Месяц назад, Веррин – королевство ликанов

Спускаясь по каменной лестнице Миро Грайм, король Веррина не мог перестать морщиться. Подземелье, хорошо изолированное от внешнего мира, практически не вентилировалось, а потому воздух здесь был спертым и тяжелым.

Зайдя в тоннель, он подал знак страже, чтобы оставили его одного. Затем дождался, когда за последним закроется решетчатая дверь, прислонился спиной к холодному камню и скрестил руки на широкой груди.

– И как это понимать? – его бешеный взгляд прошелся по двум прикованным к стене недоумкам, что по несчастному стечению обстоятельств приходились ему родными сыновьями.

– Даже не знаю, отец. Как-то нелепо все получилось, – стоило Бунчеру пожать плечами, как на его запястьях и щиколотках зазвенели цепи.

– Нелепо? – рыкнул король. – Ты издеваешься? Вы с братом ослушались моего приказа. Опозорили наше королевство. Как какие-то головорезы, ввязались в драку с драконами, что несут службу на границе…

– Это не повод сажать нас на цепь, как блохастых шавок, – прохрипел Дарел, сплюнув на пол.

Подняв голову, он бросил на отца холодный, как лед, взгляд. Слипшиеся из-за крови и грязи пряди темных волос закрывали его лицо, но стального цвета глаза блестели даже в темноте.

– Ты так считаешь? А по мне еще какой повод, – приблизившись к старшему – на пару минут, но в королевских делах минуты решали все – сыну, Миро смерил его испепеляющим взглядом.

– Они пасутся на нашей территории.

– Была нашей! Сотню лет назад, пока ваш прапрадед не проиграл этот клочок земли в кости королю драконов Фирраксу Огнеметателю. Теперь она по праву принадлежит Виверну.

– Этому нет никаких подтверждений, ты сам говорил, – не сдавался парень, с молоком матери впитавший в себя фамильное упрямство.

– И очень об этом жалею! Чего вы хотите? Войны? Если не прекратите задирать драконов – так и будет. Кровь, разруха, смерть ваших верных подданных. Этого будущего вы хотите для Веррина?

– Нет, – в унисон ответили братья.

– Ну так и ведите себя, как подобает наследникам королевского рода Грайм, а не паршивым юнцам, решившим показать характер, – злость короля немного утихла. Достав из-за пояса связку ключей, он расстегнул кандалы, и отошел к стене, наблюдая, как сыновья разминают затекшие конечности. – Я дал вам слишком много свободы. Пришло время взяться за вас обоих как следует, и первым делом исполнить предсказание старой Мару.

Последние слова короля прозвучали для Дарела как гром среди ясного неба. Грозно зарычав, он сжал от ярости кулаки до побелевших костяшек.

– Ох, сочувствую, брат, – с жалостью в голосе протянул Бунчер.

– Ты этого не сделаешь! – обращаясь к отцу мрачно произнес старший из принцев.

– Дар, ты – будущий король ликанов по праву рождения, но до сих пор не прошел инициацию и не можешь обращаться. Люди не примут тебя, а без их поддержки Веррин распадется на части. Его поглотят твари, живущие в Безжизненных землях, драконы из Виверна, вампиры из Курезова, или маги из Барлеана. Да кто угодно, нам уже будет все равно.

– Но есть еще Бун, Фрай. Они тоже твои сыновья.

– Младшие в роду не могут наследовать волчий трон, если жив старший. Ты и сам это прекрасно знаешь. Мару ясно дала понять, что твоя женитьба на девушке из семьи драконов спасет наше королевство и подарит тебе вторую сущность, это наш единственный шанс, и упускать его я не намерен.

– Клятая ведьма еще сто лет назад сошла с ума, а ты до сих пор веришь ее бредням? – в голосе принца прозвучало ничем не прикрытое отчаяние.

– Даже если пророчество – ложь, нам не помешает укрепить союз с Виверном. Король Вермакс шан Ро нравится мне намного больше в роли дальнего родственника, чем непримиримого врага. Да и ты повзрослеешь. Наберешься ума. А то твоему высокомерию давно пора ставить памятник на центральной площади.

– Не поеду я в Виверн, – скривил свои идеально очерченные, но сейчас изрядно разбитые губы Дарел. – Тебе нужно, вот и вези сюда эту неповоротливую дракониху. А я, так уж быть, скажу «да» и надену на ее палец родовое кольцо. Если налезет, конечно же.

– Забудь про Виверн, – ехидно оскалился король.

– Это почему же?

– Похоже, не тебя одного застала врасплох перспектива скорой свадьбы. Мне донесли, что принцесса Алекса шан Ро, узнав о помолвке с тобой, в спешном порядке принялась собирать вещи, чтобы отбыть в Мантильскую академию.

– Отличные новости, что же ты сразу с них не начал? – оживился принц, обменявшись с братом понимающими ухмылками. – Избалованная принцесса подарила мне четыре года свободы. Ради этого я готов признать у нее наличие мозгов.

– Рано радуешься. За четыре года девушка может найти себе нового кавалера, выйти за него замуж, родить ребенка и никакая учеба этому не помеха. Поэтому вы с Бунчером сегодня же собираете вещи, а завтра с утра отправляетесь в дорогу. Я уже направил депешу ректору Арамистеру Полю, где просил зачислить вас с братом на боевой факультет. На людей посмотрите, себя покажите. Заодно с невестой познакомишься, глядишь не такая уж она… неповоротливая.

Широкие улыбки на лицах обоих принцев сошли на нет. Первым не выдержал Бунчер.

– А я тут при чем? – воскликнул он, уже с некоторым сожалением поглядывая на валяющиеся на каменном полу цепи.

– Ты, щенок, не меньше Дара треплешь мне нервы с момента своего рождения. Избаловала вас мать при моем полном попустительстве. У одного нос до небес задран, у второго язык без костей. Но ничего, в академии укоротят. Там сильно не церемонятся, и не важно принц ты, или сын нищего сапожника. Всех под одну гребенку стригут. Веррину не нужен самовлюбленный король и великовозрастный оболтус в лице главнокомандующего армией. И мне не важно, как хорошо ты владеешь оборотом или мечом. Поедешь вместе с братом. Заодно и проследишь, чтобы этот заносчивый гордец не придумал способ отвертеться от свадьбы. Головой отвечаешь!

– А если она не захочет за меня замуж? – в серых глазах мелькнул неподдельный интерес, мгновенно настороживший короля.

– Ты сделаешь все возможное, чтобы захотела. Хоть ковриком перед ней стелись, но чтобы девчонка ответила согласием. С ее отцом этот вопрос улажен, он вам препятствовать не будет, но и силой тащить ее к алтарю тоже. Подари ей какую-нибудь дорогую вещицу, оказывай знаки внимания. Не мне тебя учить! Смазливой рожей тебя создатель не обделил, так что будь добр постараться, – внезапно на лестнице послышался торопливый стук каблучков, заставивший братьев нахмуриться, а короля испуганно выпучить глаза. Понизив голос, он грозно оскалился. – Только попробуйте пожаловаться матери, три шкуры спу…

Договорить он не успел, так как появившаяся в подземелье высокая, но изящная блондинка в нежно-голубом платье, дернула на себя решетчатую дверь и ворвалась внутрь.

– Дарел, Бун, мальчики мои, с вами все в порядке? – Далия Грайм бросилась к сыновьям и принялась разглядывать их многочисленные ссадины и порезы. – Создатель, сколько крови! Вас надо срочно вести к лекарю.

– Но, милая… – попробовал остановить ее король, и тут же напоролся на грозный взгляд.

– А с вами, ваше величество, мы поговорим отдельно! – подав знак принцам следовать за ней, королева направилась к выходу. – Мало того, что подвергли моих детей нечеловеческим пыткам, так еще и не поставили меня в известность. Я очень на вас злюсь!

– Дали, свет мой! Я же в воспитательных целях. Только ради их благополучия! – бросив на сыновей предостерегающий взгляд, король кинулся вслед за женой.

– Что-то вид у тебя больно беззаботный для того, кому скоро предстоит проститься с холостяцкой жизнью, – толкнул брата в плечо Бун.

– Если все сложится как надо, эта свадьба не состоится.

– Ты что-то придумал?

– Ага, устрить этой драконихе рай на земле, – в стальных глазах блеснуло жаркое пламя, а губы скривились в язвительной усмешке.

Два дня спустя, Ничейные земли

Экипаж, не имевший опознавательных знаков, покачиваясь, будто пьяный прохожий, медленно полз по ухабистому участку дороги. И с каждым оборотом колеса, мое терпение истончалось до толщины зубной нити.

Тошнота, головокружение, потеря чувствительности в седалищной области – всего лишь малая часть тех трудностей, с чем мне пришлось столкнуться за двадцать четыре часа поездки.

А если прибавить к ним унылое лицо сидящего напротив мистера Соссиджа, преподавателя королевского этикета, что с позволения отца вызвался сопровождать меня в пути, становилось понятно мое желание немедленно сойти на землю.

Можно даже не тревожа возницу, на полном ходу.

Ведь был же отличный вариант – пролететь этот путь на драконе. Любой из способных к обороту воинов моего отца почтил бы за честь стать моим перевозчиком. Но нет!

Барлеанскому королю Леопольду, чья юрисдикция распространялась и на Мантильскую академию, расположенную на Ничейных землях, пять лет назад приспичило издать глупый указ о запрете воздушного транспорта на подвластной ему территории.

С чем это связано, до сих пор неизвестно, но итог один – приходилось трястись в душном пространстве, слушая то нудный бубнеж надоевшего попутчика, то хриплое карканье запряженных в экипаж грифонов.

Впрочем, на последних я совсем не обижалась.

Статные животные, с жесткими шкурами, гладкими перышками на рудиментарных крыльях, острыми клювами и мощными лапами, не зная усталости и отдыха неслись вперед.

Возница, видя нависшие над нами черные тучи, понукал их громкими криками, торопясь домчаться до ближайшего трактира, где, если верить дорожной карте, можно было разжиться сытным ужином и переждать непогоду.

– Сдается мне, ваше высочество, не успеем мы дотемна. Ливень начнется с минуты на минуту, и дай создатель, чтобы к утру закончился. Промокнем, как пить дать промокнем, – занимавший больше половины тесного пространства Плиссер Соссидж, обливаясь потом, поправлял подъягодичную подушку, с которой не расставался на протяжении всего путешествия.

Своим внешним видом она напоминала стульчак ватерклозета, чем сильно меня смешила. Но это в начале пути. Сейчас я откровенно ему завидовала, чувствуя, что к концу поездки мне придется заново учиться уходить.

– Мистер Соссидж, я настояла на поездке инкогнито, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. А вы, называя меня по титулу, все портите. Прошу, не забывайте, сейчас для вас я просто – Алекса. И дождь всяко лучше нескончаемой духоты, – отбросив за спину спутанные темные локоны, я вытащила из ридикюля белый платок и протерла шею. – Даже если слегка промокнем, кто нас знает в этом трактире? И внимания не обратят. А если вдруг найдутся любопытные, позаботимся, чтобы не трепали языками.

– Не совсем понял ваши последние слова, Алекса, – нахмурился пожилой мужчина, – что значит «позаботимся»?

– Простите. Просто я сейчас в том юном возрасте, когда на уме у девушек только одно, – изобразила я притворное смущение.

– Бравые юноши, – разулыбался мой провожатый.

– Жажда убийства, – стерла я одной фразой весь его благодушный настрой.

Хорошенько прокашлявшись, мужчина поспешно отвернулся к окну, и с брезгливым интересом принялся изучать местную флору. А я, оставшись наедине со своими мыслями, начала вспоминать наставления, что раздавали мама с сестрой перед тем, как отправить меня в дорогу.

Обе ведьмочки закончили Мантильскую академию с красными дипломами, одна факультет некромантии, вторая – газетного дела, и очень надеялись, что я не посрамлю честь семьи и продолжу эту славную традицию.

Наивные.

Я выбрала учебу, потому что перспектива ее не выбрать грозила навязанным браком с принцем ликанов.

Всю жизнь воевали с блохастыми варварами из Веррина за клочок приграничной территории, а теперь тоже мне придумали, свадьбу сыграть!

Участвовать в этом фарсе я не собиралась, и решила отсидеться в стенах академии. Глядишь, пока я развиваю свой дар, найдут этому напыщенному индюку невесту посговорчивее.

И в Курезове, и в Барлеане тоже принцессы имеются, чего они к драконам лезут? Я, к сожалению, оборачиваться не умею, зато магией так приложу, еще долго не оклемаются.

Мои кровожадные мысли прервал жуткий треск. Экипаж резко накренился и начал заваливаться на бок.

Чудом успев схватиться за деревянный поручень, я больно приложилась головой о что-то металлическое, но все же избежала участи пострашнее смерти. А именно быть погребенной под грузной тушей мистера Соссиджа, который, с пронзительным визгом: «Помогите, убивают!», словно мячик скакал по двери упавшего экипажа, вцепившись руками в свою подъягодичную подушку.

Представляю, какими заголовками газеты описали бы мою кончину – «Сенсация! Принцесса Виверна сбежала от навязанного родней жениха, чтобы на полпути в академию превратиться в раздавленную картофелину».

Головокружение сменилось острой болью в висках. Пышные юбки дорожного платья уберегли от переломов, но не от подступающей к горлу тошноты. Я пошевелила пальцами рук и ног. Вроде работают, значит позвоночник не сломан.

Где-то снаружи слышалось возмущенное карканье грифонов и причитания возницы, чей несчастный голос заставил меня превозмочь начинающую разрастаться мигрень, и подать признаки пока еще теплящейся в моем бренном теле жизни.

Стон вышел добротный, с надрывом, вынудивший замолчать даже копошащегося подо мной пожилого мужчину.

Дверь над головой отворилась, и в проеме возникло испачканное в грязи лицо Грошина.

– Слава создателю, живы! – воскликнул возница и, просунув руку, схватил меня за кружевной ворот.

Вызволить нас с мистером Соссиджем из экипажа было непросто. Упали мы прямиком в расположенную у края дороги лужу, так что бедному Грошину, что самоотверженно стоял по щиколотку в воде, приходилось вытягивать нас одного за другим. И если моя комплекция много хлопот ему не доставила, с моим откормленным на королевских супах попутчиком пришлось изрядно повозиться.

Как позже выяснилось, экипаж налетел на большой камень. Колесо не выдержало и сломалось, отчего нас и занесло.

Грошин укатился в кусты и стал гордым обладателем пары царапин на лице и ногах. А тройка грифонов, к большому счастью, отделалась легким испугом и теперь паслась рядом, высматривая местность на наличие вкусной живности.

– Вот и приехали, – подвела я логичный итог нашему путешествию.

– Что же нам теперь делать? – тут же заныл развалившийся на траве мистер Соссидж, – Грошин, поганец, это все из-за тебя!

– Прекратите! – я так резко подскочила, что перед глазами заплясали звезды. – Грошин ни в чем не виноват. Он помог нам выбраться, и уже за одно это вы должны быть ему благодарны.

– Спасибо, ваше высочество, – грустно вздохнув, стоящий рядом возница опустил голову. – Колесо я посмотрел. Его, к сожалению, только выкинуть осталось.

– Ууууу, – создатель, снова нытье! Если этот невозможный мужчина не заткнется, клянусь, я сниму сапожок и хорошенько его им отхлестаю!

Словно прочитав мои мрачные мысли мистер Соссидж закрыл рот, а Грошин наоборот, выступил с дельным предложением.

– Ваше высочество, до нужного нам трактира не больше половины лье (*1 лье = 5,556 километров). Прямо и под горку. Давайте я быстро сбегаю, попрошу помощи и вернусь. За час точно управлюсь.

Поплотнее завернувшись в отцовский черный плащ, который стащила на память с собой в поездку, я перевела взгляд на небо. Черная туча становилась все гуще, хотя, казалось бы, куда уж больше. Того и гляди грянет гром и польется дождь. А попасть под него посреди пустынной дороги, да еще и в темное время суток, мне хотелось меньше всего на свете.

– Грошин, я пойду с тобой, – на меня тут же уставились две пары удивленных глаз. – Ну чего? Сам сказал, что идти не долго. Мистер Соссидж пока посторожит грифонов, карету и чемоданы, а мы доберемся до трактира и пришлем ему подмогу.

– Я категорически не согласен! –  преподаватель этикета так перепугался оставаться в одиночестве, что, позабыв про ушибленные конечности и свою неповоротливую фигуру, резво вскочил на ноги. – Его величество, ваш отец велел мне не отходить от вас ни на шаг, и я не собираюсь нарушать данное ему слово!

– Но кто-то должен остаться с вещами и животными, – от усталости и безысходности положения, мне хотелось выть на луну, что скрывали тучи, но и тут Грошин пришел на помощь.

– Ваше высочество, тут и вправду недалеко.  Давайте я останусь, а вы отправитесь вдвоем?

На том и порешили.

Перебросив через плечо ремень небольшого саквояжа с вещами первой необходимости, я натянула чуть ли не до подбородка капюшон плаща, дождалась, когда мой попутчик соберется с силами – так он обозвал свой поход в кустики – и отправилась в путь.

Непогода не заставила себя долго ждать. Не успели грифоны с Грошином остаться за спиной, как в лицо ударил прохладный ветер, а за ним следом на землю обрушилась стена ледяной воды.

Говорят, все познается в сравнении. Так вот, мои страдания от поездки в экипаже не отражали и десятой доли того, что я испытывала сейчас. Промокшая до нитки и продрогшая до костей, я едва переставляла ноги, костеря на чем свет мужчину, который вместо того, чтобы молча идти следом, не прекращал стенать громче мерзкого дождя.

Ну почему я так сглупила, отказавшись от достойного принцессы сопровождения? Для чего придумала эту ерунду с тайной поездкой, и уговорила маму? Зачем послушалась отца и согласилась на самого беспомощного в мире попутчика?

Вопросы, вопросы, вопросы… Ты сама во всем виновата Алекса, вот и терпи!

Возможно, другая на моем месте сдалась бы и ударилась в плач, но во мне текла кровь королей Виверна, а слезы для дракона, как любил повторять мой дедушка, непозволительная слабость. Вот и приходилось заменять их бешеной злостью на собственный идиотизм.

При виде показавшихся впереди одноэтажных домиков, среди которых согласно карте должен был находиться безымянный трактир с теплой пищей и гостеприимным кровом, я воспряла духом. И даже ускорила шаг, подгоняя мистера Соссиджа, принявшегося громко благодарить небеса за ниспосланное спасение.

Первым на пути нам попалось здание, напоминающее пристройки, в которых у меня на родине держали грифонов. И не только внешним видом, но и исходящим от него терпким запахом навоза.

Логично рассудив, что это не то что нам нужно, мы, не останавливаясь, пошли дальше.

Людей на улице – ни души. В окнах небольших домиков нет даже отблеска света. Странное место. Будто вымерли все кругом.

– Ваше выс… – вдруг воскликнул мой спутник, больно схватившись за мое плечо.

– Тссс! – прижав дрожащий палец к синим от холода губам, я бросила на него испепеляющий взгляд. – Запомните уже – Алекса!

– Да-да! Алекса, мне послышались какие-то звуки. Там за углом, – он ткнул пальцем в темный переулок между двумя домами. – Может вы… проверите, а я тут покараулю?

И после этого женщин называют слабым полом? Ха!

Можно, конечно, взбунтоваться и потребовать от него выполнить данное отцу обещание защищать меня ценой собственной жизни, но этот трусливый зануда даже при громком чихе наделает в штаны и свалится с сердечным приступом.

Нет уж, хоть и страшно, но лучше самой.

Крадясь на цыпочках вдоль каменной стены, я на всякий случай потянулась к магическому резерву, готовая в любой момент ударить по предполагаемому противнику потоком плотного воздуха.

Сильного вреда не причиню, так как дождь еще не закончился, а половина моих сил уходила на обогрев замерзшего организма, но задержать на достаточное для побега время проблем не составит.

Затаив дыхание, я осторожно выглянула из-за угла, хлопнула пару раз глазами и шумно выдохнула.

– Мистер Соссидж, идите сюда! – и минуты не прошло, как за спиной раздалось натяжное сопение, икание и покашливание. – Кажется, мы на месте.

Я ткнула пальцем в стоящее с другой стороны дороги захудалое двухэтажное здание.

Выстроенное из необтесанных валунов оно скорее пугало, а не завлекало своей мрачностью. Но, судя по всему, именно здесь любили собираться все жители этой маленькой деревушки.

Над входом болталась потрепанная вывеска, с изображением огромной кружки, которая раньше сверкала на солнце, а сейчас изрядно потемнела, то ли от времени, то ли от сырости, то ли от того и другого вместе.

Из окон на первом этаже бил свет от свечей и масляных ламп. А если прислушаться, сквозь несмолкающий ливень можно было различить звуки скрипки, топот сапог и звонкий смех.

– Что же мы тут мокнем? – воскликнул мой спутник, и первым рванул вперед.

Едва поспевая за ним, я поскользнулась у самого входа, и чуть не улетела в грязь лицом. Благо вовремя подвернулась ручка двери, вцепившись в которую я выровняла дыхание. Затем поправила задравшуюся полу плаща, натянула пониже капюшон и зашла внутрь.

Клубы табачного дыма, смешиваясь со стойким запахом перегара, проникали в ноздри и вызывали неодолимое желание чихнуть.

Очутившись после ледяного дождя в тепле, я почувствовала себя так, словно на голодный желудок выпила целую кружку эля. В секунду разомлела и размякла, и не поддержи меня мистер Соссидж, плюхнулась бы на одну из потертых дубовых скамеек, что занимала разношерстная компания людей самого разной наружности.

Кап. Кап. Кап.

Я опустила голову.

Из-за стекавшей с плаща и нижних юбок воды, под ногами образовалось настоящее озеро. Того и гляди выйдет из берегов, затапливая все вокруг.

Воспользовавшись остатками магии, я сосредоточилась на своей одежде, и мысленно представив, как она постепенно избавляется от влаги, высушила ее вплоть до панталон. Затем потянулась сознанием к одежде мистера Соссиджа, но не удержав в голове образ его безразмерных кальсон, прыснула от смеха, чем привлекла к себе внимание сидевшего неподалеку плечистого парня с белыми, как снег волосами.

Оторвавшись от упитанной молодой прислужницы, что сидела на его коленях, он поднял на меня полные любопытства карие глаза. А когда не получилось разглядеть за капюшоном лица, снова отвлекся на маячившие перед носом прелести красотки.

– Дорогая, побудьте пока здесь, я справлюсь о комнатах и ужине, – донесся до меня сквозь царивший в трактире шум, голос моего попутчика. Кивнув, я отошла к стене, сложила руки под плащом, и пытаясь игнорировать запахи горячего супа, мяса и свежего хлеба, принялась разглядывать местных жителей.

Ходящий от стола к столу мужчина-скрипач и танцующая босоногая девушка в пестром платье походили на странствующую из королевства в королевство замужнюю пару. Малолетний рыжий верзила, что стоял за стойкой протирая кружки и разливая эль, скорее всего приходился сыном или племянником хозяину трактира. А высокая мужеподобная женщина, что заведовала прислужницами – женой.

Далее мой взгляд начал блуждать по гостям, пока не остановился на самом дальнем столе, за которым четверо мужчин играло в кости. Словно почувствовав что-то, один из них поднял темную голову, и на секунду мне показалось, что я снова на улице, мерзну под ледяным дождем.

Холодный взгляд серых, как небо в шторм глаз, что пробежался по толпе, ненадолго задержавшись на моей скромной персоне, обжигал сильнее пламени, вызывая в животе непонятное томление.

Парень оказался намного моложе окружавших его мужчин, может всего года на три старше меня самой, не больше. И даже понимая, что за капюшоном плаща он ничего не разглядит, все равно чувствовала, как по спине бегает рой противных мурашек.

Черные пряди волос небрежно спадали на лоб, делая его похожим на ленивого хищника неизвестной породы. Правильные черты лица сильно напоминали уже виденного мною ранее блондина с прислужницей на коленях.

Они явно приходились друг другу если не братьями, то очень близкими родственниками. Тот же ровный нос, полноватая, по сравнению с верхней, капризно изогнутая нижняя губа. Тот же кожаный доломан, небрежно накинутая на такие же широкие плечи. Не считая цвета глаз и волос, их различало только одно – если блондин казался улыбчивым и открытым, у брюнета на лице отражалась уже сроднившаяся с ним печать снисхождения.

– Эй, поберегись!

Я так увлеклась, разглядывая незнакомца, что не сразу заметила летящую на меня внушительную фигуру. А когда все же обратила внимание, отступать было уже поздно.

Крепко зажмурившись, я вытянула перед собой руки, отдавая последние силы на образование воздушной стены, соприкоснувшись с которой, здоровый мужчина, с перекошенным от злости лицом, отпружинил и впечатался в противоположную стену.

Его рев был сродни реву спаривающихся элифанусов – гигантских животных, размером с одноэтажный дом, имеющих три длинных хобота и острые бивни. Путешествуя вместе с бродячим цирком, они часто приезжают в столицу драконьего королевства и катают на своих широченных спинах маленьких детей. И вроде бы шуму от них никакого, но как только наступает брачный сезон…

Так вот, уже пришедший в себя громила, что едва не сровнял меня со стеной, ревел очень похоже: громогласно, утробно и до звона в ушах оглушающе.

Он так размашисто работал руками, пытаясь подняться и снова накинуться на меня, но уже не случайно, а с явными агрессивными намерениями, что раскидал в стороны несколько постояльцев.

Завязалась нешуточная драка.

Подносы и тарелки полетели в разные стороны. Мужчины бросались на мужчин, женщин жались к стенам, подбадривая своих кавалеров. И все это мракобесие сопровождал стон несмолкающей скрипки.

Глаза против воли вернулись к черноволосому незнакомцу, который в отличие от своих приятелей в потасовку не полез. Развалившись на скамье, он с нескрываемым презрением наблюдал за происходящим, изредка кривя свой идеальный рот в ироничной усмешке.

И чего я так пялюсь на этого высокомерного типа? Не иначе переохлаждение. Никогда не любила заносчивых парней, а тут невооруженным взглядом видно, что если бы его спесь была тучей, то заволокла бы собой весь Барлеан.

– Это все из-за нее! – раздался гнусавый голос. – Держи ведьму!

Зачинщик драки все же разглядел меня в толпе, и был готов в любую секунду атаковать. Остальные присутствующие повернулись в мою сторону, и даже скрипач прекратил пиликать на своем инструменте.

– Точно! Это она, это ведьма! Хватайте ее!

Затаив дыхание, я заметалась на месте. Единственным выходом была дверь за моей спиной, но даже понимая, что нужно бежать и как можно дальше от этого места, я не хотела обратно под дождь.

Правда… умирать в безымянном трактире посреди Ничейных земель не хотелось еще сильнее.

Как любил в шутку повторять мой дядя, военачальник драконьей армии Леан шан Ро – в стратегическом отступлении нет ничего позорного, если убегать с гордо поднятой головой. Вот и я, задрав свою к потолку, ткнула пальцем вверх и заорала:

– Спасайтесь! Дракон! – а когда все отвлеклись, рванула на себя дверь и выбежала на улицу.

Обильный ливень успел смениться мелкой моросью и сильным туманом, из-за которого дальше туаза (*в 1 туазе = 1,949 метров) не было видно вообще ничего.

Сердце стучало как ненормальное, так и норовя выпрыгнуть из груди, а головная боль, что утихла, стоило мне очутиться в тепле, вернулась с новой силой.

Обогнув здание, я услышала странный шум, будто кто-то заходился в неистовом ржании. Вскоре показался воткнутый в землю деревянный брус, к которому было привязано напоминавшее безрогого оленя животное.

Лошадь.

У нас в Виверне они почему-то не водились, но, если верить потрепанной детской книжке с картинками всех живущих на земле видов животных, выглядели именно так.

Мама рассказывала, что лошади хоть и уступают в скорости грифонам, зато, в отличие от них, могут везти человека на своей спине по нескольку дней, а это как раз то, что мне нужно!

– Тихо-тихо, миленький. Я только поглажу! – прошептала я, медленно приближаясь к зверю.

Шаг, второй…

Внезапно талию обхватили чьи-то сильные руки, и меня прижали к крепкой мужской груди.

– Далеко собралась на моей лошади, детка?

Низкий грубоватый голос ввел в глубокий ступор.

Легко приподняв над землей, меня резко развернули и прижали лицом к крепкой мужской груди. А когда все же удалось задрать голову и разглядеть наглеца, я задохнулась от неожиданности.

Надо мной, словно каменный утес, возвышался тот самый брюнет из трактира, подглядывая за которым, я едва не стала жертвой пьяного громилы. И хоть его вины в том не было, мой разум отказывался это признавать.

Видя его только по пояс, я даже представить не могла, какой он высокий и опасный. Под кожаным доломаном перекатывались мускулы, а пристальный взгляд все пытался разглядеть в черном зеве плаща мое лицо.

Слава создателю, безрезультатно!

– Я… я просто проходила мимо, – в горле резко пересохло, из-за чего в голосе проскочили хриплые нотки.

– Кому другому заливать будешь. Я видел, как ты подкрадывалась к Пайпер.

– Пайпер?

– Моя лошадь. Так ее зовут, – он кивнул на бьющее копытами о землю животное. – Мне совсем не хочется с ней расставаться, так что тебе лучше поискать другую.

Где-то в отдалении раздались страшные крики, услышав которые, я почувствовала, как по спине пробежал мороз.

– Тебя потеряли, – издевательски усмехнулся парень, – лучше поторопись.

Я бы, конечно, поторопилась, если бы он разжал хватку, и даже собралась ему об этом сообщить, но вдруг из тумана выступил знакомый блондин, что при виде нас, удивленно присвистнул.

– А ты времени зря не теряешь, Дар. Кого успел подцепить?

– Несостоявшуюся воришку, – продолжая пялиться на мой капюшон, ответил ему брюнет, – чуть без лошади меня не оставила.

– Ничего подобного! – возмутилась я, решив отпираться до последнего. – Это лишь ваши домыслы, за руку меня никто не ловил!

– Какой нежный голосок у твоего воришки, – теперь голос блондина звучал за моей спиной, – ты же не против, если я взгляну?

«Взгляну? На что?» – подумала я, и тут же почувствовала, как в лицо ударили мелкие капли дождя. Капюшон слетел на спину. Спутанные в дороге темные локоны пышным каскадом рассыпались по плечам и до самой талии. А губы, против воли, сложились в очень гневную букву «О».

У брюнета, которого его родственник назвал Даром, нервно дернулся кадык, а в стального цвета глазах полыхнуло оранжевое пламя. Хватка ладоней, что продолжали сжимать меня в объятиях, стала жестче, а ухмылочка на губах из издевательской превратилась в какую-то зловещую.

– Кажется, вы собирались меня отпустить, – напомнила я, старательно игнорируя расцветавшую пышным цветом панику.

– Бун, разве я сказал что-то подобное?

– Не слышал, – отозвался блондин, – какой дурак по доброй воле такое сокровище из рук выпустит?

– Прости, детка, я передумал, – пожал плечами удерживающий меня мерзавец, – сначала ты расскажешь, кто такая и куда собралась.

Ага, бегу и спотыкаюсь!

Его взгляд откровенно пугал, заставляя чувствовать себя попавшей в лапы голодного кота маленькой мышкой. Того и гляди наброситься и сожрет, а мне и возразить нечего. Не пищать же, что невкусная.

Нервно облизав губы, я гордо задрала нос.

– Ничего я вам не расскажу. Это не ваше дело. И прошу, пока еще по-хорошему, отпустите меня немедленно!

– А девчонка с норовом, – одобрительно протянул вставший за плечом своего родственника блондин.

Попадись мне под руку что-нибудь тяжелое, с превеликой радостью саданула бы ему по голове.

– А что будет по-плохому? – с притворным любопытством в голосе поинтересовался брюнет.

– Я… я закричу!

– Брось, неужели ты хочешь, чтобы сюда сбежались все пьяницы из трактира?

Конечно, я этого не хотела. Но и в их компании оставаться тоже. Поэтому, проверив свой резерв, который неплохо подпитался за счет упорно взращиваемой злости, решила применить хитрость.

– Ах, как же мне плохо! – сделав вид, что вот-вот упаду в обморок, я максимально расслабилась, дождалась, когда брюнет потеряет бдительность, и со всей силы саданула ему коленом промеж ног.

А когда он отпустил меня и согнулся от боли пополам, вытянула вперед ладони и послала мощный заряд воздуха, отправивший обоих парней в быстрый полет.

Не мешкая ни секунды, я бросилась к лошади, отвязала ее от бруса и, воспользовавшись свисающей сбоку металлической ступенькой, запрыгнула ей на спину. Прямо на удобное кожаное сидение. Затем поправила болтающийся у бедер саквояж, схватилась за ремешки, что крепились к пасти животного, дернула за них, и инстинктивно хлопнула каблуками сапожков по бокам.

– Стой, мелкая зараза! – раздался яростный рык, в ответ на который я продемонстрировала успевшему очухаться брюнету средний палец. И едва не свалилась на землю, когда Пайпер понеслась вперед.

Сон был тревожный и жуткий. Такой, где ты знаешь, что спишь, но никак не можешь проснуться. В нем я убегала от кровожадных монстров с перекошенными лицами, что держали перед собой факелы, и кричали: «Сжечь ведьму!». Но все никак не могла оторваться.

Наконец, впереди показался обрыв, и я будто наяву почувствовала, как соскальзываю вниз. Прямо в черную пропасть, на дне которой покоились острые камни. И если бы не громкое ржание, заставившее меня встрепенуться, я бы не удержалась и… упала с лошади.

Резко привстав, я протерла глаза, стряхивая остатки сна, и погладила вовремя разбудившую меня Пайпер по росшим вдоль ее длинной шеи гладким волосам.

– Спасибо, девочка, ты спасла меня от синяков! – лошадь ответила слабым кивком головы и поплелась дальше, по разбитой каменной дороге.

Убегая из деревушки, я думала о том, как вернусь обратно к Грошину, мы с ним дождемся мистера Соссиджа, починим экипаж и снова отправимся в путь, но, похоже, в темноте сбилась с пути, и сейчас, ранним утром, очутилась неизвестно где.

В сопровождении уставшей лошади, без еды и воды, посреди унылой пустоши – отличная поездочка, ничего не скажешь.

Мои мама с сестрой умудрялись путешествовать по Ничейным землям без каких-либо приключений. А я впервые в жизни решила поиграть в самостоятельность – и вот вам здравствуйте! То сломанное колесо, то трактирный пьяница, то заносчивый брюнет, у которого я украла лошадь.

А украла ли? Очень сомневаюсь. Буду считать мою красавицу Пайпер наградой за моральный ущерб!

Еще бы живой до академии добраться, а то с моим-то везением…

Внезапно за спиной раздалось уже знакомое ржание, заставившее нас прижаться к краю дороги. Две черные лошади несли новенький позолоченный экипаж, на двери которого висел герб королевского дома Курезова, королевства вампиров.

Поравнявшись со мной, он замедлил ход, и из окошка выглянуло миловидное лицо молодой блондинки. Окинув меня цепким взглядом, она поморщила нос, и обратилась к своему вознице.

– Ной, не останавливайся! Мы нищим не подаем! – мужчина подстегнул лошадей, увеличивая скорость, и уже через пару минут экипаж умчался вперед.

Скрипнув крепко сжатыми зубами, я уставилась ему вслед.

– До чего же надменная вампирша? Нищим она не подает. А где милосердие? Гуманность? И вообще, разве я похожа на нищую? – Пайпер, будто задумавшись, повернула ко мне голову, а затем вновь уставилась себе под ноги.

Разумно предположив, что лучшим решением в моей ситуации будет последовать за экипажем, я дернула за кожаные ремни, но лошадь не отреагировала.

– Девочка, милая, я знаю, как сильно ты устала, но давай проедем еще хотя бы один лье? – тишина.

Позабыв о внушаемых мне с детства манерах, я засунула в рот два пальца и громко свистнула. На грифонах этот способ, которому научил меня мой дядя Ярракс, работал безотказно. Вот и Пайпер, резко сорвавшись с места, понеслась вперед так быстро, будто за нами гналась шайка разбойников.

Увидев впереди очертания замка, отгородившегося от всего мира высоким забором и живой изгородью из колючего крыжовника, я заметно приободрилась, а подъехав ближе и заметив на кованых воротах табличку с надписью: «Мантильская академия магических талантов», едва сдержалась, чтобы не запрыгать от радости.

У меня получилось!

Двое грозных охранников в одинаковых коричневых плащах, даже не подумав помочь мне спешиться, грозно брякнули копьями.

– Документы!

– Но я…

– Документы! – Ладно, похоже других слов в их скудном запасе не имеется.

Снова использовав металлическую ступеньку, я спрыгнула на землю, и едва не застонала, почувствовав боль во всех мышцах разом. Отдышавшись, открыла саквояж, достала бумаги, скрепленные королевской печатью отца, и сунула их в протянутые руки.

Мужчины быстро ознакомились с содержимым, перевели на меня удивленные взгляды, и тут же рассыпались в поклонах.

– Ваше высочество, мы рады приветствовать вас в Мантильской академии. Просим прощения за столь грубый прием. Уж очень много самозванцев, прикинувшись студентами, пытается проникнуть на нашу территорию, а вы еще и без сопровождения… Позвольте узнать, где ваши вещи?

Какой интересный вопрос. И что отвечать прикажите?

– Кхм… мы немного разминулись, но они должны прибыть в скором времени. Мне нужно заглянуть к ректору, не могли бы вы позаботиться о моей лошади, она нуждается в еде и должном уходе.

Когда они клятвенно заверили меня, что сделают все в лучшем виде, я подошла к Пайпер, и на прощание провела ладонью по ее мягкой шкурке, пока не наткнулась на странное клеймо с изображением скалящегося волка.

– Бедняжка, как же этот изверг над тобой издевался! – прикусив нижнюю губу, протянула я. – Зато теперь ты со мной, и никто не посмеет причинить тебе боль.

Фыркнув, лошадь ткнула меня носом в шею, и зацокала копытами по каменной брусчатке.

В прошлый мой визит, когда мы всей семьей решили проведать мою старшую сестренку Мику, встреча оказалась короткой и проходила в летнем саду. Тогда мне не удалось побывать внутри академии и насладиться ее пышным убранством, зато сейчас я могла бы наверстывать упущенное с утроенной энергией… если бы не чувствовала себя разбитой, как встретившаяся с полом ваза.

Родовому замку королей Виверна этот уступал размерами, но не по красоте и богатству.

Дорогой паркет, украшенный лепниной потолок, расписанные витрины, и миллионы картин в золотых рамках, с изображением когда-то преподававших здесь господ и дам, превращали его в настоящий музей, на исследование которого потребовался бы не один день. И пока я бродила вдоль всего этого великолепия в поисках преподавательского крыла, за спиной раздался разноголосый шум.

Три молодые студентки, одетые в одинаковые голубые платья с белыми фартучками, заметив меня, переглянулись и разразились громким смехом, который смолк только когда его обладательницы скрылись за углом.

И что их так развеселило?

Я опустила взгляд на испачканные пятнами юбки дорожного платья, грязные руки, свисающие неопрятными сосульками волосы… Слава создателю поблизости не было зеркала. Боюсь представить, на что походило мое лицо.

Эх, вот бы сначала принять горячую ванну, переодеться, отдохнуть, и предстать перед приемной комиссией, во главе с ректором, во всей своей красе. Но без должного оформления и бумаг о зачислении, максимум на что я могла рассчитывать – это общая туалетная комната.

Кстати, а где она?

Не успела я оглядеться, как передо мной выросла мрачная фигура в черной униформе.

– Кто такая будете?

Ни здравствуйте, ни позвольте представиться!

Горбатый старик с длинными темными волосами, сливообразным носом и выступающим вперед подбородком уставился на меня так, словно я своим внешним видом, оскорбила его чувство прекрасного. А сам при этом пах как сточная канава, и катал на своем плече упитанную маленькую крысу.

Возможно, другая на моем месте отшатнулась бы или с громким визгом умчалась прочь. На что, я уверена, и был расчет. Но на моем лице отразилось лишь легкое любопытство.

У меня в няньках был любимый фамильяр моей мамы говорящий мышонок Маус, который своим занудством мог вывести из себя даже святого. Так что боязнь грызунов в моем списке страхов отсутствовала напрочь.

– Принцесса Виверна Алекса шан Ро, – гордо приподняв подбородок, я сунула под его синюшный нос свои бумаги, – проводите меня, пожалуйста, к ректору.

Недоверие во взгляде мужчины никуда не делось, но перечить он не стал. Бросил через плечо: «Следуйте за мной», и направился в сторону скрытой за проходом лестницы.

Поднявшись на второй этаж, мы еще некоторое время петляли по коридорам, пока не остановились перед тяжелыми двустворчатыми дверьми. Постучав и получив разрешение войти, мужчина пропустил меня вперед.

– Ректор Поль, – поклонился он сидящему за деревянным столом сухощавому старику с поджатыми до тонкой линии губами и крючковатым носом, – эта особа утверждает, что она принцесса драконьего королевства, и приехала поступать в нашу академию.

– «Утверждает»? – возмутилась я. – Я предоставила вам свои документы, где черным по белому сказано, кто я такая.

– Любые бумажки можно подделать, милочка, – буркнул себе под нос мой сопровождающий, – а ваш внешний вид не располагает к доверию.

– Да что вы себе…

– Успокойтесь! – окинув меня брезгливым взглядом, ректор кивнул недоверчивому болвану. – Сализер, благодарю, можешь идти. Мы сами во всем разберемся.

Только сейчас я заметила, что в кабинете, кроме нас троих, находилось еще двое человек. По правую руку от ректора сидела пожилая дама с седыми буклями, а по левую – мужчина лет сорока, с рыжими волосами и широким улыбающимся лицом.

Как и ректор, они до деталей разглядели мое испачканное платье, но в отличие от его мелких глазок, в их читалось лишь любопытство и капелька жалости.

– Не обращайте внимание на нашего смотрителя за порядком, милая моя, – с участием в голосе произнесла женщина, – Сализер мужчина очень ответственный, но с серьезными проблемами со зрением. Очки он считает изобретением дьявола, так что боюсь, в ваших бумагах он ни слова не разобрал.

– Но вы можете показать их нам, – подхватил ее рыжий коллега, – хотя, даже не глядя в них могу с уверенностью заявить, что передо мной родная дочь Джорджи Лоуэл. Те же черты лица, тот же проказливый взгляд. Будь я проклят, если ошибаюсь!

– Не ошибаетесь, – расплылась я в ответной улыбке, – ее величество Джорджи шан Ро моя мама*. А вы знакомы?

– Были, – кивнул он. – Правда, еще до того, как она получила столь громкий титул. Учились вместе, только я на факультете зоологии, а она – некромантии. Боливар Суфье, к вашим услугам.

Поднявшись со стула, он отвесил мне поклон, в ответ на который я исполнила нечто очень отдаленно напоминающее реверанс.

– А меня можете звать миссис Судэй, милая моя, – кивнула мне женщина, – если все сложится удачно, мы будем часто встречаться на уроках ботаники.

– А я все же хотел бы взглянуть на ваши документы, – грубо прервал наше знакомство Арамистер Поль.

Как точно моя сестренка Мика описала этого вредного старика. Ворчливый, вечно всем недовольный, он относился к тому типу людей, к кому хочется подойти и поинтересоваться, не сложно ли им живется с такой злобой на весь белый свет. Но вместо этого, я положила на стол бумаги и отошла в сторону, ожидая, когда он закончит читать.

– Алекса шан Ро, – протянул ректор после того, как исследовал на свету отцовскую печать, – вижу, что документ подлинный. Депешу от его величества короля Вермакса о вашем скором приезде мы уже получили, так что рад сообщить, что с сегодняшнего дня вы числитесь студенткой Мантильской академии. Единственное правило, которые вы должны запомнить – в стенах этого замка никакие титулы значения не имеют. Здесь все вы студенты, и обращаться к вам будут строго по именам. Мод, где сфера?

Дама, к которой обратился ректор, перевела вопросительный взгляд на мистера Суфье.

– В последний раз я видел ее у… – не успел тот ответить, как вновь открылась входная дверь и внутрь влетел запыхавшийся мужчина.

Высокий, статный блондин напоминал бравого воина, который вместо лат и доспехов облачился в щегольский пиджак и такие же новомодные брюки. В одной руке он держал стопку бумаг, а во второй стеклянный шар, очень похожий на те, что продают в сезон зимних праздников, и называют снежными.

– Клив, – воскликнул ректор Поль, – почему ты вламываешься в мой кабинет? Кого-то убили?

– Нет, – улыбнулся мужчина, чьи глаза не отрывались от моего вмиг смутившегося лица, – но день только начался… Тем более, что у нас пополнение из Веррина.

Волки? Только этого мне не хватало! Я не для того сбегала из дома, чтобы столкнуться с ними на территории академии. А если они доложат своему королю? А тот пришлет сюда своего блохастого сыночка? Создатель, ну что за напасть?

– Ты для этого взял сферу? Проверить их силу? – нахмурился ректор.

– Именно так. Один показал неплохой результат, а вот со вторым…

– Проблемы? – удивился мистер Суфье.

– Скорее неясность. Я не смог считать данные, и решил перенести тестирование на неделю. Возможно, тогда все прояснится, – ничего не понимая в их странном диалоге, я ждала, когда речь снова зайдет обо мне. И вот, наконец, это произошло.

– Алекса, – вновь обратился ко мне ректор, – позвольте представить вам нашего преподавателя боевых искусств мистера Стоуна. Сейчас он проверит ваш магический дар и его уровень, и мы определим вас на нужный факультет. Клив, приступай.

Блондин положил бумаги на стол, и подошел ко мне.

– Позвольте вашу ручку, дорогая! – Я бы, наверное, и ножку протянула, попроси он меня своим бархатистым голосом.

Положив мою ладонь на стеклянный шар, Клив – мне нравилось мысленно звать его по имени – принялся вглядываться в его прозрачную поверхность. Вскоре она стала мутной, пока полностью не окрасилась в насыщенный синий цвет.

– Надо же, воздушная магия, – хмыкнув, протянул он. –  Редкий гость в этих стенах. И резерв высокий. Вы талантливая девушка, Алекса.

Только я открыла рот, чтобы ответить, как поднявшийся со своего места ректор, подошел к нам и принялся сам изучать шар.

– Как интересно. Мать – некромант, сестра – некромант, а вы – воздушник.

– Воздушником была моя прабабушка Оливия Дюпре. Правда, дар у нее был не так высок, как мой, потому и развивать его она не считала нужным.

– Талантливая семья, – подмигнул мне мистер Суфье.

– Как бы там ни было, зачислить мы вас сможем только на общий факультет. Но с индивидуальными занятиями.

– На общий? Но почему? – удивилась я.

– Студенты в стенах академии, вопросов не задают, – повернувшись ко мне спиной невыносимый Поль вернулся на свое место, – Мод, покажи девушке ее комнату. Клив, Боливар, займитесь остальными новичками.

Похоже, на этом все разговоры были закончены.

Поздравляю, Алекса, ты прибыла в городок «не твоего ума дело»!

___

* Историю родителей Алексы, Джорджи и Вермакса шан Ро, вы можете прочитать на моей странице. Она называется "Заноза для драконьего военачальника".

Студенческое крыло академии отличалось от преподавательского, как день отличается от ночи. И если во-втором царило убранство, богатство и комфорт, первое пребывало в абсолютно плачевном состоянии.

