Отель был ужасно, просто неприлично дорогой. И это не сдержанная роскошь на ценителя – нет, здесь всё словно кричало: «Смотрите, как шикарно! Это не для простых смертных».

Я торчала у барной стойки уже добрых двадцать минут, и с каждой минутой бармен посматривал на меня всё напряжённее и напряжённее. Ещё бы, ведь полагалось что-нибудь заказать. А я боялась. Кто знает, может, стакан воды тут стоит как небольшой бюджетный автомобиль. А спросить не рискнула.

Человек, которого я ждала, безбожно опаздывал. Впрочем, наверное, он мог себе это позволить. Я ведь всё равно буду ждать столько, сколько нужно – моё время оплачено. И если уж мой временный босс считает, что это оплаченное время мне нужно убивать на то, чтобы без дела болтаться возле барной стойки, то кто я такая, чтобы с ним спорить? А если бы и хотела поспорить – всё равно не с кем. К месту назначенной встречи до сих пор никто ещё не пришёл.

На самом деле этой встречи я ждала с куда большим замиранием сердца, чем могла признаться даже самой себе.

Клайд Каррингтон – президент крупной транснациональной корпорации. Работать там – моя давняя мечта. От того, какие перспективы открываются перед каждым, кто получит там место, просто дух захватывает!

Да только с моим резюме новичка об этом мечтать было глупо. Я не преуспела даже в том, чтобы найти себе постоянную работу, и этот краткосрочный контракт мне подкинуло агентство, которое пристраивало секретарей на замену.

Вот так просто – два часа назад мне позвонили и велели явиться в отель, чтобы незамедлительно приступить к обязанностям личного ассистента. И моя безумная мечта вдруг перестала быть такой уж безумной.

Мистер Каррингтон приехал в наш город на бизнес-конференцию, и, разумеется, его должна была сопровождать верная ассистентка.

Но она совершенно некстати поскользнулась в аэропорту и сломала ногу.

Или всё-таки кстати? То, что для одного трагедия, для другого может обернуться великой удачей.

В общем, за четверть часа до вылета, разумеется, никого найти было невозможно, так что организаторы конференции подсуетились и наняли меня. И вот я стою у дурацкой барной стойки в строгом секретарском платье, в руках – папка с материалами конференции, расписание важных и менее важных встреч. Всё начнётся уже через час, а я пока ещё даже не знакома со своим боссом. Да и босса нет.

– Будете что-то заказывать? – наконец не выдержал бармен.

– Апельсиновый сок со льдом, – сказала я невозмутимо. Хотя, казалось, волосы зашевелились на голове от ужаса. Хорошо, что у меня с собой кредитка. Надеюсь, я не буду выплачивать кредит за стакан сока до конца своей жизни.

Стоило мне удобнее устроиться на стуле и сделать небольшой глоток (я была намерена сполна насладиться вкусом, возможно, самой дорогой покупки в своей жизни), как рядом появился мужчина.

Нахальный тип в джинсах и майке совсем не подходил этому чопорному и бесконечно дорогому отелю. Я быстро его оценила – красавчик уверенный в том, что он совершенно неотразим для женщин всех возрастов. И, пожалуй, правильно уверенный. Если бы я сейчас не ожидала самую важную встречу в своей жизни, тоже обратила бы на него внимание.

Он окинул меня дерзким оценивающим взглядом, упал на стул рядом и, не здороваясь, заявил:

– Какая красотка! Познакомимся, крошка?

Я сделала несколько нервных глотков сока, совершенно не чувствуя вкуса. Теперь, по законам жанра, должен появиться мой босс и обнаружить, что стоило оставить секретаря на несколько минут – как она уже флиртует с каким-то развязным типом.

Лучшей рекомендации не придумаешь!

И мой удивительный, один на миллион, шанс поработать на одного из самых крутых работодателей страны и показать, что я чего-то стою, прямо на глазах разлетится в пыль.

Нужно было срочно что-то делать. Я взяла стакан, пересела на несколько стульев дальше и с безопасного расстояния прошипела красавчику сквозь зубы:

– Убирайтесь к чёрту! Я здесь по работе.

– По рабо-оте! – воскликнул он. – Это же меняет дело! Так ещё интереснее.

Он ловко вскочил со своего стула (спортсмен, наверное), в несколько шагов сократил расстояние между нами и снова оказался рядом. Я беспомощно посмотрела на бармена. С этим вообще можно что-то сделать?

– Будете что-то заказывать? – спросил бармен теперь уже у приставалы.

– Да! Шампанского девушке!

– Не надо мне шампанского! – воскликнула я в ужасе. – Я не пью! И вообще…

Я не знала, что «вообще», и поэтому обессиленно замолчала. Все мои воздушные замки были разрушены. Если тут появится еще и бутылка шампанского – мне конец! Блестящей карьеры в корпорации я уже не сделаю. Меня к ней на пушечный выстрел не подпустят!

– А что для вас? – так же учтиво поинтересовался бармен у негодяя.

– А мне воду, – сказал тот вдруг изменившимся голосом. – С радостью выпил бы с вами шампанского, Рейчел, но скоро начнётся эта чёртова конференция, так что – увы.

Рейчел? Он назвал меня по имени? Понимание пришло тут же, а вот поверить собственным выводам я не могла. Этот развязный красавчик, похожий на плейбоя, и есть президент крупной корпорации?

Ерунда какая-то.

И всё же я слезла со стула и, придав лицу нейтральное выражение, проговорила:

– Вы мистер Каррингтон? Добрый день! Рада знакомству.

– Да, я Клайд Каррингтон. А вы вряд ли справитесь с работой моего секретаря. Даже нахала отшить не можете. Мне нужен кто-то позубастее. Понимаете?

Я кивнула. Что ж тут непонятного? Я в пролёте.

Клайд Каррингтон посмотрел на часы.

– У меня есть двадцать минут. Постарайтесь за это время ввести меня в курс дела. А после мне нужно переодеться. Так что встретимся уже на конференции.

Я быстро достала папку и начала торопливо излагать планы на сегодняшний вечер и завтрашнее утро.

– Время с одиннадцати до часа освободите, у меня ланч с мэром. На конференции держитесь рядом, многие будут пытаться назначить встречу, но в календарь вносите только то, что я скажу лично.

Я кивнула, но, похоже, этого было недостаточно, потому что Клайд Каррингтон повторил:

– Только то, что скажу лично вам. Я. Если я кому-то скажу: «Надо будет завтра вечером встретиться в неформальной обстановке» – это ничего не значит. Понятно?

Ничего, кроме чьих-то разбитых надежд. Что тут непонятного?

– Да, конечно.

Он ещё раз прошёлся по списку дел, безжалостно вычеркнул из него несколько встреч и мероприятий, назначенных организаторами, бросил бармену «запишите всё на мой счёт» и уже собрался уходить…

– А шампанское?

Я не знаю, как это сорвалось с моих губ. С удовольствием запихала бы эти слова обратно. Однако было уже поздно.

Он обернулся и уставился на меня, приподняв бровь.

– Вы же не хотите, в самом деле, чтобы я его пила?

– В каком номере вы остановились? – спросил он.

– В номере? – не поняла я.

– Чёрт! Организаторы вообще не читают то, что я им пишу? Разумеется, вы должны жить в этом же отеле. Или прикажете ждать по часу каждое утро, пока вы будете стоять в пробках? Снимите номер. Пусть запишут на мой счёт. И скажите бармену, куда отправить шампанское.

С этими словами он вышел, а я осталась с недопитым апельсиновым соком и до основания разрушенными мечтами.

Снять номер, подправить макияж и бегом, едва не спотыкаясь, добраться до конференц-зала. Я едва успела всё это сделать и не опоздать. Понятно, что шансов зацепиться за большого босса, который устроит меня работать в свою корпорацию, уже не осталось, но и ударить в грязь лицом не хотелось совершенно.

Мистер Каррингтон на этот раз не опоздал ни на секунду, и теперь он совершенно не был похож на плейбоя. Строгий костюм, аккуратная причёска и жёсткий взгляд. Собранный, деловой и готовый к бою.

– Три дня, – сказал он мне, как только мы встретились у входа в конференц-зал.

– Простите? – не поняла я.

– За три дня мне найдут секретаря в нашей организации, и он вылетит сюда. Постарайтесь, чтобы за это время не случилось полной катастрофы.

Я вспыхнула. Вот об этом он мог бы меня не предупреждать. В конце концов, я достаточно квалифицированный секретарь, и у меня даже есть неплохие рекомендации. И с чего он взял… но вся эта гневная речь так и осталась в моём воображении. Вслух я сказала:

– Конечно, мистер Каррингтон, я сделаю всё, что от меня зависит.

«Чтоб тебе провалиться, чёртов сноб!» – это я добавила уже про себя.

А в течение следующих трёх часов… Боже, я думала, что сойду с ума.

Мой босс был буквально нарасхват. На него налетали все. Улыбки, заискивающие взгляды, неприкрытая лесть – каждый словно пытался урвать кусочек от этого успешного бизнесмена.

Насколько я понимала, большинство хотели просто украсть его время, и никаких серьёзных дел или предложений у них не было. Так что я внимательно вслушивалась не в то, что несли они, а в то, что говорил мой босс.

– О да, надо будет как-нибудь встретиться это обсудить.

– В самом деле?

– Да, оставьте свою визитку Рейчел – она с вами свяжется.

Я принимаю визитку и спокойно бросаю её в сумку. Вряд ли она пригодится.

– Рейчел, завтра после пяти есть свободное время?

Сверяюсь с расписанием.

– Можно найти.

– Хорошо. Внесите встречу с мистером Брандисом.

Я быстро помечаю, уточняя на ходу:

– Место встречи?

– Пожалуй, здесь, в баре. На разъезды у меня времени не будет.

Мистер Брандис благодарно жмёт руку моему боссу и, окрылённый, уходит.

Всё это безумие заканчивается далеко за полночь. Я буквально валюсь с ног. Список встреч мистера Каррингтона забит на ближайшие три дня под завязку.

Я украдкой поглядываю на него. Он бодрый, сосредоточенный, как будто только что вышел из своего номера. Он что, робот? Или сверхчеловек? Не знаю.

– Рейчел, – обратился он ко мне, когда мы наконец покинули конференц-зал, – пойдёмте поужинаем.

Я хотела бы отказаться, но, чёрт возьми, проголодалась как волк. Или как волчица.

Конечно, после официальной части начался фуршет, но трудно отдать должное закускам и аппетитным канапе, когда в одной руке у тебя ежедневник, в другой – ручка, а ещё пригодилась бы третья – брать ненужные визитки.

К счастью, ресторан при отеле работал круглосуточно. Сейчас там играла тихая музыка и были заняты всего несколько столиков. Мистер Каррингтон отыскал место в углу и прямиком направился туда.

Официант положил перед нами две книжечки меню. Мой босс наскоро пролистнул его и тут же сделал заказ. Это заняло у него меньше минуты. Назвав выбранные блюда, он недовольно уставился на меня, мол, почему задерживаю.

А я только и успела, что открыть меню.

Медлить было нельзя, это я отлично понимала. Пусть битва уже проиграна, но я, по крайней мере, постараюсь выбыть из неё с меньшим позором.

Я ткнула пальцем в первое попавшееся блюдо, а на словах попросила воды. Вряд ли в этом ресторане мне принесут что-то совсем уж несъедобное.

– Дайте ежедневник, – распорядился босс.

Я протянула книжицу, несколько страниц которой было мелко исписано. Он придирчиво просмотрел мои записи, хмыкнул и сказал:

– Неплохо. А почему вот здесь, вот здесь и вот здесь свободные места?

– Полагаю, вы должны что-то есть, и на это требуется время.

Он снова хмыкнул.

– В следующий раз, вместо того чтобы полагать, спрашивайте меня.

– А если бы я спросила? – осмелела я вдруг. – Вы бы предпочли остаться без ланча?

Он улыбнулся, пожалуй, впервые за сегодняшний вечер, не вежливой дежурной улыбкой, а широко и открыто.

– Я бы предпочёл сам его запланировать.

Ответить на это мне было нечего. К счастью, и не понадобилось – нам принесли заказ.

Увидев свое блюдо, я едва сдержала вздох разочарования: мидии. Чёртовы мидии. Я их терпеть не могу, с тех пор как мне досталась банка не слишком свежих морепродуктов. Отравление, несколько дней в больнице, и, хотя в той злополучной банке были креветки, осьминоги и ещё что-то там, мой организм решил, что именно мидии – самая отвратительная еда на свете.

Что ж, сама виновата. Я стала ковыряться в тарелке, пытаясь выудить оттуда что-то более или менее съедобное. Мы поужинали в полном молчании.

– Завтра первая встреча в девять, – сказала я. – Я ведь вам понадоблюсь?

– Разумеется, – ответил босс. – Спокойной ночи.

Спокойной ночи?

Возможно, его ночь и будет спокойной, а вот моя вряд ли. Я, конечно, сняла тут номер, но уж точно не приехала в отель с чемоданом вещей, косметики, сменными туфлями, сумочками – в общем, всем тем, что необходимо, чтобы к девяти часам быть во всеоружии.

Так что я дошла до своего номера, потопталась на пороге и вызвала такси. Заехать домой за вещами, по пути перехватить гамбургер в какой-нибудь забегаловке и изо всех сил надеяться, что успею выспаться часов за шесть.

Три гамбургера и огромная кола! Я расправилась с ними в течение каких-то пяти минут и почти захмелела от сытости. Настроение улучшилось, и жизнь уже не казалась полной мрачных красок.

Первый день позади. Осталось ещё два поработать на этого монстра. Что ж, срок небольшой. Я выдержу и справлюсь. И кто знает, может, он всё-таки переменит своё мнение и путь к работе в корпорации не так уж и закрыт?

Чёрт бы побрал Элис!

Идеальный секретарь: собранная, пунктуальная, внимательная к мелочам. А вот растянуться на только что вымытом полу и сломать ногу – это, я вам скажу, не мелочь.

Тем более когда впереди важное мероприятие – десятки встреч и сотни бездельников и бесполезных личностей, которые попытаются украсть моё время. «Мистер Каррингтон, я изобрёл вечный двигатель – вашу корпорацию это должно заинтересовать…»

Казалось бы, такие психи не должны попадать на серьёзные конференции, но они туда просачиваются.

До вылета оставалось совсем немного, однако организаторы успели прислать мне с десяток резюме. Решение следовало принимать быстро: вечером торжественное открытие, и ассистентка нужна мне уже там, так что я быстро пролистывал страницы одну за другой, пытаясь проявить чуть ли ни экстрасенсорные способности и определить, которая из претенденток не превратит эту конференцию в ад.

Однако с каждым новым резюме накатывало раздражение. Достаточно было лишь взглянуть на фото соискательниц.

Я снова недобрым словом помянул организаторов. Что они себе думают? Я тут секретаря выбираю или победительницу конкурса красоты? Последнее, что мне нужно, – это красотка, на которую все будут пялиться и терять дар речи.

На одном фото мой взгляд задержался. Темноволосая девушка с большими ясными глазами, почти без косметики.

Серая мышка.

Я пробежался взглядом по тексту: образование, опыт работы, личные качества – ничего выдающегося, но в целом неплохо, сойдёт. «Рейчел Стюарт. Пусть ждёт меня в баре отеля в 17:00» – отправил я короткое сообщение организаторам, и тут как раз объявили посадку.

Ненавижу опаздывать, а особенно если опоздание происходит не по моей вине, но пробкам плевать, что я там думаю.

Время близилось к 17:30, а я только подъезжал к отелю, и, разумеется, у меня не было никаких контактов новоиспеченного секретаря, чтобы предупредить об опоздании. Я отправил портье отнести вещи в номер, а сам пошёл к бару – извиниться, познакомиться, спланировать работу. Она сидела у стойки и потягивала апельсиновый сок.

Чёрт! Чёрт бы побрал фотографа, который сделал этот нелепый снимок. Серая мышка?

Вот уж нет.

Рейчел Стюарт была красавицей.

И обладала особым очарованием красивой женщины, которая даже не догадывается о том, что красива. Ладная фигура, костюм, который сидит безупречно – вряд ли дорогой, но подобран со вкусом. Аккуратная причёска, неброский макияж и взгляд – глубокий, затягивающий, словно омут.

Я среагировал на неё сразу же. Именно такие женщины мне всегда нравились. Умные, утонченные, изысканные.

И это было очень плохо. Потому что в ближайшие пару недель мне надо работать, а не пялиться на роскошные формы и тонуть в глубоких глазах.

– Какая красотка! Познакомимся, крошка?

Испуг, паника. Она была чертовски трогательна в роли лани, увидевшей хищника. Но быстро справилась с собой.

– Убирайтесь к черту! – Теперь она была похожа на рассерженную кошку. И это тоже ей зверски шло.

Рейчел Стюарт. Ходячий соблазн и мощный отвлекающий фактор.

Нужно от неё избавиться, и чем скорее, тем лучше.

Работать с Клайдом Каррингтоном – это все равно что плавать в открытом океане в шторм. Вроде бы и страшно, но стоит приспособиться и поймать волну, как начинаешь получать удовольствие.

И, кажется, на второй день конференции я ее поймала.

Как и вчера, вокруг нас с Клайдом Каррингтоном шла активная жизнь. Туда-сюда сновали мелкие рыбешки, визитки которых тут же тонули в недрах моей сумочки. Встречались и водные жители посолиднее, которые стоили того, чтобы отыскать свободные полчаса в расписании моего временного босса.

Делать это, кстати, становилось все труднее: в какой-то момент крупная рыба шла буквально косяком, вызывая у меня стойкое желание уйти на дно. В итоге пришлось даже отрезать немного времени, выделенного для ланча, ради одной весьма представительной акулы бизнеса.

Сам мистер Каррингтон представлялся мне китом. Он совершенно точно был в этом водоеме самой крупной фигурой и, видимо, хорошо это осознавал. Наблюдая, как уверенно он держится, как молниеносно принимает решения, я пожалела, что нам осталось работать вместе всего каких-то неполных полтора дня. У моего босса совершенно точно было чему поучиться. Хотя бы тому, как он вел беседу, располагая к себе всех вокруг, но при этом заставляя соблюдать дистанцию. Со всеми он общался одинаково уверенно и дружелюбно – никого не боялся, но и слопать никого не хотел.

Кем же я чувствовала себя в этом бушующем океане большого бизнеса? Может быть, планктоном? Кажется, им питаются киты?

– Рейчел, что у нас дальше? – Голос Клайда Каррингтона прозвучал у меня прямо над ухом.

– Ланч, – отрапортовала я.

– Оставьте свою визитку, – с улыбкой сказал босс очередному хищнику.

Я вежливо улыбнулась и преспокойно отправила визитку покоиться на дне сумочки.

В ресторане мистер Каррингтон сделал заказ так же молниеносно, как и в прошлый раз. А я снова не смогла быстро сориентироваться. Куда уж там, если за сутки мои требования к блюдам выросли вдвое: если вчера мне было достаточно, чтобы они были съедобными, то сегодня в качестве условия добавилось полное отсутствие мидий. А эти гады могли оказаться почти в каждом из представленных в меню блюд с длиннющими вычурными названиями.

Я перескакивала глазами с одной строчки на другую, разыскивая что-то простенькое типа «суп из свежего картофеля» или «овощное рагу», и почти физически ощущала, как растет нетерпение босса. На мое счастье, пиликнул его телефон, и он отвлекся на сообщение. Кто бы ты ни был, неизвестный отправитель, знай, я перед тобой в долгу.

Или нет?

Я наконец ткнула пальцем в блюдо под названием «рататуй» и, подняв глаза от меню, встретилась взглядом с мистером Каррингтоном. Выражение его лица было недобрым. Ни на одну акулу или даже какую-нибудь селедку бизнеса он не смотрел вот так хмуро и недовольно, как на меня сейчас.

– Вы остаетесь со мной до конца конференции.

– А что случилось? – поинтересовалась я, еще не понимая, радоваться мне новой возможности продемонстрировать свои лучшие деловые качества или расстраиваться из-за того, что кто-то так откровенно не хочет их оценивать. А я ведь старалась изо всех сил и придраться к моей работе было нельзя!

– Секретарь на замену отравилась, – коротко пояснил босс.

– Неужели так не хотела с вами работать, что предпочла выпить яд? – ляпнула я, прежде чем успела прикусить язычок.

Ужасно непрофессионально! Но разве можно меня винить – если кое-кто только и делает, что сомневается в моих профессиональных качествах!

– Очень смешно. – Клайд Каррингтон посмотрел на меня без всякого намека на улыбку. – Просто неудачно сходила в китайский ресторан.

Я ожидала выговора за неуместную шутку, но он, кажется, совсем забыл обо мне, полностью сосредоточившись на переписке в телефоне. Оставалось только надеяться, что он не трясет эйчаров, требуя немедленно найти хоть какого-нибудь секретаря.

В это время в ресторан вошла весьма примечательная дама. Я застыла от восхищения.

– Это же та самая актриса, Бетти, из того сериала! Я ее просто обожаю!

Я с трудом перестала пялиться на актрису и повернулась к Клайду Каррингтону. И тут же наткнулась на его тяжелый взгляд, который совершенно явственно свидетельствовал о том, что мой босс не был поклонником сериалов.

Пришлось снова прикусить язык. Все, теперь я в глазах босса – особа праздная и глуповатая. Ведь сериалы, по мнению умных и серьезных мужчин, смотрят только такие, да?

– Это же Кира Эванс! – вдруг отчетливо раздалось из-за столика справа. Я осторожно огляделась: все остальные посетители тоже не сводили глаз с красотки актрисы и украдкой снимали ее на телефоны.

Я почувствовала себя намного увереннее. И уже открыто принялась разглядывать суперзвезду.

А она вдруг посмотрела прямо на меня, потом на мистера Каррингтона и снова на меня. И тут же указала на нас с боссом своему спутнику. Я только сейчас заметила, что актриса была не одна. Рядом с ней стоял высокий широкоплечий блондин, неуловимо похожий на викинга. Его лицо казалось мне смутно знакомым – наверняка тоже какая-то знаменитость.

Я вспомнила, что читала где-то в светской хронике: Кира Эванс долгое время встречалась с крупным бизнесменом, а потом разбила ему сердце, променяв на молодого футболиста.

Кажется, как раз этот футболист и идет рядом с ней.

И идут они к нам!

Почему? Зачем?

Я повернулась к боссу, чтобы поделиться с ним своим открытием и…

И тут же поняла, кто тот самый бизнесмен с разбитым сердцем. Мрачный взгляд мистера Каррингтона, которым он пожирал красавицу, не оставлял никаких сомнений.

– Клайд, привет! Вот это неожиданность! – зазвенел прелестным колокольчиком над моей головой звездный голос. – Не ожидала тебя здесь увидеть!

– Конечно, кто бы мог подумать, что я приеду на крупную отраслевую бизнес-конференцию, – произнес мой босс и широко улыбнулся.

Если эта дамочка и разбила когда-то ему сердце, то он явно не собирался этого демонстрировать.

– Знакомься, это Лайонелл!

Футболист выглянул из-за плеча Киры и протянул моему боссу руку.

Мистер Каррингтон с удивлением посмотрел на его широкую ладонь.

Я откинулась на спинку стула и стала наблюдать за развитием событий. Не каждый день у тебя на глазах разыгрывается любовная драма. Можно сказать, персональный сериал. Пожалуй, в этом эпизоде буду переживать за босса, все-таки я его лучше знаю. Пусть задаст жару этим двоим!

– По-моему, из всех бывших Киры вы самый приличный человек, – обезоруживающе улыбнулся Лайонелл.

Я едва не поперхнулась. Вот уж комплимент так комплимент!

– Польщен, – сухо бросил мой босс и, наконец, пожал футболисту руку. – А это Рейчел.

Мистер Каррингтон кивнул в мою сторону, и все трое разом взглянули на меня.

Ой! А это еще зачем? В этом эпизоде я планировала исключительно роль зрителя!

Я вытянулась в струнку, как отличница на уроке, и улыбнулась так же широко, как и Лайонелл.

– Рейчел – моя невеста, – объявил мистер Каррингтон торжественным тоном.

И пока его слова доходили до меня, пока с лица медленно сползала дурацкая улыбка, освобождая место для других, более подходящих к случаю эмоций, босс взял меня за руку и с силой сжал ладонь.

– Клайд, я так рада! – воскликнула Кира и впилась в мое лицо цепким взглядом. Не похоже было, что она так уж рада… Скорее на ее лице читалось что-то вроде «Это еще кто такая!», но это выражение быстро исчезло, все-таки она хорошая актриса. – Вы такая милая пара! Надеюсь, вы будете счастливы вместе.

