Артур

– Ненавижу тебя! – девушка шипела как змея, глядя мне пристально в глаза. Того и гляди, кинется прямо сейчас, выцарапав мне глаза.

Или вот-вот ужалит даже на расстоянии, так она взбесилась.

Кто бы знал, как зол я! Сейчас я готов любого разорвать, кто встанет на моем пути. Надо же, как судьба-злодейка иногда нам подножки подставляет. И ведь сам, по сути, виноват, только вот все равно раздражаюсь. Костяшки пальцев белеют, с такой силой я сжимаю кулаки.

Только выхода нет. От слова совсем. И винить в случившемся я должен только себя.

Моя маленькая ложь так внезапно вскрылась. Случайно. Слишком неожиданно, чтобы я придумал оправдание, как попал в гости к другу, чья жена, как оказывается, лучшая подруга моей малышки.

Одна случайность за другой. Одно брошенное слово переросло сначала в маленькую ложь. Затем в снежный ком.

И в конце я просто запутался.

Вот же Земля круглая, мать ее!

И как меня угораздило так влипнуть? Да, я уже не просто заигрался, а влип по полной программе.

Только вот винить кроме себя больше некого, хоть убейте. Хотя именно сейчас я бы на ком-то точно отыгрался.

– А что мне оставалось делать? – я развел руками в разные стороны, так как прекрасно понимал обиды девушки.

Точнее совсем не понимал, но это же, мать ее, женская логика. Там сам черт ногу сломит, куда уж мужикам-то разобраться. Хочу одно – делаю другое. Сейчас хочу другое – делаю третье.

То ей деньги нудны, а теперь, как оказывается, и не в них счастье. То ей принца подавай, теперь нос воротит.

И как ее понять-то?

– Решил прикольнуться… – я запнулся, а Марина горько усмехнулась моим словам.

– Но твоя шутка зашла слишком далеко, – закончила девушка вместо меня.

– Это твоя меркантильность зашкаливала, милая! – я со злостью в голосе перебил девчонку, тыча в нее пальцем. – Я никогда не говорил, что гоняюсь за богатыми дамочками! А ты что? И хочется, и колется!

– По крайней мере, я была честной, – она продолжала гнуть свою линию, черт бы ее побрал. Прямо дико бесила, зная прекрасно, как я быстро умею выходить из себя. – И никогда тебе не врала, – тихонечко добавила, вызывая у меня зубной скрежет.

Я едва сдерживался, чтобы не схватить ее в охапку и не тряхнуть как следует. И выбить всю ту дурь из ее очаровательной головки, которую она сама себе насочиняла. А еще лучше – заняться с Мариной диким сексом. А что, это лучше любой встряски.

И самый действенный способ, чтобы помириться.

Только я по глазам моей малышки прекрасно видел – уже осудила. И не даст возможности реабилитироваться. По крайней мере все объяснить.

Знать бы еще наверняка, нахрена оно мне надо!

– Когда баба залезает ко мне в трусы, – я процедил сквозь зубы, – то она хочет запустить лапу в мой кошелек. Вот и пришла в голову мысль проверить, сколько в нашем мире осталось места для чувств.

– Ты же у нас герой! Да еще и философ! – Марина хлопнула в ладоши. Кажется, все слова мои мимо ушей пропускала, даже не пытаясь вникнуть в их смысл. – Молодец, повеселился, – продолжала ехидничать девушка, хотя в голосе слышались печальные нотки. – Как оно, Артурчик, с грязью меня мешать? Понравилось?

– А теперь ты мне ответь, красавица, – я проигнорировал последний вопрос, так как точно сорвусь сейчас. Вот реально тормоза откажут, и тогда будет все плохо. Особенно моей строптивой малышке. Черт, она даже сейчас меня заводит, но я сдерживаюсь из последних сил. – Есть разница, кто тебя трахает? Богатый или бедный? На размер члена и твоего удовольствия повлиял размер моего счета в банке?

– То есть теперь только член и удовольствие, а не чувства? – Марина бросила мне прямо в лицо. – Нет, никак не повлиял, – отрезала, но я лишь усмехнулся. – Только это сейчас неважно.

– Да ладно, – я сделал шаг в сторону девушки, а она отступила.

Еще один, она назад. Пока не уперлась своей очаровательной попкой в подоконник. А я, как хищник, приближался, готовый напасть на свою жертву.

Да что там напасть – разорвать ее готов! Прямо здесь!

И прямо сейчас!

– Не подходи! – девушка выставила руку вперед, но я перехватил. Резкий рывок, разворот – и вот она уже вся моя.

Упирается рукой в стекло, а я вклиниваюсь ей между ног. Знаю, что перегибаю, но крышу уже снесло окончательно. И бесповоротно. Просто взрыв адреналина, не иначе. Эта малышка любого сведет с ума, несмотря на свое высокомерие, пафос и меркантильность.

Черт, какая же она сладкая.

– Так ты не ответила, – свободной рукой я залезаю под короткое платье и нащупываю край трусиков. – Если я сейчас тебя трахну, есть разница? – оттягиваю резинку, сжимая упругую попку. – Миллион у меня на счету или несчастные двадцать тысяч?

Она выдает стон и подается чуть назад, трется ягодицей о мою ширинку.

Твою мать! Это нереально стерпеть!

Что бы она ни говорила, хочет меня. Как бы ни хорохорилась. Как бы не пыталась доказать мне обратное.

И если мы хотим друг друга, к чему все эти скандалы и обвинения?

Ах, да, я же оказался сволочью. А что, неплохая парочка. Козел с дурацким чувством юмора и меркантильная красотка, которая постоянно сводит меня с ума.

Да пусть сейчас хоть все мои бабки забирает, если на самом деле любит.

Перемещаю руку на внутреннюю сторону женского бедра и начинаю поглаживать, дразня, распаляя. Я-то знаю, с какой страстью она может отдаваться. Как умеет любить. Причем именно меня. А не только бабки.

Расстегиваю ширинку и уже собираюсь напомнить Марине, что не в деньгах-то и счастье, как…

– Я все равно тебя ненавижу, – она произносит негромко, но слишком резко.

И это отрезвляет.

Похлеще ушата ледяной воды.

Так хреново мне никогда не было!

В ее глазах и голосе настоящая ненависть. И презрение. Да много еще чего, только отношения Марины ко мне это все равно не поменяет. Хотя я изначально лишь хотел прикольнуться. Увлекся, каюсь, но ведь можно все переиграть. Чего проще, посмеяться над шуткой, но девушка все равно продолжает со злостью смотреть на меня, когда поворачивается ко мне лицом, пользуясь моим временным ступором.

Отпускаю. Делаю шаг назад.

И понимаю, что именно сейчас я окончательно проиграл…

– Больше я тебя не побеспокою, – я выдал на одном дыхании, не отводя взгляда от лица девушки. Застегнул штаны, засунул руки в карманы, а после развернулся к малышке спиной и уверенно направился к выходу из комнаты.

Шаг, второй, третий… Я до последнего мгновения наделся, что окликнет… Что ее слова – не пустой звук.

Что она действительно любит именно меня…

Но в спину мне – молчание. Ледяной волной давило на оголенные нервы. Со злостью хлопнул дверью и, ничего не объяснив хозяину дома, запрыгнул в машину. Обещания свои я всегда сдерживаю, иначе слова становятся пустым звуком.

Нахрен сказал, что не побеспокою?

Вот тебе пинок от ироничной судьбы, Артурчик. Хотел позабавиться, но заигрался. Хотел развлечься, а в итоге втрескался. Хотел подцепить девчонку на крючок, чтобы что-то доказать, а в итоге сам попал в ее мышеловку.

И все, проиграл. Второго шанса мне никто не даст.

Шутки закончились.

Так и стоят в ушах ее слова: «Я тебя ненавижу», пока я вдавливал педаль газа в пол…

Месяц назад…

Марина

– Черт! – воскликнула я, когда до остановки оставалось еще метров пять, а автобус уже захлопнул двери. Вечно мне везет, да что ж такое происходит-то со мной постоянно?

Стоило ли так нестись по проспекту – пора уже спортом заняться, а то и быстро бегать разучилась. Надо заметить, кстати, автобус-то последний! И водитель же, гад такой, точно меня видел, но то ли был настолько добросовестным работником, что придерживался расписания, то ли слишком недобросовестным женоненавистником.

В любом случае, мне сегодня не повезло.

– Козел! – заорала вслед скрывшимся за поворотом габаритным огням и даже топнула ногой от злости.

Ну точно, сегодня по всем фронтам не мой день. Мне в последнее время частенько не везет, хоть лбом о стенку бейся. Соприкоснувшись с неровным асфальтом, мой каблук сразу накренился, а потом под моим, как я считала, небольшим весом и вовсе сломался.

А что, до кучи и это сойдет.

Говорю же, день сегодня неудачный по всем фронтам. Магнитные бури, что ли!

Кран сегодня сорвала, ванную залила горячей водой, брюки пропалила, в лифте застряла, на автобус опоздала – ну вот, как тут смотреть с оптимизмом в будущее? Теперь еще и каблук – а и хрен с ним. Может, и второй до кучи сломать?

Так, Марина, тормози со своими умозаключениями. Тебя жизнь и не с такими трудностями сталкивала. Разберусь, не впервой. Бывали в моей жизни неприятности и похуже.

– Ладно, прорвемся, – я пробухтела, посмотрела по сторонам и тяжело вздохнула.

Упершись одной рукой в ствол дерева, отломала полностью висевший на соплях каблук и начала рыться в сумке в поисках телефона. Пешком до дома далековато, придется раскошелиться на такси.

Под руку попадалось все, что не надо: расческа, пудреница, ключи, кошелек и еще куча всякой фигни, о которой я даже не подозревала. Сам черт ногу сломит в моей сумочке, а я и подавно. Особенно в темноте. Но я, сцепив зубы, упорно проверяла каждый сантиметр пространства внутри, пока не бросила это дело, поняв, что забыла телефон дома у Светки.

И ведь к подруге уже не вернуться! Я полпути до дома проделала. Только вот пересадка из одного автобуса в другой не удалась, хотя я очень старалась успеть на этот чертов последний автобус.

Впору ковылять домой пешком, напевая под нос: «Опять от меня сбежала последняя электричка…» Через час, а то и больше дойду, но даже представить боюсь эту картину.

Я вздохнула печально, прикидывая свои шансы добраться домой ночью без каких-либо приключений. Еще и день такой неудачный, как бы проблем на свои вторые девяносто не найти. Стремно, ну а что делать?

Закинула сумку на плечо, сделала один шаг, как из-за поворота выскочила машина. Еще и светом фар меня ослепила.

Блин, ну точно одни козлы вокруг!

Еще и от неожиданности я уронила сумку, а все содержимое разлетелось по асфальту.

– Да чтоб тебя! – пожелала я неизвестному автолюбителю, мысленно добавив парочку нецензурных слов. «Козел» – это еще по-божески, как оказывается. Только все равно от этого не легче.

Я посмотрела на асфальт, резко выдохнула, слегка простонав, и присела, чтобы собрать свои вещи. Надо же, не везет – так не везет. Боженька, почему именно я? Чем я перед тобой провинилась? За что ты мне посылаешь эти испытания каждый раз, когда я уже начинаю верить, что в моей жизни наступила белая полоса?

То ли Бог услышал мои просьбы, то ли водитель громадины оказался не таким козлом, как водитель автобуса, но, проскочив остановку, притормозил. Аж тормоза завизжали, привлекая мое внимание.

А после внедорожник сдал назад под моим пристальным взглядом. Господи, только приключений мне сейчас и не хватало для полного счастья. Ехал бы он мимо, этот неизвестный автолюбитель. И не замечал бы меня.

Этот день дурацкий сегодня закончится? Или мне еще какое-то время предстоит помучиться?

Со стороны пассажирского сидения опустилось стекло, и чуть насмешливый, но приятный мужской голос поинтересовался:

– Девушка, вам помочь?

– Не стоит, – я буркнула в ответ и резко отвернулась.

Лучше туда не смотреть, хотя лица водителя толком и не разглядеть. Только вот кажется мне, что обладатель бархатного голоса не может быть Квазимодо. Скорее Ален Делон или Брэд Питт, но уж никак не уродец.

Хлопок двери, негромкие шаги – точно мужчина движется в мою сторону. А я на корточках собираю свои вещи и лицезрею черные туфли. Кстати, до блеска начищенные. Как я читала в одном модном журнале, это признак успешного мужчины. В любом случае, дорогой автомобиль это подтверждает вдвойне.

Теперь уже я голову подняла с интересом, моментально оценивая незнакомца. А что, любопытство взяло свое, не могу же я ему отказать.

Иначе разорвет меня на части.

Итак, что мы имеем? Очень интересного и, мне очень хотелось в это верить, не бедного экземпляра. Ремень на брюках явно кожаный, сами брюки новые и, скорее всего, дорогие. Вот если бы ткань пощупать, определила бы точнее. А вот такую черную рубашку с белыми пуговицами я совсем недавно видела в каталоге новой коллекции известного знаменитого бренда. Может, и подделка, конечно…

Но я надеялась, что ударов на сегодня хватит. И передо мной чистый оригинал.

– Рассмотрела? – усмехнулся мужчина, ни капельки не смутившись от моего столь пристального интереса к его персоне. – И что ты тут ползаешь одна посреди ночи?

– Я… – только хотела пожаловаться, но вспомнила психологические статьи из журналов. Ныть нельзя! С незнакомцами разговаривать тоже. Умные же люди фигни не посоветуют. – Извините, а мы с вами разве перешли на «ты»? – спросила довольно строго, но все-таки немного кокетливо.

– Помощь нужна? – ничуть не обиделся мужчина. – Давай подвезу.

– Эй, – я тут же подняла руки, подозревая, за кого он меня принял. – Вы не думайте, что я здесь работаю по ночам. А то знаете, с моей подругой приключилась необычная история, когда ее приняли за проститутку. Хорошо, что хоть мужчина нормальный попался, – тараторя, я поднялась на ноги и даже сделала шаг назад.

Но напрочь забыла о злосчастном каблуке, будь он не ладен.

Каких-то несчастных пара секунд, и я потеряла равновесие. Даже глаза закрыла, уже предчувствуя встречу моей головы с бордюром, как талию обвила мужская рука. В нос ударил запах дорогого парфюма, смешанного с табаком – крышесносная смесь в моем понимании.

Ой, сознание хоть бы не потерять от головокружения.

А то ведь я могу!

– Если ты и работаешь здесь, – рассмеялся мужчина, а я открыла глаза, встречаясь с ним взглядами, – то у тебя явно первый рабочий день. Давай-ка лучше подвезу тебя, пока кто-то тебя точно не принял за девушку легкого поведения.

– Что? – я не совсем улавливала суть его речи, так как до сих пор терпкий аромат кружил голову.

– С тобой все в порядке? – незнакомец приподнял одну бровь. – Вроде головой не билась, а такое чувство, что столбняк на тебя напал.

От его близости бросило в жар – со мной, кстати, подобное впервые. Чтобы вот так током било от одного прикосновения мужских пальцев. Даже через тонкую кофточку кожу обжигало.

Он ждал, а я боялась поверить в удачу.

Не может со мной этого происходить.

И в любовь с первого взгляда я тоже, увы, не верила…

Или все-таки любовь с первого взгляда существует?

Молчаливая пауза затягивалась. Блин, долго он будет на меня пялиться? Взгляд лукавый, с какой-то подозрительной искринкой, как будто кобылу на скачках выбирает, на какую лучше поставить. Или все-таки до конца не верит моим оправданьям, принимая меня за проститутку?

Я тоже хороша, взглядом прямо впилась в незнакомца. Еще бы, такой красавец. И мощь чувствуется даже через одежду, так как мужчина до сих пор меня обнимает одной рукой, прижимая к своему телу, а я от волнения втягиваю и без того плоский живот, выпирая ребра.

Вот же дура, что он обо мне подумает.

– Подвези, – я все-таки нашла в себе силы упереться мужчине кулачком в грудь, слегка отталкивая. Чуть-чуть. Вроде как сопротивляюсь, хотя делать этого ой как не хочется.

Где ж вас, таких красавцев, делают только? И почему мне так не везет – хотя бы один достался в мое личное пользование. Так, чтобы всерьез, и, как говорится, надолго – достаток, собственный дом и сытная жизнь.

Я точно головой сегодня не билась? Так увлеклась лицезрением симпатичной физиономии, что напрочь забыла о сумке. Точнее о ее содержимом – вещи до сих пор валяются на земле.

– Собирать будешь? – незнакомец ухмыльнулся, как будто мысли мои прочитал.

Надо же, какой сообразительный. Может экстрасенс какой? Или телепат? Моя любимая бабуля любит смотреть передачи про всякие потусторонние силы, а также верит во всю эту чушь. Гадалки, экстрасенсы – это, по ее мнению, одна из основных составляющих нашей жизни. При этом сама она ни разу не побывала хотя бы у одной, но меня постоянно подбивает.

– Буду! – фыркнула и снова присела, открывая сумку и запихивая туда свое барахло.

А потом еще ковыляла до автомобиля – с одним каблуком ходить как модель по подиуму проблематично.

– Так куда везти-то тебя, красавица? – ухмыльнулся водитель, трогаясь с места, при этом искоса поглядывая в мою сторону.

– Пионеров, двадцать четыре, – выдала на одном дыхании, рассматривая салон. Дорого, стильно и… в общем, моя золотая мечта. – Красивая машина, – вроде и комплимент отпустила, но получилось довольно печально.

Мне-то такой точно не видать. А также бриллиантовой мечты, которая сейчас сидит за рулем.

Интересно, а в наше время сказка про Золушку может стать реальностью?

– Машина красивая, – выдал незнакомец, останавливаясь на красный свет светофора. – Но не моя.

– Угнал? – полюбопытствовала, в душе начиная потихонечку разочаровываться.

Хотя чего вдруг – может, взял у приятеля покататься, пока свою оставил в сервисе. Ну, или новую покупает, а на этой временно передвигается по нашему немаленькому областному центру.

– Да нет, – незнакомец улыбался, рассматривая меня внимательно. Странный он, хоть и симпатичный. Ну и мне кажется, что богатый.

Бриллиантовая мечта в квадрате – неужели хотя бы раз в жизни повезет? Телефончик стрельнет, на свидание пригласит…

– Тогда что ты делаешь за рулем чужой машины? – приподняла одну бровь, задавая, как по мне, вполне логичный вопрос.

Хотя лучше бы я этого не делала. Моя бриллиантовая мечта оказалась подделкой. Обидно до слез, черт бы побрал этот злосчастный день! И внедорожник с красавцем за рулем, который как ни в чем не бывало, выдал:

– Работаю.

– Кем? – резко вырвалось у меня, еще и дыхание затаила.

Все, что угодно – даже мафиози сойдет. Я девушка непривередливая, лишь бы денег у него много. Но меня ждал шок – невезение перло со скоростью света. И даже негромкий стон вырвался, когда мужчина ответил:

– Водителем.

Офигенная мечта! Лучше и не придумаешь!

Водитель, значит… Я вдруг представила дальнобойщика, сидящего на моей кухне после рейса в потертой и растянутой майке-алкоголичке. И да, конечно, пьющего водку из граненого стакана. И поляна на табуретке, застеленной газеткой, из консервов и зеленого лука.

Брр-р! От таких мыслей точно еще и кошмары будут ночью сниться вдобавок ко всем моим сегодняшним неприятностям.

Уж лучше старой девой загнуться, чем с таким «принцем». Но пауза затягивалась, и мое молчание может быть неправильно растолковано.

– И тебе нравится? – не придумала я ничего лучше. – Ну, водителем работать?

Мужчина снова покосился на меня, почти прожигая насквозь своими карими глазами, что я даже поежилась – действительно табун мурашек пробежал по телу.

– Я сам приехал из деревни, трактористом там работал, – будто начал изливать мне душу, и так искренне, что я готова была его прижать уже к груди. – А потом решил в город перебраться. Повезло, что меня взяли на эту работу, – легонько стукнул пальцами по рулю, всем своим видом демонстрируя, как доволен.

С каждым словом моя мечта превращалась в пыль. Ну почему?! Я даже закусила губу от досады. Казалось бы, встретился на моем пути наконец-то интересный, симпатичный и, главное, обеспеченный парень – и на, выкуси, Марина, обычный водитель он. Да, за рулем крутого джипа, только вот сути это не меняет.

Но хоть амбициозный, раз выбрался из своей деревни. Правда, ему уже явно за тридцать, а никаких перспектив пока не вижу. Обычным водителем и будет до конца жизни – максимум сделан.

– Повезло, – эхом отозвалась я, прижав к груди сумку, и указала рукой на поворот: – Можешь вот здесь остановить, тут по дворам я пешком дойду.

Незнакомец не настаивал, только я не определилась, нравится мне или нет, что он на кофе не напрашивается. Уже даже потянулась к двери, как услышала:

– Красавица, даже номерок не оставишь? – игривый голос, легкое прикосновение к руке.

И, черт возьми, я не понимаю, что со мной происходит, но хочу оставить свой номер. И хочу еще раз его увидеть, хотя понимаю, что у нас ничего не будет.

Да я даже имени его не знаю!

Артур

– Ты выглядишь так, будто задумал какую-то аферу, – произнес Руслан, оторвав взгляд от документов, когда я вошел к нему в кабинет.

Экстрасенс, мать его! Никуда от пронизывающих взглядов не деться. Все он видит и понимает – да вот только тут явно прогадает. Я сам только вчера подписался на эту авантюру, а вот почему меня так торкнуло – хрен его знает. Впервые в жизни я не могу объяснить своей неуемной тяги к афере.

Нет, конечно же, прикольнуться я люблю, а так же развести друзей, приготовить кому-то неожиданный сюрприз и даже в жаркие страны отправить внезапно. Исключительно для отдыха с симпатичной блондиночкой. Но сейчас совсем другое.

Необъяснимое, мать его. И это жутко напрягало.

Я устроился в офисном кресле напротив Руслана и, закинув ногу на ногу, а после сделав оборот в триста шестьдесят, произнес на одном дыхании:

– Мне нужна убогая однокомнатная квартирка для съема, лучше где-нибудь на окраине. Организуешь по доброте душевной?

– Я тебе риелтор, что ли? – равнодушно бросил друг, снова скривившись, хотя я прекрасно понимал, что он может сделать все. В полном значении последнего слова.

И квартиру найдет, и сеанс психоанализа проведет, а так же пробьет всю информацию о ком бы то ни было. Да вообще он мастер на все руки, а мы, наглые и беспринципные друзья, этим безбожно пользуемся.

– Руслан, – слегка надавил, снова покрутившись на кресле, – ну другого мастера «быстро и четко», кроме тебя, я не знаю.

– Рассказывай, – он наконец-то оставил в покое бумаги и уставился на меня, сцепив руки замком на затылке.

– Познакомился я с одной симпатичной девчонкой, – начал свою пламенную речь, а Руслан печально вздохнул, показывая всем своим видом, что я беспробудный идиот.

Но он же не дослушал. Однако заранее вердикт вынес.

– Артурчик, ты – идиот, – мой друг скривился, а я наоборот, усмехнулся.

Вдобавок ко всем его достоинствам еще и мысли читает. Даже на расстоянии. Просто золото, а не друг. И как тут не воспользоваться своими коррупционными связями?

– Девчонка простая, но меркантильная, – я продолжал, вспоминая вчерашнюю ночную знакомую. Ее заинтересованный взгляд, когда она рассматривала мой прикид, а потом и блеск в глазах, уже сидя в дорогом автомобиле. – Из тех, кто мечтает о принцах и бабках, сыплющихся с небес, – закончил, на что мой друг лишь замотал головой из стороны в сторону.

– Я не могу это слушать на трезвую голову, – иногда Руслан равнодушными словами мог выбить из колеи, но я уже привык к его замашкам, а ведь перед ним практически все теряются.

Он поднялся, подошел к мини-бару, достал бутылку коньяка и два стакана. Ну, рабочий день давно закончился, так почему бы и не выпить с хорошим человеком? Тем более, я сегодня с личным водителем, а новый партнер вымотал все нервы на деловой встрече. Можно и расслабиться.

Даже нужно снять стресс и обсудить сложившуюся ситуацию.

– В общем, Руслан, – я пригубил коньяк, не отводя взгляда от мужчины, усевшегося напротив, – поможешь?

Он посмотрел на меня, ухмыльнулся, тарабаня пальцами по столу. Еще несколько секунд молчаливой паузы, и выдаст. Нужно лишь подождать.

– Она хоть номерок тебе оставила? – изогнул одну бровь дугой, тем самым соглашаясь. В принципе, я даже не сомневался, но все равно не сдержал победоносной улыбки. – Или я буду из сыворотки масло взбивать?

– Оставила, – я усмехнулся, вспоминая, как Марина мялась. И хотелось человеку, но водитель, видимо, в список потенциальных женихов не вписывался. И по критериям явно не подходил. – Но не повезу же я ее в свой дом, – развел руками, а после потянулся за сигаретой.

– Ну ты можешь сказать, что это дом твоего шефа, – с сарказмом ответил Руслан, все еще пытаясь сопротивляться моей невинной просьбе. – Хотя квартиру я тебе найду. Если хочешь, организуем тот еще притон.

– Без фанатизма, – поморщился, так как шутить мой друг любил. – Простая дешевая однушка. Без евроремонта и остальной навороченной лабуды. Такой прямо совдеп нужен, чтобы красавица губу не раскатывала.

– Хочешь проучить девочку? – друг откинулся на кресло и усмехнулся. – Вот влюбится она в бедного водителя, а дальше? Думаешь, обрадуется, когда узнает правду?

Об этом я даже не задумывался. Вот реально плевать, что она обо мне потом подумает. Жениться-то я на ней не собираюсь. Да и встречаться долго, кстати, тоже. Пару-тройку раз, как сказала Руслан, проучу малышку, чтобы с небес на землю спустилась, а после мы расстанемся, как в море корабли. Пусть девочка, мечтающая о принце, прочувствует прелести другой стороны на своей шкуре – вряд ли устоит перед моей смазливой физиономией.

Я видел таких девчонок много. И прямо чувствовал, как уровень их удовольствия повышался с уровнем моей платежеспособности. Достали, сил больше нет. Да и жизнь в последнее время стала уж слишком скучной и однообразной. Бизнес, идиоты-партнеры, клуб два раза в неделю и девчонки на один раз. Так, потусоваться на вечер, а на утро забыть их физиономии.

Хотя эта вроде такая правильная, но при этом… Я даже не знал, как правильно описать, поэтому номер и попросил. Было в ней что-то, за что хотелось наказать – просто взять и отшлепать по шикарной заднице.

– А потом уже не будет, – уверенно ответил я, снова сделав глоток коньяка. – Она симпатичная, но я просто хочу… Даже не знаю, как тебе объяснить, Руслан.

– Я понял, что ты хочешь драйва и эктрима, – друг тоже пригубил алкоголь. – Даст или не даст простому парню, у которого нет бабла, – он снова отпил коньяк, не сводя с меня пристального взгляда. – Но девчонка тебе запала, потому что ты выглядишь… Ну, в общем, выглядишь ты странно.

Херня это все – исключительно трахнуть малышку пару раз. Да, симпатичная, фигура отличная, но мне серьезные отношения и даром не нужны.

Адреналин и драйв – это по мне. Прямо азарт проснулся – загоню ли мышку в мышеловку?

– Спорим на сто баксов, что я уложу ее в постель на первом же свидании? – я растянулся в улыбке на все свои тридцать зуба, на что мой друг лишь замотал головой из стороны в сторону.

– Артурчик, – мужчина даже подался немного всем корпусом вперед. – Когда-нибудь твоя самоуверенность сыграет с тобой злую шутку. Но я поставлю двести, что даст на втором, – Руслан намерено сделал паузу. – Или на третьем.

Сомневается в моих способностях? Ладно, тем даже интереснее.

Ставки сделаны – придется теперь точно не ударить в грязь лицом!

Марина

– Привет, красавица, – мужской голос в трубке звучал бодро, как будто его обладатель издевался надо мной самым наглым образом. – Узнала? – вопрос банальный, но почему-то многие считают, что не узнать их в принципе нельзя. Именно в таком контексте звучал вопрос, хотя, может, мне уже мерещится. От усталости, черт бы ее побрал.

Вторые сутки на ногах. И не приляжешь, так как за больными следить некому. Еще и в операционную могут вызвать по причине довольно банальной – рук не хватает. Зарплаты небольшие, нагрузка колоссальная, да и обычной медсестрой для многих работать западло. Им личный кабинет подавай, пятичасовой рабочий день, а также полный соцпакет и, естественно, зарплату в сто тысяч. Можно и двести, лишь бы не перетрудиться бедняжкам.

– Узнала, – печально вздохнула, мысленно простонав. – Привет, – добавила, так как девушка я все-таки воспитанная, хотя обладатель бархатного голоса меня слегка раздражал.

Черт меня дернул дать ему телефончик. Еще и познакомиться, хотя в тот момент дико хотелось соврать насчет моего же имени.

Вот как у некоторых получается крутить мужиками? Я же при первой серьезной проблеме (например, соврать насчет имени или номера) теряюсь, как школьница возле доски, если урок не выучила. Н-да, далековато мне до опытной соблазнительницы.

Видимо, не судьба, как бы я не пыталась хорохориться.

– И как мне тебя в телефонную книгу записать? – спросил мужчина, когда одиннадцать цифр уже внес в телефон.

На языке вертелось с десяток имен, но я лишь головой замотала от отчаянья.

– Марина, – честно призналась, все еще скрипя зубами, но резко приободрилась.

Чего сопли распустила – мало ли, кто у меня телефончик стрелял. Этот Артур (помимо симпатичной мордахи, еще и имя королевское) вряд ли позвонит. Да он и лицо мое напрочь забудет уже через час. Так стоит ли заранее расстраиваться?

А также не стоит отвечать на звонки с неизвестных номеров! Какого хрена ему надо?

– Приглашаю тебя на свидание, – ответил на мой мысленный вопрос и… вогнал меня в ступор.

– Куда? – я не сдержалась, поэтому получилось довольно эмоционально.

Он совсем сдурел? Какое, к черту, свидание? Два дня назад возле подъезда, когда Артур меня подвез, я мечтала об одном – поскорее сбежать в свою любимую квартиру. Спрятаться, скрыться и больше с ним не встречаться.

Обидеть мужчину не хотелось – все-таки помог в трудную минуту, до дома подкинул, еще и на чужой машине. Его шеф вряд ли по голове погладит, если узнает, чем Артур по ночам занимается. Но, видимо, гнева начальства симпатичный водитель точно не боится.

Смелый, хотя мне-то какое дело? Встречаться я с ним не намерена.

И точка. Жирная.

– Честно говоря, сто лет на свидании не был, поэтому даже не представляю, куда девушек сейчас приглашают, – тараторил Артур, а я в этот момент то кривилась, то мысленно желала провалиться мужчине сквозь землю. – Поэтому с тебя план мероприятий, а с меня…

– Я еще не согласилась, – перебила его наглый напор, но мужчина все равно не впечатлился.

– А как же долг платежом красен? – усмехнулся и тут же добавил, не дав мне даже рта раскрыть: – Я тебя подвез, имею право на компенсацию.

«А я тебя не просила», – чуть ли не выпалила, но вовремя прикусила язык.

Ну чего, спрашивается, я на него взъелась? Человек старается, хочет приятное сделать. Честно говоря, я и сама уже сто лет на свиданиях не была. А что, можно и развеяться, от меня точно не убудет. Заодно и проветрюсь, а то уже засиделась в четырех стенах. Тем более, с таким симпатичным и обаятельным мужчиной.

Хотя этот добрый самаритянин тот еще нахал. Берет нахрапом, идет напролом – того и гляди, скрутит любого в бараний рог. Но все равно обаятельный, черт возьми! Надо же, повторяться начинаю, скоро и заговариваться буду.

– Ладно, уговорил, – фыркнула, на что мой собеседник рассмеялся. – Только я сегодня не могу, – посмотрела на стопку бумаг, которые еще предстоит разобрать, заполнить и отнести дежурному врачу, аж дурно стало от подобной перспективы.

– Давай завтра, – быстро выпалил Артур, как будто заранее речь готовил. – Заеду за тобой в семь.

И тут же отключился. Видимо, до конца не верил, что я действительно согласилась. Может, ждал, что я начну придумывать сто причин для отказа? Вот и решил не испытывать судьбу.

– Ну, завтра так завтра, – произнесла уже потухшему экрану и убрала гаджет в карман.

И какой план мероприятий можно придумать, чтобы у него деньги остались до следующей зарплаты? Точно не дорогой ресторан, мимо которого я проезжаю постоянно и давно хочу посетить. Ну, и не кино же – нам все-таки не по восемнадцать, чтобы целоваться на последнем ряду. Кстати, а сколько нынче водители получают? Тачка вроде крутая, значит, шеф моего нового знакомого не бедный. Хотя может оказаться скупердяем – надо же, как иногда несправедлива к нам судьба.

Господи, о чем я вообще думаю? Вот до поцелуев у нас однозначно не дойдет. А о продолжении у него дома и подавно. Встретимся, отдам долг (не натурой, конечно, а своим обществом), а потом, если начнем дальше надоедать, можно красиво отшить. И, что самое главное, с чистой совестью.

Кстати, один вопрос, который вчера я постеснялась задать, так и крутился в голове. Или я нифига не понимаю в модных шмотках, или китайцы научились качественно подделывать мировые бренды.

Откуда у простого водителя дорогая одежда?

Надо будет как-то ненавязчиво завтра поинтересоваться у Артура. И дело не в простом любопытстве – что-то совсем не похож он на деревенского парня. Манеры, поведение, разговор – все говорит о породистости.

– Хватит аналитики, – буркнула я себе под нос, а то работа сама за себя не сделается.

Возможно, я просто лицезрела то, чего нет. Вернее, видела то, что хотела видеть. Но этот мужчина упорно не желал покидать мои мысли, а интуиция кричала: что-то здесь не так.

В итоге я себе надумала разного – от маньяка (тут еще промелькнула парочка мыслей об извращенце и женоненавистнике, который мстит всему слабому полу) до спецагента под прикрытием (вот здесь, как раз-таки, объяснимо и его поведение, и его должность рядового водителя).

Тьфу, совсем из ума выжила, Марина. Так скоро Артур станет шпионом ЦРУ.

Обычный деревенский парень он – зачем ему лгать?

Артур

– Это что за корыто? – уставился я на недоразумение, которое кто-то гордо именовал машиной.

Руслан покашлял в кулак, хотя мне показалось, что за этим он пытался скрыть смех. Даже не так, если сказать точнее. Мой друг, старший товарищ и просто хороший человек готов был заржать, как конь, глядя на мою изумленную физиономию. Шутник, черт его за ногу, выискался!

Твою мать, он же сейчас прикалывается? Иначе не назовешь то недоразумение, которое сейчас я мог лицезреть и даже гордо назвать творением отечественного автопрома!

– Ну ты сам просил, – Руслан пожал наконец-то плечами, справившись с приступом несуществующего кашля. – Десяточка, правда, потасканная. Как раз для водителя из села, – не сдержался, ехидно улыбнулся, вызывая у меня дикий и неуправляемый приступ агрессии.