Паркет, по истечении времени, стерся чуть ли не до дыр. Краска на стенах облупилась, обнажая кладку из серо-голубого камня. А вместо портретов в золотых рамках, висели тусклые и почерневшие панно.

В другое время, я бы обязательно поинтересовалась у идущей по правую руку от меня миссис Судэй, что привело к такому запустению, но не сейчас.

Сейчас я чувствовала себя такой уставшей, что даже моргала с трудом, а на пустые разговоры отвечала кивком головы или вымученной улыбкой.

– Не обращайте внимание на грубость ректора, милая моя, – вздохнула пожилая дама, – он уже тридцать лет занимает эту должность, и я уверена, очень устал нести ее бремя, но уйти на пенсию ему не дает профессиональная гордость.

Хм, гордость или непрерывный ручеек из Барлеанской казны?

За тот небольшой промежуток времени, что занимала дорога от кабинета ректора до женских комнат я успела узнать о строительстве пруда с лебедями, вокруг которого любит гулять Арамистер Поль, о заказе у именитого художника дорогого портрета Арамистера Поля, и о покупке десятка лошадей в личную конюшню – кажется я правильно произнесла это слово – Арамистера Поля.

Ректор, судя по всему, любил себя баловать и денег на это дело не жалел.

Воспользовавшись благодушием Мод, я решила задать ей интересующий меня вопрос.

– Миссис Судей, может вы поведаете мне, почему меня зачислили на общий факультет? Мама рассказывала, что в ее пору факультет воздушной магии славился очень сильными ведьмами. И я надеялась стать его частью.

– Ох, мисс Алекса, ваша мама была абсолютно права. Но, к сожалению, год назад уволился последний декан этого факультета мистер Гибли, а другие сильные воздушники к нам работать не идут. Впрочем, так же как и сильные огневики, водники и некроманты. Поэтому было решено создать один общий факультет, но с индивидуальными занятиями. Не у всех, правда, однако тут ничего не поделаешь.

– Но почему не идут? Мантильская академия очень престижное место, – нахмурилась я.

Дама заметно замялась, но любовь к сплетням пересилила страх. Оглядевшись по сторонам, она понизила голос.

– Я вам ничего не говорила, но все упирается в деньги! Оплата труда с каждым годом все меньше. Соцпакет практически отсутствует. Да и образовательная программа, в виду использования старых учебников, оставляет желать лучшего…

Миссис Судэй продолжала причитать, а меня отвлек тяжелый топот за спиной. Но только я собралась обернуться, как услышала знакомый низкий, будто простуженный мужской голос.

– Бун, твою ж…? Смотри куда прешь!

Нет-нет-нет! Это всего лишь слуховые галлюцинации! Я просто утомилась и грежу наяву!

– Дар, по-моему, это не наш этаж.

Или не грежу. Просто судьба решила сыграть со мной злую шутку. Какую по счету за прошедшие сутки? Мне уже заказывать гроб?

По позвоночнику пополз липкий страх, какой обычно бывает при приближении опасности. Все мышцы в теле, позабыв об усталости, напряглись, а сердце сделало акробатический кульбит.

Создатель, ну почему я? За что? Почему это все происходит со мной?

Тихонько ахнув, я закрыла рот руками. Затем резко натянув на голову капюшон, я опустилась на пол, делая вид, что увлечена завязыванием шнурков на сапожках. Благо моя спутница не стала уделять этому внимание, а перегнулась через перила и обратилась к парням, что поднимались вслед за нами.

– Молодые люди, здесь находятся женские комнаты. Мужские – этажом ниже.

– Ну вот, я же говорил, – откликнулся тот, кто звался Буном. – Спасибо за подсказку, миз!

И снова тяжелый топот, но уже удаляющийся шагов.

Фух, на этот раз пронесло, и черноволосый нахал меня не заметил. Но сколько еще я смогу прятаться, учитывая, что мы, судя по всему, учимся в одной академии?

Не обязательно обладать даром ясновидения, чтобы понять – следующие несколько лет обещают быть очень «веселыми». Если я их переживу.

Сверившись с номером на ключе, миссис Судэй толкнула дверь в одну из женских комнат, что были расположены вдоль длинного и узкого коридора.

– Вот мы и пришли, – произнесла она, пропуская меня вперед, – проживают наши студенты по двое. Ваша соседка уже здесь. Мисс Алекса, позвольте представить вам мисс Алеену.

В просторном, но мало обжитом светлом помещении свободно уместился большой шкаф с двойными дверцами, рабочий стол со стулом и две заправленные кровати, расположенные по разные стороны друг от друга. Как раз на одной из них лежала, читая книгу, рыжеволосая девица, одетая в сорочку, корсет и… мужские брюки.

Бросив в нашу сторону быстрый взгляд, она еле слышно фыркнула – да-да, мне не показалось! – и вернулась к прерванному занятию. Словно наши персоны не стоили ее королевского внимания.

– Мисс Алеена, разве вам еще не выдали форму? – нахмурилась пожилая дама.

– Вы про синий бесформенный халат? – отозвалась девушка, – он мне не нравится!

– Форма Мантильской академии еще тридцать лет назад была утверждена королевой Ирэн Вермора. Вам ли об этом не знать? – погрозила указательным пальцем потолку миссис Судэй. – Если вы отказываетесь ее носить, мы будем вынуждены отправить вас домой. Не думаю, что вашему дедушке это понравится.

– Да надену я вашу форму, – огрызнулась Алеена. – Вот занятия начнутся и надену! А пока имею право ходить в чем хочу!

Капризно бросив книгу на пол, она вскочила на ноги и понеслась к выходу, не забыв на прощание громко хлопнуть дверью. Миссис Судэй заметно вздрогнула, скрипнула зубами, и все же вымучила из себя извиняющуюся улыбку.

– Мисс Алеена – водник, хоть и слабый, – решила заполнить она неловкую паузу, – а значит вы будете учиться на одном факультете. Предлагаю вам хорошенько познакомиться и подружиться. Она неплохая девушка, просто обстоятельства ее зачисления были несколько… драматичны, если можно так сказать.

– Я постараюсь, – кивнув, я сняла с себя грязный плащ и, не найдя места, куда его можно было бы повесить, не запачкав при этом окружающие вещи, продолжила прижимать к груди.

Заметив мое замешательство, Мод замахала руками, вытащила из шкафа корзину и поставила ее в центре комнаты.

– Можете сложить сюда все свои грязные вещи, горничная их заберет и постирает. Завтрак, вы, к сожалению, уже пропустили, а обед начнется через час. Обеденный зал находится на первом этаже, идите на запах и не пропустите.  А пока можете принять душ и переодеться. Вам же есть во что? – кажется ее саму смутил это вопрос. – Если нет, не переживайте, в шкафу лежит новая форма. Ваш размер тоже имеется.

– Спасибо за вашу помощь, миссис Судэй. Мой экипаж сломался по пути в академию, и мне пришлось добираться самой. Но провожатый с возницей, я уверена, скоро будут здесь и привезут мои чемоданы.

– Вот и отлично, милая моя. Сегодня вы полностью в своем распоряжении, а завтра, после завтрака, вас будет ждать первое занятие. Расписание, как и учебники с необходимыми принадлежностями будут переданы вам с мисс Алееной уже сегодня вечером. Располагайтесь со всеми удобствами! – с этими словами, Мод, тряся своими седыми буклями, поспешила к двери.

Оставшись в одиночестве, я разделась до нижних юбок, подвязала волосы лентой, чтобы не мешались, достала из шкафа заранее подготовленное полотенце и форменное платье с фартучком. А когда решила направиться в душевую, поняла, что так и не поинтересовалась ее местонахождением.

Час от часу не легче. Не ходить же по коридорам в таком виде? А если кто-то из парней на этаж забредет? Или, не дай создатель, преподавателей?

Сев на кровать, я решила дождаться обещанной горничной, но соседка вернулась намного раньше.

– Старуха ушла? – поинтересовалась она, бросив на свою кровать непонятно где раздобытый меч. И не игрушечный деревянный, а самый что ни на есть настоящий.

– Не старуха, а миссис Судэй, – обиделась я за пусть и болтливую, но милейшую даму. – Поимей уважение к женщине, что в три раза тебя старше.

– Понятно, еще одна зануда на мою голову, – хмыкнула она, окинув меня беглым взглядом. – Ты с лошади в лужу упала? Выглядишь как замарашка.

– С грифона, – так же резко ответила я, скрестив руки на груди.

– Оно и видно! – Какая же противная эта рыжая, а Мод ее еще неплохой называла.

Не желая находиться с ней в одной комнате, я все же решила самой поискать душевую, перебросила через плечо полотенце и направился к двери.

– А ты знаешь, что у грифона мозг размером с лесной орех? – поинтересовалась я, хватаясь за ручку.

– И что?

– Как что? Разве тебе не завидно? – на лице Алеены отразился тяжелый мысленный процесс, заметив который, я хрюкнула от смеха и захлопнула за собой дверь.

Без ложной скромности могу признаться, что обладаю целым перечнем разных качеств, начиная от обостренного чувства справедливости, заканчивая преданностью в любых отношениях, вот только везение в этом списке никогда не числилось.

И я в очередной раз в этом убедилась, когда, выйдя из комнаты, нос к носу столкнулась с вампирской принцессой. Той самой, кто по дороге в академию приняла меня за нищенку.

– Смотри куда идешь! – Узнала я ее отнюдь не по блондинистым волосам, и не по аристократическому профилю, а по брезгливому выражению, что отразилось на миловидном лице, при виде моей «сиятельной» персоны.

Одетая в форменное голубое платье, один в один напоминавшее то, что ждало моего возвращения из душа, она возглавляла небольшое шествие из двух девиц, которые, судя по всему, относились к ее свите.

– Простите, – решив не нарываться на еще одну ссору, я попыталась пройти мимо.

– Где-то я тебя видела, милочка, – мелодичным, чуть ли не кукольным голосом произнесла незнакомка и, опустив взгляд, принялась изучать мой внешний вид. – Точно! Побирушка с дороги!

Переглянувшись, девушки демонстративно зажали пальцами носы, и собрались было продолжить путь, как вдруг одна из них, пучеглазая шатенка, подпрыгнула на месте и ткнула в меня пальцем.

– Я тоже ее видела! Это… это одна из принцесс шан Ро.

– Молли, ты бредишь? – усмехнулась блондинка. – Хочешь сказать, что принцесса Виверна будет ходить по улицам в грязном рванье? Не смеши.

– Но это правда! – принялась доказывать ей шатенка. – Вся их семья месяц назад позировала для портрета в газете моего дедушки. Мойра, ты только взгляни на ее юбки, это же арентальский шелк? А корсет, прошитый жемчугом? Многие нищие оборванки могут его себе позволить? Нет, я уверена, что она шан Ро.

Три пары глаз уставились на меня в немом вопросе, проигнорировать который было бы просто невежливо, а врать – глупо. Пришлось развести руками, будто меня поймали с поличным.

– Алекса шан Ро, к вашим услугам.

– Алекса? Мой брат Дидье несколько месяцев назад посещал ваше королевство и, кажется, упоминал это имя, – нахмурила свой белый лоб вампирша.

– Да, мы знакомы, – вспомнила я высокого ослепительного красавчика, что с сомнительным успехом увивался за моей старшей сестрой, – а сейчас, если вы не возражаете, я пойду. Мне еще надо найти душевую.

В глазах Мойры внезапно загорелись зеленые огоньки. Отрезав путь к отступлению, она еще раз прошлась по мне пристальным взглядом, только на этот раз скорее с любопытством, чем с презрением.

– Что же с тобой такое произошло, там на дороге? – с притворной печалью в голосе, поинтересовалась она.

– Экипаж попал в небольшую аварию.

– Ох, бедняжка. Какая неприятность, – она ткнула пальцем себе за спину, – Душевая находится прямо за углом. Как закончишь, спускайся в обеденный зал. Я оставлю для тебя местечко за нашим столом.

Надо же, какие разительные перемены! Меня, кажется, приняли в высшее общество.

Посчитав разговор законченным, вампирша кивнула своим подружкам и зашагала к лестнице, пока я, в недоумении, пялилась ей в спину. Затем отмерла, и вспомнила, куда торопилась.

Женская душевая, поражавшая своими размерами, состояла из нескользких разделенных перегородками кабинок. Все они, к большому счастью, пустовали, даря мне, пусть и не долгое, но такое нужное сейчас уединение. Наслаждаясь которым, я даже не заметила, как пролетело время.

Закончив водные процедуры, я расчесала пальцами влажные волосы и, решив не заморачиваться с одеванием, замоталась в широкое полотенце.

Подумаешь, пробежаться обратно до своей комнаты. Тут же рукой подать.

Но стоило мне схватить в охапку свои вещи, и выйти в коридор, как я у самой двери впечатлялась в каменную статую.

Одежда ту же рассыпалась по полу, а статуя, даже не пошатнувшись, подняла руки и уперлась ими в стену… по обе стороны от моего лица.

– А я уже решил, что у меня галлюцинации.

Быстро хлопая глазами, я чувствовала, как мое сердце заходится в диком ритме, а по позвоночнику ползет липкий страх. Огненные всполохи в холодном взгляде брюнета пугали сильнее ярости или злости, так как не давали абсолютно никаких подсказок, что за мысли скрываются в его голове.

Наши лица разделяли считаные линии (*в 1 линии – 2,5мм), а дыхания смешивались, образуя одно. Горячее и прерывистое.

– Я тебя везде искал, колючка, – прервал он своим низким голосом затянувшуюся тишину.

– Какое совпадение, а я от тебя везде пряталась, – подарив Дару издевательскую улыбку, я судорожно сжала на груди полотенце.

Вот дернула же нечистая понадеяться на удачу и выйти из душевой в этом подобии одежды. Знала бы кого встречу, закуталась бы с ног до головы в отцовский плащ, и плевать, что он грязный.

Не справившись с любопытством, я все же задала интересующий меня вопрос.

– Как ты меня нашел?

– Увидел в коридоре, рядом с кабинетом ректора. Глазам своим сначала не поверил, хотел сразу перехватить, но с тобой была седая дама. Пока дождался, когда она уйдет, ты уже скрылось в душевой. Долго сомневался не составить ли тебе компанию, но благородство пересилило, решил подкараулить на выходе. А тебе идет это наряд, – красиво очерченные губы раздвинулись в лукавой усмешке, а высокомерный взгляд опустился с моего лица ниже, прямо… к декольте.

Опешив от такой неслыханной наглости, я скрипнула зубами.

– Удар о землю ничему тебя не научил? Как там, кстати, твой белобрысый братец?

– Бун? Да что с ним станется? Приложился головой, но с ней у него и до тебя были проблемы. Может ты и моим здоровьем поинтересуешься? – его улыбка стала в разы жестче, как и взгляд.

Значит я не ошиблась, и эти двое действительно братья. Как интересно: один светлый как день, другой – темнее ночи.

Создатель, ну почему Пайпер не принадлежала блондину?

– Зачем? И так вижу, что живой.

– А ты хотела, чтобы умер… – пламя в его глазах как-то очень резко сменилось обжигающим льдом, – и лишил себя шанса собственноручно свернуть твою тонкую шейку?

Одна его рука прошлась по моим влажным волосам и слегка сжала горло, как бы намекая, что его слова совсем не шутка. И в том месте, где он меня касался, кожу обдавало колючим холодом.

С трудом сглотнув, я облизала вмиг пересохшие губы.

– Отпусти!

– Где. Моя. Лошадь?

Казалось бы, прекрасный шанс снести негодяя с ног воздушным потоком. Тем более, что водные процедуры расслабили мое тело и помогли немного наполнить резерв. Только чтобы им воспользоваться, нужно было сосредоточиться на чем-то кроме этих пронзающих до основания серых глаз, а у меня, как на зло, все мысли в разные стороны разбежались.

Пришлось резко зажмуриться и представить, как надеваю ему на голову железный шлем и луплю по нему деревянным мечом.

– Какая лошадь?

– Та самая, которую ты у меня украла.

– Ничего я не крала! И вообще, ты потерял сознание. Вполне возможно она сама от тебя сбежала? Подумай, не был ли ты жесток по отношению к бедняжке Пайпер?

– Я буду жесток по отношению к тебе, если не ответишь на вопрос.

– Я уже сказала, что не брала твою лошадь, значит и отдавать ее не собираюсь! – я попыталась упереться ладонями в его обтянутую кожаным доломаном грудь, чтобы ударить магическим зарядом, но Дар резко перехватил оба моих запястья и поднял мои руки над головой, прижимая к стене.

Паника накрыла с головой, подпитывая зарождающуюся истерику.

– Если… если ты сейчас меня не отпустишь, я закричу.

– А я знаю приятный способ сделать так, чтобы не закричала, – усмехнувшись, произнес он, склоняясь все ближе к моему лицу.

– Отвали от нее, или пожалеешь, – раздался за спиной брюнета звонкий девичий голос.

Хмыкнув, Дар отпустил меня, поднял вверх обе ладони и начал медленно отступать. Тут-то я и заметила приставленное к его шее острие тяжелого меча, который уверено сжимала в руке моя соседка.

Алеена.

Смерив ее быстрым взглядом, Дар удивленно приподнял правую бровь, и обратился ко мне.

– Какие грозные у тебя защитники.

– Проваливай отсюда! – вернув потерянное самообладание, я поправила начавшее сползать полотенце, и схватила разбросанные по полу вещи, – иначе я сейчас же обращусь к ректору и все ему расскажу!

– О чем? О том, что я заплутал в местных коридорах и наткнулся на голую студентку?

– Но я… и ничего я не… голая!

– Ладно-ладно, сделаю вид, что ничего не видел и уйду, – подмигнув мне, он попятился спиной к лестнице, – только это еще не конец, колючка!

Дождавшись, когда брюнет скроется из виду, я повернулась к своей спасительнице.

– Благодарю за помощь и… прости за те мои слова в комнате, я не со зла.

– Мне то, какая разница? – задрав голову, соседка схватилась за ручку двери. – И благодарность твоя тоже без надобности. Просто… держись от меня подальше.

С этими словами, она скрылась в душевой, оставив меня в полной растерянности.

На то, чтобы привести себя в пристойный вид, а именно переодеться в форменное платье, повязать фартук, и уложить непослушные локоны у меня ушло не так много времени, как ожидалось. Я торопилась покинуть комнату до возвращения Алеены, так как не понимала, как себя с ней вести.

С одной стороны, мне было очень стыдно за недавнюю сцену, когда я недвусмысленно назвала ее глупышкой. А с другой… она сама вела себя не лучшим образом, и даже оказав мне огромную услугу в коридоре, продолжила задирать нос.

Вряд ли это ненависть. Стала бы она возвращаться за мечом и, ради моего спасения, угрожать парню, что был в два раза больше и еще в несколько раз ее сильнее? Очень сомневаюсь. Не так она проста, как хочет казаться.

Спускаясь по лестнице, я постоянно оглядывалась, боясь снова очутиться в железной хватке проклятого наглеца, что точно не оставит меня в покое, пока не получит обратно свою лошадь. И я бы, конечно, ее вернула – незаметно, чтобы не привлекать к себе подозрений – если бы не выжженное на бедняжке страшное клеймо.

Вот выясню, какой он хозяин, тогда и решу, как поступить.

Едва не споткнувшись на ступеньке, я чуть не влетела в угрюмого Смотрителя за порядком. И если в прошлую нашу встречу взгляд мистера Сализера выражал всего лишь недоверие, сейчас к нему примешивалась толика презрения, которую полностью поддерживала сидевшая на его плече жирная крыса.

– Ах, снова ты!

– Приветствую! – проигнорировав его кислое выражение лица, я кивнула обоим и немного ускорилась, чтобы уже через минуту очутиться на первом этаже.

Мод не обманула. Аппетитные запахи из обеденной комнаты захватили замок в плен, заставляя всех его обитателей, словно под гипнозом, передвигать ногами в одном направлении, из-за чего в двустворчатых дверях образовалась небольшая давка.

Дождавшись, когда до меня дойдет очередь, я проскользнула внутрь и, застыв у входа, с немым восхищением огляделась по сторонам.

В моем родовом замке жила одна единственная фея по имени Жюли, найденная моей бабушкой Летой на приграничных болотах. Древняя, как сам мир, она была ростом с тряпичную куклу, и передвигалась с помощью пары прозрачных крыльев.

Я всегда считала ее единственной сохранившейся представительницей своего вида, но здесь, в обеденном зале Мантильской академии, десятки подобных созданий летали над потолком, разнося по забитым студентами столам подносы с едой.

Невероятное чудо!

– Алекса, мы здесь! – раздался вдруг со стороны окна знакомый мелодичный голос.

Мойра, привстав со своего стула, махала мне и подзывала к столику, за котором расположились две девицы из ее свиты. И хотя желание отказаться и найти какое-нибудь уединенные для себя местечко привлекало больше, я решила не поддаваться слабостям, и зашагала в их сторону.

Родители учили, что не стоит в первый же день заводить себе неприятелей.

«Или добавлять к ним новых», – подумала я, вспомнив о недавней стычке у дверей душевой.

Поёжившись, я воровато огляделась в поисках надменного брюнета, и только убедившись, что их с братцем в зале не наблюдается, выдохнула с облегчением.

Посадив меня по правую руку, перед этим потеснив одну их своих недовольных подружек, Мойра прошлась по мне цепким взглядом.

– Как тебе идет эта форма! – елейным голоском проворковала она, мелкими глотками попивая кровь из пузатого бокала. – Выглядишь как настоящая принцесса.

Не став ей говорить, что я и есть настоящая принцесса, я мило улыбнулась и подозвала к нам одну из разносчиц-фей, не заставившую себя долго ждать.

На подносе, что расположился перед моим носом стояли кружка с персиковым компотом, тарелка лукового супа и миска с картофельным гротеном, пахнущим так соблазнительно, что свой обед я решила начать именно с него. Но не успела донести вилку ко рту, как в ухо жадно зашептали:

– Ну давай же, расскажи нам, когда мы сможем увидеть… твоего дракона?  – едва не подавившись, я резко закашлялась.

– Моего дракона? – все три мои соседки дружно закивали, проясняя причину моего нахождения среди сливков местного общества.

Первым моим порывом было признаться, что, несмотря на драконью кровь, обращаться я не могу, и в полной мере обладаю только ведьминским даром. Но представив посыпавшиеся на мою голову вопросы и необходимость объяснять такое положение дел, решила им подыграть.

– Вот кого лучше не будить, так это моего дракона, – перейдя на шепот, сообщила я. – Чтобы он появился, его нужно хорошенько разозлить, и создатель пожалей того несчастного, кому это удастся. Крушить все начнет, ломать, орать. Он у меня такой агрессивный.

И ведь ни капли не обманула…

У сидящих рядом девиц даже лица вытянулись от удивления. Смешно выпучив глаза, они дружно хлопали ресницами, и линия за линией отодвигались от меня в стороны.

Разразивший меня смех пришлось заглушить лающим кашлем, что быстро прекратился, стоило мне увидеть вошедшую в обеденный зал соседку.

Алеена прошла к пустующему дальнему столику, подозвала к себе фею с подносом, и пока та раскладывала тарелки, обвела помещение внимательным взглядом, который, остановившись на мне и отметив сидящую рядом компанию, наполнился неприкрытым презрением.

Заметившая это Мойра громко фыркнула и сделала глоток из своего бокала.

– Какая противная девчонка.

– Почему? – нахмурилась я.

– Я слышала, что характер у нее сквернее некуда, – сравнивая их с вампиршей, я, конечно, могла бы поспорить, но решила пока сохранять нейтралитет. – Слабая водница. Ни на секунду не расстается со своим мечом. Странно, что в боевку не пошла. Надо будет подкараулить ее сегодня вечером. Да, девчонки?

Обе ее спутницы как-то недобро переглянулись и дружно закивали, что мне совсем не понравилось.

– А ты откуда знаешь, вроде же, как и я, утром приехала?

– Так я уже второй год здесь учусь, – высокомерно усмехнулась Мойра, – вдоль и поперек эту академию знаю, уши везде имею…

– А какой факультет?

– Лекарский. Он у нас самый прогрессивный. Собраны лучшие из лучших. Не то, что некоторые… Погляди, – Мойра ткнула пальцем в дальний столик, за которым расположилась компания из четверых девушек. Их форма, в отличие от нашей, была темно-коричневой и без фартука. – Бытовые ведьмы. Дешевая рабочая сила, как я их называю. От них вечно пахнет потом, а в волосах пыль. Фи!

Ни пыли, ни каких – либо других отличительных особенностей я не заметила. Девушки мило общались между собой и не обращали на нас никакого внимания.

– А вон там ботаники. Никогда со своими мерзкими цветочками не расстаются, – и вправду, с другой стороны зала расположились парни в темных брюках и зеленых сорочках. Двое из них держали на коленях горшки с растениями, внешне напоминавшие капкан на тонкой ножке, и кормили их… а вот чем кормили, я так и не разглядела, зато разобрала причмокивающие звуки.

– А этого доходягу длинного стороной обходи, он внешне хоть и безобиден, как щенок, но некромант. От них лучше подальше держаться, – влезла в разговор Молли и указала на сидевшего в одиночестве паренька с соломенными волосами.

Поправляя на носу очки, он читал книгу, изредка поднося ко рту вилку с нанизанными на нее овощами. И несмотря на предостережение шатенки, я, всю жизнь прожившая с матерью и сестрой обладающими даром некромантии, воспринимала его скорее, как любопытную личность, с которой была бы не прочь свести дружеское знакомство.

Думаю, темы для разговора у нас найдутся.

От мыслей меня отвлекла распахнувшаяся дверь и громкий возглас сидящих рядом девиц.

– О! МОЙ! СОЗДАТЕЛЬ!

– Боевка! Боевка! Боевка! – раздался в зале разноголосый гул.

Не только мои соседки по столу, но и почти все присутствующие здесь девушки – да что там девушки, даже некоторые представители мужского пола! – пооткрывали рты, когда в помещение вошел уже знакомый мне преподаватель боевых искусств, с которым я несколько часов назад пересеклась в кабинете ректора Поля.

За ним шло несколько парней. Все как на подбор плечистые, ростом не ниже идущего впереди мужчины. Одетые в одинаковые темные одежды, состоящие из кожи и тысячи ремешков. На ногах высокие ботинки, а на лицах самодовольные ухмылки. И шире всех у того самого блондина, которого я вместе с Даром отправила вчера «в полет».

Вернее, была шире, пока он не поймал мой взгляд.

Удивленно приподняв правую бровь, парень прошел мимо. Остановился у столика, который заняла их группа, сел, еще раз взглянул на меня, затем отвернулся и принялся за еду.

Благо его братца поблизости пока не наблюдалось. Но предчувствуя, что это «пока» долго не продлится, я заранее вжала голову в плечи, готовясь к худшему.

– Клив в этом костюме сегодня особенно хорош, – громко прошептала Молли, закатывая глаза.

– Ты о преподавателе? – поинтересовалась я, мысленно соглашаясь с замечанием шатенки.

Ему действительно очень шел его безупречный темно-синий костюм. А также собранные в высокий хвост белые волосы, обаятельная улыбка на волевом лице и…

Ой, кажется, я увлеклась.

– Ну, конечно, – ответила девушка, не в силах отвести взгляд от объекта своих – а может уже и моих – мечтаний. – Кливу Стоуну нет равных. Он самый красивый и мужественный мужчина в Мантильской академии.

– Да что там в академии, – вмешалась в разговор ее подруга. – И во всем Барлеане таких не сыскать. Я слышала, что ради должности преподавателя боевых искусств, он ушел из королевских ищеек.

– Ничего себе! – нахмурилась я. – Так кардинально сменить род деятельности.

– Поговаривают, – присоединилась к нам Мойра, – что он просто устал. Возраст уже не тот, чтобы за преступниками гоняться. Захотелось завести семью, детей, ну и должность сменить на что-то более… спокойное.

– Семьюююю… – заскулила Молли, пуская слюни на красавчика-преподавателя.

– Детееееей… – присоединилась к ней ее подруга.

Внезапный скрип со стороны входа и объявившийся в обеденном зале новый гость заставили меня вздрогнуть. В горле резко пересохло, а сердце, совершив кульбит, забилось где-то в пятках.

Застыв в дверях, Дар обвел внимательным взглядом все помещение, а остановившись на мне, скривил свои губы в злой и полной мрачных обещаний усмешке.

– Кстати о семье и детях, девочки, – вдруг нарушила воцарившуюся тишину Мойра, – этот волк мой!

Волк?

Взрыв в голове сопровождался звоном от удара моей бедной челюсти о пол.

Пока Дар, усевшись напротив своего брата, болтал с феей-прислужницей, я была не в силах оторвать от него взгляд, и чувствовала, как внутри нарастает тревога.

Сколько пройдет времени, прежде чем он узнает кто я такая, и доложит своему королю? А он доложит, тут к ведьме-прорицательнице не ходи. И как скоро принц Веррина заявится в академию, желая поскорее реализовать свои матримониальные планы?

Нет, силой к алтарю меня конечно же не потащат, но как представлю все эти свалившиеся на голову проблемы…

– Волк? Ты должно быть шутишь, – еле слышно прошептала Молли, подняв на брюнета заинтересованный взгляд.

На самом деле у меня на языке вертелся то же самый вопрос, но задать его, ввиду потери дара речи, я не успела. Зато прислушалась к их с вампиршей разговору.

– Самый настоящий! – восторженно произнесла Мойра. – Я торопилась в свою комнату и поскользнулась на ступеньках. Думала, поломаю себе конечности, а он так легко меня поймал. Как в любовных романах, представляете? Вы только взгляните на это лицо, плечи, каменный торс. Создатель, он самый сильный, мужественный и чертовски красивый парень в академии. Куда там вашему Кливу Стоуну!

Хотелось бы поспорить, но я себе врать не любила. Дар действительно внешне ничем не уступал своему преподавателю. Но если улыбка Клива светилась теплом и участливостью, у брюнета она отдавала холодом и равнодушием.

Девчонки, между тем, продолжали делиться сплетнями.

– … так вот, выяснила я пока не много. Его имя Дарел и родом он из Веррина. – Дарел, хм, а ему идет. – Его семья принадлежит знатному роду. Какому именно, еще не знаю, но уже к завтрашнему дню у меня на руках будет вся информация.

– Знатному роду? – скептически выгнула бровь шатенка. – Боюсь, твои родители не одобрят. Принцесса и простой аристократ, мезальянс чистой воды.

– Думаешь мне не плевать? Если я чего-то хочу, это будем моим! – мысленно пожелав удачи брюнету, которому вскоре предстоит почувствовать на себе все внимание вампирши, я выдохнула с облегчением… и тут же поймала на себе его изучающий взгляд.

– Ну вот, он не может оторвать от меня глаз. Я же говорила! – заверещала Мойра и принялась посылать парню невербальные знаки внимания: поправлять волосы, хлопать ресницами, заламывать руки. И продолжался этот спектакль весь обед, пока мистер Стоун не поднялся со своего места, и не привлек к себе всеобщее внимание.

– Дамы и господа, пока все не разбрелись по своим комнатам, хочу сделать объявление! – произнес он, обращаясь к нам. – Сегодня в восемь вечера, преподавательский совет во главе с ректором будет ждать вас в холле. Прошу передать эту новость отсутствующим соседям и друзьям…

Он продолжал свою речь, но я уже не обращала внимание.

Видимо решив, что сюрпризов для меня мало, создатель послал в обеденный зал еще один, который, смешно раскачиваясь на коротких ножках, оглядывался в поисках… меня.

– Мистер Соссидж, – пропищала я, чувствуя при виде своего сопровождающего одновременно небывалое облегчение – ведь если он здесь, значит им с Грошином удалось починить экипаж и выбраться – и страх. Тоже вполне понятный и завязанный на том, что Плиссер Соссидж не сдержится и раскроет меня перед сидящими в зале волками.

Они, конечно, рано или поздно, все равно все узнают. Но лучше поздно, когда я отдохну, отосплюсь и буду готова защищать свою свободу.

Даже не попрощавшись со своими соседками, я сорвалась с места и бросилась мужчине на перерез. Подхватила удивленного под руку и повела к двери, через которую он только что прошел

– Мистер Соссидж, какая радость! – пела я, чувствуя, как спину сверлит чей-то – я даже догадывалась чей – обжигающе-холодный взгляд. – Как я рада видеть вас в добром здравии.

– Ваше высочество, мы так переживали, – запричитал мужчина, стоило нам оказаться в почти пустующем холле. – Особенно я, ведь если король… Если бы с вами… Ох, ну вот, снова сердце прихватило.

Он картинно схватился за грудь, не забывая при этом разглядывать украшенные портретами стены и расписанные золотом витражи.

– Простите, что доставила столько хлопот, – похлопала я его по руке. – Но я не могла иначе. Те люди причинили бы мне вред. Скажите, с Грошином все в порядке?

– Да что ему сделается? – махнул рукой Плиссер, – жив и здоров. Промок немного, но это пустяки. Хозяин трактира отрядил своих людей. Они помогли починить экипаж, и мы тотчас отправились на ваши поиски. Как узнали, что вы уже здесь, в академии, вздохнули, наконец, с облегчением. Ваши чемоданы, ваше высочество, я передал местному распорядителю, он обещал доставить их в вашу комнату. Нам уже пора возвращаться домой, но я не мог уехать, не убедившись, что с вами все в порядке.

Дослушав его сбивчивую речь, я почувствовала небывалый стыд за то, что так плохо мысленно о нем отзывалась. И чтобы хоть как-то сгладить вину, обняла его на прощание, потрепала по лацкану натянувшегося на круглом пузе пиджака, и отошла в сторону.

– Ведите себя прилично, ваше высочество, – пригрозил он мне пальцем. – Не забывайте, из какого вы рода. А то я заметил, тут столько отпрысков обычных работяг под одной крышей собралось. Не ровен час, опуститесь до их уровня…

Твою ж… Зря я так расслабилась, он все такой же вредный сноб!

Стук в дверь застал меня на карачках.

Пытаясь впихнуть в нижние полки монструозного шкафа свои многочисленные туфли и сапожки, я так увлеклась, что услышав его, не сразу поняла в чем дело.

Переглянувшись с соседкой, которая, как и в нашу первую встречу, лежала на кровати и читала журнал – настолько интересный, что обложка была перевернута вверх ногами – я поднялась, отряхнула юбку и открыла замок.

– Учебники для проживающих в комнате леди, – за выросшей передо мной горой толстенных книг раздался скрипучий мужской голос. – Можно войти?

– Да, конечно, – я отошла в сторону, наблюдая, как эта самая гора на ножках, медленно вползает в комнату. – Можете оставить их…

Договорить «на столе» я не успела. Не пройдя и половины туаза, низкорослый рыжебородый мужчина сгрузил свою ношу на пол, и принялся разминать затекшую спину. Затем вытащил из-за пазухи формуляр и протянул его мне.

– Распишитесь о получении, мисс. И почетче фамилию выводите, а то у меня каждый экземпляр на счету, – слова вроде строгие, но произносили их с такой милой улыбкой на румяном лице, что не растянуться в ответной не получилось.

Заполнив все строчки, я протянула бланк поднявшейся с кровати Алеене.

– Миссис Судэй сказала, что вместе с учебниками нам выдадут и расписание, – вспомнила я немаловажную деталь.

– Ах, точно. Голова дырявая, самое главное и забыл, – на этот раз он принялся рыться в карманах потертого пиджака, пока не обнаружил там сложенный вчетверо лист бумаги, – это на первую неделю. А после посвящения вам новое выдадут.

«Посвящения?» – собралась переспросить я, так как ни от мамы, ни от сестры, ни о чем подобном не слышала, но за мужчиной, получившим свой формуляр обратно, уже захлопнулась дверь.

Соседка, бросив быстрый взгляд на расписание, стащила со спинки стула свое форменное платье и направилась за пристроенную в углу ширму, оставив меня один на один с беспорядком.

«1. Урок управления стихиями, ведет Сибилла Маклейн, кабинет 5;

2. Урок зельеварения, ведет Адалин Сальси, кабинет 4;

3. Урок истории, ведет Арнольд Гроф, кабинет 11;

4. Практическая магия, ответственный Клив Стоун;

5. Практическая ботаника, ведет Мод Судэй, главный сад;

6. Практическая зоология, ведет Боливар Суфье, питомник»

Ознакомившись с недельным списком занятий, и порадовавшись найденным в нем знакомым фамилиям, я приступила к книгам. Разделила их на две одинаковые стопки: свою и Алеены. Выбрала те, что понадобятся завтра и положила их на стол, а остальные сложила в верхний ящик, достаточно вместительный для таких фолиантов.

Успевшая переодеться в ладно сидевшее на ее женственной фигуре голубое платье соседка сделала со своими учебниками то же самое. А когда закончила, села на стул и принялась увлеченно разглядывать свои ногти.

– Посвящение первогодок в Мантильской академии проходит через неделю после начала занятий. Это что-то вроде бала-открытия, где каждый из студентов пройдет обряд принятия, – удивленная даже не полученной информацией, а желанием Алеены ею со мной поделиться, я слегка опешила.

– Спасибо.

– Не за что. Странно, что принцесса шан Ро не в курсе таких деталей, – а ей откуда известно, кто я такая? У Мойры язык без костей, или у этой любительницы махать мечом тоже свои уши здесь имеются?

Кстати о Мойре…

– Услуга за услугу, – часы на стене показывали без десяти восемь. Одернув подол и поправив у зеркала прическу, я направилась к выходу. – Не ходи по академии в одиночку. А то тут всякие… планы нехорошие против тебя строят.

Главный холл Мантильской академии походил на растревоженный пчелиный улей. С одной стороны собралась горстка преподавателей, ожидающих прибытия ректора Поля, а с другой – толпа студентов, гул голосов которых было слышно на всех этажах замка.

Одетые в формы своих факультетов, они стояли по группам, и громко обсуждали разные темы, начиная от учебников и расписания, заканчивая балом по случаю «Посвящения». Некоторые знакомились, некоторые приветствовали старых друзей, а я, на этом «празднике жизни», чувствовала себя как никогда одинокой.

Нет, я конечно же заметила кивнувшую мне Мойру, от которой ни на шаг не отходили две ее подружки, но вампирша не спешила составлять мне компанию, а я сама не горела желанием становится третьей фрейлиной ее высочества. Вот и стояла, подпирая спиной одну из позолоченных колонн, и изредка бросала взгляды на делающую то же самое, но с другой колонной Алеену.

– Странно, что здесь только два первых курса. Где остальные? – поинтересовался стоявший неподалеку парень с факультета ботаники у своего приятеля.

– Ты что, не знаешь? Эти зазнайки с третьего и четвертого, как и боевка, по таким мероприятия не ходят. Считают нас сборищем малышей, а все новости получают из первых рук на занятиях.

– Везет.

– Ничего, еще год потерпеть, и мы тоже будем в их Лиге.

Не сумев подавить вздох облегчения – никакие волки мне вечер не испортят – я обернулась на шум. Студенты, не сговариваясь, расступились, и по образовавшемуся проходу прошел ректор, в сопровождении Клива Стоуна.

Вся женская половина не смогла подавить протяжные стоны при виде уверенно шагающего преподавателя, чьей выправке могли бы позавидовать некоторые из воинов моего отца.

От его волевого лица веяло несокрушимой силой, а в уголках губ спряталась удовлетворенная улыбка.

– Дорогие студены! – хорошенько прокашлявшись, Арамистер Поль поднес к губам конусообразную трубу, благодаря которой его голос стал звучать в разы звонче. – Во-первых, разрешите поприветствовать вас в стенах Мантильской академии, чья история насчитывает больше пятисот лет. Сменялись короли, королевства меняли названия, политику, устои, а здесь все по-прежнему…

Интересно, это он ремонт в студенческом крыле имеет в виду? Тому действительно без малого пять веков.

– …я очень горд, что вот уже тридцать лет занимаю почетную должность ректора. Столько времени и сил было отдано этому месту, столько любви. И скажу без ложной скромности, оно отвечало мне взаимностью…

А сколько денег, мимо бюджета, в карман приплыло…

– …все вы уже получили на руки недельное расписание. Занятия начинаются с завтрашнего дня. В девять утра, сразу после завтрака, прошу вас быть в указанных кабинетах. Также, для тех, кто еще не в курсе, все наши первогодки в конце недели должны будут пройти ритуал Посвящения. Более детальную информацию вы получите от преподавателей, но предупреждаю сразу – всякий, кто решит пропустить сие значимое мероприятие, отправится с вещами домой.

Хм, что же за ритуал там такой, если его непрохождение карается отчислением? Приносят в жертву самую красивую девственницу или вызывают злых духов?

– …ну и последнее на сегодня объявление сделает мистер Стоун!

Ректор попытался передать блондину свою трубку, но тот, резким кивком головы, отказался ее принять. Заняв место Поля, он обвел присутствующих внимательным взглядом и начал свою речь.

– Дорогие студенты, в этом году, впервые за много лет, в Мантильской академии пройдет Триада – турнир из трех испытаний, победители которого получат в награду один из самых древних артефактов, – среди парней и девушек прошел едва слышный ропот, который с каждой секундой набирал все больше оборотов. – Хорошая новость в том, что допущены к турниру будет без исключения все желающие. Всё что от вас нужно, это собрать команду из трех человек и подать заявку на имя ректора.

Последние его слова потонули в восторженных воплях и, самое удивительное, одной из тех, кто к ним присоединился была моя соседка.

Странно, а чего она так всполошилась? Обычная мужская забава…

Чтобы лишний раз не мозолить глаза некоторым блохастым личностям, ужин я решила пропустить. Общая усталость от последних насыщенных дней была сильнее чувства голода, а потому, когда все присутствующие направились в обеденный зал, я повернула к лестнице. Но так и застыла на первой ступеньке, стоило услышать доносящиеся из коридора мычание и приглушенные девичьи голоса.

– Хватайте ее, девочки…

– Вырывается, зараза…

– Сильная какая, руки ей держите, а то живо нас тут водой окатит…

– Да не окатит, слабый у нее дар… – и столько злости в этих перешептываниях слышалось, что я даже поежилась от пробежавшего по спине холодка.

Осторожно, на цыпочках, я прокралась к нише и тут же зажала рукой рот, чтобы не закричать. Увиденное разозлило до глубины души. Еле сдержалась, чтобы сразу не кинуться в драку.

Не знаю каким образом, но Мойре все же удалось застать Алеену врасплох. Две ее подружки, навалившись своими тушами, прижимали девушку к стене, а вампирша вливала ей в рот серебристую жидкость из небольшого пузырька.

– Она точно все нам расскажет? – повернувшись, спросила шатенка.

– Отвар Правды еще ни разу не подводил, – удовлетворенно усмехнулась Мойра, сжав тонкими пальцами щеки Алеены.

Соседка пыталась сопротивляться, мотала головой, но численное превосходство было не на ее стороне. Девицы напирали, а острые коготки вампирши оставляли на белых щеках заметные царапины.

Что делать? Бежать за помощью? А если не успею и они сотворят с ней что-то плохое? Нет, рисковать нельзя.

Медлить я тоже не стала. Вытянув обе руки и раскрыв ладони, я сконцентрировалась на своей цели и отправила вперед тяжелый воздушный поток, который снес с ног всех четверых.

Остатки жидкости расплескались по полу, пузырек разбился на сотни осколков, а коридор наполнил истеричный визг.

Алеене повезло оклематься намного быстрее своих противниц. Увидев, как я машу ей из-за угла, она быстро поднялась на ноги, подхватила полы платья и бросилась бежать. Остановилась, только поравнявшись со мной, и то ненадолго. Схватила за руку, и потащила за собой обратно к лестнице.

– Сейчас эти курицы оклемаются, и крик поднимут, что мы на них напали, – прошипела она, перепрыгивая со ступеньки на ступеньку. – Ректор Поль с королем Курезова в хороших отношениях и против его дочери идти не станет.

– Я же говорила тебе, не ходить тут в одиночку…

– Могла бы изъясняться получше, я же не знала о ком речь! – огрызнулись в ответ.

Влетев на третий этаж, мы, быстро отыскав ключи, открыли дверь. Затем заперлись изнутри и привалившись спинами к стене сползли на пол.

– Что это за дрянь, которой она тебя поила? – первой подала я голос.

– Отвар Правды. Выпиваешь и треплешь языком, не в силах умолкнуть.

– Значит ты…

– Нет, – покачала она головой, – Чтобы он подействовал, надо было выпить все, до последней капли, а она не успела.

– Если решишь рассказать все ректору, я выступлю на твоей стороне.

– И тоже попадешь под отчисление, – невесело усмехнулась соседка, – Арамистер Поль церемониться не будет, уж поверь.

– Что же тогда делать? – не сумев скрыть в голосе нотки негодования, спросила я.

– Ничего. Жить, как и жили. Больше я этой стерве спину не подставлю. Пусть только попробует повторить, все зубы повыбиваю.

– Они же для нее вроде вилки. Бедная, чем она есть будет? – переглянувшись, мы обе разразились заливистым смехом.

– Закройте глаза. Представьте себя старым, давно иссохшим колодцем, который наполняют прохладной водой. С каждой каплей вы возвращаетесь к жизни. Чувствуете, как энергия воды питает вас силой, заполняет ваш резерв… – монотонный, певучий голос, что проходил сквозь меня теплым ветерком, рождая ощущение спокойствия и умиротворения, сильно диссонировал с внешним видом Сибиллы Маклейн – пожилой чопорной дамы, преподающей нам «Управление стихиями».

Стоило мне, вместе со студентами первого и второго года общего и лекарского факультета, переступить порог ее кабинета, как мы сразу же окунулись в удушливую атмосферу темной гостиной, в каких маги-призывники устраивали спиритические сеансы для своих клиентов.

Тут тебе и проводник в форме хрустального шара, и стоящий в самом центре комнаты круглый стол, и расставленные у плинтусов канделябры с зажжёнными свечами. Как выразилась сама преподавательница – «для создания должного фона». Не знаю, правда ли это, но впечатление производило.

Разделив нас на две группы, тех, кто обладает стихийным даром – сюда входили и управляющие живительной энергией лекари – и тех, кто нет, она собрала первых, включая меня, в углу комнаты, а вторых, усадила за стол, раздала книги по «истории магии» и велела изучать.

Ввиду скудного преподавательского состава и отсутствия индивидуальных дисциплин для редких талантов, многие студенты – вроде долговязого насупившегося некроманта, что повстречался мне вчера в обеденном зале – оставались без практических занятий, и могли положиться только на свою любознательность. И если лет двадцать назад эта проблема не была такой острой, сейчас дыра расползлась до гигантских размеров, поглощая честь и престиж Мантильской академии.

– Кажется, у меня получается! – воскликнула я, чувствуя, как сила мысли влияет на мой резерв.

Воздух, что исходил от моих ладоней, опустошал внутренний накопитель, а медитация, которой учила нас миссис Маклейн помогала ему восстанавливаться. И все это в один момент. Не нужен сон, ванна, вкусная еда. Только самовнушение и концентрация.

Как удобно!

Рядом раздался сдавленный смешок. Открыв глаза, я увидела стоящую напротив Алеену, чьи рыжие волосы трепал создаваемый мной ветер.

– Видела бы ты свое лицо! – еле слышно прыснула она, стоило миссис Маклейн отойти к черноволосому огневику по имени Томс. – Словно не воздухом управлять научилась, а выиграла на турнире артефакт вечной молодости.

– А такой существует? – удивилась я.

– Только в старинных легендах, но им много кто верит, – пожала она плечами, и тут же кивнула на пустую чашу, что держала в ладони. – А у меня ничего не выходит. Говорила я деду, что водник из меня, как из бытовика боевик. Вечно он меня не слушает.

