В прошлой жизни я определённо была француженкой. Иначе как объяснить мою тягу ко всему французскому? Вот и я не знаю. Я даже всего Шарля Азнавура перечитала. Хороший, видать, был мужик, аж слезу вышиб. Я вообще читать люблю, особенно то, что мужики на сайте знакомств пишут. Вот этот, например: "Сорок лет, женат не был. Без ж/п и в/п, с в/о". Ну, смех, да и только. Таких давно на том свете с фонарями разыскивают. Если мужик в сорок лет не женат, он либо маменькин сынок, либо не по нашей части. Это я мягко выразилась, я вообще человек мягкий, ранимый, как говорится, с тонкой душевной организацией.

О, пишет один:

— У тебя мечта есть? — "Оригинал, однако".

— Есть, конечно, — отвечаю, — целых три.

— Ого, а какие, если не секрет?

— Съездить в Париж, — говорю.

— Это одна, а ещё две? — "Ага, держи карман шире, так я все и выдала".

— А остальные две при более близком знакомстве, — изящно выкрутилась я.

— Ну, тогда приглашаю в ресторан.

"Какой прыткий, но приятно, приятно". Договорились встретиться в пятницу в "Трех толстяках". Это ресторан у нас такой есть, дорогущий. Я там ни разу не была. Не Париж, конечно, но для первого свидания сойдёт. Надеюсь, это не намёк. Жаль только времени до пятницы нет совсем, ни похудеть, ни платье новое купить, зарплата только на следующей неделе. Можно, конечно, что-то из гардероба Альки, подруги, позаимствовать, но слишком много чести. Пусть сначала заслужит. В общем, весь гардероб перетряхнула с низу до верху, нашла подходящую блузочку с бантом (я же француженка, не забывайте, хоть и в прошлой жизни) и брюки. Половина гардероба мала. От меня ещё одну француженку отпочковать можно, но членовредительством заниматься не будем. Я все-таки дама толерантная, да и бодипозитив вовремя в моду вошёл. Иду в ногу со временем, а в данный конкретный момент, в ресторан. Что-то кавалера моего не видно совсем, я со слепу сощурилась, украдкой нацепила на нос очки. Ладно, будем ждать, ресторан рекламировать. Можно, кстати, на полставки устроиться. У меня это хорошо получается, вон двое чуть шеи не свернули. А вот и он: щуплый какой-то и жизнью потрепан, обнять и плакать, а на фотографии ничего был. Хотя, чего роптать? Я сама на фотографии на двадцать килограммов до, а по сравнению с ним я вообще Эйфелева башня, ей богу.

— Нехорошо опаздывать на первое свидание, на которое сам же и пригласил, — насупленно заявила я. Я считаю, надо сразу границы обозначить, а не лупать глазами, как дурочка какая.

— Прости, простите, пробки, знаете ли, — заегозил кавалер и протянул букетик фиалок. — Это вам.

— Ой, спасибо, сразу вспомнились фиалки Монмартра, — мечтательно произнесла я, погрузив нос в цветы.

— Любите все французское? — поинтересовался кавалер, когда мы сели за предложенный официантом столик.

— Ещё как, обожаю просто, — зарделась я и потупила в смущении глазки.

— И музыку, наверное, французскую любите? — он мило улыбался.

— Ага, люблю, пока слов не понимаю, — призналась я. Он засмеялся. Что смешного? Малахольный какой-то.

— Давайте, что ли, знакомиться, — предложил он. — Меня Валерий зовут. А вас?

— А меня Натали, — важно ответила я. Пусть только попробует возразить.

— О, какое загадочное имя, а главное — редкое.

"Это он сейчас серьёзно или издевается?"

— И чем вы занимаетесь, Валерий? — я решила уйти от этой скользкой темы.

— Отдыхаю, — важно ответил он.