Иногда меня клинит, вот прямо как сейчас. Не зря же из нашей троицы я самый неуравновешенный. Дикий! Кстати, и фамилия-то соответствующая – ничего выдумывать и не пришлось.

– Она хоть ездит? – выдохнул, сдержал свои бешеные и рвущиеся наружу эмоции, а после недоверчиво обошел корыто, осматривая проржавевшие пороги.

– Сказали, что сцепление барахлит, поэтому резко не отпускай, – в отличие от меня, Руслан не сдержался. Все-таки заржал, черти бы его слопали. – Можешь заглохнуть на светофоре, так что потренируйся для начала. А то ударишь в грязь лицом перед девочкой, и все мои старания насмарку.

– Да пошел ты! – фыркнул, но друг проигнорировал, прекрасно зная мою вспыльчивую натуру.

– Передачи тяжеловато переключаются, – продолжал, как ни в чем не бывало, – но в целом тачка нормальная. Да ты что, Артурчик, это же мечта любого дачника, – сейчас Руслан уже открыто издевался, даже не скрывая своего сарказма. А передавая мне ключи, еще и по плечу похлопал, вроде как дружескую поддержку проявил. – И ты бы это, сходил в сэконд-хэнд, чтобы гардеробчик обновить, тракторист ты мой ненаглядный.

– Б**ть, ты меня реально достал! – скинул руку друга с плеча, все еще не веря своим глазам.

Я все-таки подписался на эту сомнительную аферу, хотя еще утром хотел все отменить. Если бы малышка согласилась вчера со мной встретиться, то поперся бы на джипе. Придумал очередную сказку, но уж точно бы не садился за руль раздолбанной десятки. Слава Богу хоть не копейка, хотя Руслан изначально предложил именно этот вариант.

– Мечта любой простушки! – усмехнулся Руслан, вызывая у меня зубной скрежет.

– Вот посмотришь, – ткнул я пальцем другу в грудь, – все равно она мне даст!

– Езжай уже, обаятельный и привлекательный, – махнул Руслан рукой, и я под недоуменными взглядами охраны и насмешливым взглядом друга загрузился в это чудо советского автопрома.

– Он бы еще «Москвич» или «Запорожец» мне пригнал, – буркнул себе под нос и повернул ключ зажигания.

Е-мое, амортизации ноль, меня даже подташнивать начало от дребезжания и ощущения каждой неровности дороги, пока доехал до ближайшего магазина. В одном Руслан был прав: в Армани и Гуччи не стоит ехать к Марине. Она девушка внимательная – вон как оценивала меня в первую встречу. Со шмотками точно спалюсь – даже в голову ничего не лезло, что соврать в данной ситуации. Ладно еще костюм прокатит – шеф подарил, чтобы на работе выглядел солидно, но не могу же я в нем и на свидания ходить.

Перебор. Придется следовать советам друга, чтобы уж наверняка поверила. Авантюризм так и прет – надо же, и настроение поднимается, несмотря на дребезжащий двигатель.

Затарившись брендовыми шмотками китайского производства, я посмотрел на часы и написал блондиночке сообщение:

«Буду через двадцать минут».

Обувь не могу хреновую носить – вот хоть убейте, дешевка меня тупо раздражает. Тут уж не попишешь – придется что-то реально сочинять. Кроссовки в самый раз – вряд ли малышка разбирается поддельный Адидас или все-таки настоящий. А что, прекрасное дополнение к рубашке в клеточку и ползущим по швам брюкам. Очень даже в тему.

Кстати, и на дешевый парфюм меня тоже никто не уговорит – хватает запаха внутри этой машины. Даже окна открытые не спасают – надо будет хоть в чистку отдать. Иначе долго я не выдержу, хотя именно сегодня планирую закончить наше знакомство с Мариной. Квартира со скрипучим диваном (мать моя женщина, вот это я попал) ждет нашей с малышкой страстной ночи в объятиях друг друга. Лишь бы пружины выдержали, а я уж постараюсь девушку удивить.

Хотя мне уже и свидания никакого не хотелось, силы переоценил. Пока не увидел вытянутое лицо Марины, выпорхнувшей из подъезда.

О, это точно того стоило…

Эмоции! Настоящие! Живые!

Разочарована, крошка? То ли еще будет!

– Привет, – улыбнулся я, глядя, как она растеряно подходит, снова меня пристально рассматривая. С хорошими манерами у меня тоже проблема – придется девушке самой водрузиться в мою новую колымагу.

– Привет, – такая натянутая улыбка на ее лице, что я чуть не рассмеялся, как недавно Руслан. – Это твоя? – кивнула на машину, всем своим видом показывая, как сильно разочарована.

– Да, – я постарался вложить всю гордость в эти слова. – Пять лет собирал на собственную.

Мне вот даже интересно, какой план мероприятий она придумала. Я-то потяну все, но ей об этом знать необязательно.

И, кстати, выглядит она потрясающе! Надо же, все-таки запала.

Придется Русланчику раскошелиться на сто баксов.

Эту ночь мы с Мариной точно проведем в одной постели!

Марина

Это что за хрень? Я сейчас точно не сплю? А может, мне мерещится? Или моя буйная фантазия на солнышке перегрелась, и теперь выдает какую-то чушь вместо долгожданного Мерседеса или Ауди. Внутри все сжалось, а в голове настойчивая мысль была по нервам:

«Маня, беги! Разворот на сто восемьдесят градусов, железная дверь с домофоном, подъезд, куда Артур точно не попадет, а там можно и номер его телефона в черный список внести. Но сейчас, Манечка, беги! Чем быстрее, тем лучше!»

Трындец, я попала, а ведь так хотела хорошо время провести. Макияж и белое вязаное платье в обтяжку подняли настроение, еще когда перед зеркалом наряжалась. Может мужчина того и не стоил, но я это делала прежде всего для себя. Чулки (обожаю их), туфли на платформе, серебристая сумочка (подруга привезла из Италии) – в общем, хоть на обложку журнала, хоть в рекламу дорого белья.

Но уж никак не в салон развалюхи, которую и машиной назвать-то сложно. С обычным, мать его, водителем.

Вот какого хрена он ко мне пристал, как банный лист? Зачем позвонил, если на его смазливой роже большими буквами написано «хочу тебя трахнуть, дорогая». Возможно, и получает он мало, но на его смазливую физиономию девчонки точно ведутся, стоит лишь глазки построить.

И, скорее всего, в разряд легкодоступных девиц Артур записал и меня.

«Я только по любви» – мысленно ответила сама себе, а вслух произнесла:

– Это твоя?

– Да, – с гордостью ответил мужчина, а я в ответ мысленно простонала. – Пять лет собирал на собственную.

Плохи дела, причем очень даже. И снова возникла мысль развернуться и сбежать, но ведь я не робкого десятка барышня. Меня голыми руками не возьмешь, а развалюха, хоть и испортила настроение, все равно не напугала настолько, чтобы я действительно сбежала. Вздохнула и направилась к передней пассажирской двери – я так понимаю, правила этикета Артуру незнакомы. Может научить, хотя на кой оно мне надо?

Одно свидание, пару часов вместе, и мы забудем о существовании друг друга. Как только автомобиль тронется с места, а я зайду в собственный подъезд.

Кстати, а двери в этой колымаге хотя бы закрываются?

– И куда мы едем? – поинтересовался мужчина, выруливая со двора, когда я откинулась на спинку кресла. С третьего раза дверь все-таки закрылась, и я выдохнула, напрочь забыв, что с меня план мероприятий на сегодняшний вечер.

Уже никуда не хотелось ни ехать, ни тем более идти, поэтому выдала:

– Сам решай, мне пофиг.

Сегодня Артур оделся скромнее, только вот все равно мне казалось, что он здесь – инородное тело. Вот как-то не вписывался его образ в салон ржавой десятки. Да и недорогие шмотки как будто пять минут назад свалились ему на голову.

Мой взгляд остановился на часах – в этом я нифига не понимаю. Вроде дорогие, но как на самом деле обстоят дела…

– Шеф из Китая привез, – Артур проследил за моим взглядом, а после рукой с часами потряс прямо у меня перед носом. – Качественная штука, но все равно подделка.

Я отвернулась к окну, чтобы не разреветься прямо сейчас. Он мне нравился, черт бы его побрал, но подделки, дешевые тачки и шмотки, а так же съемная квартира выводили меня из себя.

Да, кто-то может назвать меня корыстной или меркантильной, но я мечтала, чтобы у моих детей было все.

И они никогда бы не прошли через тот ад, через который довелось пройти мне.

Ну почему, Господи, ты не послал мне миллионера? Хотя бы бизнесмена средней руки, но уж никак не симпатичного водителя.

– Приехали, – Артур припарковался возле тротуара, а я, наконец-то, сообразила, что глубоко ушла в себя.

И в свои мысли, черт бы их побрал!

За окном парк, хотя нечто подобное я и ожидала увидеть. Да и пофиг, нам не привыкать, как говорится. Парк, так парк – можно и по набережной прогуляться, если уж совсем у человека напряженка с деньгами. Кофе, мороженое, и наше свидание окончено.

Встретимся через пять лет, когда купит себе машину поприличнее.

Только вот сдается мне, глаза Артура явно намекают на другое.

Зря, милый, ты надеешься!

Я исключительно по любви!

– Мы так и будем молчать? – Артур повернул голову в мою сторону, когда мы уже прошли две аллеи. – Расскажи мне о себе, Марина.

Блин, как же тяжело начать, когда ступор в башке. Какие-то странные противоречия в голове сейчас. Хочу и не хочу одновременно. И вот что ему рассказать о себе?

Я поворачиваю голову и смотрю в такие красивые карие глаза. Смеются, подбадривают и всем своим видом громко кричат:

«Расслабься, малышка!»

И хочется рассказать все-все-все, но я себя останавливаю и, пожимая плечами, вроде как с безразличием в голосе произношу:

– Да особо и рассказывать нечего, – вздыхаю, прикидывая, как уложиться в несколько фраз. Так, чтобы кратко и без особых подробностей, которых я давно избегаю в разговоре с людьми. – Работаю медсестрой в областной больнице, живу с бабушкой, иногда встречаюсь с друзьями – вот и вся моя размеренная жизнь.

Даже резко выдыхаю, понимая, что все это время была в напряжении. О родителях и своих мечтах говорить не буду. В душу пускать этого парня не стану. Там пусто, только вот все равно заполнять пока нечем. Хочется, но какой-то невидимый барьер останавливает.

И сразу же внутри что-то царапает. Вот почему так в жизни происходит? Встретила симпатичного обаятельного парня, а он…

А он просто водитель. На старой десятке и в съемной квартире.

Что-то с принцами у нас напряженка, да и вряд ли мне когда-то подфартит. Эх, мечты, мечты. Не любит меня судьба.

Иначе не выпало бы мне столько испытаний. Болезненных. Выжигающих все внутри.

Которые никак не хотят меня отпустить…

– У меня примерно так же, – отвлек меня Артур от неприятных мыслей. – Одна бабуля в деревне осталась, друзьями я особо не обзавелся, потому что работа занимает много времени, – намерено сделала паузу, а после улыбнулся. – Ну, и девушкой, кстати, тоже.

О, а вот это подходит на популярное сегодня слово «пикап», и нет, я не о типе автомобильного кузова. Кивнула, не зная, увидел Артур или нет. Лучше бы мы молчали, потому что с каждой секундой мне кажется, будто мы становимся ближе и ближе. Оказывается, и жизнь у нас похоже протекает. Работа-усталость-дом-выходной-работа.

Замкнутый круг. Или просто бег в никуда.

– А родители? – вырвалось у меня случайно, но Артур даже глазом не повел. Улыбка, правда, с лица медленно сползла, но мужчина тут же взял себя в руки, меняя тему.

– Хочешь мороженого? – спросил, потянув меня к ларьку, на котором были наклеены картинки рожка с длинной сливочной завитушкой сверху.

– Хочу, – неожиданно для себя ответила, вспомнив этот вкус. – Ванильное хочу, – добавила, а мой кавалер снова улыбнулся.

Так-то лучше, а то сейчас наше временное взаимопонимание испарится после моего внезапно сорвавшегося с губ вопроса. Да и улыбка у Артура шикарная – такая любое девичье сердце растопит в два счета.

– Два мороженых, – мой спутник кивнул продавцу и полез в карман за портмоне, чтобы рассчитаться.

Меня оно, кстати, смутило. Да это же натуральная кожа! Или я просто продолжаю выдавать желаемое за действительное?

Но когда девушка, подававшая мороженое, сказала, что карточки они не принимают, и Артур начал искать мелочь по портмоне, я выдохнула. Почему я упорно ищу подвох? Может, человек только зарплату получил, а снять с карты не успел?

Моя рука уже потянулась к сумочке, чтобы достать кошелек и закончить этот цирк. Чувствовала себя неловко, пока Артур искал нужную сумму. Как будто посреди площади стою в одном нижнем белье, а все окружающие тупо пялятся.

– Держи, – с довольным видом протянул мне мужчина мороженое, которого я уже и не хотела, краснея под взглядами пусть небольшой, но очереди.

– Спасибо, – опустив глаза, тихо ответила.

И снова аллея, медленные шаги, пока я не почувствовала прикосновение мужских пальцев к руке. Повернула голову в сторону своего спутника, но он уверено тянул меня к скамейке.

– Хорошо, да? – спросил, глядя почему-то на фонарь.

– Ага, – равнодушно ответила и тут же снова ощутила прикосновение. Теперь уже к своему запястью.

Приятно, черт возьми! Ну почему, черт бы побрал его обаяние!

– Маринка, ты ешь как ребенок, – очередное прикосновение, на этот раз большого пальца к губе.

Я дернулась, как будто змея ужалила, а после повернулась с недоумением к Артуру. Глаза в глаза. Своих отвести не могла – мужской взгляд меня просто загипнотизировал. На его пальце мороженое, которое с моей губы вытер. Вроде и жест невинный, но оторвать взгляда не могу.

А этот негодяй еще и масла в огонь подлил, наблюдая за моим недоумением – поднес этот самый палец к своему рту и с удовольствием облизал.

– Ты что? – хрипло спросила, так меня заворожило это зрелище.

– Это не мороженое – ты такая сладкая.

Кажется, такая банальная, даже пошлая фраза, но из его уст звучит искренне. И даже возбуждающе, что ли?

А когда вдруг его лицо медленно начало приближаться к моему, в голове настойчиво замигала красная лампочка.

Остановись, черт возьми! Я не хочу поддаваться твоим чарам!

Артур

Чего боится – не пойму, но очень нравится ее дразнить. Прямо кайф ловлю каждый раз, как девушка злится. Она такая смешная – наивная слегка, что действительно цепляет. Зажата немного, не хочет открываться, хотя девочку можно понять. Если бы я подобное чудо отечественного автопрома увидел на первом свидании, свалил бы, куда глаза глядят. Еще и послал в пеший эротический меня.

Блин, вот это я учудил, так учудил.

Но эта малышка стойка – смотри, как держится уверено. В самом начале скривилась, даже глаз один задергался, но все равно уверено села в салон.

И вызвала у меня уважение, черт бы ее побрал. Зацепила, сам не понял, когда именно. В какой момент нашего недолгого знакомства я действительно ею заинтересовался.

Вот интересно, сколько моих знакомых девок сели бы в эту раздолбанную десятку? А после по парку шлялись битый час и ели дешевое мороженое?

«Ни одной» – тут же приходит мысленный ответ, от чего становится тошно. Может, не с теми представительницами слабого пола я общаюсь?

Всем нужны только бабки. И никому не интересно, что в душе-то у Артурчика творится. Может, я тоже хочу большой и светлой любви? Быть кому-то нужным, заботиться о той единственной, которая мне сына подарит. Или дочку – тут в принципе не важно. Можно даже двоих, детей я люблю.

Главное, чтобы не все вокруг бабок крутилось. Иначе нормальных отношений в принципе не получится.

Фу ты, какая чушь лезет в голову. Молнией меня шарахнуло, что ли?

– Что дальше делать будем? – услышал близко женский голос и тут же сообразил, что слишком увлекся своими тупыми мыслями.

А ведь хотел поцеловать эту строптивицу. Прямо тянуло меня к ней, как магнитом. Интересно, что бы она в ответ мне сделала? Пощечина? Послала? Или все вместе взятое?

А если все же не пошлет?

– Для начала, – я расплылся в улыбке, игнорируя фырканье девушки, – расслабься, Марина. И просто получай удовольствие. Когда ты в последний раз гуляла по парку и ела мороженое? Я, например, очень давно.

Чистая правда – вот тут я точно не соврал. Сто лет не получал от жизни удовольствия. Просто так, в обычных, казалось бы, вещах. Кода-то давно мы бегали по парку с пацанами, катались на каруселях, целовались на лавочке с девочками и… были счастливы. А сейчас…

– Думаешь, получится? – Марина горько усмехнулась, а я слегка напрягся от неожиданного вопроса. Но именно сейчас решил быть честным.

До конца.

– Думаю да, – и снова наклонился к девушке. – Если этого сильно захотеть.

Она дернулась, но так уж получилось, что вперед. И наши губы на какое-то мгновение коснулись друг друга.

Е-мае, это круто. Крышесносно.

Наверное, точно головушка моя с чем-то соприкоснулась совсем недавно, что я радуюсь, как пацан малолетний, обычному касанию губ. Даже не поцелуя в полном смысле этого слова.

Точно, разучился радоваться жизни. А еще девушке расслабиться предложил – самому бы для начала определиться, чего хочу. Да и мне расслабиться не помешает, а то весь вечер, что называется, за базаром слежу. Как бы не ляпнуть чего лишнего – приходится держать марку деревенского простачка.

– Тогда предлагай, – Марина так и не отстранилась, а я не выдержал и провел пальцами по ее лицу. – Раз уж ты, вроде как, главный.

– Считай, это сюрприз, – я первым поднялся со скамейки, хотя делать этого ой как не хотелось, и подал своей спутнице руку.

А после повел ее… на набережную. Фонари, прогуливающиеся парочки – чем не романтика, мать ее! И представить себе не мог, что это так прикольно. Просто гулять, кормить уточек (тут без комментариев, просто временный и глупый порыв), а так же радоваться жизни. Каким-то событиям из прошлого, детским мечтам, да и просто любоваться красивой девушкой рядом. Она так заливисто смеялась, когда я рассказывал, как пацаном еще с друзьями бегал на речку купаться и воровал одежду у девчонок, чтобы посмотреть – как они в одних купальниках и босиком до дома дойдут. Глупости, но тогда это казалось круто.

И Марина не осуждала. Лишь головой мотала из стороны в сторону, улыбаясь.

– Детский сад, – причитала каждый раз, когда я рассказывал истории из юности.

– Да кто ж спорит, – поддакивал, улыбаясь в ответ и наслаждаясь приятным вечером.

Единственным, который хочется запомнить.

Даже постель сегодняшняя так не привлекала, как еще в самом начале нашего с Мариной свидания. Хрен даже со спором и насмешками Руслана о моей самоуверенности. Сейчас это не главное. Просто в душе поселилось странное чувство. Непонятное и необъяснимое.

Странное, потому что другого объяснения столь резкого увлечения девушкой у меня нет.

Я хочу еще раз увидеть Марину…

Марина

Первые эмоции как-то неожиданно для меня самой ушли. Разочарование, неловкость, скованность сменились беззаботностью и радостью. Мне действительно нравилось ходить по набережной, слушать рассказы Артура, смеяться. В общем, расслабилась, как Артур и предлагал.

Я понимала, что это всего лишь один вечер, но и его можно провести не в напряжении. Хотя порой все равно проскальзывала мысль, что мой новый знакомый что-то скрывает. Говорил он не как деревенский парень, а как выпускник МГУ с красным дипломом.

Но я быстро отметала сомнения, убеждая себя, что просто надумываю.

А его предложение покормить уточек на набережной вызвало во мне что-то такое светлое и теплое. И как будто ему это тоже было в новинку. Неужели он не каждую девушку таскает в парк и угощает мороженым, а потом кормит с ней уточек?

И я поняла, что меня в нем привлекло. Мы как будто вместе познали до этого неизведанное. Артур веселился как ребенок, кстати, я тоже от него не отставала. И смеялась от души, и даже фыркала, называя его то великовозрастным балбесом, то мальчиком-переростком тоже от души.

Короче, почувствовала себя наконец-то раскованно. Расслабилась окончательно.

Апофеозом вечера стал звонок.

Артур достал из кармана «Айфон», наверняка очень дорогой. И под моим удивленным взглядом пояснил:

– Шеф звонит. Просит держать телефон при себе двадцать четыре на семь.

Ну вот и тут нашлось логическое объяснение. Это рабочий. Видимо, начальник Артура денег не считает.

– Слушаю вас, Руслан Андреевич, – ответил мой спутник на звонок и, сделав мне знак подождать минутку, отошел.

Вот вроде бы все просто и понятно, а какой-то червячок меня продолжает грызть изнутри. Ладно, наверное, я слишком много анализирую, а так же зациклилась на деньгах. И пусть мне жаль, что этот вечер заканчивается, но… Я не хочу всю жизнь платить ипотеку, покупать своим детям конфеты только по праздникам, а по выходным копаться в деревне в огороде. От подобных перспектив прямо зубы сводит судорогой.

И тошно на душе становится. Хватит, натерпелась уже – хочу жить в свое удовольствие.

– Маринка, чего опять загрустила? – с улыбкой поинтересовался Артур, снова подходя ко мне после окончания разговора с неизвестным мне шефом.

Ну почему мир так не справедлив? Почему тонна обаяния досталась парню с периферии? Выть хочется от бессилия – как же запихнуть свои чувства поглубже?

– Все нормально, – ответила, пытаясь побороть вновь закравшееся разочарование. – Может, отвезешь меня домой?

Артур посверлил меня взглядом, правда, недолго, но все равно нехотя кивнул. Мы двинулись к выходу из парка, но шли будто специально медленно. И нет, я это делала не потому, что не хотела снова оказаться в дребезжащей тарантайке.

Я хотела еще немного продлить этот вечер. Понимая, что он единственный.

И последний. Да уж, Марина, одни противоречия в голове. Не думала, что именно меня такое коснется – ведь у меня всегда давно уже имелся четко выстроенный план жизни, да и романтичного настроя я за собой обычно не замечала.

Нет, любовь – это прекрасно. Но, наверное, только в книгах. Согласна, должна быть симпатия – без нее никак. А с тем, что с милым рай и в шалаше, я могу поспорить. Все равно рано или поздно захочется благ цивилизации, а любовная лодка разобьется о быт.

Так что мой прагматизм уверенно перевешивает романтизм.

Но ведь сегодняшний вечер, как бы я не старалась отбросить эту мысль, получился очень даже романтичным. И мне это нравилось, черт бы побрал моего спутника. Тоже перестал улыбаться – видимо, наши мысли в отношении сегодняшнего вечера сходятся.

Артур остановился рядом со своей гордостью – десяткой, или просто недоразумением на колесах – чем перегородил мне доступ к пассажирской двери.

Я подняла на него глаза, вроде как задавая немой вопрос. Опомниться не успела, как мужчина резко притянул меня к себе за талию и поцеловал. Прямо впился в губы, желая заклеймить. Черт, а ведь я отвечаю. Обвиваю руками его за шею.

А язык Артура уже вовсю терзает мой. Боже, еще немного и колени начнут подкашиваться. И нет, это был не тот поцелуй, которым спрашивают разрешения, можно ли продолжить начатое. Это полный и безоговорочный плен.

Напор, страсть, безумие – все смешалось в таком, казалось бы, обычном действии.

Одной рукой мужчина продолжал удерживать меня за талию, а второй – обхватил затылок. Я, может, и хотела не поддаться, оттолкнуть, но руки сами по себе обнимали и прижимали его за шею все ближе.

Стыдно признаться, мое сопротивление пало смертью храбрых.

Нам не хватало воздуха, но поцелуй не прерывали. Артур прижимал меня к себе все сильнее, и я, кажется, начала растворяться в этом горячем крепком теле.

«Остановись, дура!» – орал где-то на задворках голос разума.

Только вот совсем не хотелось…

Мужчина отстранился первым. Уперся своим лбом в мой, не выпуская из объятий, и хрипло произнес:

– Марина…

«Ну же, – мысленно взмолилась я, – предложи поехать к тебе на пиво и кильку в томатном соусе, тогда я смогу без зазрения совести послать тебя к черту и уйти на остановку, а также внести номер в черный список».

Но моя немая просьба осталась не услышанной. Артур отпустил, а я мысленно простонала. Да уж, джентльмен, даже открыл дверь машины.

Сейчас молчание в салоне не тяготило, я даже не испытывала неловкости после нашего дикого поцелуя. Можно было подумать и побыть наедине с собой.

Интересно, прощание неловким выйдет? Или поймет все без слов?

– Какие планы на завтра? – Артур спутал мои карты, даже дар речи на пару минут пропал. Мой двор, подъезд, и автомобиль стоит посредине дороги с включенным двигателем.

Вот же черт! Нахрена ему это надо? Я надеялась избежать сегодня подобного разговора, а потом все просто свести на нет, ссылаясь на работу и усталость. Пришлось повернуться в сторону мужчины и лае слегка скривиться.

– Работаю, – пожала плечами, стараясь, чтобы голос звучал равнодушно.

– Могу тебя забрать с работы, – предложил и тут же добавил: – Шеф пока в командировке, так что я весь твой.

О, Господи… Нахрена?! Я представила, как к крыльцу больницы подъезжает десятка, а я под взглядами коллег сажусь в нее, краснея от стыда.

– Не стоит, – быстро ответила и даже мотнула головой. – Тем более я не знаю, во сколько освобожусь, сейчас сезон отпусков, рук не хватает.

– Но ты можешь мне позвонить, когда закончишь, – настаивал Артур, и я, выдохнув, собралась с силами:

– Это был прекрасный вечер… – замолчала под пристальным взглядом, и вся моя решимость куда-то пропала.

– Но? – поторопил меня, вот только слова застряли в горле.

– Но нам не по пути, – выдала, мечтая почувствовать облегчение, но в душе что-то кольнуло.

Особенно, когда глаза мужчины даже в темноте излучали молнии. Прямо стреляли в меня ненавистью, от чего я поежилась слегка. Ну вот, обидела хорошего парня.

Почему в моей жизни все так сложно и несправедливо?

– Не впечатлил? – прорычал Артур, правда, негромко, но все равно со злостью.

– Давай без глупых вопросов, – я все еще пыталась как-то сгладить, но он слишком уж упрямый.

И настойчивый.

– Тебе нужны бабки, – отвернулся, глядя прямо перед собой на дорогу. – Как и всем.

– Артур…

– Видел я, как у тебя глаза блестели, когда в Ауди села два дня назад, – резко выдохнул, все еще злясь и не глядя в мою сторону. – И как потом кривилась, когда узнала, что я обычный водитель. Неужели шанс нельзя дать? – он повернулся резко ко мне, а я в ответ выдала:

– Спокойной ночи.

Не хочу ничего объяснять. И обсуждать свои мечты тоже не хочу.

Пусть останется при своем мнении – мне плевать. Вышла из машины, снова только со второго раза закрыв дверь, после чего старая десятка рванула с места.

А я еще несколько минут смотрела вдаль.

Туда, где скрылся автомобиль…

«Тебе нужна бабки… Глаза блестели, когда два дня назад… Нам не по пути…»

Все слова отдавались какой-то тупой тяжестью с каждым шагом, пока я поднималась на этаж. Я шла специально медленно, надеясь, что отпустит. И сердце перестанет рвать на части. Какого хрена, спрашивается, я так сильно на нем зациклилась? Сама же сказала – не по пути. Так стоит ли сейчас слишком много думать о нем?

Но меня тянуло назад. На улицу. Туда, где скрылись габаритные огни автомобиля.

Как будто я все еще могу что-то исправить.

Жалела ли я обо всем, что сказала?

Тогда нет, а сейчас так тошно…

Открыв дверь, первым делом опустилась на пуфик в коридоре. Ноги подкашивались, как бы не упасть прямо на пороге. Сбросила обувь и опустила голову на колени.

Господи, вроде все правильно сделала, тогда почему на душе так хреново?

– Мариночка, детка, – бабушка вышла из комнаты и сразу начала хлопотать вокруг меня. – Что случилось, милая? Тебя кто-то обидел?

Подняла глаза, глядя на испуганное лицо милой старушки. Скорее наоборот – я обидела хорошего парня.

– Все нормально, бабуль, – старалась говорить бодрым голосом, но вряд ли получилось провести близкого человека. Которая знала меня, наверное, даже лучше, чем я сама себя. – Просто устала, не бери в голову.

– Мариночка, я видела, как тебя привезли на машине, – бабушка положила мне руку на плечо и чуть потрепала, успокаивая.

Точно так же она делала на похоронах родителей – сначала у отца, а после и у мамы. Именно этот момент мне запомнился ярче всего. Руки бабушки… нежные прикосновения… и тихий шепот:

«Не плачь, деточка!»

И столько времени прошло, а сейчас очередное дежавю возникло. Такое впечатление, что я хороню свое счастье.

– Да, меня подвезли, – не стала отрицать, но и объяснять все с подробностями не хотелось. Наверное, устала я основательно. Отдохнуть точно не помешает.

– И ты не захотела пойти на второе свидание, – не спросила, а констатировала бабушка, вызвав у меня кривую ухмылку. – Что, детка, случилось? – уже настойчивее повторила вопрос.

Я подняла голову и обвила руками тонкую талию, уткнувшись лбом в живот бабули. Она всегда вкусно пахла – этот запах успокаивал, заставлял чувствовать себя защищенной. Но в это же время лопнула и струна напряжения, натянутая внутри. Я расплакалась, сама не понимая почему.

– Все хорошо, бабуль, – уверяла я то ли ее, то себя. – Все правильно.

– Правильно не всегда хорошо, а хорошо не всегда правильно, – услышала в ответ и еще больше зарыдала. – Что, плохой кавалер? – спросила бабушка, усмехаясь, тем самым заставляя меня успокоиться. Всегда умеет поддержать, найти нужные слова, а иногда и пожурить.

За это и люблю ее. Но снова уйти от правдивого ответа не решилась.

– Хороший, – размазывая слезы, даже обиделась я за Артура, хотя мне должно быть все равно.

Сама послала, сама прекратила все. Но это свидание… Оно было настоящим, что ли, искренним. Если поначалу мы играли, то потом сбросили театральные маски. А наш поцелуй был просто айсбергом, о который разбился мой «Титаник» прагматизма.

Может, Артур был прав – надо просто расслабиться и наслаждаться жизнью? Но только одним днем, потому что продолжение я не планировала. Хотя чего себе-то врать? Он мне нравился.

Нравился и со своей десяткой, и с китайскими шмотками, и с подделкой под «Ролекс». Мне раздражали эти вещи, но безумно привлекал Артур. Да за одну его улыбку можно душу Дьяволу продать.

Наверное, у нас обоих не было подобных свиданий. Хотя это странно… Не в рестораны же он своих девушек водит?

– Так почему рыдаешь? – бабушка переместила руку на мою голову и теперь перебирала волосы, приводя меня в чувство и возвращая в реальность.

Мне это тоже нравилось. Даже спать захотелось – такая вот детская привязанность. Бабуля меня всегда убаюкивала, когда не помогали ни стишки, ни песни.

– Ну, я сказала, что он мне не подходит, – всхлипнула, вытирая остатки слез со щеки.

– Ох, детка, иди спать, – я не видела, но представила, как она поджала губы и покачала головой.

Наверное, это самое лучшее решение – все равно голова не варит. Я понимала, что разговор еще на этом не закончен, но на сегодня с меня хватит. А завтра я работаю с Анжеликой Сергеевной, которая наконец-то вернулась со своего приторно-медового месяца с мужем. Вот уж кому повезло, так это ей. Я завидовала, но только по-доброму – у людей настоящие чувства.

И ведь бывает же так в жизни, чтобы и при деньгах, и красивый, и любил безмерно. А я какая-то неудачница. Ни одного богатого пока не попалось на пути, а до Артура все были какие-то идиоты. Один оказался маменькиным сыночком, и все деньги были мамины, а без ее дозволения ни шагу. Второй только пыль в глаза пускал, а на деле охранник супермаркета. Ой, вообще не везло!

Был еще один, но я так пока и не решила – стоит ли строить с ним серьезные отношения или все-таки нет. Пока у нас передышка – Валера отбыл в командировку. И напрочь выветрился из моей головы. Особенно, когда Артура встретила. Еще и свидание – сердце так и разрывалось на части от безысходности.

И снова Артур лезет в голову, будь он не ладен. Почему я сравнивала своих бывших с ним?

«Да потому что в душу запал, но он тебе не пара», – снова произнес мой рационализм, когда я легла в постель.

Ладно, разберемся, хотя мой внутренний голос громко кричал:

«Он больше не позвонит!»

И черт с ним, сама же хотела.

Только почему же на душе до сих пор тошно?

На работе все валилось из рук – в таком состоянии не мудрено попутать снотворное с обезболивающим. Ох, чувствую, мои мытарства боком мне обернутся. А во всем виноват Артур, черт бы его побрал.

А губы-то до сих пор хранят, болят, хотят. И я хочу… Черт возьми, я до боли хочу этого парня на десятке, который возит девушек на свидание в парк.

Хотя чего это я так много о нем думаю? Переживаю, пытаюсь жалеть, взяв всю вину на себя. Он давно обо мне забыл. Вряд ли позвонит. Тем более после моих слов. Но я все равно уверена, что все сделала правильно.

А раз так, то нахрена мне голову всякой чушью забивать?

Но все равно забивала, так как не могла выбросить образ симпатичного и весёлого парня из мыслей. Так и сидит там, не желая испаряться. И постепенно выедает мой многострадальный мозг.

– Ты целый день в каких-то облаках витаешь, – усмехнулась моя подруга Лика, а по совместительству дежурный врач, с которой я работаю в одной смене. – Неужели влюбилась? – девушка приподняла одну бровь, вызывая у меня печальный вздох.

– Одни экстрасенсы кругом, – хоть я и усмехнулась, но на душе все равно по-прежнему тошно. Хоть вой, хоть головой о стену бейся. – Никуда от вас не скрыться.

– Пошли чайку попьём, пока затишье, – Лика кивнула в сторону ординаторской, а в коридоре как раз появилась дежурная приёмная медсестра, которую я сейчас временно поменяла.

Можно и чайку, все равно еще ночь коротать. И как-то не съесть себя заживо, постоянно думая об Артуре.

Не звонит – точно обиделся. Хотя, может, оно и к лучшему?

– И кто он? – Анжелика с неподдельным интересом рассматривала мою перекошенную физиономию. Врать не хотелось, да и выговориться подруге не помешает. Вдруг какой совет дельный даст, чего мне в данный момент катастрофически не хватает.

– Водитель, – я сделала глоток уже остывшего чая. – Дешёвые шмотки, раздолбанная десятка и съёмная квартира. Обалдеть, как подфартило.