– Э-э-э… – Я хотела внести ясность в ситуацию, но мистер Каррингтон так сжал мне руку и так нежно при этом заглянул в глаза, что я и без слов поняла, что он имеет в виду: пискну – убьет.

– Благодарю, – кивнул он Кире и тут же перевел взгляд на меня.

Сколько же любви и восхищения было в его глазах. И только в глубине зрачков светился все тот же невербальный посыл: «пискнешь – убью».

Интересно, одна я уловила скрытую угрозу? Кажется, да. Потому что футболист с актрисой смотрели на нас с таким умилением, словно мы были двумя котятками с рождественских открыток.

– Ох, как жаль, что нам уже пора бежать, – растягивая гласные, сказала Кира. – Я бы так хотела узнать вашу историю любви и вообще познакомиться с Рейчел поближе. Уверена, она выдающаяся девушка. Раз уж у вас дело идет к свадьбе.

Только вот в ее взгляде я не видела особой симпатии. Что неудивительно при данных обстоятельствах.

– Потрясающая, – подтвердил босс и еще крепче сжал мне руку.

Кажется, неожиданный фарс подходил к концу, и до того момента, как я могла бы выдохнуть и потребовать объяснений у мистера Каррингтона, оставалось всего ничего.

– Хорошего дня, – произнесла Кира и уже помахала нам рукой. – Надеюсь, когда-нибудь увидимся.

Я помахала ей в ответ и потянула на себя стиснутую ладонь, но тут вмешался Лайонелл.

– Почему – когда-нибудь? – воскликнул он. – А приезжайте в эти выходные ко мне на виллу. Это здесь, совсем недалеко.

Он назвал район и посмотрел на нас наивными голубыми глазами. В них светилась такая искренняя радость, что отказать ему было сложнее, чем отнять конфетку у ребенка.

Однако, насколько я успела изучить своего временного босса, ни первое, ни второе для него особой сложности не представляет.

Вон скольким людям он сегодня на моих глазах отказался помочь развить дело их жизни и даже глазом не моргнул. А уж отшить нового парня своей бывшей для него вообще должно быть плевым делом.

– С удовольствием, – донеслись в этот момент до меня слова мистера Каррингтона. – Да, дорогая?

Я как раз прокручивала в уме его слова, пытаясь понять, где в нем слова «нет, мы никогда в жизни не приедем на вашу виллу, не надейтесь даже», так что замешкалась с ответом.

Он снова с силой сжал мою ладонь.

– М-м-м… Вообще-то… – начала я, но договорить не успела.

– Вот и прекрасно, – подытожил Клайд Каррингтон.

– Значит, договорились, – просиял Лайонелл.

– Ждем вас в нашем маленьком уютном гнездышке, – прозвенела своим голоском-колокольчиком Кира. Ее взгляд при этом оставался холодным.

Похоже, ей не очень-то нравилась эта затея. И тут я была с ней совершенно согласна.

Затем звездная парочка удалилась. Как раз вовремя, так как ровно в следующую секунду я перестала сдерживаться и недобро зашипела:

– Что это было?

Перспектива потерять работу меня уже не очень пугала. Во-первых, искать нового секретаря взамен отравленного у босса просто нет времени. А во-вторых, это уже не работа, а черт знает что!

От ванильной атмосферы, царившей здесь минуту назад, не осталось и следа. С лица моего босса мгновенно исчез весь флер наигранной влюбленности. Передо мной снова была не подделка под изрядно подросшего Ромео, а могучий кит большого бизнеса.

– Тройная оплата, – сказал он холодно и строго. Таким тоном, словно то, что я соглашусь продолжить только что начатый тут фарс, было само собой разумеющимся. Так, пару деталей согласовать осталось.

Только Клайд Каррингтон еще не знал, с кем имеет дело.

– Напомню, мистер Каррингтон, что я давала согласие только на то, чтобы выполнять обязанности секретаря, а не какой-то там… вашей невесты!

– Речь идет всего о двух днях! – продолжал настаивать он.

– Я подобными вещами не занимаюсь. И вообще, если хотите знать, у меня уже есть жених. Настоящий!

Никакой реакции. Как будто информация о существовании моего жениха стала для него хоть и неприятным, но не слишком-то значимым сюрпризом.

– Кажется, вы мечтали получить должность в моей компании?

Я уже была почти готова выложить все, что думаю об его деловом подходе, но вовремя осеклась. Последние слова показались мне вполне себе нормальными. И даже многообещающими.

– Вы хотите что-то предложить? – тут же совершенно конструктивно спросила я.

– Думаю, вы бы смогли занять место, скажем, ассистента моего личного помощника. Если бы продемонстрировали… нестандартный подход к работе и умение подстраиваться под обстоятельства. Например, в эти выходные.

В такой формулировке предложение притвориться невестой босса звучало гораздо менее обидно. И даже вполне себе заманчиво. Пусть моя карьера в огромной транснациональной компании начнется несколько нестандартно, но ведь главное, что она начнется, правда?

Я задумалась.

– И предложение о тройной оплате все еще в силе, – добавил он вкрадчиво.

Ох, думаю, таким вот бархатным баритоном говорил когда-то с Евой и змей-искуситель, уговаривая ее съесть всего одно яблочко.

– Хорошо, обсудим детали, – деловым тоном ответила я.

Следующий день был таким же трудным и суматошным, как и все предыдущие. Только к служебным заботам добавились еще и новые: меня не покидали тревожные мысли. Не напрасно ли я согласилась на эту авантюру? Актриса из меня так себе, и звезда экрана Кира быстро раскусит мою игру.

А вот Клайд Каррингтон как ни в чем не бывало продолжал интенсивно работать. Словно заводить фальшивых невест для него обычное дело. А ведь нам было что обсудить!

– Мистер Каррингтон, я бы хотела поговорить о бюджете нашего проекта, – начала я разговор деловым тоном. – Того… в общем… на этот уикенд…

Деловой тон куда-то улетучился, и последние слова я почти шептала.

– Тебя не устраивает размер вознаграждения? – Босс смерил меня цепким взглядом.

– Вовсе нет, – промямлила я. – Просто мне потребуются некоторые вещи… Только для того, чтобы создать нужное впечатление.

Боюсь, мой собственный гардероб никак не подойдет невесте миллионера. А сам миллионер вряд ли об этом задумается. Эта мысль добавила мне уверенности, и я вполне бодро закончила:

– Так что мне нужно время для шопинга. И бюджет! Но как только все это закончится, я их вам тут же верну…

– Не нужно ничего возвращать, – перебил он меня. – Элис закажет все необходимое, я уже дал ей распоряжение на этот счет.

– Элис? Ваша ассистентка? – удивилась я.

Вот сейчас было обидно. Неужели он настолько низкого мнения о моем вкусе, что не доверил мне самой выбрать для себя одежду?

– Да, – коротко кивнул он, явно не намереваясь продолжать этот разговор.

– Но ведь у нее сломана нога, – все же не удержалась я от нового замечания, рискуя вызвать недовольство босса.

– И что? – Он одарил меня еще одним взглядом из серии «ох уж эта Рейчел». – Голова и руки у нее в полном порядке, для заказов через интернет этого достаточно.

Я пожала плечами, делая вид, что сдалась под натиском его доводов. Хотя в глубине души была с ним совершенно не согласна и искренне сочувствовала незнакомой мне Элис. Она, может быть, в первый раз в жизни получила возможность валяться в кровати, ничего не делая, несколько недель подряд, но неуемный Клайд Каррингтон, конечно, не мог все так оставить.

Настоящий тиран!

Представляю, какие порядки царят у них в коллективе – средневековые рабовладельцы лопнули бы от зависти.

На мгновение я представила себя частичкой этой команды, маленьким винтиком в огромном механизме под названием «транснациональная корпорация».

Как день за днем прихожу в главный офис бизнес-центра, поднимаюсь на сто-какой-нибудь этаж и целыми днями кручусь, печатаю, решаю, назначаю, звоню и делаю массу других неотложных дел. А в это время где-то внизу, на земле, идет обычная жизнь. Люди встречаются, болтают, пьют кофе, смотрят фильмы…

Нет, не то чтобы я вдруг загрустила. Работа в компании такого масштаба всегда была моей мечтой, и я изо всех сил стремилась к ней. Но… действительно ли она сделает меня счастливой?

В том, что Клайд Каррингтон не способен испытывать к своим сотрудникам жалость или соблюдать их личные границы, мне довелось убедиться тем же вечером. Я как раз собиралась воздать должное огромной удобной кровати в номере, когда вдруг ожил мой телефон.

«Рейчел, зайдите ко мне в номер», – прочитала я входящее сообщение.

Имя отправителя можно было и не смотреть. Привычку общаться с людьми краткими приказами имел только один мой знакомый. Интересно, что ему могло понадобиться в такое время? Уточнить расписание на завтра, дать мне новую тысячу заданий или?..

Очень неприличное предположение, которое вдруг мелькнуло в голове, я все же отмела.

Нет, Клайд Каррингтон, этот мистер Ноль Эмоций на такое попросту не способен. Удивительно вообще, как у него с Кирой что-то получилось. Может, она просто дала взятку его ассистентке, и та внесла свидание с ней в его ежедневник?

Хихикая над своими мыслями, я поднялась на верхний этаж и постучалась в дверь люкса, который занимал босс.

– Входи! – донесся голос мистера Каррингтона.

Я осторожно шагнула внутрь и, кажется, попала в гостиную. Кровати здесь не было, только огромный диван с бархатной обивкой. Перед ним – столик, на котором аккуратно были расставлены корзины с фруктами и тарелки с закусками. В центре торжественно возвышалась бутылка вина.

Выглядело это все довольно подозрительно и навевало мысли о том, что мистер Каррингтон не такой уж и сухарь, каким кажется на первый взгляд.

– Садись, Рейчел.

Он появился из-за двери, которую я сначала и не заметила. И, хотя голос его звучал так же буднично, как и обычно, я вдруг почувствовала себя неловко.

Замерла у двери, боясь сделать хоть шаг.

– У нас не так много времени, – поморщился босс, заметив, что я не тороплюсь оказаться на его диване. – Раз уж мы будем изображать пару, нужно узнать друг друга получше. Так что давай сделаем это по-быстрому.

Закончив фразу, Клайд Каррингтон подошел ко мне совсем близко и резким жестом указал на диван.

Что?!

Это было уже слишком.

Пусть он богат, умен и хорош собой, но обращаться так с собой я ему не позволю! Нет уж, Рейчел Стюарт сможет стереть с его лица это самоуверенное выражение!

Я как следует замахнулась и влепила ему пощечину! Точнее, попыталась влепить. Ах, какой звонкой и обидной она могла бы получиться!

Если бы он не перехватил мое запястье, когда между ладонью и щекой оставалось всего каких-то пару дюймов.

– Это еще что такое? – Он удивленно посмотрел на меня сверху вниз, аккуратно придерживая мою руку.

– Ничего я тут с вами по-быстрому делать не собираюсь, – выпалила я. – Вообще-то я уже говорила, что у меня есть жених и…

– И что, он запрещает тебе разговаривать с другими мужчинами? – усмехнулся Клайд Каррингтон. – А я-то надеялся услышать рассказ о твоей семье, хобби и предпочтениях. Это ведь нормально, что жених и невеста знают друг о друге такие вещи?

Я посмотрела на него с недоверием, но ничего хотя бы отдаленно напоминающего страсть и вожделение во взгляде моего босса не было. Да уж, кажется, домогаться он и не планировал. А «узнать друг друга получше» означало именно узнать друг друга получше.

– Извините, – буркнула я. – Просто был тяжелый день.

Видимо, он понял, что драться я больше не намерена, и наконец отпустил мою руку. Я опустилась на диван, забившись на всякий случай в самый дальний угол.

– Вот, – он протянул мне планшет, – Элис составила анкету по методике каких-то канадских ученых.

И снова Элис! Если она со сломанной ногой столько успевает, на что же она способна в своем рабочем состоянии? Я уже побаивалась эту женщину. А ведь мне предстояло с ней работать!

– Приступим, – строго сказал мистер Каррингтон.

Мы разместились в противоположных углах дивана и стали делать все возможное, чтобы прослыть самыми что ни на есть типичными страстными влюбленными. Ну, то есть отвечать на вопросы.

– Любимый цвет? – мистер Каррингтон внимательно посмотрел на меня.

– Желтый, – выпалила я.

Он взглянул на меня недоверчиво, как будто сомневался в том, что желтый вообще может кому-то нравиться.

– Очень радостный и теплый цвет, – пояснила я на всякий случай.

– Хорошо, – кивнул он. – Мне нравится серый.

Вот уж не сомневалась!

– Графитово-серый или стальной? – уточнила я.

– Что? – не понял босс.

Ну да, еще бы он различал оттенки.

– Серый, поняла, – торопливо согласилась я.

Мы оба сделали отметки в своих анкетах, выпили по глотку вина и перешли к следующему пункту.

Надо сказать, что группа канадских ученых и бедняжка Элис постарались на славу: вопросов действительно было много. К тому моменту, когда бокалы почти опустели, мне казалось, что я знаю мистера Каррингтона лучше, чем родного брата.

Но, похоже, самое интересное только начиналось.

– Где были заработаны первые деньги? – зачитал босс очередной пункт.

– Нянчилась с соседскими детишками, – тут же ответила я с улыбкой. Это было приятное воспоминание. – Они оказались такими озорниками! Но в итоге мы нашли общий язык.

Я тут же принялась рассказывать о самых забавных из их проказ. Уж не знаю, что на этот счет сказали бы канадские ученые, но лично мне казалось, что влюбленные вполне могли бы делиться друг с другом такими подробностями.

Впрочем, мистер Каррингтон, кажется, придерживался другого мнения. Даже история о том, как ребята попросили меня набрать яблок, а потом убрали стремянку, чтобы я не могла спуститься с дерева, его не рассмешила. Наоборот, он нахмурил брови и поджал губы.

– А как заработали первые деньги вы? – Я постаралась завершить рассказ побыстрее, принеся в жертву массу забавных деталей.

– Я занимался стритрейсингом.

– Что?

Мои глаза сами по себе распахнулись на половину лица. Клайд Каррингтон, человек Совершенство, мистер Я-Всегда-Все-Делаю-Правильно принимал участие в незаконных гонках по ночному городу?

– Прошу отметить, что я совершенно не горжусь этим, – поспешил заявить он. – Если бы я мог что-то изменить в своей жизни, то выбрал бы именно это. Давай перейдем к другому вопросу.

– Нет-нет, надо сделать несколько уточнений, – остановила его я. – А то… вдруг речь зайдет об этом, а я…

Не то чтобы мне нужны были какие-то детали. Просто я вдруг представила Клайда Каррингтона за рулем крутого авто, на огромной скорости несущегося в ночи. Запах сцеплений и жженой резины, визг тормозов, неоновые вывески, сливающиеся в одно пятно. И глаза, цепко и уверенно смотрящие вперед. Я такой взгляд знаю – во время конференции видела его не раз. От картины, которую я себе представила, вдоль позвоночника мгновенно пробежали мурашки.

– Что ты хочешь уточнить? – нахмурился босс.

– Ну… и какие были успехи?

– Обычно я побеждал, – сказал он ровно. Честное слово, в этом не было ни капли бахвальства. Он говорил так, будто побеждать для него совершенно естественно.

Мое воображение безотказно сработало и тут. Я представила босса выходящим из авто под восторженные крики толпы, девчонок в коротких юбочках, так и норовящих его обнять, шампанское, фонтаном льющееся на все это безобразие…

Почему-то стало жарко.

– Вау! – совершенно искренне восхитилась я.

– Не думаю, что нужно об этом говорить. Давай перейдем к следующему вопросу.

Он произнес это таким тоном, что стало понятно: подробностей не будет, как ни проси. И хотя образ крутого гонщика Клайда все никак не хотел улетучиваться из головы, я послушно взялась за анкету.

– Любимый стиль музыки, – зачитала я.

– Тяжелый рок, – ответил мистер Каррингтон, и я едва сдержалась, чтобы не вскрикнуть.

Мало мне было босса-стритрейсера? Теперь его в моем воображении уверенно теснил босс-рокер в драных джинсах и косухе, надетой – чего уж там! – прямо на голое тело.

– Рейчел, ты тоже должна ответить, – напомнил он, когда пауза затянулась.

– Ох, да, – опомнилась я. – Просто тоже предпочитаю рок, вот ведь как совпало.

– Серьезно? – мистер Каррингтон впервые посмотрел на меня, не скрывая удивления.

– О да! – Его интерес был мне приятен. – В пятнадцать лет я даже покрасила волосы в ядовито-красный, чтобы стать похожей на своего кумира. Меня из-за этого даже чуть не исключили из школы. Оказалось, что в пансионате для девочек такое не прощают. Кстати, вы знаете, что такой цвет уже невозможно перекрасить ни в какой другой?

– Хорошо, что предупредила, теперь точно не буду экспериментировать, – хмыкнул босс. – А что же сделала ты?

– После нескольких попыток вернуть свой цвет мне пришлось почти полностью состричь остатки волос. И меня выгнали за неприемлемую для старинного уважаемого заведения стрижку.

Мы посмотрели друг другу в глаза и громко засмеялись.

– Вы бы видели глаза нашей директрисы, – сквозь смех продолжала я. – Ее щеки были ярче моих волос.

– Неужели тебя так и не простили?

– Не-а, – весело отозвалась я. – Пришлось перейти в обычную городскую школу. Я ни о чем не жалею. Только волосы с тех пор берегу и больше не крашу.

Словно пытаясь что-то доказать, я распустила волосы, и они привычно легли мне на плечи пушистым темным облаком, мягким водопадом спустились вдоль спины. Мистер Каррингтон скользнул по ним взглядом и тут же едва заметно встряхнул головой.

– Давай следующий вопрос, – тут же обычным сухим голосом произнес он. – Мы слишком тянем время.

Но, как бы мы ни торопились, все равно закончили наш блиц-опрос далеко за полночь. Я устала, но не могла не признать, что это того стоило: ближе к финалу у меня действительно появилось ощущение, что я уже полгода живу бок о бок с Клайдом Каррингтоном, готовлю по утрам его любимые панкейки с клубничным джемом и периодически пытаюсь разбавить монотонный интерьер квартиры яркими вещичками.

Будь моя воля, тут же выписала бы Нобелевскую премию группе канадских ученых и обычную денежную – бедняжке Элис.

– Кажется, закончили, – констатировал мистер Каррингтон и посмотрел на меня с таким же выражением, с каким ждал ответа на очередной вопрос. Хотя чего еще было ему ждать?

– Да. Мне пора. Вы ведь наверняка хотите еще немного почитать перед сном. – Теперь я знала о его привычках все.

– Конечно, а тебе завтра рано вставать, чтобы успеть позаниматься йогой. – Босс тоже был в курсе моего распорядка дня.

Мы молча дошли до двери его номера. Почему-то мне казалось, что атмосфера сделалась напряженной. Может быть, потому что один вопрос так и остался не задан?

Он мучил меня уже давно, с того самого момента как мистер Каррингтон предложил эту странную сделку. Все же я не думала, что когда-нибудь решусь спросить об этом. В конце концов, это было не мое дело.

Да, точно не мое. Я была совершенно в этом уверена в тот момент, когда стояла на пороге, готовая просто молча уйти. И свой голос услышала будто бы со стороны:

– Мистер Каррингтон, вы хотите вернуть ее?

Казалось, я только уснула, а звук будильника уже ввинчивается в уши, заставляя меня подскочить с кровати, чтобы начать новый день. Потому что конференция идет по своему графику и не делает никаких скидок на то, что вечером я несколько часов кряду узнавала получше своего босса, а потом еще несколько часов крутилась в кровати и не могла заснуть, размышляя о том, какая же я все-таки идиотка.

Это же надо было спросить такое: «Вы хотите ее вернуть?» Ответом мне был совершенно ледяной взгляд и вежливое: «Доброй ночи, Рейчел».

Словно холодной водой окатили.

И правильно, так мне и надо. Зачем лезть в чужую жизнь? Отношения моего босса и его бывшей подружки – это уж точно не мое дело.

Нет, меня тоже можно понять. Все-таки после всех этих вопросов и ответов уже стало складываться впечатление, что мы с Клайдом Каррингтоном знаем друг друга целую вечность. Только вот это впечатление было ошибочным. Мы не приятели, не друзья, я на него работаю. И путь работа, которую я для него сейчас выполняю, несколько специфическая, она ничуть не делает нас ближе.

Он мой босс и не более.

Где бы это записать? Так, чтобы напоминалочка всегда была на виду.

Я машинально потянулась к телефону.

«Рейчел, ну ты партизан! Хотя бы мне могла бы сказать, а? Жду подробностей!»

Я в третий раз перечитала сообщение от Саманты – моей лучшей подруги, – щедро сдобренное смайликами с выпученными глазами. И снова ничего не поняла. Что она от меня хочет?

И не только она…

За ту пару дней, что я никак не могла найти минутку, чтобы зайти в социальные сети, здесь, кажется, все кардинально поменялось.

Откуда-то у меня взялись несколько сотен новых заявок в друзья. А из старых френдов мне вдруг решили написать… примерно все. Это еще что за всплеск активности?

«Что ты имеешь в виду?» – набрала я ответ и продолжила собираться к завтраку.

Опаздывать было нельзя. То, что мне пришлось половину ночи изучать своего босса, уважительной причиной для этого не было. И попытки разгадать загадку тысячи странных сообщений – тоже.

Не успела я натянуть юбку, как телефон снова звякнул.

«Ну ты даешь! Успела зазнаться?» – писала она.

М-да… Понятнее не стало.

Пока я тупо смотрела в телефон, пытаясь разгадать, что она имеет в виду, он снова ожил.

«Или не хотела приглашать меня на свадьбу с Каррингтоном? Учти, я обижусь! Кстати, у него есть неженатый друг-миллионер?»

К сообщению прилагалась ссылка. Я перешла по ней и обомлела.

Весь экран смартфона заняла наша с боссом фотография. Он держал меня за руку и смотрел в глаза – со стороны казалось, что с нежностью. Рядом с умильными лицами застыли Кира и Лаойнелл.

«Миллионер променял кинозвезду на секретаршу», – гласила подпись.

А ниже – статья про нас. Я с жадностью впилась глазами в строки.

«После разрыва отношений с Кирой Эванс мистеру Каррингтону приписывали романы со многими звездными красавицами. Но, как оказалось, бизнесмен в это время встречался с полной их противоположностью – некой Рейчел Стюарт…»

Вот же гады! Не то чтобы я слишком много значения придавала внешности, но, когда тебя называют противоположностью красавицам, это обидно.

Все понятно – кто-то продал редакции фотографии, сделанные в тот день, когда мы встретили в кафе бывшую мистера Каррингтона. И, кажется, та статья была далеко не единственной. Саманта продолжала присылать мне ссылку за ссылкой.

Затаив дыхание, я кликнула по первой же попавшейся. Пропустив пару первых абзацев, начала с середины.

«Доподлинно известно, что Рейчел Стюарт в юности отличалась буйным нравом и даже была исключена из пансионата для девочек. «”Она была настоящим исчадьем ада”, – рассказала в беседе с нашим корреспондентом директриса заведения…»

И когда только они успели отыскать эту грымзу?!

Поначалу где-то в глубине души у меня теплилась надежда встретить пару приятных слов о себе. Вдруг не все журналисты давали обет злословия при вступлении в должность?

Но дальше все было еще уже. Акулы пера лихо закручивали свои сюжеты, мешая добытые где-то факты моей скромной биографии с собственными выдумками. В одной статье меня назвали ловкой аферисткой, а в следующей я уже предстала в качестве «девушки из глубинки, детство которой прошло в суровых условиях».

Что ж, в этой меня хотя бы никак не обзывали и даже немножко жалели. Но выдуманные подробности моего детства леденили кровь, казалось, автор едва удерживался от того, чтобы написать, что меня выгнали из дому, а воспитала стая бродячих собак.

Я погасила экран смартфона и поспешила в кафе. Было понятно, что в одиночку мне никак не решить эту проблему. И даже если буду названивать во все редакции и грозить судом, ни к чему хорошему это не приведет. Другое дело, если за это возьмется мистер Каррингтон или армия его юристов.

Кажется, еще никогда я не спускалась к завтраку так быстро. Босс уже сидел за нашим обычным столиком и с самым безмятежным видом пил кофе.

– Мистер Каррингтон, вы еще не видели эту катастрофу? – вместо приветствия выпалила я.

– Ты имеешь в виду падение индекса Доу Джонса?

– Нет, – я энергично затрясла головой. – Это падение вообще всего. Вот!

Я повернула к нему экран телефона, на котором красовался очередной заголовок: «На зависть Золушке: миллионер Клайд Каррингтон женится на простушке из глубинки». Ну и наша фотография, конечно.

