж, лгунья из меня еще та. Сейчас мама расколет меня в два счета, придется краснеть, как школьнице. И в третий раз уходить от правдивого ответа – так недолго и во вранье запутаться, мало мне путаницы с чувствами.

– Да влюбилась она! – раздался как гром среди ясного неба мужской голос, и мы с мамой перевели взгляд на распахнутую дверь. – А что ты на меня так смотришь? – Захар обратился к нашей родительнице, приподнимая одну бровь и при этом плечом подпирая дверной косяк. – У нее же на лбу большими буквами написано: «Страдаю из-за мужика!»

– Действительно, – мама перевела взгляд на меня, а я разозлилась не на шутку.

Хотела тишины и покоя – получила допрос с пристрастием. Сразу от двоих, как я понимаю. Прямо злость берет, рвется наружу, и я хочу прибить чем-то тяжелым этого проницательного умника, будь он не ладен. Не мог промолчать? Вот кто его, спрашивается, за язык-то тянул?

– Какие все глазастые и прозорливые! – я съязвила брату, кривя губы и морща нос. – И никуда от вас не деться!

– Лера, что случилось? – в голосе мамы послышались тревожные нотки, однако на выручку пришел Захар. Отлепился от дверного проема и подошел к нам, взяв маму за плечи.

– Иди вниз, мы тут сами разберемся, – чуть ли не силой заставил ее встать и легонько подтолкнул к двери.

Мама пыталась сопротивляться, желая остаться и послушать наш разговор, но мой брат непробиваемый. Иногда его упрямство вызывает восхищение. Вот прямо как сейчас.

– Кстати, а ты что здесь делаешь? – поинтересовалась у Захара, когда за нашей родительницей захлопнулась дверь.

– Скучно в четырех стенах дома, а тут сорока на хвосте принесла, – усмехнулся, подмигивая и пристраиваясь рядом со мной на кровати, – что и ты здесь ошиваешься. Решил компанию составить.

– Настю когда выписывают? – я прекрасно знала, что милая птичка еще на сохранении. Только в обед с ней разговаривала по телефону, правда, забыла поинтересоваться, когда же она вернется домой.

– Послезавтра, – когда разговор заходит о любимой жене моего брата, то он сразу же меняется в лице. Появляется нежность, ласка и мягкость. Черт, Лера, не завидуй. – Не поверишь, так тошно без нее в пустой квартире.

У меня звенит телефон, заставляя Захара замолчать. Так не вовремя, черт бы его побрал. И надо же такому случиться – гаджет мой лежит аккурат возле брата, который переводит взгляд на экран.

Ну конечно же, Дамир. Вот же неугомонный. Ведь понятно, что разговаривать с ним пока не хочу, раз трубку второй день кряду не беру. И не перезваниваю в ответ.

Захар смотрит по очереди то на меня, то на светящийся экран с мужским именем. Удивление так ярко читается в его взгляде, что я мысленно простонала и наглядно закатила глаза.

«Заткнулся бы ты, честно слово!» – я подумала, так как сейчас будет продолжение допроса с пристрастием. Уж лучше бы линчевали, честное слово, чем в душу лезли.

Мелодия замолчала, но тут же прилетело смс. Не успела схватить мобильный, как его наглым образом перехватил Захар. Пару движений пальцев, и брат негромко, а главное, серьезно (в принципе, он всегда серьезен) произнес:

– Лера, возьми трубку! – перевел взгляд на меня, все еще держа гаджет в руке. – И кто такой Дамир?

– Не лез бы ты, честное слово, – я вырвала смартфон, всем своим видом демонстрируя, что на разговор не настроена.

– А я полезу! – с небольшим нажимом произнес брат, не отводя пристального взгляда. – Фамилия у твоего Дамира случайно не Каримов?

– Случайно! – съязвила, но Захара не прошибешь.

Приказной тон, серьезный взгляд и единственное слово:

– Рассказывай!

Вот и началось то, чего я так опасалась. Ведь хотела уединения, а получила вечер откровений. Но с другой стороны, может, это как раз то, что мне сейчас нужно?

И я не выдержала. Сдалась. Мне жизненно необходимо выговориться, а Захар умеет слушать. Еще и советы дает нужные, а также мозги вправляет мне регулярно. Одним словом, любимый братишка, мудрый наставник и преданный друг в одном лице, на которого всегда можно положиться.

Сначала получалось сумбурно. Волновалась очень, пытаясь правильно передать свои эмоции. И не заметила, как выдала брату всё, что на душе наболело. Разумеется, некоторые подробности я опустила – незачем Захару об этом знать. Да и зла на Дамира не держу за прошлое, а мой ненаглядный братец может и вспылить, если узнает кое-что личное.

Пусть остается в неведении – для моих нервов и душевного спокойствия полезнее.

– В общем, как-то так, – печально вздохнула, когда выдохлась. Посмотрела на брата в ожидание его реакции.

– И что тебя смущает? – вполне логичный вопрос из уст Захара.

– Он женат, – выпалила на одном дыхание главный аргумент, разводя руками в разные стороны. – А я вроде как под боком, почему бы не воспользоваться. Восемь месяцев назад мы это уже проходили, но я тогда реально не знала о наличии жены в его жизни.

– Вот я тебя слушаю, а все равно целая картинка в голове не складывается, – Захар нахмурился, впрочем, он всегда слишком серьезен. – Я видел Дамира пару раз, и то по рабочим вопросам, но хоть убей, – сделал паузу, глядя мне в глаза, – не производит он впечатление легкомысленного и несерьезного мужика.

– Хочешь сказать, что я вру? – приподняла обе брови вверх, до конца не понимая, куда клонит брат.

– Хочу сказать, ты чего-то не знаешь и отсюда делаешь неправильные выводы, – сделал заключение Захар. – Такое чувство, что ты сейчас описала нас с Валевским лет восемь назад, а не главу крупной фирмы, миллионера и почти сорокалетнего мужика с жизненным опытом. Он – акула, Лера, а не безответственный идиот. Уж прости, но, по-моему, ты ошибаешься насчет него.

Ошибаюсь? Но в чём? Вот тебе и попросила совета! А мой любимый братец вообще запутал всё окончательно! Хотя… он запутал, пусть и распутывает теперь.

– Что предлагаешь?

– Для начала предлагаю вам откровенно поговорить…

И вот сейчас я вспоминаю слова брата. Поговорила, а толку? Хотя сказала не все, что хотела, но все равно душу открыла. А Дамир как был бесчувственным чурбаном, так им и остался.

Прошу бармена налить мне коньяка, делаю пару глотков, как чувствую руку на своей талии. Резко поворачиваюсь и натыкаюсь на смеющийся взгляд Никиты.

– Привет, красавица, – целует в губы, правда, искры нет. У меня, по крайней мере.

Никаких эмоций не вызывает, хоть я и стараюсь. А также постоянно сравниваю с другим поцелуем – собственническим, жарким, вызывающим дрожь во всем теле и лишающим чувств окончательно и бесповоротно.

Опять этот Дамир, черт бы его побрал. Никак не хочет испаряться из моей головы, все мысли постоянно возвращаются к нему. Это как проклятие, ей-богу! Ладно, душевные терзания оставлю до ночи, а сейчас надо срочно поговорить с Никитой. В любом случае я не имею права его обманывать.

– Погоди, – упираюсь кулачками в грудь парню и первой отстраняюсь. – Нам надо поговорить.

Вчера встретиться не получилось – парочка ничего не значащих фраз по телефону, вот и весь диалог. Но дальше продолжать отношения с Никитой я не хочу. Даже если с Дамиром у нас ничего не получится. Единственное, что мне нужно, так это время, чтобы окончательно прийти в себя.

– Поговорим, но позже, – наклоняется к моему ушку и целует в висок. – Я же обещал сюрприз.

Чёрт! Что же он придумал? Какой на хрен сюрприз? Еще и здесь, в клубе, где полно народа. Я-то думала, что Никита хочет устроить нам романтическое путешествие в жаркие страны, а тут прямо в ступор вогнал, который плавно начал перерастать в панику.

Отворачиваюсь, делаю глоток алкоголя и вижу, как отец машет мне рукой. Спасение. Хотя бы на время. Надо выдохнуть, прийти в чувство и тогда уже во всем разобраться.