– Но красавчик, – Лика скорее факт констатировала, чем вопрос задавала, а я в ответ лишь кивнула.

– Красавчик, еще и обаяния море, только толку от этого? – уставилась на подругу, которая знала меня как облупленную.

«Лучше бы у него счет в швейцарском банке был», – мысленно добавила, не понимая задумчивости подруги.

Может, кто-то и посчитает меня меркантильной, но только не Лика. Без ее помощи и поддержки я бы опустила руки. И действительно забила бы и на себя, и на свою жизнь. Таких подруг днем с огнём не сыщешь, поэтому доверяла я ей безоговорочно.

У меня не было возможности учиться в университете, хотя я всю жизнь мечтала быть, как и Лика, хирургом. Мечта. Несбыточная. Но уже пофиг.

Вместо учёбы я пахала на двух работах с кучей подработок, чтобы спасти близкого человека. Не успевали вылезти из одних долгов, как залезали в следующие.

И так по кругу. Но все равно маму не спасли, как бы я не старалась. Мы продали квартиру и переехали к бабушке, чтобы оплатить дорогостоящую операцию. А потом бесконечные химии, поддерживающие терапии, дорогие лекарства, но мама не выдержала. Оставила меня.

И мне казалось, что я умирала вместе с ней. Смотрела, как она угасает – и с каждым днем угасала вместе с ней. За полгода красивая женщина превратилась в мумию и умерла на моих руках.

И от этого до сих пор сердце разрывается на части…

– И что тебя смущает? – Лика своим вопросом вывела меня из задумчивости, хотя я и не заметила, как уставилась в одну точку.

Что смущает? Действительно, что. Опять две работы, подработки, несбыточные мечты…

– Меня смущает кредит на квартиру, машину, а также невозможность дать детям хорошее образование, – я выпалила на одном дыхании. – Просто банально денег не хватит.

– Н-да, – Лика цокнула языком. – По-моему, ты преувеличиваешь.

– А по-моему, приуменьшаю, – я сделала очередной глоток чая, чтобы хоть немного скрыть свое разочарование. – Он мне нравится, только нихрена у нас с ним не получится.

– Финансовый вопрос…

– Он самый, – я кивнула в подтверждение своих слов. – И что мне делать?

– Жить и любить, – ответила Лика почти с интонацией нашего зава психиатрией Виктора Михайловича и уставилась в компьютер.

Нет, это не игнорирование. Скорее, время на обдумывание.

А ведь я действительно не живу, а теряю себя без своих же эмоций и желаний. Но сейчас сижу и кусаю нижнюю губу почти до крови, не понимая, какая чертова напасть со мной приключилась.

– Лика, – наконец-то произнесла, заставляя девушку оторвать взгляд от монитора, – а ты в Феликса сразу влюбилась?

– Пф, – фыркнула подруга, слегка щурясь и морща нос, – я думала после нашей первой встречи, что больше вообще его не увижу. Я просто сняла напряжение и получила удовольствие, а потом судьба распорядилась иначе. Так что попробуй, подруга, – подмигнула мне Лика, и я не успела ничего ответить, потому что зазвонил телефон. Тяжелый пациент, нашего счастливого хирурга вызвали в операционную, а я осталась в гордом одиночестве допивать свой остывший чай.

Кстати, а почему бы и нет? Что мне мешает расслабиться? Вдруг отпустит?

И хочется, и колется – всё, как в поговорке известной. Только вот сама я звонить не хотела. Да и Артур вряд ли позвонит. И уж тем более не приедет, а ведь я даже не поблагодарила его толком за приятный вечер – самый запоминающийся за последние несколько лет.

Кто знает, как Артур воспринял мои слова. Я хотела его занести в черный список, а может, он уже занес меня. Н-да, дилемма, только вот все равно в мыслях сидит, черт бы его побрал.

И когда выходила из здания больницы утром после смены, то и дело искала десятку. И хочу видеть, и не хочу – черт знает что в голове творится. Не приехал – теперь уже точно черт с ним. Да пошел он…

К подъезду подходила на ватных ногах, так как после суток реально сил хватало только доползти до кровати. Код на домофоне, звук открываемой двери…

– Красавица, составишь компанию? – услышала за спиной и резко обернулась.

Надо же, приперся. Хотя я уж и не надеялась. Точнее хотела, чтобы в покое оставил.

Раз и навсегда.

Ну какой из него мужчина моей мечты? Тоже мне, «принц» выискался. Недоразумение. Обычный водитель. Хотя довольно симпатичный, не спорю.

– Ты с первого раза не понимаешь? – я все-таки оторвала руку от дверной ручки и повернулась к мужчине всем корпусом. – Нам с тобой не по пути.

– А если попробовать? – он приближался, а я почему-то замерла. Шаг, второй, и тихое в губы: – Я подарю тебе рай.

И как же хочется поверить…

Артур

– Я подарю тебе рай, – прошептал Маринке прямо в губы, но как бы ни хотелось, не поцеловал. Сдержался, хотя внутри меня все еще разрывало на части.

Мы смотрели друг другу в глаза, и в ее промелькнула какая-то горькая усмешка. Наверное, девушка подумала про рай в шалаше с простым водителем. Ох, красотка, знала бы ты, какой у меня шалашик. Да не один.

Только пока рано признаваться – хочу настоящей и светлой. Пусть даже симпатии с ее стороны, но именно ко мне.

А не к моим деньгам.

– Артур, – покачала Марина удрученно головой, – зачем ты приехал? – и снова взгляд полный горечи. Правда, теперь уже без усмешки и блеска.

– За тобой, – выудил я из арсенала свою самую обворожительную улыбку.

Обиженного парня решил из себя не строить, ведь это меня плющит, так хочется ее сгрести в охапку и утащить в свой настоящий шалашик. Проще сделать вид, что слова меня не задели.

И тут уже даже дело не в моем споре с Русланом, хотя вчера пришлось достать из кошелька сотку баксов. Друг не хотел брать, но пари есть пари. Хотя это не спасло меня от дерзких шуточек с его стороны. И так рвало на части – чуть машину не развалил на части. Рванул с места, а после треснул по рулю.

Сама скоро рассыплется, еще и я нервы свои показываю.

– Что, крепким орешком оказалась твоя девчонка? – Руслан усмехнулся, рассматривая меня, как музейный экспонат. – Неужели нашлась такая, кто смог устоять перед твоим обаянием?

– Ага, – не стал я отрицать очевидных вещей, хотя друга хотелось тупо послать. Снова сдержался, а то обижу хорошего человека по чем зря. – Водителю на раздолбанной десятке на первом свидании не дают.

– Может, плохо просил? – продолжал умничать Руслан, но я зыркнул в ответ, чтобы не перебарщивал.

– Не провоцируй, – сквозь зубы процедил, но мой собеседник все равно не впечатлился.

Ему поумничать и поскалиться – медом не корми, дай только повод. Хотя можно и без повода, в этом весь Руслан.

– Думаю, и на втором не даст, – друг покачал головой, все так же улыбаясь с ехидством.

– А знаешь, она мне нравится, – я закинул ногу на ногу, принимая расслабленную позу. – Действительно нравится, – кивнул в подтверждение своих слов, чтобы друг не сомневался.

Признался, скорее, даже больше самому себе, чем Руслану. Надо же, как все просто оказывается.

Я не хотел теперь уложить Марину в постель из принципа, из-за спора или чтобы проучить. Как-то все эти глупости отошли на второй план. Я просто ее хотел. И точка.

Да, обычная, в плане пафоса и наигранности, хотя по красоте фору даст любой блондинке, кто любит сутками в салонах красоты просиживать. Слишком самоуверенная и даже местами меркантильная, хотя это скорее плюсы, чем минусы. Мне нравились девушки с определенными целями и планами на дальнейшую жизнь. Куда хуже, когда в глазах пустота, как и в голове, при этом полное понимание, чего же она хочет от этой жизни-то.

Ну, кроме тряпок дорогих, заграничных курортов и бабла. Тупо очень. Лишь раздражение вызывает.

А вот в глазах Марины я видел сомнение. Неподдельное и слишком искреннее. Тоже нравлюсь ей, но пока меркантильность перевешивает чувства. Сама себе боится признаться.

Что ж, придется малышке в этом помочь…

В ответ на мою лучезарную улыбку Маринка все-таки чуть заметно улыбнулась и продолжала стоять на месте. Не сбежала, что уже в данной ситуации большой прогресс.

Придется слегка надавить. Может, не так уж нам и не по пути?

– Артур, – наконец-то ответила, но взгляда не отвела. – Я очень устала, честное слово. Сутки на работе.

– Тогда тебе определенно нужен кофе, – подмигнул я игриво. – И массаж, – подмигнул, вызывая у девушки очередную улыбку. – Можно угостить?

Марина оценивающе на меня посмотрела, наверняка подумав, что я собираюсь напоить ее растворимым пойлом из автомата в супермаркете. Н-да, странная она. Мне-то хочется выпендриться, но уж сдержусь. И так не даю волю эмоциям, придется выдерживать свой неповторимый образ до конца.

– По чашке кофе, и все, – сделала нажим на последнее слово, а я кивнул в сторону машины. – Без массажа.

Спорить не стал, а так же комментировать последнее утверждение. Пока добился своего – она сядет в машину и поедет со мной вместе. Пусть даже кривится при виде этой развалюхи.

Знала бы моя малышка, как бесит меня эту чудо отечественного автопрома! Но легенду поддерживать надо.

Вздохнув, Марина поплелась в сторону десятки. Слава богу, что ехать нам недалеко. Так и быть, в следующий раз приеду на своем внедорожнике. Сошлюсь на срочную командировку шефа – еще одной поездки на этой… даже машиной назвать сложно, тарантайке моя нервная система просто не выдержит.

Только мы выехали со двора, как у Марины зазвонил телефон. Она посмотрела на экран, вздохнула, но вызов приняла.

– Да, бабуль… – пауза, на протяжении которой я боковым зрением наблюдал за девушкой. – Нет, я чуть-чуть задержусь, – и такой голос ласковый, надеюсь, и ко мне когда-нибудь она будет обращаться с такой же интонацией. – Не волнуйся. Обязательно поем.

– Бабушка переживает? – спросил я, когда Марина опустила телефон обратно в сумочку.

– Да, – коротко ответила и отвернулась к окну. – Больше просто некому переживать.

Я промолчал – столько боли и горечи в ее голосе. Боюсь представить, какие мысли роятся в ее головке. И хочется, и колется. Но все-таки согласилась со мной поехать, а значит, не все потеряно. Может, и пора было бы уже признаться, что я никакой не водитель и сам могу нанять хоть пятерых, но азарт игры еще остался. Хотя уже возникло впечатление, что я сам попал в расставленные своими же руками сети.

Да, как-то все не так получается.

Но упорства мне не занимать, так что будет Маринка все равно моей.

Небольшая кофейня (кстати, довольно дорогая) появилась на горизонте довольно быстро. А то длительные расстоянии на этой чудо-технике моим нервам противопоказаны.

– Идем? – поинтересовался, когда выключил двигатель.

Марина приподняла бровь, на сводя удивленного взгляда с вывески. Да, заведение довольно дорогое, хотя и не самое пафосное в нашем городе.

– Сюда? – Марина перевела взгляд на мою довольную физиономию.

– Ну да, – кивнул и на ходу придумал сказку: – Я часто в эту сеть заезжаю за кофе для шефа.

– А, вот оно что, – протянула с пониманием и потянулась к ручке. – Точно зарплаты водителя хватит?

– Да, – я вылез из автомобиля следом, проигнорировав издевку в голосе своей спутницы. – У меня даже есть карточка на скидку, – с гордостью похвастался, глядя, как Маринка скривилась.

Черт возьми! Столько лжи за несколько дней. Кажется, я становлюсь сам себе противен, но почему-то не останавливаюсь.

Интересно, надолго меня хватит?

Марина

В этом кафе я была всего два раза, и то давно. От цен в меню мне резко перехотелось спать, а глаза чуть не вылезли из орбит. Мой недельный бюджет за чашку кофе? Да ну нафиг!

Поверх кожаной папки посмотрела на Артура, но он выглядел невозмутимым. Ну да, он же шефу тут постоянно кофе покупает, так что должен был привыкнуть.

«Интересно, а зарплаты водителя хватит периодически пить кофе в подобном заведении?» – подумала, но вслух промолчала. Не хотелось обижать Артура, ведь старается произвести впечатление на меня.

Одна лучезарная улыбка на пол-лица чего стоит!

Блин, ну почему он такой обаяшка? Почему мне так сильно нравится этот несносный водитель?

– Выбрала? – Артур закрыл меню и откликнулся на спинку стула. Как будто подобное заведение для него не в новинку – в прямом смысле этого слова, а не просто завтраки шефу таскать.

В отличие от меня – цены до сих пор не отпускали, производя неизгладимое впечатление.

– Нет, – честно ответила и тоже закрыла меню, желая именно сейчас встать и уйти.

А еще лучше оказаться в своей любимой комнате с голубыми обоями и плакатом Криштиану Роналдо над кроватью. Вот она, несбыточная голубая мечта.

А реальность сейчас сидит напротив и скалится, переводя взгляд на подошедшую официантку.

– Нам два кофе по-венски, – Артур слишком уж расслаблен, чего не скажешь обо мне. – И девушке десерт.

Когда произносит название, я теряю дар речи. Он с дуба рухнул? Или головой ударился? Это ж… В общем, очень дорого, хотя на языке парочка фраз похлеще крутится. И как бы я ни хотела, но совесть не позволяет мне разорить парня, с которым нам не по пути.

Не по пути… Моя привычная фраза, которую упорно нашептывает то ли дьявол, то ли ангел на одном из плеч, а на втором так же кто-то из них орет:

«Марина, он же тебе нравится! Хватит строить из себя недотрогу!»

– Ты сдурел? – шепчу, когда довольная официантка нас покидает.

– Я премию получил, – Артур вообще не впечатляется моим неподдельным изумлением, все так же улыбаясь на все свои тридцать два зуба. – Могу себе позволить угостить красивую девушку кофе.

Краснею, напрочь забывая о ценах и своих недавних глупых мыслях.

«Красивая!» – настойчиво бьётся в голове. Да так, что щеки уже ярко-алого цвета, судя по всему – горят огнем, который тяжело потушить.

Он считает меня красивой – почему-то это вроде как банальное слово поднимает настроение до небес. Даже усталость отступает на второй план.

Аккурат до того момента, как я сажусь в автомобиль. Лёгкая, непринуждённая музыка, довольно ровный гул мотора, что для этой тарантайки даже удивительно по моему мнению. И ведь глаза закрыла всего на секунду, а оказалось, что уснула.

Блин, как же я так лоханулась-то! Не могла силу воли в кулак собрать, чтобы не отключиться. Как же не вовремя! Даже вкусный натуральный кофе не помог.

А когда открыла глаза, то в первые несколько секунд опешила. Чужой двор, незнакомый дом, и Артур все так же улыбающийся. Смотрит пристально мне в глаза, небрежно закинув одну руку на руль.

– Доброе утро, спящая красавица! – опять включает массу обаяния.

– И как это понимать? – сон как рукой снимает, потому что я уже начинаю соображать.

Пусть я привыкла спать урывками, что с моей работой нормальное явление, подрываться по щелчку и от каждого шороха, но сейчас хотелось снова провалиться в эту приятную бездну сновидений. А ведь снилось мне кое-что непристойное, если можно так сказать. И в главной роли мы с Артуром. Черт бы его побрал! Или Дьявол, что в данной ситуации практически одно и то же!

Я посмотрела в эти лукавые глаза, на облезлый дом, нуждающийся в капитальном ремонте, и поняла…

Этот прохвост все-таки привёз меня к себе домой!

И как после этого доверять мужчинам?

– Артур, – я предостерегающе начала, но мой спутник наглым образом перебил. Прямо отрезал мой порыв возмущаться.

И ладно бы словами! Так нет же, гад такой. Наклонился и поцеловал меня, совсем нагло протолкнувшись языком. И пусть все это неправильно, но чертовски приятно.

– Марина, – чуть отстранившись, но обдавая меня горячим дыханием с запахом кофе, сказал Артур. – Я помню, что массаж ты не хотела, но он же не подразумевает под собой ничего.

«А лучше бы подразумевал», – подумал мой полусонный мозг и снова отключился, но на этот раз не в сон.

Я сама потянулась за поцелуем.

Этот мужчина невыносим: сексуален, красив, обаятелен, притягателен. Можно и дальше сопротивляться, но от себя не сбежишь. Змей-искуситель меня покорил, не иначе. И я уже отчетливо понимаю, что все мои доводы меркнут перед обаянием этого мужчины.

Ну почему, Господи?

Я начала влюбляться в обычного водителя из деревни – и где здесь справедливость?

– Если ты хочешь, – уверенно и без намеков сказал Артур, – то я тебя отвезу домой прямо сейчас.

«Хочу!» – кричали остатки моего здравого смысла.

Но я все-таки обычная женщина. С простыми, порой даже банальными желаниями. Уютно, надежно, пусть и не совсем материально обеспеченно…

И отказаться совсем не осталось сил.

– Раз уж приехали… – я оборвала свою речь намерено. Печально вздохнула, посмотрела Артуру в глаза, хотя сердце уже готово было вырваться из груди наружу.

Господи, Марина, где твои мозги? Очнись, дорогая, только вот себя все равно не обманешь.

Я уже готова и на массаж, и на все остальное. Потому что мне этот парень нравится! Лучше бы он не приезжал – переболело бы и отпустило. Но фортуна снова не на моей стороне. Приехал даже после моих слов, а значит… А значит, что я ему тоже нравлюсь. По крайней мере другого объяснения не находится.

В любом случае, я готова остаться.

Даже на одну ночь, если вдруг мой спутник не захочет продолжения.

– У меня дома есть хороший кофе, – подмигнул Артур, подталкивая меня окончательно к краю пропасти. – Прямо из Колумбии.

– Тоже шеф привез? – спросила, выходя из десятки. Увы. Усмешку сдержать не удалось.

– Ну да, – довольно кивнул этот неприхотливый человек. – И заваривать научил.

Какого черта, Марина?

А внутри чувство, что меня нагло водят за нос. Как марионетку по сцене, которой управляет опытный кукловод. Но сама иду вперед, поднимаюсь на этаж по оббитой лестнице и захожу в квартиру…

Успела сделать шаг, за спиной закрылась дверь, и я тут же оказалась прижата к стене. Резко, нагло, но все равно как-то аккуратно. Блин, ну почему я не сопротивляюсь? Почему, черт возьми, мне это нравится? Возбуждает, голову кружит, и просто хочется раствориться в этих объятиях чуть ли не на вечность.

– Марина… – Артур тянет последнюю гласную букву, а после закрывает мне рот поцелуем. Даже ответить ничего не успеваю, как спина еще сильнее вжимается в стену.

Как будто и пошевелиться не могу, да и не хочу, если честно. Еще мои слабые нервы не отошли от поцелуя в машине, как тут новая атака. Дерзкий язык проникает внутрь, сплетаясь с моим. Прямо в такт. Как будто долго тренировались, чтобы сейчас с дикой и необузданной страстью впиваться друг в друга.

М-мм, как же Артур меня заводит. Да и пофиг сейчас, кем он там работает. Перед его обаянием невозможно устоять. Еще и какой-то писклявый голосок в голове одну и ту же фразу повторяет:

«Не сопротивляйся. Тебе понравится!»

Само собой понравится, когда сердце вот-вот готово выпрыгнуть из груди, а разум отказывается признаки жизни подавать. Все кричит о том, что надо отдаться своим желаниям.

И я, наконец-то, сдаюсь…

– А как же массаж? – все уже успеваю между поцелуями, а так же в перерыве между быстрыми раздеваниями друг друга поинтересоваться с небольшой издевкой. – Кто-то, помнится, обещал.

– Обещал, – Артур расстегивает молнию на моих джинсах, а после стягивает их вниз. – Только не уточнил, какой.

Ведь знала же, что негодяй мне попался. Еще какой. Соврет, даже глазом не моргнет. И своего уж точно не упустит. Только вот злиться на него совсем уж не хочется. Тем более за нашими страстными и ненасытными объятиями с поцелуями я и не заметила, как очутилась в комнате. И фигня, что старый диван скрипит, когда Артур аккуратно укладывается сверху меня. Его руки блуждают по моему уже обнаженному телу, разогревая его по-максимуму. Я и так вся горю, как на пожаре. Еще и наглый соблазнитель начинает прокладывать жаркую дорожку языком по моему животу.

– Артур! – шепчу, так как в горле пересохло, и выгибаюсь в спине за очередной порцией ласк.

«Не останавливайся!» – мысленно кричу, боясь выдать свои эмоции вслух.

Такого адреналина в крови у меня не было никогда. То ли парни попадались неумехи, то ли действительно чувства играют значимую роль в отношениях. Хотя наш тандем с Артуром «отношениями» назвать пока сложно.

Он может не позвонить. Да и я пока не уверена, что готова.

Но здесь и сейчас я хочу получить этого парня целиком и полностью. В единоличное владение.

И пофиг, что будет завтра…

– Ты такая сладкая, – Артур проводит языком по внутренней стороне бедра, а меня бросает в дрожь. – Как конфетка-леденец, – смеется этот негодяй, а я в ответ сильнее прижимаю его голову к своему телу.

Раз, и мужчина слегка прикусил кожу, вызывая у меня протяжный стон.

Два, и мои трусики одним резким движением оказываются на полу.

Три, и я готова умолять взять меня прямо сейчас, когда мужской палец проникает внутрь. И я больше чем уверена, что Артур наблюдает за мной, ловя каждую эмоцию… каждый стон…

Черт возьми, что же он со мной творит?

– Я тебе отомщу! – глупая угроза вырывается у меня, хотя глаза так и не открываю. Лишь чувствую на интуитивном уровне и ловлю каждый звук.

– Буду ждать с нетерпением, – мужское дыхание опаляет кожу виска. – Конфетка! – и снова проводит языком по щеке, как будто действительно пробует на вкус.

Это так приятно, что готова и дальше продолжать в том же духе. Если бы не назойливый палец внутри, который дразнит с каждой минутой все сильнее. Узоры чертит, возбуждает, заставляя вцепиться в плечи Артура с неимоверной силой.

И так же резко выходит, вызывая у меня протяжный стон. Мне мало, еще хочу.

– Ненасытная, – Артур смеется, а я понимаю, что последнюю фразу произнесла вслух.

Ведь так пыталась сдержать эмоции в себе, и все равно спалилась, как школьница. Ой, да пофиг, сейчас все можно. Мы вдвоем. Только он и я.

А в постели не может быть стеснения. Да и сдерживаться нет смысла. Все равно ж отчетливо понимаем – мы хотим друг друга.

Звук разрываемой фольги, и у меня вздох облегчения. Слава Богу, мой мужчина позаботился о нашей безопасности, а то неизвестно куда наша страсть приведет. Я-то совсем голову потеряла, но сейчас действительно благодарна Артуру за заботу.

– Все равно с тебя массаж, – выдаю, когда наши лица слишком близко, а глаза блестят в предвкушении жаркого секса.

Я почему-то уверена, что так и будет. По крайней мере прелюдия меня очень впечатлила.

– Как скажешь, конфетка, – Артур медленно входит в меня, не отводя взгляда, а потом так же медленно начинает двигаться.

Ему нравятся мои эмоции – по довольной роже вижу, что впечатлен не меньше меня. Да уж, утренний секс после суток – это у меня впервые. Можно считать, девственности меня Артурчик лишил в этом плане. Мужской орган заполняет меня целиком, и я снова закрываю глаза, стону, не сдерживая эмоций, и прогибаюсь в спине навстречу новым.

Хочу еще, сильнее, быстрее. Обвиваю мужчина за талию ногами, заставляя проникнуть еще глубже.

– Конфетка, что же ты со мной делаешь, шепчет мне на ушко, ускоряясь. Дыхание рваное, как и у меня, но это не может нас остановить.

Движения в такт, сердца в унисон, и даже к желаемой разрядке мы приходим одновременно. Я кричу, так как внутри фейерверк из эмоций, а Артур кончает с диким рыком, падая на меня сверху.

– Ты был великолепен, дорогой, – я все еще не открываю глаз, но целую мужчину в плечо. – Сил нет пошевелиться.

– А как же массаж? – чувствую, как Артур приподнимается на руках. – Передумала?

– Мне надо десять минут, и я снова твоя.

По-моему, мой мозг перегрелся. Это точно я сказала? Сама от себя подобного не ожидала, но слово назад не заберешь. Ладно, так и быть – останусь на массаж.

А после домой, в любимую постель…

Только вот когда глаза открываю, за окном темно. Твою мать, я вырубилась!

В полудреме и темноте поначалу растерялась. Где я, черт возьми? Что я делаю в неизвестной квартире? Надо же было мне так вляпаться.

Но события прошедшего дня начали резко всплывать в памяти параллельно с моим окончательным пробуждением. И… Как бы я ни хотела, все отдалось сладким спазмом внизу живота, и эта сладость растеклась по всему телу. Оттянулась, а левая рука тут же оказалась на месте рядом.

Глаза потихоньку начали привыкать к темноте, хотя я уже поняла – в постели я одна. Никого рядом и в помине нет.

– Вот дура, – как-то резко вырвалось в пустой квартире. Прикрыла рукой глаза, зажмурившись до звездочек за закрытыми веками.

Мой голос разнесся эхом в четырех стенах – да, мебели здесь почти нет. Спартанские условия. Как будто это халупу со скрипучим диваном сняли всего день назад. Женской руки точно не хватает – Боже, какая чушь мне лезет в голову.

– Еще скажи, что жить сюда собираешься переезжать, – проворчала, слезая с кровати. – Точно дура.

Выключатель бы найти. Слишком быстро у нас с Артуром все произошло. Да и не до писков было – как вспомню свою раскованность, самой тошно становится. Хотела, хотя сейчас и жалею. Немного, но все равно как-то не по себе.

Свет ослепил ненадолго, и я, проморгавшись, осмотрелась. Артура точно нигде не было. Звукоизоляции здесь ноль – я даже услышала, стоя между единственной комнатой и коридором, как у кого-то сверху работает на отжиме стиральная машина.

– М-мм, – простонала, мотая головой из стороны в сторону, и начала собирать от входной двери до кровати свою одежду.

Надо же как накрыло! Башню напрочь снесло!

И, по ходу, не только у меня.

«Но тебе же понравилось», – хихикнул кто-то внутри меня, но это был точно не здравый смысл.

И куда, интересно, делся мой принц на десятке? Неужели сбежал? Вот так и доверяй мужчинам – смоется, когда ты в нем особо нуждаешься, и даже совесть мучить не будет.

Чего не скажешь о моей.

Пусть это был просто порыв, но на глаза почему-то навернулись слезы. И пара капель даже упала на старый деревянный пол, покрытый светло-коричневой краской, пока я одевалась.

Где это, черт бы побрал, видано, чтобы я переспала с парнем на втором то ли свидании, то недосвидании?

– Гипнотизер хренов! – фыркнула, застегивая пуговицу на джинсах уже в коридоре.

Точно сбежал же, чертов водитель! Получил свое – и в кусты. Мужчины, мать их! И угораздило же меня именно одного из приматов подцепить!

Я и злилась, и обижалась, и ненавидела. Ворчала себе под нос ругательства, пока одевалась. Хреново на душе, но я, кажется, влюбилась. Хотя это ничего не значит.

Абсолютно!

Раз сбежал, то и мне здесь делать нечего – подхватила сумочку и открыла входную дверь.

Когда вышла на лестничную клетку, на секунду закусила губу, задумавшись. И что мне делать, оставить квартиру открытой? Да плевать, здесь красть все равно нечего.

Быстро засеменила вниз по ступенькам, на ходу доставая телефон из сумочки. Конечно, разрядился. Ну почему мне так не везет, Господи!

– Вот черт! – выругалась, толкнув дверь, и налетела на какую-то девушку, заходившую с собакой в подъезд. – Извините, – обратилась к ней, заставляя незнакомку остановиться. – Вы не подскажете, который час?

Она странно на меня посмотрела. Как будто привидение увидела. Или сумасшедшую. Мне-то, конечно, плевать, лишь бы рот поскорее открыла и на вопрос ответила.

– Пятнадцать минут одиннадцатого, – девушка достала телефон и посмотрела на экран.

– Сколько? – резко вырвалось у меня, на что незнакомка аж на месте подпрыгнула. – Извините, – тихонечко проворчала, понимая, что просто так напугала девушку. – Спасибо, – добавила напоследок и быстренько зашагала вдоль дома.

Транспорт еще ходит – это радует. Только где ближайшая остановка?

«А куда ты бежишь, Марина? – настойчиво шептал снова не здравый смысл. – Может, его срочно вызвали на работу?»

– Можно было разбудить и предупредить! – я рявкнула вслух, спугнув парочку голубей на аллее, ведущей от дома.

И в мыслях, и в душе полный раздрай. Такой хаос, что впору записываться на прием к психиатру. Я же могла остаться, дождаться, поговорить. Но при этом какая-то странная досада. От того, что проснулась я одна. В чужой пустой квартире.

Без Артура…

Хотя и облегчение, чего уж душой-то кривить, что объясняться не придется. А так же как-то разруливать эту нелепую ситуацию. Ну что мы можем сказать друг другу?

Мне нравился этот парень. А сейчас нравится еще больше, чего уж таить! Но все слишком неправильно началось. А значит, правильно и не закончится.

Только вот тянет меня назад. Обратно в эту убогую съемную квартиру.

Я даже не посмотрела на номер автобуса, в который села, прислонилась к окну, глядя на ночной город. Только увидев знакомое здание железнодорожного вокзала, встрепенулась, вспомнив, что отсюда до моего дома идет прямой троллейбус.

«А вдруг он тебе звонит, а у тебя телефон выключен?» – мысль настойчиво не покидала мое сознание.

«Он тебе не нужен», – твердил другой голос, и хоть в нем чувствовалась рациональность, которой не хватало мне сегодня.

Так и хотелось разрыдаться, потому что противоречивые мысли рвали душу и сердце на части. Да и я сегодня впервые в квартире Артура заплакала так, как будто снова хоронила дорогого человека. Беззвучно, с немыми воплями, раздираемыми меня изнутри. Никогда не показывала свои эмоции на людях, научилась всегда быть улыбчивой, веселой на работе, но вот по ночам рыдала в подушку. И боялась боли.

В основном телесной, прекрасно помня, как мама корчилась, пыталась извиваться, но тело не слушалось, не подчинялось. И она держала мою руку, которую даже не хватало сил сжать. Но то, что рвет изнутри, иногда больнее. Только если я позволю этой боли впитаться и заполонить каждую клетку моего тела.

Да ведь не нужен он мне!

Ну да, было хорошо. Очень хорошо. Только… А что только, Марина? Все равно больно.

Больно было проснуться в темноте, в пустой постели, а теперь трястись в транспорте, отдаваясь этим мыслям.

И больно, и приятно – какой-то замкнутый круг, мать его. Интересно, а так бывает?

Но этот вопрос меня мучить не должен. Прошли – и забыли.

Лучше не думать о парне.

И только в своей квартире я смогла дать волю эмоциям – прислонилась к стене, сползла на корточки и расплакалась.

– И чего ревем? – услышала знакомый голос, но даже глаз не подняла. – Марш на кухню, будем лечить твои душевные раны.

Ну, бабуля! Что бы я без тебя делала-то!

Артур

– Не понял, – я нахмурился, пытаясь повернуть ключ в замке.

Сначала долго закрывал, теперь вот открыть не могу. Организовал же мне Руслан халупу! Дожился, твою мать. Спасибо, дружище – что еще тут сказать. Наверное, решил всерьез надо мной поиздеваться, а не только на словах.

От досады нажал на ручку и… О, чудо! Дверь распахнулась с противным скрипом. В зале горел свет, а значит, страстная Маринка уже проснулась. Кстати, несмотря на ее меркантильность, квартиру малышка не рассматривала. Такое чувство, что приняла как данность.

Хотя страсть захватила нас возле порога – куда уж тут до рассматриваний. Но реакция девушки мне понравилась – так и до перевоспитания недалеко.

В предвкушении нашей встречи после такого бурного секса я быстро сбросил обувь и заглянул в единственную комнату. Даже представил, как увижу ее там, на постели, такую сонную, обнаженную, теплую. Оставил малышку, пусть поспит, а то после суточного дежурства еще и я тут со своими приставаниями. Вот и вырубилась моя девочка, едва ее голова коснулась подушки.

И пусть я сбегал в ближайший супермаркет (это какое-то наваждение нашло), кажется, быстро, но уже успел соскучиться (а это наваждение в квадрате). Идти катастрофически не хотелось, но я отчетливо понимал, что надо. Одним кофе и десертом за день, да еще при таком интенсивном сжигании калорий, после суток сыт не будешь. Пусть в кулинарии я не бог и привык завтракать, обедать и ужинать в ресторанах, но что-нибудь сносное соорудить смогу.

Говорю же, наваждение на меня нахлынуло. Теперь уже в кубе – растет, зараза такая, в геометрической прогрессии с каждым новым часом.

– Совсем ты в роль вошел, – сказал сам себе, когда вышел на улицу, прикидывая, что приготовить. Даже усмехнулся, потому что мысль эта не вызвала раздражения. Наоборот, тепло разливалось по телу, что раньше за мной не замечалось.

Сам не знаю почему, но захотелось сделать что-то приятное девушке. Не просто в дорогое кафе свозить, а именно как-то вниманием своим подчеркнуть – она мне небезразлична. Чтобы Марина улыбалась, а не, пряча глаза, собирала вещи и говорила:

«Это было ошибкой, дорогой!»

И еще нам надо поговорить. Я, конечно, не умею красиво ухаживать за девушками, но пора покончить с этим фарсом. Я не могу возить Марину в дешевые забегаловки. Да и на развалюхе, которую и машиной-то назвать сложно, тоже не могу передвигаться по городу.

А съемная квартира… тут просто без слов и эмоций.

Конечно, не хотелось бы портить такой приятный день, ведь я не знаю, как она воспримет информацию о моей игре. Но хватит! Придется каяться. Во всех грехах.

Вот только планы мои полетели к черту, когда в квартире Марины не оказалось.

– Твою мать! – швырнув пакет на пол, я достал телефон и начал набирать номер.

Секунда, две, три, и механический голос раз за разом твердил мне о недоступности абонента. И что опять случилось? Все-таки решила, что дала слабину и сбежала, не пожелав объясниться.

Или…

Хотя лучше без «или», а то сейчас напридумываю себе небылиц.

– О, нет! – почти простонал, представив себя на ее месте.

Тоже хорош, надо было хотя бы записку оставить. Глупо конечно, ну а как иначе? Хотя при наличии смартфонов это выглядело бы очень старомодно. Скорее всего, проснулась, поняла, что в квартире никого нет, и подумала, что я сбежал. Но ведь можно было позвонить!

И что мне сейчас делать? Лететь к ней, не зная номера квартиры, или все-таки дождаться утра? Такая злость взяла, что в пору кулаки о стену почесать. Тоже мне, королева выискалась – неужели такого плохого мнения обо мне? Решила, что я ее бросил? Сбежал? И не дождался пробуждения красавицы?