– Тебе просто надо потренироваться…

– Или валить к бездарям, – появившаяся словно из неоткуда Мойра, кивнула на стол, где, уткнувшись в учебники сидело двое парней и одна девушка. – Тебе там самое место.

После вчерашнего происшествия в холле маска притворного дружелюбия слетела с ее лица, демонстрируя скрытые за ней ненависть и злобу. И пусть ректор так ничего и не узнал, ожидать, что вампирша откажется от мести было по меньшей мере глупо.

Сегодня за завтраком, к примеру, подошла к нашему столику, и заявила, что я – цитирую – неправильно выбрала сторону, и еще об этом пожалею. А повстречав у выхода, больно задела локтем.

Ну что это, если не объявление войны? По-моему, оно самое.

Так и не дождавшись ответа, Мойра смерила нас испепеляющим взглядом, и отошла к ожидавшей ее свите.

– Вот стерва! – громче, чем нужно прошипела Алеена.

Услышавшая эти слова преподавательница, открыла от удивления рот. Но быстро взяв себя в руки, погрозила ей пальцем.

– Мисс Алеена, встаньте рядом с мистером Томсом, – приказала она. – Будете тренироваться в паре, он разводит огонь, вы его тушите. Задача ясна?

– Да, миссис Маклейн, – проныли они и угрюмо уставились друг на друга.

Мне в пару достался еще один огневик, коренастая черноволосая девушка по имени Глория. Своим даром она владела даже лучше, чем я, а потому проблем с заданием у нас не возникло. Стоило огню в ее ладонях набрать силу, как я направляла на него поток холодного воздуха. И так несколько раз…

Пока на весь кабинет не раздался оглушительный крик.

– Помогите, пожар!

Твою ж…

Толстый ковер под нашими ногами занялся оранжевым пламенем, что медленно подкрадывалось к столу и темным занавескам, а виновник этого безобразия Томс, с ужасом пялился на свои ладони. Стоявшая рядом с ним Алеена, вытянув руки пыталась создать воду, но на пол падали лишь редкие капли.

– Нам конец!

Мойра с подругами, держась за животы, не могли перестать хохотать. Остальные студенты отирались у входной двери и звали на помощь. Кроме некроманта, который оторвав нос от книги, взирал на всех нас с явным любопытством.

Надо было действовать. Я понимала. Как и то, что мой ветер, в данной ситуации, только ухудшил бы наше положение.

Тяжело вздохнув, Сибилла Маклейн отодвинула со своего пути замершего истуканом Томса и, одним взмахом руки, вызвала водный поток.

Пламя вмиг унялось, оставив после себя витающий в воздухе запах гари.

– Думаю, занятие подошло к концу. Можете расходиться. Мисс Алеена, мистер Томс, прошу вас после уроков подойти в мой кабинет. Вам не помешает дополнительная практика, – устало произнесла она, и добавила чуть слышно. – Иначе в следующий раз от академии останутся одни головешки.

На «Зельеварение», что в расписании шел вторым по списку, я шла в приподнятом настроении. Во-первых, Мойру и ее подружек я там не увижу, так как лекарский        факультет, всем составом, отправился на практику в медицинский отсек. А во-вторых, предыдущий урок показал, что мой дар можно и нужно развивать, и только от меня зависит, как хорошо я с этой задачей справлюсь.

– Ходит слух, что у нас снова будет совмещение, – поделилась новостью поравнявшаяся со мной Алеена. Быстро оправившись от недавнего фиаско, соседка сняла с себя подпаленный фартук, и сейчас, пока мы плелись в самом хвосте, несла его в руках.

– Создатель, только не говори, что опять эта вампирша, – взмолилась я, бросив на нее страдальческий взгляд. – Я больше не выдержу.

– Нет, – покачала рыжей головой девушка. – С боевкой.

И так при этом восторженно вздохнула, что пропустила мой полный раздражения стон.

Вот где, спрашивается, справедливость? Я так радовалась, что за завтраком не наблюдала этого наглого волка, а теперь целый час буду вынуждена терпеть его высокомерную физиономию. Еще и сердце того и гляди выпрыгнет из груди, и эта непонятная реакция совсем не походила на обычную злость.

– Не думала, что тебе нравятся самовлюбленные павлины, – выместила на я Алеене свое негодование.

– Вот еще! Я просто завидую, – честно призналась она, опустив голову. – Я так мечтала стать одной из них, но эти традиционалисты девушек в боевку не берут. Чтоб им пусто было!

– Не берут? Но почему?

– Если бы я знала. Наверное, боятся пропустить удар от девчонки. Их хрупкое эго с таким точно не справится.

Придя к согласию в этом вопросе, мы остановились напротив закрытой двери из черного дерева, на которой висела табличка с номером четыре. Все остальные были уже внутри, а я замялась на пороге, и только тычок в спину от Алеены, помог собраться.

Фух, кажется, пронесло!

Кроме нашей группы, никого постороннего не наблюдалось, а значит можно было вздохнуть полной грудью и оглядеться по сторонам. Что я и сделала. Прямо перед тем, как меня припечатало к месту.

В детстве мама читала нам с Микой сказки о древних ведьмах, что жили в бревенчатых лачугах, стоящих посреди Безжизненных земель. Так вот, внутреннее убранство их жилищ, мало чем отличалось от увиденного в кабинете – я сверилась со списком – мисс Адалин Сальси.

С потолка свисали гирлянды сушеных грибов, бусы всевозможных ягод, веники душистых трав. На полу, в шахматном порядке, были расставлены металлические подставки, и на каждой по огромному котлу. А посреди всего этого великолепия стояла… отнюдь не седая старушка с метлой наперевес, а молодая симпатичная блондинка, держащая в руках блокнот. Закончив перекличку, она собралась озвучить заготовленную заранее речь, но в этот момент двери снова отворились и внутрь, дружным строем, прошагало несколько парней.

Явились, не запылились!

Скрипнув зубами, я встала за спину стоящего впереди некроманта, но он, несмотря на высокий рост, был таким худым, что укрыться от холодного взгляда Дарела, который зашел в кабинет одним из последних, у меня не вышло.

Спадающие на лоб спутанные пряди, придавали ему опасный вид. Нос, как обычно, был задран к потолку, а красивые губы расплылись в мрачной улыбке, при виде которой я начала закипать, как синее зелье в одном из котлов.

– Ну, раз все в сборе, – кивнула мисс Сальси, – можем приступать непосредственно к занятию. Сегодня я буду учить вас готовить простое, и очень нужное зелье против юношеских высыпаний на лице.

Почти все находящие в комнате девушки густо покраснели, а со стороны парней послышались смешки и похрюкивания.

– Процесс варки, несмотря на свою простоту, требует концентрации как мысленной, так и магической. В молодых людях, вроде вас, оба этих качества живут редко. Чаще у девушек лучше дела обстоят с магической составляющей, а у парней с умственной, потому первое время вам придется разбиваться на пары, которые я назначу сама.

То ли мое имя было одним из последних в ее списке, то ли удача в очередной раз решила повернуться ко мне своим седалищем, но очень быстро подкрался момент, когда непристроенными остались только мы с Алееной, некромант, Дарел и его блондинистый брат. И если не проявить решимость и не напроситься в пару к долговязому одногруппнику, меня будет ждать очень непростой….

Мою руку сжала крепкая ладонь.

– Мисс Сальси, мы с Колючкой уже знакомы и отлично сработаемся, – усмехнувшись при виде моего открывшегося от удивления рта, Дар подмигнул мне и потащил к ближайшему котлу.

Вырваться из хватки этого нахала не представлялось никакой возможности, но я все равно не сдавалась. И пока вела изначально проигранное сражение за свою руку, мисс Сальси успела поставить Алеену в пару к белобрысому волку, а сама составила компанию оставшемуся в одиночестве некроманту.

Теперь возмущаться не было никакого смысла, так что я, отгородившись от Дарела котлом, демонстративно повернулась к нему спиной. И тут же вздрогнула, почувствовав, как затылка коснулось его горячее дыхание.

– Мой помощник, мистер Рубен, – мисс Сальси кивнула на невесть как очутившегося в кабинете рыжебородого мужчину. Того самого, что вчера вечером принес нам с Алееной учебники и расписание. – Он сейчас раздаст вам необходимые для зелья ингредиенты, а я объясню, в каких пропорциях и в какой очередности их нужно будет добавлять в заготовленную заранее основу.

Под основой, как я поняла, имелась в виду та дурнопахнущая синяя жидкость, что булькала в котлах, так и норовя сбежать на волю. А под ингредиентами несколько пучков трав, зеленая паста, от которой несло тухлыми яйцами, и сушеная кожа жаб.

Представляю, что за зелье из всего этого получится. Между ним и высыпаниями, я бы не задумываясь выбрала второе. Подумаешь, прыщ на лбу, зато шанс задохнуться от лекарства не грозит.

– У вас в руках Грязноцвет Обыкновенный, – Адалин помахала группе пучком сушеных серых трав с ярко-желтыми листьями. – Кто знает его второе имя?

Вверх поднялась всего одна рука и принадлежала она Буну.

– Водница.

– Молодец, – кивнула ему мисс Сальси. – А почему?

– В Безжизненных землях это единственный источник воды. Растет по всей территории. Отрываешь листок и жуешь, пока он источает влагу.

– Я отмечу ваш ответ, мистер…

– Бунчер, – отвесив преподавательнице, а вместе с ней своей насупившейся напарнице низкий поклон, парень сжал губы, пытаясь скрыть насмешливую улыбку.

– Позёр, – различила я раздавшийся за спиной еле слышный шепот.

Мисс Сальси, между тем, продолжила свою лекцию.

– … далее у нас идет…

– Эй, Колючка, может, обратишь на меня внимание? – раздался у самого уха хриплый голос брюнета.

– Прости, но тогда мне будет сложно тебя игнорировать.

– Хорошо, – этот невозможный тип даже не думал отставать. – Тогда встретимся вечером.

Возмутившись его приказным тоном, я резко повернулась и продемонстрировала ему средний палец. В ответ на жест он так демонстративно щелкнул зубами, что я быстро спрятала руки за спину.

– Я не шучу, – в этот раз его голос звучал жестче. – Если не хочешь проблем, то после уроков будешь ждать меня в холле.

– Размечтался! Ждать я его буду, как же! – фыркнула я и снова повернулась к преподавательнице, которая как раз заканчивала инструктировать группу.

– …запомните, если из котла полезет щупалец, кричите!

Чего?

Сглотнув, я уставилась на Алеену, которая, отрывая желтые листья Грязноцвета, бросала их в котел, и принялась делать то же самое. Дарелу от мистера Рубена досталась чашка с пастой-вонючкой, и этот идиот, даже не заботясь об очередности, вывалил все содержимое в булькающее варево. А потом схватил горсть сушеной жабьей кожи и кинул следом.

Синее зелье усиленно забурчало, громко зашкворчало и начало розоветь. А так как о подобном эффекте нас не предупреждали – вроде – да еще и опасность неких щупалец кружила над головой, я сделала несколько шагов назад.

– Надо же, мало у кого это зелье получается с первого раза, – задумчиво протянула, остановившаяся рядом с нашим котлом Адалин. – Я отмечу эту работы высоким баллом, мистер…

– Дарел, – вежливо ответил ей брюнет.

– А ваша напарница, мисс… – она подняла на меня вопросительный взгляд и, заметив, как далеко я стою, нахмурилась.

– Трусиха, – хмыкнул этот несносный тип, чем окончательно вывел меня из себя.

– А ты… ты высокомерная заносчивая задница!

– Воровка! – разозлившись так, что перед глазами встала красная пелена, я рванула вперед и толкнула его в грудь, из-за чего он споткнулся об котел, а тот, вместе со всем содержимым, полетел на пол, устроив настоящий потоп. Наступила оглушающая тишина.

Мисс Сальси, смерила нас с Даром угрожающим взглядом и указала пальцем на дверь.

– Оба к ректору! Сейчас же!

Кабинет ректора оказался пуст.

Велев нам с Дарелом занять гостевые кресла, расположенные в половине туаза друг от друга, мисс Сальси села на прилегающий к противоположной стене диван, достала из кармана юбки блокнот, и принялась что-то туда записывать, изредка окидывая нас строгим взглядом.

Воцарившаяся тишина действовала угнетающе, но это не шло ни в какое сравнение с нервировавшим меня парнем. Откинувшись на спинку кресла, Дар закинул лодыжку одной ноги на колено другой, скрестил руки на широкой груди и, развернувшись в мою сторону, сверлил нечитаемым взглядом.

В ответ, я демонстративно пялилась в окно, стараясь игнорировать собственные горящие щеки и учащенное дыхание, которые списала на страх перед неминуемым наказанием.

Я действительно переживала. И ведь было о чем.

Во-первых, меня ни разу не наказывали. Даже за серьезные проступки, не говоря уже о мелких шалостях. Строгие выговоры отца и матери, я в расчет не беру, да и вообще по драконьим меркам могла считаться очень послушным ребенком. А во-вторых, вдруг ректор Поль огласит мою настоящую фамилию, и Дар узнает, кем я прихожусь наследному принцу Веррина? Только этого мне для полного счастья не хватало.

А если меня исключат и отправят домой? После первого же учебного дня…

Создатель, какой позор!

Раздавшийся скрип входной двери, заставил меня вздрогнуть. Сейчас свершится! Но в кабинет, вместо его хозяина, вошел мистер Стоун.

– Адалин? – нахмурился великолепный блондин при виде молодой преподавательницы.

Чтобы оторваться от его идеального лица, мне пришлось приложить немало усилий. Глаза, против воли, скосились на сидящего рядом брюнета, который, оценив мою реакцию на учителя боевых искусств, замено помрачнел.

Любопытная реакция. Это неприязнь ко мне или к Стоуну? А может к нам обоим?

– Здравствуй, Клив! – вежливо улыбнулась мисс Сесиль. – Мы ожидаем ректора. Должен появится с минуты на минуты.

– Боюсь, он задержится. Кое-какие проблемы с поставками продовольствия, – мужчина прошел к столу и присел на самый краешек. – Я вижу среди присутствующих своего подопечного, – он кивнул на Дарела. –  Могу узнать в чем дело?

– Да, конечно, – Адалин снова заняла диванчик и расправила юбки. – Эти двое едва не разрушили мой кабинет: подрались, уронили на пол котел с зельем, сорвали урок. Я пришла просить о должном наказании, чтобы и другим не повадно было.

На волевом лице мужчины отразилось удивление. Брови поползли вверх, а в глазах промелькнуло явное недоверие.

– Мы не дрались, – поспешила я внести ясность. – И котел задели случайно.

– Зато толкнула ты меня не случайно, и «задницей назвала», – откровенно насмехался надо мной Дарел.

– Потому что ты заслужил! – скрипнула я зубами, едва сдерживаясь, чтобы не повторить все то, в чем меня обвиняли.

– Как и ты, за то, что украла мою лошадь.

– Никого я не крала. Она ушла со мной по своей воле!

– Ну вот, наконец-то призналась. Я уже думал клещами тащить придется. Пыткам подвергать…

– Да ты… ты… – подскочив с места, я сжала ладони в кулаки.

– Да, теперь вижу, что случай тяжелый, – медленно протянул Клив, чем привлек к себе наше внимание. – Без наказания тут действительно не обойтись, и я даже знаю какого.

– Уборка в главном саду? – вскочив с кресел, воскликнули мы с Дарелом в унисон и, поморщившись, переглянулись.

Если на его лице читалось откровенное недоумение и презрение к самой мысли о грязной работе, то меня больше заботил ненавистный напарник, наедине с которым мне предстояло провести грядущий вечер.

И постараться его в процессе не убить.

Непосильная, на первый взгляд, задача, стала еще сложнее, когда Дар, смерив меня пристальным взглядом, хмыкнул и повернулся к Кливу.

– Думаете, эта неженка хоть раз в жизни держала в руках что-то тяжелее букета цветов? Я очень сомневаюсь.

– На себя посмотри! – огрызнулась я, мысленно свернув ему шею и хорошенько попинав его холодный труп. И только немного успокоившись, повернулась к уставившимся на нас преподавателям. – Я не отказываюсь от работы, но можно мне в пару кого-нибудь другого? Боюсь… у нас с мистером Дарелом – непримиримые противоречия, что делают совместную работу категорически невозможной.

– Простите, мисс Алекса, – развел руками мистер Стоун. – Но сама суть наказания кроется в том, чтобы заставить вас найти точки соприкосновения, и облегчить дальнейшее общение. Вам с Дарелом предстоит провести под одной крышей долгие четыре года, и чем терпимее вы станете друг к другу, тем легче будет жизнь у других обитателей нашей академии.

Как бы мне не хотелось с ним поспорить, я понимала, что в словах блондина кроется зерно истины. Подумаешь, один вечер. Заварю себе перед походом в сад успокоительное зелье из мяты с мелиссой и полностью сосредоточусь на задании.

Звучит, как отличный план.

– Да и мисс Судэй давно просила отрядить ей в сад пару расторопных ребят, – продолжил Клив. – Так что в ваших же интересах, получив от нее подробные инструкции, не тратить время на споры, а заняться делом. Главное помнить, что многие растения в главном саду не так безобидны, как кажутся на первый взгляд, поэтому постарайтесь придерживаться техники безопасности и не совать пальцы, куда не следует.

Хм, и это тоже звучит, как отличный план.

Видимо заметив, как разгладилось мое мрачное выражение лица, Дар приподнял брови. Даже собирался что-то сказать, но внезапно открылась входная дверь, и внутрь, размашистой походкой, вошел Арамистер Поль.

Увидев столпившихся в его кабинете людей, ректор удивленно вытаращил глаза, но, быстро взяв себя в руки, повернулся к мистеру Стоуну.

– Я что-то пропустил? У нас была назначена встреча? Не припомню, – нахмурился он, проходя к своему столу. Толкнув кресло, плюхнулся в него всем своим весом и, сложив ладони домиком, принялся ждать ответа.

– Возникло пару вопросов, но мы уже их уладили. Верно? – Клив перевел взгляд на нас с Дарелом.

– Да, все отлично, – расплывшись в белозубой улыбке, кивнул брюнет.

– Ага, уладили, – моя улыбка вышла несколько вымученной и буквально кричала о напряженности момента.

– Мистер Поль, – обратилась к ректору Адалин. – У нас со студентами возникли кое-какие разногласия, но мистер Стоун помог их уладить. Так что с вашего разрешения…

– Нет-нет, – покачал головой ректор. – Молодые люди могут идти, а вас Стоун и вас мисс Сесиль, я попрошу задержаться. Нужно обсудить кое-какие вопросы…

Из кабинета Арамистера Поля я выходила в растрёпанных чувствах, все еще не веря, что проведу сегодняшний вечер наедине с тем, кто одним своим видом заставлял меня закипать от негодования.

Высокомерный взгляд, руки в карманах брюк, уверенная походка… даже раздававшийся за спиной скрип паркета под его тяжелыми ботиками не давали мне покоя, заставляя нервничать и злиться.

Мне же только и нужно было – держаться от него, как можно дальше. Но судьба, будто специально, сталкивает нас лбами, то ли желая поглумиться, то ли выяснить, кто кого скорее похоронит.

И будь я проклята, если выйду из этой схватки побежденной!

Подхватив юбки, я развернулась к Дарелу лицом, сделала шаг вперед и ткнула пальцем в его обтянутую сорочкой грудь.

– Это все твоя вина! Сидел бы себе тихо на уроке, никакое наказание бы нам не угрожало.

– Моя? – приподнял он правую бровь в притворном – клянусь здоровьем покойного прадеда! – удивлении. – Если бы ты не украла мою лошадь, я бы не искал с тобой встречи. Так что вина, целиком и полностью, твоя!

– Создатель! Да она в…. – Черт, как же называется то место, где держат лошадей? Лошадня? Лошадник? – в лошадином загоне! Неужели, так сложно догадаться?

– А ты разве не в курсе, что доступ в академические конюшни есть только у владельцев? А Пайпер, так уж вышло, записали на твое имя, – правильно расценив мое замешательство, Дарел растянул губы в кривоватой ухмылке и прошел вперед. – Вечером, как закончим с садом, вернешь.

Опешив от таких новостей, я не сразу вспомнила о данном малышке Пайпер обещании, а когда озарило, поспешила нагнать удаляющуюся спину брюнета.

– Хорошо, я верну ее тебе, но, если продолжишь над ней издеваться, снова украду, и ты ее уже никогда не увидишь! – выпалила я на одном дыхании.

– Издеваться? – Дар резко повернулся, и вот теперь удивление на его лице было самым что ни на есть настоящим. Растерянным и крайне ошеломленным.

– Да, – резко кивнула я, – ее клеймо в виде волчьей головы. Что это еще за художественные эксперименты? Возьми холст для рисования и делай с ним что хочешь, а бедное животное оставь в покое!

Между его идеальными бровями образовалась складка, а взгляд из пренебрежительного стал вдруг заинтересованным. Словно он увидел перед собой неизвестную миру зверушку и теперь, во что бы то ни стало, должен выяснить, как она устроена.

Сделав шаг назад, я поежилась.

– Клив назвал тебя Алексой, если я не ошибаюсь? – медленно протянул парень, склонив голову к правому плечу.

– А тебе что за дело? – осторожно поинтересовалась я, не понимая, к чему он клонит.

– Да вдруг стало любопытно, откуда ты родом, Алекса? Судя по всему, лошади в ваших краях не водятся, иначе ты бы знала, что клеймо, это признак принадлежности животного определенному хозяину.

– Но это же… бесчувственно, – хлопая глазами, прошептала я.

– Отнюдь. Боли они не чувствуют, так как при нанесении используется магическое вмешательство. Ну что, я развеял все твои сомнения? Может и ты меня осчастливишь ответом на мой вопрос? Откуда ты, Алекса?

Дарел ждал. Я же в душе металась, словно пойманная в силок дичь.

Рассказать ему, что я из Виверна? И речи быть не может. Не сегодня и, надеюсь, не завтра. Обмануть? Но я не знаю больше ни одного королевства, где вместо лошадей используют грифонов. Значит, остаётся одно – бежать. И как можно скорее.

– Не твое дело! – фыркнула я, прежде чем подхватив юбки, броситься к лестнице.

Оставив за спиной скрипучую лестницу, я преодолела узкий коридор и на бешеной скорости – будто за мной гналось стадо грифонов – влетела в обеденный зал, где к этому часу собралась чуть ли не половина академии.

В воздухе витал запах овощной похлебки, жаренной рыбы и свежеиспеченного хлеба. Феи, смешно махая крылышками, носились с подносами от стола к столу. А шумные компании, перекрикивая друг друга, весело обсуждали последние новости.

Забившаяся в дальний угол Алеена, увидев, как я, застыв в дверях, ищу куда бы примкнуться, помахала рукой, предлагая занять место рядом, и я, охотно приняв приглашение, бросилась к ее столику.

– Быстро же ректор вас отпустил, – небрежно бросила она, ловко орудуя ножом и вилкой.

– Ректор бы может и не отпустил, – призналась я, садясь напротив, – но на наше счастье, пока его не было, в кабинет зашел мистер Стоун и, в качестве наказания, велел после уроков явится в главный сад.

Соседка, скривившись, будто от зубной боли, не донесла вилку, с нанизанным на нее кусочком рыбы, до рта.

– Не понимаю, что этой боевке от тебя нужно? То у душевой поджидал, то на уроке в напарники вызвался. Это же наш первый день, или у вас с ним давние отношения?

– Вот еще! – вздрогнула я от подобного предположения. – Дело в том… – я огляделась по сторонам, проверяя, нет ли поблизости лишних ушей, – дело в том, что по дороге в академию, мне пришлось спасаться бегством от разъяренной толпы, которая, узнав во мне ведьму, почему-то не сильно этому факту обрадовалась. Из-за проблем с экипажем, я без разрешения одолжила чужую лошадь. Ну и так вышло, что она принадлежала Дарелу.

– Создатель! – выпучила на меня свои зеленые глаза Алеена. – Вот это я понимаю, отличное начало знакомства.

– Такое отличное, что по его вине меня едва не отчислили в первый же день! – возмущенно засопела я. – Но может, после того как я верну ему лошадь, он забудет обо мне, и начнет держаться на расстоянии.

– Я бы сильно не надеялась.

– Это почему же? – нахмурилась я, совсем подобной перспективе не обрадовавшись.

– Такие парни, как он, один раз найдя объект для атаки, будут мучить снова и снова. Попомни мои слова, – со знанием дела произнесла соседка. – Но ты не переживай, я знаю, как сделать так, чтобы он при одном твоем имени, забивался под кровать и дрожал от страха.

– Серьезно? – выпучила я от удивления глаза. – И как?

– Вечером расскажу, а сейчас собирайся, у нас по расписанию урок… – договорить она успела, так как со стороны дверей раздался громкий смех.

Стая девушек, под руководством вездесущей Мойры, окружила долговязого парня, и смеясь, по очереди, пихали его то в спину, то в грудь. Некромант, а это был именно он, хмурился, и пытался вырваться, но то ли тут была замешена магия, то ли физических сил у него было в разы меньше, ничего у бедного не выходило.

Наконец, не удержавшись на ногах, он упал на пол. Ну а я, не в силах наблюдать за издевательствами, вскочила с места и, сломя голову, понеслась вперед.

– Оставьте его в покое, или о вашем недостойном поведении узнает ректор Поль! – толкнув стоящую ближе ко мне Молли, я подскочила к парню и принялась помогать ему подняться.

– И кто же ему расскажет? – раздался за спиной ехидный голос вампирши.

– А хоть бы и я! – моему оскалу, в этот момент, позавидовал бы любой волк, и даже Мойра, оценив серьёзность моего настроя, сделала шаг назад.

– Даже не сомневаюсь, – выпалила она, кивком головы отзывая свое «войско». – Что еще ожидать от сплетницы и ябеды. Ой, только не строй такое невинное личико, ты специально втерлась ко мне в доверие, чтобы узнать все тайны, а потом ударила в спину, когда я меньше всего этого ожидала.

– О каких тайнах ты говоришь? – поинтересовалась я, поднимаясь сама и помогая подняться некроманту. – О той, что ты со своей свитой третируешь одиночек? Нападаешь, издеваешься? Об этой тайне идет речь? Или о той, где вы перетираете кости всем учащимся и преподавателям? Вам самим от себя не противно?

– Закрой рот, выскочка! – зашипела вампирша. Ее глаза налились кровью, ладони сжались в кулаки, но нападать она не спешила. Видимо помнила о моей драконьей крови, и что дар у меня не слабый, ответить могу. – Еще хоть слово в мой адрес, и вылетишь из академии быстрее ветра.

– А вот это вряд ли, – вдруг вклинился в нашу перепалку голос Алеены. – Как бы не дружен был ректор с твоими родителями, против гнева короля Виверна он точно не пойдет.

Воспользовавшись тем, что в нашем углу возникла выразительная пауза, я толкнула плечом преграждавшую мне путь блондинку из свиты Мойры, и потащила даже не пытавшего сопротивляться некроманта к выходу.

Не участвовавшие в стычке студенты провожали нашу троицу восхищенными взглядами, причина которых плавала на поверхности. Кто-то в стенах академии наконец-то поставил на место зарвавшуюся вампиршу и остался жив. В пору объявить смельчака героем и воздвигнуть ему памятник в центре холла.

Вот только мне это лишнее внимание было совсем ни к чему. И чем скорее местные обитатели забудут об увиденном, тем спокойнее будет моя жизнь в стенах замка.

На второй этаж, где у нас по расписанию должен был проходить урок истории, под руководством некоего мистера Грофа, мы поднимались в полном молчании. Алеена шла впереди, за ней, опустив голову, плелся некромант, а я замыкала шествие, то и дело оглядываясь за спину, куда мог прийтись неожиданный удар разозленной Мойры.

– Спасибо… вам, – произнес парень, стоило нам подняться по лестнице в коридор, где еще не успела собраться толпа студентов.

– Ты бы лучше, чем благодарить, к мистеру Стоуну на уроки самообороны походил, – нахмурилась Алеена. – Вон какой высокий, а девчонкам отпор дать не можешь.

– Могу, – тяжело выдохнул он. – Но отец учил, что женщин трогать нельзя, даже если они ведут себя как… как…

– Как сучки? – помогла ему подыскать нужное слово соседка. Парень кивнул. – Ну и зря. Не оценят. Они только силы и боятся.

– Ты же некромант, – вспомнила я о самой главной его особенности. – Пригрози, что нашлешь на них армию нечисти или пришлешь ночью труп в их комнаты. Вот увидишь, тебя сразу десятой дорогой обходить начнут.

– Не начнут, – снова приуныл он. – Я не умею контролировать свой дар, а те крохи, что у меня выходят, сильного впечатления на них не произведут.

– Ничего, научишься! – заявила я, уперев руки в бока. – Мы же в академии. Где как не здесь расширять свои знания?

– Легко сказать. Некроманты – зверь редкий. Преподавателей для нас и в хорошие дни днем с огнем не сыскать. Меня потому на общий факультет определили и номер секции в библиотеке подсказали. Книги, конечно, познавательные и интересные, но без нормальной практики – это пшик. А где я здесь мертвецов найду? Если только привидения старинные, но это уже не по моей части.

Его слова напомнили мне рассказы матери о том, что ей тоже со своим даром не сладко приходилось. Учителей и двадцать лет назад для некромантов не имелось. А всю информацию, так же как и сейчас, черпали из книг.

– Есть у меня одна мысль, – вдруг прервала тягостное молчание Алеена, чем привлекла к себе наше внимание. – Я слышала, что в половине лье от академии, в сторону севера, находится какое-то древнее кладбище. Людей там давно не хоронят, но насколько мне известно, тебе для опытов и столетний скелет сгодится.

– Отличная идея! – закивала я. – Сегодня… Ох, нет. Сегодня я буду занята… Клятое наказание! Завтра ночью мы сможем выбраться из академии и наведаться туда все вместе.

– Я за, – кивнула соседка.

– А я тем более! – подхватил парень, преисполнившись энтузиазма. Затем, спохватившись, хлопнул себя по лбу. – Простите, совсем забыл представиться. Меня зовут Ольн.

– Меня Алекса, а это, – я кивнула на рыжую девчонку, – Алеена.

– А вы ничего, – расплывшаяся на его лице кривоватая улыбка смягчила резкие черты лица. – Не похожи на других. Такие… странные.

– Интересный комплимент, – переглянувшись, мы с соседкой прыснули от смеха.

Главный сад, находящийся под патронажем преподавательницы ботаники миссис Судэй, располагался на заднем дворе и имел отдельный вход, охраняемый стражником. Мужчиной в форменной одежде, что держал в руках список посетителей и очень строго с ним сверялся.

Услышав мое имя, он около минуты искал его в бумагах, а когда нашел, вежливо поклонился, открыл кованые ворота и пропустил внутрь, не забыв напомнить о подстерегающей на каждом шагу опасности.

Я девушка не глупая, на рожон лезть не собиралась, а потому кивнула в ответ, и придерживаясь дорожки из желтого камня, направились на поиски Мод. А попутно изучала необычные цветы и растения, что заполонили сад, и не были похожи ни на одни виденные мной ранее.

Яркие, небывалых форм и размеров, они источали умопомрачительные ароматы, что дурманили голову, вызывая стойкое желания подойти поближе и руками пощупать эти небывалые творения создателя.

Приходилось прилагать неимоверные усилия, чтобы постоянно напоминать себе о кроющейся в них опасности, но, с каждым пройденным шагом, эти напоминания действовали все слабее и слабее.

– Мисс Алекса, как я рада вас видеть! – потрясывая буклями, женщина оторвалась от кадки с разросшимся растением, своими колючками напоминающим кактус, но имевшим ярко-красные полосы вдоль толстого стебля, и направилась ко мне. – Когда мисс Сальси сообщила, что вы с мистером Дарелом вызвались составить мне сегодня компанию, я даже не поверила своим ушам. Студенты, обычно, не горят желанием возиться с моими цветочками, и тем более заниматься уборкой, а выделять дополнительное финансирование на еще одну штатную единицу ректор категорически отказывается.

Так вот почему Клив выбрал сад. Сам факт наказания тут играл второстепенную роль. Он хотел помочь бедняжке Мод, а мы с Даром очень вовремя подвернулись под руку.

Теперь мне было стыдно за все те проклятия, что я слала на головы преподавательского состава, по чьей прихоти была вынуждена провести свободный вечер в ненавистной компании.

– Я буду очень рада вам помочь, миссис Судэй, – тепло улыбнулась я, оглядываясь по сторонам. – А Дарел еще не появлялся?

– Жду его с минуты на минуту. Мальчик, наверное, заплутал в здешнем лабиринте. Очень надеюсь, что он будет держаться подальше от моих «малышей», иначе последствия могут быть очень печальными.

«Не для меня», – подумала я, представляя, как один из местных кустов, кусает этого сноба за зад. Пришлось прикусить нижнюю губу, чтобы сдержать зловещую усмешку.

– Давайте, чтобы не терять времени, вы распишите наши сегодняшние обязанности? А когда Дарел появится здесь, я все ему перескажу, – предложила я, закатывая рукава форменного платья.

Кивнув, Мод подозвала меня к себе. Туда, где стояло несколько десятков одинаковых горшков с нежно-розовыми цветами, чьи листья напоминали бутоны роз, но были в разы плотнее, и заканчивались шипастыми краями.

– Познакомься милая. Это мои любимые детки – Антропофагусы. Сейчас у них как раз время обеда, и вашей обязанностью будет накормить все двадцать девять штук. Тридцатую я накормлю сама, а ты наблюдай за процессом. Тут важно делать все медленно, не забывая левой рукой крепко придерживать стебель. Они те еще прыгуны, могут и в палец вцепиться.

Прыгуны? Кормить? Вцепиться в палец?

Разве тут нет поблизости лейки с водой? К чему такие сложности?

Пока я пыталась уложить в своем сознании новую информацию, Мод надела плотные перчатки, достала из-под деревянного столика коробку с сухой травой, сжала в ладони пучок, схватила один из вырывающихся – вырывающихся?! – Антропофагусов за стебель, и принялась пихать сухую траву прямо в бутон.

Раздавшийся в тишине чавкающий звук поверг меня в шок.

Затем в голове немного прояснилось, и вспомнилась старинная легенда из лежащего в библиотеке отца исторического сборника. В ней рассказывалось о племени людей, что несколько тысяч лет назад жили в Безжизненных землях и не брезговали каннибализмом. А называлось это племя – сюрприз! –  антропофагус.

В этот момент меня со спины обхватили сильные мужские ладони, и я, от неожиданности, разразилась таким криком, что он эхом прокатился по саду, заставляя птиц взвиться в воздух.

– Мистер Дарел, что вы себе позволяете? – гневно причитала Мод, обмахивая мое бледное лицо подолом своего фартука. – Так пугать бедную девочку.

– Я просто хотел пошутить. Откуда мне было знать, что она такая трусиха? – держа руки в карманах, брюнет стоял в шаге от нас, и испепелял меня своим взглядом.

После встречи со стражей, которая прибежала на мой крик, скрутила наглеца и выпустила только после детальных объяснений случившегося, вид он имел помятый, настроение испорченное, а всю вину списал на мою скромную персону.

Гад! Еще злиться смеет. Было бы за что. Это я должна злиться, так как из-за его «игр» чуть к создателю не отправилась. Или он так и планировал? С него станется.

– Сам ты трус! – прорычала я, подскакивая с пенька, на который меня усадила миссис Судэй. – Этот сад пестрит очень опасными растениями. Понятное дело, что я испугалась.

Не знаю, как долго продолжалась бы наша словесная дуэль, если бы Мод не взяла дело в свои руки. Встав посередине, женщина смерила нас обоих строгим взглядом и кивнула на голодные Антропофагусы.

– Накормите цветочки строго по инструкции, как я учила. Затем подметите аллею и можете быть свободны. Я вернусь через два часа и все проверю. А если узнаю об очередной ссоре или невыполнении задания, пожалуюсь ректору Полю. Все ясно? – Мы медленно кивнули, а когда Мод скрылась за углом, разошлись: я к горшкам, а Дар к деревянному столу, под которым лежала старая метла.

– Так нечестно, – возразила я, приглядываясь как бы подступиться к растениям-каннибалам. – Уборка – это самая легкая часть наказания. А одна кормит этих троглодитов я не буду.

– Нашла тоже проблему, – приблизившись ко мне и встав рядом, Дарел присмотрелся к цветам. – Покажи, что нужно делать, и я живо их накормлю. Чем они питаются? Мухами?

– Если бы, – проворчала я, хватая пальцами пучок нужной травы. – Засовывать нужно прямо в бутон, там у него… желудок. И не забывай придерживать стебель.

Я обхватила оный и почувствовала, какой он теплый и… сильный. Так и норовил вырваться и подскочить вверх, чтобы цапнуть меня либо за нос, либо за еще какую-нибудь выступающую часть тела. Но стоило мне засунуть траву в бутон, как цветок успокоился и зачавкал.

Сейчас звук воспринимался намного спокойнее.

Брюнет громко присвистнул, схватил пучок травы и попытался повторить мои действия, но не озаботился придерживанием стебля, из-за чего поплатился укушенным пальцем.

На землю полетело несколько мелких каплей крови. Грубо выругавшись, Дар замахнулся на растение, но все же сдержался и отошел на шаг.

– Мерзкая гадость.

– Тебе же сказали – придерживай за стебель! Чем ты слушал? – вежливо поинтересовалась я, ощущая себя полностью отомщенной, но, чтобы парень не заметил моей победной ухмылки, делала вид, что поглощена работой.

Если я думала, что неудача отобьет у брюнета все желание подходить близко к этим невинным на вид монстрам, то сильно ошибалась. Она, наоборот, подстегнула его к действиям, и пока я занималась своим девятым Антропофагусом, он закончил кормить свой двадцатый.

– Думаю, я заслужил короткую передышку. А ты пока можешь поработать метлой, – заявил Дарел, расположившись на садовой скамейке. Вытянув длинные ноги, он откинулся на кованую спинку и, заметно расслабившись, принялся наблюдать за моей работой.

– Ты так держишь черенок, будто у него тоже есть зубы, – хохотнул он. – Ослабь хватку. Какое у нас главное правило работы с метлой?

– Подметать до чистоты? – предположила я.

– Нет, главное правило работы с метлой – это равномерно распределять мусор по территории. Запомнила? – в его глазах плескалось осознание собственного превосходства, из-за чего мне тут же захотелось огреть его черенком по голове.

– Заканчивай умничать и присоединяйся. Вон у того дерева, – я ткнула пальцем ему за спину, – находится еще одна метла.

– Если закончишь уборку без моей помощи, я расскажу тебе, кто пустил слух, что ты по мне сохнешь, – его красивые губы расползлись в ехидной усмешке.

– Что? – замерев на месте, я выпучила глаза. – Ты все врешь. Нет такого слуха.

– Если нет, значит будет. Ну так как, ты в деле? – не унимался чертов нахал, даже не сомневаясь, что на этот раз счет будет в его пользу.

Сдунув упавшую на лоб прядь волос, я злобно фыркнула и принялась за работу. В одиночку. Пока мой ненавистный напарник, не вставая со скамейки, следил за мной ленивым взглядом.

Аллея все не заканчивалась, но стоило мне приблизиться к высоким зеленым кустам, как с другой стороны послышались приглушенный мужской голос и заливистый женский смех.

Тихонько положив метлу на землю, я подобрала юбки, осторожно опустилась на колени и начала медленно раздвигать ветки, пытаясь увидеть, кто решил устроить свидание в полном хищных растений саду.

У самого уха раздался хриплый шепот.

– Ничего себе! Вот это поворот.

Посреди сада, под кроной массивного дерева находилось двое преподавателей – красавица Адалин Сальси и рыжеволосый Боливар Суфье. Тот самый мужчина, что в кабинете ректора признал во мне дочь своей однокурсницы.

Женщина стояла, прислонившись спиной к кроне. Он нависал сверху. И такая это была интимная поза, что мне захотелось отвернуться. Но неведомая сила удерживала на месте. Так что я, и притихший рядом брюнет, продолжали следить.

Держась за руки, парочка о чем-то весело переговаривалась, улыбалась, смеялась, и в какой-то момент мистер Суфье схватил Адалин за талию, прижал к своей груди и… поцеловал.

Вот так. В общественном месте. Прямо в губы.

Тихонько ахнув, я выпучила глаза и случайно схватилась за сухую ветку. Раздался хруст, и в ту же секунду мой рот сжала широкая ладонь, а мужское тело придавило к земле.

– Куда, дурочка? Нас же услышат, – прохрипел мне на ухо Дар, не выпуская из своей хватки. Да я и не вырывалась, боясь быть пойманной за подглядыванием.

Зря боялась. Ни хруст ветки, ни хрип Дарела, ни наши шевеления в кустах не привлекли внимание увлеченных друг другом влюбленных. Они продолжали самозабвенно целоваться, и делали это с такой страстью, что меня охватил жгучий стыд.

Почувствовав, как горят щеки, я крепко зажмурилась и стала ждать, когда все закончится, но проходила минута, за ней вторая, мужчина и женщина не отрывались друг от друга, а навалившееся на меня тело становилось все тяжелее и тяжелее.

Когда я решила, что терпеть больше нет сил, Дар откатился в сторону и, положив руки за голову, бросил на меня насмешливый взгляд.

– Можешь подниматься, они ушли, – сглотнув, я открыла глаза и, убедившись, что он не врет, села на колени, отряхивая подол испачканного землей платья. – Вот это реакция. Я думал, еще немного и ты лишишься чувств.

– Ничего подобного! – строго произнесла я, отворачивая лицо. – Просто, это… это неприлично.

– Ты так смешно смущаешься, – усмехнулся парень. – Можно подумать, ты ни разу не целовалась.

– Тебя это совершенно не касается, – я собралась было подняться, но Дарел, резко рванув вперед, схватил меня за руку и опрокинул на свою грудь. – Что ты себе позволяешь? Я все расскажу миссис Судэй!

– А про то, как подглядывала за преподавателями, тоже расскажешь?

– Я не подглядывала, они сами… – я уперлась ладонью в его плечо. – И если на то пошло, то и ты не отставал.

– Если бы ты не закрыла глаза, увидела бы, что мне на них было плевать. Я наслаждался твоей реакцией. Ну так что, сколько раз тебя целовали, колючка?

– Да… да как ты смеешь?! – моя запальчивая реакция заставила брюнета высоко приподнять правую бровь. На его лице отразилось замешательство, быстро сменившееся недоверием, а то, в свою очередь, хищным блеском в ледяном взгляде.

– Серьезно, что ли? Ни разу? – я снова попыталась отползти, но не тут-то было. Схватив меня за талию, Дарел уложил меня спиной на мягкий ковер из листьев, а сам навис сверху. Его лицо медленно приближалось к моему, а я вместо того, чтобы кричать и вырываться, замерла на месте и не сводила с него ошеломлённого взгляда.

Когда между нами остались считанные линии, парень прищурился и врезался в мои губы своими губами. От неожиданности я опешила. Попыталась дернуться, что-то сказать, но Дар… он так властно распоряжался моим ртом, так напористо и жадно, будто не целовал, а доказал свое надо мной превосходство.

Слегка прикусив мою нижнюю губу, он своим наглым языком ворвался внутрь, и так это одновременно взбесило и завело, что мне вдруг захотело выгнуться и застонать во весь голос.

Сердце было готово вырваться из груди, мысли в голове разбежались в разные стороны, дыхание участилось, а – будь они не ладны – ладони запутались в его растрепанных волосах. Его рука легла на мое бедро…

Создатель, что я творю?

А самое главное – с кем я это творю? Клятый волк – один из прихвостней моего так называемого жениха – распускает руки, вернее язык, а я даже не сопротивляюсь!

Эта мысль быстро меня отрезвила.

Оторвав ладони от его затылка, я уперлась ими в широкую грудь и, приложив все усилия, спихнула с себя, казалось бы, неподъемную тушу.

– Ты ненормальный! – резко подскочив на ноги, я одернула подол платья и отошла от брюнета на пару шагов. – Хам, наглец, грубиян и мужлан!

– Это все? – на красивых губах заиграла зловещая ухмылка.

– Самовлюбленный петух!

– Все, я понял. Ты в меня влюбилась.

– Что?! – вытаращив глаза, я принялась словно рыба, открывать и закрывать рот, пока, наконец, не взяла себя в руки. – Ходи и оглядывайся, блохастый!

Взмахнув юбками, я размашистым шагом направилась к выходу из сада, слыша, как в спину раздается его раскатистый смех.

Она его смешила.

Бесила, конечно, тоже. Особенно, когда щурила свои желтые глаза, гневно сжимала пухлые губы и усиленно делала вид, что его не существует.

Своей заносчивостью и упрямством, девчонка до чертиков напоминала Дарелу его самого. Забавляла, интриговала. Будто сложная загадка, отгадывать которую старшему принцу Веррина доставляло неимоверное удовольствие.

И он еще не хотел ехать. Думал, что умрет со скуки, махая с утра до вечера мечом и бегая по тренировочной площадке. А тут такое развлечение.

Но все это меркло перед тем влиянием, что оказывала на него ее близость. Внутри пробуждалось нечто темное, требующее выхода. Захватывало его тело, сознание и волю. Словно пламя обжигало нутро, и хотелось либо отпрянуть в сторону, либо сжать клятую ведьму в своих железных объятиях.

Тряхнув головой, Дар принял сидячее положение и прогнал прочь странные мысли. А чтобы переключиться, вспомнил ее бурную реакцию на их поцелуй и еле сдержал смех.

Сверху упала бесшумная тень и перед глазами появилась пара высоких ботинок.

– Как ты меня нашел? – спросил парень, сфокусировав взгляд на белобрысой макушке брата.

– Как всегда, шел на запах высокомерия, – хохотнул Бун, и опустился рядом. – Придумал тоже место для отдыха. Меня тут по дороге один из кустов чуть за задницу не цапнул, еле ноги унес.

– Скажи спасибо, что тебе не пришлось кормить местные цветы и мести аллеи.

Бунчер удивленно приподнял брови, а затем хлопнул себя по лбу.

– Совсем забыл о твоем наказании. Теперь понятно, почему я у входа столкнулся с той воришкой. Кстати, она уже вернула тебе Пайпер?

– Черт! Совсем из головы вылетело, – нахмурился Дарел и тут расслабился. – Ладно, дело не срочное. Будет повод для еще одной встречи.

– А что это за зловещая ухмылка на твоем лице? Уже что-то задумал? – рассмеялся блондин.

– Не твое дело! – Дарел резво поднялся на ноги и Бун тут же последовал за ним.

– Что-то ты грубый, братец. Не хочешь отвечать, значит я не отдам тебе это, – вытащив из-за пояса белый конверт, Бунчер помахал им перед лицом Дара, а когда тот попытался его отнять, резко спрятал за спину.

– Что это?

– Добытая кровью и потом информация о твоей неповоротливой драконихе. Здесь ее имя и факультет, на который ее определили.

– Откуда?

– Заговорил зубы помощнице миссис Гровз, которая отвечает за бумаги студентов. Пришлось даже согласиться на свидание. Она страшная как сама смерть, так что ты должен мне по гроб жизни.

– Давай сюда, – Дар протянул руку, но Бун, покачав головой, отпрыгнул в сторону.

Между парнями завязалась непродолжительная схватка, которая быстро закончилась победой старшего принца. Отобрав у брата конверт, брюнет отвернулся, вскрыл его и принялся вчитываться в текст.