– Я к отцу подойду, – ставлю бокал на барную стойку, однако Никита намеков не понимает.

– Догоню тебя, – снова целует в висок, но я уже не обращаю на это внимания.

Делаю первые шаги и на время замираю. Как же я не заметила, что Дамир ошивается рядом с моим родителем? Только этого мне не хватало для полного счастья! Еще и Захар наблюдает за моими робкими шагами и скалится, гад такой. Так бы и прибила на месте.

А к моим бедам добавляется еще одна – снова рука Никиты на талии, а также шепот на ушко:

– Через пять минут будет сюрприз!

«Провалился бы ты сквозь землю», – мысленно стону, продолжая двигаться вперед на негнущихся ногах. Кажется, даже воздух в помещении сгущается, лишая легкие кислорода. Дышать практически невозможно, а сердце вот-вот вырвется наружу. Черные глаза Дамира напоминают бездну, в которую я погружаюсь с каждой секундой всё глубже и глубже. Ещё один миг – и пропаду в ней навсегда.

Мужчина улыбается, глядя мне пристально в глаза, однако как только Никита материализуется рядом, лицо Дамира резко становится серьезным. Даже злым.

И он не скрывает своего гнева. Ой, что сейчас будет! Как же хочется надеть на себя шапку невидимку и испариться. Вот прямо сейчас.

– Моя принцесса, – улыбается отец, когда мы с Никитой подходим к ним ближе. – Знакомьтесь, это Лера, – кивает в мою сторону. – А это мой деловой партнер Дамир Рости…

– Мы знакомы, пап, – перебиваю пламенную речь отца. – Вообще-то я занималась рекламной компанией этого клуба, – стараюсь не смотреть в сторону Дамира, однако все равно чувствую тяжелый взгляд мужчины. Словно душу прожигает насквозь, желая залезть под кожу.

– Только я не знал, что Валерия ваша дочь, – встревает хозяин этого самого клуба, чеканя каждое слово своим бархатным голосом.

А Захар продолжает скалиться. Вот что смешного он нашел в этой дурацкой ситуации?

– Никита Махортов, – слава Богу, мой кавалер убирает руку с моей талии и протягивает ее Дамиру. – Управляющий филиалом банка «Авангард-Кредит».

Дамир молча пожимает руку Никиты, периодически бросая осуждающие взгляды в мою сторону. Никак не могу успокоиться и собраться с нужными мыслями. Еще и мой драгоценный папаша, как назло, подливает масла в огонь.

– Кстати, Ник, отец где? – обращает внимание всех присутствующих на себя. – Обещал прилететь сегодня, но я его нигде не вижу.

– Уже едет из аэропорта, – расплывается мой спутник в улыбке на все свои тридцать два зуба. – Это и есть мой сюрприз, – а это уже обращается ко мне, вызывая скрежет в зубах и предчувствие надвигающиеся катастрофы.

Как же не вовремя, кто бы только знал.

И финалом данной эпопеи становится пламенная речь моего отца:

– Я очень надеюсь, что в скором времени мы породнимся, – улыбается он, довольный собой, а мне снова хочется провалиться сквозь землю. – Я всегда мечтал о таком зяте для своей принцессы!

Ой, папа! Как же ты не вовремя! Ну кто, спрашивается, тебя просил лезть, а?! Хоть глаза зажмуривай. Нигде здесь не раздают ковры-самолеты? Или какую другую волшебную чушь, чтобы испариться.

– Это моя принцесса! – громкий голос Дамира заставляет меня прирасти к полу, а остальных замолчать и уставиться на мужчину. Резко округлившимися глазами и с открытыми ртами в придачу. Я бы, конечно, возразила, но сейчас, чувствую, не время. Лучше промолчу. И так он сейчас в ярости. Сметет как ураган всех на своем пути.

– Не понял, – первым отмирает отец.

– Что непонятного? – Дамир поворачивает голову в его сторону. – Я сплю с вашей дочерью.

Твою мать! Не мог как-то культурнее выразиться? Хотя, о чем это я? Дамир Каримов и культурнее – антонимы. Прав был Захар, не похож мой избранник на хлюпика. И на безответственного идиота тоже не похож.

В чем-то зарыт подвох. Знать бы наверняка, что я пропустила.

– А ты что молчишь? – отец обращается ко мне.

Ну, а что я могу сказать? Он прав, мы спим? Или мне нравится секс с Дамиром Каримовым? Хоть застрелите меня, но не могу этого произнести вслух. Я в шоке, причём полном. И дар речи, кажется, на какое-то время пропадает.

– Офигела! – я пожимаю плечами, при этом расстреливая злым взглядом виновника моего ступора, тем самым вызывая смешок у Захара и улыбку у Дамира. – Никит, я хотела с тобой поговорить, – поворачиваюсь к парню, стоящему рядом, чтобы больше не встречаться с темно-карими глазами, как тут же прилетает грозное:

– Потом поговоришь! Извините, украду у вас свою принцессу, – Дамир бросает напоследок отцу, делает два шага вперед, случайно (а может и специально) локтем задевает Никиту, а после…

В общем, неандерталец он и в Африке неандерталец.

И что за привычка у мужиков – чуть что, сразу на плечо и через весь зал под изумленными взглядами сотни людей нести к выходу? А я-то, наивная, недавно предполагала, что мне не везет по-крупному. Вот оно, невезение, самое что ни на есть настоящее. Теперь весь городской бомонд будет неделю обсуждать, как дочку Гончарова тащил на плече взбесившийся владелец клуба. Ну, и как мне потом людям в глаза смотреть? Учитывая, что этот ненормальный вдобавок ко всему еще и женат.

Собираюсь с силами, пока вишу вниз головой, продумываю план мести, а когда мои ноги касаются земли, бью кулаком в плечо Каримову.

– Ты что за шоу тут устроил? – я шиплю, как змея, однако мой спутник не впечатляется. На его губах играет лукавая полуулыбка, хотя видит же прекрасно, что я сгораю от бессильного гнева. Мысленно рву его как тузик грелку, еще и ногами добиваю, чтобы не сопротивлялся.

А этот гад как ни в чем не бывало кивает водителю, отодвигает меня в сторону, открывает заднюю дверь и чуть ли не силой запихивает мое бренное тело в салон.

– Мой клуб, что хочу, то и устраиваю, – фыркает, пристраиваясь рядом и заставляя меня подвинуться. – Не слышу оправданий по поводу жениха!

Что? Совсем офигел?

– А должна? – я поворачиваю голову в его сторону.

– Обязана! – мы встречаемся взглядами.

Искры летят в разные стороны, молнии одна за другой бьют в голову, а у меня сейчас огромное желание обнять сидящего рядом мужчину и поцеловать.

Люблю этого неандертальца, и ничего не могу поделать. Но красная лампочка в голове настойчиво мигает:

«Женат!»

А мое настроение делает резкий скачок вниз…

– Кто бы говорил, – я фыркаю, отворачиваясь, однако цепкие мужские пальцы ловят меня за подбородок и заставляют повернуться назад.

– Объясни, что происходит.

– Сам не догадываешься?

– Нет.

– Каримов, я тебе поражаюсь! – вспыхиваю как спичка, больше не желая играть в этот фарс. – Так нагло врешь всем, еще и делаешь вид, как будто это ты жертва, а не я.

– Жертва чего? – мужчина не унимается, правда, тон, как ни странно, спокоен.

Я бы даже сказала, что удивлен, но сути это не меняет.

– Вот чего ты ко мне привязался, а? – я так устала, что сил нет больше играть в его игры. – У тебя есть жена, вот и вали к ней. Я же уже сказала – не буду твоей игрушкой. Да, ты мне нравишься. Да, я хотела бы с тобой серьезных отношений, но переступить через себя я не смогу, как бы ни хотелось.

Ну вот, правда вылилась на голову бедного Дамира. Кстати, как-то слишком странно он реагирует. Сначала брови ползли вверх, затем вытягивалось лицо, а после его счастливая улыбка осветила салон.

Да что, чёрт возьми, происходит?! Он вообще слышал, что я ему только что сказала? Или опять будет издеваться надо мной и моими чувствами?