— У нас в глуши-то? — хохотнула я. — Отдыхают на Лазурном берегу, а у нас комаров кормят. — Он снова засмеялся, но как-то невесело или мне показалось.

— А вы чем занимаетесь, Фиалка? Можно, я так вас буду называть? По цвету ваших глаз, — шепнул Валерий.

— Можно, конечно, — опешила я. — Вообще-то у меня глаза зелёные, вы, наверное, листву имели в виду? А тружусь я продавцом в продуктовом. Вам, если надо чаво, так вы сразу ко мне, не стесняйтесь, я и скидочку сделаю, и посоветую, чаво брать, а чаво лучше на полке оставить, — Я вообще женщина прямая и честная, "что на уме, то и на языке", — как говорит Алька. Так я считаю, что это достоинство, а не недостаток. В наше время честных людей раз-два, да обчелся. Но Валерию я это говорить не стала, пусть сам выводы делает.

— А где ваш магазин находится? — заинтересовался кавалер.

" Подозрительно как-то, в такой ресторан привёл, а моим продуктовым интересуется. Хотя, наверное, просто я ему понравилась, а магазин лишь повод", — догадалась я.

— У вас ручка и бумага есть? — спросила я.

— Найдутся, — обрадовался Валерий и извлёк из кармана огрызок карандаша и обрывок бумажки.

"Совсем не солидно, даже в руки брать противно", но я женщина простая, не какая-нибудь там мамзель, поэтому виду не подала.

— Смотрите, вот здесь автобусная остановка, идёте сюда полквартала, потом поворот, — объясняла я.

Валерий кивал, иногда переспрашивал, но выглядел заинтересованным.

Нам, наконец, принесли меню. Красивое, с картинками, сразу понятно, чего ожидать. Цены, конечно, мама не горюй. Хорошо, что не мне платить. Я украдкой бросила взгляд на Валерия: он даже бровью не повёл.

— Даме шампанское, угадал? — Валерий вопросительно глянул на меня.

— Ой, а как вам это удалось? — смущённо засмеялась я.

— Ну, вы же любите все французское, моя Фиалка, — галантно произнёс Валерий.

"Дело идёт к свадьбе", — догадалась я.

— Шампанское подаётся только в бутылках, — пояснил официант.

— Значит, нам бутылку, — подмигнул мне Валерий.

Он определённо начинал мне нравиться. И вдруг — все мысли вылетели из головы. Я даже слегка вскрикнула. Негромко, но официант отшатнулся, а Валерий приобрёл испуганный вид.

— Не может быть! — воскликнула я.

— Что? — одновременно выкрикнули Валерий с официантом. Я ткнула пальцем в меню. Валерий перегнулся через край стола и удивлённо смотрел на место, куда указывал мой палец.

— Лягушачьи лапки? — переспросил официант.

— Лягушачьи лапки?! — в голосе Валерия звучал неподдельный ужас.

— Да, — твёрдо ответила я. — Боже мой, — затараторила, когда ушёл официант с заказом. — Я так мечтала попробовать лягушачьи лапки и вдруг здесь, в нашей глуши. Кто бы мог подумать? — Моему счастью не было предела.

— Ты правда собираешься это есть? — заговорщицки шепнул мне Валерий, посмотрев по сторонам. Он как-то разом перешёл на "ты".

— А почему нет? — с вызовом спросила я.

— Это же отвратительно, — скривился мой ухажер.

— Почему же? — поинтересовалась я.

— Ну, это же лягушки, они противные и склизские, — с отвращением выдал Валерий.

Я набрала в лёгкие побольше воздуха, чтобы дать отповедь кавалеру, но официант с заказом помешал. Принесли напитки — шампанское в ведерке со льдом и графинчик водочки с солёными огурчиками и селедочкой. Валерий потёр друг о друга ладони в предвкушении, взгляд его заметно потеплел.