– А, это, – босс с самым равнодушным видом сделал еще глоток кофе. – Да, я в курсе.

– И? Что вы собираетесь делать? – я подумала и достала ежедневник. – Точнее, что мы собираемся делать?

Я приготовилась записывать.

– Думаю, тебе придется переселиться из своего номера ко мне в люкс. Иначе следующая статья будет о том, что я экономлю на невесте, заставляя ее прозябать в эконом-классе, – задумчиво сказал он.

Я бросила на него удивленный взгляд.

– Н-ну… ладно. А что еще?

Он помолчал, сделал глоток и отставил пустую чашку.

– Больше ничего.

– Вы правда считаете, что это наша единственная проблема? – изумленно воскликнула я.

– Пока да. Но если мы продолжим говорить ни о чем, обязательно появится еще одна. Мы опоздаем.

Признаться, невозмутимость мистера Каррингтона ошарашила меня сильнее, чем все статьи о наших отношениях, вместе взятые.

К счастью, травить себе душу, вспоминая язвительные цитаты из светской хроники, у меня не было возможности. Работы стало даже больше, а босс по-прежнему был суров и требователен – у такого не забалуешь. Весь день я носилась в темпе Фигаро, да и вечером оказалось не до самобичевания: нужно было переезжать в номер к мистеру Каррингтону.

– Будешь ночевать в спальне, – распорядился босс, когда я появилась на пороге его люкса с чемоданчиком в руках.

– Я и в гостиной на диване могу, – скромно предложила я. – Журналисты все равно об этом не прознают, так что можно не ждать статью о богаче-тиране, выгоняющем на ночь свою простушку невесту из…

– Нет, – мистер Каррингтон не дал мне договорить. – На диване в гостиной буду спать я.

Сказал как отрезал. И тут же сел на этот самый диван, водрузив себе на колени раскрытый ноутбук. Возражать было бессмысленно. Я и не стала.

Выделенная мне комната оказалась огромной, с претензией на королевскую роскошь. Основательную ее часть занимала кровать под балдахином. При виде нее почему-то сразу подумалось, что на такой спать всего лишь одному человеку как-то слишком роскошно. Видно же, что она задумывалась для двоих.

Я поспешила отогнать неуместные мысли и обратила внимание на более целомудренный предмет мебели – шкаф. Мне как раз нужно было разложить свои вещи. Я дернула за дверку и опешила. Все его полки уже были забиты под завязку. Десятки пакетов приветливо подмигивали мне яркими логотипами, уговаривая заглянуть внутрь. Могла ли я их проигнорировать? Несложно было догадаться, что там гардероб фальшивой невесты Клайда Каррингтона.

Одну за другой я доставала вещички, каждый раз замирая от восхищения. Элис предусмотрела все: легкие утренние наряды, спортивный костюм с дерзким лейблом, занимающим всю брючину, коктейльные платья и, конечно, купальник. Выудив бикини ярко-желтого цвета, я не смогла сдержать восторженного писка. Не примерить его прямо сразу было совершенно невозможно. В конце концов, я и не имела права не убедиться в том, что он мне подойдет. Нет уж, у нас с мистером Каррингтоном все должно быть под контролем!

Я быстренько нацепила лиф и трусики и принялась рассматривать себя в зеркале, принимая одну соблазнительную позу за другой. Ну и кто тут Золушка-простушка?

Я как раз повернулась к огромному трюмо боком и основательно оттопырила попу, как дверь в комнату отворилась, и на пороге возник босс.

– О! – произнес он и на мгновение застыл, рассматривая меня с головы до ног.

От его взгляда я вспыхнула как свечка, было в нем что-то совершенно неприличное.

– Извини, забыл, что живу не один и должен стучаться. Мне нужно в душ, – он указал рукой на дверь, спрятавшуюся в дальнем углу.

– Да, конечно, – я попыталась натянуть пиджак поверх купальника: мистер Каррингтон смотрел так, что я ощутила потребность немедленно прикрыться. Иначе был слишком высок риск сгореть от смущения. Но, как назло, ничего не получалось. А взгляд босса остановился в районе моей груди.

Черт, теперь купальник казался мне чрезмерно открытым. И грудь была, пожалуй, слишком видна. А жгучий взгляд Клайда Бернтона я буквально чувствовала кожей. Разве можно так беззастенчиво пялиться?

– У тебя шрам… – совершенно неожиданно заявил он.

Так вот в чем дело! Он вовсе не пялился на мою грудь, а придирчиво рассматривал небольшой шрамик прямо над ней. Похоже, его совсем не интересовали мои… г-хм… формы. Наверное…

– Ах да, шрам, – выдохнула я. – Это еще в детстве я упала с лестницы. Наложили три шва.

– Мне следовало об этом знать, – хмуро сказал он.

Так вот что его волновало! Вовсе не мои формы (кстати, очень даже выдающиеся и, я не побоюсь этого слова, соблазнительные!), а тот факт, что мы могли проколоться.

– Извините, я и забыла о нем, – стала оправдываться я.

Но босс меня не слушал, а придирчиво рассматривал. Искал еще какие-то особые приметы? На мгновение мне показалось, что сейчас он прикажет снять купальник – вдруг у меня остались еще неучтенные шрамики.

– Больше ничего нет! – торопливо сказала я. – Ни родинок, ни шрамов, вообще ничего!

Мистер Каррингтон кивнул и скрылся за дверью душевой. Я тут же бросилась раскладывать вещи. Примерять уже ничего не хотелось. Я как-то вдруг поняла, что доверяю Элис во всех вопросах. И когда за стеной стих шум воды, в комнате уже царил идеальный порядок.

– Я выхожу, – крикнул босс из-за двери и на всякий случай постучал.

Впрочем, сделал он это совершенно напрасно: будь я в этот момент раздета, прикрыться точно бы не успела. Да что там, я не успела даже ничего ответить, а он уже рывком распахнул дверь и возник на пороге.

– О! – выдала на этот раз я и застыла.

Было от чего застыть. Клайд Каррингтон не потрудился надеть на себя ничего, кроме полотенца. Его голый торс оказался совершенно сногсшибательным, в меру прокачанным, с прорисованными мышцами, силуэт которых повторяли капельки воды, стекая вниз и бесстыдно заныривая под его махровую набедренную повязку с логотипом отеля.

– Это от аппендицита, – донесся до меня его голос.

– Что? – переспросила я хрипло.

– Шрам, на который ты смотришь, от аппендицита. Семь швов.

Только в этот момент я осознала, что совершенно бесстыдно пялюсь на то, как край белоснежного полотенца соприкасается с косыми мышцами Клайда Каррингтона. И где-то там действительно виднелась тонкая светлая полоска – память о давней операции.

– Понятно… – пробормотала я, стараясь смотреть боссу в глаза, ни на сантиметр не опуская взгляд.

Это тоже было сложно. В глубине его зрачков таилось что-то такое, что заставляло меня краснеть и смущаться. И я вздохнула с облегчением, когда он наконец отвернулся и направился в сторону двери. Но радоваться было рано.

– Кстати, – он снова повернулся ко мне, остановившись у самого порога. – А что обо всем этом думает твой жених?

– Жених? – не поняла я.

Черт, я же сказала, что у меня есть жених. Которого, конечно, у меня нет. Даже парня нет – не то что жениха.

– Это вас не касается! Мы… доверяем друг другу и сможем во всем разобраться сами, – буркнула я сердито после небольшой, но очень неловкой паузы.

– Что ж, разбирайтесь, – пожал плечами босс и наконец вышел.

Всю следующую ночь я никак не могла уснуть. Хотя кровать была удивительно удобной, подушки мягкими, а белье кристально свежим. И не то чтобы меня мучили кошмары…

Но все же что-то мучило. Совсем скоро мне предстояло предстать перед публикой в качестве невесты Клайда Каррингтона и, кажется, играть эту роль будет сложнее, чем мне казалось еще вчера. Мелочей, на которых мы можем прогореть, было слишком много. Взять хотя бы эти шрамы…

Перед глазами тут же всплыла тонкая светлая полоска на смуглой коже, уходящая под полотенце. Да что же это такое! Уже в который раз!

Нужно засыпать, а я могу думать лишь о том, каково это – коснуться рукой горячей кожи, скользнуть пальцами дальше… Черт знает что творится.

Только под утро мне удалось уснуть, и тут же прозвенел будильник: пора было вставать на работу.

Правда, рабочий день на этот раз меня ждал совершенно особенный. Все бизнес-мероприятия наконец подошли концу, и мистеру Каррингтону оставалось лишь посетить местную выставку в качестве почетного гостя.

Разумеется, я должна была его сопровождать. Возможно, в другой ситуации меня бы это и порадовало – хоть какое-то разнообразие в жизни. Но на этот раз меня не покидало предчувствие, что все будет плохо.

День действительно не задался с самого утра. Сначала мы с мистером Каррингтоном столкнулись в дверях душа. И, хотя оба были в огромных пушистых халатах, я отчего-то снова смутилась. Ну вот неужели нельзя в номере класса люкс организовать две душевые кабины?

Сама выставка мне тоже не понравилась. Представленное на ней искусство оказалось слишком высоким и чересчур современным. Я ничего не понимала, а все остальные смотрели по сторонам с интересом, не забывая восторженно вздыхать.

И совсем уж плохо сделалось мне, когда я увидела собравшуюся в дверях толпу журналистов. С недавних пор я заочно недолюбливала представителей этой профессии, а встретив вживую, стала недолюбливать еще больше. Выглядели они пугающе – все эти камеры, длинные мохнатые микрофоны, пухлые блокноты вводили меня в ступор.

Они же смотрели на меня изучающее, почти что плотоядно, и, кажется, только и ждали, чтобы я оказалась в поле их досягаемости. Нет уж, лучше продолжать смотреть на инсталляции. Что, говорите, олицетворяет вот эта кривая штука?

Увы, выставка оказалась не бесконечной. Обойдя зал по кругу, мы оказались прямо у толпы журналистов.

– Мисс Стюарт, мистер Каррингтон! У нас к вам много вопросов!

И тут же замигал противный красный индикатор, а несколько микрофонов замерли прямо у моего лица. Не успела я дать согласие на интервью, а меня уже принялись атаковать вопросами.

– Правда ли, что вы невеста Клайда Каррингтона? – раздался бойкий женский голос.

– Вас засняли во время свидания в кафе на этой неделе, – подсказал другой, более грубый и наглый. – Вы перестали скрывать ваш роман?

Я была близка к панике. Не знала, что сказать, и вообще чувствовала себя так, словно меня только что парализовало. Полностью все тело, включая язык. Больше всего в этот момент я мечтала провалиться сквозь землю. Да если бы меня поразила вдруг молния, я бы сочла это величайшим благом.

Но ничего такого не произошло. Вместо этого я почувствовала, как мне на талию легла тяжелая рука. Мистер Каррингтон решительным жестом привлек меня к себе, и, почувствовав исходящую от него уверенность, я немного успокоилась.

– Да, Рейчел моя невеста, – услышала я его размеренный голос.

– А дата свадьбы уже назначена? – раздался следующий вопрос.

– Где будет проходить торжество?

Вокруг сверкали вспышки, трещали затворы техники, сыпались новые и новые вопросы. Но вдруг все это отошло на второй план. Потому что мистер Каррингтон развернул меня лицом к себе.

Словно в замедленной съемке я видела, как он наклоняется, и отчего-то закрыла глаза.

Его губы коснулись моих – и мир словно перестал существовать. Это было как молния, как гром среди ясного неба. Это… Это было невероятно. Я отпрянула, растерявшись и перепугавшись так, как не пугалась никогда в жизни.

Попыталась его оттолкнуть – да только где там. Он снова притянул меня к себе. Снова захватил в плен своих губ… И… я растаяла…

Что он творит? Зачем?

Впрочем, об этом я спрошу его позже. На нас смотрят репортеры, и не время устраивать скандал.

Потом… все выскажу ему потом.

Я вдруг поняла, что у меня совсем нет желания сопротивляться. Внутри словно пронесся ураган, стер все беспокойные мысли. Оставил только пустоту и… жажду. Щемящую жажду чего-то, чему я не знала названия. Голова кружилась, словно я только что сошла с карусели, ноги подкашивались.

Когда он, наконец, отпустил меня, мое сердце стучало как ненормальное.

– У нас все очень серьезно! – Клайд Каррингтон ослепительно улыбнулся журналистам.

Все-таки у меня отличная выдержка. Я не устроила боссу скандал прямо там – в присутствии журналистов. И даже не отхлестала его по щекам в лифте: наверняка там были камеры. Нет, я мило улыбалась – так, что щеки сводило.

Но стоило двери нашего с Клайдом Каррингтоном закрыться, как фальшивая улыбка невесты красавца-миллионера сползла с моего лица. Наконец-то можно было не притворяться и высказать парочку претензий своему боссу!

– И зачем это было нужно? – возмущенно воскликнула я.

– Ты о чем?

Да он издевается!

– О том, что произошло во время интервью! Мы так не договаривались!

– Это всего лишь поцелуй, – догадался босс.

Почему-то стало обидно от того, как легко он произнес это слово. Похоже, на него случившееся не произвело такого эффекта, как на меня: не заставило толпы мурашек бежать вдоль позвоночника, а сердце биться с частотой миллион ударов в секунду.

И это было чертовски обидно.

– Это было вполне уместно, учитывая обстоятельства. Мы будем изображать влюбленную пару, так что какие-то проявления близости просто необходимы.

– Достаточно было держаться за руки! А журналистам объявить, что мы не хотим выставлять все напоказ.

– Можно было и так. – Он пожал плечами, словно речь шла о какой-то там пустяковине типа скачка курса акций на полпункта. И тут же открыл свой ноутбук, сосредоточившись на загоревшемся экране.

Ему что, и правда совершенно все равно?

Вернувшись в спальню, я рухнула на кровать, поджав под себя ноги. Делать ничего не хотелось, заходить в соцсети тем более. После сегодняшних новостей там наверняка творится что-то типа маленького Армагеддона. А я не хотела никому ничего объяснять.

Может, зря я ввязалась в эту историю?

Я никак не могла выбросить из головы этот поцелуй – на глазах у толпы людей, под прицелами множества камер, когда от касания горячих губ у меня из-под ног ушла земля. Когда я перестала слышать дурацкие вопросы журналистов и видеть вспышки. Когда вцепилась в его руку, боясь упасть. Когда он, слегка придерживая меня, спокойным голосом рассказывал о наших планах.

Тех самых, которые никогда не сбудутся.

Я для мистера Каррингтона лишь инструмент, такой же, как лопата для фермера. И нужна ему только для того, чтобы вернуть его прекрасную Киру.

Вот только я живой человек. И мне все это совсем не нравится.

Кира Эванс.

Стоило ей появиться в моей жизни, как сразу начинался полный бардак.

Так было всегда, с самого первого дня нашего знакомства. Впрочем, это был даже не день, а поздняя ночь.

Мы встретились в лобби-баре. Совершенно случайно. Просто волею судьбы оказались в одном городе и в одном отеле. Я прилетел туда, чтобы завершить важную для компании сделку, а Кира – чтобы приступить к съемкам в очередном сезоне своего сериала.

Была поздняя ночь – но мне не спалось. Все никак не мог войти в нормальный режим после смены часовых поясов. Отчего не спалось Кире, не знаю. Она сидела с бокалом вина и листала сценарий.

Такая сосредоточенная, серьезная и… чертовски красивая.

– Я вас мог где-то видеть? – спросил я, хотя ее лицо не показалось мне знакомым. Однако останавливаться в таких местах себе могут позволить преимущественно богатые и знаменитые. И можно не сомневаться – почти каждый постоялец хоть раз да оказался на фото в журнале или хотя бы среди участников ток-шоу.

– Вы? – она изогнула бровь. – Вот уж вряд ли. Не могу представить вас за просмотром сериалов.

А через три часа мы улетали на моем частном самолете в Лас-Вегас. Мою сделку завершали заместители, и, в принципе, они справились, я бы не стал держать на работе полных тупиц. Но уже после, просматривая результаты, понял: будь я на месте сам, добился бы лучших условий.

Для Киры эта выходка тоже осталась почти безнаказанной. Ее агент, конечно, пытался воспитывать свою подопечную, но Кира отключила телефон. Все закончилось тем, что какое-то время поклонники сериала чертовски переживали за ее героиню, поскольку сценаристы устроили ей аварию и пару серий бедняжка лежала в коме.

Всю неделю мы с Кирой вылезали из постели лишь для того, чтобы пообедать или проиграть в казино пару сотен.

Кира была идеальной любовницей. Красивая, умная, немного взбалмошная, способная на безумные поступки.

Она окончательно покорила меня одним утром в том самом отеле Лас-Вегаса. Я просмотрел почту и понял, что наши безумные приключения пора заканчивать и возвращаться к делам. Кира в это время была в душе.

Оставалось только объявить ей о том, что наше затянувшееся свидание подходит к концу. Я уже готовился к неприятному разговору, но вдруг она появилась на пороге с милой улыбкой и в дорожном костюме. Я заметил, что небольшой чемоданчик, который она прихватила с собой, уже собран.

– Милый, это все было прекрасно, но мне пора возвращаться к съемкам. Обязательно надо будет как-нибудь повторить.

Она чмокнула меня в щеку и исчезла за дверью.

В этот момент я обалдел. Неужели я встретил кого-то, кто способен на безумства, но при этом не теряет голову?

Наш роман развивался стремительно.

Мы с Кирой подходили друг другу идеально, как перчатка к руке, а рука к перчатке. Мы должны были быть вместе всегда, до тех пор пока смерть не разлучит нас.

Проблема появилась чуть позже, да и не была она никакой проблемой. Я всегда очень скептически относился к институту брака. Зачем все эти дурацкие клятвы, показные поцелуи? Все это казалось мне глупым и лицемерным. Почему бы людям не быть вместе, пока им это нравится, и не отпускать друг друга, когда радости в их отношениях уже не остается. Мне казалось, что так честнее, и я не скрывал от Киры своих взглядов.

Какое-то время она вроде была со мной согласна, или делала вид, что согласна.

Но потом все переменилось.

Началось с невинных намеков: вроде как случайно забытый журнал со свадебными платьями на тумбочке или сказанное как бы между прочим: «О, у Джессики Лоренс была потрясающая свадьба, о ней писали во всей светской хронике». Я машинально кивал, делая вид, что не понимаю, к чему она клонит. А может, и правда тогда еще не понимал. Зато через какое-то время оставаться в неведении стало невозможно.

– Я актриса, черт побери! – говорила она. – Для меня свадьба – это пиар-акция. Мне это просто необходимо! Неужели так трудно пойти мне навстречу?

– А для меня свадьба, – парировал я, – это чертовски сложное юридическое мероприятие, с брачными договорами, консультациями юристов, а в случае чего – еще и долгим и мучительным разводом, с перспективой несколько лет кормить дюжину адвокатов и потерять немалую часть состояния.

Эти доводы какое-то время работали, но ссоры случались все чаще. В один из таких дней Кира приехала ко мне. Мы набросились друг на друга еще в фойе и едва добрались до спальни. Мы были вместе уже почти два года, но хотели друг друга так же, как и в первую неделю этого безумного романа.

И когда, утомленные, засыпали, Кира положила голову мне на плечо и промурлыкала:

– Между прочим, многие весьма выдающиеся мужчины были бы счастливы на мне жениться.

– Не сомневаюсь, – пробормотал я и прижал ее к себе покрепче. В этот момент не хотелось ссориться и спорить.

– А один симпатичный футболист даже сделал мне предложение, – продолжала она.

Меня словно окунули в холодную воду. Я почувствовал, как внутри закипает ярость. Уж точно не таких слов ожидаешь от своей девушки после бурной страсти.

– Так соглашайся, – сказал я сухо.

Она ничего на это не ответила.

О том, что Кира Эванс объявила о помолвке с каким-то футболистом, я узнал через несколько дней из газет.

Пару раз она звонила после этого, я не брал трубку.

Разрыв оказался для меня куда болезненнее, чем я мог бы предположить. Все-таки за это время успел к ней привязаться.

Любил ли я ее? Не знаю, но уж точно был влюблен. И вот эта встреча спустя полгода, когда мне почти удалось выбросить ее из головы и перестать о ней думать… Кира и этот ее футболист, слишком молодой, слишком спортивный, слишком смазливый. Все слишком.

Решение пришло в одно мгновение. Впрочем, нет, я и решения никакого не принимал, просто словно со стороны наблюдал за своими действиями. Вот я держу за руку Рейчел, свою секретаршу, а вот уже объявляю, что это моя невеста и соглашаюсь провести уикенд в гостях у сладкой парочки.

Какого черта я это сделал, не могу объяснить даже самому себе. Что и кому хотел доказать, тоже непонятно. Какой-то внезапный приступ мальчишества.

– Вы собираетесь ее вернуть? – как-то спросила меня Рейчел.

Ответа она не получила, хотя у меня он имелся: не собираюсь.

Я уж точно не из тех, кто дает вторые шансы. Да и Кире он явно не нужен, они, похоже, счастливы с этим ее парнем. Во всяком случае, прошло полгода, свадьба все еще не назначена, а Кира его не бросила и даже не выела мозг маленькой чайной ложечкой. Значит, их все устраивает.

Возможно, такой парень ей и был нужен: добрый и немного глуповатый, как спаниель.

– Мы уже приехали? – голос Рейчел вывел меня из раздумий.

– Да, дорогая, уже подъезжаем, – улыбнулся я и накрыл ее руку своей.

Она едва заметно вздрогнула, ее щеки покрыл румянец. Черт возьми, она, похоже, даже и не представляет, как очаровательно это выглядит.

Рейчел Стюарт – ходячий соблазн.

Как так вышло, что вместо того, чтобы от нее избавиться, я объявил ее своей невестой и даже пообещал место в компании?

Нет, положительно, как только в моей жизни появляется Кира Эванс, все летит кувырком. И это не зависит то того, какие у нас в данный момент отношения.

Уикенд выдался на удивление солнечным. Впрочем, над такими виллами, как у Лайонелла, солнце как будто всегда светит особенно ярко. Я часто видела похожие в глянцевых журналах, и над ними никогда не было ни одного облачка.

В таких местах вообще все идеально: от газонов до улыбок хозяев.

Мы оказались не единственными гостями звездной пары. Громкая музыка и веселый смех явно указывали на то, что веселье здесь уже в самом разгаре. И действительно, около бассейна было многолюдно.

И все присутствующие оказались удивительными красавцами. Я с удовольствием рассматривала мужчин и женщин, которые потягивали коктейли, расслабленно болтали или плескались в безмятежно-голубой воде. Мне казалось, что большую часть из них я уже где-то видела – в сериале, рекламе жвачки или на страницах журналов.

Один голос показался мне особенно знакомым. Неужели это?.. Я оглянулась и чуть не подпрыгнула.

– Это же сам Майкл Кроссберг! – воскликнула я. – О боже, я не могу поверить…

Мой кумир! Красавец актер, чьи постеры висели у меня в комнате, когда я училась в старшей школе.

– И с ним можно так вот просто познакомиться? Я бы взяла…

Договорить я не успела. Мистер Каррингтон сжал мою ладонь так, что я поморщилась. Слова были не нужны. Как же, невесте такого человека не подобает заглядываться на каких-то там звезд. Пусть и таких умопомрачительно обаятельных.

А навстречу нам уже шла Кира. Великолепная, загорелая, в одном лишь маленьком бикини на совершенном теле.

– Клайд, наконец-то, – промурлыкала она. – Я уже начала беспокоиться, что ты снова не сможешь бросить свои дела.

Она словно и не заметила, что рядом с ним еще кто-то есть. Ну да, такая незначительная мелочь, как невеста.

– Рейчел очень хотела поехать, так что… – мистер Каррингтон поднял руки, демонстрируя капитуляцию.

Я спрятала возмущение за улыбкой.

Только услышав мое имя, Кира перевела взгляд на меня.

– О, Рейчел, рада тебя видеть, – сладеньким тоном проговорила она. – Я слышала, тебе здорово досталось от журналистов. Они бывают слишком строги, особенно к тем, кто не добился всего сам. Понимаешь?

Мне с трудом удалось удержать лицо.

– Ничего страшного, они вообще очень много про меня наврали, – улыбнулась я в ответ.

– Вот и славно, – проговорила она равнодушно. – Наша экономка Маргарет проводит вас в комнату. Смотрите, не задерживайтесь там! А то рискуете пропустить самую классную вечеринку этого сезона.

Она отошла, и я не удержалась – посмотрела ей вслед. Актриса направилась к стайке девушек у бассейна и что-то им сказала, смеясь и отчаянно жестикулируя. Те взорвались дружным хохотом, и, хотя даже не посмотрели в нашу сторону, мне показалось, что они потешаются надо мной.