– Люблю тебя! – выдает Дамир, ошарашив меня еще больше. И пока я удивлённо открываю и закрываю рот, как рыба, выброшенная на берег, не в состоянии от шока произнести и слова, он сминает меня в охапку и делает то, о чем я мечтала несколько минут назад.

Его губы терзают мои, вытесняя все недавние страхи и сомнения, а я уже ни о чем думать не могу. В одно мгновение всё становится неважным, кроме мужчины, сидящего рядом и сводящего меня с ума своей страстью. Его руки гладят полуголую спину, вызывая истому внизу живота. Еще немного – и возьмет меня прямо здесь. Но я, в принципе, не против, если бы не водитель и эта дурацкая, слишком настойчивая красная лампочка в голове:

«Он женат, Лера! Его словам нельзя верить! Поиграет и бросит, мы это уже проходили!»

Как же не вовремя глупые мысли врываются в мою бедную голову, черт бы их побрал! И этот гад, который воспользовался моей слабостью, своим признанием лишил возможности трезво рассуждать! Одна часть меня хочет всё прекратить, а другая – льнёт к нему, моля о продолжении. Как же сложно бороться со своими чувствами. А он все настойчивее врывается в мое личное пространство, заполняя собой окончательно, и мое бедное сердце стонет от противоречивых чувств. Любовь и совесть.

Что мне выбрать?

– Подожди, – я произношу на выдохе и пытаюсь вырваться, но Дамир не выпускает. Дышит так же часто, как и я, все еще держа в объятиях. Крепко, собственнически нагло, как будто я уже принадлежу ему.

Как бы я хотела этого! Но его уход таким способом от моего вопроса бесит. От близости с ним мои мысли путаются, не давая возможности принять верное решение. Умом понимаю, что это путь в никуда, а сердце шепчет: «Попробуй, дай шанс».

Боже… Как все сложно!

Какой к чёрту шанс?! Он же женат! Стон отчаяния еле сдерживается, когда в голове сумбур из противоречивых мыслей. Мне так хреново, хоть волком вой. Все силы уходят на борьбу с собой. А тут еще и Дамир подливает масла в огонь, произнося своим хриплым голосом:

– Что опять не так?

Приплыли, что называется. Я кому только что пламенную речь зачитала? Дверям? Водителю? Или просто сама с собой поговорила? Как о каменную стену, честное слово.

– Ты меня слышал? – пытаюсь повысить тон, на что мужчина лишь усмехается в ответ. – Я тебе сказала, что мы не можем быть вместе. Твой напор ни к чему не приведет, Дамир. Я так не смогу… – произношу дрогнувшим голосом.

Ещё немного, и разрыдаюсь у него на глазах.

– Придется потерпеть до дома, – он снова игнорирует все мои слова, а я лишь тяжело вздыхаю. – Оттого, что я сейчас начну тебя переубеждать, как ты заблуждаешься, – делает паузу, а я смотрю ему в глаза, практически не моргая и на несколько секунд затаив дыхание. Но в глубине души все же понимаю, что он опять забавляется, как кот с мышью. – Ты же все равно ведь, – пауза, – не поверишь?

– Нет, – честно отвечаю, вызывая очередную улыбку на его устах.

– Поэтому потерпи, – мужчина целует меня в нос и усаживается ровно. – Фома неверующая.

И что ему сказать в ответ? Чего ждать от его заявлений? К чему все эти сложности?

Но я молчу, пытаясь привести и мысли, и эмоции в порядок, потому что сил сопротивляться больше нет. Дамир вроде слушает меня, но не слышит. И это пугает похлеще, чем его полунамеки.

Кстати, в его новой квартире я впервые. Стильно, красиво, но слишком неуютно и одиноко. Как-то не похоже, что здесь побывала женская рука. На жилище холостяка больше смахивает, а не на уютное гнездышко влюбленных голубков.

– Располагайся, – бросает Дамир, направляясь, как я понимаю, в кабинет. Ни разу больше не попытался меня поцеловать. Вел себя сдержанно, но и ни одного звука не произнес, пока мы не доехали до его дома.

И сейчас оставляет меня одну посреди огромной комнаты, а сам уходит – да уж, гостеприимный хозяин, ничего не скажешь. Правда, я даже не успеваю всё внимательно рассмотреть, как Дамир появляется, неся в руках… паспорт.

– Это что? – я дрожащими руками беру документ, который чуть ли не силком мужчина впихивает мне в руки.

– Это доказательство моего развода, – смотрит, не отводя взгляда, а я лишь стону в ответ. – Чтобы ты больше не сомневалась в серьезности моих намерений.

– Из-за меня? – тихо спрашиваю, так и держа паспорт закрытым. Боюсь услышать правду. И смотреть тоже боюсь.

– Ты-то здесь при чем? – Дамир отходит к мини-бару, открывает, а после поворачивается ко мне: – Выпьешь что-нибудь?

– Не помешает, – я чувствую, как ноги подкашиваются, и я делаю шаг в сторону, чтобы плюхнуться на диван.

Да уж, вот это новость. Не мог раньше сказать, что развелся? Я же думала, что он просто хочет со мной развлечься. Как раньше. Извелась вся, считая, что влюбилась в женатого мужчину. Столько слёз пролила, а он молчал как партизан.

– Когда мы с тобой познакомились, – Дамир подходит ко мне и вручает бокал с коньяком, – мы с женой уже не жили вместе. Бракоразводный процесс к тому времени начался, но там были кое-какие нюансы с разделом имущества, – он делает глоток из своего бокала, усаживаясь рядом.

– Почему развелись? – я поворачиваю голову в его сторону.

– Наш брак себя изжил, – горько усмехается Дамир. – Наверное, я виноват, что мало уделял жене внимания, и не заметил, как милая и добрая девочка превратилась в законченную стерву, – залпом допивает алкоголь и отставляет бокал в сторону. – Эгоистку, каких еще стоит поискать.

– Теперь понятно, почему ты так бурно отреагировал на мое поведение, – я закрываю глаза, тяжело дыша.

Как же мерзко в его глазах я выглядела тогда. Боюсь представить, что Дамир думал обо мне. И даже язык не поворачивается винить его, хоть мужчина и произносит:

– Я очень виноват перед тобой.

– Проехали, – я открываю глаза и делаю глоток коньяка.

В одной руке до сих пор паспорт Дамира, в другой – бокал с алкоголем. Офигеть картина. Но пальцы так сильно вцепились, как в спасательный круг, не выпуская ни одно, ни другое.

– Полгода назад мы с Аленой окончательно развелись, и ты тут абсолютно ни при чем, – дотрагивается двумя пальцами до моего подбородка и заставляет посмотреть на него. – Я сделал работу над ошибками, и не собираюсь их повторять.

– Дамир, – я произношу чуть слышно, а по щеке течет слеза. Я бы сейчас разрыдалась, честное слово, только от счастья, так как все страхи, сомнения и терзания резко испаряются. И вздох облегчения вырывается из груди, особенно когда мужские губы находят мои.

Я машинально откидываю паспорт в сторону и свободной рукой запутываюсь в коротких волосах мужчины.

Любимого! И единственного, который мне нужен как воздух. Именно о таком я всегда мечтала – страстном, уверенном в себе, решительном и настойчивом. То, чего мне порой не хватает.

Я тоже сделала работу над прошлыми ошибками, чтобы больше не повторять. Никогда не буду стервой! Это все в прошлом. Теперь у меня другие ценности: семья, дети и любимый мужчина рядом. Который будет всегда и во всем поддерживать, подсказывать и никогда не упрекать.

– Ты слышала, что я сказал тебе в машине? – спрашивает и пристально смотрит мне в глаза своим колдовским взглядом. Дамир еле сдерживается, я чувствую это по его взгляду, прерывистому дыханию и желанию в глазах. Он в любую секунда готов наброситься на меня прямо здесь, а я в ответ лишь улыбаюсь.

– Слышала, – киваю, вызывая у мужчины улыбку на устах.

– Опять не поверила, – он легонько мотает головой из стороны в сторону.

– Больше не буду, – провожу пальцами по его щеке, слегка заросшей щетиной. – Потому что я тоже тебя люблю.