— Ну, давайте выпьем за знакомство, французская Фиалка. — Я зарделась и слегка пригубила шампанского. Валерий же не отказал себе в удовольствии выпить полную рюмку. Он удовлетворенно крякнул и захрустел огурцом. — Давайте продолжим нашу милую беседу, — предложил он. — Так какую французскую музыку любите?

— Разную, — я обрадовалась предоставившейся возможности блеснуть знаниями. — Особенно Моне.

— Моне? — удивлённо переспросил Валерий, его брови поползли вверх.

— Ну, да, Моне, — утвердительно кивнула я. — А что вас так удивило?

— Нет, нет, ничего, — замахал он руками. "Чудной какой-то".

— Ну, а книги, какие книги вы любите?

— Книги — моя слабость, — смущенно призналась я. — Только закончила читать Хьюго.

— Хьюго? — переспросил Валерий.

— Ну, да, "Собор парижской матери", — уточнила я. — Не читали?

— Да куда уж мне, — вздохнул Валерий.

— К сожалению, сейчас люди перестали читать, — скорбно заметила я.

— Увы, это моя личная боль, — вздохнул Валерий. — Давайте выпьем за Хьюго и его мать, — предложил он. Я снова пригубила шампанского. Все-таки предпочитаю наше, сладенькое, российское, а это хоть и какое-то заграничное, но такое сухое, хоть в бокал сыпь. Пока я засыпала в себя шампанское, Валерий залил в себя ещё рюмку. Пьянел он на глазах. Я оценила его габариты. Домой я его, конечно, легко отнесу, но мне оно надо, муда… мужиков незнакомых таскать.

Валерий поглотил говяжьи, кажись, щёчки, закусил фрикасе из крабов с белыми грибами, полирнув третьим графином с беленькой. Я глотала слюну и безуспешно ждала лягушачьи лапки.

— Просим прощения, — извинился в который раз официант, — ваше блюдо готовится. Буквально несколько минут.

"Буквально несколько минут" звучало уже несколько раз, а лапок все не наблюдалось. Довольный Валерий сыто икнул и благополучно уснул, уронив голову на грудь. Он так умильно сложил на груди ручки, словно просил благословения, из приоткрытого рта раздавался равномерный храп.

"Господи, стыд-то какой", — я беспомощно огляделась вокруг, но посетителей было не так много, и на нас, слава богу, никто не обращал внимания. Я выдохнула. Вдруг, после оглушительной тирады, Валерий очнулся, обвёл осоловелым взглядом зал и выдал просто-таки сакраментальную фразу:

— Где я?

— На небесах, — шепнула я.

Он испуганно икнул:

— Я, что, умер? — Я важно кивнула. "Умрёшь, когда тебе счёт принесут", — мстительно подумала я про себя. — Как же так, — заплакал он пьяными слезами. — Я же ещё толком и не пожил.

— Ну, как же, — произнесла я, — гадостей ты за свою жизнь успел наделать, грешник.

— Так я, что, в раю? — с надеждой спросил Валерий, и мне даже стало его немного жаль, но совсем чуть-чуть.

— Ну, это не мне решать, — ответила я.

— А кому? — ошарашенно спросил Валерий.

— Не знаю, — не успела придумать я. — Пётру, наверное. Это не моя сфера.

— А ты кто?

— Посредник, — я с трудом подавила желание ответить: "Конь в пальто". — Но мы можем договориться, — подмигнула я.

— Так у меня и денег нету почти, — Валерий начал остервенело бить себя по карманам и нашкреб пару сотен и двадцать три рубля мелочью.

— Ах, ты, паскудник, — заорала я, — а платить ты как собирался? — не совладав с собой огрела несостоявшегося жениха пустой тарелкой из-под фрикасе. Валерий пару раз моргнул и с криком: "Аааааа, убивают" на нетвердых ногах бросился бежать.

Я осталась с початой бутылкой в окружении пустых тарелок, со столешницы на меня насмешливо смотрели двести двадцать три рубля.