Я поспешила отвести взгляд, тем более посмотреть здесь было на что. Да хотя бы на другой бассейн. В нем как раз несколько мужчин оживленно играли в поло. И тоже все красавцы как на подбор. Узнала я среди них и Лайонелла. Он как раз бросил мяч другому игроку и, повернувшись в нашу сторону, приветливо помахал рукой. Мне показалось, что он был нам рад, и с удовольствием махнула ему в ответ.

– Я смотрю, ты не теряешь времени… – тут же раздался над ухом голос Каррингтона. Он обхватил меня за талию и притянул к себе. Наверное, чтобы было удобнее говорить мне гадости.

– Просто за последнюю неделю отвыкла видеть нормальных дружелюбных мужчин, – не осталась я в долгу.

Мне совершенно не хотелось быть с ним милой. Мне вообще ни с кем не хотелось быть милой – на этой вилле я чувствовала себя не в своей тарелке. И чем дальше – тем острее.

– Так и не стоит привыкать, – заявил мистер Каррингтон. – Все равно ассистентка ему не нужна, а невеста уже есть. Придется терпеть ненормального и злого.

На крыльце нас встретила обещанная экономка Маргарет – чопорная дама лет пятидесяти, – и обмен колкостями пришлось прервать. Вслед за ней мы прошли через просторный холл, поднялись по широкой лестнице на второй этаж и остановились у одной из дверей.

– Вот и ваша комната, – доложила экономка и распахнула перед нами створки.

Гостевая спальня размером была с небольшую квартиру и выглядела просто чудесно. И тем не менее один нюанс меня очень даже смутил. Я продолжала думать о нем все время, пока Маргарет проводила нам мини-экскурсию по апартаментам.

– Вашу одежду я распоряжусь разложить здесь, – она указала на шкаф. – А здесь находится мини-бар с напитками. Если понадобится что-то еще, вы всегда сможете связаться со мной.

– Конечно-конечно, – улыбнулась я, надеясь, что она, наконец, уйдет. Мне требовалось немедленно обсудить кое-что с мистером Каррингтоном без лишних свидетелей. Тысячи слов уже рвались наружу, и я боялась, что не смогу их сдерживать достаточно долго.

– Желаю вам приятного отдыха, – произнесла Маргарет с вежливой улыбкой и оставила нас с боссом наедине.

– Как это понимать? – яростно зашептала я, стоило ей закрыть за собой дверь. – Почему тут всего одна кровать?

Я указала рукой на огромное ложе, которое действительно здесь присутствовало в единственном числе. Тут не было ни одного скромного диванчика, на котором мог бы ночью расположиться мой босс. И даже ни одно из плетеных кресел не подходило для этих целей: я успела придирчиво рассмотреть их все.

– Здесь достаточно места для двоих, – пожал плечами босс. – Если хочешь, могу положить между нами меч, как благородный рыцарь. Или что тут есть? Нож для фруктов подойдет?

– Благородный рыцарь на вашем месте позаботился бы о дополнительном спальном месте, – прошипела я. – Можно же попросить принести в комнату диван. Думаю, их тут должно быть в избытке.

– Отличный способ загубить весь план в первые же полчаса, – прошептал в ответ мистер Каррингтон.

– План?! – взорвалась я. – Так это все часть плана?! Между прочим, поцелуи на камеру и сон в одной кровати в мои планы вообще не входили! Что еще нужно сделать для пущей достоверности? В кратчайшие сроки родить вам парочку близнецов?

– Я не планирую обзаводиться детьми, а также котами и собаками, – процедил сквозь зубы мистер Каррингтон. – Кстати, этот вопрос был в анкете, можно было бы потрудиться запомнить.

И он скрылся в ванной комнате.

Среди толпы незнакомцев я чувствовала себя чужой. Все они были хороши собой, уверены и расслаблены. А я – нет.

И почему-то хотелось сильнее прижаться к мистеру Каррингтону, почувствовать себя под его защитой. Мне так было нужно, чтобы он сказал что-то хорошее, одобряющее. Но он, конечно же, и не думал делать ничего подобного.

«Рейчел, ты просто восхитительна, – повторяла я сама себе за неимением других вариантов получить комплимент. – Элис просто волшебница, она подобрала тебе лучшее платье. В нем ты выглядишь почти как настоящая кинозвезда».

И я себе почти не льстила. Платье и правда оказалось очень удачным.

Вечеринка была в самом разгаре. На лужайке разместился диджей со своим оборудованием, и несколько человек уже двигались под зажигательные треки. Однако большинство гостей все еще оставались рядом с бассейном. Здесь была своя программа: бармен демонстрировал чудеса ловкости, жонглируя бутылками и разливая по бокалам разноцветные коктейли. Один из них каким-то образом оказался у меня в руках. Что ни говори, а официанты тут знали свою работу.

Мистер Каррингтон и тут сумел завести с кем-то из мужчин скучный диалог о бизнесе. Слушая его вполуха, я сделала пару глотков.

Коктейль оказался очень сладким, прямо как молочный, но еще вкуснее. Алкоголя в нем я совсем не почувствовала и смело допила все до капельки. Сразу сделалось как-то спокойнее, а люди вокруг перестали казаться мне такими уж страшными. Люди как люди. Только богатые и знаменитые.

А неплохо… Кажется, я нашла способ сделать эту вечеринку чуть менее невыносимой. Мой фиктивный жених был увлечен своим скучным разговором и даже не обратил внимания на то, что я отошла в сторону.

Да и отсутствовала я совсем недолго: сначала отыскала официанта и взяла с подноса еще один коктейль, потом задержалась у стойки с фруктами… Не прошло и четверти часа, как я вернулась.

Скучного собеседника рядом с Каррингтоном уже не было, зато вокруг него собралась стайка девиц. Когда только успели?

– Не ожидали увидеть вас тут! Как здорово, что люди остаются друзьями после расставания, – прощебетала длинноногая блондинка.

– И даже приезжают в гости к женихам своих невест, – подхватила ее подружка.

– Ну, мы же цивилизованные люди, – серьезно произнес босс.

– Ой да, мистер Каррингтон, вы очень-очень цивилизованный, – расслышала я еще чей-то голосок.

Девицы что-то затрещали все разом. В один момент их стало больше раза в три. Как будто на его огонек слетелись вообще все присутствующие здесь красотки. Хотя, кажется, так оно и было.

Я оглянулась по сторонам. Спортсмены столпились у края бассейна и о чем-то разговаривали, периодически демонстрируя друг другу мышцы. Несколько парней, которых, я видела в новом сериале, отплясывали на лужайке. Временами они бросали призывные взгляды на толпу девушек, щебечущих комплименты моему жениху. А суперзвезда Майкл Кроссберг сидел в абсолютном одиночестве, потягивал коктейль и с грустью смотрел вдаль. Мне казалось, что я чувствовала обиду каждого из них. Да, парни, мы с вами сегодня остались за бортом.

Девицы облепили Каррингтона, как стайка ярких птичек – огромное дерево. И явно не собирались никуда улетать.

Я вздохнула и взяла еще один коктейль: официант оказался рядом в нужный момент. А потом решительно направилась к жениху, не слишком-то деликатно вклинилась между девицами, обвела их строгим взглядом и громко сказала:

– Кыш!

– А вот и моя Рейчел! – Я и не заметила, как босс оказался рядом и обнял меня за талию. – Я уже испугался, что потерял тебя, милая.

– Ну что ты, Клайд, куда я от тебя денусь, – улыбнулась я и сама удивилась тому, как легко назвала его по имени.

Мистер Каррингтон, кажется, тоже был поражен. Он заглянул мне в лицо и почему-то нахмурился.

– Как это ми-и-и-ло, – уже без всякого энтузиазма произнесла длинноногая и, бросив на меня недобрый взгляд, отошла. Подружки последовали за ней.

– Может, для пущей достоверности я закачу вам сцену ревности? – предложила я боссу.

– Пожалуй, не стоит… – быстро отказался он. – Рейчел, а сколько ты выпила коктейлей? – Он смотрел на меня с неприятной подозрительностью во взгляде.

– Уж точно меньше, чем придется выпить тому несчастному, который решит поцеловать эту вашу блондинку, – я кивнула в сторону девицы, что активнее всех вешалась на Каррингтона. – У нее губы как у марсианки. Или у рыбы…

– Рейчел, да ты сегодня в ударе! – ухмыльнулся босс.

– Это еще так, разминка, – горделиво заявила я, вдохновленная его похвалой, и сделала очередной глоток.

– Пожалуй, разминкой мы и ограничимся, – сказал мистер Каррингтон и забрал у меня из рук бокал.

Он повел меня к дому, крепко обнимая за талию. И это было очень кстати: идти вдруг оказалось как-то сложно. Тропинка, которая еще утром была идеально ровной, вдруг начала петлять и извиваться. Тем не менее мы добрались до комнаты без приключений. Босс отпустил меня, только когда мы оказались внутри.

– Вы переигрываете, мистер Каррингтон, – сказала я. – Не стоило сжимать меня в своих ручищах всю дорогу. У меня, между прочим, нежная кожа. И теперь останутся синяки.

Говоря это, я отступила пару шагов назад и совершенно случайно наткнулась пятой точкой на дурацкое плетеное кресло. В нем что-то хрустнуло и пребольно ударило меня в мягкое место. Я потеряла равновесие и кувырком полетела куда-то вперед. Зажмурившись, я приготовилась к худшему. И тут же со всего маху врезалась головой во что-то теплое, жесткое и пахнущее боссом.

– Кажется, синяки останутся и у меня, – услышала я его голос у себя над ухом.

Я осторожно открыла глаза. Так и есть: стою, уткнувшись в мистера Каррингтона, и он изо всех сил сжимает меня в руках.

– Кто бы мог подумать, такая миниатюрная и такая тяжелая.

Вот это было обидно. Я сердито высвободилась из его объятий, но, едва оказавшись на свободе, снова качнулась. Он подхватил меня за талию, но я сердито скинула его руку и объявила:

– Я вообще-то в душ!

– Тебе точно не нужна помощь? – спросил он, нахмурившись.

– Это что, часть вашего плана? – строго спросила я. – Обойдусь!

Он что-то сердито проворчал и отошел, наблюдая за мной со стороны. Мне же удалось проявить чудеса ловкости и больше ни разу не споткнуться.

Душ подействовал на меня благотворно. Я как будто немного пришла в себя. Картинка в голове стала более ясной, и мне даже в какой-то момент стало неловко. Подумать только, сломала мебель, упала на босса, а потом еще и нагрубила ему.

Но, с другой стороны, и он хорош. Видите ли, в душ со мной собрался.

Нет уж, не видать ему обнаженной Рейчел Стюарт!

Я любовно развернула свою новую сорочку. Эта вещь была не из тех, что купила Элис. Думаю, у несчастной ассистентки мистера Каррингтона случился бы нервный срыв, увидь она это произведение портняжного искусства – длиной до пят, с резинками на рукавах и глухим воротником.

Я сама приобрела ее на всякий случай. И вот, пригодилась вещица.

Осмотрела себя в зеркало и осталась довольна: так я больше была похожа на привидение, чем на живую женщину, способную пробудить хоть какие-то мужские инстинкты.

Все, теперь можно спать.

Я на цыпочках добралась до кровати и, укутавшись до подбородка одеялом, свернулась калачиком на самом краешке.

Сон был прекрасным – из числа тех, в которых хочется остаться надолго, а просыпаться нет ни малейшего желания.

Легкие прикосновения, почти невесомые, едва заметные, словно вплелись в теплую ткань сна, уже окутавшую мое тело. Так, что невозможно было понять, где это все со мной происходит: еще наяву или уже во сне…

Впрочем, разве могут быть сомнения? Разумеется, во сне.

Наяву ничего подобного случиться просто не могло.

Так что я даже не стала пугаться.

Мозг просто принял происходящее как нечто нормальное – и уступил телу, уже наслаждавшемуся странными ласками.

Горячая ладонь скользнула по моей шее. Палец прочертил дорожку от подбородка до ямочки между ключиц – и замер на мгновение. Я едва слышно вздохнула. Мне не хотелось этой паузы, мне нравились дразнящие ласки.

Одеяло поползло вниз. Щеки коснулось дыхание. А призрачные ладони уже скользили по груди, поглаживали тяжелые полукружия, чуть касались сосков, заставляя их набухнуть и отвердеть…

Ну разумеется, я сплю! Теперь не осталось никаких сомнений! Не может мое тело так остро реагировать на прикосновения! Не может кожа наяву стать настолько чувствительной.

Вот и прекрасно! Если это сон, чего мне бояться?

Последние зыбкие страхи растаяли, и я просто отдалась своим ощущениям. Отдалась сильным рукам, опустившимся ниже и теперь ласкавшим мой живот. Кожа моя пылала, и мужские пальцы словно напитались этим жаром. Они уже не порхали по телу невесомыми бабочками, став требовательными и жадными…

Я просто расслабилась, отпустила себя – и вот уже мое тело само выгибается навстречу нахальным прикосновениям. Льнет к этим ладоням, требуя еще, еще… Вокруг уже не ночная прохлада – жар, влажная духота страсти. Ни звука, ни шороха – только мое тяжелое дыхание, сбивающееся на хрипы, да стук сердца, тяжелый и гулкий. А ладони опускаются еще ниже, широко разводя мои бедра.

– Ах…

Тихий выдох, на самом пределе слышимости. Но в полной тишине он прозвучал как крик. Мои ресницы затрепетали… и замерли. Нет! Я не буду открывать глаза. Стоит это сделать – и сладкая греза рассеется… А я не хочу этого… Я просто не могу… не сейчас…

А настырные пальцы уже скользят между ног – потирая, надавливая, лаская.

Я всхлипнула, чувствуя, как волна огненных мурашек рванулась вверх по позвоночнику. Страсть, разгораясь в самом низу живота, разлилась по всему телу, заставляя его просто пылать. Истончая кожу до болезненной чувствительности, превращая кровь в бурлящий в венах жидкий огонь…

Каждое прикосновение отдавалось острой вспышкой, фейерверком удовольствия.

Сбивающееся, горячее дыхание…

Мой молчаливый крик так и не сорвался с пересохших губ…

Я могла лишь едва слышно застонать, чувствуя, как волны наслаждения накатывают на меня – и отступают, чтоб через мгновение снова накрыть с головой…

Раскачиваясь на этих волнах, я сама не заметила, как провалилась в глубокий сон…

Проснулась я с улыбкой. Из своего сна как будто утащила приятные до мурашек ощущения – близости, горячих прикосновений. И пусть мне все это лишь приснилось, зато удовольствие ощущалось как самое настоящее. И даже бабочки, порхающие в животе, казались реальными…

Стоп. А что, если и правда – было?

Я приподняла голову и осторожно взглянула в лицо мистеру Каррингтону. Он еще спал. Легко и ровно дышал и выглядел при этом так безмятежно, так непривычно мило, что мне захотелось коснуться его лица, погладить щеку, обвести пальцем контур губ.

Но тут его ресницы дрогнули, и я уронила голову на подушку, с силой зажмурив глаза. Встречаться с ним взглядом у меня сейчас не было сил. Я не видела, но слышала и чувствовала, как он потянулся, а затем быстро встал и прошел по комнате.

Я чуть приподняла веки, незаметно наблюдая за ним. Если между нами на самом деле что-то произошло, то его поведение это выдаст. Вряд ли, конечно, он прямо сейчас накинется на меня с поцелуями, но что-то обязательно должно измениться.

Но нет. Все было по-прежнему. Ходил он, как обычно, быстро и уверенно и, кажется, совершенно не переживал, что может меня разбудить. А человек, который способен касаться так, как тот мужчина в моем сне, обязательно бы переживал. Он был нежный и чуткий.

– Рейчел, ты просто катастрофа! – проворчал босс. И в тоне его не было ни нежности, ни страсти. Таким он обычно делал мне выговор за что-то.

Я осторожно скосила взгляд. Мистер Каррингтон поднимал платье, которое я вчера случайно уронила на пол. Ну вот как этот мужчина умудряется обнаружить все мои косяки? Нет, совершенно точно у меня с этим занудой ничего не было. А то бы он и в этом деле нашел к чему придраться. Уж такое я бы не забыла, а то, может, по привычке записала бы в блокнотик.

Я отвернулась и надвинула одеяло повыше. Даже наблюдать за ним больше не буду. И слышать его больше не хочу. И все-таки до моих ушей доносились и его шаги, и шум воды, когда он принимал душ, и хлопок двери, когда вышел. Это был лучший момент, чтобы вылезти из-под одеяла и заняться водными процедурами.

Я не спеша включила душ и с удовольствием вздохнула, ощутив теплые капли на теле. Комфортная температура позволила расслабиться, и я совершенно не ожидала подвоха. Как вдруг что-то пискнуло, и вода в одну секунду остыла градусов на сто. Миллиарды ледяных капель вонзились мне в кожу.

– А-а-а-а! – закричала я от неожиданности.

– Рейчел, что случилось? – услышала я голос босса.

Он ворвался ко мне и застыл на пороге душевой с выражением высшей степени решимости на лице.

– А-а-а-а! – взвизгнула я еще громче и руками прикрыла самые важные места. Ну просто как новорожденная Венера.

– Ты цела? – спросил босс, скользнув взглядом по моей фигуре.

Я же наконец схватила с крючка халат и суматошно попыталась в него завернуться.

– Цела, – пробормотала я сердито.

Выразить всю степень недовольства Клайдом Каррингтоном помешало то, что зубы клацали, как при трясучке. То ли это было следствием холодного душа, то ли злости на босса.

– Ты вся дрожишь, – констатировал капитан Очевидность.

– Приняла холодный душ, вот и все, – буркнул я. – И вообще, не стоило сюда врываться.

– Да, извини, все еще не привык, что ты рядом, – пожал плечами босс. – Включил режим контрастного душа и забыл вернуть обратно.

– Главное, не забудьте про меня, когда будете уезжать, – сквозь зубы процедила я.

Но он уже не слышал – просто отвернулся и вышел. Я снова встала под душ, вывернув кран с холодной водой. Тело горело. То ли после неожиданной ледяной пытки, то ли от стыда, то ли от чего-то еще, волнительного и дурманящего, что разливалось по всему моему организму, стоило лишь вспомнить, как смотрел Клайд Каррингтон на мою обнаженную фигуру.

Да, мне, определенно, стоило понизить градус.

Пока я справлялась со своими ощущениями, босс уже успел переодеться. Простые джинсы и белая футболка превратили его в почти обычного парня.

– Согласись, ледяной душ здорово бодрит, – сказал босс, как только я вышла из ванной. – И аппетит после него зверский. Я готов съесть слона. А ты?

Говорил он совершенно обычным тоном, будто ничего особенного не произошло. И я даже передумала делать ему строгий выговор, как собиралась до этого. Тем более что есть действительно очень хотелось. Да и что на него так уж сердиться? В конце концов, он ведь примчался мне на помощь. Это, можно сказать, даже благородно.

– Слона не осилю, – пробормотала я уже почти дружелюбно. – Но от небольшого бегемота не отказалась бы.

Тишина в доме Лайонелла стояла такая, что мне даже показалось, будто, кроме нас с мистером Каррингтоном, здесь никого больше нет. Просыпаться рано здесь явно не привыкли. Хотя я этому даже радовалась: в компании своего сурового замкнутого босса я чувствовала себя увереннее, чем с общительными и всегда веселыми суперзвездами.

Кухню мы нашли очень быстро. Она оказалась большой и дорогой, как и все в этом доме. Только толку от этого не было никакого.

– Негусто, – грустно сказала я, заглянув в холодильник.

– Угу, – согласился мистер Каррингтон, с тоской оглядывая полки, на которых скучали несколько салатных листочков и пара йогуртов.

Он достал яркие баночки и принялся изучать этикетки.

– Вы только про меня опять не забудьте, – проворчала я. – А то пообещали слона, но даже йогуртом не делитесь.

– Ну что ты? – босс поднял на меня взгляд. – Мне для тебя ничего не жалко. Вот, держи.

Он протянул мне одну баночку и даже дернул за край фольгированной крышечки. Она с треском открылась, и тут же нежная розовая масса выплеснулась и брызгами осела на моем лице.

– Ах вы… – выдохнула я.

– Я не специально, – выкрикнул мистер Каррингтон и поднял руки в знак того, что сдается. – Она сама плюхнула.

Ему, кажется, было весело.

– Не специально, значит? – воскликнула я и схватила вторую банку с йогуртом. – А ну идите-ка сюда. Сейчас посмотрим, как это йогурты сами плюхают.

Босс не стал дожидаться расправы, вскочил и побежал от меня.

– А ну стоять! – распорядилась я и понеслась за ним с йогуртом наперевес.

Мы намотали несколько кругов вокруг стола, смеясь и переговариваясь. И остановились, только когда громко хлопнула дверь в кухню. На пороге стояла незнакомая женщина с огромными пакетами в руках. Она смотрела на нас строго, как на нашкодивших детей.

– Здравствуйте! – кивнула я ей, присмирев.

– Доброе утро, – произнесла она вежливо, но холодно. – Завтрак для гостей мы накрываем в беседке у бассейна.

С этими словами она взяла с крючка поварской халат и чепец и посмотрела на нас, явно намекая на то, чтобы мы побыстрее оставили ее царство кастрюлек.

– Мы уже уходим, – заверил ее босс.

И в этот момент баночка с йогуртом, которую я так и продолжала все это время держать в вытянутой руке, глухо охнула и взорвалась. Содержимое вырвалось из-под крышки, как лава из жерла вулкана, и залила белоснежную футболку босса и вообще все вокруг. По кухне разнесся аромат клубники.

– Я же говорил, они сами плюхают, – очень несвоевременно заметил босс, вытирая брызги с лица.

Мне же стало так неловко, что я просто со всех ног бросилась к выходу. Стыд подгонял меня, и я неслась по бесконечному коридору в комнату, не разбирая дороги.

– Не туда, – в какой-то момент услышала я за спиной голос мистера Каррингтона. – Наша комната направо.

Я остановилась и смерила взглядом чумазого босса.

– Вам идет этот оттенок розового, – удержаться от новой шпильки в его адрес было совершенно невозможно.

К тому моменту, когда в беседке начали накрывать столы, чувство голода уже достигло космических масштабов. И ароматные булочки, горами разложенные на тарелках, сводили меня с ума. Я так самозабвенно уплетала свежую выпечку, что не заметила, как среди гостей появилась Кира.

– Доброе утро! – прозвенел ее голосок совсем рядом.

Я отвлеклась от румяного бока коржика, чтобы поприветствовать ее в ответ, но она в мою сторону даже не смотрела. Все внимание актрисы было направлено на мистера Каррингтона.

– Вы вчера так рано ушли, – выговаривала она ему шутливо. – И в итоге вся вечеринка насмарку.

– Кира, ты же понимаешь, что строгий режим – главный помощник в бизнесе. Мы с Рейчел привыкли рано вставать.

– Серьезно? – проворковала она. – А я еще помню времена, когда ты мог не спать целыми ночами, Клайд.

Я едва не подавилась изюмом. Нет, ну каково это – говорить такое мужчине при его невесте! Интересно, босс рассердится, если я ей как следует отвечу?

Я повернулась к нему, чтобы оценить реакцию, и прикусила рвущийся в бой язык. Мистер Каррингтон смотрел на Киру особенно, прищурившись и слегка улыбаясь уголками губ. Она также не отводила от него взгляд. И у меня в этот момент возникло чувство, что я здесь третий лишний. В горле тут же образовался комок. Я отвернулась, принявшись рассматривать глазурь на очередной булке.

– Все меняется, Кира, – расслышала я голос босса. – И мы меняемся быстрее, чем нам кажется.

– Только не говори, что мы стареем, – рассмеялась она. – Я тебе этого не прощу.

– Кто тут собрался стареть? – жизнерадостный голос Лайонелла ворвался в этот диалог.

– Уж точно не я, милый, – ласково проворковала Кира.

Я видела, как он нежно обнял ее за талию и привлек к себе. Она прижалась к его груди и тут же бросила быстрый взгляд на мистера Каррингтона, словно хотела оценить его реакцию. Что ж, кажется, мой босс добился очередной своей цели. Очевидно, что любимая женщина готова ответить ему взаимностью.

И, хотя она за все время завтрака больше никак не выдала своих чувств к бывшему, ощущение, что между этими двоими летят искры, не уходило.

«Ну вот и все, Рейчел, – убеждала я себя. – Ты справилась со своей задачей, считай, что должность в корпорации у тебя в кармане. Ты ведь этого так хотела, радуйся».

Но радоваться не получалось. Я чувствовала себя как во время контрастного душа, когда после приятной теплой воды на мою голову вдруг обрушилась ледяная.

Настроение резко ухудшилось. Слушать, как гости живо обсуждают вчерашнюю вечеринку, не было никакого желания. Так что я выбрала момент и незаметно ушла с поляны.