Бун продолжал кружить рядом, что-то спрашивал, но Дарел, застыв на месте, ничего не замечал. Его плечи напряглись, серые глаза расширились в неподдельном удивлении. А когда оно так же внезапно схлынуло, губы растянула хищная усмешка.

– …для приготовления заживляющей настойки вам понадобятся… – выразительный голос преподавательницы зельеварения Адалин Сальси на секунду отвлек меня от окна, за которым раскинулась тренировочная площадка, где парни с боевого факультета практиковали владение мечом.

Отвлек, и снова растворился в падающем на меня свете.

– …шипы Синистра пропитаны очень опасным ядом, поэтому удаляйте их… – одетый в одни брюки и высокие ботинки Дар махал мечом так быстро, что двое его противников не успевали обороняться.

– …и самым последним в котел должен попасть корень Горной осолины… – литые мышцы перекатывались с каждым его выпадом. Влажные черные волосы спадали на глаза. Я даже капли пота, скатывавшиеся по его груди на землю различала, и не могла оторвать от них глаз.

– …все всё поняли? – быстро кивнув, я сжала в руке записку, что вчера ночью приземлилась на мою постель прямо из открытого окна.

«Жду у конюшни»

Всего лишь пара слов. Но в них так ясно звучал отданный грубым голосом приказ, что я, скомкав бумагу, спрятала ее под подушку и легла спать.

Бегу и спотыкаюсь!

Думала, стоит немного полежать с закрытыми глазами, и сразу укачу в страну сновидений, но не тут-то было. В голову постоянно лезли воспоминания о вечере в главном саду, отмахиваясь от которых, я ворочалась по всей кровати и так почти до самого утра.

Завтрак пропустила. А на уроке зельеварения клевала носом или пялилась в окно, не в силах поднять глаза на Адалин. Все вспоминала их вчерашний поцелуй с мистером Суфье, и чувствовала, как щеки наливаются жарким румянцем.

– Ты так на него смотришь, что того и гляди взглядом испепелишь, – раздался рядом веселый смешок Алеены.

– Вот еще! – фыркнула я, резко отвернувшись от окна и спрятав записку в кармане юбки. – Я просто любовалась… природой.

– Ага, небо голубое, птички поют… Да все в академии уже знают о вашей вражде, и только ленивый не обсуждал вчерашний эпизод с котлом. Еще ни одна девчонка не опрокидывала боевку на задницу. Ты, Алекса, своего рода, знаменитость.

– В мужском крыле делают ставки на то, как скоро Дарел возьмет реванш, – присоединился к моей соседке Ольн и смущенно улыбнулся.

– Какая глупость. Это была случайность, и мне совсем не нужна такая сомнительная слава, – я придвинула к себе конспект некроманта, быстро ознакомилась с записями и перевела взгляд на разложенные перед нами травы и цветы.

Сегодня у котлов работали по трое. Алеена чистила корень Горной осолины, Ольн отделял ядовитые шипы Синистра от стебля, а я поочередно бросала ингредиенты в котел и размешивала, ожидая, когда субстанция пример ярко-зеленый цвет.

Внезапно отворилась входная дверь и за порогом застыла фигура ректора Поля.

– Мисс Сальси, – раскланялся мужчина, – разрешите вас потревожить?

– Входите, мистер Поль. Что-то произошло? – вслед за мужчиной в небольшое помещение вошли девушки и парни с лекарского факультета во главе со злобной мегерой Мойрой, которая окинула нашу троицу ненавистным взглядом и отвернулась к своей вездесущей свите.

– Принесла нелегкая, – прошептала Алеена, слышно скрипнув зубами. – Нигде от нее не спрятаться.

Я мысленно согласилась, а ректор, между тем, изобразил вежливый поклон.

– Миссис Миллз, наша преподавательница анатомии, вдруг пропала…

– Пропала? – удивленно уставилась на него Адалин.

– Простите, я неверно выразился. Она уехала, оставив записку, где заявила, что устала. Просила не держать на нее зла и уволить без выходного пособия. Что я сразу же и сделал.

– Но она так любила свою работу… – нахмурилась мисс Сальси. – Очень странно вот так уехать и даже не попрощаться.

– Это уже не наши проблемы, – махнул он рукой. – Меня больше волнует то, что некоторые ученики остались без преподавателя. Поэтому я и пришел к вам, Адалин. Не могли бы вы на этот урок объединить группы?

– Да, конечно… – пока мисс Сальси растерянно подсчитывала свободные котлы, Поль успел испариться в дверном проеме, не забыв закрыть за собой дверь.

Будто заранее готовясь к его уходу, Мойра хищно улыбнулась, и толкнула в нашу сторону одну из своих подруг. Та, размахивая руками, понеслась прямо на кипящий котел и, если бы не подоспевший ей на выручку некромант, все закончилось бы очень печально.

Впрочем, оно и так закончилось печально.

– Мисс Адалин, я кажется ушибся головой, – произнес приглушенным голосом, внезапно побелевший парень. – В глазах двоится и…

Договорить он не успел. Ноги подкосились, и не удержи его мы с Алееной, разлегся бы прямо на полу.

– Судя по моим записям, кого-то не хватает, – задумчиво протянул Клив, обводя пристальным взглядом вытянувшихся перед ним в шеренгу студентов.

Специально для занятий практической магией, нас вывели на площадку, где часом ранее тренировалась боевка, а потому земля под ногами была утрамбована до состояния камня, и кое-где виднелись даже капли крови.

– Ольн на Зельеварении поранился о ядовитый шип Синистра, и сейчас находится в лекарской, – вспомнив полный муки взгляд некроманта, я в тысячный раз прокляла виновную в его бедственном положении вампиршу. – Они обещали, что уже вечером с ним все будет в порядке.

– Спасибо за информацию, мисс Алекса, – при виде обворожительной улыбки блондина, я ощутимо зарделась и опустила взгляд. – Тогда приступим. Прошу вас разбиться на группы по талантам. Водники с водниками, огневики с огневиками, воздушники с воздушниками и так далее.

Двор резко загудел, наполнился голосами возбужденных учеников, что принялись демонстрировать свои силы, соревнуясь друг с другом.

В моей группе я оказалась одна. А потому весь час, что Клив ходил от студента к студенту, лениво строила воздушную стену, и изредка залезала на чужую «территорию», когда пыталась гасить пламя чересчур ретивых огневиков.

Алеена крутилась рядом с водниками, но сколько не пыталась повторить их успех, у нее ничего не выходила. Соседка бесилась, едва не плакала, сжимала зубы, но сухую землю не оросило ни одной созданной ею капли воды. И как мистер Стоун не пытался достучаться до ее энергетических каналов, дар девушки спал беспробудным сном.

– С чего вы вообще взяли, что имеете дар водника? – наконец не выдержал он. – Вам проводили проверку сферой?

– Нет, ректор Поль при моем зачислении сделал соответствующие записи в бумагах, – тяжело вздохнула девушка. – А я-то надеялась…

На что именно она надеялась, мы так и не узнали. Клив заверил Алеену, что проверит документы, с которыми она поступила, а пока предложил посидеть на скамейке, дожидаясь окончания урока, в то время как сам продолжил описывать происходящие в нашем организме магические процессы.

Когда пришла моя очередь, он встал за спиной и положил руки мне на плечи.

– Мисс Алекса, ваш дар очень силен, но вы не даете ему развиться в полную силу. Не пытаетесь пробовать что-то новое, не ставите перед собой долгосрочные цели. А ведь если постараться, вы можете достичь небывалых высот.

Вдохновленная его речью, сказанной завораживающим бархатистым голосом, я подняла руки, распрямила ладони и принялась вливать в свою мыслеформу весь резерв. Впереди завертелась воздушная воронка. Сначала маленькая, она росла и росла, пока не стала ростом со взрослого мужчину. А когда сдвинулась с места, угрожающе приближаясь к группе студентов, Клив потянулся вперед и, перехватив мои ладони, завершил представление.

– После урока, зайдите в мой кабинет. Он на втором этаже, номер двести семнадцать, – не в силах унять учащенное дыхание, я кивнула.

Заверив Алеену, что присоединюсь к ней в обеденном зале, я влетела в женские душевые, быстро умылась, и направилась в кабинет Клива Стоуна. Постучала, услышала заветное «входите» и открыла дверь.

Преподаватель сидел за столом, который от столешницы и почти до самого потолка был завален бумагами. Вынырнув из этой кучи, он поднялся и, приблизившись ко мне, протянул перевязанную ленточкой коробку.

– Готов поспорить вы любите сладкое, мисс Алекса, – я быстро кивнула, не понимая к чему он ведет. – Внутри шоколадные конфеты. Я собирался преподнести их миссис Миллз на юбилей, но она почему-то уволилась и, никого не предупредив, уехала из академии. Сам я сладкое не люблю, так что порадуйте себя и своих подруг.

– Спасибо, мистер Стоун, – я изобразила реверанс и взяла коробку. – Вы за этим меня звали?

– Нет, я хотел немного углубить свою мысль… о вашем даре. Как я уже заметил, вы владеете большой силой и в вашей власти развить ее до небывалых высот. В Мантильской академии давно не было таких перспективных студентов-воздушников. А потому, я хочу, чтобы вы задумались… о преподавании.

Что!? Этого мне еще не хватало.

– Но, мистер Стоун…

– Я вас не тороплю, мисс Алекса. Это серьезное решение, и у вас до его принятия еще целых четыре года. Прошу, не отказывайтесь сразу.

– Хорошо, – я вымучила милую улыбку. – Я подумаю.

Из кабинета я выходила погруженная в собственные мысли, а потому не сразу отреагировала на налетевший на меня ураган. И только когда он превратился в каменное тело, издала еле слышный писк.

По обе стороны от моей головы в стену уперлись мужские ладони, лицо прожег бешеный взгляд, а ноздрей коснулся мускусный аромат.

– Чего он от тебя хотел? Опять нашла приключения на задницу? – прорычал Дарел, замораживая меня холодным взглядом.

Я уже успела прийти в себя, поэтому в ответ гордо задрала подбородок, из-за чего расстояние между нашими губами сократилось до половины линии. Лицо обожгло его горячим дыханием, а сердце замерло, чтобы уже через секунду снова пуститься вскачь.

– Была бы задница, а уж приключения на нее всегда найдутся, – справившись с детским желанием показать этому плебею язык, я уперлась ладонью в его скрытую кожаным доломаном грудь. – Отпусти меня, сейчас же.

Заметив, что я сжимаю в свободной руке коробку, брюнет издевательски усмехнулся и приподнял правую бровь.

– Конфеты? Серьезно? Не слышала выражение «От сладкого зубы портятся»?

– А ты никогда не слышал выражение «Иди к черту?».

– Ладно, один-один, – грудь под моей ладонью заметно расслабилась, а из серых глаз исчезли яростные всполохи. – Ты вчера не пришла…

– Я тебе не девочка на побегушках. Была занята! – все же умудрившись прошмыгнуть между ним и стеной, я одернула юбки, облизала губы и, не оборачиваясь, зашагала к лестнице, как вдруг в спину прилетел недвусмысленный приказ.

– Сегодня вечером в восемь, не опаздывай!

Ну что за королевские замашки?!

– Ольн, ты уверен, что справишься? Тебя всего час назад выпустили из лекарской, приказав до завтрашнего утра не вставать с постели. Мы можем перенести наш поход на завтра, или любой другой день, когда тебе станет легче, – предложила я некроманту, как только наша троица, оставив за спиной колючую ограду, перелезать через которую было сущим кошмаром, направилась в сторону кладбища.

Далеко впереди алел закат, и последние лучи солнца освещали едва видную в высокой траве тропинку. Алеена читала карту и возглавляла шествие. Ольн тащил сумку, на дне которой лежал нелегально одолженный в библиотеке толстенный фолиант по некромантскому делу. А я, удерживая двумя руками масляный фонарь, плелась в хвосте и постоянно оглядывалась, боясь засечь погоню.

Преподавателей явно не обрадовала бы внезапная пропажа трех студентов. И пусть шанс, что они об этом узнают был призрачнее некуда, попадать под отчисление в первую же неделю с начала занятий, ой как не хотелось.

Была еще вторая проблема. Высокая, брюнетистая, сероглазая. Которая уже минут пять как ждет меня у конюшен, и даже не подозревает о моем саботаже. Не умышленном, конечно. Просто соглашаясь на встречу, я совсем забыла о нашей договоренности с друзьями прогуляться сегодня на кладбище. А так как им я обещала первым, придется волку немного подождать.

Представляя реакцию Дарела на мое отсутствие, я чувствовала, как все тело охватывает мелкая дрожь, а в животе ощущается щекотное покалывание, очень похожее на то, что бывает, когда катишься вниз со снежной горы.

– Не беспокойся, – ответил мне Ольн. – Со мной все в порядке. У миссис Альстрим в аквариуме живут какие-то специальные пиявки. Они отсосали весь яд, и уже через час после поступления в лекарскую, я чувствовал себя отлично.

– Но ты пропустил обед и ужин. Вдруг у тебя не хватит сил на опыты? – не сдавалась я, выискивая на бледном лице некроманта, следы усталости.

– Я не пропустил. Меня кормили превосходным рыбным пирогом. Создатель, что это было за чудо! – Ольн закрыл глаза и расплылся в мечтательной улыбке. – Мягкий, такой теплый… идеальной формы.

– Ты там точно о пироге говоришь? – хохотнула Алеена.

– Да ну тебя! – беззлобно отмахнулся парень. – Лучше расскажите, как прошли занятия. Что-то вы рано освободились. По плану, если я не ошибаюсь, сейчас должен быть урок.

– История, – кивнула я. – Но ее почему-то отменили.

– Я слышала, что в кабинете мистера Грофа нашли записку об увольнении. Он ни с кем не попрощался и покинул стены академии.

– Как-то странно, не находите? – нахмурилась я. – Сначала миссис Миллз, затем мистер Гроф. Второй преподаватель за день и опять посредством записки.

– Их лошадей нет в конюшне, иначе забили бы тревогу, – пожала плечами Алеена. – Ну и ректор Поль может вывести из себя даже святого. Не удивительно, что некоторые из его подчиненных стараются побыстрее унести отсюда ноги.

С этим сложно было не согласиться.

Солнце окончательно скрылось за горизонтом, а сумерки грозили перейти в полноценную тьму, когда вдруг Алеена остановилась перед кирпичной аркой и, приложив палец к губам, призвала нас с Ольном к молчанию.

– Пришли.

Старинное кладбище походило на заброшенный город с улочками, переулками и тупиками. На каждом шагу встречались обвитые паутиной каменные склепы, мраморные часовни и скульптурные фигуры, что взирали на нашу троицу с холодным величием.

Если бы не свет фонаря, я бы вряд ли согласилась задержаться здесь надолго. А так мы с Алееной устроились на широком камне и кивнули Ольну, чтобы поскорее приступал к своим занятиям.

О том, в чем именно заключались его занятия я старалась не думать. И где-то глубоко в душе лелеяла постыдную надежду, что у парня ничего не выйдет и мы благополучно вернемся обратно в замок.

– Ой, что это там за свет вдалеке? – вскрикнул некромант, подбегая к нам с соседкой.

– Похоже на фей, – пригляделась Алеена. – Крылышки, мелкие глазки. Да, это точно феи.

– Странно, мама рассказывала, что феи очень древний вид, и на земле их осталось совсем не много, – задумчиво протянула я, разглядывая пролетевшую мимо нас стаю этих созданий. – А тут они на каждом шагу.

– Скажи спасибо де… королю Леопольду, – произнесла Алеена, проследив за моим взглядом. – Шесть лет назад через Барлеан проходил торговый караван. Купцы преподнесли королю в качестве дара выводок фей, а он увеличил популяцию и поселил ее в Ничейных землях. Некоторые из них одичали, как эти. Некоторые прибились к людям, как те, что сейчас работают на кухнях академии. Вот такая история. Бояться их не стоит. Ни одна фея не причинит зло человеку, если он сам ее на это не толкнет.

– Ольн, приступай скорее, чего ты медлишь? – спросила я, заметив, как некромант застыл перед мраморной плитой.

– Тут могила посреди выжженного круга…

– Может местный страж изводил крыс и слегка перестарался? – пожала я плечами. – Приступай!

Кивнув, некромант достал книгу, посветил себе моим фонарем и принялся читать. Затем вытянул вперед руку и закрыл глаза. Мы с Алееной стали ждать.

Время тянулось как улитка. Шум ветра и песни цикад дарили спокойствие, убаюкивали, и я не заметила, как стала клевать носом. Но прозвучавший внезапно вскрик Ольна, заставил нас с соседкой резко встрепенутся.

– У меня получилось! Смотрите! – мы перевели взгляд ему под ноги, и едва удержались от визга. Из земли показалась костяная ладонь и принялась раскапывать над собой землю.

Некромант лучился такой гордостью, словно перед ним восстал не один древний скелет, а как минимум армия.

– Фу, какая мерзость! – восторженно произнесла Алеена, поднимаясь на ноги. – У тебя получилось Ольн! Твой первый мертвец!

– Поздравляю! – присоединилась я, и вспомнив любимое выражение моей мамочки, о том, что осторожность, в общении с мертвецами, никогда не бывает лишней, отступила на шаг.

Сначала показался серый череп, без глазниц и все время клацающий нижней челюстью. Затем позвоночник, к которому крепились руки и таз, и самым последним скелет выкопал собственные ноги.

С трудом поднявшись, он встряхнулся, окинул нас троих долгим невидящим взглядом и, вместо того чтобы бухнуться в ноги своему «хозяину», направился… ко мне.

– Твою ж… бабушку!

– Ольн, сделай что-нибудь! – воскликнула я, отступая от надвигающегося скелета.

Он, даже не оглянувшись, прошел мимо некроманта и Алеены, а на меня смотрел, как на свежую булочку с корицей. И плевать, что глазницы были пустыми, я нутром чувствовала его желание впиться в меня тем, что осталось от его зубов.

– Я не знаю, что сделать, – испуганно прошептал парень и, подняв руки, уже громче добавил, – ложись, тварь!

Ходячий мертвец даже не обернулся. Продолжил приближаться и вроде бы увеличил скорость. Или мне только показалось.

– Ничего не выходит, – в голосе Алеены сквозило не свойственное ей волнение. – Надо бежать.

– И оставить его гулять по кладбищу? А если он увяжется за нами? – предположила я и тут же ужаснулась, представив разгуливающий по академии труп. – Почему он идет ко мне?

– Не знаю, – пожал плечами Ольн. – Ты не некромант, он не должен на тебя реагировать. Хотя… есть у меня одна теория.

– Какая еще теория? – в унисон закричали мы с соседкой.

– Теоретическая! – раздраженно огрызнулся парень. – Я читал, что мертвецов привлекает запах лаванды, из-за чего ее часто используют в темной магии. Может на тебе крем на ее основе или еще что?

– Да не помню я, – чуть не плача, ответила я, и тут же остановилась как вкопанная. – Шампунь! У меня лавандовый шампунь! И что теперь делать?

– Бежать, Алекса! Он тебя сожрет! – закричали некромант с Алееной, но было уже поздно.

Воспользовавшись моей замешкой, скелет успел приблизиться и крепко схватить меня за плечо. Вторая его костяная рука потянулась к моему горлу, а в ноздри ударил мерзкий запах гнили.

Растерявшись от нахлынувшей на меня паники, я зажмурилась, и вдруг услышала разрывающий оглушающую тишину хруст.

Голова мертвеца, отсоединенная от позвоночника острым мечом, покатилась по земле. За ней последовало разрубленное на две части тело. А позади всего этого застыла рослая широкоплечая фигура. Дарел.

Крепко сжимая в ладонях двуручный меч, он сверлил меня испепеляющим взглядом. На скулах играли желваки, а из ноздрей того и гляди вырвется обжигающее пламя.

– Как… как ты здесь оказался? – заикаясь, спросила я.

– Не дождался одну ведьму у конюшен, узнал, что в замке ее тоже нет, и решил пройтись по ее следам. А теперь скажите, какого черта вы здесь забыли? – зло прорычал он, смотря мне прямо в глаза.

– Это моя вина… – глухо откашлялся Ольн. – Я хотел попрактиковаться со своим даром, а девушки составили мне компанию. Сначала ничего не получалось, а потом у меня… встал.

– Ну да, бывает, – вдруг хмыкнул брюнет, пристраивая меч обратно за спину.

– Нет, ты не понял, – тут же смутился некромант. – У меня мертвец встал. Впервые в жизни! А Алекса намазалась лавандой, вот он и решил ею перекусить.

– И ничего я не мазалась! Это случайность. Откуда мне было знать?

Не став выслушивать наши препирательства, Дар кивнул в сторону кирпичной арки.

– Собирайтесь и на выход.

– Раскомандовался, – шепотом огрызнулась я.

– Хочешь проблем? Могу устроить, – бросил он в ответ и пошел первым.

Решив не затевать ссору на пустом месте, да и боясь задерживаться на кладбище без защиты острого меча, я оставила Ольну фонарь и направилась следом. Некромант с Алееной замыкали шествие, но догонять нас не спешили.

Уже у самой ограды, я переборола себя и поравнялась с брюнетом.

– Спасибо, что спас. И прости, что заставила ждать, не предупредив. Думала мы быстро закончим, и я успею вернуть тебе Пайпер.

– Пайпер может и подождать, – резко затормозив, он склонился надо мной и грубо прорычал. – Но, если я узнаю, что ты снова покинула стены академии и нашла на свой зад кучу неприятностей, я тебя лично по нему отхожу.

– Да как ты смеешь! – возмущенно фыркнула я, пытаясь отступить, но сильные руки подхватили меня за талию и подняли в воздух. А когда я замолотила кулачками по его плечам, меня перетащили через живую ограду, и помогли приземлиться на ноги.

Убедившись, что я не упала, Дарел спрыгнул вслед за мной, и тут же расплылся в издевательской усмешке.

– Испугалась?

– Ничего подобного! – покачала я головой, и тут же уставилась ему за спину, пытаясь определить, сильно ли от нас отстали мои спутники. – Дар, давай не будем ссориться? Я уже поблагодарила тебя за спасение, сейчас верну твою лошадь и расстанемся с тобой друзьями.

– Забавно. Последнее, кем бы мне хотелось быть для тебя – это другом. – напирая на меня, как недавно скелет, произнес он.

Его слова прозвучали обидно, и я открыла было рот, собираясь ответить что-то не менее резкое, как вдруг его взгляд из насмешливого, сделался серьезным. Хмурым.

– Алекса, подойди ко мне. Только не оборачивайся, – он протянул вперед руку, собираясь схватить меня, но опоздал. Я, как обычно, поспешила удовлетворить свое любопытство и обернулась.

Но сделав это, тут же пожалела. С губ едва не сорвался истеричный визг, но шершавая ладонь сжала мне рот, притягивая к мужскому телу.

– Создатель, что это! – успевшая перелезть через ограду Алеена, застыла рядом с нами, прижав ладони к щекам. – Ольн, осторожно, не напирай.

– Черт! Черт! Черт! Еще один мертвец! – воскликнул некромант, уронив фонарь. Тот, к счастью, не разбившись, приземлился в листву и осветил лежащее, среди кучи пожелтевших листьев неподвижное тело.

Я не сразу, а через некоторое время, когда уже пришла в себя, смогла узнать Молли. Ту самую пучеглазую шатенку, что возглавляла свиту вампирши. Правда сейчас она больше напоминала иссохшую мумию, а не живого человека, который еще днем смеялся над издевательскими шутками своей подруги.

Сначала я, как и все, посчитала ее мертвой, но заметив, как с трудом, но приподнимается грудная клетка, и услышав свистящее дыхание, поняла, что девушка живая и, скорее всего, даже в сознании.

Ее лицо покрывали мелкие красные пятна – может и остальное тело тоже, но его надежно скрывала одежда – а там, где их не было кожа посерела и натянулась, заострив некогда мягкие черты.

– Помоги… – прохрипела Молли замогильным голосом и, приподняв руку, потянулась ко мне. Отойдя от шока, я хотела броситься ей на помощь, но Дарел не пустил. Убрав ладонь с моего рта, он перехватил меня за талию и спрятал за своей широкой спиной.

– Пусти, ей плохо!

– Алекса, мы не знаем, что с ней. Вдруг это заразно? Лучше позвать лекарей, и как можно скорее, – он повернулся к Ольну, который осознав, что последние слова относились к нему, быстро кивнул и бросился в сторону замка.

В звенящей тишине и одиночестве мы оставались недолго. Некромант поднял на уши не только лекарей, но и растормошил успевшего отойти ко сну ректора, который в белой рубашке до пят и в длинном белом колпаке прыгал рядом с носилками, на которые двое крепких магов укладывали Молли.

– Что с ней такое? – прохрипел мистер Поль, прижимая к носу надушенный платок.

И как только додумался захватить?

– Точно сказать не могу, – развел руками один из лекарей. – На лицо полное опустошение резерва без возможности пополнения. Энергетические каналы закупорены. Это похоже на воздействие очень сильного яда, что входит в категорию запрещенных, либо… нет, это точно вряд ли.

– Что «вряд ли»? – не сдержавшись, спросила я, и тут же привлекла к нашей четверке внимание всех присутствующих.

– Вы до сих пор здесь? – Удивленно приподнял брови ректор. – живо вернитесь в замок и разойдитесь по комнатам!

Под его взбешённым взглядом мы с Алееной и Ольном заметно стушевались, но Дарела было не так-то легко запугать.

– Мы нашли ее первыми, и хотим знать, что с ней произошло, – ректор слегка опешил от такого приказного тона, но спорить, почему-то, не стал. Тоже повернулся к магу и принялся ждать его ответа.

– Я просто заметил… что подобная симптоматика описывается в древних трактатах в главах, посвящённых горгонам, – я понятия не имела, о чем он говорит, но мистер Поль вдруг стал мрачнее тучи.

– Вы же уважаемый человек, мистер Гривз, а не сказочник. Прекратите нести чушь и вылечите девочку. Она явно перепутала рецепт какого-то зелья и отравилась. Выясните какого именно, – мужчина быстро закивал, схватил вместе со своим коллегой носилки и понес их в замок. А ректор повернулся к нам лицом и уперся кулаками в бока.  – А теперь вы трое расскажите, как здесь оказались. И не нужно мне врать. Я заметил примятую ограду и испачканные в грязи ботинки. Вы выходили за территорию академии? Мисс Молли была с вами?

– Нет, – покачал головой Ольн. – Нас было трое… – он оглянулся на Дарела, – вернее, четверо. Мы ходили на кладбище, а когда вернулись увидели… ее.

– И зачем вы туда ходили? – яростно скрипнул зубами мистер Поль.

– Я там… практиковался, – опустил голову парень. – А остальные составили мне компанию.

– Так значит это вылазка полностью ваша задумка?

– Нет, моя! – я выступила из своего укрытия, коим все еще являлась спина Дара. – Ольн – некромант, но в стенах академии нет ни одного человека, кто мог бы научить его использовать дар. Одними книгами сыт не будешь, вот я и предложила сходить на кладбище и потренироваться на… подопытных.

– А вы в курсе, мисс Алекса, что это очень опасное занятие? – не сдавался старик. – С вами могло что-то случится…

– Но ничего же не случилось! – воскликнула я, и тут же покраснела, вспомнив о едва не сожравшем меня скелете. Над ухом раздалось веселое хмыканье.

– Вам просто повезло, – ректор сделал несколько глубоких вдохов и повернулся обратно к некроманту. – Хорошо. Вы сейчас пойдете со мной. Я попрошу мистера Стоуна два раза в неделю сопровождать вас в этих вылазках. Но только вас, мистер Ольн. Остальные из замка ни ногой!

– Мы можем идти? – поинтересовался Дарел.

– Идите, – прошипел ректор, приподняв вверх указательный палец. – Но о случившемся никому ни слова. И имейте в виду, с этого дня за всеми вами будет вестись усиленное наблюдение.

Развернувшись на каблуках, он направился в сторону замка. Ольн поплелся за ним, то и дело оглядываясь и бросая на нас обреченный взгляд.

– Я тебя провожу, – повернулся ко мне брюнет. – В холле сейчас темно. А фонарь забрали маги.

– Не надо меня провожать, со мной Алеена, – я уперлась ладонью в его грудь и сделала шаг назад. –  А что темно, ничего страшного. Постараюсь никого не напугать.

Он ехидно усмехнулся, но спорить, к счастью, не стал.

– Ты не знаешь, что это за горгоны такие, о которых говорил лекарь? – Алеена успела погасить свет и лечь в постель, когда я, последовав ее примеру, вдруг вспомнила слова мага, сказанные ректору Полю. – И почему его подняли на смех?

Услышав мой вопрос, подруга приподнялась на локтях и удивленно вскинула брови.

– Только не говори, что родители не читали тебе сказки про горгон.

– Никогда, – уверено покачала я головой. – В нашей библиотеке было много сказок. О «грифоне-перевертыше», о «носатом маге и его волшебных башмаках», о «принцессе из лесной чащи» … Про горгон там ни слова, иначе я бы знала.

– Очень странно. Ты же из Виверна, а они представители драконьего вида.

– Кто? Горгоны? – воскликнула я, вытаращив на нее глаза. – Ты ничего не путаешь?

– Нет, конечно, – Алеена подбила подушку и села прямо. – Многие считают существование горгон вымыслом и, если честно, я с ними полностью согласна.

– Почему?

– Сама посуди, – пожала она плечами. – Если верить легендам, горгоном не рождались. Ими становились обычные драконы, когда внезапно сходили с ума и начинали питаться чужой магией. Одним взглядом своих гипнотических глаз они выпивали досуха энергию обладающих даром людей и оставляли тех умирать в муках, так как лекарства от подобного вмешательства не существовало.

– Теперь ясно, почему в Виверне не услышать этих сказок. Они же нещадно дискредитируют добропорядочный образ драконов. Возможно один из моих венценосных предков постарался изъять подобную литературу из обращения, а со временем эти легенды попросту забылись.

– Логично.

– А что…  если это не такие уж сказки? – внезапно сорвалось с моего языка.

– Не выдумывай! – отмахнулась подруга. – Во-первых, об этих созданиях уже тысячу лет никто и ничего не слышал. А во-вторых, в академии драконов нет. И не смотри на меня так, ты – ведьма, а не драконица.

– А вот мой дед говорит, что всякий, в ком имеется хоть капля драконьей крови – по определению дракон. А во мне ее ровно половина. Вдруг в ком-то из студентов или преподавателей тоже? Жаль, у нас нет доступа к спискам… – тяжело вздохнула я.

– Ну почему же, – задумчиво протянула соседка. – Достать можно все что угодно. Но только завтра, я спать хочу. И ты ложись!

Воодушевленная ее обещанием, я быстро залезла под одеяло. Однако сколько бы не вертелась, сна не было ни в одном глазу. Насыщенный на события день, оставил после себя столько впечатлений, что сознание отказывалось перегрузиться, подсовывая мне воспоминание за воспоминанием.

Не знаю сколько прошло времени, но с кровати Алеены доносилось негромкое посапывание, когда в стекло прилетел небольшой камушек. Раздался едва слышный звон. Резко подскочив, я бросилась к окну, распахнула его и увидела замахивающегося для еще одного броска Дарела.

– Что ты тут делаешь? – прошипела я, едва не вывалившись наружу.

– Пришел за тобой, – скривил он губы в нахальной усмешке. – Собирайся и пошли на конюшню.

– Ты ненормальный? Как я выйду из комнаты? За дверью дежурит стража.

– Прыгай в окно, я тебя поймаю.

– Со второго яруса? Я похожа на дуру?

– Брось, Алекса, я же знаю, что ты не трусиха. Переодевайся и прыгай. Я не дам тебе упасть. Веришь? – признаюсь, будь на его месте кто-то другой, я бы послала его туда, где не светит солнце, и закрыла окно. Но у этого брюнета был исключительный талант доводить меня до ручки. И пойти сейчас на попятный, означало показать ему свою слабость, чего делать я категорически не собиралась.

Держи карман шире!

Быстро натянув поверх тонкой сорочки форменное платье – нижние юбки так и остались лежать на стуле – я обула сапожки, вернулась к окну и перелезла через подоконник. Еще секунд пять подрыгала в воздухе ногами. Благо парень меня не торопил, а терпеливо стоял внизу, ожидая, когда я соберусь с духом.

Наконец я зажмурилась, крепко сцепила зубы, чтобы не дай создатель не закричать и не привлечь к нам ненужного внимания, и полетела вниз.

Даже испугаться толком не успела. Секундный полет закончился приземлением прямо в крепкие объятия. В лицо ударил ночной ветер, и он же задрал подол моего легкого платья едва не до колен.

Вцепившись в широкие плечи, я взмахнула ресницами и тут же утонула в жидком металле холодных глаз.

Пауза затягивалась. Воздух под нашими взглядами накалился до такой степени, что едва не потрескивал. И если бы не ухнувшая вдалеке птица, не знаю, как скоро спали бы накрывшие нас гипнотические чары.

Я неловко завозилась в объятиях Дарела и он медленно опустил меня на землю. Затем ехидно хмыкнул, стоило мне отойти на шаг.

– Нас не поймают? – я принялась оглядываться по сторонам, боясь попасться на глаза рыскающей неподалеку страже.

– Нет, я договорился. На конюшню нас пропустят без проблем, и перепишут Пайпер на мое имя. А потом я провожу тебя… и пожелаю спокойной ночи, – последние слова, которые я решила проигнорировать, были сказаны с завораживающей ухмылкой на чувственных губах.

– Но почему именно ночью? Разве нельзя перенеси это на завтрашнее утро?

– К сожалению, нет. Лошадь мне понадобится немного раньше. Пошли, – он схватил меня за руку и повел за собой, отлично ориентируясь в темных лабиринтах академических аллей.

Дорога заняла не так много времени, как я думала. Сначала нос уловил стойкий запах кожи и соломы, а затем в поле нашего зрения появилось освещенное светом уличных фонарей бревенчатое одноэтажное здание, охраняемое двумя стражами.

Наше присутствие их не удивило, а значит Дар не врал, когда сказал, что договорился обо всем заранее.

Быстро расписавшись в выданном мне журнале, куда тут же была поставлена магическая печать, я прошла внутрь, погладила малышку Пайпер по ее пышной гриве и, скормив ей найденное в карманах платья печенье, что осталось с ужина, направилась к выходу.

На обратном пути, Дарелу вдруг приспичило разбавить тишину ни к чему не обязывающим разговором, но первый же его вопрос насторожил меня и заставил вспомнить, в чьем обществе я нахожусь.

– Расскажи, откуда ты родом, – ага, бегу и спотыкаюсь.

Я представила его реакцию на мое заявление о родстве с королевским домом шан Ро, и едва не подавилась проглоченным смешком. Мало того, что он целовал предполагаемую невесту своего будущего короля, так еще и караулил ее в душевой и видел укутанную в одно полотенце.

Венценосному волку такое точно не придется по душе, и будет бедняжка Дарел болтаться на цепях в ликаньих подвалах. Участь не завидная, так что пусть пока спит спокойно.

– Из Барлена. Родилась в деревеньке в десяти лье от столицы. В семье среднего по достатку купца.

– Да ладно? – усмехнулся парень, как-то странно блеснув своими холодными глазами. – А замашки, как у принцессы.

– Я смотрю с фантазией у тебя все отлично? – закатила я глаза.

– Не жалуюсь, – ответил он низким, хрипловатым голосом. А затем сжал удерживающую меня руку, рванул к себе, не дал опомниться и обрушился на мои губы.

Словно тонущий хватает ртом воздух, я цеплялась за Дарела и отвечала ему так же жадно и неудержимо. А сама мысленно спрашивала себя – как можно едва терпеть этого заносчивого и высокомерного гада, но с ума сходить от его поцелуев? У меня точно не все в порядке с головой. Он же безумно меня бесит, противоречит во всем, а я желаю его прикосновений и наслаждаюсь близостью, позабыв об опасности в виде охраняющей замок стражи.

Не иначе тут замешено какое-то колдовство, и я в лепешку расшибусь, но выясню, какое именно!

Кусты неподалеку зашуршали, заставив нас отпрянуть друг от друга, и из них выскочил на дорогу пушистый комок с длинными ушами. Кролик, а это был именно он, заметив незваных гостей, похлопал круглыми глазами и упрыгал обратно под защиту зеленых растений.

Не сговариваясь, мы с Даром переглянулись и прыснули со смеху. Но быстро взяли себя в руки и продолжили путь. Не вспоминая и не заговаривая о случившемся.

Уже подкравшись ко входу, охраняемому двумя статными воинами, парень повернулся ко мне.

– План такой, я отвлекаю их, ты проходишь мимо и бежишь к себе. Если перехватят внутри, скажешь, что искала дамскую комнату. Ты новенькая, поверят. Все поняла? – я кивнула. – Ну тогда увидимся через дня три.

– Три? – нахмурилась я, не обратив внимания на нотки разочарования в голосе.

– Боевой факультет утром в полном составе отправляется на полевые учения в трех лье от академии. Для этого мне и нужна была Пайпер, – пожал плечами Дар. Затем весело усмехнулся, – Будешь скучать по мне, колючка?

Взяв в руки все, что не растеклось лужицей от его игривого взгляда, я гордо подняла голову.

– Мечтай!

– Алекса, сосредоточься! Воздушный заслон должен держаться дольше пяти секунд, – строго напомнил стоящий рядом со мной Клив. – Выравнивай его, убирай вибрацию. Вот так, умница.

Мои руки дрожали от напряжения, виски сдавливало будто невидимым обручем, со лба стекали капли пота, но все это меркло перед полученным результатом. После двух часов упорной работы, мой заслон выглядел таким идеальным, что через него не пробился бы и самый искусный маг.

Мистер Стоун, одарив меня ободряющей улыбкой, направился к следующему студенту, а я, шумно выдохнув, составила компанию Ольну. Некромант все занятия практической магией сидел в одиночестве на скамейке, так как его тренировки проводились отдельно. Дважды в неделю на том самом кладбище, где мы «так удачно» оживили мертвеца три дня назад.

Три дня.

За всеми занятиями, практиками, подготовкой к балу в честь посвящения первогодок, что состоится уже завтра я не заметила, как пролетело время. Даже идею со списками студентов и преподавателей, в которых собиралась отыскать неучтенного дракона, пришлось отложить, так как весь учительский состав, во главе с ректором, не покидали свои рабочие места с утра до поздней ночи.

О состоянии Молли нам не сообщали. Для всех остальных она лежала в закрытой палате лекарского крыла из-за какой-то неведомой болезни. Но когда я попыталась уточнить у мистера Поля что это за болезнь такая, получила недвусмысленный приказ – не лезть не в свое дело. Что только сильнее раззадорило мое любопытство.

– Из всех присутствующих, у тебя самый лучший результат, – заметил Ольн, как бы между делом.

– Спасибо, – улыбнулась я. – Правда сил уходит много. После, чувствую себя как выжатый лимон.

– Может, все дело в практике?

– И в ней тоже. Мистер Стоун говорит, что моему дару требуется подпитка, и самое лучшее решение, это фамильяр, – пожала я плечами.

– Фамильяр?! – воскликнул парень, едва не подскочив на месте. – Алекса, это же… это просто чудесно! Всю жизнь мечтал завести какую-нибудь живность, но родители не разрешали. Как же я тебе завидую.

– У моей матери есть фамильяр, говорящий мышонок Маус. Я, конечно, его обожаю, но скажу честно – большего зануду еще поискать. Если и возьму себе, то молчуна. Милого, игривого, как… маленький котенок, – на губах против воли расползлась мечтательная улыбка.

– Завтра, перед балом, нас всех освобождают от занятий, – появившаяся словно из неоткуда Алеена, плюхнулась между нами. – Мисс Адалин организовывает поездку в Милерин, деревеньку, что находится в десяти лье от академии. Я слышала, там отличный птичий рынок.

– Прекрасная новость, – захлопала я в ладоши. – Вы со мной?

– Спрашиваешь! – с предвкушением отозвались друзья.

Внезапно толпа продолжавших тренироваться однокурсников резко расступилась и раздался оглушающий визг. Стоящий в самом центре Томс погнался по полю за чем-то очень напоминающим прыгучий черный мяч, который отскочив, приземлился прямо Ольну на колени. Затем обернулся мохнатым пауком и вцепился в некроманта своими хелицерами.

– Томс, ты совсем идиот, таскать в кармане паука? – орала Алеена на нашего сокурсника, пока остальные, включая меня, носились вокруг вопящего от боли Ольна, который держался руками за свою ногу и раскачивался из стороны в сторону.

– Я нашел его в главном саду и отправил в стазис, а мой магический выброс случайно его оживил, – развел руками провинившийся парень.

– Случайно? А если он ядовитый? – не унималась подруга, чье волнение было таким осязаемым, что казалось, его можно было пощупать руками.

Ну и конечно оно передалось нашему пострадавшему.

– Ядовитый?! – воскликнул Ольн и его голос взлетел до самых небес. – Я же только из лекарской и теперь обратно? Что за невезение такое! Где мистер Стоун? Срочно зовите на помощь, я могу умереть.

– Мистера Стоуна мы сейчас не докричимся. Он еще до твоего паука отошел по своим делам, – я успокаивающе потрепала парня по плечу. – Анжела с Глорией побежали за помощью, но тебе не о чем волноваться, это же не змея, а маленький паучок. К тому же, он уже убежал.

– Обычно, маленькие и бывают ядовитыми, – задумчиво произнесла еще одна наша сокурсница – Лиция. – Я читала, что это их защита от враждебной окружающей среды. А тот, что цапнул Ольна, был очень похож на Лактродектуса.

– Что еще за дектус такой? – выпучил на нее глаза резко покрасневший некромант.

– Лакродектус – один из самых ядовитых пауков в мире, – поучительным тоном протянула девушка. – Я много о них читала. Правда, тут одна загвоздка… место их обитания – восточные пустыни, но кто знает, вдруг там им показалось жарковато, и они решили… мигрировать?

– Ну все, я умру, – Ольн уже не причитал, но от того было не менее страшно. Он будто смирился с судьбой и сидел, уставившись в одну точку, как застывшая в веках мумия.

– Ничего ты не умрешь! – уверено заявила я и повернулась к Лиции. – В этой книге было что-нибудь о противоядии? Может, корень редкого растения или ведьмовские зелья?

– Нууууу, кое-что было, – щеки девушки стали пунцового цвета, а взгляд вдруг резко забегал. – Правда, я не уверена…

– Рассказывай! – воскликнули в унисон все находящиеся на тренировочном поле студенты.

– Хорошо-хорошо, – Лиция отошла на шаг. – В книге говорилось, что… биологические жидкости в организме человека при попадании на рану, могут нейтрализовать яд. В них содержатся какие-то вещества… короче, я не углублялась.

Все как-то резко замолчали и принялись оглядываться друг на друга. Даже Алеена судорожно сглотнула, переведя взгляд на округлившего и без того большие глаза некроманта.

Кажется, я одна не поняла, в чем, собственно, дело.

– Что за жидкости? Слюна? Надо плюнуть и все пройдет?

– Нет, Алекса, – зашептала мне на ухо подруга. – Она хочет сказать, что на укус надо… пописать.

Теперь пришла моя очередь резко покраснеть и застыть столбом на одном месте. Все сокурсники, один за другим, принялись желать Ольну скорейшего выздоровления и, под предлогом «сбегать за преподавателями», откланивались.

Вскоре на поле остались только мы втроем: Алеена, я и прожигающий нас умоляющим взглядом Ольн.

– Вы же не бросите меня, как эти трусы? Не дадите скончаться в муках? – честное слово, его голос звучал так жалобно, что я была готова расплакаться. Но сделать то, о чем он безмолвно просил…

К такому меня жизнь не готовила.

– Ольн, приятель. Ты был отличным другом, – Алеена хлопнула некроманта по плечу.

Парень поморщился и повернулся ко мне, жалобно сложив брови домиком.

– Алекса?

Я даже толком отреагировать не успела, как за спиной раздался грубый и полный раздражения голос.

– Эй, парень, что бы там не придумал, держись от нее подальше! – за всей этой грязной одеждой, побелевшими от пыли волосами, измазанным чем-то черным лицом – Дарела было не узнать. И только стальные глаза, в глубине которых сейчас плескалось жидкое пламя, я бы ни за что не спутала ни с какими другими.

Сердце внезапно ухнуло куда-то в желудок и забилось так громко, что я испугалась, как бы его стук не услышали остальные.

– Но я же умру! – простонал Ольн. – Меня укусил ядовитый паук. Как его там? Ликро… лакрокактус из сада миссис Судэй.

– Если бы вы на занятиях миссис Судэй уделяли время ее лекциям, а не глазели по сторонам, то знали бы, что в саду нет ядовитых животных или насекомых. Только ядовитые растения. А укусил тебя, скорее всего, безобидный Меченосец. Но у страха, как говорят, глаза велики… Так что хватит разыгрывать роль мученика и ставить девчонок в неловкое положение.

Закончив свою речь, Дар развернулся и, подволакивая правую ногу, захромал в сторону замка, а мы еще некоторое время задумчиво смотрели ему вслед.

– Надо было Ольна позвать, – прошептала я, освещая масляным фонарем мрачные коридорные тени. – Втроем не так страшно.

– Нет, уж, – подала голос крадущаяся за мной Алеена. Пусть отсыпается. Он на год вперед сегодня перенервничал. Еще сердце прихватит, а мы отвечай. Да и утром ему работа найдется. Чувствую, после бессонной ночи, меня только некромант поднять сможет…

Протяжный скрип половиц заставил нас остановиться и прислушаться. Никого. Значит, идем дальше.

Сегодня, когда мы после занятий направлялись в свою комнату, подруга сообщила, что ректор Поль, где-то подхватив желудочную инфекцию, весь день провел в лекарской. Что означало – его кабинет, где хранились дела всех студентов и преподавателей, остался без хозяина.

План проникновения мы придумывали впопыхах. В путь пустились после полуночи. А при малейшем шуме пытались срастись со стеной, или притвориться декоративным растением.

Когда все испытания остались позади, а перед лицом возникла нужная дверь, Алеена перехватила фонарь, подняла его к моему лицу и вытащила из моей прически серебряную шпильку. Затем принялась ковыряться в замке, пока я следила за коридором и, в случае опасности, готовилась принять огонь на себя.

Дверь поддалась довольно быстро и, что самое главное, без скрипа и лишних усилий. Внутри царил идеальный порядок. Все бумаги были расфасованы по папкам, а папки, в свою очередь, были сортированы по алфавиту и разбиты на секции.

Мечта шпиона!

– Ты погляди, у него даже студенты в группах и по фамилиям, и по месту жительства делятся! – восхитилась я, поочередно выдвигая ящики металлического стеллажа. – Арамистер Поль вы хоть и редкостно неприятная личность, но спасибо, что облегчили нам работу.

Алеена, хмыкнув, приложила ухо к двери. Ее задачей было стоять на страже, а моей – искать неучтенных драконов. Чем мы обе и занимались последующие двадцать минут.

– Все, я сдаюсь, – выдохнула я, засовывая обратно в стеллаж последнюю папку. Среди преподавателей граждан Виверна нет, среди студентов тоже. Наша аристократия не любит отпускать от себя детей. Так что последний… вернее последняя, кто здесь училась – это моя сестра Мика. Но она закончила обучение в этом году, и к нашим делам никакого отношения не имеет.

– Чего и следовало ожидать, – пожала плечами подруга. – Я тебя сразу предупредила, что все истории про горгонов чистой воды вымысел. Если бы на Молли напал высасывающий магию древний монстр, поверь, об этом бы гудела вся академия. Нас бы дружно развезли по домам, а сюда, на поиски, кинули бы все силы первоклассных боевых магов.