— Вашему спутнику все понравилось? — учтиво поинтересовался официант, убирая посуду.

Я не знала, плакать мне, смеяться или сразу удавиться в туалете.

— Так понравилось, что спутник, как видите, убег, — хохотнув сказала я.

— В смысле? — приклеенная улыбка напоминала оскал.

— В прямом, — пояснила я. — Убила бы.

— Ваш заказ скоро будет, — промямлил официант и поспешил удалиться, чуть не шмякнув тарелки об пол.

Я, морщась, пила кислятину с гордым названием "шампанское", одолевали невеселые думы, чем же я буду расплачиваться. "Двести двадцать три рубля у меня есть. Нашкребу ещё тыщу. Не вариант. Натурой? Не примут. Я столько не стою. Занять у Альки? У неё столько нет. Взять в заложники официанта? Посадят. Продать квартиру? Не хватит". Был ещё вариант оставить что-то в залог. "Вопрос только что. Только себя, — пришла я к невеселому выводу. — Но если я останусь здесь, то не получу зарплату".

От нечего делать залезла на сайт знакомств. Валерий был в сети. Я чуть не задохнулась от возмущения. "Подлец", — написала я. "Сама дура. Ты себя в зеркале видела?" "Быстро же ты пришёл в себя. Надо было бутылкой бить". Моё чувство собственного достоинства без сознания валялось на полу. Представила, что с ним будет, когда принесут счёт. Я выключила телефон и подняла глаза. Лавируя между столиками, ко мне приближался ОН. Я сглотнула: рост под два метра, вес приблизительно такой же, только в килограммах, сияющий белизной китель и башня поварского колпака, достающая почти до потолка. "В объятиях такого мужчины можно легко почувствовать себя Дюймовочкой", — мечтательно подумала я.

— Девушка, вы первая, кто заказал лягушачьи лапки в нашем ресторане, — зычным голосом произнёс он. — Поэтому ужин за счёт заведения. — Из потерявшейся в его ладони тарелки бил фонтанчик фейерверка.

Я хотела поблагодарить, но язык прилип к нёбу, и я смогла только растерянно кивнуть. "Дождись меня, я через час заканчиваю", — шепнул он, ставя блюдо на стол.

Я оторопела глядела на свою сбывшуюся мечту, исходящую паром на терелке, из глаз беззвучно катились слезы. Я ущипнула себя под столом. Если это сон, то можно меня не будить? Чувство моего достоинства пришло в себя и неуверенно подняло голову. Когда я закончила с лапками, оказавшимися даже вкуснее, чем я ожидала, осклабившийся официант подал десерт. "Я умерла и попала в рай", — догадалась я. "С чего бы это?" — шепнул внутренний голос.

***

Париж меня не разочаровал, как и лягушачьи лапки. У нас с мужем, кстати, забыла представить, Михаил, медовый месяц. Да, тот самый повар, который лучше всех в мире готовит лягушачьи лапки, а уж мне теперь есть с чем сравнить, поверьте.

— Слушай, а почему бы нам не открыть свою лягушачью ферму? — спросила я, нежась в кровати, такой огромной, что мы с Мишкой могли лежать, не касаясь друг друга. Но разве можно не касаться любимого, да ещё в медовый месяц?

— Как скажешь, моя богиня, — пробасил он, заключая меня в объятия.

— Представляешь, мы сможем поставлять наши лапки по всей России, — продолжила я, уж если чем-то загорелась, то это надолго.

— Бери выше, по всему миру, даже на Венеру, если хочешь, — муж уткнулся небритой щекой мне в ключицу.

— Щекотно, — захохотала я. — Зря смеёшься, я вполне серьёзно. Уж если я чего-то захотела, то обязательно доведу дело до конца. Так что встречайте, скоро во всех супермаркетах страны: "Лягушачьи лапки" от компании "Натали и Мишель" с лозунгом: "Лягушачьи лапки соединяют сердца". Приятного вам аппетита!