Ладно, Марина, ты у меня еще попляшешь. Игра продолжается – рано еще все карты раскрывать. Только вот куда бежать и что делать – все равно остаются без ответа. Как ни крути, только злость берет от безысходности.

Ответ пришел сам – как будто почувствовал, что я нуждаюсь в его помощи. В руке зазвонил телефон, а на экране высветилось имя «Руслан».

– Да, – выдохнул в трубку и направился к входной двери.

Толку здесь ошиваться – все равно ж моя строптивая красавица сюда не вернется. А я предпочитаю ночевать в своей постели, а не на этом скрипящем диване.

Хотя если бы рядом лежала Марина…

– Что так невесел? – вместо приветствия сказал друг и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Ты мне срочно нужен.

– В такое время? – удивился, выходя из квартиры и снова возясь с замком. Надо избавиться от наваждения, а работа сейчас самое лучшее лекарство.

– Бизнес не спит, Артур, – даже с укоризной заметил Руслан. – Тут меня один договор от немцев смущает, надо посоветоваться. Не Феликсу же мне звонить в такое время, – уже с усмешкой фыркнул друг. – Он мне башку снесет, если я оторву его от Лики.

– Ты в офисе? – спросил, уже выходя из подъезда, и после утвердительного ответа не удержался: – Лучше бы ты, Руслан, нашел себе девушку.

– Не умничай, – проворчал мужской голос мне прямо в ухо. – Я старый солдат и не знаю слов любви.

– Да ты циник, друг мой, – снова не удержался я от саркастичного замечания, усмехаясь.

– Ой, зато вас с Феликсом в романтику потянуло, – палец в рот не клади этому дерзкому парню.

Что верно, то верно, хотя у меня пока исключительно спортивный интерес. Только вот кажется мне, что ошибаюсь.

Как бы потом не пожалеть о содеянном. Однако злость на Марину за ее побег и недоверие в мой адрес больно ранят.

– Все-таки придется проучить, – усмехнулся, когда убрал смартфон в карман и нажал на брелок сигнализации.

Десятка мигнула фарами – другого автомобиля под боком, увы, нет. Придется тащиться в офис на этой колымаге и там уже менять на свою любимую Ауди. Боже, как я тащусь от этих четырех колец на капоте. Дерзкие. Агрессивные. Дикие.

В общем, под стать мне!

Работа и правда вытеснила образ светловолосой красавицы из головы, так как просидели мы с Русланом над договором всю ночь. Глаза слипались, от кофе тошнило, но настроение все равно хорошее. Даже усталости не чувствуется, и я снова готов на новые подвиги.

– Не могу больше, – отбросил задолбавшие меня бумаги от педантичных немцев и откинулся на спинку кресла. – У меня уже от цифр рябит в глазах.

– Да-а, – протянул Руслан, зевая. – Что-то мы засиделись.

Нифига себе засиделись – рассвет уже вовсю занимается за окном. Еще пару часиков поспать не мешает, но это сейчас не главное. Я постучал ручкой по столу, прикидывая очередные издевки друга по поводу моей просьбы, но все равно повернулся к Руслану.

– Слушай, можешь мне пробить адресок, – намерено сделал паузу, наблюдая, как на лице мужчины появилось подобие улыбки. – Вернее, только номер квартиры. Фамилию не скажу, но вряд ли в подъезде прописано много Марин.

Руслан не сдержался – изогнул бровь, поднимая на меня взгляд, а в его глазах заплясали черти. Знаю, что так и тянет его сострить, но, видимо, вид у меня немного пришибленный, раз друг сдерживается, медленно качает головой из стороны в сторону, но все равно тянется к ноутбуку. Главное, молча, никак не комментируя мою просьбу.

– Ну, говори адрес, – попросил Руслан, и пока я вспоминал улицу и номер дома, пальцы его стучали по клавиатуре.

Бесценный у меня кадр – что бы я без него делал? Звонил бы в каждую квартиру в подъезде и пугал соседей? Фу ты, этот бред мне лезет в голову от усталости. И от бессонной ночи.

А действительно, звонил бы или нет?

– Одна Марина прописана в этом подъезде, – наконец сказал друг и все-таки не сдержался: – Крепко тебя девчонка за яйца взяла, – снова покачал головой и, оторвав листок с блока для записей, черканул цифры. – Держи, герой-любовник.

Я точно знаю, что и сегодня уже Марина выходная. В кафе я вроде как спросил промежду прочим, а она даже не поняла, с какой целью интересуюсь.

– Это не то, о чем ты подумал, – я встал, так как на сегодня с работой покончено.

– Ну-ну, – снова съехидничал Руслан, а после пожал мне руку. – Могу поспорить, что девчонка…

– Кстати, – я останавливаюсь на пороге и оборачиваюсь к другу лицом. – Где цветы красивые у нас продаются?

Эта самая грандиозная идея за сегодняшнее утро!

Точно, пора завязывать с ночными посиделками.

Марина

– Ты собираешься весь вечер на кровати с книжкой проваляться? – бабуля зашла ко мне в комнату и замерла на пороге, сделав, что называется, руки в боки. Только ее мне сейчас для полного счастья не хватало. Может прикинуться глухой?

– Предлагаешь телек посмотреть? – я оторвалась от чтения и перевела взгляд на назойливую старушку.

Никакого личного пространства! Просто напасть какая-то с этой бабулей. Согласна, вчера я расклеилась, и поддержка близкого человека пришлась как нельзя кстати. Кто как не моя любимая старушенция знает меня лучше всех, а также поддержит, найдёт нужные слова и просто побудет рядом, когда так необходима.

Но это было вчера, а сегодня я просто хочу побыть одна. Не думать ни о чем. Не зацикливаться на проблемах.

И наконец-то выбросить образ Артура из головы. Твою мать, ну почему он так сильно запал мне в душу? Почему постоянно думаю о нем? Даже сегодняшняя трудотерапия в виде генеральной уборки квартиры не помогла.

Теперь еще бабулю черти принесли.

– Хорош сопли разводить! – гаркнула старушка, а я чуть на кровати не подпрыгнула, благо, лежала.

– Я не развожу, – снова уткнулась в книгу. – И оставь меня в покое.

– Не оставлю! – продолжала вещать бабушка, вызывая у меня зубной скрежет. – Не звонил?

– Нет, – я печально вздохнула. – И не позвонит.

– Тогда сама его набери, – вот какой, спрашивается, бес в нее вселился, что она несет такую пургу.

Ладно вчера, я так и не включила телефон, но сегодня…

Не нужна я ему! Чего ж причитать и сопли разводить, как бабушка высказалась? Я хотела и не хотела одновременно, чтобы Артур позвонил. С одной стороны, его молчание подтверждало мои сомнения – попользовался и забыл.

Но с другой…

«Себе хоть не ври. Парень на тебя запал!» – в категоричной форме назойливый червячок выедал мой многострадальный мозг, а рука так и тянулась к мобильному.

Набрать первой. Только вот что я ему скажу? Если все-таки мои догадки верны…

– Ба, он…

Договорить не успела, так как раздался звонок в дверь. Я уставилась на бабушку, а она в ответ приподняла одну бровь.

– Ждёшь кого? – поинтересовалась старушка, на что я в ответ лишь плечами пожала.

– Нет, – честно призналась, так как действительно никто не мог ко мне прийти.

В кои-то веки выпало три выходных подряд, и можно тупо отоспаться. В кровати поваляться, книжку почитать.

– Тогда это Тимофеевна ко мне, – бабуля стукнула себя по лбу и направилась в коридор, бубня себе под нос: – Черт, как же я могла забыть-то?..

Слава Богу, подружка к ней пришла, и она наконец-то оставит меня в покое. Можно выдохнуть… Наверное…

– Добрый вечер, – услышала я до боли знакомый мужской голос, а сердце замерло. Пару ударов пропустило. Еще и кислород в лёгких закончился. Особенно когда после неуверенного приветствия бабушки услышала: – Марина дома?

– Проходите, молодой человек, – бабуля, походу, расцвела. Голос елейный, чуть ли не щебечет от радости. – Вы Артур?

Вот кто ее, спрашивается, просил, а? Какого хрена сводничеством занимается? Хоть под одеяло с головой забирайся, но я лишь простонала. Отбросила книжку в сторону, прыгнула с кровати и направилась в коридор.

Пока моя звезда лишнего не наговорила.

– Артур, – мужчина кивнул в подтверждение своих слов, улыбаясь вредной старушенции на все свои тридцать два зуба. – А вы…

Да так и замер, переведя взгляд на меня. Как вкопанный стоял на пороге. Я, кстати, тоже. Офигела и потеряла дар речи – это еще мягко сказано. Просто пялилась на этого красавца, а в душе медленно, не торопясь, разливалось тепло.

И какая-то невидимая сила меня окутывала сетями. Как будто паук плел свою паутину.

Из которой мне теперь, чувствую, точно не выбраться.

«Попалась!» – навязчивый голос снова раздался в голове, а Артур наконец-то отмер. Снова улыбнулся, правда, теперь уже мне.

– Привет, – как ни в чем не бывало произнёс, будто и не было вчерашнего вечера, а также его молчания и побега.

Но я готова простить. Даже забыть.

Особенно когда мужчина сделал шаг в мою сторону и протянул мне букет роз. Штук двадцать пять, не меньше. Все как на подбор – с огромными белыми бутонами, длинными стеблями и…

Короче, красота неописуемая.

Только все равно он негодяй!!!

– И стоило так разоряться на цветы? – не удержалась от язвительного замечания, правда, букет к груди прижала. Едва сдержалась, чтобы не улыбнуться, но нужно образ выдержать.

– Марина! – ахнула бабуля, переводя взгляд с меня на Артура. Еще слово, и все карты мне спутает.

– Так мне же премию дали, я тебе говорил, – оскалился этот соблазнитель, даже глазом не моргнув на мою язвительность.

И что дальше? Стоим, смотрим друг на друга. А у меня внутри все горит, вот просто прожигает грудную клетку обида и еще что-то.

Пока не могу объяснить, что именно, но нравится, черт бы побрал этого Артура.

– Я за тебя рада, – постаралась произнести равнодушно, кивая.

Все кажется ненатуральным, но в то же время таким настоящим. А я, как школьница на первом свидании, теряюсь, не зная, что сказать. Но все за нас решила бабушка.

Говорила же, карты мне все спутает!

– Вы, Артур, проходите, – пропела старушка елейным голосом этому негодяю, при этом в мою сторону бросила злобный взгляд. – Кофе хотите?

– С удовольствием, – выдал обворожительную улыбку этот искуситель, наглым образом меня игнорируя.

А как же хорош! И кажется, я влюбилась!

Ну бабуля! Я тебя когда-нибудь точно придушу.

– Черт, – тихо говорю, скорее самой себе.

Да, я призналась. Но это ничего не значит! Нам не по пути… Опять этот голос разума, который совсем противоречит сердцу.

– Заварю пока чай, – сказала бабушка и ушла в кухню. – Или все-таки кофе? – остановилась на пороге, обращаясь к мужчине. – Хотя кофе на ночь вредно, но если вы настаиваете.

– Не настаиваю, – честно говоря, я так и не пойму, кому Артур глазки-то строит. – На ваше усмотрение, мадам.

«Мадам» расцвела на глазах. И даже покраснела. Вот точно переманивает бабулю на свою сторону. Тяжело мне будет с ними двумя – как будто сговорились за моей спиной. Моя ненаглядная старушенция скрылась на кухне, а мы остались вдвоем.

– Марина, – Артур сделал шаг ко мне, но я отступила и уперлась спиной в дверь. – Ты почему сбежала?

Я… Что?

– Зачем ты пришел? – слова вырвались сами, хотя и ждала, и не хотела.

Одни противоречия в голове. Ничего, черт возьми, с ними не поделаешь.

– За тобой, – Артур в два шага оказался рядом со мной, и я просто сошла с ума от его близости.

Запах, тепло, энергетика – все это сводило с ума. И как с этим бороться?

«А надо ли?» – снова шепнул не мой здравый смысл.

Точно, пора на прием к психиатру. Эти не здравые смыслы со своими советами до добра не доведут.

Мы смотрели друг другу в глаза, и я готова была снова отдаться во власть этих сильных и одновременно нежных рук. Как будто время замерло, а планета Земля перестала вращаться вокруг своей оси.

Еще немного, совсем чуть-чуть…

– Чайник закипел, – услышала голос бабушки, и резко пришла в себя.

Выдохнула. Момент нарушен.

Только вот Артур отступаться, как я понимаю, не собирается.

Интересно, что он задумал?

– Ну не стойте вы в коридоре, – настаивала бабуля, как ни в чем не бывало. Как будто и не заметила вовсе, что я прижата к стене, а Артур надо мной нависает, как скала. – Проходите в кухню. Давай, Мариночка, цветы, я поставлю в вазу. Ой, дети, – покачала она головой, пока мы так и стояли истуканами. – Никакой организованности.

Да уж, возразить точно нечего. Как будто меня вовсе никто не замечает – ни бабушка, улыбаясь на все свои тридцать зуба, ни Артур, который, как я понимаю, не собирается отступаться. Просто попала в потусторонний мир.

Где все, черт бы их побрал, решают все за меня!

Почти вырвав у меня из рук букет, бабушка подтолкнула Артура в сторону кухни, а я удостоилась грозного взгляда. Интересно, чем заслужила-то? И какого хрена она ведет себя как сводница в брачном агентстве? Еще и взгляд старушки с осуждением говорил: «Марина, где твое гостеприимство?»

Ну да, я-то совсем не гостеприимна. Еще и, по всей видимости, не благдарная. Только мысленно простонала, закатила глаза, пока никто не видит, и пошла за Артуром в кухню, хотя бабуля скрылась в своей комнате. За вазой любимой наверняка пошла.

Вот не может без своих периодических нравоучений! Какого хрена она сейчас так нагло сватает мне Артура?

Прикрыв дверь в кухню, я почти зашипела:

– Какого черта ты приперся ко мне домой? Откуда только адрес узнал?

Мужчина в ответ только расплылся в очаровательной практически обезоруживающей меня улыбке. Плюхнулся на стул, как у себя дома. Я так понимаю, уходить он точно не собирается.

– Ты такая сексуальная, когда злишься, – ласково произнес, все так же расплываясь в улыбке на пол-лица.

– Не уходи от ответа! – я повысила голос, пока бабушки нет. Эта звезда точно осечет меня за хамское обращение, не зря же Артурчику глазки строит, как невеста на выданье.

– Напряг службу безопасности шефа, они любой адрес узнают, – снова оскалился мой вроде как спутник на сегодняшний вечер. – И пришел я узнать, почему ты сбежала вчера на ночь глядя.

После этого заявления я чуть не задохнулась от возмущения. Я? Сбежала? Обнаглел в край! Опять начинает? Ну да, ну да, лучшая защита – это, конечно же, нападение.

– Ты… ты… – я даже не могла найти слов, чтобы выразить все, что думала и чувствовала.

– А почему вы чай не пьете? – появилась в кухне бабушка с вазой, поставила ее на стол и радостно добавила: – Какая красота! Я заварила чай свой фирменный на травах, – посмотрела старушка на Артура и тут же начала хлопотать вокруг него.

Я обреченно упала на табуретку, поняв, что против двоих мне не выстоять. Все-таки обаяния этому парню не занимать. Даже мою старушку очаровал за минуту. А она людей насквозь видит.

Да и что скрывать? Меня он тоже очаровал быстро.

Подняла глаза на Артура – не сбежать. Как бы не хотела. Задумалась, внимательно его рассматривая. Ну вот что в нем такого особенного? Почему сердце замирает, когда он приближается? Да, симпатичный парень, и ямочки вон какие на щеках, когда улыбается.

«Попала ты, Маринка», – отозвалось сердце.

«Гони его в шею, водитель нам не подходит», – тут же перебил его здравый смысл.

И кого слушать? Какого хрена мозг мне выносят? Черт бы их побрал всех вместе взятых! Я уже сама запуталась – точно пора к психиатру на прием. С одной стороны хочу поверить и довериться, но вот с другой…

Артур, заметив мой взгляд, устремленный на него, лукаво подмигнул, и я – боже, какая дура – улыбнулась ему в ответ. На каком-то непонятном автомате. Такое чувство, что понравиться окончательно хочу этому негодяю. Видимо, он это посчитал зеленым светом, потому что чуть подался вперед и спросил:

– Марина, как насчет вечерней прогулки?

– Вот это хорошая идея, – встряла бабушка, не дав мне даже рта раскрыть. – А то целый день в четырех стенах, без свежего воздуха. Детка, ты же сама медик, должна понимать, что надо для здоровья.

Артур снова мне подмигнул, явно намекая, что еще по его мнению полезно для организма. Вот же гад, нашел слабые стороны. Только вряд ли ему что обломится – он еще за прошлый проступок не оправдался. Даже не пытался извиниться за свое поведение, что в данной ситуации реально меня бесило.

Нам надо побыть наедине. Чтобы окончательно разобраться. При бабушке это в принципе нереально осуществить.

– Хорошо, – согласилась я миролюбиво, и в кухне воцарилось молчание.

Такой покорности от меня явно не ожидали. Но на улице мне разобраться с Артуром тета-тет будет легче. Да и бабуля права, прогулка – дело хорошее.

Поднявшись под двумя парами удивленных глаз, я сполоснула свою чашку и улыбнулась:

– Вы тогда тут чай пейте, а я переоденусь.

Артур кивнул, но смотрел так, будто ожидал подвоха. И правильно делает. Или думает, что я так быстро забуду свое пробуждение в одиночестве, в чужой квартире?

Я переодевалась и прокручивала в голове предстоящий разговор. Почему же все так сложно? Зачем ему нужна эта непонятная игра? Ведь объяснила же все, да и он парень неглупый. Сам прекрасно понимает, что нифига у нас не получится, но зачем-то прет напролом. Как будто на прочность меня проверяет.

Вздохнув, я выбросила все свои сомнения из головы, не желая больше в себе копаться. Взяла сумочку, посмотрела в зеркало и вышла из комнаты.

– Ирина Васильевна, – уже в коридоре Артур приложился губами к бабулиной ручке, – очень рад знакомству.

– Вы заходите еще на чай, – старушка моя даже покраснела от такого внимания.

Не стоит сейчас ее огорчать тем, что больше к нам на чай этот обольститель не зайдет.

Всё! Последняя встреча! Финита ля комедия!

Артур

– Вы тогда тут чай пейте, а я переоденусь, – Марина на себя не похожа, что реально вгоняет в какой-то ступор.

Чашку помыла, улыбнулась, а я слегка опешил. Вот честно, не ожидал такой покорности – подвох так и витал в воздухе. Благо бабуля, милейшая старушенция, так активно приняла мою сторону, что уж точно вдвоем мы справимся с сопротивлением моей Конфетки.

Блин, кто бы знал, как она меня заводила! Пальцы чесались, так хотелось ее прямо сейчас прижать к стене, впиться в очаровательный ротик и не отпускать. Хотелось не просто ее тело – душу в придачу готов забрать, вот прямо целиком и полностью.

– Эко тебя торкнуло, дружище, – Руслан веселился, когда я ему позвонил с очередной просьбой.

Мне нужен недорогой ресторан, но так, чтобы впечатлить девушку. При этом надо же выдержать статус водителя – вот какого хрена, спрашивается, я выпендриваюсь до сих пор? Ладно раньше, но сейчас я действительно захожу далеко. Как бы потом не пожалеть о содеянном. Теперь-то нужно реально момент улучить, чтобы признаться. Иначе пошлет, ведь еще окончательно не доверилась.

А мне очень надо услышать заветные:

«Артур, я от тебя без ума!»

Ну или что-то наподобие, сама формулировка не принципиальна. Главное смысл, вот тогда можно и покаяться во всех смертных грехах.

– Слушай, умник, ты уде реально достал, – фыркнул другу в ухо, так как его издевки порядком поднадоели. – Так трудно посоветовать?

– Артурчик, а ну скажи, ты когда баб последний раз по дешевым забегаловкам водил?

– Не помню, – проворчал, хотя и я, и Руслан прекрасно знали ответ на данный вопрос.

– Вот и я не помню, когда в последний раз посещал подобные заведения! – как отрезал, черт бы его побрал. – Мне по статусу не положено шляться по злачным местам, – пауза, а после смешок негромкий: – Да и стар я уже стал в подобные игры играть.

– У тебя полчаса, чтобы пробить…

– Охренел?! – завопил Руслан, перебивая, но я уже нажал сброс.

Все равно без дела сидит, вот пусть проштудирует и просторы Интернета, и свои связи. Друзья ведь нужны для того, чтобы жизнь им регулярно портить. И напрягать периодически, чем я нагло пользуюсь.

Сегодня приехал на Ауди – шеф мой вроде как в командировке. Да и мне ржавая десятка порядком поднадоела. Цветы еще можно объяснить премией, а вот что с рестораном делать? Ну не чебуреками же Марину на вокзале кормить, в самом-то деле…

– Ты с серьезными намерениями или как? – голос бабушки вывел меня их раздумий, и я перевел на нее взгляд, хотя до этого пялился в пустой проход.

Где скрылась Марина, которой я смотрел в след, все еще не веря в столь резкую покладистость девушки.

– С серьезными, – кивнул в подтверждение своих слов, наблюдая за старушкой.

– Тогда какого хрена ей голову морочишь? – от милой и доброй бабули, которая с невинной улыбкой хлопотала каких-то пять минут назад возле меня, не осталось и следа.

Пристальный взгляд, пронзающий насквозь, и ни капли поощрения или снисходительности во взгляде. Прямо подменили старушку на злобную бабу Ягу.

– Не пойму, вы о чем, – я приподнял одну бровь, вроде как опешил.

– Все ты понимаешь, – старушка прищурилась, внимательно меня рассматривая.

Не просто по сантиметру – по миллиметру. Как будто я какой-то скакун на выставке, черт бы ее побрал. И взгляд, как назло, остановился на Роллексе.

Кто ж знал, что тут настоящая мисс Марпл мне попадется! От такой ничего не скроешь. Вот же баран, не мог часы дома оставить!

– Кстати, вы так и не сказали, как вас зовут, – я растянулся в улыбке, от которой все представительницы прекрасного пола таяли. Кроме старушенции, которая все так же пристально меня сканируя резко ответила:

– Ирина Васильевна.

– Так вот, уважаемая Ирина Васильевна, – я все же сделал глоток чая на травах, чтобы хоть немного развеять накаленную обстановку. – Очень вкусно, – протянул гласные буквы.

– Ты зубы то мне не заговаривай, милок, – бабуля, как оказалось, кремень, но я все равно не принимал близко к сердцу. Понятно, что волнуется за внучку.

Кстати, а где родители-то?

– Мне нравится Марина, – я тоже резко отрезал, а чего, спрашивается, ходить вокруг да около. – Очень, – добавил, даже слегка глаза закатил. – Не знаю, что она обо мне говорила, только…

– Не похож ты на водителя, – старушка перебила, заодно и фразу мою вроде как закончила, чем опешила меня окончательно.

– А на кого похож?

Старушка не ответила, так как в коридоре послышались шаги. Марина, спасение мое. А то сейчас бабуля меня точно рассекретит раньше времени – прямо орлиный взор, не иначе. Все-то она видит и замечает, только рано еще признаваться.

Я сам расскажу правду. Когда случай нужный подвернется.

– Ирина Васильевна, – уже в коридоре я приложился губами к бабулиной ручке, – очень рад знакомству.

– Вы заходите еще на чай, – старушка снова изменилась в лице, расцвела и даже покраснела от моего внимания.

И выдохнул я только на лестнице, когда дверь за нами с Мариной закрылась. Еще и на прощанье перед этим прилетело:

– Гуляйте хоть до утра!

Вот это наш человек. Очень надеюсь, что Ирина Васильевна не поделится своими предположениями и догадками с внучкой раньше времени.

Иначе мне кранты!

А я отпустить Марину не могу.

Уже не могу…

Марина

– Марина, куда ты так летишь? – Артур нагнал меня этажом ниже и потянул на себя.

А я как натянутая струна, стоит только дернуть. Как граната без чеки – вот-вот рвану, если сейчас не расслаблюсь. Напряжение все нарастает, тем более когда мы остаёмся наедине. Но выяснять отношения в подъезде я не собираюсь.

Лучше дождаться более удобного места. Чтобы никто не помешал, так как сказать я хочу много. Даже очень много.

– Все нормально, – ответила, вырвав руку.

Не так близко! Иначе нервы сдадут окончательно.

Эта близость сводила с ума, кружила голову, а память упорно подбрасывала образы нашего бурного секса. Вот прямо рисовала те немногие моменты наших встреч, когда Артур был само очарование. Хоть бы один, мать его, недостаток!

С ума сойти, что со мной сделал этот негодяй!

Мы спустились вниз, и тут же Артур нажал на брелок, а нам приветливо моргнула шикарная «Ауди».

– А шеф разрешает использовать машину в личных целях? – не удержалась я от язвительного замечания, замирая на месте и рассматривая машину.

– Я на хорошем счету у начальства, – расплылся Артур в улыбке.

Вот что за человек? Ему в лоб говоришь, а он как будто ничего не понимает. Хоть и умничает много, а так же пытается ввести в заблуждение, видно не вооруженным взглядом, что далеко не деревенский простачок.

Ой, точно, всё-таки деревенский…

– Поехали, Марина, – мужчина открыл передо мной галантно дверь. – Я знаю одно шикарное место.

– Только, – начала я предостерегающе, – больше никаких поездок к тебе в квартиру.

– Как скажешь, – снова не обиделся Артур, все так же улыбаясь на все свои тридцать два зуба. – Я же обещал только прогулку.

«Еще не ночь, дорогая!» – кричали его глаза, но я даже не прореагировала.

И почему он мне так нравится? Оборона уже вовсю трещала по швам, пусть я и не простила его уход, но и не хотела слушать бессмысленных оправданий. Вот только приехал же, нашел, цветы привёз.

«Может, это что-то значит?» – снова шепнуло сердце.

«А может, ну его. Какое будущее тебя ждёт?» – вторил здравый смысл.

И снова приплыли. Только до картины Репина не дотягиваем.

Я загрузилась в машину и вскоре заметила, что двигаемся мы в сторону выезда из города. Повернулась к Артуру, который, как мне показалось, чувствовал себя в этой машине увереннее, чем в раздолбанной десятке. Это точно нервы сдают, уже мерещиться начинает то, чего и в помине быть не должно.

– К-куда мы едем? – нахмурилась, надеясь, что он не везёт меня к себе в деревню.

– На прогулку, как и обещал, – найдя мою ладонь, Артур сжал ее. Как-то резко все происходило, по-настоящему. – Хорошо, что здесь автомат, в десятке это сделать бы было проблематично.

Вот и как поговорить с ним, чтобы потом не выбираться черт знает откуда в одиночестве? А главное, руку-то я так и вырвала из захвата широкой ладони Артура.

Ох, Марина, сама же ищешь пути и отговорки, чтобы не прощаться с ним. Пусть я злюсь, пусть понимаю, что нам не по пути, но сердце говорит об обратном.

Надо же было так быстро влюбиться! В самого неподходящего для меня мужчину!

Артур свернул на гравийку, и я, наконец-то поняла, куда он меня везет. Очень романтичное место – многие коллеги говорили, что их сюда пару раз привозили кавалеры на свидания.

Вот и моя очередь настала, только не с тем человеком. Хоть громко ори на всю округу от безысходности. Как же, черт возьми, теперь его отшивать?

Артур остановился недалеко от пляжа, и я, выйдя из машины, чуть не задохнулась от восторга.

– Как красиво! – не смогла сдержать восхищенного вздоха, хотя еще каких-то пять минут назад злилась на мужчину, готовая прямо сейчас его послать.

– Ты красивее, – в самое ухо мне выдохнул Артур, обжигая дыханием.

А затем и крепкие руки сомкнулись на моем животе. Стало так хорошо, надёжно, тепло…

Сплошной комок противоречий!

«Расслабься!» – кричало мое сердце.

«Не поддавайся его соблазну! Подумай о будущем своих детей!» – вторил здравый (очень на это надеюсь) смысл.

– Послушай, – начала я, оборачиваясь, но не успела больше ни слова сказать.

Нагло, властно и даже прочно мой рот был заткнут поцелуем. Еще и мужские пальцы впились в спину, даже через ткань платья я чувствовала жар.

Да что же это такое? Почему мои руки, вместо того чтобы оттолкнуть, поднимаются вверх и обхватывают мужчину за шею.

А после пальцы спускаются ниже, проводя по плечам, и снова возвращаются на место, сцепившись в замок на шее.

«Попалась окончательно!» – снова закричало сердце.

А здравый смысл, как ни странно, молчал. Тишина в голове. Лишь все нарастающее желание.

И я поняла, что снова пропадаю.

Теперь уже окончательно.

Как бы я ни пыталась сопротивляться, эту битву я проиграла. С разгромным счетом.

И назад, как я понимаю, у меня дороги точно нет…

– Ты такая сладкая, Конфетка, – Артур произносил эту разу снова и снова, а я уже, кажется, не соображала. От слова совсем.

Как в тумане – руки, губы, одежда, разлетающаяся по всему пляжу. Еще немного, и точно рухну на песок, так как ноги уже не держали. Подкосились, не желая поддерживать мое бренное тело.

– Ты невыносим, – лишь смогла произнести, когда Артур отстранился.

Я, как оказалось, тоже не отставала – мужская футболка уже давно улетела куда-то в темноту. А голое тело обжигало своим прикосновением. Когда прижималась ближе к Артуру, сама гореть начинала. Огонь. Страсть. Желание…

«Это любовь, моя дорогая!» – поддакнуло сердце, а здравый смысл снова промолчал.

Вот же гад, почему не останавливает? Правда, я и сама не хочу останавливаться, толку-то от наставлений. Хрен с ними, раз уж влипла – придется подстраиваться. Водитель, и что? Главное же чувства, а не деньги.

Еще раз покосилась на красавицу «Аудио», мой мужчина как раз доставал из багажника покрывало. А также бутылку шампанского и пакет с фруктами.

«Н-да, придется ездить на ржавой десятке», – подумала и даже улыбнулась. А что, у некоторых и такой автомобиль приравнивается к неописуемой роскоши, а я тут носом ворочаю.

Москва тоже не сразу строилась.

Заработаем, если правильно поставить цели.

– За мою прекрасную спутницу! – Артур поднял пластиковый стаканчик с шампанским и улыбнулся. Даже в темноте я смогла рассмотреть блеск в его глазах.

– За моего настойчивого кавалера! – не смогла сдержаться, чтобы не съязвить. Вроде как чокнулись и тут же вместе засмеялись. – А разве можно садиться за руль в нетрезвом состоянии?

– Я пару глоточков, – Артур приложил руку к сердцу. – Исключительно чтобы компанию тебе составить.

– Смотри мне, – на полном серьезе помахала перед его носом пальцем, но тут же моя рука попала в плен широкой мужской ладони. А после и кожу обожгло прикосновение губ. – Артур, ты…

И снова я не успела договорить, так как страсть захватила нас целиком и полностью. Просто раз… Секунда… Мгновение…

И мы снова в объятиях друг друга. Химия, магия… одним словом неописуемая хрень какая-то. Но, черт возьми, безумно приятная. Возбуждающая, будоражащая нервы и заставляющая кровь сильнее бурлить по венам.

И нет сил сдержать стон, когда мужчина проникает в меня. Медленно, не торопясь, как будто удовольствие желает подольше продлить. Думает обо мне, и это подкупает. Ему не безразличны мои желания. Эмоции, чувства…

– Я хочу тебя съесть, – Артур шепчет мне на ушко, а после кусает за плечико. Легонько, не больно, вырывая у меня протяжны стон:

– М-мм!

– Сладкая! – шепчет дальше, активнее двигая бедрами. – Голову совсем потерял…

Было много других слов, вряд ли сейчас вспомню. Только теперь уже я их все принимала на свой счет, не желая и дальше сопротивляться своим новым чувствам. Здравый смысл по-прежнему молчал – вот пусть лучше заткнется со своими советами.

Я вцепилась в спину мужчине, царапая и крича в момент оргазма. Мощного, дикого, как будто отдавалась Артуру впервые. Тело дрожало, нервы на пределе – такое не подделаешь, даже если очень сильно захотеть.

Надо просто любить. Тогда и отдаешь себя всю. Ему.

Без остатка!

– Предлагаю искупаться, – Артур повернушл ко мне голову, когда мы лежали на покрывале уставшие. После бурного секса, который забрал, кажется, остаток сил.

– Поддерживая, – согласилась, сама еще не понимая, на что.

Конечно же, этот негодяй начал приставать в воде. Не давал и шагу без него ступить. Сопротивлялась слабенько, больше желая раззадорить мужчину. А что, пусть не расслабляется – придется ему за мной поухаживать.

– Поймал! – Артур прижал меня к себе, когда я в очередной раз решила смыться.

– Отпусти! – легонько стукнула мужчину по плечу, но даже глазом мой кавалер в ответ не повел.

В глаза смотрел. Пристально. Внимательно. Как будто изучал заново. А может…

– Не отпущу, – в голосе появилась хрипотца, а слово прозвучало слишком уж двусмысленно.

«Не отпускай!» – мысленно ответила, и первой поцеловала. Вот просто взяла его за шею, притянула к себе, обхватила под водой ногами за бедра и впилась губами в его губы.

Вот так вот, дорогой! Я тоже умею показывать, что ты теперь мне принадлежишь. Думал, струшу? Или сбегу?

Теперь точно не дождешься!

И снова дикое желание. Просто не оторваться, как прикованы друг к другу. Толчок, еще один – в воде немного другие эмоции от движения мужского органа внутри меня. Как в невесомости – ты просто плавно двигаешься, как будто кто-то поставил на медленную съемку.

И лишь спустя время, когда без сил уже окончательно лежали на покрывале рядом, я поняла, что мы увлеклись.

И чем раньше-то думала?

Но я очень надеюсь, что Артур готов к последствием, если вдруг появятся.

Сильный. Смелый. Ответственный. Даже слишком.

Или я все-таки ошибаюсь?

Артур

– Артур, ты с нами? – голос Феликса оторвал меня от интересного занятия, и я поднял глаза на друга. – Мы тут, как бы, дела обсуждаем, если ты не в курсе.

– Я в курсе, – кивнул и снова уткнулся в телефон, который пиликнул. Очередное сообщение.

От Конфетки. Она сто процентов колдунья, так меня захомутала. Ни о чем, точнее ни о ком больше думать не могу. Только о ней. Просто мозг взрывается от одной только мысли, что завтра уже ее увижу.

А может сегодня рискнуть?

– Оставь человека в покое, – с насмешкой произнёс Руслан, откидываясь на спинку стула и закидывая нога на ногу. – У человека любовь.

– Почему я не в курсе? – удивился Феликс, тарабаня пальцами по столу.

– Потому что ты дальше своего носа, – Руслан усмехнулся, – точнее своей Малинки нифига не видишь. А у Артурчика страсти кипят. Похлеще чем в российских мелодрамах.