– Наверное ты права – у меня чересчур богатая фантазия, – тихонько вздохнув, я собралась было закрыть последний ящик, но тут заметила неучтенную секцию с одной единственной папкой внутри.

Мои глаза тут же загорелись, ладони намокли, а сердечко пропустило удар, когда я прочла на ней знакомое имя.

– Алеена?

– Да?

– Твоя фамилия Вермора? – подруга подняла на меня настороженный взгляд. Затем тяжело вздохнула и кивнула. – Ничего себе! Выходит ты…

– Принцесса Барлеана. Король Леопольд мой дедушка, а его сын, принц Шарль – мой отец. Только прошу, не рассказывай никому. Я здесь инкогнито. И если поднимется шум, не задержусь надолго.

– Но почему? – нахмурилась я, положив на место папку с ее делом.

– Я в семье одна. Ни братьев, ни сестер у меня нет. И всю жизнь провела в изоляции от сверстников, на домашнем обучении. Особенно любила воинское искусство. Обожала слушать рассказы Монтио, главного стража королевских покоев, о его обучении в Мантильской академии на боевом факультете. Мечтала, как сама сюда попаду и стану лучшей на курсе.  А когда пришло время, и родители узнали об этой моей мечте, заявили – цитирую – «Не женское это дело. Роль будущей принцессы, это примерная жена и мать». Я пожаловалась деду, он всегда был на моей стороне, но напрямую в мое воспитание не вмешивался. Ему получилось уговорить родителей, но о боевке мне пришлось забыть. У матери в роду была бабка со слабым водным даром, вот и мне его приписали, сказав, что, если что-то не нравится, я всегда могу остаться дома.

– А кто-то кроме ректора Поля знает, кто ты такая?

– Из студентов – нет. Только преподаватели, королевский повар, которого дед отправил вслед за мной и несколько его доверенных людей среди местной стражи. Я нашла с ними общий язык, потому и сплетни узнаю одна из первых.

– А почему молчала? Ты же знала, кто я.

– Я думала о том, чтобы признаться. Раньше мы были не так близки. Боялась, что расскажу, а потом вся академия будет обсуждать размер золотой ложки у меня во рту. Но сейчас вижу, что ты «своя», и умеешь держать язык за зубами, – она расплылась в неуверенной улыбке, которую я тут же поддержала.

– Тоже верно. Ну ладно, раз нужной нам информации здесь нет, давай возвращаться.

Обратная дорога была куда короче, а все из-за отсутствия страха, который сменился валящей с ног сонливостью. Со стражей на пути нам и в это раз повезло, но войдя в комнату, я наткнулась на просунутый через дверь белый конверт с моим именем.

«Дорогая доченька,

Отец решил сделать тебе сюрприз, но боюсь, ничем хорошим такая внезапность закончится не может. Вот я и решила предупредить заранее. Кроме того, что он, как и все мы, очень по тебе соскучился, на повестке дня будет стоять вопрос о твоей помолвке с сыном короля Веррина. Готовься!

С любовью, мама!»

Девчонка как обычно делала вид, что его не существует.

Очень старательно делала, если бы кто-то поинтересовался его мнением. Заливалась смехом вместе со своей соседкой и некромантом. Демонстративно отводила глаза, наматывая на палец черную прядь волос и кусая нижнюю губу, вкус которой он все никак не мог забыть.

Но вот стоило Дарелу перестать смотреть, как он чувствовал на себе ее взгляд. Любопытный, обжигающий. Заставляющий прятать насмешливую ухмылку. Вдруг заметит и с концами лишит его своего внимание. Вот чего бы совсем не хотелось.

В обеденном зале, перед поездкой в Милерин яблоку было негде упасть. Студенты завтракали, запасались перекусом на обед – вдруг в деревеньке не найдется ни годных харчевен, ни трактиров – и обсуждали вечерний бал.

Девушки переоделись в дорожные платья, парни сменили пиджаки на кожаные доломаны. Их лица светились восторгом, а в глазах горели огоньки азарта в ожидании небольшого приключения.

Одна из фей, поставив перед Бунчером поднос с мясной кашей, печеным яблоком и травяным отваром, порылась в своем переднике и бросила на колени Дару белый конверт, на котором значилось его имя.

Удивленно приподняв бровь, парень взял его в руки, сломал королевскую печать Веррина и вчитался в текст, выведенный аккуратным отцовским почерком. Бунчер, тоже заинтересовавшись посланием, заглянул через плечо брата и громко присвистнул.

– Ничего себе новости! – зашептал он, удостоверившись, что их никто не подслушивает. -Так значит отец собрался наведаться в академию, да еще и в сопровождении Вермакса шан Ро? Надеюсь, эти стены выдержат такой натиск. Как думаешь, что им нужно?

– Включи мозги, – отмахнулся от брата Дарел. – Эти двое хотят удостовериться, что их матримониальные планы не идут прахом. Черт, как же не вовремя. Угробят мне всю тактику.

– И что это за тактика такая? – усмехнулся нисколько не обидевшийся на грубость Бун. Он перевел взгляд на дальний столик, за которым сидела Алекса и ее друзья с общего факультета и негромко хохотнул. – «Соблазнить, влюбить, женить?»

– С этой девчонкой так просто не выйдет, – усмехнулся Дар.

– Вижу, тебя это совсем не расстраивает, раз так охотно подставляешь шею под брачное ярмо.

– Ты же знаешь, меньше всего на свете я люблю скуку, а с ней скука это последнее, о чем можно переживать. Но вот эта спешка, с которой наши отцы решили взяться за дело, мне совсем не нравится.

– Думаешь, стоит ждать подвох?

– Приедут и выясним, – пожал плечами старший брат. – Лучше скажи, что насчет турнира? Он не за горами, а у нас до сих пор нет третьего. Ты нашел, кого можно привлечь?

– Нам нужен лекарь, – Бунчер откинулся на спинку стула и уставился прямо перед собой. – Ты же знаешь, что случается, когда я забываюсь? И твоя вчерашняя рана тому подтверждение.

– От нее уже не осталось и следа, прекрати кривить такую виноватую рожу. Ты не в ответе за то, что я родился дефективным…

– Дар! – рыкнул Бун, пронзив брата предостерегающим взглядом, в ответ на который тот расплылся в кривой усмешке.

– На правду не обижаются, – пожал он плечами и тут же сменил тему. – Ты прав, нам нужен лекарь. Есть кто на примете?

– Ага. Я тут разведал. Лучшей на всем лекарском факультете считается вампирская принцесса Мойра, – он кивнул в сторону статной белобрысой красавицы, чей пристальный взгляд в этот самый момент был направлен на Дарела. – Говорят, она объявила на тебя охоту, значит точно не откажет.

– Охоту, говоришь? – Дарел прошелся по девушке медленным взглядом, мысленно отмечая исходящий от нее холод и капризное выражение лица. А затем перевел его на ту, что была полной противоположностью вампирше. На горячую и упрямую брюнетку, что уже поднималась из-за стола. От Алексы не укрылось их переглядывание с Мойрой и сейчас ее пухлые алые губы были сжаты в одну тонкую и упрямую линию. Как интересно. – Предложи ей, если согласится, начнем тренировки.

– Сегодня?

– Нет, сегодня у нас поездка в Милерин, – усмешка на чувственных губах превратилась в настоящий оскал. – пришло время преподнести невесте подарок.

Небольшая деревенька под названием Милерин, что расположилась на Ничейных землях, не походила ни на одну виденную мной прежде. И дело было не в куполообразных деревянных строениях, которые местные жители именовали «домиками». И даже не в самих местных жителях, что отличались редким радушием и приветливостью к незнакомцам. Но и в атмосфере праздника, что наполняла сердце теплом и уютом.

В этот погожий осенний день на улицу высыпала куча народу. Все, от мало до велика, спешили на ярмарку по случаю праздника урожая, что проводилась на самой окраине, и где, по слухам, нас ждало множество развлечений.

Скажу честно, слухи не обманули.

– Вы это видели? У нее же настоящая борода! – громко зашептал ошеломленный Ольн.

– Прекрати тыкать в женщину пальцем, это не вежливо, – одернула его Алеена, и с точно таким же любопытством уставилась на необычную бородатую гадалку, которая восседала в пестром халате на горе из подушек, и читала судьбу всякому желающему показать ей свою ладонь.

Рядом с ней какой-то долговязый ловкач кидал в деревянную мишень, к которой был привязан его помощник, сверкающие на солнце ножи, очерчивая, таким образом, контур тела молодого мужчины, но не задевая его самого.

Еще дальше, пожилой маг, на потеху взрослым и детям, изрыгал из себя пламя. А если задрать голову вверх, можно было увидеть скачущих по натянутым веревкам акробатов.

Пока мои спутники наблюдали за их трюками, я отошла к цветочному прилавку, от которого шел одуряющий аромат. До главного сада миссис Судэй местным цветам и горшечным растениям было ой как далеко. Но вот моей маме, Джорджи шан Ро, подарок в виде семян вот этого голубого – я прочитала название на бирке – На-пуль-ция, пришелся бы по душе.

Но не успела я уточнить у продавщицы их стоимость, как меня толкнули в спину. И не вытяни я руки, чтобы уцепиться за возвышающийся рядом деревянный столп, приземлилась бы прямо в цветник.

– Кого я вижу! – раздался позади мелодичный голос мерзкой вампирши. – Алекса, милая, до чего же ты неловкая.

Обернувшись, я встретилась с ней взглядом, и поежилась от плескавшейся в глубине карих глаз ненависти и презрения. Окружавшая ее свита, состоящая из шести девиц, зашлась от смеха, поддерживая свою предводительницу. Люди, толпившиеся рядом с нами, резко расступились, оставив меня один на один с враждебно настроенными студентками.

Понять бы еще, чем я их всех так разозлила?

– Может объяснишь, почему моя персона тебе жить спокойно не дает? – сжав ладони в кулаки, я поддалась вперед, готовая атаковать эту стерву в любой момент.

– И она еще спрашивает? – скривила свое миловидное лицо Мойра. – Из-за тебя наша Молли сейчас в лекарской!

– У тебя неверная информация, я тут не при чем.

– Хочешь сказать, не ты со своими дружками видели ее последней?

– Даже если так, в ее состоянии мы не виноваты. Ректор Поль сказал, что это какая-то болезнь…

– Ага, как же! – не унималась вампирша. – Я, к твоему сведению, лучшая на лекарском факультете, но даже меня к ней не пускают. А значит, никакая это не болезнь. Вы что-то с ней сделали, а ректор Поль просто не хочет связываться с твоим венценосным папашей-драконом!

Я так опешила от ее слов, что пропустила миг, когда Мойра подкралась ближе, вцепилась пальцами с острыми ногтями в мое горло и принялась его сжимать.

Кто бы знал, что в ее тощем теле, живет такая сила? Точно не я.

Пришлось хорошенько напрячься, чтобы не грохнуться в обморок от нехватки воздуха, упереться ладонями в костлявые плечи и сконцентрироваться на своем даре, как учил нас Клив.

Воздушный напор сбил ее с ног, отбросив на целый туаз. Девицы из свиты дружно кинулись на помощь, а я, воспользовавшись всеобщим замешательством, бросилась бежать.

– Хватайте ее! – раздался за спиной визгливый рев, но оборачиваться и проверять, есть ли за мной погоня я не стала. Продолжила нестись вперед быстрее ветра, выбирая место, куда можно было бы спрятаться, чтобы переждать «бурю».

Показавшаяся впереди лавка с вывеской «Коты на любой вкус», стала ответом на мои молитвы. Но не успела я ворваться внутрь, как меня перехватила за талию чья-то крепкая рука и прижала к деревянной стене.

Позабыв, как нужно дышать, я резко обернулась, подняла голову и утонула в насмешливом взгляде серых, как небо в шторм глаз.

– Привет, колючка, – осознав, что передо мной Дарел, а не кучка разъяренных и готовых на убийство девиц, я медленно и шумно перевела дыхание. – Ты так бежала, словно за твою голову объявили награду.

– Ну вот еще, – я изобразила сладкую улыбочку, осторожно стрельнув глазами за его плечо. Фух, кажется, никого! – Я просто очень хотела… котика.

– Котика? – приподнял он правую бровь.

Я ткнула пальцем в вывеску над нашими головами.

– Мистер Стоун, посоветовал мне обзавестись фамильяром. А тут такой удачный шанс.

Услышав фамилию преподавателя, Дар так скривил лицо, будто у него резко заболел зуб, и открыл рот, собираясь что-то сказать, но тут на горизонте показались мои преследовательницы.

Видимо, заметив отразившийся на моем лице испуг, парень проследил за моим взглядом и тихонько присвистнул.

– Как интересно…

Подняв на него полные молчаливой мольбы глаза, я вцепилась пальцами в полы его черного плаща.

– Пожалуйста, не выдавай меня.

– А что мне за это будет? – при других обстоятельствах, я бы бросила что-то резкое в ответ на его нахальную усмешку, но сейчас было не время и не место показывать характер.

– Что ты хочешь?

– Я хочу… – он постучал указательным пальцем по губам, делая вид, что задумался. – Я хочу сам тебе выбрать фамильяра. И ты должна будешь принять этот выбор, даже если он тебе не понравится. Ну как?

Девицы, во главе с Мойрой, приближались.

– По рукам! Но учти, я люблю котиков со светлой шерсткой… – не успела я договорить, как Дарел толкнул меня за дверь, а сам закрыл своей широкоплечей фигурой проем.

Кинувшись к окну и выглянув из-за занавески, я увидела, как этот шут машет вампирше рукой. Скалиться, подмигивает. Я скрипнула зубами, про себя ругая его на чем свет стоит. А Мойра, едва не растекшись посреди дороги лужицей, замедлила шаг и завиляла бедрами.

Как пить дать забыла обо мне и сейчас зависнет здесь, пытаясь привлечь внимание чертовой боевки. Но нет. Дар отвлекся на разговор с подошедшим к нему братом, и она, лишившись зрителя, все же удалилась.

Перевести дыхание мне не дали.

Войдя внутрь, Дарел сжал мое запястье и потащил за собой. А когда я уперлась каблуками сапожек в пол, подхватил на руки и вынес из лавки, под изумленные взгляды котят и их продавца.

– Куда ты меня тащишь? – возмутилась я, поймав веселый взгляд его братца-блондина. – Ты же хотел выбрать мне фамильяра…

– Нет, здесь мы его брать не будем. Я знаю место получше.

– Тогда опусти меня на землю, я и сама могу пойти.

Как ни странно, парень сделал то, о чем я его просила и зашагал рядом. А стоило мне остановиться напротив прилавка, где продавали драгоценности, не сказал ни слова, терпеливо ожидая, когда я закончу.

Разглядывая разложенное на витрине великолепие, я решила прихватить с собой что-нибудь на память об этом местечке. И когда молодая девушка протянула мне понравившееся кольцо – простое, но одновременно очень красивое, из белого золота с розовым камнем непонятного происхождения – вытащила спрятанный в кармане дорожного платья кошелек.

– Прекрасный выбор, мисс, – улыбнулась продавщица. – Лучшего обручального кольца не сыскать во всем Барлеане.

– Обручального? – растерялась я, и тут же вернула драгоценность на место. – Знаете, я не уверена, что хочу именно его, но, если передумаю, обязательно вернусь.

Позади раздался еле слышный смешок.

– Чего тебе? – шикнула я на Дара, отходя от прилавка. – Ты, кажется, вел меня в лавку с лучшими котятами. Так чего медлишь?

– А мы уже почти пришли, – он кивнул мне за спину, но прежде, чем я развернулась, ноздрей коснулся зловонный запах, а ушей достиг тонкий визг.

Совсем не кошачий.

Закончив с приготовлениями, Алеена внимательно разглядывала сидевшее посреди нашей комнаты упитанное животное с выпуклым розовым брюшком и маленькими глазками, больше напоминавшими бусины, что смотрели на мир с пытливом интересом.

– Объясни мне еще раз, что он здесь делает? – Хороший вопрос, кто бы мне на него ответил?

Так и не встретившись с друзьями на ярмарке, я возвращалась из Милерина в полном одиночестве. Если не считать своего нового питомца, который, на протяжении всего пути, дрых в перевозке, издавая то храп, то другие свойственные живому организму неприятные звуки.

Ух попадись мне в тот момент наглая боевка, приложила бы воздушной стеной и прямо по голове. Но, к его счастью, мы расстались еще у прилавка с живностью, и в академию возвращались на разных экипажах.

– Ну а куда мне еще было его селить? Теперь это мой фамильяр. Его зовут Морис. – Повернувшись спиной к зеркалу, я поправила корсет новенького бального платья и занялась прической.

– Но ты же говорила, что хочешь купить кота? А это… поросенок.

– Сама знаешь, как это бывает. Мы предполагаем, а Создатель располагает… Я просто подумала, что почти у каждой ведьмы есть кот, вот и решила выделиться на общем фоне, – и чего только не придумаешь, чтобы не сознаваться в том, что тебя попросту взяли на слабо.

А ведь был шанс отказаться, взбрыкнуть, пойти на попятный. Но Дарел, будто почуяв мои сомнения, заявил, что Морис первый в очереди на встречу с мясником. Допустить этого я, естественно, не могла и окончательно решила его оставить.

– А почему – Морис?

– В кошачьей лавке остался только один ошейник с поводком, и на нем уже значилось имя, – я ткнула пальцем в черный кожаный ремешок, что обхватывал шею маленькой свинюшки. – Я бы, конечно, отнесла его в питомник мистера Суфье, но фамильяры должны жить рядом с хозяевами. Ты не переживай, он будет спать под моей кроватью. Специально для этого я купила ему мягкую лежанку. Видишь, он уже ее облюбовал.

И вправду, развалившийся в розовой лежанке, такой же розовый Морис выглядел даже мило… пока снова не захрапел.

– Я даже не представляю, как это «чудо» может подпитывать твои силы. – Если честно, я тоже этого не представляла, но решила пока оставить свои сомнения при себе.

Закончив с приготовлениями, мы с подругой направились к выходу. Я в бежевом бальном платье, подол которого был отделан черными цветами, она – в темно-синем, с жемчужным поясом. Волосы я решила оставить несобранными, позволив темным локонам спадать на плечи и спину, а Алеена наоборот, собрала в небрежный пучок, оставив на свободе по паре длинных прядей с двух сторон, придававших ее образу легкость и непринужденность.

Поросенок, на прощание, лениво приоткрыл один глаз, в глубине которого блеснуло что-то подозрительное. Кто-то явно собрался порезвиться в наше отсутствие, а потому я, грозно зыркнув, пригрозила ему пальцем.

– Морис, сидеть на одном месте и ждать! – ответом мне было недовольное «хрю».

Бал по случаю «Посвящения» новых студентов проводился, соответственно, в бальном зале, что располагался на первом ярусе, в одном из просторнейших и светлых помещений. У входа, что охранялся двумя стражниками, столпились люди, ожидающие свою очередь, чтобы пройти внутрь. Они болтали, пили раздаваемый феями фруктовый пунш и шаг за шагом продвигались вперед.

Мы с Алееной встали прямо за двумя женщинами из преподавательского состава старших факультетов. И сами того не заметили, как начали прислушиваться к их беседе.

– Энни, ты слышала, Адалин Сальси уволилась и уехала домой. Оставила только бумагу с заявлением об увольнении. Что за мода такая? – выпучив глаза, мы с подругой уставились друг на друга.

– Да что ты говоришь, Арья?! И она туда же? Скоро во всей академии не останется ни одного преподавателя. Я слышала, что утром один из поваров исчез из своей каморки. Его сначала потеряли, а затем нашли записку, где он жалуется на маленький оклад, из-за которого не может больше здесь работать. Арамистер в шоке, не знает, что делать.

– Поднимать зарплаты, что же еще! За те гроши, что он нам платит, скоро и нормального зелья для белизны зубов будет не купить, – возмутилась та, что звалась Энни. – Но эти записки… странно, не находишь?

Что ей ответили мы с Алееной так и не услышали. Женщины вошли внутрь, а затем наступил и наш черед. Обсудить полученные новости не вышло, так как стоило переступить порог, как перед нами возник разрядившийся в парадный красный фрак Ольн.

– Ну и лица у вас, будто привидение увидели.

– Скорее услышали, – буркнула я, все еще переваривая отъезд мисс Сальси, к которой за тот короткий срок, что находилась в академии, я успела изрядно прикипеть. – Что-то очень… очень странное.

– Может расскажете, в чем дело? – нахмурился некромант, провожая нас к свободной оконной нише.

Я открыла было рот, чтобы поделиться с ним только что услышанным, как вдруг Алеена уставилась вперед, открыв от удивления рот.

– Что это такое? – В самом центре зала были установлены две плиты из черного камня, которые привлекали к себе взгляды почти всех собравшихся.

– Ах, это, – Ольн расплылся в жуткой улыбке. – Жертвенные алтари. Мне объяснили, что на них сегодня распнут будущих короля и королеву бала.

– Распнут? – шепотом выдохнула Алеена.

– Да не пугайтесь вы так, – расхохотался некромант, заметив выражение наших лиц. – Это же понарошку.

– А кто будет выбирать короля и королеву? – поинтересовалась Алеена, которую, как и меня, слово «понарошку», ну ни капли не успокоило.

– Понятия не имею, – пожал плечами некромант. – В любом случае, нам с вами ничего не светит. Так что давайте расслабимся и насладимся сегодняшним вечером.

Мудрые слова, с которыми невозможно было не согласиться.

Кажется, сегодня я натанцевалась, если не на год вперед, то на полгода точно. Сначала с Ольном, потом еще с парочкой пригласивших меня сокурсников. От непривычки заболели ноги, и когда я решила, наконец, передохнуть, ко мне подошел мистер Стоун.

Преподавательский состав выполнял на балу роль приглядывающих наставников, и в праздновании непосредственного участия не принимал. А потому, увидев застывшего передо мной мужчину, что, протянув руку, вопросительно приподнял брови, я несколько растерялась.

Или, если по-простому, застыла с открытым ртом, быстро хлопая глазами.

– Не составите мне компанию в танце, мисс Алекса? – спросил мистер Стоун и тут же расплылся в дразнящей улыбке. Решив не портить момент звуком своего скрипучего, от волнения голоса, я кивнула и приняла ладонь.

Уже направляясь вглубь зала, я заметила проходящую мимо Мойру. От ее презрительного взгляда у слабой духом ведьмы мигом бы закупорились энергетические каналы, а у меня сработал защитный рефлекс в виде кривой усмешки, которая лишь еще сильнее взбесила и без того обозленную вампиршу.

Совсем рядом кружила в танце Алеена, которую обнимал за талию высокий блондин. Встретившись со мной взглядом, он подмигнул, и я узнала Бунчера. А значит, где-то рядом должен был находиться его брат.

Глаза, против воли, заскользили по толпе, выискивая знакомую черную макушку.

– Вам очень к лицу этот наряд, – комплимент Клива отвлек меня от размышлений. Одна его ладонь едва касалась моей талии, а вторая сжимала мою руку. Каждое его движение было выверено до линии, а взгляд не спускался ниже моих глаз.

Идеальный кандидат в женихи. Даже отец бы одобрил. Только вот, с недавних пор, «идеальность» меня как-то… не впечатляла. Кто бы еще объяснил – почему.

– Спасибо, мистер Стоун, – ответила я, и взгляд снова заметался по залу.

– Вы, наверное, удивлены, почему я пригласил вас на танец?

– Могу предположить, что вам захотелось размять ноги.

Мужчина запрокинул голову и хрипло рассмеялся.

– И это тоже, но еще я хотел поговорить с вами о предстоящей Триаде.

– Триаде? –  нахмурилась я. – Это тот самый турнир, о котором вы рассказывали в день нашего приезда?

– Он самый, – кивнул Клив. – Так вышло, что ректор Поль поручил мне ознакомиться со списком команд, и я очень удивился, не найдя там вашего имени.

– Но я и не собиралась принимать участие. Какой в этом смысл, если приз все равно достанется боевому факультету?

– А вот я бы на вашем месте, не был так уверен. У вас огромный потенциал, мисс Алекса. С вашим даром, вы могли бы занять первое место, – признаюсь, его слова застали меня врасплох. Я снова захлопала глазами, не в силах поверить, что преподаватель боевых искусств пророчит мне победу в одном из самых сложных состязаний.

– Но… но у меня нет команды, – промямлила я.

– Зато у вас есть друзья. Я сопровождаю мистера Ольн на кладбище и замечаю, как с каждым днем растут его успехи. А мисс Алеена… мало кто даже на боевом факультете умеет так мастерки обращаться с мечом, – бросив на меня последний, выразительный взгляд, Клив остановился, поклонился и оставил меня в одиночестве, переварить его слова.

– Вы очень красивая пара, – раздался за спиной веселый голос подруги.

– Скажешь тоже! – отмахнулась я, последовав за ней к оконной нише. – Это всего лишь танец.

– Хорошо, что твоя боевка не видел этого танца. Он бы ему вряд ли понравился, – подхватил ее подсмеивание надо мной подошедший к нам Ольн. – Кстати, где он? То в покое тебя не оставляет, то где-то пропадает…

– Какая разница? Может спит в своей комнате, – с надеждой голосе предположила я.

– Или заболел, – протянула Алеена.

– Или его выгнали из академии, – размечталась я. – Натворил делов и получил пинком под зад.

– А может… – прервал нас вдруг знакомый, ледяной голос с насмешливыми нотками. – Он сейчас стоит за твоей спиной?

Резко обернувшись, я в тот же миг утонула в бесстыжих серых глазах, что медленно прошлись по моему платью, задержались на декольте и, только после этого, поднялись к лицу. Паршивец даже не подумал изобразить смущение. Во взгляде сквозил смех, а на губах застыла кривая усмешка.

– Позволишь? – Прозвучало как вопрос, но на деле им не являлось.

Миновав внимательно следящих за нами Ольна и Алеену, Дарел придвинулся ко мне вплотную, обнял за талию и увлек за собой к центру зала.

Музыканты как раз заиграли новую мелодию, которую пытался перекричать неизвестный мне профессор из преподавательского состава. Но его слова заглушал стук моего сердца, что в обществе боевки разгонялось до бешеной скорости.

– Что вы обсуждали? – будто между делом поинтересовался Дар. И только сильнее сжавшая мою ладонь рука, давала понять, что это не праздное любопытство.

– Ты о ком?

– Стоун. О чем вы с ним говорили?

– Ты следил за мной? – он не кивнул, но улыбка стала шире, а в серых глазах блеснули веселые всполохи. Ответ был очевиден. – И что, даже совесть не замучила?

– Попыталась рыпнуться, но любопытство успело раньше и придушило ее с полного моего благословения.

– Создатель! – притворно охнула я. – Как же ты теперь без совести?

– Ну, ты же как-то живешь? – подмигнул он мне, явно забавляясь нашим разговором. Впрочем, как и я.

– Если хочешь, я могу исполнять ее роль. Наставлять тебя на путь истинный…

– Обойдусь, детка. Такую бессовестную совесть ещё поискать, – хмыкнул он. – Но ты так и не ответила на мой вопрос – что вы со Стоуном обсуждали?

– Это совсем не твое дело, но так и быть – скажу, – я приподнялась на носочки и, потянувшись к его уху, прошептала. – Клив просил меня держаться от тебя подальше.

Запрокинув голову, Дар громко рассмеялся.

– Как хорошо, что ты у меня такая непослушная.

Я собралась притвориться возмущенной и твердо заявить, что никакая я не «его», но музыка внезапно смолкла, пары застыли на месте, и мы вместе с ними.

Взгляды всех присутствующих устремились на импровизированную трибуну, где, перед тем самым стеклянным шаром, что я видела при зачислении в академию, стоял мистер Суфье.

Боливар улыбался, но даже с того места, где находилась я, было заметно, что эта улыбка не затрагивала его глаз. Взгляд был отсутствующим, словно направленным в никуда, а последовавшая речь, лишена какого-либо энтузиазма.

– Дорогие студенты, «Посвящение» подходит к концу. Пришло время нам выяснить, кто из вас достоин того, чтобы называться королем и королевой бала. И чтобы не было недопониманий и обвинений в пристрастии, сразу скажу, что делать это будет не человек, а знакомая всем вам сфера, что была подарена Мантильской академии пятьсот лет назад одной из сильнейших ведьм того времени Матильдой Одноглазой. Именно в этой сфере скрыт ее второй глаз, который еще называют «Всевидящим оком». Итак… приступим!

Он положил ладонь на стеклянный шар и принялся вглядываться в его прозрачную поверхность, которая очень быстро окрасилась в черный свет.

– Мистер Дарел из боевого факультета. Сфера выбрала вас королем бала, а значит вы приглашаетесь стать первой жертвой науке. Займите свое место у алтаря.

Неожиданное, надо признаться, заявление.

По залу пронесся гул голосов. Удивленно приподняв правую бровь, боевка выпустил из своей хватки мою руку и поморщился.

– Какого черта? – прошептал он так тихо, что услышала только я. – Как чувствовал, что приходить сюда было плохой идеей.

Пока он шел к одной из черных плит, Боливар продолжил вглядываться в сферу. Пауза затянулась, и некоторые из девушек принялись в шутку – или мне так только показалось – предлагать свои кандидатуры.

– Мисс Алекса из общего факультета. Сфера выбрала вас королевой… – он продолжил речь, а я словно вмерзла в пол, не в силах поверить в услышанное.

Я – королева? Они что, издеваются?

– Это несправедливо! – раздался позади знакомый голос. – Почему именно она? За какие такие заслуги?

Мойра заходилась в яростном негодовании даже не понимая, что я с радостью бы поменялась с ней местами. Если бы было можно. А вдруг?…

Я встретилась глазами с мистером Суфье. Мужчина, правильно считав мой немой вопрос, пожал плечами и отрицательно качнул головой. В этот момент, кто-то толкнул меня в спину и я, на негнущихся ногах, направилась в центр зала, где меня поджидал ехидно усмехающийся волк.

– С такой королевой я готов хоть на плаху, хоть на костер, – подмигнул он мне.

– Шут! – прошептала я и тут же зажмурилась.

Подошедшие к нам мистер Суфье и та самая преподавательница, что звалась Энни, принялись завязывать нам глаза куском черной материи. Затем меня взяли за руку, помогли лечь на холодную плиту, вытянули руки над головой и на запястьях будто защелкнулись железные кандалы.

Разговоры студентов резко смолкли и им на смену пришла идущая откуда-то сверху легкая мелодия. Несмотря на завязанные глаза, я вдруг ясно увидела зал, но вместо людей, по паркету кружили призраки. Прозрачные и невесомые. В старых нарядах, и со зловещим оскалом на неживых лицах.

Они приближались, и я понимала, что ничем хорошим это закончиться не могло.

Дыхание перехватило от страха. Тело зашлось в мелкой дрожи, а все косточки будто сковал мороз.

– Успокойся, колючка, – раздался рядом хрипловатый голос. – Слушай меня и помни, это не реальность, а что-то вроде испытания.

– Ис… испытания?

– Ну да. Пройдешь его с честью и все следующие четыре года учебы будет чем гордиться.

Пока я переваривала слова Дарела, музыка смолкла, а призраки, так и успев дотянуться до меня, рассеялись в воздухе. Перед глазами снова встала темнота, а слух уловил громкие перешептывания студентов.

Сдерживающие руки кандалы исчезли так же внезапно, как и появились. Мне помогли подняться и сняли повязку. Яркий свет ударил в глаза, заставив хорошенько проморгаться.

– Ваша жертва принята старыми стенами академии, а значит все новые студенты «Посвящены»! Нас ждет последний танец! – огласил помещение громкий голос Боливара и все присутствующие захлопали в ладоши.

Поднявшись на ноги, я поправила юбки, а когда подняла голову, меня за руку схватила запыхавшаяся Алеена.

– Алекса, стража передала, что приехал твой отец. Он ждет тебя в холле. Пошли скорее…

– Я сам ее провожу, – передо мной выросла высокая фигура Дарела.

– Это еще зачем? – испугано попятилась я.

– Затем, что меня эта встреча тоже касается… невестушка.

Сказать, что я была потрясена – ничего не сказать. Это слово не могло описать и доли тех чувств, что сейчас бурлили внутри меня. Голова из-за заполнивших ее мыслей готова была взорваться, а сердце барабанило по грудной клетке, будто намеревалось покинуть свое прежнее место.

Я плелась вслед за идущим на пару шагов впереди Дарелом и пыталась как-то уложить по полочкам его последнее заявление. Благо он не мешал.

Невестушка…

Какой был шанс, что именно этот невозможный тип окажется моим женихом? Не неизвестный парень, находящийся от меня в нескольких сотнях лье, а именно он – Дарел? Наглый и самовлюбленный гад, что не дает мне прохода и преследует, словно тень.

Он же все знал: кто я такая, откуда. И похоже, с самого начала.

Какая же я дура…

Самобичевание завершилось, как только передо мной открылась дверь ведущая в холл, посреди которого замерли две внушительные фигуры.

– Папа! – воскликнула я и, подхватив юбки, бросилась в родные объятия.

– Алекса, дочка! – отец расплылся в теплой улыбке, подхватил меня в полете и прижал к своей широкой груди. Его ладони принялись гладить меня по голове, как это часто бывало дома. И от нахлынувших воспоминаний, на глаза навернулись слезы.

Смахнув их ресницами, я повернула голову и уставилась на его спутника.

Такой же высокий, мускулистый и… смутно знакомый.

Стоило Дарелу приблизиться, мужчина поднял увесистую руку и хлопнул парня плечу. Они обменялись абсолютно одинаковыми ухмылками, и тут я поняла, что передо мной его величество король Веррина.

Миро Грайм был ровесником моего отца и его давним знакомым. Не сказать, чтобы они дружили, но и вражды между ними тоже не было. Когда-то, двадцать лет назад, Веррин очень помог королевству драконов победить полчища пригнанных из Безжизненных земель мертвецов. С тех пор отношения между драконами и ликанами стали намного прочнее и надежнее.

И наш с Даром брак должен был сделать их нерушимыми.

– Кто бы знал, что моему щенку так повезет, – хрипло рассмеявшись, король Миро принялся изучать меня внимательным взглядом. В глубине его глаз горел лукавый огонек. –  Строптивая красавица. Вылитая мать.

– Отец, – Дар бросил на короля предостерегающий взгляд и, как это не удивительно, огромный, страшный волк прекратил вгонять меня в краску.

– Твой сын прав, Миро, – выпустив меня из своей хватки, отец положил ладонь мне на плечо. – Алекса еще не сказала своего последнего слова. А я клятвенно обещал ее не неволить. Если моя дочь решит отказаться – так тому и быть.

– Так за чем же дело стало? Давай, девочка, соглашайся и назначим день свадьбы, – король чуть ли не потирал руки, а Дарел, видимо привыкший к беспардонному нраву отца, тяжело вздохнул и сжал пальцами переносицу.

– Ни на что я соглашаться не буду, – твердо произнесла я, гордо задрав голову, чтобы поймать взгляд его величества. – Я не выйду замуж за вашего сына. Мы даже не знаем друг друга толком, а вы уже строите… планы.

– Девочка, – разочарованно протянул король. – Ты же не дочь портнихи и знаешь, что в монарших семьях, свадьба – это дань долгу, а не велению сердца.

– Может у вас и так, но мои родители предоставили мне право выбора, и я собираюсь им воспользоваться, – я посмотрела на отца, который, спрятав усмешку, кивнул мне. А затем перевела взгляд на Дара. – А ты чего молчишь?

– Так я не против, – пожал он плечами, чем привел меня в окончательное бешенство. А судя по лукавым искрам в серых глазах, мои эмоции не остались незамеченными.

– Алекса, – снова обратился ко мне король Миро. – Ты принцесса драконьего королевства, и выбор у тебя невелик. Либо наследник Веррина, либо Курезова, либо Барлеана. Кстати, последний, как мы знаем, счастливо женат и имеет дочь, так что выбывает из гонки. Есть еще вариант заключить неравный брак с кем-то ниже тебя по рангу, но это уже сделала твоя сестра, а две бунтарки в семье –перебор. Случись что, где твоему отцу брать союзников?

Мне хотелось закричать, что муж моей сестры не ниже ее по рангу*. А наследник Курезова очень галантен и хорошо воспитан, в отличие от некоторых рядом стоящих «принцев».

Но как бы противно мне не было, король сказал правду. Я с самого детства знала, что мой долг – долг принцессы – удачно выйти замуж за будущего короля, родить ему наследника, и помогать своей родине всем, чем смогу.

Видимо заметив, как перекосило мое лицо, отец вышел вперед. Коснулся пальцами моего подбородка и приподнял мою голову.

– Дочка, никто не заставляет тебя решать сейчас. Ты сама сказала, вы с принцем Дарелом еще плохо знаете друг друга. Думаю, помолвка длинною в один год будет достаточной для того, чтобы принять окончательное решение. Если по истечении этого времени, ты ответишь принцу отказом, то так тому и быть, – закончив со мной, отец повернулся к Дару. – Обидишь ее, сгоришь в драконьем пламени.

Парень усмехнулся, но кивнул и подошел ко мне. Что-то достал из кармана, взял меня за руку и надел на палец… кольцо.

Надо же, этот мерзавец еще и подготовился.

– В честь помолвки, колючка, – шепнул он мне. – И не смотри на меня так, словно хочешь прожечь дыру. У тебя хотя бы есть выбор.

Его последние слова ударили, словно пощечина. Вырвав руку из его хватки, я подхватила юбки и, даже не попрощавшись с отцом, бросилась бежать.

Не помню, как преодолела лестницу и длинный коридор. Пришла в себя, только захлопнув дверь в свою комнату. Прислонилась к ней спиной и медленно сползла на пол.

Затуманенный из-за слез взгляд, зацепился за розовый камень, что сверкал на пальце. Поднеся его ближе к лицу, я внимательно изучила простой обруч из белого золота, и вспомнила, как разглядывала это кольцо в Милерине.

Выходит, он купил его тогда специально для меня. Но зачем?

К тому моменту, как открылась входная дверь и в комнату вошли Ольн с Алееной, я успела стащить с себя платье и переодеться в новую разработку Барлеанских портных – шелковую пижаму. Ее мне перед отъездом в академию подарила Мика, сообщив, что этот наряд для сна, ей рекомендовали подруги из «Движения за права женщин».

Мягкая сорочка и просторные штаны. Ткань ласкала тело. И не мешала, расположившись на полу и гладя спящего в лежанке Мориса, думать о том, когда моя жизнь свернула не туда?

На пальце все еще блестело подаренное Дарелом кольцо. Надо было снять, но рука не поднялась. Оно так красиво обхватывало палец, а розовый камень будто подмигивал мне и грел душу.

Глупая, глупая Алекса.

Зачем искать смысл там, где его и в помине нет? Ну купил он его, заметив твой интерес. Решил расположить к себе, прежде чем объявить, кем он является на самом деле.

А я и так знаю кем. Обманщиком и заносчивым гадом. Но это совсем не значит, что я обязана вернуть ему подарок. Теперь это кольцо – мое, и носить я его буду – когда и куда захочу. Или вообще не сниму. Имею же я право? Имею!

– Как хорошо, что ты здесь! – Алеена, без сил, упала на свою кровать, скрип которой заставил Мориса проснуться и недовольно хрюкнуть. Ольн подошел ко мне, сел рядом, достал из кармана завернутый в бумагу пирожок и принялся кормить им моего фамильяра.

– Мы видели, как ректор Поль провожал ваших с Дарелом отцов. Быстро же прошла ваша встреча.

– Зато как плодотворно, – буркнула я про себя, и уже громче добавила. – Бал уже закончился?

– Ага, – кивнула подруга. – Все разошлись по комнатам продолжать «празднование», а мы решили найти тебя и расспросить по поводу ритуала.

– Ритуала? Ты о чем? – нахмурилась я.

– Ритуал «Посвящения». Неужели ты забыла?

Создатель, а я ведь действительно забыла. Хотя до сих пор, вспоминая эти неживые лица, чувствовала, как по телу ползет ледяной озноб.

– Если честно, я не успела ничего понять. Что это за ритуал, что за видения?…

– Видения? Так они не выдумка? – некромант аж подпрыгнул на месте, снова растревожив только успокоившегося поросенка. – А я все удивлялся, чего ты так взбледнула на этом алтаре. Что за видения?

– Ольн, ты явно знаешь больше меня об этом ритуале. Расскажи, и я поделюсь с тобой всем, что видела.

Парень устроился поудобнее – как и мы с заинтересованной не меньше меня Алееной – прочистил горло, и начал рассказ.

– Предупреждаю, вся информация почерпнута из книг и слухов, а значит за достоверность я не отвечаю. Так вот, когда Мантильская академия впервые открыла свои двери для студентов, основной костяк которых на тот момент составляли маги и ведьмы, жена короля Барлеана и одна из сильнейших ведьм своей эпохи Матильда преподнесла им два бесценных подарка. Свой глаз, заключенный в стеклянную сферу, куда может заглянуть обладающий знаниями, то есть любой из преподавателей, и увидеть, каким даром, или скрытой сущностью обладает тот или иной студент. И «благословение» для избранных этой сферой.

– Что еще за «благословение»? – протянула я, заслушавшись его рассказом.

– Каждый год, сфера выбирает двух студентов и благословляет их видением, которое всегда что-то значит. Впоследствии, первый ректор академии превратил эту церемонию в бал «Посвящения». А двух избранных сферой так и окрестили – король и королева бала. Правда, в истории есть случаи, когда сфера выбирала двух королей, или даже двух королев. Тут не угадаешь.

– Выходит, мы с Дарелом благословлены Матильдой Одноглазой?

– Выходит, да, – кивнул некромант. – Ну так что ты видела?

– Бал. То же помещение, такая же музыка. Только танцевали не студенты, а… призраки.

– Ничего себе! – ахнула Алеена, и приползла к нам на пол. – Настоящие?

– Мне не удалось до них дотронуться, да я и не горела желанием, если честно, но выглядели вполне себе мертвыми и до жути страшными.

– Призраки, говоришь, – задумался некромант. – А они никого тебе не напомнили?

Я уже собралась открыть рот, чтобы сказать «нет», а потом задумалась. Крепко задумалась, роясь в лабиринтах памяти.

– Я сильно не приглядывалась, но, кажется, парочка из них чем-то напоминали преподавателей с портретов, что висят в холле. Интересно, что бы это могло значить? Странное какое-то благословение.

– Погоди, Алекса, – пришла очередь Ольна хмурить брови. – Получается, ты видела в своем видении духов замка? Вряд ли они приходят абы к кому. Это что-то да значит.

– Но что? – развела я руками. – «Мисс Алекса, готовьтесь, вы следующая на упокой»?

– Это же благословение. Скорее всего твое видение хотело сказать, что духи академии приняли тебя или помогут во всех начинаниях… я не знаю.

– Кстати, о начинаниях, – я хлопнула себя по лбу, вдруг вспомнив разговор с Кливом. – А вы не хотите поучаствовать в Триаде?

Лица моих друзей вытянулись от удивления, а в глазах ясно читался вопрос: не тронулась ли я умом. И чтобы доказать, что со мной все в порядке, я быстро пересказала им разговор с мистером Стоуном.

– … турнир через месяц. У нас достаточно времени, чтобы подготовиться. Ну как, вы согласны?

– Это же означает, еще больше практики с мертвецами? – у Ольна от возбуждения загорелись глаза. – От такого предложения не отказываются.

– Хм, – протянула Алеена. – Говоришь, можно будет помахать мечом? Я, однозначно, в деле!

– Ну и отлично. Завтра внесу нас в список, а сейчас – спать, – прежде чем подняться, я широко зевнула и потянулась.

– Погоди, погоди, – подруга уставилась на мою ладонь. – Что это за кольцо? Еще днем его на тебе не было.

– Ах, это… – замялась я, растянув губы в вымученной улыбке. – Можете меня поздравить. Кажется, я помолвлена.

– Алекса, не очень умно вот так бесцельно опустошать резерв, – заметил стоящий в паре шагов от нас с Морисом Клив. – Ты должна объединять свою энергию с энергией фамильяра, а не бороться с ним за первенство.

Сдунув со лба упавшую на него прядь волос, я окинула преподавателя убийственным взглядом.

Объединять… Легко ему говорить. Это же не он вынужден едва ли не на коленях стоять перед бесстыжим свином, который без достойной взятки, в виде какой-нибудь сладости, даже с места не сдвинется.

Где были мои мозги, когда я согласилась на такого никчемного помощника? У этого жадины и снега зимой не допросится, не то, что энергетической подпитки.

Урок подходил к концу, а мы так и не продвинулись в совместной работе ни на шаг. Задача была – построить плотный воздушный заслон, и удерживать его достаточно долго, чтобы впечатлить мистера Стоуна. А что в итоге? Жалкая туманная завеса, которая уже через несколько секунд превращается в ничто.

– Но мистер Стоун, мой фамильяр ведет себя, как настоящий поросенок!

– Если вы не заметили, мисс Алекса, он и есть поросенок, – хмыкнул мужчина. – Вам просто нужно больше совместной практики. А еще, не мешало бы подружиться, и как можно скорее. Отношения: наглый питомец – вынужденный хозяин, не подходят для энергетического обмена.

Я окинула Мориса усталым взглядом, в ответ на который он повел своим маленьким розовым ухом, сморщил пятачок и недовольно хрюкнул.

Ууу, мелкая вредина!

Клив отошел к кому-то из моих однокурсников, а к нам приблизилась закончившая практиковаться с мечом Алеена.

С тех пор как мистер Стоун позволил ей заменить ежедневные муки с водной магией на оттачивание боевых навыков, и разрешил присутствовать на тренировках боевки, подруга стала в разы счастливее. И я, конечно, рада видеть ее веселую улыбку, но именно в этот момент едва сдержалась, чтобы не окунуть Алеену в находящийся неподалеку фонтан.

Вытащив из кармана кусок сыра, она села на корточки и принялась кормить с рук моего розового обжору.

– Прекрати баловать этого лентяя, он только что сожрал пирожок с яблоком. Боюсь, еще месяц, и он не пролезет в дверь.

– Прости Алекса, но мне кажется, твой фамильяр гипнотизер. Каждый раз я повторяю себе, что выдержу и каждый раз скармливаю ему что-то из своих запасов. Это был мой обед… – посетовала подруга, подняв на меня жалобный взгляд. – Кстати о еде. Сегодня за завтраком шептались о Молли. Говорят, о ней давно ничего не слышно, и, скорее всего, она уже не в академии, а поправляется дома. Как думаешь, это правда?

– Надеюсь, – пожала я плечами, вспоминая престранную историю, что приключилась со студенткой лекарского факультета. – В любом случае, мы вряд ли узнаем правду. Я лишь хочу, чтобы мерзкая вампирша прекратила пускать сплетни о нашей причастности к ее болезни.

– Чертова Мойра, – Алеена смешно скривила свое миловидное лицо. –  Я видела ее сегодня на тренировке боевого факультета вместе с Бунчером и… твоим женихом.

С того дня, как Дарел надел на мой палец помолвочное кольцо прошла неделя. И все это время я старательно избегала его, а на совместных занятиях, что из-за уволившихся преподавателей происходили все чаще, садилась как можно дальше.

Чувствовала, как он сверлит меня взглядами и прекрасно понимала, что веду себя как жалкая трусиха. Но мне нужно было время, чтобы осмыслить происходящее и смириться с тем фактом, что этот невозможный тип – мой будущий муж. Вернее, может им стать, если через год я все же решусь сказать ему «да».