У второго бассейна как раз стояла тишина. Предаваться унынию здесь было гораздо приятнее, и я уселась на бортик. Однако не прошло и полминуты, как вода всплеснула, и на поверхности показалась мужская голова. Глаза были скрыты под очками для плавания, и я не сразу узнала хозяина виллы.

Лайонелл тем временем фыркнул и улыбнулся.

– Туда-обратно без маски проплыл, на одном дыхании, – с гордостью оповестил он.

– Здорово, – без энтузиазма отозвалась я. Наверное, это действительно было круто.

Лайонелл тем временем снял очки и забрался ко мне на бортик, присев рядом. После заплыва он глубоко дышал, а его кожа была покрыта капельками воды. И это делало его каким-то неприлично привлекательным. Я не удержалась от того, чтобы не обвести взглядом его обнаженный торс с мощными мышцами. Что и говорить, Кира умела выбирать мужчин.

– Тоже не ешь мучное? – Лаойнелл кивнул в сторону поляны с накрытыми столами.

– Ну… да, стараюсь питаться правильно, – кивнула я, решив не рассказывать о том, что успела смолотить несколько булочек, пока мне не испортили аппетит. Объяснять, почему я на самом деле сбежала с завтрака, не хотелось.

– Вот! – торжественно провозгласил он. – Говорил же я, что меню для завтрака плохое! Одни углеводы! Сейчас угощу тебя нормальной едой.

Он кивнул, предлагая пойти за ним и, не дожидаясь моего ответа, пружинистой походкой направился к дому. Я немного поколебалась и повиновалась. Все-таки отказываться, наверное, было невежливо.

Очень быстро мы оказались на уже знакомой мне кухне. Лайонелл принялся колдовать с миксером, отправляя в него разные кусочки фруктов. Через несколько минут смузи был готов.

– Вкусно, – признала я, сделав глоток.

Он довольно кивнул, и между нами повисла неловкая пауза.

– У вас прекрасный дом, – решилась я прервать ее. – И вечеринка получилась очень классная.

– Это все благодаря Кире, – оживился Лайонелл. – Она помогла мне выбрать виллу и все тут организовала. Кира потрясающая, до сих пор не могу поверить, что отхватил такую девчонку.

Он буквально светился от счастья. Все его эмоции были написаны на лице. И я вдруг подумала, как приятно быть рядом с таким человеком, простым и понятным. Не то что с этим Клайдом Каррингтоном, по которому не разберешь, что он думает и что чувствует.

А еще я подумала о том, что играю во всей этой истории не лучшую роль. Лайонелл обожает Киру. А я явилась сюда, чтобы помочь боссу их разлучить. И мне этого совсем не хотелось…

– Так, может, тебе лучше найти ее? И не оставлять надолго одну? – я не могла раскрыть коварные планы работодателя, но попыталась дать несчастному влюбленному хоть какой-то намек.

– Это еще зачем? – не понял он.

Вот же бестолковый!

– Вдруг кто-то решит увести ее!

Лайонелл рассмеялся и потрепал меня по плечу:

– Вот об этом не стоит беспокоиться…

Договорить он не успел.

– Извините, что нарушил вашу милую беседу, – послышалось в этот момент со стороны двери, и я вздрогнула.

Клайд Каррингтон появился словно из ниоткуда. Он явно злился, а вот что его не устроило на этот раз – поди разберись.

При виде соперника Лайонелл только радушно улыбнулся.

– Рейчел, кажется, твой жених по тебе соскучился, – подмигнул он мне.

Он не заметил ни напряженной складочки между бровей мистера Каррингтона, ни плотно сжатых губ. А меня это выражение лица выводило из себя. Равно как и напряженное молчание, повисшее между нами, как только мы вдвоем направились обратно к бассейну.

– Ну давайте уже, ворчите! – не вытерпела я. – Видно же, что вам очень хочется.

– Все и так очевидно, – сердито буркнул босс.

– Вообще-то нет, – возразила я, немного поразмыслив. – Мне кажется, что у вас все идет четко по плану.

– Что-то не припомню в этом плане пункта о том, что моя невеста должна уединяться с голыми мачо, – съязвил босс и прибавил шагу.

Я же от удивления сбросила скорость и значительно отстала. Ну надо же, нашел к чему придраться.

– Во-первых, Лайонелл был не голый, а в плавках, – сообщила я, догнав босса почти у самого бассейна. – Он как раз перед этим плавал. Без маски, между прочим, на одном дыхании.

– Очень ценное дополнение, – фыркнул мистер Каррингтон.

– А во-вторых, что вы к нему цепляетесь? – вступилась я за несчастного футболиста. – Сами с минуты на минуту у него любимую невесту уведете, а ему уж и поговорить ни с кем нельзя…

Я хотела еще что-то добавить, но не успела. Босс резко затормозил, повернулся ко мне, явно намереваясь дать резкий весомый ответ. Только вот я не сумела вовремя затормозить. Налетела на него со всего размаху.

Он даже не дрогнул – так и стоял глыбой. А я, потеряв равновесие, полетела прямо в бассейн.

На секунду погрузилась в воду с головой и испуганно начала изо всех сил лупить руками и ногами. Метод сработал: спустя мгновение я уже вынырнула на поверхность и в два гребка доплыла до противоположного бортика. Видимо, от шока мои силы удесятерились.

Уже схватившись за перила лестницы, я обнаружила, что все гости Лайонелла забросили завтрак и столпились вокруг бассейна. Под их изумленными взорами я выбралась на сушу.

Легкое утреннее платье тут же повисло на мне мокрой тряпкой. Я взглянула на подол, облепивший ноги, и пришла в ужас. Намокнув, дорогая ткань стала совершено прозрачной. Она не скрывала вообще ничего! А эти ужасные люди продолжали пялиться, словно это все было частью шоу, запланированного на промежуток между завтраком и игрой в гольф.

Путаясь и спотыкаясь, я бросилась наутек. И позволила себе остановиться только ворвавшись в комнату и захлопнув за собой дверь. Не успела я перевести дыхание, как дверь снова лопнула, впустив мистера Каррингтона.

– Рейчел, извини, я не хотел, – проговорил он с порога. – Не заметил, что ты так близко, и…

– Не стоит беспокоиться, мистер Каррингтон, – ехидно ответила я. – Я уже начала привыкать, что вы меня вообще не замечаете.

– Я прекрасно тебя замечаю, Рейчел, – насупился босс. – Трудно не заметить человека, который превращает твою жизнь в бардак!

– Вот здорово! – отозвалась я. – А то я уже подумывала смонтировать себе бэйджик с лампочкой и мигалку, чтобы не теряться в свете звезды.

– Какой еще звезды?

Босс в два счета оказался рядом. Так близко, что я чувствовала, как он весь кипит. Казалось, еще чуть-чуть – и извергнется, как вулкан. Но меня это уже не пугало.

– О, да вы никого не видите, кроме своей Киры!

Я встряхнула мокрыми волосами и смело уставилась ему в глаза.

А уже в следующий момент губы обжег поцелуй: грубый, жгучий, невероятно чувственный…

На краткий миг я просто растерялась, позволив рукам обвить его талию. Но потом внутри всколыхнулось возмущение: что он себе позволяет?

Я вцепилась в рубашку, надеясь оттолкнуть его. Сделала шаг назад, пытаясь вывернуться… Бесполезно. Сзади – стена, впереди – мой босс… И сдвинуть его с места не проще, чем попытаться пройти сквозь стену!

С трудом оторвавшись от его губ, я прошипела:

– Не смейте! Тут никого нет, смотреть некому и вообще…

Его губы снова настигли меня. Жадные, жгучие… Мои ладони, упиравшиеся в его грудь, все еще пытались его оттолкнуть, но уже как-то вяло, слабо… Я никак не могла найти в себе сил прервать этот бесстыдный и жаркий поцелуй.

Он оглушал, лишал воздуха. Я чувствовала, что задыхаюсь – и не могла прерваться ни на мгновение.

Уже сама впивалась в горячие губы. Еще, еще…

Больше этой сладости, жгучего меда, сводящего меня с ума! Злость на Клайда Каррингтона никуда не делась, и она делала желание еще острей, заражала безумием…

Мы отстранились друг от друга, тяжело дыша, глядя в глаза – и читая в них злость пополам с возбуждением.

А потом снова вцепились друг в друга, целуясь так, что губы начинало саднить, словно только что встретились после долгой разлуки, а не поругались насмерть…

Его руки скользили по моей спине, разглаживая складки мокрой ткани. Они послушно расправлялись, облепляя мое тело как вторая кожа, позволяя ему изучать все изгибы. Я и сама была готова стать такой же податливой как эта ткань, отвечать на каждое касание его ладоней…

И в этот момент услышала женский смех. Мелодичный, как звонок серебряного колокольчика, он проникал мне в самую душу, терзал и ранил. Это была она, Кира. Она смеялась так, будто потешалась надо мной.

Я даже не смогла понять, слышала ли ее наяву, через распахнутое окно, или же это был лишь плод моего воображения.

Но так ли это важно? Я с силой оттолкнула мистера Каррингтона.

– Мне надо… надо переодеться… – прошептала я хрипло.

Губы все еще жгло от его поцелуя, а тело, разомлевшее от ласк, отказывалось слушаться. Тем не менее я схватила майку и шорты – первые, что попались под руку, и проскользнула в ванную.

Сердце бешено колотилось, а руки тряслись как от озноба. Я боялась, что он позовет, поманит меня, и я не смогу найти сил, чтобы отказать.

«Нет, Рейчел, нет, это не твой мужчина, – мысленно повторяла я. – Он же сломает тебя, чтобы достичь своей цели. Ты видела его в работе, ты знаешь его хватку. Клайд Каррингтон не остановится ни перед чем».

Я знала, что не могу позволить себе потерять голову. Мне нужно было отключить все чувства, вырвать с кровью желания, обрезать все пути, ведущие в его объятия. Только так я смогу с честью выйти из этой ситуации, никому не дав ни единого повода насмехаться над собой.

Сменив одежду, я встала перед зеркалом. Оставалось самое сложное: нужно было нацепить на лицо выражение холодного равнодушия. С этой маской мне предстояло жить как минимум до конца уикенда.

Я вышла из ванной совсем другой, и мистер Каррингтон сразу уловил перемену. Он скользнул по мне взглядом, и глаза его словно потемнели.

– Вам, кажется, тоже надо переодеться, – спокойно заметила я.

Только сейчас я заметила, что на его одежде после наших объятий появилось влажное пятно – отпечаток насквозь промокшей, растерянной, застигнутой врасплох Рейчел. Мистер Каррингтон и сам, кажется, не видел этого. Он растерянно оглядел себя и коротко кивнул.

Босс скрылся в ванной, а я получила еще одну отсрочку, чтобы привести свои чувства в порядок. Да, во время нашего коротенького диалога я держалась молодцом, ни один мускул не дрогнул на моем лице. Но кто бы знал, каких нечеловеческих усилий это стоило! Смогу ли я продержаться Снежной Королевой до самого конца? Что ж, приложу к этому все усилия.

Когда мистер Каррингтон вышел из ванной, я была готова к следующему раунду.

– Давайте забудем все, что только что произошло, – обратилась я к нему тем деловым тоном, каким когда-то обсуждала подробности нашей сделки. – И сделаем все возможное, чтобы подобное больше не повторялось. Это недопустимо.

– Согласен, – отозвался босс так же официально.

Я кивнула, хотя это слово и отозвалось в моем сердце болью. Я не думала, что он так быстро и легко согласится со мной. Нет, конечно, это было хорошо, но…

Но этого ли я хотела?

– Если вы не против, мне бы хотелось побыть в одиночестве, – попросила я. – Что-то нет желания выходить к гостям. Пока что. И вообще, пусть они забудут о моем сеансе стриптиза.

– Без проблем, – кивнул мистер Каррингтон. – Дам тебе знать, как только кто-то еще упадет в бассейн и перетянет все внимание на себя.

В ответ я натянуто улыбнулась. У меня не было сил вступать с ним в перепалку. Я вообще не понимала, как он может шутить и ерничать сейчас.

Босс вышел, даже не взглянув в мою сторону. Я видела из окна, как он спустился с крыльца и направился к бассейну, у которого снова звучала музыка, лились рекой коктейли и веселились богатые и знаменитые люди. Я знала, что среди них он будет искать глазами лишь одну женщину, прислушиваться к ее голосу, как бы невзначай касаться ее кожи.

Я ему не нужна. И об этом нельзя забывать ни на минуту.

Стоило Каррингтону уйти, я взяла в руки телефон. Нужно было срочно чем-то занять себя, чтобы не сойти с ума. Тот с готовностью мигнул и продемонстрировал пропущенный вызов от мамы.

Сердце тревожно дрогнуло и пропустило удар. Она не должна была звонить. Я разговаривала с ней совсем недавно и сказала, что буду работать все выходные. Она бы не стала меня беспокоить без серьезного повода.

Да что же еще могло случиться?

К счастью, ответила она быстро.

– Рейчел, ну наконец-то, – мамин голос звучал вполне нормально.

С души сразу как будто сняли трехпудовый камень. Кажется, все у нее в порядке.

– Я же предупреждала, что буду работать, – напомнила я.

– Да-да, конечно, – строго сказала она. – Это, значит, так теперь называется? Почему ты все еще нас не познакомила?

– С кем – с ним? – спросила я, уже догадываясь, каким может быть ответ.

– С Клайдом Каррингтоном, конечно! – не разочаровала мама. – У нас все соседи только и говорят о том, что Рейчел Стюарт подцепила богатого красавчика, а я, ее родная мать, узнаю все последней. Нет, так дело не пойдет!

– Мама! Все не так! – в отчаянии воскликнула я. – Это все… ошибка. Журналисты, как всегда, все перепутали. Мы просто вместе работаем и…

– Не смейте мне врать, юная леди! – оборвала мама мою пламенную речь. – Я, между прочим, своими глазами видела, как он тебя целует! Мне соседка показала, она в интернете нашла. Так что жду вас в гости на пудинг, и это не обсуждается.

– Только не пудинг, – взмолилась я. – Мистер Каррингтон не сможет… У него плотный график…

– Значит, девушку при всех он поцеловать смог, а в гости к родителям приехать – у него график! Пусть не придумывает!

– Ну мама… – взмолилась я, хотя уже и не надеялась быть услышанной.

– Все, жду, – подытожила мама разговор.

– Ну, пожалуйста, нет! – молила я, хотя моя родительница уже положила трубку.

Что ж, ситуация окончательно вышла из-под моего контроля. Я не управляла ничем, а существовала внутри нее, как щепка посреди бушующего океана.

Теперь я понимала, что значит – оказаться между двух огней.

Что же делать?

Попытаться затащить блестящего миллионера и светского льва в деревенский домик, где его накормят пудингом и заставят смотреть мои детские фото?

Нереально! А даже если и получится – работы мне после этого не видать как своих ушей. Такого он мне точно не простит.

А отказать маме… Бр-р-р!

Об этом даже думать не хочется. В конце концов, работу я себе еще найду, а вот слушать упреки до конца жизни – нет, это выше моих сил.

Да и для самого мистера Каррингтона это может быть опасно.

Кто знает, на что способна домохозяйка, если отвергнуть сначала ее фирменный пудинг, а потом ее дочь. Не могу сказать за всех, но моя мама в таком случае способна подпортить жизнь любому, будь он хоть крупный бизнесмен, хоть сам дьявол.

По всему выходило, что мне придется затащить босса в нашу глушь и заставить попробовать фирменный пудинг миссис Стюарт. Звучит как что-то из разряда фантастики, но я обязательно что-нибудь придумаю.

Нет, оставаться безвольной щепкой в этом океане было никак нельзя. Пора было начинать грести.

И, кажется, я уже даже представляла, в какую сторону. Я должна показать боссу, что изо всех сил стараюсь ради его плана. А потом, когда он проникнется благодарностью, ошарашить новостью…

В конце концов, это из-за его поцелуя под вспышки камер я теперь не могу вернуться домой одна.

Я посмотрела на себя в зеркало, придвинула объемную косметичку и начала делать макияж. Сегодня я буду самой обворожительной и счастливой ненастоящей невестой в мире. Моему боссу просто не останется ничего другого, кроме как, в свою очередь, выручить меня.

Когда мистер Каррингтон вернулся в комнату, я уже почти закончила с мэйкапом.

– Лайонелл и Кира устраивают грандиозную вечеринку, – сухо сказал он, даже не взглянув в мою сторону. – Будет фейерверк и что-то еще. Тебе тоже придется пойти, отсиживаться в комнате не получится.

– Конечно, пойду. Я ведь обещала, у нас договор!

Босс застыл, взглянув на меня с недоверием. Он как будто еще сомневался, что на самом деле слышал все то, что я сказала.

– У меня как раз есть чудесное платье. Элис подобрала отличный вариант, – добавила я на всякий случай.

– Предупреждаю, что в бассейн в одежде пока больше никто не сиганул, и ты все еще самая обсуждаемая персона в этой компании, – заявил он, прищурив глаза.

Ах, как мне хотелось съязвить в ответ! Язык чесался так, словно стал жертвой сотни прожорливых комаров. Но я сдержалась.

– Меня это не смущает, – отмахнулась вместо этого я. – Ведь вы будете рядом и сможете меня поддержать, как самый любящий жених. Думаю, все решат, что это даже мило.

Мистер Каррингтон небрежно кивнул.

И все же оставшееся до вечеринки время косился на меня с недоверием из-за экрана своего рабочего ноутбука. Я же красивыми волнами уложила волосы, нарядилась и добавила по паре капель любимых духов на запястья и за мочки ушей.

– Я готова, милый, – сообщила я ему, встав рядом.

Босс смерил меня взглядом с головы до ног, словно искал, где я могла припрятать оружие.

– «Милый»? – хмыкнул он. Отлично. Значит, больше придраться не к чему.

– Вхожу в роль, – охотно пояснила я.

– Хорошо, попробую быть милым, хотя рядом с тобой это сложно, – пробурчал он, распахивая передо мной дверь.

Я проигнорировала новую шпильку в свой адрес. И, следуя своему плану, взяла босса под локоть. Бицепсы под тонкой тканью рубашки тут же напряглись. Он как будто скомпоновался, чтобы быть готовым в любую секунду отразить нападение.

Неужели опасался, что я могу взять его в захват и, перекинув через плечо, забросить в бассейн?

Идея, конечно, отличная, но не сегодня, милый. Я ободряюще похлопала его по плечу и руку не убрала.

– Скажи мне прямо, в чем подвох? – тихо сказал он, склонившись к моему уху. – Мне нужно знать, каких ждать проблем.

Чтобы, в свою очередь, прошептать ему ответ на ухо, мне пришлось подняться на цыпочки.

– Я просто делаю все, чтобы мы выглядели как настоящие жених и невеста, – затараторила я. – Раз уж мы влипли в эту историю, то просто обязаны поддерживать друг друга, правда?

– Ты совершенно права, дорогая, – уже громко ответил мистер Каррингтон и собственнически положил руку мне на талию. Уверена, что настороженный блеск в его глазах в этот момент видела только я.

Во время вечеринки Каррингтон старался ни на секунду не спускать с меня глаз. Я уверена, что он не видел ни одного номера из тех, что демонстрировали приглашенные артисты, и остался бы голодным, если бы я не принесла ему с фуршетного стола тарелку с канапе.

Сама я на этот раз старательно избегала коктейлей и приветливо улыбалась всем, кто подходил к нам поздороваться. Первая начинала смеяться над всеми его шутками, а когда он говорил серьезные вещи, изо всех сил кивала. Я была так убедительна, что даже заядлые скептики поверили в нашу любовь.

– Когда увидел сообщение о твоей свадьбе, решил, что это несусветная чушь, Клайд, – признался во время разговора один из звездных приятелей босса. – Ты ведь даже Киру не торопился вести к алтарю. Но теперь вижу, кого ты на самом деле искал всю жизнь.

Он кивнул в мою сторону, а я счастливо вздохнула и блаженно улыбнулась, словно подтверждая его слова.

– О да! – хмуро кивнул босс, сверля глазами дырку в моем темечке. – Сам никак не поверю своему счастью.

В этот момент диджей включил красивую медленную мелодию, и мистер Каррингтон потянул меня на танцпол. Почему-то меня в тот момент не смутило то, с каким ехидством он в этот момент взглянул. И я охотно пошла за ним.

Босс сразу крепко обнял меня за талию и привлек к себе с такой силой, что я буквально шмякнулась носом в его плечо. При этом с усилием подавила желание отдавить ему ногу каблуком и принялась двигаться в такт его движениям.

Танцевал мистер Каррингтон неплохо, из ритма мы с ним не выпадали и со стороны, скорее всего, выглядели страстно влюбленными. Я уже приготовилась расслабиться, но в этот момент почувствовала, как его рука сползла с моей талии и накрыла бедро. Кровь внутри моментально вскипела. Конечно же, от возмущения. Мне пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы не пихнуть его как следует в бок.

«Держись, Рейчел, тебе нужно это пережить, – остановила я себя от решительных действий. – Подумаешь, какой пустяк – рука на попе. Лежит же спокойно. Может, просто съехала, а он и не заметил».

Но уже в следующий момент мистер Каррингтон крепко сжал ладонь, сминая и юбку нарядного платья, и мое бедро. Это было так неожиданно и породило у меня внутри такую гамму противоречивых чувств, что я, сама того не желая, глубоко и шумно вздохнула. Сомнений никаких не оставалось: босс меня лапал.

Я приподнялась на цыпочки, чтобы тихо, на ухо, напомнить ему о границах дозволенного. Но он не дал мне произнести ни единого слова. Словно хищник набросился и впился в мои губы очередным поцелуем.

Все тут же смешалось у меня в голове. Мы словно застыли в пространстве и времени, и это уже не мы вращались в танце, а все крутилось вокруг нас – люди, огни, звезды, планеты. Откуда-то оттуда, извне нашего маленького мира, доносилась красивая мелодия и хрипловатый голос певца, выводящий слова о любви.

Я и сама не заметила, как ответила на этот поцелуй, как сама стала искать его губы, ловить кончик языка, чтобы ярче, полнее ощутить его вкус. Не осознала, в какой момент положила свою руку ему на затылок, пропустив между пальцами пряди мягких темных волос. И в этот момент не играла. Я в самом деле таяла в его руках.

Мы остановились, как только стихла музыка. Мистер Каррингтон посмотрел на меня потемневшими до глубокой черноты глазами и одними губами произнес короткое «Идем».

Я не сопротивлялась, когда он крепко взял меня за руку и повлек к дому. И вовсе не ради нашего спектакля, о нем я уже и не думала. Во время танца мы словно перешли на другой уровень, и слишком много всего происходило в моей собственной душе.

Я понимала, что может случиться дальше, как только мы с Клайдом Каррингтоном останемся наедине за закрытыми дверьми: такие поцелуи не бывают сами по себе, они всегда являются лишь началом, прелюдией к чему-то большему.

Только вот… Мне нельзя.

Нельзя, если собираюсь работать в его компании, если хочу устроить свою жизнь легко и просто, без ненужных страданий, ревности и слез в подушку! Я должна остановиться, как только дверь за нами закроется.

Да, меня тянет к нему со страшной силой – глупо это отрицать. И все же надо держать себя в руках.

Он распахнул передо мной дверь в комнату, и я шагнула в темноту, уже ожидая почувствовать его рядом, обжечься его дыханием…

И тут же дать отпор! Да! Главное, об этом не забыть!

Но щелкнул выключатель, и комнату залил пронзительный электрический свет. Мне пришлось прищурить глаза, чтобы избавить их от рези. Романтический момент был испорчен.

– Ну и что это было? С чего вдруг ты стала такой… милой? – мистер Каррингтон прикрыл дверь и встал между нею и мной, скрестив руки на груди. – И не смей увиливать от ответа.

Меньше всего в этот момент босс был похож на страстного любовника, готового очертя голову кинуться со мной в пучину страсти. Уж скорее он походил на следователя, который светит преступникам в глаза фонариком, требуя немедленно признаться во всех преступлениях. И, прошу заметить, этот образ не имеет никакого отношения к эротическим фантазиям.

– Хорошо, я скажу…

Но стоило мне набрать побольше воздуха в легкие для долгой убедительной речи, как раздался звонок телефона.

Мистер Каррингтон взглянул на экран и тяжело вздохнул.

– Мне надо ответить, – бросил он коротко и уже по-другому, почти нежно, произнес в трубку: – Слушаю, мам.