– Нашел бы и ты себе кого-нибудь, – я, не отрываясь от переписки с Мариной, поддержал разговор двух умников. – Глядишь, и подобрел бы.

– Разбежался, – фыркнул в ответ Руслан, но Феликс меня поддержал.

– Кстати, когда уже ледяное сердце нашего женоненавистника Русланчика наконец-то растает? – по голосу слышно, что друг доволен. – Пора уже о наследниках подумать.

– О своих думай…

Дальше я не вникал, полностью погрузившись в переписку с Конфеткой. Даже не предполагал, что это может быть так интересно.

И увлекательно.

«Предлагаю сбежать с работы», – я в очередной раз проявлял настойчивость.

«Кто шефа твоего возить будет, если ты свалишь?» – через минуту прилетело в ответ.

«Пешком походит!»

Я тут же представил, как Руслан, который вроде как мой шеф в глазах Марины, идет по проспекту с толпой народа, разговаривая по телефону. В костюме за полторы штуки баксов и таких же дорогущих кожаных туфлях. Инородное тело среди простых людей.

Но все равно смешно.

«Я не могу», – в конце Марина прилепила три грустных смайлика, вызывая у меня улыбку.

«Критические дни?» – я не унимался, на ходу придумывая поводы, чтобы Конфетку с работы отпустили.

Можно, конечно, Руслана попросить и через главврача забрать свою девочку, только вот спалюсь же. Еще не время, надо найти подходящий момент.

Но я дико хочу ее видеть. И не только. Время проводить, в объятиях держать… Трындец, меня несет, но я не жалею. Наоборот, с каждым днем, часом, минутой привязываюсь все сильнее к этой строптивице. Надо ей правду рассказать и в логово свое утащить.

Нахрена ей работа медсестры?

Меня прет, хочется погеройствовать. Например, как вчера ночью – это реально было круто. Озеро, звезды, и мы вдвоём, освещаемые фарами внедорожника. Не замечал за собой подобной романтической хрени, но для этой девочки не жалко. Я и не такое способен, если сильно постараться. Правда, руки связаны финансами, а то моя бурная фантазия разошлась бы не на шутку.

Только вот с каждым днем я все сильнее запутываюсь в своем вранье. Игра, которая изначально казалась увлекательной, сейчас бесит неимоверно.

Хотел проучить меркантильную барышню, а сам загремел в собственную ловушку.

И где выход искать?

«Я соскучился».

Пальцы сами набрали признание. Какой-то временный, я бы даже сказал глупый порыв. Но такой правдивый, что внутри разлилось тепло.

«Я тоже!» – тут же прилетел ответ, и я в очередной раз улыбнулся.

«Утром заберу?» – снова пальцы жили отдельной жизнью.

«Забери!»

Ну вот, а в начале сопротивлялась. Теперь уже не сбежит, пусть даже не пытается. Она – милая, добрая и очень открытая.

Настоящая.

Именно то, чего мне в жизни не хватало…

– Артур, вернись к нам! – снова услышал голос Феликса и заблокировал телефон, поднимая взгляд на друга. – Мы тебя теряем.

– Кто бы говорил, – я усмехнулся, вспоминая, как еще пару месяцев назад все ушли нам прожужжал со своей Малинкой.

– Никто не забыл, что через пять дней у моей любимой супруги день рождения? – Феликс приподнял одну бровь, переводя взгляд по очереди с Руслана на меня. – Решили отметить дома в кругу друзей.

– Новоселье зажал, – проворчал этот несносный женоненавистник, как обычно, с самым серьезным выражением лица.

– Не надоело доставать? – Феликс не выдержал и взревел.

Он может, только вот мы не реагируем. Привыкли давно. На то он и бешеный, чтобы иногда нрав свой показывал. Кстати, дом недавно купил, так как его Малинка в положении. А квартиры для большой семьи мало – на одном наследнике наш друг останавливаться не собирается.

– Девочки будут? – я помигал бровями, на что Руслан скривился.

– Куда тебе-то? – проворчал, а я снова расплылся в улыбке, так как хорошее настроение зашкаливало за отметкой «сто».

– Исключительно для тебя, дорогой, – развел руками в стороны, наслаждаясь произведенным эффектом.

Феликс заржал, Руслан чуть ли не подавился кофе, а я поднялся с места, слыша, как в кармане снова запиликал телефон.

– Парочку организуем, – Феликс подмигнул, а я в ответ, сделав друзьям ручкой, направился к выходу, доставая по дороге телефон.

Только вот сообщение пришло… совсем не от того абонента…

«Я в городе. Хочу тебя видеть!»

«А я нет!» – остановился, набирая текст.

Только этой дуры стервы мне не хватало для полного счастья…

Угораздило же когда-то связаться…

Последняя пуговица на рукаве рубашки, пиджак – я готов, хотя никуда идти не хочется. Пару костюмов все же привез на съёмную квартиру – исключительно для таких случаев. Замучаюсь каждый раз домой ездить, чтобы переодеться, а в дешёвых шмотках ходить надоело.

«Если надоело, так расскажи правду», – ехидно, но настойчиво хмыкнул кто-то у меня в голове, а я покосился на Марину.

Расскажу, все расскажу. Такое даю себе обещание. Но все по порядку. Сейчас надо разобраться с одной приставучей проблемой, которая не понимает слова «нет».

Конфетка вопросов не задаёт – легенда про доброго шефа, который любит все дорогое, прокатила. Она поверила, что и костюмы, и часть остального гардероба (и не только) Руслан мне подогнал.

Знал бы он, как я его «приукрасил», голову бы мне точно оторвал за самодеятельность. Хотя смешно выглядит моя игра. Точнее не так – выглядела.

До недавнего времени.

– Бросаешь меня? – Марина потянулась, а я улыбнулся, так и не отводя взгляда от сонной девушки. Милой, нежной, домашней…

Теперь я отчётливо понимаю, почему Феликс выбрал из тысяч красоток свою Лику – мимо таких проходят только идиоты. Или слепые.

Слава Богу, у меня со зрением порядок. Да и с головой тоже, поэтому остальные могут нервно курить в сторонке.

– Я думал, ты спишь, – хорошо, в полутемной комнате не видно моих глаз. Меня уже от самого себя тошнит.

А от лжи и подавно.

Но это в последний раз – сейчас поставлю точку в одном деле и поговорю откровенно с Мариной. Лишаться надёжного делового партнёра не хочется, поэтому я надеюсь на здравый смысл взрослого мужика. Виктор Михайлович все-таки неплохой человек, но очень мягкий.

Особенно когда дело касается его единственной, горячо любимой и безумно избалованной дочери. Угораздило же меня с этой стервой связаться! Кто ж знал, что она такая липучая. И отказов не приемлет.

После моего вчерашнего «нет» подключила папу. Вроде как тяжёлая артиллерия, мать ее!

Теперь приходится встречаться, хотя кто бы знал, как я сейчас хочу к Конфетке в постель! Еле сдерживаюсь, чтобы не послать Благого Виктора Михайловича нахрен! Вместе с его доченькой ненаглядной, будь она неладна.

Феликс мне голову оторвет, если лишусь долгосрочного, а главное – денежного контракта, поэтому держу себя в руках. Даже не подхожу к кровати.

Лишь стою посреди комнаты и все так же не отвожу взгляда. Очень надеюсь, что раздастся звонок, и наша встреча отменится. Или стрелка часов замрет.

– Ты не ответил на мой вопрос, – Маришка хихикнула, а я снова порадовался, что свет горит лишь в коридоре. И девушка не видит моих глаз.

Лживых. Но я очень надеюсь, что это точно в последний раз.

– Шеф звонил, в срочном порядке возвращается из командировки, – выпалил я заранее приготовленную легенду и даже поморщился. – Надо встретить его в аэропорту и свозить в парочку мест, – все-таки не выдержал и подошёл к кровати сбоку. Присел на корточки и взял Марину за руку. – Я очень хочу, чтобы ты меня дождалась.

И снова временный порыв – поднес ладонь девушки к губам и поцеловал.

– Дождусь, – Конфетка улыбнулась, – честное слово, не сбегу.

Хоть головой о стенку бейся, так хочется остаться. И послать всех нахрен. Только вот если не порву с прошлым, не наступит будущее – не хватало, чтобы эта стерва появилась на пороге моего дома, как она может. Даже уверен, что именно так и сделает, выдавая свои бурные фантазии за действительность. А учитывая, что в ближайшее время я собирался перевезти к себе Конфетку… Ох, представляю, в каком она будет шоке. И понимаю, что по шапке получу точно, но уверен, вместе мы преодолеем все барьеры непонимания.

– Я постараюсь недолго, – еще раз поцеловал ладонь моей девочки и встал. – Не скучай.

Скорее покинуть квартиру, иначе сорвусь. Не зря же диким меня за глаза называют не только из-за фамилии. Иногда я слишком не сдержан и горяч в своих поступках.

Ой, сейчас кому-то не поздоровится! Я зол, агрессивен и практически себя не контролирую.

Больше всего я не люблю, когда меня пытаются загнать в угол!

– Уже скучаю, – улыбнулась Марина, и я чуть не завыл.

Вот же черт! Хоть ты разорвись. Пока не передумал и не остался на скрипучем диване, почти невесомо дотронулся до губ Конфетки и пошел к выходу, бросив на ходу:

– Я больше скучаю, да так, что никуда не хочу идти.

– Иди, – по голосу слышно, что улыбается, но тут же стала серьезнее: – Я не хочу, чтобы ты потерял работу.

И снова прямо зубы сводит. Хотелось прямо сейчас сесть и рассказать всю правду, но я прекрасно понимал, что разговор будет долгим и неприятным, даже болезненным. Я, конечно же, раскаиваюсь, очень раскаиваюсь и надеюсь, что Маринка это примет к сведению.

А сейчас меня ждет капризная мадам. Точнее для начала ее папаша с заумными речами. Хотя может и оба – черт знает, припрется ли Оксана на встречу. Все-таки придется ей доходчиво объяснить, что между нами давно ничего нет и папа – это не рычаг давления на меня.

Я так накрутил себя, пока ехал, что в ресторан влетел злой как черт, едва не сбив с ног метрдотеля.

– Вам столик на одного? – все-таки профессиональная выдержка не подвела парня.

– Меня ждут, – махнул рукой, уже заметив в зале Оксану.

Она с хитрой улыбкой наблюдала за моим приближением, сексуально потягивая коктейль через трубочку. Неужели я когда-то повелся на эти жесты из дешевых фильмов? Снова стало самому от себя тошно.

Значит звонок папы – это лишь повод. Разговора по-мужски не состоится. Тем лучше, быстрее избавлюсь от назойливой курицы.

Бары, красивые куклы, готовые на все за бабки, одноразовый секс – все это казалось таким далеким и чужим теперь. А самым уютным местом стала съемная халупа, потому что там меня ждала такая настоящая и любящая не за хрустящие купюры Маринка.

– Привет, красавчик, – добавив в голос наигранной хрипотцы, протянула Оксана. Глаза так и блестели, готовые сожрать меня прямо сейчас.

– Ну привет, – отозвался я, устраиваясь на стуле, и сразу же перешел к делу: – Что хотела?

– Тебя, – снова театральная реакция, и я почувствовал, как женская нога трется о мою, поднимаясь все выше и выше. – Или ты еще дуешься, что я уехала на несколько месяцев? Так можем прямо сейчас поехать к тебе, и я буду долго, – понизила голос до томного шепота, – и очень старательно заглаживать свою вину.

Если входил я сюда, кипя от злости, то сейчас мне даже стало смешно. Наверное, стоит сказать «спасибо» за вновь появившееся хорошее настроение.

И за то, что сейчас, глядя на Оксану, я точно понял, что не хочу больше вот таких пустых кукол. Нафиг их всех!

Я хочу только свою Конфетку. И не на день, не на месяц, даже не на год…

Навсегда!

Я намерено тянул с ответом, испытывая терпение девушки на прочность. Вальяжно расселся в кресле, усмехнулся, не сводя глаз со своей собеседницы. Злится, нервничает и готова накинуться на меня прямо сейчас.

Стоит лишь дать зелёный свет.

Какой же надо быть тупой и беспробудной дурой, чтобы не понимать очевидных вещей. Голый секс. Пару раз в неделю. Да я даже ночевать ни разу не остался у нее. И больше ничего. Неужели Оксана считает это «отношениями»? Самому тошно, как вспомню …

То ли дело моя Конфетка – ее образ вытесняет из головы все негативные моменты моей прошлой холостяцкой жизни. Нежная, милая, добрая…

Можно перечислять до бесконечности, но сейчас надо сосредоточиться на другом. Потом буду мечтать о Конфетке.

И не только мечтать…

– Я же по телефону сказал «нет», – произнес чуть ли не по слогам, взмахом руки отправив восвояси подбежавшего официанта. Даже кофе пить перехотелось, глядя на эту крашеную выдру. – К чему твоя настойчивость, Оксана?

Она скривилась, так как терпеть не может свое имя. А я, наоборот, специально на нем заакцентировал, чтобы окончательно вывести девушку из себя.

– У тебя кто-то есть? – прищурилась блондинка, впиваясь в меня взглядом. Не такая уж и дура, как я думал изначально.

Но все равно тошно. Нафига с ней спал?

– Это имеет какое-то значение? – я приподнял одну бровь, на что Оксана фыркнула.

– Значит, появилась, – со злостью выдала моя собеседница, вызывая у меня смешок. – И кто она? Я ее знаю?

– Послушай меня, дорогая, – я подался всем корпусом вперед, чуть ли не укладываясь грудью на стол. – Не имеет значения, есть ли у меня кто-то или нет. Главное, что тебя больше не будет в моей жизни.

– Я ей устрою, – девушка шипела как змея, а я начинал закипать.

Все-таки дура. Причем сто процентов беспробудная. Сейчас начнутся показательные выступления, мы это уже не раз проходили. Выпила она прилично, судя по всему. В пепельнице несколько окурков – Оксане плевать и на законы, и на мнение окружающих.

Папа все разрулит – с этой истеричкой никто не желает связываться. Твою мать, где ж мои глаза были?

– Разговор окончен! – я отрезал, не желая и дальше слушать эти бредни. Даже успел встать и сделать один шаг, как блондинка поздоровалась с места, перегородив мне дорогу.

– Артур, я же тебя люблю! – завопила эта ненормальная, вешаясь мне на шею, но я не позволял, удерживая ее руки на расстоянии.

– Цирк не устраивай! – произнес негромко ей на ухо, так как люди уже начали на наш дуэт внимание обращать.

Вот нахрена оно мне, скажите, надо? Я-то до победного надеялся, что папаша ее припрется на встречу. Начнет мне рассказывать, какая дочь у него замечательная. Тошно, конечно же, но терпимо.

В любом случае с мужиком проще договориться, чем с законченной эгоисткой. К тому же истеричкой, от чего тошно вдвойне.

– Поехали к тебе, – Оксана продолжала концерт по заявкам, вызывая у меня уже не просто зубной скрежет.

Желание ее нахрен послать. Причём громко и публично. Да, я далеко не джентльмен, хотя и пытался держать себя в руках.

Насколько мог.

Но любому терпению приходит конец. И я не выдержал.

– Отвали! – отшвырнул настойчивую блондинку. – Истеричка! – добавил и направился к выходу, слыша за спиной громкое:

– Мой папа от тебя мокрого места не оставит!

– Очень страшно! – пробухтел себе под нос, открывая входную дверь.

Терпеть не могу курящих баб. А истеричек просто ненавижу. Надеюсь, Оксану я больше не увижу.

А ее папу отдам на растерзание Феликсу. Уж он-то с любым папой справится.

Пока ехал домой, успокоился окончательно, так как образ Конфетки сидел настойчиво в башке. Утренний секс, плавно переходящий в дневной, так вымотал девочку, что даже завтрака (или обеда), приготовленного мной специально для нее, не дождалась.

Уснула. Громко засопела, уткнувшись своим очаровательным носиком в подушку. А меня начала грызть совесть. Девочка сутки на ногах, а тут я со своими приставаниями. Балбес, одним словом – надо как-то реабилитироваться в глазах Марины.

Но прежде всего перед своей совестью, которая выедает меня изнутри до сих пор. А вот и цветочный магазинчик – мелочь, но мне так захотелось сделать Конфетке приятное. И недорогой букет – это в последний раз. Нет, не цветы, а именно вещи недорогие. Моя девочка заслуживает самого лучшего, тем более, я могу себе это позволить.

А на пороге кухни я замер, наблюдая, как девушка стоит возле плиты, пританцовывая в такт музыке. Крутит аппетитной попой, подпевает и совсем не слышит, как я вошёл тихонечко. Засмотрелся. Еще немного, и точно без ужина останемся, отправившись прямиком в спальню – желание подойти сзади к Марине и прижать к себе росло в геометрической прогрессии.

Заиграла медленная мелодия, а Марина остановилась. Подпевала, но больше не двигалась. И я не выдержал:

– А дальше? – в горле пересохло, я сам не узнавал своего хриплого голоса.

– Ой! – Марина чуть ли не месте подпрыгнула, резко поворачиваясь в мою сторону. – Я не слышала, – расплылась в улыбке, а я наконец-то оторвался от дверного косяка.

– Хотел застать тебя врасплох, – вручил ей букет и прижал наконец-то к себе, дотрагиваясь губами до виска. – Я уже соскучился.

– Я тоже, – Марина обняла меня свободной рукой. – Но сначала ужин.

Мы и сами не заметили, как начали плавно двигаться в такт медленной мелодии. Вдвоем. На маленькой кухне. В съёмной квартире.

Вот оно, счастье…

– Давай на пару дней из города смоемся, – предложил я, легонько поцеловав свою Конфетку в шею.

Предложение было спонтанным, и, только произнеся эти слова вслух, я понял, что это самое верное решение на сегодняшний день. Мы вдвоем… Тишина… Романтика, хоть я и не переношу этого слова. И к черту весь мир с населяющими его истеричными курицами. Может, Оксана за пару дней угомонится и найдет утешение в чьих-нибудь объятиях.

А я так хочу побыть с Конфеткой наедине! Вдали от суеты и забот.

Только мы…

– Но, Артур, – тяжело выдохнула Маринка, – у меня же работа. Мне послезавтра на сутки.

По голосу я слышал, что Конфетка в принципе не против смыться со мной. Значит, надо только додавить. Провел языком за ее ухом, сжав симпатичную ягодицу всей пятерней, и услышал такое возбуждающее «ах».

Вот это настоящая реакция! Искренняя! Живая!

Я просто тащусь от нее!

– А ты давно была в отпуске? – голосом змея-искусителя начал я вроде как издалека, чтобы девушка пока ни о чем не догадалась.

– Давно, – отозвалась Конфетка. – Но у нас не хватает медсестер в больнице, так что вряд ли мне кто-то сейчас подпишет заявление, – уже хрипло закончила она, потому что я подключил тяжелую артиллерию.

Начал медленно покрывать поцелуями шею, спускаясь к ключице, а руками уже вовсю изучал тело, залезая под свою же футболку, в которую Конфетка облачилась.

– Ну может, хоть несколько отгулов? – я не унимался, понимая, что оборона трещит по швам. Еще немного, и треснет окончательно. – Дом вдали от всех, только ты и я, – рассказывал я о достоинствах места, куда собирался ее отвезти.

– К тебе в деревню? – все-таки не удержалась Марина от вопроса, а я чуть было не ляпнул: «В какую, нахрен, деревню?»

Еле сдержался – также можно и проколоться раньше времени. Вообще-то, я хотел отвезти ее в дом Руслана, который он называет «отдохнуть от всех». Как бы друга об этом еще не предупредил, но надеюсь, что он мне не откажет в столь скромной и невинной просьбе. А пару дерзких шуточек я как-нибудь переживу.

К тому же, я давно на них перестал реагировать.

– Нет, – ответил и улыбнулся, уже устроив Конфетку на столе, – в другое место, – не стал вдаваться в подробности, уйдя от правды.

Пока еще рано Марине знать. Чуть позже. Надо только правильное время и место подобрать.

– Ой, – посмотрела она на плиту, – сейчас останемся без ужина.

Не думал, что от объяснений меня спасет сковородка. Прямо палочка-выручалочка в моем случае. Пока Марина заканчивала с готовкой, я переоделся и, вернувшись в кухню, вопросительно уставился на свою красотку.

Она, закусив губу, раскладывала еду по тарелкам и явно о чем-то размышляла, а когда мы сели за стол, кивнула.

– Я попробую вырваться с работы, – подняла на меня взгляд и улыбнулась, тут же потянувшись за поцелуем.

Оторваться было сложно. Практически нереально. Кто бы знал, каких героических трудов мне это стоило.

Так и быть, десерт оставим на потом. Причем в полном объеме. Со всеми, так сказать, последующими и вытекающими…

Ели мы молча и быстро – оба хотели быстрее дорваться до сладкого. И когда тарелки опустели, я убрал их в мойку и сразу же снова усадил Марину на стол.

Она засмеялась и обвила меня ногами. Ох, лишь бы этот шаткий стол выдержал наше желание. И нашу страсть. Уже вовсю искры по кухне летают, как бы чужую квартиру не спалить от нашей бурной энергии.

Одежда полетела на пол, и я забыл обо всем – рядом с Конфеткой не могу думать ни о ком другом.

Только о ней.

Хотя и вдали от нее все мысли моя красотка заняла.

Лишь бы только все и дальше было так сладко…

Марина

– Все, Конфетка, – подмигнул мне Артур, когда мы выехали из города, – отключай телефон. Никаких звонков и сообщений, – и так обворожительно улыбнулся, что я закусила губу. Зато внизу живота заныло в предвкушении.

Ох, я даже боюсь представить это «предвкушение» – настроение уже скакнуло так высоко. И вряд ли какая сволочь его испортит.

Отработать одну смену все же пришлось, но Лика помогла с дополнительным отгулом. Кстати, старшая медсестра не возражала – такое чувство, что наша мегера уже заранее знала о моей просьбе, когда я в кабинет к ней зашла.

Спасибо, конечно же, моей любимой Анжелике Сергеевне – думаю, именно она повлияла на старшую.

А теперь я наслаждаюсь долгожданным отдыхом! Рядом с любимым мужчиной!

Но только я потянулась за смартфоном, как он резко зазвонил. Едва не застонала, увидев имя абонента. Хорошо хоть Артур на дорогу смотрел. И косоглазием не страдает.

Такое прекрасное утро было немного подпорчено ненужными мыслями – я сбросила звонок и выключила телефон. ОТ греха подальше. Ну и любимому доставить удовольствие – пусть покомандует, мне не жалко.

– Как скажешь, дорогой! – даже съязвила, чтобы хоть немного поднять себе настроение. А ведь изначально думала, что вряд ли кто испортит его за эти два дня.

Я никогда не отрицала для самой себя, что хотела удачно выйти замуж. А что криминального в том, если девушка мечтает жить в достатке? По-моему, любая бы не отказалась. Но я никогда не встречалась с двумя мужчинами одновременно, чтобы было из чего выбирать. А сейчас с Артуром у нас так быстро и страстно закрутилось, что я потеряла голову. Валера, с которым у нас вроде бы намечался прогресс в отношениях, хоть до постели еще и не дошло, уехал в командировку.

И сейчас, видимо, вернулся. Еще и, по всей видимости, жаждет встречи.

Странно, но этот факт лишь настроение испортил. Как-то равнодушно я восприняла новость о возвращении вроде как своего кавалера.

– Марина, что-то случилось? – проницательно спросил Артур, все-таки косясь в мою сторону. Телефон, слава Богу, отключила, а то сейчас вопросы посыпались бы, как снежный ком.

– Все хорошо, – повернулась к нему и расплылась в улыбке. – Просьбу твою выполнила, а впереди у нас шикарный отдых. Что могло случиться? – старалась говорить как можно непринужденнее.

Господи, какая я дура! Надо, наверное, все популярно объяснить. Начинать отношения со лжи не самый лучший вариант. Я бы даже сказала хреновый вариант.

Но и портить такой долгожданный отдых не хочу. Блин, что же делать-то?

Когда я писала заявление на отгулы, чтобы отнести старшей медсестре, Лика только коварно пригрозила мне пальчиком.

– Смотри, Маришка, не загуляй, – даже попыталась сделать суровое выражение лица. – Помни, что на моем дне рождения ты должна быть как штык. Беременным отказывать нельзя.

– Конечно, буду, – даже обидно стало, что подруга усомнилась в моей ответственности.

– И парня своего приводи, – неожиданно предложила Лика. – Очень хочу с ним познакомиться. Кстати, – прищурилась, сверля меня взглядом. – Ты так и не сказала, как его зовут.

И тут я замерла с ручкой в руке, так и не дописав фразу «Прошу предоставить мне…»

– Кажется, он говорил, что работает, – я соврала, а после снова опустила взгляд на заявление. Думаю, даже покраснела, так как врать в принципе не любила.

Да и не умела, если честно.

Не то чтобы я не хотела знакомить Артура с подругой, но мне пока было уютно в нашем с ним мире. Где только мы. Вдвоем.

И больше никого в радиусе километра.

Да и муж Лики, а так же его друзья уж не совсем простые ребята. Я бы даже сказала, совсем не простые, но сути то это не поменяет. Наверное, даже шеф Артура попроще будет. И как им находить общий язык?

Нет, я не стеснялась своего мужчины, но о чем он будет разговаривать в той компании? О бизнесе, больших деньгах, зарубежных курортах?

– Жаль, – развела руками Анжелика Сергеевна, покачав головой.

Думаю, подруга поняла, какие мысли бродили в моей голове, но никак не стала их комментировать. Да и с расспросами не приставала – Лика умеет быть тактичной в нужный момент.

И вот сейчас был только наш мир, в который я старалась никого не пустить. Даже в мыслях. И уж тем более в реале.

Артур уверенно вел машину, не включая навигацию. Видимо, прекрасно знал маршрут, жулик. Я, в принципе, не ревнивая, но любопытство верх взяло.

– Ты там часто бываешь? – вроде как спросила шутливо, но за каждой шуткой, как известно, есть доля…

Даже выдавила из себя улыбку, но замерла в ожидании ответа. Вот нафига, спрашивается, сейчас испорчу прекрасное утро? Какая разница, где и с кем он был до меня? Главное, сейчас он со мной – так стоит ли накручивать себя по пустякам?

От Артура мой настрой, прикрытый наигранным весельем, не ускользнул. Моя ладонь тут же оказалась в теплой мужской.

– Марина, ты таким образом пытаешься спросить, много ли девушек там побывало? – от этого вопроса я немного смутилась.

Тоже мне, ревнивица выискалась! Ну а как иначе? Красивый мужчина, пусть и водитель, обаятельный, ласковый… В общем, достоинства могу перечислять долго. И они важнее денег. Это осознание пришло неожиданно и как будто меня освободило. Больше никаких гонок, оценок, меркантильного интереса – только уют, спокойствие и любовь. А все остальное вместе переживем и заработаем.

Кстати, и с чего я вдруг решила, что не ревнивая? Очень даже, сама от себя подобных мыслей не ожидала.

– А много? – снова спросила с замиранием сердца. Как будто нарочно мучила себя.

Ну или пыталась свою же вину загладить.

– Ты первая, – Артур поднес мою ладонь к губам и нежно поцеловал. – Честное слово, – добавил, повернувшись ко мне и заметив недоверчивый взгляд.

И я ведь верю ему. Даже не пытаюсь на лжи поймать, хотя вряд ли врет. Первая, значит первая – в любом случае, теперь, я надеюсь, что единственная.

Улыбнулась в ответ и, показывая, что этот вопрос решен, поцеловала Артура в щеку.

– Ну если только честное, – с придыханием прошептала на ушко.

Он набрал полные легкие воздуха и резко выдохнул, вызывая у меня очередную улыбку. Даже скорости, кажется, прибавил.

– Не провоцируй, – еще и в голосе хрипотца появилась. – А то сейчас сверну в лес и съем тебя прямо там. Нам недолго осталось, – сильнее сжал мои пальцы в своей широкой ладони. – Потерпи, Конфетка.

Как он может одной фразой избавить меня от всех сомнений и грызущих изнутри мыслей? Теперь я могу думать только о нас и нашем будущем.

Никогда в своей никчемной жизни я не была такой счастливой. И при этом такой свободной, как бы странно не звучало.

Но это, наверное, в человеческой природе, когда ждешь бурю. Вот и я теперь после всего, что свалилось на нас с бабушкой, не могу свыкнуться с мыслью о таком подарке судьбы.

Как будто вот-вот злодейка снова поставит мне какую-нибудь подножку…

– Конфетка, иди сюда, – поманил меня пальцем Артур, когда я, поднявшись на второй этаж, прилипла к окну.

И было чем восхититься – прямо дух захватывало от подобной красоты. Ни одного дома не видно, только небольшое озеро в окружении редких деревьев, которые потом становились гуще и образовывали лес. Вот это, я понимаю, райский отдых.

Целых два дня! Даже с половиной!

Никто… И никогда… Не делал мне таких подарков…

– А гулять мы пойдем? – я нехотя оторвалась от окна и повернулась к Артуру лицом. Протянутая рука, куда я аккуратно вложила свои пальцы. И с улыбкой на устах вдохнула полной грудь, когда мужчина сжал их в своей широкой ладони. Аккуратно, как будто я хрустальная.

Одно неловкое движение, и рассыплюсь на мелкие кусочки.

– Обязательно, – кивнул мой спутник в ответ. – Но сразу я тебе покажу еще более интересный вид, – и подмигнул, толкнув ближайшую дверь.

Все его пошлые мысли были написаны у него на лице. Удивительно, как мы еще дошли до второго этажа, а не остались прямо на веранде. А ведь грозился в лесок завезти, хотя так и не выполнил свою угрозу.

Зато теперь, чувствую, отыграется по полной программе.

Я не успела даже осмотреть комнату – Артур прижал меня к стене и начал целовать. Еще немного, и точно раздавит в своих медвежьих объятиях. Забыл, что я хрустальная?

Тяжело было не просто дышать, а даже вдохнуть. Хоть немного кислорода. Иначе от внезапного головокружения и желания сейчас сознание потеряю.

Но все страхи и сомнения, посетившие мою голову в дороге, испарились. Улетучились, как страшный сон. И я поверила, что все у нас будет хорошо.

– Артур, – прервав поцелуй, простонала ему в губы, – я люблю тебя.

Слова вырвались так легко – я больше не боялась. Потянулась к пуговицам на мужской рубашке, потом к ремню на джинсах, когда мужчина перехватил мои руки и хрипло произнес, глядя мне пристально в глаза:

– И я тебя, Марина.

В груди разлилось тепло – такое чувство, что всю жизнь ждала этого признания.

От Артура. И чего я, глупая, так долго сопротивлялась? От судьбы не уйдешь, можно даже не пытаться.

А низ живота сладко заныл в ожидании продолжения. Страстного. Бурного. Счастье – вот оно. В этом мужчине рядом со мной.

В его любви. И в нашем будущем…

Артур потянул меня в сторону большой кровати, но я вдруг остановила его. Медленно провела руками по его плечам, аккуратно сбрасывая рубашку, сделала шаг назад и стянула с себя футболку.

– Конфетка, хватит меня мучить…

Я хитро улыбнулась слегка прищуриваясь.

– Поможешь дальше? – потянула за бретельку бюстгальтера, наблюдая, как взгляд Артура потемнел. Глаза не просто блестели – горели, как на пожаре, синим пламенем страсти.

«Я готов тебя съесть!» – кричал его взгляд.

«Да я в общем-то не против…» – отвечали мои невинные глазки.

– Марина, – шаг ко мне, руки на мою спину, а губы коснулись моих губ. – Я бы разорвал на тебе все вещи, а потом забросил на плечо и утащил, как неандерталец, в свою берлогу.

Лифчик слишком внезапно упал на пол, а горячие ладони коснулись моей груди. Мурашки побежали по позвоночнику, рукам, животу, а ноги предательски стали ватными. Еще немного, если я сейчас не найду опоры, то точно свалюсь на пол. Уже все тело горело в ожидании долгожданной разрядки.

Надо же, как быстро он меня заводит!

А я, как ни странно, дико и молниеносно отвечаю взаимностью…

Я обвила шею Артура и прижалась к обнаженному телу своим. Острее, когда нас не разделяет одежда, но больше я хочу почувствовать в себе. Стать с ним единым целым. И наслаждаться, наслаждаться, наслаждаться…

Пряжка ремня ударилась о пол, туда же через минуту полетели и мои джинсы. Артур подхватил меня под бедра, и я обвила ногами его поясницу. Не переставая целоваться, не размыкая объятий, мы опустились на мягкое покрывало – даже наши движения стали синхронными.

Мне нравилось проводить руками по этому мускулистому телу, чувствовать его тяжесть на себе. А еще больше, мне нравилось ощущать Артура внутри. Полностью. Целиком.

Только мой!

Мужчина оторвался от моих губ и посмотрел серьезным взглядом.

– Конфетка, – притормозил свой порыв, заглядывая мне прямо в глаза. Да и не только туда, в в самую душу заглянул. – Помни, – пауза, на протяжении которой мое сердце колотилось, как бешеное. – Всё, что между нами, по-настоящему. Не только сейчас, но и в будущем.

– Артур…

– Мои чувства настоящие…

Я сразу не поняла, зачем он это говорит. Ведь я верю ему, неужели все же сомневается и в моих чувствах? Согласна, я в самом начале портачила. Сопротивлялась, не желая признавать очевидных вещей. Да и по дороге сюда парочка тараканов поселились в моей голове, мешая мне трезво думать.

Вот и сомнения гложут мужчину, а воспринимаю ли я его слова всерьез?

– Я знаю, – провела ладонью по его лицу, тоже не отводя взгляда. – Чувствую.

– Моя Конфетка, – с каким-то исступлением вырвались у него слова. Даже слегка простонал, а после захватил в плен мои губы.

Я не то, что не успела ничего ответить – пикнуть не смогла, как языки уже сплетались в бешеном танце любви. А опытные мужские руки избавляли меня от трусиков. Надо же, как виртуозно у него это получается! А после и пальцы гладят внутреннюю сторону бедра, вызывая очередную дрожь во всем теле.

Блин! Я так долго не выдержу! Хочу его безумно! Просто отдаться, не думая ни о чем!

– Хочу тебя… – Артур, как будто, мысли мои озвучил, и снова не дал мне возможности ответить.

Медленно, дразнящее начал входить в меня, заставляя одновременно и дрожать, и привыкать к размерам. Мышцы расслабились, и я приняла его полностью. Толчок небольшой, еще один, я закрываю глаза и прогибаюсь в спине. Стону, желая еще и еще. Дальше, сильнее, жестче…

Я впилась ногтями в мужскую спину, на которой перекатывались каменные мышцы, а стоны периодические уже просто не контролировала. Сегодня все в сто раз ярче, чувственнее, ближе. И между нами все действительно по-настоящему. Мы будто полностью растворяемся друг в друге. И я готова взорваться – ощущения и чувства не помещаются в моем дрожащем теле.

Движения Артура становятся резче, я извиваюсь на постели, царапаю его спину и подстраиваюсь под ритмичные толчки. А еще кричу, когда внизу живота взрывается фейерверк эмоций. Ярко, дико, необузданно. Все тело дрожит, и я уже с трудом соображаю, где нахожусь.