Кольцо я носила не снимая, и логично, что по академии поползли слухи о моей грядущей свадьбе. Однокурсники осаждали вопросами о замужестве, а я хранила молчание, что еще сильнее подогревало их интерес.

Правду знали только Алеена и Ольн. Они же и взяли на себя обязанность, о которой я их совсем не просила. А именно – сообщать мне о каждом шаге… моего жениха.

– Полагаю, они прекрасно проводили время, – беспечно пожала я плечами, ощущая, как внутри закипает злость, а перед глазами встает картина целующейся парочки.

Красочная. С эффектом погружения. Ведь я прекрасно помнила, как чувствовался его язык у меня во рту.

– Бунчер сказал, что они с Дарелом готовятся к Триаде, а Мойра в их команде. Оно, конечно понятно, она один из лучших лекарей, но…

– Поверь, эти двое друг друга стоят, – перебила я подругу. – Совет им, да любовь!

– И ты не ревнуешь? – удивилась Алеена.

– Вот еще! Чтобы ревновать, нужно любить, а я этого наглеца на дух не переношу, – и кого я сейчас убеждаю? Себя или ее? – Нравится ему, когда пьют кровушку – на здоровье. Кто я такая, чтобы им мешать?

– Невеста? – поддразнила меня эта рыжая бестия.

– Временная. Через год помашу ему ручкой и пусть берет в жены принцессу Курезова. И вообще, давай оставим эту тему. Лучше скажи, есть ли еще какие-то новости?

– Да вроде бы нет… – протянула Алеена. – Хотя, у смотрителя за порядком вчера пропала его ручная крыса. Сейчас обыскивают весь замок.

Я вспомнила горбатого старика, с длинными сальными волосами, что в день моего приезда проводил меня в кабинет ректора Поля. Сализер, если не ошибаюсь. Верю, животное найдут, а то у меня смутные подозрения, что я знаю, куда оно могло деваться.

Морис вчера вечером сбежал из комнаты, а когда вернулся, долго кого-то гонял под кроватью. Мне даже показалось, что я слышу посторонний писк.

Надеюсь, это всего лишь игра моего воображения. Еще не хватало, чтобы мой проглот-фамильяр сожрал чужого питомца.

Я перевела подозрительный взгляд на развалившегося на земле поросенка. Он встретил его своим – не менее подозрительным – даже не моргнув.

Не знаю, сколько бы продолжалась наша молчаливая дуэль, но тут на тренировочное поле выскочил запыхавшийся мистер Суфье.

– Клив, мне нужно с тобой срочно поговорить.

– Ну что там? – зашептала стоящая за моей спиной Алеена. Она одновременно удерживала на руках Мориса и пыталась выглянуть из-за моего плеча, чтобы подслушать разговор двух преподавателей. – Ты что-нибудь слышишь?

– Услышу, если не будешь меня отвлекать, – шикнула я, прижавшись щекой к каменной статуе Арамистера Поля, которую ректор установил пару дней назад неподалеку от тренировочной площадки.

И откуда только деньги берет, если даже на приличное жалование учителям не хватает? Вон как бегут с этого тонущего корабля. Только пятки сверкают.

Мужчины, увлеченные разговором, даже не пытались понизить голоса, и до меня долетало практически каждое произнесенное ими слово.

– Клив, я не верю, что она уехала бы вот так, ничего не сказав. Какая-то непонятная записка об увольнении и все? Адалин обязательно поговорила бы со мной. Ты же знаешь, у нас… отношения.

– Боливар, – мистер Стоун хлопнул коллегу по плечу. – У нас нет оснований полагать, что с ней что-то случилось. Записка написана ее рукой. Ее лошади в конюшне нет, а кто-то из стражи видел, как она в спешке покидала замок. Лучше вспомни, не ссорились ли вы?

– Не было ничего такого, – отмахнулся несчастный мужчина. – Мы должны были танцевать на балу, она даже шутила по этому поводу, но за час до торжества мне сообщили о ее отъезде. Здесь явно что-то не так…

– Может, ей пришло сообщение от кого-то из родственников? Или ректор допёк. Ты же знаешь, он на это способен.

– Сегодня же поговорю с ним и выясню, – твердо решил мистер Суфье. – А еще узнаю, не приходила ли ей почта. Может и вправду получила сообщение от своей тетушки. Но целая неделя, Клив… Она же могла отправить мне весточку. Знает, что буду волноваться и брошусь на поиски.

– Женщины, – пожал плечами Клив, будто одним этим словом было все сказано.

Урок подошел к концу, и студенты побрели в замок. Мужчины, закончив разговор, присоединились к ним. А мы с подругой, обменявшись недоумевающими взглядами, остались стоять на месте.

– Ты думаешь о том же, о чем и я? – зеленые глаза Алеены зажглись решимостью.

– Что с этими исчезновениями что-то не ладно? – подруга кивнула. – Да, я думаю о том же самом. Помнишь я рассказывала вам с Ольном, как видела мисс Сальси и мистера Суфье в главном саду? Они целовались и выглядели такими счастливыми…

Возникшую тишину не прерывал даже Морис, который, уютно устроившись в объятиях Алеены, лениво разглядывал «выдающуюся» филейную часть каменного ректора.

– Нет, – покачала я головой. – Не могу оставить все как есть. Ты со мной?

– Могла и не спрашивать, – заверила подруга. – Ольн скоро освободиться с дополнительных занятий по зельеварению. Скажу ему о вечернем сборе в библиотеке.

На том и порешили.

Обед и оставшиеся уроки – история магии и управление стихиями – прошли спокойно, без каких-либо чрезвычайных ситуаций. Остальное время, мы с друзьями посвятили подготовке к завтрашнему дню: Ольн смешивал зелье от насморка, Алеена зубрила семейное древо королей Веррина и Виверна, иногда консультируясь со мной, а я пыталась настроить общение с Морисом.

Поросенок ко всем моим попыткам хоть как-то его расшевелить и заставить «дружить» относился скептически. А вот кусочки шоколада, которыми я с ним делилась, чтобы настроить на мирный лад, лопал даже не задумываясь.

Под конец, я так устала, что настроение упало ниже нулевого уровня. Мне начало казаться, что наши отношения никогда не сдвинутся с точки «хозяин-питомец». И как это не печально, роль «хозяина» этот маленький упрямец определил себе.

В голову закралась шальная мысль – а если подыграть? Притвориться, что он главный, и за каждую положительную энергетическую отдачу, возносить этот кусок жира на пьедестал? Вряд ли он поймет, что я блефую. Такому чувству собственного величия позавидовал бы любой король.

В назначенный час, мы с друзьями оставили Мориса «охранять» комнату, а сами направились в библиотеку, где собирались поискать информацию о Триаде, и в спокойной обстановке обсудить план своего собственного «расследования».

Остановившись у дверей, за которыми находилось царство книг, мы пропустили вперед некроманта. Ольн схватился за ручку, потянул ее на себя и, в этот самый момент, кто-то толкнул ее с другой стороны.

Парень едва не приземлился на пятую точку, а из-за двери вышли Дарел, Бунчер и светящаяся как начищенный пятак Мойра, которая, проходя мимо, задела меня своим платьем.

Ладони непроизвольно сжались в кулаки. Пришлось напомнить себе, что я цивилизованная леди, носящая фамилию шан Ро, и действовать как ревнивая дура не имею права.

Дарел нахмурился, протянул Ольну руку и помог подняться, затем бросил на меня нечитаемый взгляд, а когда я гордо отвернулась, удалился.  А вот его белобрысый брат задержался.

– Выдыхай, – наклонившись к моему уху, шепнул Бунчер. – Мы готовимся к Триаде, это всего лишь совместная тренировка.

– Как будто мне есть до этого какое-то дело, – фыркнула я.

– Хорошо, я так и передам Дару, – усмехнулся парень и кивнул на мой сжатый кулак с поблескивающим на безымянном пальце кольцом.

Подмигнув на прощание Алеене, Бунч отправился вслед за своей компанией, а мы вошли в помещение и заняли один из свободных столиков.

– Этот блондин как-то странно на тебя смотрел, – заметил Ольн, обращаясь к подруге. – Что между вами происходит?

– Ничего, – отмахнулась Алеена, и мы бы поверили, если бы не ее резко заалевшие щеки. Я приподняла правую бровь, и подруга сорвалась. – Да проходу он мне не дает с того самого танца на балу «Посвящения». Словно привязанный ходит. Подмигивает. Усмехается. А вчера на совместной тренировке он мне поддался. Представляете? Создатель, какой стыд!

– А вдруг это не просто так? – протянул некромант. – Что, если ты его Сердце? Я читал, что некоторые волки, кому сильно повезет, именно так находят свою пару.

– Бред! – прошептала подруга, и подняла на меня испуганный взгляд. Я, вспомнив о Дареле и его словах об отсутствии у него выбора, ответила ей точно таким же.

– Давайте сменим тему? – предложила я, опустив голову. – Мы здесь не для того, чтобы обсуждать принцев Веррина. А чтобы попытаться понять, что случилось с мисс Адалин и остальными преподавателями. Надо решить, с чего лучше начать наше расследование.

– Есть идея, – словно на уроке поднял руку Ольн. Я кивнула. – Как насчет того, чтобы исследовать комнаты пропавших преподавателей? Учитывая, что по общей версии – уехали они по своей воле, вряд ли кто-то устраивал там обыск.

– Ольн – ты голова! – восхищенно прошептала Алеена.

– Если когда-то решишь сменить специализацию, у моего дяди есть собственное сыскное агентство, – присоединилась я и кивнула. – Значит, решено!

Странным во всей этой ситуации было не то, что мы втроем крались по темному коридору преподавательского крыла, собираясь вломиться в несколько пустующих комнат. А то, что каждый из нас, помимо масляных ламп, держал в руке по универсальному ключу, заговоренному на одноразовое открытие любой двери, которыми в Милерине – среди прочих безделушек – разжилась Алеена.

Как чувствовала, что пригодится.

Нелегальный улов мог быть очень опасен, попади он не в те руки. И поймай нас с ним на горячем – не миновать отчисления. Но разве остановят такие мелочи трех ищущих справедливости студентов? В своих мечтах мы уже раскрыли злодейский заговор и спасли всех исчезнувших учителей из лап их похитителя.

Ольн первым скользнул в бывшую комнату миссис Миллз. Алеене досталась комната профессора Грофа. А мне пришлось идти до самого конца коридора, туда, где располагались покои мисс Адалин.

Кто-то дернул ручку с другой стороны. Пока дверь не успела открыться, я рванула к оконной нише и быстро спряталась за бархатной портьерой. В этот момент из комнаты вышел Боливар Суфье.

Лицо мужчины было потемневшим от горя. Взгляд устремлен в пол. Походка отличалась усталостью.

Печально было понимать, что смысла прятаться не имелось. Он был так поглощен своими грустными мыслями, что вряд ли заметил бы чужое присутствие.

Дождавшись, когда стихнут за спиной его шаги, я приблизилась к двери и без труда открыла замок. Затем скользнула внутрь, поставила лампу на пол и огляделась. Монструозный шкаф для платьев был задвинут в самый угол. На столе только тоненький слой пыли. Придвинутый к стене стул. Выходящие в сад окна. На набитом соломой матрасе примятый след, оставленный, похоже, мистером Суфье.

Отсюда и начала.

Приподняла матрас, заглянула под кровать. Чихнула. Смахнула упавшую на глаза прядь волос. Перешла к столу, который тоже оказался пуст. Подняла взгляд на шкаф. Вздохнула.

Собираясь в дорогу, мисс Адалин не оставила ни клочка одежды. Или же после ее отъезда комнату вымыли с мылом и закрыли на ключ. В любом случае, шкаф оказался пуст, и так как больше потайных мест в помещении не наблюдалось, пора было заканчивать поиски.

Но не успела я развернуться, как снаружи, у самой двери, послышались тяжелые шаги. Не раздумывая ни секунды, я рванула к лампе, потушила ее и юркнула в шкаф, быстро прикрыв за собой дверь.

Внутри царил спертый воздух, давно не проветриваемого замкнуто пространства. Поморщив носик, я принялась ждать, когда незнакомец удалится, но вместо этого услышала, как скрипнула входная дверь.

Сердце пропустило удар.

Я замерла как мышка, прячущаяся от кота. Даже глаза зажмурила, надеясь, что это сделает меня совсем уж невидимой. А когда дверцы шкафа резко распахнулись, так испугалась, что издала пронзительный визг. Но тут же заткнулась, узнав знакомые черты и нахальную усмешку.

– Ч-ч-что ты здесь делаешь? – заикаясь, спросила я застывшего напротив Дарела.

– Увидел, как ваша компания крадется в преподавательское крыло. Решил убедиться, что ты не вляпаешься в неприятности, – беспечно пожал он плечами.

– Ну что, убедился? – рыкнула я, чувствуя, как паника превращается в злость. – А теперь закрой дверь с той стороны и проваливай откуда пришел!

– Какая же ты неблагодарная маленькая колючка, – покачал головой Дар. – А я ведь помочь тебе хотел…

– Ты очень мне поможешь, если избавишь от своего общества.

– От своего я, может, и избавлю. А вот от общества направляющегося сюда ректора, уже вряд ли, – развел он руками и замер. За дверью снова раздались шаги, но в этот раз, судя по неровному звучанию, людей снаружи было больше одного.

Тяжело вздохнув, Дар обхватил меня руками за талию, подвинул в сторону, занял место рядом и закрыл дверцы. Не плотно, но как раз вовремя. Снова отворилась входная дверь и через щель я разглядела лица Арамистера Поля и смотрителя за порядком.

– Видишь, нет никого. Показалось тебе, – произнес ректор, обращаясь к мистеру Сализеру.

– Дверь не заперта. А вот еще лампа потушенная стоит. Значит кто-то был.

– Или ее оставили феи, когда прибирались в комнате. И дверь забыли закрыть, – не сдавался мистер Поль.

– Хорошо, я сейчас только под кровать загляну, на всякий, и пойдем.

Мужчины еще о чем-то переговаривались, но я уже не прислушивалась. Меня отвлекла одна бесстыжая рука, что обвилась вокруг моей талии и прижала к горячему мужскому телу.

– Что ты себе позволяешь? – возмущенно прошипела я, вцепившись пальцами в один из ремней доломана.

– Тут тесно, – шепнул мне на ухо Дар, и голос его прозвучал низко и хрипловато. – Правда, не настолько, чтобы мне не удалось втиснуться внутрь.

Мне кажется, или в его словах скрыт какой-то намек?

– Я тебя не слышу, здесь слишком… темно, – с трудом сглотнув застрявший в горле ком, я медленно выдохнула.

Парень еле слышно хмыкнул и прижал меня к себе еще крепче.

– На самом деле, я пришел сюда не только чтобы предупредить тебя о ректоре. Думаю, я дал тебе достаточно времени, чтобы свыкнуться с ролью моей будущей жены и сейчас хочу позвать тебя на свидание, – даже в темноте шкафа, я уловила как заблестели его глаза, цвета расплавленного метала.

– Размечтался, – презрительно фыркнула я, отворачивая лицо. – Лучше пригласи вампиршу. Вы с Мойрой – прекрасная пара. Две сосущие кровь пиявки.

– Да ты ревнуешь! – как-то чересчур весело прошептал этот невозможный тип. – Неужели влюбилась?

– Вот еще!

– А чего так морщишься? Любить – это отлично. Но только если меня, – не удержавшись, я освободила руку и стукнула его по плечу, заставив тихо зашипеть. – Ай, больно же, колючка! Мойра помогает нам с Буном в турнире. Она – толковый лекарь, вот и все.

– Рассказывай кому другому!

– Я лучше докажу… на свидании. Пойдешь? Или мне открыть шкаф и позвать ректора?  – стоило бы догадаться, что такие хитрые змеи не сдаются.

Ууу, шантажист проклятый!

– Хорошо, – процедила я и гневно зыркнула на своего мучителя, который, как ни в чем не бывало, потянулся к ручке дверцы.

Я уже было бросилась его останавливать, а потом поняла, что в комнате царит абсолютная тишина. За нашей перепалкой я даже не заметила, как мужчины покинули помещение, не забыв забрать с собой мою лампу.

Дарел помог мне выбраться из шкафа, приблизился к двери и прислушался. За дверью все еще слышался какой-то шум, но стоило ему смолкнуть, парень дернул за ручку и выглянул наружу.

– Пропусти, я пройду! – я похлопала его по плечу, но добилась лишь того, что он резко захлопнул дверь и привалился к ней спиной. Красивое лицо резко побледнело, а на лбу залегла глубокая складка.

– Я бы не советовал.

– Почему?

– Не знаю, как можно смягчить такую новость, поэтому скажу прямо – за дверью лежит труп.

Прямо за дверью комнаты, что еще неделю назад принадлежала мисс Сальси, в позе морской звезды и уткнувшись лицом в пол лежал смотритель за порядком.

Назвав его трупом, Дар, как позже выяснилось, погорячился. Но не так чтобы сильно. Тело мистера Сализера было иссушено чуть ли не до состояния мумии. А на участках кожи, что не были скрыты одеждой, выступили красные пятна. Такие же, как были у Молли. Мелкие и частые.

На мой крик сбежались Ольн с Алееной, что при виде сначала Дарела, а затем мистера Сализера выпучили глаза. За ними еще пара студентов, около десятка преподавателей и ректор Поль. Он же и перевернул тело мужчины на живот, явив нам посеревшее лицо смотрителя, чье дыхание с еле слышным свистом вырывалось из легких.

– Срочно, лекаря сюда! – закричал женский голос.

По толпе прошел гулкий шепот – «болезнь», «эпидемия», «чума». Все вокруг засуетились, забегали. А Дарел спрятал меня за спину, закрывая весь обзор.

– Держись рядом, – отдал он короткий приказ, оттесняя меня к стене. – Не нравится мне все это…

Мне тоже не нравилось… задумчивое выражение лица Арамистера Поля. А также тот факт, что я знала наверняка – он последний, кто находился рядом с мистером Сализером, и до сих пор не обмолвился об этом ни словом.

– Что с ним произошло? – обратился ректор к подоспевшему лекарю, что, сидя на корточках, прощупывал грудную клетку смотрителя.

– Закупорка энергетических каналов, – он бросил на ректора странный взгляд, в ответ на который мистер Поль тихо выругался.

– Доставьте его в лекарское крыло, я скоро подойду, – затем обратился к собравшимся. – Прошу всех разойтись по своим постелям. Время позднее.

– Но мистер Сализер… – воспротивился кто-то в толпе.

– С ним все будет в порядке.

Решив не дожидаться, пока кто-то обратит на меня внимание и задастся вопросом, что рядом с комнатами преподавателей делает студентка, я проскользнула мимо возвышавшейся надо мной фигуры и бросилась вслед за друзьями, которые успели уйти вперед.

На середине пути мою руку перехватила крепкая ладонь.

– Куда ты собралась? – настроение Дара не предвещало ничего хорошего, а потому возмущаться и вырываться я не стала.

– К себе…

Он перевел взгляд на застывших у лестницы Ольна с Алееной и, кажется, что-то для себя решил.

– Бери их и идите в библиотеку. Встречаемся там через десять минут. Не опаздывай, – я даже возразить не успела, как он выпустил меня из своей хватки и исчез.

На то, чтобы рассказать друзьям обо всем, что произошло в комнате Адалин, вплоть до того момента, когда был найден смотритель, у меня ушла вся дорога до библиотеки. А стоило открыть дверь и проскользнуть в темное помещение, где в ночное время не должно было быть ни души, я столкнулась с внимательным взглядом горящих ярче масляной лампы серебряных глаз.

– Вас никто не видел? – поинтересовался развалившийся на стуле Бунчер. Они с братом заняли дальний от двери стол и, судя по серьезным лицам, успели обсудить случившееся.

– Нет, – покачал головой некромант, отодвигая себе стул рядом с Буном. Я села напротив Дара, а Алеена заняла место справа от меня.

Шумно вздохнув, я сложила ладони домиком и стала ждать, когда кто-то заговорит. Самой начинать не хотелось. Мысли все еще находились в смятении, перескакивая с одной проблемы на другую.

– Итак, что вы трое делали в преподавательском крыле? – поинтересовался Дарел, уставившись прямо на меня. – И не нужно юлить. Я не побегу к ректору с докладом. Мне просто надо знать, к чему готовиться.

– Мы считаем, что с увольнениями преподавателей не все чисто, – ответил за нас троих Ольн. – Вот и решили проверить их комнаты. Думали найдем хотя бы какую-нибудь зацепку, а в итоге – пусто.

– И почему вы так считаете? – удивился Бун.

– Тут несколько причин, – принялась объяснять Алеена. – Внезапность, с какой это все происходит. Идентичные записки…

– Это все? – от усмешки Дара веяло скептицизмом.

– Ты же помнишь, как мисс Адалин с мистером Суфье миловались в главном саду? – подала я голос. – Уезжая, она не сказала ему ни слова. Даже записки не оставила. А они встречались. Он ходит грустный и не понимает, что происходит. Обычно, люди так не поступают, тем более с теми, кого любят.

Мои слова заставили братьев задуматься. Наконец, Дар медленно кивнул.

– Хорошо, вернемся к этому позднее. А сейчас по поводу случившегося с той девчонкой и смотрителем. У вас есть какие-то версии?

– А болезнь уже не версия? – нахмурился Ольн.

– Ну почему же, – пожал плечами Бун. – Вполне себе версия. Вот только странная это какая-то болезнь. Молли до сих пор находится в лекарской. Кто-то пустил слух, что она вернулась домой, но это не правда. К девчонке никого не пускают, но мне удалось пробраться. Выглядит она здоровой. Внешние признаки недомогания прошли. Магия, правда, так и не вернулась. И в сознание она еще не пришла. Говорят, что помочь ей может только чудо. А наш ректор тайно послал стражников на восток, велев им привезти в замок траву, что растет лишь в Безжизненных землях.

Мы с Алееной громко ахнули и зажали ладонями рты. Ольн захлопал глазами. А Дар тяжело вздохнул и выругался.

– Возможно, это лекарство? – с надеждой в голосе уточнила Алеена.

– Я тоже сначала так думал, а потом узнал, что трава эта называется Драконит. Можешь спросить у своей подружки, для чего ее применяют.

Алеена перевела на меня взволнованный взгляд, но успокоить ее тревоги я бы при всем желании не смогла.

– Об этом знают не многие, но из Драконита делают страшный яд, который выжигает драконью сущность. Для других он безвреден, а если его примет способный к обороту дракону, он эту способность быстро теряет, медленно чахнет и умирает. Остальные считают ее галлюциногеном. Наша армия, уходя в рейды в Безжизненные земли активно ее там уничтожает. В Виверне ее выращивание и распространение карается смертной казнью. Одного не понимаю, зачем эта проклятая трава понадобилась ректору Полю?

– Чтобы убить дракона? – вопросом на мой вопрос ответил Дарел.

Возникла напряженная тишина. Мы с Ольном и Алееной переглянулись и в унисон произнесли:

– Горгон.

– Вы о тех сказочных созданиях, что питаются чужой магией? – хмыкнул Бунчер.

Я сжала губы и кивнула. Дар посмотрел на меня тяжелым взглядом.

– С этого дня, все свои действия, касающиеся расследования, согласовывайте со мной или Буном. В одиночку никуда не ходить, даже в уборную. А если узнаю, что своевольничаете, последствия вам не понравятся. Все ясно?

Вот же заносчивая задница! Еще даже свадьбы никакой не было, а уже раскомандовался!

В душевой было пусто, и это не могло не радовать.

Стаскивать с себя одолженные у Алеены тренировочные брюки и так было нелегко из-за их чрезмерной узости, а делать это при свидетелях, усложнило бы задачу ровно в два раза.

В мужской одежде я чувствовала себя раздетой, выставляющей тело на показ. И если бы не практичность, а также осенняя грязь под ногами, предпочла бы готовиться к Триаде в рабочем платье.

И как только женщины из движения за общие с мужчинами права их носят? Еще и пробуют ввести в моду. Похоже, я чересчур консервативна для этой эпохи. На пижамные штаны, это, конечно, не распространяется. Все же их никто не видит. Но носить прилюдно, чтобы ловить на себе взгляды пускающих слюни парней – нет уж, увольте.

Даже Ольн, присутствуя на наших тренировках, старался отводить взгляд, повторяя, что Дарелу это вряд ли понравится. Будто кому-то – мне – интересно мнение этого типа.

Кстати, о Даре.

Прошло чуть больше двух недель с нашей встречи в библиотеке, а расследование так и не сдвинулось с мертвой точки. Ни о Молли, ни о мистере Сализере не было слышно ни слова. Одно радовало, новых исчезновений преподавателей и случаев болезни тоже не происходило. А еще мне наконец-то удалось наладить контакт с моим упрямым фамильяром.

После череды проб и ошибок, я-таки нашла идеальный рецепт нашего магического взаимодействия: пообещай этому пузатому обжоре кусок мясного пирога, он тут же сменит гнев на милость и щедро поделится с тобой собственной энергией.

Пришлось втереться в доверие работающим в обеденном зале феям. И взамен на съестные подачки помогать разгонять душный воздух в закрытом кухонном помещении, но результат того стоил. И мистер Стоун уже не в первый раз хвалил нас с Морисом за прекрасно проделанную работу.

Дарела я видела редко, так как он, вместе с братом, постоянно пропадал на выездных тренировках боевого факультета. А те несколько раз, что мы пересекались на общих занятиях, он постоянно находился рядом, не упуская шанса коснуться меня, или шепнуть на ухо что-то дерзкое.

И нет бы возмутиться и приструнить наглеца, я, к своему ужасу, ловила себя на позорной правде – мне это нравилось. Сердце убыстряло свой ритм. Дыхание становилось частым. А мысли – легкими, как после бокала игристого вина.

А еще мне снились наши поцелуи. Просыпаясь утром, я словно наяву ощущала на губах их остаточный след. Даже мысли проскальзывали, как бы так умудриться напороться с ним на еще одно наказание в главном саду? Но тут же одергивала себя. Захочет встретиться, найдет повод.

А головой понимала, что дело вряд ли в его желании. С того дня, как был обнаружен смотритель за порядком, Мантильская академия превратилась в настоящую тюрьму.

Ректор Поль ввел комендантский час. Все коридоры усиленно охранялись стражей. Даже тренировки Ольна на кладбище пришлось перенести в стены академии. Благо в подвале нашелся вполне себе годный – да-да, нелегальный – скелет почившего много лет назад кота.

Сейчас этот красавец заменял некроманту фамильяра, и отлично вписывался в нашу разношерстную компанию, которой уже завтра предстояло выступить на отборных испытаниях, где из всех команд для участия в Триаде будет выбрано всего три.

Что за задания должны будут проходить студенты, каким испытаниям подвергаться – никто ничего не знал, и эта зловещая таинственность заставляла испытывать нешуточную тревогу.

Закончив принимать душ, я надела форменное платье, схватила ворох грязной одежды и направилась в комнату. Но не дойдя до двери около трех туазов, застыла столбом.

Самозабвенно целующаяся парочка, отчаянно цепляясь друг за друга, не замечала никого и ничего. И вроде бы обычное в академии явление – влюбленных тут хватает – но не тогда, когда эти двое моя боевая рыжеволосая подруга и блондинистый брат моего жениха.

Заметив мою маячившую тень и ошарашенный взгляд, Алеена громко охнула, оттолкнула от себя парня и поспешно вытерла губы рукавом некогда белой рубашки.

– Про… проваливай!

Бунчер нахмурился, но проследив за ее взглядом и увидев меня, тут же расплылся в ироничной усмешке.

– Что, даже на чай не позовешь?

– Позвала бы, да боюсь, что ты согласишься, – сверкнула глазами соседка.

Парень весело рассмеялся, подмигнул ей и исчез в темноте коридора. А Алеена развернулась ко мне, поджала губы и шумно выдохнула.

– Не смотри на меня так, он… он меня заставил, – бросила она, уставившись взглядом в пол. И покраснела до самых кончиков ушей.

– А то ты стояла в сторонке, комкая в руках платочек? – пошутила я, проходя в комнату.

Бросив грязные вещи в корзину, я села на кровать и прислушалась к собственным чувствам, чтобы уже через несколько секунд прийти к неутешительному выводу – я завидую. Меня-то никто к стене не прижимал.

– Бун принес тебе письмо, – остановившись напротив, Алеена передала мне свернутый лист. Затем оседлала стоящий в центре комнаты стул и уставилась на меня полным любопытства взглядом.

Развернув бумагу, я вчиталась в написанные четким, размашистым почерком буквы.

– Это от Дара…

– Я так и поняла. Что он пишет?

– Он раскопал какую-то старинную книгу о горгонах. В ней говорится, что умение впитывать чужую магию – это дар. И проснуться он может раз в тысячу лет у любого представителя драконьей крови. Бывает даже у неспособных к обороту.

– Черт, это совсем не сужает наш поиск. Драконья кровь не такая уж редкость, а значит, горгоном может быть любой. Это все?

– Почти, – замялась я. – Еще он желает нам удачи на завтрашнем отборе.

– Учитывая, что мы соперники, это очень странно, – хихикнула подруга. – Неужели он у тебя такой бескорыстный и великодушный?

Положив письмо в карман юбки, я прикусила нижнюю губу, пытаясь не улыбнуться.

– Вскрытие покажет!

– А если нас заставят сражаться с мертвецом? – глаза Ольна зажглись как две яркие звезды, а улыбка грозила порвать лицо. – Я такие заклинания знаю, закачаетесь!

– Я все же надеюсь на грифоньи бега. В них мне нет равных! – вклинилась я в его мечты.

– Готова поспорить, ректор Поль не допустит, чтобы по академии бегали грифоны и мертвецы, – спустила нас с небес на землю Алеена. – А вот бой на мечах входит в испытания Триады. Я читала интервью в «Барлеанском вестнике» одного из прошлых победителей.

Мы с приятелем уныло вздохнули и принялись изучать видневшуюся впереди трибуну, которая постепенно заполнялась студентами и преподавателями.

Нас от нее отделяло несколько десятков туаз, которые мы преодолеем, как только глашатай зачитает список имен. А до того приходилось ютиться в помещении, напоминавшем загон для животных: темнота, пол усеян соломой и запах соответствующий.

У каждой из пяти команд имелась здесь отдельная комната. То ли для должной подготовки, то ли боялись, что мы раньше времени передеремся.

Видимость никакая. Слышимость тоже. А значит можно было надеяться, что и нас никто не видит и не подслушивает. Не хотелось бы демонстрировать вампирше свое волнение. Ей и без того поводов для издевательств хватает.

В другом конце помещения, там, где находилась дверь, через которую мы вошли, раздался испуганный визг. Морис прижался к стене, пытаясь слиться с ней в одно целое, а недокот Ольна стоял напротив и с интересом следил за его действиями.

Тут нужно заметить, что мой поросенок, в добавок к остальным своим странностям, оказался страшным трусом. Он до дрожи в хвостике боялся подопытного питомца некроманта и, если пересекался с ним один на один, принимался так истошно вопить, что услышал бы и глухой.

В иной ситуации я бы не обратила внимания. Считая, что ему не помешало бы научиться справляться со своими страхами. Но впереди маячили соревнования, где помощь фамильяра мне была нужна как никогда. А потому, подскочив с места, я бросилась на помощь.

Шикнула на кости, что когда-то были целым котиком. Потянулась к Морису, собираясь взять его на руки. И едва не упала, почувствовав, как запястье обхватила чужая ладонь. Меня втянули в открытую дверь, захлопнули ее позади и прижали к ней спиной.

Только я открыла рот, чтобы отчитать наглеца, как губы запечатали жарким поцелуем.

Хотелось бы мне сказать, что я тут же запротестовала, толкнула бесстыдника в грудь, пригрозила всеми карами небесными, но это была бы неправда.

Почувствовав знакомое тепло в груди, я вцепилась пальцами в широкие плечи и ответила с не меньшей страстью. Мысленно ликуя, что в этот раз все было по-настоящему, а не во сне.

Когда ладони Дарела с моей талии скользнули к бедрам, крепко их сжав, а зубы слегка прикусили мою нижнюю губу, я судорожно всхлипнула и пришла в себя. Достаточно, чтобы громко охнуть и отпрыгнуть в сторону.

– Ненормальный! Что ты себе позволяешь? – признаться, вышло жалко.

– Пришел за своим «поцелуем на удачу», – расплылся в нахальной ухмылке мой жених.

– Мистер Стоун где-то здесь. Увидит и как даст тебе… – и с угрозами налажала.

– А вот давать мне не надо! Я больше по девушкам, – поднял вверх обе ладони этот шут. Я уперлась кулаками в бока и нахмурила брови. – Ладно, ладно. По одной конкретной девушке!

Он хмыкнул и все же сцапал меня в свои объятия, прижав к груди. Я, конечно, посопротивлялась, повозмущалась, но отпускать меня никто не торопился. А потому вздохнула и расслабилась, решив не тратить впустую драгоценные силы.

– Что это на тебе, штаны? А не слишком ли они… узкие? – наконец-то разглядев мой наряд, Дар удивленно приподнял правую бровь. Я в ответ фыркнула и принялась демонстративно разглядывать свои ногти. – Не хочешь говорить? Хорошо, вернемся к этой теме после отбора.

Последняя фраза прозвучала как зловещее предупреждение.

Внезапно раздался звук труб, и глашатай принялся на всю окрестность зачитывать имена первой команды. Той самой, представитель которой терся сейчас рядом со мной.

– Ни к чему мы не вернемся. Слышал? Дарел Грайм, тебя зовут! – и прежде, чем Дар смог ответить, толкнула его в грудь, схватилась за ручку двери и юркнула обратно в помещение, где меня уже ждали Ольн с Алееной.

– Где ты ходишь? – воскликнула подруга.

– Мы уже собирались на поиски, – поддержал ее некромант.

Переведя дыхание, я подхватила на руки Мориса и направилась к ним.

– Потом расскажу, нас уже зовут.

Встречали нас так, будто мы не в академическом турнире участвовать собрались, а выиграли войну против превосходящего численностью противника, который едва не истребил всех живущих на земле людей.

Кричали, улюлюкали, свистели, пищали. Издавали такие странные звуки – и, к большому удивлению, не только студенты – что мало кто нашел бы для них точное определение.

На огромной песчаной арене стояло пятнадцать человек. Кто-то просто улыбался, кому-то вдруг вздумалось покрасоваться своим даром, а кто-то – я в том числе – растеряно оглядывались, не понимая, что они здесь делают.

Ярче всех блистала Мойра. Одетая в нарядное белое платье, больше подходящее для королевского бала, она, кружась в сиреновом облаке из своей магии, посылала зрителям воздушные поцелуи.

Переглянувшись, мы с Алееной в унисон скривили лица.

Показушница.

– Леди и джентльмены! Мы рады приветствовать вас на отборочном туре Триады – турнира, где любой желающий может победить, благодаря своей силе, умению обращаться с даром, ловкости и выносливости, – глашатай зачитывал написанную заранее речь, и голос его, благодаря странной конусообразной штуке, что он держал у рта, разносился по всей арене. – Сегодня три команды выйдут в финал, где сразятся за первенство. Маги, ведьмы и будущие воины – покажите нам на что вы способны!

– Я так завелся, что кажется смогу призвать сюда всех упокоенных на кладбище мертвецов и заставить их танцевать джигу, – восторженно зашептал некромант.

– Полегче, Ольн! – шикнула на него Алеена. – Подумай, что случится, если ты потеряешь над ними контроль.

– Тогда джигу придется танцевать всем нам, – не сдержавшись, я прыснула от смеха из-за чего получила несколько негодующих взглядов в свою сторону.

Глашатай от торжественной речи перешел к зачитыванию имен. Маги и ведьмы должны были собраться в правой стороне арены, а те, кто будет соревноваться в грубой силе – в левой. Туда и направилась моя рыжая соседка, Дарел, Бунчер и еще шестеро представителей других команд.

Приглашенный из Барлеана маг воздуха отделил нас друг от друга прозрачными куполами, что не пропускали ни единого звука. Затем нам приказали встать в круг и начался обратный отсчет.

По правую руку от меня застыл некромант. По левую – водник из нашей группы. А напротив, стояла ехидно усмехающаяся надо мной Мойра. Помимо этого, под нашим куполом находилось еще двое магов. Но я их не знала и понятия не имела, какими талантами они обладают.

От волнения горло сжало спазмом. Словно почувствовав это, тершийся у моих ног Морис издал громкое «хрю», и бросил на меня полный презрения взгляд. Как бы говорящий – «соберись, тряпка!». Ну я и собралась. Как раз вовремя. Кто-то ударил в гонг, и я… очутилась в темном лесу.

Абсолютно одна. В звенящей тишине, которая, казалось, разобьется на осколки от любого неосторожного звука. Даже поросенка рядом не наблюдалось, хотя фамильяры тоже числились участниками соревнования.

И что мне теперь делать?

– Ау! – неуверенно протянула я.

Гулкое эхо в тысячю голосов подхватило этот звук и унесло в небо. Порыв ветра ударил в лицо. Деревья зашуршали. И прямо напротив меня, словно из-под земли вырос монстр.

Три туаза в высоту, он походил на обросшего облезлой рыжей шерстью человека с кабаньей рожей. Длинные, мускулистые руки заканчивались острыми как мечи когтями. На теле ни клочка одежды, а в безумных, налитых кровью глазах только одно желание – убивать.

Никому на свете не узнать, как громко я визжала, удирая со всех ног от этого чудовища. И пусть сознание вопило, что он не реальный, а только часть соревнования – иллюзия, которую мне нужно было победить – сердце, спрятавшееся в пятках, подгоняло меня вперед.

Наступив на какую-то корягу, я шлепнулась на мокрую траву. А когда повернула голову, увидела, как монстр уже наклоняется надо мной.

А шел ли он следом? Или снова вырос из неоткуда?

Резко перевернувшись, я подняла вверх обе ладони и потянулась к своему резерву. Магическая энергия принялась аккумулироваться в руках, превращаясь в синие потоки воздуха, что прижали ужасного монстра к стволу дерева.

Нужно было опоясать его крепкими эфирными канатами. Примотать намертво, чтобы не смог вырваться, но у меня не хватало сил. И тут в голове вспыхнули слова мистера Стоуна. «Ты должна объединять свою энергию с энергией фамильяра».

Но как это сделать, если Мориса нет рядом? Впрочем, что мешает попробовать?

И я потянулась мыслями к своему питомцу.

Отклик случился не сразу. Сначала еле ощутимые нити коснулись моего магического канала, а затем через них в меня начал вливаться слабый энергетический ручеек. С каждым мгновением напор становился сильнее, и когда резерв вновь заполнился до краев, я смогла, наконец, связать ревущего зверя и выдохнуть.

В этот самый момент видение пошло рябью, и я снова очутилась на притихшей арене.

Сглотнув, огляделась по сторонам.

Ольн сидел на песке и едва переводил дыхание. Мойра застыла каменной статуей, смотря вдаль. Двое магов стояли в точно такой же позе.

Под куполом напротив состязания, похоже, прекратились. У Алеены волосы стояли дыбом, но на лице играла улыбка, а значит все прошло хорошо. Рядом с ней находился Бун, и все бы отлично, но из одежды на нем был лишь опоясывающий бедра крохотный клочок ткани.

Долго я на него не глазела. Поймала взгляд бледного, как привидение Дарела, что, опираясь на меч, твердо стоял на ногах.

Убедившись, что он, в отличие от братца, полностью одет и, вроде бы, не ранен, я шумно выдохнула.

– Предлагаю назвать наше скромное объединение – «Разящее копье»! – воскликнула Алеена, поднимая кружку с фейской настойкой.

Мы разжились ею на кухне, обменяв на купленное в Милерине очищающее зелье, которое в два счета выводило пятна с одежды. И теперь сидели в комнате, празднуя свой триумф на отборе.

Морис спал в своей лежанке, под моей кроватью. А костлявый кот Ольна разлегся на коленях хозяина.

– Может лучше «Непобедимая тройка»? – смеясь предложил некромант. – Или «Всадники победы»?

– Ску-ка, – протянула я, делая глоток. – Голосую за «Убийцы иллюзий».

– Хм, а мне нравится! – поддержала меня соседка. – Тем более, что мы сегодня действительно расправились с ними подчистую.

– Вы даже не представляете, какого страшного мохнатого монстра подбросило мне воображение, – вздрогнула я, вспомнив рыжее чудовище из своего кошмара. – Огромный, клыкастый. Он чуть не разорвал меня на кусочки. Пришлось хорошенько напрячься, чтобы намертво привязать его к дереву.

– Главное, что у тебя получилось, – Ольн похлопал меня по плечу. – А вот я едва не оплошал. Целая армия мертвецов на меня одного. Я их никогда особо не боялся, но тут чуть в обморок не хлопнулся. Думал, сожрут и не подавятся. Еле вспомнил развеивающее заклинание из книги Черного некроманта. А ведь знаю его на зубок.

Алеена тяжело вздохнула и уставилась в пол.

– Вы хотя бы действительно победили, а я… У всех под нашим куполом была общая иллюзия. Будто мы на войне, сражаемся с общим врагом. Противников в сто раз больше, чем нас, и каждое промедление, могло стоить жизни. Меня там даже ранили пару раз, в руку и шею, а когда попытались добить, появился Бунчер в личине волка и спас. Так что… без его помощи, я бы точно не справилась.

– Нашла из-за чего переживать, – фыркнула я и так дернула рукой, что расплескала свою настойку. – Откуда тебе знать, что было бы, не появись Бун? Может ты смогла бы вывернуться и поразить противника точным ударом? Теперь нам этого не узнать.

– Вполне возможно, они с Бунчером встретятся на финальных соревнованиях, – некромант вновь наполнил мою кружку. – Вот тогда и посмотрим, кто кого.

– Или с Даром, – пожала я плечами, пытаясь прогнать вспыхнувшую перед глазами картину. Конец соревнований. Чертова вампирша прижимает к его чертовым вискам свои чертовы ладони. А он, нет бы отпрянуть в сторону, прикрыл глаза, будто наслаждается ее прикосновениями.

Бррр…  Пусть только попробует приблизиться ко мне хоть на шаг. Призову ураган и дам ему унести мерзавца как можно дальше.

– Ой, только не Дарел, – голос подруги вырвал меня из неприятных воспоминаний. – Видела я его в схватке. Он дерется как зверь, хоть и не обращается. От него энергия клочьями летит, пощупать можно. И меч красный от чужой крови. Мне казалось, мы все там ляжем, а он один останется, победителем. Но, похоже, за каждым участником было закреплено определенное количество побед.

– То-то он такой бледный был, когда все закончилось, – задумчиво протянул некромант. – Мойре пришлось влить в него немало энергии.

– Она так и не справилась со своей иллюзией, – не без злорадства в голосе заметила я. – Стояла столбом, пока мистер Стоун к ней не подошел.

– Благодаря Дару и Буну она тоже прошла в турнир и завтра сразится с Ольном, – развела руками Алеена и повернулась к нашему приятелю. – Нашли на эту стерву полчища мертвецов. Пусть повизжит.

Запрокинув головы, мы громко рассмеялись. А затем, все оставшееся до полуночи время, придумывали различные способы расправы с вампиршей. И только когда в коридоре послышались первые шаги стражников, объявляющие начало комендантского часа, простились с Ольном, переоделись и легли спать.

Натужный скрип ворвался в мой сон и утянул обратно в реальность. Подняв голову, я взглянула на кровать, где спала подруга, и с трудом сдержала вскрик, когда увидела ее пустую постель.

Подскочила на ноги. Заметалась по комнате. Затем бросилась к двери, но только схватилась за ручку, попытавшись ее открыть, как со спины на меня упала хищная тень, а рот сжала крепкая ладонь.

– Не кричи, колючка, – тихо прохрипел на ухо знакомый голос. – С твоей подругой все в порядке. Она с Буном.

Я задергалась в стальных объятиях, пытаясь вырваться из хватки, но Дарел лишь сильнее прижал меня к себе. Чтоб тебя!… Будто наслаждаясь моей яростью, он склонился к моей шее и обжег ее горячим дыханием.

Сердце забилось как ненормальное.

Ладонь, что закрывала мой рот, скользнула ниже. По горлу, груди… и остановилась на талии, вдавливая в грубое, мужское тело.

– Прошу, скажи, что это королевский скипетр у тебя в кармане… – прошипела я, отчаянно пытаясь собраться и напомнить себе, почему была так зла на этого невозможного типа.

– Прости, колючка, но я забыл его под подушкой в своей комнате, – хохотнул он и резко разжал руки. Отступил на шаг и принялся разглядывать мою пижаму. А закончив, поднял на меня глаза. Отливающие в темноте как расплавленный металл. – Отличный наряд. Тебе идет.

– Я знаю! – если минуту назад мне хотелось огреть его чем-нибудь весомым, то сейчас я уже немного остыла и могла мыслить здраво. – А вот чего не знаю, так это что ты здесь забыл?

То ли пытаясь ответить, то ли желая снова свести все к шутке, Дарел открыл рот, но заговорить не успел. В дверь постучали, да так внезапно, что я чуть не подпрыгнула на месте.

Спящий под кроватью Морис издал недовольное «хрю». А Дар нахмурился и, словно позабыв, что находится в чужой комнате, сделал шаг вперед.

Быстро встав между ним и дверью, я уперлась в его торс раскрытой ладонью и, призывая к тишине, приложила палец к губам.

Ответом мне был недовольный взгляд.

– Кто там? – громко спросила я.

– Мисс Алекса? – раздался с другой стороны голос Боливара Суфье. – Не могли бы вы открыть дверь?

– Эээ… – мысли в голове заметались с бешеной скоростью. – Простите, мистер Суфье, но я не одета. Вы что-то хотели?

– Я проходил мимо и услышал, как из вашей комнаты раздается какой-то подозрительный шум. У вас все в порядке?

– Да-да, все отлично. Это… мой фамильяр решил пошалить на ночь глядя, но уже успокоился и уснул.

– Ну раз все хорошо, не смею вас беспокоить. Простите за вторжение и спокойной ночи, – когда за дверью раздались удаляющиеся шаги, я развернулась к Дарелу, но его на месте не оказалось.

Усевшись на край моей кровати, он стаскивал свои ботинки, а закончив, разлегся так, словно собрался провести здесь ночь.

Этого мне еще не хватало.

– Что ему понадобилось в такое время в женском крыле? – подбив подушку и закинув руки за голову, спросил Дар. Несмотря на позу, расслабленным он не выглядел, что, впрочем, не имело для меня никакого значения.

– Откуда мне знать? Наверное, то же, что и тебе? – напустив побольше яду в голос, ответила я. – Уходи из моей комнаты, сейчас же!

Кажется, я подошла слишком близко.

Резкий рывок и цепкая ладонь, схватив мое запястье, дернула меня вниз. Издав испуганный писк, я растянулась на мужской груди. Затем меня перевернули, и уже через секунду, эта же грудь прижимала меня к постели.

Попытавшись лягнуть его ногой туда, где у мужчин располагался мозг, я потерпела неудачу. Сжав мои руки и заведя их за голову, Дар навалился сверху и на его красивом лице заиграла победная усмешка.

– Как недальновидно с твоей стороны грубить своему будущему мужу. А вдруг он окажется тираном? И после свадьбы тебе придется отвечать за каждое, сказанное ему слово, – его лицо было так близко, что я чувствовала на своих губах его теплое дыхание.

– Я не буду твоей женой! – к сожалению, вышло не так жестко, как я хотела. – Освобождаю это местечко для твоей Мойры. Можешь ей передать!

– Она не моя… В отличие от тебя, – с его губ слетел легкий смешок. Как раз перед тем, как они прижались к моим. А когда я попыталась его укусить, снова отпрянули. – И все-таки ты ревнуешь, моя принцесса.