Стон из мужских уст. Протяжный. И всё, его тормоза отказывают. Дамир резко встает, подхватывает меня на руки и несет в спальню. Наконец-то избавляюсь от бокала, ставя его на тумбочку, а потом страсть захватывает нас целиком в свой плен. Одежда летит в разные стороны, и мы с жадностью исследуем тела друг друга, не желая даже не секунду прерываться. Моя разгорячённая мужскими ласками спина касается прохладной простыни, вызывая лёгкий стон из груди, а Дамир нависает сверху. И снова эта пытка, когда мужской язык прокладывает жаркую дорожку от ключицы до низа живота, а я прогибаюсь в спине, уже не сдерживая эмоций.

Больше не надо притворяться! Сейчас хочется отдаться чувствам и желаниям. Я безумно желаю этого мужчину! Так сильно, что готова терпеть его несносный характер и дальше. Хотя местами он бывает нежным, ласковым и заботливым – что ж, придется приручать его. Да и напор мне уже начинает нравиться. А не раздражать, как раньше.

– Моя сладкая девочка, – шепчет Дамир на ушко, а его палец проникает внутрь. Аккуратно гладит, заставляя тело и мышцы расслабиться. Хватаюсь за мужские плечи, желая продолжения. – Нетерпеливая! – усмехается, и теперь уже член заменяет палец.

Медленно входит, замирает, а после выходит. Не до конца, но эти игры уже задолбали.

– Хватит дразнить! – изнывая от нетерпения, я стону, вызывая у мужчины смешок.

– Придется тебе меня терпеть, раз уж любишь, – шутит, а у меня от его резких толчков кружится голова, внизу живота становится так… горячо, а руки сами тянутся к мужчине, чтобы ускорить процесс. – Не так сразу, – ловит их, скрепляя замком над головой. – Я властный, – толчок, а после мой протяжный стон в ответ.

– Угу, – только и могу произнести, потому что страсть накрывает бешеной волной.

– Нетерпеливый, – еще один толчок, а я уже в плену возбуждения.

– Знаю, – хриплый голос никак не желает слушаться.

– И безумно ревнивый! – очередной резкий толчок, а я прогибаюсь в спине.

Тянусь навстречу, желая продолжения. Ну, нельзя же так издеваться!

– Будешь изменять, кастрирую!

– Не буду, – тихое, а после его губы накрывают мои. – Только ты, – шепчет, а мужские бедра уже активно двигаются, наращивая темп.

И я отдаюсь во власть любимому. Хочу принадлежать только ему!

Властному, дикому, несдержанному и ревнивому!

Только мой!

Он просто пока не знает, какая ревнивая и несдержанная я!

Полтора месяца спустя…

POV Лера

– Спасибо тебе, дорогая, что со мной поехала, – Настя прижимает голову к моему плечу, крепко держась за мой локоть. – А то страшно самой, – шепчет, вызывая у меня улыбку.

– Да брось, – бережно перебираю ее волосы, улыбаясь. – Ты же знаешь, я всегда готова тебе помочь и поддержать.

– Знаю, – милая птичка вроде и улыбается, но все равно слегка нервничает.

Еще бы, ей рожать со дня на день, и страх с каждым днем усиливается. Она боится, как и любая женщина в ее положении, а мы всей семьей ее стараемся поддержать. Сегодня мне выпала роль няньки нашей любимой птички – сопровождаю ее к врачу. Кстати, вызвалась я добровольно, преследуя свои собственные и корыстные цели. Так сказать, соединила два в одном.

У Захара важная встреча, мама приболела, Дамир только завтра возвращается из командировки – оставил меня в пустой квартире на целых четыре дня, в общем, кто, как не я.

– Мне самой надо к гинекологу забежать, – я ехидно улыбаюсь, заставляя птичку расслабиться. Когда она переключает свое внимание на другого человека, то напрочь забывает думать о предстоящих родах. И нервничать, кстати, тоже забывает. – Гормоны, скорее всего, шалят. Хочу попросить, чтобы выписала мне каких-нибудь таблеточек для восстановления гормонального фона.

– Точно гормоны? – птичка останавливается посреди коридора и смотрит пристально мне в глаза. – А может…

– Вряд ли, – я пожимаю плечами, понимая, на что намекает моя любимая родственница. – Хотя я не против, – улыбаюсь, представляя себе эту картину.

Огромный живот, как у Насти, счастливая улыбка Дамира, и я, цветущая как майская роза. Возможно, позже я все-таки решусь на этот шаг, но пока хочу насладиться любимым мужчиной в полной мере. Как настоящая собственница – не желаю его ни с кем делить.

– Тебя тошнит? – начинает допрос Настена. – Голова кружится? Грудь налилась?

– Грудь налилась, – поддакиваю, кивая в подтверждении своих слов. – Но со дня на день месячные должны начаться, поэтому и налилась. Не тошнит, голова не кружится, в обмороки не падаю, – беру свою родственницу под руку и тяну по коридору к нужной двери. – Да говорю тебе, обычный сбой. Восемь месяцев без секса, а за последние полтора прямо перебор, – смеюсь, заставляя птичку расслабиться окончательно.

Перед кабинетом она вздыхает, собирается с мыслями и заходит, оставляя меня одну в коридоре. Я заранее попросила Настену, чтобы договорилась со своим гинекологом по поводу меня, поэтому терпеливо жду.

Хоть и уверена я, что все-таки гормональный сбой, все равно слова Насти въедаются в мозг. А может, и вправду беременна? И тест, который я делала три дня назад, обманул? Бывают же бракованные, может, и мне такой вот попался? В душе проблеснул лучик призрачной надежды, но тут же погас.

Точно гормоны. Как же некстати!

Вздыхаю, теперь уже сама собираюсь с мыслями, что переступить порог кабинета, когда оттуда выходит цветущая птичка. Такой сумбур в голове, что даже не пытаюсь сейчас разобраться в происходящем. С одной стороны, вроде и хочется, а с другой – я прекрасно понимаю Настю. Страшно.

Кто бы спросил, почему, я бы ответила, что фиг его знает. Но терпеливо жду, когда настанет мой черед.

– Когда последний раз были месячные? – милая женщина в белом халате интересуется, заполняя карточку. Все паспортные данные уже записала, теперь переходим к главному.

– Если честно, то не помню, – пожимаю плечами. – В последнее время моя жизнь так круто изменилась, что я в днях потерялась.

– Хотя бы приблизительно, – настаивает гинеколог.

– Месяца полтора назад, может, чуть больше, – нервничаю сильно и никак не могу собраться с мыслями. – У меня очень долго не было половой жизни, а в последнее время ее слишком много, – поясняю, вызывая у женщины улыбку на лице.

– Так это же прекрасно! – откидывает ручку в сторону и встает со своего стула. – Идем, на кресле посмотрю.

– А может, таблеточки какие? – робко встаю, отставляя сумку в сторону. – Я думаю, все-таки сбой, тем более тест отрицательный.

– Тест – это еще не показатель, – заходит за ширму и надевает перчатки. – Давай, крошка, располагайся.

И отчего ей весело, скажите на милость, когда у меня ноги подкашиваются. Ну же, Лера, давай, раз пришла. Решайся, а то так и будешь жить в неведении. Лучше уж знать вердикт наверняка!

Еще бы расслабиться получилось, а то и так вся в напряжении. Терпеть не могу гинекологов, постоянно отлынивая от посещения, но со здоровьем шутки плохи. Поэтому надо выдохнуть, залезть на это чертово кресло и хоть немного утихомирить разбушевавшиеся эмоции.

Их слишком много. А еще больше сомнений. И страх какой-то непонятный. В общем, полный трындец!

– И что там? – я одеваюсь, пытаясь прочесть хоть какие-то эмоции на лице врача. Женщина в белом халате интригующе улыбается, что-то шепчет себе под нос, но мне так ничего и не объясняет. Поворачивается спиной ко мне и направляется к письменному столу.

– Недель семь-восемь, – берет ручку и что-то помечает в карточке, а я так и остаюсь стоять с открытым ртом посреди кабинета.

– Я беременна? – робко уточняю, а у самой сердце замирает – боюсь услышать отрицательный ответ.

– Конечно, – врач поворачивает голову в мою сторону и добродушно улыбается. – Сомневалась?