– Маринка, – тихо шепчет Артур мне на ушко, возвращая в реальность. – Ты восхитительна! – целует в висок, а после перекатывается на спину, утягивая меня за собой. – Я даже не думал, что буду когда-нибудь таким счастливым.

Пристраиваю голову у него на груди, отчетливо слыша, как бьется его сердце. Так уютно и спокойно и в его объятиях, что я действительно готова засыпать и просыпаться каждое утро рядом с Артуром.

В однокомнатной съемной квартире…

На скрипучем диване…

И с ржавой десяткой под окном…

– Мы сделали друг друга счастливыми…

Артур

– Артур, – удрученно покачала головой Конфетка, разбирая пакеты, которые я принес из багажника.

Если бы вовремя не вспомнил о продуктах, то остались бы мы на два дня без еды. А учитывая, что калорий я планировал сжечь много, такой вариант меня не устраивал в категоричной форме.

Только вот не понял сейчас, почему Маринка не довольна.

Кстати, я-то изначально планировал завтракать, обедать и ужинать в дорогущем ресторане поблизости, но цены там… Спалюсь сразу – вопросы посыпятся один за другим с паузой в секунду.

Я пока не готов. Точнее готов, но почти. Еще не время, да и нужен подходящий момент.

Черт, как же все сложно! И нафига я этот маскарад устроил?

– Что? – спросил, не отрывая взгляд от ее ног и прогоняя непрошенные мысли, которые думать мешали. Точнее, лицезреть все то, что не скрыто одеждой на прекрасном женском теле.

Ох, надо было ей надеть хотя бы шорты, а не щеголять только в моей рубашке. А то сейчас продукты останутся неразобранными еще на некоторое время, а мы с Конфеткой голодными.

В данном контексте в прямом смысле этого слова, потому что в переносном…

– Ты зачем столько всего купил? – спросила Марина, теперь уже отвлекая меня от пошлых мыслей, а потом достала из одного пакета лосося и поморщилась. – Артур, и зачем все такое дорогое?

Черт! Опять на мелочах палюсь. По привычке заехал в дорогой супермаркет и набрал продукты на свой вкус. Не думал, что Маринка придаст этому значение, но, как оказалось, женщины действительно очень внимательны. Особенно такие хозяйственные, как моя Конфетка.

– Да я на хорошие скидки нарвался, – пожал плечами, стараясь не пялиться на ее ножки. – И вообще, можем мы себе устроить королевский уик-энд?

Вот взять бы сейчас и прекратить весь этот фарс, но боюсь, что тогда приятное времяпрепровождение превратится в два дня выяснения отношений. А этого я точно не хочу. Хотя признание уже несколько часов к ряду крутится на языке.

«Милая, я тебя обманул…»

«У меня много бабла…»

«Я богат, Конфетка!»

И будет взрыв мозга, а не приятные выходные. Твою мать, баран же я все-таки. Хотя и не жалею. В той части, что уверен на все сто – девушка любит именно меня.

А не мой банковский счет!

Маринка вроде поверила моим глупым оправданиям насчет скидок и, отвернувшись, продолжила разбирать пакеты. Я смотрел на нее, борясь с желанием протянуть руку и сжать аппетитную попку всей пятерней. И все было так… правильно, что ли?

Девушка в моей рубашке, ее четкие движения, легкое покачивание светлых волос – все это стало быстро для меня родным и привычным. Как будто всю жизнь об этом мечтал. Не напрягает, как я думал раньше. И, честно говоря, готов на серьезный шаг.

А еще в моих бурных фантазиях бегал бы маленький шалопай вокруг нас и давал уединиться как залетным любовникам, для остроты ощущений, так сказать. Вот именно сын в моих мечтах.

И только с Конфеткой!

Ох, е-мое, я прямо увидел перед собой лицо Руслана, который качал головой и готовился отправить меня на прием к психиатру. Да уж, понесло меня не по-детски.

Друг мой и без того обалдел, когда я попросил у него ключи от дома.

– От чего тебе ключи нужны? – почти трагично, конечно, с долей наигранности прошептал он, когда я пришел с просьбой.

Не просто удивился – обалдел не на шутку.

– От твоего дома «где подумать и никто не помешает», – улыбнулся я в ответ на все свои тридцать два зуба.

– Артур, ты, по-моему, совсем крышей поехал из-за девчонки, – Руслан даже стал серьезнее. – Тебя Феликс покусал?

– Очень смешно, – я скривился тогда в ответ, что-то подобного ожидая от друга.

Вот, кто еще не готов на серьезные отношения. Он просто пока не понимает, чего лишает себя, идиот!

– Ты когда ей расскажешь, что не водитель, а соучредитель? – мой собеседник намерено сделал непродолжительную паузу, чтобы я впечатлился его пламенной речью. – Или как там правильно – владелец заводов, газет, пароходов?

– Руслан, да расскажу я ей, – уже взорвался, вскочив со стула, проводя всей пятерней по волосам. – Вот съездим с Конфеткой отдохнуть, потом… – блин, сразу не получится. – Потом день рождения нашей мадам Орловской, а попросту Малинки. Ну, и расскажу.

– Артур, – Руслан без своей дерзости посмотрел мне в глаза, – с женщинами надо проще. Или просто трахаемся, или у нас отношения. Или у нас любовь, или перепихон по случаю без обязательств.

– Ты, кажется, сейчас сказал одно и то же, только разными словами, – заметил я, взяв ключи со стола. – Дружище, ты слишком загнался.

И сейчас я смотрел на свою Конфетку, понимая, что хочу с ней все и сразу. И перепихон, и любовь, и отношения, и все, что можно только придумать. А фантазия у меня бурная. Тут, боюсь, двух выходных не хватит.

– Марин, – все-таки не сдержался и подтянул ее к себе, обхватив рукой чуть выше колена, – я смотрю на тебя и понимаю, что хочу не только в постели, не только на кухне, а постоянно рядом.

Когда-то я думал, что не произнесу ничего подобного. Точно потолок обрушится. Ну или землетрясение с наводнением в одночасье произойдет.

Девушка замерла. С широко отрытыми глазами. Только кожа под моими руками покрылась мурашками.

– Артур, а давай ты переедешь ко мне? – неожиданно предложила моя Конфетка, а я даже зубами заскрипел. – У нас квартира неплохая, а бабушка моя хорошая. Да и зачем тратить деньги на съем, если можно их направить в другое русло?

Ох, черт! Таким идиотом себя сейчас чувствую! Знала бы Марина, сколько у меня недвижимости! И каких размеров квартира, которая вот уже который год без женской руки!

А сколько я еще могу купить…

– Может, пока поживем отдельно? – я произнес практически на выдохе. – Притремся, так сказать.

Она, кажется, уже настроила планов, а я все это разрушу одним признанием. И почему я чувствую себя такой сволочью, если собираюсь окунуть ее в сказку, о которой Конфетка так мечтала?

Милая, ну потерпи немного!

И я осуществлю все твои мечты…

Марина

– Я бы здесь и осталась, – сказала тихо, подойдя к Артуру, и обняла его со спины, скрестив руки на подтянутом животе.

– А что? – кивнул мой змей-соблазнитель. – Я бы охотился и рыбачил, – усмехнулся, как будто всю жизнь об этом мечтал. – А ты бы собирала ягоды и грибы. Сушили бы их на зиму.

Я на секунду представила эту картину и рассмеялась. Как бы хорошо здесь ни было, но я дитя мегаполиса, в отличие от Артура. А еще у Анжелики Сергеевны день рождения, который никак не могу пропустить. Моя лучшая подруга, к тому же, беременная – кстати, завуалировано намекала, что придут друзья Феликса. Богатые и знаменитые – и нафига они мне сдались?

Счастье не в деньгах, а вот в этом. Когда обнимаешь человека в любое время и понимаешь с полуслова. Планы на будущее строишь – пофиг, что в двухэтажном особняке жить не буду. Но надо нам еще как-нибудь устроить такие выходные. Мне действительно понравилось. Ощущение безграничного счастья, только мы, наши взгляды и прикосновения, которые говорят громче слов.

И как бы ни хотелось остаться здесь, но наша жизнь в городе. А здесь маленький островок, чтобы побыть вдвоем и острее почувствовать друг друга. Наедине. Только я и он. Вдали от шума и завистливых взглядов.

Именно в такие моменты и понимаешь, нужен тебе человек или нет.

А я теперь точно знала, что хочу быть с Артуром. Как там говорят? В горе и радости, в богатстве и бедности. Я совершенно не устала за эти дни рядом с ним, находясь постоянно вместе. Нам всегда было о чем поговорить и чем заняться. Как будто последние барьеры рухнули.

– Нам пора ехать, – вздохнула тяжело, размыкая руки.

– Не торопись, Конфетка, – игриво сказал Артур, развернувшись, и подхватил меня подмышки, усадив на тумбочку.

Я и не возражала. Нет! Даже настаивала.

Но Артур дразнил меня, проводя пальцами вдоль позвоночника, опаляя губы дыханием, но не касаясь.

Я запрокинула голову и вцепилась руками в волосы этого невыносимого искусителя. Знаю, что сам сейчас не выдержит. Но и помучить его тоже не помешает.

– Маринка, когда ты так делаешь… – почти простонал Артур, слегка скривившись. Как маленький ребенок, у которого игрушку из рук выхватывают.

– Я знаю, – ехидно ответила, слегка наклонив кокетливо голову в сторону.

– Значит, я сейчас кого-то отшлепаю, – в глазах Артура загорелся дикий огонь.

Сейчас будет безумно, жарко, быстро, но ярко и сногсшибательно. Мы даже не успели избавиться от всей одежды, как Артур потянул меня на себя, заставив спрыгнуть с тумбочки, и развернул к себе спиной.

Резкое проникновение – и у меня вырывается стон. Быстрые толчки – и перед глазами начинают плясать цветные пятна. Яркий оргазм – и я сжимаю края тумбочки, едва стоя на трясущихся ногах.

– Конфетка, – шепчет Артур мне прямо в ухо. – Как же я тебя люблю…

– И я тебя… – хрипло отвечаю, а после громко стону, закрывая глаза.

Конечно, уехать мы вовремя не смогли, поэтому вернулись в город уже ночью. А в свою квартиру я попала только после того, как мы полчаса прощались, не в силах оторваться друг от друга.

Даже обувь сбросить не успела, как на уже включенный по дороге телефон пришло сообщение:

«Дико скучаю».

«Так быстро?» – улыбка расплылась до ушей, пока ответное смс набирала.

«А ты нет?» – молниеносный ответ. Господи, как школьники, которые прячутся от мамы под подушкой.

«Да!!!»

Встретиться мы сможем только после выходных – я заранее предупредила Артура, что никак не получится. Завтра у меня сутки, потом день рождения Лики. Артур правда не знает об этом. Я собиралась сказать, но он меня опередил, с печальным видом сказав:

– У меня в выходные работа. Но в воскресенье после обеда, думаю, освобожусь. Приглашаю тебя в ресторан, – довольно заявил с мальчишеской улыбкой на устах.

Что-то Артур совсем неразумно тратит деньги. Такими темпами от зарплаты до зарплаты не проживешь. Но пилить его я не стала, успею еще поиграть в ворчливую и экономную супругу.

– Созвонимся, – улыбнулась я на прощание и вышла из автомобиля.

И вот сейчас думала, как мы столько времени продержимся друг без друга. От Валеры, кстати, тоже было несколько сообщений. О Боже, совсем вылетело из головы!

«Марина, ты где пропала?»

«Возьми трубку, что случилось?»

«Марина!!! Отзовись!»

Ночью я ему, конечно, перезванивать не стала, да и отвечать тоже. Перенесу этот разговор на завтра. А может и на послезавтра. И все объясню, чтобы недоразумений не возникло.

Стараясь не шуметь, я повернула ключ в замке, опустила сумку с вещами на пол и уже хотела прошмыгнуть в комнату, как в коридор, щурясь, вышла бабушка.

– Мариночка! – всплеснула она руками. – Говорила, что вечером будешь, а сидела и ждала, а потом задремала.

Стало стыдно. Любовь совсем затуманила мне мозги.

– Прости, бабуль, – подошла к ней и обняла. – Давление хоть не скакало?

– Да нормально все, – отмахнулась она. – Я же понимаю, молодость, чувства, не до стариков вам. Но позвонить-то могла?

– Могла, – скривилась, наверное, краснея как рак от стыда. – Но мы с Артуром выключили телефоны. Чтобы нам никто не мешал.

– Я так и подумала, – бабуля провела рукой по моим волосам. – Рада за тебя. Только…

Пауза. Довольно многозначительная. Я даже напряглась, заглядывая любимой старушке в глаза.

– Что?! – первой не выдержала, так как бабушка губы поджала. – Ну говори, как видишь.

– Мне кажется, – бабуля снова запнулась, – что он морочит тебе голову, – выдала на одном дыхании.

И зачем она придумывает, чего нет? Мы все давно решили и выяснили. Нет ничего такого, о чем мне знать не положено! И тайн никаких тоже нет!

Сейчас спать, а завтра… Нет, послезавтра… Хотя и тут нет – после дня рождения Лики я сообщу бабушке, что переезжаю к Артуру.

И развею все ее сомнения…

Артур

– За твою прекрасную супругу, дорогой! – Руслан Андреевич как обычно лаконичен, к чему все уже давно привыкли.

– Мне повезло, – Феликс расцветает на глазах, хотя и так давно уже цветет, как майская роза. Да уж, ну и сравнения мне в голову лезут.

Хотя после общения с Конфеткой и не такая чушь придет на ум. Я скучаю. Дико. Безумно. Аж руки трусятся, когда воспоминания о двух счастливых днях наедине с Мариной в голову так и лезут без конца и края. Второй день без нее – пора уже завязывать с этим фарсом.

И нахрена ей работа, когда я понятия не имею, куда бабло девать? Моя холостяцкая необъятная квартира давно мечтает о женской руке – недельку поживем на съемной, и я во всем признаюсь. Покаюсь, вымолю прощение и…

Короче, чушь опять лезет мне в голову, хотя улыбка так и не сходит с лица.

– Чувствую, скоро и второго друга потеряю, – Руслан возвращает меня в реальность, и я поднимаю руку со стаканом, а после делаю пару глотков виски.

Сегодня с водителем целый день мотаюсь – то по делам, то теперь вот к Лике на день рождения. Хоть выпью по-человечески. И расслаблюсь. Время, кстати, есть еще, чтобы с Конфеткой встретиться. Полчасика разговоров, посидим немного за столом, и я под шумок свалю, придумав какую-то отмазку.

Грандиозный план! Можно даже и стола не дожидаться, свалить.

– Ты бы себе нашел девушку по душе, – Лика заходит в кабинет, обращаясь к Руслану. – И отстал бы от моего мужа и Артурчика.

– Он женщин не любит, – язвлю, делая очередной глоток алкоголя и наблюдая, как Русик скрипит зубами. – Мальчики его возбуждают.

– Кто-то сегодня договорится, – мой друг кривится, посылая мне убийственные взгляды.

Эх, жаль, читать по глазам я так и не научился. А зря, потому что тогда еще не понимал, какой смысл Руслан вкладывает в свое послание. Думал, издевается, а он и вправду издевался.

Жаль, я понял это поздно, а пока лицезрел прекрасную Анжелику Сергеевну с округлившимся небольшим животиком. Большой дом, красавица-жена – сейчас, кстати, эта картина вызывала лишь умиление. И даже не нервировала. Наоборот, в мечтах уже нарисовал себе свой собственный дом с кучей малышей.

А рядом… только Конфетка!

– У меня такое чувство, – Феликс прижимает жену к боку, а после целует ее в макушку, – что Русланчик не женится в ближайшее время.

– Никогда! – резко выдает наш дерзкий друг, вызывая хохот у всех. – Хорош ржать, придурки! – снова выпаливает, но тут же осекается: – Все, кроме Анжелики Сергеевны.

– Учитесь! – девушка поднимает указательный палец вверх. – Анжелика Сергеевна!

– Милая… – Феликс расплывается в улыбке.

– Дорогая! – я поднимаю снова свой стакан вверх.

– Ай! – машет Лика рукой, кривясь, как будто уксуса выпила. – Два балабола. Кстати, – теперь уже ее взгляд адресован в мой адрес. – А ты почему без девушки?

– Э-ээ, – тяну, глядя на Феликса, а тот отрицательно машет головой. Не сдал, а значит, Лика не в курсе наших непростых отношений с Конфеткой. Кстати, работают они в одной больнице. Может, даже и знакомы. Поэтому аккуратнее надо быть, иначе точно спалюсь раньше времени. – У нее дела. Но я вас обязательно познакомлю, – выдаю на одном дыхании, не давая возможности девушке влезть со своими вопросами.

Женщины любопытны по своей природе, но я пока не готов. Да и врать уже надоело – не расскажешь же Лике всю правду. Сначала надо с Конфеткой разобраться, а потом можно будет и посмеяться над моей дурацкой шуткой.

– Конечно, познакомишь, – Руслан впивается в меня взглядом, хотя я и не понимаю столь пристального внимания. Подкалывает, скорее всего. Это он может, такой уж у него характер.

– У вас хоть серьезно? – все-таки любопытство берет верх, хотя и произносит Лика искренне.

– Серьезнее некуда, – Руслан отвечает вместо меня, все так же пронзая взглядом насквозь.

Пока не пойму его намеков, а он явно на что-то намекает. И так глаза его блестят, что улыбка медленно сползает с моего лица. Глоток алкоголя, и какое-то странное предчувствие опасности. Вроде и ничего серьезного, но красная лампочка уже мигает в голове.

Надо будет устроить допрос с пристрастием своему другу. А еще лучше, по башке ему настучать, чтобы намеками разговаривать прекращал. Достал уже, сил нет – женоненавистник, мать его.

– А я хотела тебя с подружками своими познакомить… – начинает Лика, и я снова перевожу на нее взгляд.

– С Русланом Андреевичем лучше познакомь, – киваю в сторону друга, слыша даже, как зубы снова у него скрипят. – А то так и помрет холостяком.

– Ой! – Лика вырывается из объятий Феликса, когда раздается звонок в дверь. – Это девочки, – и испаряется из кабинета.

Мы провожаем ее взглядами. Все втроем. И даже улыбаемся, когда девушка на пороге поворачивает напоследок голову в нашу сторону. Милая, красивая и безумно счастливая.

Ее супруг, кстати, тоже. Физиономия источает исключительно позитив.

Но как только Лика исчезает из поля нашего зрения, Феликс как с цепи срывается:

– Какого хрена, Рус? – теперь-то он точно бешеный, каким и был раньше. – Ты решил моей жене праздник испортить?

– Не я первый начал, – ворчит Руслан, снова посылая в мой адрес убийственный взгляд.

– Чего ты к нему прицепился, скажи на милость? – не унимается Феликс, напирая на старшего товарища. – Влюбился человек, что здесь такого?

– Ни-че-го, – Руслан разводит руками в разные стороны. – Извиняюсь, был не прав. И давай оставим тему насчет моей женитьбы и сватовства, в чем ты поддерживаешь свою супругу.

– Значит, так, – Феликс уже на взводе, и сейчас сложно будет его остановить. – Все заткнулись, никаких подколок. Испортите Лике праздник, я вас с землей сравняю, – надо же, как завелся, только я портить ничего и не планировал.

Но в таком состоянии Феликса лучше не злить – это уж все знают, даже испытали на собственной шкуре. Странно, однако, Руслан себя ведет – обычно он в присутствии прекрасной Анжелики не позволяет шутить пошло, и уж тем более дерзить.

– Извиняюсь еще раз, – Руслан, видимо, решил все-таки добить нашего безумца. Как будто красной тряпкой перед быком машет.

– Руслан Андреевич больше не будет, – я вмешиваюсь, так как пора разводить этих двоих по разным углам. – Хорош разборки устраивать, – беру Феликса под руку и тяну к выходу. – Идем лучше с девочками знакомиться.

– Нацепили все улыбки! – ворчит хозяин дома и первым демонстрирует хорошее настроение, когда мы заходим в зал.

Я, кстати, тоже улыбаюсь – все-таки смешные они, как дети малые, ей-богу. Глоток виски, а после рука так и замирает в воздухе. И я к полу прирастаю, шага ступить дальше не могу.

Конфетка. Собственной персоной. Тоже, кстати, улыбается. Точнее улыбалась, пока меня не увидела. И тоже на месте замирает, впиваясь взглядом.

Улыбка медленно сползает с ее лица – твою мать, я точно попал. Дорогой костюм, рядом Феликс с Русланом, еще и Анжелика масла в огонь подливает, сама того не понимая:

– Знакомься, дорогая, это Артур, – пауза, на протяжении которой хозяйка дома тащит Конфетку ко мне. – Друг моего мужа. С Русланом-то ты знакома.

– Еще как знакома, – мужчина делает пару шагов вперед, задевая меня плечом, а я даже не реагирую, стоя все так же на одном месте.

А намеки друга медленно, но уверено обретают смысл…

Марина

– Как я выгляжу? – спросила меня наш ординатор, которая пришла вместе со мной на день рождения Лики. Вечно она пристает с вопросами.

И надо же обязательно похвалить, а так же восхититься, какая наша Леночка неотразимая красавица.

– Жениха здесь найти хочешь? – я усмехнулась, выходя из такси, и добавила серьезнее: – Ты красотка, – еще и для полноты картины даже подняла вверх большой палец в знаке «супер».

– Наверняка у мужа Лики очень симпатичные друзья, – подмигнула она мне, поправив платье.

«И богатые!» – я мысленно добавило, только впервые эта мысль в голове не засела.

Даже какого-то азарта не вызвала – все слишком безразлично. Наверное, потому что выбор свой я уже давно сделала. И к черту этих богачей, не в этом же счастье.

Руслана я помнила – таких мужчин не забывают. Пусть и видела его всего пару раз, и то мельком, когда Феликс лежал в нашем отделении. Но соблазнять сегодня я никого не собиралась – у меня есть Артур, по которому я дико скучаю. И пусть он обычный водитель, я его так же дико люблю.

Анжелика с улыбкой открыла дверь. Просто цвела сегодня, наша красавица. Поцеловала в щечку, приняла от нас с Ленкой подарки и сразу же с места в карьер:

– Шампанского? Ну, а мне сока.

Я уже была здесь не раз, в отличие от Ленки. Дорогая мебель, шикарный интерьер, довольно просторная гостиная, кстати, на удивление пустая. Наверное, Феликс с друзьями по-мужски обосновались в кабинете и обсуждают важные вопросы. Лика часто говорила, что мужу могут позвонить в шесть утра и сообщить, что прилетели партнеры из Германии. Или в десять вечера пригласить в ресторан, чтобы решить какой-то важный рабочий вопрос.

Он, конечно, старается не допускать подобных форс-мажоров. Чтобы жену не раздражать. В общем, богатые, наверное, тоже устают со своим ненормированным графиком.

– За тебя! – подняла Ленка свой бокал и начала желать нашему хирургу счастья, здоровья, любви и далее по списку.

Я скромно присоединилась к поздравлениям, мы чокнулись, и тут со стороны коридора послышались шаги и голоса.

Наверное, на фоне постоянных мыслей об Артуре у меня начались галлюцинации, потому что мне уже мерещатся до боли родные нотки в интонации. Даже смех похож – точно соскучилась, причем очень сильно. Головой тряхнула, чтобы прогнать наваждение, и глотнула еще шампанского. А после и пустой бокал поставила на столик.

Обернулась, когда в гостиную зашел Феликс с друзьями… Да так и застыла на месте. В паре шагов от меня стоит Артур.

Что за фигня происходит?

Это проделки Лики? Или мне все-таки мерещится? Но подруга же с ним даже не знакома. Тогда что он здесь делает? Кстати, он работает водителем, возможно возит кого-то из друзей Феликса?

«Не обманывай себя, Марина!» – мысленно простонала, понимая, что бред мне сейчас в голову лезет. Самый что ни на есть настоящий.

Водителей друзей так почти по-братски не хлопают по плечу, не приглашают на день рождения жены. Да и Артур в брендовых шмотках, которые он объяснял желанием шефа, чтобы все работники выглядели презентабельно. Сегодня костюм, кстати, другой. Не тот, в котором он постоянно на свидания ко мне приезжал. Еще и золотые запонки с платиновым «Ролексом» в придачу – вряд ли данный набор входит в комплектацию водителя.

Если, конечно, он не работает на Романа Абрамовича. Тогда какого хрена он здесь делает? И тоже замер, как будто к полу прирос, не отводя взгляда от моей физиономии.

И тут Лика, которая не заметила, что мы с Артуром в шоке смотрим друг на друга, знакомит нас.

– Знакомься, дорогая, это Артур, – пауза, на протяжении которой хозяйка дома тащит меня к моему любимому поближе. – Друг моего мужа. С Русланом-то ты знакома.

– Еще как знакома, – мужчина делает пару шагов вперед, задевая плечом Артура, но он даже не реагирует.

Тоже не ожидал меня здесь увидеть. Вот она, горькая ирония ситуации! Которая достигла пика.

«Друг, а не водитель!» – умничает внутренний голос, а мне в данный момент хочется провалиться сквозь землю. Не могу произнести ни слова – язык словно прирос к небу. Только сжимаю сильнее похолодевшие пальцы в кулак, стараясь смотреть куда угодно.

Но только не на Артура. Водитель, значит, какой же гад. Решил поиздеваться? Или проучить? Смотри, мол, девочка, какой я крутой. Обведу тебя вокруг пальца, а как же искусно врал!

Феликс, в отличие от всех остальных, нахмурился и, кажется, о чем-то догадался. Переводил взгляд по очереди с меня на Артура, а после с улыбкой на пол-лица потянул Лику за собой и позвал Лену:

– Девушки, а что там у нас с закусками? Пойдемте пока на кухню, – еще и возле двери обернулся, прошептав одними губами, глядя на Артура: – Разберитесь тут.

Только эта троица скрылась из виду, как я услышала почти обреченное:

– Марина… – и тяжелый вздох.

А я стояла, едва сдерживая слезы. Он все-таки меня обманул меня! Все, что было, ложь. Издевательство чистой воды!

Водитель, мать его! Уже в который раз одно и то же повторяю мысленно. Поглумился, влюбил в себя и… И что сейчас?

Руслан, все еще находившийся в гостиной, собрался тоже ретироваться за дверь от намечавшейся драмы, но Артур перехватил его за руку чуть выше локтя и зло спросил:

– Ты знал?!

– Думаешь, я настолько плохой друг, что не узнал бы все о женщине, в которую ты втрескался? – казалось, его ничем не пробить. Настолько холодный тон у мужчины. – Но не надо сейчас перекладывать с больной головы на здоровую, – уже спокойнее добавил Руслан. – Я тебе сразу предлагал ей все рассказать, но ты не захотел.

Злость с Артура как рукой сняло. Но предательские слезы уже почти на старте. Еще немного, и разревусь. Как же так, черт возьми? Что доказать-то мне хотел?

Артур отпустил друга. Медленно, не торопясь подошел ко мне. Даже руку поднял, чтобы дотронуться, но не решился.

– Марина, я сейчас все объясню…

– Не надо! – я перебила, отчаянно замотав головой.

– Конфетка… – Артур все же попытался дотронуться, но я отшатнулась.

Как будто током ударило. А от этого прозвища меня как будто ледяной водой накрыло с головой. Лучше бы промолчал. И не бередил душу.

Неужели не понимает, что делает только хуже сейчас.

Злость, обида, непонимание – все чувства и эмоции ураганом поднялись во мне и обожгли грудь.

– Ненавижу тебя! – вырвалось у меня.

Артур

– Ненавижу тебя! – девушка шипит как змея, вот-вот ужалит, так она взбесилась.

Кто бы знал, как зол я! Сейчас готов любого разорвать, кто встанет на моем пути. Надо же, как судьба-злодейка иногда нам подножки подставляет. И ведь сам, по сути, виноват, только вот все равно раздражаюсь.

Моя маленькая ложь так внезапно вскрылась. Случайно. Слишком неожиданно, чтобы я придумал оправдание, как попал в гости к другу, чья жена, как оказывается, лучшая подруга моей малышки.

Вот же Земля круглая, мать ее!

И как меня угораздило так влипнуть? Да, уже не просто заигрался, а влип по полной программе.

– А что мне оставалось делать? – я развел руками в разные стороны, так как прекрасно понимал обиды девушки.

Точнее совсем не понимал, но это же женская логика. Там сам черт ногу сломит, куда уж мужикам-то разобраться. Хочу одно – делаю другое. То ей принца подавай, теперь нос воротит.

– Решил прикольнуться… – Марина горько усмехнулась. – Но твоя шутка зашла слишком далеко.

– Это твоя меркантильность зашкаливала! – перебил девчонку, тыча в нее пальцем. – Я никогда не говорил, что гоняюсь за богатыми дамочками! А ты что? И хочется, и колется!

– По крайней мере, я была честной, – она продолжала гнуть свою линию, черт бы ее побрал. Прямо дико бесила, зная прекрасно, как я быстро умею выходить из себя. – И никогда тебе не врала, – тихонечко добавила, вызывая у меня зубной скрежет.

Еле сдерживался, чтобы не схватить ее в охапку и тряхнуть как следует. Выбить всю ту дурь из ее очаровательной головки, которую она сама себе насочиняла. А еще лучше – заняться с Мариной диким сексом.

Только по глазам видел – уже осудила. И не даст возможности реабилитироваться. По крайней мере все объяснить.

Знать бы, нахрена оно мне надо!

– Когда баба залезает ко мне в трусы, – я процедил сквозь зубы, – то она хочет запустить лапу в мой кошелек. Вот и пришла в голову мысль проверить, сколько в нашем мире осталось места для чувств.

– Ты же у нас герой! Да еще и философ! – Марина хлопнула в ладоши. Кажется, все слова мои мимо ушей пропускала. – Молодец, повеселился, – продолжала ехидничать, хотя в голосе слышались печальные нотки. – Как оно, Артурчик, с грязью меня мешать? Понравилось?

– А теперь ты мне ответь, красавица, – я проигнорировал последний вопрос, так как сорвусь сейчас. Вот реально тормоза откажут, и тогда будет все плохо. Особенно моей строптивой малышке. Черт, она даже сейчас меня заводит, но я сдерживаюсь из последних сил. – Есть разница, кто тебя трахает? Богатый или бедный? На размер члена и твоего удовольствия повлиял размер моего счета в банке?

– То есть теперь только член и удовольствие, а не чувства? – бросила мне прямо в лицо. – Нет, никак не повлиял, – отрезала, но я лишь усмехнулся. – Только это сейчас неважно.

– Да ладно, – сделал шаг в сторону девушки, а она отступила.

Еще один, она назад. Пока не уперлась своей очаровательной попкой в подоконник. А я, как хищник, приближался, готовый напасть на свою жертву.

– Не подходи! – выставила руку вперед, но я перехватил. Резкий рывок, разворот – и вот она уже вся моя.

Упирается рукой в стекло, а я вклиниваюсь ей между ног. Знаю, что перегибаю, но крышу уже снесло окончательно. Эта малышка любого сведет с ума, несмотря на свое высокомерие, пафос и меркантильность.

Черт, какая же она сладкая.

– Так ты не ответила, – свободной рукой залезаю под короткое платье и нащупываю край трусиков. – Если я сейчас тебя трахну, есть разница? – оттягиваю резинку, сжимая упругую попку. – Миллион у меня на счету или несчастные двадцать тысяч?

Она выдает стон и подается чуть назад, трется ягодицей о мою ширинку.

Твою мать!

Что бы она ни говорила, хочет меня. Как бы ни хорохорилась. И если мы хотим друг друга, к чему все эти скандалы и обвинения.

Ах, да, я же оказался сволочью. А что, неплохая парочка. Козел с дурацким чувством юмора и меркантильная красотка. Да пусть сейчас хоть все мои бабки забирает, если на самом деле любит.

Перемещаю руку на внутреннюю сторону бедра и начинаю поглаживать, дразня, распаляя. Я-то знаю, с какой страстью она может отдаваться, как умеет любить. Причем именно меня. А не только бабки.

Расстегиваю ширинку и уже собираюсь напомнить Марине, что не в деньгах-то и счастье, как…

– Я все равно тебя ненавижу, – она произносит негромко, но слишком резко.

И это отрезвляет.

Похлеще ушата ледяной воды.

Так хреново мне никогда не было!

В ее глазах и голосе настоящая ненависть. И презрение. Хотя я изначально лишь хотел прикольнуться. Увлекся, каюсь, но ведь можно все переиграть. Чего проще, посмеяться над шуткой, но девушка все равно продолжает со злостью смотреть на меня, когда поворачивается ко мне лицом, пользуясь моим временным ступором.

Отпускаю. Делаю шаг назад.

И понимаю, что проиграл…

– Больше я тебя не побеспокою, – выдаю на одном дыхании, не отводя взгляда. Застегиваю штаны, засовываю руки в карманы, разворачиваюсь к малышке спиной и направляюсь к выходу из комнаты.

Шаг, второй, третий… Я все еще надеюсь, что окликнет… Что ее слова – не пустой звук.

Что она действительно любит именно меня…

Но в спину мне – молчание. Ледяной волной давит на оголенные нервы. Со злостью хлопаю дверью и, ничего не объяснив хозяину дома, прыгаю в машину. Обещания свои я сдерживаю, иначе слова становятся пустым звуком.

Нахрен сказал, что не побеспокою?

Вот тебе пинок от ироничной судьбы, Артурчик. Хотел позабавиться, но заигрался. Хотел развлечься, а в итоге втрескался. Хотел подцепить девчонку на крючок, чтобы что-то доказать, а в итоге сам попал в ее мышеловку.

И все, проиграл. Так и стоят в ушах ее слова: «Я тебя ненавижу», пока я вдавливаю педаль газа в пол…

Марина

– Марин, у тебя телефон звонит, – медсестра, принимавшая у меня смену, посмотрела с такой жалостью, что мне захотелось ее чем-то тяжелым огреть по башке.

И что все на меня так пялятся в последнее время? Я что, на привидение похожа?

– Слышу! – фыркнула равнодушно, но так и не достала мобильный из кармана. И не посмотрела на входящий вызов.

Пофиг. Безразлично. Полная апатия. Я вообще не хотела ни с кем разговаривать. Тем более с тем, кто меня так долго обманывал. И ведь обещал же больше не беспокоить, но продержался только несколько дней.

Звонки без ответа. Даже смс с одним и тем же текстом:

«Возьми трубку. Нам надо поговорить.»

А после пару раз:

«Я приеду!»

«Разбежалась!» – так и хотелось ответить, но я сдерживалась. Как же, приедешь ты. Корона не упадет от столь внезапного порыва? Я рыдала в подушку по ночам, а утром шла на работу. Загружала себя по максимум, лишь бы не думать.

О нем.

Артур все-таки приехал, хотя я была уверена – врет. Как обычно, ведь он у нас фантазер, каких стоит поискать. Надо же, какой грандиозный план. Проучил меркантильную особу! Денег ей захотелось, а накажу-ка я барышню корыстную. Не поленился, халупу снял. И тачку раздолбанную купил. Самому хоть не тошно было? Хотя о чем это я – шутка же, чего ж не оценила-то.