Слушал он долго. Несколько минут подряд босс не пытался даже вставить ни одного слова. Мне не было слышно его собеседницу, и о том, что телефонный разговор еще не окончен, я догадывалась лишь по его лицу. В начале оно просто выражало покорность судьбе, потом гнев, отрицание и, наконец, снова все ту же покорность. Ну разве что желваки никак не могли успокоиться и ходуном ходили под его кожей. Да руки отчего-то сжимались в кулаки.

– Да, мама, конечно… – наконец произнес мистер Каррингтон. – Конечно, я вас с ней познакомлю.

Когда я взял Рейчел за руку и объявил своей невестой, и подумать не мог, чем это обернется. Впрочем, сейчас вообще не понятно, о чем я думал. И думал ли вообще. Но уж точно не рассчитывал, что все это зайдет так далеко.

Я полагал, мы просто проведем уикенд на вилле, и я убью двух зайцев сразу: продемонстрирую Кире, что у меня в жизни все прекрасно, и неплохо проведу время, заставляя Рейчел смущаться и вгоняя ее в краску. Возможно, это не делает мне чести, но уверен: любой, кто хоть раз видел, как мило она смущается и краснеет, меня бы понял и простил.

Журналисты и всеобщая огласка в мои планы явно не входили, но это можно было еще как-то пережить. В конце концов, сплетни о скорой свадьбе вовсе не то же самое, что сплетни об изменах или, к примеру, о разводе. Они скорее работают на репутацию, чем против нее.

А вот то, что слухи дошли до моей матери (я невольно поморщился), было не слишком здорово. И сейчас миссис Каррингтон ждет нас в гости, до глубины души возмущенная тем, что о таких переменах в жизни единственного сына узнает из газет.

Я вспомнил, с какой неохотой Рейчел согласилась играть эту роль здесь, на вилле, нашпигованной богатыми бездельниками. Мне пришлось пообещать ей должность в своей корпорации. А ведь это всего лишь развлекательная поездка, а не встреча с монстром в человеческом обличье.

Что мне надо пообещать Рейчел, чтобы она на это согласилась? Должность моего зама или просто отдать свою собственную?

Я отложил в сторону телефон, настраиваясь на долгий разговор и тяжелые уговоры.

– Это звонила ваша мама? – поинтересовалась Рейчел.

– Именно, – со вздохом признался я и добавил: – Она хотела бы, чтобы мы приехали к ней в гости. Я понимаю, что об этом мы не договаривались, но…

Закончить я не успел. Рейчел меня перебила:

– Конечно же, мы должны поехать и познакомиться с ней, – сказала она с каким-то подозрительным энтузиазмом. – Это ведь все-таки мать, она беспокоится. Да и вообще, узнавать о помолвке своего чада из новостей не очень-то и приятно.

Кажется, она собиралась приводить еще какие-то аргументы в пользу знакомства с моей матерью, но я не собирался все это выслушивать.

– Рейчел, что происходит?

Она выдохнула, словно из нее выпустили весь воздух.

– Звонила моя мама… И она тоже узнала о нас и жаждет познакомиться с будущим зятем.

Вот оно что. А я уже начал беспокоиться: что за подозрительная покладистость.

– И где же живет твоя матушка?

– В двух часах езды отсюда… – в голосе Рейчел слышалась искренняя скорбь. – У нее небольшая ферма… Там все очень скромно, понимаете? Давайте я покажусь вашей маме, а вы – моей… Это же будет справедливо? Только вы не отказывайте сразу!

Теперь ее голос снова звенел, но на этот раз уже от готовых прорваться слез. И я почувствовал несказанное облегчение. Мне не придется обещать ей повышение, огромную денежную компенсацию или еще бог знает что. Достаточно будет пообедать с милой деревенской старушкой. Уж с этим-то я справлюсь.

– Хорошо, – быстро объявил я, пока она не передумала. – Значит, план такой. Завтра утром мы выезжаем, обедаем с твоей мамой, затем в аэропорт и летим к моей. Она живет в столице.

– А потом? – осторожно спросила Рейчел.

– А потом, как я и обещал, ты получишь должность в моей корпорации. Элис поможет подыскать жилье… О расторжении помолвки объявим попозже, и я постараюсь сделать это с наименьшим шумом.

– Понятно, – кивнула она. – Конечно, вы правы. Этот цирк с кордебалетом не может длиться вечно.

Она резко поднялась, взяла из шкафа свою жуткую ночную рубашку, больше похожую на наряд привидения викторианской эпохи, и направилась к ванной комнате.

– Я собираюсь спать! – объявила она.

Похоже, ее настроение снова резко переменилось. Наверное, я скоро смогу к этому привыкнуть.

– А я, пожалуй, еще схожу, пропущу стаканчик.

– Как вам будет угодно.

Она резким движением распахнула дверь в ванной, гордо вскинула подбородок, сделала шаг и, разумеется, споткнулась. Послышались тихие чертыхания.

– Ты в порядке, милая? – усмехнулся я.

Ответом мне было злобное бормотание, в котором я различил парочку нецензурных слов.

– Будь осторожнее, я еще не готов стать вдовцом, – сказал я и вышел из комнаты.

Направлялся я к бару у бассейна. Нужно было взять стаканчик виски и найти тихое местечко, чтобы привести в порядок мысли.

Я свернул в дальний угол сада, чтобы не слышать музыку и смех, которые все еще не смолкали у бассейна. Разговоры с матерью и раньше выбивали меня из колеи. Бог знает как, но она умела несколькими фразами превратить меня из взрослого мужчины, с чьим мнением считаются, с кем ищут знакомств, в мальчишку, который только что разбил дорогую вазу и ждет нагоняя.

Но сейчас я беспокоился вовсе не о себе. А о Рейчел.

И если она переживала, что в ее доме меня заставят есть какой-то пудинг, то я боялся, что в моем на закуску пойдет сама Рейчел.

Моя мать – наш семейный Наполеон в юбке. Недостаток роста она с лихвой компенсировала железным характером и властностью. С неиссякаемым упорством эта маленькая женщина стремилась к идеалу и к нему же гнала всех окружающих. Ее боялись все – горничные и повара, парикмахерши и массажистки, соседи и друзья. У секретарш моего отца мог случиться микроинфаркт, если она вдруг появлялась в офисе. Да и он сам со временем оказался под ее каблуком.

Естественно, она пыталась управлять и мной. У нее это получалось довольно долго. Только став подростком, я начал освободительную кампанию. В поисках свободы гонял по ночному городу, нарушая все существующие правила. Занялся стритейсингом – самое нелепое решение в моей тогда еще семнадцатилетней жизни.

Опасность и соперничество. Мне нравилось и то и другое.

И каждый раз, выезжая на трассу, я знал, что должен только победить, снова всем доказать, что я – номер один.

Я летел сломя голову, готов был рисковать жизнью – своей и чужими – ради этого бунта.

До тех пор, пока не понял, что даже этот бунт был организован по ее правилам.

«Что бы ты ни делал, делай это лучше всех,» – повторяла она мне с самого детства.

Стоило мне это осознать, и я без раздумий бросил гонки. Но окончательно освободиться из-под ее влияния так и не смог.

Вот и сегодня стоило услышать ее голос, и на какой-то миг снова почувствовал себя тем самым пацаном.

Знакомить с такой женщиной Рейчел? Это жестоко.

Из все моих знакомых девушек ее смогла бы внести разве что Кира… Но ее я не знакомил с семьей.

– Вот ты где… – голос Киры неожиданно разорвал тишину.

Я так задумался, что даже не слышал, как она подошла. Она села на кресло рядом – и тут же растеклась по нему изящно, как кошка.

Впервые за эти дни мы остались наедине. Она была совсем близко, и от этого делалось не по себе.

– Решила сбежать ото всех? – спросил я, чтобы прервать затянувшееся молчание.

– Сбегать – наша общая привычка.

Она смело посмотрела мне прямо в глаза, так что стало понятно: она все помнит. Помнит, как мы вдвоем скрывались от целого мира. И что для нее это не просто забавная история из прошлого.

– Только не говори, что мечтаешь это повторить, – усмехнулся я.

И внутренне напрягся.

Что если она скажет – да?

– Нет, – серьезно ответила Кира. – Я наконец-тооказалась там, откуда не хочется сбегать.

– Я бы поверил, если бы ты сказала это, стоя посреди съемочной площадки. Но только не на чужой вилле.

– Я отказалась от всех ролей, – пожала плечами она.

– Вилла совсем не чужая. Это наше с Лайонеллом семейное гнездышко. Мы с ним поженились. Два месяца назад.

Я молчал, ошарашенный этим известием. Слишком уж хорошо помнил, как она убеждала меня, что свадьба для актрисы – это пиар-акция. Или речь шла только о свадьбе с успешным бизнесменом?

Но ведь и ее футболист вполне подходит для пиара: молодой, привлекательный, известный.

– Не помню, чтобы о вашей свадьбе писали в прессе, – я словно пытался поймать ее на вранье.

– Устроили маленький праздник только для самых близких и…

– И никакого пиара? – я смотрел с усмешкой.

Поверить в это было невозможно. Как если бы Кира перестала быть Кирой.

– Пиар мне сейчас ни к чему. Я вообще отказалась от всех ролей, – пожала плечами она.

А во это было уже так странно, что даже пугающе.

– Это он тебя заставил? Кира, если тебе нужна помощь…

Она расхохоталась.

– Лайонелл заставил? О боже, Клайд, тебе надо делать карьеру в стендапе. А вот в психологи не ходи, это не твое. – Она помолчала и добавила. – Я сама так решила. Мы ждем ребенка, и это важнее, чем любая роль.

Это было так неожиданно, что я не удержался и скользнул взглядом по ее фигуре, словно хотел найти доказательства.

– На этом сроке ничего не видно, – она прижала ладонь к животу. – Но там уже действительно растет новая жизнь. Здорово, да?

Кира улыбнулась и сразу стала другой. Спокойной, безмятежной и… чужой.

– Тогда зачем тебе нужно было тащить сюда меня?

Теперь мне и правда было важно узнать, что ей надо. Без вранья о возможной дружбе.

– Воспринимай это как гормональные капризы, – рассмеялась Кира. – Мне просто хотелось, чтобы ты увидел меня такую счастливую и понял, наконец, кого потерял. И чтобы локти свои изгрыз.

Ответ вертелся у меня на языке, но вслух я ничего не сказал. Такое нельзя говорить беременным женщинам. Даже если никак не можешь поверить в их беременность.

Так что я лишь хмуро бросил:

– Боюсь, ничего из этого не вышло.

– Знаешь, а я рада, что так все получилось, – после паузы добавила Кира. – Мне правда стало лучше, когда я увидела, что ты тоже счастлив.

Я взглянул на нее с удивлением. Это она еще с чего взяла?

– Не буду спорить, сначала расстроилась, когда увидела, какие вы с Рейчел бросаете друг на друга взгляды, продолжила она. – Думала, что после меня ты никого уже не полюбишь. А ты…

Она в шутку ударила меня по руке и тут же продолжила:

– Но я счастлива и хочу, чтобы все вокруг могли испытать то же самое.

– Даже такой негодяй как я? – спросил я с улыбкой.

И вдруг подумал, что никогда не видел ее такой – спокойной, умиротворенной, счастливой.

– Ты не такой уж и негодяй, каким хочешь казаться.

Она поднялась и пошла в сторону, где все веселились и играла музыка.

Я смотрел на ее удаляющуюся фигуру и испытывал при этом странное облегчение. Кажется, теперь я тоже смог окончательно отпустить ее.

Сидеть в одиночестве больше не хотелось, и я вернулся в комнату. Рейчел уже спала, закутанная с головы до ног в свою дурацкую сорочку.

Но даже в этом странном наряде Рейчел была удивительно красивой. Ее волосы разметались по подушке, а сама она улыбалась какому-то своему сну и казалась совершенно безмятежной. Бедняжка пока не знала, к какому чудовищу ей придется ехать в ближайшем будущем.

Вдруг захотелось дотронуться до нее. Не наброситься, сминая под собой, а лишь слегка коснуться, чтобы ощутить тепло. Я осторожно провел пальцами по щеке, смахнул упавшую на лоб прядку и замер, заметив, что она глубоко вздохнула. Еще не хватало, чтобы меня застукали за этими нежностями…

В душ и спать.

Это был долгий и странный день.

Рейчел Стюарт родилась в редкостной дыре, вдали от мегаполисов.

Мы ехали по ее родному городу, и я с удивлением рассматривал маленькие домишки, почти полностью увитые плющом. Серьезно? Такое еще осталось? Может, тут и чистые сердцем люди до сих пор встречаются?

Сама Рейчел, кажется, никакой ностальгии не испытывала. Для этого она была слишком взволнована.

– И помните, вы не обязаны съедать весь пудинг, который вам положат в тарелку, – твердила она, когда мы уже стояли у деревянной двери ее родного дома. – Да, полагаю, вы и не сможете.

– Все будет хорошо, – успел я сказать ей, до того как дверь распахнулась, и на пороге показалась женщина с такой же как у Рейчел темной копной волос.

– Ну наконец-то! – вместо приветствия произнесла она и смерила меня взглядом-сканером с головы до ног.

– Мам, знакомься, это Клайд Каррингтон… тот самый. Клайд, это мама.

– Конечно тот самый, – рассмеялась миссис Стюарт. – Ты у меня не из тех девиц, которые за пару дней одного жениха на другого меняют.

Вот тут я, признаться, удивился. Насколько мне известно, Рейчел именно это и сделала недавно: сменила жениха даже не за пару дней – за пару минут. Но обсуждать это сейчас точно не стоило.

Между тем миссис Стюарт пригласила нас к столу, щедро уставленному тарелками и мисочками. В центре возвышался тот самый пудинг. Мне сделалось несколько не по себе. Это угощение точно рассчитано на троих? Не на дюжину гостей?

Я покосился на Рейчел. Как она умудрилась с таким рационом остаться стройной?

Миссис Стюарт щедро навалила мне на тарелку куски мяса и овощей и залила их соусом.

– Рейчел у меня тоже хорошо готовит, – сообщила она доверительно. – Я ей все свои рецепты передала. И рагу, и пирога с почками, и пудинга. Она ведь делала для вас наш фирменный пудинг?

– Пока у нее не было такой возможности, – пожал плечами я. – Мы предпочитаем есть в ресторанах.

– Ай-яй-яй, – миссис Стюарт погрозила дочери пальцем. – Уж могла бы жениха и побаловать. В пудинге ведь главное что? Яйца свежие купить да взбить их правильно. А Рейчел у меня, бывало, так взбивала, что они чуть не до потолка поднимались да так и стояли крепенько, не уронишь.

– Ну, мама… – попробовала возразить Рейчел, но безуспешно.

– К нам тогда Брайан Смит все заглядывал, – продолжала та, не обращая внимания на дочь. – Все говорил, что ради такого пудинга и жениться можно.

– Это было в восьмом классе, – вставила Рейчел. – И жениться этот толстяк был готов на каждой, у кого имелась лишняя булочка.

– Вот и женился, – миссис Стюарт строго посмотрела на дочь. – Уже второго ребенка ждут, пока некоторые до двадцати пять лет носами курносыми ворочают! Было бы еще от чего важничать…

На этом она внезапно становилась, словно поняв, что разговор зашел не туда.

– Да что же вы совсем не едите! – Миссис Стюарт пододвинула ко мне тарелку с пирогом.

Я постарался сдержать тяжелый вздох. К таким гастрономическим излишествам я точно был не готов.

– Благодарю…

– Я ведь что хотела сказать? Рейчел у меня девочка в общем-то неплохая. В новом платье вон красавицей почти стала. Да и характер у нее в целом хороший, покладистый, если… нажать. Только на беду забила себе голову этой своей карьерой. Сама, мол, всего добьюсь! А женихи, значит, без надобности. Как будто они в очередь выстраиваются в двадцать пять-то лет!

Рекламная кампания в поддержку дочери у миссис Стюарт получалась сомнительная. У меня внутри закипала злость, а Рейчел все ниже и ниже опускала голову над тарелкой с рагу. Казалось, что больше всего ей сейчас хотелось утопиться в мутноватой подливке. Я почти физически ощутил ее тоску и это было невыносимо.

– Но у Рейчел был жених, когда мы встретились! – вспомнил вдруг я. – И мне пришлось за нее побороться!

На самом деле жених, насколько мне известно, вовсе не ушел в прошлое. Хотя в последнее время Рейчел о нем и не вспоминала. И все же его наличие изрядно раздражало.

– Жених?! – глаза миссис Стюарт сделались огромными как блюдца. – И почему я о нем ничего не знаю?!

Рейчел бросила на меня уничтожающий взгляд, а ее щеки ярко вспыхнули.

И в этот момент я понял. Не было никакого жениха. Она его просто придумала.

И почему-то от этого открытия у меня сразу поднялось настроение. Хотелось шутить и смеяться. Или вылезти наконец из-за стола и прошагать несколько миль пешком. Или…

– Клайд несколько преувеличивает, – сказала Рейчел, как только ей удалось справиться с чувствами. – Дэвид был скорее моим поклонником. Очень симпатичный и милый парень… Но, конечно, куда ему до харизматичного Клайда Каррингтона!

Она снова бросила на меня недобрый взгляд.

Ясно. Значит, какой-то там симпатичный и милый Дэвид все-таки есть. Черт бы их побрал – симпатичных и милых. Настроение тут же ухудшилось.

– У него не было шансов, дорогая. Любому же понятно: я лучше. Согласись, тебе со мной чертовски повезло.

– О да! До сих пор не могу поверить в свое счастье. А может, еще салатика? – мстительно сузила глаза Рейчел и плюхнула мне в тарелку зелень, обильно заправленную маслом.

Да уж, она умеет продемонстрировать свое недовольство.

– Благодарю, любимая! Ты у меня такая заботливая.

Я покосился на миссис Стюарт. Как бы она не догадалась, что у нас с ее дочерью в разгаре самая настоящая семейная ссора!

– Ну кто же так накладывает! – недовольно проворчала та. – Аккуратнее надо. Клайд прав, тебе с ним повезло, вот и цени.

Рейчел снова сжалась, выражение лица у нее стало затравленное. И я тут же забыл обо всех разногласиях. Я почувствовал, как снова начинаю закипать.

А миссис Стюарт ничего такого не почувствовала, и продолжала все с тем же энтузиазмом:

– Я вот считаю, оно к лучшему, что у Рейчел ничего не вышло с карьерой. Побыла девочкой на побегушках – и будет. Хорошо, что встретился достойный мужчина. Уж теперь она выйдет за вас замуж, о глупостях забудет, станет домом заниматься, а там, глядишь, деточки пойдут…

– Почему же вы считаете, что с карьерой не получилось? – вынужден был я пойти в контрнаступление. – Я наблюдал за ее работой и могу сказать, что она высококлассный специалист и у нее большое будущее. Хорошую должность в транснациональной компании она уже получила.

– Должность? Это как же? Кто же тогда о вас заботиться будет пока Рейчел на работе?

– Я сам в состоянии о себе позаботиться, – резко сказал я. – А профессиональными успехами жены я буду гордиться не меньше, чем своими.

Миссис Стюарт хотела что-то возразить, но осеклась и переключила внимание на уголок скатерти. Пока она его нервно мяла, я успел поймать взгляд Рейчел. Моя фиктивная невеста смотрела на меня с недоверием и… благодарностью?

– Ну что ж, если вы так считаете… – наконец произнесла ее мать обиженно. – Тогда положу вам побольше пудинга, а остатки соберу в дорогу. Что поделать, раз уж невесте некогда этим всем заниматься.

От свертков с пудингом и пирогом, насильно всученных нам мамой, Каррингтон избавился у входа в аэропорт. Он опустил их в урну с тем же насупленным выражением, которое не сходило с его лица с тех пор, как мы вышли из моего дома. За все это время босс не проронил ни слова.

А что, если он совсем-совсем разочаровался во мне? Честно говоря, после нашего визита к маме даже я сама в себе разочаровалась. Я, конечно, и раньше понимала, что между нами пропасть, но только сейчас поняла, насколько она огромна. Я чувствовала себя провинциальной, никчемной и несостоявшейся.

К тому же он ведь явно понял, что жениха я себе придумала. Так что в его глазах я теперь глупая лгунья-неудачница.

Где-то в глубине души брезжила надежда, что причиной кислой физиономии мистера Каррингтона являюсь не я, а несварение желудка. После обеда у моей матушки такое вполне могло бы быть, однако никаких подтверждений этой версии я не заметила.

– С вами все в порядке? – решилась спросить я, когда последний контейнер с пудингом канул в урну.

– Да, все хорошо, – мистер Каррингтон озадаченно посмотрел на меня. – Эти пироги… Они будут не очень уместны в самолете.

– Нисколечко о них не переживаю, – пожала плечами я.

Мне действительно и без этого хватало причин понервничать. Мы вообще-то летели к его маме, и я собиралась произвести на нее лучшее впечатление. Уж очень хотелось реабилитироваться после кошмарного знакомства с моей родительницей.

А еще я очень боялась летать. И выяснилось это только когда я переступила порог аэропорта. До этого дня мне как-то не доводилось перемещаться на самолетах, так что я и не слишком задумывалась о том, насколько это опасно – подниматься на железной штуковине под облака и нестись там с огромной скоростью. Новая фобия стала сюрпризом.

Мистер Каррингтон заметил, что я сама не своя только когда мы уже разместились на своих местах.

– Что с тобой? – нахмурился он еще больше, взглянув мне в лицо. – Ты вся побледнела. Хорошо себя чувствуешь?

– Все отлично! – дрожащим голоском ответила я.

– Не переживай, ничего плохого с нами не произойдет, – его голос прозвучал неожиданно заботливо. – Эта модель самолета считается одной из самых надежных в мире. Так что просто расслабься, через два часа мы окажемся в другой части страны.

От его слов действительно прибавилось уверенности, и я пережила взлет без инфаркта и инсульта. А стоило самолету набрать высоту, как сделалось и вовсе спокойно. И только я расслабилась настолько, что даже рискнула выглянуть в иллюминатор, как самолет отчетливо тряхануло.

– Дамы и господа, наш самолет входит в зону турбулентности, – тут же раздался мелодичный голос стюардессы. – Просим пристегнуть ремни безопасности и оставаться на своих местах. Пожалуйста, сохраняйте спокойствие.

Спокойствие? Да она хоть представляла, что мы висим между небом и землей в трясущейся железной коробочке?

Руки от волнения похолодели и перестали слушаться, так что даже пристегнуться оказалось непростой задачей.

– Разреши, я тебе помогу, – предложил мистер Каррингтон.

Он щелкнул застежкой у меня на поясе, и в этот момент самолет тряхануло еще сильнее. И еще. И снова.

Если бы босс меня не пристегнул, я бы наверняка вскочила с места и бегала по салону с требованием немедленно выдать мне парашют и выпустить отсюда. Но так как это оказалось невозможным, я просто схватила его за рукав рубашки.

– Мы умрем! Разобьемся! Да на земле даже наших косточек собрать не могут!

С каждым словом я изо всех сил дергала босса за рукав, так что бедная рубашка трещала по швам. Но его это на удивление не разозлило.

– Тихо, Рейчел, все хорошо, – уверенно сказал он. – Такое случается почти при каждом полете, это нормально.

Звук его голоса подействовал на меня успокаивающе, пальцы, судорожно комкающие ткань его одежды, разогнулись, и он смог освободить ее без потерь. А сразу после этого он взял мою руку в свою и крепко сжал ее.

– Все будет хорошо! – повторял он при каждой встряске и сильнее стискивал мою ладонь.

– Наш самолет вышел из зоны турбулентности, – наконец, объявила стюардесса и пассажиры отреагировали на это известие облегченными вздохами. Видимо, я была не единственной трусихой в салоне.

Дальше мы действительно летели так плавно, что, казалось, стоим в воздухе. Однако мистер Каррингтон почему-то так и не выпустил мою руку из своей. Я чувствовала тепло его кожи, ощущала его силу, когда он вдруг сжимал мою ладонь чуть сильнее. И в этом было что-то гораздо большее, чем простая поддержка.

Или мне показалось?

До конца полета я боялась пошевелиться, чтобы не разрушить хрупкую видимость настоящей близости между нами. Она была приятной как мечта, как легкий сон, в котором возможно все. И мне так хотелось, чтобы этот полет не заканчивался никогда.

Я не заметила, как мы приземлились, не слышала сообщение стюардессы о погоде за бортом, не видела, как начали вставать с мест другие пассажиры. И только вздрогнула, услышав голос мистера Каррингтона.

– Ну вот, мы на месте, – сказал он. – Целые и невредимые, как я и обещал.

– Спасибо, – за что-то поблагодарила его я.

Клайд Каррингтон вырос в удивительно красивом месте. Даже вилла Лайонелла не шла ни в какое сравнение с этим местом. Сад, в котором идеально подстриженные деревья и кусты соседствовали со статуями и фонтанами, вполне мог бы составить конкуренцию королевскому. А дом с балкончиками, башенками и колоннами вполне мог сойти за дворец.