– Если честно, то да, – я киваю, но как-то неуверенно. – Сомневалась. Думала, просто сбой, а не…

– Направление на анализы и УЗИ, – женщина в белом халате протягивает мне два листика. – Завтра сдашь, будем знать точнее и твой срок, и твое физическое состояние. Пока я не вижу повода для волнений. Как чувствуешь себя?

– Прекрасно!

И эта чистая правда. От осознания того факта, что у нас с Дамиром будет ребенок, я готова смеяться и плакать от восторга. И чего бояться-то, спрашивается? По-моему, это самое лучшее, что могло с нами случиться. Я не могу до конца поверить, но безумно рада. Боже…я беременна!

Ура!

– Тогда жду с результатами, – женщина разделяет мою радость, улыбаясь в ответ. – Папаша хоть ответственный? А то я тут такого насмотрелась, волосы дыбом встают.

– Самый лучший, – и это вторая чистая правда. Я уверена, что Дамир будет прыгать от радости, сжимая меня в своих медвежьих объятиях.

– Тогда я рада вдвойне, – что-то помечает в моей карточке и откладывает ее в сторону. – Будем рожать, милая.

– Будем, – подхватываю сумочку и направляюсь к выходу.

А в коридоре Настя, видимо, читает все эмоции на моем лице, потому что сразу же расплывается в улыбке.

– Я же тебе говорила, – подхватывает меня под руку и ведет к лифту. – А ты мне гормоны, таблеточки.

– Ага, – киваю, находясь в какой-то прострации.

– Боже, как я рада! – продолжает тарахтеть птичка мне на ухо.

– Ага, – продолжаю двигаться на автомате, но тут же спохватываюсь. – Ты пока никому не говори, – даю наставление птичке. – Завтра сделаю УЗИ, тогда уже можно трепаться.

– Я молчок, – серьезно говорит милая птичка и тут же снова улыбается, повисая на моем локте.

А я уже продумываю в голове, как завтра встречу Дамира. И ошарашу его новостью. Но сначала анализы, как говорила мне врач, УЗИ, на котором подтверждается мой «диагноз», восемь недель беременности, и Элеонора Карловна, с подозрением заглядывающая мне в глаза, когда я захожу к ней в кабинет, чтобы отпроситься до конца рабочего дня.

– Ты вся светишься, – женщина не разделяет моего веселья, сканируя меня насквозь. – Что случилось, Гончарова?

– Почему сразу случилось? – настроение зашкаливает выше нормы, и я готова сегодня расточать улыбки направо и налево. – Скорее, произошло. Я беременна, Элеонора Карловна. А сегодня мой любимый мужчина возвращается из командировки, хочу приготовить ему сюрприз. Он пока еще не знает, что через семь месяцев станет отцом.

– Ну, слава Богу, – начальница откидывается на спинку кресла и прикладывает руку к груди в области сердца. – А то уже думала, случилось чего. Но все равно ты меня расстроила, Гончарова, – она кривится, но по-доброму.

– Это еще почему? – если честно, то не понимаю ее иронии. Нет бы, порадовалась вместе со мной, а она…

– Потому что теперь твой муж запрет тебя в четырех стенах, и я лишусь ценного сотрудника, – видит, как улыбка медленно спадает с моего лица, и машет рукой, смеясь. – Пора уже привыкнуть к моему цинизму, Лера, а не вестись на каждое мое слово. На самом деле я очень рада, честно, – последнюю фразу произносит мягко, я бы даже сказала, с небольшой завистью в голосе. – А также отрою тебе страшную тайну, – делает паузу, прищуриваясь. – Мы с Сеней решили взять ребеночка из детского дома. Рожать-то мне уже поздно, да и в свое время нахлебалась я, бегая по больницам, поэтому…

– Вы молодец, Элеонора Карловна! – выдаю, нагло перебивая ее пламенную речь. – Это здорово, я так за вас рада.

Вот это новость! Ай да начальница, какие они с Арсением Владимировичем молодцы! Вот тебе и заядлая холостячка, ненавидящая маленьких детей. Кто бы знал, как любовь меняет человека!

– Так что рожай быстрее, буду тренироваться на твоем, – смеется, глядя мне в глаза. – Пока у Ярышевой близнецов заберу на выходные. Надо же опыта набираться. Ладно, загрузила я тебя, давай домой топай, а то Дамир мне потом голову открутит.

– Спасибо, – я встаю со своего места и задвигаю стул. – Не открутит, я ему не позволю…

Настроение еще лучше, чем было – одни положительные эмоции и хорошие новости. Осталось только любимого мужчину обрадовать, когда вернется домой из командировки. Хоть Элеонора и назвала Дамира моим мужем, до свадьбы еще дело не дошло. Мы как-то не обсуждали эту тему, нам и так хорошо вместе.

Единственное условие, которое выставил мне Каримов – это переезд к нему.

– Не обсуждается! – в категоричной форме заявил, когда я попыталась было возразить. – И даже не сопротивляйся.

– Дамир, но…

– Никаких «но».

Я давно поняла, что спорить с ним бесполезно. Если что-то вбил себе в голову, то его танком не сдвинешь, такой он упрямый. Но у меня же есть опыт общения с подобными индивидуумами мужского пола. Что отец, что Захар – оба упрямцы, каких свет не видывал. Но я нашла к ним подход – долгие годы тренировок и опыта дали свои плоды, поэтому Дамир может и дальше командовать.

Все равно же сделает по-моему. Проверено!

Звонок в дверь раздается слишком внезапно, когда я достаю противень с мясом из духовки. Решила приготовить ужин собственноручно, а не заказывать в ресторане. Мой любимый мужчина вот-вот должен вернуться, уже отзвонился, но звонок в дверь – это что-то новое. У Дамира есть ключи, хотя, может, он тоже мне сюрприз какой готовит, поэтому руки заняты?

– Привет, – я распахиваю дверь с улыбкой на устах, правда, эта самая улыбка резко сползает, потому что на пороге не Дамир.

Женщина, чуть старше меня, с большим животом. Смотрит внимательно, не отводя глаз, как будто хочет дырку прожечь.

– Привет, – как-то странно улыбается и делает шаг вперед. – Войти можно?

– Зачем? – стою на месте, как будто к полу приросла.

Да и постороннего человека в дом пускать не намерена – кто она, черт возьми, такая?

– Поговорить, – спокойно отвечает, пожимая плечами. И тут же отвечает на мой мысленный вопрос. – Я Алёна Каримова, жена Дамира.

Последние слова как гром среди ясного неба. Не знаю почему, но у меня в душе начинается зарождаться паника. Словно предчувствую беду. Тут не нужно быть оракулом, чтобы понять – женщина пришла разрушить мою жизнь. Но я собираюсь с эмоциями, мысленно прогоняя все свои страхи, и с невозмутимым видом поправляю:

– Бывшая, – из уст женщины слово «жена» слегка коробит. Штамп есть, между ними давно ничего нет, так какая нахрен «жена»? – Дамира нет, так что…

– Я к тебе, – и пока я стою с широко открытыми глазами, женщина проходит мимо, направляясь в зал.

– Твою мать! – шиплю и двигаюсь за ней следом. – Вот же стерва беспардонная!

Только ее мне сейчас не хватало для полного счастья.

Какого черта она сюда приперлась? Да и разговаривать нам с ней не о чем, что непонятного? Но положение женщины настораживает и останавливает от резких слов в ее адрес. В любое другое время я бы ее давно послала, но сейчас, глядя на круглый живот, слегка остужаю свой пыл.

– Неплохая квартирка, – Алена рассматривает зал, стоя ко мне спиной.

– Что вам нужно? – стараюсь говорить сдержанно, но меня начинает слегка потряхивать от страха и волнения.

– Не знаю, на что ты рассчитываешь, – она останавливается возле окна, так и не поворачиваясь ко мне лицом. – Только он все равно вернется ко мне.

– Ребенок его? – слова даются с трудом, но я кое-как пытаюсь совладать с эмоциями.

– Да, – спокойно произносит женщина, все так же демонстрируя спину. – Я поставила ему условие, что дам развод, если мы с ним переспим. Он согласился, – она делает паузу, а у меня начинается паника.