Представляю, как он восхищался собой, любимым, когда увидел мои круглые глаза впервые. Ржавая десятка, а рядом скалящийся от удовольствия Артур.

Весело тебе, милый? Чего ж теперь меня в покое оставить не хочешь?

– Нам надо поговорить, – мужчина поймал меня за руку, когда я вышла из подъезда и попыталась пройти мимо него. Вроде как не заметила.

А внутри все сжалось в тугую пружину. Еще немного, и рванет. И так слишком долго я скрывала свою боль от окружающих.

– О чем? – подняла глаза, не двигаясь с места.

– О нас, – спокойно ответил, все так же не отводя взгляда. – Я хочу извиниться за…

– Да что ты? – ехидная полуулыбка озарила лицо. – Серьезно?

– Марин, прекращай!

– Да пошел ты! – я вырвала руку и даже успела сделать два шага, как Артур снова меня настиг.

Теперь уже за плечи взял обеими руками, заставляя все же снова на него пялиться. Тошно. И мерзко. Смотреть в глаза, которые когда-то обещали рай. Пусть и в шалаше, но искренне.

И я поверила. Как никогда и никому до этого момента. Думала, что и вправду рай обрела, а на деле…

– Давай не будем горячиться, – я видела по напряженному лицу, что Артур в бешенстве. Едва сдерживается, но все равно старается не сорваться.

Еще бы, побегать пришлось. Да и за кем!

Меркантильная особа! Корыстная барышня! Хотя я уже повторяться начала, но так же обидно стало. Боюсь представить, как его друзья потешались с ним за компанию, когда он красочно описывал свои «похождения». Наказал. Отомстил за всех мужиков.

Что ж тебе теперь так тошно, дорогой?

– Погорячилась я, – выдала Артуру прямо в лицо, делая акцент на последнем слове. – Когда в машину к тебе села и позволила до дома подвезти. Еще и после погорячилась, когда на свидание к тебе поперлась. Но больше всего я погорячилась, когда поверила тебе!

Конец последней фразы я уже, не стесняясь, орала, едва сдерживая слезы. Артур шарахнулся, как будто током его долбануло, но все равно не отпустил. Так и держал меня за плечи, впиваясь пальцами все сильнее. Желваки на скулах играли, но мне на его душевное состояние плевать.

Вот полное безразличие, что он сейчас чувствует. Да и очень сомневаюсь, что вообще чувствовать умеет. Про любовь вообще молчу – ему соврать ничего не стоит, уж мне ли не знать.

– Я виноват, – спокойно, на сколько это в принципе возможно для Артура, произнес, резко выдыхая. – Сильно. Не думал, что так далеко зайдет.

– То есть должно было ограничиться одной ночью? – я приподняла одну бровь вверх, на что Артур рявкнул:

– Не придирайся к словам! – пауза, и уже довольно спокойно: – Прости меня, малыш.

И я бы может и простила, если бы набатом не била в голове последняя фраза, брошенная Артуром в доме у Лики:

«Больше я тебя не побеспокою!»

Так какого хрена беспокоишь? Еще и рычишь на меня, как загнанный в ловушку зверь?

– Раньше надо было…

Договорить я не успела, так как во дворе появился белый Мерседес. Мое спасение.

И, скорее всего, наш с Артуром окончательный конец.

– Я…

– Мне пора, – не дала ему договорить и вырвалась из объятий, резво направляясь к Мерседесу.

Валера. Еще один непутевый ухажер. Но именно сейчас как нельзя вовремя. Хотя тоже приперся по собственной инициативе, как и Артур.

Интересно, а у меня кто-нибудь поинтересовался, чего же я хочу на самом-то деле?

– У нас с тобой ничего не получится, – произнесла, когда Валера притормозил возле центрального входа в больницу. – Прости, но так получилось.

– Марина… – уже в который раз он порывался со мной поговорить, но я всю дорогу отмалчивалась. И сейчас перебиваю, не желая объясняться:

– Я люблю другого.

И от этой фразы по лицу потекли слезы. Да, признаться-то я призналась, только вот еще больнее себе же и сделала. Молча вышла из машины и захлопнула дверь, слыша снова в спину:

– Марина…

«Оставьте меня все покое!» – орала мысленно, перепрыгивая через ступеньку.

Забудьте обо мне! Хотя бы на время!

Два дня… И снова начались звонки от Артура. Вот и сейчас телефон вибрировал в кармане, а мне так и хотелось поднять трубку и спросить: «Еще не наигрался?»

Но я просто достала мобильный из кармана и отложила в сторону, хотя желание услышать голос Артура было почти сильнее меня. Полный раздрай в голове и сердце. Особенно в последнее время.

Я все делала на автопилоте, в голове ни одной здравой мысли, а в груди жгучая, едкая боль. Разъедающая меня на части. Не дающая хотя бы на время забыться.

И все время мне напоминающая об Артуре!

Достал уже, сил нет!

– Ненавижу, – буркнула себе под нос в раздевалке, и даже тошнота к горлу подкатила. В последнее время я сильно похудела, мало ела, и тошнота вкупе с недомоганием стала моим постоянным спутником.

– Надо хорошо питаться! – сказал мне пару дней назад завотделением, когда я с очередным головокружением и упадком сил лежала на кушетке в ординаторской. – Иначе отправлю тебя на больничный.

– Но я же…

– Будешь каждый день приходить ко мне в кабинет и отчитываться, что ела за целый день, – врач закончил осмотр, повесил стетоскоп на шею и посмотрел как-то странно на меня. – Когда месячные были в последний раз?

Я задумалась, пытаясь вспомнить. А действительно, когда?

– Это все от нервов, – вздохнула я печально, но с врачами спорить бесполезно. – Я в последнее время…

– Сделай тест, Марина! – перебил меня строгий доктор. – А еще лучше загляни к нашему зав гинекологией, я договорюсь. Другой причины я пока не вижу, – и встал, засовывая руки в карманы. – Если Степан Анатольевич не подтвердит беременность или гормональный сбой, то придется все же пройти обследование.

Я закрыла глаза, мысленно все же пытаясь вспомнить, когда должны пойти эти чертовы месячные.

«Вроде двадцатого. Или двадцать второго. А может, двадцать пятого?»

Кстати, а какое сегодня число?

– Третье, – завотделением все еще стоял и пялился на меня, а я, походу, последний вопрос произнесла вслух.

Хоть бы посоветоваться с кем, но ведь всего так сразу не расскажешь. Да и не привыкла я исповедоваться каждой встречной, разве что Анжелике. Но ее после дня рождения Феликс увез опять на какие-то острова – еще пару недель отпуска осталась у моей подружки, которыми она и воспользовалась.

Иногда мы обменивались короткими сообщениями, но о нас с Артуром Лика не заикалась. Хоть я ей все объяснила (точнее, прорыдала в жилетку) в тот же день, когда вскрылась эта гнусная ложь, но подруга умеет быть тактичной. И я была ей за это благодарна – не готова пока обсуждать эту отвратительную ситуацию, в которой оказалась.

Из-за того, что одному богатенькому парню стало скучно.

И он решил разбить мое сердце.

Вдребезги!

Домой я в последнее время сразу не шла. Да и из больницы выходила не через центральный, а запасной вход, где было что-то вроде курилки для сотрудников.

Пару дней назад я случайно заметила машину Артура. Не десятку, конечно, а ту самую, что он называл машиной шефа. Приехал все-таки. Не выдержал.

– Что ж тебе так неймется-то, гад такой? – проворчала и ретировалась назад в холл.

Хорошо, что на улицу выйти не успела. Быстро спряталась за будку охранника возле входа и прижала руку к груди, пытаясь унять бешеное сердцебиение.

Не стоит нам встречаться – быстрее забудется и отболит.

И сердце перестанет кровоточить.

Или все-таки нет?

Вот и сейчас я, спустившись по лестнице на первый этаж, направилась к запасному выходу, а оттуда – в обход на остановку, где вжималась в угол, чтобы меня не было видно с дороги.

«Господи, какая же ты идиотка, Марина! Как маленькая, честное слово», – я иногда думала в те моменты, когда добиралась до работы или дома окольными путями. Даже пару раз сидела на лавочке в парке, чтобы тупо убить время.

И раньше времени не приходить домой.

В душе полный хаос. И неопределенность.

Что делать дальше? Как жить без него?

– Опять приезжал, – бабуля тяжело вздохнула, едва я переступила порог любимой квартиры. – С час под окнами машина стояла, да видимо, потом на работу поехал.

– Скатертью дорога, – проворчала, а после подняла взгляд на удрученную бабушку.

Переживает вместе со мной. Старается меня не трогать и расспросами не доставать. Я, конечно, поведала ей историю нашей непростой «любви» с Артуром, опустив многие подробности. А под конец отделалась банальным «расстались, не сошлись характерами». Ну и все в том же духе, лишь бы с расспросами в душу больше не лезла. Правда, бабуля у меня чуткая дама. И слишком уж недоверчивая.

Думаю, подобный ответ ее не устроил.

Да и не поверила она. Периодически все же с осуждением заглядывала в глаза, только мне в ответ сказать ей было нечего.

От слова совсем…

– Наверное, переживает, – завела моя любимая старушка одну и ту же шарманку, на что я лишь махнула безразлично рукой.

– Ну и пусть, – фыркнула, не желая сейчас обсуждать эту тему. – Пойду отдохну, а то сутки были тяжелыми.

– А поесть, Мариночка? – кричала бабуля вдогонку, но я отделалась кратким:

– Не хочу!

Хватит нравоучений от завотделением. В последнее время, видимо, на нервной почве мне то кусок в горло не лез, один вид еды вызывал тошноту, то я штурмовала холодильник, сметая все с полок. Такой сумбур и в голове, и в душе, что впору не в гинекологию записываться на прием, а к психиатру.

– Ну, сколько ж можно? – бабушка всплеснула руками. – Ты скоро на тень самой себя станешь похожа. Так нельзя, Марина, не думаешь о себе, так подумай…

Бабушка зашла за мной следом и запнулась, остановившись посреди комнаты. Честно говоря, я опешила. В диком недоумении на нее посмотрела. Что она хотела сказать? Подумать о ней? Ну нет…

Не в ее правилах шантажировать своим здоровьем или ставить ультиматумы. Уж я-то свою ненаглядную старушенцию знаю как облупленную.

«Ты же медик, Марина, неужели сама еще поняла?» – прочитала я в бабушкином взгляде.

Господи! Совсем выветрилось из головы. Еще пару дней назад врач отправил меня за тестом, а я…

Сначала гнала все мысли ненужные прочь, затем забыла, замотавшись на работе, а после так дико устала, что ни ног, ни рук не чувствовала.

Куда уж с кровати подниматься и в аптеку шлепать!

– Я сейчас вернусь, – все еще до конца не веря и надеясь, что гормоны пошаливают, а не плод нашей любви с Артуром меня беспокоит, тряхнула головой и направилась в коридор.

Обулась, схватила сумку с ключами и вылетела из квартиры.

Аптека за углом, но сейчас я и большее расстояние готова преодолеть. А потом еще всю ночь промучиться, так как мысли о возможной беременности (Господи, пронеси!) не давали покоя.

Шесть утра, бабуля еще сопит в своей постели, а я крадусь в ванную. Ну же, Боженька, не подведи. И не оставь меня один на один с проблемами.

«Раз, два, три…» – считала я секунды, чтобы хоть чем-то себя занять. Глаза закрыты, а я продолжаю цифры называть друг за другом, оттягивая максимально время.

Но вечность не простоишь в четырех стенах, да и пора уже взять себя в руки. Что-то расклеилась я в последнее время – чего, спрашивается, испугалась, дуреха?

– Это точно гормоны! – произнесла как заклинание и открыла глаза.

И пошатнулась, едва не упав от увиденного.

Две полоски. Ярко-алые. Вряд ли ошибка, скорее дурной сон.

Я снова закрыла глаза, теперь уже проваливаясь в неизвестность.

А в голове набатом один единственный вопрос:

«Что мне теперь делать?»

Артур

– Артур, ты с нами? – щелкнул Феликс перед моим лицом пальцами. – Отвлекись немного. Мы жаждем получить хотя бы часть твоего драгоценного внимания.

– Что? – я поднял голову, оторвавшись от телефона, и уставился на друзей.

– Он не с нами, – удрученно заметил Руслан. – Совсем поплыл. Но сам и виноват, – заметил он.

Какая, черт возьми, глубокая мысль. Кант отдыхает! Хотя в последнее время меня действительно мало интересовали и дела, и уж тем более подколки Руслана. А он как с цепи сорвался, пока Феликс на островах отдыхал.

– Нахрен она тебе сдалась?

– Да пошел ты…

– Баб тебе что ли мало?

– Отвали!

Это если кратко – наш ежедневный диалог с Русланом. В первый раз я еще добавил парочку нелицеприятных фраз – какого ж хрена не сказал, что Марину знает? И с Ликой они подруги, я бы точно нашел повод не приходить к нашей красавице на день рождения.

Пока все Конфетке не расскажу. Правду. Свою, черт возьми, дурацкую шутку!

Так и хотелось разнести все вокруг, но я держал себя в руках. Марина в последнюю нашу встречу села в машину к какому-то хмырю, и я бы его шею скрутил моментом. Едва сдержался, чтобы не броситься следом. Даже запомнил номер тачки и хотел попросить Руслана нарыть на этого мужика все, что только сможет. Злость, агрессия, желание даже убить кого-то. Но это в самом начале.

А потом подумал: «И толку?»

Марину мне это вернуть не поможет. Наоборот, еще больше увеличит пропасть между нами. Я видел в ее взгляде осуждение. Что пока не готова она меня простить.

И ушел.

Старался не звонить, не писать, не напрягать и не навязываться, но желание было сильнее меня. Я попал по полной программе. Ни дня без нее прожить не могу.

Как влюбленный идиот сидел под подъездом, караулил возле больницы, но Конфетка специально, как я понял, меняла свой привычный распорядок дня. Или просто сбегала, не желая мне попадаться на глаза.

Не хотела меня видеть. Не хотела говорить со мной. Черт, да что ж она такая упрямая!

– Артур, мне не нравится, когда Лика нервничает, – довольно спокойно заметил Феликс, что совсем на него не похоже. Взгляда не отводил, пытаясь хоть так донести до меня свою мысль.

– Я не специально, – даже оправдаться попытался, на что Феликс опять без эмоций прореагировал:

– Ты уж постарайся, – намерено сделал паузу и с полуулыбкой на устах добавил: – А то мне эти бабские слезы уже достали.

– Приходила? – одно слово, но друг понимает меня даже с полувзгляда. Кивнул, вызывая у меня зубной скрежет.

И очередную порцию злости. К Лике, значит, поплакаться в жилетку она нашла время прийти, а встретиться со мной…

– А мне не нравится, когда вы оба погрязли в своих… хм, дамах, а не в бизнесе, – тут же влез Руслан, заполняя молчаливую паузу. – Достали оба!

Тоже мне, вечный работник года! Женоненавистник, мать его! Конечно, вслух я не высказался. Сейчас вообще ни до чего нет дела, особенно до ехидства и извечного ворчания Руслана.

– Я вам еще нужен? – посмотрел на друзей, не желая и дальше обсуждать наши непростые взаимоотношения с Конфеткой, а так же мою вдруг резко нахлынувшую апатию. – Мне нужно отъехать.

– Езжай, Артурчик, – напутствовал меня Руслан, сидя в своей излюбленной вальяжной позе. – Только не забудь, что завтра у нас встреча.

– Черт! – я не сдержался, хотя на языке так и крутились словечки похлеще.

Отец Оксаны не сдавался, как и она сама, обрывая мне телефон и присылая довольно-таки откровенные фото. Не могу понять, как можно быть такой тупой?

– Нам надо решить этот вопрос, Артур, – снова голос разума в лице старшего друга наставлял меня.

Хорошо, еще Руслан не прочитал мне поучительную лекцию на тему того, что не стоит спать с дочерьми, сестрами и прочими родственницами деловых партнеров. Ну кто ж знал, что Оксана окажется такой клейкой стервой. И отделаться от нее будет крайне проблематично.

– Решим, – кивнул я уверенно в ответ. – Дай мне пару дней.

– Даю, – Руслан кивнул, тем самым подтверждая свои слова. – Уж как-нибудь разрули с этой дурой!

Мы с Феликсом даже усмехнулись – наш друг умеет иногда поднять настроение.

Сегодня я решил пойти в наступление. Надеюсь, с нашей последней встречи Марина чуть поостыла – значит, пришло время нам поговорить и во всем разобраться. Не может человек вот так за одну минуту разлюбить, а Конфетка меня любит. Даже думать о другом не собираюсь, несмотря на ее демонстративный побег с хмырем на Мерседесе.

Как и я ее, кстати, тоже. Не готов отпустить. Хочу быть рядом.

Так зачем, спрашивается, мучить друг друга?

Я готов все объяснить и исправить. И исправлять, исправлять, исправлять, пока Марина не простит. Напортачил, с кем не бывает, но я же готов искупить вину. По полной, так сказать, программе и со всеми вытекающими отсюда последствиями. Исключительно позитивными.

И со мной в придачу.

Во дворе дома припарковался очень быстро. Знал наверняка, что сегодня у Конфетки по графику выходной. А значит, должна быть дома моя строптивая красавица.

«А может и не должна!» – мысленно простонал, доставая из кармана телефон, но в последний момент передумал. Лучше сразу поднимусь и заслуженно удостоюсь осуждающего взгляда Ирины Васильевны.

Этой уж точно нет смысла от меня бегать.

На мое счастье, даже в домофон звонить не пришлось. Только я щелкнул брелоком и закрыл машину, как из подъезда вышла старушка, которой я поспешил любезно придержать дверь.

Пацаном себя чувствовал, который принес из школы двойку и сейчас получит от родителей по первое число, когда поднимался на нужный этаж. Но тянуть я больше не могу. Пора уже поговорить и окончательно решить, что делать дальше.

Нажал на кнопку звонка и даже затаил дыхание, прислушиваясь к звукам по ту сторону двери.

Поворот ключа, скрип открываемой двери – и передо мной Ирина Васильевна. Смотрела не то, чтобы с удивлением, скорее с какой-то настороженностью. Не меньше минуты, если не больше.

– Ну, здравствуй, Артур, – первой произнесла старушка, все так же не отводя взгляда.

– Добрый день, – кивнул в ответ, вроде как агрессии со стороны бабульки нет. А значит, можно и в атаку. – Марина дома?

– Нет Мариночки, ушла по делам, – покачала головой Ирина Васильевна, и я уже ждал, что она сейчас передо мной захлопнет дверь, но неожиданно открыла шире и вздохнула: – Проходи, чего на пороге-то стоять.

– Спасибо, – даже не поверил я сразу, выдыхая. Сам того не понял, как все это время в напряжении каком-то странном пребывал.

Все ждал, что пошлют…

– Разувайся, я пока чайник поставлю, и женщина даже улыбнулась, чем вызвала у меня очередной вздох облегчения.

Вроде бы не все так плохо, как я изначально настроился. Но это еще Конфетки дома нет, так что рано я расслабился. Надеюсь, что хоть в присутствии своей бабушки она не будет сильно на меня рычать.

Сексуально. Очаровательно. Как же меня заводит! Может и вправду, через плечо и к себе в четырехкомнатное логово? А что, пусть осваивается, вдруг на моей территории все-таки удастся нам договориться?

– Ирина Васильевна, – остановился в дверях кухни, прислонившись плечом к косяку, – вы меня…

– Не передо мной надо извиняться, – перебила меня старушка, ставя, и как и говорила раньше, чайник на плиту. – Ты присаживайся, в ногах правды нет, – кивнула на табуретку и поставила передо мной чашку. – Надо было сразу все рассказать.

– А ведь вы догадались в первую нашу встречу, – вспомнил я изучающий взгляд цепких глаз и даже улыбнулся.

– Артур, я ведь жизнь прожила, разных людей видела, – пожала плечами женщина, тоже вроде как улыбаясь. – И пусть понимала, что к Мариночке у тебя все по правде, но видела, как что-то ты явно недоговариваешь. И рассказ о деревенском парне, который работает водителем, уж извини, – махнула рукой и слегка скривилась, – но никак не вязался с человеком, которого я увидела перед собой.

– Но вы ничего не сказали Марине, – заметил этой проницательной женщине, пытаясь понять до конца ее отношение ко мне. – Почему?

– Мы должны учиться на своих ошибках, получать собственный опыт, – глубокомысленно изрекла Ирина Васильевна и, прищурившись, посмотрела на меня как-то странно. – Артур, ты только при разговоре с Мариночкой постарайся не волновать ее. Она и так вся как комок нервов.

– Хорошо, – спокойно согласился, удивляясь столь необычной просьбе.

Волновать Конфетку я в принципе не собирался – только помириться. И на ловца, как известно, и зверь…

Только ответил, собираясь задать еще парочку вопросов Ирине Васильевне, как услышал голос из коридора:

– Бабуля, я дома.

Марина

Как хреново-то! Просто сил нет шевелить ни ногами, ни руками. Всего-то в супермаркет практически за углом сходила, а еле доползла до своей квартиры. Ноги ватные, голова кружится, низ живота не сильно, но тянет – Господи, дай теперь мне сил до кровати доползти.

– Бабуля, я дома! – крикнула, зайдя в квартиру.

Странно, что она не сразу вышла. Даже удивительно, что на мою бодрую старушку совсем не похоже. Обычно я даже не успеваю дверь захлопнуть, как бабушка уже в коридоре. А сейчас стояла подозрительная тишина. Может, ушла куда? Хотя вроде и не собиралась никуда, вдруг передумала?. Но тогда бы точно позвонила – всегда так делает.

Поэтому и странно. Ладно, разберемся.

Сбросив обувь, зацепилась ногой за мужские туфли, и тут же горло как будто спазмом перехватило. Сдавило так, что резко в легких кислород закончился. А в груди бешено начало отбивать чечетку сердце.

Не может быть! И у него хватило наглости припереться ко мне домой?

«А вдруг это Валера?» – мелькнуло в голове, и я попыталась успокоиться, но все равно замерла, навострив уши.

Еще и на туфли снова взгляд опустила – дорогие, даже очень. Вряд ли Валера, а значит у этого негодяя хватило наглости припереться ко мне домой.

Из кухни – ни звука. А я еще шла, так погрузившись в свои мысли, что не обратила внимания на машины во дворе.

– Мариночка, – все-таки бабушка вышла мне на встречу, улыбаясь на все свои тридцать два зуба.

А я так и стояла возле входной двери, прижавшись спиной к стене. Ноги еще сильнее подрагивали, и казалось, что я сейчас сползу на пол. Или грохнусь без сознания – еще и тошнота дала о себе знать.

– Привет, – ответила своей старушке, глубоко вдыхая и медленно выдыхая, чтобы хоть немного успокоиться.

Мне сейчас нервничать категорически противопоказано, но довольный взгляд бабули никак не настраивал на позитивный лад. Мысленно застонала, прикрывая глаза – по моему взгляду старушка определила все мысли, что бродили в моей многострадальной в голове.

– Пойдем, Мариночка, чайку попьем.

Лучше бы она меня снова в магазин отправила, а сама в это время выпроводила Артура за дверь. Успел, гад такой, бабулю охмурить.

Вот чего ему, спрашивается, на месте не сидится? Зачем лезет и лезет со своими извинениями?

«Долго будешь стоять истуканом?» – я себя все-таки одернула, хоть и чувствовала загнанной в ловушку.

Как будто жирный кот загнал меня как мышь… вы мышеловку! Бац, и захлопнулась! Не выбраться, можно даже не пытаться.

Единственный путь отхода – дверь сбоку, но не могу же я вечно бегать. Пора поговорить, раз он так сильно жаждет встречи со мной. Тем более сейчас, когда не только наша судьба решается.

– Пойдем, – ответила я бабуле, открывая глаза, и, вздохнув, поплелась за ней на кухню.

Раз, два, три – надо войти. А вот на Артура можно не смотреть. Но не смогла. Хотя пока только наблюдала за его руками, которые разворачивали конфету. И сколько сразу ненужных ассоциаций! А воспоминаний! Просто душу рвут на части, а сердце пропускает несколько ударов.

Я бы могла подумать, что он издевается надо мной, но, переведя взгляд на его лицо, поняла: просто нервничает. Вот и теребит в руках первое попавшееся под руку.

Надо же, какой впечатлительный!

– Привет, – попыталась сказать непринужденно, но получилось сипло.

Теперь не держали не только ноги, ни и руки стали непослушными.

– Ой, вы знаете, – вклинилась в разговор бабуля, – мне же надо таблетки выпить.

Испарилась, только пятки засверкали. Я даже не сразу поняла, что она имела в виду. Какие, нахрен, такие таблетки? Зачем она сбежала? Проводила ее взглядом, понимая теперь, что это только повод. И уже хотела вслед крикнуть, что сама принесу, но старушки и след простыл.

Точно, сговорились за моей спиной!

– Марина, – Артур сам, кажется, не был готов, что я так спокойно отреагирую, – я не…

– Послушай, понимаю, что ты хотел сказать: не хотел, чтобы так вышло, не подумал, заигрался и так далее, – усмехнулась, подойдя к окну и уставившись на двор.

Сжала руками подоконник (хоть как-то же надо унять нервную дрожь), сцепила зубы и почувствовала, как снова горечь затапливает грудную клетку. Опять кислорода мало. Дышать практически нечем.

– Все, что я говорил, правда, – не сдавался Артур. – О моих чувствах к тебе. Помнишь? Что бы ни случилось…

– Все было настоящим, – вспомнила я, пытаясь унять непрошеные слезы. – И я ведь верила, пока правду не узнала. Вот скажи, – я резко повернулась к Артуру лицом. – Как можно снова поверить человеку, который со мной так поступил?

Я не повышала голос – говорила спокойно и уверенно. Но как же хотела прижаться к Артуру, почувствовать его руки на своей спине, тепло тела.

«Ну же, скажи, Марина», – настойчиво шептало сознание, но я никак не могла решиться.

Просто стояла и ждала. Сама не знаю, чего именно. Ну скажу, и что тогда? Сбудется мечта идиотки – богатый парень, наверняка шикарный дом, можно бросить работу и воспитывать нашего ребенка.

Круто, конечно, только как-то все… не по-настоящему. Фальшиво. Я боялась, что именно после моей новости все и изменится. Нужно это Артуру или нет? Чувства чувствами, а вот малыш – это совсем другое.

Но знать-то он должен. Иначе я тогда тоже стану предательницей. Что бы я ни сделала, какое бы решение ни приняла – должен. Ради всего хорошего и того самого настоящего, о чем он говорил.

Оттолкнувшись от подоконника, я подошла к столу и села напротив Артура.

– Марина, верь мне, – только и успел он сказать, прежде чем загорелся экран телефона, лежавшего между нами.

Машинально перевела на гаджет взгляд. И даже усмехнулась, хотя внутри все заледенело.

Верить? Вот сейчас верить?

Я подскочила с места так, будто вместо смартфона перед мной лежала ядовитая змея.

Какая мерзость!

Женское имя абонента, кто бы сомневался! У этой Оксаны грудь в черном и, скорее всего, очень дорогом бюстгальтере выглядит впечатляюще. Вот как Артур, оказывается, страдает? А может, он специально все это подстроил, чтобы добить меня окончательно?

Да плевать! Все просто безразлично! Артур пытается передо мной извиниться, а я снова готова ему поверить, и тут же прилетает на его телефон фотография от какой-то Оксаны – такое даже в кино не покажут. Очень откровенная фотография, надо заметить.

И как тут, черт возьми, рассказать правду? Когда она ему и даром не сдалась?

Меня накрывает истерика – я смеюсь, в то же время понимая, что силы уходят из тела. Опираюсь на стену, а кухня начинает плясать перед глазами. И руки…

Последними помню именно руки. Такие родные и сильные, по которым я скучала. И в тайне ото всех снова хотела ощутить.

На себе.

Сознание медленно меня покидает. В голове полнейший туман, среди которого только одна мысль настойчиво прорывается. Не дает окончательно свалиться в пропасть.

И которую не хватает сил произнести вслух:

«Ребенок…»

Артур

– Черт! – подхватил Конфетку на руки, молниеносно среагировав.

Успел, не ударилась головой о пол. Только бледная вся, у меня просто сердце разрывается на части. В голове рой мыслей – «вызвать скорую», «везти в больницу», «звонить Лике», «звать Ирину Васильевну».

По-моему, еще сильнее побледнела, пока я пытаюсь все-таки решить, какой из вариантов подходит в первую очередь. На лбу Марины испарина выступает, а я мысленно проклинаю Оксану. Дура набитая! Идиотка, мать ее! Надо было сразу удалить ее номер и добавить в черный список, но я понимал, что тогда эта стерва обязательно припрется ко мне домой. Вот и терпел эти тупые сообщения, просматривая их и сразу же удаляя.

А теперь, мать его, так не вовремя. И Конфетка слишком бурно отреагировала, что я сам чуть сознание не потерял.

– Ирина Васильевна, – громко крикнул, выйдя в коридор. – Откройте входную дверь.

Бабушку волновать не хотелось, но я бы сам не справился. Марину бы, конечно, до конца жизни носил на руках, но не тогда, когда она выглядит так.

Пальцы сильнее сжались, боясь упустить свою ношу. Или опоздать – а вот это больше похоже не правду.

– Артур! – вышла из комнаты Ирина Васильевна и, увидев эту картину, прижала руку к груди. – Господи, что случилось? Ты скорую вызвал? – посыпались на меня вопросы один за другим.

– Я сам быстрее довезу, – кивнул на дверь, заставляя старушку ускориться.

– Только вези в ту, где Мариночка работает, и сразу вызывай Анжелику, – уже когда я спускался, напутствовала меня бабушка. – Она в курсе! – громко добавила, но я тогда не придал этому особого значения.

Только бы поскорее спуститься на первый этаж. Свежий воздух, кислород – это сейчас крайне необходимо моей девочке. С причинами обморока будем разбираться позже. Перенервничала, и вот результат, как я понимаю.

На улице Конфетка начала приходить в себя. Открыла глаза и даже прошептала мое имя, но взгляд мутный, расфокусированный – значит, мне придется как-то самостоятельно справляться.

– Милая, очнись, – я все-таки попробовал до нее достучаться, но не получилось. Снова глаза закрыла, вызывая у меня зубной скрежет.

Кое-как уложил девушку на заднее сидение и, быстро запрыгнув на водительское место, завел мотор. На всех парах помчался в сторону больницы, игнорируя все правила дорожного движения.

«соре, скорее, скорее…» – мысленно подгонял себя, давя на педаль газа.

Нужный поворот, парковка перед центральным входом. Где тут гребаный заезд к приемному покою?

Увидел, куда поворачивает машина скорой. Пока шлагбаум не закрылся, заскочил следом и, наплевав на все правила, тормознул напротив нужного входа.

– Иди сюда, Конфетка, – открыл заднюю дверь и постарался как можно аккуратнее снова взять Марину на руки.

Стеклянные двери в приемное отделение передо мной разъехались, и я осмотрелся. Впервые здесь, понять бы, куда дальше мне двигаться. Справа три стойки регистратуры, к одному окошку я и направился, на ходу бросая девушке:

– Анжелику Орловскую из хирургии вызовите!

– Простите? – не поняла регистратор, но потом, приподнявшись, заметила Марину у меня на руках и потянулась к телефону.

– Анжелика Сергеевна Орловская, отделение хирургии, – я не сдерживал эмоций, так как тормоза уже давно отказали.

Конфетка застонала у меня на руках. Сжалась как-то, будто ей больно. А я начал свирепеть, готовый именно сейчас разнести всю эту долбанную больницу с ее правилами к чертям собачьим. Здесь все двигаются как черепахи, что ли?

Или только мне такая нерасторопная попалась?

– А паспорт, описание симптомов? Может, вам нужен врач другого профиля… – старалась регистратор действовать по уставу, но я уже взорвался:

– Девушка!

– Сейчас позвоню, – тут же потянулась она к телефону и, набрав внутренний номер, стала ждать.

Каждая секунда казалась мне вечностью. Эхом отдавалась в висках вместе со стуком сердца. Я готов был всю приемку разнести к чертям, не зная, что с Мариной вообще случилось. Но ждал Лику, с которой любое обследование пойдет быстрее.

И надежнее.

Сцепил зубы, глядя на непонятливую барышню. Где ж их таких берут-то?

– Да, Анжелику Орловскую срочно в приемное отделение, – наконец-то услышал за стойкой.

Да неужели? Тут реально кони двинуть можно, пока дождешься.

– Ну что? – спросил, когда девушка, выслушав ответ, положила трубку.

– Спускается, а вы пока пройдите к пятому кабинету, – кивнула она в сторону коридора. – Там каталки есть. Если нет, то найдите дежурного санитара.

«А не пошли бы все нахрен?» – подумал скорее не я, а мои эмоции.

Марина снова застонала, вцепившись рукой в мое плечо. Да что же с ней такое? Как помочь моей девочке?

– Тихо, Конфетка, все будет хорошо, – шепнул я и поцеловал ее в висок, уверенно двигаясь к этому чертовому пятому кабинету.

Лика летела по коридору, в который меня отправили, и замерла на секунду, встретившись со мной взглядами. Марину увидела, и тут же профессионализм быстро взял верх:

– Что случилось? – она одновременно опрашивала меня, окидывала взглядом Конфетку, щупала пульс и звала кивком санитара с каталкой.

– Потеряла сознание, = я вздохнул, пытаясь унять накатывающий гнев. – Перенервничала, скорее всего, только почему до сих пор в себя не приходит?

– Поднимайте ее в гинекологию, – скомандовала Лика, когда я уложил Марину на каталку…

– Куда? – сразу и не понял, о чем она. Что-то туго я сейчас соображаю. – Может, лучше на МРТ, УЗИ или что-то в этом роде?

– Кто здесь врач? – Лика глянула на меня так, что я поднял руки в жесте «сдаюсь».

Для меня главное, чтобы с Мариной было все хорошо. Скорее бы в себя пришла, чтобы мы, наконец-то, объяснились.

Недоразумение вышло, зачем же так бурно-то реагировать? Я, конечно, тоже виноват, хотя и не виноват вовсе.

Проводил взглядом Марину, в душе закипая. И когда она оказалась в надежных медицинских руках, у меня снова зачесались кулаки. Размазал бы всех, кто встает между нами и доводит Конфетку до такого состояния, по стенке.

Или убью нахрен, так я сейчас зол!

– С ней все будет хорошо? – посмотрел на Лику, когда захлопнулись двери лифта.

– С ней наверняка, а вот… – тут она мотнула головой и нахмурилась. – Подожди, Марина тебе так и не сказала?

– Не сказала? – от удивления я даже переспросил, наверное, точно туго соображать начал из-за стресса. – О чем? – мы разговаривали как немой с глухим, иначе не скажешь.

– Пойдем к нам буфет, – вздохнула Анжелика, – жутко хочу наш больничный кисель.