Миссис Каррингтон встретила нас в огромной гостиной. Признаться, я даже не сразу сообразила, что эта хрупкая и на вид совсем молодая женщина может оказаться мамой моего огромного серьезного босса. Да и в принципе чьей бы то ни было матерью по моим расчетам она никак быть не могла.

Но я ошиблась.

– Клайд, как я рада тебя видеть! – она широко улыбнулась и раскрыла объятия для сына.

Клайд прижал ее к своей груди так аккуратно, будто бы мама была фарфоровой статуэткой, а он очень боялся ее разбить.

– Знакомь меня скорее со своей избранницей, – потребовала она, уже через мгновение отпрянув от сына. – Хватит с меня уже ваших тайн и загадок.

Мистер Каррингтон приобнял меня за плечи и заставил сделать шаг вперед.

– Знакомься, мама, – сказал он. – Это моя будущая жена Рейчел Стюарт.

Цепкий взгляд красивых глаз пробежался по моей фигуре вниз и вверх. На секунду задержался на носике правой туфли, к которой прилипла пара песчинок. Потом чуть притормозил на ногте указательного пальца, с самого краешка которого откололся лак. И наконец остановился на непослушном локоне, выбившемся у виска. Она подметила все мои недостатки и не собиралась этого скрывать.

Сама же миссис Каррингтон была безупречна от кончиков волос до тонких каблучков на идеальных бежевых лодочках. Даже под микроскопом вряд ли кому-то удалось бы отыскать в ней хоть какой-нибудь изъян. И рядом с ней я вдруг почувствовала себя еще более ничтожной, чем в доме моей матери.

– Ну здравствуй, Рейчел, – произнесла она вроде бы весело. А вроде бы и с угрозой. – Я так мечтала с тобой встретиться. Мне просто не терпится познакомиться поближе и узнать, чем же ты так пленила моего сына.

И она улыбнулась, обнажив два ряда белоснежных зубов. Мне они показались острыми, словно ножи.

«Похоже, ты снова вляпалась, Рейчел, – мысленно констатировала я. – Пудинг твоей матушки по сравнению с тем, что приготовила тебе эта акула просто невинная шутка».

Конечно, нас с мистером Каррингтоном снова поселили в одной комнате. Такой же идеальной, как и все в этом доме. Я быстро осмотрела дорогущую обстановку, выполненную в строгом классическом стиле, всякие миленькие безделушки, которые наверняка стоили как пара коттеджей в моем родном городке. И никаких эмоций эта роскошь у меня почему-то не вызвала.

Даже кровать на резных ножках не произвела особого впечатления, даром что она была размером с половину футбольного поля. Видимо, миссис Каррингтон очень надеялась, что на ее просторах мы с ее сыном потеряем друг друга.

То, что я ей не нравлюсь, было очевидно. Она весьма отчетливо дала мне понять, что я не вписываюсь в ее идеальную семью и не имею никакого права претендовать на ее безупречного сыночка.

Я скользнула взглядом по фигуре босса. Кипенно-белая ткань рубашки не скрывала ни широкие плечи, ни рельефные мышцы рук. Джинсы подчеркивали узкие бедра и стройные ноги. А ведь этот мужчина еще и ужасно умный! В этот момент он показался мне настоящим венцом творенья.

Словно почувствовав блуждающий по его фигуре взгляд, мистер Каррингтон резко повернулся ко мне.

– Что-то ты непривычно тихая, – констатировал он. – Так впечатлена знакомством?

– Да, конечно, – театрально закивала я. – Миссис Каррингтон такая красавица. Она наверняка очень добрая… в глубине души.

Видимо, получилось у меня не очень убедительно. Босс ухмыльнулся, даже не попытавшись сделать вид, что поверил.

– Доброты в ней нет ни грамма. Насчет души я тоже не уверен, – сказал он. – А еще моя мать явно не в восторге от того, что мы собираемся пожениться.

Я хоть и сама понимала это не хуже, чем он, но все равно ощутила обиду. Уверена, любой воспитанный человек на его месте не стал бы акцентировать на этом внимание, чтобы не ранить мои чувства. А он вот ранил.

Чтобы скрыть эмоции, я отвернулась и принялась энергично разбирать чемодан. Надеюсь, в этом дворце к ужину не надо надевать платье с кринолином и напудренный парик. А то Элис мне такого добра не прикупила.

– Но у меня для тебя есть хорошая новость, – продолжил мистер Каррингтон, не замечая мое состояние. – Сейчас ты в более выигрышном положении, чем она. Ведь ты знаешь, что мы не собираемся жениться. Так что нравиться ей тебе не обязательно.

Что и говорить, обрадовал так обрадовал. Напоминание о том, что у нас все не по-настоящему больно кольнуло в сердце. А в носу нещадно защипало. Хотелось немедленно заплакать, и я изо всех закусила губу. Не отвечая и не оборачиваясь, я в очередной раз принялась перебирать платья.

– Будь сама собой, – продолжал напутствовать мистер Каррингтон. – Просто расслабься и постарайся получить удовольствие от происходящего.

Поддерживать эту беседу у меня не было никакого желания. Поэтому я просто оставила его слова без внимания, сделав вид, что слишком поглощена своим гардеробом.

– Надену вот это, – пробормотала я, схватив то платье, которое как раз оказалось под рукой.

Признаться, я даже и не видела, что именно выбрала. На глазах все же навернулись слезы, и мне просто необходимо было сбежать в укромный уголок.

Да уж, удовольствие я здесь получу редкостное. Слушать о том, что мы никогда не поженимся, от человека, в которого втюрилась по самые уши, это ведь то, о чем мечтает каждая девушка. А я втюрилась. Как последняя дурочка влюбилась в этого глупого мистера Каррингтона.

Ужин в кругу семьи Каррингтонов превзошел мои самые смелые ожидания. Для нас троих в столовой размером с небольшое государство накрыли огромный стол. Словно солдаты на параде на нем выстроились серебряные подсвечники, салфетницы и вазы с цветами.

Босс галантно отодвинул передо мной стул с высокой спинкой, и я уселась, недоуменно разглядывая разложенные передо мной столовые приборы. Ряды разнокалиберных вилок, ложек, ножей и стаканов тянулись в разные стороны от фарфоровых тарелок. И я понятия не имела, что с ними со всеми буду делать.

– Рейчел, милая, как интересно ты уложила волосы, – улыбнулась мне миссис Каррингтон. – Этот сельский шик очень тебе к лицу.

Она торжествующе улыбнулась, явно довольная тем, что смогла меня куснуть.

– Благодарю, – произнесла я скромно. – Если вам так нравится, обязательно сделаю что-то подобное на свадьбу.

Пока мы обменивались первыми любезностями, официанты расставили закуски.

Удивительно, но порции были совсем маленькими. Хотелось спросить: неужели ради этого следовало накрывать стол?

Я с сомнением посмотрела на возникшую передо мной тарелку с овощами. Выглядели они вполне аппетитно. Но вот какой вилкой их подцеплять? И стоит ли перед этим порезать на кусочки ножом? Интересно, каким из этих шести?

– Ох, дорогая, какая ты решительная невеста, – улыбнулась миссис Каррингтон. – Образ для свадьбы выбираешь быстрее, чем вилку для салата.

Она бросила быстрый торжествующий взгляд на мою тарелку, на которой были разложены нетронутые овощи и аккуратно отправила себе в рот кусочек чего-то аппетитного. И, черт побери, я не успела рассмотреть, каким прибором она это сделала!

– Разумеется, – резко ответила я. – Ведь выйти замуж за вашего сына я хочу гораздо сильнее, чем попробовать ваш салат.

С этими словами я демонстративно подхватила ближайший прибор и подцепила им кусок помидора с капелькой соуса. Ну и пусть мистеру Каррингтону будет сейчас стыдно за меня. Зато потом будет очень легко объяснить всем, почему он со мной расстался.

«Не сошлись манерами…» Вполне себе уважительная причина для этого их высшего общества.

При выборе приборов для горячего я тоже не стала слишком уж себя утруждать. Судя по тому, с каким превосходством смотрела на меня миссис Каррингтон, он снова был неправильным.

– Кстати, Клайд, твои юристы уже начали работу над брачным договором? – обратилась она к сыну, демонстративно игнорируя меня.

– Мы с Рейчел решили обойтись без лишних бумаг, – спокойно ответил мистер Каррингтон, и я с удовлетворением отметила, какой ужас вспыхнул в глазах его матушки.

– Но дорогой, ты же понимаешь, что это мальчишество, – начала увещевать она. – При разводе у тебя возникнут из-за этого серьезные проблемы.

– Нет-нет, никаких разводов! – вставила свое слово я, хотя меня никто и не спрашивал. – Я собираюсь прожить с Клайдом всю жизнь, в горе и радости, пока смерть не разлучит нас.

С этими словами я посмотрела на мистера Каррингтона преувеличенно влюбленным взглядом и едва сдержалась, чтобы не послать ему воздушный поцелуй.

Он тоже взглянул на меня, и в его глазах мелькнул странный огонек. Интересно, что бы это могло значить? Может, он сердился, потому что я перешла границы дозволенного?

Впрочем, извинений он бы все равно не добился: мне слишком не хотелось выглядеть несчастной жертвой. Да и просить прощения все равно было поздно. Щеки миссис Каррингтон уже покраснели от гнева, а из глаз вот-вот готовы были вырваться молнии, призванные испепелить недостойную невестку.

– Боюсь, что развод в вашем случае неизбежен, – она обуздала свои настоящие эмоции и с деланным сочувствием посмотрела на сына. – Все-таки браки между людьми разного круга редко бывают долгими. Довольно быстро эта простая девочка тебе наскучит и…

– Не наскучу, – я вдруг почувствовала небывалый азарт, в пылу которого совершенно бесцеремонно перебила будущую свекровь. – Я слишком хороша в постели, чтобы вот так запросто ему надоесть.

К моему полнейшему удовлетворению лицо миссис Каррингтон вытянулось от изумления и негодования. Да и с лицом босса тоже творилось что-то странное. Я не понимала, что означает выражение, которое появилось на нем.

Но размышлять об этом мне было некогда: миссис Каррингтон как раз начала следующий раунд переговоров.

– Бедная наивная девочка, – покачала она головой. – Как опрометчиво предполагать, что мужчину можно удержать таким образом… Если это твой единственный козырь, боюсь, у меня для тебя плохие новости.

– О, не волнуйтесь, не единственный. Есть еще один.

– Какой же?

– Вы! – выпалила я с радостной улыбкой.

– Что ты имеешь в виду? – похоже, мне все-таки удалось выбить ее из образа эдакой милой стервы, у которой все под контролем. Сейчас миссис Каррингтон выглядела растерянной.

– Если что-то пойдет не так, всегда можно попросить у вас совета, – с невинным видом пожала плечами я. – Ведь ваша личная жизнь безупречна, да, мама? Можно я буду звать вас мамой?

На этот раз миссис Каррингтон не сдержалась и бросила на стол вилку и нож, которые держала в руках. Похоже, удар достиг цели. Я ничегошеньки не знала о личной жизни матери Клайда. Подготовленный Элис опросник содержал не так уж и много пунктов, касающихся родителей – только самое необходимое. Но я не сомневалась: миссис Каррингтон вряд ли счастлива в браке. Еще бы – с таким-то характером.

– Пожалуй, я воздержусь от десерта, – сказала она наконец и поднялась из-за стола.

Она быстро вышла, и мы с боссом остались вдвоем. Он не успел сказать мне ни слова, но это и не требовалось. Его тяжелый взгляд был слишком красноречив. Кажется, он обдумывал, какой из наиболее жестоких способов стоит выбрать, чтобы разделаться с выскочкой, посмевшей обидеть его матушку.

– Я тоже, кажется, наелась, – пробубнила я и пулей выскочила из столовой.

Проблема была в том, что бежать было некуда. Я захлопнула за собой дверь спальни, но не успела перевести дыхание, как услышала в коридоре твердые шаги мистера Каррингтона. Недолго думая, я бросилась в ванную, решив, что не буду вылезать из душа как можно дольше.

Вдруг мистер Каррингтон за это время немного остынет. Или вообще уснет.

Но только я успела включить воду, как дверь в ванную распахнулась, и на пороге возник босс. Глаза его потемнели как небо во время грозы, да и весь он был как будто бы наэлектризован.

– Чудесный получился ужин, – залепетала я, чувствуя, что начинаю дрожать под его странным взглядом. – Пошутили, посмеялись…

– Ты совершенно особенная женщина, Рейчел Стюарт, – каким-то не своим, хриплым голосом произнес он.

И уже в следующий момент шагнул ко мне и толкнул под струи воды.

Одежда, моментально намокнув, плотно облепила тело. Но я не чувствовала тяжести мокрой ткани, не ощущала холода кафеля, к которому прижалась спиной, не замечала ручейков, стекающих по моим ногам.

Лишь его горячее дыхание, его руки, с силой сжимающие мою талию, вкус его губ.

– Что вы делаете… – попыталась возмутиться я, но очень трудно говорить и целоваться одновременно, особенно когда сверху льется вода.

А еще я не хотела возмущаться. Хотела продолжать – целовать его губы, задыхаясь от нежности и льющейся сверху воды.

Я и сама не заметила, как пальцы запутались в его волосах. Как тело само потянулось к нему, прижалось так крепко, словно мы слились воедино… И наплевать, что платье облепило ноги, а по спине барабанит теплый дождь.

– Рейчел…

Он протянул мое имя низким, хриплым голосом. И от этого окончательно снесло крышу;

Мои пальцы, скользящие по его груди, по влажной коже… Его ладони на моей спине, нежные и сильные…

Его тяжелое дыхание обжигало шею. Я сама уже с трудом дышала, выталкивая воздух нервными полувсхлипами. Подалась к нему бедрами, на миг почувствовав прикосновение горячей мужской плоти…

Он вошел в меня медленно, на всю глубину – и я задрожала, чувствуя, как растворяюсь в экстазе. Таком же медленном, глубоком и неотвратимом. А он даже не дал мне прийти в себя – начал двигаться, ускоряя темп, давая волю своей страсти. Заставляя меня вскрикивать в голос, стонать, выдыхая его имя.

Мы яростно и страстно, отчаянно. Отдавались друг другу, принадлежали друг другу… Становились одним целым, будто соединялись не только тела, но и чувства, мысли…

Сумасшедшее пламя нежности и страсти сжигало изнутри. И это было настолько прекрасно, так до боли восхитительно, что мне становилось даже немного страшно. Он двигался во мне, мощными толчками приближая нас обоих к вершине наслаждения. Я уже не могла сдерживаться, готова была умолять сжалиться, подарить мне освобождение… А он, задыхаясь страсти, пронзал мое тело…

Пальцы скользили по стене. Искусанные губы болели, но с них по-прежнему срывалось его имя… Будто не осталось слов важней, будто кроме него не существовало больше ничего. Я уже не знала, течет по моим щекам вода – или слезы наслаждения… И не хотела знать. Мне достаточно было таять в его объятиях в шаге от экстаза и чувствовать, что это время принадлежит лишь нам. Что я принадлежу ему так же, как он сейчас принадлежит мне… И этом миг я бы растянула до бесконечности.

Клайд Каррингтон тихохрипло застонал. Острая искра словно зажгла меня изнутри, заставила вспыхнуть всю вселенную… На несколько долгих мгновений мир вокруг перестал существовать.

На следующее утро я проснулась от шума льющейся воды. Мистер Каррингтон встал раньше и уже принимал душ. Хотя после вчерашнего какой он мне мистер? Наверное, сейчас уже можно называть его просто Клайд. По крайней мере вчера он был совсем не против, когда я хрипло выкрикивала его имя, впиваясь в спину ногтями.

Я уткнулась в подушку, будто пытаясь спрятать среди ее мягких бочков улыбку, одновременно довольную и стыдливую. Неужели это я творила такое? И с кем? С боссом! Мы не спали почти до самого утра, давая себе лишь короткие передышки от страсти. А потом снова бросались друг другу в объятия, чтобы опять изучать, ласкать, дарить себя…

Удивительно, но совсем непродолжительного сна в объятиях Клайда Каррингтона мне вполне хватило, чтобы как следует набраться сил. Например, для того, чтобы повторить все сначала. Я покосилась на дверь в ванную, которую он оставил приоткрытой.

Хм, это выглядело как приглашение…

Или нет?

Я размышляла, не сочтет ли меня босс сумасшедшей нимфоманкой, если наутро после бурной ночи я заявлюсь к нему в душ с недвусмысленными намерениями. И в этот момент зазвонил его телефон. Его звук прозвучал так резко, что я непроизвольно вздрогнула.

Интересно, кому мог понадобиться мистер Каррингтон в такую рань?

Его и самого это, видимо, очень заинтересовало. Шум воды тут же прекратился, и из душа тут же появился Клайд Каррингтон.

При виде его я забыла обо всем. Босс был абсолютно обнажен. Лишь полотенце, которое он удерживал рукой у живота, скрывало все, что было ниже.

– Слушаю, – резко произнес мистер Каррингтон в трубку, повернувшись ко мне боком.

С этого ракурса он тоже был бесподобен. Я невольно залюбовалась ямочкой на ягодице. В нее как раз тихонечко сползала сверкающая капелька воды, и я с трудом сдерживалась, чтобы не подойти и не вытереть ее, медленно проведя пальцем по смуглой коже…

– Когда это случилось? – его голос звучал резко и холодно.

На миг я даже перестала думать о том, какие упругие у него ягодицы. Но тут он повернулся ко мне спиной, предоставив возможность любоваться ими во всей красе. Мои мысли вновь плавно потекли по эротическому руслу.

Занятая ими, я почти не слышала, что он там говорит своему телефонному собеседнику. Только иногда до моего сознания доносились обрывки фраз, что-то типа «Кто еще знал об этом?», «Какие документы у тебя на руках?» и «Немедленно собирай всю команду в офисе!».

Выдав последнюю, босс нажал отбой и принялся быстро одеваться.

– Мне срочно нужно ехать в офис, – пояснил он, спешно натягивая на свои идеальные ягодицы брюки. – Произошла непредвиденная ситуация, мое присутствие необходимо.

– Конечно-конечно, я тоже сейчас буду готова, – воскликнула я, вскакивая с кровати. – Быстренько умоюсь и можем ехать.

Признаться, только в этот момент я вспомнила, что я вообще-то мистеру Каррингтону еще и ассистент. Или уже помощница ассистента? Или ассистентка помощника? Да какая разница. Главное – я у него работаю.

– Тебе не надо никуда ехать, – сказал вдруг он.

До меня не сразу дошел смысл его слов.

– Но как же… ведь Элис еще не выздоровела, и мне нужно… – начала говорить я, но он меня перебил:

– Нет, Рейчел, не нужно.

Он застегнул на рубашке последнюю пуговицу и посмотрел мне прямо в глаза. И это был совсем не тот взгляд, которым он сводил меня с ума этой ночью. Сейчас на меня снова смотрел не страстный любовник, а холодный и неприступный владелец транснациональной компании.

– Ты же сама понимаешь, после всего случившегося мы не сможем работать вместе, – припечатал он. – Со всеми делами я справлюсь сам.

– А что делать мне? – растерялась я.

– Поедешь в отель. Элис подберет подходящий и пришлет за тобой машину. Заселишься, а вечером мы все обговорим.

Он говорил так четко, словно этот план был у него готов уже давно, еще до того, как он толкнул меня в одежде под душ. Это было чертовски обидно.

– Завтрак накроют на веранде, мама спустится туда к девяти. Постарайся не опаздывать, – продолжил деловито портить мне настроение мистер Каррингтон.

– Мы что, останемся с ней вдвоем? – от ужаса у меня зашевелились на голове волосы. – Ну уж нет! Мы так не договаривались!

Мне казалось, что последнюю фразу я произнесла совершенно безапелляционно. А вот мистеру Каррингтону – нет.

– Уверен, ты с ней справишься, – на его лице мелькнуло подобие улыбки. – При нашей первой встрече я ошибся, ты очень даже зубастая.

Вот уж сомнительный комплимент.

– Но я…

Он снова не дал мне не договорить.

– Я все компенсирую. Просто дождись вечера.

И ушел.

А я осталась в полной растерянности.

Он передумал меня нанимать. Забрал свое обещание так же легко, как и дал его…

Вообще, если разобраться, то в этом вопросе он прав: работать вместе теперь невозможно. Я уж точно не способна буду делать вид, что не знаю, какие у него ягодицы, как сладко он целует и как…

Стоп!

Разве об этом сейчас надо думать? Может, лучше о том, что я собственными руками уничтожила свой шанс. Один глупый шаг – и вот уже.

В лучшем случае предложит стать его любовницей. В худшем выпишет некую сумму за то, чтобы это все осталось нашим с ним маленьким секретом.

Чем больше я размышляла на эту тему, тем тоскливее становилось. И когда я спускалась к завтраку на веранду, на душе уже скребли кошки размером с медведя.

Зато миссис Каррингтон, кажется, пребывала в отличном настроении.

– Милочка, признаюсь, ты смогла меня удивить, – произнесла она, широко улыбнувшись. – Даже я не могла предположить, что Клайд сбежит от тебя так быстро.

Мне не хотелось вступать с ней в очередную словесную перепалку. Все равно я уже проиграла этой семейке по всем статьям.

– У него появились срочные дела на работе, – я сделала вид, что не понимаю, что она имеет в виду.

– Конечно, у таких мужчин как мой сын всегда много дел, – продолжила миссис Каррингтон. – А таким женщинам как ты приходится довольствоваться ролью терпеливой игрушки, которую используют, когда выдастся свободная минутка.

Вот ведь стерва, не целясь попала в самое больное место! Как бы только не разреветься теперь перед ней. На всякий случай я отвернулась, делая вид, что мне чертовски интересны цветы на клумбе.

– Послушай, девочка, ты уже слишком взрослая, чтобы верить в сказки, – продолжила она нравоучительно. – Должна понимать, что у вас с Клайдом ничего не получится. Ты надоешь ему уже через пару месяцев. Еще через пару – начнешь раздражать. Он будет стыдиться выходить с тобой в свет, представлять своим друзьям…

Я стиснула зубы, слушая ее пламенную речь. Каждое слово причиняло боль, и больше всего на свете хотелось прекратить эту муку. Остановить ее во что бы то ни стало, закрыть, запечатать ей рот, заставить замолчать.

– Очень хочу увидеть, как с тебя спадут розовые очки, – продолжала миссис Каррингтон, воодушевленная моим подавленным молчанием. – Когда ты поймешь, что совсем не знаешь Клайда…

Да неужели?

Волна злости поднималась, закипала внутри, заглушая даже обиду и боль. Уходить с этого поля боя без последнего сражения уже не хотелось.

– Я очень хорошо знаю Клайда, – громко и четко произнесла я, перебивая ее.

– Что? – она уставилась на меня непонимающим взглядом.

– Думаю, лучше, чем вы.

– Вот уж вряд ли, – глаза миссис Каррингтон недобро сузились.

– Клайд любит панкейки, – пояснила я. – Последние лет пять он завтракает только ими. Странно, что их тут нет.

Я кивнула на стол, на котором действительно было все, что угодно, кроме тех самых панкейков. Миссис Каррингтон отвела взгляд.

– А еще он терпеть не может апельсиновый сок, зато обожает морковный. Совсем не разбирается в живописи и любит боевики. И то и другое – скрывает от публики, не поймут. Он не собирается заводить животных, хотя обожает кошек, потому что когда ему было восемь, притащил домой котенка. А ему велели отнести его туда, где взял. Вы велели, между прочим.

– Разумеется, велела! У нас в доме очень дорогая мебель, – пожала плечами миссис Каррингтон.

– Видимо, поэтому Клайд бежит из этого дома, как только появляется малейший предлог! – с садистским удовольствием подытожила я. – Не хочет испортить дорогую мебель. И не нужно пытаться меня задеть. Я знаю вашего сына намного лучше, чем вы.

Она шумно вздохнула и нервно схватила чашку. Ответить ей было нечего, оставалось только молча пить свой горький кофе.

Я же встала и с гордо поднятой головой пошла собирать свои вещи, мысленно благодаря Элис и канадских ученых за их гениальную анкету, которая сократила наш с мистером Каррингтоном этап узнавания друг друга раз эдак в миллиард.

Эта маленькая победа подняла мой дух совсем ненадолго. Она даже принадлежала не мне, а неведомой Элис, с которой я так надеялась познакомиться и поработать в будущем.

Только этой надежде не суждено сбыться.

Я садилась в машину, чувствуя себя никому не нужной изгнанницей.

Заселение в номер прошло быстро. Персонал улыбался радостно и доброжелательно, но даже в этих улыбках мне виделась насмешка.