Спал с женой, чтобы получить развод, а мне ничего не сказал. Был таким искренним и честным, что ему нельзя было не поверить. А сам… предал меня, хотя тогда еще об этом не подозревал. И теперь он вернется к ней, когда узнает о ребенке.

А как же наш малыш?

– Интересно, когда это мы переспать с тобой успели? – раздается любимый голос за спиной, и я резко поворачиваюсь назад. Сердце от волнения пропускает удар, когда смотрю на Дамира. Не могу вымолвить и слова, они, словно ком, застряли в горле.

Зашел неслышно, так как я забыла закрыть входную дверь. Стоит, упершись плечом в дверной косяк и, как ни странно, усмехается. В руке огромный букет бордовых роз, моих любимых, как я предполагаю, предназначенный исключительно мне, только вот даже от осознания этого факта почему-то не радостно.

А внутри все сжимается в тугую пружину.

– Дамир… – слышу женский голос за спиной, а мой мужчина все так же не сводит глаз с меня.

– Лерочка, – он отлепляется от проема и подходит ко мне, вручая цветы. – Подожди на кухне, – целует в висок. – Минут пять, не больше.

– Хорошо, – я забираю букет и печально вздыхаю.

– И глупости в голову не бери, – берет двумя пальцами за подбородок, заставляя посмотреть на него, заглядывает в глаза, а потом демонстративно при своей бывшей жене целует меня в губы. Страстно, нежно и так волнительно. Впрочем, как обычно.

И это главное для меня – поддержка, которую не купишь ни за какие деньги. Дамир все объяснит, а я не стану в нем сомневаться. Потому что сердце подсказывает: он так поступить не мог. Слишком упрям, чтобы поддаться её шантажу. Слишком прямолинеен, чтобы врать мне.

Доверяю. Только ему!

Улыбаюсь в ответ, прогоняя все своим страхи и сомнения до конца, и выхожу из комнаты…

POV Дамир

Провожаю Леру взглядом, полным любви и желания. Да уж, моя девочка самая лучшая. Слава Богу, вовремя успел, а то неизвестно что бы тут наговорила эта сумасшедшая.

Кстати, о ней – как же она меня бесит. Но Алена в положении, придется держать себя в руках – поворачиваю голову в ее сторону, стирая улыбку с лица.

– И что за цирк ты здесь устроила? – прижигаю её убийственным взглядом, так как готов разорвать на части за эту дебильную выходку. Но все-таки сдерживаюсь, только из-за своей девочки, которой пришлось прочувствовать на себе всю стервозность моей бывшей. Вот сука, даже беременность не изменила её, так и норовит всё испоганить. Поскорее бы она свалила и не портила мне настроение.

А оно слишком хорошее, чтобы обращать внимание на разных шавок вроде Алены Каримовой. Надо же, фамилию не захотела менять, но мне реально пофиг. В правом кармане лежит кольцо с бриллиантом – скоро моя любимая девочка станет моей женой. Раньше, конечно, надо было делать предложение, но как-то у нас разговор ни разу на эту тему не заходил. Мое упущение, но я сегодня же исправлю этот косяк.

Мы вместе, а это главное, но я хочу детей только от одной женщины. Другие могут идти лесом.

– Завидую, – как обычно, в своей ехидной манере отвечает, усаживаясь на диван.

«Ну, кто бы сомневался!» – мысленно усмехаюсь, глядя на женщину, потерявшую совесть. Для таких, как она, гадить другим – это норма жизни.

– Поэтому решила напакостить? – я хмурюсь, озвучивая свои мысли, при этом продолжая пристально смотреть на Алену. – Отец кто? – киваю на круглый живот, получая в ответ противную улыбку.

– Адвокат, козел, – фыркает моя бывшая жена, сразу же меняясь в лице. – После тебя одни козлы попадаются, – встает с дивана, поправляя юбку. – Хотя ты тоже не подарок, Каримов.

– Спасибо за комплимент, – я наблюдаю, как Алена подходит ко мне. – Девочку не трогай, иначе разозлюсь, – намерено делаю паузу. – Сильно. И даже на положение твое не посмотрю.

– Уф, как грубо! – кривится, затем тяжело вздыхает и произносит то, чего я от неё точно не ожидаю. – Ладно, не буду, – улыбается, правда, печально и дотрагивается рукой до моего плеча. – Что-то я перегнула в этот раз. Ты извинись за меня перед девочкой и скажи, чтобы дурного в голову не брала.

Я ошибся, беременность всё-таки её изменила. Хотя может и наш развод – в женской голове сложно проследить логику. Пусть еще не до конца, но сдвиги в лучшую сторону есть.

– Куда теперь? – я приподнимаю одну бровь, все так же глядя Алене в глаза.

Я знаю, что она продала дом в Сибири, который достался ей после развода. А также свою машину. Решила сменить обстановку и начать новую жизнь?

– В Москву к сестре, – спокойно отвечает, как будто и не стерва вовсе. А милая и добрая девушка, которую я когда-то любил. Но это в прошлом. Не хочу вспоминать. Я вычеркнул все плохое, сделал правильные выводы и больше не совершу старых ошибок. – Квартиру себе там купила, вещи уже перевезла. Вот, – делает паузу, – по дороге решила тебя проведать.

– Помощь нужна?

Возможно, это и странно звучит из моих уст, потому что Алена приподнимает обе брови вверх в немом изумлении, но я тоже изменился. И зла ей не желаю, хоть и бесит она меня неимоверно.

Лера. Это всё последствия ее влияния на меня. Добрее стал, что ли. Или старею. Но в любом случае больше не кидаюсь на людей, стал сдержаннее и уравновешеннее, а также научил ценить то, что имею.

– Нет, – по щеке моей бывшей жены катится одинокая слезинка. – А ты изменился, Каримов.

– Давай провожу тебя, – я не желаю сейчас обсуждать с ней ни себя, ни наши прежние отношения. Это все в прошлом, а в настоящем меня ждет милая и добрая девочка, которая, по всей видимости, хочет сообщить мне радостную новость. Она-то еще не знает, что я в курсе, поэтому сюрприз сделать не получится.

Но я постараюсь доставить ей удовольствие. Хотя спалюсь, как только растянусь в улыбке – моя малышка слишком проницательна, чтобы не догадаться. Новость о ее беременности уже далеко не новость для меня. И я еле сдерживаюсь, чтобы не рвануть к ней и не показать в полной мере, насколько я счастлив. Даже не верится, что я скоро стану отцом!

– Спасибо тебе, – Алена вытирает слезы, размазывая их по щекам, а я достаю из кармана мобильный телефон. – Виталик, – набираю номер своего водителя. – Вернись к моему дому. Сейчас из подъезда выйдет женщина беременная, отвези ее… – запинаюсь, глядя на бывшую жену и задавая немой вопрос.

– В гостиницу, – кивает в подтверждении своих слов.

– В гостиницу, – повторяю за Аленой, а водитель заверяет, что уже разворачивается.

И как только за женщиной закрывается входная дверь, я резко выдыхаю. Пару минут стою, собираясь с мыслями – на кухне меня ждет самая желанная и любимая девушка в мире. И нервничать ей нельзя, поэтому сейчас придется тщательно подбирать слова.

Еще и поругаться не получится, хотя мы и так с Лерой практически не ссоримся. Разве что спорим на повышенных тонах, но потом бурное примирение компенсирует наши временные перепалки.

Боже, как же я ее люблю!

Стоит спиной ко мне, дорезая салат. Вроде успокоилась, но я все равно настороже. Тихонечко подхожу к Лере и обнимаю ее за талию, прижимая спиной к своей груди.

– Малышка, не бери дурного в голову, – отодвигаю ее волосы и целую в шею.

– Не беру, – спокойно отвечает, засовывая в рот кусочек помидора. – Я подслушивала, – поворачивается ко мне лицом, расцветая на глазах. – Каюсь, виновата, но любопытство пересилило.

– О, ты ещё и партизанка! – со смешком дразню своё сокровище.

– Ты даже не представляешь какая, – парирует Лера в ответ с лёгкой полуулыбкой на губах. – И вообще, я девушка нетерпеливая, долго находиться в неведении не могу, – пожимает плечами, всем видом демонстрируя свое хорошее настроение.