Желание беременной дамы – закон, как любит повторять Феликс. И я, конечно, не стал спорить. Если уж врач так спокойна и не пошла вместе с Конфеткой, то и меня как-то немного отпустило. Значит, она в надежных руках.

Еще и при мне какому-то Владимиру Петровичу позвонила. Чтобы Марину принял, а Лика чуть позже поднимется. Только ей я сейчас доверял.

Она точно расскажет всю правду!

Мне казалось, что буфет в какой-то другой галактике находится, пока мы шли по коридору в другое крыло. Пластиковые столы, дешевые стулья – да уж, сервис на высшем уровне, только мне сейчас плевать.

Нервы сдают окончательно, а молчание Анжелики давит. И я не выдерживаю первым, когда мы устроились с девушкой за крайним столиком.

– О чем мне должна была сказать Марина? – не свожу пристального взгляда с Лики, хотя она и не пытается отвести свой.

– Вкусно-то как, – делает глоток киселя, от одного вида которого мне становится плохо. – Артур, а что вы вообще знаешь о девушке, которой дурил голову?

– Да не дурил я! – слишком резко получается, но я тут же осекаюсь, понижая голос: – Просто она так мчалась за деньгами, как будто это важнее всего на свете.

– Вот видишь, ничего ты о ней знаешь, – Лика качает головой из стороны в сторону, как будто отчитывает меня. – Каждая девочка мечтает о большой и светлой любви, пока жизнь не макнет ее головой в реальность. Марина не исключение, поверь. Скажи, ты хотя бы раз поинтересовался, что случилось с ее родителями и почему у нее одна бабушка?

Девушка замолкает, сканируя меня своим пристальным взглядом, а я теряюсь.

Впервые в жизни не нахожусь с ответом.

А в глубине души понимаю, что как бы я ни харахорился и не строил из себя крутого парня, а Лика права.

Идиот. Балбес. Высокомерный болван!

Еще немного, и могу потерять свое счастье навсегда…

– Расскажешь? – наблюдал, как Лика печально вздыхает, уткнувшись взглядом в чашку с киселем. – Я бы поинтересовался у Марины, но, боюсь, она сейчас не в том состоянии, да и не простила пока.

– Артур, Артур… – покачала головой жена Феликса и подняла на меня взгляд. – Но это уже хорошо, что ты интересуешься ее жизнью. Значит, Маринка тебе действительно дорога.

Черт! Не люблю я душу изливать перед посторонними, да еще и о чувствах рассказывать. Это не в моих правилах, но сейчас все по-другому. Тем более Анжелика вроде как своя.

Да и помочь готова, по глазам вижу, что не осуждает.

– Дорога – не то слово, – ответил, вздыхая, и тут же быстренько добавил: – Я люблю ее.

– Сильно, Артур, – девушка усмехнулась, а я напрягся. – Конечно, лучше бы Марина сама рассказала, но я хочу, чтобы ты понял, – Лика поджала губы и через несколько секунд продолжила: – То, что многие назвали бы меркантильностью, не природой в ней заложено. Да и появилось не после прочтения глянцевых журналов, поверь. У нее были вполне состоятельные родители, но обоих уже нет в живых. Когда заболела мать Марины, пришлось продать квартиру и переехать к Ирине Васильевне, но и это не помогло. На одну бабушкину пенсию прожить втроем, да еще и с больной онкологией матерью, как ты понимаешь, сложно, – Анжелика намерено сделала паузу, глядя пристально мне в глаза. – Хотя вряд ли понимаешь, – махнула рукой, но я проглотил эту фразу, чтобы услышать окончание истории.

– Понимаю, – кивнул в подтверждение своих слов. – Очень даже понимаю.

– Пособие сироте по потере кормильцев вообще слезы, – продолжила жена моего друга, сделав перед этим глоток киселя. – Марина не смогла пойти в вуз, чтобы стать врачом, окончила только колледж. И то после пар хваталась за любую работу. С первого же курса. И Ирина Васильевна подрабатывала даже после ухода на пенсию, пока совсем сил не осталось. Не столько ради себя Марина хотела удачно выйти замуж, сколько ради бабушки и счастья своих будущих детей, – снова пауза, только взгляд изменился. – Понимаешь? – и даже небольшое осуждение в глазах.

Я только кивнул в ответ, не желая вдаваться в дальнейшие подробности. История, конечно, не новая, но трагичная. Теперь мне понятны все стремления Конфетки, и я ее действительно не осуждаю. Даже понимаю.

И готов к ее ногам бросить весь мир.

Лишь бы простила…

– Спасибо, Лика, – выдавил из себя, потирая виски.

Ответить мне она ничего не успела. Нас прервал звонок. Анжелика достала смартфон из кармана, посмотрела на экран и сразу же приняла вызов. Я не вслушивался, но после разговора девушка, кажется, с облегчением вздохнула и повесила трубку.

– Марина пришла в себя, – улыбнулась, пряча телефон снова в карман халата.

– Ее можно увидеть? – я даже приподнялся со стула, готов был бежать прямо сейчас к ней в палату, ну, или где там моя Конфетка.

– Я даже… – начала Лика с сомнением, но под моим умоляющим взглядом сдалась. – Ладно, Артур, проведу тебя.

Мы поднялись на лифте на пятый этаж и свернули к стеклянной двери. «Отделение гинекологии № 1» гласила надпись. Огромными такими буквами, что даже слепой прочитает. Вот еще один вопрос, который я хотел задать Лике, но он совершенно вылетел из головы.

Какого черта она попросила отправить Марину сюда?

– Анжелика, – хотел уже поинтересоваться, но снова нас прервал ее телефон.

– Извини, Артур, у меня там пациент с послеоперационным абсцессом, мне надо бежать, – девушка слегка скривилась, бросила пару фраз медсестре на посту и направилась назад к выходу.

– Палата пятьсот двадцать, – молоденькая медсестричка привлекла мое внимание, а после кивнула в нужном направлении. – Только наденьте, – достала из-под стола белый халат и протянула мне. – Так и быть, пропущу без бахил, но ненадолго. У нас тут гинекология, сами понимаете.

Сегодня прямо какой-то день пониманий, мать их! Ладно раньше, но сейчас! Что, черт возьми, я должен понимать? Какого хрена все вокруг говорят какими-то загадками?

Надо бы еще договориться об отдельной палате, и почему мне раньше эта мысль в голову не пришла. Самые лучшие условия, оплата врачам и медсестрам – моя Конфетка заслуживает даже большего. Но все это позже, а сейчас я хочу убедиться, что с Мариной все хорошо.

И заодно узнать, что же случилось на самом-то деле?

Конфетка и так лежала в одноместной палате, достаточно просторной. Я вошел, стараясь не шуметь, и аккуратно прикрыл дверь. Вдруг спит?

Но нет, тут же повернула голову, и на фоне лица, слившегося по цвету с постельным бельем, выделялись только глаза. Потемневшие, полные боли.

– Прости, – я негромко произнес первое, что в голову пришло. Казалось бы, тихо, но мой голос все равно прозвучал оглушительно. – Можно войти?

– Ты уже вошел, – отвернулась, видимо, не желая меня видеть даже здесь. Еще и голос безразличный, шелестящий, но я решил все же идти до победного.

Не сдамся. Пусть даже не мечтает. Особенно сейчас, когда я тоже знаю правду. Могла бы и сама рассказать, а не строить из себя меркантильную особу, которую кроме бабла ничего в этой жизни не интересует. Вот же, врунишка, но сейчас, глядя на бледное лицо и полуприкрытые веки, я готов ей простить все.

Не упрекать. Не напоминать. Лишь бы с моей девочкой ничего не случилось…

– Марина, – я сделал шаг по направлению к постели, не обращая внимания на ее игнор. Еще один. И еще. Не отводил взгляда от Конфетки. Кажется, она еще сильнее побледнела. Потерянная какая-то, одинокая. – Как ты себя чувствуешь?

– Уже лучше, – ответила все с таким же безразличием, повернув немного голову в сторону и посмотрев на катетер в руке, от которого шла трубка к капельнице.

– Что с тобой случилось? Если это нервный срыв из-за…

Вот дьявол! Не стоит, наверное, сейчас ей напоминать о сообщении.

«Давай же, Артур, не томи. Спроси, почему она здесь», – настойчиво шепнул голос разума.

– Это не нервный срыв, такого диагноза даже нет, – ответила Конфетка и попросила: – Уходи.

Как по голове ударило последнее слово. И может, я чертов эгоист, поступаю сейчас неправильно, надо ей дать время прийти в себя, но не могу.

Не могу уйти!

Как будто ноги сами к полу приросли посреди палаты!

– Марин, я не уйду больше никогда, – сейчас я, как никогда, серьезен. Да и шутить дальше не намерен. – Что, – пауза, – с тобой, – еще настойчивее, – случилось?

Конфетка уставилась на меня с удивлением – ну вот, хоть какие-то эмоции. Пусть удивляется, злится, убивает взглядом, но только не походит на человека, которому плевать на все происходящее вокруг.

– Артур, я… – замялась, прикусив нижнюю губу. – У меня была угроза выкидыша, – выпалила на одном дыхании и тут же снова прикрыла глаза.

И снова она меня бьет только словами. Я, наверное, сейчас похожу на ничего не понимающего придурка. Но вот это новость! Выкидыш… Значит, Конфетка…

– У нас будет ребенок? – в несколько шагов преодолел оставшееся расстояние до постели и присел на корточки, найдя ладонь Марины.

– Хорошо хоть не спросил от кого, – кивнула и даже попыталась усмехнуться.

Правда на глаза слезы наворачивались, и Марина еле сдерживала рыдания. Тяжело ей, еще я тут со своими наездами. Гинекология – мог бы и сам догадаться, баран.

Только вот никто и никогда не сообщал мне столь ошеломляющей новости.

– Не плачь, пожалуйста, – я сильнее сжимал ее ладонь, чтобы почувствовала мою поддержку. – Не могу видеть твои слезы.

– Тогда уходи, – она еле прошептала и снов открыла глаза. – Раз не можешь видеть мои…

– Я люблю тебя, – поцеловал ее ладонь и уставился на свою Конфетку. – Ну, и чего ты ревешь?

Н-да, женщины, ну вы и странные существа. Вот зачем плакать, когда радоваться надо! Говоришь ей банальные слова, которые услышать хочет, причем от души говоришь, по-настоящему, а у нее чуть ли не истерика.

– От счастья, – Марина хлюпала носом, утыкаясь мне в грудь, пока я ее обнимал. – Или от радости.

– Лучше скажи, как чувствуешь себя, счастливая ты моя? – улыбнулся, но ответить Марина не успела.

В палату вошел доктор и уставился на наш дуэт с Конфеткой.

По взгляду понятно – сейчас меня вышвырнет. Довел Марину до слез, а ей, кстати, нервничать-то нельзя. Объясняй теперь человеку, что это она от радости.

Или от счастья, что сути не меняет.

Только вот сказать не успел, что люблю я их уже обоих. Или обеих, тут как повезет. Главное, горы сверну.

Лишь бы с Конфеткой и нашим ребенком ничего не случилось.

А круто звучит – наш ребенок!

Она даже не представляет, каким счастливым сегодня сделала меня!

Марина

Артур здесь. Рядом. Не отходит, держа мою руку в своей. Знал бы он, как долго я этого момента ждала. Да, сопротивлялась своим чувствам. Не доверяла, боясь, что снова боль причинит.

Но в то же самое время ждала, что придет. И верила в его чувства. Те слова, которые он сказал во время нашего отдыха, были искренними. О том, что все в наших отношениях настоящее. Но и простить я не могла. Вот такая я непостоянная, но Лика сказала, что в моем положении это нормально.

– Перепады настроения, постоянные сомнения, даже местами вспыльчивость, – усмехнулась моя подруга и подмигнула. – Это все считается нормой при беременности.

И это мне, медику, рассказывает. Я-то на практике насмотрелась, что все может быть и по-другому, но не спорила. Пусть! Спишем на беременность.

– И что же мне делать? – я уже в сотый раз задавала этот вопрос себе, а теперь вот и Лике, на что серьезный хирург лишь усмехнулась.

– Ждать, – пожала плечами, как будто я сморозила самую большую в мире глупость. – Он приедет, поверь.

– Я не смогу ему сказать… – запнулась, мотая головой из стороны в сторону, на что Анжелика лишь фыркнула.

– Постоянные сомнения, – развела руками в разные стороны, при этом слишком уж ехидненько улыбаясь. – Ты подтверждаешь теорию, дорогая.

Сложно с этими врачами, все такие умные, но никто так и не может посоветовать, что делать дальше. Я понимаю прекрасно – ребенку нужен отец. Артур должен знать, желательно от меня.

Даже не желательно, а только от меня. И точка.

Но каждый вечер сомнения вновь и вновь накрывали меня с головой.

Ну как признаться-то, Господи?

– У нас будет ребенок? – Артур переспросил, так как у меня все же не хватило духу в лоб ответить.

Ограничилась угрозой, но мой любимый парень смышленый. Все понял правильно и помог мне, сам того не подозревая. Да уж, и как я раньше не замечала, что до тракториста ему далеко вниз. Где деревня, а где Артур?

Он не задавал банальных вопросов. Не упрекал ни в чем. И главное – не пытался снова ворошить прошлое, за что ему отдельная благодарность. Снова копаться в себе? Хватит, надоело уже заниматься самобичеванием. Проще отпустить и начать сначала. Особенно когда Артур произносит негромко:

– Не плачь, пожалуйста, – и сильнее сжимает мою ладонь, чтобы я почувствовала поддержку. – Не могу видеть твои слезы.

Сама не поняла, как разревелась. Хрен поймешь, то ли от счастья, то ли от горя. Так хочется поверить, только не могу – перед глазами то и дело стоит эта дурацкая фотография с полуобнаженной барышней.

Просит ему доверять? Дать второй шанс?

«И снова постоянные сомнения!» – звучит в голове голос Анжелики, а я вслух тихонечко фыркаю, не глядя на Артура:

– Тогда уходи, – открываю глаза, натыкаясь на смеющийся взгляд мужских глаз. – Раз не можешь видеть мои…

– Я люблю тебя, – он целует мою ладонь, а у меня увеличивается поток слез. – Ну, и чего ты ревешь? – смеется Артур, а в голове снова Анжелика Сергеевна вещает строгим голосом преподавательницы по психологии:

«Перепады настроения, дорогая!»

– От счастья, – я хлюпала носом, утыкаясь Артуру в грудь. – Или от радости.

– Лучше скажи, как чувствуешь себя, счастливая ты моя? – усмехается, но ответить я не успеваю, хотя даже рот уже открыла.

«Отлично!» – так и вертится на языке, но наш диалог прерывает зашедший в палату врач.

Бледнеет, глаза вот-вот выпадут из орбит, еще и, не дай Бог, заикаться начнет. И зачем такой грех на душу брать?

– Сергей Александрович… – я начинаю неуверенно, но громкий бас меня тут же перебивает:

– Что здесь происходит? – два шага вперед, и снова останавливается у подножья кровати. – Вы что творите, молодой человек? Ей нервничать категорически нельзя, а вы…

– Это я от радости, – вытираю слезы, перебивая строгого гинеколога, а то сейчас на бедную головушку моего вновь обретенного возлюбленного посыплются все кары небесные.

– Даже от радости, – отрезает, как будто мы два провинившихся школьника перед директором краснеем. – Нельзя!

– Больше не будем, – Артур снова целует мою ладонь, правда, так и не выпускает ее из своего цепкого захвата. – Обещаю!

И хочется верить. Снова. Хотя почему же хочется? Я ему уже верю. И никакие фотографии с обнаженными барышнями не преграда для меня.

Кстати, насчет фотографий – все-таки играет любопытство, но я пока молчу. Доктор задает стандартные вопросы, я отвечаю – ничего нового, хотя вру. Артур рядом, и это придает мне сил не сдаваться.

Угроза выкидыша минует обязательно, уж я постараюсь не подкачать. Сейчас, когда у меня снова появился смысл жизни, хочется двигаться только вперед.

С улыбкой на лице.

– Расскажешь, что за фотки тебе прислала… – черт, вспомнить бы имя, которое на экране читала, но, как назло, память будто отшибло напрочь.

– Марин, я сам разберусь, – Артур слегка кривится, видимо, эта тема и ему не интересна. – Обещаю!

Мы снова вдвоем в палате – строгий Сергей Александрович дал нам еще пять минут. В понимании врачей это минимум полчаса, но влюбленные-то вообще часов не наблюдают.

– Артур…

– Больше фоток не будет, – перебивает, не давая мне вставить ни слова. – Как и Оксаны в нашей жизни тоже.

– Наклонись ко мне, – прошу, так как капельница мешает встать. Я, конечно же, верю ему, да и сама же решила больше не придавать этому значение, но профилактические меры не повредят. – Еще раз увижу, – хватаю мужчину за галстук, притягивая к себе, когда он наклоняется ко мне, видимо, в надежде на поцелуй. – Останешься без какой-то части тела, – шиплю, как змея, прямо ему в губы. – Поверь, – расплываюсь в ехидной улыбке, – я столько лет проработала операционной сестрой, так что скальпелем пользоваться умею.

– Верю, – хрипит мой любимый, а я только сейчас понимаю, что переборщила.

Сильно уж натянула, того и гляди задушу. Отпускаю, поправляю галстук и… дарю поцелуй, на который так рассчитывал Артур.

Все, справедливость восторжествовала. Хотя нет, пока не до конца.

И когда мужчина первым отстраняется, смотрит мне в глаза, а пальцами заправляет за ушко выбившуюся прядь, негромко произношу:

– И я тебя люблю…

Артур

– Мужик, я понимаю, что тебя разрывает от чувств, – хлопнул меня по плечу Руслан, – но сейчас тебе надо собраться. Давай, – обошел он стол и опустился в кресло, – включай голову, отключай эмоции.

Легко сказать! Особенно советы давать. Я бы и сам с удовольствием кому-то дал, только ведь не спрашивают. Это Руслан может в любой ситуации и при любых обстоятельствах сохранять хладнокровие, хотя я-то знаю, что на самом деле он не робот. И ничто человеческое моему другу не чуждо.

Но сейчас мог бы и порадоваться за меня. Точнее за нас с Конфеткой. Конечно, не прошу Руслана прыгать до потолка, но можно и побольше эмоций проявить.

– Ладно, – согласился я, в общем-то понимая, что друг прав, – но потом мы обязательно отметим. Помнишь, что Феликс закатил, когда его Малинка забеременела?

– Малинка, Конфетка, – закатил Руслан глаза. – Я теряю друзей, вызывайте реанимацию, – но тут же улыбнулся, когда я сдвинул брови. – Давай сейчас с Благим разберемся, точнее с его надоедливой дочуркой, а потом уже будем отмечать.

Упоминание об Оксане резко понижает градус настроения. Но весь багаж прошлого надо оставить там же. Главное, чтобы эта стерва не приперлась вместе с папашей на встречу, иначе мирных переговоров не получится. Придушу прямо здесь.

Вчера весь день провел с Мариной – еле выгнали меня из палаты медсестры, хотя я готов был остаться там ночевать. С утра тоже заскочил, чтобы положительных эмоций перед важной встречей набраться.

«Больше не будем…»

«Я сам разберусь…»

«Обещаю!»

А слов на ветер я не бросаю. И не собираюсь отступать, даже если придется пожертвовать частью бизнеса. Феликс, конечно, по голове не погладит, но поймет.

Но за свою женщину, ребенка и счастливую семейную жизнь я буду бороться. До победного!

Иначе грош цена моему слову!

Руслан замечает, как я начинаю потирать кулаки, и поджимает губы. Понимаю друга с одного взгляда – не зря же столько лет вместе. Действительно меня в последнее время бросает из одной крайности в другую. То похож на счастливого идиота, то начинаю закипать. Надо взять себя в руки, с минуты на минуту явится Благой, и я даже знаю, что ему предложить.

Что ж, Виктор Михайлович легок на помине. И, слава богу, один. Без дочурки будет проще договориться.

Хотя бы попытаться, для этого Руслан сегодня присутствует на нашей встрече.

После стандартного приветствия с рукопожатием секретарь приносит нам кофе, и мы наконец-то переходим к сути.

– Артур, – Благой смотрит мне в глаза, а я пытаюсь по взгляду определить его дальнейшие намерения. – Ты же знаешь, если Оксанка что-то вбила себе в голову, то ее ничто не остановит.

Потому что не надо было ей потакать во всем и всегда. И корону надевать ей тоже не стоило. Любой каприз папочка выполняет по щелчку пальца – и что в итоге этот папочка имеет?

Но вслух я, конечно, этого не произношу, ведь мне не нужен скандал. Да и война ни к чему, поэтому следует поучиться у Руслана Андреевича выдержке и терпению, чем меня Бог обделил.

– Виктор Михайлович, – к удивлению даже для самого себя отвечаю довольно спокойно, – давайте все решим полюбовно. И у меня есть предложение.

Наверное, с одной стороны, я его понимал. Благой делал все для своего ребенка, пусть это и вылилось в несносный характер Оксаны. Я сейчас тоже был готов сделать все, хотя мой ребенок еще и не родился. Но я его уже люблю. И готов разорвать за него глотку любому, кто посмеет хотя бы косо посмотреть.

– И какое же? – Виктор Михайлович отвлек меня от предстоящих прелестей отцовства, спуская снова с небес на землю.

Руслан вместо ответа протянул ему документ, на который Благой сначала с подозрением смотрит. Несколько секунд переводит взгляд с меня на Руслана, но потом все-таки решает ознакомиться.

Я барабанил пальцами по столу в нетерпении, мысленно отсчитывая секунды. Никогда не думал, что так буду торопиться в больницу. Но я готов там сидеть день и ночь, только бы рядом с Мариной.

– Интересное предложение, – наконец-то Благой оторвался от чтения, снова поднимая на меня глаза. – Но мне кажется, что проблемы это не решит.

– Решит, – я киваю уверенно, так как именно сейчас настроен решительно. – Тот контракт, который я заключил в Германии, принесет большие деньги, но я должен почти год сидеть в Мюнхене, а сейчас сделать этого, увы, никак не могу. Вы берете свою… Оксану, – чуть не назвал ее избалованной стервой, – и вместе улетаете. Виктор Михайлович, вы же хотели давно подружиться с немцами, вот вам и представилась возможность.

– Тем более это ваша сфера, не зря же мы именно за этими материалами всегда обращались к вам, – Руслан забивает последний гвоздь в гроб сомнений Благого.

Умеет же, чертяка, за это и ценим нашего дорогого друга. Несмотря на его ворчливость, извечную серьезность и бескомпромиссность.

Но только не с нами. А вот конкуренты пусть начинают дрожать от страха, это мы им мигом организуем.

– Очень выгодно, – скорее себе заметил Благой, видимо, уже подсчитывая нули от предстоящей прибыли.

Он согласится. Я уверен. Оксана, хоть и строит из себя хрен пойми что, без папы никуда не денется. Тем более со мной ей не тягаться, если Виктор Михайлович прикажет. А он это умеет, хотя и крайне редко применяет кардинальные меры в отношении своей ненаглядной дочурки.

– Считайте это нашим перемирием, – я первым подал руку мужчине, прерывая затянувшуюся молчаливую паузу.

Руслан пока наблюдал за нами, не вмешиваясь. И все-таки должно было победить благоразумие.

– Идет, – подтвердил мои догадки Благой, пожав мою ладонь в ответ.

– Отлично, – я взглянул на Руслана, а он кивнул, тем самым подтверждая и свое согласие в дальнейших переговорах. – Теперь вы все рабочие моменты можете уладить с моим компаньоном, а мне пора.

Я поднялся и почти выбежал за дверь. Кажется, только пара часов, а Конфетку как будто несколько дней не видел.

Не знаю почему, но остановился я не возле цветочного, а у детского. Ну а кто знает, как сейчас Марина отреагирует на запах цветов?

Вообще-то, я настаивал, что надо ее перевести в частную клинику, даже готов был вызвать врачей из любой страны, но Лика остановила мой пыл. И так грозно сверкала своими глазищами, что даже я растерялся. Лекцию небольшую прочла и запретила геройствовать.

Целых семь месяцев!

Только баловать и Марину, и будущего малыша. Блин, ну и кто поймет этих женщин? Вот что им, скажите на милость, надо?

Ну как потакать без геройствования? Хоть бы кто объяснил, что они имеют в виду.

И вот теперь я слегка растерялся, как лучше поступить. На дверях отделения, конечно, висел список разрешенных передач, но я его проигнорировал. Деньги и Анжелика решат все проблемы, если они возникнут.

Главное, чтобы я своей Конфетке не надоел, находясь почти каждую минуту рядом.

Кстати, после выписки из больницы ее ждет сюрприз. С бабулей-то я все вопросы уже уладил и завтра перевожу вещи Марины в свою квартиру.

Я прекрасно помнил глаза девушки, когда она рассматривала ржавую десятку, а после и съемную однушку.

Надеюсь, в больницу ее не придется вести от шока?

Ведь квартира у меня, как бы помягче выразиться…

В общем, в ближайшее время я становлюсь ласковым и ручным котенком.

«Мать честная!» – я даже закатил глаза, представляя себе эту картину.

Нет, нет и еще раз нет!

Открыл дверь в палату и вошел, неся под мышкой огромного плюшевого тигра.

– Привет, – Марина расплылась в улыбке при виде меня со зверем.

Пункт номер один – узнать, что моя Конфетка любит. Подарками-то я ее закидаю, не унесет.

Пункт номер два – женщина в моем доме командовать не будет. Ну разве что изредка. И то недолго.

И пункт номер три – фамилию Конфетка меняет обязательно.

Просто пока еще не знает, какой сюрприз ее ждет!

Марина

– Как у тебя фамилия?! – мои глаза вот-вот вылезут из орбит, на что мой новоиспеченный жених лишь улыбается. – Ты обалдел?

Последний вопрос, конечно же, риторический. Вырвался просто, ведь я даже не ожидала нечто подобное услышать.

Вот кто, спрашивается, не давал мне раньше поинтересоваться биографией своего любимого? Его вкусами, желаниями, а главное – фамилией! Надо аккуратнее связи выбирать в будущем, хотя какие уж теперь в моем-то положении новые связи!

Еще и с таким собственником рядом! Как с цепи сорвался, честное слово. Шагу не дает ступить, приставая то со своими дурацкими вопросами, которые меня дико раздражают, то с какими-то не менее дурацкими предложениями.

«Малыш, прости меня и ушки закрой, но твой папа – идиот!» – я периодически глажу уже довольно округлившийся живот и тяжело вздыхаю от чрезмерной опеки Артура.

Над нами!

В этом месте обычно улыбаюсь, так как слово МЫ теперь уже в кубе как седативное для моей нервной системы.

И вот сейчас меня ждет настоящий шок! Тут ничто не спасет мои нервы, особенно когда этот негодяй продолжает скалиться и с довольной физиономией заявляет:

– Дикий Артур Вениаминович, тысяча девятьсот восемьдесят восьмого года рождения, козерог по гороскопу, не женат, но влюблен, – в этом месте он намерено делает паузу, наслаждаясь произведенным эффектом. – Размер банковского счета оглашать?

– Очень смешно, – фыркаю и с перекошенной физиономией добавляю: – Фамилию менять не буду!

– То есть Дикая Марина звучит хуже, чем… – Артур запинается и как-то уж слишком ехидно на меня смотрит. – Кстати, а как у тебя отчество?

– Негодяй! – бью легонько его по плечу и собираюсь выйти из комнаты, как Артур ловит мою руку, прижимая к своей груди.

– Всё, всё, не злись, – и делает такие невинные глазки, что хочется его еще раз треснуть. – Я же пошутил.

Конечно, пошутил, потому что все мои паспортные данные наизусть выучил. Еще, оказывается, когда мы только начинали встречаться. Руслан «пробил» всю мою подноготную – надо же, какие они прагматичные. Это я, наивная, думала, что с водителем встречаюсь. А они еще и поспорили, как оказывается!

Уложит ли меня Артур на первом свидании в постель или нет!

Как дети малые, честное слово, но сейчас я вспоминаю об этом маленьком приключении с улыбкой. Давно уже не злюсь, правда, в моменты, когда Артур ну уж очень меня напрягает своим вниманием, напоминаю о его «поступке». Губы надуваю, голову отворачиваю, а в ответ слышу грозное:

– Ты долго будешь меня этим доставать?

«Долго, дорогой, теперь моя очередь над тобой поиздеваться!»

Действует, хоть и ненадолго, а я в эти моменты наслаждаюсь тишиной и возможностью побыть в одиночестве. Хотя бы… минут двадцать. От силы тридцать.

Дольше сидеть в кабинете мой мужчина не может…

– Дикая Марина Ивановна, – произношу на выдохе, так как упрямца своего точно не отговорю от этой глупой затеи со сменой фамилии. – Офигеть, как круто!

– Я старался, – Артур кивает, нагло игнорируя мою иронию, а после на полном серьезе выдает: – Не сменишь фамилию, в ЗАГС не пойду.

– Придется найти себе кого-то попроще, – теперь моя очередь провоцировать, и тут же в ответ прилетает грозное. Я бы даже сказала – дикое:

– Марина, не нервируй меня!

– Ладно, я согласна, но имя ребенку придумываю сама! – в категоричной форме заявляю, чтобы и в мыслях не возникло вступать со мной в дискуссии. – А то ты, чувствую, напридумываешь!

– Аполлон!

– Фигалон!

Блин, ну достал уже со своим Аполлоном. Как будто нарочно меня выводит из себя.

– Вальдемар! – с пафосом вещает мой любимый и даже рукой в воздухе водит, как будто стихи о любви с выражением читает.

– Только через мой труп! – шиплю как змея, готовая броситься в любой момент на свою жертву и задушить.

Да, у нас с Артуром будет мальчик. Я очень надеюсь, что точная копия моего будущего супруга. Такой же красавчик, как и его папа. И с красивым именем!

– Дармидон! – выдает мой ненаглядный жених, еще указательный палец вверх поднимает для пущего эффекта. – Это имя тебе хоть чем не угодило? – еще и возмущается, пока я глаза закатываю и прошу Господа дать мне силы выслушать этот бред. – Сама же сказала – редкое мужское имя. Я весь Интернет перелопатил, выискивая что-то необычное.

– Редкое! – тычу Артуру пальцем в грудь. – А не дурацкое! Дикий Дармидон Артурович! Ты в своем уме?

– Н-да, что-то с Дармидоном я погорячился, – мой любимый чешет голову, кривясь. – А Ярослав чем тебе не угодил? – вспоминает вчерашний наш диалог по поводу имени, но я лишь машу рукой в ответ.

– Ярослав неплохо, но я еще подумаю, – делаю паузу и выставляю ладонь вперед. – Вопрос пока закрыт, а то мы полвечера будем слушать твои бредни.

Артур нехотя соглашается, хотя выбора-то у него нет. Чтобы побыть в одиночестве хотя бы какое-то время, я прошу достать мне персиков. Зимой. В снегопад.

– В десять часов вечера? – мой любимый чуть ли не скулит, глядя в окно. – Мариночка, солнышко, давай завтра.

– Хочу сейчас! – отрезаю, не желая выслушивать очередной скулеж, и утыкаюсь в телевизор, начиная переключать каналы.

Кстати, персики я терпеть не могу, но Артуру знать мои слабости необязательно. Этому трюку меня научила Лика, ей скоро рожать. И Феликс в последние два месяца как с цепи сорвался, удвоив… нет, утроив заботу о любимой супруге.

Неужели не понимают, как это дико раздражает, когда-то они ежеминутно крутятся перед глазами? Вот завтра Лика приедет ко мне в гости и съест все персики, уж она-то их обожает.

А пока долгожданная тишина, спокойствие и никакого мельтешения перед глазами. Я, конечно же, люблю своего будущего мужа, но иногда желание прибить его растет в геометрической прогрессии.

Квартира у Артура шикарная – у меня глаза на лоб полезли, когда после больницы он привез меня к себе. Даже на руках внес, а после с довольным видом заявил:

– Принимай свои новые владения, хозяйка!

Я обалдела второй раз. И даже расплакалась. Нет, не оттого, что квартира, машина и банковский счет у моего любимого впечатляли – за последние пару месяцев это все перестало иметь для меня значение. Я люблю Артура не за деньги, а за…

Короче, просто люблю, остальное меня уже не интересует.

– Держи, – чуть позже он вложил мне в руки банковскую карту. – Пинкод – четыре восьмерки. Безлимитная, – и поцеловал меня в нос, чем вывел из себя.

Все-таки корыстной до сих пор считает? Надо же, а такие честные глаза были, когда прощения просил за свой поступок.

– В задницу ее себе засунь! – я швырнула кредитку на стол и уже собиралась выйти из кабинета, как Артур схватил меня за руку и повернул к себе лицом.

– Конфетка, ты чего?

– И не называй меня больше Конфеткой! – выпалила ему прямо в лицо. – Я съезжаю от тебя! – ткнула пальцем ему в грудь. – Упырь!

– Нифига не понимаю, – он замотал головой из стороны в сторону. – Что не так? Или гормоны? – добивает меня.

– Все не так! – моему негодованию не было предела. – Купить меня решил?

Выдохлась, наблюдая, как у Артура сначала глаза из орбит полезли, а после лицо пошло пятнами.

«Сейчас ты получишь по полной программе, Марина!» – кричала его физиономия, а у меня аж сердце замерло в предвкушении бури.

– Я тут, понимаешь ли, о ее комфорте беспокоюсь, рай ей собираюсь подарить, подумываю, как бы звезду с неба достать, а она мне – упырь! – гневно выдает мой любимый на одном дыхании. – Знаешь что… – запинается, а глаза так и стреляют в меня крупнокалиберными патронами. – Стерва!

– Ну ладно, чего сразу так громко кричать, – я невинно похлопала глазами и забрала со стола карточку. – Четыре восьмерки так четыре восьмерки, – еще и поцеловала его, встав на цыпочки. – Я тебя люблю! Но не за это, – помахала картой перед его носом. – Понятно?

– Понятно, – проворчал в ответ, а после второго поцелуя оттаял.

Ну и стол заодно в кабинете проверили – врач-то разрешил нам сексом заниматься. Аккуратно, без фанатизма, как умеет Артур, и не слишком часто.

Н-да, боюсь представить, какие примирения у нас будут, когда малыш на свет появится…

Глажу живот, возвращаясь в реальность из приятных воспоминаний. Я счастлива. Очень. Еще и через неделю стану законной супругой Артура. Сам предложил, мне, честно говоря, не принципиально, будет ли штамп в паспорте стоять или нет. Но моего любимого мужчину такой ответ не удовлетворил.

– Даже слышать ничего не хочу! – сказал как отрезал, и стоит ли сопротивляться?

Только вот фамилия…

– Дикая Марина Ивановна, – я усмехнулась, произнося вслух. – Ладно, пусть будет Дикая. Слава Богу, хоть не Пупкина и не Жопкина, а то бы моя нервная система точно не выдержала.

Хотя кому я вру? Выдержала бы любой удар.

Лишь бы Артур всегда был рядом…

Конец