Я окинула номер равнодушным взглядом. Всего за каких-то несколько дней я успела привыкнуть к роскоши и понять, что она не приносит счастья. Вот в этом великолепном месте меня, например, сегодня бросят.

Наверняка это будет в духе мистера Каррингтона – быстро, жестко, по-деловому, с четким указанием условий и цен.

Нет, я была к такому не готова. Я это не вынесу.

Фирменную ручку и блокнот с логотипом я обнаружила на столе. Вырвала лист и набросала несколько слов.

Чемодан так и остался сиротливо стоять у стенки.

Все, что там лежало, принадлежало счастливой невесте красавца-миллионера, а вовсе не мне, глупой простушке Рейчел. Ну разве что длиннющая ночная сорочка, столько ночей служившая оберегом от секса, действительно была моей. Но не стану же я перебирать вещи, выискивая ее среди роскошных платьев. Придется с ней расстаться. Это не самая большая моя потеря в жизни.

Я тяжело вздохнула, достала из сумки телефон и отключила его. На время. Потом куплю новую карту.

Я не стану ждать вечера. Ни к чему разговоры. Да и никакая компенсация мне не нужна. Для меня эта история закончилась уже сейчас.

– Рейчел, милочка, подготовь все по делу Уилсона, – голос мистера Макферсона разрезал идеальную тишину адвокатской конторы. – И, кстати, ты не знаешь, где мои очки?

Я хоть и работала его секретарем не так давно, но уже успела отлично знала, что очки он всегда забывает на подлокотнике кресла, сидя в котором изучает документы. Вот и на этот раз обошлось без сюрпризов – они оказались на том же месте.

– Ох, спасибо, Рейчел, что бы я без тебя делал, – улыбнулся мне босс, когда я вернула ему пропажу.

Вообще мистер Макферсон – идеальный начальник. Он не перегружает меня работой, никогда не повышает голос и не делает обидных замечаний. А еще они с супругой недавно отметили сорокалетний юбилей совместной жизни, и в перерывах он любил рассказывать, как трогательно их поздравили многочисленные внуки. Иными словами, он даже отдаленно не был похож на красавца-миллионера с замашками альфа-самца. И это меня более чем устраивало.

Что удивительно, эту идеальную работу я нашла спустя каких-то два дня после того как… ушла с предыдущего места.

Да, пожалуй, назову это так.

По крайней мере, звучит гораздо лучше, чем «сбежала от Клайда Каррингтона, чтобы сохранить остатки гордости».

Уезжать обратно я тогда не захотела, рассудив, что должна использовать шанс, который мне дала судьба. Раз уж я оказалась в огромном городе, жить в котором мечтала с самого детства, значит, так тому и быть. К тому же лететь на самолете одной было очень страшно. Никто ведь уже не возьмет крепко за руку в этой дурацкой зоне турбулентности…

Первым делом я сняла жилье. Финансово я могла потянуть только крохотную комнату на окраине, но она мне показалась гораздо более уютной, чем некоторые дворцы, в которых довелось побывать в последнее время.

Затем я приобрела новую симку и тут же позвонила маме.

– Это мой номер, – сказала я. – Пожалуйста, не говори его никому… Особенно мистеру Каррингтону, если он вдруг тебя обо мне спросит.

– Он что, тебя бросил? – тут же пришла она в ужас.

– Нет, конечно! – поторопилась заверить ее я. Иначе кто знает, какой опасности я подвергла бы своего вероломного босса! – Мы просто не сошлись характерами…

– Да что ты говоришь! – мама ни на минуту мне не поверила. – Упустила такого жениха! Впрочем… не так у ты была ему и нужна, раз он хотел, чтобы ты продолжала работать.

Это было невыносимо. А ведь где-то существуют мамы, которые поддерживают своих дочерей, если у них разбито сердце! Впрочем, я могу ошибаться. Может, они бывают только в фильмах, сказках и в параллельной реальности.

– Мам, мы недавно расстались. Я пока не готова говорить ни с ним, ни о нем. Пожалуйста, просто не давай никому мой номер.

Я нажала на отбой и без сил опустилась на единственный в моем новом жилье стул. Было боязно. Новый город, новая жизнь и никого рядом.

К счастью, времени на переживания было не так-то много. Целый день я рассылала резюме в разные организации. Благо, вакансий в большом городе оказалось более чем достаточно. А уже на следующее утро мне позвонил мистер Макферсон, и вот я – секретарь солидной адвокатской конторы.

Пожалуй, у этой должности есть только один недостаток: слишком много свободного времени. Вот и сейчас я достала из шкафа дело Уилсона и, вручив его новому боссу, вернулась за свой стол скучать. А от скуки мне лезли в голову разные дурацкие идеи. К примеру, не посмотреть ли, что пишут в интернете о Клайде Каррингтоне.

Я нервно постучала пальцами по столу и с мольбой посмотрела на телефон. Хоть бы он зазвонил! Ну неужели сегодня совсем никому не надо написать завещание или хотя бы оформить доверенность? Но нет, ничего такого никому не было нужно. Я вздохнула и начала вбивать в строку поиска имя бывшего босса.

«В конце концов, я должна знать, прознали уже журналисты о нашем разрыве или нет, – подсказывало мне мое любопытство. – Мало ли что он наговорил им обо мне. Вдруг это ударит по моей репутации».

Уже через секунду весь экран заполнили новости. Я быстро пробежала глазами по заголовкам и ни разу не встретила в них свое имя. Все они были скучно-деловыми.

«Корпорация Клайда Каррингтона готовится к поглощению…»

«Акции компании Клайда Каррингтона впервые взлетели после резкого падения…»

«Клайд Каррингтон возвращает утраченные на рынке позиции…»

Я не удержалась и кликнула по одной из ссылок. И тут же вздрогнула, увидев знакомое лицо. Он смотрел на меня с фото сосредоточенным взглядом из-под насупленных бровей. Как будто снова хотел устроить мне выговор.

«Я не буду сидеть сложа руки», – гласила подпись под фото.

На какой-то миг показалось, что эти слова адресованы мне. Сердце забилось часто-часто, будто готово было выпрыгнуть из груди. Я глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, и углубилась в чтение заметки. Нет, конечно, речь в ней шла совсем не обо мне. Клайд Каррингтон просто рассказывал о своем бизнесе.

– Рейчел, милочка, только представь себе, мы с тобой снова чуть не пропустили окончание рабочего дня, – раздался голос мистера Макферсона. – Пожалуй, займемся делом Уилсона завтра, а сейчас пора отдыхать.

Мой новый босс с удивительной для его возраста скоростью собрался, и не успела я моргнуть, как он уже скрылся за дверью. В этот момент мне стало немножко завидно, ведь ему было к кому спешить.

Я же неторопливо закрыла дверь и зацокала каблуками по коридору бизнес-центра мимо ровных рядов одинаковых дверей с табличками. Одна из них внезапно распахнулась, едва не сбив меня с ног.

– О, Рейчел, привет!

Возникший на пороге Джейсон как будто бы смутился и машинально пригладил взъерошенные волосы.

Джейсон был программистом и просто симпатичным парнем. А еще всегда уступал мне очередь к кофейному аппарату.

– Ты торопишься? – вдруг спросил он, когда я уже собиралась пройти мимо.

– Хотелось бы вернуться в свою берлогу на окраине до наступления темноты, – вежливо улыбнулась я.

– Давай, подвезу, – тут же предложил он. – Тогда успеем заскочить куда-нибудь выпить кофе… Вспомним вкус хорошего напитка, пока его совсем не затмила бурда из нашего агрегата.

При этом он так покраснел, что сомнений не осталось: меня приглашали на свидание.

Собственно, почему бы и нет? Мы оба свободны, к тому же Джейсон очень мил и наверняка понравился бы моей маме. Повести вечер в его компании гораздо лучше, чем сидеть в одиночестве в своей комнатушке, по очередному кругу прогоняя в голове невеселые мысли. Но…

– Извини, сегодня не смогу.

Да, Джейсон очень хорош. Но сердцу не прикажешь.

Я быстро спустилась по лестнице, будто опасалась, что он побежит за мной. Выскочила на улицу, вмиг оказавшись посреди ставшей такой родной суматохи большого города. Прежде чем влиться в суетливую толпу, оглянулась по сторонам и застыла. Все звуки вдруг стихли, а люди и машины словно перестали существовать.

Клайд Каррингтон стоял на той стороне улицы и смотрел на меня своим магнетическим взглядом из-под хмурых бровей.

Я даже моргнула несколько раз. Вдруг мне просто привиделось, и сейчас фигура Клайда Каррингтона рассыплется? Или окажется, что это вовсе не он, а какой-то похожий на него господин. Или даже вовсе не похожий. Просто мое воображение неприлично разыгралось.

Но даже после того, как я хорошенечко проморгалась, он никуда не делся. Так и стоял напротив входа и теперь даже улыбался мне. Это точно он!

В следующий момент меня затопило волной панических мыслей. Действительно, целый шквал.

Как он меня нашел? Боже, какой он обалденный. Что ему вообще от меня надо? Ведь улыбается, гад. Так, а я хорошо выгляжу? Перед тем как уйти с работы я поправила макияж? Черт, а платье я могла надеть посимпатичнее… И все-таки как он меня нашел?

– Рейчел! – Голос Каррингтона вывел меня из ступора. – Нам нужно поговорить.

И вдруг хоровод мыслей стих и закончился. Все стало снова предельно ясно, как в тот самый день, как я написала записку и ушла из шикарного номера отеля.

– Если бы я хотела поговорить, я бы не сбегала. – Я с удовлетворением отметила, что в моем голосе звучала необходимая твердость. – И вообще, как вы меня здесь нашли?

Каррингтон покосился на кафе через дорогу. То самое кафе, куда я каждый день бегала во время перерыва.

– Позволишь угостить тебя чашечкой кофе? – спросил он. – Обещаю, я открою тебе эту тайну.

Я знала, как будет правильно: сказать «нет» и пойти на остановку автобуса. Лучшее решение, которое в будущем убережет меня от разбитого сердца. Но как, черт возьми, он меня отыскал? Неужели мама? Впрочем, даже она не знала, где я работаю и где живу. У нее был только номер телефона. Он что, отследил меня по номеру? Это ведь незаконно, верно?

– Хорошо, – сдалась я. – Мы просто выпьем кофе, и я не буду ничего объяснять.

Я действительно не желала с ним объясняться. Все, что я хотела сказать, я уже написала в той записке.

Мы сели за столик и сделали заказ. Как только официантка отошла, я спросила напряженно:

– Ну так как вы меня нашли? Мама? Она постаралась?

– О, нет, – Каррингтон замахал руками. – Я, конечно, первым делом посетил твою матушку и попытался выяснить, куда ты делась. Но она ничего не сказала. Вернее, сказала, но, боюсь, я не рискну повторить то, что она ответила. Единственное, что мне удалось выяснить, это то, что я негодяй и для моего здоровья будет лучше, если я стану держаться подальше от ее дочери. Что ты ей наговорила про меня, Рейчел?

Я схватилась за голову. Да уж, от мамы можно было ожидать чего-то подобного.

– Ничего, – пробормотала я растерянно. – Просто сказала, что мы расстались и я не хочу вас видеть. Кажется, остальное она уже додумала сама. И все-таки, как? – Я была смущена, но это не значит, что я позволю Каррингтону сбить меня с толку.

– Нанял детектива. Точнее, детективное агентство, – признался он. – Вот так вот прозаично, доверил работу профессионалам.

Почему-то я почувствовала разочарование. Впрочем, чего я ожидала? Что он привлечет к этому вопросу колдунов и провидцев или что его привело сюда сердце? Глупо же. Но тут же у меня возник другой вопрос: а зачем?

– Зачем вам было меня находить?

– Чтобы видеть, – он пожал плечами, словно это было что-то само собой разумеющееся. – Почувствовать твой запах. Коснуться…

В этот момент он положил свою руку поверх моей, и меня словно ударило током. От его слов, его взгляда, близости кружилась голова. Было ощущение, будто бы все это происходит не со мной, не сейчас и вообще не в этой вселенной. И только жжение на коже, в том месте, через которое прошли миллионы вольт от одного его прикосновения, говорило о том, что все это не сон.

И все же это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Я выдернула свою руку из-под его и трусливо спрятала ее под стол.

– Или хотя бы снова услышать твои нелестные эпитеты о моем характере, – продолжил мистер Каррингтон, невесело усмехнувшись.

– А вот это я могу вам обеспечить, – оживилась я. – И знаете что? Я имею на это право. Потому что вы меня обманули. Между прочим, вы должны были дать мне должность ассистента вашего помощника. Или помощника ассистента… Или… В конце концов, это не так уж и важно. А потом сами сказали, что этого не будет.

– Рейчел, ты же понимаешь, что обстоятельства изменились…

Он посмотрел на меня так, что сразу стало понятно, что именно он имеет в виду. Воспоминания о той самой ночи в доме его матери нахлынули словно цунами. Было ощущение, что я снова стою под струями воды, изнывая от удовольствия. Я почти физически ощущала струйки воды, сбегающие по моему телу. И его губы, жадно собирающиеся с моей кожи зазевавшиеся капельки. Вмиг стало трудно дышать. А соображать что-то и вовсе невозможно.

– Еще Элис должна была найти мне удобную квартиру рядом с офисом, – продолжила я по инерции предъявлять ему претензии. – А меня отвезли в какой-то там отель и пообещали компенсацию! Это бесчестно и унизительно!

Мой голос звенел от негодования.

– Неужели вы думали, что можно просто откупиться от меня? Это…

Сама эта мысль была настолько обидной, что в носу защипало, а слезы предательски подступили к глазам.

– Погоди, так вот что ты подумала… – Клайд Каррингтон выглядел озадаченным.

– А что я должна была подумать? – полагаю, я тоже выглядела озадаченной.

– Ну вообще-то… Я имел в виду, что общение с моей матерью – не самое вдохновляющее занятие. И планировал компенсировать это… гх-м… более приятными эмоциями.

Каррингтон смутился, а я и вовсе покраснела до кончиков ушей. Так вот о какой компенсации он толковал!

Но сдаваться я не собиралась.

– А обещанная работа? А дом?

– Разумеется, я не хочу, чтобы ты у меня работала и жила в каком-то там доме, – раздраженно сказал он. – Я хочу, чтобы ты так и осталась моей невестой и жила не в какой-то там квартирке, которую снимет Элис, а в моем доме. Всегда. Понимаешь?

До меня не сразу дошел смысл его слов. То есть я отлично понимала, что он говорит, но ни в какую общую картинку это не складывалось. Клайд Каррингтон хочет, чтобы мы были вместе? Я на всякий случай уточнила:

– То есть продолжить эту игру? Играть роль на потеху журналистам? Уж это-то предложение точно меня не заинтересует.

– Нет, конечно, – он сжал мои руки. – Я хочу, чтобы все было по-настоящему.

Счастье, огромное, невообразимое, захлестнуло меня с головой. И тут я кое-что вспомнила:

– Погодите, а что скажет на это миссис Каррингтон? Полагаю, я ей не очень понравилась.

– А какая разница, что она скажет? – он смотрел на меня с недоумением. – Не думаешь же ты, что я стану спрашивать у нее разрешение или даже с ней советоваться?

Я с сомнением покачала головой. Вообще-то, именно так я и думала, но, скорее всего, ошибалась. Все-таки Клайд Каррингтон – взрослый, самостоятельный и уверенный в себе мужчина. С чего бы ему бояться какой-то там маленькой женщины.

– К тому же, – добавил вдруг он, – ты ей понравилась.

– Что? – у меня глаза вылезли на лоб. – Вы, должно быть шутите?

– Вовсе нет. Она сказала: «А девушка с характером, настоящая тигрица. Она порвет любого за тебя и ваших будущих детей».

– Каких еще детей? – буркнула я. – Вы же сказали, что не собираетесь их заводить, ни детей, ни животных.

– Пойдем-ка, – сказал он и резко поднялся из-за стола. Бросил на стол несколько купюр и не особенно обращая внимания на мои торопливые попытки допить кофе потащил меня к выходу.

Мы остановились возле его автомобиля. Он открыл дверцу и широким жестом указал на коробку. Я не сразу поняла, что он имеет в виду. Коробка и коробка, самая обыкновенная. И только приглядевшись увидела, что в ее глубине копошится что-то маленькое и черное. И глазастое.

– Котенок! – ахнула я.

– Проезжал мимо, увидел на остановке, – прокомментировал Клайд Каррингтон. – И решил, почему бы и нет?

– Мебель в вашем доме не такая уж и дорогая? – спросила я скорее машинально. Все мое внимание было занято маленьким пушистым комочком. Я уже извлекла его из коробки и теперь осторожно гладила.

– Поехали, увидишь сама, – с улыбкой предложил Каррингтон.

И я, покрепче прижав котенка к себе, уселась на сиденье рядом с ним.

– А у вас дома есть все необходимое для кота: лоток, когтеточка, мисочка, корм?

– Пока нет, – сказал он и посмотрел на часы. – Но к тому времени, как доедем, будет.

– Ну конечно, Элис, – догадалась я.

– Я сразу же попросил ее все организовать.

За то время, что мы ехали до дома моего бывшего босса, котенок, кажется, успел ко мне привыкнуть. Он уютно свернулся в клубок у меня на коленях и громко мурчал, когда я гладила его за ушком.

Слезть с моих рук мохнатый хитрец согласился только в тот момент, когда Клайд распахнул перед нами дверь своей квартиры. Словно поняв, что этот дом теперь его, он спрыгнул на пол и по-хозяйски прошел вперед. Мы с ним наверняка выглядели забавно, когда синхронно оглядывались, рассматривая непривычную обстановку.

В целом, квартира мистера Каррингтона выглядела так, как я ее себе и представляла. Она была просторной, светлой, современной и… совершенно скучной. Светло-серый цвет стен разбавляли графитовые оттенки мебели, и даже многочисленные лампы излучали какое-то особенное дымчато-серебристое свечение. И только ряд ярких пакетов, большой горой лежащих в коридоре, разбавляли этот монохром.

– А вот и все необходимое для нового жильца, – произнес Клайд и, распаковав один из них, достал пакетики с кормом для котят.

Я заглянула в другой и обнаружила там совершенно потрясающую лежанку яркого канареечного цвета.

– Упс, кажется, Элис впервые в жизни совершила ошибку, – прокомментировала я, доставая коврик. – Желтый явно не вписывается в интерьер.

– Вообще-то это я ей скзал, – нахмурился мистер Каррингтон. – Ты же сама говорила, что любишь желтый.

Его слова застали меня врасплох. Они прозвучали так просто и в то же время так многозначительно. И вроде бы вопросов после этой фразы было много. И как будто бы они все были ни к чему.

– Ты что, даже не допускал мысли, что я не поеду к тебе? – все же спросила я.

– Не допускал, – так же просто ответил мистер Каррингтон, выкладывая корм из банки в миску того же солнечного оттенка, что и лежанка.

– Почему?

– Потому что я не собирался тебя отпускать.

Ах, как мне хотелось ему сказать, что он самоуверенный болван. И деспот. И не имеет права решать за меня. И что я, может, вообще не хочу быть его невестой. И совсем-совсем он мне не нравится.

Но как все это произнести, если вдруг теряешь дар речи? Как уйти, если ноги стали как будто ватными? И как оттолкнуть его, если руки дрожат и не слушаются?

– Вынужден признать, ты была все это время крайне невнимательна Рейчел, – хитро сверкнул глазами Клайд. – Иначе ты бы уже давно заметила, что происходит.

– И что же происходит?

– Похоже, что я тебя люблю, – ответил он, заглянув мне в глаза.

Клайд подошел как раз вовремя: земля ушла из-под моих ног, и я пошатнулась, рискуя упасть на глянцевый пол оттенка мокрого асфальта.

Он подхватил меня и крепко прижал к себе, так моё ответное «И я…» получилось пробормотать куда-то в его плечо. Вряд ли он услышал. Но повторять я не стала. Почему-то мне казалось, что уж он-то был внимателен и давно обо всем догадался.

Мы шли по самой кромке воды, крепко держась за руки. Океан в этот день был под стать нам – такой же несерьезный. Словно заигрывая, он плескался в нас теплой водой и тут же довольно шипел, как будто бы посмеиваясь. К тому моменты, когда мы остановились у арки, увитой экзотическими цветами, мое короткое белое платье промокло почти насквозь.

Только фата оставалась на удивление сухой. Легко поддаваясь каждому дуновению ветерка, она весело взмывала вверх, словно хотела оповестить весь мир о том, какое важное событие здесь происходит. Свадьба же!

Впрочем, на этом маленьком клочке суши, который мы выбрали для своего торжества, оповещать особо было и некого. Мы с Клайдом приехали ради этого на необитаемый остров, затерявшийся посреди южного океана. Здесь не было ни пятизвездочных отелей, ни мишленовских ресторанов. Единственной постройкой на весь островок была небольшая хижина. Наверняка в подобной когда-то жил Робинзон Крузо.

– Что ж, приступим к делам, – произнес мистер Каррингтон, как только мы остались в ней вдвоем.

– К каким еще делам? – испугалась я, представив, что он сейчас достанет ноутбук и погрузится в свою работу.

К счастью, мои опасения не подтвердились.

– А какие дела могут быть во время медового месяца? – хитро улыбнулся будущий муж, притягивая меня к себе.

Да, медовый месяц у нас начался за неделю до свадьбы. Мы просто решили, что, раз уж все у нас в отношениях было неправильно и шло не по порядку, значит, не стоит этому мешать: результат-то хороший.

И мы не прогадали. Наше свадебное путешествие получилось насыщенным и запоминающимся. За это время мы с каждым днем становились смелее. Нам не от кого было прятаться, и мы предавались любви на белом песочке у бухты с хрустально-чистой водой, в пальмовой рощице и среди благоухающих цветов, высаженных вокруг нашей лачуги. С каждым восходом и с каждым закатом мы становились все ближе друг другу, и к тому моменту, когда оказались перед оплетенной белыми цветами аркой, уже чувствовали себя единым целым. Свадьба была логическим продолжением этого приключения.

– Мы все собрались здесь, чтобы… – начал зачитывать свою обычную речь старенький священник и, обведя вокруг себя взглядом, сбился.

Действительно, собравшихся было не так уж и много. Из гостей – только пара красно-зеленых попугаев, усевшихся прямо на арку среди цветов. Зато они поглядывали на нас с таким любопытством, словно поставили свои хвостовые перья на то, поженимся мы или испугаемся и сбежим. К нам они успели привыкнуть и совершенно нас не боялись.

– Переходите сразу к финальной части, – кивнул священнику Клайд. – Начальную расскажете потом, если захотите.

– Но это как-то неправильно, – священник недоуменно развел руками.

– Ну да, – улыбнулась ему я.

– Ну хорошо, – неуверенно пожал плечами церковнослужитель.

– Хо-ро-шо! – заорал скрипучим голосом один из попугаев. Наверняка его научили этому туристы, приезжавшие на остров до нас.

Второй, явно довольный успехами своего избранника, изо всех сил захлопал крыльями.

Священник снова растерялся, А Клайд тем временем обнял меня за талию, привлек к себе и нежно поцеловал. Голова тут же закружилась и все вокруг сплелось в один уютный комок счастья. В нем был и трепетный ветерок, и привкус моря на губах, и сладкий аромат цветов, и ласковое тепло тропиков, и настоящая любовь…

– Объявляю вас мужем и женой, – донесся до меня голос священника.

– Хо-ро-шо! – тут же подытожил все происходящее попугай.

– По-моему, эта птица произнесла лучшую речь свидетелей за всю историю свадеб, – рассмеялся Клайд, когда мы, наконец, разорвали наш поцелуй и, следую традициям, надели друг другу кольца на безымянные пальцы.

Действительно, компания крикливых попугаев – это намного лучше, чем, например, общество наших родительниц. Уверена, будь они сейчас здесь, шума было бы намного больше. Даже страшно представить, чем могло бы все закончиться, окажись эти две женщины рядом. Точно могу сказать только то, что в полчаса наша свадебная церемония точно бы не уложилась.

– Все-таки хорошо, что мы никого не пригласили, – сказала я, когда мы, стоя вдвоем на берегу, наблюдали, как отчаливает катер, увозя с острова священника.

– Толика здорового эгоизма никогда не повредит, – ответил он, провожая взглядом судно.

И пусть нам оставалось провести на этом райском острове всего лишь одну ночь. Пусть совсем скоро нам придется вернуться в огромный безумный мир, объясняться с родителями, давать комментарии журналистам… Мы знали, что все равно будем счастливы. Что бы ни случилось, где бы мы ни оказались, мы всегда будем вместе. И все у нас будет хо-ро-шо.

Так пообещал один наш пернатый приятель.