– Да подслушивай сколько хочешь, тебе нервничать сейчас никак нельзя, а тут…

Запинаюсь, мысленно давая себе подзатыльник.

Чёрт, вот я, болван, проговорился. Как же не вовремя. Испортил весь сюрприз, к которому готовилась моя любимая женщина. Её глаза округляются, а рот открывается, как у рыбы, но не произносит ни слова. Улыбаюсь в ответ, ну, а что мне в данный момент остается еще делать? Придется как-то выводить ее из ступора, а потом каяться во всех смертных грехах.

Надо же, какая она впечатлительная!

Дотрагиваюсь пальцем до кончика ее носика, а потом туда же целую, еще больше ошарашивая Леру.

– Откуда ты… – она пытается она совладать с эмоциями, но ни черта у крошки не получается. – Как же так… – печально вздыхает. – Я же хотела… – и снова запинается, но тут же резко выдает: – Ну, птичка! Балаболка!

– Она не специально, – я заглядываю в глаза своей малышке. – Я тоже подслушал. Случайно, – поправляюсь, а то достанется бедной Настеньке. – Заехал на пять минут к твоему брату по делам, а тут его ненаглядная птичка позвонила. Динамик громкий, Захар не успел отойти, а Настя тарахтела без умолку, как она рада.

– А ты? – Лера смотрит исподлобья, видимо, сомневаясь в моих чувствах.

Проучить бы ее, засранку малолетнюю. Но в ее положении нельзя, вот попозже… Она у меня получит по полной программе. За недоверие.

И за сомнения на мой счет!

– Сначала офигел, – честно признаюсь, так как мы реально с Захаром только и могли, что смотреть друг на друга ошарашенными глазами. – На время лишился дара речи, – делаю паузу, чтобы прониклась. – А потом расцвел, чувствуя себя самым счастливым человеком на земле.

– Тут такое дело… – Лера вновь запинается, язвительно скривив губки, а я напрягаюсь. – Даже не знаю, как сказать. Птичка-то не в курсе, а то бы точно проболталась.

Я не на шутку уже пугаюсь, не зная, чего ожидать. Неужели что-то с малышом? Или с Лерой? А она, как назло, молчит, лишь ехидно кривясь.

– Что…

– Ты лучше присядь, – моя девочка дотрагивается руками до моих плеч и подталкивает назад.

Плюхаюсь на стул, не сводя с Леры испуганного взгляда, а она, как назло, тянет резину. Как будто специально проверяет мои нервы на прочность.

– Не томи! – грозно командую, так как уже на взводе. – Что-то с малышом? – озвучиваю один из своих мысленных вопросов, так как любимая женщина вроде в порядке. По крайней мере, выглядит цветущей, чего в данный момент не скажешь обо мне.

– С ним полный порядок, – вздыхает, а после с улыбкой на устах поправляться: – Точнее с ними. Дамир! – хватает меня снова за плечи, так как я откидываюсь назад, до конца не веря в происходящее. – Может, водички?

– Обойдусь, – оттягиваю вниз галстук, а после и вообще его снимаю. Расстегиваю верхнюю пуговицу на рубашке, кое-как восстанавливая дыхание.

Вот это новость! Прямо ошарашила меня, причем в самом хорошем смысле этого слова!

– Сегодня на УЗИ показало, что двое малышей, – поясняет Лера. – Врач тоже слегка опешила, потому что близнецы, обычно, рождаются через поколение, а тут такой нонсенс. Может, у тебя в роду были?

– Да вроде нет, – я пожимаю плечами в ответ, пытаясь вспомнить свою родословную. – Хотя какое это имеет значение? – наконец-то прихожу в себя, расплываюсь в улыбке и притягиваю Леру к себе за талию, упираясь лицом ей в живот.

– Придется нянчить двоих, – она дотрагивается губами до моей макушки.

– Хоть десятерых! Лера, ты даже не представляешь, насколько я счастлив, – бухчу, целуя ее в еще плоский живот, доставая из кармана бархатную коробочку.

Секунда, и вкладываю Лере украшение в руку. А сам отстраняюсь от нее, ожидая реакцию. И она следует незамедлительно. Сначала округлившиеся глаза, затем удивленный взгляд, переведенный на меня, а после одно единственное слово:

– Дамир…

– Какая же ты недоверчивая, – усмехаюсь, снова залезая рукой в карман. – Все твои сомнения написаны на лице красными буквами. На, – вкладываю ей в руку чек. – Читай. Особенно обрати внимание на дату, – тычу пальцем в нужное место. – Видишь? Я купил его три дня назад, когда был в командировке, и ребенок, точнее дети, тут совершенно не при чем. Тогда я физически не мог знать о твоей беременности!

– Я и сама о ней только вчера узнала, – Лера вздыхает с облегчением. – Думала, что-то с гормонами.

– Дать бы тебе по попе!

– За что? – возмущается она.

– За недоверие!

И хоть произнес я последнюю фразу довольно громко, все равно чувствовал себя самым счастливым мужчиной на земле. Правда, я так и не услышал ответ, на который рассчитывал. Да он мне, в принципе, и не нужен.

Достаточно того, что Лера рядом. Улыбается, язвит, местами даже пытается командовать, но все равно любит меня. Не за деньги и перспективы. Не за связи и возможности. А за доброту, честность…

Хотя разве за это можно любить? Ведь обычно любят не за что-то, а вопреки. По крайней мере, я очень надеюсь на это.

И уже позже, лежа в кровати после романтического ужина при свечах и ее тихого «я согласна стать твоей женой», понимаю, что счастлив.

Безумно!

– Кстати, ты приставать ко мне думаешь? – произносит моя будущая супруга, проводя тоненькими пальчиками по моей груди. – Вообще-то я рассчитывала на секс после сюрприза.

– А можно? – с некой надеждой спрашиваю, поворачивая голову в ее сторону. – Ты же…

– Если аккуратно, то можно, – улыбается, теперь уже укладываясь своей шикарной грудью на мою. – Никаких противопоказаний нет.

– Тогда держись, – со смешком, переворачиваю ее на спину, нависая сверху. Боже…как же я её хочу! – Я за язык не тянул.

А дальше все перестает иметь значение, когда тело Леры плавится под моими пальцами. Я знаю все ее эрогенные зоны, поэтому ловлю каждый стон. И наслаждаюсь.

Такие моменты хочется хранить в памяти вечно. Ведь настоящее чувство не купишь за деньги, мне ли не знать.

Вхожу в нее медленно, осторожно, и так же, не торопясь, начинаю двигаться. Лера двигается в заданном мной темпе и смотрит на меня взглядом, полным любви, изображая покорность. Но я-то прекрасно осознаю, что эта чертовка вьёт из меня верёвки. Знает, какое влияние имеет на меня. И бессовестно пользуется этим.

Переживаю ли я по этому поводу? Нет, конечно же. Моя любимая женщина сделала меня самым счастливым на земле.

Поэтому имеет право! На всё!

Особенно на меня.

Четыре года спустя…

POV Лера

– Ты зачем маму убил? – малышка так возмущена, что я еле сдерживаю рвущийся смех наружу. Вроде как дышать не должна, но ее голосочек не может никого оставить равнодушным.

Особенно меня. Боже, какое это счастье!

– Она притворяется! – сердито бурчит её брат и осторожно дотрагивается до моего плеча. Весь в отца, даже тоном одинаковым разговаривают.

Дамир привез им из-за границы два автомата с поролоновыми патронами, вот мы и играем в войнушку. Я вроде как убита, поэтому лежу на спине и стараюсь не дышать, слушая перепалку двух малышей.

Девочка и мальчик – прямо как мы с Захаром. Мой любимый супруг мечтал о двух сыновьях. Вот прямо бредил, чтобы я родила исключительно мальчиков. Одного-то ребенка пол определили сразу, отчего Дамир пришел в полный восторг, а вот малышка не хотела поворачиваться к нам лицом.

Такая же упрямая, как и я!

– Все мальчишки дураки! – выдает обиженно моя крошка, а я резко сажусь, открывая глаза.

– Эй, что за разговорчики!