– Я не ревную, просто не желаю подбирать чужие объедки, – выплюнула я ему в лицо и тут же пожалела. Мышцы Дарела резко напряглись, зубы сжались, а на скулах выступили желваки.

Хватка на моих запястьях стала жестче, как и усилился вес навалившегося на меня тела.

– Я не хотел брать ее в свою команду, – произнес он, глядя мне прямо в глаза. – И если бы был другой вариант, я бы им воспользовался.

– Так зачем же взял?

Тяжело вздохнув, Дарел коснулся лбом моего лба.

– В семьях высокородных ликанов дефектные дети почти не рождаются. Но моим родителям не повезло – я родился не способным к обороту. Они до сих пор скрывают это от подданных. В курсе только члены моей семьи.

Широко распахнув глаза, я смотрела на Дара и не верила его словам.

Разве такое возможно? Волчья кровь преобладала даже над драконьей. И все ее носители проходили инициацию чуть ли не с рождения. Это общеизвестный факт.

– Ты же будущий король? И твой отец… он не пытался что-то сделать?

– Ну почему же? В Веррин приглашали лучших магов и ведьм, и под страхом смерти заставляли их давать нерушимые клятвы о неразглашении. Но даже этим почтенным людям не удалось выяснить, что со мной. Не скажу, что меня как-то тревожит мое состояние. Тяжело бывает только на поле боя. Во время драки, я не могу контролировать свою силу, и отдаю намного больше энергии, чем нужно. Буквально опустошаю резерв до дна. Восстановление проходит долго и очень болезненно, поэтому без помощи толкового лекаря мне не обойтись.

Облизав пересохшие губы, я еле слышно прошептала:

– И нет никакой надежды?

– На самом деле, есть. Старая Мару – ведьма, которая еще до моего рождения поселилась в родовом замке, предсказала, что только женитьба на девушке из драконьего рода поможет мне обрести вторую сущность. Я не очень в это верю, но отец зажегся идеей. Как итог – наша помолвка.

– Выходит, я просто ключ к твоему выздоровлению? – я даже не пыталась сдержать обиду, что сквозила в моих словах.

– Для моего отца, да, – в его голосе мне послышались дразнящие нотки. – А еще неплохой шанс породнится с королевством драконов.

– А для тебя?

– А для меня ты – мелкая заноза, что забралась в мои мысли. Да так глубоко там засела, что не избавиться.

Я не сразу поняла, как реагировать на такое странное, совсем не романтичное признание. Обидеться или промолчать? Выбрала последнее.

Ну, действительно, где Дарел, а где романтика?

Представить его на коленях, с цветами в руках, признающегося мне в вечной любви не получалось даже мысленно. Что уж говорить о реальности? Буду довольствоваться малым. Я же тоже не все карты на столе разложила.

– Хорошо, можешь остаться здесь, – после небольшой паузы ответила я. – Только не мешай мне спать, иначе я попрошу Мориса выгнать тебя из комнаты.

– А он может? – выпуская из хватки мои руки, Дар перекатился в сторону.

– Еще никто не выдерживал его визга дольше минуты, – я повернулась к нему спиной, натянула на себя одеяло, положила ладони под голову и закрыла глаза.

В ту же секунду он обнял меня за талию и притянул к себе, зарывшись лицом в мои волосы.

Засыпала я с улыбкой на губах.

– Ты его видишь? – перекрикивая гул толпы, спросила я у Алеены.

Подруга заозиралась по сторонам, затем грустно вздохнула и отрицательно мотнула головой.

– Наверное, их держат в каком-то закрытом помещении. А на арену выпустят, уже после того, как все зрители займут свои места. Пошли, – она схватила меня за руку и потянула вверх по лестнице, туда, где на трибуне, ожидая зрелищ, собрались все наши однокурсники.

В честь Триады, сегодня и в последующие два дня, ректор решил отменить занятия, устроив студентам мини-каникулы. Те, естественно, обрадовались. И уже с самого утра академия стояла на ушах.

Я даже проснулась из-за восторженных криков под окном.

Обнаружив, что рядом никого нет, а соседка спокойно спит в своей кровати, я решила, все произошедшее ночью мне приснилось… Пока не почувствовала исходящий от подушки терпкий, мускусный аромат.

Вот паршивец, мог бы и разбудить перед уходом!

Ничего говорить или спрашивать у Алеены я не стала. Но на турнир, в котором должны были участвовать Ольн, Мойра и еще один старшекурсник – представитель третьей, вышедшей в финал команды – шла, испытывая волнующее предвкушение.

Заняв свободное место, я невольно заскользила взглядом по толпе, выискивая среди собравшихся зрителей знакомое лицо. И не находила.

Вся боевка рассредоточилась по смотровой площадке, чтобы одновременно наблюдать за состязанием и помогать стражам охранять территорию.

Бунчера среди них я заметила почти сразу. Его белая голова выделялась на фоне темных. Да и вместо того, чтобы следить за ареной, он развернулся в нашу с Аленной сторону. Еще один позёр.

А вот Дарела рядом не наблюдалось. Из-за чего в голове вставал резонный вопрос – где его носит?

Подруга, тоже заметив пялящегося на нее блондина, заметно покраснела и опустила взгляд. Такая милая в своем смущении. Сразу и не скажешь, что за этой красивой оболочкой, скрывается воинственный дух.

Ну и как тут не подколоть эту рыжую бестию? Сам создатель велел.

Я демонстративно зевнула, прикрывая ладонью рот.

– Ну и ночка. Ворочалась с боку на бок, еле уснула, пока Морис своим храпом разбудил. Пригляделась, а тебе на месте нет… – я покосилась на подругу, цвет лица которой из красного стал вдруг резко бордовым.

– Я… я вдруг вспомнила, что забыла вернуть в библиотеку книгу по магической истории. Пришлось торопиться, так как сегодня выходил срок.

– Ну надо же… – покачала я головой. – А библиотекаршу твою, случайно не Бун звали?

Глаза Алеены увеличились в размерах. Подавившись словами, она закашлялась. И как раз в этот момент, шум и крики перекрыл звон труб. А громкий голос Клива Стоуна разнесся над трибуной.

– Студены Мантильской академии, поприветствуйте ваших друзей!

На арене, под звонкие аплодисменты зрителей, появилось трое участников.

Первой, твердо чеканя шаг и гордо задрав голову шла Мойра. За ней, распрямив широкие плечи, ступал маг со старшего курса. И самым последним плелся задумчивый и, судя по лицу, не слабо взволнованный Ольн.

Увидев его, мы с Алееной подскочили со своих мест и громко завизжали. Но так как с нами поднялась добрая половина трибун, крик потонул в сотне таких же громких голосов.

Стоило этой троице достичь середины поля, как мистер Стоун снова завладел всеобщим вниманием.

– Сегодня нам предстоит увидеть, как трое магов и ведьм сразятся за право считаться лучшими в своем деле. Один из них принесет своей команде заветное очко, что приблизит ее к победе в состязании, где главным призом, как я уже однажды упоминал, выступает древний артефакт, – все зрители дружно замолчали, боясь пропустить хоть слово. – Я приоткрою завесу тайны. Этот артефакт – «Слеза желания».

На секунду образовалась небывалая тишина. А затем по рядом прошлись восторженные вздохи.

Похоже, одна я была не в курсе, что это за вещица, и почему одно ее упоминание вызвало такой ажиотаж. Одно ясно, артефакт действительно редкий, удивительный… и вожделенный кучей присутствующих здесь людей.

– «Слеза желания»? – скосилась я на свою всезнайку-подругу.

– Таких всего три. Один хранится в сокровищнице у дедушки, но он уже разряжен. Второй в академии. А третий был утерян много лет назад. Эту штуку еще называют «карманный джин». Он исполняет самое заветное желание, а после этого приходит в негодность. К примеру, мой пра-пра-прадет истратил свое желание на пра-пра-прабабушку. Она воротила от него нос и собиралась замуж за короля Курезова. Но стоило моему предку воспользоваться артефактом, тут же переменила свое решение. Знаю, это не честно по отношению к ней, и тоже его осуждаю. Но судя по ее личным дневникам, их семейная жизнь была долгой и счастливой.

Оставив размышления о недостойном поступке давно почившего родственника Алеены на потом, я снова прислушалась к речи Клива.

– Участникам от меня один совет – не забывайте, что победа в Триаде показывает не только вашу силу, но и такие качества как смелость, сострадание и благородство. А теперь, впервые за много лет, я рад объявить Триаду открытой!

Не успел он договорить, как над ареной замерцал непроницаемый купол. Он был намного больше тех, что использовались вчера, и отливал серебряным светом, из-за чего заключенные в него люди казались ненастоящими.

Все трое – Мойра, Ольн и старшекурсник – застыли на месте, словно куклы. Их взгляды на ничего не выражающих лицах устремились вперед, а ладони сжались в кулаки.

Все в точности повторяло отборочный тур. За небольшим исключением. Иллюзия, объединяющая участников, сейчас отыгрывалась не только в их головах, но и транслировалась на стенах купола.

Зрители – мы с Алееной в том числе – замерев от напряжения, поддались вперед, вглядываясь в черно-белую картинку, где посреди заснеженного поля появились наши однокурсники.

Несколько секунд они внимательно оглядывались по сторонам, изучая незнакомую обстановку, а затем у всех троих, как по команде, вытянулись лица.

Оно и не удивительно. Я сама бы от страха дара речи лишилась, увидев перед собой подобных страшилищ. Вроде люди, но с такими перекошенными рожами, что любой бы дал деру.

Одежда превратилась в труху. Кожа серая и кое-где на теле свисала ошметками. Я бы сказала – мертвецы, но взгляд осмысленный, а в живых глазах откровенная злость.

Их тоже было трое. Они тянули руки и что-то бормотали, с трудом переставляя худые ноги. И чем ближе подходили, тем сильнее паника охватывала участников соревнования.

Первым не выдержал незнакомый мне маг. Крутанувшись на снегу, он бросился бежать в сторону леса, так ни разу и не оглянувшись.

Ольн, подняв руки, зашептал известное лишь ему некромантское заклятие, но то ли слова напутал, то ли еще где-то налажал – должного эффекта оно не возымело. Приостановило немного, но это все.

Мойра, отойдя на пару шагов, тоже воспользовалась своим даром, накинув на противников магическую сетку, что из прозрачной резко окрасилась в зеленый цвет.

– Они еще не совсем мертвые, поэтому не слушаются, – прокричала она, моему приятелю. – Это болезнь! «Ведьмина лихорадка»!

– Ты можешь их вылечить? – глаза некроманта загорелись надеждой.

– Это займет время. Тебе нужно будет их придержать, – Ольн кивнул и повернулся к противникам лицом.

Работая в команде, они с вампиршей перемещались по всему полю, не замечая холода и позабыв о тревоге. Один пытался замедлить мертвецов, а вторая вливала в них по очереди свои силы.

Кожа на месте ран затягивалась и меняла оттенок на розоватый. Страдание на лицах сменялось растерянностью. Спустя время страшилища уже ничем не отличались от здоровых людей. И, наконец, растворялись в воздухе.

Когда остался только один, Мойра приблизилась к нему на расстояние вытянутой руки. Дождалась, когда Ольн подойдет ближе. Затем резко прыгнула за спину противнику и толкнула его на моего друга.

Зрители на трибунах сдавленно охнули, не веря в происходящее.

Мертвец вцепился в некроманта обеими конечностями, пронзая его кожу грязными ногтями. Ольн закричал, отшатнулся и упал на снег, а Мойра, закончив свое «лечение», дождалась, когда пришедший в себя человек растворится в воздухе и растянула губы в надменной усмешке.

Обе фигуры зарябили. Купол исчез. Ольн, внезапно закачавшись, упал на колени. Старшекурсник опустил голову, признавая поражение. А Мойра, гордо задрав подбородок, обвела всех присутствующих торжественным взглядом.

Она понятия не имела, что все мы были свидетелями ее подлого поступка, и сейчас чувствовала себя полноценной победительницей.

Меня передернуло от отвращения. Вскочив с места, я схватила за руку Алеену, и мы вместе побежали к лестнице.

– Даю слово, если с Ольном что-то произойдет, я убью эту тварь, – прокричала я, видя перед собой лишь красную пелену.

Внизу раздался крик мистера Стоуна.

– Лекаря сюда!

– Стерва! Мерзавка! Дрянь! – шипела я про себя, выходя из лекарской, где на узкой железной кровати остался лежать наш с Алееной приятель.

Бледный, обессиленный и едва способный дышать.

Целители обнаружили у него магическое истощение, связанное с сильнейшим стрессом, полученным из-за пережитой в иллюзии паники. А всему виной злобная вампирша, которая, вполне возможно, благодаря своей подлости, заняла первое место среди участников состязания.

У меня ладони чесались, так хотелось надавать ей затрещин. На виду у всех, чтобы сбить с этой напыщенной идиотки всю ее чертову спесь. И пусть Ольн умолял нас с подругой не лезть на рожон, спускать ей такое поведение с рук я не собиралась.

– Мисс Алекса, мисс Алеена, – окликнул нас подошедший к дверям лекарской мистер Стоун. – Как там ваш приятель?

– Спит, – вздохнула подруга, скрестив руки на груди. – Мистер Лорниголь сказал, что восстановление займет несколько часов. А потом еще пару дней Ольну нельзя будет пользоваться даром.

– Мистер Стоун, – не выдержала я, и с вызовом в голосе поинтересовалась. – Будет ли Мойра наказана за случившееся?

Мужчина замялся, но выдержал мой взгляд.

– Если бы это зависело от меня, то да. Но решение будет принимать ректор Поль.

Ну конечно, чего и следовало ожидать. Не удивлюсь, если вместо наказания ей награду вручат, за отлично пройденное испытание.

– А что насчет победы в турнире? – словно прочитав мои мысли поинтересовалась Алеена.

– К сожалению, тут я тоже ничем не могу вам помочь. Ситуация спорная, а значит разбираться в ней будет ректор.

– Как удобно, – скривилась я, сжимая ладони в кулаки.

– Мисс Алекса, – теперь голос Клива звучал предостерегающе. – Я верю в ваше благоразумие, поэтому прошу, не разочаровывайте меня.

– Ну что вы, мистер Стоун. Как я могу?

– Очень даже можете, – мужчина не повелся на мое напускное возмущение. И правильно сделал. – Своими действиями вы только навредите себе, а не добьетесь справедливости. Со своей стороны я обязательно поговорю с ректором Полем и потребую, чтобы мисс Мойра понесла соответствующее ее проступку наказание.

Кивнув нам на прощание, Клив скрылся за дверью лекарской, а мы с подругой обменялись скептическими взглядами.

– Бьюсь об заклад, даже если он поговорит с ректором, Мойра выйдет сухой из воды, – скрипнула зубами Алеена.

– Ее нужно проучить, чтобы неповадно было на людей бросаться.

– Что предлагаешь? – я задумалась.

Обед прошел. Обычно в такое время все ученики разбредаются по комнатам. Если подкараулить ее, прижать к стене и взять в тот самый захват, что я уже испытывала на иллюзорном монстре, она может испугаться.

А не испугается, у Алеены в комнате припрятан острый меч. Один вид которого заставит даже чертову вампиршу умолять о спасении. Вреда мы ей, конечно, не причиним, но нервишки пощекочем.

– Есть у меня один план…

Женское крыло встретило нас небывалой тишиной. Кого-то из студенток мы встретили в холле. Кто-то ушел на прогулку в сад. А остальные, похоже, решили задержаться в обеденном зале.

Подойдя к комнате вампирши, я приложила палец к губам, призывая Алеену к молчанию. Затем прислушалась. Показалось, что изнутри донесся стон, но такой тихий, что я засомневалась в отсутствии у себя слуховых галлюцинаций.

– Кажется там кто-то есть. Но надо проверить.

– А если она не одна? – подруга не сильно прониклась моим планом по устрашению врага, но так как лучше ничего не придумала, вынуждена была согласиться.

– Она делит комнату с Молли, а та, если верить Бунчеру, до сих пор лежит в лекарской. Если бы внутри был кто-то еще, мы бы услышали голоса, – заметила я. – Давай взглянем хоть одним глазком?

Алеена нехотя кивнула и принялась ждать. Я дернула на себя ручку двери, и та без проблем поддалась. Правда, мы и шага ступить не успели. Прямо на пороге, в неестественной для здорового человека позе лежала серая мумия, в которой я огромным трудом и с далеко не первого раза признала Мойру.

Вампирша была страшна как смерть. Ее будто валившиеся в череп глаза были открыты. Серую кожу на лице и не скрытых платьем руках покрывали красные пятна. Губы иссохли так, что из-под них выступили длинные клыки, а изо рта то и дело вырывался жалобный всхлип.

Я, конечно, ненавидела ее от всего сердца, но такого бы и заклятому врагу не пожелала.

– Алекса, не подходи к ней! – закричала Алеена, хватая меня за руку. Как раз вовремя. Я уже была готова склониться над телом. – Вдруг эта болезнь заразна?

Не оборачиваясь, мы обе резко отпрянули. И тут за спиной зашуршали платья и раздался пронзительный девичий писк.

– Что вы забыли в этой комнате? – мы оглянулись и увидели двух девушек из свиты вампирши. Те сверлили нас с подругой ненавистными взглядами, а когда опустили их к полу, где лежала их подруга, заметно побледнели. – Создатель, Мойра! Что они с тобой сделали? На помощь! Убили! Алекса и Алеена убили Мойру!

– Морис! Я сейчас кому-то напинаю по его розовой жопке! – зарычала я, гоняясь по всей комнате за своим чересчур прытким фамильяром.

Ему надоело исполнять роль моей магической батарейки, и он решил скрасить наш скучнейший досуг игрой в догонялки. А я, как назло, так вымоталась из-за душевных переживаний, что могла только ругаться и угрожать.

– Хрю, – раздался в ответ возмущенный визг.

– О, брось! Я знаю, что ты не устал, морда ленивая. Нам осталась всего пара упражнений! – Создатель, я уже разговариваю с животными, как с людьми. Так и с ума сойти не долго.

Впрочем, этому было разумное объяснение.

Мало того, что теперь вся академия считает нас с Алееной монстрами, которые высасывают из студентов магию, обрекая их на смерть, так мне еще запретили выходить из комнаты, пока моя подруга участвует во втором туре соревнований.

Я не могла поддержать ее с трибуны, как один из зрителей. И не знала, что там вообще происходит. Ведь окна из нашей комнаты выходили в сад, а не на внутренний дворе, где располагалась арена.

Еще и с Ольном ничего не понятно. Отпустили ли некроманта из лекарской? О его самочувствии мне никто не сообщал.

Это все ужасно злило и нервировало. Заставляя лезть на стенку и биться головой о потолок. Фигурально выражаясь, конечно. Я уже и почитала, и в окно попялилась, и с Морисом тренировку затеяла. А время продолжало течь, как высушенный ручей.

Поросенок забился под мою кровать, но, когда я собралась лезть следом, скрипнула входная дверь и в комнату ворвалась Алеена, чей внешний вид говорил о тяжелом дне, а паника в глазах – о неутешительных новостях.

Бросившись ко мне, она обняла меня за плечи и крепко прижала к себе.

– Ты как? – пискнула я, обнимая ее в ответ.

– Победила, – произнесла она таким замогильным голосом, что мне стало не по себе.

– А чего так грустно?

– Потому что радоваться мне нечему. Лучше бы мы вообще не участвовали в Триаде. Как бы спокойно жилось, – позабыв о Морисе, я усадила подругу на свою кровать, а сама расположилась на стуле, предварительно вытащив его на середину комнаты.

– Рассказывай. С самого начала.

– Я тебя поздравляю, мы, официально, самые ненавистные злодейки на свете, – я не удивилась ее словам, так как после вчерашнего нападения на Мойру чего-то подобного и ожидала. – Шушукаются за спиной. Игнорируют, словно ты пустое место. Но на это плевать, я привыкла. Меня больше выводят из себя те, кто боятся. Увидят, и прячутся. Или трясутся, как листья на ветру. А еще я слышала разговор ректора Поля и миссис Судэй. Они говорили о начале эпидемии и о том, что академию надо закрыть на карантин.

– Ничего себе! Неужели это настолько опасно?

Подруга пожала плечами.

– Я видела Ольна, его сегодня утром выпустили из лекарской. Все еще немного истощен, но смог присутствовать на турнире. Мы перекинулись парой слов, пока он провожал меня в женское крыло. Говорит, Молли, Мойру и мистера Сализера держат в отдельной палате и никого постороннего туда не пускаю.

– Понятно. А что насчет турнира? Почему ты так расстроилась из-за своей победы?

– Да потому что совсем она не моя!

Уловив в голосе Алеены негодование, смешанное с обидой и возмущением, я начала понимать, что произошло. Но прерывать ее, высказывая свои предположения, не решилась. Позволила ей продолжить рассказ. А сама мысленно готовила слова утешения.

– Все началось как обычно. Меня, Бунчера и Томми из лекарского факультета поместили под купол и навели иллюзию. Опять поле боя. Война. Но на этот раз нашими противниками были ликаны. Они обращались на ходу, скалились и неслись на нас с такой бешеной скоростью, что не у каждого выдержали бы нервы. У Томми они, кстати, оказались слабоваты. Он упал в обморок, да так все время и провалялся. Буну тоже пришлось нелегко. Но там все сложнее. Все же собратья… Не знаю, как отреагировала бы я на его месте и, если честно, не хочу представлять.

– Он не смог? – нахмурилась я.

– Ну почему же? Рубил направо и налево. Только без сильного энтузиазма, и без своей обычной улыбочки на пол-лица, – подруга скрипнула зубами, видимо вспомнив что-то не очень приятное. – Я думала, ну вот, пришел мой звездный час. Сейчас я покажу чего стою. Не ударю в грязь лицом. И все поймут, что финальный отбор я прошла не только благодаря чьей-то помощи. Но этот… этот гад… Алекса, он снова бросился мне на помощь. Меня окружили волки. Троих я встретила лицом к лицу, а четвёртый зашел за спину. Я отвлеклась и не заметила его, а когда мою спину от острых когтей отделяло меньше дюйма, вмешался Бун. Закончив, он резко отодвинул меня себе за спину и прикончил оставшуюся троицу.

«Молодец, парень!» – проскочило в моих мыслях, пока я удрученно качала головой.

– Я забыла о том, что нас транслируют на куполе и начала на него кричать, а этот… паршивец привлек меня к себе и поцеловал. На виду у всех, представляешь?

«О, да, еще как» – вспомнила я его черноволосого братца.

– А ты?

– А я огрела его по голове кулаком, но было поздно. Иллюзия давно пропала. Мы стояли посреди арены, а все зрители громко улюлюкали и хлопали в ладони. Какой позор!

– Подумаешь, один поцелуй. Прогуляйся в сад, там этих парочек не счесть. И не только среди студентов, – постаралась я подбодрить мою убитую горем соседку. – Что было дальше?

– Ничего. Я бросила меч и кинулась бежать, пока меня не перехватил Ольн и не проводил сюда. Я пригласила его войти, но у них с мистером Стоуном сегодня занятие на кладбище. Ах да, вчерашнюю победу присудили Мойре, а сегодняшнюю мне, так как Бун, защищая меня, пропустил несколько ударов. Третья команда выбыла из турнира. Так что на следующем соревновании будете только вы с Дарелом. Кстати, его тоже сегодня не было среди зрителей.

– Как странно, – задумалась я, вспоминая, что не видела своего жениха с той самой ночи, как он вломился в мою комнату. – Куда он мог пропасть?

Возникшую паузу прервал звон стекла. Мы с подругой обменялись недоумевающими взглядами и повернулись к закрытому окну. Как раз вовремя, так как в него влетел еще один мелкий камушек.

Решив, что это Дарел соизволил наконец объявиться, я резко подскочила, бросилась вперед и распахнула ставни, а увидев стоящего в тени деревьев Бунчера почувствовала сжавшее грудь острое разочарование.

– Алеена, это тебя.

– Скажи ему, чтобы проваливал, – быстро смекнув, кто тут такой наглый, прошипела подруга. – Сделал из меня всеобщее посмешище, а теперь явился. Видеть его не хочу!

– Рыжик, не обижайся! – раздался голос блондина. – Ну прости, что не сдержался. Так обрадовался победе… Да и зачем мне скрывать свои чувства?

Я не видела себя в зеркало, но, кажется, мои глаза стали размером с блюдца. Прямо как у тех студентов, что прогуливались неподалеку и слышали каждое произнесенное блондином слово.

– Может затем, что у тебя их нет? – не сдавалась Алеена. Она так и не подошла к окну, стоя за моей спиной, и скрестив руки на груди.

Бунчер, услышав ее слова, нахмурился. Улыбка исчезла с его лица, а от взгляда даже у меня поползли мурашки.

– Не веришь? Значит мне придется это доказать.

Он собрался было уйти, но я не могла этого позволить, не задав давно волнующий меня вопрос.

– Стой! – дождавшись реакции, перегнулась через подоконник и громко зашептала. – Где Дарел? Мне нужно… с ним поговорить.

Бунчер, вопреки ожиданиям, не стал играть бровями, подмигивать и всячески меня смущать, а честно ответил:

– Я не знаю, что произошло, но ректор Поль не выпускает его из тренировочного зала уже второй день. Приказал Стоуну его с утра до поздней ночи гонять. Даже на сон всего пару часов выделил, зверюга.

Кивнув, он скрылся за деревьями, пока я переваривала полученную информацию.

Не выпускают его значит… Ну что ж.

Как там говорится? Если гора не идет к человеку, то человек идет к горе.

Тренировочный зал – место, что облюбовала для себя боевка –  находился на первом ярусе, недалеко от библиотеки. Его окна выходили на задний двор, и располагались так низко, что можно было без проблем забраться внутрь. Если они открыты, конечно.

Мне повезло. Полуденный зной сыграл на руку и всего-то оставалось тихонько перелезть через подоконник и спрятаться за портьерой.

Хорошо хоть послушалась Алеену и нацепила штаны. Представляю, как бы мучилась с юбками и сколько шума наделала.

С задачей, пусть и не совсем легкой, справилась быстро, а вот приземлится на обе ноги не вышло. Расстелилась на деревянном полу, словно коврик. А когда подняла голову, сразу застыла, хлопая глазами на образчик мужской красоты.

Одетый в одни тренировочные штаны, Дарел крепко держал в руках меч и, не замечая скатывающийся по вискам и широкой, мускулистой груди пот, тренировал выпады.

Один… второй… третий…

Черт, рот непроизвольно наполнился слюной и дыхание сперло. Благо кроме нас двоих здесь никого не было, а значит эта позорная заминка обойдется без лишних свидетелей.

Сглотнув застрявший в горле ком, я попыталась отползти в сторону, чтобы подняться и объявить о своем приходе, но не успела.

– Колючка?

Возвышавшийся надо мной парень удивленно приподнял брови. По его красиво очерченным губам скользнула ухмылка, а в глазах зажглись насмешливые всполохи.

Ухватив меня под локоть, Дар поднял меня на ноги, но не отпустил.

– Что ты здесь делаешь?

– Привет, – растерялась я, внезапно позабыв всю подготовленную заранее речь. – ты… один?

– Как видишь, – черт, мог бы и не смеяться, заметил же, как я волнуюсь?

– Бун сказал, где тебя искать. Нам нужно… – Как-то незаметно его рука с локтя переместилась на талию. Меня прижали к горячему и абсолютно обнаженному торсу так крепко, что пришлось срочно зажмуриться. – Нужно обсудить наше дело.

– Так бы и сказала, что соскучилась, – его хрипловатый голос колючими иглами прошелся по моим натянутым нервам. Пришлось призвать на помощь все свое самообладание.

– Вот еще! – я уперлась ладонями в его грудь и подняла на Дара уже более осмысленный и серьезный взгляд. – Не знаю в курсе ли ты… вчера напали на Мойру.

Парень шумно выдохнул и кивнул.

– Плохие новости здесь распространяются быстро.

– Это мы нашли ее первыми. Ужасное зрелище. Пусть я и не входила в число ее «поклонников», но такого бы ни за что не пожелала. Лекари говорят у нее исчез дар, и объясняют это болезнью, но я уверена, все дело в горгоне. Мы договаривались действовать сообща, и до сих пор не сдвинулись с мертвой точки. Ни на шаг не приблизились к его поимке. В добавок ко всему вся академия считает нас с Алееной виноватыми.

– Об этом я тоже наслышан, колючка, – Дарел поднял руку и коснулся выбившегося из моей прически локона. – Чертов Поль, если бы не он я был бы вчера с тобой, и не дал в обиду.

Его челюсть сжалась, а хватка на моей талии стала жестче.

– Я так и не поняла, что между вами произошло? Почему он запер тебя здесь? Ты что-то натворил?

– Нарушил комендантский час. Он поймал меня на выходе из твоей комнаты, и вот я здесь, – пожал он плечами. – Но ты не переживай. Как только выберусь – заткну всем рты. Никто и слова плохого о тебе не скажет.

– Я пришла не за этим, – возмутилась я. – Нам надо…

– Согласен, – вдруг перебил меня он. – Очень надо!

Больше не тратя времени на слова, Дарел наклонился вперед и буквально врезался своим ртом в мои губы.

Меня словно молнией прошило. Это было так неожиданно, и в то же время так одуряюще приятно, что я даже не задумалась о сопротивлении. Приподнялась на носочках, обхватила его за шею и ответила на поцелуй.

Со всем пылом и желанием.

Сердце в груди колотилось. Воздух куда-то исчез, а перед глазами все расплывалось. Тело бросало то в жар, то в холод. И весь мир будто замер.

– Тебе лучше уйти, принцесса, – тяжело дыша, произнес Дар. – С минуты на минуту сюда заявится Стоун, а я не хочу, чтобы он тебя видел.

Все еще витая в облаках, я кивнула. Почувствовав, что меня больше не держат, попятилась обратно к окну и уселась на подоконник.

– Жди меня вечером! – подмигнул мне этот ненормальный.

– Спасибо, что предупредил, закроюсь на все замки! – показав ему язык, я, едва сдерживая улыбку, спрыгнула на землю.

Чего я никогда не любила, так это ждать. Праздников. Отца из длительных поездок по приграничным землям. Да даже обычного ужина, когда точно знала, что приготовят мой любимый мясной пирог.

Терпение – не моя добродетель. И винить в этом, кроме себя самой, было некого.

Но если дома, в Виверне, я всегда находила, чем себя занять. Здесь, в академии, изнывала от тоски, ограниченная четырьмя стенами и одним маленьким, любящим вздремнуть, фамильяром.

Дарел все не появлялся. Алеена где-то пропадала и, я так подозреваю, не одна. А стоило мне выйти за дверь нашей комнаты, как натыкалась на ненавистные взгляды студентов и подозрительные – преподавателей.

Когда читать надоело, а от практических занятий по воздушной магии начало двоиться в глазах, я решила лечь спать. Но стоило начать расправлять постель, как открылась входная дверь.

– Ольн пропал, – прямо с порога заявила взволнованная Алеена.

– Как пропал? – захлопала я глазами. – Ты же говорила, у него сегодня занятия на кладбище. Вместе с Кливом, если не ошибаюсь.

– Так и есть. Мистер Стоун не смог к нему присоединиться, был занят с боевкой, и Ольн отправился один. Я понимаю, что ночь – это время некромантов. Но все равно переживаю.

– Думаешь, с ним что-то случилось?

– Не знаю, – она пожала плечами. – Но ввиду последних событий, как-то неспокойно.

– Надо сообщить Кливу…

– Я хотела, но его нет в кабинете, а где искать – понятия не имею.

Тяжело вздохнув, я подошла к окну и, вглядываясь в темные деревья, между которыми проходила тропинка к лазу, что вел за пределы академии, к кладбищу, прислонилась лбом к прохладному стеклу.

Внезапно лунный свет озарил худую фигуру маленького животного, приглядевшись к которой я узнала фамильяра Ольна. Кот – или то, что от него осталось – сидел на земле, под деревом, и пялился в наше окно.

Решив, что у меня галлюцинации, зажмурилась. Потом снова открыла глаза, но он никуда не делся.

– Алеена, подойди, – почему-то шепотом заговорила я. – Скажи, что мне не мерещится.

Подруга встала рядом и тоже пригляделась. Затем громко ахнула и прижала ладонь ко рту.

– Алекса, что это значит? – так же шёпотом спросила она. – Почему он здесь? Разве он может находиться вдалеке от хозяина?

– Похоже на то. Как думаешь, Ольн отправил его за нами?

– Больше некому. Ой, смотри машет нам костяной лапкой…

– Создатель, какой же он… страшный, – мы с подругой переглянулись, и я озвучила общую мысль. – Ну что, идем?

– Идем!

Сложнее всего было избежать патрулирующую коридоры замка стражу.

Если в женском крыле их находилось не очень много, то в холл просто так не попадешь. Нам пришлось проникнуть в пустой тренировочный зал, где я побывала сегодня днем – благо дверь была не заперта – и перелезть через знакомое окно в сад.

Котоскелет – как я мысленно его окрестила – будто знал, откуда мы появимся. Стоило спрыгнуть на землю, как очутился рядом и закрутился на месте, помахивая кончиком… ну пусть будет – хвоста. Затем бросился бежать, все время оглядываясь, идем ли мы следом.

Мы шли.

Алеена впереди. А я, держа в руке масляный фонарь, за ней. И всю дорогу с опаской озиралась по сторонам, думая о том, как глупо поступила, поторопившись и не оставив в комнате записку.

Случись что, кто забьет тревогу? Уж точно не мой ленивый поросенок, который даже хрюкнуть на прощание не соизволил. А если появится Дарел, откуда ему знать, куда я подевалась? Да и будет ли он меня искать?

Так много вопросов… и так мало ответов.

Когда впереди показались знакомые очертания кирпичной арки, мы с подругой ускорили шаг. Кладбище, как и в прошлый наш визит, встретило незваных гостей гробовым молчанием. Даже ветер, казалось, замер, боясь потревожить покой «местных жителей». А туманная дымка, будто стеганое одеяло, укрывала землю, оберегая их покой.

Котоскелет даже не подумал остановиться. Начал бегать между могил и склепов, пока не замер рядом с чудаковатой постройкой, больше напоминавшей миниатюрную часовню.

Его пустые глазницы уставились в самую душу. И казалось, имей он голос, мы бы услышали самый тоскливый вой в жизни. По телу пробежали мурашки, которые увеличились в два раза, стоило мне увидеть стоящий рядом со склепом потухший фонарь.

Ольн был здесь. Возможно, совсем недавно.

Подумав о том же, Алеена подошла ближе и заглянула в темный зёв.

– Лестница ведет вниз. Нужно спускаться.

Поежившись, я поставила фонарь на землю, укуталась поплотнее в накинутую на плечи шаль и встала за ее спиной.

– Ты первая.

– Нет ты, – шепотом возмутилась подруга. – Там темно, я боюсь.

– Я, так-то, тоже, – выдохнула я и взяла ее за руку. – Тогда вместе. Только тихо, не шуми.

Чем ниже мы спускались, тем сильнее нас окутывал тошнотворный запах сырости и темнота. Сердце замерло в груди, а дыхание сделалось прерывистым и еле слышным.

Преодолев последнюю ступень, мы с Алееной вошли в узкий коридор, где идти плечом к плечу не представлялось возможности. Я прошла вперед, а она, держа меня за плечо, следом. И так мы плелись, пока не услышали отдающийся от стен тихим эхом мужской голос.

Он показался мне смутно знакомым, но кому именно принадлежал, вспомнить не выходило. Желание дать о себе знать тоже не возникло. То ли дело в месте, где мы находились, то ли в доносившихся до нас словах.

– Давай, ложечку за маму. Ложечку за папу. А вот эту… за меня.

Переглянувшись, мы с Алееной ускорили шаг. Подошли к деревянной двери, за которой минуту назад слышался голос, толкнули ее и обомлели.

На полу, в самом центре, стоял фонарь и освещал прижимавшихся к стене и друг к другу людей. Их рты, руки и ноги были связаны грязными тряпками, а в глазах царил настоящий ужас.

Я и сама едва не завизжала, узнав Ольна, мисс Адалин и мистера Грофа, преподавателя истории. С ними рядом сидела пожилая женщина, скорее всего миссис Миллз, и щуплый мужчина с поварским колпаком на голове. Внезапно уволившийся повар?

Создатель, что они здесь делают?

Бросившись вперед, мы с Алееной упали на колени – смягчив удар о каменный пол, юбками форменных платьев – и принялись развязывать тряпки на ногах. Я – Ольну, она – мисс Адалин.

Некромант усилено мычал и вращал глазами, но из-за раздиравшей нутро паники, до меня не сразу дошло, что таким образом он пытался привлечь наше внимание.

Только когда за спиной раздался резкий хлопок двери, а пыль с пола взлетела в воздух, я отчетливо осознала, что мы с подругой угодили в ловко расставленную ловушку.

– Вас сюда никто не звал! – резко обернувшись, я встретилась взглядом с тем самым рыжебородым карликом, что в день моего заселения принес в нашу комнату расписание занятий, а потом еще помогал мисс Сальси на ее уроках.

Как же его зовут? Мистер Рубен, точно!

– Это вы их связали и заперли? – как всегда слишком поспешно отреагировала Алеена и попыталась броситься на мужчину.

Тот сцепил зубы, резко поднял вверх обе ладони и подругу отбросило к стене… Ну и меня за компанию. Да так сильно, что едва не отключилась, приложившись затылком.

Вот так сюрприз – еще один воздушник. К тому же, судя по реакции и удару, намного сильнее меня.

Призвав на помощь концентрацию, я зачерпнула из резерва всю имеющуюся в нем магию и направила ее на противника, но он успел увернуться. Энергетический заряд впечатался в стену и рассеялся в воздухе, оставив меня опустошенной. Руки и ноги тут же связали эфирные канаты – прием, который я сама впервые применила против иллюзорного монстра на турнире, – и так, что не пошевелиться.

Мужчина, убедившись, что угроза для него миновала, отряхнул руки и подошел к моей подруге.

– Да, это сделал я, мисс Алеена. Но не думайте, что по своей прихоти. Я не сумасшедший и не убийца!

– Тогда кто же вы? – не выдержав, прорычала я.

– Всего лишь человек, желающий процветания Мантильской академии, – ошеломил он нас с подругой своим откровением. – А потому, вынужден избавляться от тех, кто мешает ректору Полю ею управлять.

– Мешают? – переспросила я, выпучив от удивления глаза.

– Угрожают ему проверками. Что натравят на него короля Леопольда. Обвиняют в растрате бюджета, а это совсем уже нонсенс! Хотят оставить нас без человека, который не первый десяток лет работает на благо студентов и преподавателей, – и после этого заявления он утверждает, что не сумасшедший? Три раза «ха»! – Арамистер Поль помог мне, когда я больше всего в этом нуждался. Дал мне работу. А эти… – он ткнул пальцем в сторону остальных пленников, – хотят его сместить. Я не позволю!

Стоило ему закончить свою пылкую речь, как Алеена, ругаясь, принялась вырываться из плотного воздушного кокона. А я, осознав, что с больными людьми лучше не спорить, попыталась ее успокоить. Тычок плечом в плечо, вроде как, подействовал.

– Мистер Рубен, – спокойным голосом обратилась я к нему по имени. – Я полностью на вашей стороне и тоже поддерживаю ректора. А потому прошу вас отпустить меня и моих друзей. Мы ни в чем не виноваты и никому жаловаться на мистера Поля не собираемся.

– Я все понимаю, мисс Алекса, но не могу рисковать. Вам, как и остальным, придется остаться здесь.

– А ректор Поль в курсе, что тут происходит?

– А зачем его тревожить? Меньше знает, крепче спит. Я обо всем позаботился. Заставил их написать записки об увольнении. Перегнал лошадей в надежное место. Никто ничего не узнает.

– И как долго вы собираетесь нас здесь держать?

– Не могу вам ответить, – пожал он плечами. – Все зависит от обстановки. Как только это будет безопасно для ректора, я выпущу вас отсюда.

Он вытащил из кармана еще больше серых от грязи тряпок, подошел к нам с Алееной и принялся по очереди связывать ноги и руки.

– Что вы имеете в виду под безопасностью? Нам ждать, когда ректор сам уйдет на покой?

– Возможно. Взгляните на ситуацию с другой стороны – зато вы живы и здоровы. Я не забываю кормить пленников, как бы они не пытались вывести меня на агрессию. Повторюсь, я не убийца!

«А всего лишь тюремщик и угнетатель» – захотелось закричать, но в этот момент тряпка закрыла мне рот.

– Завтра утром зайду. Надо еще успеть состряпать ваш побег, – за мужчиной закрылась дверь, а так как он не забыл забрать с собой фонарь, мы остались кромешной темноте.

Помимо пробиравшего до нутра озноба, виски сдавливала опустошенность, что появлялась после сильного выброса магии. Меня начало клонить в сон, но забыться мешала паническая дрожь.

А ведь одна маленькая, коротенькая записка могла бы спаси нам жизнь. Ну почему я такая дура, не додумалась ее написать?

От самобичевания меня отвлек внезапно раздавшийся в тишине скрежет.

Судя по тому, как притихли и напряглись сидящие рядом люди, странный шум мне не послышался. Очень быстро он сменился глухими ударами, а те, в свою очередь, коротким, но душераздирающим криком.

Друзья прижались ко мне с двух сторон. Я зажмурилась, а по спине пополз липкий холод.

Первый же стук, заставил нас дернуться на месте. И если бы не повязанные на рты тряпки, молчать бы мы точно не стали.

Кто-то снаружи начал усиленно ломиться в дверь. И такой страх сковал внутренности, что я уже не понимала, хочу ли, чтобы она поддалась и открылась или нет.

Оглушающий грохот слетающих петель и удара дерева о каменный пол разлетелся по склепу несмолкающим эхом. Яркий свет качающегося в воздухе фонаря озарил застывшие в пустом проеме силуэты Дарела и Бунчера, которые, увидев нас, тут же выдохнули от облегчения.

Чуть не плача от счастья, я распознала знакомый цокот копытцев, и почувствовала, как в мой бок уперся влажный пятачок Мориса.

– Скажи спасибо своему фамильяру, без его помощи мы бы вас ни за что не нашли, – сообщил мне Дар, срезая мечом узлы на моих запястьях. – Стоило мне открыть дверь в вашу комнату, он громко завизжал и понесся сюда. Склеп отыскал, и дверь нужную…

– Мистер Рубен, – просипела я, чувствуя, что голос мне пока еще не принадлежит.

– Снаружи.

– Он же сбежит, – выпучила я глаза, готовая нестись в погоню.

– Не сбежит. Бун вырубил его ударом по голове, когда этот карлик бросился на нас. А я связал, – закончив с моими руками, Дарел оставил брату работу по освобождению остальных, а сам сел рядом, прижал меня к своей груди и уткнулся носом в волосы. – Если ты еще хоть раз отправишься искать приключения на свой аппетитный зад, клянусь, колючка, я тебя отшлепаю. Да так, что неделю встать не сможешь!

Возмутившись, но не слишком сильно, так как в мыслях все еще звучал «аппетитный» комплимент, я демонстративно повернулась к разлегшемуся у наших ног поросенку.

– Ты – мой герой, – потрепала я его по ушку, получив в ответ удовлетворенное «хрю».

– А я? – обиженно спросил мой жених.

– А ты тиран и деспот! – я показала ему язык, а в ответ услышала хрипловатый смех.

Уже через полчаса мы все находились снаружи склепа, окруженные академической стражей. Ее вместе с преподавателями позвала миссис Миллз, которая, обладая даром огневика, запустила в небо сноп красных искр.

Бун обнимал за плечи Алеену, а рядом с ними стоял Ольн. Как оказалось, на некроманта напали во время одного из ритуалов, но он вовремя успел отправить за помощью свою мертвую кошку, которая сейчас терлась у его ног.

Мистер Поль, открыв рот, слушал признательные показания закованного в кандалы мистера Рубена, который не переставая плакал и клялся ректору в вечной любви и преданности.

Счастливый Боливар, никого не стесняясь, прижимал к себе не менее счастливую Адалин. Клив помогал миссис Миллз и мистеру Грофу залезть на лошадей. А Мод причитала над бедным поваром.

Вся эта суматоха еще сильнее истощила мой и без того почти пустой резерв, грозя придавить смертельной усталостью.

Заметив это, Дарел пообещал страже, что встретится с ними чуть позже. Затем подхватил меня на руки и, наплевав на приказ ректора не сходить с места, понес в замок.

Морис, не очень любящий большие скопление людей, отправился следом за нами. И всю дорогу до женского крыла пытался напитать меня энергией. Но то ли сам утомился, то ли я потеряла восприимчивость – ничего у нас не вышло.

– Пообещай, что не выйдешь сегодня из комнаты, – осторожно положив меня на кровать, Дар стащил с меня сапожки и шаль. Затем склонился к моим губам, мимолетно коснулся их и тут же выпрямился.

– Меня сейчас даже некромант не оживит. Можешь не переживать.

– Хотелось бы верить, – еще пару секунд посверлив меня испытующим взглядом, он закрыл за собой дверь.

Глубоко вздохнув, я сладко потянулась, легла на бок, засунула руку под подушку и… нащупала конверт.

Решив не откладывать, открыла его. Но пробежавшись глазами по расплывающимся строчкам, тут же пожалела о содеянном.

«Дорогая Алекса,

Очень советую вам держаться подальше от Дарела Грайма, если не хотите стать еще одной жертвой этого чудовища. Не верите мне? Загляните в его комнату. Более чем уверен, вы найдете там много интересного.

Ваш доброжелатель»

Пока храбрые ведьмы идут напролом, не боясь ни создателя, ни черта, трусливые -крадутся в ночи, оглядываясь при каждом шорохе… А я еще и тряслась, как лист барлеанской березы в ветреную погоду.

– Морис, зараза мелкая, не отставай! – прошипела я неохотно плетущемуся позади фамильяру.

О чем я только думала, беря его с собой на столь важную миссию? Случись что, этот самовлюбленный эгоист только рад будет избавиться от «нерадивой» хозяйки. И не важно, что я единственная, кто здесь заботится о его благополучии.

Зажав в зубах ручку небольшой масляной лампы, он должен был освещать мне путь, а вместо этого тащился в хвосте, саботируя все мои приказы.

– Хрю! – раздалось приглушенное занятой пастью ворчливое поддакивание.

Цокот его маленьких копытцев по паркету, трель колокольчика, что крепился к его кокетливому нашейному бантику, сдавленные похрюкивания – все эти звуки походили в тишине коридора на удары грома, и пробуждали к жизни спящие за каждым углом тени.

Или еще кого похуже.

В академии и при свете дня творились темные дела, что уж говорить о глубокой ночи? Но пустить ситуацию на самотек, и не докопаться до истины – не в моем характере. Вот и приходится, сцепив зубы и придерживая руками длинную юбку, красться по мужскому крылу, к нужной мне двери.

Кстати, а вот и она.

На то, чтобы разобраться с замком, потребовалось всего ничего: пара секунд и шпилька для волос. Но стоило только поднять ногу, чтобы переступить порог, как меня накрыли серьезные сомнения.

Может зря я все это затеяла, и лучше вернуться обратно к себе? Ну подумаешь, кто-то прислал анонимную записку. Это не повод приличной девушке вламываться в чужую комнату. С другой стороны, мне нужно убедиться, что обвинения беспочвенны. Иначе… иначе…

Иначе я просто не знаю, что буду делать.