Ох уж эти детские садики, чего только не нахватаются там. Но мы с Дамиром вовремя пресекаем, популярно объясняя, что плохие слова говорить нельзя. Особенно на брата.

– Мама! – счастливо восклицает моя крошка и бросается мне на руки. Вот же хитрюга маленькая, знает, как повлиять на родителей. Мой гнев резко испаряется, а на лице расплывается счастливая улыбка.

Не могу долго злиться, особенно когда такое сокровище прижимается к груди, а после преданно заглядывает в глаза. Правда, лукавый огонёк в них говорит, что она пытается манипулировать. Мы такие, с детства оттачиваем эту науку.

– Я больше не буду, – надувает губки, а я целую ее в носик.

– Смотри мне! – грожу пальчиком, но все равно прощу ей все на свете.

Арина и Роман – наше с Дамиром счастье. На них нельзя долго злиться – эти невинные глазки сведут с ума любого. Особенно папу, который души не чает в своей принцессе.

Какие же мужчины непостоянные! То сына второго хотел, то теперь дочь балует, иногда доводя меня до белого каления. Но стоит Дамиру улыбнуться, обнять меня и тихо прошептать на ушко: «Люблю тебя», как мой гнев тут же резко испаряется.

Что-то я сентиментальной стала, веревки из меня вьют.

– Мама, а папа скоро приедет? – Ромашка, как мы ласково его называем, хмурится, фыркая от наших с Ариной обнимашек.

Что с него взять, мальчик. Не любит сентиментальностей, хотя позволяет целовать себя в щеку, но исключительно перед сном.

– У папы дела, – поясняю сыну, откладывая в сторону автоматы и доставая кубики с буквами. – Давайте-ка алфавит повторим.

Детки у нас смышленые, все ловят на лету. Правда, больше ленятся, постоянно отлынивая, но я все равно стараюсь заниматься с ними в свободное время. Которого катастрофически не хватает.

Семья, работа (хоть и не полная нагрузка), но все равно устаю, иногда к вечеру не чувствуя ни рук, ни ног. Но я не жалуюсь, потому что счастлива. Безумно.

Кстати, именно Дамир настоял на выборе имени для мальчика.

– Даже не спорь! – приказал мой любимый мужчина, в категоричной форме заявив, что его сына будут звать Роман. – И возражения не принимаются! – отрезал, когда я открыла было рот, чтобы возмутиться.

– Но девочку называю я! – хоть какое-то участие я могу принять?

А то раскомандовался, не давая мне возможности вставить ни слова.

– Согласен, – хитро улыбнулся и прищурился. – Но только с моего письменного согласия!

Господи, как же я люблю этого упрямца! Жить не могу без него и наших малышей. Еще и мой ненаглядный друг Валевский, когда узнал имя малыша, начал командовать.

В моем же доме!

– Я крестить буду своего тезку!

И возражения, как я понимала, тоже не принимаются. Особенно когда мой любимый супруг кивнул в подтверждении слов Романа. Надо же, одни командиры кругом. Никуда от них не деться!

– Папа! – Арина с громким визгом подрывается и несется к двери, с разбега запрыгивая Дамиру на руки.

Надо же, а я и не слышала, как он вошел. Тихонечко так, незаметно, впрочем, как всегда. Стоит, подпирая плечом косяк двери, правда, сейчас отлепляется, ловя мелкую на руки. Принцесса все-таки, балует он ее.

И только сейчас замечаю – в руке букет бордовых роз. Моих любимых.

Сначала расплываюсь в улыбке, а после хмурюсь – что-то здесь нечисто. Вот хоть что говорите, а Дамир в чем-то провинился.

POV Дамир

Люблю за ними наблюдать. Когда они не знают, что я у них за спиной. Хотя мое место именно там – охранять и оберегать свою семью. Они всегда должны чувствовать мою опору и поддержку.

По-другому я не умею.

– Папа! – моя принцесса первой замечает меня и летит мне навстречу.

Ловлю малышку, поднимая одной рукой, другой держа букет бордовых роз. Любимые цветы моей жены. Думала, я не запомню?

– Привет, мои хорошие, – целую Арину в щеку и опускаю на пол, наблюдая, как Лера встает и направляется ко мне. Взгляд такой подозрительный, словно чувствует, что я с повинной. Ну ничего от проницательной жены не скроешь. Читает меня, словно книгу.

Кто бы знал, что избалованная стерва, которой в прошлом была моя жена, превратится в милую, домашнюю и заботливую девочку. Именно девочку – для меня она всегда остается молодой и красивой.

– Что-то ты задержался, – Лера целует меня в щеку, а я вручаю ей букет цветов. – Погоди, я забыла какую-то дату? – приподнимает одну бровь вверх, а я лишь тяжело вздыхаю. – Или ты что-то натворил?

«Бинго!» – мысленно восхищаюсь ее проницательностью, но вслух, разумеется, говорю иное:

– Ну, почему сразу натворил?! – якобы вспыхиваю, хотя тут же быстро потухаю. Как быстро она меня раскусила, но я так просто не сдамся. Буду увиливать от наказания до последнего. – Нельзя любимой жене подарить цветы просто так?

– Просто так можно, – кивает в подтверждении своих слов и нюхает бутоны роз. – Только мне кажется, что ты нагло пудришь мне мозги. Колись, – легонько толкает меня локтем в бок. – Что натворил?

– Папа вчера сломал твою любимую орхидею! – отвечает вместо меня малыш, а у Леры округляются глаза, в которых начитают разгораться искры.

– Что?! – она несется к окну, отодвигает штору, а после поворачивается ко мне лицом, посылая убийственный взгляд. – Каримов, я тебя придушу!

– Балабол, – корчу рожи сыну, двигаясь навстречу жене, а проходя мимо, треплю его по голове. – Кто ж тебя за язык-то тянул, а?

– Врать нехорошо! – Рома рассудителен и слишком серьезен для своих трех с половиной лет.

Весь в меня! Мой любимый малыш!

– Вот именно, нехорошо врать! – Лера на взводе, потому что мы вчера с мелким сломали ее любимый цветок.

Какая-то редчайшая орхидея, которую моя жена откопала на какой-то выставке. А мы играли в пиратов – бац, и ветка с цветами отломалась. Если бы мелкий не проболтался, то Лера еще не скоро бы заметила.

А там бы отмазался как-нибудь, сделав вид, что я не в курсе. Теперь придется каяться, хотя я не против.

– Дети, собираемся, – командую, расточая улыбки направо и налево. – Вы едете к тете Насте с дядей Захаром.

– Ура! – кричат малыши, наперегонки направляясь в детскую, а я обнимаю жену за талию и притягиваю к себе. – Не злись, тебе не идет.

– Даже разговаривать с тобой не хочу, – фыркает, пытаясь увернуться от моего поцелуя, но я-то кремень. От меня еще никто не сбегал, особенно моя любимая женушка. – Каримов, как можно быть таким безответственным? Я два года над ней тряслась, чтобы зацвела наконец-то, а ты…

– А я тебя люблю, – как обычно, это действует наверняка.

И падает любое сопротивление, уж мне ли не знать. А губы находят очаровательный ротик Леры, который открывается навстречу. Такое чувство, что не четыре года женаты, а реально медовый месяц у нас. Мне всегда ее не хватает, да и вряд ли когда-то будет иначе.

– Надеюсь, с Захаром договорился о ночевке? – жена первой отстраняется, приподнимая одну бровь вверх.

– Обижаешь, – я расплываюсь в улыбке на все свои тридцать два зуба. – До понедельника мы вдвоем.

Два вечера и две ночи вместе – это просто рай. Конечно же, дети для нас с Лерой главное, но иногда хочется побыть наедине. И мы частенько устраиваем себе такой «отдых», иногда сутками не вылезая из кровати.

Да уж, я никогда не смогу насладиться ею, как и она мною. Мы словно созданы друг для друга.

И каждый миг, проведённый с любимой женщиной, пропитан счастьем – от кончиков волос до кончиков пальцев на ногах. И если до этого я думал, что когда-то любил, то глубоко ошибался. Только со своей красавицей я познал истинное значение этого слова.

Даже страшно представить, что из-за глупых предубеждений мог потерять самое дорогое на свете.

То, что сейчас имею!

Конец