Затолкав страх как можно глубже, я шагнула вперед. Неудачно. Юбка зацепилась за торчавший из двери ржавый гвоздь и я, споткнувшись, рухнула на четвереньки. Морис, испугавшись, отпрыгнул в сторону. Благо лампу не уронил, иначе весь план пошел бы прахом.

Ох, дайте только выбраться отсюда, первым делом напишу письмо королю Леопольду и пожалуюсь, что все вливаемые им пожертвования, идут в личный карман ректора Поля, а не на ежегодный ремонт академии.

Сплошная рухлядь и руины. Стыд и позор!

Поднявшись и стряхнув с юбки пыль, я огляделась. Никого. Только голые стены, заправленная железная кровать без балдахина или полога, закопченный камин, старый шкаф с аккуратно разложенными вещами и огромный сундук. Обстановка как нельзя точно описывающая хозяина комнаты.

С чего начать? Как-то не продумала я этот момент, собираясь на дело.

От размышлений меня отвлек придушенный визг. Морис залез под кровать и, наткнувшись там на что-то интересное, звал хозяйку.

– Чего ты расшумелся, маленький разбойник? – взяв в руку брошенную им лампу, я опустилась на колени.

Приподняв свисавшее до пола одеяло, я заглянула под днище, и судорожно сглотнула, увидев выставленные в ряд семь пробирок, три из которых были пусты.

Оранжевая жидкость с ярко-зелеными пузырьками не оставляла никаких сомнений, передо мной сок Мутанги. Ядовитую ягоду часто использовали темные маги в своих делишках, и ее выращивание, как, впрочем, и продажа, были под строжайшим запретом во всех известных мне королевствах.

Это ничего не доказывает. Должно быть какое-то объяснение. Логичное, и очень простое. Я обязательно выясню, надо только дождаться утра.

Схватив дрожащей рукой одну из пробирок, я прижала ее к груди и поднялась на ноги. Продолжая удерживать второй рукой лампу, прошла к шкафу, но не обнаружив там ничего интересного, направилась к выходу. И ушла бы, если бы не Морис.

Фамильяр решил передохнуть и расположил свою розовую попку рядом с сундуком, чем привлек к нему мое внимание.

Лампа с пробиркой были оставлены на полу. С замком, в отличие от дверного, пришлось повозиться. Да и крышка поддалась не с первого раза. А когда я все же заглянула внутрь, едва не лишилась чувств.

На самом дне, в пыли и грязи, лежало высохшее до состояния мумии тело щуплого и невысокого мужчины, чья посеревшая кожа источала сильное зловоние. Колени были прижаты к груди, лицо при всем желании не узнать, а вместо глаз на меня смотрели две затягивающие во тьму пугающие бездны.

Не успела я отойти от потрясения, как за дверью послышались тяжелые шаги. Морис, трусливый предатель, нервно завизжал и спрятался под кровать. А я принялась крутиться на месте, уже понимая, что мне конец.

Магический резерв, из-за случившегося недавно а ноле. Шансы выжить после прыжка в окно, не в мою пользу. Место под кроватью уже занято. Шкаф забит одеждой. А сундук…

Ни за что на свете!

Лучше встретить смерть лицом к лицу. Что я и сделала, вооружившись кочергой, и встав в позу «воина», которой учил меня отец.

Противно скрипнула дверь, и в проеме застыла внушительная фигура хозяина комнаты.

При виде меня Дарел даже не удивился. Недобро усмехнулся, размял плечи и уставился в упор, давая разглядеть, как в сверкнувших холодным пламенем наглых глазах вытянулись вертикальные щелки зрачков.

Нет. Не хочу в это верить. Кто угодно, только не он!

– Алекса, что ты здесь делаешь? – ровно поинтересовался он, но заметив, как крепко я сжимаю кочергу, слегка приподнял брови. – Я же просил тебя не выходить из своей комнаты.

Дождавшись, когда сердце перестанет отбивать неровный ритм, я отступила на шаг и опустила руки. Кочергу далеко не убрала, на всякий… И от Дара это, конечно же, не укрылось.

– Ты меня боишься? – теперь удивление сквозило и в его голосе.

Спросить, не спросить? А если спрошу и он поймет, что я видела… Создатель, не хочу в это верить. Он не может быть замешен.

Но тогда откуда труп в сундуке? Пробирки с ядом? Вертикальные зрачки, которые бывают только у способных к обороту драконов.

– Нет, – нервно сглотнув, прохрипела я. – Просто услышала шаги и испугалась. Мне не спалось. Я решила прогуляться перед сном…

– Одна? Ты же знаешь, что сейчас это не безопасно?

– Я не одна, я… с Морисом, – услышав свое имя, поросенок вылетел из-под кровати, где протер весь пол своим брюшком. Громко хрюкнув, он спрятался за моими юбками, откуда принялся поглядывать на Дарела так же тревожно, как и я. – На самом деле я переживала и хотела узнать, как прошел твой разговор со стражами.

– Ничего особенного, – он прошел мимо, сел на край кровати и устало провел пятерней по волосам. – Хотели узнать, как мы с Буном попали в склеп. Рассказал им про твоего фамильяра, расписал все действия поминутно и согласился выступить в суде.

– В суде? – выпучила я глаза.

– Рубена уже завтра доставят в Барлеан и передадут ищейкам. И да, его будет ждать королевский суд, ведь он подданный Леопольда, – Дар выглядел таким уставшим, что в иной ситуации я бы его пожалела, но сейчас мною владел один только страх. Хотелось вырваться отсюда, спрятаться в своей комнате, и чтобы все случившееся оказалось кошмарным сном.

– У тебя тут так аскетично, – подкрадываясь спиной к выходу, я делала вид, что рассматриваю комнату, но взгляд упорно стремился к сундуку. – Никаких личных вещей…

– В этой комнате я только ночую, – пожал он плечами. На красивых губах расползлась знакомая мне усмешка, при виде которой, сердце сжалось от боли. – Я бы устроил тебе экскурсию, но очень устал. Прости.

– Ничего страшного.

– Раз уж ты здесь, не хочешь сделать мне расслабляющий массаж, колючка? – он подмигнул мне и в этот момент так напомнил того, прежнего Дарела. А услышав прозвище, которое уже давно воспринимала как нечто личное, «наше», я едва не ударилась в слезы

– Нет, – я покачала головой. – Мне нужно идти. Алеена ждет… Завтра турнир, тебе тоже не мешало бы выспаться.

И прежде, чем он смог вымолвить хоть слово, выскочила в коридор.

В забеге до женского крыла среди нас с Морисом победителей не нашлось. Затормозили секунда в секунду. А когда я потянулась к ручке двери, та резко открылась и на меня уставились полные тревоги зеленые глаза.

– Алекса, слава создателю! – всплеснула руками Алеена и отошла в сторону, давая нам с Морисом пройти внутрь. – Вернулась, а тебя нет. Уже хотела бить тревогу. Где ты была?

Неподдельное волнение в ее голосе стало последней каплей. Издав приглушенный стон, я бросилась в объятия подруги, желая хоть на некоторое время заглушить сдавливающую нутро боль.

– Дарел… он… он… – икала я, не в силах произнеси самое страшное.

– Что с ним? – обхватив ладонями мои мокрые щеки, Алеена уставилась мне в глаза.

– Кажется, он тот, кого мы ищем – горгон!

Ее глаза стали размером с лохань для мытья, а губы сложились в букву «О». Недоверчивый взгляд мазнул по моему лицу, чтобы тут же смениться непонимающим.

– Ты уверена? – сглотнув застрявший в горле ком, я полезла в карман юбки, достала смятую записку, что оставил неизвестный «доброжелатель» и вручила ее подруге.

– Читай, – чем дольше она вглядывалась в буквы, тем сильнее вытягивалось ее лицо, а закончив, тяжело вздохнула и нахмурилась.

– Это еще ни о чем не говорит. Кто-то мог узнать о наших поисках и подставить его.

– Не мог, – покачала я головой. – Я была в его комнате. Там… там… – мне снова стало не хватать воздуха. – Пробирки с ядом под кроватью, а в сундуке спрятан труп.

Про глаза я не упоминала, так как все еще надеялась на зрительные галлюцинации.

– Ты уверена? – тихонько выдохнула Алеена. Я кивнула, опустила руки и прошла к своей кровати. – Чей это был труп?

– Я не знаю. Не успела разглядеть. Дар пришел, когда я собралась уходить. Наверное, не понял, что я все видела, а потому выпустил из комнаты. Я не знаю…

– Так, давай, первым делом успокоимся, – Алеена усадила меня на кровать, сама придвинула стул и устроилась напротив. – Слезы тебе не помогут, а вот ясная голова способна придумать какое-нибудь решение.

– Какое тут может быть решение?

– Я же сказала – какое-нибудь. Будем мыслить логически. Начнем с жертв. По порядку. Кто был первым?

– Молли, – подняла я на нее недоумевающий взгляд.

– Это мог быть Дар?

Я задумалась и медленно кивнула.

– Теоретически, мог. Там на кладбище, он появился внезапно, пришел к нам на помощь, когда на нас напал воскрешенный Ольном мертвец.

– Хорошо, – кивнула подруга. – Вторым был смотритель Сализер. Верно?

В голове тут же всплыл шкаф, в котором мы с Даром прятались от ректора. Все тело затопило неимоверное облегчение, заставившее меня упасть на спину и раскинуть руки.

– Это не он. Тогда с Сализером… Дар был со мной. Создатель, Алеена, как же я не подумала?

– Погоди радоваться, – не разделила моего воодушевления подруга. – Третьей была Мойра, так? – я кивнула. – Дар мог напасть на нее?

– Его держали в тренировочном зале, – заметила я.

– Но окна не запирались, да и сбежать легче легкого? – я снова кивнула.

– Это ни о чем не говорит. Мистер Сализер…

– Алекса, мы не лекари и не знаем точно, что именно с ним произошло. Вдруг его состояние не имеет никакого отношения к Мойре и Молли?

– Тогда выходит – шансы равны. Дарел либо горгон, либо нет, – задумалась я, чувствуя, как на меня снова наваливается нечеловеческая тоска. – Думаешь, нужно все рассказать преподавателям? Черт, завтра турнир, а я не знаю, что делать.

– Турнир говоришь… – протянула подруга. – Хм, кажется, у меня есть план.

– План? Какой?

– Ты должна победить!

К арене я шла медленно, будто к эшафоту. И чем ближе подходила, тем сильнее становилась тяжесть на сердце. А застывшая в самом центре внушительная фигура, что, опираясь на тяжелый меч, не сводила с меня внимательного взгляда, вполне сходила за палача.

Семенящий рядом Морис, не разделяя моей тревоги, воспринимал всеобщие крики и аплодисменты на свой счет. Кивал головой, изредка повизгивал. А заметив машущих нам с трибуны Ольна и Алеену, едва не пустился в пляс.

Вымучив улыбку, я кивнула друзьям, как бы подтверждая, что помню о договоренности и приложу все усилия, чтобы победить.

Легко сказать…

Тело бросало то в жар, то в холод. Внутри нарастала паника. А внутренний голос не замолкая твердил, что ничего у меня не выйдет.

Я всю ночь не спала, ворочаясь с боку на бок. И как итог, магический резерв восстановился только наполовину. А учитывая, что я и с полным Дарелу не соперник, оставалось надеяться лишь на чудо.

Проиграть нельзя. Слишком многое было поставлено на карту. Многое. Если не всё.

Под рев трибун я приблизилась к Дару, встала рядом и над нами тут же засиял прозрачный купол. Даже опомниться не успела, как перед глазами зарябило и вот мы уже в знакомом снежном лесу.

Либо академия сменила мага, либо с каждым туром иллюзия становилась все более качественной. Сейчас я чувствовала, как ноги утопают в снегу, а кончики пальцев покалывало от мороза. И в этих условиях придется сражаться?

А, собственно, с кем?

– Держись за моей спиной. Не высовывайся, – произнес Дар и, подняв меч, встал передо мной.

Доли секунды, но мне хватило, чтобы заметить, выходящих из чащи чудовищ. Мускулистых, когтистых, зубастых, свирепых. В разы страшнее и больше того рыжего монстра, что мне удалось победить в отборочном туре.

А еще их было пятеро. Что означало – силы распределились совсем не в нашу пользу.

Твою ж…

Впрочем, Дарел был со мной не согласен.

Не дожидаясь, когда они нападут первыми, парень громко зарычал, поднял над головой оружие и бросился в атаку.

Находясь под впечатлением, я не сразу почуяла опасность, и едва увернулась от пытавшегося разорвать меня на две части великана. В последний момент удалось проскользнуть под его рукой, а затем, развернувшись, отбросить к дереву сорвавшимся с ладони воздушным потоком.

Даже этот небольшой импульсный толчок стоил мне немалых сил. Пришлось направить их жалкие остатки на концентрацию и потянуться сознанием к фамильяру, который почувствовав мое состояние, откликнулся без промедлений.

Привязав одного из пятерых – оглянулась на своего соперника – уже троих монстров эфирным канатом к дереву, я перевела дыхание. Чудовище растворилось в воздухе.

Дарел, успев вырубить двоих, стал заметно тормозить. Его резерв тоже был не резиновым, и вот уже движения стали медленнее, а атаки не столь эффективны как раньше.

Осознав, что парень намного сильнее, великаны решили оставить меня на десерт. Начали осаждать его с обеих сторон, пытаясь пробить оборону и нанести ощутимый удар. А когда дошло, что ничего не выходит, принялись беситься и реветь во всю мощь своих легких.

Не нужно быть великим математиком, чтобы понять – уложи Дар еще и этих двух экземпляров, победы мне не видать. А так как магической энергии – даже учитывая немалый вклад Мориса – осталось всего ничего, у меня в запасе лишь одна попытка.

Поражение – не вариант. А значит, придется уподобиться Мойре – позабыть о чести и совести и ударить со спины.

Создатель, какой стыд.

Поймав усталый взгляд своего жениха, я одними губами прошептала: «Прости». Затем накинула на него и двух монстров невидимые путы, привязала всех троих к ближайшему дереву, и бесформенной кучей упала на снег.

– Да ладно! – пытаясь вырваться, прохрипел Дарел. – Серьезно? Алек…

Договорить он не успел. Перед глазами замерцали разноцветные мушки, и зимний лес растворился вместе с куполом.

Трибуна рвала и метала, выражая мне свое недовольство. Даже стоящий рядом Морис не выглядел радостным от нашей победы. Что уж говорить о Даре, чей непонимающий взгляд вставал в горле тошнотворным комом.

– Прошу всех присутствующих сохранять тишину, – разлетелся над ареной зычный голос ректора Поля. Зрители тут же умолкли, ожидая финальной речи и объявления победителей. – Триада завершена. В сегодняшнем соревновании победу одержала мисс Алекса. Два поражения боевого факультета, против одной – общего. А значит приз, как и все лавры, достаются мисс Алексе, мисс Алеене и мистеру Ольну!

Довольных таким исходом, ясное дело, было не много. Да и с чего бы, учитывая, что Ольн проиграл Мойре, Бун поддался Алеене, а я, воспользовавшись ситуацией, ударила по Дару исподтишка?

Я бы еще долго занималась самобичеванием, стыдясь поднять голову, но тут к нам подошел Клив и протянул мне небольшую пробирку с розовой жидкостью.

– Ваш приз, мисс Алекса – «Слеза желания». – лицо мужчины не выражало никаких эмоций, но я чувствовала исходящие от него волны разочарования. – Достаточно сделать глоток и произнести вслух нужные слова. Но помните, артефакт подчиняется только чистому сердцу и добрым помыслам.

Последняя его фраза прозвучали как предостережение.

Протянув руку, я схватила пробирку и бросилась к друзьям, что ждали меня у края тренировочной площадки.

– Черт, я так испугалась, – обняла меня Алеена. – Думала, ничего не выйдет. Но ты молодец.

– Такая уж молодец? – невесело усмехнулась я, прижимая к груди заветный приз. – Он меня ненавидит.

– Дар все поймет, когда ты ему объяснишь, – поддержал подругу Ольн. Затем ткнул пальцем в артефакт. – Лучше скажи, где ты хочешь это использовать?

– Может, прямо здесь? – я огляделась по сторонам. Разбредавшиеся кто куда зрители старательно обходили нашу троицу стороной. – Я не могу больше ждать.

Друзья дружно кивнули и отошли на шаг. Я открыла артефакт и вдохнула исходящий от него цветочный аромат. Но не успела поднести пробирку к губам, как чужая ладонь сжала мою руку железной хваткой.

– И какое желание стоило нечестной победы?

Меня пронзил испепеляющий взгляд холодных, как сталь глаз. На скулах Дарела играли желваки, а выражение лица не предвещало ничего хорошего.

Бросившуюся мне на помощь Алеену, перехватил Бунчер. Он же жестом дал понять некроманту, что ему лучше держаться от нас подальше. А так как больше желающих лезть на рожон не нашлось, мне пришлось призвать на помощь крохотные остатки собственных сил.

– Пусти!

– И не подумаю, – процедил мой жених, ловко отобрав артефакт. – Сначала ты ответишь на мой вопрос.

– Я не обязана…

– Ты со вчерашнего вечера странно себя едешь. Вломилась в мою комнату, затем сбежала из нее, ничего толком не объяснив. Сегодня ударила в спину. Я хочу знать, что произошло, колючка. И чем скорее ты все расскажешь, тем лучше.

– Нет.

– Передумала насчет помолвки? Решила таким способом избавиться от меня? Так имей смелость сказать мне это в лицо! – то, что в его глазах походило на ненависть, внезапно обратилось мучительной болью, схожей с моей собственной.

Тяжело вздохнув, я облизала губы и прошептала:

– Я все знаю, Дар. Я знаю кто ты.

Нахмурившись, парень около минуты сверлил меня взглядом. Затем, внезапно, подхватил на руки и понес в сторону замка.

Вцепившись в его шею, я уставилась на друзей, которых продолжал сдерживать блондин. И на вопросительный взгляд готовой ринуться мне на помощь Алеены, отрицательно качнула головой.

Он не причинит мне вреда. Почему-то я в этом не сомневалась.

– Куда…

– Поговорим у меня, – отрезал Дар и за весь оставшийся до мужского крыла путь не произнес больше ни слова.

Несмотря на патрулирующую коридор стражу и проходящих мимо преподавателей, нас никто не пытался остановить. А даже если бы и попробовали, сомневаюсь, что Дарел был в состоянии слушать чьи-то приказы.

Войдя в свою комнату, парень сгрузил меня на кровать, избавился от меча, вернулся к двери, запер ее – судя по возмущенному визгу, прямо перед пятачком моего фамильяра – и прислонился спиной к деревянной поверхности.

– Теперь объясни, что ты имела в виду. Кто я? – устало смахнув со лба упавшую на него черную прядь, он скрестив руки на широкой груди.

– Горгон, – выдохнула я еле слышно.

Парень удивленно приподнял обе брови, но с места не сдвинулся.

– Хм, интересное предположение. Дай подумать. Ты с чего-то решила, что я горгон. Никому – кроме своих друзей, естественно – ничего не сказала. Появилась на турнире. Одержала не совсем заслуженную победу. И все ради чего? Артефакта? Что это было за желание, Алекса?

Почему он так спокоен? Неужели я ошиблась? Но яд… труп в сундуке? Мне же это не привиделось?

Я опустила глаза к полу.

– Я хотела пожелать, чтобы в тебе никогда не пробуждался дракон. Тогда бы ты не стал горгоном.

Сглотнув, Дарел медленно приблизился, сел передо мной на корточки и сжал в руках мои ладони.

– Так ты это делала ради меня? – я кивнула. – Ладно, давай начнем с самого начала. С чего ты взяла, что горгон – это я?

– Я видела тело… там, – я кивнула на стоящий в углу огромный сундук.

Нахмурившись, Дар поднялся, подошел к нему, открыл крышку, поморщился – гнилостный запах коснулся даже моих ноздрей – опустил руку и достал… труп.

– Оно? – он держал его за шкирку и так небрежно, будто мешок с картошкой. Выпучив от ужаса глаза, я медленно кинула. – Ты его хоть щупала?

– Еще чего?

– Ну и зря. Тогда бы поняла, что это обычное чучело для отработки ударов мечом. На них тренируется вся боевка. Не веришь, спроси у своей соседки, – хмыкнул он, бросив «тело» на пол.

– А запах? И оно такое… натуральное, – не сдавалась я.

– Пролежи на чердаке несколько лет, от тебя и не так запахнет. А по поводу натуральности – все вопросы к местным ремесленникам. Наверное, хотели сделать их похожими на оживших мертвецов, – пожал он плечами. – Чтобы мы имели возможность воочию представлять врага.

– Хорошо, с чучелом я поняла, – от стыда загорелись щеки. – Но у тебя под кроватью пробирки с соком Мутанги. А даже младенец знает, что эта ягода ядовитая, и используют ее только темные маги.

– И до моих восстановительных запасов добралась? – как-то чересчур весело поинтересовался этот несносный тип. – Кстати, хорошо, что напомнила.

Мне пришлось подобрать ноги вместе с юбками, так как на этот раз парень полез под кровать. Достал две пробирки с оранжевой жидкостью и высушил их до дна.

Я даже закричать не успела, как пустые склянки оказались на полу, а меня подхватили под ягодицы и усадили на колени.

– Дарел, что ты наделал? – проныла я, всматриваясь в его глаза.

– Ты же помнишь, что мне после истощения требуется помощь лекаря. А так как Мойра выбыла из соревнований, Клив снабдил меня этим зельем. Да, это сок Мутанги, но разбавленный кучей других ингредиентов. Он не причиняет вреда, лишь помогает мне восполнить запас энергии без постороннего вмешательства. А теперь скажи, это все, или будут еще какие-то «доказательства»?

Я открыла было рот, чтобы рассказать о странных метаморфозах с его зрачками, но тут же его захлопнула. Что он мне на это скажет? Что я трусиха, вообразившая не пойми чего? Ну так я сама это знаю…

– Не будет, – покачала я головой и, впервые за прошедшее со вчерашней ночи время, вздохнула с облегчением.

Заправив мне за ухо выбившийся локон, Дар не опустил руку, а медленно провел костяшками пальцев по моим губам. На его собственных при этом играла легкая усмешка, при виде которой мое сердце забилось в разы быстрее.

– Теперь я хочу спросить, – протянул он. – Кто тебя надоумил, колючка?

– С чего ты взял?

– Сомневаюсь, что ты ни с того, ни с сего решила прогуляться ночью до мужского крыла и устроить обыск в моей комнате. Это не в твоем характере, а значит… тут замешен кто-то еще.

Я кивнула и полезла в карман, откуда вытащила вчерашнюю записку.

– Ее оставили вчера в моей комнате, под подушкой, – объяснила я, пока Дарел вчитывался в текст.

– «Доброжелатель» значит, – хмыкнул он. – А ведь я знаю чей это почерк.

Естественно, Дарел не собирался брать меня с собой. Вот и пришлось настоять. Благо угроза отмены помолвки возымела должное действие.

Перед дверью в комнату преподавателя боевых искусств, мы с ним замешкались всего на мгновение. Требовалось проверить есть ли кто-то внутри, а убедившись, что нет, вскрыть замок одной из моих шпилек.

Даже зайдя внутрь, я все еще не могла поверить, что почерк на записке принадлежит мужчине, на которого в академии молились почти все студенты. Его превозносили, ему подражали, на него равнялись, а некоторые девушки даже питали любовные чувства.

Зачем Клив Стоун пытался подставить моего жениха? Надеялся, что я забью тревогу? Пожалуюсь ректору? Напишу родителям? Какая ему с этого выгода?

Никакой…. Если он не тот, кого мы все это время безрезультатно искали.

Без доказательств, наши с Даром умозаключения не стоили ни цента. Поэтому, прежде чем идти с запиской к мистеру Полю, мы решили исследовать сначала покои, а затем и кабинет Клива на предмет этих самых доказательств.

– Я беру на себя шкаф, сундук и кровать, а ты проверь стол, – отдал он короткий приказ и тут же принялся за дело.

Пройдясь взглядом по увешанной холодным оружием стене, я невольно поежилась. Потрепанное красное кресло было завалено учебниками по боевым дисциплинам. На столешнице была раскинута придавленная чернильницей карта мира. Ящики стола – открывай – не хочу. И только самый последний запирался на отсутствующий ключ. Его то я и оставила на потом.

– Колючка, не мешкай, – подгонял меня невозмутимый паршивец. – У нас мало времени.

– А то я не знаю! – показала я язык его спине. – Тут столько всяких ненужных бумаг, я боюсь упустить что-то важное.

Время летело, а ничего важного так и не нашлось.

Закончив со своей работой, Дарел приблизился ко мне, и увидев, как упорно я сражаюсь с неподдающимся замком самого нижнего ящика, оттащил меня от него и врезал по дереву носком тяжелого ботинка.

– Что ты наделал? – охнув, воскликнула я. – Он же поймет, что мы здесь были…

– Он и так поймет, когда я встречусь с ним лицом к лицу. Проверь, что внутри и пойдем отсюда.

– Кажется, книга, – пробормотала я, заметив черный кожаный переплет.

Потянувшись, достала. Прочла название. Сглотнула. Открыла первую страницу и подняла на Дарела недоверчивый взгляд.

– Мы искали ее в местной библиотеке, а она все это время хранилась здесь. «Горгоны. Постыдная история драконьего королевства».

– Думаю, этого достаточно, – кивнул Дар, забирая у меня книгу. – Сейчас пойдем к Полю, затем отправим письма родителям и королю Леопольду. Мантильская академия находится в его юрисдикции, вот пусть и разбирается с творящейся здесь чертовщиной…

Он взял меня за руку и потянул за собой, но внезапно открылась входная дверь и на пороге возник хозяин комнаты.

Выступив вперед, парень тут же спрятал меня за спину, а я так испугалась, что не стала сопротивляться. Вцепилась в его покатые плечи и замерла, как вкопанная, понимая, что как бы не был силен мой жених, без способности к обороту он настоящему горгону не соперник.

– Могу я поинтересоваться, что вы здесь делаете? – удивленно приподняв брови, произнес Клив. Затем перевел взгляд на книгу, что Дар держал в руках, и нахмурился. – Впрочем, вижу – лазили в ящиках моего стола…

– Искали улики для королевских ищеек Барлеана, – в хриплом голосе Дара сквозили язвительные нотки. – Как видите, нашли одну.

– И что же это за улика, мистер Грайм? Взятая в библиотеке книга со сказками о вымышленных персонажах? – губы Стоуна скривила насмешливая ухмылка.

– С этим будет разбираться король Леопольд. Ну и король Вермакс, я так думаю. Все же драконы больше по его части, – создатель, зачем этот дурак играет с огнем? – Он точно найдет способ вытащить из вас всю правду, а потом запереть в темнице, где вы больше не причините никому вреда и просидите до конца своей горгоньей жизни.

– Мелкий щенок! – глаза Стоуна вспыхнули яростным пламенем. Он сделал шаг в нашу сторону, будто собирался напасть, но с огромным трудом сдержался.

– Мы пойдем, нас ждут, – пропищала я, толкая Дара в спину, но того уже было не остановить.

– Зря вы вмешали в это мою невесту. Надеялись, она ничего мне не расскажет? Как видите, рассказала. Вы ничего не добились, Стоун. Зато теперь я воспринимаю это дело, как личное. И ни за что не отступлю, пока правда не восторжествует.

– О какой правде ты говоришь? – скрипнул зубами мужчина. – Думаешь, я мечтал о том, чтобы превратиться в чудовище? Скрывать ото всех, что в период истощения поглощаю магию из людей? Я не виноват, что в наше родовое древо затесались драконы. Я не могу контролировать живущего во мне монстра, а если бы мог, не причинил бы никому вреда!

– Почему вы ничего не рассказали? Не изолировали себя от общества? – не сдержалась я.

– И жить парией? Не иметь возможности зарабатывать на жизнь? Голодать? Я и так ушел из королевских войск, отдав армии половину своей жизни, и переехал в эту глушь. Чего еще вы от меня хотите? Я никого не убиваю, а случайные жертвы… Все не так плохо, как вам кажется…

– Конечно, – хмыкнул Дар. – Все намного хуже. Вы будете продолжать иссушать студентов и преподавателей, причинять им боль, забирать их сущность. И при этом считать себя жертвой обстоятельств. Я все правильно понял?

– Почти, – пожал плечами Стоун. – Я не забираю ничью сущность. Пройдет время, и магия к ним вернется. Мисс Молли уже идет на поправку. А скоро к ней присоединятся остальные. Они ничего не помнят о нападении, пусть это так и остается.

– Но новые жертвы… – открыла я рот, но не успела закончить.

– Их больше не будет. По крайней мере, неоправданных. Сегодня из Безжизненных земель вернулась отправленная мной стража. Они привезли одну очень полезную траву, которая сможет выжечь во мне горгона. Никто и не узнает, что он во мне был. Раньше я понятия не имел об этой возможности, но копание в книгах себя оправдывает.

– Драконит, – медленно произнес Дар. Клив, явно удивившись таким познаниям, кивнул. – Я только одного не понимаю, зачем вы так подставились с этой запиской? Думали, я не узнаю ваш почерк? Или надеялись, что Алекса побежит прямиком к ректору?

Не знаю, какой реакции я ожидала, но точно не блеснувшего в глазах Стоуна веселья.

– Мисс Алекса поступила именно так, как я и хотел. Распустила язык и посеяла зерно сомнения в головах своих друзей. Мне прекрасно удавалось пудрить мозги нашему никчемному ректору. Но когда библиотекарша миссис Ворки обмолвилась что ваша компания ищет книги о горгонах, я понял, что это не случайность. Я уже придумал план с Драконитом, а тут подвернулся отличный шанс переложить всю вину на Дарела.

– Каким образом? – нахмурилась я.

– Видите ли в чем дело, мисс Алекса. К моему счастью, ваш жених тоже не совсем волк…

– Что значит «не совсем волк»? – я так удивилась, что позабыла о сковывающем нутро страхе, и попыталась выйти вперед. Но Дар снова задвинул меня себе за спину.

Как ни странно, он продолжал хранить молчание. И только плечи, под моими пальцами, ощутимо напряглись.

– Когда ваш жених вместе со своим братом переступил порог академии, он, как и остальные студенты, подвергся тестированию сферой, – не переставая улыбаться, поведал Стоун. – И, если у Бунчера показатели были обычными для ликанов, Дарел заставил меня задуматься. Я сообщил ректору, что шар не предоставил никаких данных. Но это не так. Результат был, только совсем не тот, что мы ожидали. Если отбросить длинные объяснения, я бы охарактеризовал его – обычным для… обладателей драконьей крови. Но не простой, как у вас, мисс Алекса. А как у способных к обороту. Вроде меня.

Ничего себе новости! Необычно, конечно, но этому должно быть какое-то объяснение. В конце концов, Дар из королевского рода. А там намешено столько крови, что поди разбери.

– Я решил разобраться сам, копнул глубже и выяснил, что родная мать Дарела, королева Веррина Далия Грайм, приходится внучкой барону шен Уокли. Верноподданному его величества Верманса шан Ро. Уважаемому дракону и потомственному аристократу. Впрочем, я уверен, что это не тайна. Правда, Дарел? – мерзавец продолжал забавляться, не сводя глаз с застывшего, будто скала, парня. – Как же должно быть тяжело завидовать более везучему брату? Не понимать, почему твой зверь отказывается откликаться на зов? Носить клеймо бракованного принца? Все знают, что волчий ген подавляет драконий, как в случае с Бунчером. А потому никому и в голову не пришло проверить, не живет ли в нашем друге… другая сущность.

– Я не могу обращаться, – раздался в тишине хриплый голос моего жениха.

– Пока не можешь, – хмыкнул Стоун. – Обычно, перед «рождением дракона», как этот процесс называется в Виверне, с человеком происходят… некоторые изменения. Такие, как – вытягивающиеся в момент волнения зрачки, частая нехватка воздуха, бессонница. Я сам прошел все стадии, так что знаю, о чем говорю. Симптомы обязательно появятся. Возможно, с возрастом. И тогда – чем черт не шутит? – ты можешь стать горгоном.

– Что за бред? – возмутилась я. – Даже если все, что вы тут наболтали – правда, как вы собрались перекладывать на Дара вашу вину? Все знают, что он бы и мухи не обидел. А обнаружив в себе причиняющие людям боль способности – не стал бы ничего скрывать. Дарел не трус, и не запятнал бы свою совесть кучей жертв.

Мои слова явно задели Стоуна за живое, заставив оскалиться и сжать ладони в кулаки.

– Я бы тоже не запятнал, если бы эти самые жертвы не лезли на рожон. Мисс Молли никто не просил приходить в мою комнату среди ночи, чтобы признаться мне в любви. Я был истощен из-за полученной на тренировке раны и не мог себя контролировать. Идиот Сализер из-за своей пропавшей крысы решил устроить обыск в моей комнате, за что и поплатился. А вампирская принцесса смела угрожать мне своим венценосным отцом, за то, что я был против ее нечестной победы. Так что все получили по заслугам, мисс Алекса. Они живы, а скоро будут и здоровы.

– Хорошо, допустим… – я изобразила в воздухе кавычки. – Вы не при чем. Все равно Дарел не может быть горгоном. Согласно обрывкам имеющейся информации, они появляются раз в несколько веков. И шанс, что их сразу двое, и оба, по случайности, оказались в нашей академии – равен нулю.

Если я думала его вразумить, то зря старалась. Мужчина снова вернулся в хорошее расположение духа, а значит, наши дела были плохи.

– А вы умная девушка, мисс Алекса. Только вот… никто не узнает, что я – горгон.

– Узнает. Мы все расскажем…

– Нет, – покачал он головой. – Ни вы, ни ваш жених не выйдете из этой комнаты. По крайней мере, живыми. Признаюсь честно, я бы не хотел прибегать к крайним мерам, но вы же не успокоитесь. Поэтому будете случайно убиты переродившимся женихом. Ну а мне, вашему бедному преподавателю, придется убить уже его, чтобы попытаться вас спасти. Но вот незадача… я не успею.

– Вы думаете это так просто?

– Намного проще чем вам кажется, – пока я, словно завороженная, наблюдала как вытягиваются зрачки в карих глазах, Клив не стал медлить. Рванул в нашу с Дарелом сторону и одним ударом кулака отбросил к стене моего жениха.

Оглушающий грохот сотряс пол. Зашатался прилегающий к стене шкаф. Я попыталась открыть рот, чтобы закричать, но горло сжала сухая ладонь, не давая ни вздохнуть, ни выдохнуть.

Змеиные глаза, с вытянутыми зрачками, уставились, казалось, в самую душу. И чем дольше они в нее смотрели, тем сильнее становилась боль.

Энергия, капля за каплей покидала тело. Сначала из магического резерва, а затем в ход пошла аура. В груди нарастал гул. Не было сил сопротивляться. Только усталость и одно бесконечное желание, чтобы все поскорее закончилось.

Когда я уже распрощалась с жизнью, в оглушающей тишине, сквозь ватный туман, послышался яростный рев.

Хватка на шее разжалась, и я кулем упала на пол. Где-то рядом зазвенели разбитые стекла, рев сменился звериным рыком, и в комнату ворвался сильный ветер.

С трудом разлепив глаза, я оглядела пустое помещение, затем приподнялась, хватаясь руками за изголовье кровати, перевела взгляд на окно и… решила, что брежу.

Тряхнула головой, но видение не исчезло.

В небе, в смертельном танце, кружили два дракона. И если один из них – ярко-красный – был взрослым и матерым, второй – черный с отливающей серебром чешуей, – больше напоминал новообращенного подростка.

Дарел.

Он неуклюже, быстрыми атаками, изрыгаемым пламенем и острыми когтями, пытался достать своего противника, но раз за разом терпел неудачу. Силы, как и опыт были не на его стороне, а победа – такой же призрачной, как дымка в воздухе.

Драконий огонь касался его тела и крыльев. С раны на боку капала на землю кровь. Стоун словно забавлялся со своим противником, и ему было плевать на задуманный план, что разлетелся в пух и прах, и на собравшихся внизу зрителей.

Почувствовав, как к горлу подкатила тошнота, я закричала и, едва переставляя ноги, бросилась к двери. Преодолела коридор, лестницу, холл и, минуя других студентов, выскочила из замка на улицу.

– Алекса, где Дарел? – схватив меня за плечи, прорычал заступивший мне дорогу Бун. Рядом с ним стояли Ольн и Алеена, в глазах которых читался страх, а за спиной скучковалась стража и преподаватели, во главе с ректором.

Подняв вверх руку, я показала пальцем на две летающие над нашими головами тени.

– Это Стоун. Это все время был Стоун. Он признался, что горгон. Хотел меня убить, но Дар… – ноги подкосились, и я упала на колени, больно ударившись об острые камни. – Создатель, кто-нибудь, помогите! Сделайте что-то! Он же его убьет…

– Дар – дракон? – я кивнула и удивление на лице Бунчера быстро сменилось упрямой решительностью. Оставив нас, он бросился к преподавателям.

– Он его убьет… Он сильнее… Он – горгон… У Дара нет шансов, – не смолкая твердила я, не в силах оторвать взгляд от двух точек в небе, одна из которых, все больше замедлялась и все реже отбивалась, так и норовя упасть.

– Они не могут ничего сделать. И боевые заклинания тут не помогут. Дар слишком близко. Если его заденет – это конец, – мрачно прошептал снова появившийся рядом с нами Бун.

– А воздушники? – спросил Ольн. – Если попробовать накинуть на горгона эфирную сеть?

– Она не сможет удержать того, кто питается магией.

Драконы уже не кружили в воздухе. Вцепившись друг в друга, они неслись к земле. И если красный был сверху и, впившись когтями в тело противника, выглядел победителем, черный, весь в порезах и ожогах, уже даже не пытался бороться.

– Дар… – не сдержав чувств, я закрыла лицо ладонями и разрыдалась.

Алеена опустилась рядом, обхватила меня за плечи и крепко прижала к себе. Юбки моего форменного платья запутались в ногах, и из кармана на землю выкатилась пробирка с розовой жидкостью.

– «Слеза желания», – произнесли мы с друзьями в унисон и уставились друг на друга.

Создатель, как я могла забыть?

Потянувшись, я схватила пузырек, открыла и поднесла к губам. Затем зажмурилась.

Артефакт подчиняется только чистому сердцу и добрым помыслам, а значит я не могу пожелать смерти горгону. Зато могу сделать наоборот.

Горьковатая жидкость обожгла горло.

«Пусть Дарел останется жив. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста».

В толпе громко заахали. Я распахнула глаза и задрала голову.

Еще секунда, и драконы ударятся о землю. Сердце сжалось в груди и тут же забилось с бешеной скоростью, когда Дар, резко дернувшись вперед, пробил когтистой лапой грудную клетку Стоуна, и достал все еще бьющееся сердце.

Издав предсмертный рев, красный дракон камнем рухнул на землю, где уже через секунду лежал покрытый кровью обнаженный мужчина. А черный, из последних сил махая крыльями, приземлился рядом с нами и обратился в моего жениха.

– Дарел!

Откуда только взялась энергия, что подняла меня на ноги и бросила в его объятия?

Мое тело сотрясала крупная дрожь, а ладонь прижалась к его груди, желая убедиться, что вот он, живой, стоит рядом, дышит и никуда больше не денется.

Появившийся рядом Бунчер, накинул на плечи брата раздобытый у одного из стражников плащ, в который Дар укутал и меня. Собравшиеся вокруг преподаватели наперебой кричали, что ему нужно в лекарскую. А парень, не обращая внимание, стоял, покачиваясь, и вдыхал запах моих волос.

Зажатая в ладони пустая пробирка полетела на землю и разлетелась на осколки. Заметив это, Дар удивленно приподнял брови и устало хмыкнул.

– Спасибо, колючка.

Мантильская академия, месяц спустя

– Да тише вы, ничего не слышно, – шикнула я на остальных, пристраивая ухо к замочной скважине.

Дарел, Алеена и Бунчер тоже пытались прислушиваться к разговору, но так как стояли чуть дальше, доходило до них не все.

А между тем, за дверью ректорского кабинета, где собрались наши приехавшие с визитом родители, решались наши дальнейшие судьбы…

– Летом! – рыкнул мой отец и, для большей твердости, стукнул ладонью по столешнице.

– Нет, зимой! – не менее твердо осадил его король Веррина Миро Грайм. – Церемония пройдет в моем замке.

– То есть, твой сын забирает у меня единственную внучку, а я даже достойные проводы ей устроить не могу? – взревел король Барлеана Леопольд Вермора. – Двойная свадьба пройдет в моем дворце, а если вы оба воспротивитесь, я объявлю вам войну.

– Но Далия уже все подготовила… – пропустив мимо ушей «веские доводы» верного союзника, застонал король Миро. – Если переносить празднование в Барлеан, то и сроки откладываются.

– Я же сказал, свадьба будет летом, – тут же встрял отец. – К чему такая спешка?

– Да потому что знаю я своих щенков, – судя по голосу, король Веррина уже рвал на голове волосы. – В них терпения ни на цент. Потом не говорите, что я вас не предупреждал, когда обе невесты еще до свадьбы в подоле принесут.

Прижав ладонь ко рту, Алеена издала приглушенный смешок. Пришлось обернуться и снова шикнуть.

– Ничего, я с ними поговорю, – в голосе моего отца сквозила нешуточная угроза. – Если не хотят ждать еще три года, пока девочки закончат обучение, потерпят до лета. Не облезут.

Придерживающий меня за талию Дарел подавился и кашлянул в кулак.

– Хорошо, – снова взял слово король Леопольд. – Раз со свадьбой определились, предлагаю перейти к более насущному вопросу – кто после меня займет трон Барлеана. Я всегда думал, что это будет моя внучка и ее муж, и поэтому собираюсь сделать предложение своему будущему зятю. Бунчеру.

Король Миро громко вздохнул.

– Бун уже дал согласие сменить брата на престоле Веррина. Сами знаете, ликаны – гордый народ и не примут дракона в роли своего короля. Мой младший, Фрай – младенец. А значит, вариантов больше нет.

– Интересно ты все продумал, а где мне брать наследника? – не сдавался король. Леопольд.

– А как же твой сын Шарль?

– Пляшет под дудку жены. Ни своего мнения, ни амбиций.

– Почему бы тебе не передать корону первенцу своей внучки? – спросил его отец. – От Миро все равно не убудет. А зная, какие волки плодовитые, долго ждать не придется.

Мужчины за дверью дружно засмеялись.

Я обернулась к подруге и тут же отметила, что цветом она стала краснее зрелого томата. Бун тоже не сдержал смешка и прижал к себе невесту.

– Не переживай, не с пеленок же нам его отдавать. Вот вырастет, наберется ума… – Алеена, запылав еще ярче, стукнула волка кулачком по плечу.

Разговор трех королей, между тем, продолжался.

– Что насчет наших детей, Вер? – обратился к моему отцу король Миро. – У Виверна уже есть наследник – твой сын Кроу. У Веррина тоже…

– Это не значит, что я не смогу обеспечить дочь достойным приданным. Все спорные приграничные земли отойдут Дарелу и Алексе вместе с герцогским титулом.

– Тогда и я, со своей стороны, прибавлю от Веррина такой же по величине кусок. У меня как раз с собой карта…

В кабинете воцарилась продолжительная тишина, изредка прерываемая шуршанием бумаги. Мои ноги, устав находиться в чуть согнутом состоянии, загудели. Заставив выпрямиться и потереть спину.

В этот момент с лестницы раздался топот ботинок и в коридоре появилась долговязая фигура Ольна.

– Вот вы где, а я вас везде ищу. Пойдемте во двор, – приятель махнул рукой, и мы все дружно бросились следом за ним, к выходу из замка. Там, отдельной от нас кучкой, собрались студенты лекарского факультета, встречающие появившихся из-за двери Молли и Мойру.

– Совсем забыла, что их сегодня выписывают, – протянула Алеена.

– Говорят, король Курезова решил забрать дочь из академии, обозвав это место – рассадником преступности, – хмыкнул Бун.

– Кто мы такие, чтобы его винить? – пожала я плечами, отогнав прочь воспоминания месячной давности.

Мойра, как ни странно, вела себя довольно сдержано. Скупо улыбалась, больше молчала, и на восторженные крики подруг, отвечала лишь кивком головы.

И куда подевалась вся ее бойкость? Исчезла вместе с памятью о нападении?

В одном я уверена точно, продлится это недолго. Такие люди, как вампирша, за месяц не меняются. В отличие от самой академии…

Началось все с позорного увольнения Арамистера Поля, в вину которого вменяли не только растрату бюджета и коррупцию, но и пособничество преступнику. Как оказалось, ректор догадывался о непростом исчезновении преподавателей, но так как это было ему выгодно, расследовать и бить тревогу не спешил. За что и поплатился.

Неделю назад на его место была назначена миссис Судэй, преподавательница ботаники. Женщина со всех сторон достойная, с развитой административной жилкой.

Она не только подняла жалование учителям, но и вернула на рабочие места около десятка уволившихся коллег. Теперь в академии не было незанятых должностей и неохваченных ниш. А общий факультет был расформирован на отдельные: воздушный, огненный, водный и факультет некромантии.

Студентов тоже прибавилось, так как места, которые раньше мистер Поль придерживал для детей аристократов, стали раздавать полагаясь не на глубину кошелька, а на имеющиеся способности и знания.

Мантильская академия снова процветала, и наблюдать за этим было сплошное удовольствие. А после свадьбы, которую я очень постараюсь ускорить – летом, ишь чего удумали! – мы с Дарелом сможем претендовать на общую комнату.

Не могу сказать, что мы мало проводим времени вместе, но из-за еженощных свидания я совершенно не высыпалась.

Визг крутящегося у моих ног Мориса вырвал меня из грез. Дар достал из кармана кусочек сахара и протянул его маленькому обжоре.

– Может, сходим на конюшни? Возьмем лошадей, покатаемся? – предложил Бунчер.

– Вы идите, мы скоро присоединимся, – кивнул ему брат.

– Ольн, ты с нами? – спросила Алеена у некроманта.

– Нет, у меня свидание, – расплывшись в широкой улыбке, приятель направился к тренировочному полю, где его ждала хрупкая блондинка с водного факультета.

Бунчер весело присвистнул, а мы с подругой удивленно переглянулись. Через минуту и эта парочка исчезла из виду, оставив нас с Даром одних.

– Колючка, я должен кое-что у тебя спросить, – он подошел ближе и встал почти вплотную.

– И что же это? – я облизала вдруг пересохшие губы.

– Ты слышала наших отцов. Если раньше я мог предложить тебе корону, то теперь это будут лишь земли и титул. Разочарована? Лучше скажи об этом сейчас…

– А если да? – лукаво улыбнулась я. – Отпустишь?

– Ни за что! Просто, тогда мне придется устроить поход в Безжизненные земли, очистить их от чудовищ и назваться их полноправным правителем. Вряд ли какое-то из королевств захочет претендовать на эту территорию.

Я схватилась за ремни его доломана и громко фыркнула.

– Каким был заносчивым дураком, таким и остался. Только попробуй снова рискнуть собой. Поймаю и все чешуйки по одной оторву.

– Моя грозная драконица, – рассмеялся Дар и привлек меня к себе, чтобы зарыться пятерней в мои распущенные локоны и, наклонившись, легко коснуться губ.

– Твоя личная ведьма, – поправила я его, со всей страстью отвечая на поцелуй.

Конец книги, но не истории!

Подписывайтесь на новинки автора –

Читайте первую книгу цикла о родителях Алексы –

Анонсы книг и общение с автором:

В Телеграм-канале:

В группе VK: